Глава 3. СЕКТОР МУТАНТОВ.

Космический лайнер летел с Тасконы к Алану. Кроул ужасно нервничала.

Глупая, сумасбродная девчонка! Она сумела добиться назначения на тяжелый крейсер «Гигант», участвовала в поисках наемников-варваров на Земле, подготовила великолепный материал для академии Внешних цивилизаций… Что еще требовалось для блестящей карьеры в девятнадцать лет?

Но ей и этого показалось мало. Большей авантюры, чем отправиться в экспедицию на Таскону, не придумаешь. Из отряда в двенадцать человек уцелели лишь четверо и иначе, как счастливой случайностью это не назовешь.

От прежних иллюзий и идеалистических заблуждений в душе Олис не осталось почти ничего, претерпели изменения и ее нравственные убеждения.

Академия Внешних цивилизаций располагалась на западной окраине Фланкии и имела несколько собственных посадочных площадок. В сопровождении огромной свиты, Олис двинулась к гигантскому сорокаэтажному зданию из стекла и металла.

Пройдя по коридору, процессия вошла в лифт и поднялась на одиннадцатый этаж.

Виндоул первым вошел в зал и громко, не без пафоса, провозгласил:

— Дамы и господа, перед вами выступит участница героической высадки на Таскону Олис Кроул. Встречайте!..

Расправив плечи, приподняв подбородок, небрежно откинув волосы со лба, девушка смело шагнула в зал. Чего ей боятся? Никто не в силах отменить решение Великого Координатора. Даже если доклад будет неудачным, она все равно останется слушательницей Академии.

Доклад Кроул длился почти три часа. Бурные аплодисменты присутствующих подтвердили правильность выводов Кроул. Доклад удался, в этом не было сомнений.

Пожимая руку Олис, Виндоул проговорил: — Благодарим вас за отличный доклад. Вы зачислены в специальную группу по психологии и психоанализу. Теоретические знания, полученные здесь, дополнят ваш уникальный практический опыт.

Обучение в Академии давалось Олис без труда. Во Дворце Посвященных периодически проходили балы. На очередном балу Олис познакомилась со Стилом Стоуном, молодым офицером службы безопасности. Стил ей понравился. Во многом их взгляды совпадали, хотя встречались и серьезные разногласия. Но когда он попросил ее руки, Олис отказала, сославшись на то, что замужество помешает ее учебе и карьерному росту.

По выжженной безжалостным белым светилом пустыне неторопливо двигались три человека, которых отличали высокие ботинки и светло-коричневая камуфляжная.

Одежда.

Первым шагал молодой парень лет двадцати — правильный овал лица, короткие русые волосы, большие серо-зеленые глаза, прямой нос, тонкие губы, мягкий круглый подбородок, на котором пробивались слабая юношеская щетина.

Следом за ним шел невысокого роста мужчина среднего возраста. Редкие темные волосы, заплетенные в косичку, открывали большой лоб. У него были раскосые глаза, слегка приплюснутый нос, широкие скулы, угловатый волевой подбородок.

Наконец, в арьергарде шествовал высокий худощавый красавчик с длинными разбросанными по плечам темными волосами. На вид ему было лет двадцать пять-двадцать семь.

Именно эта троица и являлась первыми наемниками Алана, высадившимися на Тасконе. Преодолев сотни километров, потеряв почти две трети отряда, они все же доставили двух аланок, Олис Кроул и Линду Салан, на космодром. Благодаря им началась колонизация планеты.

Первого воина звали Олесь Храбров, второго Тино Аято, а третьего — Жак де Креньян. Вот уже почти шесть месяцев земляне находились на Оливии. Пока в задачу наемников входила только разведка близлежащей местности. У сектора гетер их ждала Тиун. Она согласилась провести отряд через сектор при условии, что она получит информацию, если сектору будет угрожать опасность.

Форма землян сразу говорила о том, кем они являются. Слух молниеносно разлетелся по Нейтральному сектору. Вокруг чужаков образовалась огромная толпа.

Но с прибытием главы Конгресса нейтрального сектора Юна Флоуна инцидент был улажен. Теперь им ничего не угрожало.

С тех пор прошло еще почти три месяца. Отношения с командованием экспедиционного корпуса у землян не сложились. Полковник и его офицеры постоянно подчеркивали, что наемники находятся здесь на положении рабов. На базе им выделили отдельный участок, построили пару бараков и огородили от аланской территории колючей проволокой.

Договор с советником Делонтом соблюдался, но далеко не по всем пунктам. Однажды десантники даже попытались провести разведку без землян и результаты оказались плачевными — рота аланцев попала в ловушку песчаного червя, потеряла шесть человек и была вынуждена вернуться ни с чем.

Челнок медленно опускался на посадочную площадку. Наконец, он аккуратно коснулся прочными стойками покрытия космодрома. Из трюма судна вывели наемников. Храбров, де Креньян, и Аято стояли в сторонеивход событий не вмешивались. Свою приветственную речь еще не сказал Олджон.

Когда полковник закончил речь, то он призывно махнул рукой Олесю, Жаку и Тино:

— А теперь я хочу представить вам первых землян, высадившихся на Оливии. Дальнейшие пояснения получите от своих соотечественников.

Офицер повернулся к воинам и со злорадной усмешкой добавил:

— Через двое суток начинаем выдвижение к Тишиту.

— Но мы не успеем подготовить вновь прибывших к сражению, — возразил самурай. — Необходимо дней десять на отработку совместных действий и тренировки…

— Два дня, — процедил сквозь зубы Олджон.

После обеда земляне приступили к тренировкам. Особенно хорошо держались темнокожие наемники, арабы и выходцы из южных стран. Абсолютное большинство землян оказались профессиональными солдатами.

В поход на Тишит отправлялся полк аланцев, почти полторы сотни солдат. Сила немалая, особенно если учесть поддержку четырех бронетранспортеров.

Возглавлял экспедицию сам Олджон.

Впереди, как и следовало ожидать, шли земляне. Олесь, Жак и Тино оторвались от общей группы метров на пятьсот — только с такого расстояния расстоянии можно вовремя предупредить солдат о песчаном черве. Незадолго до заката бронетранспортер обогнал проводников и выехал на широкое ровное пространство. Многие воины вздохнули с облегчением. Тройка землян опустилась на колени, опять проверяя песок.

