Группа Джомолунгма.

Экспедиции.

1960 год. Осенью 1960 г. стартовала новая, организованная Эдмундом Э. Хиллари и руководимая им же большая экспедиция в район Кхумбу Гимал. Программой предусматривались физиологические исследования на больших высотах, для чего планировалось даже строительство горной хижины на высоте 6000 м, поиски иэти и восхождение на покоренную еще в 1955 г. французами Макалу (8481 м), но в этот раз по возможности без применения кислорода.

В поисках «снежного человека» участвовали несколько специалистов из Чикаго, среди них один эколог, один из директоров Чикагского зоопарка, антрополог, врач и журналист.

Вначале экспедиция придерживалась районов Ролуэлинга и Менлунгла, где Эрик Шиптон и доктор Михаел Уорд в 1951 г. сделали лучшие снимки следов иэти. Но удалось найти лишь шкуру очень редко встречающегося «синего медведя» и, кроме того, поймать живыми двух. Одолжив после долгих хлопот на несколько месяцев знаменитый «скальп иэти», правда при условии, что Кхумба Чумби ― старейший Кхумдцунга ― будет сопровождать его как доверенный и хранитель, Хиллари, в конце ноября 1960 г. с этим скальпом начал свое кругосветное путешествие. При более тщательном исследовании, однако, выяснилось, что пресловутый скальп ― всего лишь кусок козьего меха.

Другая группа в это время построила в долине Мингбо, южнее вершины Ама-Даблам, две хижины ― одна «Зеленая шляпа» (4970 м) с четырьмя койками, печкой и скамьей и вторая, несколько большая, «Серебряная шляпа» (5790 м), под перевалом Мингбола (около 5900 м). «Серебряная» хижина была постоянно заселена с декабря 1960 по конец апреля 1961 г. Вопреки ожиданиям акклиматизация в зимних условиях, по оценке физиолога, дала хорошие результаты. Один гляциолог и два альпиниста полностью выполнили обширную научную программу. Временами их посещали гости на вертолете. Находящийся в Катманду вертолет, который экспедиция в случае необходимости могла нанять, имел потолок около 6100 м.

Недалеко от «Серебряной» хижины возвышается вершина Пума-Даблам (около 6400 м). Первовосхождение на Пума-Даблам совершил в ноябре Джим Милледж с одним шерпом. На Ама-Даблам (6856 м) обратили внимание во второй половине февраля, когда в «Серебряной» хижине жили научные работники. Отсюда можно было атаковать эту вершину только по юго-западному гребню, который Д. Куннингхэм ― Р. Пировано осенью 1958 г. разведали до высоты 6100 м.

13 марта 1961 г. две связки: Майкл Уорд ― Уольс Раманес и. Майкл Джилл ― Бари Бишон ― стояли на вершине Ама-Даблам. Это было одним из самых сложных восхождений, предпринятых до сих пор в Гималаях; оно потребовало применения большого количества скальных и ледовых крючьев, стремян и веревочных лестниц, около 500 м веревочных перил и т. д. Восхождение по технической сложности не уступало труднейшим альпийским маршрутам с одним только отличием: в Альпах сегодня приходится искать сложные и сложнейшие пути, в то время как на такой горе, как Ама-Даблам, альпинист экстра-класса, удовлетворяющийся только крайне трудным рельефом, находит его на нормальном пути восхождения. В этом случае «акробатический альпинизм» кажется логичным даже альпинисту, относящемуся недоброжелательно к чрезмерному применению искусственных средств во время восхождения. Ведь вряд ли кто-либо решился, например, признать невозможными восхождения на Жанну (7710 м) или Мачапучаре (6997 м), где без применения технических средств просто нельзя обойтись.

При спуске с Ама-Даблам случилось тяжелое несчастье: у «желтой башни» откололась скальная глыба и перебила тяжело нагруженному шерпу Гумену Дорье правую ногу под коленкой. Врач М. Уорд вправил перелом и наложил картонную шину. Затем началась трудная транспортировка пострадавшего, которого переносили по очереди Уорд и Джилл на спине по весьма сложному гребню. Раманес страховал, двое придерживали на уступах ноги и руки несущего и поддерживали забинтованную ногу Гумена Дорье. Они двигались страшно медленно, напрягая все силы. Примерно на высоте 6100 м пришлось остановиться на бивак: начался снегопад.

Утром ― это было 16 марта ― на склонах лежало 20 см свежего снега. Просто чудо, что удалось благополучно спустить Гумена Дорье. 17 марта он был в Мингбо, и 19 марта самолет доставил его в больницу в Катманду.

Все, вместе взятое, ― первовосхождение на Ама-Даблам и транспортировка пострадавшего с этой вершины ― может считаться славной страницей гималайской истории.

Наконец основной состав экспедиции покинул «Серебряную» хижину, и трехдневным маршем прошел через перевал Мингбола (около 5900 м) в богатый озерами бассейн Хангу и далее через ледниковое плато к верхнему леднику Барун, где установил на его левом краю лагерь Макалу I (около 5300 м). В 1954 г. организованная Хиллари Новозеландская экспедиция потерпела в этом районе большие неудачи. И в 1961 г. здесь не все закончилось благополучно: в лагере 3 (6400 м) с Хиллари произошел легкий инсульт. Кислород несколько улучшил его состояние, но все же руководителя экспедиции пришлось срочно спустить, и доктор Майкл Уорд принял на себя руководство. На седле Макалу (7410 м) альпинисты поселились в лагере 5 и провели дополнительные исследования по высотной физиологии. За это время на северном склоне Макалу было организовано еще два лагеря ― 6 (около 7900 м) и 7 (около 8070 м).

Во время организации лагерей М. Джил отморозил нос, шерп Анг Темба так сильно повредил себе голеностопный сустав, что был не в состоянии самостоятельно передвигаться. 18 мая новозеландец Петер Малгрю и доктор Том Невисон с шерпом Анулла предприняли штурм вершины. Медленно поднимаясь, без кислородных аппаратов, они достигли 8350 м, где Малгрю вдруг почувствовал страшную боль в груди ― шок, лишивший его возможности двигаться. Как позже выяснилось, это было кровоизлияние в легкие. Только напряжением всех сил связка сумела к вечеру следующего дня спуститься в лагерь 7. На следующий день Анулла сообщил о случившемся в лагеря 6 и 5. За это время Невисон попытался спуститься с Малгрю в лагерь 6, но по пути они были вынуждены остановиться на бивак в палатке, принесенной из лагеря 6. 20 мая они провели в палатке, Малгрю все еще не мог самостоятельно ходить. Только 21 мая поднялись шерпы, чтобы больного, получившего еще и тяжелые обморожения, перенести в лагерь 5 на седло Макалу.

18 мая пришлось эвакуировать Анг Темба из лагеря 6. Во время транспортировки упал Уорд, его пришлось перенести в палатку, где он пролежал два дня с высокой температурой ― воспаление легких! Несмотря на то что наверху находились два врача ― Том Невисон и сам заболевший Майкл Уорд ― и, самое главное, на седле Макалу (7410 м) имелись в достатке антибиотики и кислородные баллоны, тем не менее ситуация была отчаянная. Только благодаря героическим усилиям всех более или менее работоспособных участников экспедиции и тех шерпов, которые не предназначались для работы на большой высоте и соответственно не были достаточно экипированы, удалось благополучно спустить всех трех больных. За это время была установлена связь с Катманду, и оттуда прислали вертолет. Он доставил больных в миссионерскую больницу в Катманду. К сожалению, обморожения Малгрю оказались такими тяжелыми, что ему в конечном итоге пришлось ампутировать обе ноги ниже колен.

Британская экспедиция на Макалу 1961 г. представляет трагический контраст французскому восхождению на эту вершину в 1955 г. Для французов Макалу была действительно счастливой горой, все шло по намеченному плану, и весь маршрут казался едва труднее нормального восхождения на Монблан при хорошей погоде. Вывод совершенно ясен: штурм большого (выше 8300 м) восьмитысячника без применения кислородных аппаратов был и остается опасным делом даже для хорошо акклиматизированных, опытных гималайских горовосходителей. Это бесполезный риск, от которого надо отказаться.

Нупцзе (западная вершина) с вершинами на гребне (с востока на запад) пик 7703, пик 7815, пик 7879, пик 7795 и пик 7745 является по существу длинным западным, гребнем массива Лхоцзе. Но зазубрина 7569 м между Лхоцзе и Нупцзе все же на 300 м ниже средней вершины Нупцзе (7879 м). Самым лучшим путем на Нупцзе представляется подъем из Западного цирка по «Главной дороге» на Южное седло (7980 м) до высоты 7300 м, где нужно свернуть на юг. Правда, этим путем можно взойти только на пик 7703 м, ибо дальнейшее прохождение почти трехкилометрового острого карнизного гребня до высшей точки Нупцзе (7879 м) было бы, наверно, слишком трудным.

На этом основании сильная Британская экспедиция под руководством Д. Уолмслея весной 1961 г. решила предпринять штурм средней вершины Нупцзе (7879 м) непосредственно по южному склону. Для этого прежде всего нужно было обработать «центральное ребро», то есть гребень между ледником Нупцзе и западным ледником Лхоцзе. Этот «средний гребень» оказался очень трудным и потребовал больше времени и труда, чем предполагалось. Путь из лагеря 1 (около 5500 м) до лагеря 4 (около 6300 м) по сложности можно сравнить с «вершиной ребра» на Канченджанге. Работы начались 12 апреля; только 15 мая удалось установить штурмовой лагерь 8 на высоте 7250 м, и 16 мая 1961 г. в 16 часов Дэннис П. Девис и шерп Таши стояли на высочайшей точке семикилометрового гребня Нупцзе. 17 мая восхождение было повторено двумя связками: К. Д. С. Боннингтон ― Л. Браун и Д. Суаллоу ― шерп Анг Темба, которые по следам первовосходителей проделали это очень быстро: вышли из лагеря 8 в 6 часов 45 минут и в 7 часов, главного гребня достигли в 10 часов, вершины ― в 11 часов 30 минут и возвратились в лагерь 8 уже в 14 часов. Точное и чересчур скромное сообщение руководителя экспедиции дает хорошее представление, с какими трудностями связано покорение Нупцзе с юга.

Коротко остановимся на действующем с осени 1960 г. Институте по исследованию Непальских Гималаев, финансируемом правительством и министерством внутренних дел ФРГ, Немецким альпийским союзом, Австрийским альпийским союзом, Международной организацией Красного Креста и ученым доктором Тони Хагеном. Общее руководство всей экспедиции было поручено доценту Мюнхенского университета доктору В. Хеллмиху, картографические работы возглавлял инженер Эрвин Шнейдер.

