Глава 21. КНИГА В СССР В 1930–Е ГОДЫ И В ПЕРИОД ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ.

21.1. СТАНОВЛЕНИЕ ЦЕНТРАЛИЗОВАННОЙ СИСТЕМЫ КНИГОИЗДАНИЯ В СССР.

На рубеже 1920–1930–х годов в стране стали нарастать тенденции, свидетельствующие о целенаправленной смене политического и экономического курса. Происходило формирование командно–административной системы управления экономикой, культурой и общественной жизнью. Ликвидировалась многоукладность экономики. Партия стремилась создать монолитное общество на основе идейно–социального единства. Эта задача требовала единого планирования, единой структуры организации всего народного хозяйства под тотальным партийно–государственным контролем.

Планирование развития социалистического хозяйства предусматривало и планомерность культурного строительства, в том числе издательского дела. В апреле 1929 г. был утвержден первый пятилетний план развития народного хозяйства СССР. На его основе Комитетом по делам печати был разработан отраслевой план. Пятилетка печати стала первым опытом перспективного планирования в издательском деле.

Основной руководящей идеей первой пятилетки печати являлась связь производства и распространения печатной продукции с общим перспективным планом развития народного хозяйства. При ее разработке был поставлен вопрос о кадрах и о качестве книжной продукции. Были предусмотрены значительные изменения книжного ассортимента. В частности, одной из главных задач пятилетки стало увеличение выпуска массовой литературы.

План первой пятилетки печати предусматривал в качестве первоочередных задач максимальное увеличение производства бумаги в стране и кардинальную реконструкцию полиграфических предприятий. Так как существующие формы книготорговли были недостаточно приспособлены к значительному росту печатной продукции, то потребовались новые формы книгораспространения. Была поставлена задача перехода к активному продвижению книги в массы.

Согласно плану в полтора раза должен был вырасти выпуск книг по числу названий, в 2,8 раза — по общему тиражу, в три раза — по листажу. Книготорговая сеть должна была за пятилетие расшириться вдвое, а товарооборот увеличиться в полтора раза.

Планировались не только производственно–торговые показатели. Разрабатывался также вопрос емкости книжного рынка, причем он ставился в классовом разрезе с приоритетным развитием не индивидуального, а коллективного потребления.

Первый пятилетний план развития печати СССР был выполнен в основном за четыре года. Планируемые темпы выполнения пятилетки сдерживало отставание бумажной и полиграфической промышленности. Тем не менее в 1932 г. впервые страна отказалась от импорта бумаги. Этот год стал переломным и в создании отечественного полиграфического и бумагоделательного машиностроения.

Пятилетка печати сыграла большую роль в переходе всей отрасли на единую всеобъемлющую плановую основу. В результате ее выполнения была достигнута моноукладность, ликвидированы остатки государственного и частного капитализма в книгоиздании. Был взят курс на создание преимущественно крупных предприятий. Все подотрасли издательского дела включались в систему централизованного планирования и финансирования. Утверждение годовых и квартальных планов в республиках, областях, краях осуществлялось госпланами и соответствующими комитетами по делам печати.

В годы первых пятилеток в советской полиграфии произошли количественные и качественные изменения. Большую роль в коренной технологической модернизации отрасли сыграло создание отечественного полиграфического машиностроения. Рыбинский машиностроительный завод с 1931 г. освоил производство плоскопечатных машин, газетных ротаций, офсетных одно- и двухкрасочных машин, стереотипного оборудования и пр.

Второй основной базой отечественного полиграфического машиностроения являлся Ленинградский завод им. Макса Гельца, где с 1932 г. был организован выпуск строкоотливной наборной машины (линотипа).

Кроме этих заводов, к производству полиграфических машин привлекались предприятия в Москве, Сысерти, Ромнах, Ейске, Ростове, Киеве, Харькове и Калинине. Они выпускали различные виды малых печатных машин, стереотипное, брошюровочное, переплетное и другое оборудование.

Вместе с тем за десять лет советские предприятия смогли освоить только часть номенклатуры необходимого оборудования, поэтому приходилось прибегать к импорту.

Одновременно проводилась реконструкция действующих типографий. Ручной набор повсеместно заменялся линотипным, шла перестройка брошюровочной и переплетной базы.

Происходит более рациональное и равномерное размещение полиграфических предприятий. Полиграфическое производство получает развитие в восточных районах страны, в союзных республиках. Полиграфические комбинаты были построены на Украине, в Минске, Ташкенте, Баку, Ашхабаде; республиканские типографии — в Тбилиси, Ереване, Сталинабаде (Душанбе), Фрунзе и других городах. В начале 1930–х годов проводится работа по созданию районных типографий на всей территории СССР. К 1932 г. из 2630 районов свыше 2000 уже имели собственные типографии.

В течение 1928–1929 гг. отрасль продолжала работать в тех организационных формах, которые сложились в период нэпа. Госиздат оставался крупнейшим советским издательством, контролировавшим всю систему книгопроизводства страны, а его Торгсектор был руководящим и контролирующим органом книжной торговли. Одновременно работали сотни других советских, партийных, общественных, кооперативных, ведомственных, частных издательств, имевших свои торговые аппараты; имелась сеть кооперативной торговли в городе и на селе. Такая многоформность издательско–книготорговых организаций и предприятий не могла способствовать решению задач, вставших перед руководством страны на рубеже 20–30–х годов. Единому государственному планированию мешало такое ведомственное многообразие, оно воспринималось как "ведомственная разобщенность".

Госиздат стремился доминировать на книжном рынке, однако его продукция часто не могла соперничать по цене и содержанию с книгами других издательств изза бюрократической громоздкости и неповоротливости его аппарата, изза партийного диктата в области тематики изданий. Госиздат проигрывал эту борьбу, даже несмотря на покровительственную политику по отношению к нему и на ущемление других субъектов рынка. Естественная рыночная конкуренция объявлялась "нездоровой". Нетерпимым стал считаться "параллелизм", то есть выпуск книг по схожей тематике в разных издательствах.

Книга всегда рассматривалась компартией как мощное орудие идеологической борьбы. На исходе 20–х годов, с окончательным поворотом в сторону создания тоталитарного государства, остро встала необходимость проведения централизованной политики в области хозяйствования, а главное в области издательского репертуара. Все громче раздавались голоса в пользу реорганизации Госиздата в единый книжный концерн, с объединенной торговой сетью, с единой производственной и материально–финансовой базой.

В 1927–1929 гг. с Госиздатом слились (а по сути дела, были им поглощены) издательства "Новая Москва", "Долой неграмотность", "Прибой" и некоторые другие.

Однако это не решало задачи создания управляемой системы издательского дела. Число издательств, среди которых преобладали мелкие, оставалось значительным. На 1 января 1930 г. в РСФСР насчитывалось 995 издательских предприятий.

В 1929 г. Совнарком РСФСР принял постановление "О мероприятиях по рационализации работы книгоиздательств и упорядочению книгопроводящей сети", в котором типизировались основные издательства, определялось, какую литературу должно выпускать каждое из них.

Была необходима дальнейшая концентрация, укрупнение издательств, централизация идеологического и хозяйственного руководства ими. В соответствии с требованиями партии в годы первой пятилетки происходит коренная перестройка издательской системы.

30 июля 1930 г. было опубликовано постановление ЦК ВКП(б) "О работе Госиздата РСФСР и об объединении издательского дела". В нем отмечалось, что развитие издательского дела отстает от требований эпохи социалистической реконструкции, и определялась задача его организационной перестройки на основе дальнейшей типизации издательств. 8 августа 1930 г. Совнарком РСФСР принял решение, в соответствии с которым вместо множества самостоятельных издательств в стране создавалась единая и практически монопольная организация — Объединение государственных книжно–журнальных издательств (ОГИЗ) при Наркомпросе РСФСР. Функции ОГИЗа были всеобъемлющими: в его задачи входили планирование, управление и техническое руководство полиграфическими, издательскими, книготорговыми предприятиями; снабжение, финансирование и кредитование; капитальное строительство; подготовка и распределение кадров.

В состав ОГИЗа влились 27 крупных и мелких издательств со всеми подчиненными им предприятиями: Госиздат, ставший ядром объединения (его руководитель А. Б. Халатов был назначен председателем правления и заведующим ОГИЗом), "Земля и фабрика", "Московский рабочий", "Молодая гвардия", "Советская энциклопедия", "Работник просвещения", Гостехиздат, Госмедиздат, Госюриздат, Госсельхозиздат, Госхимиздат, "Безбожник", "Физкультура и туризм", издательства Коммунистической академии, университета им. Свердлова, Осоавиахима, НКВД и др.

Первоначально в составе ОГИЗа образовалось 13 типизированных издательств, которые выпускали книги определенной тематики или для определенной группы читателей: Учпедгиз, Соцэкгиз, Масспартгиз, Гостехиздат, Сельколхозгиз, Медиздат, Художественной литературы — ГИХЛ, Юндетиздат, Военгиз, Музгиз, Юриздат, Изогиз, Словарно–энциклопедическое издательство. В начале 1931 г. ОГИЗ пополнился еще тремя издательствами: в него вошли Гострансиздат, Снабкоопгиз и восстановленное "Физкультура и туризм". Кроме того, в ОГИЗ входили 19 областных издательств.

Вне системы ОГИЗа, но под его общим руководством и контролем, оставались издательства "Academia", "Федерация", Центроиздат, Издательство АН СССР и некоторые другие.

В систему ОГИЗа были также переданы отраслевые научно–исследовательские учреждения и учебные заведения.

Таким образом, был создан в своем роде первый в истории и единственный в мире издательско–производственный комплекс, сконцентрировавший значительную часть издательского и полиграфического производства страны и почти всю книготорговлю.

15 августа 1931 г. ЦК ВКП(б) принял постановление "Об издательской работе". В нем на первый план выдвигалось издание политической и технической литературы: "Книга должна быть боевой и актуально–политической, она должна вооружить широчайшие массы строителей социализма марксистско–ленинской теорией и технико–производственными знаниями".