Неожиданно варвары вскочили на ноги и отчаянно замахали руками. Дикари пытались остановить мчащуюся машину, но водители их не слышали…

Неожиданно перед машиной разверзлась земля, песок стремительно сыпался в огромную, непонятно как образовавшуюся воронку. Бронетранспортер не доехал до края метров пятьдесят, его колеса забуксовали, постепенно машина заваливалась на бок. В этот момент к землянам подъехал Олждон. Полковник и группа офицеров с ужасом следили за тем, как десантники скатываются на дно воронки.

— Вы хотели увидеть «несчастного червя»? — зло процедил сквозь зубы Аято. — Пожалуйста, великолепный экземпляр. Таких здоровенных монстров я и сам доселе не встречал!

Земляне с восхищением смотрели на ветеранов. Они научились чувствовать себя на Оливии, как дома, а подобный опыт так просто не приобретается. Его зарабатывают кровью.

К русичу подошел высокий светловолосый парень из новеньких. Осторожно тронув Храброва за плечо, воин вежливо проговорил:

— Прошу прощения, не покажешь, где находится наша родная планета?

— Как тебя зовут?

— Пол Стюарт, — ответил юноша. — Яиз Шотландии. Потомок древнего рода. Наш замок стоит на самом берегу моря, между скалами…

Проводники вывели десантников точно к тому месту, где проводили разведку шесть месяцев назад. Приблизились к Олджону, Тино тотчас громко произнес:

— Мы достигли цели. Тишит примерно в двух километрах к северу.

— Штурмовать надо сейчас, — вымолвил Аято. — Одному богу известно, что придумают властелины за ночь.

Опасность пришла оттуда, откуда ее никто не ждал. Как только воины приблизились к первым строениям, прямиком из пустынного песка начали выныривать сотни тасконцев.

Земляне молниеносно перестроились и тем не менее, без потерь не обошлось.

Контратака захлебнулась, и тасконцы быстро отступили под защиту каменных стен. Отход был проведен стремительно, оливийцы даже умудрились забрать с собой раненых. Аланцы замерли в нерешительности. Некоторые роты не досчитались трети состава.

О немедленном штурме оазиса не могло идти и речи. Нужна была передышка и землянам — уцелело не более тридцати человек. Шестеро воинов получили серьезные ранения.

Как только стрельба стихла, десятки землян и пехота полка, рассыпавшись в цепь, атаковали Тишит. Их встретили разрозненные группы израненных властелинов. Создать сплошную линию обороны мутанты не сумели.

Тасконцы медленно отступали под защиту деревьев и вскоре обратились в бегство.

Пулеметные расчеты постоянно держали в прицеле силуэты барханов.

Подобраться к Тишиту незаметно у оливийцев не было ни единого шанса.

Спустя два дня на горизонте показалась колонна техники. Несмотря на поздний час, захватчики ускоренными темпами проводили разгрузку транспортеров, поскольку утром машины снова должны будут уйти к «Центральному».

Положив под голову руку, Олесь закрыл глаза. Разум мгновенно затуманился, и русич провалился в бездонную, липкую бездну сна.

С первыми лучами светила колонна техники отправилась к базе. Теперь в качестве проводника ее сопровождал де Креньян.

Утром самурай отвел Олеся в сторону и тихо произнес:

— Сегодня ночью кому-то не спалось. Я даже слышал крик…

— Плохой сон, — спокойно отреагировал русич.

— Опять предупреждение? — уточнил Аято.

— Не знаю.

Юноша поведал сон в мельчайших подробностях.

— Первая часть сна расшифровывается элементарно, — вымолвил Аято, — мы ни в коем случае не должны вести захватчиков на север. Тебе умышленно показали оазисы на юге. Вот куда отправятся аланцы. Но при чем здесь разрушенный город и тем более крест? Я в растерянности.

В это время между деревьями показалась фигура Стюарта. Шотландец искал Храброва и Аято. Заметив воинов, он поспешно направился к ним.

— Только что прибегал адъютант командующего, — сообщил Пол. — Олджон вызывает вас на совещание.

Японец повернулся к Стюарту и добавил:

— Отправишься с нами. Ты, вроде, парень смышленый. Эту лямку тащить втроем мы не собираемся. Пора впрягаться и остальным.

— С удовольствием, — радостно произнес Стюарт.

В штабе опять шла напряженная работа. Похоже, что офицеры штаба готовили новую операцию. Согласно плану необходимо было идти на север. Но земляне аргументировано возражали, предлагая идти в противоположном направлении — на юг.

Командир корпуса не прислушался к словам землянина. И на закате семьдесят десантников покинули оазис.

Без особых приключений колонна вновь достигла Тишита. Олесь устало спрыгнул с брони и направился к друзьям.

Утром Аято с колонной покинул Тишит. В оазисе, несмотря, а испепеляющую жару, активно велись строительные работы.

Закончился еще один двадцатипятичасовой день. Тишит погружался темноту. В этот момент по оазису разнесся сигнал тревоги.

— Разведывательная рота возвращается, — гордо вздернув подбородок, сказал начальник штаба. — Как видите, мы обошлись и без вас. Я иду ее встречать.

Послышались радостные приветственные выкрики. Разведчики находились уже в полукилометре от оазиса. Олесь быстро поднялся по лестнице на вышку и взял у пулеметчика бинокль.

Храбров всмотрелся внимательнее. Что-то показалось ему подозрительным. Разведчики двигались чересчур тяжело и при этом старались не поднимать голов, смотрели в песок.

Взгляд русича упал на ноги десантников. От удивления Храбров на мгновение потерял дар речи. Часть пехотинцев шла без обуви.

— Черт подери! — выругался юноша. — Это же властелины! Они переоделись!

Юноша молниеносно спустился вниз и громко выкрикнул:

— Все земляне к проходу! Немедленно! Изумленно глядя на дикарей, Олджон с возмущением проговорил:

— Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

— Конечно, — усмехнулся Олесь, поправляя налобник. — Вы встречаете не разведчиков, а отряд тасконцев.

Олесь оказался прав. Тасконцы открыли ураганный огонь и начался штурм оазиса.

План наступления все-таки рухнул и через некоторое время тасконцы обратились в бегство.

Возле штаба собрались почти все старшие офицеры пехотинцев. Им хотелось услышать из первых уст рассказ уцелевших.

…Под давлением обстоятельств командир корпуса пересмотрел свои дальнейшие планы. Сил для штурма оазисов мутантов у него действительно не хватало. Главное — закрепиться в Тишите. Потеря поселения приведет к тяжелым последствиям, а подобный провал Великий Координатор Олджону не простит. Еще один промах, и позорная отставка окажется неминуемой.

