Страсти драконьи.

Сергей Бадей. СТРАСТИ ДРАКОНЬИ.

ГЛАВА 1.

Удар ногой, и фрагменты большого мухомора разлетаются в разные стороны.

Настроение отвратительное. Голова трещит. И не с похмелья, как кто-то может подумать, а просто болит. Это ощущение для меня непривычное. Редко меня мучает головная боль. А вот сейчас прицепилась. Голова болит уже второй день. Думал, что поход в лес поможет. Ага! Еще сильнее болеть стала.

А настроение отвратительное потому, что вместо полноценного отдыха (в моем понимании, естественно) мне приходится торчать здесь, в селе.

«Езжай, помоги бабушке, оболтус!» — вот слова, которые мне пришлось услышать, когда я сказал, что мне предоставили отпуск.

На мои резонные доводы о том, что я представляю себе отпуск несколько по-иному, мне так же резонно заявили, что я картошечку и все такое есть люблю, а вот ничего для этого делать не желаю.

И вот уже отпуск подходит к своему завершению, а работы в селе еще не мерено. Плакало мое море, загорелые и веселые красавицы, музыка, плывущая над набережной.

В сердцах я поддал ногой еще один мухомор, попавшийся мне по дороге.

Вон справа какие-то просветы. Пойду туда. Мне все равно где маяться. Так, это край леса? Ну да. Вот и на карте это ясно обозначено. Это же надо куда забрел! А вроде бы шел недолго. Или — долго?

Присел на внушительных размеров камень, гранитный лоб которого выглядывал из земли сантиметров на пятьдесят. Посмотрел на расстилающуюся передо мной степь. Показалось или действительно стало легче?

Солнце выглянуло из-за туч и осветило зеленое море трав. Хотя какое там зеленое? Нет, зеленый цвет, конечно, преобладает. Но среди зелени столько разных цветов. Недаром говорят, что полевое разнотравье ни с чем не сравнить!

Однозначно — легче стало! Чудеса!

Я расправил плечи и глубоко вдохнул воздух, наполненный пряными запахами.

Ну что? Пришла пора знакомиться?

Я — Лев. Нет, не тот, что в зоопарке. Это имя такое — Лев. Кто его знает, почему моим предкам приспичило так своего сына назвать. Я же не знаю, какие тараканы у них при этом в голове маршировали. На натурального льва я как-то мало похож. Да и на человека, которому это имя подходит, тоже. Поэтому Львом меня мало кто называл. Всё больше Лёва. Вот так, уже двадцать пять лет, а все Лёва. Нет, не то чтобы я был какой-то субтильный. Нормальный парень. Это вам все, кто меня знает, скажут. Не качок. Да и не надо мне этого. Я простой инженер. Специалист по автоматизации. Не то чтобы такой уж классный. Но получить высшее образование надо было, вот и направил свои стопы в универ. И вот уже второй год просиживаю штаны в одной мелкой конторе, подбираю комплектацию по спецификации. Нудно, но платят неплохо…

А что это там поблескивает? По-моему, озеро. Пойду посижу на берегу, посмотрю на воду. Люблю вот так смотреть. И на огонь — тоже люблю. Есть какая-то магия в этом.

А тра́вы здесь мне по плечи. Я двигался в выбранном направлении, путаясь в стеблях высоченной поросли. Но вот раздвинул последнюю зеленую преграду на пути и вышел на белоснежный песок. Шагах в пяти плескались зеленоватые воды этого степного чуда. Чистое, прозрачное! Так и тянет окунуться.

А что? Почему бы и нет? Поплескаюсь, позагораю, раз уж не получается этим заняться на морском побережье.

Голова уже совсем прошла. А потом и домой побреду. Бабка Маня, наверное, уже волнуется. Ненаглядный внучек ни свет ни заря убежал и даже ничего не перекусил, сердешный. Ха! Да если перекусывать всем тем, чем она меня потчует, то можно через годик и на конкурс самых толстых людей выставляться. Победа гарантирована!

Я быстро скинул одежду. Никого нет, чего стесняться? Разбежался и с криком, поднимая каскады брызг, рухнул в воды озера. Не прыгнул, а именно рухнул. Ну не умею я так красиво, как это показывают, прыгать в воду. Проплыл под водой метров десять, вынырнул и замолотил руками, отдаляясь от берега.

Вода теплая, солнцем прогретая. Благодать!.. Все! Пора и честь знать. Поворачиваю к берегу.

Развернулся и чуть под воду не ушел. А что это там такое возле моей одежды появилось? По фигуре так вроде бы человек. Но! Все остальное резко из этого определения выбивается. Первым делом сама фигура. Мощная, накачанная, мышцы так и бугрятся под зеленоватой кожей. Под зеленоватой, подчеркиваю! Лицо, вернее — морда… Да с такой физиономией надо убивать сразу после рождения! Да по сравнению с ним самец гориллы — красавец! Одежды на нем минимум, в лапе дубина очень непривлекательного вида. Какие-то шипастые браслеты на запястьях, и, если мне не изменяет зрение, имеется ошейник, тоже топорщится во все стороны острыми шипами.

Что это за урод? Откуда он взялся? И чего это он пристроился рядом с моей одеждой? И почему это он смотрит на меня с таким нехорошим интересом?

Не инопланетянин — это точно! Мне почему-то кажется, что у инопланетян другое обмундирование, да и дубина в его лапе мало напоминает бластер (или чем они там вооружены?).

Я барахтался посреди озерца и лихорадочно обдумывал, что мне делать. Поплыть к другому берегу? Но этот тип, может, бегает быстрее, чем я плыву. Достанет и там. Да и куда я потом голый?

Урод в воду лезть не спешил, а я не спешил вылезать из нее. Так и созерцали друг друга.

— Ракхья! — неожиданно взревел пришелец.

— Чего? — булькнул я, подрабатывая руками, чтобы не уйти под воду.

— Ракхья! — повторил гость и сделал жест, приглашая меня вылезать.

— Фиг тебе! — отозвался я.

Он, видимо, понял, что я не желаю следовать приглашению. Широко ухмыльнулся и уселся на песок, явно собираясь подождать. Логично. Тут глубоко, долго я не пробарахтаюсь, когда-нибудь да вылезу. Или потопну, что тоже не исключено.

И дернула же меня нелегкая купаться полезть! И что теперь делать?

Я развернулся в воде к противоположному берегу. Оглянулся. Урод, совсем уже было усевшись, вскочил на ноги и насторожился. Блин! Да за что же мне такое наказание?!

— Ракхья! — почти ласково проревел он и снова поманил меня к себе.

Ну, попробую вылезти. Не будет же он меня убивать… Или будет? Но утонуть мне хочется еще меньше. Придется вылезать. Драка, конечно, не моя стихия, но кое-что и я могу. В уличных баталиях я задних не пас. Мои козыри — ловкость и непредсказуемость. Ну, если честно, то непредсказуемость от того, что я толком сам не знал, что сделаю в следующее мгновение. Это зависело от противника.

Пофыркивая в воду, я не спеша двинулся к берегу, собираясь с силами для дальнейшего.

Пришелец терпеливо меня поджидал, не делая попыток зайти в воду. Вид у него был самодовольный и настороженный одновременно. Он словно бы показывал: ты в моей власти, парень! И в чем-то он конечно же прав. И вот это активно мне не нравилось.

— Отвернись! — потребовал я, нащупав ногами дно и прикрываясь ладонями.

Ноль внимания на мое требование! Только все то же слово:

— Ракхья!

С досадой плюнув, я потопал к своей одежде. Гуманоид наблюдал за мной, но мешать одеваться не стал. Ему-то что? Какие-то шорты или бриджи, мехом наружу. Широкий пояс, обозначающий талию. Именно обозначающий, потому что самой талии я как-то не наблюдаю. А вот парочку топориков, свисающих в петельках с пояса, я вижу очень отчетливо. К тому же дубина переместилась в левую лапу, а один из топориков весьма профессионально поместился в правой. И явно не для того, чтобы просто покрасоваться.

— Туг мур богар! — благостно мне скалясь, сообщил монстр.

Боже мой! Здесь, в центре Европы, снежный человек! А где все эти ученые и безбашенные, которые на него охотятся? Почему с ним пришлось столкнуться мне? Да мне же он совсем не нужен! Я, к примеру, готов даже доплатить, чтобы больше с ним вообще не сталкиваться!

— Тур-тур! — многозначительно качнув дубинкой, указал направление топориком мой пленитель.

— Не тур, а бык, — буркнул я, шагая в указанном направлении. — Или минотавр…

А что, если он решил мной подзаправиться? Впрочем, тогда он меня мог прибить еще там, на берегу. С другой стороны, действует логично. Ему пришлось бы меня тащить к своей пещере, а так я сам туда иду…

О чем это я? Какие пещеры в этой степной местности? Здесь отродясь ничего похожего не было!

«Таких монстров тоже здесь раньше не замечали! — отозвалось мое второе „я“. — А теперь вот сопит за моей спиной клыкастик, и никуда ты его не денешь!».

— Гарха! — раздалось сзади, и в спину последовал достаточно чувствительный толчок.

Эх! Если бы не твои шкафообразные габариты, я бы тебе показал и гарху, и ракхью! Но против дубины и топориков у меня шансов нет.

Шли долго. При той жаре, что стояла над степью, я уже был мокр от пота…

— Гхыр! — Из высокой травы вынырнул еще один урод, как две капли воды похожий на моего конвоира.

— Парут! — отозвались за моей спиной.

— Хех хомос? — не мог успокоиться новый встречный.

— Мур богар! — значительно сообщил первый.

— Хомос?

— Йорр!

Блин! Как же с ними разговаривать, если они общаются на тарабарском языке? И хороший вопрос: а захотят ли они со мной разговаривать? Или, быть может, без всяких разговоров, жестами предложат полезть в котел с соответствующими овощами как приправой?

Новый тычок в спину заставил меня двинуться дальше. Второй снежный человек исчез в высокой траве.

Несколько шагов, и я вынужден был остановиться, изумленно взирая на открывшуюся мне картину. Огромный овраг (у нас такой называют яром), на дне которого расположился немаленький поселок. Причем все население состоит из таких же монстров, как и тот, что привел меня сюда. Не слабо! Да я же им буду на один зуб! Я оглянулся на сопровождающего.

— Тур-тур! — показал тот жестом, чтобы я продолжил движение.

Ага! Вот и тропка, едва заметная, по склону вьется. Я аккуратно начал спускаться. На меня обратили внимание. Но особых эмоций не проявляют. Значит, уже знают о таких, как я? Или это затишье перед громким приветствием «хавчика». Ох, не хотелось бы!

Навстречу внезапно выплыл один из этих зеленоватых. По виду можно сказать, что он относится к тем, кто командует. Морда вся разукрашена, из шевелюры перья торчат, увешан оружием, как елка игрушками под Новый год.

— Камур тарак хех хомос? — грозно насупившись, осведомился он у моего конвоира.

— Мур богар, — уже не так решительно пояснил пленивший меня.

— Хомос?! — взревел командир. — Туг имрец?

— Ни черта не понимаю! — Я в изнеможении уселся там, где стоял.

— Кук самос рыхми? — обратил на меня внимание раскрашенный.

— Да жрите меня уже или отпустите! — не выдержал я.

Командир озадаченно почесал в затылке, рассматривая мою одежду.

— Пуртак жизе! — наконец принял он решение.

Один из местных повернулся и шустро побежал к шатрам, стоящим неподалеку. Остальные, и это было заметно, настроились на ожидание. Чего? Или кого?

…Ого! Я думал, что этот образец боди-арта их командир. Выходит, ошибся. Индивид, который шагал в нашу сторону, превосходил стоящего рядом со мной по всем параметрам. Прямо радуга на земле! Все доступные взгляду части тела были покрыты разноцветными узорами. Он хоть моется? На мой взгляд, такие узоры наноситься должны не менее двух дней с короткими перерывами на сон и обед. А косточки, торчащие из всяких немыслимых мест? И это не вдохновляет. Уж вы мне поверьте.

Вот этот-то раскрашенный вычленил нашу группку из толпы и решительно двинулся туда, куда прикипел его взгляд. При ходьбе он издавал многочисленные звуки. Немудрено! Вон сколько бубенчиков, трещоточек и прочего разного понавешано.

— Хомос?

Да что они, сговорились, что ли?

— Нит бубрбаз, — отозвался первый раскрашенный.

— Ва! — Кажется, второй изумился.

— Ретмиз? — осведомился первый.

— Йорр, — великодушно кивнул головой второй.

Он подошел ко мне и впился в меня своим взглядом.

Я хотел было отвести глаза, но не смог этого сделать. Ох и неприятное это ощущение! Черные точки зрачков посреди радужки желтого цвета затягивали и гипнотизировали меня. Как сквозь сон я услышал ритмичные удары бубна или барабана. Звякали бубенцы, тоже ритмично. Все это сливалось в непонятную, но какую-то влекущую мелодию. По-моему, я на некоторое время вообще выпал из этой реальности…

Качнулся и восстановил равновесие, осоловело пялясь все в те же странные глаза.

— Меня понимаешь? — ворвался в мой слух хриплый голос.

— Ну и ни… себе! — вырвалось у меня.

— Порядок! — повернулся второй раскрашенный к первому. — С тебя нога шарука. Только чтобы это была большая нога!

Первый раскрашенный, проводив взглядом второго, повернулся ко мне:

— Человек, что ты делал на наших землях? Только не пытайся сказать, что ты из поселенцев! Твои руки тебя выдают.[1].

— Ваших землях? — Я был в некотором шоке от всего произошедшего. — Каких землях?

— Этих! — Раскрашенный урод сделал широкий жест рукой. — По Великому договору эти степи принадлежат нам. Ты нарушил границу.

— Но я не знал! — запротестовал я. — Не было никаких табличек или полосатых лент.

Я внезапно осознал, что разговариваю на другом языке. Но вот слово «табличек» было сказано на родном.

— Ты уверен, что Парут его полностью обучил языку? — вмешался тот, который меня пленил. — Что-то он непонятно выражается.

— Не вмешивайся, Ханрут! — рыкнул на него раскрашенный. — Я сейчас пытаюсь определить, какой выкуп за него требовать.

— Не уверен, что у вас получится с выкупом, — заметил я. — Обычно наше правительство переговоров с террористами не ведет.

Опять слово на другом языке…

— Как ты нас назвал? — нахмурился раскрашенный. — Мы славное племя Кровавого Кулака, а не… Короче, не эти! За такие слова я буду требовать еще больше! Вот только мне непонятно, как ты оказался именно там, где тебя нашел Ханрут?

— Ну, шел себе и шел, а потом вышел, — доступно объяснил я.

— И где ты там шел? — Раскрашенный рассматривал меня с большим подозрением. — Там только лес непроходимый. А с другой стороны — степи. Там тебя бы давно поймали, не мы — так другие.

— А ущелье Огнедыша? — внезапно спросил Ханрут.

— Сам-то понял, чего ляпнул? — резко одернул его раскрашенный. — Вот же он стоит перед нами, живой, а не призрак! Огнедыш его бы давно сожрал! Странно другое: что это за тряпки на нем и куда делось его оружие? Ясно же, что не простой поселенец, на руки его посмотри!

Раскрашенный пытливо всмотрелся в мою личность.

— Ты чей вассал?

Я заметил, что это слово было произнесено с трудом, но правильно.

— Ничей, — ответил я.

А действительно, ну чьим я могу быть вассалом? Я — свободный человек!

— Так не бывает! — констатировал раскрашенный. — Не хочет говорить. Думает, что мы его выдадим по Великому договору. Эх, придется отдать Паруту ногу шарука. Зря мы, значит, его языку обучали… Знаешь что, человек? Я придумал, что с тобой делать. Мы тебя отдавать не будем. Завтра день жертвы. Вот на эту самую жертву ты подойдешь как нельзя лучше.

— Эй, вождь! — запротестовал Ханрут. — Это же моя добыча!

— Ты что, снова хочешь увидеть железнобоких? — свирепо повернулся к нему вождь. — А так скормим его Огнедышу, и всего-то дел! И никто не узнает! Зато до нового дня жертвы мы можем вздохнуть спокойно. Огнедыши любят людей хавать! Особенно дев! Этот не дева, но тоже неплох. Вроде бы молод.

— Эй! — завопил уже я. — Давайте обойдемся без этого! Ну что за варварские методы? Чуть что, сразу на корм всяким Огнедышам. Давайте передадим меня людям по этому вашему… Великому договору! Это же вам зачтется!

— Закрой рот! — рыкнул на меня вождь. — А то я его тебе закрою. Все! Я решил твою судьбу. Ханрут, в яму его!

Ханрут грубо ткнул меня своей дубинкой в спину.

— Эх, да и я бы не отказался от человеческого мясца, — мечтательно пробасил он. — Давно уже не пробовал. Иди, мясо! Правильно вождь решил. Лучше человеков скармливать Огнедышу, чем славных орков! Пусть и провинившихся, но орков!

Орков? Каких таких орков? Я попытался остановиться и еще раз внимательно посмотреть на своего пленителя. Но пленитель такой возможности мне не предоставил: еще один жесткий тычок дубины в спину заставил меня отправиться в указанном направлении.

— Эй! Лучше отпустите меня! — торопливо заговорил я. — Что за глупости?

Никакого ответа, если не считать еще одного тычка.

Я затравленно озирался по сторонам. Казалось, что это какой-то дикий сон, который вот-вот прервется, и я сяду в кровати после ночного кошмара. Но сон не прерывался, и вскоре я оказался в каменном мешке. Внушительный валун, играющий роль двери, повернулся. Я оказался в полной темноте.

Да что же это такое? Я на ощупь опустился на каменный пол и попытался собраться с мыслями. И это творится в сердце Европы?! Откуда здесь взялось целое племя орков? Что за Огнедыш такой? Почему эта беда случилась именно со мной?

Конечно же ответов на эти и другие вопросы в моей измученной голове не нашлось.

ГЛАВА 2.

Сколько времени я просидел в этой яме, точно сказать не берусь. Наручные часы были забыты мною дома, а внутренние часы в такой тьме не особо работают. Казалось, прошла целая вечность. В какой-то момент камень, заслонявший мне дорогу к свободе, заскрежетал и откатился в сторону.

— Эй, мясо! Вылазь! — раздался голос.

Щурясь от резкого после темноты света, я попытался рассмотреть говорящего. Быть может, до этого зрение сыграло со мной грубую шутку? Или я тогда был не в себе? И сейчас все разъяснится, и все весело будут смеяться над розыгрышем? Ну ничего себе розыгрыш! Я скажу инициатору пару ласковых.

Но морда Ханрута не изменилась. И это не казалось маскарадом.

— Пора на уступ, — сообщил он мне. — Гордись! Ты заменишь собой славного орка. Это честь!

— На какой уступ? — спросил я, неуверенно пробираясь к выходу.

— На уступ Жертвы, — охотно пояснил Ханрут. — Не в само же ущелье тебя вести. Этак Огнедыш сожрет не только тебя, но и тех, кто тебя приведет. Он не станет утруждать себя вопросом, кто жертва, а кто — нет.

— А может, вообще не давать ему еды? — с надеждой спросил я. — Пусть себе подохнет. Что за варварский обычай приносить человеческие жертвы какой-то дурной твари? Пусть даже и дышащей огнем.

— Э нет! — решительно завертел башкой Ханрут. — Тогда он выберется из ущелья и всех пожрет. Нет уж! Сидит он там, вот пусть и сидит! Опять же воспитательный момент. Все племена по очереди ему отдают своих провинившихся. Хочешь жить — не шали!

— А если провинившихся не будет, кого же тогда отдадут? — спросил я, пытаясь справиться с охватившей меня слабостью.

— Тогда только жребий, — вздохнул Ханрут. — Но сегодня великий день! Мы на целый оборот будем свободны от этого выбора. Не бойся, он тебя быстро сожрет. Долго мучиться не придется.

— Так, быть может, и сейчас решить дело жребием? — умоляюще заговорил я. — Чего это именно я должен быть жертвой? Тем более что я не провинился еще ничем.

— Это как, не провинился? — удивился Ханрут. — А на наши земли кто зашел? Мы тебя звали? Да еще ногу шарука за тебя надо будет шаману отдать. Думаешь, вождь будет на шарука охотиться? Нет, это мне придется его добывать!

Ханрут стянул мне запястья грубой веревкой.

— Иди за мной! И не дергайся! Раз вождь сказал: жертвой, то это уже никак не изменить.

— Но я не хочу! — Я тормозил ногами, пытаясь отвратить неминуемое.

— Иди! — рыкнул Ханрут, дергая веревку. — А то как дам сейчас по голове. Мне все равно: что вести, что тащить на плече.

Шли долго. Дорогу преграждали появившиеся по пути каменные выступы, которые приходилось обходить. Вокруг возвышались какие-то скалы самого негостеприимного вида. Я с изумлением озирался по сторонам. Ну не может такого быть! Или я уже не в родном мире, где все знакомо и безопасно? Скорее всего именно так и обстоит дело. Но тогда я подвергаюсь смертельной опасности. Меня хотят отдать на съедение. Но я не хочу! Я же еще так молод.

Голова трещала от попыток найти путь спасения. Варианты появлялись один за другим и один за другим отбрасывались ввиду нереальности осуществления.

Ханрут вывел меня на площадку, круто обрывавшуюся одним краем вниз.

— Ну вот, — со вздохом облегчения сказал он. — Пришли. Сейчас я тебя привяжу. Ты не бойся! Долго ждать не нужно будет. У Огнедыша знаешь какой нюх? Он тебя быстро учует.

И вот картина Репина маслом. Я, как классическая жертва, привязанный к каменному выступу, торчу на площадке в ожидании какого-то Огнедыша. Надежд — нет. Возможности спастись — тоже. Этот чертов Ханрут привязал меня на славу.

Из пропасти под ногами раздалось неприятное хрипение и шипение. Я зажмурился, не желая видеть свой смертный час.

— А это что такое? — раздался внятный мужской голос. — Никак эти безмозглые орки мне человека подсунули?

Я осторожно приоткрыл один глаз и сразу же снова зажмурился.

— Не жмурься! — повелительно произнес голос. — Лучше скажи: откуда ты здесь появился?

Я нерешительно снова открыл глаза. Над выступом передо мной маячила огромная голова дракона. Да-да! Именно дракона. Глаза — огромные блюдца желтого цвета — бесцеремонно рассматривали меня.

— Да вот… — пробормотал я. — Как-то так получилось. Они меня поймали.

— Значит, они снова за старое принялись? — неодобрительно проревел дракон. — Снова людей отлавливают? Ну я когда-нибудь до них доберусь!

— Быть может, прямо сейчас? — предложил я.

— Сейчас не могу, — с сожалением выдохнул дракон.

Меня обдало горячим ветром. В воздухе появился стойкий запах какого-то горючего материала.

— Что, все-таки будешь меня есть? — безнадежно спросил я.

— Еще чего не хватало! У меня от человеческого мяса изжога, — отозвался дракон. — Вот только куда тебя девать? Ума не приложу. Если просто здесь оставить, то эти тебя снова поймают.

— Может, все-таки как-то до других людей подбросите? — несмело предложил я.

Резон в предложении был. Вон он какой здоровый! Да я по сравнению с ним просто муравей. И я достаточно легкий!

— Я же сказал, что не могу! — раздраженно бросил мне дракон.

— Но почему? Я вон вижу, у вас даже крылья есть.

— Много ты видишь.

Над уступом появилась огромная лапа и аккуратно, когтем, срезала веревку, которая меня удерживала на месте.

— Крылья-то есть. — Меня снова обдало горячим ветром от вздоха. — Да только проблема тоже есть.

— Какая? — спросил я, разминая кисти рук.

— Тебе-то что за дело? — буркнул дракон. — Все равно помочь не сможешь.

— Если не смогу, то хоть сочувствие выражу, — сказал я. — Все легче будет.

— Легче — не будет! — отрезал дракон. — Крыло одно у меня не действует. Повредил при посадке. Вот и оказался заперт в этом ущелье. Если бы не тропа орков, то, наверное, и с голоду уже умер бы.

— А что же им мешает ходить другой тропой? — с удивлением спросил я. — После того как вы появились.

— Вы? — Дракон повертел головой, оглядываясь по сторонам. — Я — один. О каких «вы» ты толкуешь?

— Ну это форма вежливости, — пояснил я.

— Я — один, — повторил дракон. — Не путай меня! Я уж было подумал, что ты видел здесь еще кого-нибудь из наших.

— Не видел! — заверил я. — Но я так и не понял, что мешало оркам поменять тропу?

— Да потому, что другой тропы не существует, — ворчливо пояснил дракон. — К тому же я выловил их какого-то великого вождя. Вот и взял с него клятву, что они будут меня кормить.

— А что им мешало пообещать и потом не выполнить? — поинтересовался я.

— Есть клятвы, которые невозможно нарушить, — самодовольно сообщил мне дракон. — Просто надо знать их. Я — знаю. С тех пор раз в шесть дней тут торчит какой-нибудь орк.

— И ты его ешь? — с содроганием спросил я.

— А что мне остается? — огрызнулся дракон. — Голод не тетка. Они, видимо, не поняли меня, или им лень приносить мне другую еду. Надоело! Но делать нечего. Зато они могут ходить по своей тропе.

— Но они же разумные существа! — с ужасом воскликнул я.

— Ничего! Зато изжоги от них у меня не бывает, — успокоил меня дракон.

— Так если бы у тебя не было изжоги от людей, то ты бы и меня съел? — испуганно спросил я.

— Голод не тетка, — повторил дракон и вздохнул: — Съел бы!

Я, обессиленно прислонившись спиной к камню, сполз на землю.

— Я сюда попал сам не знаю как. Все мне здесь непонятно и чуждо. И что теперь мне делать?

— Хороший вопрос, — хмыкнул дракон. — Да вот беда. У меня тут точно такой же вопрос имеется, а вот ответов что-то не предвидится.

— Тебе-то что? — вздохнул я. — Ты чего в этом ущелье застрял?

— Если у тебя, человечек, плохо со слухом, то могу повторить, — пророкотал в ответ дракон. — Крыло я повредил. Летать не могу.

— Так пешочком давай, — посоветовал я. — Догребешь до своих, глядишь, и смогут помочь.

— Да чтобы пешочком, надо из ущелья выбраться, — еще более сердито отозвался мой собеседник. — А тут стены такие, что нигде невозможно это сделать.

— Подожди. — Я удивленно поднял голову. — Вон ты же лапу смог сюда протянуть, когда меня от пут освобождал?

— Ну, лапу смог, — согласился дракон.

— А обе сможешь?

— И обе смогу.

— Так за чем дело стало? Протягивай лапы и подтягивайся!

— Дурак ты, человек! Все остальное не подтягивается. Тяжел я для этого.

Я, кряхтя, поднялся с пыльной земли и подошел к краю. Посмотрел вниз и озадаченно почесал макушку. Да, там находился приличный кусок тела.

— А что с крылом? — спросил я.

— Тебе-то какое дело? — буркнул дракон.

— Надо посмотреть. Все-таки у меня взгляд свежий, может, чего и присоветую.

— Да чего тут советовать, если оно болит? — прошипел дракон. — Говорю же, повредил я его.

— Как к тебе, кстати, обращаться? — спросил я, наклонившись над краем и всматриваясь в левое крыло.

— Огнедышем меня зовут, — представился дракон.

— Очень приятно. А меня — Лев. Это крыло, что ли?

Огнедыш только вздохнул.

— А ну, расправь его! — распорядился я.

— Еще чего? — возмутился Огнедыш. — Оно у меня и так болит, так ты хочешь, чтобы оно еще больше разболелось?

— Не хочу! Но взглянуть-то надо. Ты потихоньку, не спеша.

— Да чем ты помочь можешь, человечек?

— Я так понимаю, что крыло — это механизм. А если оно механизм, то я, как инженер, смогу что-то понять и предложить.

— Это мое крыло, а не какой-то там механизм! — возмущенно взревел дракон. — И что значит это слово «инженер»? Лекарь, что ли?

Меня окутало темным дымом, и остро завоняло чем-то горючим.

— Эй! — вскрикнул я. — Если ты будешь продолжать в том же духе, то предупреждаю сразу: зажаренный я тебе действительно ничем помочь не смогу.

Дым рассеялся. Огнедыш задумчиво поглядывал на меня, оценивая сказанное.

— Я не понял. Как ты себя назвал? — наконец спросил он. — И о каких механизмах ты только что толковал?

— Ну, крыло-то как-то же устроено? — начал объяснять я. — Оно же не само по себе. Я, конечно, не большой специалист в области крыльев. Но осмотреть поврежденное место стоит. Быть может, чего и увижу.

Огнедыш недоверчиво смотрел на меня. Но, видимо, его состояние было таким безнадежным, что он хватался за любую соломинку. Тяжело застонав, он распрямил крыло.

Ого! Вот это полотнище! Но все равно маловато! Да чтобы оторвать от земли такую тушу, крылья должны быть вообще невероятными. Я начал рассматривать внутреннюю поверхность.

— Вот тут, на сгибе, — простонал Огнедыш, придвигая ко мне крыло.

Я присвистнул. Одна из распорок, если можно так сказать, была неестественно вывернута. Под ней распухло. Странно, что заражения не появилось. Это сколько же он с таким крылом тут бродит? Бедняга!.. Стоп! А если вставить эту кость на место? Понимаю, что боль будет ужасная…

— Огнедыш! Вот эта кость вышла у тебя из сустава. Надо ее поправить, и крыло будет в порядке.

— Да как же я ее поправлю? — простонал дракон.

— Да вот так! — крикнул я, цепляясь за сустав крыла.

Я со всей мочи отогнул свод вверх и, упершись ногами, пододвинул поврежденную кость на место. Огнедыш взревел так, что я, отлипнув от крыла, в два прыжка залетел за огромный валун, где и укрылся, молясь, чтобы дракон не сжег меня сгоряча.

Огнедыш, видимо, сразу и не понял, куда это я исчез. Но пламенем плевался азартно. Я его понимаю. Сам бы тоже не сидел молча на его месте.

Через некоторое время рев стал потише и постепенно перешел в тихое недовольное ворчание. Со временем стихло и оно.

— Эй, человек! Ты где?

Я осторожно выглянул из-за приютившего меня валуна. Дракон вертел головой по сторонам, высматривая мою личность.

— Ну не сжег же я его, — озабоченно пробормотал Огнедыш. — Вроде бы не попадался.

— Тут я, — отозвался я.

— Вылазь! — потребовал дракон.

— Ага! Счас! — пообещал я. — Вот только асбестовый панцирь надену и вылезу.

— Что? Какой панцирь?

— Знаешь, сгореть молодым в мои планы долгой и счастливой жизни как-то не вписывается.

— Но ты же не сгорел!

— Вот-вот! И это счастливое состояние мне может обеспечить вот этот камушек. — Я ласково похлопал валун по поверхности.

— А оно уже не так болит, — сообщил мне дракон, шевеля крылом. — Странно! Этак я, пожалуй, и взлететь попробую.

— Конечно-конечно! — торопливо закивал я. — Попробуй! Мне кажется, что у тебя получится.

Я хотел только одного: чтобы у этого огнемета получилось взлететь и еще получилось улететь. И улететь как можно дальше от меня. Очень мне не понравилось бушующее вокруг меня пламя. О дальнейшем я как-то не задумывался. Пережить бы этот промежуток времени.

Дракон между тем развернулся и, полураскрыв крылья, ринулся по ущелью, набирая скорость. До чего же все-таки красивый… кто? Зверем назвать — язык не поворачивается.

Я, отрешившись от всего, зачарованно смотрел, как Огнедыш, сильно оттолкнувшись лапами от земли, взмахнул крыльями. Еще раз и еще… Сказочный дракон парил в небе. Захотелось ущипнуть себя. Неужели я все это вижу наяву?

Огнедыш сделал красивый вираж и направился в мою сторону, теряя при этом высоту. Тормозя, он резко взмахивал крыльями, подняв при этом тучу мелкого песка и пыли. Вся это туча, как вы понимаете, накрыла меня.

Пока я пытался прочихаться и прокашляться, Огнедыш терпеливо ждал.

— Вот чего я не ожидал от людей, так это того, что один из них окажет мне помощь, — пророкотал он, когда я наконец смог успокоить свой организм. — Наверное, я должен сказать тебе спасибо?

— На здоровье! — отозвался я. — Как крыло? Нормально действует?

— Побаливает, но в остальном — работает.

— Я рад за тебя.

— Перейдем к другому вопросу. — Дракон пытливо, как мне показалось, вглядывался в меня. — Как мне тебя отблагодарить? Мы, драконы, славимся своим благородством и умением помнить добро. А всякое добро должно быть достойным образом вознаграждено. А то чего же его делать, если оно пропадает без толку?

— А о бескорыстии вы не слышали? — обиженно спросил я.

— Это бывает только в сказках, — уверенно отозвался Огнедыш.

— Ну вот. Считай, что сказка стала былью! — оскорбленно сказал я. — Ничего мне от тебя не нужно.

— Ну да? — хмыкнул дракон. — А что ты тут будешь делать дальше? Тебе не хочется отсюда убраться?

— Куда? — ответил я вопросом на вопрос. — Как я понял, я попал совсем в другой мир. Вряд ли ты сможешь меня вернуть в мой.

— Это — да, — кивнул Огнедыш. — В твой не могу. Но жить-то надо! А тут у тебя жизни не будет. Сожрут! Если не орки, то еще какая-нибудь хрень. Я, пока в ущелье сидел, много чего тут повидал. Скажу тебе, что они бегают стадами и друг друга харчат за милую душу. Меня-то они не трогали, но ты им на один зуб.

— А быть может, и пусть? — грустно спросил я. — Пусть уж лучше прибьют меня, чтобы не мучиться?

— Вот так-так, — прогудел Огнедыш. — А знаешь, что потом про меня скажут? А скажут про меня так: вот человек спас Огнедыша, а Огнедыш, неблагодарная скотина, человека спасти не захотел. Что-то мне такое не нравится!

— А откуда они узнают? — вяло спросил я.

— Узнают! — заверил меня дракон. — Здесь все тайное рано или поздно становится явным. Так дело не пойдет. Ладно! Так и быть. Хоть крыло у меня и побаливает, я все же рискну полететь к себе. И тебя прихвачу. Правда, пока меня там не было, может быть, кто-то там поселился. Уж больно местечко удобное. Тогда придется подраться, само собой. Я тебя где-нибудь поблизости высажу. Пока все не прояснится.

— С кем подраться? — с опаской осведомился я.

— С конкурентом. С кем же еще? — недовольно сообщил Огнедыш. — Больше никто не рискует с нами драться. Давай залазь ко мне на шею! Да осторожнее там с ногами! За гребень держись, а то снесет! Я, конечно, существо благородное, но не настолько, чтобы в моем состоянии ловить тебя в воздухе.

Вот это было необычно! Необычно и чудесно лететь, сидя на шее этого сказочного существа. Именно лететь, а не взлетать или, скажем, садиться. В этом, уж вы мне поверьте, не много удовольствия. Я смотрел на простиравшееся внизу пространство и еще раз убеждался, что это не мой родной мир. Скалы вперемежку с открытой местностью. Вдали вырисовывался на фоне неба огромный вулкан. А вон там, откуда мы удалялись, виден был большой массив леса. Ни тебе железных дорог, ни тебе шоссейных. Городов тоже что-то не видать.

Огнедыш уверенно направлялся к большому скоплению скал слева от вулкана.

— Там что? Твой дом? — закричал я.

Но за свистом ветра он, должно быть, не услышал.

Под крыльями мелькали острые пики гор, чередующиеся с глубокими ущельями. Огнедыш сделал резкий вираж (я едва удержался за гребень) и, низко опустившись, заскользил между выступающими скалами. Резко затормозил, яростно махая крыльями.

— Слазь! — рыкнул он. — Я сейчас посмотрю, что там да как.

Я спрыгнул и растерянно глядел, как дракон исчез за выступающим рядом большим горбом.

Вот так влип! Я понимал, что как раз отсюда выйти у меня нет ни малейшего шанса. Оставалось только надеяться, что конкурента не оказалось дома или он слабее Огнедыша. Впрочем, я вспомнил, что крыло у дракона еще не в полном порядке, и приуныл.

Но, как оказалось, расстраивался я зря. Вскоре Огнедыш снова появился с весьма довольным видом.

— Представляешь, никто не нашел мое местечко, — поделился он со мной радостью. — Просто удивительно! Приглашаю тебя ко мне в гости! Цени! Это не всякому дано — в гости к дракону попасть. Причем не в качестве главного блюда.

Кстати о блюдах. Есть мне уже хотелось очень сильно.

— А как у тебя с едой? — осторожно поинтересовался я.

— С едой у меня не очень, — буркнул дракон, подставляя мне под ногу сгиб передней лапы. — Шарука или тархиба никто не догадался мне тут оставить. Придется самим постараться. Ты охотиться умеешь?

— Нет, — честно признался я. — Даже и не пытался.

— Ты что? — Дракон вывернул шею, недоуменно рассматривая меня. — Как же ты до сих пор жил? Правда, я слышал, что среди людей есть такие, которые мяса не едят. Ты случайно не из них будешь?

— Нет, — замотал я головой. — Просто в мире, где я обитал, не принято всем охотиться. И вообще, охота там удел небольшой группы любителей. Есть домашние животные, вот их и едят.

— Хм, — задумчиво пробормотал Огнедыш, готовясь взлететь. — Это, наверное, удобно — иметь под рукой свежий корм. А вы, люди, не дураки. То-то, я помню, когда я налетел на большое стадо шаруков, люди поблизости как-то странно реагировали. Руками махали, палками. Пришлось огоньком в их сторону пройтись…

— И что? — прокричал я. — Ты их пожег?

— Нет, — буркнул Огнедыш, набирая высоту. — Они в яме схоронились. Огонь поверху прошел. Но в процесс насыщения они больше не вмешивались.

М-да, местечко я бы не назвал приветливым. Со всех сторон возвышались угрюмые скалы. Площадка, на которой мы приземлились, была сплошь каменистой. Зев огромной пещеры черной дырой маячил передо мной. Ни единой нотки зелени вокруг.

Но Огнедыша это не смущало. Он был заметно доволен тем, что обосновался именно здесь.

— Вот мое жилище, — оповестил он меня. — Все сохранилось в полной неприкосновенности. Тут же как? Отвлекся на мгновение, полетел по делам, и сразу найдутся желающие что-нибудь своровать!

— А что, есть что воровать? — поинтересовался я.

Огнедыш задумчиво рассматривал меня.

— Ты, конечно, мой спаситель и все такое, но в пещеру с сокровищами без моего разрешения лучше не ходи.

— Сокровищами? — изумленно вытаращился я на дракона. — Да откуда они здесь взялись? Какому… пришло в голову здесь сокровища хранить?

— Это мне пришло в голову! А чем это ты меня только что обозвал?

— Э-э-э… Это обозначает «мудрец», но на моем языке. Видимо, с переводом какие-то сложности.

— Да? — Огнедыш недоверчиво взглянул на мое невинное лицо. — Интересное словцо, надо будет запомнить. А оказались сокровища здесь очень просто. Это я их тут храню.

— Но зачем они тебе? — все никак не мог взять в толк я. — Ты что, за них что-то покупаешь?

— Тут весь смысл заключается не в том, чтобы что-то покупать, — возмущенно пропыхтел Огнедыш. — Весь смысл заключается в том, чтобы собрать как можно больше.

— И что, много ты уже собрал?

— Какое там много?! — возмущенно фыркнул Огнедыш. — Я еще слишком молод. Да и местечко не так уж доступно, как у некоторых. Но тем не менее и сюда добираются некоторые драконоборцы.

— И что, это они приносят тебе сокровища?

— Ну в некотором роде, — туманно ответил Огнедыш. — Не то чтобы они собирались с ним расставаться, но так обычно получалось. Кстати, хорошо, что напомнил. Надо бы тебя приодеть и вооружить.

— Надо полагать, что многозарядных винтовок и автоматов у тебя тут не имеется? — ворчливо отозвался я. — Что ты имеешь в виду под словом «вооружить»?

— Да, с переводом действительно есть сложности, — задумчиво изрек дракон. — Кто тебе дал знание языка?

— Они его называли, кажется, Парутом, — наябедничал я. — Весьма колоритная личность.

— Точно, имеются сложности! — вынес решение Огнедыш. — Разве орки могут дать нормальное знание? Придется повторить курс. Но это позже. Не горит. Иди за мной!.. Лев, если я не ошибаюсь?

— Не ошибаешься, — отозвался я, пристраиваясь за кончиком хвоста Огнедыша, украшенным двумя острыми на вид шипами.

— Слишком короткое имя, — прокомментировал дракон, двинувшись вперед. — Впрочем, у вас, у людей, много странностей.

Вот в таком порядке — Огнедыш, его хвост и я — мы дружно протопали в пещеру. Хм, а дизайн тут ничего! Должен признать. Я предполагал, что в пещере будет темно и холодно. Ничего подобного!

Едва мы зашли, дракон хукнул по сторонам, и на стенах запылало что-то, очень напоминающее факелы, только размеры их были значительно больше. Пещера осветилась багровым колышущимся пламенем. Впечатляет!

— А откуда у тебя вот это? — Я ткнул пальцем в сторону светильников.

— Что? — обернулся Огнедыш. — Ах это? Немного магии и умения сделать так, как нужно. Меня моя мама научила.

— Я думал, ты сирота, — вздохнул я. — Значит, нам надо еще ожидать визита твоей мамочки?

— Зачем? — удивленно остановился Огнедыш. — Чего это ты решил, что моя мать сюда заявится?

— О! Это как проверка из министерства. Только там заранее известно, когда она будет. А у мам это покрыто мраком тайны. Но обычно выбирают для этого самый пикантный момент. Ты уж мне поверь!

Огнедыш хлопнулся на хвост и озадаченно почесал передней лапой гребень на голове.

— Странно! Лет сто меня не навещала, а тут вдруг появится. Да нет! Быть такого не может! Это ты что-то путаешь. Да и откуда ей знать, где я сейчас поселился?

— А вы что, не встречаетесь? — удивился я.

— Конечно нет! Зачем? У нее своя жизнь, у меня — своя. Обучила, и ладно. Дальше уже я сам должен пробивать дорогу в жизни… Так, что-то мы отвлеклись. Я же тебя вел в свою сокровищницу. Только ты мне смотри! Особо не обольщайся! Это все-таки сокровища. А значит, по минимуму!

Огнедыш остановился у небольшого проема, заглянул туда и чуть отодвинулся, давая мне возможность пройти. Я шагнул в проем и озадаченно уставился на небольшую горку хлама, иначе назвать то, что предстало перед моими глазами, язык не поворачивался. Это сокровища?

Я нерешительно оглянулся на дракона.

— Давай! Разрешаю, — подбодрил он меня. — Доспехи хорошо прожарены. Чистоту гарантирую. Вон тот кинжал не бери! Он слишком дорог. Лучше вот этим мечом пользуйся. Правда, ремень, на котором он крепился, сгорел вместе с ножнами. Ничего, найдем еще лучше!

— А быть может, ты мне объяснишь, зачем это мне нужно? — поинтересовался я, вертя в руках клинок (тяжел, зараза!).

— Как это зачем? — удивился Огнедыш. — А чем ты будешь защищаться или там нападать?

— А что, это непременно мне надо будет нападать или защищаться? — испугался я. — Без этого никак не обойтись?

— М-да! — вздохнул дракон, обдавая меня горячим воздухом. — Кажется, решение о твоем спасении было несколько преждевременным. Быть может, тебе действительно лучше было остаться там, где ты был. Ну сожрала бы тебя какая-нибудь нечисть, все мучений меньше было бы. Неужели у тебя, в твоем мире, все так устроено, что сильный и благородный без меча может обойтись?

— Да у нас уже давно такого оружия нет и в помине! — отозвался я. — У нас попроще. Пистолет или, на худой конец, снайперская винтовка. Мечи и доспехи остались только в музеях или в коллекциях олигархов.

— Олигархов, — зачарованно повторил Огнедыш. — Это кто такие?

— Это, брат, кровососы, — вздохнул я.

— Вампиры? — уточнил дракон.

— Примерно, — не стал отрицать я. — Только они не только кровь нашу пьют, но и все остальное тоже.

— Ясно! — решил дракон. — Высшие вампиры. Я тебе потом несколько хороших и надежных методов борьбы с ними подскажу. Главное — иметь при себе осиновый кол. Это если пламенем дышать не умеешь. Но и оружие тоже лишним не будет. Особенно если оно с серебряной кромкой. Вот как этот меч. Тоже не плох. Так и быть! Отдаю.

Я поднял указанный клинок и осмотрел его. Действительно, по всей кромке шла серебряная полоса. Да и удобно в руке лежит. Если, конечно, это можно назвать удобным для человека, который такое оружие в руке держит первый раз.

— Но я же с оружием обращаться не умею, — признался я. — Порежусь еще. Как с этим быть?

— М-да, — задумчиво пробормотал Огнедыш. — Тут без совета опытного дракона не обойтись.

— Ну обрадуй меня хоть этим! — взмолился я. — Скажи, что он у тебя есть!

— Скажу! — пообещал Огнедыш. — Не то чтобы мы были очень дружны, но он разрешил иногда к нему наведываться.

— Мне почему-то казалось, что вы, драконы, живете стаей. Что же это вы так разобщены?

— Стаей? — переспросил Огнедыш. — Шутишь? Да как в таком случае каждому собирать свое сокровище? А пища? Да ты представляешь, сколько стае требуется еды? А уединение для раздумий? Мы — драконы! А драконы всегда славились умными мыслями. А как эти мысли придут, если вокруг шум и гам?

— Ладно-ладно! — поднял я руку. — В конце концов, это ваше дело. Не мне вам указывать. Так что ты там говорил про опытного дракона?

Огнедыш, сбитый с мысли, несколько долгих мгновений смотрел на меня непонимающе.

— Ах да! — наконец поймал он нить разговора. — Есть такой. Грозодышем зовут. Представь, несколько тысячелетий, а еще крепок. Любому может огненную купель устроить!

— Меня как-то не купель интересует, а его совет. Тем более что после такой купели и совет может быть не нужным.

— Тоже вариант, — согласился Огнедыш.

— Но меня такой вариант не устраивает! — отрезал я.

— Тогда садись, полетели! — предложил Огнедыш. — Заодно там и перекусим. У меня все равно ничего нет, а есть очень хочется.

— А это далеко? — спросил я, вскарабкиваясь на шею дракона.

— Да нет! Не очень, — охотно отозвался Огнедыш. — Через хребет перевалим, а там — крылом подать.

ГЛАВА 3.

Снова мелькание скал под крылом. Снова ветер бьет в лицо. Эй! А мне это начинает нравиться. Вот эти полеты. Ни с чем не сравнимое чувство! Время от времени Огнедыш делает небольшие, но резкие виражи. Это что? Противозенитный маневр? Какие тут могут быть зенитки?

При этой мысли я нервно поежился. Это я представил себе зенитку в местном исполнении. Вроде бы я где-то про них читал или видел здоровенные арбалеты с огромными стрелами. Надеюсь, что они только плод фантазии.

Огнедыш сделал очередной вираж и, лихо затормозив в воздухе, опустился на большую площадку перед совсем уже огромным входом в пещеру.

— Слазь! — скомандовал он. — Постой тут пока. Мало ли? А вдруг он сегодня не в духе. Тогда срочно надо будет делать крылья!

— Ну да! — буркнул я, соскальзывая по боку дракона. — Это тебе надо будет. А как быть мне, если у меня крыльев отродясь не было?

— У каждого свои недостатки, — нейтрально сообщил Огнедыш. — Тогда тебе остается только со всех ног мчаться вон туда по спуску. Глядишь, и не достанется огоньку. Но это только в крайнем случае. Все же я надеюсь, что старик в хорошем настроении. Вон видишь обгорелую землю? Наверняка кто-то из драконоборцев в гости недавно приходил. После этого всегда прибавление в сокровищнице. А ничто так не повышает настроение, как прибавление коллекции.

— Хорошо, что я тот меч не прихватил, — вздохнул я. — А так и взять с меня нечего. Прибавления в этой самой сокровищнице с меня никакого!

— А ты не глуп, — с одобрением заметил Огнедыш и, повернув голову к пещере, проревел: — Эй, Грозодыш! Ты дома?

Из зева пещеры вырвался клуб черного дыма, следом метнулся длинный язык пламени, сопровождаемый угрожающим ревом. Я испуганно шарахнулся к спуску, приготовившись задать стрекача. Огнедыш тоже дернулся.

— Ты перестань огнем баловаться, дед! Это же я — Огнедыш!

— Огнедыш? — донеслось из пещеры. — А я уж подумал, что это у кого-то ума хватило на мою пещеру претендовать.

Раздался топот, и появился хозяин пещеры. А я-то думал, что Огнедыш огромен. Да он скромняга по сравнению с тем экземпляром, который предстал перед моими глазами.

Надо отдать должное Грозодышу, меня он заметил сразу.

— Драконоборец? — грозно осведомился он, но тут же поправился: — Хотя нет. Не похож. Что тут делает этот человечек?

— Он, как ни покажется тебе это странным, мой спаситель, — представил меня Огнедыш. — Его зовут Лев.

— Насколько я помню, — рассматривая меня, заметил Грозодыш, — в южных степях водятся львы. Но он на них что-то не очень похож.

— Это имя такое, — дрожащим голосом сказал я.

Ну да! Я был испуган. А вы бы не испугались? Появись такое чудовище перед вами, дай бог, чтобы вы отделались только испугом!

— Ты сказал, спаситель? — уточнил Грозодыш у моего поручителя. — Это от кого он тебя умудрился спасти? Он что, могучий маг?

— Нет, — мотнул головой Огнедыш. — Магии я не почуял. А вот крыло он мне вылечил. Я улететь не мог. В ущелье застрял.

— Крыло вылечил? — удивленно повернулся к Огнедышу Грозодыш. — Он что, великий целитель? Но великих целителей без магии не бывает! Ты меня заинтересовал. А ну покажи крыло!

Огнедыш раскрыл пострадавшее крыло. Грозодыш внимательно его исследовал.

— Угу! — прогудел он. — Вижу! Вот тут и тут еще есть воспаление. Ничего! Скоро пройдет. А вот эта кость была вывернута из сустава… Да, сам бы ты не смог ее вправить на место. Эк тебя угораздило! Я же тебе говорил, что при посадке надо быть особенно осторожным! Выходит, он тебе ее вправил. Да, надо признать: спас он тебя.

Грозодыш повернул голову ко мне и внимательно осмотрел меня еще раз.

— А ты не так прост, Лев, как мне показалось на первый взгляд. Молодец! Хвалю!

Из ноздрей Грозодыша вырвалось два клубочка дыма. Видимо, это и была высшая мера похвалы от дракона.

— Ну и что же привело вас сюда? — осведомился Грозодыш у Огнедыша. — Вряд ли ты его сюда приволок только для того, чтобы мне его показать. Ему что-то от меня надо?

— Ну не только ему, — нерешительно пророкотал Огнедыш. — Мне тоже не помешает. Так уж получилось, что я не имел возможности поохотиться, а есть хочется. Да и этому вот тоже хочется.

— Ну что же, — отозвался Грозодыш. — Тебе-то я помочь могу. Вон за тем камнем половина тархиба лежит. Не то чтобы хватит, но хоть что-то… А вот с человечком — проблема. Вряд ли он будет есть то же, что и мы.

— Этак и с голода помереть недолго, — печально вздохнул я. — У меня вон уже живот к позвоночнику прилип.

— О! — пришла мысль в голову Грозодышу. — А вон за тем камнем лежат пожитки драконоборца. Я в них еще не успел разобраться. Посмотри, быть может, что-то и найдешь. Только еду! Остальное — мое.

— Конечно-конечно! — заверил я. — Надеюсь, сам драконоборец там не лежит?

— Нет, — хмыкнул дракон. — Слишком уж нахальный попался. А я раздражительный. После такого единения уже никто нигде не лежит. Ветры тут сильные, пепел давно развеяли.

Я направился в указанном направлении. Действительно, за камнем лежали две сумы, скрепленные между собой. Кажется, такое сооружение называли переметным. Чуть дальше лежало седло.

Чувствуя себя мародером, я начал копаться в сумках. Извини, незнакомый драконоборец, но тебе это уже не нужно.

Результаты ревизии не впечатляли. Несколько кусков ткани, плащ (если его можно назвать так), какие-то невзрачные камни в холщовом мешочке, что-то типа рубахи, только сплетенное из мелких железных колечек. Вот в общем-то и все… Ах да! Еда! Была еда, а как же! Кусок черствого хлеба, завернутый в тряпицу, сыр и пара луковиц. Не жирно. Боюсь, что стройность и легкость в этом мире будут постоянными моими спутниками.

— Ну что? — появилась над камнем голова Грозодыша.

Он рассматривал выложенное из сумок сокровище.

— Ну вот, — расстроенно прогудел он. — Вот так почти всегда. Ничего ценного.

— У этого парня была лошадь, — сообщил я, кивнув на седло.

— Была, — согласился дракон. — Не пропадать же добру…

Как именно не пропало добро, я уточнять не стал. Догадаться не сложно.

— Так. А теперь, я чувствую, надо разобраться с тобой, — неожиданно изрек Грозодыш.

А вот такой поворот мне уже не очень нравится. Это у Огнедыша от людей изжога. А этого кто знает?

— А может, не надо? — промямлил я, пряча за спину хлеб и сыр.

— Надо! — возразил мне Грозодыш. — Да ты ешь-ешь! На этом этапе я и сам могу справиться.

Вы когда-нибудь видели задумавшегося дракона? Ах, вы вообще не видели никаких драконов. Ну, в целом разница есть. Этакая цистерна с хвостом. Голова ушла в плечи, глаза сошлись к переносице, лапы подобраны под тушу. Нет, если он так разбирается, то я согласен.

Я, жадно поглощая пищу, с интересом рассматривал Грозодыша.

— О! Дед впал в нирвану, — прогудел Огнедыш, появляясь в поле зрения.

— Не мешай! — попросил я, проглотив очередной кусок. — Это он со мной разбирается. Пусть уж лучше так, чем как-то по-другому.

— А чего с тобой разбираться? — с удивлением уставился на меня Огнедыш.

Я только пожал плечами. После еды неожиданно очень захотелось спать. Тем более что Грозодыш уже вроде бы заснул. Во всяком случае, его состояние напоминает именно сон.

— Быть может, ну его? — предложил я. — Пусть себе разбирается, а мы полетим к тебе домой? Что-то мне спать захотелось. Уж больно хлопотный день случился.

Мощный чих раздался за моей спиной. Я даже подскочил от неожиданности. Грозодыш окутался серым дымом. Но он уже не спал. Его янтарные глаза в упор смотрели на меня.

— Ай-ай-ай, — пробурчал он. — Ну и задачку ты нам задал! Вот уж и не думал, что такое возможно…

— В вашем мире все возможно! — заверил дракона я. — Как я уже убедился на собственном горьком опыте… А что за задачка?

— Оборотень! — ткнул в меня когтем Грозодыш.

— Эй! Я бы попросил! — Мою сонливость как рукой сняло. — Я много раз наблюдал полнолуние, но ни разу не превращался в волка или там в медведя. Что за инсинуации на мою персону?!

— Не забудь пояснить, что это такое — инсинуации! — попросил Огнедыш и обратился к Грозодышу: — Ты говоришь, оборотень? Что-то не вяжется. Он у меня в пещере прикасался к серебру. Никаких последствий. Ты уверен, что он оборотень?

— Дракон-оборотень! — пророкотал Грозодыш. — Надо же! Я уж и не упомню, когда они в последний раз тут появлялись. Что же такое случилось, что вы вспомнили о нас, простых драконах?

Наверное, у него крыша поехала. Кто их знает, этих старых драконов? Что в таких случаях делают? Обычно соглашаются со всем, поддакивают и вызывают крепких ребят со смирительными рубахами. Но это в отношении людей, которые сбрендили. А как быть с драконами? Вряд ли у них есть такие же службы. Но соглашаться и поддакивать я могу. А там попытаемся тихо и незаметно куда-нибудь исчезнуть.

— Да вот, — пожал я плечами, осторожно пятясь к камню, — как-то так получилось, что вспомнили…

Век бы не вспоминать!

— Дед! А ты уверен, что он оборотень? — спросил Огнедыш, присматриваясь ко мне. — Помнится, ты говорил мне, что они силы немереной. Этот как-то не тянет, ты уж прости!

— Эх, молодежь! — крякнул Грозодыш, в очередной раз окутавшись дымом. — Чему тебя учили? Ты посмотри так, как смотришь на артефакты, определяя, простые они или магические. Истинным зрением смотри!

Глаза Огнедыша как-то переменились. Он даже кашлянул от неожиданности.

— А ведь действительно! Есть аура!

Да что же за наказание мне? Второй сбрендил!

— Эх! — тоскливо сказал я и сел на пыльную землю. — Только еще вчера утром я был нормальным человеком. Никого не трогал. Просто вышел в лес подышать лесным целебным воздухом, подлечиться от головной боли. В чем же я провинился, за что мне такие приключения выпали? Пропади они пропадом!

— Это ты о чем? — строго взглянул на меня Грозодыш. — Ты давай оборачивайся к нормальному виду! Что ты продолжаешь из себя человечка корчить? Мы тебя разоблачили.

— Ах, разоблачили? — повернулся я к Грозодышу. — Так, может быть, уж заодно расскажешь мне, что вы там разоблачили. А то я не в курсе. И не я что-то корчу, это меня корчит… Причем корчит не по-детски!

— Странный ты какой-то оборотень, — задумчиво пыхнул дымком Грозодыш. — Я вас видел еще в детстве. Так вы тогда были такими важными, сильными и умными… Что-то я не могу понять…

— Да не оборотень я и не дракон! — взвыл я. — И никогда ими не был! И никакого понятия об этом не имею и не желаю иметь! Что вы ко мне прицепились?

— Дед, — Огнедыш обеспокоенно повернулся к Грозодышу, — а это нормально, что он так говорит? Может, у него что-то с головой не в порядке? Ну стукнулся там или свод пещеры на него обрушился? А там уже обернулся в человека, оркам попался и так далее…

— Рассказывай все! — потребовал Грозодыш. — Рассказывай по порядку! Разберемся.

Делать нечего. Пришлось мне рассказывать о жизни своей. Ну в общем-то рассказ получился не очень длинный. Что там моя жизнь? Тем более по драконьим меркам!

После того как я закончил свое жизнеописание, Грозодыш долго молчал, время от времени бросая на меня изучающие взгляды.

— Каких-то неувязок не замечено, — констатировал Огнедыш. — Мне кажется, что Лев поведал нам правду.

— Так-то оно так, — хмыкнул Грозодыш. — Но я же вижу, что он не человек. Как с этим быть?

— Так ты не можешь обернуться? — уточнил у меня Огнедыш.

— Я даже не понимаю, что значит — обернуться, — простонал я.

— Ну и пусть будет таким! — предложил Огнедыш. — Что теперь с ним делать?

— Да ты не понимаешь! — рыкнул на моего приятеля Грозодыш. — Если он в руки к нашим врагам попадет да они его в жертву принесут? Ты представляешь, что тогда может случиться?

— Да… — Огнедыш изогнулся и поскреб задней лапой под подбородком. — Всякие неприятности могут случиться. Тогда давай мы его приговорим! Нет оборотня — нет проблемы.

— Эй! — Я даже подпрыгнул от неожиданности. — Что это значит — приговорим? Я уже попадал в руки к врагам. Кто же тогда орки, если не враги? И в жертву меня уже приносили… Кстати! Если бы не я, ты до сих пор сидел бы в том ущелье. Ты об этом не забыл?