Для выполнения этой задачи необходима была организационная перестройка основных звеньев издательской системы. В связи с тем, что на первый план было выдвинуто издание политической и технической литературы, ЦК партии потребовал поставить эти разделы ассортимента в особое положение. Из системы ОГИЗа был выделен Масспартгиз, а из Соцэкгиза — издание массовой партийной литературы по марксизму–ленинизму и на их базе образовано Издательство партийной литературы (Партиздат), подчинявшееся непосредственно Культпропу ЦК ВКП(б). В 1941 г. Партиздат был переименован в Государственное издательство политической литературы — Госполитиздат — и вновь перешел в подчинение ОГИЗа. Соцэкгиз был преобразован в Государственное издательство экономической литературы.

Обладая известной самостоятельностью, все типизированные издательства тем не менее подчинялись единому, планомерному производственно–экономическому механизму. ОГИЗом утверждались их производственно–финансовые планы, а также тематические планы выпуска изданий, распределялись бумажные и полиграфические ресурсы. Продукция ОГИЗа должна была носить издательскую марку Объединения и того издательства, которым она была выпущена.

Система ОГИЗа включала, кроме центрального аппарата, областные (краевые) отделения, аналогичные бывшим отделениям Госиздата. Эти структурные подразделения создавали вертикаль управления и осуществляли функции руководства издательским делом на местах.

Кроме издательств, в ведении ОГИЗа находились также тресты "Полиграфкнига" и "Полиграф".

Организационная структура издания научно–технической книги строилась по отраслевому принципу и в течение десятилетия подвергалась неоднократной перестройке. Она была тесно связана с системой управления народным хозяйством и менялась вместе с ней вслед за укрупнением или разукрупнением наркоматов.

После реорганизации ВСНХ (январь 1932 г.) и создания на его базе наркоматов тяжелой, легкой и лесной промышленности Гостехиздат был разделен на несколько издательств при вновь образованных наркоматах — Государственное научно–техническое издательство Наркомтяжпрома (ГНТИ НКТП), Гизлегпром, Гослестехиздат.

Вскоре последовала еще одна реорганизация научно–технического книгоиздания. ГНТИ было разукрупнено, и на базе его отделов и редакций были созданы отраслевые издательства — Техтеоретиздат, Машметиздат, Химтехиздат, Энергоиздат, Стройиздат и пр. Они образовали Объединение научно–технических издательств (ОНТИ), подчиненное Наркомтяжпрому. Эта перестройка привела к углублению специализации выпуска научно–технической книги. Начали издаваться новые отраслевые журналы.

Однако практика показала, что такая узкая специализация преждевременна изза недостатка средств и авторских кадров. В 1933–1934 гг. некоторые издательства, входившие в состав ОНТИ, были укрупнены: вместо 14 издательств в объединении осталось 9.

В 1934 г. Объединение было упразднено. Вместо него появилось Объединенное научно–техническое издательство (ОНТИ, с 1938 г. — ГОНТИ), а издательства были преобразованы в главные редакции по отраслям промышленности. ОНТИ имело местные отделения в Новосибирске, Свердловске, Грозном. Оно стало крупнейшим в мире издательством такого профиля, выпускавшим научную, учебную, производственную, справочную, агитационно–массовую литературу.

В 1939 г. ГОНТИ было ликвидировано, а на его базе созданы Госхимиздат, Энергоиздат, Металлургоиздат, Гостопиздат, Гостехтеоретиздат, которые отошли к соответствующим наркоматам. Редакция технико–теоретической литературы была передана в ОГИЗ и в дальнейшем преобразована в Гостехиздат, а затем в Физматгиз.

На основании постановления 1931 г. было реорганизовано издание литературы на национальных языках. Ввиду того, что в республиках окрепла полиграфическая база, выросли авторские и профессиональные кадры, издание книг, до тех пор выпускавшихся Центроиздатом, было передано в национальные издательства республик и областей. Издание литературы для национальных меньшинств, не имевших к тому времени своих издательств, оставалось в ОГИЗе, Партиздате, Гостехиздате.

Развитие национального книгоиздания шло более высокими темпами, чем русского. При этом резко изменилась тематика выпускаемых книг: в предреволюционные годы около 20 процентов тиража национальной книги составляли религиозные издания, а в конце 30–х годов 45 процентов приходилось на социально–экономическую и политическую литературу, 16 процентов — на художественную, 28,5 процента — на учебники для начальной и средней школы.

К началу 1930–х годов издательства имелись во всех союзных и автономных республиках. Республиканские издательские системы строились по образцу ОГИЗа РСФСР и находились под его контролем.

Наиболее развитой была издательская система в УССР, где в 1930 г. организуетсяГосударственное издательское объединение Украины (ДВОУ), ставшее центром по руководству книгоизданием и книгораспространением в республике. Выпуск книг был сосредоточен в типизированных издательствах. В дальнейшем из ДВОУ были выведены Партиздат, Гостехиздат, Госсельхозиздат. В состав ДВОУ входило также Управление полиграфическими предприятиями и книготорговая организация Укркнигоцентр. Научно–техническую книгу выпускало Объединение научно–технических издательств Украины (ОНТВУ). В 1940 г. на Украине действовало 14 республиканских издательств, около 900 полиграфических предприятий.

Ядром издательской системы Белоруссии стало универсальное Государственное издательство БССР.

Свои особенности имело развитие издательского дела в Средней Азии. За исключением Узбекистана, книгоиздание здесь начало развиваться только при советской власти. Полиграфическая промышленность находилась на крайне низком уровне. В 1922–1926 гг. были организованы республиканские государственные издательства, имевшие универсальный характер. В 1928–1931 гг. в среднеазиатских республиках была проведена реформа письменности, связанная с переходом с арабского алфавита на латиницу, а в 1939–1940 гг. осуществлен перевод на кириллическую графику. Наряду с изданием книг на национальных языках широко выпускались русскоязычные книги.

В Узбекистане параллельно с Узгосиздатом вели издательскую деятельность различные ведомства. В 1938–1939 гг. были созданы отраслевые издательства, в том числе Партиздат, Учпедгиз, Соцэкгиз, Гостехиздат и др. Однако они, не успев укрепиться организационно, в связи с начавшейся войной были вновь слиты в одно издательство — Госиздат УзССР.

В Казахстане в 1931 г. была проведена специализация редакций Казгосиздата по видам литературы, что значительно улучшило работу издательства. В Казахском техническом издательстве был налажен выпуск производственной, научно–технической, справочной, учебной литературы. В середине 1930–х годов появились специализированные издательства: Госполитиздат, Издательство художественной литературы, Комсомольско–молодежное издательство.

В Туркменской СССР наряду с республиканским Госиздатом также функционировали Туркменпартиздат и Туркменучпедгиз.

В Грузии издательское дело находилось на достаточно высоком уровне. Имелись специализированные издательства технической, научной, художественной литературы. Хорошо было поставлено переводческое дело. В годы первых пятилеток быстро развивалась полиграфическая промышленность.

Система книгоиздания Армянской ССР, наряду с крупнейшим универсальным Армгосиздатом ("Айпетрат"), имела специализированные издательства: Учпедгиз, Сельхозгиз, Издательство АН АрмССР.

Костяком издательской системы Азербайджана был Азгосиздат ("Азернешр"). Кроме того, в 1930–е годы в Баку были открыты Азнефтеиздат, Азпартиздат, Детюниздат, Издательство АН АзССР.

Иначе развивались издательские системы прибалтийских республик. До присоединения к СССР в 1940 г. книгоиздание и книжная торговля в них находились на высоком уровне. Так, в середине 1930–х годов Латвия занимала второе место в Европе по числу изданных книг на каждые 10 тыс. человек. С установлением советской власти были национализированы все частные издательства и типографии, введена цензура, составлены списки подлежащих изъятию и уничтожению книг. Организуется Государственное управление издательств и полиграфической промышленности (ВАПП). Вначале существовало только Государственное издательство ВАПП, но вскоре были созданы другие издательства, специализировавшиеся на выпуске общественно–политической и экономической, юношеской, педагогической литературы, а также Партиздат.

В Эстонии было организовано Государственное издательское объединение, в систему которого вошли пять специализированных издательств: "Политическая литература", "Художественная литература и искусство", "Научная литература", "Педагогическая литература" и Газетное издательство. В предвоенный период в Эстонии было выпущено книг и брошюр общим тиражом свыше 6 млн. экз., причем 43,4 процента этого количества приходилось на общественно–политические издания.

В Литве было также организовано универсальное Государственное издательство. До начала войны оно выпустило более тысячи наименований книг общим тиражом около 8 млн. экз.

К концу второй пятилетки тираж книг в Украинской ССР по сравнению с 1913 г. вырос в 163 раза, в Армянской ССР — в 102 раза, в Узбекской ССР — в 100 раз.

В 1930–е годы были сделаны дальнейшие шаги в области профессиональной подготовки кадров. В 1930 г. на базе графического факультета Высшего художественно–технического института (ВХУТЕИНа) организован Московский полиграфический институт. Он готовил инженеров–технологов, механиков, экономистов, а впоследствии стал также выпускать редакторов и художников книги. Одновременно был создан Украинский полиграфический институт в Харькове. При НИИ ОГИЗа работала аспирантура.

На рубеже 1920–1930–х годов открылось несколько полиграфических техникумов. Кроме того, в стране действовали десятки полиграфических школ фабрично–заводского ученичества, а с 1940 г. полиграфических ремесленных училищ. Подготовка книготорговых кадров велась в техникумах, школах книготоргового ученичества — "Книгоучах". В 1939 г. при Московском учебном комбинате КОГИЗа открылся экстернат. Получили широкое развитие массовые формы обучения — курсы, техпропаганда, техминимум, стахановские школы.

Продолжалась научная разработка вопросов книгоиздания, книжной торговли, книговедения, начатая в 20–е годы. Были созданы три отраслевых научно–исследовательских института: в 1931 г. в Москве — НИИ полиграфии ВСНХ СССР и НИИ полиграфической и издательской промышленности ОГИЗа (в 1938 г. они объединились в системе ОГИЗа), в Харькове — НИИ полиграфического производства (1932 г.).

В Ленинграде продолжали свою работу научные центры изучения книги — Институт книги, документа и письма АН СССР (до 1936 г.) и НИИ книговедения (до 1933 г.). В Киеве действовал Украинский научный институт книговедения (до 1936 г.). Эти учреждения предпринимали серьезные попытки теоретически осмыслить процессы развития издательского дела. С их деятельностью связаны имена видных ученых–книговедов А. И. Малеина, М. Н. Куфаева, А. Г. Фомина, Н. Я. Марра, Ю. А. Меженко и др.