Вызвав к себе наемников, полковник согласился с изменением направления экспансии, однако он потребовал провести разведку на западе незамедлительно…

Судьба оказалась благосклонна к Олесю. Именно ему выпала честь двинутся к Твинту — так назывался западный оазис. Вместе с русичем в рейд отправились еще четверо наемников. Взял Храбров с собой и Стюарта — этот парень ему нравился все больше и больше, на шотландца можно было положиться.

Колонна десантников устало плелась по извилистым барханам. Каждый час русич проверял маршрут по компасу. Малейшая ошибка — и отряд проскочит мимо оазиса. По расчетам Храброва, они должны находиться в непосредственной близости от Твинта.

Пройдя около километра, Олесь выслал вперед дозор из пяти человек.

Десантники тут же заняли оборону на случай внезапного нападения. Вскоре разведчики вернулись. По их сияющим лицам догадаться об успехе вылазки было несложно.

Храбров поднялся на самый высокий бархан. Твинт находился в зоне прямой видимости. Русич сразу обратил внимание, что в поселке царит суматоха.

Наемники сбежали вниз по склону и уверенно зашагали к Твинту. Без сомнения русич рисковал, но он прекрасно осознавал, что может предоставить оливийцам единственный шанс. Олджон не будет «ассимилировать» местных жителей, а предпочтет их уничтожить.

Русич решил опередить Олджона. Миновав несколько ложбин, земляне вышли на открытое пространство. Перед ними раскинулся райский уголок Оливии. По внешнему виду он очень напоминал Клон, но значительно превосходил его в размерах.

Навстречу чужакам вышла группа мужчин с копьями в руках.

— Кто вы такие и зачем пришли? — не очень приветливо спросил высокий худощавый воин с черными волнистыми волосами и очень смуглой кожей.

— Я могу вам помочь, — предложил Храбров. — Но для этого необходимо полное доверие. Организуйте мне встречу с людьми, облаченными властью.

— Следуйте за мной! — приказал оливиец. Маленький отряд двинулся к Твинту. Вскоре воины.

Остановились возле длинного прямоугольного здания. Олесь вошел в административный корпус сразу за проводником.

Ждать пришлось недолго. В комнату не спеша, вошли три человека: двое мужчин и одна женщина, которые заняли места напротив чужаков. Всем оливийцам было далеко за пятьдесят.

Воцарилась длительная пауза.

— Блайд передал Совету ваши слова, — наконец проговорил оливиец с обильной сединой в темных волосах. — Ситуация действительно сложная. Как давно аланцы высадились на Таскону?

— Около полугода назад, — вымолвил Храбров.

— Почему вы назвали себя наемниками?

— Мы — земляне, — произнес русич. — Ученые подбирают на Земле раненых полумертвых бойцов, оказывают им медицинскую помощь, поднимают интеллектуальный уровень, вводят в кровь специальный препарат и высаживают сюда. Идеальные солдаты-убийцы, без родины и привязанностей.

— Мы не собираемся сдаваться без боя! — гордо произнес оливиец со шрамом.

— И напрасно, — Храбров подался чуть вперед. Превратите свою слабость в силу. Твинт оказался между молотом и наковальней. Либо сюда придут десантники, либо мутанты. Не тешьте себя иллюзиями, что они забыли о вас. Мутанты будут цепляться за каждый кусок земли. Выберите наименьшее зло! Примите подданство Алана. Это отличный шанс спастись. И подумайте о детях. Главная цель аланцев — это размещение колонистов. Сумеете принять тысячи полторы? Дома они построят сами. Естественно здесь будет сильный армейский гарнизон. Главное, не выказывайте недовольства, держитесь сдержанно, уверенно, дружелюбно. Поймите, аланцы такие же люди, как и вы. Война не нужна никому. Многие из колонистов жили на космических станциях и не видели травы и цветов. Только, ради бога, не упоминайте при них имя Великого Координатора. Его власть безгранична. Критика обязательно приведет к конфликту.

Русич встал, поправил одежду, забросил на спину карабин. Перед ним сидели трое уставших пожилых людей. Сейчас на них лежала ответственность за судьбу всего поселения. Тяжелые испытания наступили для Твинта, городка, который привык жить обособленно.

Ранним утром отряд разведчиков двинулся к «Центральному». Олесь доложил полковнику о решении тасконцев принять полторы тысячи аланцев для поселения. Полковник внимательно смотрел на наемника. Порой в беседах с землянином его охватывал страх. У варвара невероятная быстрота мышления, способность к нестандартным решениям, готовность в любой момент действовать. Не допустил ли Делонт ошибку, подняв их интеллектуальный уровень?

Теперь оливийцев не перебьешь. Слухи на космодроме разносятся быстро, и через час-полтора командующего начнут донимать представители колонистов. Олесь не оставил Олджону выбора.

Ранним утром земляне отравились к лагерю колонистов. Среди аланцев царило радостное возбуждение. Мужчины и женщины разбирали палатки, упаковывали в чемоданы и рюкзаки свой нехитрый скарб. Возраст поселенцев не превышал тридцати лет. Не исключено, что рожденные здесь дети никогда не увидят Алан.

Стюарта Храброва оставил в Твинте, и теперь с ним отправлялось в путь лишь трое наемников. Аято поведет несколько машин к Тишиту. Там тоже ждут боеприпасы и строительные материалы. Сейчас расслабляться нельзя.

Переход получился довольно тяжелым. Физическая подготовка аланцев оказалась не на высоте.

Только к исходу десятых суток впереди показался райский зеленый пейзаж — оазис. На разведку Храбров отправился сам.

В деревне почти ничего не изменилось. Для размещения поселенцев оливийцы выделили значительный участок земли. У измученных походом аланцев не осталось сил даже на малейшие проявления радости.

Командование батальона уже выставило посты и начало сооружать пулеметные вышки. Теперь Твинт не по зубам ни одному клану мутантов. Тихая, мирная жизнь Твинта закончилась.

За два часа до рассвета земляне и разведчики на транспортерах отправились в обратный путь.

По ходу движения русич делал остановки и учил наемников определять ловушки песчаного червя. Сон никак не выходил у него из головы. Стоило закрыть глаза, как в памяти всплывали отчетливые изображения креста и разрушенного города.