— Но ты же сам видишь, что твое существование является угрозой нашему, — рассудительно пояснил Огнедыш. — Тут уже не до жиру.

— Подожди! — остановил его Грозодыш. — Я тоже считаю, что это не выход. Тем более что бронзового (а мне почему-то кажется, что он бронзовый) так просто не убьешь. Есть другой выход. Надо, чтобы он полностью себя осознал и смог преобразоваться. Дракон-обротень нам не помешает, а как бы даже наоборот! Тем более бронзовый. Это даже хорошо, что он не имеет связи со своими. И не надо!

— Это понятно! Короче, дед, что ты хочешь с ним сделать? — нетерпеливо спросил Огнедыш.

— Отдать на обучение, конечно! — хмыкнул Грозодыш. — Он сможет определиться и тогда обернется.

— На обучение?

Не знаю почему, но мне показалось, что Огнедыш крайне изумлен.

— Кому?

— Да людям конечно же! Кому еще? — сердито отрезал Грозодыш. — Эльфам, что ли? Не хватало, чтобы эти зазнайки и снобы прибрали к своим рукам такое сокровище.

— А люди, значит, не приберут? — скептически прищурился Огнедыш.

Скепсис выглядел на драконьей морде несколько забавно, но мне было не до веселья.

— А люди и понятия не будут иметь, кто он такой, — отмахнулся Грозодыш и со значением посмотрел на меня. — Только если наш друг будет держать в тайне свою истинную суть. Вот эльфы могут его раскусить. Так что ты от них держись подальше!

— Это, конечно, хорошо, — не мог успокоиться Огнедыш. — Но как мы все осуществим? У тебя что, есть знакомые люди? Драконоборцы не в счет, ты их всех пожег.

— Есть у меня на примете один, — задумчиво пробормотал Грозодыш. — Правда, я давно с ним не виделся. Уж не знаю, жив ли. Но наведаться стоит.

— Как? Прямо к нему? — изумился Огнедыш. — Да ты представляешь, что начнется в людских поселениях?! Драконоборцы толпами сюда повалят! У них тогда будет уже повод…

— Это пусть, — благодушно отозвался Грозодыш. — Глядишь, что-нибудь ценное в моих сокровищах прибавится. Впрочем, я не собираюсь соваться в людской город. Мой знакомый живет отшельником в отдалении от других людей. И полетим мы туда ночью.

Я с беспокойством слушал, как решается моя судьба.

— А вы не спрашиваете, хочу ли я такой жизни? — не выдержал я. — Я, быть может, домой хочу. В свой мир. Отправьте меня туда, пожалуйста! Там уже наверняка переполох поднялся. Полиция с собаками лес прочесывает. У бабки Мани сердце слабое…

— Ты знаешь координаты своего мира? — взглянул на меня Грозодыш. — Вектор своего мира знаешь? Я уже не говорю о способе отправки. Это твои сородичи были мастерами в подобного рода вещах, а мы, простые драконы, на такое не способны.

— И что, никакой надежды? — тоскливо спросил я.

— Пока никакой, — утешил меня старый дракон. — Да ты не печалься! Кто его знает, как оно дальше сложится? Вот когда ты сможешь уже что-то сделать, глядишь, и найдешь выход. Просто ты еще не понимаешь, что значит быть драконом-оборотнем. Ты вот говорил, что в вашем мире нет магии. Я просто не могу представить, как можно в таком мире жить. Так вот, оборотни (драконы, конечно) владеют очень сильной магией. Ты многое сможешь. Главное, остерегайся черных волхвов. Это очень вредный народец. Пока ты еще не обучен и не можешь производить магические действия, ты уязвим. А сейчас иди отдохни!

Грозодыш благосклонно мне покивал.

— Только у входа располагайся! В глубь пещеры моей не иди. Ты уж извини, но постелить тебе нечего. Вон можешь седло себе под голову положить. Как стемнеет, полетим к моему знакомому. Если еще жив, то есть надежда, что он сможет помочь. Магом он хорошим был, насколько я помню. Даже смог щит поставить против моего пламени. А это многого стоит.

Ну что мне оставалось делать? Я подхватил седло и поволок его к зеву огромной пещеры, в которой ютился Грозодыш.

— Дед, а ты уверен, что правильно поступаешь? — услышал я за спиной голос Огнедыша.

— Очень хочется верить, что да, — отозвался старый дракон. — Если он справится, то мы станем неизмеримо сильней.

ГЛАВА 4.

Залезать на шею дракона ночью — задачка та еще. Нет, такой темноты, что хоть глаз выколи, не было. Звезды (кстати, сплошь незнакомые созвездия) подсветку кое-какую все-таки давали. Но все равно было темно.

Грозодыш вызвался меня нести на себе. Огнедыш принял миссию воздушного прикрытия и огневой поддержки. Представляю, что смогут сотворить два живых огнемета в мире, где оружие пока еще не достигло своего разрушительного пика.

Я устроился у основания шеи Грозодыша, между двумя выступами на гребне. Не так удобно, как на шее Огнедыша, прямо скажем. Шея у Грозодыша в пару раз толще. Ширины ног не хватало. Да и скользкая шея к тому же. Я судорожно вцепился в выступ.

— Ну что, оборотень, готов? — повернул голову ко мне Грозодыш.

— Ты шеей не очень крути! — отозвался я. — А то я точно буду «готов». Парашюта у меня тут не имеется, а парить подобно вам я еще не научился… Да, кстати, ты меня оборотнем не называй. То, что я какой-то оборотень, это еще доказать требуется.

— Ты не тараторь! — пыхнул дымком из ноздрей Грозодыш. — Я тебя спрашиваю: ты готов?

— Готов! — Я еще крепче ухватился за выступ.

Поддало в пятую точку, и горизонт резко расширился.

В лицо рванул не очень приятный резкий ветер. Глаза заслезились. Я вытерся рукавом и прищурился.

Грозодыш заложил пологий вираж и начал планировать в одному ему известном направлении. Чуть правее, выше и за нами засветились глаза летевшего параллельно с нами Огнедыша.

Судя по ощущениям, мы снижались. Я осторожно глянул вниз. Как и ожидалось, внизу было темно.

Кто-нибудь летал ночью на самолете? Я — летал. Скопища огоньков то тут, то там сопровождают такой полет. Это если лететь на не очень большой высоте. Здесь же была полная темень. И как это Грозодыш различает, куда надо махать крыльями? У него что, встроенный навигатор?

Вот он часто замахал крыльями, гася скорость. Меня чуть было не снесло с шеи монстра.

— Слазь, человечек! — потребовал он. — Ты смотри, вроде бы не большой, а тяжелый.

— Это ты, дед, старый, — пропыхтел рядом невидимый Огнедыш. — Я с ним уже летал. Нормально!

— Ты когда с ним летал? — осведомился старый дракон. — Вчера. Быть может, он сейчас силу нашего мира набирает. Вот и тяжелеет.

— Эй! — встревожился я. — А это сколько я набрать могу? Как бы землю не продавить от веса. Да и мышцы у меня не такие уж и развитые.

— Не волнуйся! — посоветовал мне Грозодыш. — Это явление временное. Постепенно вся масса перейдет в ауру и будет появляться только тогда, когда ты в дракона оборачиваться будешь.

— Фу-ух, а то я уже начал беспокоиться.

— Ладно! Иди за мной! Только постарайся это делать тихо и незаметно.

Хм. Тихо и незаметно? Да даже если бы я шел, распевая во все горло, это выглядело бы тихо и незаметно на фоне того топота и треска, который поднял Грозодыш вкупе с Огнедышем, двигаясь в лишь им известном направлении. Именно на него я и ориентировался, пробираясь вслед за драконами.

А вот и хижина отшельника или как там его? Одноэтажное бунгало. В небольшом оконце колебался огонек свечи, стоявшей у подоконника. Вот огонек взвился вверх и исчез, подхваченный чьей-то рукой.

Немудрено! Я бы тоже встревожился, заслышав «тихое и незаметное» передвижение непонятных масс за окном.

Заскрипела дверь, и на невысоком пороге появилась фигура человека в чем-то похожем на рясу. Капюшон откинут на спину. В свете свечи, которую человек поднял вверх, хорошо видно лицо. Это был старик с седыми усами и бородой. Волосы, такие же седые, спадали на его плечи.

— Ты, как всегда, очень вежлив Грозодыш, предупреждая меня о своем прибытии еще издали, — с улыбкой сказал хозяин. — Итак, приветствую тебя. Что на этот раз?

— Да? А мне казалось, что я не очень шумел, — смущенно пророкотал Грозодыш. — И я приветствую тебя, Итэл. Привело меня к тебе неотложное и очень секретное дело.

— У тебя все дела неотложны и секретны, — заметил Итэл, еще выше поднимая свечу, пытаясь рассмотреть Огнедыша, пристроившегося за спиной Грозодыша. — Я вижу, ты сегодня прибыл ко мне не один. Что это за молодой дракон за тобой?

— Это Огнедыш, весьма способный юноша, — представил своего напарника Грозодыш. — Но я привез сюда еще одного посетителя… Эй! Лев, подойди!

Я нерешительно сделал несколько шагов в сторону Итэла, который, кажется, был сильно удивлен, увидев меня.

— Человек?

Он сделал несколько быстрых шагов в мою сторону и приблизил ко мне свою свечу.

— Действительно, человек, — пробормотал отшельник и повернулся к Грозодышу. — Быть может, ты пояснишь мне, что происходит и что тебе от меня требуется?

— Это весьма способный человек, — со значением сказал Грозодыш. — Об этом свидетельствует хотя бы то, что он смог освободить Огнедыша из западни. Как ты понимаешь, мы ему за это несколько обязаны.

— Но откуда он появился там, у вас в горах? — недоумевал Итэл.

— Я там был как жертва, — вздохнул я, решив вставить свои пять копеек. — Меня орки назначили жертвой, причем не спрашивая на это моего согласия. Ну не свинство ли?

— Так, значит, орки нарушили Великий договор? — нахмурился старик. — Это может обернуться крупными неприятностями как нам, так и оркам. Раны той страшной войны еще не зажили.

— Да нет, — вынужден был сказать я, чтобы быть справедливым. — Они не нарушали. Это я заблудился и зашел на их земли.

Итэл выглядел обеспокоенным. Он внимательно всмотрелся в мое лицо и покачал головой.

— Ты сумасшедший? Как ты мог так заблудиться? Хорошо, что они тебя не сожрали. Я должен знать всю твою историю!

— На это у вас еще будет время, — быстро сказал Грозодыш. — Именно по этому поводу мы и прибыли к тебе.

Итэл, еще раз недоверчиво взглянув на меня, обернулся к Грозодышу:

— Говори, мой друг! Надо покончить с этим до рассвета. Какое ко мне дело?

— Возьми этого юнца к себе и научи его, — попросил Грозодыш. — В нем есть искра дара, я это ясно вижу. К тому же он — человек. И жить у нас ему будет… Как бы это сказать? Не слишком удобно.

— Взять его к себе? — переспросил Итэл. — А как я объясню его появление? Что я отвечу на вопросы королевских приставов, которые заинтересуются им?

— Ты маг или кто? — начал сердиться Грозодыш. — Неужели ты не в состоянии решить эту мелочь? Или ты с годами утратил свою силу?

— Хм… — Старик ухватился свободной рукой за бороду и еще раз внимательно всмотрелся в мое лицо. — Ладно! Я, конечно, могу отвадить приставов. Но я хочу быть уверенным, что игра стоит свеч. И потом, он же будет на моем довольствии. А я не богат и пока еще не смог создать золото. Ты понимаешь, о чем я, мой друг?

— Сколько? — напрямик спросил Грозодыш.

— Ну, я думаю, десяток золотых будет вполне достаточно на ближайшее время, — отозвался Итэл.

Дракон даже крякнул, заслышав запрошенную сумму.

— Одумайся! — запротестовал он. — Почему ты не хочешь поступать бескорыстно, подобно нам?

— Потому что бескорыстие обходится очень дорого, — хладнокровно отозвался Итэл. — Вполне вероятно, что в дальнейшем этот молодой человек и сможет себя обеспечить. Но сейчас, судя по тому, что умудрился забрести на территорию орков, он способен только ввести меня в расходы. Я-то довольствуюсь малым. А вот у него получится?

«Получится! Он сможет довольствоваться малым», — было написано на морде Грозодыша. Но здравый смысл все же взял верх.

— Ладно! — буркнул дракон. — Будет тебе десять золотых. Завтра ночью я их тебе доставлю. Но ты мне отчитаешься за каждую потраченную монету!

— Вот это другое дело! — одобрительно заметил Итэл. — Эй, парень! Как там тебя? Лев, если я правильно запомнил. Ступай в дом!.. Рад был тебя видеть, Грозодыш.

— Взаимно! — буркнул тот.

— Так, значит, завтра ночью я тебя жду, — напомнил Итэл.

— Я не привык повторять дважды, — еще более сердито отозвался Грозодыш.

Видно было, что будущая утрата десяти золотых его сильно расстроила.

Я оглядывался по сторонам, оценивая убранство жилища Итэла. Ничего особенного. Во всяком случае, ничего такого, что свидетельствовало бы о том, что хозяин — маг. Ни тебе чучел всяких неведомых зверушек, ни вязанок трав и высушенных дохлых мышей, ни хрустальных шаров на худой конец.

Скромно заправленная кровать в углу. Стол посреди комнаты, застеленный простой, льняной на вид скатертью. На столе лежал свиток, придавленный с двух сторон, чтобы не скручивался, двумя же камушками. Рядом стояла свеча, которая освещала это скромное жилище. Пара стульев. Две полки, заставленные книгами, у входной двери. Чистый, отскобленный пол из струганых досок прикрывал грубый половичок. Еще одна дверь напротив входной вела, по всей видимости, на кухню (ну не духом же святым питается Итэл?). Как оказалось впоследствии, я был прав. Под единственным окном громоздился большой сундук…

— Ну что? — спросил Итэл, входя в комнату и закрывая за собой дверь. — Осматриваешься? Правильно! На несколько ближайших лет этот дом станет и твоим. Я тебе сейчас постелю на полу. Сам видишь, второй кровати у меня нет. Потом, быть может, и справим.

— Я так понял, что ты маг? — прищурился я.

— Да. И что? — недоуменно поднял брови старик.

— И что же тебе мешает колдануть вторую кровать?

— Как-как ты сказал? — нахмурился Итэл. — Колдануть? Мальчишка! Да будет тебе известно, что я не колдун! Колдовство — это удел черных волхвов. Не приведи Единый тебе попасть в их лапы!

— Угу! Что-то в этом роде я уже слышал, — вспомнил я.

— Правильно слышал! И еще не раз услышишь. Ибо это истина! Но ни магия, ни колдовство не помогут сотворить кровать, коль ты не знаешь заклинания, способного это сделать. — Итэл перевел дух и добавил: — А я не знаю этого заклинания. Да и к чему мне оно? Жил же до сих пор один. Вторая кровать мне была ни к чему.

Маг подошел к сундуку и откинул тяжелую крышку.

— Вот тут есть что постелить на пол, чем укрыться и что под голову, — проговорил он, возясь в сундуке. — Ты где желаешь устроиться? Только вон под той стеной не советую. Там сквозняки гуляют.

Я уныло наблюдал за действиями Итэла.

Судьба совершила очередной поворот. А сколько еще их предстоит?

Сердце терзала острая тоска по дому и желание немедленно оказаться в гостеприимном домике бабки Мани. А какие у нее мягкие перины! А какая вкусная еда и хлеб! Да в конце-то концов, это же дома!

— Чего стоишь как истукан? — услышал я сердитый окрик хозяина. — Устраивайся и спать! Завтра ты мне расскажешь свою историю. Тогда и посмотрим, что с тобой дальше делать.

Я кое-как постелился, разделся и юркнул под одеяло. Итэл кивнул, резко загасил свечу и зашуршал одеждой.

Тьма нахлынула на меня. Я поправил узел, служивший мне подушкой. Было твердо, но я уже как-то привык к отсутствию мягкой постели.

Закрыл глаза, вспоминая родной дом. Сон незаметно захватил меня. Мне снилось, что я снова на рабочем месте, подбираю комплектацию к очередному шедевру наших конструкторов…

— Ну ты и здоров спать! — ворвался в мое сознание голос.

Я испуганно подскочил, оглянулся и тоскливо вздохнул. С каким бы удовольствием я поменял бы сон и явь местами.

Итэл как раз появился на пороге своей кухни с двумя испускающими пар кружками в руках.

— Быстро одевайся и беги во двор! — распорядился он. — Человеку надлежит держать себя в полном порядке. Тогда и мысли будут в порядке, и настроение. Это и магов касается.

Я вышел во двор и осмотрелся по сторонам. А что? Этот Итэл тут неплохо устроился. За его домом протекала речка не речка, а порядочный ручей. Утоптанная тропа вела к беседке, укрытой пышным кустарником сирени.

Почему сирени? Да кто же его знает. Мне кажется, что это была сирень. Уж больно похоже.

Вокруг шумел пышными кронами деревьев лиственный лес.

Пока я умывался, мне вспомнилось предостережение Грозодыша о том, чтобы я держался подальше от эльфов. Уж больно это дотошный и хитрый народ. Хм, если тут есть орки и драконы, то почему бы не быть эльфам? И как меня угораздило сюда влипнуть?

— Присаживайся! — пригласил меня Итэл, когда я вошел в дом. — Давай выпьем утреннего отвара с пирогом вприкуску. А ты мне расскажешь свою историю.

Отвар был приятным на вкус. Сюда бы еще пару ложечек сахарку, так вообще была бы песня. Я отхлебнул пару глотков и со значением кивнул.

— Бери пирог! — Итэл щедро отрезал ножом большой кусок пирога. — Грибы вчера я насобирал.

— Надеюсь, это не мухоморы, — буркнул я, рассматривая срез.

Не знаю, в чем старик уловил юмор, но он весело рассмеялся.

— Просто я не доверяю грибам, собранным не мною, — пояснил я.

— Одно из умений, которым я тебя буду обучать, это умение различать яды, — отсмеявшись, сообщил Итэл. — Кстати, мухоморы, если их правильно обработать, вреда не приносят, а дают свободу уму и воображению…

— А также дают привыкание и через пару лет готовенького наркошу, — подхватил я. — Знаем, проходили!

— Об этом потом! Ты давай рассказывай! — напомнил мне Итэл.

Я по новой начал свой рассказ о себе. Предостережение Грозодыша о тайне моей сути заставило меня осторожнее выбирать слова.

Мне понравилось, как Итэл меня слушал. Он не перебивал, не охал, не переспрашивал. Тем не менее чувствовалось, что история моя его захватила.

— Ну что же, — задумчиво откинулся маг на спинку стула. — Это, конечно, очень интересно. Я так понимаю, что ты не все мне рассказал. Что-то утаил от старика?

Я открыл было рот, чтобы оправдаться, но Итэл успокаивающе поднял ладонь:

— Не надо! Я все понимаю. Трудно было бы довериться человеку, которого совсем не знаешь. Я постараюсь, чтобы доверие между нами было полным. В конце концов, это моя задача как твоего наставника. Быть может, позже ты расскажешь то, о чем сейчас умолчал…

Старик поднялся из-за стола и подошел к окну.

— Первым делом нам следует определить, к какой стихии ты имеешь склонность и какова сила твоего дара.

— Ага! Так, значит, Грозодыш был прав? — заинтересовался я. — И у меня действительно есть дар?

— Дар есть практически у каждого человека, — пожал плечами Итэл. — Только у немногих он настолько силен, что позволяет управлять стихиями.

— А при чем тут стихии? — удивился я. — Разве не заклинаниями осуществляются все эти магические штуки?

— Заклинания — это, по сути, только ключ, — мотнул головой Итэл. — Они активизируют те или иные силы стихий на выполнение тех или иных действий. Но действие осуществляется, только если читающий заклинание имеет власть над одной из стихий.

— Ух ты! — выдохнул я. — А как мы определим, какой из стихий не повезло попасть под мою власть? И какие стихии мы имеем в наличии?

— Эк мудрено ты выражаешься, — усмехнулся Итэл. — Я начинаю верить, что ты имеешь образование. Только оно тебе тут ни к чему… А имеем мы четыре стихии: земли, воды, воздуха и огня.

— И это все? — удивился я. — Эти четыре стихии и владеют всем миром?

— Не все так просто, — строго сказал Итэл. — Конечно же не всем. Есть еще и дикие силы, силы природы (ими владеют в основном эльфы), Хаос и Порядок. Я, кстати, адепт земли. Но лучше будет тебе пока туда не лезть. Давай займемся делом!

Итэл прошел к своему сундуку и вытащил оттуда толстенную книгу в кожаном переплете.

— Постель не забудь сложить! — распорядился он, выпрямляясь. — Не дело беспорядок тут разводить.

— Бу сделано, — браво отозвался я.

Итэл положил книгу на стол и открыл ее.

— Давно я уже не брал ее в руки, — печально заметил он, ласково поглаживая пальцами обрез страниц. — С тех самых пор, как проводил обряд со своим сыном.

— У тебя есть сын?

Как-то не вязался облик Итэла с образом примерного семьянина, окруженного многочисленными детьми.

— Был, — коротко отозвался старик.

— А где он сейчас? — не мог успокоиться я.

— Это не важно, — отрезал Итэл. — Не будем о печальном. У нас сейчас есть более важные дела.

Он начал что-то тихо читать вслух. В комнате потемнело, как будто наступили поздние сумерки. Вокруг меня закружились в хороводе странные разноцветные знаки. Они были всюду, куда ни бросишь взгляд. Кружение знаков ускорялось, они перемигивались, менялись местами, изменяли форму.

Особенно бросались в глаза знаки с ярко-оранжевой окраской. Их становилось все больше и больше. Пока вокруг меня не образовался настоящий купол оранжевого цвета. И вдруг… пуфф! Вверх взвились языки яростного пламени. И это пламя неистовствовало. Я шел сквозь пылающее пространство. Оно не обжигало и не пугало. Я чувствовал, что могу управлять им. Не знаю, наверное, нет слов, чтобы описать все чувства, которые овладели мной. Но главным было спокойствие, я словно бы попал в родную стихию или родной дом, в котором всегда есть для меня место и который готов приютить и защитить меня от всех жизненных невзгод, что подстерегали меня снаружи…

— Эй! Лев!.. Лев, очнись!

Я почувствовал, как меня легонько похлопывают по щекам.

— А? Что со мной? — Я резко принял сидячее положение.

Оказывается, что до этого я вольготно располагался на полу, под столом.

— Уже все нормально, — успокоил меня Итэл, отодвигаясь в сторону. — Ты на некоторое время выпал из реальности. Так всегда бывает, когда обряд проходит будущий маг. Простой человек даже не замечает ничего. Слишком слаба связь его с выбранной стихией… Кстати, с какой стихией?

Итэл пытливо уставился на меня.

— Какой? — тупо повторил его вопрос я.

— Это ты мне скажи: с какой! — рассердился Итэл. — Что ты видел, когда выпал из нашей реальности?

— Огонь видел, — признался я.

— Факел, свечу? — уточнил Итэл.

— Нет, — покачал головой я.

— …Костер? — с проснувшимся интересом спросил маг.

— Нет.

— В какой форме был огонь? — нетерпеливо был задан новый вопрос.

— Ни в какой! — отрезал я. — Не было формы. Не было конца и края. Было море огня. Огонь со всех сторон.

Глаза старика ошеломленно расширились и округлились. Понадобилось несколько долгих моментов, чтобы он хоть немного овладел собой.

— Но этого не может быть! — тихо сказал он. — Человеку не под силу овладеть такой мощью… Но ты не сгорел. Значит, все же… Ты мне правду сказал?

— Чистую! — устало отозвался я.

Итэл плюхнулся задом рядом со мной.

— Быть может, то, о чем ты умолчал, и объясняет все это? — наконец пришел к какому-то решению он. — Да и поведение драконов, существ прагматичных и рациональных, не было типичным для них… Кто же ты, Лев?

— Хотел бы я сам знать, — откликнулся я. — Понятия не имею. Знаю только одно: пару дней назад я был обычным человеком, без всяких этих заскоков.

— Очень интересно! — внезапно оживился Итэл. — Ты поставил передо мной трудную задачу, парень. И я буду не я, если не решу ее. Значит, так. Я буду обучать тебя, но я буду и изучать тебя. В конце концов, ты же сам должен быть заинтересован в том, чтобы знать, кто ты! Согласен?

— А куда я денусь? — уныло сказал я. — Согласен.

— Тогда встал! — внезапно резким тоном приказал Итэл. — Подтянулся, собрался! Нам предстоит много работы и учебы. Раз пламя, то приходим к выводу — огненный маг. Огненный маг — это боевой маг. Значит, тебе предстоит изучать заклинания огненной стихии. Раз ты боевой маг, то тебе еще предстоит изучить боевые искусства. Ими должен владеть каждый маг, но особое внимание уделяется именно боевым… Еще! Раз уж так получается, что сила стихии немалая, то тебе придется скитаться по миру. Это означает, что придется узнать тонкости политики и дипломатии… Что с тобой?

Это Итэл заметил наконец выражение моего лица. Ну как бы вам описать его? Попробуем так: вам врезали по голове пыльными мешками, причем одновременно с двух сторон, причем вы остались в сознании. Вот так примерно все и выглядело.

— И всему этому обучать меня будешь ты? — слабым голосом поинтересовался я. — Сколько столетий займет процесс обучения?

— Я бы не был таким оптимистом, — ухмыльнулся маг, когда до него дошел смысл моего сарказма. — Учиться придется всю жизнь. Да и на послесмертие хватит. Ты прав, всему этому я тебя обучать не буду. По части боевых искусств есть соответствующие люди, которые знают свое дело в совершенстве. Для политики и для этикета также существуют учителя. Именно на оплату их работы нам и нужны будут деньги. Пожалуй, десяти золотых нам будет маловато…

— Так потребуй больше, — отозвался я. — Вот ночью Грозодыш прилетит, потребуй!

— Ты хоть представляешь, что такое требовать у дракона деньги? — ужаснулся Итэл. — Поразительно еще, что он на эти-то расщедрился!

— Но ты же сам сказал, что у тебя денег нет, — напомнил я. — Я вчера все слышал.

— Так-то оно так, — кивнул Итэл. — Но я еще хочу пожить. А требовать у Грозодыша дополнительную плату — это означает подписать себе смертный приговор. Придется работать над другими вариантами. Эх, не хотел я этого, но придется.

— Это ты о чем? — подозрительно спросил я.

— Придется нам с тобой отправиться в город, — вздохнул маг. — Лет сто назад я оттуда сбежал. От докучливых просьб и «заманчивых» предложений. Но делать нечего. Только так можно заработать денег на твое обучение. Там есть у меня особнячок. Не то чтобы очень роскошный, но достаточно уютный.

Вот это очень хорошо! Я с большим одобрением слушал рассуждения мэтра. Меня уже как-то достала жизнь на природе. Со всем комплексом удобств, которые, как правило, располагались во дворе. Быть может, хоть в городе этот вопрос будет решен? Тем более что приближалась зима. Вы понимаете, о чем я говорю.

— …Придется открыть дорогу, — рассуждал тем временем Итэл. — А как же иначе? Но это означает, что сюда сможет прийти всякий, кому не лень.

— Можешь мне поверить, — вмешался я, — что сюда идти будет лень! Достаточно оставить какого-нибудь сторожа с оружием, и лень восторжествует.

— Молодец! — одобрительно заметил Итэл. — Только оружия я оставлять не буду. Мой сторож уже сам по себе оружие. Где-то тут поблизости бродила парочка неприкаянных духов. Вот их я и приспособлю для этой службы. Конечно, для мага они не представляют особой опасности, но простого человечка потрепать могут качественно!

Итэл поспешно собрал с полок свои книги и сложил их в сундук.

— Чего ты расселся? — повернулся он ко мне. — Давай собирай вещи!

— Да у меня в общем-то никаких вещей не имеется, — промямлил я.

— Зато у нас они имеются! — веско поправил меня маг. — Собирайся! После того как я встречусь с Грозодышем, мы отправимся в город.

— Ночью? — ужаснулся я.

— Нет, ранним утром, — заверил меня Итэл. — Знаю я этого летающего ящера. Обязательно под самое утро заявится, тем более с деньгами.

— А как город зовется?

— Тристорн, — проинформировал меня Итэл. — Кстати, коронный город. Это означает, что там стоит отряд королевской гвардии. А это в свою очередь значит, что мы сможем найти воина, который тебя обучит боевым искусствам.

Вот чего у Итэла не отнять, так это опыта. Прав был старик. Грозодыш заявился под самое утро. Точно вам говорю. Небо уже начало сереть, когда мы услышали характерную «тихую» походку дракона. Я даже выспаться за это время успел.

— Ну что, Итэл? Как тебе ученик? — поинтересовался Грозодыш после взаимных приветствий.

— Неплох, — хмыкнул Итэл. — Интересен. Берусь за его обучение.

Эй! Этак он промолчит о материальных трудностях. Дело, конечно, хозяйское, но я был твердо намерен обеспечить себе более светлое будущее. А как же без денег его обеспечить?

— Грозодыш! — вмешался я. — Мы тут подсчитали и прослезились.

Мне показалось или лицо Итэла испуганно исказилось?

— Ты о чем, Лев? — повернул ко мне башку Грозодыш.

— Расходы у нас будут значительно больше, чем мы предполагали, — пояснил свою мысль я. — Десяти золотых ну никак не хватит.

— И чего ты хочешь? — Глаза дракона прищурились.

Итэл, пользуясь тем, что дракон повернул в мою сторону голову, делал мне отчаянные знаки, умоляя закрыть тему прежде, чем ее закроет Грозодыш.

— Я понимаю, что деньги у тебя на грядке не растут, но дело того стоит, чтобы накинуть нам еще деньжат, — твердо сказал я.

Да, как-то не очень уютно себя чувствуешь под таким взглядом.

— А тебе не кажется, человечек, что требовать деньги у Грозодыша — большая глупость? — тихо поинтересовался Грозодыш.

Ну это ему казалось, что тихо. Рев реактивного истребителя на взлете был не намного громче.

— Не реви так! — попросил я. — Итэл вчера открыл дорогу. Кто его знает, что может на рев появиться. Я не требую, а поясняю ситуацию. В конце концов, качественный огненный маг требует качественного вложения средств.

— Нахал! — выдохнул Грозодыш.

— Не без этого, — скромно подтвердил я.

— А ты что скажешь, Итэл? — повернулся Грозодыш к побледневшему магу.

— Мальчик прав, — кашлянув, проговорил тот. — Есть целый список наук, которые я ему преподать не могу. Значит, надо будет обращаться за помощью к другим людям. Сам понимаешь, за так никто работать не станет.

— У меня бы работали и за так, — буркнул Грозодыш. — Есть очень сильный стимул — желание жить.

— Я на тебя не очень-то похож, — качнул головой Итэл. — У меня так убедительно не получится.

На дракона жалко было смотреть. Завязалась грандиозная битва между жабой и пониманием того, что раскошелиться все же придется. Жаль, что тотализатора в этом мире нет. Я бы сделал ставку. Надо будет подумать над этим вопросом.

— Сколько тебе надо? — наконец сдавленным голосом спросил Грозодыш.

— Мы хотим, чтобы Лев приступил к занятиям боевыми искусствами немедленно, — деловым тоном сообщил Итэл. — Ну, я думаю, что двадцати золотых хватит для начала. А там мы уже сами подзаработаем.

— Да на фига дра… — взревел Грозодыш и резко замолчал, сообразив, что «прокол» состоялся.

— Что ты хотел сказать? — немедленно вцепился в оплошность дракона Итэл.

— Э-э-э… — стушевался Грозодыш. — Я забыл, что Лев не дракон, а нам, драконам, боевые искусства как-то излишни.

— Посмотри на мои волосы, Грозодыш, — строго сказал Итэл. — Они седы. Это на них оставил свой след опыт. Ты ведь совсем не то имел в виду! А что?

Грозодыш надулся и крепко защелкнул свою пасть, всем своим видом показывая, что больше от него не услышат ни слова.

— Можешь не отвечать, — хмыкнул Итэл. — Я уже и так догадался. Лев имеет какое-то отношение к вам, драконам. И вы очень заинтересованы в том, чтобы он получил навыки обращения с магией.

Итэл помолчал, ответной реакции от Грозодыша не дождался и продолжил:

— Рискну предположить, что раз уж Лев огненный маг, причем очень сильный маг, то имеется определенное родство. Как это могло случиться, не знаю, но еще подумаю над этим…

— Ну и кто тут эльф? — вяло поинтересовался я у Грозодыша. — Помнится мне, именно их ты опасался.

— Ты можешь сохранить эту тайну? — Дракон требовательно уставился на мага.

— Я обязан это сделать, — спокойно кивнул тот.

— Но не бесплатно! — ввернул я.

— Узнаю кровь, — покачал башкой Грозодыш. — Вон у меня под крылом сумка. Отсчитай тридцать золотых… Остальные не трогай!

— Да как вы умудряетесь с ними обращаться? — поинтересовался я, проходя к правому боку Грозодыша.

— Трудно, но приходится, — перемялся на передних лапах дракон.

«Так это они передними лапами управляются!» — дошло до меня. В принципе возможно, но уж больно они велики и неуклюжи, на мой взгляд.

ГЛАВА 5.

— Вот тут и будем обустраиваться! — весело заявил Итэл. — Как тебе это скромное обиталище?

Ну и ничего же себе скромное! Я как зачарованный оглядывался по сторонам. Это был тот самый особнячок, о котором говорил Итэл.

Двухэтажный дом с ухоженным садом и подсобными помещениями. Несколько немолодых уже слуг содержали все хозяйство в идеальном порядке. Конечно же в этом была заслуга управляющего, на которого Итэл возложил ведение всех дел в поместье.

Как оказалось, Итэл жил не таким уж отшельником. Он иногда наведывался в свои владения.

Старик прошагал к мебельному шедевру с множеством ящиков и, повозившись с небольшим ключиком, открыл один из них.

— Прежде всего я заплачу слугам, — пояснил он мне.

Я ошарашенно наблюдал за магом, который достал из ящика мешочек, наполненный отнюдь не медными монетами.

— А-а-а… — все же удалось извлечь мне из недр изумленного организма.

Поясняя свое красноречие, я потряс мешочком с тридцатью золотыми, которые мы с риском для жизни стянули с Грозодыша.

— А? — поставил я заключительную интонацию.

— Ну должен же я на этом что-то заработать, — невозмутимо отозвался Итэл. — И потом, я же предостерегал тебя.

— Но ты мне ни словом не обмолвился, что у тебя тут целая сокровищница! — возмутился я. — Как это называется?

— Это называется предусмотрительность, — усмехнулся Итэл. — У тебя не получилось бы так естественно, если бы ты знал о моих сбережениях.

— И куда я попал? — обескураженно уселся я в столь удачно подвернувшееся кресло.

— Напомнить? — поднял кустистые брови старик.

Он подошел ко мне и пристально на меня посмотрел.

Я с удивлением почувствовал, что успокаиваюсь и настроение мое улучшается. Несомненно, тут без вмешательства мага не обошлось.

— Слушай меня внимательно, Лев! — присел напротив меня он, придвинув стул на резных ножках. — Мне самому не очень нравится тут жить и быть тем, кого тут знают как мага Итэла. Именно поэтому я и сбежал в ту хижину. Была даже мысль все это сбыть за гроши, но я не мог бросить на произвол судьбы своих слуг, которые преданно служили мне уже не один десяток лет. Но, когда появился ты, я понял, что поступил не только благородно, но и очень предусмотрительно. Именно благодаря тому, что я не распрощался со своим добром, мы сможем дать тебе необходимые знания и умения… Кстати, я думаю, что имя Лев тебе не идет. Будет значительно лучше, если тебя будут называть Левиус.

— Но зачем ты вводил в заблуждение драконов? — все никак не мог понять я. — Они считают, что ты бедный и несчастный отшельник.

— Пусть и дальше так считают, — отмахнулся Итэл. — Им только дай волю. Даром даже жабы на болоте не квакают! И вообще, я бы советовал им не особо доверять. Несомненно, они связывают с тобой какие-то свои интересы. Они тебя хоть в них посвящали?

Я вынужден был сделать отрицательное движение головой.

— Вот то-то и оно! — многозначительно сказал Итэл.

— А кому же мне можно доверять? — печально поинтересовался я.

— Никому! — твердо отозвался маг. — Ну, кроме меня, естественно.

Пришлось одарить Итэла ироничным взглядом.

— Для доверия мне у тебя есть основания, — правильно истолковал мой взгляд старик. — Связь между наставником и учеником — это нечто большее, чем просто общение. Ты это сам со временем поймешь.

Особо отдохнуть Итэл мне не дал. Он почему-то решил сразу же начать отрабатывать тридцать серебреников. Это я так сообразил, когда решил, что драконы меня продали этому изуверу. А как его еще назвать?

— Левиус, а вызови-ка мне свою стихию, — ласково попросил меня Итэл, когда мы прошли в так называемую комнату для занятий.

Вот только вопрос: какими занятиями тут увлекались? Самым подходящим названием для этой комнаты было «бункер». Находилась она в подвале. Я с некоторым удивлением рассматривал сложенные из каменных плит стены и мощный, какой-то бугристый потолок. Мебелью особой это помещение не баловали. Только у входа стояло что-то похожее на табурет. Вот на него и опустил свое седалище Итэл. А мне пришлось стать перед ним посреди комнаты.

Просьба Итэла вызвала у меня недоумение. Что означает вызвать стихию? Чего ее, по имени позвать или свистнуть, как собачке?

— Вспомни свое состояние, когда увидел огонь, и призови его сюда, — терпеливо пояснил мне Итэл. — Ты должен научиться это делать мгновенно. Порой от этого будет зависеть твоя жизнь.

Ну если ты так просишь, то… Я закрыл глаза и попытался вспомнить свои ощущения. Пламя… Пламя колыхалось вокруг меня. А как же его призвать? Попробую вот так… Вернуться, не отпуская его.

Испуганный вскрик, грохот упавшего табурета, Итэл, прижавшись к двери, испуганно таращил на меня глаза.

Что не так? Я же призвал пламя! Оно плясало на моих руках, плечах, голове, струилось по ногам, оплетало все тело. Яркие огненные языки выстреливали во все стороны. Вон табурет уже готов вспыхнуть.

— Лев, прекрати это немедленно! — крикнул Итэл.

Я нехотя отпустил огонь, который тут же исчез. Нет, что ни говори, а классное ощущение! Если доведется вернуться домой, то кое-кому я этот фокус покажу. Ничего личного, просто вышедший из-под контроля небольшой лесной пожар.

— Сам же просил призвать, — пожал я плечами.

Итэл осторожно прошел к своему табурету, пощупал его и снова на него умостился.

— Когда я попросил тебя призвать стихию, — пояснил он, — то имел в виду не всю стихию, которую ты можешь захватить, а только ее небольшую часть. Именно так стихия и получает доступ в наш мир.

— Я не все захватил, — огрызнулся я. — Там еще много оставалось.

— Тем более! — содрогнулся маг. — Призови самую малую ее часть.

Я снова сосредоточился и выхватил из пламени, которое меня окружило, один небольшой лепесток.

Я открыл глаза и с удовольствием наблюдал, как на моей ладони бьется язычок настоящего огня. Он не обжигал. Он был ласковый и теплый, как ручной зверек.

— Вот это другое дело! — довольно сообщил Итэл со своего насеста. — Это ничего, что он невелик. При необходимости вся сила пламени через него вольется в наш мир.

— И что, мне с ним так и ходить? — поинтересовался я. — Ну, меня он, предположим, не трогает. Но все остальное может подпалить за милую душу.

— Ничего он не подпалит, — поморщился маг. — Ну, если ты, конечно, не дашь ему такую команду. Это скорее символ, что стихия с тобой. Это, если хочешь, твой инструмент, которым ты и будешь производить магические воздействия. Вот, к примеру, как у меня.

Итэл протянул перед собой руку, выставив ладонь. Та слабо засветилась, и вокруг нее собрались комья земли, которые быстро переместились вперед и сомкнулись в шар.

— Ясно, — кивнул я. — То есть у меня язык пламени, у тебя — ком земли, у водяного мага — небольшое озеро, а у воздушного… А интересно, что у воздушного? Смерч?

— В свое время узнаешь, — отмахнулся Итэл. — Вот смотри!

Он шевельнул пальцами, что-то прошептал, и прямо перед ним вырос столб земли, который очень быстро достиг потолка и уперся в него.

Маг взглянул на меня, явно интересуясь, какое это произвело впечатление. Ну не расстраивать же его. Я с видом истинного ценителя покачал головой, поцокал языком и обошел вокруг столба, рассматривая его.

— Красавец! — Я похлопал по столбу ладонью. — Вот только один вопрос можно?

Итэл с довольным видом кивнул.

— А на фига нам этот столб?

Поместье Итэла находилось в центральной части Тристорна. Это город такой в королевстве Прамия. Ну, кто живет в городе, тому нетрудно будет его себе представить. Представили? А теперь забудьте! Надо сделать поправку на Средневековье! Это у нас города разрастаются что ввысь, что вширь. В этом мире все не так. Быть может, если собрать все население этого мира в одном месте, то получится что-то приличное. В чем я лично сомневаюсь. Ко всем факторам, влияющим на вымирание людей на Земле, добавьте еще немалую конкуренцию между другими разумными народами. И эти народы успешно сокращали поголовье друг друга.

Так что Тристорн был не таким уж и большим. В самом центре, на высоком холме, располагался дворец наместника.

Итэл назвал мне его имя. В нем было что-то уж слишком зубодробительное, с множеством приставок и титулов. Я кивнул и мгновенно забыл. Оно мне надо?

Этот дворец, пожалуй, был самым внушительным зданием в городе. Ну, за счет того, что располагался на холме. Скорее дворец был похож на замок. Высокие зубчатые стены, башенки на углах, мощные, окованные железом въездные ворота. Ну и конечно непременный атрибут всех замков — подъемный мост на толстенных цепях, перекинутый через ров. Я бы не назвал ров крутым. Не тянет он на такое определение. При желании его можно было бы преодолеть, не особо напрягаясь. Не знаю, что было внутри этих мощных стен. Меня не приглашали, а самого не тянуло узнавать. Итэл говорил, что там достаточно мило.

Хм, не знаю, что означает слово «мило» в устах Итэла, особенно если это сопровождается ироничной улыбкой.

Вокруг холма лепились дома местной знати и влиятельных людей. Это уж как водится.

Тристорн обладал всеми необходимыми атрибутам местных городов. То есть здесь имелся рынок, ратуша, центральная площадь, тюрьма и городская стена с воротами.

Стена была не особо высока, а ворота не особо прочны. Впрочем, как объяснил мне Итэл, недостатки фортификации компенсировались достаточным количеством магического люда. Или, проще говоря, магов. Уж и не знаю, что их привлекало в Тристорн. Но плотность магического населения тут была едва ли не выше, чем в столице королевства.

Также мне стало ясно, почему Итэл имел здесь достаточно привилегированное положение. Как маг земли, он мог обеспечить строительство любого здания магическими прибамбасами этой стихии. Прочность, долговечность, удобство проживания. Стены домов, в строительстве которых Итэл принимал участие, зимой грели, а летом охлаждали. Да и палисадники с цветниками вокруг этих домов были самыми пышными в городе. Но за все надо платить, и Итэлу исправно платили.

Управляющий лично растолкал меня утром. Я с трудом выкарабкался из кровати, недоумевая по поводу причины столь раннего подъема. Постоял в еще большем недоумении над произведениями местных портных, в которые меня решил обрядить Итэл.

Что это за рюшечки, воланчики и бантики? Количество маленьких пуговок в самых неподходящих местах было способно свести с ума. А расцветка? Земные модельеры отдыхают!

— Где моя одежда? — осведомился я у управляющего по имени Коргут, стоящего рядом со мной в ожидании торжественного выхода.

— Она перед тобой, господин Левиус, — бесстрастно ответил Коргут.

— Это не одежда! — сердито сказал я. — Где та одежда, в которой я сюда прибыл?

— Она никуда не годилась, и мы ее сожгли на заднем дворе.

— …!!! — ласково сказал я. — Вы же сожгли мою последнюю связь с моим миром. Ты не в курсе, что и я умею жечь? Причем у меня это получается гораздо масштабнее, чем какая-то кучка одежды.

— Господин Итэл распорядился, чтобы ты оделся в эту одежду и вышел в гостиную, — невозмутимо ответствовал управляющий.

Ты гляди! Его совершенно не тронули мои эмоции. Вот что значит вышкол!

— Но я же не знаю, как оно надевается! — взвыл я. — Я же моментально запутаюсь во всех этих пуговках, кружевах и ленточках! Это что, такое издевательство — обряжать своего ученика в чучело фиолетовой с зеленым расцветки? Где мои крепкие и надежные ботинки? Или ты хочешь сказать, что и их вы сожгли?

Надо сказать, что я вконец рассвирепел. В ладони расцвел достаточно большой костер, на котором при желании можно было приготовить и что-то существенное.

— Обувь, господин Левиус, хранится в кладовой. Господин Итэл сказал, что она не соответствует твоему положению, — все так же спокойно и бесстрастно отозвался Коргут. — Ученику самого мастера Итэла положена более изысканная и красивая обувь.

— А то, что она еще и надежной должна быть, мастер Итэл не говорил? — осведомился я, рассматривая странные башмаки с замысловатыми пряжками, которые только сейчас обнаружил на полу.

— У нас все надежно и добротно, — заявил управляющий. — Я помогу тебе одеться, господин Левиус.

Не могу сказать, что я кипел. Но вот то, что я закипал, — это факт.

Итэл поджидал меня в коридоре.

— Очень хорошо, что ты уже встал, мой друг, — благосклонно поприветствовал меня Итэл. — Пойдем, я хочу тебя кое с кем познакомить.

— Ну, между понятиями «я встал» и «меня встали» есть большая разница, — ворчливо отозвался я. — Ты не находишь, что время для знакомства уж больно раннее?

— В самый раз, — заявил маг, шагая впереди меня.

Мы вошли в гостиную. В глаза сразу же бросился субъект, торчащий посреди нее. Он был одет во все… Нет, не белое. А именно во все! И все это было блестящее, звенящее, громыхающее и ужасно неудобное, на мой взгляд, естественно.

Забрало было поднято и являло миру усатое лицо, преисполненное служебного рвения.

— Разреши тебе представить, господин Левиус, — чопорно начал Итэл, — мастер мечей Бронис, капитан коронного полка мечников его величества. Весьма достойный кавалер.

Бронис с лязгом вытянулся по стойке «смирно» и вскинул в приветствии руку.

— А это господин Левиус, — продолжил с приятной улыбкой Итэл. — Мой ученик и будущий боевой маг.

Еще раз вскинутая рука показала, что капитан уловил представление.

— Именно капитан будет обучать тебя владеть оружием, — сообщил мне Итэл.

— И что, мне для того, чтобы этим оружием овладеть, придется каждый раз вставать в такую рань? — осведомился я, пристально рассматривая новоявленного учителя.

На начищенном нагруднике капитана сияли три щитка. Два золотых и один серебряный. Как я потом узнал, они свидетельствовали о проведенных военных кампаниях. Что-то вроде медалей. На поясе висел полуторный меч в добротных ножнах. Ясно! Бронис один из тех, кто предпочитает умереть не своей смертью, в кругу семьи, близких и иных наследников, а на поле брани от какой-нибудь скверной раны.

— Воин должен стойко переносить тяготы и лишения военной службы, — рявкнул капитан Бронис.

Ну что я говорил?!

— Так это что, меня уже и на военную службу подписали? — удивленно повернулся я к магу. — По-моему, в нашем трудовом договоре такого пункта не значилось.

— Нет-нет, — торопливо отозвался мастер. — О военной службе речь конечно же не идет. Ты будешь брать уроки навыков владения мечом у уважаемого капитана. Но будешь это делать ежедневно и примерно в одно и то же время.

— А без этого никак нельзя? — жалобно спросил я.

Ну не вдохновляло меня то, что придется вскакивать каждый день в такую рань. Еще больше не вдохновляло то, что придется надевать эти тряпки, не совсем проснувшись.

— Я ведь собираюсь стать магом, а не мечником. Огоньком любого врага побалую. Вон у меня его сколько. Зачем же его, сердешного, еще после этого острыми железками тыкать?

— Перестань ныть! — отрезал Итэл. — Да будет тебе известно, что в благородных поединках применение магии запрещено. Не умея владеть мечом, ты становишься беззащитной добычей для любого, кто этого захочет.

— Так пусть любой, кто этого захочет, встретится со мной в неблагородном поединке, — предложил я. — А там уже я его порву, как Тузик грелку. С чего это я буду участвовать во всех этих благородных поединках?

— Ты — маг, — просветил меня Итэл. — И как маг ты принадлежишь к благородному сословию. Тебе могут бросить вызов, от которого ты отказаться будешь не вправе.

— И что, все так безнадежно? — вздохнул я, вновь возвращаясь к разглядыванию бесстрастного капитана.

— Даже более чем, — хмыкнул Итэл.

— И что еще на мою бедную голову?

— Есть артефакты, которые могут подавлять магические способности, — любезно продолжил маг. — И тут уж приходится рассчитывать только на свое умение собственноручно уничтожать врага. Этих артефактов конечно же немного, но они есть. В том числе и у черных волхвов.

— Это те, к которым мне категорически не советуют попадать? — уточнил я.

— Они самые, — кивнул Итэл.

— Идем! — распорядился Бронис, поворачиваясь к двери.

— Что? Прямо сейчас? — Я недоверчиво повернулся к мастеру. — А как же завтрак? И потом, надо же привести себя в порядок. Зубы там почистить, лицо умыть.

— Перед схваткой лучше не есть! — проинформировал меня Бронис, не оборачиваясь. — Тогда после ранения в живот есть шанс выжить. А зубы и потом можно будет почистить. Ну, те, которые останутся, по крайней мере.

— Не волнуйся! — попытался успокоить меня Итэл, заметив на моем лице признаки легкой паники. — Если что, то зубы мы потом новые вырастим. Я все-таки целитель не из последних.

— Меня и те, что имею сейчас, устраивают, — зло сказал я, поняв, что неизбежного не избежать, уж простите за тавтологию.

ГЛАВА 6.

Капитан широко шагал по улице, лязгая и гремя всеми сочленениями. За ним, стараясь не отставать, плелся я. Мне было страшно неловко в новом костюме. Так и казалось, что все пялятся на меня, оценивая идиотский фасон и не менее идиотскую расцветку. Хотя, честно говоря, прохожих на улице было негусто. Оно и понятно. Кому охота вставать в столь ранний час?

Капитан Бронис пролязгал через весь город к казармам коронного гарнизона. Поражаюсь его выносливости. Это же сколько железа он на себе таскает? И ничего! Я и то вспотел. А он шагает и шагает. Быть может, и он потеет, но внешне этого не заметно.

Караульные у входа лихо вскинули алебарды, отдавая воинский салют капитану.

Тот остановился, поднял забрало и окинул строгим взглядом воинов.

— Почему кончик алебарды не начищен должным образом? — грозно спросил он правого караульного. — После вечернего построения перечистить все алебарды отряда! Я лично проверю. Понял, воин?

Караульный не шелохнулся, глядя перед собой застывшим взором. Капитан удовлетворенно кивнул и двинулся дальше.

— А чего он не ответил? — спросил я, нагоняя Брониса.

— Кто? — поинтересовался тот.

— Ну, караульный.

Капитан остановился, недоуменно рассматривая меня.

— Как это караульный может ответить, если ему запрещено разговаривать на посту? — попытался сообразить Бронис. — Да если такое произойдет, то он получит полсотни плетей и вылетит из коронного полка куда-нибудь на границу.

— Хорошо, что я не солдат, — тихо пробормотал я.

— Подожди здесь! — распорядился капитан и направился к невысокому зданию в глубине двора.

Ждать долго не пришлось. Через несколько минут он снова явился передо мной. Но вид его разительно изменился. Теперь Бронис был одет значительно легче. Серые штаны заправлены в мягкие сапожки, серая же рубаха свободного покроя. Талия перетянута поясом с неизменным полуторником в ножнах. На левой руке укреплен небольшой щиток, закрывающий кисть руки.

— Ну что, маг? — ухмыльнулся Бронис. — Пойдем выбирать тебе оружие? Хотя, честно говоря, я сомневаюсь, что ты сможешь совладать с чем-то, что больше зубочистки.

Выбирал оружие не я. Выбирали оружие мне. Это существенно. В итоге я оказался счастливым обладателем неудобной железяки длиной примерно сантиметров девяносто. К тому же она была тяжелой, зараза!

— Это что? — поинтересовался я, рассматривая меч.

Как же им орудовать, если я даже не знаю, с какого конца за него взяться?

— Это славный клинок, — со значением сообщил мне капитан.

Умеет держать маску, стервец. Видно же по глазам, что смех так и рвется наружу.

Я сравнил произведение искусства в его ножнах с тем, что неумело держал в руке. Точно! Издевается… Надо мной издевается. Не самая мудрая линия поведения, это вам любой скажет, кто имел такое несчастье избрать попытки меня «опустить» морально.

Только одно удержало меня от немедленного воплощения возмездия в жизнь. Это соображение, что капитан таки владеет этой железкой, а я — нет. Ну что же. За мной должок?

— Позволь спросить, — вежливо обратился я к Бронису, — а славным он уже был или еще только собирается стать?

— Это полностью зависит от тебя, — невозмутимо отозвался капитан. — А сейчас пройдем на площадку. Да, и разденься до пояса!

Да я же не против! Становилось жарко. Вот только как это сделать? Я с тоской взглянул на свой камзол и решительно рванул лацкан. Пуговки с дробным стуком посыпались на пол.

— Ну, зачем же столько эмоций? — приподнял бровь Бронис, оборачиваясь ко мне.

Ты гляди, какие мы слова знаем! Оказывается, не такой уж он солдафон, каким показался мне вначале.

— Это не эмоции, — проинформировал я. — Это наиболее рациональное в данной ситуации решение. Если бы я начал расстегивать все, что тут было застегнуто, то учеба закончилась бы, так и не начавшись.

Мне показалось или действительно в глазах капитана мелькнуло одобрение?

Через час я уже полностью осознал, какую свинью подложил мне Итэл.

Первым делом капитан придирчиво осмотрел мою спортивную фигуру. Вернее, это я раньше думал, что она спортивная.

— М-да, — хмыкнул Бронис после осмотра. — Я бы тебя в свой отряд не взял. Слишком слаб.

— А я что, просился к тебе в отряд? — осведомился я. — Что-то мне подсказывает, что у тебя в отряде собраны только любители страданий. У нас таких называют — мазохисты.

— Где это «у вас»? — поднял бровь Бронис. — И что это за слово такое?

— Не важно! — отмахнулся я. — Так что, начинай меня учить, что ли?

Начал Бронис с комплекса разминочных упражнений. Небось каждый из вас делал его на уроках физкультуры или там утром. Только этот комплекс для меня затянулся как минимум на час. Мало того! Этот изувер после всех подпрыгиваний, размахиваний руками, приседаний и отжиманий заставил меня заняться самым нелюбимым мною видом спорта — бегом. Я вынужден был наматывать круги вокруг площадки под пекущим солнцем, исходя потом и матеря (про себя) капитана последними словами.

— Неплохо, — милостиво сказал он, когда запыхавшийся я по его знаку остановился перед ним. — Итак, разминку мы провели…

Это была всего лишь разминка?! Дайте мне что-нибудь тяжелое в руки!

— Теперь мы можем приступить к основному занятию, непосредственно к обучению, — продолжил капитан, не замечая моего состояния. — Бери меч!

Я ухватился за рукоять «подарка» и, поддерживая его еще и левой рукой, выжидательно уставился на Брониса.

Он осмотрел мою стойку и иронично хмыкнул:

— Что это ты изобразил?

— Ну я не знаю. Предположительно это стойка.

— Все ясно! Ты хотя бы раз меч в руках держал? — насмешливо спросил капитан. — Ты уже изначально ограничил себе свободу действий. Зачем ты ухватился обеими руками за рукоять?

— Знаешь, он не из легких, — сообщил я. — Тяжелый меч.

— Тяжелый? — переспросил Бронис. — А как ты собираешься легким мечом рубить? Да он у тебя будет отскакивать от доспеха противника, а не пробивать его. И запомни основное правило: не жди удара!

— То есть?

— А то и есть! Если уж клинок покинул ножны и оказался у тебя в руках, то он должен быть сразу пущен в ход. От этого зависит продолжительность твоей жизни. Не жди удара противника! Ты должен быть первым! Я думал, что ты сразу же попытаешься меня ударить. Но этого не произошло. Поэтому я и спрашиваю: ты хоть раз меч в руках держал?

— Отвечаю честно, — сердито отозвался я, — не держал. Иначе чего бы это я у тебя учился?

— Действительность оказалась даже более печальной, чем я предполагал в самых худших прогнозах, — покачал головой Бронис. — Я думал, что ты имеешь хоть какое-то представление о том, чему хочешь обучиться. Если бы не сумма, предложенная Итэлом, я бы сразу отказался.

— Что, деньги оказались важнее? — прищурился я.

— Просто ты не знаешь, что это такое, когда их нет совсем, — пожал плечами бравый капитан.

Это я не знаю? Хотя, если порассуждать, то, быть может, и не знаю. Все-таки в моем мире всегда существовала возможность стрельнуть деньжат у друзей и знакомых. Правда, отдавать потом очень не хочется. Жаба — это такая тварь, которая живет в душе каждого.

— Ну раз уж я взялся за дело, — продолжал тем временем капитан, — придется отрабатывать. Начнем с самого начала… Ноги на ширину плеч! Колени чуть согни! Да положи ты клинок! Тебе теперь не скоро доведется вновь взять его в руки…

Домой я добрался только после обеда. Постанывая и подвывая, перетащил свое измученное тело через порог.

Коргут невозмутимо стоял у двери, не делая даже попытки помочь мне. Он очень неодобрительно рассматривал распахнутый камзол, накинутый на мои плечи.

— Где у вас тут можно полежать в воде? — морщась, поинтересовался я.

— Есть корыто на заднем дворе, — сказал управляющий.

Он что, издеваться вздумал? Ввиду того что общее состояние у меня плачевное, настроение мое — скверное. А что я могу сделать в таком случае? Правильно, воспользоваться новоприобретенными способностями. Ну и что, что дом сгорит? Разве о таких мелочах вспоминают, когда ограждают себя от издевательств?

— Где я могу омыть свое тело? — свирепо уточнил я. — Подумай хорошенько, прежде чем ответить! Иначе в корыте можешь оказаться ты сам.

— Тело омывается в омывальне, — недрогнувшим голосом отрапортовал Коргут. — Но ты задавал вопрос, где ты можешь полежать в воде. Я ответил.

— А в омывальне, значит, полежать в воде нельзя? — сердито спросил я, пробираясь вслед за управляющим.

— Не хватает места, — любезно сообщил Коргут. — Я уже давно прошу мастера Итэла расширить омывальню, но у него все нет на это времени.

— Появится! — заверил управляющего я. — Теперь его попрошу об этом я.

Все оказалось не так трагично. Большая кадка, наполненная водой, стояла у самого порога. В нее я и кувыркнулся, едва отпустил Коргута.

Да что же это такое?! Я чуть было не вылетел из бадьи. А что, подогреть хоть немного воду у них соображения не хватило? Это настолько меня возмутило, что я закипел. Хотя нет! Не я. Вода вокруг меня закипела.