К сожалению, большой урон был нанесен советской науке о книге в начале 1930–х годов, когда в результате проведенных в Москве и Киеве "дискуссий" были буквально разгромлены лучшие интеллектуальные силы отечественного книговедения.

В 1930–е годы книжное дело особенно остро ощутило на себе пагубное влияние тоталитарного режима. Оно выражалось, в частности, в перекосе тематической структуры издательского репертуара и тиражей отдельных видов печатной продукции. Насильственно прекращалась деятельность издательств, научных учреждений (например, "Асаdеmiа" и НИИ книговедения в Ленинграде).

Изменилось отношение к книге. Главной целью книгоиздания и книготорговли стало обеспечение решения партийно–пропагандистских задач, а также удовлетворение потребности в утилитарно–практических знаниях. Истоки этого подхода — в постановлении ЦК ВКП(б) от 28 декабря 1928 г. "Об обслуживании книгой массового читателя". Был провозглашен не индивидуальный, а групповой, классовый подход к спросу на книгу, что облегчало управление спросом, подведение издательской продукции под шаблон: "Тип книги, ее содержание, язык должны отвечать специальному назначению ее, уровню и потребностям той группы читателей, для которых она предназначена".

Усилилась роль цензуры в издательском деле. Главное управление по делам литературы и издательств Наркомпроса РСФСР (Главлит) осуществляло политико–идеологический контроль за всеми предназначенными к опубликованию и распространению произведениями печати, рукописями, снимками, картинами и т. п. Расширились полномочия Главлита: он имел право конфискации изданий, не подлежащих распространению, разрешал или запрещал открытие издательств и периодических печатных органов, составлял списки запрещенных к изданию и распространению произведений. Предварительный контроль печатной продукции проводился через политредакторов (политконтролеров), то есть уполномоченных Главлита при издательствах, редакциях, типографиях и т. д.

Результатом развития издательского дела в 30–е годы стало создание системы, характеризующейся, во–первых, тотальной централизацией. Все ее элементы управлялись и планировались из центра по всем линиям — политической, экономической, производственной, кадровой, — и находились в жесткой иерархической структуре. Во–вторых, эта система была этатизированной и переводила на госбюджет все книгоиздание и книготорговлю страны. Система обладала достаточной мощностью и могла решать задачи издания и распространения по всей стране этой продукции и в нужном количестве, которое требовалось партии и государству.

21.2. СОВЕТСКАЯ КНИГА 1930–Х ГОДОВ.

В 1930–е годы доминирующее положение по объему выпуска занимало издание общественно–политической и социально–экономической литературы. К концу десятилетия на ее долю приходился 41 процент тиража всех изданных в СССР книг и почти столько же по количеству названий. По сравнению с 1928 г. тираж политической книги возрос в 1937 г. более чем в 4,5 раза. Выпускалось много книг по вопросам антирелигиозной пропаганды, истории партии, государства и права, экономики и пр. Огромными тиражами публиковались произведения классиков марксизма–ленинизма, а также книги, посвященные их популяризации и интерпретации. Было подсчитано, что для того чтобы издать в годы первой пятилетки работы Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, потребовалось около 17 тыс. тонн, или 1,5 тыс. вагонов бумаги, что равнялось 20 процентам годовой продукции всех бумажных фабрик СССР в 1932 г.

Был напечатан массовым тиражом двухтомник произведений Маркса и Энгельса, собрание их сочинений. В 30–е годы были завершены второе и третье издания сочинений В. И. Ленина, начало выходить четвертое издание, прерванное войной. Был выпущен сборник "Избранные произведения" Ленина в двух томах, который выдержал четыре издания общим тиражом около 7 млн. экз. Неоднократно выходили тематические сборники произведений основоположников марксизма–ленинизма, посвященные различным проблемам.

Громадное количество книг на всех языках народов СССР было посвящено Конституции СССР, текст которой был отпечатан в 1936–1937 гг. тиражом 32,5 млн. экз.

В 1938 г. выпущен "Краткий курс истории ВКП(б)", который за два года был издан на 48 языках тиражом 16,2 млн. экз. Изучение "Краткого курса" в сети партучебы стало обязательным для всех советских людей — как коммунистов, так и беспартийных. Размах этой учебы вызвал еще большую потребность в выпуске марксистско–ленинской литературы.

Во второй половине 30–х годов увеличился выпуск исторических трудов. Этому способствовало принятие постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР "О преподавании гражданской истории в школах СССР" (1934). Несмотря на то, что насаждалось сугубо классовое, вульгарно–социологическое понимание истории, был дан толчок историческим исследованиям и публикациям. Был переиздан "Курс русской истории" В. О. Ключевского, двумя изданиями вышел 8–томный труд "История XIX века" под редакцией французских ученых Лависса и Рамбо.

Усиленное внимание к укреплению обороны страны в конце 30–х годов нашло отражение в резком увеличении выпуска военной литературы. Издавались серии "Библиотека командира", "Библиотека красноармейца", "Военно–историческая библиотека".

В условиях реконструкции индустриальной базы страны особенно высокими темпами рос выпуск книг по технике, промышленности, строительству и транспорту. Большую роль в издании научно–технической литературы сыграло решение ЦК ВКП(б) "О постановке производственно–технической пропаганды" (1931). Сразу же заметно активизировался выпуск учебников и монографий, освещающих новейшие достижения науки и техники, стали выходить массовые брошюры, технические плакаты и листовки. Почти четвертая часть (вместо прежних 10–11 процентов) выделенного ОГИЗу фонда бумаги использовалась для печатания технической литературы. По сравнению с 1913 г. общий тираж ее в годы первой пятилетки увеличился более чем в 65 раз.

В годы второй пятилетки политика, проводимая техническими издательствами, несколько изменилась и была направлена на повышение качества технической книги, устранение излишней дробности тематики. Это привело к некоторому сокращению количества названий по данному разделу ассортимента, хотя средний тираж и объем изданий возросли. В 1937 г. доля технической книги составляла 25 процентов.

В соответствии с приоритетами в развитии народного хозяйства среди изданий технической книги преобладали публикации по проблемам тяжелой промышленности, металлургии, транспорта, строительства, а также пособия для различных учебных заведений. В огромных масштабах выпускалась литература, посвященная стахановским методам работы. Только серии насчитывались десятками и выпускались разными издательствами — ОНТИ, Трансжелдориздатом, Гизлегпромом, "Московским рабочим" и др. За 1935–1937 гг. вышло 2960 названий книг по стахановскому движению общим тиражом 41 млн. экз. Такие высокие темпы издания не могли не сказаться на качестве книг, которые готовились в спешке и часто непрофессиональными авторами.

В 1930–е годы был создан новый тип научно–технической книги — массовая популярная брошюра, в которой на элементарном уровне разъяснялись приемы мастерства. Такие брошюры писали передовые работники без отрыва от производства, некоторые книги готовили коллективные авторы — группы, бригады.

Наряду с популярной технической книгой Издательство АН СССР выпускало труды классиков естествознания и техники. Была издана "Техническая энциклопедия" в 38 томах. Учпедгиз, ОНТИ, Сельхозгиз выпускали учебники, пособия для вузов и техникумов.

На рубеже 20–30–х годов, с началом коллективизации резко возросло значение выпускасельскохозяйственной литературы. Сельхозгиз массовыми тиражами печатал книги об организации колхозов и совхозов, об опыте ударников и новаторов, выпускал научные и научно–популярные издания. Выходили справочники для работников колхозов, совхозов, машинно–тракторных станций (МТС). В качестве авторов привлекались крупные ученые и производственники. В связи с необходимостью за короткий срок подготовить тысячи механизаторов, агрономов, зоотехников широко использовалась практика организации авторских коллективов для быстрого написания учебных пособий.

Издания учебно–педагогической литературы было сосредоточено в Учпедгизе, который стал крупнейшим издательством этого профиля не только в СССР, но и в мире. Он выпускал учебники на русском языке для всех общеобразовательных школ. Издание учебников на языках народов СССР было поручено республиканским, краевыми и областным издательствам системы ОГИЗа. В продукции некоторых из них учебники составляли до 65 процентов.

Определяющую роль в политике издания учебной литературы играли партийные решения. В постановлении ЦК ВКП(б) "Об учебниках для начальной и средней школы" (1933) было предложено прекратить издание применявшихся в 1920–е годы так называемых "рабочих книг", "рассыпных", "местных" и "пробных" учебников, не дающих систематических знаний, и приступить к изданию стабильных учебников, то есть единых, унифицированных и рассчитанных на использование в течение многих лет. Стабильные учебники могли неоднократно переиздаваться со стереотипа.

Выпуск учебной литературы резко возрос с введением в 30–е годы всеобщего начального, а затем и семилетнего обучения.

Издавались сотни миллионов экземпляров учебников по математике, естествознанию, родному языку, географии, литературе для начальной и средней школы, причем треть из них — на языках народов СССР. Печаталось большое количество учебников для школ взрослых, что имело важное значение в связи с задачей ликвидации неграмотности и малограмотности населения.

Издание художественной литературы на протяжении 1930–х годов не всегда шло по непрерывной восходящей линии. В годы первой пятилетки в связи с тем, что центр внимания был перенесен на политическую и техническую книгу, выпуск беллетристики сократился: только за три года (1931–1933) он уменьшился по всем показателям в два раза. Однако с 1933 г. картина резко меняется.

Во второй пятилетке объем выпуска художественной литературы занимал второе место после общественно–политической литературы. Издавались книги, рассчитанные на широкий круг читателей, что нашло отражение в увеличении среднего тиража.

Крупнейшим не только в стране, но и в мире специализированным издательством было Государственное издательство художественной литературы (ГИХЛ, с 1938 г. Гослитиздат), которое возникло в системе ОГИЗа на базе литературного сектора Госиздата и издательства "Земля и фабрика". Оно выпускало массовыми тиражами сочинения русских классиков, советских писателей, зарубежную литературу, книги по литературоведению и критике, и также литературно- художественные журналы и "Роман–газету". Здесь выходили многие собрания сочинений русских и иностранных классиков. Издавались "Школьная серия", "Дешевая библиотека", "Библиотека начинающего читателя", серия "Исторический роман".