С декабря 1960 по февраль 1961 г. проводились геодезические и фотограмметрические подготовительные работы южнее группы Гауризанкара, в юго-западном углу предполагаемого района исследований. Вторая группа под руководством зоолога, профессора, доктора X. Янечека весной и летом 1961 г. вела главным образом биологические исследования. Третья группа экспедиции отправилась в Непал в конце 1961 г. Эрвина Шнейдера в тот раз сопровождали два молодых геодезиста ― инженер Петер Бройер и инженер Герхард Кернер, а также три опытных горных проводника ― Куно Райнер, Эрнст Сенн и Губерт Шрибль. Работы проводились одновременно четырьмя фототеодолитами. Шрибль под руководством Шнейдера вскоре научился самостоятельно производить съемки. Таким образом, в результате трехмесячной работы удалось покрыть съемкой все белые пятна на карте Джомолунгмы 1955 г. и связать триангуляционную основу съемок 1955 г. со съемкой 1961 г., а также произвести фотограмметрическую съемку всего района Кхумбу. Теперь можно ожидать издания новой большой карты масштабом 1 : 50000. Это была тяжелая работа. Как выразились участники экспедиции, «по сравнению с подобными съемками зимой в Гималаях самые сложные восхождения кажутся простыми». Многие базы располагались выше 5000 м, некоторые даже на высоте 5900 м. На этих высотах уже в ноябре и особенно в декабре страшно холодно и очень ветрено, что мало благоприятствует точности работы. Кроме того, хорошая видимость была только в высокогорной зоне. Предгорья часто были закрыты облаками, затрудняющими съемки.

Немецкий кинорежиссер Герт Мель снимал в 1961 г. в районе вершины Пумори фильм о работе шерпов на больших высотах. 7 декабря погибли швейцарский кинооператор Вернер Штайбле и шерп Лобзанг. Возвращаясь со съемочных работ к палаточному лагерю, они провалились в трещину. Штайбле был опытным альпинистом, участвовал даже в 1958 г. в экспедиции на Дхаулагири.

Во второй Индийской Эверестской экспедиции 1962 г. под руководством майора Джона Диаса при установке высотных лагерей произошел несчастный случай. Один из шерпов, Наванг Тзеринг, попал под камнепад и погиб. Лагерь 8 был установлен на высоте около 8500 м, на уровне вершины Лхоцзе. Штурмовая группа ― М.С. Коли, Сонам, Гауца, Хари Данг ― из-за непогоды находилась в этом лагере с 28 по 30 мая. Попытка, несмотря на непогоду, выйти на вершину была прекращена на высоте около 8710 м ― в 50 м под южной вершиной. Они поднялись немного выше, чем в 1960 г.

Всем удалось благополучно спуститься до начала муссона.

В 1962 г. настал черед вершины Пумори (7145 м). Эту красивую вершину хотели покорить многие альпинисты, но только Немецко-швейцарской Гималайской экспедиции под руководством Герхардта Лензера удалось подтвердить серьезность своих намерений. Участниками ее были: немец Ганс Рютцель и два швейцарца ― Уэли Хюрлиман и Эрнст Форрер.

За выход с юга на седло (6150 м) между массивом Лингтрен и Пумори, на которое со стороны Тибета (с севера) можно подниматься на лыжах, велась длительная, упорная борьба. Для того чтобы по скальной стене высотой около 600 м с участками пятой категории трудности могли подниматься тяжело нагруженные шерпы, пришлось навесить много перильных веревок. Наконец удалось установить лагерь 3 (около 6200 м). Попытка подъема по ребру северной стены не увенчалась успехом. Пришлось решиться на штурм вершины через трудный, длинный и увенчанный карнизами восточно-северо-восточный гребень, который восходители одолели за два дня. Вопреки ожиданиям подъем на вершинную пирамиду оказался весьма несложным, и 17 мая он был успешно совершен Лензером, Форрером и Хюрлиманом. Действительно прекрасный успех.

Экспедиции университета Хоккайдо (Япония) под руководством профессора Сейки наконец удалось покорить устрашающую вершину Камланг (7317 м) со стороны долины Хонгу. Для восхождения потребовалась организация четырех высотных лагерей. Во время заключительного штурма С. Анма и шерпу Пазанг Путар IV пришлось заночевать в снежной пещере, и они достигли вершины 31 мая 1962 г. в 14 часов.

Небольшая Американская экспедиция в районе Кхумбу под руководством В.В. Сэйра получила разрешение для восхождения на вершину Гьячунг Канг (7922 м), расположенную севернее перевала Нупла. Участниками этой экспедиции были Норм Ханзен, Рогер Харт и швейцарец Ганс Петер Дуттле.

Обращение профессора философии В.В. Сэйра к непальскому правительству с просьбой разрешить восхождение на Гьячунг Канг было просто уловкой. В действительности разрешение для восхождения на эту гору спрашивалось только из тех соображений, что она находится вблизи перевала Нупла (7915 м), то есть перевала, через который можно пройти на западный Ронгбукский ледник. Дело в том, что Сэйр намеревался тайком подняться на Эверест по тибетской стороне, а именно по старому классическому пути через восточный Ронгбукский. ледник и перевал Чангла (или Северное седло 6985 м).

Эта безответственная авантюра, как и следовало ожидать, также закончилась провалом.

1. Как открыто признает Сэйр, все американцы были новичками в альпинизме, прежде всего на ледово-снежном рельефе. Во время трехнедельного пребывания в Швейцарии они должны были обучиться, как пользоваться ледорубом, ледовыми крючьями и т.д., но вместо этого они предпочли кататься на лыжах.

2. Шерпы, по мнению Сэйра, являются только обузой для Гималайской экспедиции. Поэтому было нанято только два шерпа и 22 местных носильщика до базового лагеря.

3. Так называемый базовый лагерь на верхнем леднике Нгоджумба находился на расстоянии 20 км по прямой от подножия Северного седла, а считая все необходимые обходы ― вдвое дальше.

И хотя четыре белых восходителя не смогли взять с собой даже самого необходимого снаряжения для восхождения на Эверест, все же набралось около 220 кг груза, для переноски которого челночным способом им потребовалось 19 дней.

Таким образом, они оказались в фирновом бассейне восточного Ронгбукского ледника на высоте около 6500 м у подножия Чангла только 26 мая ― уже слишком поздно для восхождения на Эверест, принимая во внимание приближение муссона.

4. Крутой фирновый склон к Северному седлу (6985 м), как известно, при определенных условиях лавиноопасен, но технически нетруден, и ребро, которое с седла уходит вверх к северо-восточному плечу, в своей нижней части примерно до 7600 м имеет простой рельеф, не требующий лазания. Тем не менее, это ребро оказалось не по плечу группе Сэйра. Доказательством этому могут послужить несколько (минимум 5!) происшествий: недостаточное пользование веревкой, отсутствие страховки и... непонятные действия альпинистов.

5. В.В. Сэйр уверен, что 3 июня 1962 г. он поднялся примерно до 7700 м, следовательно, выше находящейся рядом Чангцзе (7537 м), но об этом умалчивает. Пусть Сэйр поднялся даже до 7500 или 7700 м, все равно эта «команда налетчиков» никогда не имела каких-либо шансов взойти на вершину Эвереста (8848 м). Ведь технические трудности концентрируются на последних 500 м перепада высоты, то есть выше 8350 м. Здесь и первоклассный альпинист не может обойтись без кислородного аппарата, а этого «высотного дыхания» у Сэйра не было: ведь он считал его излишним.

Ожидать, что измученный новичок с недостаточным снаряжением сможет преодолеть, например, «вторую» ступень, максимально технически сложное место, является абсолютно нереальным. Это просто домыслы лишенного здравого смысла авантюриста.

6. Спуск к Северному седлу и далее к Ронгбукским фирновым полям, затем возвращение через восточный, главный и западный Ронгбукский ледник к Нупла были для тяжело травмированных и голодных людей кошмаром. Руководитель экспедиции, почти ослепший из-за потери очков, падал от крайнего изнеможения и все время твердил: «Я проклинаю горы». На западном леднике Ронгбук все четверо располагали только одним ледорубом и даже не имели веревки. Только в палатке на Нупла нашлось немного продуктов и веревка. Против обусловленного с двумя шерпами срока возвращения они уже опаздывали на 11 дней; их считали погибшими, поэтому базовый лагерь на леднике Нгоджумба был уже снят. Из последних сил полуживая незадачливая четверка тащилась вниз до Кхумдцунга. Там швейцарец Г.П. Дуттле присоединился к экспедиции немецко-австрийского Института по исследованию Непальских Гималаев. Транспортировку вертолетом остальных трех организовал мой сын Норман Г. Диренфурт, находившийся в это время в Катманду по вопросам подготовки большой Американской Эверестской экспедиции 1963 г.

В состав действующей в 1962 г. четвертой рабочей группы Института по исследованию Непальских Гималаев входили Г. Диссельхорст (орнитолог и руководитель группы) и Е. Попп (препаратор), Г. Эберт и X. Фалькнер (этнологи), Б. Альтмайэр (врач) и И. Поельт (ботаник). Основная работа проводилась в области биологии.

Полевые работы начались в марте 1962 г. в терай, во влажнотропической зоне джунглей на юге, и затем они постепенно продвигались в Кхумбу до высоты 5000- 6000 м. Собранные при этом коллекции составили: 1700 чучел птиц, 30 чучел млекопитающихся, 40000 насекомых, 800 панерогам и 1500 видов растений. В ноябре последние участники четвертой рабочей группы возвратились в Европу.

Уже в конце сентября отправилась пятая рабочая группа, чтобы заполнить пробелы в картографических съемках путем проведения наземных фотограмметрических работ. Руководителем был снова инженер Эрвин Шнейдер. Остальными участниками были: тирольцы Зигфрид Асберли, Густав Лантшнер и Губерт Шрибль, немец Фридрих Биттерле и швейцарец Франц Элмигер. Позже к ним присоединился Ф. Эбстер, который в свое время обрабатывал результаты фотометрических измерений для карты Эвереста 1 : 25 000 (1957 г.).

Эта группа проводила работы с начала октября 1962 до января 1963 г. Метеорологические условия были значительно лучше, чем в 1960 и особенно в 1961 г., температура даже ночью не опускалась ниже 20° С. Из Катманду группа направилась прежде всего в Ролуэлинг Гимал. Полностью был заснят «котел» Рипиму и ледник Толам Бей. Часть съемок была проведена на высоте 6300 м. Затем в районе Кхумбу проводились триангуляционные съемки в дополнение к проведенным в 1955 г. и уточнялись измерения, проведенные в 1960 и 1961 гг.

Затем группа разделилась: Асберли, Шрибль и Биттерле произвели съемку «южных долин» Исва-Кхола, Чойанг-Кхола и Сангкуа-Кхола. Недостаток продовольствия вынудил их возвратиться. В это время Шнейдер и Элмигер произвели триангуляционные съемки долин Дудх-Кхоси до соединения с высшей точкой индийских измерений. Затем они работали в Инугкху-Кхола и Хонгу-Кхола. Обе группы произвели картографические съемки в западном направлении до теснины Ронгшар и Камба-Коси. Тем самым был практически полностью заснят весь район, согласно первоначальному плану. Разумеется, создание большой карты с точным изображением рельефа еще потребует от Эбстера и Шнейдера большого труда.

