ВЛЮБЛЕННЫЙ БОГОСЛОВ.

Свою жизнь философ и богослов Пьер Абеляр (1079-1142 гг.) охарактеризовал в названии автобиографического сочинения — «История моих бедствий». Одаренный от природы талантом ученого и испытывавший страсть к учебе и познанию, Абеляр уже в юности отказался идти по стопам отца и братьев, и, вместо того чтобы стать военным, решил стать философом. «Избрав оружие диалектических доводов среди остальных положений философии, я променял все прочие доспехи на эти и предпочел военным трофеям победы, приобретаемые в диспутах».

Юный Абеляр путешествовал по Франции в поисках все новых диспутов, пока наконец не попал в Париж, где стал учеником прославленного диалектика Гильома из Шампо (1070—1121). Поначалу отношения между ними складывались хорошие, но затем они разошлись во взглядах на проблему универсалий, а также, как считал Абеляр, из-за зависти, поскольку он начал побеждать своего учителя в диспутах.

Вскоре Абеляр организовал собственную школу неподалеку от Парижа и с успехом преподавал в ней. Но философский конфликт с Гильомом продолжался. Гильом был, что называется, крайним реалистом, считавшим, что без реально существующих общих понятий (универсалий) не может существовать никакая единичная вещь. Совершенно другой подход к проблеме универсалий предложил Абеляр. Он возражал и против позиции реалистов, и против номиналистов. Разве в Сократе для нас важно лишь то, что он «человек вообще»? Разве не важны для нас и для мира мысли, которые высказывал Сократ, разве не важен для нас его философский подвиг? Значит, считал Абеляр, имеет значение не только общее, но и конкретное, единичное.

Но и общее понятие не является пустым звуком, как считали номиналисты. Ведь мы, говорил Абеляр, называем конкретного человека «человеком» не только в силу того, что у него есть ряд соответствующих внешних признаков. В каждом человеке есть нечто, присутствие чего говорит нам о том, что это — человек. Общие понятия существуют реально, но не отдельно от конкретных вещей или людей, а в каждом из них. Таким образом, Абеляр сформулировал третью позицию в Споре об универсалиях: универсалии существуют в вещах. Эта позиция была названа концептуализмом. Универсалия есть концепция вещи, неотделимая от нее.

Школа Абеляра была одной их самых посещаемых во Франции. В ней Абеляр блистал своим талантом логически мыслить, своей способностью прояснять самые, казалось бы, темные места из Библии. Все шло прекрасно, Абеляр уже считал себя «единственным сохранившимся в мире философом», но тут вдруг... он влюбился.

Племянница одного каноника, Элоиза, была очень необычной для своего времени женщиной: «Она была не хуже других и лицом, но обширностью своих научных познаний превосходила всех. Так как у женщин очень редко встречается такой дар, то есть ученые познания, то это еще более возвышало девушку и делало ее известной во всем королевстве». Абеляр стал учителем Элоизы, и очень скоро они полюбили друг друга. Ни о каких серьезных занятиях философией уже не могло быть и речи. Их роман развивался с молниеносной быстротой и трагическими последствиями: побег от ее родственников в провинцию, рождение сына, полунасильственная (со стороны родственников) женитьба. Кончилось все тем, что ее родственники нанесли Абеляру тяжкие увечья, после чего сама Элоиза постриглась в монахини в монастыре Аржантейль, а Абеляр принял постриг в аббатстве Сен-Дени.

Монашеская жизнь Абеляра была полна горестей и преследований со стороны тех, кого он называл завистниками. Однако он продолжал активную преподавательскую деятельность. Его осудили на двух церковных соборах во Франции, приговорили к тому, что он должен сжечь своими собственными руками свой трактат о Св.Троице. Но все это время Абеляр переписывался с Элоизой. История сохранила их полные нежности, участия и доброты письма. Элоиза стала настоятельницей женского монастыря, и Абеляр помог ей, пожертвовав для этого монастыря участок земли.

Основной претензией, которую предъявляли Абеляру его противники, было недовольство слишком, по их мнению, рационалистическим подходом философа к богословским проблемам. Основным его противником в этом споре был Бернар Клервоский (1091—1153), сторонник иррационального, мистического подхода к богопознанию. Он считал Абеляра мудрствующим гордецом, который «учит по-новому», и развил необычайно мощную деятельность, с тем чтобы добиться наказания Абеляра. Это ему удалось — на Сансском соборе (1140 г.) Абеляр, которому фактически не дали сказать и слова в свою защиту, был приговорен к пожизненному молчанию. Абеляр не согласился с таким решением и отправился в Рим, чтобы подать апелляцию Папе, но в дороге тяжело заболел и умер.