23 апреля 1932 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) "О перестройке литературно–художественных организаций", имевшее большие последствия в культурно–политическом плане. В соответствии с этим постановлением был взят курс на фактическое уничтожение плюрализма в творчестве писателей, художников, композиторов и на объединение их в творческих союзах на основе единой идейной платформы. В издательском репертуаре стали преобладать книги, написанные с позиций "социалистического реализма".

В 1933 г. на базе издательства "Федерация" организовалось издательство оргкомитета Союза советских писателей "Советская литература". Вскоре путем слияния двух кооперативных издательств — Московского товарищества писателей и Издательства писателей в Ленинграде — и "Советской литературы" было образовано издательство "Советский писатель" (1934). Оно пришло на смену существовавшим ранее многочисленным издательствам разных творческих объединений. "Советскому писателю" поручалась публикация новых книг современников лучших произведений советской литературы прошлых лет. Среди достижений "Советского писателя" особо следует отметить "Библиотеку поэта" (Большая и Малая серии), созданную по инициативе М. Горького. Для книг серии характерны строгая научность подготовки текста, обширный справочный аппарат, составленный авторитетными специалистами. "Библиотека поэта" стала энциклопедическим сводом отечественной поэзии.

Наряду с ГИХЛом и "Советским писателем" художественную литературу выпускали "Молодая гвардия", Жургазобъединение "Огонек", "Academia". С 1933 г. в Жургазобъединении начала выходить серия документальных и романизированных биографий "Жизнь замечательных людей", задуманная М. Горьким как своеобразное продолжение аналогичной серии Ф. Ф. Павленкова. В 1938 г. эта популярная серия была передана "Молодой гвардии".

Особое место среди издательств гуманитарного профиля занимает "Асаdеmiа", продолжавшая традиции М. и С. Сабашниковых, "Всемирной литературы". Для продукции этого издательства характерны высочайший уровень редакционно–текстологической подготовки и научно–вспомогательного аппарата, продуманность художественно–полиграфического исполнения, гармония и единство стиля. Большую известность приобрели серии издательства "Academia": "Сокровища мировой литературы", "Античная литература", "Литература средневековья", "Восточная литература". В 1937 г. издательство влилось в Гослитиздат, но некоторые подготовленные к изданию книги выходили через много лет в других издательствах.

В начале 30–х годов в русле общей тенденции перестройки советского книгоиздания на повестку дня встала задача создания крупного специализированного издательства детской литературы, которое должно было обеспечить "высокий идейно–художественный уровень" произведений для детей и юношества. В 1933 г. издание детской книги было сосредоточено в Детгизе, организованном на базе детского сектора издательства "Молодая гвардия" и школьного сектора ГИХЛа. (В мае 1941 г. Детгиз перешел из системы ОГИЗа в ведение Наркомпроса).

В 1933 г. в Детгизе начала издаваться серия "Школьная библиотека", с 1936 г. — красочная серия "Книга за книгой" для детей младшего школьного возраста, с 1937 г. — "Книжка–малышка" для дошкольников. В 30–е годы в круг детского чтения вошло много книг, составивших золотой фонд детской литературы: произведения В. Бианки, А. Гайдара, Б. Житкова, В. Каверина, Л. Кассиля, В. Катаева, М. Пришвина. К оформлению детских книг привлекались художники Ю. Васнецов, В. Конашевич, В. Лебедев, Е. Чарушин и т. д.

В целом в репертуаре детской книги этих лет преобладали издания, посвященные событиям революции, гражданской войны, классовой борьбы, произведения о Ленине, партии. Осуждению подвергалось "нездоровое приключенчество", уход от социальных тем. Широко печатались рассказы, повести, поэмы для детей, посвященные истории революционной борьбы и трудовым достижениям советских людей, такие как "Рассказ о великом плане" М. Ильина, "Турксиб" В. Шкловского, "Днепрострой" Н. Миславского, "Джек Восьмеркин — американец" Н. Смирнова. Для подростков Детгиз предпринял издание "Библиотеки юного колхозника".

Издательство "Молодая гвардия" выпускало серии книг для детей и молодежи "Наука и техника", "Мастера на все руки". Популярностью пользовались "Библиотека исторических романов" и "Библиотека русских и иностранных писателей" для юношества, "Современная библиотека путешествий, краеведения, приключений и научной фантастики".

Выпуск литературы по искусству был сосредоточен в Изогизе (с 1938 г. — "Искусство"). Здесь выходили популярные книги об актерах театра и кино, режиссерах, художниках. Прекрасно изданные альбомы и монографии выпускались также издательством "Academia".

Издание плакатов, репродукций и открыток также сосредотачивалось в Изогизе. В 1931 г. было принято специальное постановление ЦК партии "О плакатной литературе". Массовыми тиражами распространялись плакаты, призывавшие к ударному труду, готовившие к будущей войне. По всей стране были известны плакаты А. Кокорекина "От ударных бригад к ударным заводам и фабрикам" (1930 г.), В. Корецкого "За сталь, чугун, прокат" (1934 г.) и "Если завтра война" (1938 г.).

Во внешнем облике книжной продукции 30–х годов прослеживается четкая зависимостьполиграфического исполнения и художественного оформления от ее типо–видовых особенностей. Массовая политическая и производственно–техническая книга представляла собой малообъемные брошюры в бумажной обложке. Причем если в начале десятилетия еще применяются конструктивистские приемы, разработанные в книжной графике 20–х годов (контрасты, стилизация, двухкрасочная печать, игра шрифтов), то к середине 30–х годов наборно–шрифтовое оформление обложек становится более однообразным и безликим. Наблюдается стремление к унификации и стандартизации печатной продукции. В то же время фундаментальные научно–теоретические труды, собрания сочинений классиков, юбилейные издания, а также важнейшие общественно–политические книги выпускались на высшем художественно–полиграфическом уровне. Для таких книг характерны большой формат, хорошая бумага, богатое оформление. Часто применялись тканевые, а затем ледериновые, коленкоровые, дерматиновые переплеты со слепым или красочным тиснением. Такие роскошные издания особенно типичны для второй половины 30–х годов, когда в советском искусстве утвердился так называемый "большой стиль", "сталинский ампир", призванный отразить пафос социалистического строительства, продемонстрировать незыблемость советского строя.

21.3. КНИЖНАЯ ТОРГОВЛЯ В ПРЕДВОЕННОЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ.

В начале 1930–х годов встала задача приведения книжной торговли в соответствии с общим направлением развития издательского дела, всего народного хозяйства. Была поставлена задача перехода книжной торговли на новые формы и методы работы, развития сети книгораспространения. В аппарате ОГИЗа был образован Центр книгожурнального распространения (Книгоцентр), объединивший торговые аппараты всех влившихся в ОГИЗ издательств и их книготорговую сеть. Отныне издательства не должны были выполнять самостоятельные сбытовые и торговые функции. Книгоцентр реализовывал печатную продукцию и сопутствующие товары на всей территории РСФСР. Хозяйственные взаимоотношения Книгоцентра к издательствами регулировались специальными соглашениями–договорами. В обязанности Книгоцентра входила оперативная работа по реализации продукции, участие в установлении тиража, тематики, номинала изданий; экспорт и импорт книжно–журнальной продукции.

К 1931 году на территории РСФСР (за исключением автономных республик) были ликвидированы почти все местные книготорговые организации и на их базе созданы отделения Книгоцентра.

Книгоцентр должен был стать единым централизованным органом управления государственной книжной торговлей в условиях планового социалистического хозяйства. Эта многоаспектная задача в первую очередь отразилась на структуре аппарата Книгоцентра. Ведущими его отделами стали планово–экономический и организационно–плановый секторы. Первый контролировал выполнение планов всеми структурными подразделениями и местными отделениями Книгоцентра. Второй руководил развитием книготорговой сети, а также подготовкой кадров. В составе аппарата Книгоцентра имелось управление коопкниготоргами, созданное в связи с начавшейся их передачей из кооперативной собственности в государственную. Управлению подчинялись местные книготорговые предприятия, ранее входившие в систему Книгосоюза РСФСР.

Книжный сектор должен был вести ассортиментную работу с вновь выходящими изданиями, руководить оптовыми операциями. В нем имелись так называемые литературные отделы (по разделам книготоргового ассортимента). Информационно–пропагандистский отдел Книгоцентра руководил библиографической работой, организовывал массовые пропагандистские мероприятия.

Кроме создания центрального аппарата, налаживалось управление книжной торговлей на местах, с учетом сложившейся структуры местных отделений Госиздата и торговли книгами через сеть Наркомпочтеля (Союзпечать) и потребительской кооперации (Центросоюз).

В своем стремлении создать всеобъемлющую систему государственной книжной торговли руководство ОГИЗа и Книгоцентра допустило просчеты. Так, например, даже разноску и розничную продажу газет Книгоцентр хотел забрать в свои руки. Неоправданным было вытеснение книготорговых систем. Высказывались мнения, что торговля вообще чужда советскому обществу, необходимо книгораспространение как метод. Эти воззрения лежали в русле идей, превалировавших на рубеже 20–30–х годов. Утверждалось, что в социалистическом обществе торговли не может быть в принципе, что ее следует заменить распределением ("социалистическим", "справедливым"). Звучали даже предложения изъять из продажи индивидуальному потребителю всю литературу, кроме массовой и справочной, и распространять книгу главным образом через библиотеки. Все связанное с рынком стало восприниматься как буржуазные вымыслы, подлежащие искоренению. Отвергались такие важные экономические понятия, получившие развитие в годы нэпа, как хозрасчет, торговая конъюнктура, емкость рынка, оптовое посредничество, заказооборот и т. д. Это приводило к ломке сложившихся отношений книжного рынка, к потере низовой книготорговой сети, особенно сельской, создававшейся в сложнейших социально–экономических и политических условиях.

Деятельность Книгоцентра была, таким образом, нацелена не на кропотливое и систематическое изучение спроса населения, сбор заказов книготорговых предприятий, а на чисто бюрократическое, механическое распределение выходящих изданий по разверстке, как во времена "военного коммунизма". И хотя разверстку пытались проводить на основе изучения социально–экономического профиля районов, вся ассортиментная работа Книгоцентра свелась, по сути дела, к снабжению торговой сети по разнарядкам, без какоголибо учета спроса. Ясно, что поскольку из центра невозможно было предугадать все запросы мест, туда часто засылались ненужные издания.