1963 год. Участники Американской Эверестской экспедиции 1963 г. под руководством Нормана Г. Дирен-фурта трижды достигли вершины (8848 м): 1) Джемс Уиттакер ― шерп Наванг Гомбу 1 мая в 13 часов по юго-восточному гребню; 2) Барри Бишоп ― Лутер Джерстад 22 мая в 15 часов 30 минут также по юго-восточному гребню; 3) Томас Хорнбайн ― В. Ансолд 22 мая в 18 часов 15 минут по западному гребню со спуском по юго-восточному гребню. Тем самым впервые удалось совершить траверс восьмитысячника.

Экспедиция Хиллари 1963 г. достигла также некоторых альпинистских результатов: попытка восхождения на вершину Табоче (6542 м), где альпинисты поднялись до 6500 м; восхождение на безымянную вершину в долине Мингбо высотой 6041 м и первовосхождение на красивую Кангтега (6811 м) с востока, со стороны долины Инукху. Этой вершины достигли Д.Б. Дорнан, М. Джилл, Т. Форст и Д. Вилон 5 июня 1963 г.

Японской экспедиции альпинистского клуба Токийского университета под руководством профессора Нумата удалось совершить первовосхождение на вершину Намбур (6955 м) с юго-запада. Верхний лагерь был установлен на высоте около 6000 м, и 29 мая 1963 г. Хироси Матсуо, Камэра и шерп Мингма Тзеринг после пятичасового подъема достигли вершины.

Осенью 1963 г. шестая группа Института по исследованию Непальских Гималаев проводила работы в области метеорологии, географии растительности, этнографии и почвоведения.

В ноябре ― декабре три американца предприняли путешествие в Кхумбу. Во время перехода через перевал Таши Лапча (5600 м) погиб Д. Виатт.

1964 год. Вершина Гьячунг Канг (7922 м) ― между Джомолунгмой и Чо-Ойю ― покорена большой Японской экспедицией. Федерация Всеяпонского союза альпинистов объединяет около 3000 клубов с 500000 членов и, следовательно, оставляет далеко позади все западноевропейские и американские альпинистские союзы, вместе взятые. Эти неисчерпаемые японские резервы продолжают играть главную роль при исследованиях в Гималаях. Экспедиция к леднику Нгоджумба под руководством К. Кохара имела в своем составе 9 японских альпинистов и 12 шерпов во главе с Пазангом Путар II из Дарджилинга. Штурмовой лагерь 6 был установлен на высоте 7680 м. Оттуда К. Сакайцава ― И. Като ― Пазанг Путар II 10 апреля за четыре часа достигли вершины. На следующий день два японца ― К. Мамида и К. Иазухиза ― повторили восхождение. Этим успехам предшествовал трагический случай. 9 апреля при попытке восхождения на высоте 7700 м связка Т. Такеда ― С. Кобайани ― А. Отаки при невыясненных обстоятельствах сорвалась с северной стены.

Небольшая экспедиция университета острова Рюкю под руководством X. Фукуда была вынуждена отступить от покоренной еще в 1954 г. Барунцзе (7220 м). Восхождение на уже неоднократно посещавшуюся Петхангцзе (6724 м) было весьма слабым утешением. В 1962 г. тирольцы Зигфрид Эберли и Губерт Шрибль из отряда Института по исследованию Непальских Гималаев установили на высоте, равной Петхангцзе, фотограмметрические базисы.

Немецкая (ФРГ) Гималайская лыжная экспедиция на Чо-Ойю (8153 м) под руководством Руди Ротта получила печальную известность во всем мире. Ее участниками были: Сепп Гшвенднер, Георг Хубер, Фриц Штамбергер и Алойз Турмаейр (врач), непальский офицер связи Кагда Бахадур, сардар Дава Тенцинг и несколько шерпов.

Первым альпинистским успехом, о котором сообщил руководитель экспедиции, было восхождение Фрица Штамбергера и шерпа Айла 4 апреля 1964 г. на вершину Нупчу Гимал (6600 м). Так как Нупчу Гимал означает «западные снежные горы», я полагаю, что здесь идет речь о возвышении в гребне юго-западнее перевала Нангпала (5716 м), следовательно, о хребте на западной стороне верхней долины Бхоте-Коси. 11 апреля Хубер и Штамбергер, с одним биваком, достигли западной вершины Чзамба Гимала (около 6720 м), расположенной юго-восточнее перевала Нангпала.

Во второй половине апреля Штамбергер, Хубер и Турмайер с тремя шерпами решили подняться на Чо-Ойю. Были установлены три высотных лагеря, верхний на высоте около 7200 м. Согласно сообщению Штамбергера, он один 25 апреля между 16 и 17 часами взошел на вершину 8153 м, а по сообщению шерпа Пху Дорье, они были там вдвоем. «Вершинные фото» Штамбергера не могут служить доказательством того, что высочайшая точка Чо-Ойю была действительно достигнута. Служащая флагштоком лыжная палка воткнута, по всей видимости, в склон крутизной 20-25° на западной стороне горы. Во время съемки солнце находилось еще очень высоко, было около 14 ― 14 часов 30 минут, что можно определить по тени флажка (географические координаты Чо-Ойю 28°5? северной широты, 86°46' восточной долготы). Бросается в глаза то, что снимок флажка Штамбергера сделан не на достаточно горизонтальном вершинном плато Чо-Ойю, а на западно-северо-западном склоне. Противоречия, вызывающие серьезные сомнения!

Это третье восхождение на Чо-Ойю вряд ли можно рассматривать как лыжное восхождение, если даже восходители взяли с собой пару лыж и кое-где спускались на них. Очевидно, и «легкий восьмитысячник» не «лыжная» гора.

Крайним напряжением воли Хубер и Турмайер ― оба в плохой форме ― пробились вверх до «кварцевой полосы», то есть до 7500 м. Штамбергер и Пху Дорье спустились с ними в лагерь 4, где пробыли два дня, неизвестно чего ожидая, а говоря по правде, они просто растратили эти дни впустую, ибо о новом выходе на Чо-Ойю нечего было и думать. Бутан был израсходован, не было питья, и нечем было топить снег... и это на высоте 7200 м, где и здоровый человек очень нуждается прежде всего в жидкости и в кислороде. Абсолютное непонимание крайне серьезного положения, непонятное отсутствие какого-либо внимания со стороны единственного здорового ― Штамбергера ― к двум, видимо уже невменяемым больным. Только 28 апреля Штамбергер спустился за помощью. Придя в лагерь 2, он от жажды выпил какую-то жидкость, состоящую частично из бензина, и ему стало плохо. В середине ночи он прибыл в базовый лагерь (5600 м), обрисовал тяжелое положение в лагере 4 и свалился тоже на три дня. Что делать? Руди Ротт так плохо переносил высоту, что 1 апреля на высоте 5200 м свалился, пролежал пять дней без сознания и с тех пор не был способен к физической работе (и это руководитель экспедиции!). Гшвенднер, 47 лет, «заведующий главным лагерем», как альпинист не мог быть принят во внимание. Остался только один сардар Дава Тенцинг в возрасте 61 года, который 2 мая в одиночку пробился до лагеря 4, но не сумел транспортировать двух находящихся при смерти больных и спустился обратно. Связной офицер Кагда Бахадур спустился за помощью в Тхани. Спасательный отряд, в который входили Штамбергер, Пху Дорье, Дава Тенцинг и еще один шерп, достиг 5 или 6 мая (тут имеются противоречивые сведения) лагеря 4. Георг Хубер был уже мертв, Алойз Турмайер умер во время транспортировки.

О всей деятельности экспедиции ― ее организации, руководстве, подготовленности участников ― можно только сказать, что эта экспедиция одна из самых печальных страниц истории немецкого альпинизма.

Датский альпинист Тиер в середине мая 1964 г. совершил третье восхождение на главную вершину пика Изланд (6189 м). Его сопровождали три шерпа.

Седьмая группа Института по исследованию Непальских Гималаев летом 1964 г. под руководством X. Леффлера (Вена) продолжила зоологические исследования в районе Кхумбу Гимал. Поздно осенью инженер Эрвин Шнейдер закончил картографические съемки (наземные фотограмметрические работы).

Организованная сэром Эдмундом Хиллари Экспедиция по строительству школ имела обширную программу: были построены не только две школы в стране шерпов, в районе Лукла, находящемся в дневном переходе ниже Намче-Базара, но и оборудован аэродром, который осенью 1964 г. вступил в действие. Кроме того, удалось совершить восхождение на Тхамзер-Ку (6623 м), двуглавую вершину, возвышающуюся над Намче. Восхождение было трудным, потребовало навешивания 1200 м веревочных перил и применения веревочной лестницы. 11 ноября Л. Краффорд, П. Фаррел, Д. Стюарт и Р. Мак-Киннон достигли вершины.

После муссонов 1964 г. впервые подверглась серьезной атаке со стороны весьма боеспособной Британской экспедиции знаменитая Гауризанкар (7145 м). Организатором был Деннис Грай, альпинистским руководителем ― Дан Виллане, участниками ― Т. Бурнелл, Д. Клоуг, Д. Хэдлом и Д. Хоувелл. В сопровождении трех шерпов 9 сентября они покинули Катманду. Для своей попытки они выбрали северо-западный гребень, поднимающийся непосредственно из зоны джунглей. Базовый лагерь пришлось установить уже на высоте 2400 м, и транспортировка грузов в лесной зоне была невероятно трудной. Уже первый, еще покрытый травой взлет гребня поднимался так круто, что пришлось тянуть веревочные перила, использовав деревья. Передовой базовый лагерь был организован на высоте 4700 м, лагерь 5 ― самый верхний ― на 6550 м. Двойка Виллане ― Клоуг вышла 1 ноября на решающий штурм, но поднялась только до 6760 м. С ледового склона крутизной 60° сошли лавины и сорвали перила на большом протяжении. К счастью, альпинисты отделались лишь испугом, но отступление оказалось неизбежным.

1965 год. Затея В. Сэйра, которую уже критиковали выше, во многом содействовала тому, что с 1965 г. Эверест оказался закрытым для экспедиций. Книга Сэйра «Вчетвером к Эвересту» получила различные похвальные отзывы в связи с тем, что она «увлекательно» написана, хорошо переведена и красиво оформлена. Действительно, грамотные рецензенты ― например, американский альпинистский журнал 1965 г., английский альпинистский журнал «Альпинизм» № 10, 1965 г., ― резко осуждают эту безответственную авантюру. Единственный швейцарец, участвовавший в этой экспедиции, Ганс П. Дуттле, опубликовал в журнале «Альпы» 1966 г. статью «Эверест ― Северное седло 1962 г.». Его сжатое, правдивое сообщение в отличие от высказываний американского спутника по экспедиции хотя выдержано в благожелательном тоне, но тем не менее по-деловому и сурово осуждает неправильные действия Сэйра.