И тут в мозгу мелькнула одна интересная мысль. Морсвил когда-то был многомиллионным городом, в нем размещались университеты, академии и библиотеки. Люди в Нейтральном секторе очень бережливы. Древние реликвии постоянно растут в цене. А вдруг в каком-нибудь уцелевшем издании есть упоминание о кресте? Вещь очень дорогая и своеобразная. Значит, необходимо вновь посетить рассадник порока. Но кто тогда поведет колонны к оазисам? Ответ напрашивался сам собой.

Пришло время подготовить проводников. В группе русича смышленых парней оказалось двое: Пол Стюарт и Лоран Пеньель. Идею Олеся поддержали и товарищи. Декаду спустя Олджону представили четырех новых проводников.

— Нам необходимо отдохнуть, господин полковник, — вставил Храбров. — Алан получил за последний месяц сразу два оазиса. Работа была нелегкой…

— Ладно, проваливайте, — Олджон махнул рукой. — Вы выполнили то, что обещали. Но имейте в виду — трое суток. Ни часом больше.

Группа преодолела двадцать пять километров и вошла в сектор гетер. Симпатичные охранницы уже знали чужаков в лицо. Вызывать Зенду не понадобилось. Наемников окружили десять юных воительниц. В сопровождении такого эскорта мужчины согласились бы путешествовать хоть всю жизнь. Миновав несколько кварталов по специально выделенному землянам коридору, друзья очутились в Нейтралке. На следующий день русич приступил к осуществлению своего плана. После плотного завтрака он поинтересовался у Броуна насчет древних реликвий. Ответить на этот вопрос Нил не сумел.

Тем не менее, беседа дала неплохие результаты: Нил написал на бумаге адрес одного занятного человека, который буквально помешан на разных раритетах, собирает уцелевшие каталоги, справочники и описания. Не теряя времени, Олесь и Тино отправились на поиски.

Наемники начали подниматься к входу. Над тяжелыми металлическими дверьми висела огромная табличка: «Национальный исторический музей Морсвила».

Храбров невольно поднял голову.

На потолке великолепно сохранилось мозаичное панно.

— Не правда ли, великолепная работа? — раздался низкий, с хрипотцой голос.

Воины опустили глаза и увидели лысеющего мужчину лет пятидесяти пяти.

— Вы Фил Грост? — уточнил русич.

— Он самый, — усмехнулся морсвилец. — И насколько я понимаю, чужаков мне прислал Нил Броун. Это простое любопытство, или наемники Алана пришли по делу?

— И то, и другое, — неопределенно ответил Аято. Миновав несколько помещений, земляне достигли.

Крошечной, плотно заставленной комнаты.

— Во время путешествия по материку, — начал заранее подготовленную легенду Олесь, — нам попалась одна книга. В ней было изображение креста. По вероисповеданию я христианин. Вам это мало что говорит, но нашего бога когда-то распяли на столбе в виде креста. Само по себе такое совпадение…

— Очень, очень интересно, — оливиец подался вперед. — Надеюсь, книга сохранилась?

— Увы, — Храбров изобразил скорбную гримасу на лице. Однако я могу его нарисовать.

Русич подошел к столу и сделал аккуратный набросок. Грост внимательно следил за работой наемника. Вскоре на устах тасконца появилась усмешка.

— Я знаю, о чем идет речь. Это Конзорский Крест. Упоминание о нем в древней литературе встречается довольно часто. За обладание им спорили виднейшие и богатейшие люди Оливии. Случались даже войны. Но счастья крест не принес никому. Поговаривали о каком-то проклятии. Владельцы реликвии порой умирали при весьма загадочных обстоятельствах. В Морсвиле был еще один крупный музей. В нем размещались произведения искусства. От ядерного взрыва он совершенно не пострадал. Беда в том, что здание находится на территории чертей. Но мне достоверно известно, что часть экспонатов и архив сохранились. За ними следит некий Брук Линдл.

По пути к «Грехам и порокам», Храбров с легкой растерянностью в голосе вымолвил:

— Ничего не понимаю. Я никогда в жизни не видел Конзорский Крест. Как он мог мне присниться? Разум не способен придумать такое…

— Ты — избранный, — спокойно ответил самурай. — Смирись с этим. Для начала надо узнать, где хранился Конзорский Крест.

— Ты собрался идти в сектор чертей? — изумленно спросил Храбров.

— А почему бы и нет, — зловеще усмехнулся самурай. Вернувшись в заведение Броуна, Тино сразу взялся за.

Дело. Он о чем-то долго беседовал с Нилом, затем исчез на пару часов, а когда вернулся, то на устах японца играла довольная улыбка. Храбров не сомневался, что план уже готов.

Сегодня был особый день. Прилетала очередная партия невольников.

Последние полгода прошли относительно спокойно. В двухстах двадцати километрах юго-западнее «Центрального» де Креньян обнаружил еще один оазис. На картах он был обозначен, как Эквил.

Правда, разместить в Эквиле удалось только пятьсот человек. Олджон скрипел зубами от злости, но ничего поделать не мог. Ассимиляция оливийцев проходила без серьезных проблем.

Кроме того, обвинить наемников было не в чем. Темпы освоения планеты стали превышать возможности переброски колонистов на Таскону. Назрела необходимость во втором космодроме. Полковник готовил новый поход на юг.

Судно коснулось опорами покрытия и замерло. На космодроме началась привычная суета.

— Пора, — произнес самурай, вставая. — Скоро выведут новых «счастливчиков».

Как обычно, воины-рабы шли последними. Среди воинов своими физическими данными выделялись три человека. Скуластого рыжеволосого гиганта с голубыми презрительно-ироничными глазами звали Оливер Канн. Он, не скрывая, поведал собственную биографию. Мелкопоместный, разорившийся барон из захудалого рода, участник многочисленных походов и битв. Германцу было все равно за кого драться, лишь бы платили хорошо и аккуратно. Идеальный тип наемника.

Вторым оказался Мануто Дойл, крепкий чернокожий землянин с наголо выбритой головой. На вид ему не исполнилось и двадцати пяти, но узнать возраст точно не удалось. Парень не любил болтать понапрасну. Лишь спустя несколько месяцев Дойл рассказал, что являлся бойцом-гладиатором одного из племен.

Третий наемник был не менее колоритной личностью. Волевой квадратный подбородок гордо поднят, длинные черные волосы разбросаны по плечам, в карих глазах застыла злоба. Его кожа имела бронзовый, красноватый оттенок. Землянин сквозь зубы надменно процедил имя — Акапара.