Такая политика, основанная на администрировании, вела к быстрому росту нереализованных товарных остатков, особенно в низовой периферийной сети, что стало сказываться на общем состоянии отрасли. Омертвлялись значительные средства, вложенные в производство книги. С другой стороны, это вело к возникновению искусственного дефицита.

Недостатки в работе как ОГИЗа в целом, так и Книгоцентра, подвергались критике в постановлении ЦК ВКП(б) "Об издательской работе". В нем констатировалось, что "книгораспространение поставлено бюрократически и не удовлетворяет своевременно и правильно спроса на книги". Далее в постановлении ставились следующие задачи: "Организовать вместо нынешней практики распределения книг книготорговлю, опирающуюся на изучение спроса и фактической потребности мест. Реорганизовать Книгоцентр в Книготорговое объединение государственных издательств (синдикатского типа) в системе ОГИЗа с тем, чтобы оно явилось основным аппаратом книгораспространения". В качестве синдиката КОГИЗ должен был объединять государственные издательства с целью единого управления планированием и сбытом печатной продукции.

В основу организационно–структурного построения системы КОГИЗа было положено районное отделение. В соответствии с этим различалось три основных структурных звена: а) областное (краевое, АССР) отделение; б) районное отделение; в) книжный магазин.

КОГИЗу были даны широкие полномочия в системе книгоиздательского дела. Он координировал всю книжную торговлю страны независимо от ее ведомственного подчинения. Его сеть должна была охватить все наиболее важные населенные пункты, и в первую очередь новостройки, промышленные объекты, крупные колхозы и совхозы. Перед КОГИЗом стояла задача организации изучения спроса и потребности населения в книге. КОГИЗ участвовал в тиражировании и тематическом планировании выпуска книг, в государственной ценовой политике, в экспорте–импорте изданий. Ему было дано право контроля качества печатной продукции всех издательств страны. В функции КОГИЗа входила также подготовка и повышение квалификации книготорговых кадров, разработка научной организации труда в отрасли.

Ассортиментная работа сосредотачивалась в литературных секторах КОГИЗа, состав которых соответствовал книготорговому ассортименту.

Ассортиментные секторы КОГИЗа ведали сбором заказов, определением тиражей и разнарядкам и они имели право самостоятельно заключать договоры с издательствами и местными отделениями КОГИЗа. В их задачи входило оказание помощи периферийной торговой сети в организации продажи и рекламы. Систематический сбор заказов на книги осуществлялся с помощью библиографического бюллетеня "Пятидневка Книгоцентра" (с 1932 — "Советская книготорговля"). Издательства, входившие в ОГИЗ, выпускали для этой цели годовые и квартальные тематические планы.

В работу отделений КОГИЗа внедряется заказооборот. Однако для некоторых, наиболее дефицитных категорий литературы система распределения по разверстке продолжала сохраняться.

В отличие от Книгоцентра, который выступал как монопольная социальная структура, КОГИЗ был главной управляющей и контролирующей государственной книготорговой системой страны, работавшей параллельно с другими ведомственными системами.

КОГИЗ участвовал в создании республиканских книготорговых организаций, предоставляя им льготные кредиты, повышенные скидки.

На Украине был образован Укркнигоцентр, который после передачи ему сельской книготорговой сети был преобразован в единую организацию — Укркнигокультторг. В других республиках торговлю книгами вели созданные на базе отделений КОГИЗа книготорговые конторы в составе республиканских издательств — Белгиз (БССР), Узкитаб (УзССР), "Сакцигни" (ГрузССР) и др.

В 1936 г. произошли изменения в структуре КОГИЗа. Вместо литературных секторов были образованы пять хозрасчетных главных контор по оптовой торговле: "Политкнига", "Техкнига", "Учпедкнига", "Литизокнига" и главная контора подписных изданий. Они обладали правом самостоятельно заключать с издательствами договоры на поставку книг.

Для регламентации товарных отношений в 1934 г. были разработаны "Особые условия поставки непериодической печатной продукции", которые способствовали повышению ответственности книготорговых предприятий за свой заказ, за результаты изучения покупательского спроса.

Главные оптовые конторы просуществовали до 1938 г., когда с целью сокращения управленческих расходов они были включены в Управление оптовой книжной торговли КОГИЗа, к которому перешли центральные оптовые функции.

Процесс организации массовой разветвленной сети книжных магазинов был нелегким, но он неуклонно развивался. Особое внимание уделялось развитию низовой сети. Строились новые книжные магазины, в том числе на окраинах — в Сибири, в Средней Азии, на Дальнем Востоке. Открывались магазины и киоски на Днепрострое, в Челябинске, на Тракторострое в Сталинграде, на Сясьстрое и других объектах пятилеток.

На промышленных предприятиях, транспорте, новостройках создается широкая сеть книжных киосков. В условиях коллективизации сельского хозяйства известную роль сыграла такая специфичная форма пропаганды и распространения книг в деревне, как книжно–газетные киоски политотделов МТС и совхозов. Политотделы МТС, организованные в 1933 г., вели массовую агитационно–пропагандистскую работу на селе. КОГИЗ открыл 1700 таких киосков, 200 было организовано потребкооперацией. В райотделениях КОГИЗа были введены в штат специальные инспекторы по сельской торговле. В помощь киоскам политотделов направлялись шефские бригады, им предоставлялся улучшенный ассортимент. Издавался специальный инструктивный и библиографический бюллетень КОГИЗа и Центросоюза "В помощь киоскеру политотдела". В 1935 г. в связи со слиянием политотделов МТС с райкомами книготорговая сеть политотделов была подчинена райотделениям КОГИЗа.

В течение всего военного десятилетия наблюдалось достаточно стабильное, хотя и с некоторыми колебаниями, расширение торговой сети КОГИЗа и рост товарооборота книжной продукции. Несмотря на систематическую передачу части сети республиканским книготорговым организациям и другим системам, число книжных магазинов КОГИЗа увеличилось в 1940 г. по сравнению с 1931 г. более чем на 30 процентов, товарооборот вырос в четыре раза. К 1 января 1941 г. КОГИЗ — основной организатор распространения книжной продукции в СССР — имел 57 краевых, областных и республиканских отделений, 1773 магазина, 899 киосков и 71 бибколлектор.

И все же сеть КОГИЗа оставалась слаборазвитой. Большая часть розничных пунктов представляла собой мелкие, нерентабельные предприятия. Существовала диспропорция в размещении магазинов: основная масса издательской продукции продавалась в крупных и средних городах, а районные центры и сельская местность оставались недостаточно охваченными книготорговым обслуживанием, в то время как численность населения находилась в обратной пропорции. Неудовлетворительным было и состояние материально–технической базы книжной торговли. Большинство районных и низовых книжных магазинов имели небольшие неблагоустроенные помещения.

Кроме книготорговой сети КОГИЗа, в стране действовали магазины и киоски других ведомств. В 1932 г. в аппарате Партиздата был образован Торгсектор, к которому перешла специализированная сеть по продаже политической книги.

В 1934 г. одновременно с образованием ОНТИ создается контора Книгосбыт с сетью магазинов и киосков технической книги. Книгосбыт ОНТИ рассылал издания по разнарядкам соответствующих наркоматов и главков, работал с повторными заказами на распроданные книги. Отдел пропаганды Книгосбыта выпускал рекомендательные и информационные материалы, библиографические пособия.

В 1933 г. при Издательстве АН СССР в Москве возник самостоятельный аппарат распространения непериодических и периодических изданий Академии наук и ее научных институтов — книготорговая контора "Академкнига", которая имела магазины и киоски в крупных научных центрах страны.

Несмотря на то, что в целом сеть и товарооборот ведомственных и книготорговых систем были незначительны по сравнению с КОГИЗом, они позволили расширить возможности распространения массовой политической, технической, научной книги.

В течение 1930–х годов некоторые системы вновь возвращались в состав КОГИЗа (Торгсектор Партиздата — в 1938 г., Книгосбыт ОНТИ — в 1939 г.), другие, наоборот, выделялись в самостоятельные. Так, в связи с необходимостью распространять специальную военную книгу непосредственно в местах расположения частей армии и флота в 1939 г. был создан Военкнижторг, находившийся в подчинении Наркомторга. Ему была передана сеть военсектора КОГИЗа.

На селе книжная торговля велась потребительской кооперацией. В начале 1930–х годов в аппарате Центросоюза были созданы отраслевые объединения по торговле книгами (Всекоопкнига) и культтоварами (ВОКТ). Однако книжная торговля не была в центре внимания потребкооперации, которая не располагала квалифицированными книжными кадрами. Шел процесс ликвидации книготорговой сети Центросоюза. В 1931 г. прекратили торговлю книгой 18500 пунктов. Оставались лишь киоски бывших коопкниг.

Для руководства сельской книжной торговлей в КОГИЗе был образован сельхозсектор, а также сектор коопкниг. Перед ним была поставлена задача организовать торговый пункт в каждом сельском райцентре. Однако КОГИЗ смог охватить не более половины сельских районов страны.

В 1933 г. в Центросоюзе было создано единое Всесоюзное объединение по оптовой торговле товарами культобслуживания (ВОКТ). В своей работе оно опиралось на систему районных отраслевых объединений, каждое из которых имело культмаг с книжным отделом и склад книжно–канцелярских товаров. В зоне своей деятельности ВОКТ открывал и киоски при политотделах МТС и совхозов.

С 1935 г. потребительская кооперация прекратила торговлю книгами в городах, сосредоточив свое внимание на обслуживании сельского населения. По договору с Центросоюзом КОГИЗ принял на себя снабжение сети потребкооперации. В 1936–1937 гг. действовало книготорговое объединение КОГИЗа и ВОКТа, межведомственная оптовая контора Книгоканцторг осуществляла поставку книг и канцтоваров в райпотребсоюзы.

Центросоюз строил и расширял книготорговую сеть, организовывал книжные склады при культбазах. В областных (краевых) потребсоюзах была введена должность инструктора по книжной торговле. Налаживалось изучение спроса, пропаганда книги, подготовка кадров. В 1939 г. доля потребкооперации в книжной торговле страны составляла 14,9 процента. Торговлю книгами вели 1537 культмагов и 23333 сельмага.

Интенсивный процесс типизации издательств вел к увеличению дробности тематики выпускаемых книг, усложнялись запросы покупателей. Это приводило к необходимости создания книжных магазинов, специализированных по ассортименту и способу обслуживания. В Москве и других городах были открыты Дома детской и юношеской книги (ДЮДК) с отделами консультаций по школьному и дошкольному чтению. Они возникли в Москве, Ленинграде, Нижнем Новгороде и Свердловске.

