Архетип.

Архетип Артемиды — не из тех, воспетых прямыми последователями Юнга и классиками, что легко идентифицируются как Мать и Дочь, Вечный Подросток, Возлюбленная или Старуха, символический сновидческий образ Самости женщины или Анимы мужчины. Девственные и независимые женские образы прошли бы почти незамеченными, если бы не возникновение системы ролевых архетипов. Но Джин Ш. Болен, например, находит в Артемиде, вольной охотнице и деве, мифологическую предтечу феминизма. И мы, в русле избранного течения, будем искать, что же дает нам архетип Артемиды. Что в нем для нас такого особенного? На какое время жизни женщины приходится его расцвет? И чем он отличается от других архетипов, более обусловленных биологическими потребностями или естественными социальными изменениями в жизни женщины?

В натуральном и своем самом ярком виде архетип Артемиды просыпается в девочке с первыми проблесками самостоятельности, активной деятельности, проявления упрямой воли и стремления к достижению некоей цели. Трехлетняя богиня Артемида сидит на коленях у Зевса и — безо всякого стыда и сомнения — требует выделения себе независимой «божественной доли». В системе Э. Эриксона это может быть вторая фаза развития человека — «Автономия против стыда и сомнения», которая заканчивается как раз в 3 года «стадией сепарации». Примечательно, что именно в этот момент Артемида отделяется от матери Лето и становится самодостаточной богиней. И, возможно, мы увидим первые признаки ее архетипа у девочек как раз в этом возрасте. Другое дело, что «к ведомству Артемиды» относится и следующая стадия — «Инициатива против чувства вины», и для развития этого архетипа она также должна пройти достаточно успешно.

И все же увидеть со стороны или ясно обнаружить в самой себе ролевой архетип Артемиды чаще всего нам удается в подростковом возрасте. До нас дошли сведения, что еще девятилетних греческих девочек (вряд ли всех, скорее, таковы были традиции отдельных городов и областей) отправляли в святилища Артемиды, где они наряжались в медвежьи шкуры и учились рукопашному бою. Это как раз то время, когда сепарация от родителей (в основном матери) становится все более отчетливой и даже необходимой — тут-то и приходит на помощь и выступает на первый план архетип Артемиды. Конечно, у девочки обычно есть выбор: она может остаться Корой в объятиях матери — и ждать «своего Волка», и это традиционно наиболее приятная для семьи модель. Или же стать Артемидой, навсегда или временно, вливаясь в новые компании и сообщества, пробуя то одно, то другое, оказываясь то дичью, то охотницей.

Все это ради волюшки вольной, свободного и независимого девичества. Это время самых сумасшедших девичьих компаний, то подражающих «мальчишеским» — и жестоким, то наивно-непосредственных и игривых, но непременно подразумевающих какое-то действие, приключение, подвиг и событие. И в этом всегда есть огромная (и зачастую совершенно беспорядочно организованная) сила, нацеленная и сосредоточенная (порой абсурдная и малоосмысленная).

СЕСТРА.

Из родственных связей для богини Артемиды главными были ее отношения с братом Аполлоном. Архетип Артемиды связан прежде всего с образом Сестры и сестринскими отношениями ^ с мужчинами, так и с женщинами. В том же подростковом возрасте, например, часто возникают дружеские, приятельские отношения с противоположным полом, даже с целой компанией или группой мальчиков-ровесников. При этом все эротические поползновения с их стороны будут отвергаться. Это чем-то похоже ца роль Царевны при семи богатырях, разве только «девицы-сестрицы» активнее и яростнее.

Архетип Сестры не всегда дает быть ровной и спокойной подругой и спутницей: часто он побуждает начать конкурировать и состязаться с мужчинами. В этом случае для женщины чрезвычайно важно быть «не хуже мужчины». Достичь неких целей и, главное, следовать своим принципам оказывается гораздо важнее, чем устроить свою «женскую судьбу». Когда мы сталкиваемся с таким побуждением или стремлением, в нас говорит архетип девственной богини — Артемиды (иногда еще Афины или Гестии, но у них свои нюансы). Здесь мы уже видим образ Царь-Девицы, Воительницы, знакомый всем культурам, даже самым патриархальным.

