XXIX. СМЕРТЬ НА РАССВЕТЕ.

Ронду Терри разбудил внезапный шум. Вокруг раздавались крики, звериное рычание, грохот. По комнате беспокойно метались самки из гарема Генриха, издавая в панике низкие утробные вопли, но не эти звуки помешали сну девушки, а те, что доносились со двора и из соседних помещений.

Ронда вскочила на ноги и подбежала к окну. При виде ее Екатерина Арагонская гневно оскалила клыки.

– Это опять за ней! – прорычала она.

Внизу Ронда при свете факелов увидела толпу сражавшихся насмерть горилл и схватилась за сердце, ибо в самой гуще заметила Стенли Оброски, прокладывающего себе путь к дворцовым воротам. В первый миг ей показалось, что он один против полчищ зверей, но вскоре она обнаружила, что у него немало союзников. Рядом с Оброски находился бог горилл с веревкой на шее. Теперь все помыслы девушки сосредоточились на Оброски.

За спиной Ронды все громче и громче негодовали самки, и тут девушка услышала гневный голос старой королевы.

– Это из-за нее все неприятности, – выпалила Екатерина Арагонская. – Не будь ее, мы жили бы спокойно.

– Вот и убей ее! – воскликнула Анна Клевская.

– Убей ее! – подхватила Анна Болейн. Девушка повернулась к ним лицом и увидела надвигающихся на нее свирепых косматых чудовищ, которые могли расправиться с ней в считанные секунды. Несоответствие между их человеческой речью и звериной внешностью поразило Ронду в этот момент, как никогда ранее.

Но тут ее загородила собой Екатерина Парр.

– Не троньте ее, – крикнула она. – Безволосая не виновата в том, что находится здесь.

– Смерть обеим! Смерть Парр! – завопила Екатерина Говард.

Остальные вторили ей в унисон:

– Смерть обеим!

Говард набросилась на Парр, и обе с жуткими воплями впились друг в друга желтыми клыками. Остальные двинулись на Ронду Терри.

Бежать было некуда – самки загораживали собою дверь, а окна были забраны решетками. Ронда искала какой-нибудь предмет, чтобы отбить нападение, но под рукой ничего не оказалось. Увернувшись, она отбежала от нападавших, понимая, что долго так не продержится.

Вдруг распахнулась дверь, и в комнату вошли три огромные гориллы.

– Его величество король! – объявил один из вошедших.

Самки в страхе отскочили от Ронды. И только Говард и Парр продолжали кататься по полу, ничего не услышав.

В комнату тихо вступил Генрих VIII.

– Прекратить! – приказал он.

Подойдя к дерущимся, он разнял их пинками.

– Где безволосая? – рявкнул король. Тут его взгляд обнаружил Ронду, стоявшую с затравленным видом среди самок.

– Иди сюда! – скомандовал он. – Бог опять явился за тобой, но ему тебя не видать! Теперь ты моя!

– Пусть забирает ее, Генрих! – закричала Екатерина Арагонская. – От нее одни неприятности.

– Молчи, женщина! Иначе отправишься в Тауэр на плаху! – пригрозил король.

Шагнув вперед, он схватил Ронду за руку, словно пушинку взвалил к себе на плечо и стремительно направился к двери.

– Вы останетесь здесь, Сарфолк и Говард. Задержите неприятеля, чтобы я смог уйти.

– Разрешите сопровождать вас, сэр, – попросил один из них.

– Нет! Выполняйте приказ, а затем следуйте за мной в северный конец долины к каньону, где течет восточный рукав Темзы.

Король развернулся, зашагал по коридору и зашел в угловую комнату. Там он поднял замаскированный люк.

– Теперь они нас не догонят, моя красавица, – сказал он. – Эту идею я позаимствовал у самого бога, но он об этом и не подозревает.

Король проворно спустился вниз и там в кромешной темноте пошел по длинному подземному коридору, двигаясь на ощупь.

Через некоторое время потянуло свежим воздухом. Генрих опустил Ронду на землю и зашарил над головой. Затем раздался скрежет, словно отодвигали тяжелый предмет, и на девушку хлынул поток ночной прохлады. В вышине сияли звезды. Через несколько минут король с Рондой выбрались наружу, на берег реки у подножия высокой скалы, и Генрих поставил на место огромный плоский камень, закрывавший вход в туннель.

Затем для Ронды начался сущий ад.

Всю ночь бежали они берегом реки. Зверь уже не нес пленницу на плече, а тащил за собой, держа за руку. Он явно нервничал и частенько останавливался, с опаской прислушиваясь. Стараясь двигаться бесшумно, король пару раз призывал девушку к тишине.

Спустя некоторое время они перешли вброд реку и продолжили путь на северо-восток. Несмотря на отсутствие погони, Генрих нервничал все сильнее и сильнее. Чуть погодя выяснилась и причина его беспокойства – вдали раздалось протяжное рычание льва. Король горилл удвоил скорость.

Забрезжил рассвет. По долине стелился холодный туман. Ронда смертельно устала, каждый мускул ее тела ныл от боли, но мучитель продолжал тащить ее вперед.

Тишину ночи снова разорвал львиный рык, от которого задрожала земля, на сей раз едва ли не рядом. Горилла бросилась бежать сломя голову. При свете занимавшегося дня Ронда увидела впереди огромного льва. Король резко свернул в сторону, устремляясь к полоске деревьев, росших примерно в ста ярдах от них.

Лев приближался легкой качающейся походкой. Увидев маневр беглецов, он изменил направление движения и перешел на бег, намереваясь перехватить их раньше, чем они доберутся до деревьев.