Велась работа по созданию специализированной букинистической сети. В связи с тем, что частный сектор букинистической торговли к 1930 г. был полностью национализирован, возникла необходимость организации государственных магазинов. Если в 1932 г. в Москве таковых насчитывалось четыре, то в 1941 г. — уже одиннадцать. В целях централизации руководства букинистической сетью в Москве было создано единое управление букинистическими магазинами. При букинистической базе Могиза имелся институт уполномоченных, закупавших на периферии книги для Москвы. Организовывались скупочные пункты в магазинах новой книги.

Кроме Книгоцентра — КОГИЗа, букинистическую торговлю вели другие ведомства: Литфонд СССР, "Академкнига", издательство "Советский писатель", Роскульторг, кооперация инвалидов "Книготоргин", "Главсевморпуть" в Ленинграде. Особую известность приобрел антикварный магазин акционерного общества "Международная книга", который специализировался на редких книгах, издавал иллюстрированные тематические каталоги. К сожалению, поскольку в функции магазина входило и исполнение заказов зарубежных покупателей, его деятельность объективно способствовала утечке многих ценных изданий за пределы страны.

В новых условиях не могла более существовать свободная цена на букинистическую книгу, устанавливаемая главным образом исходя из рыночного спроса. В целях унификации ценообразования КОГИЗ начал разработку списков–ценников по разделам ассортимента. На их основе в 1936 г. вышел первый каталог–прейскурант художественной литературы, который включал как наиболее часто встречающиеся, так и редкие издания. В том же году был утвержден новый документ, регламентирующий букинистическую торговлю, — "Правила торговли букинистической и антикварной книгой".

Велся поиск наиболее эффективных форм и методов обслуживания покупателей. Предпринимались попытки организации бесприлавочной торговли. В 1934 г. с целью создания и последующего внедрения образцов книготорговой работы основываются образцовые книжные магазины. Однако данный опыт не имел успеха вследствие усиленного снабжения этих предприятий дефицитными изделиями. Получила развитие почтово–посылочная торговля книгами. Особую актуальность она приобрела в связи с ликвидацией мелких магазинов КОГИЗа и задачей обслуживания жителей небольших населенных пунктов. Было принято решение об организации магазинов и отделов "Книга — почтой" во всех областях.

В лучших книжных магазинах практиковался метод приема предварительных заказов, а также заказов на поиск вышедших изданий. Этот метод резко повысил культуру обслуживания покупателей, однако тогдашний уровень развития книжной торговли не позволял организовать его широкое внедрение.

Предпринимались шаги для ускорения реализации книг. В 1930–1931 гг. были установлены торговые скидки для некоторых ассортиментных групп до 28–30 процентов. Книготоргующие организации, распространяющие книги в сельской местности, получали дополнительную скидку до 5 процентов. В 1936 г. КОГИЗ ввел стимулирующую систему оплаты труда продавцов: они стали получать дополнительно 10 процентов суммы, вырученной от продажи литературы прежних (до 1935 г.) лет издания.

Укреплялось экономическое положение книжной торговли в системе издательского дела. С 1 января 1940 г. всем издательствам было вменено в обязанность предоставлять книжной торговле 25–процентную скидку с номинальной стоимости продукции на покрытие издержек обращения КОГИЗа, расходов на упаковку и транспортировку. В свою очередь КОГИЗ при поставке книг местным отделениям устанавливал дифференцированные скидки, которые способствовали реализации наиболее трудоемких изданий.

Широко внедрялись разнообразные массовые формы книгораспространения и пропаганды книги. Организовывались передвижные киоски, книжные праздники, выставки, базары, лотереи. Использовался такой метод, как продажа книг в кредит. В каждом сельском и городском районе работали "красные книгоноши" — общественные распространители книги из числа комсомольцев, школьников, учителей, политпросветработников. На промышленных предприятиях действовали книжные "фабзавкиоски".

Успехи в эти годы во многом достигались за счет эксплуатации неподдельного энтузиазма работников. В книжной торговле развернулось соцсоревнование, которое принимало различные формы. Коллективы магазинов боролись за звание ударных. Во второй пятилетке получило развитие стахановское движение. Новаторы книжной торговли делали рацпредложения, внедряли научную организацию труда, перевыполняли планы.

Деятельность советской книжной торговли находилась в тесной связи с задачами, решаемыми партией и государством. Она всегда выступала как инструмент агитационно–пропагандистской работы. Перед книготорговыми работниками ставилась цель не только удовлетворять имеющийся спрос на книгу, но и участвовать в идейном воздействии на покупателей, воспитывать их в духе марксизма–ленинизма. Очередные политические кампании воплощались в лозунгах, под которыми работала книжная торговля: "Ударным стройкам дать ударную книгу!", "Книгу — на большевистский сев!", "Сельский книготорговец — активный участник классового наступления на кулачество!" и т. д. Именно с 30–х годов книжная торговля стала восприниматься как важнейший участок "идеологического фронта", а книготорговые работники — как "бойцы" этого фронта, помощники партии.

Книжная торговля работала в сложных социально–политических условиях, что накладывало на нее отпечаток. Одной из ее функций была так называемая идеологическая "очистка" ассортимента. От книготорговцев требовалась бдительность в отношении "классово чуждой" литературы, ее своевременное изъятие. В сеть постоянно поступали циркуляры о списании или, наоборот, о "восстановлении из макулатуры" ошибочно списанных изданий. Это относилось не только к политической или беллетристической, но и к научно–технической книге, поскольку и здесь цензура находила "политически вредные" издания. Специальный документ регламентировал порядок изъятия и списание. Эту работу возглавляли и контролировали партийные организации книжной торговли.

Итогом предвоенного десятилетия стало создание всеобъемлющей плановой государственной системы книжной торговли. Образование Книгоцентра — КОГИЗа способствовало централизации руководства книгораспространением. Происшедшая в начале 1930–х годов некоторая корректировка курса не затронула основ организации советской книготорговли.

КОГИЗ стал фактически автономным, независимым звеном ОГИЗа. С одной стороны, это вело к юридической, финансовой, организационной самостоятельности двух вертикалей — издательской и книготорговой. С другой же стороны, разная подчиненность и отчетность этих двух прежде единых элементов книжного дела вели к обособлению книжной торговли, к созданию внутриведомственного барьера. Такое положение сохранялось несколько десятилетий.

21.4. КНИГА В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ.

Военные события внесли разнообразие в книжное дело, потребовали всецело подчинить его интересам обороны. Перестройка деятельности издательств была сопряжена с большими трудностями. Необходимое распределение внутренних ресурсов страны в пользу первоочередного обеспечения фронта привело к резкому сокращению материальной базы советского книгоиздания. Острый недостаток ощущался в кадрах издательских, типографских, книготорговых работников.

Накануне войны в Советском Союзе насчитывалось 220 издательских организаций и около 5 тысяч полиграфических предприятий, причем значительная часть их находилась в западных районах страны. Захват гитлеровцами Прибалтики, Белоруссии, Украины, Молдавии лишил советское книгоиздание предприятий, располагавшихся на оккупированной территории. Такие крупные издательские и полиграфические центры, как Киев, Минск, Одесса, были захвачены врагом. Лишь небольшое количество полиграфического оборудования удалось вывезти на восток — на Урал, в Сибирь, в Среднюю Азию.

Война причинила колоссальный ущерб книжному фонду страны. Только в западных областях СССР, подвергшихся оккупации, было уничтожено 43 тысячи общественных библиотек, насчитывавших свыше 100 миллионов томов книг.

Усложнилось снабжение типографий шрифтами, бумагой, печатными красками, картоном, техническими тканями и другими видами сырья. Так, в 1941 г. было произведено 729,8 тыс. тонн бумаги, 1942 г. — 165,7, в 1943 — 204,9, в 1944 г. — 193.

Часть центральных издательств и оборудования полиграфических предприятий была эвакуирована. Оставшиеся, несмотря на критическую ситуацию, продолжали функционировать и выпускать печатную продукцию. Книги издавались, ценой неимоверных усилий, даже в осажденном Ленинграде.

Вскоре после начала войны из Москвы в Казань, располагавшую солидной полиграфической базой, были эвакуированы центральные издательства — Медгиз, Воениздат, Издательство Академии Наук СССР и "Советский писатель". Ситуация облегчалась тем обстоятельством, что в это время в Казани находились крупнейшие ученые страны — 93 академика и члена–корреспондента АН СССР.

В целом в годы Великой Отечественной войны наблюдалось сокращение объема издательской продукции по сравнению с предвоенным периодом: если в 1938–1940 гг. в СССР было выпущено 130,6 тыс. названий книг тиражом 1875,4 млн. экз., то в 1941–1945 гг. — соответственно 109,1 тыс. и 1691,7 млн. Однако, несмотря на это, потребности фронта и тыла в печатной продукции в основном удовлетворялись. Это достигалось тем, что издательские планы освобождались от неактуальной в условиях войны тематики, второстепенных типов и видов изданий. Сыграло свою роль и резкое сокращение объемов книг. Средний объем в 1942 году был почти в три раза меньше, чем в 1940 г., в то время как средний тираж увеличился более чем вдвое. Это дало возможность при одинаковых затратах труда, бумаги, денежных средств и загрузке производственных мощностей выпускать больше продукции. Кроме того, книги малого объема и небольшого формата более соответствовали обстоятельствам военного времени и быстрее находили своего потребителя.

Выпуск книг сократился в первую очередь в центральных издательствах, которые работали в более сложных производственных условиях, чем периферийные. В то же время наблюдался значительный рост областных издательств в восточных и северных регионах страны. Получив эвакуированное полиграфическое оборудование и квалифицированные кадры, они превратились в крупные издательские центры. Расширили свою деятельность издательства Грузинской, Азербайджанской, Узбекской, Казахской, Киргизской, Таджикской республик. Удельный вес в общегосударственном книгоиздании печатной продукции, выпускаемой республиканскими, областными и краевыми издательствами, входившими в ОГИЗ, значительно вырос. Пятнадцать областных издательств ОГИЗа выпускали в 1940 г. — 34 процента названий, в 1941 г. — 51 и в 1942 г. — 73 процента. Тиражи составили соответственно 6, 16, 30 процентов. Это означает, что за полтора военных года книжная продукция областных издательств увеличилась по числу названий более чем в два раза, а по тиражу — в пять раз. Их репертуар был универсальным: они издавали важнейшие партийно–правительственные документы, литературу оборонной, технической, сельскохозяйственной тематики применительно к местным потребностям.