Артемида — это сестра-подруга для других девушек. Для нее не существует соперничества с другими женщинами из-за мужчины, наоборот — она создает закрытое общество против мужчин. В «сестринстве» женщин, образованном в пику мужчинам или для защиты от них, мы всегда заметим след Артемиды.

ДЕВИЧЬЯ ВОЛЬНИЦА.

Образ свободной воительницы всегда был достаточно популярен. Даже когда женщины были вынуждены посвящать свою жизнь исключительно дому, детям, мужу и церкви, воображение людей будоражил образ Царь-Девицы или Амазонки. Поэтому нет сомнений в том, что это достаточно важная женская роль: если ее не хватает в жизни, она проявится в фантазиях, сказках, былинах, литературе, художественных образах.

Нередко это метафора вольного девичества, свободной жизни вне родительского дома, но еще не в мужнем. Исторически это может быть связано с традицией жизни девушки в «мужском доме». У древних славян и скандинавов это были девушки, прислуживающие дружинникам. Отголоски традиции мы видим в сказках о разбойниках или богатырях (это с какой стороны смотреть...), которые живут в одном доме с девицей-сестрицей. При этом, хотя возможность брачных отношений резко отрицается, за этим отрицанием видят иное: вероятнее всего, девушки пользовались достаточной сексуальной свободой, но при этом не были связаны брачными узами ни с кем конкретно. Более того:

«Исследователи отмечают, что девушки, живущие в "мужских домах" в качестве групповых возлюбленных, не только не подвергались презрению, но у некоторых народов родители сами побуждали их вступать туда или отправляли насильно[126]. Половые отношения с девушками, которые "представляли временную собственность молодых людей" в "мужских домах", рассматривались как их служение, которое вознаграждалось подарками или даже платой»[127].

Здесь мы вновь видим «развилку» для выбора ролевого архетипа: оставаться «Корой при матери» или идти в «Артемиды». Трудно сказать, делали ли выбор в древности девушки сами или их к этому вынуждали родители. Скорее всего, происходило по-разному.

Так или иначе, жизнь девушек в «мужском доме», вероятно, с полной сексуальной свободой (насколько спрашивали согласия у девушек, мы, конечно, не знаем... как всегда, это все происходит и случается естественно и спонтанно, как согласие, так и право на отказ), мыслилась как вольная жизнь, в войнах и пирах. Молодые мужчины проходили свою инициацию в «мужском доме» и либо женились (не на тех ли, уже знакомых девушках?), либо оставались «профессиональными военными», превращаясь в дружинников при предводителе. Девушки же оказывались частью мира юношеских инициации и испытаний. Из этого, возможно, и возник образ Девы-Воительницы, которую необходимо победить, чтобы сделать своей женой.

Возвращаясь к современным женщинам, лишь заметим, что архетип Артемиды дает возможность почувствовать себя независимой и свободной от мнения родственников или дорогих мужчин. Эта богиня дает возможность выхода за пределы «цивилизованного порядка», в мир естественных природных законов, Дикого леса. Это первая весна молодняка, с ее испытаниями и игрой, соревнованиями и конкуренцией, первыми ухаживаниями и составлением своей первой пары. Временами необходимо будить в себе эту Дикую женщину, «волчицу» Клариссы Пинколы Эстес.

СОПЕРНИЧЕСТВО.