Спустя два дня рота разведчиков на пяти бронетранспортерах и четырех вездеходах двинулась к космодрому «Песчаный».

Вместе с аланцами ехали двадцать наемников.

Поиск новой посадочной площадки был лишь промежуточный задачей. Юго-восточнее космодрома находились сразу три оазиса. Очень удачный вариант для колонизации.

Кому быть проводников в рейде, друзья обычно решали жребием, но на этот раз самурай изъявил желание отправиться вместе с Олесем.

Сидя рядом с водителем головного транспортера, земляне внимательно следили за дорогой. Храбров, Аято и Стюарт дежурили по очереди. Пол стал неотъемлемой частью их группы.

За четыреста километров разведчики лишь дважды наткнулись на ловушки гигантских хищников. Приходилось делать приличный крюк. Впрочем, к подобным маневрам проводники относились спокойно.

Куда больше их нервировала новая опасность — зыбучие пески. Ведь определить по внешним признакам западню не представлялось возможности. Поэтому бронетранспортер шесть раз попадал в зыбучие пески.

Ловушки в этой части пустыни Смерти встречались повсюду.

К исходу вторых суток, наблюдатели заметили на юго-западе гигантскую котловину. Воронка простиралась на несколько километров. А до космодрома рукой подать. Теперь никто не сомневался, что «Песчаный» сильно поврежден.

Бронетранспортеры и вездеходы замерли у первой уцелевшей постройки. Спрыгнув с брони машины, отправились на прогулку Аято и Храбров. Наемники шли медленно, неторопливо, всем видом показывая, что древние руины их совершенно не волнуют.

На самом деле это было не так. Одно здание, а точнее его подвальное помещение очень интересовало землян. Речь, конечно, шла о блоке «Z-7».

Впервые воины прочитали о нем в журнале дежурных «Звездного».

По случайному стечению обстоятельств, бесценный документ попал в руки Олеся. Из него стало ясно, почему местные жители патологически ненавидят аланцев. Катастрофу на Тасконе подготовил и спровоцировал Великий Координатор.

Миллиарды ни в чем неповинных людей сгорели в огне ядерного пожара. В последний момент началась эвакуация наиболее ценных граждан и членов их семей.

И тут один из тасконцев упомянул о таинственном блоке. Перед самой катастрофой в нем спрятались сотни людей. Упоминался даже код замка. Из-за спешки проверить его на «Звездном» не удалось, зато на «Кенвиле» землянам уже ничто не мешало.

Любопытство победило осторожность. По плану космодрома воины нашли «Z-7», раскопали металлический люк и после нескольких неудачных попыток сумели подобрать нужную комбинацию цифр.

Наемникам не удалось даже найти следов пребывания здесь беженцев.

Однако событие, которое произошло утром, заставило землян пересмотреть свое мнение. Преследовавших их бандитов атаковала группа неизвестных солдат в униформе, в темных гермошлемах и с лазерными карабинами в руках.

Оливийцы появились из блока «Z-7», туда же и ушли. Удивительно, но их оружие прекрасно действовало в условиях излучения. Без сомнения, выход тасконцев был спровоцирован любопытством воинов. Кто они такие и где прятались, оставалось только догадываться.

Все документы, найденные на «Звездном», хранились у Сфина в Морсвиле. Ценные сведения являлись страховкой воинов. Сегодня наемникам представится еще один шанс проверить свою версию.

— Я уверен, «Z-7» мы найдем на том же месте. Склады и ангары всегда находятся рядом, — сказал японец.

Аято не ошибся. Спустя четверть часа земляне в сумраке вечера заметили знакомые очертания. Но осматривать было нечего. Фундамент в трещинах, стены повалены на внешнюю сторону, пол провалился вниз, вход засыпан песком, а крышка с замком вовсе отсутствует.

— Я не большой специалист по взрывам, — произнес японец, — но блок уничтожен изнутри. — Значит, кто-то умело заметает следы.

— Вряд ли тасконцы станут скитаться по пустыне, — задумчиво вымолвил Олесь. — Те парни не производили впечатления дикарей. У них под землей есть отличное подготовленное укрытие.

— Интересная мысль, — проговорил самурай. — Сейчас мы проверим наши предположения.

Тино уверенно зашагал к ближайшей группе инженеров и указал им на развалины блока, ссылаясь на то, что они отличаются от других.

Примерно через полчаса офицер подошел к землянам и, почесывая затылок, задумчиво проговорил:

— Действительно, странное местечко. Все разрушения на «Песчаном» двухвековой давности. Но это здание взорвалось изнутри, причем совсем недавно. Месяца три-четыре назад, не больше. Следы совсем свежие.

Русич и Аято с пехотинцами отправились искать оазис Корвил. Воинам предстояло преодолеть сто десять километров.

К полудню четвертого дня разведчики достигли намеченной цели. Воины поднялись на бархан и замерли в восхищении. Оазис поражал своими размерами. Он тянулся на десятки километров и уходил далеко за горизонт. Обширные поля, роскошный сад, многочисленные стада конов и даже небольшой пруд в центре деревни. По площади оазис превосходил Тишит, Твинт, Эквил и Клон вместе взятые.

Справа показалась вооруженная группа людей. Храбров и Аято вступили в переговоры и рассказали о цели отряда: обнаружение оазисов, пригодных для жизни для тысяч колонистов. Но предводитель местных жителей отказался вести переговоры и отдал приказ убить представителей. Тино заметил как лучники натянули тетивы и тут же был убит лейтенант Морган. Земляне атаковали противника и обратили его в бегство.

Переговоры не удались.

— И что же теперь делать? — растерянно вымолвил десятник.

— Будем прорываться, — вставил Олесь. — Поднимайте людей!

Вид у большинства пехотинцев был действительно неважный. Длительный переход давал себя знать. Еле передвигая ноги, разведчики брели на северо-запад. Райский уголок Корвила быстро исчез из виду.

Спустя четыре часа на близлежащих барханах появились сотни тасконцев. Размахивая оружием, яростно вопя, они устремились на врага.

К такому повороту событий аланцы были готовы. Дружно ударили карабины, распорола тягучую пелену воздуха пулеметная очередь, глухо застучали подствольные гранатометы.

Гулкое эхо разрывов разнеслось над пустыней, вздыбились вверх столбы песка, обливаясь кровью, падали десятки корвилцев.