Третья Индийская Гималайская экспедиция 1965 г. под руководством М.С. Коли по масштабу соответствовала Американской Эверестской экспедиции 1963 г.; в ее составе были 19 участников, из которых 10 уже участвовали в Индийских Эверестских экспедициях 1960 и 1962 гг. Передовой базовый лагерь (6500 м) был установлен еще 6 апреля 1965 г., а 12 апреля было достигнуто Южное седло (7986 м), и к 22 апреля три транспортные колонны обеспечили этот лагерь всем необходимым. Но тут так резко испортилась погода, что пришлось оттянуть все группы в базовый лагерь. Только 14 мая наступил период хорошей погоды, который был успешно использован: 20 мая 1965 г. достигли вершины шерп Наванг Гомбу (второе восхождение на Эверест!) и А.С. Шеема, 22 мая ― Сонам Гаутцзо и Сонам Вангелал; 24 мая С.Р. Вохра и Анг Ками и 29 мая тройка ― X. С. К. Рават, X.С. Ахлу (Валия) и Пху Дорье I. Итак, девять человек поднялись на Эверест по ставшему теперь «нормальным маршрутом» ― юго-восточному гребню. Индия вправе гордиться этим успехом.

Условия на маршруте были очень благоприятными, и носильщики постепенно свыклись со склоном Лхоцзе, пользующимся дурной славой. Тем не менее их работа достойна восхищения: грузы на Южное седло были перенесены 41 шерпом. 19 из них поднялись даже к штурмовому лагерю (8510 м). Таши из Дарджилинга поднимался 5 раз с грузом на Южное седло, а другие шерпы ― 4 раза. Поднявшиеся на вершину Лхоцзе шерпы Наванг Гомбу и Анг Ками живут в Дарджилинге, то есть являются гражданами Индии.

Майор Кумар, заместитель руководителя экспедиции, занимался административными делами, так как он страдал от ранее полученных обморожений. Тем не менее он вместе с непальским офицером связи Р. Н. Рана поднялся на Лхола (6006 м) ― это хорошее альпинистское достижение. Первое восхождение на Лхола со стороны Кхумбу удалось совершить участнику Международной Гималайской экспедиции 1955 г. тирольцу Эрнесту Сенн с шерпом Пемба Сундар.

Альпинистский клуб Мэииского университета (Япония) ― организовал в 1965 г. сильную экспедицию под общим руководством М. Ватинабэ. Альпинистским руководителем был С. Такахаши. Экспедиция прибыла 16 марта в Намче-Базар, и 22 марта на леднике Нгоджамба был установлен базовый лагерь (5300 м). Затем были организованы высотные лагеря: лагерь 1 (5730 м), 2 (6200 м), 3 (6500 м) и 4 (6800 м). 22 апреля вышла на штурм тройка Хирано ― Кобайаши ― Мингма Тенцинг, но после девятичасового подъема была вынуждена вернуться. 24 апреля вышла связка Уэмура ― Пемба Тенцинг; после 12-часового подъема она достигла вершины Годжамба Ри II (7646 м). Это блестящее достижение. Во время спуска восходители были вынуждены заночевать на высоте 7400 м.

Другая сильная Японская экспедиция университета Васеда ставила себе задачу совершить в 1965 г. восхождение на восточную вершину Лхоцзе (8383 м). В ее составе было 11 альпинистов: X. Иошикава (руководитель), Т. Машуура, М. Игуши, И. Хамано, Н. Кабураки, Т. Гарукава, А. Мурай, Т. Сато, С. Иямамото, К. Ширатори, Ш. Миямото. 14 марта на главном леднике Лхоцзе, в цирке ледника Имджа, на высоте 5300 м был установлен базовый лагерь. После 10-дневной разведки было решено штурмовать восточную Лхоцзе по ее юго-восточному гребню, поднимающемуся с перевала 5700 м (севернее пика Исланд).

Лагерь 1 (5800 м) был готов 26 марта, 2 (6300 м) ― 3 апреля, 3 (6600 м) ― 8 апреля, 4 (7010 м) ― 17 апреля. На следующий день случилось несчастье: Т. Нарукава поскользнулся и упал, повиснув на веревке в 45 м ниже места срыва. Единственный спутник страховал его всю ночь, не имея возможности помочь ему чем-либо еще. Спасательные работы начались только на следующий день, а к этому времени Нарукава серьезно обморозил руки и ноги. Транспортировка Нарукава до лагеря 2 потребовала 10 дней, и к этому времени кончился период хорошей погоды. Тем не менее была предпринята еще одна попытка восхождения, и на высоте 7315 м установили лагерь 5. Но несчастный случай имел и другие серьезные последствия. У одного из участников появились признаки душевной депрессии. 15 мая связка Мацуура ― Игуши вышла на штурм, но, увидев на высоте 8150 м 200-метровый провал с крутыми стенами, повернула обратно.

Т. Нарукава все время настаивал на том, чтобы товарищи не занимались его транспортировкой, а незамедлительно штурмовали вершину. По-видимому, он оставался некоторое время в лагере 2 (6300 м), и только 29 мая его доставили вертолетом в Катманду. Можно восхищаться мужеством японцев, но создается впечатление, что такой грозный противник, как Лхоцзе-восточная, оказался не по плечу этой команде.

Полевые работы Института по исследованию Непальских Гималаев в Кхумбу вступают в заключительную фазу. Научные результаты опубликованы в серии «Кхумбу Гимал» (издательство Шпрингера); к 1966 г. вышли три журнала этой серии. Самым интересным для альпинистов является новая карта 1 : 50 000, составленная Эрвином Шнейдером и его сотрудниками. Часть карты, «северо-восточный лист» (вышедший в конце 1965 г.), охватывает группу Эвереста от перевала Нангпала до вершины Макалу. «Юго-западный лист», изображающий северную часть Ролуэлинга (группа Гауризанкара), находится в работе.

Геологический обзор.

Непал геологически и географически разделяется на шесть зон.

1. Пояс Терай ― на юге занимает равнины реки Ганг. На высоте около 250 м над уровнем моря этот пояс образует полосу шириной до 45 км, простирающуюся от индийской границы до холмов Сивалик. Влажный и горячий воздух и множество болот превратили район Терай в настоящий ад.

Редкие населенные пункты в джунглях возникли на выкорчеванных местах; хижины от наводнений и диких зверей часто приподняты на столбах.

Летом, с апреля до октября, горцы избегают этих зараженных малярией болотных районов; однако зимой непальские крестьяне приносят свои продукты по главным дорогам через район Терай на индийский рынок.

2. Относящаяся к третичному периоду зона холмов Сивалик точно соответствует складчатой структуре северной окраины Альп (Риги-Цукерберг-Шпеер и т.д.), то есть эта зона сложена конгломератами (нагельфлю), песчаниками, мергелями, которые откладывались в морской и речной воде. Зона Сивалик поднимается непосредственно от Гангской низменности до высоты 1500 м. Местами это сплошная цепь невысоких гор, но в большей части это широкая ровная полоса. За южным передовым хребтом следует понижение. Многочисленные крутые сбросы (нагельфлю, полки), изрезанный расщелинами и ущельями рельеф и густые джунгли делают эти места труднопроходимыми. К тому же почва здесь плохая, дает небольшие урожаи. Богатые слюдой и кварцами песчаники средней части зоны Сивалик и грубые конгломераты верхней части зоны Сивалик при выветривании не образуют плодородной почвы. Поэтому зона Сивалик малонаселенная.

3. Достигающий 3000 м высоты хребет Махабхарат составляет геологический фронт больших, продвигающихся с севера на юг тектонических покровов, то есть так называемую зону наппес Сивалик («наппе» французское слово и означает «покров»). Таким образом, геологическая структура, этого хребта, протянувшегося через весь Непал, тектонически соответствует структуре таких вершин, как Пилатус или Сентис1. Но Альпийские горы сложены мелом и известняком, Махабхаратский хребет в восточном Непале состоит главным образом из гнейсов, слюдяных сланцев и отдельных гранитных залеганий (по таблице Хагена) в покровах Катманду.

Махабхаратский хребет протяженностью 800 км в Непале прорывается в направлении с востока на запад большими реками: Сапт-Коси, Бхери Нарайяни и Карнали.

4. Севернее Махабхаратского хребта следует непальская область средней высоты, зона 40-65 км шириной, расположенная на высоте от 600 до 2000 м над уровнем моря. В этой области живет почти половина девятимиллионного населения Непала. В плодородных районах созревают овощи и фрукты субтропических и умеренных климатических зон. Поистине благословенная и единственная в своем роде красивая страна.

Одиннадцать больших рек прорывают Гималаи с севера и соединяются в области средней высоты в три речные системы: Тамр, собирающий воды с западной стороны массива Канченджанги, Арун, Дудх-Коси и Сун-Коси образуют реку Сапт-Коси. Реки Трисули, Бури Гандаки, Марсенгды и Кали Гандаки, сливаясь, образуют реку Гандак; Бхери, Мучу-Карнали и Хумла-Карнали ― реку Карнали. Делювиальные отложения в долине Катманду поднимаются на юг к Махабхаратскому хребту примерно на 250 м. Это наклонное положение поздних морских отложений показывает, что хребет Махабхарат поднялся совсем недавно над плоскогорьем.

5. От пика Джонганг (7470 м) до Лангтанг, северо-восточнее Катманду, главный хребет Гималаев образует границу между Непалом и Тибетом. Геологически это круто приподнятая зона больших, продвинутых на юг покровов. Долины рек соответствуют поперечным разломам, которые во время альпийского орогенеза ― в течение горообразовательного процесса Гималаев ― снова пришли в действие. В противоположность другим большим горным районам мира Гималаи, несмотря на их господствующие высоты, не являются водоразделом. В 1930г. я писал по этому поводу следующее: «Водораздел образуют расположенные севернее Гималаев более низкие горные цепи. Истоки таких рек, как Арун (между группами Макалу и Канченджанги) или Тиста (в Сиккиме, восточнее Канченджанги), находятся на северной стороне Гималаев и прорываются на юг чудовищными теснинами. Нельзя объяснить происхождение подобных проломных долин только результатом эрозии. Очевидно эти реки несли свои воды в Индийский океан еще тогда, когда не существовали штурмующие небо гималайские вершины. Поднятие зоны, расположенной южнее главного хребта, происходило так медленно и постепенно, что реки успевали врезаться в грунт и сохранить в основном старое русло. Эти реки древнее Гималаев».

6. Тибетское плато состоит из палеозойских и мезозойских формаций, от силура и девона до мела и эоцена Складчатая, местами богатая окаменелостями и стратиграфически хорошо определяемая последовательность пластов пород показывает нормальное положение, то есть ранние находятся внизу, поздние наверху. Тибетское плато в большей части носит горно-пустьнный ландшафт. Летний муссон почти не приносит влагу. Здесь значительно богаче зимние осадки в виде снега. При искусственном орошении на плато созревают картофель и ячмень.

Тектоника высоких Гималаев может быть изложена только бегло. Начнем с пролома реки Арун. Хотя это важный древний торговый путь из Тибета в Непал и вниз до Индии, но тем не менее состояние дороги ужасное. Полуразрушенные, плетенные из бамбуковых веревок висячие мосты, натянутые пролетами до 100 м над бушующими потоками, и очень опасные деревянные сооружения между отвесными стенами оставляют даже у самых отчаянных горолазов большое впечатление.

