#Россия #Петербург. Поэт, революция и бомж. Теги: Арабская весна и Ленинградский вокзал. – Шииты, сунниты, бомжи и охрана. – Удар по морде и цитата из Маяковского. У нас все чаще задаются вопросом о возможности революции в России, правда? И неважно, что цены не нефть высоки: посмотрите, что в нефтяном Бахрейне творится! Хотя, казалось бы – богатейшее островное государство! …Обо всем этом я думал, стоя на крайней правой платформе (не в политическом смысле) Ленинградского вокзала в Москве. Я думал, что Бахрейн есть показатель того, что понятие справедливости без понятия равенства в правах и равенства перед законом приводит к произволу. Там, где на правой платформе к ней примыкает вокзальная стена, есть киоски со всякой снедью. После размышлений о Бахрейне меня вдруг невероятно пробило на ближневосточную шаурму-шаверму, а на платформе был как раз ларек с шампуром и блинами мяса. И я попросил сделать мне шаурму, а сам, додумав мысль о Бахрейне – где большинство шииты, но правят сунниты, что и было, в представлении шиитов, попранием справедливости, а для восстановления попранной справедливости богатство или бедность неважны, вот там и громыхнуло, – стал думать о том, что падение автократических режимов часто меняет не строй, а его форму, причем не в лучшую сторону. Автократии ведь как устроены? Они уничтожают любую параллельную структуру, которая могла бы тихо-мирно принять на себя часть власти, потому что ни тихо, ни громко автократия свою власть отдавать никому не намерена. Поэтому, если деспотии уж рушатся, то сразу валясь под ноги толпы, обуздать которую лучше всего получается у негодяев. Взять большевиков с Лениным, который не просто утверждал, что оппонентов нужно не переубеждать, а уничтожать, – но и уничтожал. Большевики потому и победили, что шли через толпу и трупы нагло, с ложью, обманом, заложниками и концлагерями. А прочие миндальничали… Вот ровно об этом я и думал, когда во внешнем мире произошли два действия. Во-первых, продавец за стеклом протянул мне завернутую в салфетку шаурму. Во-вторых, подле меня материализовались двое: бомж, в котором я опознал бомжа сначала по запаху, а потом по одежде, и мужик, вышедший на мороз покурить в одной белой сорочке и галстуке. В манерах и чертах мужика проглядывал бывший бандит, которого бог чудом спас от тюрьмы и перепрофилировал в мелкие бизнесмены. У мужика в глубине вокзала наверняка был офис. – Извините, пожалуйста, – обдал меня амбре бомж, – у вас не найдется пяти рублей? Я достал из кошелька 10-рублевый кругляш и, брезгуя вложить монету в грязную ладонь (и злясь на себя за брезгливость), устроил так, чтобы денежка как бы бесконтактно упала в руки бомжу, но с прилично близкого расстояния. И ровно в тот момент, когда десятирублевка коснулась ладони, мужик в сорочке коротко, жестко и страшно ударил бомжа в лицо, и тот двинулся головой в ларечное стекло, а затем повалился на асфальт в окурках. – Здесь люди едят, – понял, нет? – зло сказал мужик. – Вы что, это же человек! – заорал я, ошарашенный. – Эй, если стекло разобьется, что я хозяину скажу? – горестно, но так, чтобы услышала белая сорочка, спросил продавец. Сорочка не удостоила нас даже взглядом и сделала шаг назад. Бомж, подвывая, но не думая ни терять сознание, ни удивляться, на четвереньках, по-крабьи, попятился и исчез. – Это начальник охраны наш, – кивнул в сторону мужика продавец. – По-другому они не понимают. По-другому им уже объясняли, но они снова приходят. Они здесь воровством занимаются, нескольких пассажиров обокрали. Я отошел, обгаженный разом всем: и тем, что при мне ударили человека; и что меня защитили как прилично одетого господина; и что аппетит у меня не пропал, и я стою трескаю из чистых рук относительно съедобную шаверму; а главное, что на слова продавца и действия мужика мне нечего возразить. К чему я это гну? Да ни к чему. Слегка перефразируя Маяковского, В политику этим не думал ввязаться я. А так – срисовал для видика. Одни говорят – «русская цивилизация», другие – «самодержавная политика». КОММЕНТАРИЙ. Текст был написан для портала GZT.ru (не путать с Gazeta.ru – GZT.ru через некоторое время закрылся). Случившееся, ей-ей, я не придумал. И получилась очередная иллюстрация к вопросу – в России власть есть производное от народа или народ есть производное от власти? Ни у кого нет знакомого из Бахрейна, чтобы переадресовать вопрос? 2014