Я, выпучив от изумления глаза, наблюдал за этим странным явлением. И что интересно, тело не чувствовало кипятка. Я поспешно вскарабкался на бортик кадушки и с опаской присмотрелся к воде. Парила она не по-детски.

Деликатный стук в дверь.

— Что там такое? — нервно откликнулся я.

— Господин Левиус, тебе воду подогреть? — раздался голос кого-то из слуг. — И еще, я тут тебе полотенце принес.

— Полотенце оставь у двери! — распорядился я. — Воду мне греть не надо. Если уж так хочется чего-то погреть, то погрейте еду! Я с утра ничего не ел. А когда я с утра ничего не ем, это становится опасным. Причем опасным для всех!

За дверью коротко хрюкнуло, я услышал шлепок и поспешно удаляющиеся шаги. Еще раз посмотрел на парящую поверхность воды и зачем-то сунул туда руку. Охнул, зашипел, матюкнулся, дуя на ошпаренную ладонь. Что за… Я же только что сидел там по шейку!

— Друг мой Левиус! — прожурчал за дверью голос Итэла. — У тебя все в порядке?

— В относительном, — простонал я, открывая дверь и вываливаясь в коридор.

Мастер моментально уловил проблему.

— Подержи руку на весу! Я тебе сейчас помогу, — быстро распорядился он. — Как это ты умудрился?

— Я надеялся, что это ты мне объяснишь, — слабым голосом сказал я.

— Для того чтобы что-то объяснять… Поверни руку еще и держи повыше! Так вот, для того чтобы что-то объяснять, надо знать, что, собственно, произошло… Так что же произошло?

Фух! Отпустило. Судя по всему, Итэл — целитель отличный!

— Не видно разве? — спросил я. — Вот руку ошпарил.

— Нет, то, что ты руку ошпарил, я заметил. Не могу только понять, как ты ее мог ошпарить в омывальне? Только покороче! Меня ждет срочное дело.

— Ну, если коротко. Полез купаться, вскипятил воду, вылез, сунул руку — ошпарился.

Итэл вошел в легкий ступор. Он остолбенело уставился на меня, изредка моргая.

— Совсем прошло, спасибо! — поблагодарил его я.

— Постой! — наконец очнулся мастер. — Ну, не так коротко. Давай более подробно!

— Ну, полез купаться, — начал я.

— Это я уже слышал, — перебил меня Итэл. — Что ты сделал с водой?

— Холодная она была. Вот!

— Догадываюсь. Для того у нас слуги имеются. Сказал бы, они бы и подогрели ее.

— Да кто бы мне сначала сказал, что слугам надо сказать? — сердито заметил я. — Вот я в холодную воду и окунулся.

Итэл задумчиво открыл дверь в омывальню и постоял над парившей кадушкой.

— Это ты называешь холодной водой? — Он указал пальцем на бочку.

— Нет, — мотнул я головой. — Я говорю, что она поначалу была холодной. А потом я ее нагрел…

— Как? — сразу же заинтересовался Итэл.

— Да откуда я знаю как? — застонал я. — Оглянуться не успел, как она закипела.

— Подожди! Ты же сказал, что сидел в бочке?

— Ну да.

— А почему тогда только одна рука ошпарена?

— А сначала ничего не было ошпарено! — терпеливо попытался разъяснить я. — Это уже потом, когда я из бочки выбрался. Руку туда сунул. Вот ее-то и ошпарило.

— Ничего не понимаю! — в сердцах выдохнул Итэл.

— Я тоже! — обнадежил его я.

— Когда вода закипела, ты где был? — сделал еще одну попытку маг.

— В бочке.

— А почему тогда рука… Ах да! Это я уже спрашивал. Почему тогда остальное тело не ошпарено?

— Ну, наверное, потому, что я сунул в бочку только руку, — с готовностью ответил я и, взяв лежащее на полу у двери полотенце, начал им вытираться.

— А зачем ты туда руку совал? — не мог успокоиться Итэл.

— Так странно же было, — отозвался я, высовывая голову из вороха материи. — Только что я там был полностью. Вода кипела, а мне хоть бы хны!

— А что ты чувствовал, когда вода закипела?

— Да в том-то и дело, что ничего не почувствовал! — заявил я, натягивая штаны. — Вокруг все кипит, я во всем этом сижу и ничего не чувствую!

— Я не об этом! — нетерпеливо прервал меня Итэл. — Какие чувства у тебя были, эмоции?

— Расстроен я был, — сообщил я, подумав. — Даже не столько расстроен, как зол. Столько всего навалилось, а тут еще вода холодная…

— Угу! — кивнул Итэл. — Спонтанный выброс сырой стихии. Она же тебя и защитила.

— А потом почему не защитила? — нахмурился я. — Когда я руку сунул?

— А кто тебя просил ее в кипяток совать? — свирепо огрызнулся мастер. — Выброс прошел. Ты вышел из состояния. Так тебе, оболтус ты этакий, и надо! — Итэл задумчиво пожевал губами. — Выброс получился нехилый. Хорошо еще, что хоть такой! Все-таки ты маг, Левиус! А значит, должен держать свои эмоции под контролем. Жестким контролем!

ГЛАВА 7.

— Запомни на всю жизнь, что дипломатия — это искусство! — нудно вещал господин Сорасас, расхаживая по комнате.

Я, стараясь, чтобы желание заснуть не очень было заметным, внимал ему.

Господин Сорасас, тощий, высокий тип, которого мастер Итэл привлек к моему обучению. Где он его раскопал, выяснять не берусь.

— Ты можешь сказать, молодой маг, что в наше время дипломатии делать нечего. Кто силен, тот и лучший дипломат. Так?

Сорасас остановился, требовательно глядя на мою пофигистскую физиономию. Пришлось реагировать.

— А что? Нет?

— Вот! Вот в этом и заключается главная ошибка! — торжественно провозгласил Сорасас. — Мы в повседневном общении постоянно занимаемся дипломатией. Ибо дипломатия — это искусство остаться в живых после общения с себе подобным, не используя при этом оружия или магии. Причем цель в том, чтобы при расставании твой оппонент уже думал так, как надо тебе, и при этом был убежден, что это его собственные мысли.

— Что-то в этом есть, — задумчиво высказался я. — Хотя лучший оппонент — мертвый оппонент. Там вообще как-то фиолетово, какие у него мысли.

— Ну вот! — горестно воскликнул Сорасас. — Вот мы сейчас общаемся… Общаемся?

— Да! — кивнул я.

Действительно, в том, что мы общаемся, сомнений у меня не возникало.

— И заметь, мой молодой друг, я не пытаюсь убить тебя ради того, чтобы доказать, что я прав.

— Ты можешь попробовать, — разрешил я.

Субтильный господин Сорасас не вызывал у меня опасений. Уж слишком разные у нас с ним весовые категории.

— Нет! Я как раз дипломатично стараюсь убедить тебя в истинности моих утверждений.

— Но согласись, господин Сорасас, когда в тебя летит какая-нибудь магическая бяка или тебя пытаются проткнуть мечом на худой конец, то убеждать дипломатически как-то нет времени, возможности и желания.

Я хитро посмотрел на учителя дипломатии.

— Я говорю именно о том, что настоящий дипломат не доводит события до столь печального развития!

— Да? — иронично хмыкнул я. — Вот вчера на голову стражника, что стоял у ворот казармы капитана Брониса, упал камень кладки. Как именно вышеозначенный стражник должен был воздействовать на события, чтобы этого не произошло? И в чем тут заключается дипломатия?

Сорасас остановился в затруднении, рассматривая меня.

— Но это обычный несчастный случай, не имеющий к дипломатии никакого отношения, — наконец нашелся он.

— Вот и я объяснял капитану, что это несчастный случай, — кивнул я. — Что просто был слишком сильный порыв ветра. К счастью, я не воздушник, иначе капитан мне ни за что бы не поверил.

О том, что силы магии тут вообще ни при чем, я вслух рассказывать не стал. Просто удачное движение ногой. А нечего было хамить!

Вот уже месяц прошел с тех пор, как я поселился у мастера Итэла.

Конечно, месяц тут понятие относительное. Ну не пользуются местные нашим календарем. Тут говорят: время зимы, время лета и так далее. Особенно меня умиляет летоисчисление. К примеру, сейчас двести шестой год от вступления на царствование короля Каунтера Пятого. Очень оригинально! Причем с каждым новым вступлением на престол меняется и система летоисчисления.

Кто-то скажет, что это нерационально. Легче взять какую-то дату за точку отсчета и увязывать все события с ней. Пожалуйста! Идите и убеждайте! Кто я такой, чтобы их в чем-то убеждать? Быть может, они таким образом «прогибаются» перед текущим правителем.

Так вот, я уже тут месяц. Исправно идут занятия по фехтованию. То есть я ни фига не фехтую, а готовлюсь к этому по индивидуальному графику капитана Брониса. Вот еще добавились занятия по дипломатии и риторике. Мастер Итэл грозится найти мне специалиста по всяким там политесам и танцам. Ума не приложу, зачем мне это надо, но Итэлу видней.

А вот по самому важному для меня подвижек не наблюдается. Я имею в виду магию. Итэл, как только появился в городе, сразу же с головой нырнул в какой-то проект. У него, видите ли, расходы из-за меня увеличились, и надо срочно их возместить.

Я уже ему предлагал гнать в шею этого дипломата и забыть об обучении танцам — вот тебе и нехилая экономия. Так это трезвое и взвешенное предложение было встречено с таким возмущением! Мне пришлось наблюдать такое редкое зрелище, как рассерженный мастер Итэл.

Но этот разговор все же дал свои результаты. Итэл обещал в скором времени заняться со мной и наверстать упущенное время.

— Могу я о чем-то спросить тебя? — обратился я к магу, когда мы оказались в комнате для занятий.

— Спрашивай! — разрешил Итэл, подвешивая под потолком яркий шар, испускающий зеленоватый свет.

— Вот ты адепт земли, так?

— Точно!

— А я собираюсь стать огненным магом, так?

— Тоже верно, — кивнул Итэл.

— Но как ты меня можешь чему-то научить, если мы обращаемся к разным стихиям?

Итэл остановился и внимательно посмотрел на меня.

— Тонкостям я тебя, конечно, научить не смогу. Но принципы обращения к стихии одинаковы для всех. Именно на них мы и сосредоточимся в ближайшее время. К тому же я знаю некоторые вещи, которые свойственны огненным магам.

— Но откуда? — удивился я.

— Как ты думаешь, сколько мне лет? — лукаво взглянул на меня Итэл.

М-да, кокетничает старик.

— Ну, я думаю, что лет… сто пятьдесят. — Это я вспомнил его обмолвку насчет того, что он сто лет назад сбежал из города.

— Ты мне льстишь, — расплылся в улыбке Итэл. — На самом деле мне уже перевалило за шестьсот.

Видимо, выражение моего лица мага очень позабавило. Он расхохотался.

— Как ты сам понимаешь, у меня было время для того, чтобы поинтересоваться этими тонкостями, — отсмеявшись, сказал он.

— Хорошо, — наконец смог снова говорить я, отойдя от шока. — Тогда ответь мне еще на один вопрос. В чем разница колдовства, магии и волшебства?

Наверное, вопрос был сложным, если Итэл так задумался.

— Понимаешь, на первый взгляд разницы никакой нет, — начал он. — Просто маги стихий, ну, такие, как мы, используют термин «магия». Мы взываем к стихиям. Для магии черных волхвов используется определение «колдовство». Они обращаются в основном к диким силам. Так как это по некоторым причинам сложнее, черные волхвы используют подручные средства для усиления и обуздания этих сил. Это — алхимия. Причем самая отвратительная ее часть. Ну а волшебство — это магия светлых волшебников. То же самое, что у волхвов, но с противоположным знаком и средствами. Как-нибудь, если у тебя будет такая возможность, зайди в лабораторию светлого волшебника. Тебе понравится.

— Подожди! А мы светлые или темные? — заинтересовался я.

— Мы — никакие, — отрезал Итэл. — Наши силы можно использовать как для добра, так и для зла. Причем добрые дела мы можем вершить злыми методами, а путь к злу устилать добрыми.

— Не понимаю, — почесал я затылок. — Получается, что магами стихий могут стать как добрые, так и злые?

— Пойми, Левиус, — сжалился Итэл, видя мою растерянность, — нет абсолютного зла или абсолютного добра. Во всяком случае, я так считаю, и с каждым годом моя убежденность в этом факте крепнет… А сейчас хватит болтовни! Приступим к созданию огненной стрелы.

— Огненной стрелы? — непонимающе переспросил я.

— Ну да! Для начала я тебе покажу аналог для земных магов.

Итэл поднялся с табурета и вытянул вперед руку с раскрытой ладонью вверх. Его ладонь засветилась. Последовала яркая вспышка темно-зеленого цвета. Небольшая масса сорвалась с ладони и врезалась в стену, напротив которой встал Итэл.

— Можешь изучить, — разрешил мне Итэл.

Я подошел к месту попадания странного снаряда. Из стены торчал маленький осколок камня. Сила, которая потребовалась для того, чтобы он воткнулся в каменную стену, впечатляла.

— У нас, земных, это называется каменная стрела, — сообщил за моей спиной Итэл. — Основное достоинство этого действа в том, что не надо читать длинных заклинаний, плюс ничтожная энергия, необходимая для вызова. Схема вызова огненной стрелы очень похожа. Только ты будешь взывать к своей стихии.

— Как я понимаю, такие же возможности есть и у остальных магов? — поинтересовался я.

— Конечно, — пожал плечами Итэл.

— И как только вы до сих пор не перестреляли друг друга?

— Как есть основное достоинство, так есть и основной недостаток, — усмехнулся маг. — От них очень легко защититься. Даже немаг может это сделать. Но против мелких тварей, не снабженных броней, это очень неплохое средство. Ты готов попробовать?

Я с замирающим сердцем кивнул.

— Обратись к огню! — скомандовал Итэл.

В моей ладони затрепетал огонек.

— Нет! Не так, — прервал меня Итэл. — Не надо сразу показывать, адептом какой стихии ты являешься. Во-первых: твой противник сразу же поймет, к какой защите надо прибегать. Кто предупрежден, тот вооружен.

— Где-то я уже это слышал, — буркнул я, отпуская огонек. — А что во-вторых?

— А во-вторых, это признак дурного тона, — невозмутимо продолжил Итэл. — Попробуй еще раз, но не материализуя свой знак!

Ну я попробовал. Очень приятное чувство, когда в руке бьется, но не обжигает огонь. А вот изверг Итэл меня этого чувства лишил. И только краем сознания я ощущал, что где-то рядом со мной бьется жаркое пламя.

— Выстави руку вперед и направь ее на цель! — командовал тем временем Итэл.

Я развернулся в глубь комнаты, с трудом различая в темноте противоположную стену.

— Пошли небольшую порцию стихии в центр ладони и дай ей выстрелить!

Как легко говорить! Пошли порцию в центр ладони. А как это сделать? На практике?

Я напрягся, мысленно проталкивая энергию к ладони. Что-то она сильно упирается. Небось когда бочку воды нагрела, так сразу появилась. Я почувствовал, как по щеке покатилась струйка пота.

— Левиус!!! — отчаянно крикнул Итэл.

Опоздал! С моей ладони сорвался большой шар алого цвета. Он с гулом понесся к стене напротив. В это время в мой воротник вцепилась рука Итэла и с неимоверной силой рванула меня в сторону. Нас окутал, играя зеленью, мощный защитный экран.

Долбануло знатно! Нет, дом не разнесло. Все-таки запас прочности был достаточно велик. Но нам, находившимся в эпицентре, мало не показалось.

В себя я пришел, сидя на полу. Уши были как будто забиты ватой. Я видел, что Итэл мне что-то втолковывает, неслышно шевеля губами и гневно размахивая руками. Наверное, это даже хорошо, что я его не слышу. Представляю тот ненормативный лексикон, который сейчас срывается с его губ.

— Ты понимаешь это? Чтоб тебя… и …! — внезапно прорезался крик Итэла. — Чем ты слушал, когда я тебе говорил …ый …? У тебя что, вместо мозгов …?

— Мы живы? — осторожно поинтересовался я.

— Да, но в этом не твоя заслуга! — отрезал маг. — Скорее наоборот. Мы живы вопреки твоим стараниям.

— Но я старался! — попытался оправдаться я.

— Оно и видно! — повел рукой Итэл.

Я взглянул в указанном направлении. Лучше бы я этого не делал! Мне кажется, что площадь комнаты для занятий стала намного больше. Надо только убрать обожженную породу и выровнять пол. Но потолок и стена, смежная с соседним помещением, остались неповрежденными. Да еще и дверь комнаты вынесло к лешевой маме.

ГЛАВА 8.

— …Еще шаг!.. Пирует!.. Поворот!.. И поклон.

Я хмуро наблюдал за стараниями мэтра Рэваниса — мастера придворных церемоний. Итэл таки воплотил в жизнь свою угрозу и начал обучать меня всяческим манерам, которые положено знать боевому магу.

— А теперь попробуй повторить, Левиус! — повернулся ко мне слегка запыхавшийся мэтр Рэванис.

— Это что, танец такой? — поинтересовался я, выходя на середину комнаты.

— Это сейчас самый модный при дворе танец! — многозначительно поднял палец мэтр Рэванис. — Он отличается изысканностью и сложностью па. Статус придворного, который умеет его танцевать, сразу же возносится на большую высоту.

— Осталось только добавить, что и партнерша должна его уметь танцевать, — буркнул я, выделывая ногами какие-то кренделя. — Кстати, а когда будет эта самая партнерша?

— Ты хотел сказать «партия»? — уточнил мэтр Рэванис.

— А вот этого мне не надо! — резко ответил я. — Я глубоко беспартийный человек. Никаких партий! Я говорю о той прекрасной даме, с которой я буду разучивать этот, несомненно, модный танец.

— Ты его разучиваешь со мной, — напыщенно отозвался мэтр Рэванис. — Представь, что я твоя прекрасная дама.

Я резко остановился, с подозрением рассматривая эту, с позволения сказать, «прекрасную даму». Мэтр не обратил на мой взгляд никакого внимания. Это зря. Особенно сейчас.

Накануне мы с Итэлом тренировались в иллюзорном искусстве. Я даже удостоился похвалы. Мои яблоки все больше походили на настоящие, чем те, что я воспроизводил раньше.

Я потренировался еще и самостоятельно. Что я воспроизводил? Ну как вам сказать… Я все-таки двадцатипятилетний здоровый мужик, с хорошим воображением и достаточно долгим воздержанием. Ну вы меня поняли! Надо сказать, что идея еще не стала навязчивой, но стремилась к этому состоянию.

Предложение мэтра Рэваниса вызвало у меня желание поозорничать. А что? В конце концов, он сам виноват.

— Мэтр! — вкрадчиво сказал я. — Ты когда-нибудь обучал танцам магов? Ну, кроме меня, естественно.

— Нет, — мотнул головой тот, но тут же горделиво выпрямился. — Именно поэтому я принял предложение уважаемого мастера Итэла.

«Угу! — подумал я. — Да еще и подкрепленное приличной суммой золотых». Но вслух я сказал совершенно иное:

— Так вот, должен тебя сразу предупредить, что при занятиях с магами надо быть очень осторожным в высказываниях. Ты вот мне предложил представить, что ты моя прекрасная дама. Да?

Мэтр Реванис несколько оторопело кивнул.

— Вот я и представил. Теперь подойди к зеркалу и посмотри, что получилось!

Нет, я не очень отступил от оригинала. Просто придал фигуре мэтра более округлые формы там, где это напрашивалось. Легкий штрих в районе бюста. Небольшая работа над лицом. А вот усики и бородку оставим для шарма. Мастер Итэл поставил бы мне «отлично» за такую работу. Ну, правда, если бы он не помер со смеху до этого.

Мэтр Рэванис подозрительно посмотрел на меня, после чего подошел к большому зеркалу, вмонтированному в стену комнаты. Интересно было наблюдать за сменой выражений его лица. Недоверие сменилось испугом, потом появился ужас вперемежку с откровенной паникой.

— Усы и бородку я тебе оставил. Как я заметил, ты ими очень дорожишь, — прокомментировал я.

— А-а-а! — смог выдавить из себя мэтр Рэванис и рванулся к двери.

— Стой! — крикнул я.

Не хватало еще, чтобы он в таком виде сиганул бежать по всему дому. Спятивший мэтр не входил в мои планы.

В двери мэтр Рэванис натолкнулся на мастера Итэла, взвизгнул, отпрянул и отвернулся к окну.

— Что здесь происходит? — задал классический вопрос наставник. — Где мэтр Рэванис? Что это за женщина и почему она в одежде мэтра Рэва…

Итэл всмотрелся в фигуру. Брови его на мгновение поднялись. Потом взгляд на меня. Укоризненный взгляд.

— Прошу прощения, мэтр! — громко сказал Итэл, щелчком пальцев уничтожая мое творение. — Ну-ну! Успокойтесь! Я уже все вернул к нормальному виду.

Первым делом мэтр Рэванис подбежал к зеркалу и осмотрел свое отражение. Потом наступила моя очередь.

— Как ты посмел? — гневно воскликнул он. — Я мастер придворных церемоний! Такого не позволяли себе даже придворные маги.

— До раздела «Правила поведения придворных магов» мы еще не дошли, — покаянно признался я. — Прошу прощения. Осознал, раскаялся, больше такого не повторится.

Мэтр Рэванис взглянул на мастера. Тот важно наклонил голову, подтверждая мои слова. Уголки его губ предательски подрагивали.

— Хорошо. — Мэтр Рэванис надменно поднял голову. — Так и быть! Предадим это недоразумение забвению. Но чтобы больше такого не было!

— Не будет! — заверил его я. — Особенно если ты предоставишь мне настоящую партнершу для разучивания танцев.

— Я подумаю над этим, — пообещал мэтр. — А сейчас я вынужден удалиться, необходимо поправить пошатнувшиеся нервы.

Итэл дождался, пока за мэтром закроется дверь, и обернулся ко мне.

— Что за детство, Левиус? — строго спросил он. — Ты ведешь себя, как недоросль из Королевской академии.

— Да потому что это не мое, — огрызнулся я. — И все же я это терпел. Но когда он предложил себя в качестве партнерши, я не выдержал.

— В каком смысле? — осторожно поинтересовался Итэл.

— Что?

— Ну, в качестве партнерши? — уточнил мастер.

— Звучит несколько двусмысленно, не так ли? — усмехнулся я.

— Э-э-э… Да! — облегченно выдохнул Итэл. — Собирайся!

— …?

— Мы на некоторое время покинем город.

— Но почему? — удивился я.

— Я буду обучать тебя некоторым вещам, которым тут обучиться затруднительно.

— И куда мы отправимся?

— Туда, откуда и прибыли — в мою хижину, — деловито сообщил Итэл.

— Мастер! Позволь тебе напомнить, что близятся холода, — заметил я. — Все-таки осень на дворе. А у тебя, как я успел заметить, с отоплением в хижине не очень.

— Ну, два мага есть, причем один огненный, а второй — земли, — тонко улыбнулся Итэл. — Так что эту проблему мы решим. К тому же скоро должен заявиться Грозодыш.

— А ему что еще надо? — удивился я. — Я что, уже закончил обучение?

— Ты его едва начал, — поправил меня Итэл. — А я знаю этих ребят, которые чешуйчатые и с огоньком. Если они в чем-то заинтересованы — а в тебе они заинтересованы! — они об этом никогда не забудут. Ну а если уж они при этом еще и потратились, то дело будет под постоянным и строгим контролем. Вот, по моим подсчетам на днях должна нагрянуть «неожиданная» проверка.

— А что ты упомянул про обучение?

— Это очень интересная тема, — усмехнулся Итэл. — Но я тебе ее раскрою уже там. Собирайся! Мне еще надо открыть дорогу, а потом, когда мы пройдем, закрыть ее. Это достаточно долгий и трудоемкий процесс.

— Так научи ему меня! — предложил я. — Быть может, вдвоем мы легче и быстрее справимся.

— Это заклинание из арсенала магов земли, — пояснил Итэл. — У огненных другое — огненный портал. Но как его создавать, я, честно говоря, не знаю.

— Это ты-то и не знаешь? — искренне удивился я.

— Представь себе! — досадливо отозвался Итэл.

Все оставалось так, словно бы мы только вчера отсюда уходили. Вернее, уезжали.

Помнится, тогда Итэл призвал из леса двух крупных животных, очень похожих на оленей. Их тут называют шаруками.

Кстати, это излюбленное лакомство орков, после тархиба, естественно.

Вот на этих шаруков Итэл и погрузил тогда весь наш скарб. Теперь нас сопровождал конь, на спине которого были укреплены тюки с необходимыми вещами. Куда мы дели тех шаруков? Отпустили назад, конечно. Мы же не орки, чтобы их есть. Они красивые, да и жалко.

Обратно мы с Итэлом шли пешком. Тут был важный воспитательный момент. Ну, воспитательный момент с точки зрения Итэла. Я никак не могу понять, в чем же заключается этот момент. Неужели то, что нам пришлось топать на своих двоих, как-то может воспитать? Оно скорее может вызвать, а там уже и послать.

После обустройства мастер позвал меня на большую поляну. Она образовалась искусственным путем. Раньше здесь были заросли кустарника, которые ничем не выделялись из окружающего пейзажа. А после того, как Итэла навестили драконы, и появилась эта большая поляна. Ну не любят драконы по кустарнику ходить. Кусты им брюхо щекочут.

— Сейчас мы будем тренироваться в создании огненных стрел и стрельбе ими. Твоя задача научиться, не задумываясь, мгновенно создавать стрелы и метать их по цели. Ты должен уметь производить большое количество стрел… Заметь, я говорю: большое количество, а не большие стрелы. Это сможет спасти тебя в моменты опасности.

Маг нахмурился, вспоминая разгром, который я учинил в комнате для занятий при первой попытке создать огненную стрелу.

Итэл сделал жест, и в дальнем конце поляны появился большой каменный столб.

— Вот твоя цель, — пояснил мастер. — Создай как можно больше стрел и постарайся всеми ими попасть в мишень. Конечно, сразу ты не сможешь создать больше десятка. У тебя запас энергии еще невелик. Но при должных тренировках и умелом развитии твой запас будет возрастать.

Я кивнул, показывая, что понял задание. Мысленно вызвал стихию. Несколько мгновений любовался на колышущееся вокруг меня море огня и решительно отщипнул маленький огонек. Сосредоточился на ладони и резко послал красный шарик в сторону мишени.

Я штамповал стрелу за стрелой. Это не вызывало у меня никаких неприятных ощущений. Было даже красиво, когда в воздухе оказывались одновременно три, а иногда даже четыре стрелы.

— Стой! — скомандовал Итэл.

Я непонимающе посмотрел на него.

Мастер хмурился, пытливо рассматривая меня. Неужели я делаю что-то не так?

— Ты не испытываешь усталости, упадка сил? — спросил Итэл. — Количество стрел, выпущенных тобой, значительно превосходит ожидаемое. Я не могу понять, чем это вызвано.

Я только пожал плечами.

— Ты дал мне задание, а я его выполнял, — сообщил я. — Оказалось, что это совсем не трудно.

— Но запас! — воскликнул Итэл. — Он не может быть таким огромным!

— Не понимаю, — огрызнулся я. — Ты же сам мне говорил, что, вызвав стихию, я устанавливаю с ней связь и получаю от нее энергию. Что не так?

— Да, — кивнул Итэл. — Но рано или поздно энергия источника истощается. В каком виде тебе является стихия? В виде факела или костра?

— Я тебе уже один раз говорил, что это не факел и не костер, а море огня, — напомнил Итэлу я.

— Постой! — Маг выглядел совсем ошарашенным. — Так ты тогда не шутил?

— Нет, конечно! Зачем мне это?

Итэл как-то отрешенно махнул рукой. Из земли выскочила каменная скамья, на которую маг тяжело опустился.

— Прямой доступ к огненной стихии, — пробормотал он. — Это поразительно! Там еще много осталось?

Я обратился к внутреннему зрению, обозревая огненные просторы.

— Навалом, — сообщил я и шмыгнул носом.

Итэл только покачал головой.

— Но это означает… — Маг даже несколько испуганно взглянул на меня.

— Что это означает? — обеспокоенно спросил я.

— Таким доступом может обладать либо огненная элементаль, либо…

— На элементаль я не тяну, — заверил Итэла я. — Кто там у нас еще «либо»?

— Высокие драконы, — замирающим голосом отозвался Итэл.

— А это еще что за звери? — недоумевающе спросил я.

— Нет, нет, нет! Этого не может быть! — отчаянно замотал головой Итэл.

— Так чего ты так заволновался? — поинтересовался я. — Если я не элементаль и драконом я — «не может быть», давай рассмотрим иные варианты.

— Какие? — оторопело спросил Итэл.

— Кто там у нас дальше по списку? Или ты все же решил определить меня как элементаль?

Итэл замер, пытаясь настроиться на нужную волну и понять, о чем я толкую.

— Нет, элементалью ты быть точно не можешь, — наконец заговорил он. — Ибо это порождение самой стихии. Оно состоит из создавшей его стихии. Ты же — из плоти.

— Так! — поощрительно кивнул я. — Уже легче! Как ты сказал, драконом я тоже быть не могу. Ну не больно-то и надо. Никогда не чувствовал в себе призвания быть драконом и огнем плеваться. Кто там у нас дальше?

— А нет дальше, — угрюмо сообщил маг. — Только одно из двух.

— Ну, значит, я есть третье! — оптимистично заявил я. — Надо же! Мне выпала честь присутствовать при открытии нового вида, и этот вид — я!

— Хоть это и невозможно, но все же приходится признать, что ты дракон, — пробормотал Итэл, глядя на меня.

— Ладно! — сердито повернулся я к магу. — Предположим. Только предположим! Тогда где мои крылья, я вас спрашиваю? Где когти и зубы? И вообще, где все мои атрибуты дракона? Почему я выгляжу как человек? Почему я думаю, ем, люблю, как человек? Объясни мне, как ты можешь называть меня драконом на основании только того, что я напрямую беру энергию из своей стихии?

— Не кипятись, — попросил Итэл. — Все дело в том, что ты не обычный дракон. Обычным драконам не под силу обернуться человеком…

— Ну да! Я дракон необычный, и мне не под силу обернуться драконом, — с ехидцей ввернул я.

— Не перебивай! — строго сказал Итэл. — Только высоким драконам под силу менять ипостась. Конечно, я не могу понять, как ты оказался в образе человека, почему не обращаешься в свою изначальную ипостась. И как ты здесь вообще оказался, вдали от своего племени? С этим нам еще придется разбираться.

— Ну то, что ты сказал «нам», уже как-то обнадеживает, — буркнул я.

— А пока мы с этим не разобрались, — поднялся Итэл со скамьи, — ты остаешься моим учеником, а я являюсь твоим наставником… Приступим к тому, ради чего, собственно, мы и покинули город.

— А собственно, ради чего? — заинтересовался я.

— Стрельба по движущейся цели! — провозгласил Итэл. — Цель, как ты понимаешь, запускаю я. А твоя задача — по этой цели попасть огненной стрелой. Поначалу цель будет двигаться медленно, но со временем она будет ускоряться. Все быстрее и быстрее. Потом я буду запускать две и более целей.

— Интересно, — кивнул я. — Давай попробуем!

Мастер усмехнулся и вытянул вперед руку. На его ладони сформировался каменный блин. Вот он оторвался от руки Итэла, повернулся ко мне поверхностью и медленно полетел в сторону.

— Стреляй! — скомандовал Итэл.

Я уже привычно черпнул огня и запустил стрелу. Но она пролетела там, где этот блин был мгновение назад.

— Не забывай о том, что мишень движется! — напомнил мне Итэл. — Бери упреждение!

— Мы там ничего не подожжем? — обеспокоился я. — Все-таки лес кругом. А мы работаем с «огоньком».

— А я предвидел, что ты будешь часто промахиваться, — усмехнулся этот тип. — Я окружил нашу поляну магическим пологом, который перехватывает и гасит твои стрелы. Следующая попытка!

С руки Итэла сорвался новый снаряд.

Ах так? Срочно вспоминаем компьютерные симуляторы. Там было нечто подобное. Жаль, что нельзя, как в симуляторе истребителя, захватить цель… А почему, собственно, нельзя? Я ухмыльнулся. Кто мне мешает попробовать?

Выпущенная мной огненная стрела сломала траекторию и врезалась в каменный блин. Тот разлетелся множеством каменных осколков.

— Как ты это сделал? — потребовал объяснений Итэл. — Я же видел, что стрела летит мимо.

— Ну, я при посыле добавил изображение этого камня, — признался я.

Маг наморщил лоб, соображая.

— То есть ты добавил свое желание поразить именно этот предмет? — уточнил он.

— Ну да! А что, это запрещено какими-то правилами? — пожал плечами я.

— Нет, — качнул головой Итэл. — Просто до сих пор никто как-то не додумался до такой простой мысли. Хитро! Из тебя получится очень хороший боевой маг. Пожалуй, лучше будет, если ты скроешь свое открытие. Это может помочь тебе в будущем.

— Да что вы все заладили: боевой маг, боевой маг? Почему я должен быть обязательно боевым магом? — удивился я. — Быть может, я могу использовать свои способности и в мирных целях? Ну, получать буду, конечно, меньше — тут и к гадалке не ходи. Но зато без всяких там вредных для здоровья смертоносных поединков.

— Сразу видно, что ты не от мира сего, — хохотнул Итэл. — Начнем с того, что ты огненный маг. Огонь — стихия своеобразная. В мирных целях, говоришь? И какие же мирные цели ты имеешь в виду?

— Ну… — замялся я. — Костер, к примеру, развести.

— С этим может справиться и простой человек, — отмахнулся Итэл. — Совсем не обязательно звать для этого мага и тем более платить ему. Да люди от жадности удавятся, но обойдутся без такой услуги. Что там еще у тебя?

— Да люди при желании обойдутся и без остальных услуг. Я знаю один мирок неподалеку, так там вообще без магии обходятся, — буркнул я, пытаясь вспомнить, для чего еще используется огонь. — Хотелось бы вернуться туда, да вот беда, адрес забыл.

— Должен тебя разочаровать, — улыбнулся мастер. — Теперь ты отмечен огненной печатью. Даже если ты и сможешь вернуться в свой мир, то от магии не избавишься. Так для чего еще можно использовать огонь?

— Отпугивать зверье от посевов? — предположил я.

— А это уже боевая магия, — заметил Итэл. — Нет, мой юный друг, ты можешь быть только боевым магом. И не пытайся меня уверить в обратном!.. Продолжим! Готов? Запускаю.

Ага! Итэл все же выдохся первым. Я наладил массовое производство самонаводящихся стрел. Как ни пытались его каменные творения увернуться, их регулярно разносило на осколки.

Была поляна кустарником, полянкой тоже побывала, теперь пусть будет площадкой, вымощенной гравием. Опять же для драконов посадочная полоса неплохая.

— Очень неплохо! — оценил нашу работу Итэл, присаживаясь на вызванную им каменную скамью. — Теперь надо прибраться. Ишь как насорили!

— Пусть остается! — запротестовал я. — Зато мы сразу будем знать, когда прилетит Грозодыш.

— Это почему? — удивился Итэл. — Мы и так услышим. Они, драконы, не привыкли скрываться. Уж слишком они сильны. Пока в этом мире нет им равных соперников.

— Ой ли? — прищурился я. — Если бы было так, как ты говоришь, то они бы уже давно правили этим миром. И что-то их не так уж и много. Или я ошибаюсь?

— А зачем им править миром? — недоумевающе спросил Итэл. — Эти существа руководствуются своими, непонятными нам, принципами. Правление миром не входит в число этих принципов. Немного их потому, что и рождаются они редко. Очень редко. Мне Грозодыш как-то рассказывал, что рождение нового дракона — это очень редкое и важное событие. И потом, я сказал, что в этом мире им нет равных соперников, но это не означает, что соперников совсем нет. Время от времени, но драконы гибнут.

Я вспомнил, как «попал» Огнедыш. Если бы он оказался в такой ситуации, где не было троп орков, так и загнулся бы бедняга.

— Кстати, черные волхвы стали в последнее время очень сильными, — задумчиво сказал мастер. — Я подозреваю, что и они приложили руку к тому, чтобы драконов стало еще меньше.

— Они что, по горам лазят? — хмыкнул я.

— Они зачаровывают оружие драконоборцев, — вздохнул Итэл. — А тем наплевать, что таскают с собой черные чары. Им лишь бы дракона убить. И ведь что делают, негодяи, ищут молодых и неопытных драконов. Со старыми и опытными им не совладать. Драконы великолепно противостоят черным чарам. Но, к сожалению, не с младых ногтей.

— Подожди! — Я вспомнил об ущелье. — Так и за Огнедышем они могли прийти. Ну когда в ущелье застрял.

— Ну нет! — откровенно заулыбался Итэл. — Там территория орков. Надо быть полным идиотом, чтобы туда соваться. Я уже не говорю о том, что их шаманы далеко не подарок!

ГЛАВА 9.

До чего же неуютно в домике Итэла осенью! Во-первых, сыро. Во-вторых, холодно. В-третьих, запущено. Я бы мог еще перечислять, но и того, что перечислил, хватает с головой.

— И как мы тут будем жить? — спросил я, в то время как мастер распаковывал один из тюков.

— Ты о чем? — удивился Итэл. — Я же тут жил. Кстати, не один год.

— И как ты справлялся с сыростью?

— Да очень просто! — Он выложил на стол припасы, захваченные нами с собой. — Не забывай о том, что мы маги! Вот что бы ты сделал как маг огня?

— Ну я бы мог что-то сделать, — пожал плечами я. — Но где бы мы тогда жили? Хотя согрелись бы мы от пламени этой халабуды конкретно!

— Эх, неучи! — тяжело вздохнул Итэл, мученически поднимая взгляд к потолку. — Это характерно для огненных магов! Вам лишь бы все пожечь… Учись!

Мастер прикрыл глаза, сделал какое-то движение руками, и я почувствовал, как от земляного пола потянуло теплом.

— И что характерно, — довольно заметил мастер, — ничего не сожжено.

— Так ты же маг земли, — сказал я. — А я так не могу. Сам же мне это говорил.

Как и предполагалось, под утро мы проснулись от громкого «хруп-хруп-хруп». Я не сомневался, что драконы отлично видят ночью. Иначе как бы мы долетели до хижины Итэла в полной темноте?

По-моему, мастер не спал или спал не раздеваясь. А по-другому как бы он успел оказаться на крыльце, пока я натягивал на себя одежду?

Едва я вышел на крыльцо, как подвергся пристальному осмотру Грозодыша.

— Как успехи? — пророкотал он. — Чем обрадуете?

— Вот удивляюсь я вам, — нахмурился Итэл. — Вам подавай все и сразу! Хотя кое-какие успехи все же имеются.

— Демонстрируй! — распорядился Грозодыш, плюхаясь на зад и приготовившись к зрелищу. — Кстати, на той поляне, где я приземлился, кучи битого камня лежат. К вам что, каменные големы в гости наведывались? Орки — мастера на такие штуки.

— А это как раз работа Левиуса, — усмехнулся Итэл. — Это он учился огненные стрелы метать.

— А ну покажи! — с интересом уставился на меня Грозодыш.

Я пожал плечами и метнул под лапы дракона стрелу.

— Неплохо! — констатировал дракон, затаптывая лапой загоревшуюся сухую траву. — Хотя струя пламени меня впечатлила бы больше.

— Ну он же не дракон, чтобы струи пламени выпускать, — возразил маг. — Он… Левиус! Не надо!

Я, оскорбленный в лучших чувствах пренебрежительным тоном Грозодыша, зачерпнул побольше пламени и метнул приличных размеров огненный шар в то же место, что и стрелу.

Вот никак не ожидал, что взрывная волна будет такой сильной! Меня оторвало от земли и швырнуло к порогу домика Итэла. Я сел и, отплевываясь от пыли, окинул взглядом место катаклизма.

Надо сказать, что Итэл поразил меня своей реакцией. Вроде бы немолодой уже человек, а защитный экран соорудил мгновенно. Купол, воздвигнутый им, переливался зеленым свечением. Внутри купола бесновался мастер, размахивая руками и изрыгая страшные проклятия на мою, посыпанную землей и остатками травы, голову. Перед куполом красовался кратер от взрыва между широко расставленных лап Грозодыша.

Дракон ошарашенно хлопал огромными глазищами. В свете уцелевшего осветительного шара Итэла я смог увидеть, что его морда и грудь покрыты копотью.

— Этого хватит? — прохрипел я, поднимаясь на ноги и молясь, чтобы все части моего тела были целы.

Основной «разбор полетов» производил Итэл. Грозодыш был в некотором шоке. Несомненно, он отойдет и вот тогда скажет свое веское слово. Признаться, я с некоторым трепетом этого ожидал. Ну а вдруг это будет не слово? А скажем, резкий выдох с поджигающим эффектом?

Но пока мы с драконом сидели рядком и наблюдали за мастером. Тот взвалил на себя тяжелейшую задачу. Он должен был достучаться до тупого меня, но в то же время так, чтобы Грозодыш не решил меня же и прибить как совсем уже бесперспективного.

Речь была построена грамотно. Итэл нисходил до моих предков и вновь поднимался до нынешнего состояния. Он обращался к истории и приводил примеры из недалекого, но славного моего пути.

По его словам выходило, что я такой и сякой, но очень талантливый. Если бы мне еще выдержки добавить, так мне вообще цены не было бы.

Грозодыш недоверчиво взглянул на меня, и я усиленно закивал, подтверждая слова наставника.

— Надо же! — буркнул дракон. — А мне ты показался тихим и мирным. Прикидывался, что ли?

— Нет! — сразу же заверил его я. — Это я просто еще не отошел от того перемещения сюда. Представь себе. Идешь по лесу, а тебя вдруг хвать! И волокут тебя же в жертву приносить. Представляешь?

— Я другое представил. — Грозодыш покачал башкой. — Прилетаешь к своему старому другу, а тут вдруг бац! И под самым носом взрывается какая-то гадость.

— Но ты же сам сказал, что огненная стрела тебя не впечатлила! — запротестовал я.

— Но не до такой же степени, чтобы кидаться в меня огненным шаром! — рыкнул Грозодыш.

— Вот, — подтвердил Итэл, — все же успехи имеются.

— Да уж, — вздохнул дракон. — Не зря я тебе деньги платил. Но этого пока недостаточно.

— Сколько заплатил, настолько и наработали, — огрызнулся я. — Знаешь какая там, в городе, инфляция?

— Чего? — ошарашенно повернулись ко мне Грозодыш и Итэл.

— Это еще что за зверь? — подозрительно спросил дракон. — И что ты, позволь спросить, делал в городе?

— Обучался владению оружием, — не моргнув глазом, отрапортовал я.

— Зачем нам, дра… — Грозодыш вдруг сообразил, что несет лишнее.

— Ага! — удовлетворенно констатировал Итэл. — Значит, я не ошибся. Левиус из рода драконов.

Я тихонько застонал, обхватив голову руками.

— Я так думаю, — сообщил Грозодыш, сообразив, что скрывать тайну от дотошного мага дальше бесполезно.

— И что? — с интересом поторопил его Итэл.

— А ничего, — буркнул дракон. — Только очень странно все это. Наверное, прав был Огнедыш. Шарахнуло малыша по макушке чем-то тяжелым. Вот он человеком обернулся и так в этом обличье и застрял. Что-то там в голове сместилось. Причем так, что его даже орки смогли в плен захватить… Совсем квелый стал, — с жалостью добавил Грозодыш.

— Ты не прав, уважаемый Грозодыш, — покачал головой Итэл, присаживаясь на скамейку. — Он никогда не был драконом, хоть и имеет несомненное родство с вашим родом.

— И еще мне хотелось бы знать, кто из моих прапрапрабабок сходил налево, — сердито буркнул я. — Это же надо, когда гены проявились!

— И еще он странные слова говорит, — не замедлил наябедничать Грозодыш. — Я все-таки думаю, что его еще и по голове стукнуло. Что будем делать, Итэл?

— Ничего особенного, — пожал плечами маг. — Предлагаю продолжать его обучать. Из него получится очень хороший маг огня. А там? А там видно будет.

— Что видно? — сердито сказал Грозодыш. — Ты понимаешь, что случится, если в нем разглядят дракона волхвы или эльфы?

— Если он огненной магией будет закрывать свою суть, то ничего они не разглядят! — отрезал Итэл.

— Ты все же присмотри за ним! — попросил Грозодыш.

— А я что делаю? — хмыкнул Итэл.

— Но не бесплатно! — решил вмешаться я. — Ты что, хочешь за тридцать золотых получить целого мага?

— Узнаю́ кровь! — довольно пробасил Грозодыш. — Все-таки он из нашего рода. Тридцать золотых — это задаток. Остальное — по результату. Не обидим.

— Да, — с непонятным выражением сказал Итэл, глядя вслед точке, в которую превратился Грозодыш, улетевший, когда уже светало. — Едва решили одну задачу, как появилось несколько новых.

— Это ты о чем, мастер? — с удивлением поинтересовался я.

— Вот в чем Грозодыш прав, так это в том, что ни волхвы, ни эльфы не должны узнать, что ты на самом деле из себя представляешь.

— Ты же сам сказал, что я магией буду маскировать свою сущность, — напомнил я.

— Пока у тебя только сырая сила, — отрезал Итэл. — А ей ты будешь не столько маскировать, сколько привлекать к себе внимание.

— Но мы ведь уже достаточно долго прожили в городе, и ничего! Никто на меня внимания не обращал, — привел довод я.

— А ты много по городу ходил? И откуда, позволь спросить, ты знаешь, что внимания на тебя не обратили?.. Впрочем, надо предпринять определенные меры. Есть у меня одна идея.

— И что это за меры? — скептически поинтересовался я.

— В твоей ауре явственно просматриваются линии стихии огня. Они очень похожи на линии земли. Надо только чуть-чуть внести некоторые изменения…

— И я стану магом земли, — перебил я. — Спасибо, мастер!

— Не станешь! И не перебивай меня, когда я говорю! — сердито сказал Итэл. — Я говорил об изменении картины, а не о сущности.

— Но как? Как можно изменить картину, не меняя сущности? И почему линии огня, оказывается, похожи на линии земли?

— Вулканы! — загадочно ответил Итэл.

Ну вот! Не хватало мне еще ребусы решать! Я и так не отошел еще от этого перемещения. Однако он говорит — вулканы. Ну и что? Хотя… Вулканы имеют неприятное свойство извергаться. Грязевые сразу отметаем. Тут даже рассматривать нечего. А вот те, которые лаву производят. Так лава — она раскаленная. Тут таки да! Что-то общее с огнем имеется.

— А как ты это сделаешь? — посопев, спросил я.

— Ты прав, — кивнул мастер. — Если наложить полностью поддельную ауру, то ее раскусит даже не очень опытный маг, который уже умеет работать с аурами. Уж очень она будет выделяться. Но я поступлю более тонко. Лет двести назад… Ну где-то так. Мне довелось спасти одного некроманта от крупных неприятностей. Сам понимаешь, у некроманта если есть неприятности, то они, как правило, крупные. С мелкими он и в одиночку может справиться… Так вот. В благодарность он меня обучил одному интересному заклинанию…

Итэл замолчал. По его лицу было видно, что он углубился в воспоминания о днях лихой юности… Ну, быть может, и не юности, но лихой!

Я кашлянул, напоминая мастеру о себе и о том, что я жду пояснений.

— Что? — очнулся тот. — Ах да! Так вот. Речь идет о частичной маскировке ауры. Самое интересное заключается в том, что это заклинание построено на совершенно ином принципе, нежели заклинание полной поддельной ауры. И распознать его значительно сложнее. Не зная о его существовании, так и невозможно. Мы всего лишь слегка отретушируем твои линии огня. То есть аура-то останется твоя, но тот, кто захочет определиться, будет видеть только ауру мага земли. Возбужденную ауру, но — земли!

— И что? — поинтересовался я. — Что, маги земли не интересуют черных волхвов? И еще, откуда такая уверенность, что тот некромант не поделился еще с кем-нибудь этим заклинанием? И наконец, а не является ли вышеозначенный некромант сам черным волхвом?

— Отвечаю по порядку, — отозвался Итэл, очень довольный найденным решением. — Само собой, волхвы при случае прикончат мага земли. Но специально за ним охотиться не будут… Ну конечно в том случае, если этот маг не наступит им на любимую мозоль.

Мастер многозначительно поднял палец, призывая к вниманию.

— Некромант относится к темным силам, но не к черным волхвам! Это существенно! Можешь не сомневаться: волхвы не любят темных так же, как и остальных магов. А так как это темный маг, то некромант не делится своими знаниями. Это фирменная фишка всех темных магов.

— Угу! Значит, для тебя он сделал исключение и поделился, — покивал я. — Что-то не вяжется.

— Именно что сделал! — Итэл усмехнулся. — Я же говорил, что спас его от крупных неприятностей.

— Все равно не вяжется! — покачал головой я. — Ты его от крупных, а он тебе всего одно (да и то неопробованное) заклинание.

— Ну почему же только одно? — смущенно пробормотал Итэл. — Я тогда много еще чего узнал. Некромант сильный попался. И все, чему он меня обучил, до сих пор срабатывало.

— Так у некроманта же стихия другая, — прищурился я. — Как он мог тебя научить?

— Есть заклинания, которые не зависят от стихии, — вздохнул Итэл. — Рахул — а именно так звали того некроманта — научил меня пользоваться ими.

— А меня ты тоже научишь? — с надеждой спросил я.

— А что я, по-твоему, сейчас делаю? — раздраженно отозвался мастер.

Итэл сосредоточился и, что-то шепча при этом, начал водить руками перед собой, повернувшись ко мне.

Я с интересом наблюдал. Так вот ты какой, шаман северный! Тебе бы еще бубен да косточку в нос.

— Громче шепчи! — попросил я. — Да и не так быстро, я не успеваю записывать.

Итэл не обратил ни малейшего внимания на мою просьбу. Видать, слишком глубоко погрузился в нирвану. Наконец он закончил. Снова внимательно посмотрел на меня и удовлетворенно кивнул.

— Вот это другое дело!

Я прислушался к себе. Никаких изменений не обнаружил.

— И что изменилось? — поинтересовался я.

— Ничего, если ты имеешь в виду себя, — огрызнулся мастер. — Просто твоя аура приобрела тот вид, к которому я и стремился. Теперь взглянувший на тебя увидит перед собой обычного мага земли, и не более. Что нам и требуется!

— Вот! Научи меня видеть ауры, — попросил я. — А то вы все видите, а я один какой-то ущербный, ничего не вижу!

— Это достаточно просто! — живо откликнулся Итэл. — Вот посмотри на меня внимательно и закрой глаза. Перед тобой останется мой контур, окруженный сиянием. Естественно, перед этим активируй свою стихию. Иначе ничего не увидишь, сколько бы ни пялился.

Я последовал подробной инструкции, данной мне наставником… А ведь получилось! Действительно, контур мага переливался оттенками коричневого цвета с синими иглами, проскакивающими то тут, то там. Но кое-где были и зеленые вкрапления. Очень интересно!

— И что, теперь моя аура такая же, как и у тебя? — недоверчиво спросил я, не открывая глаз.

— Она имеет вид такой же, — поправил меня Итэл. — Но на самом деле коричневые полосы — это красные всполохи стихии огня, а коричневые… Ах да! Ты же не видишь свою ауру. Так что поверь мне на слово. — Итэл усмехнулся. — Теперь ты смело можешь ходить по городу. Никто к тебе специально приглядываться не будет. Вряд ли кто-то, увидев ауру мага земли, будет еще и искать наложенную на нее иллюзию.

ГЛАВА 10.

Надо сказать, что Итэл не прогадал с наложением ложной ауры. Теперь я еще и получил новую головную боль. Называется она — мальчик на побегушках. Мальчиком назначили меня (кто бы сомневался!). Итэл под предлогом изучения города начал меня нещадно гонять с поручениями. Он, видите ли, очень занят был заработком денег на мое обучение.

И вот я с мечом (которым совершенно не умею пользоваться) на одном боку и с сумкой на другом в свободное от учебы время брожу по славному городу Тристорну.

«Три воза камней… да не тех, что добывают в южных каменоломнях! Те не годятся. Очень плохо проводят тепло. Лучше всего из восточных брать. Потом раствор еще надо делать по особому рецепту…» Я пытался удержать в памяти распоряжения мастера, продираясь через толпу на Рыночной площади.

Рыночной эта площадь называлась неслучайно. Наблюдательный читатель, несомненно, сделает вывод, что тут располагался рынок. Ну, рынок не рынок, а торговые ряды тут и впрямь имелись. И торговали тут всем, что можно было продать или купить. А наличие толпы — явление обыденное и неудивительное.

Вот только клювом по сторонам щелкать не рекомендуется. В чем я тут же и убедился, выбравшись из толпы на более-менее свободное пространство. Золотую цепочку с лацкана кафтана и кошелек, висевший на поясе, как корова языком слизнула.

Ну ясно! Срезать кошель достаточно просто. Я повертел в руке аккуратно обрезанными завязками. Но как эти долбаные воришки умудрились цепочку изъять? Да еще с лацкана?

Я от души выругался, используя даже те обороты, которые не имеют перевода на местный язык. Честно говоря, там все обороты не имеют перевода. Хотя имеется парочка-тройка и местных довольно заковыристых.

Вот же! Предлагал мне Итэл воспользоваться конем. Отказался я. Нет, не потому, что гордый или там сторонник пеших прогулок. Все значительно проще. Не умею я верхом ездить. Что удивительно, этот простой факт никому не мог прийти в голову. Как это так, дожить до моего возраста и не научиться управляться с лошадьми? Но, с другой стороны, будь я верхом, вряд ли кто-нибудь смог бы меня так обчистить.

И ведь что неприятно, обчистили не кого-нибудь, а самого настоящего огненного мага! То есть меня. И ведь ничего не поделаешь. Не буду же я швырять в толпу пачки огненных стрел. Простые люди-то тут при чем? Да и непростые тоже имеются. Вон парочка расфранченных вельмож в окружении телохранителей прогуливается.

Добавив еще пару фраз, рвущихся из глубины моей возмущенной души, я двинулся дальше. А что оставалось делать? Не к страже же обращаться! Нет, в отношении пойманного преступного элемента тут особо не церемонились. Особо распространенным видом наказания было лишение какой-либо части тела. Начиная от отрубания конечностей и заканчивая собственно головой. Но вот выявление этого самого элемента — целиком забота личности, против которой это преступление и было совершено. А так нет преступника — нет отмщения.

«Ай, ладно! Буду надеяться, что мастер еще подкинет монет», — наконец решил я, поспешно шагая по узкой извилистой улочке, пересекающей квартал рабочего люда. Именно на другом конце этого квартала и располагалась контора местного прораба, которому я должен был передать распоряжение мастера.

Ну что за невезуха? Я еще не успел отойти от одного ограбления, как напоролся на другое. Сегодня что, день работника ножа и топора?

Меня крепко ухватили за ворот. А в опасной близости от сонной артерии что-то металлическое и острое коснулось моего горла.

— Стоять!

Шепот-то тихий, но я услышал его очень явственно.

— Стою, — покорно согласился я.

— Пикнешь, нарисую улыбку от уха до уха! — так же шепотом предупредили меня.

— Молчу, — покладисто отозвался я.

— А теперь медленно и аккуратно достань свой кошель и брось его на землю, — продолжал нашептывать грабитель.

— Не могу, — вздохнул я. — Тебя кто-то опередил на Рыночной площади. Правда, нож он использовал несколько иначе. Эффективнее, я бы сказал.

— А вот сейчас я перережу тебе горло, тогда и будешь рассказывать об эффективности! — прошипели сзади.

— Ну, с перерезанным горлом я вряд ли что смогу сказать, — заметил я, обращаясь к стихии.

Тут уже шутки кончились. Есть тот, к кому можно высказать претензии непосредственно. А претензии имеются. Как же без них? Для начала постараемся убрать режуще-колющее от горла. Оно у меня одно, и я им очень дорожу.

Мне показалось или нажим усилился? Нет, не показалось. Я почувствовал, как по шее потекла теплая жидкость. Э, да это же моя кровь! Ситуация начала мне активно не нравиться.

От отчаяния я направил силу стихии именно в то место, где была проколота моя драгоценная шкура. Во всяком случае, как раз оно и занимало мои мысли.

За спиной коротко взвизгнули, и я почувствовал, что острие пропало. Зазвенел упавший на булыжник мостовой нож. Мой ворот отпустили. Я резко развернулся, ловя взглядом будущую жертву.

Напавшему было в данный момент не до меня. Он согнулся, дуя на обожженную руку.

Невысокий, да и не очень внушительный по габаритам. Одетый во все черное, с глубоким капюшоном на голове. На капюшоне были завязочки, позволяющие закрыть лицо, оставляя только прорези для глаз. Эти завязочки в данный момент болталась (ну не через капюшон же дуть).

— Ага! — с удовлетворением изрек я. — Советую не бежать! Все равно от огненных стрел далеко не убежишь. А они будут, слишком уж ты меня обидел.

Сам я в этот момент пытался сообразить, что же произошло. Видимо, когда я направил стихию в направлении раны, она и раскалила нож. Вон он валяется. А через нож обожгла руку преступного элемента. Я рефлекторно ухватился за шею. Странно! Ничего нет. Ни царапины! Я посмотрел на свою ладонь… А вот кровь таки имеется. Разводы на пальцах не оставляли в этом никаких сомнений.

— Ну все! — сердито сказал я. — Твоя песенка спета. Сейчас я позову стражу. Думаю, они сами разберутся, как в таких случаях поступать.

— Не надо! — неожиданно жалобно попросил грабитель. — Я же не знала, что ты маг. Маги, да еще в одиночку, по этой улице не ходят.

Ох ты! Да это не он, а она…

Я остолбенело смотрел на тонкое личико девушки, видное из-под капюшона.

— Здрасте! — брякнул я, не зная, что сказать от неожиданности.

Глаза пленной стали чуть больше. Видимо, она ожидала чего угодно, но только не приветствия от меня.

— Отпусти меня, а? — прозвучало просительно.

— Ага! Счас! Чтобы ты грабанула того, кто за себя не сможет постоять?

— А что мне еще делать? — неожиданно зло отозвалась девушка. — На панель идти? Кто мне еду за так даст?

— Ну есть же еще другая работа? — предположил я, несколько опешив от такой отповеди.

— Есть, — кивнула девушка. — Только для того, кто ее умеет делать. А я ничего не умею. Даже вот ограбить тебя толком не смогла.

Я заметил, как по щеке недавнего грабителя проложила мокрую дорожку слеза.

— Эй! Не плачь! — попросил ее я. — Как тебя, кстати, зовут?

— Сантия, — уже откровенно всхлипнула девушка.

Да откуда она знает, что на слезы меня можно взять?

Я же ей не говорил этого. Или это метод всех девушек в таких ситуациях?

— Так, Сантия, — решительно сказал я, — утри слезы! Ты есть хочешь?

Сантия с разнесчастным видом кивнула.

— Пошли со мной! Перекусим. Я, кстати, тоже проголодался. Там мне все и расскажешь.

— Это куда ты меня зовешь? — подозрительно спросила она. — Почему это я должна тебе что-то рассказывать?

— Ну, не хочешь, дело твое, — пожал плечами я. — Тогда я буду звать не тебя, а стражу. И рассказывать тебе все равно придется. Только уже не мне, а им. Как тебе такой выбор?

— Лучше тебе, — быстро приняла решение Сантия. — Так куда ты хочешь меня повести?