Осознав допущенную ошибку, оливийцы поспешно отступили. Выстрелы смолкли, и воцарилась пугающая, мертвая тишина. Склоны дюн оказались усеяны телами убитых и раненых тасконцев. Ни один десантник не пострадал. Русич смотрел на поле боя и не испытывал ни малейшей радости. Слишком дорогая плата за высокомерие.

Рота медленно двинулась дальше. И тут добавилась еще одна проблема. Оливийцы придумали неплохой способ борьбы с противником. Из-за соседних барханов неожиданно вылетел рой стрел. Двое аланцев погибли, а трое получили ранения. После того как рота нарвалась на очередную засаду и потеряла еще одного бойца, Храбров понял, что идти дальше не имеет смысла.

В экстремальных случаях радист выходит в эфир с небольшим сообщением.

— Мы в окружении. Квадрат 47–15. Срочно вышлите бронетранспортеры и вездеходы. У нас есть раненые. Проводником отправьте Пола Стюарта. Как поняли? — отчеканил радист.

— Поняли отлично, — послышалось в ответ. — Однако колонна прибудет лишь завтра днем. Вам придется продержаться сутки.

В выдержке и терпении оливийцам не откажешь. Лишь под утро, часа за полтора до рассвета корвилцы двинулись на штурм. Потери были огромные… К вечеру прибыли транспортеры и воины отправились в обратный путь.

Через два дня, на закате, боевые машины ворвались в распахнутые главные ворота на территорию базы.

— Сколько наших потеряли? — серьезно спросил де Креньян.

— Шестерых, — ответил русич.

Чуть помедлив, француз с горечью произнес:

— Здесь тоже не все гладко. Таких инцидентов еще не случалось.

— Кто? — уточнил самурай.

— Оливер Канн. — Воин из последней партии. Высокий, здоровый, рыжий. Позавчера Оливер затеял драку с Ченом. Канн бы добил Чена, но схватку заметил охранник на вышке. Пулеметная очередь прекратила избиение.

— А какова реакция Олджона? — вставил русич.

— В том то и дело, что никакой, — проговорил маркиз. У людей появился страх. С Оливером никто не спорит.

Аято взял с постели ножны и направился к двери. Следом за ним двинулись де Креньян и Храбров.

Увиденное подтвердило самые худшие опасения. В дальнем углу, развалившись на кроватях, сидели четверо крепких землян. Вся группа была из последней партии.

Аято и Храбров вступили в схватку с громилами. И те, в концов концов, сочли за благо подчиниться.

— Как ты думаешь, мы надолго прижали хвост этим мерзавцам? — спросил Храбров самурая.

— Вряд ли, — лениво заметил Тино. — Канн — отъявленная сволочь. Нагл, жесток, без убеждений и принципов. Но к столь внушительному набору «достоинств» придется прибавить огромную физическую силу, смелость, хорошие навыки владения оружием и быстрый ум. Он необычайно быстро разобрался в ситуации на базе. Олджон получил в среде наемников человека, которого так долго искал. Оливер будет убивать всех подряд, расчищая путь колонистам. Политика ассимиляции — чистейшая ложь. Местные жители Алану не нужны. Чем больше оливийцев погибнет, тем лучше.

— Думаешь, полковник договорился с Канном? — уточнил Олесь.

— Уверен в этом, — вымолвил самурай. — Банальная сделка двух подлецов. Оливер не глуп. Больше на открытый конфликт он не пойдет. Мерзавец начнет действовать исподтишка.

…Три тысячи десантников строились в колонну. Столь длительных рейдов армия захватчиков никогда не совершала. Пехотинцам предстояло преодолеть почти пятьсот километров. К исходу семнадцатых суток полки аланцев достигли цели.

Длительный подъем, — и войска замерли. Аланцы с восхищением смотрели на удивительное чудо природы. В утреннем свете Корвил выглядел еще более привлекательно. Нежная зелень травы и деревья, аккуратные домики, водная гладь пруда сверкает, словно зеркало. Несмотря на сопротивление Храброва, командир полка Ходсон отдал приказ штурмовать оазис. Началась бойня. Корвил был усеян сотнями трупов.

Ходсон находился в безвыходном положении, поскольку не знал, что делать с пленными. Надо быть отъявленным, беспринципным мерзавцем, чтобы расстрелять несчастных оливийцев.

— Встаньте! — срывающимся голосом проговорил десантник. — Война закончена. Я сочувствую и скорблю по погибшим. Надеюсь, этот инцидент не помешает нам жить вместе. Скоро сюда прибудут колонисты. Мы ни в коем случае не станем ущемлять интересы местных жителей. Наоборот, в Корвиле воцарится мир и порядок. Теперь вы граждане Алана.

Космический корабль медленно опустился на посадочную площадку. Двигатели смолкли, и из трюма по металлической лестнице на поверхность сошла очередная партия колонистов. Это была уже вторая группа поселенцев с того момента, как полки Ходсона ушли к Корвилу.

Колонна вездеходов, растягиваясь на несколько километров, двинулась на юго-восток. Аштон, вместе с двумя землянами-проводниками, сидел на броне головной машины. Воинов звали Су Пак и Хасан Салид.

В первый же день машины преодолели почти триста километров. Еще один рывок, — и Корвил покажется на горизонте.

— Не нравится мне эта туча, — раздался взволнованный голос Пака.

— Что-то в ней подозрительное, — ответил Салид. Только сейчас аланец заметил серо-рыжую стену на.

Юге. Она закрыла весь горизонт. Видимость резко ухудшилась. Колючий песок царапал кожу, и пехотинцы опустили прочные забрала. Пустыня Смерти преподносила очередной сюрприз.

— Тормози! — крикнул лейтенант в открытый люк.

К сожалению, ни аланцы, ни земляне не осознавали, какая опасность им угрожает. Расплата последовала незамедлительно. Ураганный шквал буквально смел десантников с брони. Крики обреченных людей утонули в реве ветра. Аштон, Хасан и еще пара счастливчиков успели зацепиться за поручни. Воины с трудом забрались внутрь бронетранспортера.

Только сейчас Аштон в полной мере осознал трагичность сложившейся ситуации. Невольно его взгляд упал на канистры с водой и пакеты с продовольствием. Учитывая значительные потери, этого запаса экипажу хватит надолго. Но, что будет с остальными людьми? В некоторых вездеходах количество колонистов значительно превышает нормы. Вода закончится у них уже через пару дней. Более страшного испытания не придумаешь. Обреченные поселенцы начнут сходить с ума.