Ронда успела заметить, как болтается из стороны в сторону пустой живот хищника. Странно, что подобная мелочь может обратить на себя внимание в экстремальной ситуации. Изголодавшийся лев рычал не переставая, словно стараясь взвинтить себя до исступления, и резко увеличил скорость.

Теперь стало очевидно, что до деревьев им не добежать. Тогда король остановился, угрожающе зарычал и после минутного колебания поднял девушку над головой и швырнул в сторону льва, а сам бросился наутек, надеясь таким образом спасти свою жизнь. Однако он не учел психологии льва.

Ронда упала всего в нескольких ярдах от хищника. Наученная опытом, она не пыталась бежать, а лежала не шевелясь.

Движущийся предмет всегда привлекает внимание зверя. Наглядный тому пример – ваша собственная собака. Она просто обязана догнать все, что бежит, и ничего не может с собой поделать, ибо таков ее инстинкт.

Видимо, Генрих VIII начисто про это забыл, иначе заставил бы девушку бежать, а сам остался бы лежать неподвижно. Но он поступил по-другому, и произошло то, что должно было произойти. Лев даже не взглянул на Ронду, а бросился догонять гориллу.

Осмелев, девушка подняла голову. Горилла неслась во весь опор, гораздо быстрее, чем можно было бы предположить, но все же недостаточно резво, чтобы спастись от льва. Сейчас хищник нагонит гориллу и будет некоторое время занят ею, ибо огромная обезьяна наверняка начнет сражаться за свою жизнь.

Ронда вскочила на ноги и без оглядки помчалась к деревьям. Не успела она пробежать и несколько ярдов, как позади раздался жуткий рев, свидетельствующий о том, что лев настиг гориллу, и между ними завязался смертельный бой.

Достигнув деревьев, запыхавшаяся девушка мельком оглянулась назад. Лев повалил гориллу на землю, и его мощные челюсти сомкнулись на шее жертвы. Горилла дернулась, затем вытянулась и затихла.

Так закончил свое земное существование Генрих VIII.

Лев тут же набросился на добычу и приступил к долгожданной трапезе.

Ронда тихонько вошла в лес.

Через пару десятков шагов она оказалась на берегу реки. То был восточный рукав Темзы. Недолго думая, девушка вошла в воду и поплыла к другому берегу, решив таким образом сбить льва со следа, если тому вздумается преследовать ее.

Впервые за минувшие дни она чувствовала себя окрыленной надеждой. Наконец-то она на свободе!

Кроме того, ей было известно, где находятся ее друзья. Следуя берегом к водопаду Омвамви, она без труда отыщет их там. Что ее ожидало на пути, Ронда не знала, однако полагала, что самое ужасное позади.

Невзирая на безмерную усталость, она двигалась вперед, не помышляя даже о коротком отдыхе. Она позволит себе отдохнуть только тогда, когда достигнет конечной цели.

Между тем на востоке над горами взошло солнце, даря благодатное тепло иззябшему за ночь телу девушки. Временами Ронду охватывало нечто вроде сомнамбулического состояния, и она плелась, едва переставляя ноги. Физическое истощение сказалось и в том, что у девушки замедлилась реакция, чувства притупились.

Она перестала воспринимать посторонние звуки, а потому и не убереглась.

Опасность Ронда осознала лишь в самый последний момент, когда на тропу спрыгнуло устрашающее существо – получеловек-полугорилла – с лицом человека и с туловищем гориллы.

Девушка рванулась было к реке, надеясь спастись вплавь, но тут на землю с деревьев посыпались точно такие же существа. Ронду окружили, а двое, подойдя сзади, схватили ее за руки и стали тянуть каждый в свою сторону, грозно рыча и ругаясь друг на друга.

Ронда чувствовала, что еще немного, и они выдернут ей руки из суставов. Положение становилось критическим, но вдруг с ближайшего дерева спрыгнул обнаженный белый мужчина с дубинкой в руке. Он накинулся на державших девушку животных, колотя их по головам до тех пор, пока они ее не отпустили. Однако, к своему ужасу, Ронда заметила, что ее спаситель орал громче остальных.

Схватив девушку, он стоял, рыча на толпу окруживших их жутких звероподобных людей.

Он был хорош собой, пропорционально сложен, с бронзовой от загара кожей и копной золотистых волос, спадавших на плечи львиной гривой.

И хотя остальные звери были явно гибридами, Ронда решила, что белый из их числа, ибо он издавал такие же звуки, как и они, и явился вместе с ними.

Звери побаивались его дубинки и потому предпочитали держаться на расстоянии.

Не успел человек вывести свою пленницу из круга, как вдруг в вышине раздался новый дикарский крик. Все взглянули туда, включая и Ронду, с чьих уст непроизвольно сорвался возглас изумления.

По дереву с обезьяньим проворством спускалась голая белая девушка с золотистой шевелюрой. С ее прекрасных уст слетал дикий звериный крик.

Спрыгнув вниз, она подбежала к ним. Ее лицо, искаженное от злобы, тем не менее поражало своей красотой, а юное тело было верхом совершенства.

Звери расступились, недовольно рыча, и дикарка, не обращая на них никакого внимания, направилась к Ронде.

Человек прикрикнул на дикарку, видимо, отгоняя ее прочь, перекинул Ронду через плечо, повернулся и побежал с необыкновенной скоростью, словно и не нес на себе никакого груза.

А следом за ним, выкрикивая угрозы и проклятья, мчалась юная бестия.