— Не в ратушу, — буркнул я. — Тут недалеко харчевня имеется. Я только передам послание моего наставника работнику и возьму у него пару монет. Говорю же тебе: меня уже ограбили.

Я похлопал ладонью по тому месту, где раньше висел мой кошель.

— Так ты действительно хочешь меня накормить? — изумленно уставилась на меня Сантия.

— Ты что-то имеешь против? — поднял правую бровь я. — Быть может, ты сыта? А грабить отправилась от нечего делать?

Девушка левой рукой сдернула с головы капюшон. Пышные волосы рыжего оттенка рассыпались по ее плечам.

— Ты обжег мне руку, — пожаловалась она, протягивая мне правую руку ладонью вверх.

Гм, действительно, ладонь сильно покраснела.

— Давай я посмотрю, — предложил я, осторожно подставляя под ее руку свою.

Совсем недавно Итэл меня стал обучать целебной магии. Правда, он предупредил, что эта магия для таких, как и я сам. Почему, я так и не понял. Во всяком случае, от ожогов она должна помочь.

Я сосредоточился, вспоминая заклинание, накануне заученное наизусть.

— Ой! — восторженно пискнула Сантия.

Краснота стремительно исчезала с ее ладони.

— Ты очень сильный маг, — подняла девушка на меня глаза.

— Да ну! — смутился я. — С чего ты взяла, что сильный?

— Сильный, сильный! — заверила меня Сантия. — И добрый. Маг-целитель за такое целый золотой берет.

— А ты откуда знаешь? — поинтересовался я.

Девушка озадаченно взглянула на меня.

— Не знаю, — наконец сообщила она. — Я вообще совсем запуталась. Наверное, я схожу с ума.

— Похоже на то, — хмыкнул я. — Ладно! Пошли! Сначала все расскажешь, а потом я уже подумаю, с какого ума ты сходишь и куда.

Я двинулся дальше по улице. Сантия догнала меня и пристроилась рядом.

— А какой ты маг? — задала она вопрос.

— А какой маг огненными стрелами балуется? — ответил я вопросом на вопрос.

— А-а-а! — уважительно протянула она. — Наверное, хорошо быть магом.

— Ну как тебе сказать? — хмыкнул я. — В некоторых случаях наверное.

— А где твой знак? — не унималась Сантия.

— Нет у меня знака. Я только еще учусь.

— Не понимаю, — нахмурилась девушка. — Королевская академия находится в Пертане, в столице. А что ты тут делаешь?

— Учусь по индивидуальному плану, — брякнул я, не подумав.

— По какому плану? — даже остановилась от удивления Сантия.

— Э-э-э… — Пришлось остановиться и мне. — Ну… так называется новый метод обучения. Это когда наставник самостоятельно обучает одного ученика… Да что ты ко мне пристала со своими вопросами? Пошли быстрее! Как выяснилось, тут ходить небезопасно.

— Кому как, — пожала плечиками Сантия. — Если ты беден, то ходить тут можешь сколько угодно. Кому ты такой нужен будешь?

— А что, девичья честь тут не подвергается опасности? — ехидно спросил я.

— Тут только грабят, — любезно сообщила Сантия. — А вот в порту так могут и даже похитить. Продадут потом в рабство в какой-нибудь из халифатов. Туда лучше честной девушке не соваться.

— В порту? — удивился я. — Где это тут порт имеется?

— Ты что, глупый? — отозвалась Сантия. — Это в Пертане порт. Откуда ты свалился, если такого не знаешь?

— Откуда надо, оттуда и свалился! — буркнул я. — Пришли уже! Подожди меня тут, я сейчас…

Работник Соваж выслушал меня уважительно и сочувственно. Посетовал на нынешние нравы, когда порядочному человеку через рынок лучше не ходить. И одолжил мне два золотых, аккуратно записав долг в свою книгу расходов. Правда, вернуть я ему должен был уже два золотых и десять серебрушек.

Я выскочил из конторы и остановился. Сантии нигде не было видно. Что случилось? Я огляделся по сторонам.

Нет ее! Вот это номер! Она же голодная была? Даже исходя из простой логики проще было бы уже наесться за чужой счет и только потом сваливать. Впрочем, кто женскую логику понимает? Разве что сами женщины.

Я покачал головой и побрел в сторону дома, конечно же уже совершенно другим маршрутом. Хватит с меня приключений на сегодня!

Не знаю почему, но образ рыжеволосой Сантии запал мне в душу. Вот вроде бы только познакомились, да еще и при таких обстоятельствах, а снова хочется ее увидеть.

Нет, я не влюбился. Я вообще человек невлюбчивый. Сердце мое защищено металлическим панцирем с кевларовыми прокладками. Стрелам любви его не пробить. Но… Но вот хочется снова увидеть эту Сантию… Быть может, потом?

ГЛАВА 11.

— Левиус!.. ЛЕВИУС!!!

Да что же это он так кричит? Я с большой неохотой поднял голову от подушки и сонно посмотрел в окно. На дворе, как я и предполагал, едва развиднелось. Орать в такую рань — это уже моветон!

Дверь моей комнаты распахнулась, и на пороге возник Итэл.

Вот я раньше говорил, что он выглядит старым? Так вот, «выглядит» и «старый» — это разные понятия. Кто хочет в этом убедиться, милости просим! Я вас обязательно познакомлю с моим наставником. И вот тогда вы сами скажете то же, что говорю сейчас я.

— Ты почему до сих пор валяешься? Я тебе сколько раз вчера говорил, что нам сегодня рано вставать?

Я добросовестно попытался вспомнить сколько же.

— …Левиус!

Ну это я от добросовестности глаза прикрыл. Быть может, даже всхрапнул, исключительно для освежения памяти. Чего сразу так реагировать?

— Мастер, я уже почти встал и почти оделся, — укоризненно проговорил я. — Ну чего ты кричишь? И так ли нам необходимо ехать к этим гномам?

— Не к гномам, а к Подгорному народу, — поправил меня Итэл. — Не вздумай их называть гномами. Это для них самое страшное оскорбление.

— Подгорный народ, Подгорный народ, — сердито пробормотал я, выбираясь из-под одеяла и принимая сидячее положение. — Чем им слово «гном» насолило? И кстати, под какой горой они народились?

— Это давняя история, — отмахнулся Итэл. — Если пожелаешь, я тебе ее по пути расскажу. Сейчас бегом умойся и позавтракай! Дорога дальняя, и перекусить нам удастся не скоро. Да и перекус у гномов не щедрый.

— Вот ты сам называешь их гномами, а мне запрещаешь, — укоризненно сказал я, пытаясь разобраться с ремешками кожаной куртки, которую на этот раз мне надо было напялить на себя.

— Это потому, что я в себе уверен, — с достоинством ответствовал мастер. — Я не перепутаю и не собьюсь в самый неподходящий момент.

Ага! Это он припомнил вчерашний конфуз. Ну было. Я же не специально! Я же только один звук перепутал. И не надо было на пути огненной струи становиться! Сам же меня технике безопасности обучал. И что в результате? Сгоревшая одежда, борода подпаленная и усы подкопченные… Ах да! Еще прочувствованные слова, сравнения и эпитеты.

— Это все от недосыпа, — пояснил я. — Вот не выспишься как следует и путаешь.

— Если там спутаешь, то костей не соберешь, даром что драконыш, — буркнул Итэл. — Я жду, Левиус!

Сегодня мастер решил отправиться в единственный доступный для посторонних город Подгорного народа — Кразранд. Я думаю, что остальные их города недоступны исключительно по причине невозможности произнести нормальным языком их названия. Обязательно если не на втором, то на третьем слоге язык сломается. Вот и приходится на вопрос: «Какой наш город ты хочешь посетить?», отвечать единственно произносимым словом.

Начинался Кразранд огромной пещерой. Правда, эту пещеру отличало от остальных наличие двух гигантских статуй у входа. Там уж, как водится, были изображены в натуральную величину хозяева этой пещеры в самых что ни на есть героических позах.

Справа кузнец, размахнувшийся молотом для очередного удара. Каменные волосы разметались на ветру (и откуда там ветер берется?). Вся фигура напряжена. Остается только догадываться, что он там кует. Ну не хватило, видимо, у скульптора воображения.

А вот слева — добытчик! Тоже неизвестно, что добыл, но радости — хватит на троих. Кирка поднята вверх, борода и усы раздвинуты в торжествующем (предположительно) реве. Убрать кирку и вставить в руку флаг — совсем будет футбольный фанат, команда которого забила гол.

Все это я смог рассмотреть, пока наша повозка спускалась по длиннющему спуску к пещере. А потом уже началась сама пещера.

А они тут нормально устроились. Не знаю, как там дальше, но центр города был хорошо освещен.

Итэл сразу же повлек меня к знакомому кузнечных дел мастеру. Вот тогда я сразу же понял, что он тут не впервые, и даже не редкий гость.

Мощный дядя поперек себя шире усердно наворачивал большим молотом по раскаленному бруску металла на наковальне. Второй, ухватив этот брусок за кончик большими щипцами, ловко его поворачивал, подставляя то один, то другой бок под удар. Процесс завораживал своей слаженностью и ритмичностью. Вот честное слово, так бы стоял и смотрел. Всегда приятно смотреть, когда работают другие. Но Итэл не собирался мне давать насладиться зрелищем.

— Ротрух! — завопил он пронзительным фальцетом. — Это я, Итэл Каменный Палец. Здравствуй, старый дружище!

Молот замер в высшей точке. Гном повернул голову. Волосы его были прихвачены кожаным шнурком, чтобы не мешали, падая на глаза. Глаза из-под широченных бровей мигом выхватили фигуру моего наставника.

— Итэл! — взревел он, обрушивая молот на ни в чем не повинный брусок. — Жив, старый жук! А мне говорили, что ты в лесах сгинул. Вот и верь после этого людям! Убирай железку, Рурас! Я на сегодня работу закончил. Да и на завтра тоже, если подумать.

Ротрух отставил молот к наковальне и, сдирая на ходу перчатки, направился к Итэлу. Мастеру пришлось наклониться, чтобы объятия были похожи на настоящие.

— Крепок! — констатировал гном, выпуская Итэла из объятий. — Если бы не рост, так мог бы стать одним из наших шаманов… С чем пожаловал? Я же знаю, что просто так ты прибыть не мог.

— Вот хочу ученику показать кое-что, — указал на меня Итэл. — Весьма способный ученик, кстати.

Ротрух обратил на меня взор:

— Этот, что ли?

Знаете, я подвергся весьма тщательному и скептическому осмотру.

— Что же это ты такого хлюпика себе в ученики взял? — прогудел Ротрух. — Его же одним чихом перебить можно.

А это уже попахивает оскорблением!

— А огненный шар в подарок не желаешь? — угрожающе проговорил я, зажигая в руке пламенный цветок.

— Левиус! — предостерегающе прикрикнул Итэл. — Не обижайся! Это просто дружеская манера общения, принятая между нами.

— Ты гляди! А он уже кое-что может. — Брови гнома подпрыгнули вверх. — Впрочем, у тебя да не смочь!.. Только что-то не вяжется. Он же, как я посмотрю, огненный маг. Зачем ты, маг земли, его взял?

— Обстоятельства так сложились, — вздохнул Итэл. — Я, честно говоря, вообще не предполагал, что обзаведусь учеником. Но я не жалею! Задача интересная и увлекательная.

— Да что же это мы все о делах да о делах? — спохватился Ротрух. — Старый друг ко мне пришел! Это дело надо достойно отметить… Пошли! Тут недалеко есть отличная харчевня. Там такой грортлейн подают, что закачаешься. Впрочем, что вы, люди, понимаете в настоящей выпивке?

— Ну почему же? — хмыкнул я. — Кое-что мы все же понимаем.

— Не вздумай! — тут же среагировал Итэл. — Это только Подгорный народ пить может.

— Да, — крякнул Ротрух. — Крепкая штука! Особенно если печать волчьей лапы не поддельная.

Он сбросил на стул рабочий фартук и снял с крючка куртку. Куртка — мечта металлиста! Там столько было блестящих заклепочек и других металлических фитюлек, что гном сразу же стал похож на гота. Вот только не было у нее «молнии», а вместо нее завязочки.

Он вывалился из своего помещения, не озаботившись даже тем, что надо прикрыть дверь. Наверное, у гномов отсутствует такое понятие, как воры. Да и что там красть-то? Я успел рассмотреть убранство. Вернее, отсутствие такового.

Мы последовали за хозяином. Идея отметить встречу завладела им настолько, что говорить о каких-то делах не имело никакого смысла.

Харчевня действительно оказалась неподалеку.

— Эй! — рявкнул еще на входе Ротрух. — Мне грортлейн, а этим двоим чего-нибудь полегче. Да только не вздумай откупоривать мой грортлейн! Я сам это сделаю. А то знаю я вас!

Насколько я понял, у гномов закусывать не принято. Ну не считать же едой миску, наполненную крепко просоленными хлебными шариками.

Я сунул нос в кружку, которую хозяин харчевни хлопнул передо мной. Пиво! Причем порядком простоявшее открытым. По-моему, оно даже начало прокисать. Я сделал глоток и, скривившись, посмотрел на гнома.

Тот священнодействовал. Он внимательно изучил печать и удовлетворенно кивнул.

— Год лавового толбуха, — пробормотал он. — Мой любимый… И закрутка на месте. Ну-ка! Посмотрим.

Гном добыл из-за голенища сапога короткий широкий нож. Ловко поддел пробку. Та с хлопком взлетела к потолку. Из горлышка бутыли начал виться синеватый дымок. Ротрух втянул широкими ноздрями воздух и крякнул:

— Забористая вещица! Вот за что я люблю эту харчевню, так это за то, что тут не подают подделок.

Он набулькал себе полную кружку и одним махом влил ее содержимое в себя. Выпученными глазами посмотрел на нас и быстро ухватил из миски один из шариков.

— Ху-у-ух! — выдохнул гном такой же дымок, какой вился из бутылки. — Хорош, зараза!

Он закинул себе в рот еще несколько шариков и с наслаждением начал их жевать.

Я, спросив взглядом разрешения и получив поощрительный кивок гнома, взял бутылку и начал ее рассматривать.

— Не вздумай! — предупреждающе сказал Итэл, с тревогой следя за моими действиями.

Я принюхался. Пахло чем-то достаточно острым, но приятным. Я бы даже сказал — ностальгическим. Вот, правда, синий дымок вызывал определенные опасения. Но это другой мир. Я ведь вот тоже тут изменился.

— Мастер, я не могу это пить, — указал я на напиток перед собой. — Это не пиво, это непонятно что.

— Пиво? — У Ротруха удивленно поднялись брови.

Итэл тоже несколько недоуменно смотрел на меня.

— О чем это ты говоришь, паря? — поинтересовался гном.

— Ну как называется это? — указал я на кружку.

— Это эль! И смею сказать, очень неплохой эль, — воинственно встопорщил бороду Ротрух. — Здесь плохого не подают!

— Ну если это неплохой, то я даже боюсь себе представить, что такое плохой, — вздохнул я. — Мастер, я попробую эту штуку, пахнет вроде бы неплохо.

— Ты понимаешь, что человеку этого нельзя пить? — торопливо сказал Итэл.

— А что, кто-то пробовал? — поинтересовался я, наливая в свободную кружку немного напитка.

— Дураков нет! — сердито прихлопнул по столу ладонью Итэл.

— Ну вот! Считай, что один дурак все же появился, — улыбнулся ему я, принюхиваясь к содержимому кружки. — Ты целитель или просто погулять вышел? Но мне кажется, что ничего страшного со мной не случится. Где-то я уже такой запах улавливал. Он в моем воображении неразрывно связан с соленым огурчиком и чудесной едой под названием «оливье». Причем желательно эту самую еду подавать в миске. В ней спится не в пример лучше.

Итэл, приоткрыв рот, удивленно вслушивался в ту ересь, что я нес. Я чуть пригубил напиток. Ну точно, вроде чего-то, похожего на самогон-первак. Я хукнул и выпил. Потом с невозмутимым видом, даже не очень спеша, взял шарик из миски.

Гном ошарашенно следил за моими действиями.

— Ты глянь! — через некоторое время прохрипел он. — Живой! Быть может, грортлейн поддельный? Ну так ведь печать настоящая. Быть такого не может! Человек от такого мрет.

— Да? — поднял я бровь. — Я — жив. Да что я? Я знавал таких молодцев, которые легко могли несколько бутылок этого дела зараз приговорить. Под хорошую закуску, естественно. Впрочем, они могли еще и не такое пить…

— Они сильные маги? — спросил Итэл.

— Они сильные алконавты, — поправил я мастера. — Им вообще равных нет!

— Так это ты научился у них? — с уважением покосился на меня Ротрух.

— Было чему учиться, — пожал я плечами. — Это я сам освоил.

— Вот теперь я тебе верю, — обратился гном к Итэлу. — Действительно, ученик у тебя очень способный!

Отметились мы на славу! Я еще ничего, а вот Ротрух упился в зюзю. Нет, я не хочу сказать, что перепил гнома. Я после успешной апробации гномьего самогона больше не пил. Просто Итэл попросил меня помочь оттащить гостеприимного Ротруха домой. Правда, дом оказался совсем в другой стороне, чем его мастерская. К счастью, что не может не радовать, мастер знал, куда надо тащить.

По пути пришлось преодолеть несколько преград. Первая — вес уважаемого кузнеца Ротруха. Он оказался неожиданно тяжелым. Вторая преграда — дверь в дом Ротруха. Она-то как раз была закрыта надежно.

Пыхтя и отдуваясь, мы опустили Ротруха на стоявшую неподалеку скамеечку и в затруднении уставились на преграду.

— Ну и как мы туда попадем? — поинтересовался я и кивком указал на гнома. — Я не уверен, что он сейчас в состоянии сказать «сезам откройся!». Он и «мама» вряд ли сможет выговорить.

Итэл неодобрительно покачал головой и, подойдя к двери, согнутым пальцем постучал по ней.

Вот тут-то и возникла третья преграда.

Дверь распахнулась, и на пороге возник еще один гном. Я обалдело уставился на это чудо.

Гном был достоин того. Кокетливый чепчик набекрень, заплетенные во множество косиц волосы, яркие бантики в бороде и дородная фигура в женском платье.

Кто-то слабо икнул. По-моему, это был именно я.

Гном, а правильнее — гномиха окинула суровым взглядом нашу группку.

— Явился-таки! — громыхнула она, узрев мирно оплывшего на лавочке Ротруха. — Нет, вы посмотрите на него! Мало того что напился, так еще человеки домой его притащили! Позор какой!

Мне захотелось уточнить, в чем, собственно, заключается позор? В том, что Ротрух употребил, или в том, что его домой «человеки» притащили? Но, взглянув на бушующую гномиху, я не решился задавать этот животрепещущий вопрос.

К чести Ротруха, как только раздался этот глас, он сразу же воспрянул. Быть может, это была формула заклинания отрезвления в исполнении гномихи. Торопливо поднялся и попытался принять более-менее прямое положение.

— Рутгильда! — прогудел он укоризненно. — Соседи вокруг! И я в норме. Это я просто устал. Работы было много.

— Ах работы, — задохнулась Рутгильда. — От него на версту разит грортлейном, а он мне втирает, что это от работы. А людев зачем сюда привел?

— Это мой давний друг Итэл и его ученик Левиус, — торопливо представил нас Ротрух. — Это не просто люди, а маги. Как ты могла забыть Итэла, дорогая?

— Я его помню, — уже более дружелюбно кивнула нам Рутгильда. — Он, правда, тогда был без ученика, да и волосы были не так седы. Как я понимаю, седина и ученик — вещи взаимосвязанные?

— Нет, — приятно улыбнулся Итэл, отпуская полупоклон гномихе. — Увы, время неумолимо! К счастью, ученик мне седины не прибавил.

— А чего еще прибавлять, если и так сед? — хмыкнула Рутгильда, поворачиваясь и уходя в дом. — Заходите уже! Голодные небось? Этот хмырь разве догадается гостей накормить! Ему лишь бы выпить был повод.

Ротрух виновато взглянул на нас и сделал приглашающий жест.

— Заходи, Левиус! — подтолкнул меня в спину Итэл. — Для тебя будет поучительно увидеть, как живет славный Подгорный народ.

Увидеть было что! Такое впечатление, что гномы вырезают свои жилища в цельной породе. Но как вырезают! Такой ювелирной точности я себе и представить не мог. Идеально ровные стены, пол и потолок. Никаких неровностей! Четкие углы и откосы. В жилище Ротруха, казалось, было предусмотрено все. В том числе и удобства, уж извините за подробности. Я с умилением увидел, что тут есть канализация. Из стены торчала трубка с каким-то пиптиком, нажав на который я получил приличную струю воды. А освещение? Под потолком сияли ярким теплым светом шары, позволяющие обходиться без приборов ночного видения.

Мастер благосклонно наблюдал за мной, иногда морщась от громогласных словесных изысков Рутгильды, которая продолжала отчитывать своего непутевого муженька в соседнем помещении.

— Видать, они уже не первый год женаты, — хмыкнул я, кивнув в сторону ругани.

— Да уж! — усмехнулся Итэл. — Я бы сказал: не первый десяток лет. Это же надо! Я присутствовал на их свадьбе шестьдесят лет назад. Ротрух меня даже в лесу смог разыскать и пригласить. Да, давно это было, а кажется, что только вчера.

В недрах дома что-то загрохотало. Боюсь, что это Рутгильда уронила на Ротруха что-то тяжелое.

— Шестьдесят? — ужаснулся я. — Мамочки! Да как же это они друг друга за такое время не прибили?

— Любовь не угасает, — вздохнул Итэл. — Да ты не переживай! Это они всегда так. Пошумят-пошумят, а потом все будет хорошо.

— Будем надеяться, — сказал я, с опаской прислушиваясь к тишине, воцарившейся в доме. — Вот уж не ожидал, что у них и женщины бородаты.

— У них даже дети бородаты, — пожал плечами Итэл. — Ничего удивительного. Такая особенность организма. Но я тебя сюда привел не для этого. Мы здесь совсем по иному поводу. Кстати, не надо показывать свою суть! Сколько раз тебе об этом говорить? Ладно гномы! Они с магией не особо дружны. Разве что их шаманы могут что-то… Да что там говорить? Многое их шаманы могут. На тебе висит аура мага земли, а ты огненными символами хвастаешь! Ум есть? Я тебе что, зря ауру подделывал?

— Извини, мастер! — попросил я. — Уж слишком он меня достал. Хлюпиком обозвал.

— А ты и есть для него хлюпик, — невозмутимо отозвался Итэл. — Ты молот, которым он орудовал, видел? Сможешь его поднять, я уже и не говорю о том, чтобы целый день им размахивать?

— Это — да! — пришлось почесать мне в затылке. — Так по какому поводу мы здесь?

— Тут имеется возможность увидеть Кровь Земли, — таинственно сказал Итэл. — Не каждому это дано! Магам воды и воздуха тут делать нечего.

— А магам огня? — заинтересовался я.

— Ну все же Кровь горяча, — пояснил Итэл. — Но тут еще одна особенность. Высокие драконы крепко связаны с этой Кровью.

— Я не связан! — сразу же открестился я. — И никогда не связывался. Я даже близко к вулканам не приближался и очень боюсь раскаленной лавы.

— Придется полюбить! — безапелляционно заявил маг. — Это ты должен и как маг земли, которого сейчас изображаешь, и как огненный маг, что тоже немаловажно.

В моем воображении проскакивали картины тотального уничтожения лавой поселений, показанные по телевидению. Совсем некстати вспомнилось и полотно, однажды виденное мною в музее. Как там оно называлось? Кажется, «Последний день Помпеи». Жуть!

— По слухам, высокие драконы в лаве даже купаются, — многозначительно заметил Итэл.

— Надеюсь, ты не заставишь меня оправдывать эти слухи? — нервно спросил я.

— Ну что ты? — Мастер успокаивающе похлопал меня по плечу. — Если сам туда не полезешь, то никто тебя в лаву пихать не будет.

А вот за это — спасибо.

Я начинаю любить гномов. Они, так же как и я, не любят вставать рано. За это им большой респект и моя уважуха! Я проснулся сам. Ну, может быть, чуть-чуть не сам. Из комнаты Ротруха раздавался мощный храп хозяина. В помещении, которое я назвал бы кухней, сидели и тихо разговаривали Итэл и Рутгильда.

— О! — Рутгильда ткнула в мою сторону пальцем. — Твой ученик уже проснулся. А мой олух еще храпит. Это всегда так, когда он заправится этим треклятым грортлейном. Ничего! Я сейчас его подниму и быстро приведу в чувство.

Рутгильда слов на ветер не бросала. Как бы там ни было, но через некоторое время Ротрух уже бодро топал впереди нас, указывая дорогу.

Мы, судя по всему, спускались на нижние ярусы Кразранда. Все меньше встречались признаки туристического города, все больше попадались навстречу гномы в рабочих робах, с кирками, сумками и маленькими фонариками, укрепленными на лбу с помощью кожаных ремешков.

— А что ты хотел? — ответил на мой вопросительный взгляд Итэл. — Здесь неподалеку есть оловянный рудник, два серебряных и несколько месторождений драгоценных камней. Как ты думаешь, кто их добывает?

Ротрух внезапно свернул в один из узких коридорчиков.

— Ну наконец-то! — радостно потер ладони Итэл. — А я все думал, правильно мы идем или нет.

— И что? — осторожно поинтересовался я, поворачивая вслед за гномом. — В этом переулке мы узрим Кровь Земли?

— В этом переулке мы сядем на транспорт, который доставит нас к цели, — оптимистично заявил Итэл.

Транспорт? Я даже боюсь предположить, какой транспорт тут, у гномов, в ходу. Воображение тут же услужливо нарисовало мне вид мрачных катакомб, по которым галопом мчатся громадные пауки, тащащие повозки с гномами. А кто еще может обитать под землей? Ну, кроме гномов, естественно.

Ротрух вывел нас на широкую площадку, за которой открывалась картина гигантской пропасти. Посреди площадки находилось несколько железных коробок, в одну из которых гном и залез. Он сделал нам приглашающий жест.

— Э-э-э… мастер, а нам обязательно надо туда лезть? — нервно спросил я.

— Конечно! — убежденно отозвался Итэл, забираясь в железяку, на дне которой я увидел несколько сидений с ремнями. — Ты же не забыл, что мы отправляемся в глубь земли?

— Это что, лифт? — еще больше занервничал я.

— Не знаю, что ты предполагаешь под словом «лифт», но это именно то, что нас туда доставит, — вмешался Ротрух. — Садись! И не забудь привязаться.

На площадке появился еще один гном. Он деловито осмотрел нашу сбрую, кое-что поправил и вопросительно поднял брови, глядя на Ротруха.

Тот решительно кивнул и ткнул большим пальцем вниз.

Гном кивнул в ответ, вздохнул и направился к нескольким рычагам в углу площадки. Он ухватился за один из рычагов, крякнул и рванул его на себя.

Часть площадки перед нами провалилась и ушла в сторону. Я испуганно узрел перед собой два рельса, похожие на рельсы американских горок в парке аттракционов.

Худшие мои опасения подтвердились, когда тележка, в которой мы сидели, двинулась вперед. Потому что сразу же за коротким «вперед» оказалось грандиозное «вниз». Желудок стремительно рванулся вверх, сшибая по пути все преграды, которые я пытался выстроить. Удержал я его от вылета только соображением, что впереди сидит мастер Итэл.

Тележку стремительно рвануло влево, и она взлетела на небольшой подъем. Еще один поворот. Мои ребра немилосердно прижало к борту. Наша повозка подпрыгнула и снова стремительно рванулась вниз. Я судорожно сжимал руки на поручнях, которые крепились по сторонам нашего средства передвижения.

Не берусь сказать, сколько продолжалась эта сумасшедшая езда. Мне показалось, что прошла вечность. В себя я пришел, когда тележка остановилась.

— Левиус, вылезай! — обратился ко мне Итэл, стоя рядом. — Мы уже прибыли.

— Правда? — слабым голосом спросил я. — А как мы будем выбираться отсюда?

— При помощи системы тросов, — пробасил Ротрух. — Правда, придется поработать. Да и скорость будет не та.

— Я ничего против не той скорости не имею, — торопливо заявил я, распутывая на себе узлы. — Я даже согласен поработать.

Итэл загадочно усмехнулся и указал рукой куда-то в глубь пещеры.

— Сейчас ты увидишь грандиозное зрелище. Я не устаю поражаться и удивляться ему.

Я поднялся в тележке и… застыл.

Теперь я понял, что имел в виду мастер. Внизу стремительно несся поток раскаленной лавы. Он был действительно грандиозен. Он поражал силой и напором. От него веяло раскаленным сухим воздухом. И во всем этом было что-то мистическое. Зрелище завораживало. Хотелось смотреть, содрогаться от священного ужаса и снова смотреть.

— Кровь Земли, — благоговейно пробормотал Итэл, стоящий рядом со мной.

— Что-то меня совершенно не тянет искупаться в ней, — тихо поделился я своими впечатлениями с наставником.

— Ну это пока ты в виде человека, — так же тихо отозвался он.

Ротрух повернул к нам сияющее гордостью лицо.

— Вот! Только у нас можно так близко наблюдать Кровь Земли. Ну, делайте, что вам там положено сделать, и будем выбираться отсюда. Меня предупредили, что тут иногда бывают всплески, которые участились в последнее время. Это небезопасно!

ГЛАВА 12.

М-да! С контролем эмоций у меня еще слабовато. Я виновато смотрел на Моэлто Прето, который, приплясывая, дул на обожженную руку.

Ну кто же ему виноват?

Я стоял себе, никого не трогал. Мне такое задание дал капитан Бронис. Стоять и держать руки параллельно земле. В эти руки капитан мне воткнул палку с привязанным к концу металлическим бруском. Он, видите ли, устойчивость у меня вырабатывал.

Я отнесся к этому заданию обстоятельно. Выбрал местечко так, чтобы лицо под солнышком загорало. Уж больно я был бледен по сравнению с лихими мечниками отряда Брониса.

Так нет же! Принесло сюда этого аристократа! Это я про Моэлто.

Все почему-то относились к нему с великим пиететом. Он, видите ли, дракона поборол. Этот дракон похищал младых девиц и у своей страшной пещеры их портил… Вот хоть убейте, не могу себе представить, каким образом дракон это делал. Ладно! Не будем углубляться в эти дебри… Так вот, Моэлто отправился к пещере, чтобы наказать наглого извращенца. И представьте себе, таки наказал. Ну это он так рассказывал.

Почему ему поверили, я уяснить не могу. Но поверили. И теперь носились с ним, как с писаной торбой. А Моэлто рад стараться. Ходит себе с тросточкой и считает себя пупом земли. Вот и забрел в казармы мечников.

И чего это ему захотелось покритиковать мою стойку? Так он еще и советы стал давать. Мол, «локоть выпрями!», «руку не опускай!», «почему колени согнуты? Выпрями колени!». Этого Моэлто показалось мало. Он стал еще и своей тросточкой меня по рукам и коленям шлепать.

Этого я уже стерпеть не мог. Мало того что он был мне неприятен из-за того, что пострадал какой-то дракон. Я знаю о драконах не понаслышке. Ну не верю я, что драконы человеческих девиц как-то обижали. Там сжечь десяток-другой селян, уж если сильно достанут, — это еще понятно. Если в этом десятке-другом окажутся девицы, то, ясное дело, и им перепадет. Но вот чтобы специально? Нет! Не верю.

Когда мне досталось тросточкой по пальцам, я бросил палку и перехватил тросточку, которой Моэлто вознамерился было нанести еще один удар. Я только хотел ему сказать, что невежливо прерывать занятия ученика мастера мечей.

Ничего я сказать не успел. Эмоции меня опередили. И вот теперь обгорелые остатки тросточки валяются на земле, а Моэлто, скуля, дует на обожженные пальцы.

Через двор к нам спешил полковой лекарь. Слабенький водяной маг. Но боль снимал он очень быстро и качественно.

— Негодяй! — бешено сверкая на меня глазами, вопил Моэлто. — Ты еще пожалеешь, что посмел провернуть этот грязный трюк по отношению ко мне! Как ты посмел поднять руку на дворянина?! Грязный оборванец!

— Что здесь происходит? — На пороге стоял капитан Бронис и строго смотрел на собравшихся вокруг Моэлто бойцов своего отряда.

— А-а-а! Капитан! Наконец-то ты пришел. — Моэлто вывернулся из рук лекаря, который как раз закончил священнодействовать над его руками. — Этот негодяй посмел провернуть какой-то трюк, когда я стал указывать ему на ошибки. Это что-то из огненной магии… Наверное, амулет. Мне обожгло руки! Я требую немедленного наказания для этого смерда!

Взгляд Брониса остановился на мне. Я только пожал плечами. Я был очень недоволен, что не справился с эмоциями и дал им волю.

— Во-первых, уважаемый Моэлто, — сказал Бронис, — это не мой боец. Во-вторых, он не смерд, а ученик мага Итэла. А значит, наказать его я не могу. Если у тебя есть к нему претензии, то вызови его на поединок. Иначе он вызовет тебя. — Капитан многозначительно взглянул на меня. — Все слышали, как ты, Моэлто, его оскорбил, назвав смердом.

Ах да! Я как-то и подзабыл, что отношусь к обществу привилегированных граждан. Как-то не было до сих пор случая вспомнить. По крайней мере, мои права были равными с правами Моэлто.

Я подхватил со стойки свой пояс с мечом и направился к графу, застегивая пояс на ходу.

Тот растерянно смотрел на меня. Явно известие о том, что я не простой боец, было для него неожиданностью.

— Капитан, ты не одолжишь мне на время свою перчатку? — поинтересовался я, в упор рассматривая побледневшее лицо аристократа.

— Латную? — деловито спросил Бронис.

— Обычную.

— С удовольствием, мастер Левиус! — Бронис вытащил из-за пояса пару перчаток и протянул мне.

— Ты оскорбил меня, господин Моэлто Прето, — холодно сказал я. — Я имею честь вызвать тебя на поединок.

Я легонько хлестнул перчатками по левой щеке Моэлто, который судорожно дернулся, пытаясь уклониться.

— Условия, время и место укажут мои секунданты.

Я повернулся спиной к Моэлто и обратился к Бронису, возвращая ему перчатки:

— Ты не откажешь мне в чести быть моим секундантом?

— Ни в коем случае! — довольно ответил мне капитан. — Кто будет вторым?

— Я думаю, что и мастер Итэл не откажет мне, — небрежно сказал я.

Я уже достаточно сносно владел мечом стараниями все того же капитана Брониса.

Должен признать, что его методы обучения, несмотря на некоторую извращенность, дают плоды.

В чем заключается извращенность, спросите вы? Ну как вам сказать? Капитану очень понравилось шлепать меня по пятой точке. Нет, не рукой. Он это и лезвием своего меча легко делает. Как только я делаю что-то не так, так сразу же и получаю свою порцию. Достаточно больно и унизительно, скажу вам. Но стимулирует! С каждым разом я получал по заднице все меньше и меньше.

Бронис отправился договариваться с секундантами Моэлто, пообещав зайти ко мне домой позже. Я тоже заторопился. Надо было перехватить мастера. Застать его становилось проблемой. Он принимал заказы один за другим. Конечно, это приносило приличные доходы, но что слишком, то не здорово.

Я заскочил домой переодеться и заодно узнать у управляющего Коргута, где бы мог сейчас пребывать мастер. Получив обстоятельный ответ, я поспешил туда отправиться.

Очень хорошо! Я уже не раз побывал на той самой улочке (Каретников, если не ошибаюсь) в надежде найти Сантию. Ту девушку, которая меня пыталась ограбить. Я поправил на груди знак мага. Оказывается, он был не только знаком, но и неплохим охранным амулетом. Преступный элемент отличался хорошим зрением и связываться с магами не любил. Хотя в семье не без урода. Парочка хорошо прожаренных «гопников» подтвердила эту нехитрую истину. А вот Сантию я так и не встретил.

С Итэлом я столкнулся как раз на полдороге. Мастер имел довольный вид. Заприметив меня, он радостно заулыбался и благосклонно помахал мне рукой.

— Здравствуй, наставник! А у меня завтра дуэль, — тут же ввел я Итэла в курс текущих дел.

Никогда еще не видел, чтобы довольный вид с такой скоростью сменился недовольным.

— Вот только этого мне не хватало! — застонал Итэл. — Как это тебя угораздило?

— Оскорбили меня, — пояснил я. — Вынужден был шлепнуть перчаткой по физиономии и вызвать. А что такое?

— Перчаткой ты шлепнул или тебя? — печально спросил Итэл.

— Я, конечно! Я же вызвал, мне и шлепать.

— А ума сообразить, что ты еще не готов к дуэлям, не хватило? — сердито оговорил меня Итэл.

— Ну почему же? Я, конечно, не Галархад Семирукий, о котором постоянно толкует мне капитан Бронис, но меч в руках уже умею держать. Он, кстати, согласился быть моим секундантом.

— Кто? — ошарашенно спросил мастер. — Галархад?

— Да нет же! Капитан согласился.

— И кто был вызван? — с опаской поинтересовался Итэл.

— Моэлто Прето.

— О, Единый! — вновь застонал наставник. — Совсем у этого юнца ум отбило! Ты что, полегче никого не мог найти? Мало того что этот дворянин (уже хотя бы потому, что он дворянин) должен в совершенстве владеть мечом, так он же еще и драконоборец! И, самое главное, он же победил дракона! Это же верная смерть для тебя!

— Но капитан мне напомнил, что я должен ответить на оскорбление, — растерянно сказал я, начиная понимать, что все не так хорошо, как мне казалось.

— Видимо, ему надоело заниматься с тобой, — печально покачал головой Итэл. — Мог бы мне об этом прямо сказать. Зачем же он моего ученика на верную смерть посылает? Где он? Я хочу с ним поговорить по душам. Я ему покажу, как заниматься дуэлями! Навек запомнит!

— Он сегодня будет у нас, — пообещал я. — Он пошел договариваться о правилах.

— Я ему покажу правила! — бушевал Итэл. — В землю живым загоню! Он еще не знает, что меня гневить опасно.

— Эй! — напомнил я наставнику. — Он мой секундант. И я хотел бы, чтобы ты был моим вторым секундантом.

— Вторым секундантом? — свирепо переспросил Итэл. — Боюсь, что я стану первым и единственным. Ничего! Перед королем я как-нибудь отчитаюсь. У него капитанов много… Пошли домой! Надо срочно что-то придумать. Не хватало мне, чтобы моего ученика всякие заносчивые аристократишки на дуэлях убивали!

К вечеру пыл наставника несколько угас. Он уже согласился не сразу убивать Брониса, а только после дуэли, да и то если она закончится для меня неудачно. Ясно, что неудачно в понимании Итэла — это моя смерть. Удачно — это если я буду просто ранен. Другого исхода Итэл не допускал, убеждая меня, что дворяне могут своими мечами делать даже тонкую работу. Так что убить меня или там ранить — это для них не вопрос.

— Если этот Моэлто будет уже тебя убивать, — обеспокоенно втолковывал мне Итэл, — ты постарайся умереть поближе ко мне. Быть может, я еще успею тебя оживить… Или наплюй тогда на кодекс и врежь по этому хлыщу чем-нибудь из своего арсенала. Ну ты с этим никогда не затруднялся. Тут как раз такой случай. Я заплачу Бронису и секундантам Моэлто сколько надо, лишь бы они молчали.

— Мастер! — укоризненно сказал я. — Ай-ай-ай! Ты же сам говорил, что на дуэлях магия запрещена.

— Но я не говорил, что согласен на то, чтобы убивали моих учеников! — сердито воскликнул Итэл.

— Капитан коронного полка мечников его величества, мастер мечей, кавалер Бронис, — торжественно объявил управляющий Коргут от дверей.

— Ага! — зловеще оскалился мастер. — Как думаешь, Левиус? Его сразу в землю затягивать или все же дать ему возможность сказать последнее слово?

— Пусть скажет! — торопливо попросил я. — Мне хочется знать, за что капитан меня так невзлюбил.

— Приветствую! — поклонился Бронис, остановившись у порога. — Что это у вас такой вид недовольный? Или вы уже знаете, чем закончились мои переговоры?

— О нашем виде я с тобой потом поговорю, — пообещал мастер Итэл. — А чем, собственно, закончились твои переговоры?

— Да ничем! — сердито отозвался Бронис, проходя к креслу и опускаясь в него. — Я не думал, что этот Моэлто окажется так труслив. Поединка не будет!

— Что? — ошарашенно спросил Итэл.

— Как это не будет? — присоединился к нему я.

— А так! — негодовал Бронис. — Не успел я зайти, как меня встретил какой-то крючкотворец и заявил, что согласно последнему эдикту короля драконоборцам запрещено участвовать в дуэлях. Потому что драконов много, а драконоборцев, выживших после встречи с драконами, мало. И каждый такой очень ценен для короны. Мало ли что драконам взбредет в голову, вот тогда драконоборцы будут очень кстати. Брешет, конечно! Но как проверить?

— Да ты понимаешь, что Левиус очень рисковал? Ты подставил его! — раздраженно спросил Итэл.

— Ха! — откликнулся Бронис. — Ничего он не рисковал. Конечно, Левиусу еще далеко до хорошего мечника, но уровень этого Моэлто еще ниже. Даже удивительно!

— Откуда ты знаешь? — уже не так сердито спросил наставник.

— Он тоже брал у меня уроки, — лукаво улыбнулся капитан. — Так что мне ли не знать? Никогда еще у меня не было такого капризного, заносчивого и неумелого ученика. Вот от кого бы я избавился с большим удовольствием!

— Угу! — кивнул я. — Ну раз уж не получилось с ним дуэли, можно я его по-простому? Подарю ему огненный шар. Они у меня в последнее время получаются все лучше и лучше. Я его самым красивым обрадую. Заодно и за того парня, вернее, дракона, отомщу.

— Нельзя! — с интересом взглянул на меня Бронис. — Эдикты короля — это такая штука, с которой спорить себе дороже. Придется после этого удариться в бега. Оно тебе надо? И так этот Моэлто станет посмешищем.

— Эх! Хорошо прожаренное посмешище привлекает меня гораздо больше, чем сырое, — вздохнул я.

— Нельзя! — повторил Бронис. — А что это ты так за дракона рвешься отомстить?

О! Это уже скользкая почва. И дернула меня нелегкая ляпнуть! Мастер Итэл свирепо уставился на меня. Его взгляд обещал мне в недалеком будущем обстоятельную беседу о моей сдержанности.

— Я всегда восхищался этими красавцами, — осторожно сказал я. — Мне кажется, что на них возводят напраслину. Ну сам посуди. Зачем драконам эти девицы? Они, драконы, что, извращенцы какие? И что означает слово «портил»? Это как? Если бы он просто их кушал, это было бы понятно. Но я слышал, что от человечины у драконов изжога. И наконец, как это дракон мог потребовать поставлять ему девиц? Он что, опустился посреди поселения и объявление повесил?

Капитан наморщил лоб, осмысливая мои доводы.

— Ну как-то же он потребовал, — наконец высказал Бронис результаты своих умственных потуг. — Тут сомневаться не приходится. Моэлто предоставил неоспоримые доказательства своей победы: когти и зубы дракона. Не могу понять, как это ему удалось, но такие артефакты можно добыть только в бою с этими чешуйчатыми тварями.

— А это точно когти и зубы именно дракона? — заинтересовался я. — Он мог еще у кого-нибудь вышибить такое же добро.

— Ты что, думаешь, что наших магов так легко обмануть? — поднял бровь вверх капитан. — Если они сказали, что это так, то можешь не сомневаться.

— А самого Моэлто на детекторе лжи они проверяли? — разочарованно спросил я. — Действительно ли он добыл это в бою?

— На чем, на чем? — удивился Бронис. — Что это ты любишь такие странные слова говорить? Учти, магическими терминами меня не надо «грузить»!

— Хорошо! — кивнул я. — Не буду. Только ты мне скажи: проверяли ли маги достоверность слов самого Моэлто про битву с драконом?

— А зачем? Зубы и когти настоящие. А как еще их можно добыть?

— Понятно! — вздохнул я. — Ну ладно! Раз дуэли не будет, то я пойду посплю.

— Еще чего? — возмутился Итэл. — Нет уж! Поспать тебе сейчас не светит… Извини, уважаемый Бронис! Нам с Левиусом предстоит еще заняться магическим обучением. Спасибо, что хотел помочь.

ГЛАВА 13.

Занятие по магии началось далеко не сразу. Как и следовало ожидать, мне была прочитана внеочередная лекция о моем болтливом языке и даны рекомендации, что с ним (языком) следовало бы сделать. По словам Итэла, его удерживало только одно обстоятельство: язык был нужен для произнесения заклинаний.

— А теперь, мой невоздержанный на язык ученик, я перейду к защитам и исцелениям. Это тебе, по моим ощущениям, может понадобиться в самом ближайшем будущем. Ну если тебя сразу не прибьют.

— Меня Бронис учил первым наносить удар, — буркнул я.

— А те, кто будет тебя убивать, об этом знают? — осведомился Итэл. — Или, быть может, ты сам можешь определить, когда, кто и где тебя попытается убить?

Наставник помолчал, ожидая моего ответа, не дождался и удовлетворенно кивнул.

— Я так и знал… А начнем мы, пожалуй, с защит. Огненные маги используют огненную завесу. Это сродни моей земляной завесе. Весьма полезное заклинание, в том случае, когда тебя пытаются проткнуть стрелой или сбросить на голову камень. Огненная завеса предохранит тебя от таких неприятностей.

— Угу! — согласился я. — А как я узнаю, что пора ставить эту самую завесу? Мне кто-то об этом сообщит?

— Ты должен сам соображать! — сварливо отозвался Итэл. — Не маленький уже! Идешь в темный переулок или по дремучему лесу, так и ставь! И там, и там могут быть засады. А первое дело у устроивших засаду в таком случае что?

— Что?

— Первым делом они стараются стрелой или ножиком попасть в тебя, — сообщил мне наставник. — Чтобы уже потом с тобой не возиться. Ан нет! Тут-то они об этом и пожалеют! Ну если ты, конечно, не будешь терять времени даром.

Итэл прервался, нахмурил лоб и пытливо посмотрел на меня.

— Кстати, в рабочем квартале нашли два обгорелых трупа грабителей. Это случайно не твоя работа?

— Ну что ты, мастер? — сделал честные глаза я. — Я по таким сомнительным местам не хожу.

— Значит, в городе появился еще один огненный маг, — еще больше нахмурился Итэл. — То-то черные волхвы оживились.

— А что тут такого? — поднял брови я. — Почему это они оживились именно из-за огненного мага?

— Так ведь именно огненные маги им нужны для заклятий на оружие драконоборцев, — пояснил Итэл. — Они из него огненную составляющую высасывают и на оружие накладывают часть ее. Драконам в таком случае наносится очень серьезная рана, если не смертельная. Ты ни в коем случае сейчас не демонстрируй свои способности! С черными волхвами тебе не совладать!

— Хорошо! — легко согласился я. — Буду сдержан, вежлив и обходителен.

— …Так, а теперь об огненной завесе. Заклинание ее призыва отличается от заклинания призыва земной завесы всего одним словом…

Итэл устало отер лоб ладонью и поощрительно мне улыбнулся. Огненная завеса в моем исполнении работала исправно. Все, чем швырял в меня Итэл, активно сгорало при пересечении определенной границы. Но, как он мне и сказал, этого мало. От взрыва, к примеру, или магической атаки огненная завеса не спасала. Для таких случаев существовали более сильные магические защиты. Такие, как огненный щит или огненная сфера. Но заклинаний для вызова этих мощных построений Итэл не знал, в чем он мне с сожалением признался.

— А как же быть? — оторопело спросил я. — Я почему-то думаю, что эти заклинания будут мне нелишними.

— Ну, не все так печально, — подбадривающе подмигнул мне Итэл. — Я на днях еду в столицу. Там у меня есть кое-какие знакомства… Во всяком случае, думаю, что мы решим этот вопрос.

Мастер поднялся со своего табурета и принял суровый вид:

— А сейчас повторим последнее упражнение! Я метаю в тебя камни с разных сторон, а ты должен успеть выставить огненную завесу на их пути.

Я крутился как заведенный, пытаясь успеть выставить завесу на пути камней. Они летели быстро и били сильно. В этом я успел убедиться, когда один из незамеченных мною камней со всего маху вонзился в мою правую ягодицу. Я, знаете ли, ценю свои ягодицы. Как правую, так и левую. Поэтому заорал, ухватившись рукой за пострадавшее место. В своем углу удовлетворенно хрюкнул Итэл.

— Не расслабляться! — прикрикнул он.

В подтверждение его слов мимо уха просвистел один из снарядов.

Я, дыша, как загнанная лошадь, проковылял к мастеру. Он восседал на своем табурете в позе китайского болванчика, прищуренными глазами рассматривая меня.

— Ну, присаживайся, Левиус! — предложил Итэл, жестом вызывая из земли каменную скамейку.

Я было присел, но тут же вскочил. Острая боль пронзила меня. Теперь мне стало близким и понятным выражение «прикрыть свой зад».

— Что такое? — с преувеличенной заботой поинтересовался мастер.

— Он еще спрашивает! — сердито сказал я.

Перспектива несколько дней не иметь возможности сесть и спать только на животе меня не радовала.

— Ах это! — улыбнулся наставник. — А тебе никто и не обещал, что будет легко.

— Ты бы лучше залечил мне рану, — простонал я. — Я же сидеть не могу!

— Вот еще! — Итэл откровенно наслаждался моими страданиями. — Маг должен сам уметь залечивать свои раны. Ну если он, конечно, в сознании. Ты в сознании.

— Я его сейчас потеряю, — заверил я Итэла. — Я же не умею лечить себя!

— Ага! — кивнул наставник. — Значит, наступило время второго урока. Заклинание огненного восстановления. Будь внимателен! Хоть я и знаю, как это делается, но проконтролировать тебя не могу. Сам понимаешь, другая стихия.

— Вот это здорово! — через некоторое время сказал я, потирая то место, которое минуту назад сильно болело. — Так что? Получается, мы, как те самые гидры? Руку отрубили, оп! И отращиваем новую руку. Класс!

— Не все так просто, — вздохнул Итэл. — Так быстро излечиваются только мелкие неприятности. Ну, ожог, легкий порез, головную боль тоже можно излечить при условии, что эта самая голова имеется на плечах. Но руку, ногу отрастить… Я уже не говорю о голове. Это нереально.

— А что же ты просил меня умирать поближе к тебе? Чтобы воскресить? — удивленно посмотрел я на мастера.

— Кхм, — кашлянул Итэл. — Тут такая штука. Имеется определенная связь между наставником и учеником. И в случае смерти ученика мастер может его воскресить, но не даром, разумеется. Обычно наставник расплачивается за возвращенную ученику жизнь своей.

— Так ты готов был отдать за меня жизнь? — растроганно хлюпнул носом я. — Спасибо, мастер!

— Не за что! — сердито отозвался тот. — А куда бы я делся? Грозодыш из меня бы душу вынул. Но сначала бы вытряхнул из меня те золотые, которые он на твою учебу потратил. За ученика, пока тот проходит обучение, отвечает наставник. Но я тебе не советую злоупотреблять этим. Жизнь-то у меня одна.

«Как все-таки найти эту Сантию?» — размышлял я, шагая по улочке.

В который раз прохожу тут, но ее не видно что-то. Стоп! Я остановился, пытаясь уловить мысль, которая краешком зацепила мой мозг и уже собиралась ускользнуть.

Ну конечно! Такое прибыльное дело, как грабеж прохожих, не может быть пущено на самотек. Наверняка имеется тот, кто заправляет этим промыслом и выделяет участки грабежа. Уж он-то и должен знать, куда подевалась Сантия.

Но как мне до этого кого-то добраться со своими вопросами?

Я удрученно посмотрел по сторонам.

О! Вон там стоит чудо. К гадалке не ходи, один из грабителей. Почему? Да больно вид его соответствует. Темная невзрачная одежда, низко надвинутый на голову колпак, руки спрятаны под накидкой, свисающей с плеч. Что в тех руках? Да кто же его знает? Пока не увидишь, не поймешь.

Я уловил внимательный, цепкий взгляд, кинутый на меня этой личностью. А чем не повод для знакомства?

Приятно улыбаясь, я направился к этому типу. Тот неожиданно для меня вроде бы как запаниковал. Судорожно дернулся в одну сторону, в другую…

— Стоять! — мягко сказал я, направляя часть энергии в свой знак мага, заставляя его засветиться.

Надо сказать, что знак — универсальная штучка. Он, конечно, имеет значение как удостоверение. Вроде бы жетона полицейского или там инспектора ГИБДД. Но это далеко не все его функции.

Знаки мага делают сильнейшие маги этого мира. Как? Я не знаю.

Зато я знаю, что маги заботятся о себе и себе подобных. Их не так уж и много, магов. А после появления черных волхвов, так и еще меньше стало. Вот и придумали маги себе защиту. Знак мага придумали. Ну и, как водится, обкашляли это дело с тогдашним монархом. Не без этого. Тот дал разрешение и соответствующий эдикт подмахнул.

Встроены в тот знак такие функции, как простейший защитный экран. Но одна особенность защищает от всего сразу. То есть стрелы, горящая балка и прочая магическая гадость шансов достать мага не имели. С живыми противниками в ближнем, так сказать, бою применялась иная особенность. В моем конкретно знаке имелось замораживающее заклинание. Убить, может, и не убьет, но, пока враг будет оттаивать, я имею возможность и улизнуть. Надо сказать, что в разных знаках имелись и различные заклинания. Весь этот набор был достаточно маломощен и для серьезных магов особой проблемы не составлял. Но вот для обычных людей это было самое то.

Я до сих пор еще не испытывал свой знак в боевых условиях. Как-то не было случая. Да и замораживать своего клиента я не собирался. Разве что для мгновенного растаивания его на месте с последующим сожжением.

— Стоять! — повторил я. — Ну, если жить, конечно, хочешь. И не серди меня!

— Я не понимаю тебя, господин маг, — забормотал человек. — Что я такого сделал, что ты на меня так нападаешь?

— Я нападаю? — поразился я. — А разве не ты как раз тут этим занимаешься? Не вздумай мне врать! Я, как ты видишь, маг и любую ложь вижу сразу.

Я огляделся, прохожих поблизости не было, и позволил огню заполыхать на моей ладони. Важный психологический фактор.

— Ну? — с нажимом сказал я. — Признавайся, висельник! Ты нападаешь на прохожих?

— Но, господин маг, я же на тебя не нападал, — дрожащим голосом отозвался грабитель.

— Как зовут? — повелительным тоном спросил я.

— Му-муркоп.

— Мумуркоп или Муркоп? — уточнил я.

— Муркоп, — поспешно поправился он.

Я еще несколько мгновений сверлил его взглядом, потом, поняв, что клиент готов, задал следующий вопрос:

— Кто здесь всем заправляет? Я имею в виду главаря грабителей на этой улице.

Вот так-так! Лицо Муркопа мгновенно изменилось. Стало этаким скучным и отрешенным.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, господин маг.

— Не понимаешь, значит? Ну тогда я тебя сейчас сожгу и займусь следующим грабителем. Он наверняка где-то дальше по улице. И буду уже спрашивать его. Мне очень надо встретиться и переговорить с вашим главарем.

— Так что же ты сразу не сказал, господин маг? — расцвел фальшивой улыбкой Муркоп. — Если только встретиться, то я с радостью тебя отведу к нему. Только надо завязать глаза, дорогу я не могу показать.

— Я не пойму, ты кого видишь перед собой? Дурака или мага? — хмыкнул я. — Или ты не совсем понял, чего я хочу? Я хочу встретиться с тем, кто тут всем заправляет. Именно на этой улице. А встретиться я хочу вон в той харчевне. Видишь?

Муркоп скривился:

— Да кто я такой, чтобы он меня послушал и пришел?

— Тут главное не кто ты такой, а кто я такой, — пояснил я. — Скажи ему, что, если он не придет, я тут всех его людей изведу. И поверь, это не пустые слова. А вот чтобы ты не забыл о том, чего я хочу, я прицеплю к тебе одно интересное заклинание. Не скажешь ему, через пару дней сгоришь ясным пламенем. Уловил?

На самом деле я такого заклинания не знаю. Быть может, оно и существует. Но Муркоп-то и понятия об этом не имел. То, что я маг, он видел. И вряд ли он захочет проверить, насколько я прав.

Грабитель испуганно дернулся.

— Я сказал: через пару дней, а не сейчас, — успокоил я его. — Так что время у тебя еще есть. Завтра я буду ждать его сразу после времени Ворона.

— Нет, — мотнул головой Муркоп. — Так быстро не получится. Давай лучше послезавтра. Я не знаю, смогу ли я его завтра увидеть.

Я некоторое время сверлил глазами этого типа, что вызвало почти синюшную бледность на его лице, потом, все же признавая его правоту, кивнул:

— Ладно! Пусть будет послезавтра. Только смотри мне! Никаких глупостей.

Муркоп торопливо заверил меня, что глупостей с его стороны не будет. Ему-то я поверил, а вот тому, что глупостей не будет со стороны главаря… Впрочем, знак при мне. А еще я умею делать огненные шары, которые здорово взрываются. Так что мало не покажется.

И вот сижу это я, сижу. Столик занял подальше от окна, через которое меня можно было бы достать. И сел так, чтобы хорошо видеть входную дверь, а от двери меня нельзя было бы заметить сразу.

Для такой выгодной позиции мне пришлось очень внимательно посмотреть в глаза хозяину этой харчевни. Он мой придирчивый взгляд понял правильно, тем более что вино было действительно разбавлено.

Я почему-то не сомневался, что встреча состоится. Под угрозой оказался прибыльный промысел, а с магом лучше договориться, чем с ним же воевать. Тут даже могла быть и какая-то выгода. Правда, я, как ни напрягал мозги, сообразить, что это за выгода, так и не смог.

Мое внимание привлек мелкий субъект, который буквально просочился через дверь и ищущим взглядом окинул внутреннее пространство харчевни. Все ясно! Разведка. Этот деятель, которого я жду, не глуп. Действительно, тут может быть и засада.

Наши взгляды встретились, и я слегка кивнул субъекту. Тот сразу же исчез. Через некоторое время дверь снова распахнулась, и в харчевню вальяжно вошел невысокий господин, одетый скромно, но со вкусом. Он был полноват. Лицо напоминало лицо доброго дедушки из мультиков про Новый год, так и лучилось добротой и смирением.

Несмотря на видимость этих добродетелей, настоящую суть этого дядюшки здесь, несомненно, хорошо знали. Легкая паника и чрезмерная суетливость хозяина свидетельствовали об этом.

Господин сразу же решительно направился ко мне, отмахнувшись по ходу от торопливо подскочившего к нему хозяина харчевни.

— Благородный господин маг не возражает, если я присяду к нему за стол? — поинтересовался он, смиренно опустив глаза.

— Не возражает, — отозвался я. — А еще благородный господин маг желает, чтобы ему не мешали разговаривать с благородным господином…

— Ротфорт, — назвался господин. — Ну какой я там благородный? Вот уж чего у меня никогда не было, так это благородства.

Охотно верю.

— И доверять тебе тоже не стоит? — поинтересовался я.

Ротфорт поднял на меня глаза. Взгляд его оказался неожиданно острым и жестким.

— Я мог бы сказать, что мне доверять можно, но ты же не поверишь, — улыбнулся он.

— Не поверю. — Я сделал приглашающий жест.

Ротфорт тут же воспользовался моим приглашением, уселся за стол и помахал хозяину, подзывая его.