У впадения реки Барун-Кхола в Арун в 35 км от вершины Макалу (8481 м), мы уже находимся на высоте 1050 м над уровнем моря. Юго-восточнее большого населенного пункта Дингла, на расстоянии около 60 км от Макалу, Арун «открывает» известняки, доломиты (триас), кварциты Навакотского покрова, широко распространенные далее в среднем Непале.

Через разрыв в надвинутых покровах Катманду мы можем посмотреть на основание поздних пород Навакотского покрова. Три покрова Катманду, которые можно выделить в районе Аруна, охватывают паракристаллы (осадочные гнейсы и слюдяные сланцы), вкрапления смешанных гнейсов (мигматиты), но, кроме того, еще известняки и кварциты докаменноугольного периода. Над покровами Катманду сериями следуют, как установил А. Ломберт еще в 1952 г., покровы Кхумба (I, II, III), a также очковые гнейсы, граниты и известняки.

Напластование одного тектонического покрова на другой вдоль надвига или, проще говоря, вдоль плоскости движения в большинстве случаев неравномерное. Плоскость надвига, разделяющая покров Кхумба II от «лежащего» покрова Кхумба I, хорошо прослеживается, например, в теснине, находящейся на расстоянии 1 км южнее Намче-Базара в виде «зоны сжатия», с парагнейсами и известняковыми вкраплениями. В связи с тем что Хаген впервые обнаружил эту небольшую осадочную зону в маленьком ущелье Кхумцунге, она получила название «выход Кхумцунг». Разделение между покровом Кхумба II и находящимся над ним покровом Кхумба III удалось проследить западнее Панг-Бочи в виде механически разрушенного мраморного слоя, сопровождаемого гнейсами, богатыми биотитами. Эта деформированная и многократно перемолотая зона осадков, названная теперь пластом Панг-Бочи, имеет важное значение для понятия эверестской тектоники.

Между покровами Кхумба и тибетской осадочной серией находятся несколько больших щитов: сакиестангский щит, Макалу-щит и Нупцзе-Лензо-щит. Неожиданным оказалось то, что сам Эверест расположен не в осевой зоне, а является самым северным, круто поднятым щитом в осевой зоне покрова Кхумба III, у перехода к тибетскому плато.

Основная плоскость надвига эверестского щита спускается с Южного седла (7986 м) вглубь на север, как это видно в восточной стене Эвереста. Эверестский щит в ядре содержит граниты, окруженные парагнейсами, над ними лежат пермокарбоновые эверестские известняки, ниспадающие на север в районе вершины. Но на северовосточном перевале, или перевале Рапьюла (6510 м), наблюдается складчатость с опрокидыванием складок в обратном направлении давлению ― характерная черта для граничащих зон между осями покровов и тибетским плато.

Надвиг щита Чомолензо хорошо прослеживается на седле между Макалу и Чомолензо. Его гранит идентичен с гранитом Нупцзе-Лензо. Над этим гранитом расположена темная парасерия Лхоцзе с вертикальными пластами эверестского известняка.

Щит Макалу, образующий вершину Макалу (8481 м), состоит преимущественно из гранита, который П. Бардет ― как еще раньше Оделл ― относит к третичному периоду. Надвиг щита Макалу особенно отчетливо виден в восточной стене Макалу-Чомолензо.

Чо-Ойю (8153 м), самый западный восьмитысячник района Джомолунгмы, состоит главным образом из гранитов и гнейсов покрова Кхумба III, но верх вершины сложен из парагнейсов и известняков, слои которых наклонены на север. Эти известняки, наверно, можно сравнить с эверестскими известняками, они, видимо, также пермокарбонового происхождения и относятся к тибетской осадочной серии. Таким образом, три вершинные пирамиды из четырех восьмитысячников этого района ― Джомолунгма, Лхоцзе и Чо-Ойю ― сложены осадочной породой, и только Макалу ― настоящая гранитная гора.

Между Дудх-Коси и Трисули.

Дудх-Коси (молочная река) берет начало у могучего ледника Нгоджамба и собирает воды западной и юго-западной стороны массива Джомолунгма ― Лхоцзе, бассейна Имджа и южной стороны цепи Лхола (6006 м) ― Лингтрен (6697 м) ― Пумори (7145 м) ― Нупла (5915 м) ― Гьячунг Канг ( 7922 м) ― Чо-Ойю (8153 м) ― Нангпала (5500 м). Большинство притоков Трисули берут свое начало в Тибетском нагорье, западнее вершины Шиша Пангма (8013 м).

Район между системами рек Дудх-Коси и Трисули еще очень мало освоенный как в географическом, так и в альпинистском отношении. До сих пор там совершены восхождения только на несколько маленьких и средних шеститысячников, а все высокие вершины еще не тронуты. Поэтому в книге о семи- и восьмитысячниках можно только вкратце говорить об этом районе.

Из шерпского центра Намче-Базара, минуя монастырь Тхами, через не очень простой перевал Тези Лапча (5921 м) можно попасть в долину Ролуэлинг-Кхола с населенными пунктами Нангаон (4300 м) и Бединг (3660 м). По названию этой долины вся горная группа именуется Ролуэлинг Гимал, но более известно название Гауризанкар или Гаури Сханкар (7145 м), долго считавшееся правильным местным названием высочайшей вершины мира. Эта путаница и сравнение с Джомолунгмой тем более странны, что Гауризанкар, называемый в Тибете еще Чомо Тцеринг, находится в 57 км западнее Джомолунгмы, ниже ее на 1700 м и относится к совершенно другой по высоте группе вершин.

Первая фотография Гауризанкара была сделана во время разведки Эверестской экспедиции 1921 г., причем с запада, со стороны реки Ронгшар. Эта тибетская река пробила русло через главный хребет Гималаев и образует западные границы Ролуэлинг Гимала. Она соединяется в Непале с западным Бхоте-Коси (или Тамба-Коси), левым притоком Сун-Коси, который позже, приняв в себя воды Дудх-Коси и соединившись с Аруном и Тамр, под новым названием Сапт-Коси несет свои воды к священному Гангу.

Первой экспедицией, продвинувшейся в глубь Гауризанкара, была группа Шиптона, которая осенью 1951 г. возвращалась из района Кхумбу. Как уже упоминалось, во время этой разведки было установлено, что не дикая двуглавая вершина знаменитой Гаури Сханкар является кульминационной точкой Ролуэлинга, а безымянная Менлунгцзе (7181 м), поднимающаяся в центре широкого амфитеатра наподобие Нанда-Деви (7816 м) с ее знаменитым цирком. Глядя вниз с хребта на южной стороне Менлунга в долину Ролуэлинга, разведчики убедились, что спуск здесь возможен, и прошли вниз по долине Менлунга к реке Ронгшар, истоки которой, как и истоки Аруна, находятся далеко на севере, на тибетском плато. Ронгшар прорывается здесь мощными теснинами через главный хребет Гималаев. Спускаясь по долине, разведчики вышли к западному Бхоте-Коси (не путать с восточным «Тами-Бхоте-Коси») и возвратились в Катманду.

Уже в следующем году (1952) в восточной части Ролуэлинга Гимала действовали две группы экспедиции Шиптона на Чо-Ойю, причем их участниками в районе перевала Меилунг был покорен пик Пангбук (6629 м) и у ледника Толам-Бай безымянная вершина высотой 6350 м.

Летом 1954 г. получила разрешение на посещение района Гауризанкара Швейцарско-Французская экспедиция под руководством Раймонда Ламбера (Женева). Остальными участниками были: мадам Клод Коган, женевцы Д. Бертоле и Е. Юге, врач и проводник из Вал-лиса Франц Лохматтер и женевские ботаники А. Циммерманн и М. Стенгелин. В сентябре они отправились со 100 носильщиками из Катманду через Чарикот и Симигаон в Бединг (3660 м) в долину Ролуэлинга. Через перевал высотой около 5500 м они прошли в бассейн Менлунга и здесь поняли, что семитысячники этой группы оставляют мало надежд на успех. Поэтому дело не дошло до попытки восхождения ни на Гауризанкар (7145 м), ни на Менлунгцзе (7181 м), и участники экспедиции устремились через перевал Менлунгла (около 5900 м) к непокоренному еще Чо-Ойю (8153 м). Поэтому и топографические сведения этой разведки оказались весьма скромными, а составленная ими схема хребтов тоже не представляет большой ценности. Похвалы заслуживают лишь фотографические работы.

Только Ливерпульская Гималайская экспедиция 1955 г. дала наконец на основе инструментальной съемки хотя еще несколько примитивную, но все же полезную орографическую картосхему со многими высотными отметками. Руководителем экспедиции был Альфред Грегори, участвовавший в экспедиции 1952 г. вместе с Шиптоном и Эвансом в Ролуэлинг Гимале. Другими участниками экспедиции 1955 г. были: Чарлз Бус, Петер Бултби, Тед Кутенай, Деннис Дэвис. К ним надо добавить еще пять шерпов и несколько местных носильщиков.

Базируясь преимущественно в Нангаоне (4300 м) в верховьях Ролуэлинга, они в предмуссонный период совершили ряд экскурсий, поднялись в общей сложности на 19 вершин высотой от 5000 до 6700 м, открыли несколько новых маршрутов через перевалы. Они сделали картосхему особенно интересного ледника Толам-Бей, питающего две различные речные системы ― Дудх-Коси на востоке и Ролуэлинг на западе, посылающего свои воды в чудесную долину Рипиму и в бассейн Менлунг. Экспедиция проделала большую географическую и альпинистскую работу, создавшую прочную базу для дальнейших исследований.

Возможности восхождения на Менлунгцзе и Гауризанкар с этой стороны Грегори оценивал так же отрицательно, как в свое время Ламбер.

Севернее Гаури Сханкара, между рекой Ронгшар и истоками Сун-Коси, находится небольшой горный массив Лапча Канг 7040 м высотой. Во время первой Британской Эверестской экспедиции 1921 г. топограф Н.Т. Моршед и врач-биолог А. Ф. Р. Уолластон, путешествуя по этому району, дали краткое описание и набросали ориентировочную схему расположения горных хребтов. Снимок, сделанный экспедицией Шиптона в 1951 г. с перевала Менлунгла, показывает этот район тибетских гор.

Западнее большого тибетского села Ниананг, между реками Сун-Коси на востоке и Трисули на западе, простирается гигантская разветвленная группа высоких гор, носящих несколько названий: южное крыло называется Югал Гимал, запад и восток занимает Лангтанг Гимал, а на востоке возвышается исполинская Шиша Пангма (8013 м) ― последний восьмитысячник, ранее называвшийся Госаинтан. Следу отдать предпочтение тибетскому названию, так как массив целиком находится в районе, где основной язык тибетский.

Шиша Пангма долгое время была самым «темным» восьмитысячником. В 1921 г. британцам не удалось подойти к этой вершине ближе чем на 25 км. Именно в этом районе они столкнулись с враждебно относящимися к иностранцам местными правителями и вернулись оттуда, не сделав ни одного фотоснимка. Зимой 1945/46 г. Генрих Харрер и Петер Ауфшнейдер прошли вдоль северной стороны массива Шиша Пангмы и сделали беглые наброски хребта.