Богиня Артемида была сестрой-близнецом бога Аполлона. Мы знаем, как по-разному относятся в патриархатном обществе к мальчикам и девочкам. Неудивительно, что девочки — при прочих равных достоинствах — начинают ощущать свою ущербность и стремятся конкурировать с братьями или мужчинами вообще. В этом мы тоже видим влияние архетипа Артемиды (к слову сказать, это не единственный способ добиться «мужского» успеха в «мужском мире», есть еще и Афина). В этом сестра также очень похожа на брата, которому непременно надо продемонстрировать, что он — лучший[128].

Архетип Артемиды дает нам стремление конкурировать с другими (неважно, мужчины это или сестры-женщины), но при этом важно, что сфера соперничества здесь не брачная и не статусная, она вовсе не связана с борьбой за мужчину. За что угодно, но не за мужчин и домашний очаг. Это та область, в которой необходимо постоянно доказывать свою дее- и боеспособность, свои лучшие качества, часто физические или волевые.

Многочисленные воительницы-суперагенты современного кино — это всё фантазии об Артемиде. Стройные и подтянутые, спортивные и неприступные (сексуальные, но неприступные), они справляются с заданием не хуже (а то и лучше) мужчины. При этом важным моментом для нас является сюжетный мотив Задания. Артемида всегда выполняет некую Задачу, которую — частенько — ставят ей другие. Есть цель, и необходимо ее достигнуть. Артемида же — та, кто достигает и добивается. Зачем именно это нужно и к чему приведет — ее не волнует; доказать, что можешь, — вот главная задача. Мы же, отдавая себе в этом отчет, способны осознанно и в нужные моменты активизировать в себе этот архетип и его характер.

Это стремление к соперничеству, необходимость выяснить, кто победил и кто проиграл, кто охотник, а кто дичь, неосознанно проявляться и в личной жизни, в любви. Так у Марины Цветаевой (здесь уже не имеет значения, кто партнер, мужчина или женщина; именно Артемиде из богинь древние приписывали склонность к своему полу):

Под лаской плюшевого пледа.

Вчерашний вызываю сон.

Что это было? — Чья победа? –

Кто побежден?

Всё передумываю снова,

Всем перемучиваюсь вновь.

В том, для чего не знаю слова,

Была ль любовь?

Кто был охотник? — Кто — добыча?

Всё дьявольски-наоборот!

Что понял, длительно мурлыча,

Сибирский кот?

В том поединке своеволий.

Кто, в чьей руке был только мяч?

Чье сердце — Ваше ли, мое ли.

Летело вскачь?

И все-таки — что это было?

Чего так хочется и жаль?

Так и не знаю: победила ль?

Побеждена ль?

«ОХОТНИЦА».

Как и ее брат Аполлон, Артемида-богиня — лучница, охотница. Лук издавна воспринимается как оружие (и орудие труда) дикого человека, варвара. Изготовление лука не требует «цивилизованного», профессионального навыка, как, например, ковка меча. Поэтому лук и его хозяин часто оказывались противопоставлены Другим воинам с другими видами оружия. Вспомним дикого Геракла, который вначале ходит с луком и дубиной и лишь потом вооружается мечом; или вольных стрелков Робин Гуда, практически естественных обитателей Шервудского леса... Стрельба из лука и Достижение стрелой цели всегда оказываются неожиданностью для жертвы. Это то, что настигает внезапно. Обратим внимание еще на лук, которым вооружен Эрот, бог любви. Любовь — это своего рода тоже дикое чувство.

Охотница Артемида устанавливает и соблюдает законы дикого мира, естественной природы, практически не потревоженной человеком. Это законы Охотника и его Добычи, Жертвы. При этом каждый охотник понимает, что при случае может оказаться добычей или жертвой сам — это тоже закон охоты. Во всем этом есть терпеливое выжидание и напряжение, осторожность и стремительность, точность, ловкость и надежда на случай и удачу, хладнокровие и жажда убийства.

Жозе Мария де Эредиа.

Артемида.

Горячим запахом дохнувшие леса.

Твою вздымают грудь огнем непокоривым,

И, взмыта девственным и боевым порывом,

Ты мчишься, Лучница, откинув волоса!