— Как обычно, — бросил он подбежавшему хозяину заведения.

Мое предположение, что тут его хорошо знают, получило подтверждение.

— Ты или слишком нагл, или слишком глуп, — сказал мне Ротфорт, повязывая салфетку. — Ты настолько заинтересовал меня, что я решил лично познакомиться с тобой перед тем, как убить.

— Ты уверен, что получится? — спросил я, слегка напрягаясь и готовясь включить огненную завесу.

— Не здесь, — ласково улыбнулся мне Ротфорт. — И не сейчас. Я еще не решил, как это сделать. То ли самому насладиться твоей смертью, то ли продать сведения о тебе черным волхвам. Ты не находишь, что ты мне кое-что должен? Двое моих людей — это ведь твоих рук дело?

— Моих, — кивнул я. — А ты не думаешь, что и я могу тебя уничтожить? Причем прямо здесь и сейчас. Ничего особенного, просто случился пожар. В этом квартале всегда что-нибудь горит.

— Ты уверен, что успеешь это сделать? — Брови Ротфорта слегка сошлись к переносице.

— Я постараюсь, — улыбнулся собеседнику я. — Да, и убери своего паренька с потолочной балки, или я сниму его огненной стрелой.

— Огненный маг, — с удовольствием откинулся на спинку стула Ротфорт. — Вот чем они мне нравятся, так это тем, что их действия можно предсказать наперед.

— Мне назвать еще тех, кто наблюдает за нами? — хладнокровно продолжил я.

— Не стоит. — Ротфорт поднял руку и щелкнул пальцами. — Я убрал охрану. Сам понимаешь, я не хочу неожиданностей…

Слуга притащил поднос, полный еды, и сноровисто расставил тарелки на столе перед Ротфортом.

— Так что же стоит за твоим приглашением? — поинтересовался сей достойный господин, принимаясь за еду. — Прямо скажем, не очень умным.

— Желание получить некоторую информацию, — сообщил я.

— Информация — вещь дорогая, — снова расплылся в добродушной улыбке Ротфорт. — С чего ты решил, что я ей готов поделиться бесплатно?

Я соображал: а не подойдет ли тот же трюк, который я провернул с незадачливым Муркопом? Тот свято поверил, что если он не передаст моего приглашения, то сгорит. Но тип, сидящий передо мной, совершенно иного склада и ума. Этого вряд ли можно обмануть сказками о прицепленном заклинании. Этак он действительно может продать меня черным волхвам. Быть может, плюнуть на все и гори оно синим пламенем? Причем буквально.

— Ух ты! — раздался за моей спиной мягкий женский голос. — Кого это я вижу? Неужели это ты, мой благородный пленитель?

Я не дернулся. И даже постарался, чтобы мой голос не дрогнул.

— Я это, я, — сказал, не поворачивая головы.

Не узнать этот голосок было невозможно. Так вот ты какой, олень северный! А я, как последний лох, поверил в ее сказку про несчастную девушку. М-дя! Будет мне наука на будущее. Ну, при условии, что это будущее состоится.

Сантия прошла мимо меня и присела на свободный стул.

— Я ведь не помешаю, правда?

Ротфорт сердито нахмурил брови:

— Ты почему здесь? Я же сказал тебе, чтобы ты оставалась дома.

— Ну не могла же я пропустить такое событие, — мило улыбнулась ему девушка. — Маги так редко тебя куда-нибудь приглашают. Вот мне и стало интересно, куда же они все-таки тебя приглашают.

— Подслушала? — покачал головой Ротфорт.

— Ну и что? — пожала плечиками Сантия. — Ты же знаешь, какая я любопытная… Кстати, этот маг меня пожалел и не выдал страже.

— Тебя? Страже? — Брови Ротфорта взлетели вверх.

Сантия кивнула.

— Это, конечно, не значит, что ему бы это удалось. Но такой благородный поступок заслуживает уважения, ты не находишь?.. Ты и дальше намерен морить бедную девушку голодом или все же что-то мне закажешь?

Ротфорт махнул рукой, подзывая хозяина харчевни.

— Как я понимаю, ты меня все-таки обманула, — сердито сказал я. — Это же надо! А я еще хотел тебя накормить…

— Папа! Вот он оплатит то, что я сейчас съем, — ткнула в мою сторону пальчиком Сантия. — Он сам этого захотел.

— То, что я только что услышал, несколько меняет дело, — задумчиво постукивая пальцами по столешнице, заявил Ротфорт. — Ладно. Что ты хотел узнать, маг? Какую информацию ты хотел получить?

— Уже никакую, — вздохнул я.

Сантия хихикнула. Ротфорт тоже усмехнулся.

— Понятно. Сана, ты производишь на всех молодых людей незабываемое впечатление. Причем такое, что они теряют голову и как следствие разум.

— Хочешь сказать, что это тебе уже не раз помогло? — покосилась на отца Сантия.

Да, вот этого я предположить не мог. Думал, что придется искать Сантию, портить отношения с преступным миром, драться и побеждать. А все оказалось до противного просто. Она сама меня нашла. А вот то, что она оказалась дочерью местного главаря-мафиози, было для меня полной неожиданностью. И что я теперь хочу? Редко в своей жизни я чувствовал себя так глупо.

— Ну раз уж так получилось, — Ротфорт поднялся из-за стола и, сдернув с шеи салфетку, промокнул ею губы, — то я покину вас, дети мои. Дела, знаете ли, дела. Можешь не бояться, маг. Я не продам тебя волхвам. И за свою жизнь можешь не беспокоиться. Во всяком случае, не по моей воле ее у тебя отберут. А вот в том, что ее у тебя все же отберут, я не сомневаюсь. Надо срочно умнеть, парень! — Ротфорт усмехнулся. — Впрочем, рядом с этой девчонкой это у тебя вряд ли получится.

— Ну вот! — капризно надула губки Сантия. — Только я собралась насладиться семейным обедом, а ты уже куда-то спешишь.

— А что мне еще тут делать? — пожал плечами Ротфорт. — Тем более что за твой обед платить мне не придется.

— Ой! Можно подумать, что ты тут хоть когда-нибудь заплатил? Хоть медяк?

Ротфорт важно запустил руку в карман и вынул оттуда какую-то монету. Небрежно кинув ее на стол, он спокойно заметил:

— Как видишь, я заплатил.

Глава местного преступного мира развернулся и не спеша покинул харчевню, сопровождаемый бесчисленными поклонами хозяина.

— Так, значит, Ротфорт твой отец? — вздохнул я.

— Названый, — уточнила Сантия. — Я, видишь ли, сирота. Своих родителей не знаю. Ротфорт подобрал меня, когда я уже совсем собралась отдать Единому все, что у меня было. А была у меня одна душа.

— Не совсем понятная мягкость по отношению к ближнему своему со стороны бандита, — заметил я тихо.

— Просто ты не в курсе, — улыбнулась Сантия, принимаясь за десерт. — Из маленькой девочки можно сделать отличного карманника.

— Что-то, когда ты приставила кинжал к моему горлу, ты не очень походила на карманника, — буркнул я.

— О! Я была отличным карманником, — мило улыбнулась мне Сантия и выложила на стол мой кошель, который (как сейчас помню) до этого был в кармане моих штанов. — Просто в какой-то момент мне это надоело. Ротфорт очень привязался ко мне, вот так я и стала его приемной дочерью.

— Ясно, — вздохнул я, забирая кошель и вновь засовывая его в карман. — Надоело ей. А резать горло мирным прохожим тебе, значит, не надоело?

— Еще не нашлось ни одного идиота, который ценил бы свою жизнь ниже своего же кошеля, — фыркнула Сантия. — Обычно все одной угрозой и ограничивалось. Это ты один такой герой попался. К тому же меня ввело в заблуждение то, что тогда на тебе не было этого знака.

Сантия указала на знак мага, сияющий на груди моей куртки.

— Так ты, как я поняла, искал меня. Зачем?

— Хотел помочь, — пожал я плечами. — Я же не знал, что ты дочь главаря шайки.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась Сантия. — Редко такое встречается. Обычно меня ищут с другой целью…

Улыбка девушки превратилась в хищный оскал.

— …И находят, — угрожающе продолжила она.

— Ну, раз у тебя все в порядке… — поднялся я из-за стола. — Пойду я, пожалуй… Хозяин! Сколько с меня?

— За счет заведения! — угодливо поклонился мне хозяин харчевни.

— Ты остался жив после разговора с папой, — пояснила Сантия. — А значит, твой статус тут вознесся на невиданную высоту. Иди, Левиус! Быть может, нам еще придется встретиться. Я сама найду тебя.

ГЛАВА 14.

Никогда еще мое мнение о себе не опускалось так низко. Вроде бы взрослый, достаточно умный и немного знающий жизнь и людей человек. И так опростоволоситься!

Разговаривать с самим собой, конечно, хорошо. Но только тогда, когда сам себя же и хвалишь. Сейчас же мой разговор с моим вторым «я» был полон иронии, язвительных замечаний, обидных сравнений и просто нелестных слов. Причем все они относились к моей незадачливой личности.

Поток самобичевания прервался, когда я оказался у дверей дома моего наставника. На крыльце стоял мужчина мощного телосложения. С его плеч спадал плащ ярко-алого цвета. Одежда была добротной и, на мой взгляд, дорогой. С пояса свисали ножны с достаточно внушительным мечом.

Ясно, что он прибыл сюда не пешком. Ухоженный конь, примотанный за повод к решетчатой ограде, невозмутимо щипал увядшую и готовую к зимовке траву.

Человек нетерпеливо дергал за веревку, привязанную к колокольчику. Внутри дома раздавался непрерывный звон.

Я хмыкнул и пожал плечами. Наш управляющий Коргут не любил спешить, как бы ни колотился тот колокольчик. А что? Управляющий одного из самых уважаемых магов города мог себе такое позволить.

— Могу я тебе чем-нибудь помочь? — поинтересовался я, подойдя к незнакомцу ближе.

— Можешь! — не стал отрицать мужчина. — Подергай за эту веревку, пока я достаю свой жезл! Как только появится эта скотина Коргут, отпрыгивай подальше! Сейчас тут будет очень жарко.

Эй! А он откуда-то знает Коргута.

— Может быть, ты пояснишь мне, что у тебя за дела с нашим управляющим? — спросил я. — Понимаешь, Коргут очень мил сердцу Итэла, да и я к нему как-то привык. А ты, как я понимаю, хочешь устроить ему неприятности.

— Ваш управляющий? — медленно повернулся ко мне мужчина.

От удивления он даже отпустил веревку колокольчика. Я подвергся внимательному осмотру. Пришлось ответить тем же.

«Брунет», однако! Черные усы и аккуратная бородка. Темно-карие веселые глаза. Правильные черты лица. Ну, во всяком случае, там, где их не скрывала растительность. На вид лет тридцать — тридцать пять.

— Ученик? — закончив осмотр моей персоны, поинтересовался бородач. — Маг земли? Только чудится мне что-то странное. Но, с другой стороны, все вроде бы нормально…

— Тебе нужен был Коргут? — Я указал пальцем на флегматично застывшего на пороге управляющего.

— Здравствуй, магистр Портиус! — подтвердил мои подозрения о старом знакомстве Коргут.

Магистр? Это интересно! Я переключил свое зрение на просмотр аур. Точно! Маг. Причем маг огня. Алые всполохи ни с чем не спутать! И сильный маг к тому же!

— Ты чего заставляешь меня так долго ждать? — загремел разгневанно Портиус. — Все так же нетороплив? Ты таки когда-нибудь нарвешься! Я уже не раз хотел тебя «ускорить», да только искреннее и неподдельное уважение к твоему хозяину меня удерживало.

— Должен предупредить, уважаемый магистр, что мой хозяин в последнее время ведет исключительно трезвый и умеренный образ жизни, — отозвался Коргут.

— Он меня еще и предупреждает! — отодвинув Коргута плечом и проходя в дом, возмутился Портиус. — Совсем распустился! Лучше беги и передай своему хозяину радостную весть! Я приехал.

Я как-то засомневался, что забег состоится. Это чтобы Коргут бежал?! Да он и ходит-то замедленно. Видимо, и Портиус что-то сообразил. Он смущенно кашлянул и обратил свой взор на меня:

— Вернее, ты давай беги, ученик! Как там тебя?

Ну и ничего же себе! Это он меня хочет сделать мальчиком на побегушках? Да шел бы он лесом!

— Каким образом бежать? — вежливо (опасно вежливо!) поинтересовался я. — Запыхавшись, спринт или трусцой? Да и бежать как прикажешь? С радостными восклицаниями или с криками паники?

— Ого! — Брови магистра поползли вверх. — А ученик-то зубастый попался. Не боишься, что наказать могу?

— В моем доме наказывать имею право только я! — раздался из глубины дома голос Итэла. — Ты, Портиус, как всегда, забываешь об этом! Впрочем, я рад тебя видеть в здравии и, надеюсь, в целостности. Хотя это сомнительно. Вечно ты теряешь где-то свое сердце.

— Не теряю, а оставляю на временное хранение прекрасным дамам, — поправил наставника Портиус. — Потом непременно забираю назад. Это чтобы не назвали бессердечным. Но на этот раз мое сердце со мной.

— Значит, появилась угроза местным дамам, и, соответственно, увеличится поголовье рогатых мужей, — усмехнулся возникший на пороге Итэл, радостно обнимая огненного мага.

— А ты все такой же, — упрекнул наставника Портиус. — Что ты из себя старика изображаешь?

— Потому что я и есть старик… Коргут! Будь любезен. Накройте стол в большой гостиной. Да! И не забудь поставить большую кадку с водой в соседней комнате. Наш гость, когда выпьет, начинает страдать пироманией. Да ты и сам это знаешь.

— Не забыл тот фейерверк в Пертане? — покачал головой Портиус. — Это же случайно получилось!

— Вот-вот! — предупредительно поднял палец Итэл. — Я не хочу подобных случайностей в своем доме. Ты уже отработал срок наказания, назначенный королевским прокурором?

— Полностью! — заверил его Портиус. — Теперь я свободен, подобно птицам или драконам в небе.

— Это очень хорошо! Мне нужна будет твоя помощь, — кивнул Итэл.

— Тебе? Моя? — выделяя каждое слово, спросил Портиус.

— Именно! Как ты уже, наверное, успел заметить, у меня есть ученик.

— Да. И довольно дерзкий к тому же, — согласился маг.

— Так вот. Я хочу тебя попросить помочь мне обучить его.

Портиус повернулся ко мне и внимательно меня осмотрел. Потом снова недоумевающе обратился к наставнику:

— Чему я, огненный маг, могу обучить ученика мага земли?

Итэл довольно улыбнулся:

— Я же говорил тебе, Левиус, что то заклинание очень хорошее. Присмотрись внимательнее, Портиус! Неужели ты не видишь странностей?

— Странности я вижу, — огрызнулся Портиус. — Но я списывал их на то, что этот молодой человек слегка на меня сердит. Возбужденные контуры линий стихии земли явно указывают на это.

— Скажи мне, Левиус, ты очень сердит на магистра Портиуса? — прищурился на меня Итэл.

— Ну что ты, мастер! Сердиться на мага, тем более огненного, себе дороже, — открестился я.

— Подумай еще, мой друг! — снова повернулся к огненному магу наставник.

Брови Портиуса поползли вверх.

— Ничего не понимаю! Я же ясно вижу… Постой! А что, светлая сила огня разве свойственна магам земли?

— Но она едва видна, не так ли? — заметил Итэл.

— Да, но… — Портиус растерянно замолчал.

— На самом деле вот! — сделал стирающий жест рукой наставник.

— Ох ты ж! — Опешивший Портиус уселся на стул, который так удачно оказался на своем месте. — Огненная купель! Откуда ты раздобыл такое добро? Да и зачем ты, маг земли, взял в обучение огненного?

— Есть причина! — загадочно ответил Итэл. — Именно по этой причине я могу обратиться только к тебе. Даже собирался ехать в столицу. Ну так как, ты мне поможешь?

— Неужели у тебя появились враги? — удивленно спросил Портиус. — Вернее, я сказал бы: враги-самоубийцы.

— Ты забыл, как за тобой охотились черные волхвы? — тихо заговорил Итэл. — Как сам Хрижак жаждал твоей крови?

— До сих пор вздрагиваю, как вспомню об этом, — передернул плечами Портиус. — Но те времена прошли! Да и Хрижак погиб в той схватке.

— А вот это я бы не стал утверждать, — покачал головой Итэл. — Тела мы не нашли. Активность волхвов в последнее время сильно возросла. А Левиус при всей своей силе не обучен. Поэтому он может стать легкой добычей. А что они с ним сделают в таком случае, не стоит уточнять.

Портиус еще раз внимательно на меня посмотрел.

— Что-то тут еще странное, мой друг, — заявил он. — Как он к тебе попал? Давай рассказывай уж все начистоту!

— Все — не могу, — пожал плечами Итэл. — Главное, что он ко мне попал. А я взялся его обучать. Так ты мне поможешь?

— Отказать, тем более тебе, я не могу, — задумчиво ответил Портиус. — Что он уже умеет?

— Об этом я тебе расскажу за обедом, — отозвался Итэл, делая приглашающий жест в сторону гостиной, в дверях которой изваянием застыл Коргут.

Огненный маг встал, сделал пару шагов и неожиданно остановился возле меня.

— А ведь в тебе есть еще что-то такое, — сказал он, обращаясь ко мне. — Не могу пока понять, что именно. Как будто второе дно в потайных сундуках.

— Я уже это слышал, — вздохнул я. — Если бы мне еще толком растолковали, что же такое во мне имеется.

— Ну, думаю, мы это выясним, — подмигнул мне Портиус. — Если уж тобой займусь я, то можешь не сомневаться.

Обед прошел в теплой, дружеской обстановке. Я сказал «в теплой», но это вовсе не означает, что присутствие огненного мага поспособствовало. В данном случае — не обозначает.

Портиус оказался отличным собеседником, вернее, я бы сказал, оратором. Стремительно поглощая все, что ему было подано на обед, он умудрялся при этом еще и внятно говорить. По-моему, за столом только он и говорил. Нам с Итэлом не удавалось вставить ни слова. Меня-то и не тянуло на беседу. Слишком уж интересно было послушать Портиуса. Отмахнувшись от попыток Итэла изложить мою историю, он сразу же приступил к воспоминаниям бурного прошлого. Рассказывал маг очень красочно. Меня даже зависть взяла. Вот ведь жизнь у них была! Сплошные бои, погони и приключения. Я уже не говорю обо всем остальном.

Все остальное — это прекрасные дамы, которым и посвящались подвиги Портиуса со товарищи. Сотоварищи — это Итэл, если кто сразу не догадался. Оказывается, он принимал непосредственное участие в минувших событиях. Захватывающие рассказы Портиуса заставили меня по-новому взглянуть на своего наставника.

Но вот наставник, как мне кажется, не очень был доволен откровениями своего друга. Он недовольно хмурился, а в особо пикантных местах так даже морщился.

— Где вино? — громко вопрошал Портиус. — Следует достойно отметить нашу встречу! Что за нерасторопность, Коргут?

— Это я распорядился не ставить на стол вино, — спокойно принял огонь на себя Итэл. — И вообще, пока ты будешь у меня в гостях, тебе придется на время забыть о выпивке. Дело слишком серьезно. Вот когда Левиус освоит твои уроки и сможет за себя постоять, тогда мы по-настоящему отметим нашу встречу, наши успехи и нашу небольшую победу.

Портиус внезапно принял серьезный вид.

— Что тебя беспокоит, Итэл? — тихо спросил он. — Я же сказал, что помогу. Ты знаешь, я слов на ветер не бросаю.

— Но ветер их подхватывает и несет вдаль, — кивнул Итэл. — И ты тоже знаешь, что я не преувеличиваю. Ты можешь поручиться, что уши, до которых донесет твои слова ветер, не принадлежат врагу? Мальчишка еще слишком слаб, неопытен и мягкотел. К тому же он то и дело совершает необдуманные — и это еще мягко сказано! — поступки.

— Но, мастер! — запротестовал я. — Я ничего еще такого не совершал. Я выполняю все твои указания.

— Да? — повернулся ко мне наставник. — Ага! Значит, встреча с бандитским главарем — это обдуманный поступок. Или ты хочешь сказать, что это именно я дал тебе такое распоряжение?

— Но откуда ты об этом знаешь? — изумился я.

— Земля слухами полнится, — хмыкнул Итэл. — Напомню, если ты об этом забыл, я — маг земли.

— Следишь, значит, — укоризненно покачал головой я.

— А что ты думал? — сердито отозвался Итэл. — Я за тебя отвечаю, ты мой ученик. И ты действительно еще слишком слаб, несмотря на большой потенциал. Именно твой потенциал и может привлечь к тебе внимание черных волхвов.

— Да что вы заладили: «черные волхвы», «черные волхвы»? — с досадой спросил я. — Я еще не встретил ни одного из них.

— А ты что, думал, что они ходят и всем рассказывают, что они черные волхвы? — еще более сердито сказал Итэл. — Да любой встречный может оказаться из этого племени.

— Да, — присоединился к наставнику Портиус. — Уж очень это подлое племя. Они одеваются в свои черные хламиды только на своих сборищах. И не дай тебе Единый присутствовать при этом. Потому что это будет означать, что тебе пришел конец. — Огненный маг немного помолчал и решительно пристукнул ладонью по столу. — Значит, Итэл, нам надо как можно быстрее делать из твоего ученика что-то путное. Так что, ты говоришь, он уже умеет?

Да, то, что я называл обучением до этого, можно спокойно отодвинуть в сторону и забыть. Портиус действительно слов на ветер не бросал. И он принялся за меня со всем жаром огненного мага. Подозреваю, что была еще одна причина. Выпить он тоже был не прочь. А Итэл установил «сухой закон».

Портиус без устали гонял меня. Огненный щит-то получался неплохо, а вот с огненной сферой у меня почему-то были проблемы. Ну не давалась она мне. Она получалась значительно больше, чем был я сам. Да в этой сфере мог бы поместиться десяток таких, как я, и еще места оставалось достаточно. И никто не мог разобраться, в чем, собственно, дело.

— А я говорю, что Левиус не рассчитывает силы заклинания, вот и получается такая дура, — убеждал Итэл.

— Да при чем тут сила? У него просто с глазомером проблемы, — раздраженно ворчал Портиус. — Ясно же, что такое пространство труднее держать, так нет же! Растягивает сферу. Я удивляюсь на тебя! Как только сил хватает?

Я хмыкнул. Оборот речи, который употребил Портиус, явно смахивал на одесский.

В конце концов решили, что потом, в процессе, подгоним огненную сферу к оптимальным размерам.

Но на этом старания огненного мага не закончились. Он решил подрабатывать еще и на иных поприщах. И тем самым отбирал хлеб, если можно так выразиться, и у капитана Брониса, и у мэтра Рэваниса. Только дипломатию оставил в покое, да и то только потому, что сам в ней был слаб.

— Да что с ней морочиться? — восклицал Портиус. — Огненным шаром отметился и иди дальше!

Теперь утро начиналось еще раньше. Сонного меня вытаскивали на холодный воздух и заставляли махать осточертевшим уже мечом. Все бы ничего, помахать-то можно и не открывая глаз. Да рядом скакал с таким же, или почти таким же, мечом Портиус и все норовил меня, бедного и несчастного, проткнуть или зарубить. Свинство какое! Тут уже и не потянешься, и не позеваешь. Просыпаться приходится быстро и качественно.

Капитана Брониса, которого не посвящали в наши тонкости, приятно удивлял мой быстрый рост как бойца. Он давал мне все более сложные и изощренные связки из блоков и ударов. Как потом оказывалось, Портиус уже владел этими приемами.

— Ага! — радостно восклицал он, когда я, путаясь от непривычки, показывал только что разученный прием. — Так это вот чему тебя сегодня обучали. Неплохо-неплохо! Примитивно, конечно, но неплохо. Там есть интересный поворот кисти. Наверное, ты уже заметил его.

— Это тот, когда можно руку вывихнуть? — уточнял я. — Не понимаю, как его можно быстро и точно выполнить!

— А вот этим мы и займемся завтра с утра, — лучезарно улыбался мне Портиус.

И можете не сомневаться. «Завтра с утра» начиналось именно этим приемом.

Танцы, которым меня обучал мэтр Рэванис, были раскритикованы и высмеяны.

— Это же прошлый сезон! — восклицал Портиус, закатывая глаза. — Сейчас уже такое не танцуют. Теперь я понимаю, почему мэтр Рэванис уехал из столицы. Да он же не успевает за модой! Итэл, старина, как ты мог нанять его?

Далее можно было наблюдать за жаркими словесными баталиями между Портиусом и мэтром Рэванисом. Там уже совсем забывали об изящных манерах, а образным выражениям могли бы позавидовать портовые грузчики.

ГЛАВА 15.

Я угрюмо брел по ночным улочкам Тристорна. Честно говоря, мне уже все надоело. Не радовало даже то, что я, как маг, кое-что мог. Редкие фонари плохо освещали пространство. Звук моих шагов гулко разносился в морозном воздухе, отражаясь от каменных стен домов, стоящих сплошной стеной по сторонам.

Мое внимание привлек какой-то силуэт, мелькнувший впереди. Я остановился, пытаясь рассмотреть, что же там такое. Внезапно меня охватила острая тоска и страх. Я шарахнулся в сторону. Как оказалось, очень вовремя. Мимо меня пронеслась какая-то темная масса, еще более темная, чем ночная мгла.

Да что же это за безобразие?! Они что, не видят, на кого хвост подняли? Знак мага сиял на моей груди. Это как раз тот случай, когда можно пренебречь правилами честных поединков.

Я попытался ответить огненным шаром. Но, к моему величайшему удивлению, у меня ничего не получилось. Куда-то все делось. Да что же это такое?

Я ухватился за рукоять своего меча. Так просто меня вам не взять!

— Ты что, дурень? — неожиданно раздался голос за спиной. — Удирать надо! Давай за мной!

Меня бесцеремонно схватили за руку и дернули в малозаметный переулок. Я припустил за невысокой, но крепкой фигурой парня, несшегося впереди меня. Вдруг он отпрыгнул в сторону, пропуская меня:

— Давай сюда! Тут не заблудишься. Я буду прикрывать.

Возражать было глупо. Да я и не возражал. Я бежал по переулку, за моей спиной раздавался топот ног моего спасителя да странное потрескивание. Я обернулся на ходу. За нашими спинами вырастали глыбы льда, полностью перегораживающие переулок.

Парень остановился, устало опершись ладонью о стену и пытаясь унять тяжелое дыхание.

— Конечно, их это не остановит, но хотя бы задержит, — бледно улыбнулся он мне.

— Кого это — их? — нервно спросил я.

— Черных волхвов, кого же еще, — поморщился парень.

— Я хотел их огоньком побаловать, да что-то не получилось, — пожаловался я.

— Нейтрализатор магии, — со знанием дела кивнул мой спаситель.

— Что же это он меня нейтрализовал, а тебя нет? — подозрительно спросил я.

— Да потому что мы отбежали от него на достаточное расстояние, — огрызнулся парень. — Как тебя, кстати, звать?

— Левиусом зови, — буркнул я.

— А меня Ровис, водяной маг второй ступени, — улыбнулся мне парень. — Пошли скорей, я уже отдышался.

Он снова зашагал впереди меня.

— Нейтрализаторы могут действовать на ограниченном расстоянии, — пояснял Ровис мне на ходу. — Достаточно отбежать от них подальше, и твоя магия снова будет при тебе.

— А если они нас догонят? — с опаской поинтересовался я.

— Ледяные щиты их задержат, я уверен.

— Да, но они созданы с помощью магии, а у волхвов нейтрализатор.

— Они уже созданы, — терпеливо разъяснял мне Ровис. — Теперь в них магии не осталось. Просто ледяные глыбы. А погода не теплая. Ты, кстати, не сказал, какой ты ступени.

— А я без ступеней. Просто огненный маг, и все.

В голову пришло постоянное напоминание Итэла о том, что я должен скрывать то, что я огненный, но я отмахнулся от этой мысли. Ровис спас меня. Скрывать от спасителя что-либо я считал недостойным.

Что же это за ступени такие? Раньше мне никто не говорил о том, что есть еще и какие-то ступени.

— Без ступеней быть не может! — убежденно сказал Ровис. — У тебя на груди знак мага. Ты же не хочешь сказать, что ты высший?

— Я даже и не низший, — буркнул я. — Я вообще еще ученик.

— Постой! — Ровис даже остановился, глядя на меня. — Как это ученик? Что ты делаешь вдали от академии? Кто тебя выпустил?

— Да никто меня не выпускал. Я магистра Итэла ученик.

Ровис хмыкнул, как-то по-новому рассматривая меня.

— Теперь понятно, почему ты чуть не угодил к черным на ритуал. Странно, что мастер Итэл так беспечно относится к своему ученику.

Меня почему-то задело это замечание.

— Он обо мне заботится, — сердито сказал я. — Это я… Ну… Да что ты ко мне прицепился? Ты, я смотрю, еще и сам только-только надел мантию.

Действительно, мантия Ровиса была нова, и чувствовалось, что он к ней еще не очень привычен. И как только она ему не мешала во время бега?

— Ну да! — смущенно признался Ровис. — Я только что из столицы. Но в отличие от тебя я почувствовал присутствие нейтрализатора. Да и тебя от печальной участи спас.

— Если мы тут будем и дальше торчать, то не спасешь, — дернул его за рукав я. — Ты где живешь?

— Пока еще нигде, — смущенно улыбнулся Ровис. — Я же только приехал. Еще не успел устроиться. Да и неизвестно, стоит ли тут устраиваться. Найти работу для мага моего профиля очень трудно.

— А что за профиль у тебя? — поинтересовался я, двигаясь в сторону дома.

— Охлаждение, — вздохнул Ровис, пристраиваясь рядом со мной. — Я пока больше ни на что не способен. Вон несколько глыб льда создал и выдохся. У меня запас маны, магической энергии, слишком мал.

Ну не знаю. Как по мне, так Ровис создал много льда. По-моему, он преуменьшает свои способности.

— Ну, раз ты не устроился еще, то пошли ко мне, — предложил я.

— Да ты что? — даже приостановился Ровис. — Мне и к великому магистру Итэлу?

— А что тут такого? — пожал плечами я, так же останавливаясь. — Честно говоря, я как-то не замечал раньше, что он настолько велик.

— Велик! — заверил меня Ровис. — Он даже одно время был старшим преподавателем в нашей академии. Его портрет висит в одном ряду с портретом Розавиуса, сразу за ним!

Меня это не впечатлило. Я не знал этого Розавиуса.

— Пошли! — махнул я рукой. — Не съест же он тебя. Может, даже что-то и присоветует по работе. Только постарайся не попадаться на глаза Портиусу. Он водников почему-то недолюбливает.

— Магистр Портиус? — снова остановился двинувшийся было за мной Ровис. — Единый! И он здесь?

— Ну да! Он у Итэла гостит. Ну и меня помогает ему обучать. Хотя, как по мне, лучше бы он оставался там, откуда приехал.

— Он великий огненный маг, — с благоговением сказал Ровис.

Что-то везет мне на великих.

— Во-во! Не попадайся ему на глаза, и все будет хорошо, — хмыкнул я, сворачивая на знакомую улицу.

Коргут, открывая дверь, вопросительно взглянул на меня.

— Этот маг некоторое время поживет здесь. Его зовут Ровис, — сообщил я. — Распорядись, пожалуйста, приготовить ему комнату. У него важное дело к мастеру Итэлу.

Коргут невозмутимо кивнул, принимая к действию мои слова.

Не успел я расслабиться, как на мое плечо легла рука Портиуса.

— Куда это ты уходил? — строго спросил он. — Да еще в одиночку.

— А что? — независимо бросил я. — У меня домашний арест? Может быть, я подышать свежим воздухом захотел.

— Вместо свежего воздуха ты мог подышать кое-чем другим. Ночь не лучшее время для прогулок.

Вот тут я вынужден был согласиться. Если бы не Ровис, то мне могло быть худо.

— Ты ведешь себя как мальчишка! — осуждающе подвел черту Портиус.

— Да потому что он мальчишка и есть, — заметил вошедший в комнату Итэл.

— Да? — поднял бровь Портиус, критически меня осматривая. — Ты же говорил, что ему где-то двадцать пять лет?

— Говорил, — не стал отрицать Итэл. — Но это если мерить по человеческим меркам.

— А по магическим его еще рано мерить, — осуждающе ткнул в меня пальцем Портиус. — Да и маги таких глупостей себе не позволяют.

— Но почему? — возмутился я. — Я же могу уже все эти магические штуки творить!

— Ты не маг еще, — хмыкнул Портиус. — Ты только еще заготовка для мага. Ты еще не представляешь себе даже, что такое высшие магические построения. Что можно создать с помощью магии, да с твоим запасом. Не пойму только, откуда он у тебя?

— Я вижу, что наступило время просветить тебя по некоторым деталям, — вздохнул Итэл. — Я предвидел, что рано или поздно, но у тебя возникнут эти вопросы.

— Они у меня возникли уже давно. — Портиус расслабленно уселся в кресло. — Просто я не озвучивал их раньше, зная, что ты сам мне все расскажешь.

— Дракон, — коротко сказал Итэл.

Я тяжело вздохнул. Опять за рыбу гроши!

— Так вот оно что! — Портиус откинулся на спинку кресла и изучающе начал меня рассматривать.

Я почувствовал себя бабочкой под взглядом этимолога. Этаким новым видом, пришпиленным булавкой к листу бумаги. Вам не знакомо это чувство? Будете в наших краях, милости просим! Я вас познакомлю с магистром и скажу, что вы кто-нибудь такой этакий. Гарантирую незабываемые впечатления.

— Нет, не сходится, — наконец высказался Портиус. — Не похоже на то. Во-первых, драконы большие и сильные. А что мы видим перед собой? А видим мы перед собой то, что на дракона совсем и не похоже. Я было подумал, что ты имеешь в виду дракона-оборотня. Но это вряд ли.

— А что во-вторых? — заинтересованно спросил я.

Мне понравились выводы магистра. Как-то легче было думать, что я все же, несмотря на всякие странности, человек.

— Достаточно и во-первых, — отмахнулся Портиус.

— Но потенциал! — воскликнул Итэл.

— Что потенциал? — поднял правую бровь Портиус. — Я знавал одного мага с огромнейшим потенциалом. Но все равно он не был драконом. Кстати, тебе напомнить, что те драконы давно ушли и вернуться не обещали?

— А где тот маг, который с огромным потенциалом? — несмело спросил я.

— А сгорел, — хмыкнул Портиус. — Слишком увлекся одним опытом и попросту сгорел. Заодно с ним сгорела и половина столицы. Но это уже детали. Так что ты смотри! Дозируй энергию.

— Угу! — кивнул я. — Так и запишем: сгорел на работе.

— А родство с драконами? — прокурорским тоном изрек Итэл.

— Не принимай сходность линий огня в ауре за родство! — поучительно поднял палец Портиус. — Такое бывает. И самое главное! Драконы-оборотни рождались драконами, и только потом они получали возможность обратиться в человека. Это как усы и борода. Сначала они не растут, а потом — ого! — уже и не знаешь, как от них избавиться. А тут что? Парень говорит, что он родился человеком. Человеком, а не драконом. И еще! Будь он драконом, его бы свои выпустили? Ведь по меркам высоких он младенец еще совсем.

— Может быть, он из гнезда вывалился? — нахмурился Итэл, так же пристально в меня всматриваясь. — Головой, понимаешь, ударился и в человека обратился.

— Сам-то понял, что несешь? — поднял брови Портиус.

— Нет, — мотнул головой Итэл. — Это я уже просто несу что-нибудь. Иначе не могу.

— Да что за проблемы? — взмолился я. — Мастер! До сих пор все было нормально. Ну какое имеет значение, дракон я или нет?

— И то верно, — вздохнул Итэл. — Но если бы ты был все же драконом, это было бы очень интересно.

— Сомневаюсь, — хмыкнул Портиус. — Особенно когда за ним родственнички привалят.

Я представил своих родителей, ругающихся и плюющихся пламенем, и хихикнул.

— Так. А это еще что такое? — удивленно спросил Портиус, указывая себе под ноги.

Я узрел большую лужу на полу. Вода натекала из-под закрытой двери в комнату. Портиус шагнул к двери и распахнул ее. Весь коридор был залит водой. Пополнялось наводнение струей воды, бившей из щели под дверью умывальни. За дверью был слышен тенор, самозабвенно выводящий рулады какой-то песни. По голосу я узнал Ровиса.

— Ничего не понимаю, — пожал плечами Итэл.

Мастер прошлепал по воде и дернул дверь умывальни. Увиденное его поразило. Во всяком случае, я еще не видел, чтобы брови наставника могли так высоко заползти на лоб в попытке слиться с линией волос. Я торопливо подбежал к Итэлу и заглянул в помещение.

Под потолком клубилось самое настоящее облако. Да что там облако! Самая настоящая грозовая туча там клубилась. Из нее вниз лил тропический ливень. И под этим ливнем блаженствовал Ровис. Он заливался соловьем, подставляя то один, то другой бок под струи дождя.

— Это еще кто в моем доме? — тихо пробормотал Итэл себе под нос и громко прочистил горло.

Это подействовало. Ровис от неожиданности взвизгнул и прикрылся руками, испуганно таращась на грозного магистра Итэла. Да, Итэл был грозен. Нахмуренные брови, руки, сложенные на груди, и шар земли, вьющийся вокруг него. За мастером возвышался такой же грозный Портиус. Только вокруг него вился не шар земли, а шар огня, оставляя за собой дымный след.

— И как это понимать? — осведомился Итэл.

— Мастер! Это Ровис, — вмешался я. — Он у нас поживет немного.

— Ровис? — Наставник повернулся ко мне. — А что же он из себя такое представляет, что ты решил его (самовольно, заметь) поселить в моем доме?

— И к тому же он водник, — свирепо добавил Портиус. — Я бы и близко такого не подпустил бы к порядочному дому.

— А то, что он меня спас, это не причина? — огрызнулся я. — Он только что из столицы, и ему жить негде.

— Убрать воду! — приказал наставник Ровису. — Чтобы мне тут сухо было! С тобой мы потом поговорим.

Итэл закрыл дверь и многозначительно посмотрел на меня. Я зачарованно наблюдал, как поток воды хлынул в обратную сторону. Теперь он стремительно исчезал за дверью умывальни.

— А вот с тобой, Левиус, я поговорю прямо сейчас, — проскрежетал Итэл.

— Остатки я сожгу, — кивнул Портиус. — Только ты его сразу под землю не проваливай.

— Я не ослышался, когда ты сказал, что он тебя спас? — отмахнулся от огненного Итэл.

— Не ослышался, — буркнул я. — Он действительно спас меня от черных волхвов.

— Где и когда? — резко спросил наставник. — Рассказывай!

— Сегодня, несколько ударов назад, недалеко от Рыночной площади, — послушно отозвался я.

— Ой-йо! — промычал, ухватившись ладонью за подбородок Портиус. — Это уже слишком! Обнаглели!

— Придется их наказать! — прорычал Итэл. — Собирай наших… Так, где именно это произошло?

— Мастер, у них нейтрализатор есть, — поспешил сообщить я, глядя вслед быстро удаляющемуся огненному магу.

— Портиус, ты слышал? — крикнул Итэл.

— Не глухой! — донеслось уже из-за двери.

— Так как с нейтрализатором быть? — нервно спросил я.

— Вот именно для того, чтобы быть, ты и занимаешься с Бронисом, — поучительно сказал наставник.

— Ух ты! — не выдержал я, когда последняя струйка воды исчезла за дверью умывальни, оставив после себя совершенно сухим пол.

— Обычный призыв воды, — пренебрежительно хмыкнул Итэл. — Так же любой маг может призвать свою стихию. Ты, к примеру, очень неплохо можешь погасить пламя, в то время как тому же воднику придется с ним изрядно повозиться.

Дверь распахнулась. На пороге стоял уже одетый Ровис, торопливо расчесывая пятерней мокрые волосы.

— Представься, маг! — распорядился Итэл, строго глядя на гостя.

— Маг водной стихии второй ступени, — вытянулся в струнку парень. — Ровис, если будет угодно твоей милости.

— М-да, — хмыкнул Итэл. — Надо же, второй ступени. В схватках когда-нибудь участвовал?

Ровис опустил голову, уши его заалели.

— Нам рассказывали, — проговорил он.

— А ты, как это водится среди водников, не особо и слушал, — безжалостно закончил Итэл. — Ну ты хоть ледяную стрелу можешь создать?

— Могу! — торопливо заверил Ровис. — Правда, не много, но летят хорошо.

— Значит, будешь в резерве вот с этим молодым орлом, — ткнул в моем направлении пальцем наставник.

— Но, мастер! — возмутился я. — Я же могу стрелы штамповать пачками. И мечом я уже владею неплохо.

— Не знаю, что значит «штамповать» и при чем тут пачки, но в драку не лезь! Учебный бой — это тебе не реал! Смотри и учись! — отрезал наставник.

Итэл резко повернулся и протянул руку в сторону высокого шкафа. Дверцы того распахнулись, и ножны с клинком, стремительно пронесясь по воздуху, оказались в руках мага.

— Вы меня поняли? — грозно спросил наставник, застегивая пояс.

Пришлось кивнуть, принимая вводную.

— Тогда за мной!

Мы выскочили из ворот на улицу. Ого! Да тут собралось не меньше десятка магической братии. Они окружили Портиуса, забрасывая его вопросами. Все были при оружии.

— Вот! — указал на нас Портиус. — На них напали. Вернее, вон на того, который повыше и пожиже… Эй, водник! Показывай, где черные вас прихватили!

Ровис, испуганно взглянув на сборище боевых магов, бросился вперед и затрусил по улице, беспрестанно оглядываясь.

Толпа деловито припустила за ним. Бежали достаточно тихо, изредка шаркая ногами по брусчатке да позвякивая чем-то металлическим.

А вот и та самая улочка. Я проверил, насколько легко клинок покидает ножны. Ровис остановился, всматриваясь в темноту.

— Там? — наклонился к нему Портиус.

— Да. Во-он в том закоулке они были, — указал рукой Ровис.

Я напрягся, и знакомое море огня окутало меня.

— Ну, если и были, то уже их нет, — вздохнул Портиус. — Где искать их будем?

Море огня внезапно пропало. Черт! Неприятное ощущение.

— Вот и хорошо! — удовлетворенно произнес Портиус, с лязгом извлекая из ножен свой полуторник.

К нам бросилось больше десятка теней, одетых в какие-то черные тряпки.

— Сайсис! — рявкнул Портиус, взмахом меча снимая короткую черную стрелу, которая летела в него. — Займись арбалетчиком!

Худощавый, но ощутимо сильный мужчина кивнул головой и растворился среди строений.

Черные волхвы подбежали к нашей группе и сразу же вступили в схватку. Они оказались вооружены коротким мечами с широким лезвием. Странно хекая, они достаточно ловко ими управлялись. Я, как и было предписано мне Итэлом, держался немного позади. Но нападающих было больше, чем нас.

Один из волхвов целенаправленно устремился ко мне. Удовлетворенно улыбнувшись, я принял его клинок на свой и, уведя его вниз, резко ударил снизу вверх, стараясь, чтобы удар был столь же эффектен, как на тренировке.

Но вот на тренировке одно, а на деле не совсем так. Черный волхв послушно умирать не захотел. Немыслимо изогнувшись, он ушел от удара. Я еле успел подставить свой меч под ответный удар этого урода. Еще один высверк широкого лезвия, и острая боль пронзила мою левую руку.

— Чарас! Этот мальчишка нужен мне живым! — донесся мрачный голос из темноты.

— Хорошо, господин! — откликнулся мой противник. — Я убивать его не буду. Просто покалечу.

— Левиус, беги! — услышал я голос Итэла.

Ага! Счас!

…Так, значит, просто покалечишь? Рука болела, но не так сильно, чтобы совсем ей ничего нельзя было сделать. Видимо, просто порез. Внезапно меня охватила ярость. Все вокруг стало ясным и четким. Я видел мельчайшие детали. Припомнил один из экзотических приемов, как называл их Бронис. Обратный хват, развернувшись, отбил удар волхва. Еще пирует… Получите ваши шпроты!

Мой клинок неожиданно легко пронзил тело моего противника. Впрочем, это-то и понятно. Он просто забыл или не посчитал нужным надеть доспех. Волхв захрипел, выронил свой клинок и, хватаясь скрюченными пальцами за лезвие моего меча, упал.

— Есть мана! — внезапно крикнул один из наших магов, резко поднимая руку.

Из его ладони вверх устремился яркий шарик синего света. Сразу же стало очень светло.

Портиус, отскочив от своего соперника, выпустил одновременно две огненные стрелы. Ну чего там скрывать, и я добавил уже от себя, уж очень они меня разозлили. Маги стали упражняться в любимых приемах убиения себе подобных. При наличии магии наше преимущество было убедительным и неоспоримым.

— Где Хрижак? — лихорадочно оглядываясь по сторонам, крикнул Итэл.

— Ты уверен, что это был он? — спросил Портиус, заталкивая свой клинок в ножны.

— Я его голос ни с каким другим не спутаю, — сердито отозвался наставник. — Ушел, гад! Опять ушел!

Я подошел к своему противнику, наклонился, чтобы вытащить клинок… и тут меня стошнило.

ГЛАВА 16.

Я был в глубокой депрессии. Поймите меня правильно. Я же не убивец какой-нибудь. Для меня убить человека — стресс. Да понимаю я, что если бы не я, то меня. Что это был враг. Враг смертельный. Все понимаю! Но все равно ощущения мерзкие.

На левой руке действительно оказался глубокий порез. Ну его-то Итэл залечил очень быстро. Вот он был, и вот его уже нет. При этом наставник причитал, что я, вот такой глупый, вместо того чтобы следовать примеру гораздо более умного Ровиса, полез на рожон, не слушая совсем уже умного наставника, который дал очень дельный и своевременный совет — бежать.

Я вяло огрызался, поясняя, что совсем уже собрался бежать, да только вот та черная образина не дала мне осуществить сие благое намерение.

Итэл, обеспокоенно всматриваясь в мое лицо, наконец сообразил.

— Это что, ты в первый раз убиваешь кого-то?

Я скривился и кивнул.

В руках мага материализовалась большая бутыль темного стекла.

— Ровис, принеси сюда стопки! Да-да! Они стоят вон в том шкафчике.

Мастер аккуратно приоткрыл пробку, принюхался, пошевелил седыми бровями и набулькал мне полстопки.

— Пей! — приказал он мне. — Если ты умудрился вылакать гномьей гадости, то это тебе точно не повредит.

— Но у меня нет настроения, — вяло запротестовал я.

— Вот-вот. И настроение появится, — кивнул Итэл.

— А можно и мне? — поинтересовался Ровис.

— Нельзя! — отрезал наставник. — Эта жидкость не вода! Ее спокойно пить могут только гномы, да еще и этот тип. Но этот тип сейчас поспать должен. А тебе спать рано. Ты еще должен отрабатывать жилье и еду. Да и о потопе тоже забывать нельзя. Но это уже отдельная отработка.

— Так я же все высушил, — жалобно отозвался водник.

— Да, — кивнул Итэл. — Но неприятный осадок остался.

Я понюхал содержимое стопки и удивленно взглянул на наставника. Пахло самой натуральной водкой.

— А огурчик? — поинтересовался я.

— Какой огурчик? — оторопело спросил Итэл.

— Соленый. У нас это пьют только в сопровождении такого ингредиента.

— Я так и подумал, что у вас это пьют, — буркнул Итэл. — Но этого… как ты там назвал?.. огуйчика у меня нет.

— Но надо же чем-то закусить это пойло! — запротестовал я.

— Пей! — совсем рассвирепел наставник. — Обойдешься без закуски! Выпей, повернись на бок и спи!

В дверь ввалился довольный собой и миром Портиус.

— Мы их разгромили! — заявил он. — Всегда бы так! У них нейтрализатор скорее всего был с каким-то дефектом. Быть может, они туда душу гандишанского мага[2] засунули. Вот он им и отомстил.

— Полностью очищенная суть не может мстить, — флегматично заметил Итэл, принимая от меня пустую стопку.

— От гандишанских магов можно ожидать чего угодно, — заверил его Портиус. — Эти могут отомстить и в послесмертии. Иначе я не могу объяснить, почему нейтрализатор вдруг перестал действовать… А с Левиусом что?

— Душевные переживания по поводу первого убитого, — коротко сообщил Итэл. — …Ровис, ты еще здесь? Быстро к управляющему! Он даст тебе задание.

Водка подействовала удивительно быстро. Подозреваю, что Итэл в нее еще что-нибудь подмеш…

Сегодня мне на правах раненого в голову (рана психологическая, конечно) дали выходной. Я блаженствовал, лежа на своем ложе. Впрочем, это продолжалось недолго. Ну что за подлость такая? Когда не имеешь возможности, очень хочется лечь на кровать и прикорнуть хотя бы пару минут. А когда такая возможность есть — сна ни в одном глазу! Через десять минут возлежания мне уже надоело.

Одевшись, я вывалился из своей комнаты и наткнулся на Ровиса. Он нес куда-то кипу свитков. Судя по их виду, они были достаточно почтенного возраста.

— О! Привет, Левиус! Ты уже пришел в себя? — приветствовал меня Ровис.

— Я на пути к этому, — отозвался я. — Вот сейчас позавтракаю, тогда и приду в себя.

— А мне мастер Итэл доверил переносить из библиотеки и переписывать свои свитки заклинаний, — поделился радостью Ровис.

— Да? На кой тебе заклинания мага земли? — удивился я. — Ты же водный маг.

— Ну, — замялся Ровис, — я еще не знаю. А вдруг пригодится.

— Вдруг только дети бывают, — хмыкнул я. — Водному магу никогда не стать земным. Это мне Портиус сказал. И я ему почему-то склонен верить.

— Левиус! Не порти мне воспитательный момент! — громко прозвучало из-за приоткрытой двери кабинета Итэла. — Изучивший заклинания другой стихии может помочь в нужный момент другому магу подсказкой. Ты что, забыл, что я тебе дал знания мага огня, не являясь таковым магом на самом деле?

— Угу! — согласился я. — Я так и подозревал, что ты, мастер, тоже таскал ветхие свитки.

— А я вижу, что ты уже восстановился после душевной раны, — появился в дверях Итэл. — Очень хорошо! Поможешь Ровису. Заодно и изучишь парочку заклинаний. Учти, я потом проверю.

Вот ведь! Нашел себе работенку на свою голову. Но делать нечего. Придется присоединиться к Ровису в его неблагодарном труде. Я поплелся в библиотеку и набрал себе груду свитков. Вывалив свитки на стол, я тяжело вздохнул и развернул первый попавшийся под руку.

Так, что тут у нас? Преобразование магическим образом одних каменьев в другие. Ну и на фига мне это? Не все ли равно, какие камни у меня есть? Какая разница, швырну ли я в голову противника куском гранита или кремня? Но заклинание на вид короткое. Выучить его, что ли? Что здесь в описании?

«Взять камень и смотреть на него, дабы представить форму оного». Какая глубокая мысль! Действительно, трудно представить себе форму, не имея камней под рукой.

Пришлось выйти на задний двор и, пошарив в кустах, таки найти какой-то невзрачный камешек.

Я придирчиво осмотрел его. Кто знает, что это за камень такой. Я так точно не разбираюсь. Сюда бы геолога. Но об этом остается только мечтать. Но все же камень имеется. Что там дальше?

«Глядя на камень, закрыть глаза, представляя его форму. Прочитать заклинание, заменив точки словом, которое обозначает требуемый камень из приведенного ниже списка». Во закрутили!

Я заглянул в лист, пришпиленный к свитку. Точно, имеется такой список. В глаза сразу же бросилась одна из строк: «Камень ср.». Что за камень такой? Помнится мне, что так обозначали в древности серебро. Сребро то есть.

Конечно, я не маг земли, ничего не получится. Но попробовать захотелось. Я водрузил камень перед собой, закрыл глаза и прочитал заклинание, вставив «порутинус» вместо точек.

Что-то щелкнуло, зашипело и тихонько бумкнуло. Я быстро открыл глаза. Передо мной лежал тот же камень, но уже желтого цвета. Я недоуменно склонился над ним. Вызывали удивление два факта. Первый: это то, что заклинание сработало. Я же не маг земли! Стихия земли не могла отозваться на призыв мага огня. Это аксиома! Второй факт: это то, что полученный результат никак не походил на серебро. Насколько я помню, серебро имеет иную окраску.

Я опасливо ткнул камень пальцем. Тот был прохладным. В воздухе остро завоняло какой-то гадостью.

— Зачем тебе сера, Левиус? — прозвучало от входа.

— Так это сера, да? — спросил я, не оборачиваясь. — А я-то думал, что у меня получилось?

— Что значит — получилось? — подошел ко мне Итэл. — Ты не ответил на мой вопрос.

— Ну, ты же поручил мне выучить заклинание? — уточнил я, поднимая голову. — Вот я и выучил. Превратил непонятно что вот в эту серу.

Итэл недоверчиво посмотрел на меня:

— Я не ослышался? Ты хочешь сказать, что смог заставить сработать заклинание земных магов?

— Именно это я и хочу сказать, — сердито отозвался я. — Что за список каменьев? И почему у меня вместо серебра получилась сера?

Итэл растерянно сел на стул, не сводя с меня взгляда.

— Но этого не может быть! — наконец смог произнести он.

— Я тоже так думал, пока не попробовал.

— Наверное, я схожу с ума, — пробормотал наставник, прижав ладони к вискам и закрыв глаза.

— Эй! — заволновался я. — Обучение еще не закончено. Можешь немного подождать?

Итэл переживал потрясение недолго. Придя в себя, он немедленно заинтересовался, что же еще я могу. Оказалось, что могу я немного. Мне удалось еще одно заклинание — разрушение камней. Не пойму, зачем оно? Если есть под рукой кувалдочка поувесистей, то и заклинания не требуется. Главное — махать кувалдой как можно ожесточеннее.

Этот факт был нами воспринят с явным облегчением. Ну, облегчение Итэла — это понятно. Все-таки факт принадлежности к стихиям не был полностью нарушен. А мое облегчение диктовалось тем, что мне не надо было зубрить еще и дополнительные заклинания. Своих с лихвой хватает.

Грозодыш наведывался к нам еще пару раз. Как Итэлу удавалось узнать о времени прибытия драконьей проверки, я до сих пор понять не могу. Но факт остается фактом. Наставник вытаскивал меня к лесному убежищу именно тогда, когда и требовалось.

Грозодыш с удовлетворением наблюдал за огненными заклинаниями, которые я ему показывал. Попыхивая дымком из ноздрей, он выспрашивал о моем самочувствии, интересовался, не чувствую ли я чего-нибудь такого этакого. Что именно из себя «такое этакое» представляет, он и сам толком не мог объяснить.

— Мне кажется, что настала пора получить тебе официальное звание мага, — сказал Итэл после того, как я огненным шаром разнес в щепки мишень, установленную в комнате для занятий. — Ты уже достаточно поднаторел в нашем искусстве. Поедем в столицу, в академию. Сдашь испытания… Ну чего ты так волнуешься?

Это наставник заметил, что меня известие о предстоящих экзаменах не сильно вдохновило.

— Итэл, ты сказал «академия»? — нервно выговорил я. — Насколько я понимаю, там не только заклинаниям стихий учат. Там же и еще какие-то дисциплины имеются. Так мы-то эти дисциплины не изучали.

— Ты так думаешь? — удивился маг. — Ошибаешься! Мы все дисциплины изучили в полном объеме. А некоторые даже и в большем, чем требуется. У тебя в активе есть еще и практическое применение боевой магии. Это я о бое с черными волхвами. Немногие выпускники академии могут похвастаться этим.

— И все же. Я не понимаю. Что, в академии, кроме самой магии, ничего не изучают?

— Как это не изучают? — удивился Итэл. — Очень даже изучают. Вот, к примеру, танцы, хорошие манеры, политику и искусство дискуссий. Так ведь и ты все это изучал. А в искусстве дискуссий ты можешь переплюнуть и некоторых тамошних преподавателей.

— И это все? — поразился я. — Там что, в академии, больше ничему не учат?

— А чему еще? Ты подумай, Академия магических искусств! Чему там еще могут обучать, кроме этих самых искусств? Вон Ровис — выпускник академии. И что? Он тебе во многих областях уступает. Ты намного сильнее его. Я не удивлюсь, если тебе присвоят третью, а то и четвертую ступень.

Итэл многозначительно покивал мне.

— И что это мне даст? — скептически осведомился я.

— О! Это дает многое, — сообщил мне наставник. — Ты сможешь выбрать сам место следующего пребывания. Да и плата, сам понимаешь, от этого зависит. На боевых магов четвертой ступени спрос большой. Тем более огненных магов!

— Так ты хочешь сбагрить меня с глаз долой? — печально спросил я.

Честно говоря, привык я уже к старику. Да и дом его стал мне как родной.

— Нет! Что ты! — даже замахал на меня рукой Итэл. — Это я так. В качестве информации. Не более. Так как ты сдаешь испытания экстерном, то тебя не могут никуда направить. Ты становишься свободным магом. Это особо оговорено в указе короля. Значит, ты останешься со мной. Тем более что нам предстоит еще многое узнать и освоить. В том числе и о тебе самом будем узнавать. Ну не могу я согласиться с Портиусом, что ты просто сильный огненный маг. Драконы редко ошибаются.

— Опять за рыбу гроши! — тяжело вздохнул я.

— А как же? Бесплатной рыбы не бывает, — назидательно заметил Итэл.

ГЛАВА 17.

Когда тебя бьют чем-то тяжелым по голове, то ощущения не из приятных. Нет, не в тот момент, когда бьют (особенно если ты при этом теряешь сознание), а в тот момент, когда приходишь в себя.

И ведь опять нескладуха какая-то получилась. Шел себе по улице, никого не трогал. Знак мага сиял вовсю. Ну да. Прохожих было немного. Вернее, мало их было. А еще точнее, так вообще никого не было. Но ведь центр же! Тут даже самые отчаянные преступники не рисковали нападать. Безопаснее место было разве что у наместника. Ну, это если не считать самого наместника. Суровый дядька.

И вот тут-то ко мне подбежали сзади и… А вот дальше не помню.

Пришел в себя в какой-то лачуге. Грязной, между прочим. Руки и ноги были связаны добротной веревкой. Голова, само собой, трещала не по-детски.

Я, морщась, осмотрел свое бренное тело. Ну, насколько позволял взгляд, естественно. Результаты осмотра — неутешительны. Исчез пояс с ножнами. В ножнах был мой меч. Исчез кошель, который также висел на поясе.

Я пробормотал заклинание огненного восстановления. Стало значительно легче. Даже затянутые веревкой запястья и лодыжки перестали болеть. Извиваясь, как червяк, дополз до стены и кое-как принял сидячее положение. Что-то надо делать с узлами. Я критически осмотрел узлы на веревках и понял, что справиться с ними будет нелегко. На совесть затянуто. Чего-то подходящего из арсенала моих знаний на ум не приходило… Впрочем!

Я тщательно прицелился и выпустил огненную стрелу на веревку, обвивающую мои ноги. Попасть-то попал. Но обожгло основательно. Я зашипел от боли и снова прочитал восстановительное заклинание.

Так. Ноги свободны. Ну а раз они свободны, то надо их делать. А сюда я еще вернусь. Да не один. Надо же заплатить за гостеприимство.

Я уже совсем было вознамерился высадить дверь, как услышал приближающиеся голоса.