До 1948 года Непал, так же как и Тибет, был закрыт для иностранцев. Только в исключительных случаях удавалось получить разрешение на посещение Катманду. Когда наконец Непал открыл врата в страну, известный гималаец Тилмен летом 1949 г. положил начало первым разведкам. Его спутниками были: альпинист Петер Лойд, умеющий работать с теодолитом, биолог О. Поланин и геолог Д.С. Скотт. Тилмену, который при каждом случае подчеркивал свое «антинаучное отношение», пришлось теперь организовывать небольшую научную экспедицию и руководить ею, так как это был единственный путь получить от непальского правительства разрешение для такого путешествия. С четырьмя шерпами и 40 носильщиками эта маленькая экспедиция вышла 29 мая из Катманду и направилась в долину Лангтанга. Погода была хорошая в течение трех недель, но тем не менее они не совершили ни одного заслуживающего упоминания восхождения и не сделали разведки Шиша Пангмы, которую они даже не видели. Затем путь привел их в Разуа Гари, непальскую деревню в долине Трисули. В конце июня начался муссон. Один выход на запад в направлении Ганеш Гимала, когда прояснилось, принес по крайней мере небольшой успех, а именно восхождение на Палдар (5928 м). Для штурма красивых семитысячников этого района метеорологические и снежные условия оказались неподходящими.

Возобновленная экскурсия в район Лангтанга со штурмом безымянного семитысячника не дала результата. В конце августа Тилмен направился в Югал Гимал, но нашел главные вершины высотой 7000 м слишком устрашающими. Во время возвращения в Катманду Тилмен и его спутники посетили священное озеро Госаинкунд (около 4600 м) и вернулись дорогой, по которой обычно идут к озеру паломники. Единственным результатом экспедиции были материалы, собранные Поланином и Скоттом.

Альпинистские и картографические трофеи тилменской экспедиции были во всяком случае неудовлетворительными.

В 1950 г. Тони Хагену удалось с самолета с юго-запада сделать первый снимок Шиша Пангмы. В октябре 1951 г. Петер Ауфшнейдер приблизился к этой горе с востока на 11 км и сфотографировал ее со склона над озером Конг Тзо, но, к сожалению, не публиковал эту фотографию, а также и сообщение о разведке. Поэтому Хаген решил исследовать осенью 1952 г. верхнюю долину Лангтанга и ее окрестности на юго-западной стороне Шиша Пангмы и опубликовать первую картосхему и первые (очень удачные) снятые с близкого расстояния фотографии этой таинственной горы.

Для подхода Хаген выбрал паломническую дорогу через горы Госаинкунд. Базовый лагерь был установлен у конца языка Лангтангского ледника на высоте 4100 м. Только с преданным Айла Хаген поднялся по громадному разорванному леднику, причем груз, который им пришлось взять с собой, он поделил поровну с Айла. В конце третьего дня несколько ниже провала (перевал Хаген) был разбит самый высокий лагерь (около 6000 м) между ледниками Лангтанг и Ниананг. Шел небольшой снег, но на следующее утро прояснилось и... какая неожиданность ― Шиша Пангма оказалась совсем рядом. С куполообразной вершины 6150 м на противоположной стороне долины Хаген смог сделать картографические зарисовки и снимки этого до сих пор неизвестного района.

В 1954 г. Петер Ауфшнейдер тоже работал в районе Лангтанг ― Шиша Пангма. Если последний восьмитысячник еще до сих пор не покорен альпинистами, то теперь он по крайней мере известен в общих чертах и есть даже сведения о его геологическом строении.

Наиболее вероятным для восхождения был бы, по мнению Ауфшнейдера, подъем с северо-запада на широкое западное плечо. Далее необходимо пройти длинный главный гребень, который выглядит довольно сложным. Видимо, Шиша Пангма не легкий восьмитысячник.

В мае 1955 г. в непальском Лангтанге действовала Швейцарская экспедиция, состоящая из женевца Раймонда Ламбера, настоятеля монастыря Сент Бернар Жюля Детри и четырех шерпов. Высочайшая вершина этой группы, названная на старых картах Гангчен Ледруб (7245 м), со стороны долины Лангтанга оказалась неприступной. Поэтому пришлось довольствоваться вершиной Белый храм (6830 м), расположенной в пограничном хребте между непальским ледником Лангтанг и тибетским ледником Ниананг Фу. Восхождение прошло успешно, несмотря на серьезную лавиноопасность.

Небольшой сенсацией для прессы и радио была Шотландская женская экспедиция, которая весной 1955 г. направилась в Югал Гимал. Она состояла из Моники Джексон, Бэтти Стэрк и Эвелин Кэмпресс. Поход был относительно коротким: от Катманду по прямой около 56 км до шерпской деревни Темпатханг у реки Балефи-Кола, собирающей воды с южной стороны Югал Гимала. Две вершины этого района, названные Ауфшнейдером Ленпо Ганг высотой 7083 м и Дорье Лагпа ( 6988 м), выглядели не особенно «гостеприимными», и женской экспедицией не были предприняты попытки восхождения, что было, безусловно, правильно. Зато удалось восхождение на безымянный шеститысячник (пик 6608 м), которому в честь способного сардара Мингма Гиальцена дали на звание пик Гиальцена. Это сделано, конечно, из добрых побуждений, но вряд ли оно укоренится. Давать вершинам название по имени людей (Эверест ― единственное исключение) в Гималаях строго запрещено, и это правильно. Кроме того, шерпское имя Гиальцен означает «победный знак» и встречается там чрезвычайно часто. Уже из этих соображений оно непригодно для географического обозначения вершины.

Составленная экспедицией схема расположения горных хребтов по своему исполнению не совсем удачная. Во всяком случае это было первое вторжение в глубь Югал Гимала и первый альпинистский успех на этих красивых вершинах северо-восточнее Катманду.

Весной 1957 г. в Югал Гимал направилась новая Британская экспедиция, поставившая задачей покорение Ленпо Ганга (7083 м). Это была группа Йоркширского клуба скалолазов, состоящая из шести человек под руководством очень опытного альпиниста Кросби Д. В. Фокса. На леднике Пурби Чиахумбу, пройденном уже в 1955 г. шотландскими альпинистами, было установлено четыре высотных лагеря. 30 апреля одна связка под ключевым участком маршрута ― нависающей ледовой стеной ― попала в лавину, из которой удалось выбраться только Джорджу Спенсили. Остальные трое ― Кросби Фокс и два шерпа ― были сброшены в трещину, которая доверху заполнилась снегом, а ведущая к ним веревка заклинилась среди снежных глыб. Спенсили, потерявший свой ледоруб, один не был в состоянии что-либо предпринять. Он поднял по тревоге четырех своих товарищей, но все поиски и раскапывание зондами, ледорубами и лопатами не увенчались успехом. После трагической гибели руководителя и двух носильщиков экспедиция закончилась.

В 1958 и 1959 гг. в Лангтанг Гимале были две японские группы. Вершина Сарвахом (?), о покорении которой сообщалось, на карте Ауфшнейдера не отмечена.

Гангчен Ледруб, главная вершина района, до 1960 г. еще не была покорена. Кроме того, в 1959 г. одна Японская экспедиция направилась к Гаури Сханкару, не достигнув там существенных альпинистских или научных успехов. То же самое относится к небольшой экскурсии Герберта Тихий в 1959 г. в Лангтанг Гимал.

Между Дудх-Коси и Трисули (1960-1966 гг.).

Сведения о деятельности Японской экспедиции 1959 г. под руководством Т. Ямада в Лангтанг Гимале поступили только в 1961г. В состав экспедиции входили шесть японцев, шесть шерпов и необходимое количество местных носильщиков. Они покинули Катманду 29 сентября, шли вдоль реки Трисули и прибыли 7 октября в долину Лангтанга. Главной целью был Гангчен Ледруб (7245 м), называвшийся ранее Лангтанг Лирунг. Но эта высочайшая вершина района выглядела такой страшной, что они довольствовались ее меньшим восточным соседом, который японцы почему-то называют не местным названием Сарвахом, а Схалбахум. На новой карте П. Ауфшнейдера эта гора нанесена под названием Ихрул Рангчен Ри (6918 м), японцы считают ее высоту не более 6700 м. Им удалось совершить первовосхождение на эту вершину (после установки трех высотных лагерей) 25 октября 1959 г.

1961 год. Трагически закончился штурм Гангчен Ледруба (7245 м), предпринятый японцами весной 1961 г. Руководитель экспедиции И. Моримото, К. Осима и сардар Гиальцен Норбу попали 11 мая на высоте 6200 м в лавину и погибли. Экспедиция прекратила свою деятельность. Гиальцен Норбу был тем знаменитым шерпом, который в 1955 г. с французами восходил на Макалу, в 1956 г. с японцами на Манаслу и в 1960 г. с японцами на Апи. Он был единственным шерпом, взошедшим на два восьмитысячника.

1962 год. Федерация Всеяпонского альпинистского союза организовала в 1962 г. экспедицию, чтобы покорить наконец Ленпо Ганг (7083 м), безуспешно штурмовавшийся в 1960 и 1961 гг. В состав экспедиции входили: А. Такахаси (руководитель), М. Накано (заместитель руководителя), И. Исида (врач) и альпинисты М. Акияма, И. Като, Т. Морита, М. Такасима и К. Ясухиза, а также сардар Анг Тзеринг I и восемь шерпов.

Лагерь 7 был продвинут до 6850 м. 3 мая Морита и Ясухиза при хорошей погоде, но сильном ветре вышли на штурм. Крутые ледовые стены и острые гребни проходить было настолько трудно, что для преодоления 230 м по высоте им потребовалось восемь часов напряженной работы. В 14 часов они были на вершине, в 18 часов 30 минут вернулись в лагерь 7.

5 мая погода снова была хорошая, и связки Като ― Такасима и Акияма ― Исида ― Накано также поднялись на эту главную вершину Югал Гимал.

1963 год. Экспедиция Итальянского альпинистского клуба (секция города Турин) под руководством Лино Андреотти предприняла осенью 1963 г. штурм опасного, отразившего уже несколько попыток Гангчен Ледруба (7245 м). 17 октября под ледовым обвалом погиб участник экспедиции Гиорчо Росси. Врач экспедиции Чезаре Валанте получил тяжелые травмы, отчего впоследствии умер. После несчастного случая итальянцы отказались от штурма этой вершины и решили сделать восхождение на шеститысячник, расположенный восточнее Гангчген Ледруба ― пик 6745 м.

1964 год. Пал Шиша Пангма, четырнадцатый, последний восьмитысячник. Еще в 1963 г. китайские альпинисты провели основательные подготовительные работы и поднимались по северному склону до высоты 7160 м. В начале 1964 г. была укомплектована большая экспедиция в составе 195 человек. К экспедиции была подключена и значительная группа научных работников. Базовый лагерь (около 5000 м) был в действительности небольшим городком: 18 больших палаток (на 20 человек каждая) и 10 маленьких (все с электрическим освещением), кухня и столовая, больница, радиометеорологическая станция, клуб и т.д. В течение апреля были продвинуты шесть высотных лагерей, высочайший на 7700 м.