И леопардов злых глухие голоса.

Ты дразнишь до ночи по ортигийским срывам,

И бег твой веселит дымящимся разливом.

Вкруг псов растерзанных кровавая роса.

Ты любишь, чтоб тебя язвило терний жало.

И острие клыка и когтя поражало,

Богиня, твоему железу отомстив,

Затем, что ты горда усладою суровой, —

Играя, смешивать бессмертный ток багровый.

С густой и черною рудой сраженных див[129].

(Перевод с французского Студии М.Л. Лозинского).

В реальной жизни, как только у нас возникают подобные метафоры, мы можем увидеть архетип Артемиды-охотницы в ситуации личных переживаний или сновидениях.

ЗАЩИТНИЦА СЛАБЫХ.

Богиня Артемида была защитницей детей, подростков (юношества) и женщин. Она пестовала и охраняла новую молодую жизнь, всех юных и бесхитростных, неискушенных в жизни, что делало их наивными и беззащитными, а также тех, кто давал им жизнь, — матерей. В самой Артемиде было юное бесстрашие и прямолинейность, и она же стала защитницей мира молодых.

В наше время мы видим след Артемиды везде, где речь идет о реальной защите детей, молодежи, женщин или дикой природы. Когда мы не можем просто пройти мимо избиваемого ребенка или оскорбляемой женщины, в нас также включается этот архетип. Поддержка и защита Артемиды отличается от защиты Деметры. Последняя помогает по-матерински, успокаивая и утешая обиженного, подыскивая приют котенку, принимая у себя ушедшую от мужа подругу с детьми. Артемида (ее активизация) не дает так много ласки слабым и беззащитным; она лишь позаботится об их безопасности и, по возможности, накажет обидчика. Ею движут в первую очередь стремление к справедливости и потребность совершить деяние (подвиг). Каждый раз она способна доказывать, что «вся сила — в правде», по-женски настойчиво и по-мужски агрессивно.

РАЗРУШИТЕЛЬНИЦА И МСТИТЕЛЬНИЦА.

Богиня Артемида не останавливалась перед наказанием тех, кого считала неправедными. Архетип Артемиды дает нам чувство уверенности в собственной правоте — безо всяких сложных обоснований, просто как факт, однажды принятый. Он же ведет к тому, что мы начинаем видеть мир в черно-белой гамме, делить людей на «своих» и «чужих», «правых» и «неправых». Это тот рычаг, о котором хорошо известно любым создателям, вдохновителям и вождям негосударственных, неофициальных и достаточно активных, агрессивных организаций и сообществ, от феминисток и лесбиянок до, к сожалению и ужасу, участниц террористических организаций. Женщина, отстаивая какую-то свою правду (или ту, о которой поведал ей Вождь; мы еще вернемся к фигуре Вождя в истории женщин-Артемид), может стать разрушительницей и убийцей, не рассуждающей и не способной на эмоциональный отклик. Тогда она идентифицирована с Артемидой-убийцей.

Но мы можем видеть эти черты архетипа и в более безобидных формах, когда они вполне употребимы в благих целях. Например, популярный японский мультфильм, который воплощает сценарий и архетип Артемиды, — «Сейлор Мун». Лозунг главной героини: «Я — борец за добро и справедливость. Я, Сейлор Мун несу возмездие во имя Луны!» Упоминание Луны не случайно' Артемида была лунной богиней, на ее головной повязке блестел полумесяц (как и у героини Сейлор Мун). И девочки, которые смотрят этот мультфильм и любят его, учатся смелости, решимости, храбрости, настойчивости, принципиальности — по примеру такой же юной, но совершенно волшебной героини. В конце концов, знание и умение воплощать в себе Артемиду — это важная часть развития женской личности. И к подростковому возрасту уже имеет смысл познакомиться с полезными качествами этого архетипа.