Восстановление и подъем книгоиздания происходил по мере продвижения Красной Армии на запад. Только за один год после освобождения Украины здесь были восстановлены 765 полиграфических предприятий, 9 республиканских и 3 областных книжно–журнальных издательства.

Издательская деятельность развернулась не только в тылу, но и за линией фронта, на оккупированной территории. Партизаны налаживали собственное производство красок, переливали шрифты, в качестве бумаги использовали оборотную сторону обоев и даже древесную кору. Были случаи выпуска и распространения рукописных книг. Листовки, газеты, брошюры печатались в самодельных или походных типографиях в лесах Белоруссии, на Украине, в Смоленской, Орловской, Псковской, Новгородской и других оккупированных областях. Только в Белоруссии за два года войны подпольщикам было заброшено 185 печатных машин с комплектами шрифтов, 150 тонн газетной бумаги, прислано около ста наборщиков и печатников. В 1943 г. была создана портативная плоская печатная машина специально для использования в тылу врага.

Население временно оккупированных районов, партизаны испытывали острую потребность в печатном слове, дорожили каждой книгой, несмотря на то, что распространение и хранение советских печатных изданий преследовалось и нередко каралось смертью. Для них издательство "Молодая гвардия" выпустило 650–тысячным тиражом "Спутник партизана". Только на Украину было доставлено самолетами 400 млн. экз. листовок, обращений, газет, брошюр и книг.

Суровая обстановка наложила печать на оформление изданий военных лет. Кроме слабой материально–технической базы полиграфии, оказывали влияние и сроки из выпуска в свет: нередко книгу готовили и печатали за несколько дней. Все это привело к неизбежному снижению качества полиграфического исполнения и художественного оформления печатной продукции: уменьшился формат книг; переплеты часто заменялись серой, невыразительной обложкой; редкими стали иллюстрации; бумага была низкокачественной; сократилось использование глубокой и офсетной печати. Однако в годы войны НИИ ОГИЗа разрабатывал новые способы многокрасочной печати, бесшвейного скрепления книжных блоков.

В корне изменилась тематика издаваемой продукции. Был приостановлен выпуск многих книг, не отвечавших первоочередным задачам.

Ведущее место в книжной продукции занимала общественно–политическая тематика. Крупнейшее издательство — Госполитиздат — с июня 1941 г. по сентябрь 1945 г. выпустило 1108 названий общим тиражом около 117 млн. экз. Основную долю составляли издания массового типа. Продолжали широко выпускаться работы классиков марксизма–ленинизма. К традиционным изданиям избранных произведений добавились тематические сборники военной тематики, например В. И. Ленина "О защите социалистического отечества", сборник "Партизанская борьба в освещении классиков марксизма–ленинизма". Огромным тиражом в 6 млн. экз. было опубликовано выступление И. В. Сталина по радио 3 июля 1941 г. Его прекрасно изданная книга "О Великой Отечественной войне Советского Союза" (1943 г.) вышла тиражом 5,5 млн. экз. В годы войны она переиздавалась три раза общим тиражом 19 млн. экз.

В массовой серии вышли брошюры "Что мы защищаем" А. Толстого, "Гангстеры" И. Эренбурга и многие другие.

В годы войны проявился повышенный интерес к прошлому России, к ее военной истории. В 1942 г. начала издаваться популярная серия брошюр, посвященных великим русским полководцам Александру Невскому, Дмитрию Донскому, Дмитрию Пожарскому, Козьме Минину, Александру Суворову, Михаилу Кутузову. Вышли книги о Чернышевском, Пушкине, Глинке, Чайковском, Некрасове, Сурикове, Репине, Горьком, Сеченове, Павлове и других. К написанию этих книг и брошюр привлекались крупнейшие ученые и писатели страны.

В 1943–1944 гг. выходила серия книг о выдающихся битвах Красной Армии и городах–героях: "Битва за Москву", "Героический Ленинград", "О героическом Сталинграде", "Орловская битва" и др.

Не только в Госполитиздате, но и в других издательствах выходили публицистические произведения А. Толстого, И. Эренбурга, Вс. Вишневского, М. Шолохова.

Большую работу по выпуску военной книги проделало издательство "Молодая гвардия". Оно выпускало популярные молодежные серии "Военная библиотека комсомольца", "Герои Отечественной войны", "Советы будущему воину", "Искусство воевать", "Великие люди русского народа", "Беседы о военном воспитании".

В соответствии с обстановкой и веяниями времени широко печаталась литература о бдительности, борьбе со шпионами и диверсантами.

Одно из ведущих мест в книгопроизводстве страны занимал Воениздат. Его разнообразная печатная продукция была рассчитана как на командный, так и на рядовой состав Красной Армии. Издательство выпускало наставления по стрелковому делу, литературу об устройстве и применении винтовок, пулеметов, автоматов, противотанковых мин и других видов оружия. Издавалось много книг и брошюр по вопросам тактики ведения боев, по маскировке, ориентировке в лесной местности, по борьбе с неприятельскими танками. За годы войны были изданы в новой редакции "Устав гарнизонной службы Красной Армии", "Дисциплинарный устав Красной Армии", "Строевой устав пехоты".

Для населения выпускались практические рекомендации по тушению зажигательных авиабомб в городах, издавались серии "В помощь всевобучу", "Библиотека народного ополченца", "Комсомольская военная библиотека". Осоавиахим печатал миллионными тиражами литературу по вопросам противовоздушной и противохимической обороны.

Продолжавшие свою деятельность научные и технические издательства оказывали действенную помощь обороне и народному хозяйству. Печатались труды корифеев науки, монографии советских и зарубежных ученых. Издательство АН СССР выпустило классический труд И. М. Сеченова "Рефлексы головного мозга", книгу академика Н. Ф. Гамалеи "Грипп и борьба с ним", С. Я. Залкинда "Учение о клетке". В крайне тяжелых условиях 1943 г. Академия наук смогла выпустить около 2000 авторских листов научных изданий и ряд научно–популярных книг.

В годы войны активно работал в Казани Медгиз, печатавший свою продукцию в Татполиграфе. Он выпустил более четверти всей продукции центральных издательств почти полуторамиллионным тиражом. Издания Медгиза были посвящены актуальным проблемам организации здравоохранения, гигиены и санитарии, общей терапии, внутренним болезням, гематологии и переливанию крови, военной медицине и военно–санитарному делу, медицинской микробиологии и паразитологии. Особую практическую ценность имели руководства по хирургии и ортопедии, в том числе по полевой хирургии. В Медгизе тиражом 100–150 тыс. экз. были напечатаны брошюры "На борьбу с угрозой сыпного тифа", "Не допустим сыпной тиф". Организации Красного Креста подготовили и выпустили более 3 млн. экз. учебной, методической, массовой литературы. В практику внедрялись издания небольшого формата, удобные в условиях военно–полевой обстановки — инструкции, памятки для санитаров и сандружинников.

Острее, чем до войны, встала проблема производственно–технической литературы: миллионы людей, включая женщин и подростков, овладевали новыми профессиями в промышленности и сельском хозяйстве, заменяя ушедших на фронт. Определенную роль здесь играли такиетехнические издательства, как Трансжелдориздат, Металлургиздат, Машгиз, Госхимиздат, Госгеологоиздат, Гостоптехиздат, Стройиздат, Гизлегпром, Пищепромиздат и др. В расчете на новые кадры работников выпускались серии "В помощь новому рабочему–машиностроителю", "В помощь рабочим массовых профессий" (Машгиз). Пропагандой технических достижений новаторов и рационализаторов военного времени занимался Профиздат.

Гостехтеоретиздат за годы войны выпустил 223 названия книг тиражом 4,5 млн. экз. по различным вопросам математики, механики, физики, астрономии. В первые месяцы войны издательство начало печатать популярную "Военно–физическую библиотеку", целью которой было ознакомить читателя с физическими основами боевой техники. Серия была предназначена для среднего командного и технического состава Красной Армии, для изобретателей и самообразования. В библиотеку вошли такие книги, как "Шум самолета и можно ли его заглушить", "Как проверить прицельные приспособления орудий", "Взрывная волна и защита от нее", "Оптика на танке" и др.

Большая работа проводилась и Сельхозгизом. Его продукция составила 669 названий книг, брошюр и листовок общим тиражом 34 млн. экз., в том числе учебники для вузов, техникумов, массовых сельскохозяйственных курсов и школ. Именно в годы войны Сельхозгизом была начата серия "Опыт передовиков сельского хозяйства", получившая широкое распространение. Тремя изданиями вышла серия "Библиотека колхозного животновода". Издавалось много книг по сельскохозяйственным машинам, по основам земледелия, овощеводству, животноводству, по агротехнике, зоотехнике. Выходили учебники для ветфельдшеров, колхозных счетоводов, шоферов.

Большое внимание в сельскохозяйственной литературе уделялось освоению новых земель в восточных районах страны. По многим культурам для этих районов выпускались специальные книги, брошюры, листовки. Для населения, имевшего подсобное хозяйство, большими тиражами были изданы брошюры И. Е. Емельянова "Выращивание картофеля и овощей на индивидуальном огороде", проф. В. И. Эдельштейна "Индивидуальный огород".

Много книг выпускалось Сельхозгизом для районов, освобожденных от оккупации. В них освещался опыт восстановления колхозов, сельскохозяйственного производства. Были переизданы массовые учебники для курсов трактористов, колхозных бригадиров, счетоводов, председателей колхозов.

Военная обстановка предъявила серьезные требования к изданиям художественной литературы. Никогда еще художественное слово не играло столь важной роли в мобилизации духовных сил народа, как в период Отечественной войны. Именно поэтому выпуск художественной литературы в 1941–1945 гг. имел свои особенности.

Прежде всего были пересмотрены издательские портфели — сняты с производства или заморожены издания, которые в условиях войны не имели первостепенного значения, а также издания, требовавшие сложных полиграфических работ. Так, из планов Госполитиздата было исключено 67 рукописей и 1132 рукописи законсервированы. Приостановили выпуск томов из собраний сочинений Л. Толстого, Некрасова, Чернышевского, Добролюбова, Чехова, М. Горького, Гейне, Бальзака, Франса, Дидро, Флобера и других писателей–классиков.