Оттуда 2 мая в 6 часов по пекинскому времени 10 человек начали штурм и в 8 часов 20 минут достигли вершины. Видимо, технические трудности на последнем участке были незначительны и погода была превосходной.

Очень важны для нас удачные фотоснимки, особенно панорама на восток-юго-восток, в центре которой влево виднеется Пхала Гянчен (7661 м), вдали Лапче Канг, группа Джомолунгмы и Ролуэлинг Гимал. Этот снимок ― неоспоримое доказательство первовосхождения китайских альпинистов на Шиша Пангму.

Лорд Шефтесбори с тремя швейцарскими проводниками хотел совершить третье восхождение на Ганеш Гимал (7406 м), что вызвало удивление в Катманду. Из-за политических соображений восхождение на Ганеш Гимала пришлось отложить, и они отправились в Лангтанг и Югал Гимал. Но и здесь они не добились успеха; на еще непокоренной Дорье Лхагпа (6988 м) трудным лазанием они поднялись только до 6300 м, а на пике Флутет (6397 м), являющемся, видимо, покоренным японцами Ганг Чхенпо, остановились в 100 м под вершиной.

Осенью 1964 г. Австрийская экспедиция попыталась взойти на Гангчен Ледруб (7245. м). Участников было пятеро, Тайлор ― руководитель. На этот раз штурм предпринимался с запада, где члены экспедиции, по их расчетам, поднялись до 6700 м. Увеличивающиеся трудности маршрута и недостаточная альпинистская подготовленность отдельных участников вынудили их отступить.

1965 год. Японцы снова были в районе Лангтанга, куда можно быстро попасть из Катманду. В этот раз их было только двое ― И. Саеги и Т. Ямагуси. Они попытались повторить восхождение на вершину Белый храм (6820 м), но не достигли вершины.

Геологический обзор.

Ролуэлинг Гимал и группа Лангтанга являются двумя главными тектоническими дугами сдвига, разделенными долинами рек Ронгшар и Сун-Коси. Большинство непальских восьмитысячников расположены на таких тектонических корневых дугах, но вершина Шиша Пангма составляет исключение. Она находится севернее осевой зоны, на границе тибетских гор, и поднялась выше окружающих вершин в результате осевого давления.

Шиша Пангма представляет собой антиклиналь, сложенную мелкозернистыми парагнейсами и слюдяными сланцами с гранитной интрузией; тибетские осадочные породы, вероятно, появляются только у ее северных подножий и представляют собой складчатость с опрокидыванием складок в направлении, обратном давлению.

Ось антиклинали Шиша Пангма круто спускается на запад, и, таким образом, ее кристаллическое ядро спускается около 10 км севернее Кииронга под пласт осадочных пород. На востоке антиклиналь переходит в покров Кхумба П. Иначе говоря, из слабосжатых и приподнятых осадочных пород тибетского пласта поднимается кристаллический свод, достигающий в своей верхней точке высоты 8000 м.

Под покровом Кхумба находятся покровы Катманду. Если идти, с Лангтанг Гимала на юг через Госайнкунд, то мы будем передвигаться как бы по тектоническому мосту, от коренного покрова до больших надвинутых масс в районе Катманду. Западнее и восточнее этого тектонического моста под покровами Катманду видны покровы Навакот: доломиты и известняки третичного периода, пермские сланцы и кварциты, а вблизи слияния реки Ланстанг-Кхола и западный Бхоти-Коси виден двухметровый пласт пород каменноугольного периода. Здесь, где зоны надвига разрезаны проломом долины, есть даже горячий источник.

По обеим сторонам Бури-Гандаки.

Западнее реки Трисули находится пролом в главном Гималайском хребте ― долина реки Бури-Гандаки, как бы втиснувшейся между Ганеш Гималом на востоке и группой Манаслу на западе. Высочайшая гора Ганеш Гимала ― пик 7406 м ― находится всего лишь в 75 км северо-северо-западнее Катманду.

О небольшой разведке этого района Тилменом в 1949 г. с востока уже упоминалось. Следующими были новозеландцы. Подготовительные работы были начать; еще в 1952 г. Руководителем экспедиции был Р. Роберте, участники: Мауриче Г. Бишоп, Грехем Д. Маккэллам и Филипп К. Гэрднер (ботаники).

Новозеландская Гималайская экспедиция прибыла в конце марта 1953 г. в Бомбей, затем в Катманду, откуда отправилась с двумя проводниками и 50 носильщиками через Навакот в Аругат и по мрачным теснинам Бури-Гандаки в Ягат. Затем новозеландцы вышли в район, населенный народностями Ботиа (по происхождению тибетцы), и, свернув с главной долины на северо-восток, направились в деревню Тумье (или Домье).

Попытка восхождения на пик Ганеш (7406 м) через ледник Тола-Гемпа и северо-западный гребень закончилась на высоте 6100 м. Затем они попытались взойти на вершину пика 7132 м по западной стороне ледника. Примерно на высоте 5800 м сошла снежная доска, едва не сорвавшая Гэрднера и шерпа Ньима. Значит, назад! Разочарованные новозеландцы возвратились в Тумье. Тогда альпинисты решили попробовать силы на Сринги Гимале. Для нового выхода им потребовалось 18 носильщиков, которых они могли нанять только в Чоканге ― большой деревне. После предварительной разведки группа поднялась по ущелью Сарпу-Кхола к подножию вершины Чамара (7177 м); ее северо-восточный склон сулил успех.

Лагерь 1 был установлен на высоте 4600 м, 2 ― на высоте 5200 м, 3 ― на высоте 5800 м, 4 ― на высоте 6250 м и 5 ― на главном гребне на высоте 7000 м. 5 июня Роберте и Бишоп с шерпом Намгиал вышли на штурм. Робертсу, который чувствовал себя плохо, пришлось вернуться, но остальные двое хорошо шли вверх. Увенчанный карнизами ледовый вершинный гребень потребовал от идущего впереди Бишопа четырех часов напряженной работы, чтобы вырубить ступеньки. Все же они добились успеха. Девять часов спустя после выхода из последнего лагеря победители стояли на вершине высочайшей точки Сринги Гимала.

Второй эшелон восходителей в это время приближался, и 7 июня наступила очередь Гэрднера и Маккэллама с Ньима, которые также достигли вершины. Созданная Бишопом чудесная лестница, несмотря на сильные порывы ветра, значительно облегчила подъем. Во время отдыха на вершине погода испортилась: налетел туман и разбушевалась метель. При спуске Ньима шел первым без очков, чтобы найти заметенные следы. Он уверенно опускался, но уже по прибытии в лагерь 5 стал жаловаться на боль в глазах, а на следующий день его одолела снежная слепота. В густом тумане, по -глубокому свежему снегу спуск в лагерь 4 был очень трудным и занял семь часов. Бишоп и три шерпа, вышедшие им на помощь, попали в лавину, потеряли два ледоруба, но сами остались невредимыми. Только 10 июня все благополучно спустились вниз на долинный ледник и оказались в безопасности.

После начала муссона было предпринято несколько разведок на средних высотах северо-восточнее Сринги Гимала к перевалам Селбула (5040 м) и Таплела со стороны верховьев Схиар-Кхола. Кроме того, разведчики поднялись в верхнюю долину Гандаки, прошли мимо массива Манаслу через Сама до Ларкиа-Базара и посетили также верхнюю Анкху-Кола, на юго-западной стороне Ганеш Гимала. Пока Гэрднер еще проводил работы по ботанике, большой экспедиционный груз доставлялся непосредственно в Катманду. Обратный путь из Тумье до Катманду потребовал 12 дней. На фоне двух всемирно известных первовосхождений 1953 г. на Эверест и Нанга-Парбат интересные работы маленькой Новозеландской Гималайской экспедиции 1953 г. остались почти неизвестными за пределами Новозеландии, хотя они заполнили серьезный пробел в изучении Гималаев.

Уже в следующем году в Схиар-Кола снова действовала одна экспедиция. Однако эта Японская экспедиция на Манаслу 1954 г. в связи с волнением среди жителей деревни Сама была вынуждена временно отказаться от главной цели и перебазировалась в находящийся вблизи Ганеш Гимал. Но там их ожидала та же участь, что и новозеландцев: со стороны ледника Тола-Гемпа, несмотря на тщательную разведку и неоднократные попытки, не нашлось подходящего маршрута на пик Ганеш. Разочарованные японцы ни с чем вернулись в Катманду.

На обратном пути одна группа прошла перевал Рупла (4734 м) юго-восточнее Хималчули.

Осенью 1955 г. вступила в действие Франко-Швейцарская экспедиция на Ганеш Гимал. Она была организована содружеством городов Лиона и Женевы и возглавлялась женевским горным проводником Раймондом Ламбером. Участниками ее были: с французской стороны мадам Клод Коган, Поль Жандр и Робер Гино; с швейцарской стороны Эрик Гоша, Клод Морэль и Пьер Виттоц, миссионер в Ле (Ладакх). К семи европейцам присоединились семь шерпов, непальский офицер связи и колонна местных носильщиков.

Маршрут в Ганеш Гимал с юго-востока проходил из Катманду через Навакот, Бетравати (в долине Трисули) и Чилиме к леднику Сангье, где у правого берега 20 сентября был установлен базовый лагерь (4450 м).

В то время как устанавливался лагерь 1 (5030 м), Виттоц, этот выносливый, опытный гималаец, заболел паратифом.

Так как в экспедиции не было врача, Гино и Морэлю с группой носильщиков пришлось доставить Виттоца в больницу в Катманду, где он, к счастью, скоро выздоровел. Таким образом, боеспособными остались только четыре альпиниста.

Погода была ветреная, для лагеря 2 (5700 м) и лагеря 3 (6300 м) на южном гребне горы пришлось вырыть снежные пещеры. Жандр, страдающий воспалением горла, был вынужден остаться в лагере 3, в то время как остальные трое 24 октября в 5 часов 20 минут вышли на штурм и после напряженной работы в 12 часов 30 минут достигли вершины (7406 м) через острый карнизный гребень.

Первовосхождение на кульминационный пункт группы Ганеша ― серьезный успех, который, к сожалению, был омрачен тяжелым несчастьем во время спуска. Приближаясь к лагерю 3, альпинисты шли без веревки. Гоша поторопился вперед. Был туман, ветрено, склон крутизной 35-40°, снег жесткий. Как и почему Гоша поскользнулся и не мог приостановить свое падение, Ламбер и мадам Коган не могли увидеть. Тело погибшего было найдено только утром следующего дня и похоронено 28 октября в базовом лагере. Эрику Гоша было только 22 года. Он был одним из лучших женевских скалолазов.