Переходим к плану «Б». Я сейчас сам буду кого-то наказывать. Я бухнулся на пол и постарался загородить освобожденные от пут ноги. Закрыл глаза и притворился мертвым.

Скрипнула дверь.

— Вот он, — прохрипел чей-то голос.

— Почему он связан? — мягко спросил второй. — Я что, давал распоряжение связывать? И почему он без сознания? Я же приказал доставить его вежливо и со всем обхождением. Ты желаешь рассердить добрейшего Ротфорта, то есть меня?

— Я не виноват! — вновь захрипел первый голос. — Он уже был связан, когда попал ко мне в руки. Не волнуйся, господин, сюда я его доставил вежливо и со всем обхождением.

— А также успел почистить мои карманы и присвоить себе мой пояс, — пробурчал я, не открывая глаз. — И все, что на поясе было, тоже присвоил. Рад видеть тебя, Ротфорт! Ты не находишь, что твое приглашение посетить тебя слишком экзотично?

Я открыл глаза и укоризненно посмотрел на главаря местной мафии. Тот нисколько не смутился.

— Я и сам желал бы узнать, как это произошло. Обычно Дррэй весьма точно исполнял мои поручения. Или ты решил проявить свое рвение так некстати? А, Дррэй?

— Обижаешь, господин! Дррэй на камне клялся, — прохрипел бандит, пришедший с Ротфортом, и кивнул на меня. — Этого прихватили раньше. По бошке вдарили и прихватили.

— Да не могли они меня прихватить, — сердито отозвался я. — У меня же знак мага имеется.

— Имелся, — поправил меня Ротфорт. — Странно. Действительно, непонятно.

Я посмотрел на грудь. Знака не было. И знак мага сперли, заразы!

— Какие они были? — повернулся Ротфорт к Дррэю. — И что было дальше?

— Ну дык… — информативно начал Дррэй. — Черные они были. Это точно! Вот как есть черные. Даже морды у них черными были. Но не маверы.[3] Маверов я бы сразу узнал. Эти какие-то верткие были.

— И кто это решил, что может пользоваться моей добротой? — задумчиво пробормотал Ротфорт. — Кто-то еще решил, что и спрашивать разрешения на «ночную стрижку» у меня не надо. Я ведь и рассердиться могу. Или это никого не беспокоит?

— Меня в первую очередь беспокоит вот эта веревка. — Я поднял перед собой связанные руки.

Дррэй, повинуясь повелительному движению бровей Ротфорта, в один прием освободил мои руки.

— Да, господин, — прохрипел он. — А знак таки у паренька был. Я приметил. Я потому его сразу и не взял.

— А эти, значит, взяли? — поднял бровь Ротфорт.

— Угу, — кивнул Дррэй. — Только тогда знак уже не светился. Он сразу погас, как этот вот на улицу повернул.

— Так вот оно что, — ухватился за подбородок Ротфорт. — Стало быть, игру со мной решили затеять. Забыли, что значит трогать бедного дядюшку Ротфорта. Ай-ай-ай!

— Хотелось бы прояснить, — потирая запястья, спросил я. — Кто это такой невежливый? И как им знак мой удалось потушить?

— А ты еще не догадался? — прищурился Ротфорт. — Неужели?

Что-то щелкнуло в голове и стало на свое место.

— Ну, когда тебе на голову опустят что-то тяжелое, то временные затруднения бывают, — хмыкнул я. — Черные волхвы?

— А я уж было подумал, что Сантия ошиблась, — хмыкнул в ответ Ротфорт и внезапно помрачнел. — Именно по этому поводу я и хотел с тобой встретиться.

— Да! Но как я оказался здесь, да еще и связанным к тому же? — спросил я.

— Дык господин сказал, что хочет тебя видеть, — прохрипел Дррэй. — Он сказал, чтобы я доставил тебя сюда. А про тех черных он ничего не говорил…

— И? — с интересом посмотрел я на Дррэя.

Дррэй сделал характерный жест большим пальцем у горла. Я удивленно повернулся к Ротфорту. Тот с угрюмым видом кивнул.

— Остаются только те, на кого я укажу. Остальные — умирают.

Да, страшный человек! Я даже поежился, представив, что Ротфорт мог указать и не на меня.

— Ну, с волхвами я сам буду разбираться, — решительно вернул меня к действительности Ротфорт. — Они тоже смертны. А работа без моего ведома еще никому с рук не сходила… У меня к тебе другое дело. Ты уверен, что достаточно хорошо соображаешь? Или дать тебе еще время восстановиться?

— Уже восстановился. — Я нашел взглядом колченогий табурет и опустился на него. — Сейчас должна пожаловать тяжелая кавалерия. Это если Итэл и вправду присматривает за мной.

— Он имеет влияние на гарнизон? — поднял бровь Ротфорт. — Впрочем, если мне не изменяет память, в гарнизоне Тристорна не числится кавалерия.

— Да? — хмыкнул я. — Вот скоро мы это и узнаем.

— Где Сантия? — внезапно спросил Ротфорт. — Она у тебя или, быть может, ты знаешь, куда она могла пропасть?

— Я ее не видел с той нашей с тобой встречи в харчевне, — обеспокоился я. — Она что, исчезла?

Лицо Ротфорта как-то сразу осунулось.

— Я не могу ее найти, — сказал он. — Я думал, она отправилась к тебе.

Я отрицательно качнул головой.

Странное шевеление земляного пола нашей лачуги привлекло мое внимание. Вот он резко вздулся бугром, раскололся, и из него вырос Итэл, вокруг которого с бешеной скоростью вращался земляной шар. Одновременно с этим стена хибары рухнула, и в проем вступил Портиус. Этот тоже обзавелся шаром… огня.

— А вот и тяжелая кавалерия, — вздохнул я. — Вы знакомы? Если нет, то могу вас друг другу представить.

Дррэй метнулся было к хозяину, от него к двери, вытаскивая внушительных размеров тесак. Из земли выметнулась какая-то белесая муть, охватила его ноги и резко окаменела. Дррэй, не в силах сдвинуться с места, только бешено размахивал своим оружием, стараясь к себе никого не подпускать.

— Уймись! — коротко приказал ему Итэл. — А то и руки окаменеют.

Но на этом события остановиться не захотели. Не успела улечься пыль от падения стены, как в поле зрения появилось десятка два головорезов из личной охраны Ротфорта. Правда, они заметно поскучнели, обнаружив, что им придется иметь дело с боевыми магами. Но страх перед Ротфортом пересилил, и они осторожно начали приближаться, выставив перед собой разнообразное колющее и режущее оружие.

— Быть может, не будем портить друг другу здоровье? — невозмутимо поинтересовался Ротфорт. — Тем более что, как-никак, я все же спас жизнь вашего парня.

— Это правда? — метнул на меня взгляд Итэл.

Я кивнул, не вставая с табурета.

— Ладно.

Наставник вырастил каменную скамью и присел на нее.

— Присаживайтесь и вы! — гостеприимно предложил он, выращивая еще два возвышения.

— Стену на место поставь! — буркнул Портиус, подходя ко мне.

— Вот не мог ты нормально через дверь войти, — огрызнулся Итэл. — Вечно тебя на лицедейские эффекты тянет. Как по мне, так этак даже лучше. Вони меньше, а света больше.

— Не люблю сквозняки, — сказал Портиус и, взглянув на стройные ряды головорезов Ротфорта, добавил: — И зрителей не люблю. Особенно если они не оставляют свои вещи в гардеробе.

— Я могу их отпустить, — любезно предложил Ротфорт.

— Да уж, сделай милость! — не менее любезно согласился Итэл.

— Но я хотел бы некоторых гарантий.

— Убивать не будем. И еще этого можешь оставить, — ткнул пальцем в сторону Дррэя наставник. — Только пусть он будет у меня на виду.

— Заметано! — кивнул Ротфорт, делая жест своей охране.

После этого я смог наблюдать восстановление порушенной стены. Жаль! И впрямь стало не так уж и светло, да и вонь присутствовала.

— Те же, там же и в том же, — прокомментировал я. — Плюс еще два мага…

— Теперь я хотел бы знать, что происходит? — прервал меня Итэл.

— Совершенно случайно выяснилось, что на твоего мальчика черные волхвы устроили настоящую охоту, — мягко сказал Ротфорт. — Или вы об этом уже знали?

— Знали, — коротко ответил наставник. — Но мы и не догадывались, что на него устроит охоту и местный преступный мир.

— Вот видишь, — бледно улыбнулся Ротфорт. — А между тем они очень часто объединяют свои усилия. Но не в этом случае.

— И что не так в этот раз? — поинтересовался Портиус, подвешивая под потолком желтый шарик, озаривший достаточно ярким светом помещение.

— Ну, скажем так, этот мальчик мне симпатичен, — отозвался Ротфорт.

— Ого! А у тебя, однако, не очень обычные вкусы. Захотел заполучить целого боевого мага? — строго спросил Итэл.

— А что? Это было бы неплохо, — вздохнул Ротфорт. — Просто я заметил, что Левиус неровно дышит по отношению к моей дочери. Я не против. Ему бы еще добавить капельку ума и предусмотрительности. А вот это, ввиду интереса к нему черных волхвов, уже вызывает сомнения.

— Как он оказался здесь? — поморщился Итэл. — Оставим пока разговоры о чувствах.

— Его спас мой человек, — кивнул на Дррэя Ротфорт. — Сделал он это по моему указанию. Я хотел с Левиусом встретиться, а волхвы этому могли помешать.

— Они его к Черному храму потащили, — прохрипел Дррэй. — А я их по дороге-то и прихватил. Потом вот этого сюда принес. И к господину побежал…

— Но зачем ты хотел с ним встретиться? — сердито взглянув на Дррэя, вновь обратил свой взор на Ротфорта наставник.

— Да потому, что дочь у меня пропала, — печально сообщил тот. — Думал, что Левиус об этом что-то знает.

— Знаешь? — обернулся ко мне Итэл.

Я покачал головой.

— Не знает. Тогда ничем не можем помочь.

Итэл встал со своей скамьи, показывая, что разговор закончен.

— Не так быстро, — заметил Ротфорт. — Вам предстоит пройти через мою охрану. А она, если я не подам соответствующую команду, вас отсюда так просто не выпустит. Поверьте, мальчики из охраны умеют убивать. Особенно у них это хорошо получается из-за угла.

— Ты мне угрожаешь? — поднял бровь Итэл.

— Нет, предупреждаю, — благостно улыбнулся Ротфорт. — Почему бы нам не заключить в некотором роде союз? Вы поможете мне, а я «позабочусь» о волхвах. Тем более что они позволили себе действовать, не ставя меня в известность о своих планах.

— Нам, боевым магам его величества, и сотрудничать с бандитами? — возмутился Портиус. — Ты думай, что говоришь! Да если ты так ставишь вопрос, то мы можем разнести этот квартал по камешку.

— И убить множество невинных людей, — кивнул Ротфорт. — Ты это хочешь сказать? И потом, мы умеем мешать жить. И мой наследник позаботится об этом, если я погибну. И не потому, что он меня сильно любит, просто таковы законы. Никто не может нанести оскорбление нашему клану и остаться после этого безнаказанным. Хотя лично вам он, мой наследник, будет очень благодарен. Вот так, с большой благодарностью, он вас на тот свет и спровадит.

— Но я не пойму, при чем тут мы? — встрял в разговор я. — Ты хочешь найти Сантию? Так кто же лучше вас это может сделать? Не спорю, Сантия очень красивая девушка, и допускаю, что умная к тому же. Но я с ней встречался всего два раза. И не скажу, что обе встречи доставили мне удовольствие…

— К тому же нам надо срочно ехать в столицу, — добавил наставник. — Это дело не терпит отлагательства.

— Значит, вот она какова — современная молодежь, — печально покивал Ротфорт. — А я уж было подумал, что нашелся достойный кавалер для моей дочурки. Тем более что она мне все уши прожужжала о твоих достоинствах.

— Да? — заинтересовался я. — Она говорила обо мне? Я думал, что она не очень хорошо ко мне относится…

— Левиус! — предостерегающе остановил меня Итэл.

— Но, мастер, это несколько меняет дело! — повернулся я к наставнику. — Есть некоторые наблюдения, пусть и не совсем профессиональные, говорящие о том, что она может быть интересна и тебе.

— А об этом поподробнее! — мгновенно насторожился Портиус. — Пришло время завести и себе ученика.

— Обойдешься! — огрызнулся я. — У тебя в каждом городе столько дам сердца, что их перечень и в два свитка не вместится.

— В четыре, — хладнокровно поправил меня Портиус. — И то если писать убористым почерком и в две колонки. Но это дамы сердца, а тут речь идет об ученике. Вернее, ученице. И к тому же! Итэл, не одному тебе хочется быть оригинальным. Ты, маг земли, завел себе ученика, мага огня. А я заведу себе девушку, магиню огня. По крайней мере, ее спецификация будет соответствовать моей…

— Да что вы несете! — взвился Итэл. — Ты чем думаешь, Портиус?!

— Да! — подтвердил Ротфорт. — Моя дочь — добропорядочная разбойница. Со всякой там магией и не зналась. Что за манера оскорблять невинную девушку за глаза?

— Что?! — мгновенно взревели в два голоса маги.

Мне тоже хотелось возмутиться, но я не успел. Только засопел свирепо. Что меня же и перепугало. Неожиданно из моих ноздрей повалил густой черный дым.

— Левиус! — заорал Итэл, размахивая руками в попытке разогнать пелену дыма. — Это еще что такое? Портиус, твоя работа? Я ему такого заклинания дать не мог!

— По-моему, это творчество уже самого Левиуса, — сообщил Портиус, весело глядя на мою ошарашенную физиономию.

— Очень умно! — сердито огрызнулся я. — Я и знать не знаю таких заклинаний. Вот если бы сигарету, то еще можно было бы. Но там дым белый, а не такая гадость.

— Сигарету? — заинтересовался Ротфорт. — Это еще что такое?

— У вас тут Америки не имеется, — покачал головой я. — Так что и не надейтесь.

— Так как вы решили? Поможете? — вновь обратился к наставнику Ротфорт после безуспешной попытки сообразить, при чем тут Америка и что это, собственно, такое.

— Мастер? — просительно сказал я.

— Ладно! — вздохнул наставник. — Только мне нужна какая-нибудь личная вещь этой… как ты там ее называл?.. Сантии.

— Вот! — вздохнул я. — Понюхаешь ее и пойдешь по следу.

— Что ты несешь? — оскорбился маг. — Я тебе что, собака? Впрочем, метод кое в чем схожий. Поисковое заклинание основывается на личных эманациях объекта поиска.

— Вещью я обеспечу, — заверил Ротфорт. — И с благодарностью не поскуплюсь. А уж ночью вы сможете ходить, где вам заблагорассудится. Гарантирую полную безопасность.

— А мы и так ходим, — насупился Итэл. — Попробуй помешай!

— А волхвы? — напомнил я.

— Ну разве что волхвы, — вынужден был согласиться Итэл. — Но, как я понял, и Ротфорт не очень-то ими может управлять?

— Зато я могу дать команду их резать, — усмехнулся тот. — Они смертны, как и все мы. Тем более что за мной есть должок. Они не поставили меня в известность, что охотятся на парня. До всего приходится самому доходить.

— Вещь пусть принесут к моему дому! — распорядился Итэл, вставая. — Да, и это должно быть что-то, чем она очень часто пользовалась. Иначе толку не будет. И еще, я смогу только указать направление, в котором следует вести поиск, но искать уже придется вам самим.

— Ничего! Пойдет, — кивнул Ротфорт. — Мои парни землю рыть будут, но найдут.

— А вот рыть не стоит, — хмыкнул наставник. — Земля, она не любит, когда ее роют.

— А гномы? — спросил я.

— Они от плоти земной. Им можно, — пожал плечами Итэл.

ГЛАВА 18.

Посланец от Ротфорта не заставил себя долго ждать. Мы только начали составлять список вещей, которые необходимо взять с собой в столицу. Первым вопросом, вызвавшим ожесточенную дискуссию, был, естественно, денежный. Причем Итэл выступал за всемерную экономию.

Портиус, наоборот, считал, что таким блестящим магам, как мы, не следует экономить на мелочах. Подобной экономией мы только подрываем свой авторитет. И вообще, поездка в столицу — это вам не хухры-мухры, а очень даже очень!

Оба приводили очень существенные доводы в пользу своих предложений. Надо сказать, что спор приобретал уже несколько угрожающие обороты.

Я болтался где-то посредине. С одной стороны, зная, насколько трудно даются деньги, жаба давила. И я присоединялся к доводам Итэла. Не следует забывать, что он к тому же был моим наставником. Но потом меня убеждали пламенные речи Портиуса. И я уже начинал считать, что Итэл слишком прижимист и кое-что мы все же могли бы себе позволить.

И вот в тот момент, когда уже загорелись азартом глаза магов и пространство гостиной собирались бороздить огненные и каменные шары, появился управляющий Коргут.

— Посланец к мастеру Итэлу! — громогласно объявил он.

— Ну что ты так не вовремя! — возмутился я.

И правда, я так удачно пристроился между выступом камина и массивным креслом, чтобы наблюдать продолжение спора старших магов, а тут мне ломают весь кайф!

Ровис, схоронившись за массивной кадкой, в которой произрастало какое-то растение, со священным ужасом взирал на спор небожителей.

Итэл с Портиусом еще некоторое время мерили друг друга возмущенными взглядами, но рассудок взял все-таки верх над эмоциями.

— Проводи его в приемную! — распорядился Итэл. — Я сейчас подойду.

В приемной мы застали человека, закутанного в темные одеяния, и в широкополой шляпе, надвинутой на самые глаза.

При нашем появлении он сделал шаг к столу. Из-под одежды появилась рука, затянутая в черную перчатку. Посланец поставил на стол шкатулку.

— Господин Ротфорт приказал мне дождаться ваших указаний относительно поиска, — тихим голосом сообщил он.

— Ну, это может занять некоторое время, — протянул Итэл, подходя к столу и отрывая шкатулку. — …Не понял! Это еще что такое?

Наставник аккуратно, двумя пальцами достал из шкатулки длинный кинжал со слегка изогнутым лезвием.

— Я просил доставить мне вещь, которой очень часто пользовалась пропавшая девушка, — возмущенно сказал Итэл.

— Именно им Сантия пользовалась чаще всего, — заверил его посланец. — Это ее любимое «перо». Именно потому, что оно осталось, мы и сделали вывод, что она пропала.

— Не стоит забывать, что Сантия — дочь Ротфорта, — напомнил я.

— М-да, — крякнул Итэл. — Ты говорил, что она тебе нравится, Левиус? Не боишься, что однажды после какой-нибудь ссоры (а они бывают и между теми, кто друг друга очень любит) ты проснешься, а твоя голова уже будет отделена от всего остального? И скорее всего она будет отделена при помощи именно вот этого орудия.

— Надеюсь, что до этого не дойдет, — буркнул я.

— Ну-ну!

Итэл положил кинжал на стол и начал его внимательно рассматривать.

— Прошу всех покинуть комнату, — не поднимая головы, приказал он. — Левиус, ты можешь остаться. Тебе не вредно будет попытаться овладеть этим заклинанием. Следи за вязью сил и энергии. Запоминай последовательность действий!

Когда мы остались одни, Итэл простер руки над кинжалом, закрыл глаза и начал медленно читать заклинание.

Я увидел, как из ладоней мастера на предмет заструились волны какой-то энергии чуть голубоватого цвета. Я поспешно перестроил взгляд на восприятие ауры.

…Ого! Оказывается, потоки движутся в обоих направлениях. Что-то посылает Итэл и получает как бы ответ на свои вопросы от кинжала. Я, старательно запоминая слова, уловил череду смутных образов, проплывших от ножа к Итэлу.

— …россорс! — выдохнул наставник заключительное слово и ткнул пальцем в середину кинжала, сбрасывая на него энергетику заклинания.

Тот завертелся на столе, как будто кто-то невидимый сильно крутанул его вокруг собственной оси. Но вот скорость вращения затихла, на кончике лезвия загорелся зеленый огонек, и кинжал остановился.

— И что там у нас? — нахмурился наставник, проследив взглядом направление.

— Там у нас кладовая, — несмело подсказал я. — А еще дальше — задний двор. Но там Сантии нет, я бы заметил.

— Издеваешься? — сердито метнул на меня взгляд Итэл.

— Ну, не то чтобы совсем. — Я поспешно состроил невинную рожицу. — Просто мне кажется, что информация слишком расплывчата.

Наставник шагнул к шкафу, раскрыл дверцу и начал копаться среди вороха пергаментов.

— Где-то она тут была… — бормотал он при этом. — Ага! Вот она!

Итэл развернул большой свиток, приподнял кинжал и аккуратно подложил лист под него.

— Угу! — задумчиво сказал он, оценивая получившуюся композицию. — А так?

Честно говоря, я сразу и не понял, что это такое. Какие-то вензеля, по углам изображены усатые, бородатые рожи, на что-то ожесточенно дующие. Только присмотревшись, я понял, что это карта. Да лучше бы этот художник драный вместо всех этих украшательств поработал над информативностью.

— Очень хорошо! — проникновенно сообщил я Итэлу. — Вот если идти все время по этой линии, то куда-нибудь мы придем.

— Не забывай, что этот кинжал и карта неизменно остаются при нас, — наставительно сказал Итэл. — В любой момент мы сможем определиться, где искать.

Он ухватился за кончик лезвия и прикрыл глаза.

— Холодный, — вынес вердикт наставник. — Следовательно, она далеко.

— То есть чем теплее лезвие, тем она ближе? — выдвинул я предположение.

— Верно, — тряхнул волосами Итэл. — Ты запомнил заклинание? Учти, в следующий раз его будешь читать ты.

— Да запомнил я это заклинание, запомнил. Вот только не уверен, что оно будет действовать. Насколько я понял, оно из арсенала магов земли.

— Будет! — заверил меня Итэл. — Оно имеет ту же основу, что и превращение одного камня в другой. А это у тебя получилось.

— Мастер! — Я проследил взглядом направление, указанное кинжалом Сантии. — А ведь он указывает на столицу! Нет, точно на нее!

Итэл наклонился над картой, отслеживая направление.

— Похоже на то, — покивал он мне. — Ну что же, это нам даже на руку. Во всяком случае, мы туда скоро поедем. И по пути можно будет заняться ее поисками… Зови всех!

Посланец Ротфорта исчез, унося с собой ответ. Портиус, наклонившись над картой, слушал размышления Итэла.

— По дороге в столицу встречается несколько крупных поселений и десятки мелких. У тебя хватит сил проверять каждый? — наконец спросил он.

— Не у меня, а у Левиуса, — поправил Портиуса наставник. — Справится. Уж что-что, а запас у него впечатляющий.

— А почему бы нам не оптимизировать поиск? — поинтересовался я.

По слегка затуманенному взгляду обоих магов я понял, что слово «оптимум» не входит в их словарный запас.

— Нужно сделать так, — вздохнул я.

Я взял какой-то футляр (главное, чтобы его край был ровным) и с его помощью провел прямую линию от кончика лезвия кинжала.

— Все, что не на этой линии, выпадает из вектора поиска, — пояснил я. — Ну это если карта правильна и масштаб соблюден верно.

— Ты уверен, Итэл, что обучал его тому, что он только что произнес? — пораженно рассматривая меня, спросил Портиус.

— Мысль твою я понял, — кивнул мне Итэл. — Достаточно остроумно. Но какие у тебя могут быть претензии к карте? Что значит «масштаб»?

— А вот! — Я вытряхнул на стол золотой, взял в руку стило и старательно, прищурившись, вывел кружок, вполовину меньший золотого.

— Вот вам масштаб, — пояснил я. — Золотой и кружок — это один к двум. То есть если я замерил на карте расстояние, то я должен быть уверен, что получу правильное значение, пройдя это расстояние на своих двоих.

— Никогда не задумывался над этим вопросом, — растерянно отозвался Итэл. — И потом, зачем тебе идти на своих двоих, если у тебя будет конь?

— Тьфу ты! — начал сердиться я. — Да при чем тут конь? Я хочу быть уверен, что поселения на карте отображены правильно!

— Правильно-правильно! — заверил меня Портиус. — Я сам, когда сюда ехал, проверял. Я даже могу сказать тебе, где есть хорошая выпивка, а где так себе. Все, что нарисовано на карте Итэла, все там так и стоит. Можешь не сомневаться.

М-да! Я понял, что мне лучше будет закрыть рот и молчать. И еще я понял, что таки да, придется проверять каждый населенный пункт по пути.

Выезд в Пертану, столицу Прамии, если кто еще не понял, напомнил мне сцену сборов экспедиции. Причем экспедиции военной. Мы втроем при мечах держали за уздцы своих коней. В стоящую у выезда телегу слуги под руководством управляющего расторопно паковали какие-то свертки и узлы.

Были и провожающие. Отряд стражи торчал на углу улицы. Какая-то дама томно восседала в открытой карете. Она иногда помахивала платочком. Страстные взгляды, бросаемые этой дамой на Портиуса, не оставляли сомнений в том, кого она провожала.

Портиус нервно поглядывал на нее. Судя по всему, дама была замужем, и маг не очень желал, чтобы супруг присоединился к числу провожающих.

Появился Ротфорт. Он вежливо раскланялся с командиром стражи и подошел к нам.

— Несколько моих людей поедут с вами, — деловито сообщил он. — Вы уж постарайтесь не всех похитителей моей дочери убивать. Оставьте и мне хотя бы парочку. Желательно заводил. А то знаю я вас! Пиф-паф! Всех прибили, и никаких мучений. Это непозволительное милосердие.

— Но твою дочь еще надо найти, — заметил Итэл.

— Мне почему-то кажется, что вам, господа, это не составит труда, — улыбнулся Ротфорт. — Главное, у вас есть мотивация.

— Мотивация? — вопросительно поднял правую бровь Итэл.

— Ну да! — Ротфорт небрежно указал на несколько молодчиков самого бандитского вида, возникших у нас за спиной. — Вот она, мотивация. Не беспокойтесь! До поры до времени вы даже не будете замечать этих мальчиков. Но вы будете знать о том, что они существуют и где-то рядом.

— Ладно! — поморщился наставник. — Только пусть они не попадаются мне на глаза! А то ведь… Я все-таки боевой маг. Да и мои спутники тоже.

— Я же обещал, — покивал Ротфорт. — Вот! Уже вы их и не видите.

Я оглянулся. Действительно, уголовничков как ветром сдуло.

— Господин Итэл! — несмело обратился Коргут к наставнику. — А что, пять бутылок вина? Новые положить? Эти господа, которые только что тут стояли, изволили их стибрить.

— Кхм! — кашлянул Ротфорт.

Из-за куста выдвинулся один из его парней и аккуратно положил на борт повозки четыре бутылки.

— Кхм!! — еще выразительнее кашлянул Ротфорт.

Уголовник неловко улыбнулся и вытащил из-за спины еще одну бутылку.

— Ты уверен, что эти сопровождающие, или, как ты сказал, «мотивация», не обчистят нас еще до приезда в столицу? — поинтересовался я.

— Не обчистят! — ответил вместо Ротфорта наставник.

Он передал мне повод своего коня, подошел к повозке и сделал несколько пассов над упакованным грузом.

— …И отсохнут руки у того, кто без моего разрешения коснется груза сего! — закончил Итэл. — Тебе, Левиус, и тебе, Портиус, я разрешаю.

— Я так и знал, что вы найдете решение этой простенькой задачки, — довольно кивнул Ротфорт. — Слышали, мальчики? Не трогать этот груз! То, что не отсохнет, отрублю потом я.

Из кустов донеслось слаженное мычание. Типа поняли, не подкачаем.

— Вперед! — скомандовал Итэл, вскакивая на коня.

ГЛАВА 19.

Конь — это отдельный разговор. Не скажу, что наездник из меня получился плохой. Несколько уроков верховой езды я получил. Но вот так, чтобы чувствовать себя влитым в седле, с этим проблемы. Как-то не получается у меня сразу попадать в ритм. Наверное, мне все время кони неправильные попадаются. Только вроде бы уловлю этот самый ритм, как они его тут же меняют. Вот как тут не заподозрить интриги завистников?

Впереди браво покачивался на своем коне Портиус. Я с откровенной завистью посматривал на него. До его уровня мне конечно же далеко. Хорошо еще, что скорость невелика. Сразу за нами немилосердно скрипела и громыхала телега с поклажей.

Портиус придержал ход и поравнялся со мной. Некоторое время он присматривался к моим попыткам «влиться» в ритм, усмехался и даже иногда фыркал. Я стоически старался не обращать на его «замечания» внимания.

— Левиус! — наконец обратился ко мне магистр. — Ты для начала постарайся найти контакт со своим скакуном. Если ты будешь его чувствовать, то дело пойдет гораздо лучше, чем сейчас.

— Да как же я с ним найду контакт? — в отчаянии спросил я.

— Во-первых, научись расслабляться, находясь в седле. Держи корпус прямо, подрабатывая движения коня в пояснице. Благо темп у нас невысок. Ты можешь себе это позволить. Не напрягайся так! Через некоторое время ты сам почувствуешь, как твое тело начнет попадать в ритм. Для того чтобы еще лучше чувствовать это, старайся плотнее сидеть в седле. Так ты достигнешь еще большего контакта.

— Ох, постараюсь! — вздохнул я.

Так или иначе, но первое поселение на пути было для меня как благословение. Хоть седалище не так отбито, как это было раньше. И то хлеб!

Слуга, управлявший телегой, взял на себя все заботы о наших конях. А мы дружно направились к харчевне, стоявшей неподалеку.

— О! Тут подают знатную вырезку, — в предвкушении чмокнул Портиус. — Да и эль тут очень неплох.

— А вино? — спросил я, помня эль, которым меня угощали у гномов.

— Кисляк! — поморщился Портиус.

— А что-нибудь покрепче тут имеется?

— Левиус! — строго сказал Итэл. — Мы тут остановились не для того, чтобы ты поражал нас зрелищем распития того, что только гномам по силам.

Странные ощущения охватили меня, когда я попробовал в первый раз задействовать заклинание поиска.

Нет, я все сделал правильно. И зеленый огонек, загоревшийся на кончике кинжала, подтвердил это. Но то, что я увидел внутренним зрением, меня несколько удивило. Как будто в туннель попал или в пещеру. Вокруг темнота. И в то же время ощущение чьего-то присутствия.

— Это говорит о том, что Сантия находится в темном месте, — со знанием дела прокомментировал Итэл, когда я ему рассказал об этом. — У меня было то же самое.

Наставник внимательно посмотрел на клинок и его направление по карте.

— Можно сделать вывод, что мы видим одно и то же место, — хмыкнул он.

— Вот только жива ли она? — буркнул Портиус, сидевший рядом.

— Вот чего уж не знаю, — пожал плечами Итэл.

— Я чувствовал чье-то присутствие, — ввернул я.

— Это может быть и неживое присутствие, — вздохнул наставник.

— Нет! — мотнул я головой. — Это присутствие дышало. Это я точно почувствовал.

— А вот это хорошо! — удовлетворенно кивнул Итэл. — Это значит, что ты овладел заклинанием полностью. Даже удивительно, что у тебя это получилось с первого раза.

Наставник коснулся кончика кинжала и замер, пытаясь определиться с расстоянием.

— Ну что? — с жадным нетерпением спросил его я.

— Вроде бы стал немного теплее, — пробормотал Итэл.

— Если бы она была мертва, то не теплел бы кончик кинжала, — пояснил Портиус.

— Я сказал — вроде бы, — сварливо поправил его Итэл. — Пока не найдем, ни за что ручаться нельзя.

— Ты найди! — попросил Портиус, выщелкивая на ладони огненный шар и тут же рассасывая его. — И тех, кто ее в темноту такую упрятал, тоже найди.

— Чего это ты так беспокоишься о ней? — подозрительно спросил я.

— А как же? Все-таки будущая моя ученица, — мило улыбнулся мне Портиус.

— Первым делом я верну ей вот этот кинжал, — мстительно заявил я, возвращая улыбку магу. — Просто очень хочется посмотреть, что она умеет делать с такими непрошеными учителями.

— Что это вы начали делить шкуру неубитого волхва? — недовольно пробурчал Итэл. — Вот найдем ее, тогда и будете решать, кому — что.

Ух ты! А ведь на следующий день мне почему-то стало удобнее ехать верхом. Я уже не болтался в седле, как болванчик.

Я оглянулся на телегу, скрипящую за нами.

Возница с самым серьезным выражением усатого лица потряхивал вожжами, торопя упитанную кобылку, которая ну никак не хотела идти быстрее.

Я возницу понимаю. В отдалении маячило пять силуэтов уголовной мотивации, упорно следовавших за нами.

Быть может, попросить мастера им какую-нибудь бяку на дороге устроить? Так ведь нельзя! Вроде бы как союзники. Ротфорт явно такого не одобрит.

Как видно, сопровождение не нравилось не только нам с возницей. Портиус все чаще оглядывался назад, хмурился и что-то бурчал себе под нос.

Вот с его руки соскользнула вниз яркая искра. И сразу же за проехавшей телегой расцвел языками пламени костерок, так и манивший усталых всадников устроиться возле него и передохнуть. Я так точно не удержался бы. Наверное, тут и от магии еще что-то было.

Но, к моему удивлению, наши сопровождающие у костра даже не притормозили. Более того, они далеко в обход обогнули его, хоть это и потребовало от них дополнительных усилий. Видно было, что действия вожака не всеми одобряемы. Один из пятерки ругался и размахивал руками. Потом он решительно повернул и направился к костру.

Вожак окликнул его, но ослушник только отмахнулся.

— Ну-ну! — хмыкнул Портиус, внимательно отслеживая происходящее.

Бандит подошел к костру и победно оглянулся на вожака. Но через мгновение одежда на нем вспыхнула ярким пламенем. И через одну-две секунды посреди дороги стоял абсолютно голый человек, ошарашенно таращащийся на свое тело.

— А вожак, наверное, знал этот фокус, — с сожалением пробурчал Портиус.

Голый бандит взвизгнул и, высоко подкидывая ноги, припустил к своим приятелям, которые громко ржали над ним. Вожак сердито хмурился и многообещающе потирал кулак.

Что было дальше, мне увидеть не удалось. Картину скрыл поворот лесной дороги.

Близ селения под названием Каран-Шога наставник довольно улыбнулся при очередном прикосновении к кончику кинжала.

— Потеплел! — радостно сообщил он. — Эта девчонка где-то рядом.

Я внимательно осмотрел окрестности, нарисованные на карте.

Вообще-то Каран-Шога скорее не селение, а городок. А как же? Имеется здесь что-то типа ратуши, и даже наместник в ней сидит. И халабудка, пристроенная к задней стене и играющая роль тюрьмы, имеется. Въездные и выездные ворота опять же стоят. Правда, стен городских не построили. Вот так ворота одиноко и торчат, ни к селу ни к городу. По этой причине через ворота мало кто ездил. Тем более что у них торчала парочка стражников, готовых взимать въездную и выездную пошлину.

Это обстоятельство, видимо, очень сильно расстраивало наместника. Чего он только не предпринимал для направления потоков в ворота. И объявления грозные расклеивал, и лишал права на торговлю тех, кто объехал ворота. Прав-то наместник лишал, но все торговцы на это лишение как-то не реагировали. Все равно торговали.

И ничего наместник поделать не мог. Пока в его светлую голову не пришла поистине гениальная мысль. Ну и мы тут оказались почти одновременно с этой мыслью.

Так что не успели мы устроиться на постоялом дворе и перекусить с дороги, как по наши души уже явился один из мелких клерков.

Вообще-то не клерк. Это тут называется несколько по-иному. Ну это не суть важно. Наместник приглашал нас на деловой ужин.

— Интересно, откуда он узнал, что мы прибыли? — задумчиво спросил Итэл.

Он как раз хотел устроиться за столом и потребовать зажаренного поросенка, о котором нам Портиус при подъезде к городку все уши прожужжал.

— Так вы же через ворота заехали, — резонно заметил клерк. — А наместник дал строгий наказ, как кто из магов будет проезжать, так сразу же ему и докладывать.

— Эх, говорил я, что надо было правее брать, — вздохнул Портиус. — Так нет же! Мы, мол, такие и сякие, по задворкам не крадемся. Вот тебе и не крались. Теперь к наместнику на деловой ужин придется идти. А там, между прочим, таких поросят не подают. Там вообще можно от голода помереть.

— Что, там гостей не угощают? — озабоченно поинтересовался я.

— Да что там за еда! — презрительно скривился Портиус. — Всякие там сюси-пуси. Извольте-позвольте! Они же думают, что раз они здесь наместничают, то надо принимать гостей с соблюдением всех протоколов и правил приличия за столом. А одно из основных правил — на столе должен быть минимум съестного. Да и съесть что-нибудь — надо целый ритуал соблюсти.

— А чего там соблюдать? — удивился я. — Взял кусок, положил в рот, разжевал и проглотил.

— Село! — вынес приговор Портиус. — Чему тебя только мэтр Рэванис учил?

— А мы до этого раздела еще не дошли, — огрызнулся я. — Он все время откладывал на потом. И почему мы тогда за столом дома эти правила не соблюдали? Если есть такие?

— Потому что мы — нормальные люди, — постучал себя согнутым пальцем по лбу Портиус. — Мы не снобы-дворяне. Да и то! Эти протоколы только в такой глуши и соблюдаются. В столице уже все по-другому.

— Ну, как ни крути, а приглашение наместника мы отклонить никак не можем, — вздохнул Итэл. — Переморгаем как-нибудь. В крайнем случае потом здесь поедим. Там ничего в рот не брать! Понял, Левиус?

— Да понял я, понял, — вздохнул я.

Есть мне уже хотелось сильно, но рассказ Портиуса меня не вдохновлял на импровизации.

И вот мы уныло сидим за столом, устланным белоснежной скатертью. На столе сиротливо высился графин с каким-то бледным пойлом. Несколько стаканов вокруг. Три… нет, четыре вазы с цветами. С одного края стола сидел наместник. По фамилии Вобла (хотя клерк воспроизвел его полное имя, но я тут же забыл). С другого восседала его супруга. Тут уж два сапога пара! Несколько слуг с постными физиономиями торчали в разных концах залы.

Управляющий хлопнул ладонями, облаченными в белые перчатки, и внесли первую смену блюд.

Впереди повар нес на вытянутых руках супницу. Следом поваренок с половником. Дальше еще один, с вазочкой. Судя по всему, там нарезанный хлеб. Повар важно подошел к супруге наместника и открыл крышку супницы. Вверх шибанул сгусток пара. По тому, как наморщил нос повар (не удержавшись, видимо), я понял, что есть этот суп — не рекомендуется.

Подбежал один из прислуживающих за столом, принял от поваренка половник и аккуратно, заложив левую руку за спину, зачерпнул порцию из супницы и вылил ее в тарелку, стоящую перед супругой наместника.

Я с интересом взглянул на содержимое. Ничего особенного. Слабоокрашенная вода.

Подобная процедура была проделана с каждым из нас. Все проводилось с должным почтением, на полном серьезе… Боже, до чего же все это нудно!

Вот еще один из прислуживающих взял графин и разлил по бокалам его содержимое. Второй торжественно принимал каждый бокал и расставлял их перед нами.

Наместник встал, поднял свой бокал и произнес прочувствованную речь…

Знаете, я не буду вас утомлять дальнейшим описанием этого вечера. Поверьте мне, все проходило в том же ключе.

В любом случае я так ничего и не попробовал. При малейшем несанкционированном движении с моей стороны по бокам возникала пара слуг, готовых с полным соблюдением протокола утолить запросы благородного гостя. Так как гость и сам не имел понятия, как эти запросы утолять (не скажу, что запросов не было, были), то он (гость) предпочитал наступать своим запросам на горло.

Цель приглашения наместник огласил уже, когда мы перешли к неформальному общению после того, как поужинали. Вернее, после того, как не поужинали.

Нам поведали душещипательную историю об одиноких воротах, о том, что их наличие преступно (заметьте!) игнорируют «всякие там». Кто такие, эти самые «всякие там», наместник уточнять не стал. Но из-за преступного игнорирования ворот казна города теряет весьма приличные суммы. А ведь эти суммы могли бы быть направлены на благоустройство города, на благосостояние жителей. И т. д. и т. п.

Мы кивали, пытаясь при этом не заснуть, соглашаясь с доводами наместника.

— И вот! — Наместник ласково нам улыбнулся.

Я впервые увидел улыбку на его лице… Лучше бы он сохранял серьезное выражение, к которому я уже начал было привыкать.

— Что — вот? — осторожно поинтересовался Портиус.

— Вы мне, господа маги, и поможете! — торжественно провозгласил наместник.

— В каком смысле? — поднял бровь Итэл.

— Вы оградите периметр нашего города магическими преградами, чтобы никто не смог войти или выйти из города иначе, чем через ворота! — торжествующе выпалил наместник.

— А как ты себе это представляешь, господин наместник? — нахмурился Портиус. — Что за магические преграды такие?

— Откуда я знаю какие? Главное, чтобы никто не смог их преодолеть! — пренебрежительно отозвался наместник, откинувшись на спинку своего кресла.

— Видимо, тебе неправильно доложили о нас, — усмехнулся Портиус.

— Что значит — неправильно? — удивленно поднял брови наместник и потянулся к листочку, лежащему на невысоком столике перед ним. — Вы же маги?

— Мы — боевые маги, — с нажимом поправил его Портиус. — Понимаешь, боевые!

— И что? — растерянно спросил наместник.

— Если я поставлю преграду, то тот, кто ее попытается пересечь, сгорит, — хмуро сообщил Портиус. — Вряд ли его величество одобрит массовое сожжение людей на подходах к твоему городу. То же самое касается и моего коллеги (уважительный поклон в сторону Итэла).

— А как-нибудь без жертв можно? — Наместник с надеждой покосился на меня. — Вот ваш молодой спутник. Судя по значку, без метки окончания академии, он еще не успел стать боевым магом.

— Не суди по внешности, — предостерегающе сказал наставник. — Если он возьмется, то сгорят не только те, кто попытается преодолеть преграду, но и все остальное. В том числе и твой город. Удивительно способный молодой человек. Он окончил академический курс экстерном и теперь едет в столицу только за тем, чтобы получить свой диплом.

— И что, ничего нельзя сделать? — разочарованно протянул наместник, одарив меня таким же разочарованным взглядом.

— Ну почему же? — ухмыльнулся Итэл. — Есть у меня на примете один неплохой маг. Водник, между прочим. Можно окружить твой город рвом. Водички туда напустить — это магу второй ступени как два пальца. Ну если, конечно, в цене сойдемся.

— В какой цене? — поднял брови наместник. — Позволь! Вы королевские маги, значит, должны все это соорудить бесплатно. Я, со своей стороны, пошлю благодарственную петицию его величеству. А его величество уже вас и вознаградит.

— Мы — маги, но уже отдали свой долг его величеству, — пояснил Итэл, приятно улыбаясь. — Мы сейчас, как бы это сказать… на вольных хлебах. А таких магов его величество не вознаграждает. Самим приходится зарабатывать. Так как? Будем о цене договариваться?

На лице наместника отразилась глубокая душевная борьба. Был там также и процесс мышления. Он старательно прикидывал, во сколько ему обойдется маг и каков может быть доход от прохождения люда через ворота.

— И что, когда вы этот ров построите, то все? — с надеждой спросил он.

— Как это все? — удивился Итэл. — А поддерживать уровень воды во рву? А заботиться о чистоте этой воды?

— Это не обязательно, — слегка помахал рукой наместник. — Мне как-то все равно, какой там уровень воды и чем та вода пахнет.

— О-о-о! — протянул Итэл. — Тогда лучше пусть уж будет так, как есть. Мне приходится довольно часто проезжать через этот город. Мало того что тут цены кусаются, так еще и вонь от нечищеного рва…

— Подожди! — вскричал наместник. — Хорошо! Ты меня убедил. Какова будет плата этому магу?

— Не только ему, — уточнил наставник. — Я ведь тоже свой труд затрачу. Ров устроить — это что, ты шуткой считаешь?

Наместник пригорюнился. Он понимал, что Итэл не продешевит.

— Зато представь, — вкрадчиво заметил Портиус. — У тебя в городе будет числиться самый настоящий маг. Твои соседи могут подобным похвастаться?

Мысль о соседях была подкинута очень вовремя, судя по прояснившемуся лицу наместника.

— Приходи ко мне завтра, господин Итэл, мы обсудим детали, — бодрым тоном предложил он.

Если он надеется, что ему удастся обойти Итэла завтра, то он глубоко ошибается. Уж кто-кто, а я своего учителя хорошо знаю.

Ну а после сытного ужина, поданного нам хозяином постоялого двора, мы склонились в одной из выделенных нам комнат над картой, чтобы провести очередную проверку направления поисков Сантии.

После замечания Итэла я протянул руку и тоже пощупал кончик кинжала. Действительно, он нагрелся.

— И где же она может быть? — вслух задал вопрос я.

— Может быть, даже в этом городе, — задумчиво ответил Итэл.

— В том направлении только трущобы простолюдинов, — заметил Портиус.

— Но там легче всего укрыться, — парировал Итэл. — Наверняка тут имеется свой преступный элемент.

— Который не доложил Ротфорту, что Сантия здесь? — усомнился я.

— Если к твоему горлу приставлено что-то наподобие этого, — Итэл кивком указал на кинжал, — я бы не очень стремился оповещать Ротфорта. А Сантия, судя по всему, девушка решительная.

— Значит, завтра пойдем обыскивать эти трущобы, — вздохнул я.

— Без меня. — Итэл улыбнулся в предвкушении. — У меня завтра очень ответственная встреча с наместником… Ты гляди! Быть может, и Ровиса удастся пристроить на достаточно выгодную работенку.

— Но как же?

— Я сказал: без меня! — нахмурился Итэл. — Что такое? С поиском ты определиться сумеешь. И два таких мага, как вы, могут чувствовать себя в безопасности в любом месте.

— Но мы могли бы тебя подождать и потом уже пойти на поиски, — предложил я.

— Я же сказал, что встреча ответственная, а значит, будет очень долгой, — терпеливо сказал наставник. — Я намерен вытрясти денег с наместника по максимуму. Что тебе не нравится? Ведь с тобой будет Портиус.

— Мне не нравятся его намеки на то, что Сантия будет его ученицей, — признался я. — Лучше бы это он договаривался с наместником, а мы с тобой искали девушку.

— Так вот ты о чем! — усмехнулся Портиус. — Не волнуйся! Отношения между учителем и учеником никак не похожи на любовные. Еще чего не хватало! Этак я не сумею ее чему-либо научить. Можешь не сомневаться, что наши с ней отношения будут очень далеки от теплых, если можно так выразиться в отношении огненных магов.

ГЛАВА 20.

Едва рассвело, когда мы вышли на нашу охоту. Не сказать, что я был рад этому обстоятельству. Я вообще-то надеялся отоспаться, но Портиус (вкупе с Итэлом) был иного мнения.

— Кто рано встает, тот больше находит, — невозмутимо ответствовал он на мои возмущенные вопросы: «А почему, собственно?».

Мое возмущение разделяли и члены преступной группировки, посланные Ротфортом. Вон они! Раздраженно наблюдают за нами из-за угла чьего-то домика.

Итак, впереди шествует Портиус, за ним, поеживаясь от утренней прохлады я, за нами, на приличном удалении, наша «мотивация».

Несколько раз мы останавливались, сверяя направление по карте. Кончик кинжала упрямо показывал на окраину. Оставалась всего пара домов, но кинжал указал на… пустое пространство между ними. Что за ерунда?!

— Там же ничего нет! — недоверчиво обратился я к Портиусу.

— Это ты мне говоришь? — угрюмо спросил он. — Кто заклинание пользует? Ты или я?

— Все, как учил наставник, — подчеркнул я. — От слова до слова.

— Если все так, то идем по указателю, — вздохнул Портиус.

Не успели мы сделать и пары шагов, как из дверей одного из домов выскочили несколько темных личностей в грязных одеяниях. Они целенаправленно устремились к нам.

— Хоть будет на ком свое плохое настроение подправить! — обрадовался Портиус, выбрасывая открытую ладонь в направлении приближавшихся к нам оборванцев.

— Сейчас пожар будет! — крикнул я.

— Да что же ты под руку! — рявкнул Портиус, сжимая ладонь в кулак и всасывая вырвавшуюся было волну пламени обратно.

Я выхватил свой клинок, пристраиваясь рядом с магом.

Но вступить в схватку нам не дали «орлы» Ротфорта. Они налетели на наших противников сзади. Особыми изысками их действия не страдали. Тяжелым кистенем по темечку — и об остальном можно уже не заботиться. Все это было сделано настолько быстро и умело, что я только головой покачал, восхищаясь такой сноровкой.

— Эта… — Вожак пятерки сопровождения неловко улыбнулся и галантно указал рукой направление, в котором мы шли. — Прошу, значитца! Босота — то наша забота.

Мы с Портиусом переглянулись. Он кивнул мне. «Ну раз так, то пусть будет так», — пожал я плечами.

Мы вышли на окраину городка. Странно, кончик кинжала опять указывал прежнее направление.

— Но там же лес! — недоуменно сказал я.

— Быть может, это сторожка в лесу, — высказал предположение Портиус.

— Быть может, — согласился я и осторожно двинулся дальше.

А вот этого мы не ожидали. Едва прошли несколько шагов по лесу, как перед нами возник огромный овраг, склоны которого круто уходили вниз.

— Ну вот это мне уже не нравится! — заявил Портиус, стараясь рассмотреть склоны.

Несмотря на то что день уже начался, овраг скрывала какая-то странная тень.

— Я эта… туда не ходил бы, — донеслось из-за куста, росшего неподалеку. — Стремно там как-то.

— Я бы тоже не ходил, — вздохнул я. — Да вот стрелка указывает именно туда.

— Придется идти. — Портиус встряхнул ладонями.

Вокруг его рук засветилось пространство, приобретая форму маленьких язычков пламени.

— Ой! — раздалось из-за куста.

Быстрый удаляющийся шорох показал, что ойкнувший постарался оказаться от мага как можно дальше.

Ну, подсказывать мне не надо! Я призвал огонь. На моей ладони расцвел язычок пламени и исчез, когда я приказал ему стать невидимым. Ореол вокруг рук Портиуса так же слился с пространством.

— Неплохо! — кивнул мне маг. — Ты уже можешь быстро маскировать свою стихию. Двинулись!

Осторожно ступая, цепляясь за редкие кустики, мы начали спуск в овраг. Ноги скользили по глине склона. Пару раз я чуть было не рухнул. Чуть позади и выше шипел раздраженно Портиус. Ему тоже приходилось нелегко. Ну зачем, спрашивается в задаче, было натягивать на себя все атрибуты огненного мага? Перед кем хвастать?

Становилось все темнее с каждым метром спуска.

— Подожди! — донеслось до меня. — Вон там какая-то пещера. Смотри!

Я обвел взглядом склон. Точно! Есть такое дело. И тропинка к зеву пещеры ведет. Надо было с другой стороны заходить. Тогда все было бы значительно легче и проще. Что я и не замедлил высказать Портиусу.

— А ты не думаешь, что нас там могли ожидать? — резко отозвался маг. — И наверняка там бойцы не чета тем, которых ребятки Ротфорта уложили.

Я задумчиво высветил и снова погасил огонек на ладони.

— Лесной пожар тоже не подарок. — Портиус осторожно заглянул в пещеру. — А ну посмотри, что там кинжал показывает!

— Вот прямо туда и показывает, — уныло сообщил я. — Может, ну ее? Завтра возьмем Итэла и все вместе сюда нагрянем.

— Ты что?! — возмущенно зашипел Портиус. — Они уже знают, что мы их вычислили. Завтра тут уже никого не будет. Мы вдвоем справимся. Точно тебе говорю. Даже я один смогу. Все-таки я боевой маг, мне не привыкать. Ты только поддержи в случае чего. Сразу начинай с огненных стрел. Только в меня не попади! А так швыряй, куда душа смотрит! А на закуску огненным шаром угости! Это очень помогает мозги вправить некоторым. Тем более что у тебя огненные шары получаются — загляденье. Иной раз даже меня зависть берет.

Вот взбодрил меня Портиус такими словами. Честно! Уже и не казалась эта пещера такой уж и страшной.

— Надо бы осветительный огонек подвесить, — пробормотал я.

— Чтобы те, кто там засел, знали, что мы идем? Ум есть? — буркнул Портиус. — На ощупь двигаемся! Огненные ресурсы подключим, когда уже там будем.

А тут не так уж совсем и темно. Мы осторожно двигались, прижимаясь к стенам. Странный какой-то полумрак. Вот вроде бы освещения нет, а кое-что видно.

— Тебя Итэл учил каменных змеек делать? — прошептал, повернувшись ко мне, Портиус.

— Учил.

— Получаются?

— Да.

— Так чего же ты? — Портиус негодующе остановился. — Давай! Делай и посылай!

— Есть одна проблема, — смущенно признался я. — Делать-то я их делаю, а вот смотреть их глазами у меня не получается.

— М-да. — Рука мага потянулась к центру стимуляции мышления.

— Ну ты хоть можешь ими управлять? — почесав затылок, спросил Портиус.

— Вроде бы да. Они меня слушаются. Я им приказывал уползать с глаз моих долой. Ни одна не вернулась.

— А сейчас прикажи, чтобы они вернулись, если встретят по пути кого-нибудь, — распорядился маг. — Сможешь? Это, кстати, тебе в зачет на экзаменах пойдет.

— Попробую.

Я сосредоточился, вспоминая заклинание земляной змейки. Благо камней и камешков тут навалом. Послышался шорох, со всех сторон на центр прохода скатывались камни. Я закрыл глаза, начиная формирование.

— Ты змейку делаешь или удава? — услышал я удивленный вопрос.

Я открыл глаза, рассматривая свое творение. М-да, змейка получилась великовата. Передо мной извивалось каменное чудовище метра три длиной. Светящиеся синевой глаза уставились на меня.

— Ползи перед нами и выявляй всех, кто будет у нас на пути! — твердо приказал я. — Как только выявишь, возвращайся к нам! Чтобы мы знали.

— Нет, не так! — вмешался Портиус. — Такой змее надо давать иной приказ.

— Какой? — удивился я.

— Пусть уж сразу и устраняет того, кого выявит, — предложил маг.

— Как?

— Ты что, глупый? — рассерженно прошипел Портиус. — Пусть душит в объятиях!

— У нее тело каменное, — напомнил я.

— Вот-вот! Просто ты не знаешь, как камни могут душить. Ничего! Если выберемся отсюда, я Итэла попрошу продемонстрировать тебе эту штучку. Поверь, мало не покажется.

Я отмахнулся и наклонился к змее, давая новую вводную.

Странно, но она, кажется, меня поняла. Даже головой кивнула. Притушила глаза и стремительно скользнула вперед.

— Вот теперь пошли! — удовлетворенно потер руки Портиус. — А ты говоришь, Итэла возьмем. Да он такую змею никогда не мог создать!

— А как же у меня получилось? — недоумевающе спросил я.

— Тут, парень, резерв играет решающую роль, — со знанием дела заявил Портиус, легко шагая по проходу. — Итэл, конечно, сильный маг и знающий, но резерв всегда был его слабым местом. Вот он и выучился творить заклинания, не тратя много маны. А вот ты — совсем другое дело! Да что там говорить, такого резерва я еще не встречал.

Ох ты! Первое свидетельство работы моей змеи. Тело в темном одеянии валялось у неприметного углубления в стене. Неестественно вывернутая шея, скрюченные пальцы руки, из которых вывалился длинный кинжал с черненым лезвием.

— Так, — неожиданно серьезно сказал Портиус. — А ведь это черные волхвы. Неприятно. Будь настороже, они способны на гадостные сюрпризы.

Я только кивнул в ответ, двигаясь дальше.

По пути мы встретили еще несколько фигур в подобном одеянии, так же беспощадно убитых моей змеей.

Неожиданно я почувствовал, что стены вокруг нас раздались, а потолок ушел вверх. Пещерный зал! Огромный.

Мгновенно со всех сторон вспыхнули факелы. Я попытался призвать огненную завесу. Ничего не получилось. Судя по тому, как рядом раздраженно выругался Портиус, не получилось и у него.

Теперь понятно, что это за груда камней лежала у входа в зал. Это остатки моей змейки. Работает нейтрализатор магии. Однако!

— Так-так-так! И кто это к нам в гости пожаловал? — услышали мы хриплый бас. — Один из них — это ясно. Огненный маг. Что нам, собственно, и требовалось. А что это за сопляк рядом?

Это он кого сопляком обозвал? Уж не меня ли? Конечно, у меня фигура не такая представительная, как у Портиуса, но из соплячьего возраста я давно вырос. Впрочем, сейчас не тот момент, чтобы выяснять этот вопрос.

— Молчи! — тихо сказал Портиус, извлекая свой клинок.

— Понял, — отозвался я, становясь спиной к спине мага и доставая свой меч.

— А зачем же огненный маг со своим спутником сюда пожаловали? — продолжал издеваться обладатель хриплого голоса. — Уж не за невинной ли девицей, которая почтила нас своим присутствием?

Толпа черных волхвов расступилась, и мы увидели Сантию, привязанную к столбу. Судя по искрам, которые метали ее глаза, эта роль ей была не очень приятна.

Сгорбленная фигура в черной мантии выдвинулась вперед.

— Я так и знал, что ты, Портиус, самоотверженно и глупо попрешься сюда. Да ладно бы один. Зачем этого вьюношу с собой потащил?

— Да так, — не выдержал я. — Он шел мимо. Я спросил: куда это ты? Он сказал, что в пещеру. Нам оказалось по дороге.

— Ай-ай-ай! — покачал головой волхв. — А ты наглец. Нравятся мне такие. Особенно нравятся, когда они умирают. Сразу же куда-то спесь девается. Не повезло тебе!

Он извлек из складок своего балахона какую-то вещицу.

— Нейтрализатор, — потерянно пробормотал Портиус. — А ты кто? Откуда знаешь меня?

Черный волхв не спеша стянул с головы капюшон:

— Ты спрашиваешь, откуда знаю тебя?

— Хрижак?! — изумленно ахнул Портиус.

— Узнал, значит. — Неприятная улыбка скользнула по тонким губам черного волхва. Половина лица его была в шрамах от сильного ожога. Отсутствовала часть волос на голове. — Я уж думал, что после того, что вы со мной сотворили, меня узнать невозможно.

Хрижак пристроил нейтрализатор на постамент со столбом, к которому была привязана Сантия.

— А сейчас я сотворю с тобой такое, что твой труп не узнает никто, — прокаркал он. — Бросьте оружие! Если хотите, чтобы ваша смерть была полегче.

— Я не ищу легких путей! — свирепо отозвался Портиус.

— Ага! — поддакнул я. — Попробуй найти нейтрализатор на наши мечи.

Оно-то так! Да только, кажется, к нам пришел пушной зверек с дальнего севера моего родного мира.

И вот картина маслом. Пока еще маслом. Мы стоим, как поется в классической пиратской песне, «спина к спине — у мачты, против тысячи вдвоем!». Мачты, правда, не имеется, да и тысяча тут вряд ли наберется. Но в остальном похоже.

Нет, я не пессимист, но реально — картина хреновая. Это так, мягко сказано.

— Кажется, мы попали, — пробурчал Портиус за моей спиной. — Ты уж извини, Левиус, что я не согласился на твое предложение. Кто же знал? Хотя я должен был предвидеть…

А стена клинков все ближе. И как их мне отбивать? Кажется, пришла пора опробовать «веерную защиту», которую мне начал показывать капитан Бронис. Правда, я ей владею кое-как. Ну тут уж перебирать не приходится. Что имеем, то и имеем.

