II. Двуногий у костра.

В первобытном лесу горел огонь, единственный на много сотен верст кругом. Его зажгли на открытом месте под нависшей стеной утеса, задерживавшего ветер. В лесу гремела буря, ночь была темна. Шел дождь, но огонь, защищенный утесом, горел весело.

Вокруг костра лежала в глубоком сне группа людей. Они были голы. Каждый спал, подложив близко к себе большую дубину. Около людей валялись плетеные корзины с разными плодами и корнями.

Один не спал. Неподвижно сидел он около огня, глаза его ни на секунду не закрывались. Это был большой парень, высокого роста, его звали Двуногим за очень большие ноги. Рядом с ним была набросана огромная куча веток и хвороста, откуда он брал и подкладывал в огонь. В левой руке Двуногого был необделанный кусок кремня, и когда костер горел хорошо и не требовал внимания, он брал брусок из рога оленя и, уперев его в то или другое место камня, откалывал кусок кремня. Он хотел сделать топор, и при этой работе грубые черты его лица освещались творческим огнем. Старый топор из кремня лежал около него: он представлял жалкий осколок без формы и без лезвия.

Двуногий с детства был посвящен охране огня, так как принадлежал к высокочтимому роду, за членами которого признавалось право ухаживать за пламенем. С раннего детства он был склонен к одиночеству; огонь он хранил лучше, чем кто бы то ни было до него. У него были сильные руки, и он лучше других мог рубить дрова для костра. Он любил охоту, племя помнило, как он во времена юности с помощью закаленного в огне ясеневого сука убивал жеребят трехпалой лошади, молодых медвежат-пещерников. Ему удалось однажды притащить убитого молодого носорога.

Потом ему дали священный топор для рубки дров для огня, и все его блуждания и охотничьи подвиги должны были окончиться. В жилах, его, однако, текла кровь искателя приключений и, сидя около охраняемого костра, он продолжал мечтать о них.