Ужасный ветер свирепствовал девять суток. Запас живительной влаги иссяк на восьмые сутки. Люди с ужасом наблюдали, как из канистры падает в кружку последняя капля. Счет пошел на часы. Аланцы даже не ощутили тот миг, когда завывание ветра прекратилось.

Лишь спустя несколько минут светловолосый сержант радостно закричал:

— Ураган закончился! Мы спасены!

— Я не могу больше ждать! — истерично воскликнул молодой парень лет двадцати. — Яне хочу умирать. Жажда прикончит нас всех. Дайте мне свежего воздуха!

В глазах бедняги сверкали искры безумия. Никто не заметил, как парень схватился за автомат. Щелчок предохранителя, удар затвора и длинная звонкая очередь. Пули хлестнули по людям и броне. Получив свободу, безумец бросил оружие и необычайно ловко вылез из машины.

В этой суматохе не участвовал Аштон. Когда началась схватка, он дремал, грезя о зеленых деревьях и чистой, прозрачной воде. Затем ужасный грохот и сильный толчок в грудь…

Лейтенант хотел подняться, но не смог. Еще ничего не понимая, офицер провел рукой по куртке. На пальцах осталось что-то теплое и липкое. В тот же миг тело пронзила острая боль. Аланец понял, что до прихода помощи он не дотянет.

Лейтенант умер через сутки.

Олесь стоял у пруда и наблюдал, как надвигается ураган на Корвил. Что собой представляет песчаная буря, русич прекрасно знал. Накануне Ходсон сообщил об опасности на все базы. Признаться честно, офицер с некоторым недоверием воспринял предупреждение землян. Вряд ли ураган продлится долго. Сутки-двое, не больше. А это значит, необходимо подготовиться к походу на Велон.

Удар бури был страшен. Мощные шквалы следовали один за другим.

Если бы полки аланцев направились к Велону, их ждала бы неминуемая гибель.

Буря длилась девять дней. Ураган прекратился столь же внезапно, как и начался.

Ровно в полдень Ходсон вызвал Олеся, Жака и Тино на совещание. Задумчиво глядя на карту, майор, медленно растягивая слова, произнес:

— Вы оказались правы, — офицер старался не смотреть в глаза наемникам. — Наступление на Велон привело бы полки к гибели. Благодарю за совет. Я не думал, что ураган так затянется… У нас почти не осталось продовольствия…

— Значит, поход отменяется? — уточнил самурай.

— К сожалению, — аланец тяжело вздохнул. — Олджон будет в ярости… Вы немедленно отправляетесь на базу. Через час бронетранспортер и два вездехода двинутся в путь.

Учитывая сложную обстановку в группе землян, Аято решил оазис не покидать. Оливера нельзя оставлять без внимания ни на секунду.

…Машины взревели моторами и, вытягиваясь в колонну, двинулись на северо-запад. Уже через час они наткнулись на ловушку песчаного червя. Поневоле пришлось сбросить скорость. Осмотр местности стали проводить регулярно. Именно повышенная внимательность и позволила заметить одинокую фигуру на бархане. Храбров взглянул в бинокль на незнакомца.

— Поворачиваем! — приказал Олесь. — Надо допросить путника.

Вскоре вездеходы настигли одинокого странника. Теперь сомнений не осталось — перед ними действительно колонист. Светловолосый парень лет двадцати пяти, не обращая внимания на подъехавшие машины, брел неизвестно куда. Вид у колониста был ужасающий. Грязные, взлохмаченные волосы, кожа бурого цвета, губа распухли и растрескались, в серых глазах застыло безумие.

— Грузите его! — скомандовал Олесь. — Будем разбираться на базе.

Аланец не сопротивлялся и послушно забрался в вездеход. Устроившись в дальнем углу, он свернулся калачиком и уснул под рев двигателей. Пустыня Смерти не знает пощады. Не снижая скорости, машины вкатили на «Центральный».

— Олесь! — раздался радостный голос Стюарта.

К друзьям устремился шотландец. После крепкого рукопожатия Пол взволнованно произнес:

— Вот это буря! Ветер разрушил легкие сооружения. От штаба к наемникам направилась группа офицеров. Впереди быстро шагал полковник Олджон.

— Надеюсь, майор Ходсон готов к наступлению на Велон? — без всякого приветствия спросил аланец, останавливаясь в трех шагах от землян.

— Армия нуждается в топливе и продовольствии, — спокойно сказал Олесь. — Как только мы доставим все необходимое, войска двинутся в поход.

Командир корпуса неожиданно обернулся и, как бы между делом, бесстрастно проговорил:

— Кстати, как устроились поселенцы на новом месте?

— Какие поселенцы? — Храбров изобразил недоумение. Сделав несколько шагов к наемникам, Коргейн дрогнувшим голосом тихо пояснил:

— Перед ураганом к Корвилу ушла колонна из двенадцати машин. Ее вел лейтенант Аштон. Пятьсот колонистов и триста солдат…

Де Креньян присвистнул от изумления и схватился руками за голову. Маркиз уже понял, что произошло в пустыне Смерти. Размеры трагедии будут чудовищны. Русич самообладания не потерял. Взглянув в упор на Олджона, Олесь зло выдавил:

— До оазиса не добрался ни один вездеход. Учитывая ограниченность резервного комплекта, можно предположить, что отряд погиб от жажды. Двухсуточный поход растянулся на двенадцать дней.

Олджон судорожно пытался осмыслить служившееся. Ситуация действительно сложная. Начнутся поиски виновного, а командир — самая подходящая кандидатура. Понижение в должности, ссылка на отдаленные космические станции неизбежна. Ответ напрашивался сам собой — виноват Аштон.

Смягчив тон, Олджон громко сказал:

— А ведь мы с Коргейном предупреждали лейтенанта. Несчастный карьерист…

— Нужно немедленно отправить на поиски все имеющиеся машины, — произнес Храбров.

— Хорошо, — чересчур быстро согласился Олджон. — Бронетранспортеры и вездеходы в вашем распоряжении. Берите топливо, столько, сколько считаете необходимым. Я лично распоряжусь.

Спустя сорок минут девять машин, ревя двигателями, покинули базу.

Офицеры не спеша отправились к штабу. Чем меньше поселенцев уцелеет, тем лучше. Самый идеальный вариант, если поисковики найдут лишь трупы. Свидетели преступления полковнику были не нужны.