— Не отрывайся от меня! — приказал Портиус. — Если разорвемся, то нас мигом прикончат.

— Как будто я сам не знаю! — огрызнулся я.

— Мальчишки! Принимайте подарок! — раздался звонкий голос Сантии.

Не понял! Как это она умудрилась избавиться от веревок, которыми ее надежно привязали к столбу? Но столб отдельно с комком веревок, а Сантия отдельно со свободными руками и ногами. Она резко оттолкнула кого-то, бросившегося к ней, и в лучших традициях современного футбола наподдала ногой по нейтрализатору, который так опрометчиво Хрижак оставил на помосте.

Хорошо поддала! Нейтрализатор взлетел в воздух, разделяясь прямо на глазах на две части.

Я так не понял сразу, в чем заключается подарок. А вот Портиус сообразил мгновенно. Я почувствовал, как от него полыхнуло жаром. Ага! Магия появилась!

Я рванулся к Сантии, окружая себя огненной завесой. Двое черных, стоявших на моем пути, отлетели в сторону. Я от души угостил каждого огненной стрелой.

— Хрижак! — ревел Портиус, метая в разные стороны языки пламени. — Левиус, не дай ему уйти!

Ну да! У меня иная цель. Я вскочил на помост и бросился к девушке, растягивая и на нее свою завесу. Она как раз удачно отпихнула ногой одного из волхвов, пытавшихся на нее наброситься.

Волхв, распахнув руки, упал навзничь на подпиравших его соратников. Я добавил ему свой привет в виде огненного шара.

— Эх, мне бы сейчас еще мой любимый кинжал! — радостно улыбнулась мне Сантия.

— Не проблема! — Я выхватил из-за пояса кинжал, который так удачно послужил нам компасом, и перекинул его девушке.

— А вот за это спасибо! — выдохнула Сантия и, крутанув нож в ладони, чиркнула лезвием по горлу другого взобравшегося на помост волхва.

Я от души раздавал жаждущим огонька. Громыхали заряды, выпускаемые Портиусом. Азартно взвизгивала Сантия, которой это дело, видимо, очень нравилось.

Неожиданный грохот с двух сторон прервал наш праздник лесорубов. Пещерный зал заполнили клубы пыли. Они летели с такой силой, что мигом задули факелы, торчавшие до этого в стенах и освещавшие нашу битву неверными отсветами.

Мне-то ничего: огненная завеса не дала пыли достигнуть меня. А вот Сантия надсадно закашлялась.

Неподалеку зажглась яркая точка и взмыла вверх, к потолку пещеры. Свет осветительного шара озарил то, что совсем недавно было полем боя.

М-да! А повеселились мы на славу! Весь пол был завален телами черных волхвов. Кое-кто слабо шевелился. Изредка раздавались стоны. Но не это привлекло мое внимание.

— Где он? — рычал Портиус, лихорадочно оглядываясь по сторонам.

— А что, ты его не прибил? — удивился я, помогая Сантии спуститься с помоста.

— Он улизнул в который раз уже! Срочно в погоню, он не мог далеко уйти, — скомандовал Портиус.

— Куда? — Я хмуро осматривал заваленный крупными камнями выход из пещеры, куда предположительно и ускользнул хитрый Хрижак.

— А с другой стороны, вон там, откуда вы зашли, то же самое, — вздохнула Сантия.

— Мы в ловушке, — сообразил я. — Как выбираться будем?

Вместо ответа Портиус метнул сгусток пламени в завал. Завал отнесся к этому пренебрежительно. Разве что несколько камней закоптились.

— Не уверен, что это то решение, — буркнул я, подходя к завалу и рассматривая его. — Насколько тут воздуха хватит?

— Пещера большая, — пожал плечами Портиус. — Наверное, надолго.

— Если будем огоньком баловаться, то воздух быстро кончится, — сообщил я. — Огонь сжигает кислород.

— Умные слова говорить начал, да? — хмыкнул Портиус и обратил свое внимание на Сантию. — Так это из-за тебя весь сыр-бор? Так-так! А ведь парень прав. Ты действительно имеешь способности огненного мага. Пойдешь ко мне в ученицы?

— Эй! — запротестовал я. — Нам сначала отсюда надо выбраться!

— Да чего там выбираться? — удивленно взглянул на меня Портиус. — Создам огненный портал, вот тебе и выбрались. Да, надо парочку еще живых волхвов прихватить. Обещали же отцу Сантии. Правда, не заводилы, но уж что есть. Сейчас я заклинание читать буду, вы отойдите немного. Портал, он вещь капризная. Может обжечь. Лучше пока поищите, кого с собой забирать будем.

— А с остальными что? — спросил я.

— А мне все равно, — пожал плечами Портиус. — Они сами себе судьбу выбрали, когда волхвами становились.

— Жалко же, — вздохнул я.

— Ты тех, кого мы сейчас с собой заберем, пожалей, — сердито откликнулась Сантия. — Я примерно представляю, что с ними сделает мой папочка.

Маг начал что-то бормотать, делая пассы руками. Я с интересом наблюдал за ним. Что-то эффекта долго нет.

Портиус разочарованно вздохнул и присел на камень.

— Не могу создать портал, — пояснил он мне, как будто я и сам этого не видел. — Что-то сдерживает мою магию.

— А здесь место какое-то особое, — отозвалась Сантия, наклоняясь над одним из тел. — Этот Хрижак что-то такое говорил. Мол, именно это мешает огненным магам возникнуть тут неожиданно. Он еще хотел вон тем кинжалом мне кровь пустить.

Сантия указала пальчиком на возвышение. Там стояли обгорелые чаши и валялся нож с обгорелой рукоятью.

— Это Левиус все тут пожег, — добавила она и лукаво мне улыбнулась.

Я веселое настроение девушки не разделял. Мне показалось или действительно дышать стало труднее?

— Так, долго мы тут не протянем, — разделил мои опасения Портиус. — Надо что-то решать. Ты можешь связаться как-нибудь с Итэлом?

— Как? — огрызнулся я. — Он мне номера телефона не давал, точно так же как и самого телефона.

— Это ты о чем? — сделала круглые глаза Сантия.

— Это в другом мире есть такие штуки, — неохотно сказал я. — При помощи их люди могут друг с другом разговаривать на большом расстоянии. Но, впрочем, тут это невозможно. Под землей связь не действует.

— Это магия такая, да?

— Да что от нее толку? — хмыкнул Портиус. — Если она не действует.

— Можно сказать, что твоя действует, — сердито отозвался я.

Нет, определенно стало труднее дышать!

— Итэл говорил, что у него есть какие-то следящие заклинания, — вспомнил я.

— Вот и я об этом, — кивнул Портиус. — Должны же были они как-то сигнализировать Итэлу о том, что ты влип.

— Я один, что ли?

— Ну и мы вместе с тобой, — согласился маг.

Слабое шипение, раздавшееся вверху, привлекло мое внимание. Я задрал голову и с интересом наблюдал, как под потолком пещерного зала промелькнуло несколько голубоватых полос. Они метнулись в одну сторону, потом в другую. Оторвались от потолка и спустились ниже, извиваясь в воздухе.

— Ага! — удовлетворенно отметил Портиус. — Все же есть какая-то связь. Вот видишь, Сантия, что значит быть ученицей сильного мага, он всегда придет на помощь своему ученику.

— Так то сильного, — хмыкнула Сантия. — А что с тебя? Ты-то не то что мне, даже себе помочь не смог.

— Гы! — оценил я слова девушки.

— Я вот лучше, когда Левиус станет сильным магом, к нему в ученики пойду, — добила Сантия онемевшего от возмущения Портиуса. — Он, во всяком случае, не корчит из себя могучего и непобедимого.

— Кхм, — неловко кашлянул я, — говори-говори! Я такие слова могу слушать до-о-олго.

— Вот это парочка! — вздохнул Портиус. — Теперь я понимаю, почему Итэл так постарел и поседел.

— И что дальше? — с любопытством спросила Сантия.

— А вон! — Я указал на стену зала, в которой начал проявляться аркообразный портал.

Портал просветлел, и в нем обозначился Итэл собственной персоной.

— Я спасаю своих людей! — недовольно говорил он кому-то за спиной. — Интересы Ротфорта меня интересуют меньше всего.

— Дык эта…

Я с удивлением узнал вожака преступной группировки, которая следовала за нами от самого Тристорна.

— Тебе, маг, оно, может быть, и неинтересно, — упорствовал он. — А нам как раз оно очень интересно. Мы люди подневольные. Ежели господин Ротфорт сказал доставить, то лучше будет так и сделать. И потом, я же прибег и сказал, что они в беду попали.

Итэл обвел взглядом зал, увидел нас и облегченно вздохнул.

— Ладно! Делайте вашу работу. Только быстро! Портал на такой глубине держать нелегко.

Из портала появилась вся пятерка и шустро рванула в пещеру, осматривая по ходу тела волхвов.

— Хрижак? — нахмурив брови, спросил Итэл, подойдя к нам.

— Хрижак, — невесело отозвался Портиус.

— Я же тебе говорил, — укоризненно покачал головой наставник. — И где он?

— Вновь ускользнул, — поник головой Портиус.

— Значит, снова будут нападения, — предрек Итэл. — Что же это ты так нерасторопно?

— Так кто же знал? — страдальчески спросил Портиус. — Я же сам видел, как он сдох! Думал, что вот этими руками его уничтожил.

Портиус протянул перед собой руки ладонями вверх. Из каждой ладони вырвалось по метровому языку пламени.

— Тела тогда не нашли! — напомнил ему Итэл. — Сам знаешь, коль тела не нашли да осиновый кол ему в живот не загнали, говорить о смерти этой погани не следует.

— Постойте! — удивился я. — А разве осиновый кол не для вампиров применялся?

— Он для всякой нечисти годится! А волхвы, как ни крути, нечисть и есть, — повернулся ко мне Итэл. — Что, ученик? Признавайся, струхнул?

— Нет-нет! — вмешалась Сантия, до того молча слушавшая разговор. — Они вели себя смело и отважно. Даже Рангил Великий[4] не смог бы быть лучше в этой ситуации. Ты же видишь, сколько они врагов положили…

— Госпожа Сантия! — окликнул ее вожак. — Кого тут брать-то?

— Выбор не больно велик. Мальчики славно постарались. Все либо уже, либо очень скоро, — пожала плечиками Сантия.

— Нам бы главаря, — заметил бандит.

— Нет главаря! Берите вон того, — указала Сантия. — И вот этого. Один мне всякие гадости говорил, а второй ударил больно. Эх, я бы еще одного взяла, да он везунчиком оказался, сгорел, скотина!

— Кажись, еще дышит. Господин маг, — нерешительно обратился главарь к Итэлу, — а ты не мог бы их немного того этого?

— Я не Ротфорт, — высокомерно возразил наставник. — Пусть он их «того этого».

— Нет! — прижал ладонь к груди вожак. — Я не о том. Ты бы не мог их немного подлечить?

— Зачем? — удивился Итэл, поворачиваясь к бандиту. — Разве вы не для того их везете к Ротфорту, чтобы прибить?

— Для того, для того! — заверил его вожак. — Да только если их немного не исцелить, то не довезем. Господин Ротфорт будет очень недоволен. Дык эта… Мы же вам помогли!

— Ну ладно! — кивнул Итэл. — Только потому, что вы мне помогли.

ГЛАВА 21.

Сначала Сантия рассказала, как она оказалась в плену у черных волхвов. Ее схватили, когда она спокойно себе шла в сторону торгового квартала. Ну и что, что было уже поздно? Именно этот факт Сантию и возмущал больше всего. Схватили ее, понимаешь, именно тогда, когда она чувствовала себя в наибольшей безопасности. Вспоминать время, проведенное в плену, девушка не могла без ярости. Теперь я могу понять, почему жалости к своим похитителям она не испытывала. Узнав, что мы все же постараемся найти и уничтожить Хрижака, Сантия без малейших колебаний заявила, что она будет с нами. У нее, видите ли, есть некий счет к этому хмырю, а Сантия очень скрупулезно относится к долгам.

Пятерка уголовных личностей быстро собралась и исчезла, прихватив с собой двоих незадачливых и выживших (на свою голову) волхвов. Они (уголовнички) хотели и Сантию с собой забрать.

— Дык эта… Господин Ротфорт приказал и тебя привезти, — заявил вожак, когда Сантия отказалась ехать.

Сантия ангельским голоском попросила нас покинуть комнату, в которой происходил разговор. Уж не знаю почему, но я, Портиус и Итэл встали и организованно вышли. Что-то было в голосе Сантии такое, что заставляет мужчин безропотно выполнять требования женщины.

Через некоторое время за дверью комнаты кто-то взвизгнул, послышался шум, падение тела, еще раз послышался шум. Дверь распахнулась, и из нее выскочил взъерошенный вожак пятерки.

— Так и передай папочке! — сердито прикрикнула оставшаяся в комнате Сантия.

— Все понял, госпожа! — испуганно оглянулся главарь. — Обязательно передам!

— Я что-то начал сомневаться в своем желании взять себе ученицу, — задумчиво пробормотал Портиус. — Левиус, тебе не кажется, что ты нашел себе сильную головную боль? Ведь, когда любовь пройдет, всякое может случиться.

Я только бледно улыбнулся в ответ.

— Я считаю, — дипломатично кашлянул Итэл, — что в данном случае Левиусу ничто не грозит. Есть основания так считать.

— Да? — поднял на наставника правую бровь Портиус. — Ну-ну.

— Это вы о чем? — поинтересовалась подошедшая Сантия.

— Да так. О своем о мальчишечьем, — отозвался я. — Когда дальше едем?

— Завтра, — откликнулся Итэл. — Ровис сюда приедет и будет меня ждать. Я на обратном пути все тут устрою.

— Угу! — кивнул Портиус. — Значит, с наместником ты договорился? И за сколько, позволь спросить?

— Благотворительностью я не занимаюсь, — сухо отозвался Итэл. — Во всяком случае, по отношению к посторонним людям.

— Лапочка! — восхищенно подвела итог разговору Сантия.

Вид на столицу открылся неожиданно. Мы выехали на вершину большого холма, и вот она! Ну и море тоже тут было. Видимо, в Прамии считают, что столица непременно должна быть построена на берегу моря. Или, быть может, исторически так сложилось. Я эти подробности выяснять не стал.

Город впечатлял. Нет, не величиной. Хотя для этого мира он был все же огромен. Но мне, привыкшему к другим мегаполисам другого мира, он не показался грандиозным. Однако он был очень колоритным. Чего только стоил замок местного короля! Он мне напомнил Ласточкино гнездо в Крыму. Точно так же обрывались вниз утесы. И к замку вела одна-единственная дорога, обсаженная по сторонам какими-то деревьями, очень напоминающими наши тополя. Быть может, это и были тополя. Я в них не разбираюсь.

Сам город полого спускался к морю, на берегу которого располагались кварталы рыбаков и докеров. Они, что само собой, примыкали к докам и порту.

— И куда мы направимся? — поинтересовался я, придерживая коня.

— Конечно же в гостиницу в благородном квартале, — отозвался Портиус.

— Ух ты! — восхитился я. — У вас, оказывается, есть и гостиницы. Я думал, только постоялые дворы и харчевни.

— Да ты что? — воскликнула Сантия. — Даже в той глуши, в которой я до сих пор жила, и то об этой гостинице известно. Там, говорят, даже плевательницы золотые.

— Э-э-э… ну это преувеличение, — смущенно признал Портиус. — Просто покрыты позолотой, это — да. Но не золотые.

Только подъехав ближе, я смог разобраться, что город делился на две части. Одна невысокая, серая и убогая, окружала вторую, помпезную и вычурную. Разделены эти части были высокой каменной стеной, окружавшей центр столицы и примыкающие к нему дорогие кварталы.

Вымощенная камнем дорога разрезала трущобы прямым лучом и упиралась в грандиозные ворота. У ворот, как это уж водится, толпились люди и телеги. Каждый хотел проехать поскорее, да вот только не учитывал, что и остальные одержимы такой же идеей.

Охрипшие от крика стражники пытались навести хоть какое-то подобие порядка.

К моему удивлению, мы достаточно быстро добрались до ворот. Люди расступались при нашем приближении и вновь смыкались за нами.

Портиус и Итэл ехали с непроницаемыми лицами, смело направляя своих коней на толпу. За ними следовали я и Сантия. Замыкала нашу процессию повозка, на передке которой гоголем восседал кучер в ливрее дома Итэла.

— Ничего удивительного, — ответила на мой немой вопрос Сантия, озабоченно поглядывая по сторонам. — Попробуй не уступи дорогу благородному. Особенно если это маг. Так можно и неприятностей заработать по самое не балуйся.

— А что это ты высматриваешь? — заинтересовался я, заметив озабоченность на лице девушки.

— Где-то здесь должны быть мальчики из «ночных бригад», — откликнулась Сантия. — Они меня знают и помнят.

— Хочешь их поприветствовать? — усмехнулся я.

— Нет. Это они хотели бы. Как-то они заехали в наш городок. Начали шалить. Причем без спросу. Ну мы им хвост и накрутили.

— А при чем тут ты?

— А я очень активно в этом участвовала, — застенчиво улыбнулась Сантия. — Теперь они к нам ни ногой, но отблагодарить при случае не замедлят.

— Ты с нами, — напомнил я.

— Ой! Когда и кого это останавливало? — поморщилась девушка. — Это же «бригады»! У них своя знать и свой король. Причем некоторые из их знати совмещают тайные и явные титулы. Поэтому и стража не особо охотно вмешивается в эти дела.

— Но если они посмеют напасть, то страже придется вмешаться. Да и мы не будем просто так сидеть и смотреть. Ты уже видела нас в действии.

— Я-то видела, — усмехнулась Сантия. — Они не видели. Но ты прав. На магов они хвост поднять не посмеют.

В воротах для нас также задержки не было. Итэл, не торгуясь, выложил требуемую сумму. И вот мы уже в той части, которую именуют благородной. И что мы имеем?

…А ничего такого, чтобы я сказал «вау!». Даже на «ух ты!» ничего не тянет. Нет, все чистенько и аккуратненько. Это — да. Привычных улиц в том понимании, к которым мы привыкли, нет. Нет проезжей части и нет тротуаров. А зачем? Что конный, что пеший движутся в общем потоке, если можно так выразиться. Даже наша телега удивительно легко вписалась в поток (не особо плотный, кстати) людей.

Маги, видимо, хорошо знали эту часть города. Они уверенно направляли коней по улицам, делая повороты там, где они были необходимы. Встречались патрули стражи.

Бедняги! Я с сочувствием смотрел на этих несчастных. Таскать на себе столько железа, да еще целый день! Ну а так ничего. Лязгают себе по улицам, никого не трогают.

Я кивнул Сантии, показывая очередных патрульных.

— Это так, для вида, — отмахнулась она. — На самом деле надо бояться ищеек управления порядка и тайной канцелярии Королевской службы безопасности.

— А где же они? — хмыкнул я. — Покажи хотя бы, чтобы я боялся.

— О! Они могут быть кем угодно, — боязливо поежилась Сантия. — В том-то и дело! Им маги, что на службе у короля, помогают.

— На самом деле нам бояться нечего, — вмешался, услышав наш разговор, Итэл. — И тебе, Сантия, тоже. Не забывай! Сейчас ты следуешь с нами как благонравная и благородная дама. А именно таких и охраняет доблестная стража его величества.

— А теперь скажи мне, где была эта доблестная стража, когда таких благородных дам грабили, насиловали и убивали? — сердито блеснула глазами на мага Сантия. — Уж я наслушалась подобных историй.

— Она охраняет, а мы — храним, — оглянулся Портиус. — Не беспокойся, пока ты с нами, тебе ничего не угрожает.

— Наслушалась? — повторил Итэл за Сантией. — А сама разве в таких историях участия не принимала?

— Нет! — резко ответила девушка. — А одному из тех, кто принимал, самолично нарисовала своим кинжалом вторую улыбку на горле. Он вздумал хвастаться своими подвигами при мне.

— Что? Вот так взяла и перерезала горло? — ужаснулся я.

— Я его вызвала на поединок! — вскинула головку Сантия. — И победила!

— Слышал? — снова обернулся с веселой улыбкой Портиус. — Осторожней с ней! А то будешь улыбаться всеми частями тела, если рассердишь ее.

— Да ну! — смутилась Сантия. — Это же в бою. А Левиуса я вызывать на поединок не буду. — Девушка помолчала, а потом хитро улыбнулась. — Во всяком случае, не на такой опасный.

— А вот и гостиница! — громко оповестил нас Итэл.

Я с интересом осмотрел то, что предстало перед моими глазами.

Гостиница представляла собой целый комплекс строений. Центральное здание в три этажа и было собственно гостиницей. У широкого входа выстроился выводок слуг в ливреях. Две ступени были устланы достаточно потертой ковровой дорожкой. Рядом примыкало строение, в котором по громкому ржанию и матерным конструкциям можно было без труда узнать конюшню. С другой стороны пристроился пищеблок. А откуда бы еще могли исходить такие аппетитные благоухания? На ресторан он не тянул. Но вот на кафе средней руки — свободно.

Не успели мы спрыгнуть с наших коней, как на крыльцо выплыла еще одна фигура. Именно выплыла, а не вышла.

Объемистый дядя в расшитом позументами сюртуке. В отведенной в сторону руке, что, по-видимому, считалось здесь высшим шиком, он держал раскрашенный жезл. Наверное, это местный швейцар.

— Мы рады приветствовать вас, благородные господа, в нашей гостинице! — приятным басом пророкотал он. — Конечно же вы не пожалеете о том, что остановились у нас. Слуги в тот же час доставят ваши вещи по номерам, а вашим благородным скакунам обеспечат наилучший уход, который заслуживают эти благородные животные. Любое ваше желание будет законом для этой стаи олухов!

Дядя небрежно повел свободной рукой на строй слуг.

— Они отлично вымуштрованы, но если паче чаяния кто-то вызовет неудовольствие хоть одного из гостей, то его выпорют за конюшней. Вы даже сможете поприсутствовать при наказании. Ну, за отдельную плату, конечно. Прошу вас в дом! Вам требуются отдельные комнаты или как вам будет угодно?

— Конечно же отдельные! — передал свой повод в руки подбежавшего слуги Итэл. — Наши вещи на той телеге. Позаботься, хозяин, о том, чтобы их доставили по нашим комнатам! Те, что имеют зеленую метку, принадлежат благородному магистру Портиусу, те, что красную, — благородному Левиусу. А этой молодой даме принадлежат вещи с желтой меткой. Мне — с коричневой меткой. И не перепутай!

— О! Не беспокойся, благородный… э-э-э?

— Магистр Итэл, — небрежно подсказал наставник. — Забыл уже меня, Бразис? А ведь я как-то останавливался у тебя. Правда, ты тогда был еще совсем молод.

— Прости, благородный магистр Итэл! — с чувством пророкотал Бразис. — Все будет сделано в лучшем виде!

Он махнул рукой. Толпа слуг ринулась к нашей телеге. Кучера как ветром снесло. Теперь я понял, что это за жезл и для чего он нужен. Он исполнял в руках Бразиса роль дирижерской палочки, а оркестр — это толпа слуг гостиницы. Но если дирижер стучит палочкой по пюпитру, то хозяин стучал своим жезлом по пятым точкам слуг. И надо сказать, проявлял при этом завидное мастерство.

«Вот оно, средневековое общество», — философски подумал я. Чувствовал я себя, как и при других его проявлениях, не очень ловко. Но кто я такой, чтобы его менять? Да и под силу ли это одному человеку?

Насладиться отдыхом мне не удалось. Едва я опустился в кресло у низенького столика, как на пороге моей комнаты возник Итэл.

— Левиус, быстро переоденься в мантию студиоза. Мы сейчас же отправляемся в академию.

— Но, мастер! Зачем такая спешка? — возмутился я. — Это что, нельзя отложить до завтра?

— Нет! — мотнул головой Итэл. — Мы и так задержались. Сегодня последний день подачи заявок на экзамены. Нам надлежит незамедлительно явиться в академию.

Произнеся про себя ряд нецензурных выражений, я со вздохом вытащил из сумы изрядно помятое одеяние, которое именуется мантией.

Итэл неодобрительно покачал головой и провел рукой вдоль этой хламиды. Моментально мантия приняла вид, как будто ее только что купили или пошили. Я еще раз вздохнул и натянул ее через голову.

— Меч оставь мне. На территории академии ношение оружия для студиозов запрещено, — непреклонно заявил Итэл.

— Но я же не студиоз! — сердито заметил я. — Как это без меча? Я к нему привык. Даже, можно сказать, сросся с ним. А если меня там будут убивать?

— На время сессии ты становишься студиозом, — вздохнул Итэл. — Тут уж я ничем помочь тебе не могу. В любом случае ты можешь рассчитывать только на свои кулаки. Магические дуэли, кстати, также запрещены на территории академии. Так что самое большее, что тебе угрожает, это обыкновенная драка.

Хм, вот этого я и боялся. Нет, не то, что вы подумали. Научить уму-разуму я могу качественно. Вся беда в том, что при этом ученик надолго ложился на больничную койку. Ну это как правило. Меня, если я входил в раж, остановить было трудно. Я действовал как хорошо отлаженная машина. Каюсь, мыслей при этом в голове было примерно столько же. То есть мало. Я просто автоматически реагировал на атаку, и… Получалось неплохо для меня, а вот о сопернике такого сказать было нельзя.

ГЛАВА 22.

Разукрашенные ворота в сплошной стене академии предстали перед нами. Разукрашенные — это не современные узоры на стенах домов. И разукрашивали их не наши мастера баллончиков с красками. Это высокое искусство ковки и литья. Неизвестный мастер очень тонко смог отковать листья деревьев, стволы их, маленьких птичек на ветвях. Этакое 3D творение. И в глубине этих джунглей проглядывает что-то такое на грани восприятия. Когда смотришь в упор, ничего, но стоит только перевести взгляд, как периферийным зрением начинаешь что-то улавливать. И это на каждой из створок.

Пока я оторопело рассматривал этот шедевр, Итэл терпеливо ожидал, насмешливо наблюдая за моей реакцией. Видимо, он специально привел меня сюда раньше, чтобы дать возможность насладиться этим зрелищем.

— Ну как? — наконец прервал он мое созерцание.

— Это что-то! — выдохнул я.

— Это плод совместной работы двух магов и кузнеца, — пояснил Итэл.

— Каких магов? — заинтересовался я.

— Мага земли и огненного мага.

— Догадываюсь, что маг земли — это ты, а маг огня — это Портиус, — благоговейно сказал я.

— Ну что ты! — взмахнул рукой наставник. — Я, конечно, маг неплохой. Но эта работа не моя. Это были величайшие маги. Они подарили эти ворота академии в знак благодарности.

— Были? — переспросил я. — А где же они сейчас?

— Кто знает, — философски кивнул наставник. — Для каждого мага приходит время, когда он должен уйти. Кстати, в ограде королевского замка примерно такие же ворота. Лучше не пробовать через них перелезать. Ничем хорошим это для злодея не закончится.

— А как мы сюда войдем? — спросил я.

— Да очень просто, — отозвался Итэл, поднимая руку.

Он шевельнул губами, произнося какое-то слово. Створки мягко, без скрипа разошлись.

— Извини! — обратился ко мне Итэл. — Но дать тебе это знание я не вправе. Им владеют только преподаватели академии и особо доверенные люди. Академия не проходной двор.

Мы прошли во двор, освещенный солнечным светом. Аккуратные дорожки расходились в разные стороны от центральной дороги, которая вела к крыльцу здания.

Очень мило! Я слегка поежился, представляя, сколько труда затрачивается всякий раз для наведения подобной чистоты. Интересно, чьего труда?

Как только Итэл открыл дверь, к нам подскочил встрепанный паренек.

— Дежурный на входе, студиоз Бривиус! — представился он. — Чем могу помочь благородному магу и его спутнику?

— Мы направляемся к ректору Розавиусу, — сказал Итэл. — Застегни воротник, студиоз! Что за вид?!

Бривиус торопливо застегнул верхнюю пуговку своего камзола.

— Мы сами найдем дорогу, — непреклонно заявил Итэл. — Неси дежурство дальше! Так и быть, я не стану рассказывать ректору о твоем расхристанном виде.

Махнув мне рукой, чтобы я следовал за ним, наставник начал подниматься по широкой лестнице с вычурными перилами. Я пожал плечами в ответ на оторопелый взгляд дежурного и начал подниматься по ступеням.

Итэл двигался уверенно и целеустремленно. Он поднялся на второй этаж, прошел по коридору до высокой двери и уверенно нажал на ручку, открывая ее.

Ну это мне знакомо! Приемная и цербер при ней. Роль цербера выполняла худая, я бы сказал, какая-то выцветшая дама. Она мигом выскользнула из-за своего стола и встала на пути в кабинет ректора, выставив навстречу опасности грудь. Ну, вернее, то, что могло бы обозначать это понятие.

— Магистр Розавиус занят! — строго сказала она.

— Он всегда занят, сколько себя помню, — обернулся ко мне Итэл с приятной улыбкой и снова повернулся к церберу. — Для меня он сделает исключение. Отойди, женщина!

Дама решительно замотала головой, самоотверженно защищая уединение ректора. Итэл нахмурился. Интересно, что он сейчас с ней сделает? Под землю загонит? Хм, для второго этажа это было бы слишком. Итэл поступил значительно проще, чем я предполагал. Он просто протянул руку и отстранил цербершу с пути. Она даже не успела ничего сказать, как наставник открыл дверь кабинета и быстро шагнул внутрь.

— Я же сказал, что я занят! — услышал я скрипучий голос.

— Я это уже слышал, и не раз, — в тон ему раздался голос наставника.

— Итэл? Как я рад тебя видеть! Что привело тебя в столицу? Помнится, ты клялся, что ноги твоей больше тут не будет.

— Я не клялся, Розавиус. Я избегаю клясться, но если уж поклянусь, то твердо придерживаюсь клятвы.

Я заглянул в кабинет. Увидел долговязого, худощавого человека, который из-под широких черных бровей мерил взглядом наставника. На его тонких губах играла улыбка. Итэл прошел к столу и вольготно расположился в одном из кресел, не дожидаясь приглашения хозяина. По манере разговора я понял, что отношения у магов давние и достаточно дружелюбные.

Дама пришла в себя и попробовала оттеснить от двери уже меня. Я повернул голову, поймал ее взгляд и тихо, но внушительно сказал:

— Я огненный маг, доказательства нужны?

Дама поняла и попятилась. Я удовлетворенно кивнул и продолжил стоять в дверях.

— Ну, клялся не клялся, это не важно, — радостно потирая руки, продолжал тем временем Розавиус. — Я так понимаю, что ты больше не можешь прозябать в глуши и приехал сюда для того, чтобы продолжить свою преподавательскую деятельность. Очень правильное решение! Я посмотрю, что можно для тебя сделать.

— Подожди, Розавиус, — поморщился Итэл. — Я не говорил, что хочу продолжить преподавание. Ты, как всегда, делаешь поспешные выводы.

Рука ректора, в которой был кувшинчик с вином, замерла. Он, недоумевающе подняв брови, посмотрел на Итэла.

— Постой! А какой еще вывод я должен был сделать? — проскрипел он. — Ты после длительного отсутствия появился в столице и пришел ко мне. Зачем, если не хочешь устроиться тут на старой должности?

— То есть других целей ты не видишь? — усмехнулся наставник.

— Ты хочешь сказать, что приехал по иному поводу?.. Что там за сквозняк? Почему дверь не закрыта? Пианна!

— А вот это и есть иной повод, — обернулся к двери Итэл. — Левиус, зайди сюда!

Я сделал глубокий вдох и выдох и решительно зашел в кабинет ректора.

— Та-а-ак, — протянул Розавиус. — Это еще что за явление?

— В чем-то ты был прав, — непринужденно сказал наставник. — Я не бросил преподавательскую деятельность. Я перешел на индивидуальные занятия. Это мой ученик. Он усвоил необходимый минимум и готов к сдаче экзаменов на звание мага.

Я твердо выдержал грозный и испытующий взгляд ректора. Впрочем, грозным и испытующим он был недолго. Брови вновь взлетели вверх.

— Огненный? Ты хочешь сказать, что смог обучить огненного мага? Но каким образом? Или ты поменял стихию… Хотя нет! У тебя все та же аура земли.

— Все очень просто, — скромно сказал Итэл. — Я смог обучить его основам, а в остальном мне помог Портиус. Помнишь такого?

— Мне ли не помнить! — загремел Розавиус. — Где этот пройдоха? Я немедленно вызову его на дуэль. И не посмотрю, что он огненный, а я воздушник. Я развею его по ветру! Я напущу на него тысячу смерчей!

Судя по всему, жена ректора тоже пала жертвой чар нашего огненного мага. Я с интересом уставился на Розавиуса, надеясь увидеть рога. «Если они и были, то ректор их удачно маскировал», — с разочарованием констатировал я.

— Портиуса тут нет, — огорчил ректора мой наставник. — Да речь сейчас не об этом. Я хочу, чтобы моего ученика допустили к экзаменам.

— Хорошо! — неожиданно легко согласился Розавиус. — Но ты знаешь правила.

Тон его показался мне зловещим.

— Конечно, знаю, — усмехнулся Итэл.

— Правда, он староват для мага, — продолжил Розавиус, вновь обратив внимание на меня. — Почему ты его взял?

— Меня попросили, — не стал вдаваться в подробности наставник. — Сколько времени это займет?

— Ну, — пожал плечами Розавиус, — по мере возможности. Думаю, от семи до десяти дней. Ну, может быть, двенадцать. Но это максимум… Да, ты знаешь, что мы ужесточили выпускные экзамены? Не сдавший их рискует жизнью.

— Ого! Что, настолько все серьезно? — насторожился Итэл.

— Более чем, — расцвел неискренней улыбкой ректор.

— Я не уверен, что хочу быть магом, — прочистил горло я.

Только этого мне не хватало! Ясно, что ректор зол на Портиуса и в пику ему хочет «грохнуть» меня на экзаменах. А что? Просто не прошел экзамены. Но только это в мои планы долгой и счастливой жизни как-то не вписывалось.

— Не волнуйся, Левиус! — покровительственно похлопал меня по плечу поднявшийся из кресла Итэл. — Я уверен, что ты с честью выдержишь все экзамены.

Ага! Мне бы его уверенность.

— Пианна! — вновь взревел Розавиус.

Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула голова давешней дамы.

— Отведи этого молодого мага в общежитие! — распорядился Розавиус, что-то быстро записывая на кусочке пергамента. — Отдашь это дежурному распорядителю. Пусть поставят на довольствие… Да! Пусть поселят в комнату, где располагаются экзаменующиеся, которые проходили индивидуальное обучение.

— Следуй за ней, Левиус! — дал команду мне наставник. — На некоторое время нам придется расстаться. Ничего! Это небольшой промежуток времени.

— Угу! Совсем небольшой, если жив останется, — обнадежил меня Розавиус.

Пианна шустро передвигалась по коридорам, этажам, вновь коридорам. Я еле успевал за ней.

Вот мы повернули за очередной угол, и я увидел первых местных студиозов. Они стояли небольшой группой и что-то бурно обсуждали. Завидев нас, они мгновенно замолкли. Что-то в их взглядах мне не понравилось. Нехорошие это были взгляды. Рука рефлекторно опустилась на эфес меча. А вот меча-то и не было!

Вслед за Пианной я прошел мимо них.

— Еще один, — услышал я голос за спиной.

— А! Какая разница? Одним больше, одним меньше, — ответил ему другой голос.

Комната, в которую меня завела Пианна, не отличалась чем-то особым. Хотя, честно признаюсь, я все же ожидал чего-то. Как-никак это Академия магических искусств. Но меня подстерегало разочарование.

Одно окно, четыре кровати, стол, четыре табурета, один громоздкий шкаф и два индивида, вскочившие при нашем появлении.

Индивиды испуганно таращились на меня, пока Пианна нудным голосом зачитывала мне мои права и обязанности. Обязанностей было много, а с правами я как-то не смог определиться. То ли их совсем не было, то ли их было очень мало.

— Располагайся! — наконец соизволила закончить Пианна и быстро вышла из комнаты.

— Какая кровать свободна? — обратился к присутствующим я.

— А? — задал умный вопрос один из парней.

Я рассмотрел своих соседей по комнате. Один унылого вида, худой и высокий брюнет, как раз и задавший вопрос. Второй парень, среднего роста, достаточно широк в плечах, русые волосы, но тоже уныл. Взгляды у обоих какие-то перепуганные. Это мне не очень нравится. Да что тут говорить? В этой академии мне понравились только ворота. И мне почему-то захотелось оказаться по ту сторону этих ворот.

— Я спрашиваю, какая кровать свободна? — повторил вопрос я.

— Вон та, — указал пальцем на кровать у двери парень среднего роста.

— Давайте знакомиться! — предложил я, бросая на указанную кровать свою сумку.

— А?

— А тебе не кажется, мой друг, что существуют еще и другие звуки в человеческом языке? — сердито взглянул я на высокого. — Меня зовут Левиус. Буду сдавать экзамены на огненного мага. А как вас?

— Странсиус, — поклонился парень среднего роста. — Природник… Вернее, хотел бы стать магом природы.

— Теветеллос, — прохрипел высокий, повторяя поклон Странсиуса, и замолк.

— Это все? — уточнил я.

— А?

— Да что ты все заладил «а» да «а»? — с досадой обратился я к Теветеллосу. — Уже начал было говорить, и снова осечка.

— Он боится, — хмуро сказал Странсиус и тут же добавил: — Я тоже боюсь.

— Меня? — удивленно спросил я.

— Нет, — мотнул головой Странсиус. — Просто ты еще не знаешь, что тут происходит.

— И что же тут происходит? — заинтересовался я.

— Местные, — коротко проинформировал меня природник.

— Угу. — Я подошел к окну и уселся на подоконник. — И что же местные? Шалят?

— Еще как! — даже передернулся Странсиус.

Теветеллос затрясся.

— Особенно вот ему достается, — ткнул пальцем в своего товарища Странсиус. — Да ты и сам скоро на себе это почувствуешь.

— Скорее всего кто-то другой это на себе почувствует, — хмыкнул я. — А я слышал, что магами природы могут быть только эльфы.

— Нет. Хотя они сильнее нас намного, — сказал Странсиус и снова испуганно замолк, к чему-то прислушиваясь.

Вряд ли тут преподают искусство боя в ограниченных пространствах. Было время, когда меня «деды» прессовали. Эта традиция существовала в армии, и называлась она дедовщина. Но оно (это время) было кратким. Ровно в пределах учебки. Потом меня причислили к группе разведки. Ребята там были крутые и все были контрактниками. Они меня взяли под опеку. И «опекали» больше полутора лет. С тех пор я уже сам мог успокоить кого угодно. Ну, в пределах квалификации, естественно.

Странсиус взглянул на меня с некоторой жалостью и печально покачал головой.

Что-то стукнуло в коридоре. Парни вздрогнули и, отскочив к окну, зажались в углу, затравленно уставившись на дверь.

Я тоже встал. Растер запястья, разогревая связки. Ну что же? Я готов!

Послышались шаги нескольких человек, и дверь распахнулась от сильного толчка. В комнату ввалились трое. Этак нахально ввалились, по-хозяйски. В них я сразу же узнал тех, кто встретился мне по пути сюда. Скорее по взгляду узнал.

— Новенький! — заулыбался передовой. — Ведь ты новенький?

Небольшой чубчик, покатый лоб, небольшие ушки прижаты к черепу, маленькие серые глазки неприятно щурятся, тонкие губы кривятся в насмешливой усмешке. Мантия слегка замызгана и неопрятна.

— А что, есть сомнения? — так же улыбнулся ему я.

— Он меня спрашивает, есть ли у меня сомнения, — повернулся к своим товарищам этот клоун.

Он попытался тут же ударить меня, надеясь, что я расслабился. Но я расслабляться и не собирался. Уход влево, с траектории удара, резкий удар в область печени. Заводила согнулся от боли, пытаясь вдохнуть воздух. Я придал ему поступательное движение, направив под кровать. Шаг навстречу второму, короткий разворот, и широким махом ноги (мой старшина называл это «журавль на льду») я отправил рыжего парня обниматься со стеной. Вернее, парень честно попытался ее обнять, даже руки распахнул для объятий, но стена оказалась слишком широка и неуступчива. Вот так лицом в твердое паренек и въехал. Третьего я достал локтем в солнечное сплетение. Он не ожидал, а я его не предупреждал. Добавил локтем в основание шеи.

Картина маслом! Один под кроватью, второй у стены, третий на пороге. И что характерно — все лежат.

— Вот в таком вот аспекте, — пояснил я своим замершим в священном ужасе соседям.

— А теперь ты поработай, Странсиус! Возьми организмы за нижние конечности и вытащи их в коридор. Там у поворота есть ниша, вот туда и сложи. Теве… Короче, я тебя буду звать Тиви. Так вот, Тиви, помоги Странсиусу!

— А? — снова блеснул красноречием Тиви, указывая на зашевелившегося заводилу.

Слабый стон донесся из-под кровати.

— Тебя что-то смущает? — поднял брови я. — Ноги, вон они, торчат. Взял и потащил!

Надо отдать должное Странсиусу, он не задавал вопросов. Бодренько ухватив того, что лежал у порога, за ноги, он в хорошем темпе исчез в коридоре. Нерешительно взглянув на меня, ухватился за ноги заводилы и Тиви.

— Давай-давай! — подбадривающе подмигнул ему я, ухватив третьего под мышки.

Ниша в коридоре оказалась в самый раз. Вместила всех, и еще местечко осталось.

— Теперь нам конец! — обреченно выговорил Странсиус, когда мы вернулись в свою комнату.

— Подожди! Я чего-то не понял? — удивился я. — Разве конец не предполагался, когда те трое вошли сюда?

— Ты действительно не понял. — Странсиус уселся на свою кровать и с упреком взглянул на меня. — Они бы поиздевались немного. Ну, ударили бы несколько раз. Это еще можно стерпеть…

— А я такое терпеть не намерен! — резко прервал его я.

— А экзамен ты хочешь сдать? — наконец прорезался голос у Тиви.

— А что, это входит в подготовку к экзамену? — обернулся к нему я. — Типа — консультация?

— Яниус — любимчик ректора, — сообщил Странсиус. — Теперь нас просто завалят на экзамене. Хорошо еще, если живы после этого останемся.

— Яниус — это тот, которого я первым благословил? — уточнил я.

Тиви кивнул.

— А откуда ректор об этом узнает?

— Ты что, глупый?! — взорвался Странсиус. — Ему об этом сам Яниус расскажет.

— Что один человек надавал ему и его дружкам по физиономии? Кто глупей? Я бы ни за что в этом не признавался.

— Он преподаст это по-своему, — заверил меня Странсиус. — Он что-нибудь придумает такое. И ректор именно ему и поверит.

— Дело уже сделано, — хмыкнул я. — Весь пакет информации я получил после того как. Вот если бы я его получил до того как, тогда я просто бы выбросил этого Яниуса в окно. Нет человека — нет рассказа. Впрочем, это еще не поздно сделать.

Я решительно направился к двери.

— Нет! — в один голос вскричали мои соседи.

— В чем еще дело? — недовольно спросил я. — Дуэли, которые запрещены, не было. Я его убью не оружием, которое тут тоже запрещено. Скажем, что он вбежал в комнату, поскользнулся и прямо в окно. Его дружки пытались его удержать. Вот так, втроем, они туда и ухнули. Я сам скажу, а вы только подтвердите.

Я с интересом наблюдал за борьбой чувств, которая отразилась на лицах моих новых знакомых. Они что, всерьез полагают, что я могу такое сотворить?

— Нет! — наконец решился Странсиус. — Пусть будет, что будет!

Тиви кивнул, соглашаясь с ним.

— Тогда перестаньте стонать и готовьтесь к экзаменам! — отрезал я.

Остаток этого дня, так же как и весь следующий, прошли на удивление спокойно.

Я повторял по памяти те заклинания, которые мне вдолбил в голову Итэл (совместно с Портиусом). Несколько раз мы сходили на полигон, где могли на практике опробовать некоторые магические построения.

Я с интересом наблюдал за действиями моих соседей.

Вообще, маг-природник — это маг широкого профиля. Но основная специализация — это исцеление и защита.

Странсиус и Тиви, который также оказался магом природы, строили различные защитные экраны, неумело при этом стараясь их пробить. В руках у них появлялись сгустки зеленоватой энергии (весьма слабой, на мой взгляд), которыми они швырялись в экраны. Энергия растекалась по поверхности экранов, что почему-то неимоверно радовало ребят.

— Что это так вас радует? — осведомился я после очередных радостных криков.

— Экраны держат! — с гордостью сообщил мне Тиви.

— А они все держат или только вот это? — указал я на переливающийся зеленым шар в руках Странсиуса.

— Ну это все, что мы можем создать, — смущенно признался тот.

— А ну создай-ка свой экран еще раз, — предложил я.

Тиви с готовностью помахал руками. Появилась зеленоватая дымка вокруг него.

— Ты что, смертник? — хмуро спросил я. — Ты экран поставь… Вот хотя бы на этот столбик!

Тиви недоуменно пожал плечами, но послушно помахал руками и на указанный столбик.

— Это самый мощный экран? — осведомился я.

— Его даже мой наставник пробить не мог, — с гордостью заявил Тиви.

— Ну-ну, — кивнул я и метнул в столбик огненную стрелу.

Я даже не накачивал ее большой силой. Так, средненькая стрела была. Столбик разнесло вдребезги. Надо признать, что экран продолжал уверенно сиять зелеными сполохами.

— М-да, — задумчиво заметил я. — Действительно, экран уничтожить не получилось. Одного не пойму. Предположительно, защитный экран должен защищать. А это как называть?

Я указал на разгромленный столб, который уже начал процесс восстановления.

— Ты использовал огненную магию! — обличительно ткнул в меня пальцем Тиви.

— Это что, принципиально? Ты должен ставить такой экран, чтобы он защищал от чего угодно! Или ты будешь вешать на него табличку: «Огненным магам просьба не беспокоить!»? Или не только огненным?

Тиви уныло шмыгнул носом, понимая, что тут оказался слаб.

— Ну-ка, — смягчился я, — как вы эти экраны создаете?

— Да ты что?! — даже отшатнулся от меня Странсиус. — Это же природная магия. Ты не сможешь этого сделать!

— А мне и не особо надо, — пожал я плечами. — Меня устраивает и моя огненная завеса. Ты мне процесс создания этих экранов обрисуй! И вообще, я такой странный маг, что и другие стихии иногда могу освоить. Вот, к примеру, я немного и магией земли владею.

В подтверждение своих слов я создал каменную змею. Как всегда, она получилась габаритной и тяжело заворочалась на камнях пола полигона.

— Ой! — попятился от моего создания Тиви.

Странсиус был более прыток, он уже успел отбежать метров этак на десять.

— Не боись! — Я развеял заклинание. — Видел? А ведь это заклинание из арсенала магов земли.

Нет, экраны магии природы у меня так и не получились. Но я дал несколько дельных советов ребятам, после которых у них стало выходить все значительно лучше. А я обогатил свой сборник заклинаний новой разновидностью. У меня не получался природный экран, зато у меня получился огненный экран. И главное — я его могу накладывать на кого-то другого, защищая его.

ГЛАВА 23.

Странсиус обреченно поднялся с кровати, одернул камзол, который он напялил еще с самого утра, кивнул нам и вышел за дверь.

— Удачи! — крикнул я ему вслед.

Тиви только покачал головой, всем своим видом показывая, что как раз удачи его другу и не видать.

Несколько часов прошли в томительном ожидании. Я даже извелся весь. Тиви скорчился в углу, сидя на табурете. Он покачивался и печально вздыхал.

— Да перестань ты качаться! — не выдержал я. — Что ты как маятник?

— А завтра меня… — выговорил Тиви непослушными губами.

По-моему, у него даже слезы на глазах показались. Как ребенок, ей-богу!

Шаги? Точно, шаги! Несколько человек. Открылась дверь. Появился незнакомый мужчина в зеленоватой накидке. За ним двое дюжих парней внесли стонущего Странсиуса.

— На кровать! — распорядился незнакомец.

Странсиус перестал стонать.

— Умер! — ахнул Тиви.

— Нет, просто подействовало мое успокаивающее наложение, — отозвался мужчина.

— Я сдал? — слабо поинтересовался Странсиус.

— Сдал-сдал! — успокоил его врач (во всяком случае, именно так я предположил). — Полежи немного. Целительное заклинание уже начало действовать. К концу дня будешь как огурчик.

— Сдал! — зачарованно повторил Тиви. — И живой.

— Ну не совсем, — донеслось с кровати. — По-моему, у меня нет рук, ног и чего-то еще.

— Чего именно? — поинтересовался я, ободренный достаточно уверенной тональностью голоса Странсиуса.

— А вот будешь сдавать экзамен, тогда и узнаешь, — ворчливо отозвался парень. — Этот Розавиус какой-то извращенец!

— Нельзя так о ректоре! — строго сказал мужчина. — Хотя, если честно, есть у него заскоки. Отдыхай пока! Считай, что тебе повезло. Кто следующий? Я имею в виду завтра?

— Я, — поднялся Тиви.

Мужчина окинул его оценивающим взглядом. Что-то было в этом взгляде от гробовщика, примеряющего на глаз длину ящика.

— Ну-ну, — буркнул он. — Обрати внимание на стелющийся туман. Это излюбленный прием Розавиуса.

— А что может быть опасного в тумане? — задал глупый, на мой взгляд, вопрос Тиви.

— А вот когда он в пределы твоего экрана вползет, тогда и узнаешь, — хмыкнул мужчина и кивнул на Странсиуса. — Вот это — цветочки по сравнению с тем, что останется от тебя. Но я вам ничего не говорил.

Он повернулся и вышел из комнаты.

— Как же мне предохраняться от стелющегося тумана? — Тиви ухватился за волосы и рухнул на свою кровать.

— Так же, как и от внеплановой беременности, — буркнул я.

— Что? — насторожился Тиви.

— Это я так, — отмахнулся я. — Что собой представляет этот стелющийся туман?

— Незаметное марево у самой земли, — уже почти нормальным голосом проинформировал меня Странсиус. — Он так невинно клубится и кажется отдачей от других заклинаний воздушника. Он стелется над землей и ползет в твою сторону. Когда он просачивается в пределы твоей защиты, он получает от нее спусковой сигнал. Этот туман впитывает всю магию, которую ты потратил на защитный экран, и превращается в смерч. Вот примерно и все.

— Так что, Розавиус к тебе применил это заклинание? — заинтересованно спросил я.

— Угу! — донеслось с кровати.

— И ты уцелел?

— Исключительно из-за того, что я не очень силен, — хихикнул Странсиус. — В моем экране было настолько мало энергии, что туман просто не смог разрастись в полноценный смерч. Меня просто хорошо потрепало. А Розавиус подумал, что это я смог защитную оболочку создать. Он даже сказал несколько похвальных слов над моим телом.

— Так как же от этого защититься? — продолжал настаивать я.

— Ну ты ведь огненный? — напомнил Странсиус. — Так пусти волну огня по земле навстречу туману. Если эта волна будет достаточно сильна, то может его и перебить.

— А как быть мне? — потерянно спросил Тиви.

— Обернись древесным клубнем! — приподнялся на локте Странсиус. — Я это только сейчас понял! Там не надо будет даже строить защитный экран. Вернее, можно создать такой, какой делал ты. Там энергии — никакой. Одна видимость. А когда ты станешь клубнем, тебе хоть самый полновесный ураган не страшен. Только сразу же оборачивайся обратно! Неизвестно, что еще этот Розавиус может придумать.

— У меня с клубнем проблемы! — стонущим голосом признался Тиви.

— Тогда мчись на полигон и тренируйся до изнеможения! — распорядился я. — Я сейчас с тобой пойду. Буду помогать, чем смогу.

— Я тоже, — вызвался Странсиус. — Вот только еще немного полежу и приду.

День «Ч», час «X». Я и ректор. Это если коротко.

Мы стоим напротив друг друга в просторном круге. Улыбаемся друг другу, как боксеры перед мордобоем. Несколько личностей мрачной наружности восседают у дальней стены.

— Так это ты обидел Яниуса? — мягко спросил меня Розавиус. — Что же это ты на мирных студиозов нападаешь? Хорошо еще, что магии не применял.

— А зачем это мирные студиозы зашли в нашу комнату и пытались ударить меня? — напряженно спросил я, отслеживая малейшие движения ректора.

А он таки что-то затевал. Вон как пальцы шевелятся.

— Яниус говорил, что ты напал на него в коридоре, — нахмурился Розавиус.

Из его ладони вырвалась стремительная струя сероватого цвета. Она мгновенно преодолела расстояние между нами и… бесславно погасла в сполохе огненной завесы.

— Ну это если комнату считать коридором, — сказал я, готовясь к очередной пакости. — Тогда получается, что все общежитие у вас — сплошной коридор.

— Я склонен верить своему студиозу! — Розавиус махнул рукой.

Клуб какой-то дымки, расширяясь на лету, устремился в мою сторону. «Надо принять это на щит!» — мелькнуло в моей голове.

Интуицию надо слушать! Особенно если она предлагает умные вещи. Я принял дымку на огненный щит. Шарахнуло так, что даже в ушах зазвенело.

— Неплохо, — хмыкнул Розавиус. — А чем ты ответишь на это?

Он хлопнул в ладоши, и вокруг него образовалось множество маленьких вихрей. Они так скопом и ринулись ко мне.

Но я-то завесу не убирал! Она и приняла на себя весь удар.

Земля у ног ректора заколебалась в легком мареве. Наверное, это и есть пресловутый стелющийся туман. Как быть? Огненную волну, о которой толковал Странсиус, я делать еще не научился. Портиус не успел мне дать этого заклинания. Для этого надо было создавать огненный родник, а с ним-то как раз у меня были проблемы. Не получался родник. Вернее, то, что получалось, родником назвать было сложно. Гейзер — вот это название было более точным. Но укротить его не получалось ни у меня, ни у Портиуса.

Стоп! Огненная сфера. Ну конечно же! Сфера. Само название говорит о том, что проникнуть в ее пределы, даже находясь у самой земли, туман не сможет.

Розавиус без устали бомбардировал меня тучами воздушных стрел. Я только поддерживал завесу, отслеживая приближение тумана.

Пора! Меня окружил шар огня, прозрачного, переливающегося вспышками синеватого пламени. И тут же вокруг меня завертелся воздух, наполненный щебнем и комками земли. Шар тряхануло, завертело, оторвало от земли. Я кувыркался вместе с ним в воздухе. Но что радовало, так это то, что мне особого вреда такие кувырки не приносили.

«Ах ты ж…!» — подумал я.

В голову пришло одно из тех заклинаний земли, которыми я все же овладел. Разрушение камней. Я еще недоумевал, зачем оно мне. А ты ж смотри!

Я метнул свое заклинание под ноги Розавиуса. Каменная плита, на которой он стоял, пошла множеством мелких трещин и неожиданно вспучилась посередине. Вверх взлетел фонтан из камней. Ректор не удосужился выставить защиту. Он-то думал, простая душа, что это только он будет меня долбать своими заклинаниями. О том, что я могу ответить, он даже не задумывался. Получите ваши шпроты, как говорят в Одессе.

Смерч, крутящий и играющий моей сферой, ну и мной, если уж я находился в сфере, мгновенно утих. Меня швырнуло на землю, смягчив падение стенками той же сферы. Я снял заклинание и, пошатываясь, поднялся на ноги.

Розавиус имел вид потрепанный и ошарашенный.

Он медленно поднял руку и коснулся большой царапины на щеке. Некоторое время созерцал пальцы, испачканные кровью. Потом осмотрел свое одеяние. Все в мелкой каменной пыли, порванное в нескольких местах. Потом он поднял взгляд на меня. Вот это взгляд! Глаза превратились в узкие щелки, брови сошлись к переносице.

— Ты посмел мне ответить? — каким-то скрежещущим голосом спросил он.

Интуиция тяжело вздохнула и проинформировала меня: «Картина Репина „Приплыли“». Сливай, Лева, воду!

Но мне что-то очень не хотелось умирать. Я нырнул в спасительное море огня. Вернее, оно вплеснулось в меня. А еще вернее… Вокруг меня закружился огненный шар пугающих размеров. Из ладоней выплескивались языки пламени. Пламя плясало также на всей моей одежде, не сжигая ее.

— А ты посссмел меня атаковать! — прошипел я.

Не знаю, как Розавиус, а я испугался своего голоса. Никогда раньше у меня такого не было.

Видимо, ректора тоже проняло. Он отшатнулся от меня.

— Экзамен сссдан? — вырвалось у меня.

— Д-да, — запинаясь, отозвался ректор.

— Очччень хорошшшо! — снова выдал я шипение.

Я кивнул мрачным личностям у стены и, резко повернувшись, потопал в свой корпус.

Дверь в нашу комнату была приоткрыта, и я услышал голос соседа.

— …Я и прикинулся клубнем, как ты советовал, — кряхтя, рассказывал Тиви. — Розавиус метелит по моему экрану всем, что под руку попадалось, а ему хоть бы хны! Я не знаю, почему ему приспичило уничтожить именно экран. Заодно уже досталось и мне.

Я распахнул дверь шире, промаршировал к кровати, рухнул на нее и изможденно прикрыл глаза.

После внушительной паузы раздался голос Странсиуса:

— Смотри, Теветеллос! Он пришел сам.

— Угу.

— Он живой!

— Угу.

— Он даже без повреждений!

— Угу.

— И какой из этого следует вывод?

— Наверное, его не допустили к экзамену, — вздохнув, предположил Тиви.

Я приоткрыл один глаз и взглянул на бедолагу. Уж я-то помню, в каком виде его притащили с экзамена!

— Ответ неверен, — сообщил я. — Подумай еще!

— Ты сдал?! — пораженно выдохнул Странсиус.

— Угу! — выдал на этот раз уже я и снова закрыл глаза.

— Расскажи! — последовало после еще одной продолжительной паузы, пока друзья переваривали мое сообщение.

Я помолчал, раздумывая.

То, что Розавиус будет об этом экзамене молчать, — это ясно. Не в его интересах рассказывать. А вот будет ли молчать экзаменационная комиссия? Впрочем, наверное, тоже будет. Розавиус позаботится. Тогда зачем мне портить ему репутацию?

— Левиус! Заснул?

— Да что там рассказывать? — неохотно отозвался я, не открывая глаза. — Просто мне повезло, а ректор был в хорошем настроении. Правда, пришлось мне побегать, удирая от его стелющегося тумана, но в основном я справился. Вот он и решил не доводить до смертоубийства. А быть может, он куда-то спешил. Во всяком случае, он сказал, что экзамен закончен и я его сдал.

— Везет же некоторым, — с неприкрытой завистью донеслось от Тиви.

Я промолчал.

Я пытался осознать, что же со мной произошло на самом деле. Откуда это шипение и почему я говорил то, что даже и не собирался сказать?

ГЛАВА 24.

Я торчал в приемной ректора, изредка любуясь на свой знак огненного мага третьей ступени. Надо же! А все-таки Розавиус достаточно справедлив. Сразу третью ступень дал. Еще шесть, и я смогу с полным правом заявлять, что я маг вне ступеней. То есть магистр. А таким тут почет и уважуха. Что это там Итэл застрял? Ведь сказал, что на мгновение заскочит, только поздоровается.

Я кинул взгляд на тощую воблу секретаршу. Она что-то чиркала в длиннющем свитке, не обращая на меня ни малейшего внимания. Очень хорошо! Я осторожно приоткрыл дверь кабинета и настороженно прислушался.