Официальная высота пика Ганеш равна 7406 м, а не 8000 м, как иногда все еще утверждает пресса. Это округление в измерении является широко распространенной оплошностью. Еще раз уточняем: 1 фут = 0,304797 м, следовательно, 1 м = 3,28084 фута. Чтобы получить показатель в метрах, нужно количество футов умножить на 0,3048 (если это делается в спешке, то умножается на 0,3). Но если высоту в футах разделить на 3, естественно, получается неправильный и слишком высокий показатель в метрах.

Пять лет спустя пик Ганеш был повторно покорен 31 мая 1960 г. англичанином Д. Велласом, Гиальценом Норбу и Па Норбу. Однако на этот раз была покорена не главная, а несколько уступающая ей по высоте восточная вершина.

На западной стороне верхней долины Бури-Гандаки сияют вершины исполинского массива группы Манаслу. Три главнейшие вершины: собственно Манаслу (8125 м) ― такой же высоты, как знаменитый Нанга-Парбат; до сих пор еще безымянный пик 29 (7835 м) и Хималчули (7864 м).

В феврале 1952 г. Манаслу ― главная цель Японского альпинистского клуба. Разведка осенью 1952 г. проходила под руководством антрополога Иманиси. Участники экспедиции: врач, один альпинист и журналист. Сначала они направились в ущелье Марсианди, где им вскоре пришлось убедиться, что по западному склону Манаслу, обрывающемуся здесь 4500-метровой стеной, практически нельзя подняться. Чтобы хоть немного акклиматизироваться, японские альпинисты предприняли попытку восхождения на Аннапурна IV (7524 м) с западной (противоположной) стороны ущелья, но дошли только до высоты 5800 м.

Затем экспедиция двинулась вокруг Манаслу по часовой стрелке: от Дудх-Кхоси (и здесь тоже называется «молочная река») через Бимтакхоти ― Ларкиа Бханианг (седло высотой 5213 м) в верхнюю долину Бури-Гандаки. 11 ноября прибыли в большое селение Сама и на его окраине установили базовый лагерь (3850 м), откуда вели разведку ледника Манаслу и восточной стороны массива. Было установлено, что с этой стороны подъем на Манаслу возможен: из Сама через седло Найке (5600 м), далее на Северное седло (7100 м) и предвершинное плато. А по восточному гребню и южной стороне не имеется реальных путей подъема. Обратный путь из Сама в Катманду занял 17 дней.

Весной 1953 г. туда была направлена большая экспедиция под руководством И. Мита; 15 альпинистов, двое ученых, один геолог и один ботаник, которые, правда, вскоре отделились от экспедиции и проводили работы по своей специальности. 12 апреля в часе ходьбы от Сама был установлен базовый лагерь. Затем японские альпинисты систематически продвигали высотные лагеря: лагерь 1 (4600 м) у северного берега нижнего ледника Манаслу, 2 (5000 м) и 3 (5400 м) на языке ледника, 4 (5600 м) на седле Найке, соединяющем ледники Манаслу и Ларкиа. Этот лагерь был оборудован и оснащен как передовая база; обработка пути к нему и прокладка телефонного кабеля потребовали много времени.

После этого был разведан большой ледопад и под Северным седлом созданы лагеря 5 (5900 м), 6 (6200 м) и 7 (6600 м). К середине мая несколько выше был установлен лагерь 8 (7100 м). Первая атака на предвершинное плато задохнулась в глубоком свежем снегу на высоте около 7400 м, после чего штурмовая группа возвратилась на седло Найке. Только 28 мая снова был занят лагерь 8, и три дня спустя у края плато стоял лагерь 9 (7500 м).

1 июня был чудесный, безветренный день, погода отличная. В 7 часов утра вышли К. Като, И. Ямада и И. Исицака, но после пяти часов подъема они дошли только до высоты 7750 м. Хотя путь к вершине проходил по умеренно крутым склонам и без технических трудностей, но до высшей точки оставалось еще достаточно далеко, а японские альпинисты были утомлены, их одолела горная болезнь.

С грустью им пришлось сдаться, и 3 июня все уже были в базовом лагере.

Эта неудача связана прежде всего с тем, что у японских альпинистов не было кислородных аппаратов. Кроме того, у них не было опыта восхождений на высокие Гималайские горы.

Но уже весной 1954 г. вышла новая, состоящая из 14 человек, экспедиция под руководством Я. Хотта, возглавлявшего в 1936 г. успешную Японскую Гарвальскую экспедицию. Когда гигантский караван ― 22 шерпа и 450 носильщиков, которые транспортировали 14 т груза, ― показался в верхней долине Бури-Гандаки, местное население охватило волнение. Японские альпинисты якобы в прошлом году осквернили вершину Манаслу, а возмущенные боги за это наказывали селение Сама; большая лавина разрушила старый монастырь и убила трех священников; засуха и эпидемия принесли несчастье всей долине. Разрешение непальского правительства и длительные, терпеливые переговоры с видными людьми селения не помогли. Население вооружилось камнями и палками и грозило силой отстаивать свои права. В конечном итоге не оставалось ничего другого, как отказаться и на этот раз от Манаслу и перейти в близлежащий Ганеш Гимал. 1954 год был для японских альпинистов неудачным.

Новую попытку нужно было политически и психологически хорошо подготовить. Поэтому весной 1955 г. два члена Японского гималайского комитета были направлены в качестве посредников в Катманду, и они действительно получили от непальского правительства разрешение на проведение дальнейших экспедиций на Манаслу осенью 1955 г. и в предмуссонный период 1956 г. Переговоры с жителями Сама также были удачны. Осенью 1955 г., когда прибыла передовая японская группа из трех человек, она могла беспрепятственно разведать путь от ледника Манаслу к плато, и жители Сама дали даже согласие принять ожидаемую весной 1956 г. главную экспедицию. Тем самым был открыт путь для решающей борьбы.

Руководство новой большой экспедицией было поручено Маки. Хотя ему теперь было уже 62 года, но как старейший японский альпинист и бывший президент Японского альпинистского клуба он пользовался большим авторитетом.

Его команда состояла из К. Охара, Т. Иманиси, X. Татзунума, С. Ситани, К. Като, И. Мураки, X. Отзука, А. Токунага, И. Матууда, М. Хигета и кинооператора Т. Иода. Всего 12 альпинистов и 20 шерпов во главе с сардаром Гиальценом Норбу. Руководителем местных носильщиков был Пазанг Путар П.

Большой караван шел известной дорогой через долину Бури-Гандаки и прибыл 26 марта в Сама, где вновь возникли трудности. Но благодаря вмешательству представителя непальского правительства все трудности были быстро улажены. Восхождение предполагалось по тому же маршруту, какой планировался в 1953 г., но И. Маки хотел значительно увеличить дневные этапы, то есть сократить количество высотных лагерей и упростить снабжение. Важную часть программы составляли периоды акклиматизации и получение навыков пользования кислородными аппаратами.

В районе языка нижнего ледника в этот раз был установлен только лагерь 1 (5050 м). Седло Найке ( 5600 м) было занято лагерем 2; лагерь 3 ― на 6200 м; лагерь 4- уже выше ледопада, на 6550 м, вблизи того места, где в 1953 г. находился лагерь 7. Отсюда, чтобы избежать длинного пути через Северное седло, повернули на юг и установили лагерь 5 (7200 м) под 300-метровым поясом стены, через которую пролегал крутой узкий снежный склон («снежный фартук»), выводящий непосредственно на плато. На высоте 7800 м была установлена красная штурмовая палатка лагеря 6, где разместилась связка Т. Иманиси ― Гиальцен Норбу. Кислород для сна ― только пол-литра в минуту на каждого ― снова отлично зарекомендовал себя как снотворное и точный будильник. Как только указатель давления спустился до нуля, они проснулись.

Погода 9 мая 1956 г. была ясной и безветренной. В 8 часов они вышли, каждый с тремя кислородными баллонами в станке, к которому еще привязывался рюкзак. Это составило для каждого ношу более чем 20 кг, но тяжесть переносилась хорошо благодаря кислородному питанию (2 л в минуту).

Через пологий склон плато они шли вверх к подножию вершинного взлета. Скальное ребро вывело на карнизный гребень, где пришлось вырубить ступени. Иманиси и Гиальцен предполагали, что уже находятся у цели, когда перед ними открылась глубокая зазубрина, в которую можно было спуститься только по снежному желобу со стороны склона Марсианди. Страхуемый Гиальценом, Иманиси спустился вниз, забил крюк и лазанием выбрался на острый скальный зуб главной вершины. В 12 часов 30 минут он стоял на высшей точке. Гиальцен сфотографировал вершину и последовал за ним.

Мечта японских альпинистов сбылась. Завоеванная ими в трудной борьбе Манаслу (8125 м) была покорена.

Жители Сама называют ее Камбунг или Канбунге и молятся священной горе, призывая ее благословения на свои пашни. И для геологов Манаслу тоже особенная гора: круто приподнятая линия контакта между темным известняком тибетского покрова и светлым гранитом верхнего покрова Катманду красиво, как на модели, проходит через скальный зуб главной вершины.

11 мая 1956 г. восхождение было повторено связкой К. Като ― М. Хигета. Этот успех на одной из величайших гор Гималаев был заслуженной наградой за упорную работу Японского альпинистского клуба.

Самой заметной горой группы Манаслу является ее южный бастион, возвышающийся над всей непальской долиной ― вершина Хималчули (7864 м). Разведку этой вершины ставила себе в 1955 г. задачей экспедиция из Кении под руководством И. В. Ховарда. Вблизи базового лагеря участник экспедиции А. X. Фирмин, считавшийся лучшим альпинистом, фотографом и кинолюбителем Восточной Африки, оступился на крупной осыпи и сломал себе бедро. После длительной и трудной транспортировки по юго-западной стороне Хималчули он умер от сердечной недостаточности, всего лишь в однодневном переходе от больницы города Покхара.

Планомерное альпинистское и научное освоение группы Манаслу после покорения ее главной вершины в 1958 г. продолжила разведка японских альпинистов к Хималчули. Это были И. Канезака и С. Ишецака с одним непальским офицером связи, тремя шерпами и 39 носильщиками. Несмотря на разрешение правительства из Катманду, и здесь возникли большие трудности с местным населением. После преодоления этих трудностей японским альпинистам наконец удалось через долину Шуранг и перевал Лиданда пройти к восточному гребню Хималчули и установить на высоте 5850 м лагерь 2. 8 октября они закончили разведку, поднялись до 6400 м к подножию заметной башни в гребне.

Несмотря на хорошую подготовительную работу, главная экспедиция Японского альпинистского клуба в 1959 г. не имела успеха. В связи с непогодой штурм Хималчули пришлось прекратить, не доходя 500 м до вершины. Но уже год спустя Японская экспедиция в шесть человек под руководством И. Ямада добилась победы: 24 и 25 мая 4960 г. Хималчули был покорен двумя связками по два человека.

Там имеется еще несколько вершин, оставшихся до сих пор не тронутыми. Это прежде всего пик 29 (7835 м), Восточный Пиннакле (7895 м), северный пик (7145 м), Баудха (6672 м) и несколько сомнительный пик Гранит, или пик Ларкиа (высотой не 7361 м, как предполагали, а, видимо, ниже 7000 м).