…Колонна двигалась стремительно. За ночь Храбров хотел преодолеть километров двести. Ни разу не остановившись в пути, вездеходы достигли цели к пятнадцати часам следующего дня. Опасения Храброва оправдались почти сразу. Первую западню обнаружили уже через двадцать минут. Сделав приличный крюк, отряд выкатил на пологий бархан. Сзади разворачивалась гигантская воронка.

Только сейчас воины увидели на глубине странный предмет значительных размеров. По мере осыпания песка, он приобретал знакомые очертания. Опознать в груде исковерканного металла корпус вездехода было непросто. Зубы хищника славно потрудились.

— Судьба колонны начинает проясняться, — тяжело вздохнул Стюарт.

Через полчаса отряд обнаружил второй вездеход. Проникнув внутрь, десантники обнаружили тела колонистов. Вскоре подъехал бронетранспортер де Креньяна.

— Я нашел еще две машины, — вымолвил де Креньян. — Картина та же — одни покойники. Жажда прикончила всех.

Заметив третий вездеход, сержант, сидевший рядом с русичем, приподнялся и приложил ладонь к глазам, закрываясь от ярких лучей Сириуса.

— У него открыты люки, — со слабой надеждой в голосе сказал пехотинец.

Быстро спустились внутрь. Сразу бросилась в глаза куча пустых канистр из-под воды. Первый колонист мертв, второй тоже.

— Они умерли совсем недавно, — воскликнул сержант. — До Корвила отсюда рукой подать. Их могли спасти. Почему оттуда никто не приехал?

— В оазисе ничего не знают о колонне, — ответил Храбров.

В этот момент раздался тихий стон. Парень лет двадцати двух был еще жив. Тотчас появился врач. Укол стимулятора, фляга ко рту — и поселенец жадно припал к горловине.

— Ищите лучше, тщательно проверяйте все! — выкрикнул Олесь.

Так удалось обнаружить еще шестерых живых. Отряд не прервал поиски ни на минуту. Восемь вездеходов еще попались на пути, но только в трех солдаты нашли уцелевших после бури поселенцев.

Внутри последнего находилось всего пять человек. Сняв с пояса флягу, землянин приложил ее к губам первого солдата. Тот сделал несколько больших глотков и едва слышно сказал:

— Я знал… вы придете… Командир… Только сейчас Олесь узнал Салида.

— Сюда! — закричал Храбров. — Здесь есть живые!

— Где Аштон? — спросил русич.

— Погиб… — прохрипел Салид. — Один аланец спятил… расстрелял половину…

Храбров с де Креньяном решили отыскать все исчезнувшие вездеходы. И спустя некоторое время пехотинцы заметили очередной вездеход. Транспортное средство уткнулось в дюну и застряло.

Русич насчитал не меньше сотни тасконцев, которые кружили рядом. Увидев приближающийся бронетранспортер, оливийцы, размахивая дубинами и мечами, бросились в атаку. Послышались редкие выстрелы. В воздухе раздался свист пуль.

Очередь разметала ряды воинов. Оставив на песке полтора десятка трупов, тасконцы обратились в бегство. В вездеходе находилось еще семеро.

Оставалась неизвестной судьба еще двух машин, но, учитывая количество червей в этом районе, не исключено, что их вообще никогда не найдут.

Пора предъявить Олджону счет. Пусть полковник взглянет в глаза уцелевшим колонистам…

Отряд двигался не очень быстро. Состояние некоторых поселенцев и десантников вызывало серьезные опасения. Многие люди до сих пор находились без сознания. Значительная часть поселенцев находилась на грани безумия. В глазах колонистов застыла холодная, бездонная пустота.

Двадцать машин въехали на территорию космодрома и замерли недалеко от ангаров.

К машинам подошел полковник Олджон. Окинув взглядом поселенцев, командующий, изображая сочувствие, громко произнес:

— Мне жаль, что случилась такая беда. Трагическое стечение обстоятельств… Мы доверились одному офицеру, а он оказался выскочкой-карьеристом. Да и кто мог предвидеть, что начнется ураган? Это станет хорошим уроком…

— Вы лжете! — раздался надрывный женский голос. — Лейтенант Аштон умер на моих руках, — тяжело дыша, продолжила аланка. — Бедняга выполнял ваш приказ! Хотели быстрее отчитаться в освоении Корвила? Сволочи! Даже сейчас хотите свалить вину на невинного человека. Но я не дам опозорить имя моего командира! Военный трибунал разберется.

И тут один из колонистов — Корк, потерявший жену, вырвал у стоящего рядом пехотинца автомат и разрядил его в группу офицеров. Олджон и его ближайшие сподвижники были убиты на месте.

Быстрым шагом друзья направились к штабу. Там царила паника и хаос. Согласно иерархической структуре, руководство базой переходило к командиру десантного полка майору Маквилу. Он согласился с предложением русича и его товарищей — начать операцию возмездия против мутантов.

Колонна покинула «Центральный» с восходом. Одиннадцать машин были загружены ящиками и канистрами под самую крышу. Спустя двое суток, на горизонте показался Корвил.

Сняв очки, Храбров спрыгнул на землю и направился к полевому штабу Ходсона.

Ходсон настороженно спросил:

— На «Центральном» что-то случилось?

— Ничего особенного, — отрицательно покачал головой Олесь. — Если не считать того, что Олджон послал колонну поселенцев к Корвилу за сутки до урагана.

Во всех деталях Храбров поведал о ходе поисковой операции. Особый акцент юноша сделал на столкновении с оливийцами. Ходсон должен знать, что легкой прогулки к Велону не получится.

Ранним утром армия покинула оазис. Две тысячи пехотинцев, пятьдесят наемников, пятнадцать машин.

К исходу третьего дня колонна почти достигла цели. По расчетам проводников, войска находились в пяти— семи километрах от Велона. Атаковать деревню ночью Ходсон не решился.

Риск был чересчур велик и неоправдан. Было решено разбить лагерь и дождаться утра.

Но большой отряд мутантов проник в лагерь и напал на часовых. Один из пехотинцев успел поднять тревогу. Завязалась рукопашная. Осознав, что план провалился, оливийцы быстро отступили.

Потери ночного боя оказались несопоставимы. Тринадцать убитых мутантов против пятидесяти семи десантников.

Как только небо на востоке окрасилось в нежно-розовые тона, полк двинулся к Велону.

Не выдержав натиска, оливийцы начали отступать на восток. Вскоре исчез последний мутант.

Сегодня оливийцы потерпели поражение.

Но что будет завтра?…