— …Специально мне этого привел, чтобы я оказался в неловком положении? — сердито скрипел Розавиус.

— Ничего подобного! — возмущенно возражал Итэл. — Мальчик прошел курс мага. Он должен был только получить официальное подтверждение.

— Да ты понимаешь, что он двуталант? — Розавиус зашуршал какими-то бумагами. — Вот! Эти маги являются достоянием королевства.

— Да с чего ты взял, что он двуталант? — невинно спросил Итэл (как будто он сам не знал).

— Не пытайся меня водить за нос! — возбужденно отозвался Розавиус. — Мне ли не знать, что он применил заклинание разрушения камня. Это только магам земли под силу, а он маг огня.

— А вот и ошибаешься, — спокойно сказал Итэл. — Да будет тебе известно, что маги, посетившие Кразранд, получают власть и над частью земной стихии. Я это совсем недавно вычитал в трудах самого Шештириуса.

— Откуда ты смог достать древний документ? — после некоторой паузы слегка дрожащим голосом спросил Розавиус.

— Я получил его от Рахула. Помнишь этого некроманта?

— Еще бы мне его не помнить! — воскликнул Розавиус. — Вот подлец! А мне так он сказал, что у него нет ничего ценного.

— Обман за обман, а? — усмехнулся Итэл.

— Я его не обманывал! — запротестовал Розавиус. — Я только применил военную хитрость.

— Ладно-ладно, — успокаивающе заговорил Итэл. — Ты, как светлый, применил военную хитрость, а он, темная личность, обманул. А я покопался в его бумагах и нашел. Действительно, для него, как темного, эти труды не представляли ценности.

Воцарилось молчание, прерванное через некоторое время тихим голосом Розавиуса:

— Ты за ним не замечал некоторых странностей?

— За кем? — недоумевающе спросил Итэл. — За Рахулом?

— Да нет! Дался тебе это некромант. Я говорю о Левиусе.

— А что такое? — Итэл от возбуждения даже скрипнул пододвигаемым стулом.

— Он на экзамене заговорил вдруг каким-то странным голосом, — заговорщически еще больше понизил голос Розавиус.

Мне пришлось напрячь слух, чтобы услышать его.

— А что он сказал? — тут же поинтересовался Итэл.

— Не важно! Я не о том, — сердито отозвался Розавиус.

— Знаешь, я тоже после общения с тобой начинаю говорить ненормальным голосом, — ворчливо заметил наставник. — То, что я тебе при этом говорю, ты тоже предпочитаешь не распространять.

— Эх, ты не хочешь понять! — вздохнул ректор. — Ладно! У меня еще сегодня много работы. Забирай своего выпускника! Вот формуляры, выправленные по всей форме… Но будь все же с ним осторожнее!

Я быстро отошел от двери и присел на твердую скамейку, состроив самое невинное выражение лица из всех возможных.

Вобла настороженно подняла голову, заметив мое перемещение. Хорошо, что она ее подняла после того, как я отошел.

Итэл прошел мимо меня, лишь жестом руки указав, чтобы я следовал за ним.

Я мигом вскочил на ноги, радуясь, что наконец-то смогу покинуть стены этой «гостеприимной» академии.

Экзамен по магии оказался самым сложным из всех, что нам пришлось сдавать. Экзамен по дипломатии и придворным манерам мы сдавали втроем со Странсиусом и Тиви. Нас не особо и терзали. На некоторые вопросы мы так и отвечали втроем, подсказывая и дополняя друг друга. Вот экзамен по геральдике и истории — это совсем другое дело! У меня даже сложилось впечатление, что магом можешь ты не быть, но знать геральдику — обязан.

Сколько потомственных родов и их генеалогия. Какие есть геральдические животные, в каких случаях и что обозначают маленькие коронки над их головами. Какие цвета допускаются в гербах благородных родов. Какие растения могут и должны быть в гербах таких-то и таких-то родов. И т. д. и т. п. Я не могу ее сравнивать с геральдикой своего родного мира, я ей никогда не интересовался.

Ну зачем, спрашивается в задаче, мне эта фигня? Но, давши слово, держи! Все же сдал я и этот экзамен. Теперь я свободен!

— Привет, Левиус! Я уже успела соскучиться, — радостно приветствовала меня Сантия, едва я появился на пороге комнаты в гостинице. — Слушай! Мне Портиус такие интересные истории рассказывал. Может быть, мне тоже стоит заняться магией? Он говорит, что у меня есть дар.

— Я как-то не замечал в академии девушек, — осторожно сказал я.

— Чепуха! — отрезала Сантия. — Значит, я буду первой. Это что за порядки? У нас, между прочим, женщины работают гораздо лучше иных мужиков.

— У нас, это где? — удивленно спросил я.

— В Тристорне, конечно. — Сантия расстегнула пояс с кинжалом и бросила его на свою кровать. — Да будет тебе известно, что лучше карманщиц, чем наши тетки, нет… Выйди! Я сейчас переоденусь, и мы пойдем куда-нибудь посидим. Отметим твой успех.

Вот так я и стоял в коридоре, слегка ошарашенный подобной встречей. Мимо меня деловито прошагал Портиус, дружески кивнув мне на ходу.

— Поздравляю с успехом! — кинул он мне и попытался с ходу войти в комнату Сантии.

Я не успел его остановить. В комнате раздался короткий визг, и Портиус спешно ее покинул спиной вперед.

— Что же ты меня не предупредил? — спросил он, растерянно держась ладонью за щеку.

— А ты меня спрашивал? — мурлыкнул я, невинно глядя на мага.

Тот отнял ладонь. На щеке его проявлялось покраснение в форме девичьей ладони. Однако тяжела ручка у Сантии! И как быстра!

— Еще раз так войдешь, господин маг, лишу мужского достоинства, — сердито просунула голову в приоткрывшуюся дверь Сантия. — Не посмотрю, что ты можешь быть моим наставником. Так даже лучше будет.

— Да я же ничего даже и увидеть не успел, — растерянно оправдывался Портиус. — Ты же была уже совсем одета.

— А говоришь, что не успел рассмотреть? — ехидно подметила Сантия. — Я была без макияжа, а это все равно что голая. Стучать надо, когда заходишь к девушке в комнату. Даже мой папаня не решался ко мне заходить без стука.

— Да как ты разговариваешь со мной? — опомнился Портиус.

— Как заслужил, так и разговариваю, — отрезала Сантия и резко захлопнула дверь.

Портиус медленно повернулся ко мне. Сказать, что он был растерян, все равно что ничего не сказать.

— Я как-то уже не хочу брать себе ученика, — сообщил он мне, потирая щеку. — А тем более я не хочу брать себе ученицу. Да со мной так разговаривать не позволяла себе ни одна из женщин, а их у меня было немало, уж можешь мне поверить.

— Таких, — я выделил это слово, — у тебя не было. И не будет.

Сантия, выйдя из комнаты, протиснула руку под мой локоть и показала Портиусу язык.

Я услышал возмущенное сопение за своей спиной.

Мы прошли в зал гостиницы, служивший рестораном, если можно так сказать. А что? Вполне. Тут даже были люди, исполняющие роль официантов. Еще бы! Ведь гостиница высокого класса, значит, должно быть и такое же обслуживание.

Я, ощущая себя богатеньким (карман увесисто оттягивал тугой кошель), щедрым жестом предложил Сантии выбрать стол. Но к нам уже спешил вездесущий Бразис, хозяин гостиницы.

— Я рад снова тебя видеть, господин маг! — изобразил он радость на лице. — О! Я вижу, что твое отсутствие было плодотворно! Поздравляю тебя с официальным статусом. Любой из свободных столов к вашим услугам, господа.

Пока мы с Сантией непринужденно болтали о том о сем, я заметил странного человека. Он стоял у выхода, напряженно всматриваясь в нашу сторону.

Вот не люблю я, когда так стоят и так всматриваются. Это меня напрягает. Хотя бы потому, что рядом с нами больше никого не было, а значит, этого человека интересуем именно мы.

— Сантия, там, у выхода, какой-то тип стоит, — не снимая с лица улыбки, тихо сообщил я. — Только не поворачивайся резко!

— А я и не собираюсь, — так же улыбаясь, ответила девушка. — Я его уже давно заметила. Я только не могу понять, кто именно из нас его интересует.

— Он случайно не из этих… как ты там говорила?.. «бригад»?

Сантия отрицательно качнула головой.

— Не похож. У «ночных» стиль другой. Да и не ходят они поодиночке. А этот один.

— Не нравится мне это, — вздохнул я. — Может быть, давай выйдем и проверим?

— Ага! — кивнула Сантия. — И разойдемся. За кем он пойдет, тот его и интересует.

— И что потом? — спросил я.

— Да разве не ясно? — удивленно приподняла брови Сантия. — Мы его хватаем, затаскиваем в уединенное местечко и подробненько выспрашиваем, чего он за нами таскается. При наличии у тебя огненной магии, а у меня моего любимого ножика, я не думаю, что он будет долго играть в молчанку.

Я как бы ненароком еще раз кинул взгляд на человека. Что-то чувствуется мне странное, но вот что именно, я не мог сказать. Но план Сантии показался мне достаточно приемлемым.

— Ты говоришь, укромное местечко? Я не знаю здесь ни одного поблизости.

— Зато я знаю массу таких, — хищно улыбнулась Сантия. — Пока ты там сдавал экзамены, я времени не теряла и все тут проведала… Пошли!

Я сделал знак одному из прислуживающих в зале. Тот быстро к нам прорысил. Я расплатился, дал даже несколько серебрушек на чай, за что удостоился горячих благодарностей, восхваления и пожеланий.

Мы с Сантией направились к выходу, старательно не замечая слегка посторонившегося мужчины. Распрощались и разошлись в разные стороны.

Незнакомец двинулся за мной. Тем лучше! Признаться, я беспокоился за Сантию, несмотря на все ее умение владеть кинжалом.

Сейчас я сверну вон в ту подворотню и резко повернусь навстречу этому типу. Пусть попробует что-то сделать. Я, не замедляя шага, потянулся к стихии. Она, как это и было в последнее время, незамедлительно отозвалась.

А вот и подворотня! Я сделал еще несколько шагов и остановился, поджидая преследователя. Тот поспешно повернул и резко затормозил, наткнувшись на меня.

— Вот те на! — весело улыбнулся я, высвечивая на ладони огненный шар. — Что это ты, любезный, за мной ходишь? Стоял бы себе у входа в трапезную и стоял. Так нет же, начал за мной следить.

— Теперь извини, если что будет не так, — раздался голосок Сантии, подошедшей к преследователю сзади.

По тому, как тот дернулся и сделал шаг по направлению ко мне, я понял, что Сантия его слегка подтолкнула своим ножиком.

— Вы не поняли, — хрипловатым голосом заговорил незнакомец.

— Ну да! — кивнул я. — Ты конечно же шел именно сюда, и то, что я тут оказался, — это сплошное недоразумение.

— То, что вы оба здесь оказались, — недоразумение, высокие господа, — отозвался спокойно тот.

Я даже удивился. Только что был обычный мужик, и вдруг перед нами стоит властный, уверенный в себе мужчина со слегка насмешливой улыбкой на губах.

— Я не поняла, — сердито сказала Сантия. — Что это значит?

— Хотелось бы объяснений, — поддержал ее я, многозначительно покачивая шар на ладони.

— Объяснений? — переспросил мужчина. — О да! Должны быть объяснения. Только это должны быть ваши объяснения. Каким образом вы оказались здесь? Я что-то не слышал, что тут должен быть кто-то еще из наших.

Нет, ну вы посмотрите на этого кадра! Либо мы говорим о разных вещах, либо одно из двух!

— Я тоже не слышал, что тут должен быть кто-то еще из ваших, — процедил я. — Но я не понимаю, при чем здесь мы? И с какой стати мы должны давать тебе объяснения?

— Давай его прирежем! — кровожадно предложила Сантия. — Прикопаем вон в той куче мусора. Гарантирую, через месяц останется только скелет.

— Ты можешь попробовать, — усмехнулся мужчина.

Я не успел его пожалеть. Я не успел его остановить. Сантия оказалась быстрее. Но вот что странно, этот тип оказался еще быстрее. Через мгновение нож отлетел в одну сторону, а Сантия рухнула в другую, то есть мне на руки. А если бы нет? Ну все! Он меня рассердил по-настоящему.

Я аккуратно поставил Сантию на ноги и резко метнул в нахала огненную стрелу… Она не долетела до него! Истаяла прямо на глазах.

— Можешь попробовать еще раз, — хмыкнул мужчина.

— Ну ты сам напросился! — сердито рыкнул я.

Я быстро сформировал огненный шар. Как раз такой, какой и надо. Это был излюбленный мною шар ярко-оранжевого цвета, и он имел как раз любимый мой размер. То есть был больше обычного.

— Учти, — выдал я милую улыбку незнакомцу, — он еще и самонаводящийся. Думаю, что ваша встреча будет пламенной.

Тот и бровью не повел. Тогда получай! Я резко бросил в него шар. И снова та же история. Вернее, шар остановился на каком-то расстоянии от мужчины и медленно растаял.

А вот это уже плохо. Я растерянно взглянул на Сантию. Она ответила мне примерно таким же взглядом.

— Это все, чем ты хотел меня удивить? — безразличным тоном осведомился мой визави. — Я бы не сказал, что набор был впечатляющим. А теперь я все же хотел бы получить ответ на мой вопрос. На всякий случай предупреждаю, что я владею гораздо большим арсеналом заклинаний.

— Но я действительно не знаю, кто тут еще должен быть из ваших, — нехотя сказал я. — А мы тут оказались потому, что я изучал огненную магию и сдавал выпускные экзамены, чтобы получить официальный статус.

— Подожди! — остановил меня незнакомец.

Он недоуменно смотрел на меня, морща лоб, в попытке что-то сообразить.

— Разве ты не получил полный курс заклинаний дома? И что случилось, что ты сбежал? А госпожа, по-моему, вообще не умеет использовать заклинания людской ипостаси?

— Чего? — удивилась Сантия. — Чего ты сказал? Я честная девушка, а не какая-то там…

Я тоже не мог понять, о чем толкует этот…

— Как тебя зовут? — спросил я.

— Шаротан, — с готовностью представился мужчина. — Высокий господин Шаротан. А как зовут вас, высокие господа?

— Да что ты заладил: высокие да высокие? — сердито спросила Сантия. — Вон Левиус не намного выше тебя, а я на голову даже ниже.

— Да успокойтесь вы, оба! — сердито прикрикнул Шаротан. — Я и так разобраться не могу. А вы меня еще больше запутываете… Так откуда, ты говоришь, вы взялись?

— Я издалека, — вздохнул я. — А Сантия местная. Вернее, из Тристорна.

Шаротан страдальчески вздохнул. В его руке сформировался кубок внушительных размеров. Он присосался к нему и в несколько гулких глотков осушил. Отшвырнул в сторону, но звука падения я не услышал. Кубок исчез. Впечатляет! Интересно, а что за жидкость он употребил? Быть может, и мне будет нелишним то же самое?

— Она не может быть местной, — немного спокойнее сказал Шаротан. — Поверь мне: просто не может, и все!

— Левиус сказал, что я из Тристорна, — вмешалась Сантия. — Таким образом, я действительно не местная. Я так пока и не поняла, в чем проблема? И еще, можно я подберу свой кинжал? Он мне очень дорог.

Шаротан кивнул, не сводя с меня внимательного взгляда. Я ответил неловкой улыбкой. Я тоже никак не мог понять, что за разговор получается такой странный.

Сантия подобрала свой кинжал и, протерев, собралась воткнуть его в ножны на поясе.

— Подожди! — резко остановил ее Шаротан и требовательно протянул руку. — Дай взглянуть!

— Еще чего? — недовольно огрызнулась Сантия. — Не хватало, чтобы я свое оружие давала первому встречному! С рук моих смотри! И не вздумай его лапать!

Она протянула раскрытую ладонь с кинжалом Шаротану. Тот наклонился над ним. Вначале на его лицо набежало выражение искреннего изумления, потом его сменило полное удовлетворение.

— Нашлась пропажа! — улыбнулся он Сантии. — Да знаешь ли ты, что из-за тебя разосланы эмиссары во все миры? И как это ты смогла принять человеческую ипостась в столь юном возрасте? Ведь, не смени ты ипостась, ты бы не смогла провалиться в иной мир.

— Левиус, чего он плетет? — Сантия опасливо задвинулась ко мне за спину.

— Кажется, я начинаю понимать. И это понимание мне не очень нравится, — заметил я. — Ты дракон?

Шаротан кивнул.

— И она… — Я вопросительно поднял брови.

— Одна из самых родовитых семей, — с готовностью подсказал Шаротан. — Ее исчезновение наделало в свое время немало шума. Как подросла! Впрочем, в человеческом обличье время бежит быстрее. Но все равно по нашим меркам ты еще маленький детеныш…

— А я? — прервал я излияния Шаротана.

— А вот с тобой не все ясно, — нахмурился тот. — Вначале я подумал, что кто-то без моего ведома прислал еще одного наблюдателя. Это, как ты сам понимаешь, мне не очень понравилось. Я решил, что мне не доверяют. Но твое поведение при нашей встрече дало мне повод думать, что ты сбежал в этот мир в поисках приключений. Это среди нашей молодежи бывает. Но то, что ты не знаешь элементарных вещей, ставит меня в тупик. Ты говоришь, что ты издалека?

Я кивнул.

— Насколько ты издалека?

Пришлось пожать плечами.

— Я бы тоже хотел это знать. Ностальгия замучила. Там, по крайней мере, таких, как ты, не встретишь.

Шаротан глубоко задумался, обхватив ладонью подбородок.

— Я сейчас могла бы его прирезать, — тихо предложила за моей спиной Сантия.

— Забыла, что произошло при предыдущей твоей попытке? — так же тихо ответил ей я, не сводя взгляда с Шаротана.

— Я все слышу, — заметил тот.

Еще некоторое время мы стояли, наблюдая за мыслительным процессом этого странного наблюдателя. Ничего интересного!

— Ты никогда не обращался в свою истинную ипостась? — наконец очнулся от задумчивости Шаротан.

— Я почему-то считаю, что моя истинная ипостась именно та, в которой я нахожусь, — буркнул я.

— А ты, юная девица, помнишь, что это такое? — задал вопрос Шаротан.

Сантия отрицательно мотнула головой.

— Напрягись! — велел Шаротан. — Постарайся покопаться в самых дальних уголках своей памяти.

Сантия наморщила лоб в попытке разобраться со своими воспоминаниями.

— Что-то такое светлое, — наконец сказала она. — Вроде бы своды какой-то комнаты. И кто-то добрый, ласковый и сильный наклоняется надо мной… Нет! Больше ничего не помню.

— Придется с вами заниматься, — вздохнул Шаротан. — Это будет нелегким делом, но оно того стоит. Зато я сразу же поднимусь на несколько пунктов, когда представлю вас высокому собранию.

— А еще на нас черные волхвы охотятся, — сообщил я. — Да, если этого мало, то я учусь у мага земли, и на учебу к нему меня отдали драконы Дымных гор.

— Ну и зачем ты мне это сказал? — удивился Шаротан.

— Это я к тому, что у меня тут есть некоторые обязательства, которые я должен выполнить.

— Добавлю, что мой названый отец руководит некоей группой… мм… скажем так, людей, — добавила Сантия. — Он очень много сделал для меня, и я не хотела бы быть неблагодарной скотиной, бросив его. И потом, я хочу остаться с Левиусом.

Я почувствовал, как жар тронул мои щеки. Это еще что такое?

— Вопрос с тобой, юная леди, даже не обсуждается! — резко отозвался Шаротан. — Если с тобой что-то случится, то с меня голову снимут!

— А кто узнает? — едко спросила Сантия. — К тому же со мной уже что-то случилось.

Она лукаво взглянула на меня. Очередная волна жара… Да что же это такое со мной творится?

Наблюдатель непонимающе переводил взгляд с девушки на меня и обратно. Потом его брови взлетели вверх, и он удовлетворенно хрюкнул.

— Кажется, я понимаю, о чем идет речь. Очень мило!

Но тут же его брови сошлись к переносице.

— Только это невозможно! В столь юном возрасте глубокие чувства исключены! К тому же у вас разный социальный статус! Ты происходишь из очень родовитой семьи, а этот… неизвестный тип вообще не имеет статуса. По крайней мере, пока.

— Ах, статус? — прищурилась Сантия. — А если я скажу, что на протяжении многих лет занималась воровством и грабежом? Как ты думаешь, что произойдет с моим статусом? И что за мерки у тебя? Статус, статус… Его что, кушают? Или на пупок пришивают?

— Тебе легко говорить, — скривился Шаротан. — От статуса зависит авторитет и уважение остальных. От него зависит, сколько ты можешь себе позволить и чего именно ты можешь себе позволить. Даже купель в лаве и то зависит от твоего статуса.

— Я знаю местечко, где этой лавы немерено, — ввернул я.

— Что? — даже подпрыгнул от возбуждения Шаротан. — Где?

— Но есть одна проблемка, — остудил его я. — Там еще низкорослых, широкоплечих, с кирками и лопатами, как муравьев в муравейнике. Они себя Подгорным народом обзывают.

— Гномы, — разочарованно отозвался дракон (теперь, я думаю, его можно так называть). — Мне кажется, что это племя вездесуще. И везде норовит наложить свою лапу на самое ценное.

— А что, у вас они тоже есть? — заинтересовался я.

Шаротан горестно кивнул:

— Именно они распределяют право и очередность купели.

— Не понимаю! — пожала плечами Сантия. — Ты говоришь, что вы драконы?!

— Да. А что тебе не понятно?

— Фукнул пару раз, и уже некому распределять! — хмыкнул я, уловив, что хотела сказать Сантия.

— Ну, не совсем то, — улыбнулась она. — Но что-то вроде этого.

— Нельзя! — покачал головой Шаротан. — Мы связаны древней клятвой, которую когда-то принес наш народ в минуту величайшей беды. Только гномы пришли нам на помощь.

— Угу! — кивнул я. — Не удивлюсь, если окажется, что эту самую величайшую беду именно гномы вам и организовали. А что за беда-то была?

— Именно Кровь Земли придает нам силы. Именно она насыщает нас магическим могуществом. Возле рек ее вызревает наше потомство, — вдохновенно завел речь Шаротан.

— Очень трогательно! — заметил я. — А гномы-то тут при чем?

— Случилось так, что вулканы заснули, — пояснил дракон. — Мы остались без того, что нам было необходимо. И именно гномы, движимые благородными чувствами, нашли подземные реки и прорубили к ним туннели. И потом, они возводят наши города, обустраивают их. В благодарность мы отдали им право распределять количество купелей среди нас. Чем выше статус, тем больше ты можешь принять купелей. Тем сильнее ты будешь.

— Я слышал, что вы раньше обитали тут, — небрежно заметил я. — Что вас заставило покинуть этот мир? Тут вулканы очень даже бодренькие. Пыхтят без устали.

— У нас здесь была колония, — неохотно ответил Шаротан. — Но срок договора с гномами, по которому мы могли ей пользоваться, истек. Мы вынуждены были уйти.

— Нет уж! — сверкнула глазами Сантия. — Если я действительно окажусь драконихой, то я эту традицию поломаю. Есть методы.

— Не драконихой, высокая госпожа, а драконицей, — поправил Сантию Шаротан. — О каких методах идет речь?

Убедившись, что Сантия не собирается вместе с ним вернуться в родной мир (причем не собирается очень решительно), Шаротан стал прощаться.

— Да, ты знал, что на тебе висит следящее заклинание? — осведомился он у меня. — Неплохо поставлено. Я бы сказал, даже качественно.

— Это мой наставник, — кивнул я. — И он уже наверняка о тебе знает.

— Это навряд ли, — усмехнулся дракон. — Я как наблюдатель должен выявлять такие вещи (что я и сделал) и уметь сделать так, чтобы они мне не мешали. Твой наставник сейчас уверен, что ты сидишь с девушкой и мило с ней беседуешь. Сейчас я на тебя подвешу свое следящее заклинание. Ты уж не обижайся, но с тобой надо еще разбираться.

— Я вам что, вешалка? — свирепо огрызнулся я. — Вешают все кому не лень! Да наставник мгновенно определит, что на мне не только его заклинание.

— Не определит! Людская магия не идет ни в какое сравнение с нашей. Я бы и за девушкой следил, но условности мне этого не позволяют.

— Попробуй последи! — фыркнула Сантия. — Мигом следилки лишишься!

— Вот-вот! — поддакнул я. — А может быть, и не одной.

— Это как? — округлила глаза Сантия.

— Откуда я знаю? — пожал плечами я, скромно опустив взгляд. — Ради такого благого дела отыщем еще что-нибудь.

— Вы мне это прекратите! — строго прикрикнул Шаротан. — Тут дело большой важности. А вы шуточки шутите… Ну, вот и готово! Сейчас идите назад и сделайте вид, что ничего не происходило. Хозяину и его слугам я уже внушил соответствующие воспоминания.

— Эй! А чего ты раскомандовался? — возмутился я. — Я тебе что, что-то должен?

— Но ты дракон… — попытался возразить Шаротан.

— Ну и что? Это только слова. Ты мне лапшу на уши вешаешь, а я должен верить каждому твоему слову?

— Но на твоих ушах ничего нет, — удивленно взглянул на меня Шаротан.

— А потому и нет, что я не допускаю таких вещей! — огрызнулся я. — То, что я дракон, — это только твои слова. Но даже если это и так, то не твоя в том заслуга… Эх, мама, мама! То-то я на батю своего не похож.

— И я ничего тебе не должна! — заявила Сантия. — Где вы были все те годы, что я тут провела? Если бы не Ротфорт, то и сгинула бы без следа. Благодетели, блин!

Я с гордостью взглянул на нее. Это «блин» ласкало мой слух.

— Да вы ничего не понимаете! — рявкнул Шаротан. — Ну хорошо! Сейчас все просто, а что будет через сто, двести лет?

— И что же будет? — спросил я.

— А вот то же и будет, что и сейчас, — сердито ответил он. — Вы ни на йоту не изменитесь! Ну ладно Левиус маг. Ему потребуется больше времени, чтобы измениться. Но ты, Сантия! Ты все так же будешь девчонкой! Как ты думаешь, это не вызовет подозрений?

— Всех, кто начнет что-то подозревать, я устраню, — высокомерно начала девушка, но замолчала и задумалась.

— А там, у нас, тебя ждет блестящая карьера и высокое положение, — продолжал искушать Шаротан. — Ты сможешь добиться того, чего здесь тебе и в самых сказочных снах не снилось. А ты, Левиус? Ты сможешь овладеть такими заклинаниями, что сразу же затмишь самых искусных магов среди людей. Я даже могу походатайствовать, чтобы и тебя сделали наблюдателем. Быть может, мне, за то, что я вас нашел, дадут добавочное время на купель…

— Великое удовольствие — в лаве купаться! — даже передернуло меня. — Спасибо! Как-то не тянет.

— В лаве? — снова распахнула глаза Сантия. — Ты что, сжечь меня хочешь? Да иди ты знаешь куда?! Пошли, Левиус! А я уж было начала сомневаться.

ГЛАВА 25.

Мы повернулись и пошли. Да только далеко нам уйти не удалось. Когда свет дня начал меркнуть, я уже почувствовал неладное. Вокруг нас взвились вверх черные струйки, стремительно заволакивающие очертания находящихся вокруг строений. Сантия испуганно ухватилась за мой рукав, второй рукой с кинжалом она отмахивалась от странных струй. Я активировал завесу, растянув ее на нас двоих.

Вокруг нас бешено вращалась черная круговерть. И нас двоих в этой круговерти бросало в разные стороны, рвало друг от друга, и мы, судорожно сцепившись руками, крутились в этой сумасшедшей карусели.

Наконец это, что бы оно ни было, прекратилось. Мы рухнули на землю. Я заметил, что завеса пропала. Опять нейтрализатор, будь он проклят! Я, нашаривая на боку рукоять меча, начал подниматься на ноги. Рядом завозилась Сантия.

— Не спеши так, огненный! — раздался насмешливый голос. — Неужели ты так торопишься умереть? Я не позволю тебе этого. Я высосу твою душу по капле, как и кровь из твоих жил.

Я огляделся по сторонам. Больше всего меня интересовал источник этого голоса. Что-то знакомое мне послышалось в нем. Но вокруг было темно, как… Ну, вы сами понимаете где!

— Это тот, который был в пещере, — прошептала Сантия.

Точно! Если мне не изменяет память, этого типа зовут Хрижак и он является главарем черных волхвов.

— Ты угадала, девица, за что тебе полагается бонус! — хохотнул голос. — Твоя кровь и душа пойдут мне на десерт. Но это тогда, когда мы насладимся смертью этого мага.

— Ну, раз уж мы знаем друг друга, то, может, включишь освещение? — осведомился я. — На чем экономишь?

— О да!

Я услышал хлопок в ладоши, и вокруг нас вспыхнули дымным пламенем факелы.

Картина, которая предстала моим глазам, была мрачноватая, прямо скажем. Несколько волхвов в черных балахонах полукругом стояли лицом друг к другу. В центре возвышалась каменная столешница, укрепленная на четырех внушительных камнях. Со стен свисали штандарты. На кроваво-красном фоне были изображены черные знаки, напомнившие мне свастику. Быть может, это и была свастика. Прямо перед нами торчал этот самый Хрижак. Большая часть его лица была скрыта капюшоном. Видны были только подбородок и тонкие губы, кривившиеся в издевательской ухмылке.

— Брось свою железку, маг! — прокаркал Хрижак. — Она тебе не поможет. Ты в моей власти.

— Ну почему же не поможет? — усомнился я. — До сих пор помогала.

Я попытался сделать шаг в сторону, но что-то крепко держало меня за ноги. Такое было впечатление, что они вросли в пол.

— Я же говорю тебе, что ты в моей власти! — снова рассмеялся Хрижак.

— Я что-то не понял, — каким-то хриплым голосом сказал я.

Пришлось прокашляться.

— Чего ты не понял? — поинтересовался волхв.

— Если ты пользуешься нейтрализатором, то почему он не действует и на твою магию?

— Потому что моя магия, магия некроманта, совсем на другой основе, — охотно разъяснил Хрижак. — Неужели тебе твой наставник не рассказывал обо мне?

— Он мне рассказывал, что ты вообще не владеешь магией, — буркнул я.

— Это мой любимый трюк, — кивнул Хрижак. — Он мне очень помогает в жизни. Твоего наставника я не уничтожаю только потому, что он однажды спас мне жизнь. Хотя он не имеет достаточно соображения, чтобы сопоставить эти события.

— Рахул? — непослушными губами выговорил я.

— А ты сообразителен, — кивнул Хрижак — Рахул. — Впрочем, пора приступать к церемонии… Уберите девчонку! Привяжите ее пока к жертвенному столбу! А этого разденьте до пояса и на алтарь!

Ко мне с обеих стороны метнулись фигуры в развевающихся черных балахонах.

И вы думаете, что я так просто дам себя раздеть и положить на холодный камень? Я уклонился от тянувшихся ко мне рук справа, перехватил их и придал поступательный импульс, воспользовавшись инерцией волхва. Направление я выбрал верно. Волхвы, обнявшись крепче двух братьев, кувыркнулись куда-то в темноту.

Придется выскакивать из сапог, которые приросли к каменному полу. Но ступни-то не приросли! Я проверил.

Сапоги остались на полу, а я рванулся в сторону, рубанув по еще одной черной фигуре, попавшейся мне по пути.

Сантия тоже не собиралась так просто сдаваться. Она метнула свой кинжал в одного из приближающихся к ней волхвов, второму она зарядила ногой по… Ну да! По тому самому месту. Вот и готовый фальцет. Что волхв сразу же продемонстрировал, ухватившись руками за пострадавший орган.

Я уже собирался добраться и до Хрижака. Чего это он в стороне? Пусть и он примет самое непосредственное участие в нашем веселье. Но…

На меня сверху упало какое-то черное вещество, опутало сотнями нитей так, что я не мог и пошевелиться. Взвизгнула Сантия. Я почувствовал сильный удар по голове и отключился.

…Прямо надо мной черный свод с играющими на нем отблесками пламени от факелов. Разведенные руки крепко привязаны к выступам камня, на котором я лежу. Ноги тоже привязаны. Неприятно однако!

У моей головы торчит черная фигура Хрижака. Он что-то бубнит себе под нос. В сведенных руках острием вниз зажат кинжал. Блин! И лезвие у этого кинжала черное.

Я слышу еще всхлипывания Сантии. Значит, и с ней справились, образины.

— Это ты на каком языке бормочешь? — прохрипел я. — На древнехалдейском?

Хрижак запнулся, потом сердито прикрикнул:

— Молчи! Ты сбил меня. За это ты будешь дольше мучиться, принимая смерть. Молчи! Иначе я заставлю тебя молчать, когда ты очень будешь хотеть закричать от боли. Но я позволю тебе издать только предсмертный крик. О как сладостен он будет для меня!

Ну и где же эти следящие заклинания? Где помощь, когда меня собираются убивать?

— Сволочи! Отпустите нас! — крикнула Сантия.

— Заткните ей рот! — приказал Хрижак.

Я услышал звук звонкой пощечины и сдавленное мычание Сантии. Вот это уже меня достало! И так настроение не ахти, так они еще смеют обижать мою девушку?!

— Так ты думаешшшь, что я в твоей власссти? — прошипел я.

Сознание куда-то ухнуло, завертелось в круговерти разноцветных кругов и бликов. Я только запомнил, что на миг вся пещера осветилась ярким золотистым светом. Стягивающие мои ноги и руки путы исчезли. Мой хребет упирался в потолок. Лапы упирались в столешницу алтаря. Я взревел больше от удивления, чем от торжества. Из моего рта, вернее пасти, вырвалась струя яркого пламени, накрывшая группку черных волхвов, кучковавшуюся у стенки. Качественно накрыла! То, что осталось от этих ребят, опознанию не подлежало.

А где же Хрижак? Я зло оглянулся. Вот он! Пытается отлипнуть от стены, куда его швырнуло при моем превращении. Не так быстро, дружок!

Хорошо все же иметь длинную и гибкую шею! Я носом придавил его к стене.

— Ну чччто? — Я впился взглядом в маленькие черные глазки на обрюзгшем лице некроманта. — А сссебя ты поднять в качессстве зомби сссможешь?

В это время я хлестнул хвостом, снося с ног нескольких черных, рванувшихся к Сантии.

— Тьфу ты! Так их, Левиус! — закричала Сантия. — А этого черного сожри!

Я придавил передней лапой Хрижака и обернулся к Сантии:

— Да ну его! Сссожру, так еще несссварение жжжелудка заработаю. Лучшшше я его не сссожру, а сссожгу!

— Ой! — крикнула Сантия, уставившись мне за спину.

Что там такое? Я повернул голову. Хрижак, весь окутавшись темными полосами, истаивал под моей лапой.

Я отдернул лапу и врезал по этому месту струей пламени. Что-то сверкнуло, раздался хлопок, прорвавшийся сквозь шум извергающегося пламени.

Когда огонь спал, на месте Хрижака ничего не осталось.

— Куда он делся? — спросила Сантия, деловито освобождаясь от веревок, которыми была опутана. — Сгорел без остатка?

— Не зззнаю, — признался я.

На меня нахлынула ужасная усталость. Хотелось свернуться клубочком и заснуть где-нибудь в укромном уголке.

— А как теперь обратно? — растерянно спросил я.

— Зачем? — удивилась Сантия. — Ты мне так еще больше нравишься. Оставайся таким. Я тоже научусь оборачиваться. Мне кажется, что из нас получится красивая пара.

Но, видимо, мое желание как-то сработало. Снова круговерть бликов и кругов — и я рухнул на алтарь.

— Вот это другое дело! — прокряхтел я, принимая сидячее положение.

Сантия прошагала куда-то в сторону и вернулась со своим кинжалом. По пути она зло пинала слабо шевелящихся волхвов. Ну тех, кто мог шевелиться, естественно.

— И как отсюда выбираться? — поинтересовался я, поежившись.

Что-то здесь не так тепло, как мне показалось раньше.

— Сейчас, — пообещала Сантия.

Она наклонилась над одним из присутствующих, ухватила его за волосы и, приставив кинжал к горлу, мягко сказала:

— А ведь за тобой должок. Я ведь запомнила, как ты мне пощечину залепил. Или ты попробуешь сейчас сказать, что это был не ты?

Волхв зажмурился, ожидая для себя самого худшего. Я, честно говоря, тоже не думал, что Сантия ему цветы подарит.

— Эй! Я с тобой разговариваю! — Сантия дернула свою жертву за волосы. — Глазки раскрыл! Долг отрабатывать будешь?

— Буду, конечно же буду, госпожа, — торопливо пролепетал волхв.

— Сейчас ты поднимешься и выведешь нас отсюда на волю, — приказала Сантия. — И без фокусов мне! Иначе мой парень… — Сантия ласково взглянула на меня, — снова обратится драконом, но на этот раз специально по твою душу. Мне даже марать свой кинжал об тебя не придется. Понял?

— Да-да! — Волхв боялся лишний раз шевельнуться.

— Веди! — приказала Сантия, вставая и отводя кинжал от горла своей жертвы.

— И быстрее, пока я тут не замерз, — сказал я, выискивая взглядом свою куртку. — Секундочку!

— Что? — недоуменно взглянула на меня Сантия.

Я отпихнул ногой тело одного из неудачников и подхватил с пола свою куртку. Чего ее оставлять? Куртка хорошая, кожаная, почти новая, между прочим.

— Уже ничего. Пошли!

— Подожди теперь ты! — Сантия нагнулась у основания алтаря, что-то нашаривая там рукой. — О! Вот он!

Она протянула мне какую-то конструкцию. Между двумя золотистыми пластинами был зажат кристалл черного цвета. Я осмотрел странную штуку со всех сторон, потом дернул за кристалл. Он выскочил из зажимов, и сразу же меня накрыла благодатная энергия магической силы.

— Это был нейтрализатор однако, — сообщил я, выщелкивая вверх осветительный шарик.

Как всегда, этот шарик был великоват, но это ведь не главное? Главное, что он хорошо освещал все вокруг.

Волхв достаточно долго вел нас по каким-то извилистым коридорам. Я уже начал подозревать в нем суицидальные наклонности. Но вот впереди появился источник дневного света. Мы вышли из пещеры на ровную площадку. Едва заметная тропка убегала вниз по склону от этой площадки. В сгущающихся сумерках мы увидели невдалеке крепостную стену Пертаны.

— Вам туда, — нерешительно указал рукой волхв. — Там немного пройти, и выйдете к стене. В стене есть дверь.

— Ага! — кивнул я. — Дернешь за веревочку, дверь и откроется. Знаем, проходили! Веди, образина, дальше! И за веревочку дергать ты будешь, понял?

Сантия заботливо ткнула кинжалом пленника ниже поясницы. Тот дернулся, но покорно пошел впереди нас, следуя по прихотливым изгибам тропы. Я заметил, что волхв старается держаться середины.

— Санти, — окликнул я, — будь внимательна. Наверняка эта тропка с сюрпризами.

— Ты это кому рассказываешь? — фыркнула девушка. — Я, если хочешь знать, специалист по таким штукам. Смотри, сам не попадись!

Действительно, в стене оказалась незаметная дверь. Наш пленный нащупал какой-то камень и повернул его против часовой стрелки. Часть стены задвинулась внутрь, и мы прошли в образовавшийся проем.

Еще несколько шагов, и мы оказались в задней комнате торговой лавки. Груды кожи, какие-то обрезки, несколько новых изделий, сваленных грудой.

— Пшел вон! — пнула ногой волхва Сантия. — Еще раз поднимешь руку на женщину, я тебя евнухом халифата сделаю!

— А эту лавочку следует прикрыть, — кивнул я. — Уже хотя бы за то, что хозяин с черными волхвами связан.

Мы прошли в торговую часть. Приказчик изумленно пялился на нас, пока мы деловито подходили. Потом в его мозгу что-то сработало. Он дернулся к выходу. Но я метнул огненную стрелу, вспыхнувшую перед ним. Приказчик шарахнулся назад и попал прямо в объятия Сантии.

— Куда ты? — проворковала она, заботливо приставляя кинжал к горлу приказчика. — А обслужить клиентов не желаешь? Какая разница, с какой стороны они зашли.

— На черных волхвов работаешь? — грозно нахмурился я. — Теперь не обижайся!

— Я не… Это он! — залепетал приказчик. — Хозяин то есть. Я только работаю тут.

— Где хозяин? — резко спросил я. — Быстро!

— Он куда-то вышел. Только что. Его позвал странный человек. В каких-то лохмотьях, обгорелый…

Я не слушал дальше. Я прыгнул к двери, распахнул ее и… натолкнулся на Итэла. Следом за ним спешил Портиус.

— Так! — тяжело дыша, проговорил Итэл. — И как это понимать? Как вы тут очутились? Перенеслись? Так вроде бы ты еще не владеешь заклинанием огненного портала.

Я быстро окинул взглядом улицу. Пусто! Ушел, гад!

— Я не владею, а вот один наш общий знакомый владеет. Правда, не огненным порталом. Что там у некромантов практикуется?

— Здравствуйте! — мило улыбнулась Сантия из-за плеча приказчика.

— Это ты о ком? — осведомился Портиус, обеспокоенно рассматривая меня.

— Хрижак. Слышал о таком?

— Снова он! — Итэл тяжело вздохнул. — Ну почему он появляется в самый неподходящий момент? И с чего ты взял, что он некромант?

— Тогда зайдем с другой стороны… Сантия, отпусти ты его. Ясно же, что он к этому делу никак не причастен.

— Это тебе ясно, — капризно ответила девушка. — А я еще разбираюсь. Приказчиками просто так не становятся.

— Левиус! Ты еще не ответил на мой вопрос, — напомнил о себе Итэл.

— Ах да! Ты помнишь такого Рахула? — с интересом спросил я.

— Конечно, но при чем тут он?

— Так ведь Хрижак и Рахул — это одна морда! Поэтому его черные заклинания действуют даже, когда включен нейтрализатор. — Я извлек из кармана кристалл и пластины. — Вот! Мы тут трофеем по случаю разжились.

Портиус ухватил с моей ладони кристалл и, прикрыв глаза, стал его пропускать через себя.

— Это из Низдана, — наконец сообщил он, пряча кристалл в карман. — Надо будет произвести соответствующий ритуал и отпустить душу бедного мага.

Итэл стоял как мешком из-за угла пришибленный. Видимо, для него мое откровение было неожиданным.

— Повтори, что ты сейчас сказал, — через некоторое время прорезался голос у наставника.

— Я сказал, что Хрижак — это Рахул. А Рахул, соответственно, это Хрижак. Он мне признался, что испытывает к тебе нежные чувства за то, что ты его спас, только поэтому, мол, ты еще жив.

— А меня интересует, почему это вы еще живы? — подозрительно спросил Портиус. — Как вы умудрились справиться с Хрижаком, или Рахулом? Да еще и нейтрализатором разжились!

— Левиус был великолепен! — вмешалась Сантия. — Они его так… а он их так, потом еще так… а после этого — вот так!

Сантия размахивала руками, а все отшатывались, потому что в руке девушки был зажат кинжал, и он свистел в опасной близости от слушателей.

Мне почему-то не хотелось посвящать магов в то, что я оказался драконом. И я с беспокойством прислушивался к рассказу Сантии. Как бы она не проговорилась.

Но Сантия тоже, видимо, не желала посвящать кого бы то ни было в эти детали. Она очень ловко обходила все тонкие моменты. Под конец у всех сложилось впечатление, что битва была жаркой, я — герой, да и сама девушка — не промах.

— Эх! Как же вы Хрижака-то упустили? — с досадой впечатал кулак правой руки в ладонь левой Портиус.

— С Хрижаком мы еще разберемся, — пообещал Итэл. — Спасибо, что живы остались. Пошли домой! День выдался беспокойный и длинный. Страже об этом тайном ходе я сообщу. Как сообщу и о том, кто этим ходом пользуется.

Уже уходя, я оглянулся. На углу торчал Шаротан, внимательно глядя нам вслед. Интересно, он специально не отреагировал на захват нас Хрижаком или это вышло случайно?

ГЛАВА 26.

— Еще раз сотвори огненный родник! — скомандовал Портиус. — Да не тот, что в прошлый раз. Ты же чуть всю гостиницу не спалил. Зачем ты вкладываешь во все, что ты творишь, столько силы? Учись разумно ее расходовать. А то в самый нужный момент ее может и не хватить.

Интересно, как это ее может не хватить, если вокруг меня, стоит только пожелать, разливается море огня? Но в чем-то Портиус прав. Я из-за этого родника не могу освоить огненный портал. А эта штука очень полезная во всех отношениях. Особенно если учесть мою нелюбовь к пешему передвижению. Да и по времени изрядная экономия получается.

Я снова зачитал заклинание и, изо всех сил сдерживаясь, подпитал его малой частью стихии. Из земли вырос небольшой столбик ясного пламени. Вот его верхушка забурлила и начала распадаться, как обычная вода, стекая вниз, к земле.

— Вот! — благоговейно прокомментировал Портиус. — Это оно. Держи его! Не добавляй пока силы. Пусть стечет немного.

Вокруг родника образовалось кольцо выгоревшей земли.

— Теперь вспомни место, в котором ты бы хотел оказаться! — распорядился Портиус.

Я честно вспомнил домик бабы Мани. Вот куда я всей душой хотел бы попасть! Но чуда не случилось. Я чертыхнулся и беспомощно взглянул на Портиуса.

— Давай-давай! — неумолимо отозвался тот. — С первого раза оно, конечно, сложно. Но в том-то и дело, чтобы ты тренировался и освоил досконально весь процесс.

На этот раз я представил прихожую дома Итэла в Тристорне. Родник полыхнул и преобразовался в рамку, в которой я увидел вожделенную прихожую. Причем именно такую, какую я и представлял. Я сделал шаг, желая оказаться там. Но Портиус ухватил меня за куртку и рванул назад.

— Идиот! — прошипел он. — Головы не жалко? Тогда хоть мою пожалей! Итэл ее мне оторвет, если ты погибнешь.

— Да что такое? — недоуменно спросил я. — Что не так?

— А ты присмотрись к картинке! — посоветовал Портиус. — Да, портал установлен правильно. Но это еще не значит, что в него можно входить. Если ты так поступишь, то очень может быть, что ты окажешься внутри стены или какого-нибудь предмета, находящегося в месте выхода. Или, упаси Единый, в теле того же Коргута, которому приспичило остановиться именно в этом месте. Надо обязательно осмотреть место выхода. Вспомни! Я же дал тебе эту часть.

Я припомнил второе заклинание и прочитал его, направляя, как и указывал Портиус, в центр рамки. Картина изменилась. Нет, там-таки была прихожая, и эта прихожая была в доме Итэла. Но изменилось освещение, проявился стул у стены, которого раньше не было. В углу рамки я уловил задницу слуги, наклонившегося и что-то убирающего в углу.

— Крути рамку, крути! — распорядился Портиус. — Ты должен быть уверен, что твой выход будет полностью безопасен!

Я крутанул портал вокруг оси. Он оказался расположенным точно посреди прихожей.

— Вот теперь можно и войти, — поощрительно кивнул Портиус.

— А портал оттуда не виден? — спросил я.

— Выходная часть огненного портала не видна, — кивнул Портиус. — Только легкий контур. Именно в этом и заключается его достоинство.

Я не смог удержаться. Понимаю, что это недостойно меня, но искушение было уж очень велико. Я сделал шаг вперед и пнул ногой в оттопыренный зад слуги. Раздался грохот.

— Лучше я в другое место войду, — лучезарно улыбаясь, предложил я, взмахом руки ликвидируя портал.

Губы Портиуса предательски дрожали. Он изо всех сил старался удержать строгое выражение лица, которое и должно быть у наставника. Наконец он не выдержал и расхохотался.

— Мальчишка! — выдавил он сквозь смех. — Взрослый мальчишка! Но стиль есть!

— Я не знаю, как же мне быть с теми драконами, которые меня сюда привели, — вздохнул я и с надеждой посмотрел на Сантию.

Зря надеялся на ее добрый и мудрый совет. Вот уж что ее вовсе не интересовало, так это мои обязательства перед какими-то драконами.

— Ну привели, — пожала она плечами. — Так и что? Мы теперь сами драконы. Да и не простые какие-нибудь. Я все же хочу отправиться туда, куда зовет этот Шаротан. Просто посмотреть. Ненадолго… Ну, Левиус! Ну что ты кривишься?

— Да. Тебе интересно, — хмыкнул я. — Конечно, происходить из родовитой семьи гораздо лучше, чем, как мне, начинать все с нуля.

— Так уж и с нуля, — прищурилась Сантия. — Ты все же уже маг. Это-то имеет значение?

— Какое? — безнадежно спросил я. — Если там даже дети умеют и могут значительно больше, чем я.

— Но с тобой буду я! — вскинула головку Сантия.

— Да кто тебя будет спрашивать? Отдадут замуж за какого-нибудь такого же родовитого…

— Ну это в том случае, если они захотят его лишиться, — кивнула девушка. — Так это же ненадолго. Не волнуйся! Я с ним быстро разберусь.

— Нет! — решил я. — Лучше быть сильным магом здесь, чем слабеньким недоученным детенышем там. А ты действительно отправляйся. Там ты хоть будешь в безопасности. Хрижак там до тебя не доберется.

— Вот как? Избавиться от меня захотел?

Взгляд, который метнула на меня Сантия, не предвещал ничего доброго. Надо срочно откатывать назад.

— Что ты! Ни в коем случае, — сделав честные глаза, открестился я. — Я о тебе забочусь.

— О себе я и сама в состоянии позаботиться, — отрезала Сантия.

В комнату стремительно вошел Портиус, заставив нас замолчать.

— Воркуете? — осведомился он, роясь в ящике стола.

— Да что-то вроде того, — не стал отрицать я.

— Я вот тут на досуге подумал, — благосклонно обратился маг к Сантии. — А давай я все же возьму тебя в ученицы. Ты как?

— А я возьму и соглашусь, — ответила Сантия и показала мне язык, после чего томно вздохнула. — Я даже, может быть, влюблюсь в своего наставника.

— А вот этого не надо! — даже передернуло Портиуса. — Никаких романов между наставником и учеником быть не может!

— Согласен! — кивнул я. — Потому что до сих пор учениками обычно бывали особи мужского пола. Ну какие тут романы могут быть?

— Ты это прекрати! — потребовал Портиус, строго сведя брови к переносице. — Всякие там романтические отношения очень сильно мешают учебе… Вот помню, как я на третьем курсе неосторожно влюбился в… Ну, это не важно! Не стоит компрометировать эту даму… Так вот. Я тогда очень отстал от других студиозов, несмотря на то что был самым сильным из них.

— Я отстать не боюсь, — улыбнулась Сантия. — При том, что я вообще ничего не знаю, отставать просто некуда.

А вот и мой наставник! А я все гадал, когда же он придет.

— Сейчас мы отправляемся домой, — потирая руки, провозгласил он. — Так как нам на этот раз не надо искать пропавшую девушку, можно значительно сократить путь и отправиться домой через портал. И портал на этот раз будет создавать Левиус.

— А как же наши кони? — удивился я.

— Коней приведет Шонсис, наш возничий, — небрежно отмахнулся Итэл. — Так как, ты готов создать портал?

— Может быть, он и готов, — неожиданно вмешалась Сантия, — только вот я не готова в портал входить. У меня тут еще есть некоторые дела.

Я удивленно взглянул на девушку. Это еще какие дела у нее могут тут быть?

Сантия выразительно взглянула на меня. Я пожал плечами.

— Не обсуждается! — отрезал Итэл, не обращая внимания на наш обмен взглядами. — Мы обещали твоему отцу найти тебя и доставить домой. Значит, мы должны выполнить свое обещание.

— Но я не хочу! — сердито топнула ногой Сантия. — Отправляйтесь без меня.

— Ученица! Молчать! — прикрикнул Портиус. — Выполняй распоряжение старшего мага!

— Я пока еще не твоя ученица! — огрызнулась девушка.

— Я советую тебе успокоиться и сделать то, что тебе говорят, — твердо сказал наставник. — Иначе мне придется применить магию. Я обещал твоему отцу, и я сдержу слово. Берите свои вещи и спускайтесь на задний двор гостиницы. Отправляться будем оттуда. Портиус, обучи Левиуса еще и создавать защитную подстилку под родником. Не дело, когда портал представляет нешуточную угрозу пожара для окружающих.

— Подожди! Но ты же хотел на обратном пути в Каран-Шога заглянуть, ров сотворить, — недоуменно проговорил Портиус.

— Это подождет! — непреклонно заявил Итэл. — Сейчас надо закончить с этим путешествием!

И вот мы во дворе гостиницы. Итэл и Портиус придирчиво следят за моими действиями. Сантия надулась и не желает ни с кем разговаривать. Я… А я колдую над порталом.

Не знаю, как кого, а меня сбивают взгляды посторонних, наблюдающих за моими действиями. Я начинаю путаться. У меня все буквально валится из рук. А тут еще эти язвительные замечания старших магов!

Наконец мне удалось направить портал на прихожую дома Итэла.

Когда картинка стабилизировалась и мы убедились, что в точке выхода никого нет, Итэл благосклонно мне кивнул и распорядился:

— Первой идет Сантия, потом я и Портиус. Левиус, заходишь последним и при выходе закрываешь портал. Портиус, проследи и подстрахуй при нужде.

Итэл повернулся к Сантии и любезно указал на вход портала:

— Прошу!

Сантия независимо передернула плечами и шагнула в проем. Итэл пошел сразу же за ней.

— Поддерживай поток, но сильно не напрягайся! — посоветовал мне Портиус, проходя в портал в свою очередь.

Я только пожал плечами. Что значит не напрягаться? Я и не напрягался совсем. Разве что некоторые усилия вызывал контроль. Но не в том, что мне было тяжело, а наоборот. Приходилось стараться не вкладывать слишком много силы.

Ну вот и мой черед. Я быстро запрыгнул в портал, сразу же развернулся и полюбовался на светлый контур выходной рамки, после чего и закрыл его. Вот и все! Я гордо обернулся, ожидая похвалы. И только тут понял, что что-то пошло не так.

Мы стояли в месте, которое очень мало напоминало прихожую Итэла. Вернее, оно совсем не напоминало ее.

Мы оказались на лесной поляне в разгар лета. Вокруг высился частокол сосен. Аромат разморенного жарой леса обрушился на нас. Оглушительно пели птицы, стрекотали кузнечики, негромким шорохом отзывались на легкие порывы ветерка кроны деревьев.

Маги встревоженно оглядывались по сторонам. Сантия, вытащив свой любимый кинжал, попятилась ко мне.

— Где мы? — ошарашенно спросил я.

— Это я хотел задать такой вопрос, — сердито отозвался Итэл.

— Я успел раньше, — огрызнулся я.

— Но портал творил ты, — напомнил Портиус.

— И он был туда, куда мы стремились. Вы же сами это видели, — попытался оправдаться я.

— Подождите! — остановила нас Сантия. — Там кто-то есть.

— Неужели снова Хрижак? — неприятно удивился я.

— Не похоже, — мотнул головой Итэл. — Такой интерьер совсем не в его вкусе.

Кусты на противоположном краю поляны зашевелились, кто-то сквозь них пробирался. Наша реакция оказалась ожидаемой.

Вокруг Итэла и Портиуса закружились защитные шары. Сантия нырнула за мою спину. А я создал самый большой огненный шар за всю историю моего владения огненной стихией. Он сразу же загудел, как огромный шмель.

Кусты еще активнее зашевелились, и из них выбрался… Шаротан. Он нам радостно улыбнулся. Как будто не замечал нашей готовности угостить его малоприятными сюрпризами. Впрочем, вспоминая, как бесславно погибли мои снаряды… Но ведь Итэл и Портиус — это же совсем другое дело!

— Извините, господа, что я вмешался и перенаправил вас сюда, — заговорил Шаротан.

— Кто ты? — грозно спросил Итэл.

— Да вот ребята знают, — еще приятнее улыбнулся Шаротан. — Собственно, именно они мне и нужны. А вы попали сюда уже за компанию.

— Я вот сейчас тебя угощу горяченьким, — процедил Портиус. — Да и мой друг с его учеником добавят. За компанию.

— Ты сссмеешшшь угрожжжать мне, человек?!

Что-то мне этот голос напоминает. Вроде бы я тоже так шипел пару раз. Но если это то, что я думаю, то моим наставникам грозит нешуточная опасность.

Шаротан окутался багровым сиянием, и перед нами уже возвышался дракон, отсвечивая алой чешуей под ярким солнцем.

Надо срочно предотвратить смертоубийство! Несмотря на ошеломление, маги все же решили защищаться. Эх, пропадай моя телега, все четыре колеса!

Я шагнул вперед, впитывая созданный мною огненный шар. Как там у меня было?

Блики, разноцветные круги, и я, слегка пошатнувшись, утвердился на четырех лапах.

— Не сссмей трогать иххх! — прорычал я и фукнул под лапы Шаротана струей пламени.

Впрочем, это уже было не так актуально. Шаротана буквально поразил мой вид. Он попятился, не сводя с моей персоны глаз.

— Бронзззовый?! — пророкотал он.

Я опустил голову и взглянул себе под лапы. Потом поднял голову и, обернувшись назад, осмотрел спину и аккуратно сложенные на ней крылья.

— Как по мне, так я ссскорее зззолотой, — высказал я свое мнение.

Дальше я обратил внимание на моих наставников. Общее мнение можно было выразить одним словом: «Приплыли!».

Но если Портиуса еще можно было понять, то чем так поражен Итэл? Он же слышал теорию о моем родстве с драконами. Только что она получила подтверждение. Только и всего.

— Лапочка! — высказалась Сантия, глядя на меня сияющими глазами. — Ты, как всегда, готов стать на нашу защиту.

— Я зззнал, что ты один из нассс, но я не зззнал, что ты бронзззовый, — сообщил Шаротан.

— А это что, имеет какое-то значение? — спросил я, снова возвращая себе человеческий вид.

При этом пришлось подняться с травы и постараться очистить штанину.

— Да, и обернись, пожалуйста, человеком! — продолжил я. — Разговор с драконом — это напрягает.

Шаротан послушно преобразовался.

— То, что ты бронзовый, это имеет большое значение для тебя. Ну и для меня, если подумать, — пояснил он. — Надо же! Я обнаружил пропавшую драконицу из родовитой семьи и целого бронзового дракона!

— А теперь я бы хотел знать, что это означает? — прочистил горло Итэл. — И почему не интересуются при решении судеб наших учеников мнением их наставников?

— Потому, что это уже не ваши ученики, — высокомерно отозвался Шаротан. — Это достояние нашего народа! Ибо они высокие господа Поднебесного Свода. И их место тут! Я могу вас отправить в тот мир, из которого вы сюда попали. Но высокие господа останутся здесь. Им предстоит еще многое узнать и многому обучиться.

— Идите! — тепло сказал я магам. — Не волнуйтесь, но готовьтесь! Я вернусь туда.

— И я! — поддакнула Сантия. — Только поломаю тут пару порядков и вернусь. Они даже рады будут, что я уйду. Это я обещаю!

Примечания.

1.

Не обольщайтесь! То, что будет вам понятно, это мои старания. На самом деле эти ребята выражаются так, что уши вянут! Просто на бумаге я этого полностью передать не могу.

2.

Гандишанские маги отличаются крайним упрямством, злопамятны и вредны.

3.

Нечто вроде мавров в этом мире.

4.

Местный герой, давно померший, но совершивший массу подвигов.