Художественная литература нередко вытеснялась в типографиях срочными заказами Госполитиздата и Воениздата, сезонной литературой Сельхозгиза, школьными учебниками. Однако и во время войны не прекращалось издание произведений русских классиков, укрепляющих народное самосознание, — Гоголя, Лермонтова, Горького, Лескова, Пушкина, Тургенева. В двух изданиях вышла "Война и мир" Л. Толстого. После перелома в ходе войны и возвращения из эвакуации в 1944 г. Госполитиздат приступил к изданию 20–томного полного собрания сочинений и писем А. П. Чехова (завершено в 1951 г.), в 1943 г. было выпущено полное собрание сочинений И. А. Крылова. Продолжался выпуск зарубежных классиков и современных авторов. В новых переводах вышли произведения Данте (М. Лозинский) и Шекспира (Б. Пастернак).

В серии "Современная проза и поэзия" были опубликованы такие произведения, как трилогия "Хождение по мукам" А. Толстого, "Падение Парижа" И. Эренбурга, "Непокоренные" Б. Горбатова, "Порт–Артур" А. Степанова, "Емельян Пугачев"В. Шишкова и многие другие.

Из 1027 изданий художественной литературы, выпущенных в первый год войны, было лишь 70 романов и повестей. Большее распространение получил жанр злободневного художественного очерка, авторами которых выступали А. Толстой, М. Шолохов, И. Эренбург, Н. Тихонов, Б. Полевой и др. Очерки, рассказы, повести малого объема печатались огромными тиражами.

Художественную литературу, несмотря на крайне тяжелые условия блокады, продолжало выпускать и Ленинградское отделение Госполитиздата, напечатавшее около ста названий книг.

Всего за годы войны в СССР было издано около 170 млн. экз. художественных произведений.

В военные годы не прекращался выпуск литературы для детей и юношества. Всего в разных издательствах было выпущено 60 млн. книг, в том числе 25 млн. (509 названий) — в Детгизе. Наряду с традиционными детскими сказками — "Коньком–Горбунком", "Аленьким цветочком", "Сказками" Пушкина — издавались такие книги для детей, как "Учись распознавать самолеты врага", "Какие бывают зажигательные бомбы и как с ними бороться", "Как оказать первую помощь при ранении и ожогах", "Как сделать простое убежище".

В годы войны резко упал выпуск школьных учебников. Некоторый рост начался в 1943 г., причем треть изданий сразу же была направлена в освобожденные районы. Однако выпуск учебников достиг довоенного уровня лишь к 1948 г.

Одним из самых оперативных и действенных видов агитационных и информационных изданий была листовка, мобилизующая на борьбу с врагом. Выпускались листовки со сводками Совинформбюро, сообщениями о событиях внутренней и международной жизни. В пропагандистских целях печатались листовки–воззвания к вражеским войскам. Среди красноармейцев распространялись листовки–памятки, посвященные рукопашному бою, борьбе с немецкими танками. Издавались памятки артиллеристу, разведчику, саперу, связисту и др.

Исключительное агитационное значение приобрел политический и военный плакат, оперативно откликавшийся на события фронта и тыла. Особой популярностью пользовались "Окна ТАСС", в оформлении которых участвовали крупнейшие художники: Кукрыниксы, Д. Моор, В. Дени, И. Тоидзе, Д. Шмаринов, П. Соколов–Скаля, В. Корецкий и др. Широкую популярность получили такие плакаты, как "Беспощадно разгромим врага!" (Кукрыниксы), "Родина–мать зовет!" (Тоидзе), "Я жду тебя, воин–освободитель!" (Шмаринов), "Воин Красной Армии, спаси!" (Корецкий), изданные многомиллионными тиражами. Тексты к плакатам писали В. Лебедев–Кумач, С. Маршак, С. Михалков, Н. Тихонов и другие известные поэты.

Война нанесла огромный ущерб и книжной торговле. Треть книжных магазинов страны оказалась на оккупированной территории. Значительно снизился товарооборот. КОГИЗ стал единственной книгораспространительской системой, поскольку потребительская кооперация решала первоочередную задачу снабжения страны продовольствием и резко сократила торговлю книгами. КОГИЗ практиковал отгрузку печатной продукции в первую очередь союзным республикам и национальным районам, а также освобожденным областям. Уже через месяц после освобождения от оккупации г. Гомеля в пос. Новобелица возобновило свою деятельность Управление книготорговли Белгосиздата.

В военных условиях была осуществлена еще большая централизация книготоргового аппарата. В 1941 г. оптовые конторы КОГИЗа — "Политкнига", "Техкнига", "Литизокнига" и другие — слились в единое управление книготорговли, которому принадлежали теперь все оптовые книжные склады.

Для улучшения снабжения работников и пассажиров железных дорог в 1944 г. при Трансжелдориздате был организован специальный аппарат распространения изданий периодической и непериодической печати — Транспечать.

Изменился характер книжной торговли. Война требовала ввести строгий учет и контроль за распределением книг в стране. На книжную продукцию, как и на другие виды товаров, устанавливались лимиты и жесткие нормативы. В условиях войны невозможно было проводить обычную работу по изучению спроса и сбору заказов, поэтому большая часть печатной продукции распределялась по ведомственным разнарядкам, рассылалась предприятиям и учреждениям, нередко минуя сеть КОГИЗа, через магазины и закрытые распределители УРСов и ОРСов — органов рабочего снабжения. В то же время КОГИЗ не прекращал информационную работу, регулярно оповещая книготорговую сеть о вновь выходящих книгах. В 1944 г. начали выпускаться тематические листовки по всем разделам ассортимента.

Потребность в книге остро ощущалась и на фронте, и в тылу, и на оккупированной территории. В первую очередь удовлетворялись заявки на книгу Красной Армии. За время войны на фронт было отправлено более 255 млн. экз. книг и брошюр, 256 тыс. специально укомплектованных библиотечек. С первых дней войны организуется продажа книг–подарков для красноармейцев. Активизируется деятельность Военкнижторга и органов связи по снабжению книгами армии и прифронтовых районов. Военкнижторг получал 15 процентов тиража всех политических и художественных изданий. В дни Сталинградской битвы книжная продукция отправлялась из Москвы по Волге баржами. Партизанам и подпольщикам брошюры, листовки, газеты забрасывались самолетами.

В условиях острого недостатка книг проявляется особая забота о комплектовании массовых библиотек. В 1943 г. для этого организуется Государственный фонд литературы. В 1944 г. КОГИЗ предложил передавать бибколлекторам из всех поступающих в его местные отделения изданий 40 процентов беллетристики, 30 — социально–экономической, научно–технической и другой литературы, 50 — детских книг (за исключением школьной серии, которая полностью предназначалась для школьных библиотек).

Потребность в книгах была столь велика, что приходилось принимать особые меры. Библиотеки, избы–читальни, клубы устраивали коллективные читки. Были случаи создания книг–самоделок, когда дети записывали рассказы героев войны, оформляли и переплетали их.

Необходимость продажи агитационно–массовых изданий среди самых широких кругов населения повысила значение внемагазинной торговли. В МОГИЗе только военную литературу продавали на 300 уличных столиках; 100 книгонош обслуживали призывные пункты, госпитали, эшелоны. К концу 1941 г. в Москве, которая оставалась крупнейшим книжным центром страны, было продано уже более 8 млн. экз. книг, брошюр, плакатов военной тематики.

Сохранились многочисленные свидетельства о том, как в годы Отечественной войны люди нуждались в книге, несущей надежду и уверенность в победе. В дни ленинградской блокады поэт Н. С. Тихонов записал в дневнике: "В городе в огромном спросе книга… Книжные магазины полны покупателей. Все приезжающие с передовых позиций жадно устремляются за книгой".

Ленинградская книжная база не прекращала свою работу и в тяжелейших условиях блокады. В 1942 г. было вывезено печатной продукции на сумму более 3 млн. рублей, только учебников отгружено 10 вагонов. Не закрывалась и книжная лавка писателей. Чтобы приблизить книгу к бойцам Ленинградского фронта, работники организовали на линии обороны фронтовой филиал своего магазина. В дни блокады у населения было приобретено много частных библиотек, в том числе редчайшие издания, архивы и коллекции, которые книжная лавка передала в Публичную библиотеку им. М. Е. Салтыкова–Щедрина.

В результате энергичных мер еще до окончания войны начинается восстановление книготоргового аппарата, в том числе в районах, освобожденных от временной оккупации, наращиваются темпы развития торговли.

Таким образом, несмотря на значительное сокращение издательской и книготорговой деятельности, страна получала необходимую печатную продукцию по важнейшим тематическим разделам. Решение этой задачи было достигнуто рациональной организацией дела, продуманным составлением издательских планов, выпуском малообъемных книг, ориентацией на массовую брошюру, литовку, плакат, газету как доминирующий вид изданий. Распространение книг велось по разнообразным каналам, что обеспечивало ее продвижение в широкие массы.

Вместе с тем война не изменила природу советского книжного дела. В условиях военного времени тотальный контроль партии за выпускаемой продукцией и в целом за редакциями, издательствами, типографиями стал еще более жестоким. Более, чем когдалибо, ЦК ВКП(б) уделял внимание издательскому делу, давал указания по идейной направленности и даже полиграфическому исполнению книг. Только на заседаниях бюро Новосибирского обкома партии вопросы печати и литературы в 1943 г. рассматривались 54 раза, в 1944 г. — 44 раза.

Этот период в истории советской книги можно назвать единственным, когда в известной мере была оправдана жестко централизованная система организации книжного дела. Как и во всем народном хозяйстве, такая система позволила в условиях подчас катастрофического состояния отрасли быстро мобилизовать ресурсы — материальные, технические, людские — на выпуск и распространение огромных тиражей, а во второй период войны — на восстановление и развитие издательской и книготорговой сети. В эти годы командный метод управления, предполагающий беспрекословное подчинение нижестоящих органов вышестоящим по всей вертикали, смог обеспечить в основном эффективное функционирование элементов издательского дела.

Книжное дело страны с честью выдержало испытания войны и ценой огромного напряжения сил внесло свой вклад в победу над фашизмом.