Хроники Мианора.

Екатерина Николаичева. ХРОНИКИ МИАНОРА.

Часть первая. ПРОСТЫЕ БУДНИ ВОРОВСКОЙ ЖИЗНИ.

ПРОЛОГ.

На скале, нависающей над высохшим руслом реки, стояло дерево. Нет, не так. На скале, нависающей над высохшим руслом реки, стояло Дерево. Нет, оно вовсе не было легендарным, необычайным, особо редким эльфийским Эланором, и даже не было вездесущим и таким родным могучим дубом всех времен и народов. Но на одной ветке безымянного дерева, склонившейся над самым обрывом, сидел худощавый юноша и деловито привязывал толстую веревку на другую, чуть повыше.

Веревка явно не поддавалась, юноша периодически хмурился и поглядывал на чуть светлеющую линию горизонта. До рассвета было полчаса. Вокруг простиралось поле, которое пересекал безлюдный в это время тракт, и некому было остановить решительно настроенного юношу. Вот лег последний узел и тут же развязался…

— Вот демон! — выдал парень. И чуть не сорвался.

Глава 1. КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ.

Все демоны Круга! Как же так? Почему, почему из всех вездесущих, таких же, как и я, удачливых бродяг, богиня неудачи посетила именно меня? Непонятно? Поясню. Начать с того, что совсем недавно, дня три назад, я успешно провернул одно крупное дельце. Мне несказанно повезло, я наткнулся на настоящий клад! Завершил я это самое дело… Да, кому неизвестно, сообщаю: я — вор с семилетним стажем, специализируюсь в основном на драгоценностях, деньгах и особо ценных предметах разных мастеров, оружие в том числе. Так вот, окончив дело, я отправил полученный капитал в столицу, где сравнительно недавно приобрел себе небольшой особнячок и складировал накопленное, теряясь в догадках, сколько же на самом деле у меня уже денег. И уже два дня пребывал на заслуженном отдыхе.

Тут в таверне того же городка, где жил хозяин опустевшего домика, подходит ко мне один человек. Мол, так и так, вот заказ, нужен исполнитель. Вообще-то я не очень люблю непроверенные заказы… А тут как демон за язык дернул: согласен! Да ладно, какой демон? Жадность меня сгубила, жадность… Хм, видели бы вы, сколько мне должны были заплатить! И нет бы заподозрить неладное… Нет, я с радостью кинулся в очередную авантюру. Дело-то было простое. Всего-то выкрасть одну не особо крупную вещичку (заколку на голову, ха!) да принести в назначенное место. Хотя слегка озадачивало место хранения… тьфу ты! Озадачивало… Да там, в заказе, прямым текстом было: влип ты, парень, как девственница в лунную ночь, попавшаяся к особо извращенному некроманту. А хранилась эта вещь… в парке. Да-да, в самом настоящем парке! В дупле какого-то дерева. Хранилась… В общем, выкрал я ее. Не сложно, да?

Вот только заказчик на место встречи не явился — это раз; заказчик оказался хозяином того самого домика, который я обокрал, — это два (я потом из надежных источников вызнал); хозяин той самой вещички некромант — это три… Так, стоп! Некромант. Этих магов у нас в империи не любили. Да что там — их терпеть не могли. Особенно всем известная и знакомая по слухам Академия магов. В общем, они были запрещены и их усердно ловили. Да только поди поймай тех прохвостов: империя-то большая, а людей, понимающих в этом, не так уж и много. Заявит на кого один такой вот старатель, и не докажешь, некро он или нет. Императрица вообще на сторону смотрит. Вот и беспредельничают у нас некроманты, как хотят. Сурьезные ребята… Бежал я из города быстро. Даже очень. До тех пор, пока до конца ночи не осталось полчаса. И тут заприметил подходящее место, то есть дерево… Нет, конечно, идея не блестящая, но чем не выход?

Я снова завязал десять раз проклятый узел и наконец удовлетворился проделанной работой. Осуждаете? Не стоит. Поверьте, это самый лучший выход в данной ситуации. О некромантах и, в частности, об их мести ходят ужасные слухи, даже легенды. И вовсе не все из них только слухи или сказки. Попасть в руки к некроманту страшно, жутко и вполне достойно жалости. Уж лучше смерть, это знает каждый в Мианоре, да и не только в нем… Тэк-с, петлю на шею, шею в петлю… Ух! А может, не надо? Стра-а-ашно ведь… Да! Может, я еще убегу. Срочно слезаем…

Ветка, на которой я совсем недавно с такой опрометчивостью располагался, задумчиво хрустнула… И я рухнул вниз, с обреченностью повешенного чувствуя, как петля затягивается на моей многострадальной, ни в чем не повинной шее. Последней мыслью было: был вором и умер как во-о…

…А в это время императорский дворец стоял на ушах. В переносном смысле, конечно.

— Нашли?

— Не-а.

— А-а-а-а!

— Как же так?

— !

— Нашли!.. — счастливо улыбается Владетель Арек-дар.

В зале Совета висела сосредоточенная тишина. Посреди зала под прицелами тринадцати (символично, а?) пар хмурых глаз стоял паренек лет семнадцати. Внешность у него была довольно примечательная: золотисто-льняные длинные волосы заплетены в косу (как это принято в императорском роду), достигающую до пояса; раскосые, ярко-зеленые глаза смотрят на мир с почти детской невинностью; худощавое, но жилистое телосложение намекало, что парень не чужд боевым искусствам, а в черты лица влюбилась бы любая смыслящая в красоте девушка, что в общем-то и происходило, вгоняя младшего имперского принца (а это был он) в невыразимую тоску.

— Итак, принц… Чем вы себя оправдаете на этот раз?

«А сколько пафоса! Сколько ехидства!» — думал в это время принц. Он давно уже привык к подобным выволочкам Совета Владетелей, и в общем-то это давно основательно наскучило ему. Чего не скажешь о тех «проделках», которые он стал совершать с особым шиком теперь, когда родимая венценосная сестрица сохла по соседнему императору (бедняжка император), а старший братец с головой ушел в имперские дела, спешно ее замещая. Если вы увидите бродящего по дворцу упыря с зеленоватым лицом и красными глазами, не пугайтесь. Это всего лишь старший имперский принц Эвариан.

— Ну-у-у, понимаете, все дело в том, что я в общем-то ни в чем не виноват… Я только следовал советам всеми уважаемого советника Арек-дара.

— Что-о-о? Да я, да вообще!..

— Спокойно, Арек-дар. Принц, поясните.

— Ну как же, помните, что вы сказали мне в прошлый раз? Нет? Вы сказали: «Ваше высочество, займитесь чем-нибудь полезным»… Вот я и решил заняться тем, что считаю таковым! — жизнерадостно возвестил юный нахал.

— Вы считаете, что пугать и без того напуганных жителей дворца некими мнимыми привидениями, инсценируя всякие страсти, — это полезно?

— Ну-у-у почему сразу мнимыми?

— А какими же? Откуда в императорском дворце, оплоте высшей государственной власти, может появиться хоть одно захудалое привидение?

— Хм… вон одно точно есть. — И с самым непринужденным видом принц ткнул пальцем куда-то за спину одного из Владетелей. Все тотчас поспешили оглянуться… — Как вам? Сам вызывал!

— З-за-зачем?

— Для укрепления шаткой и ненадежной психики обитателей нашего дворца, дабы при столкновении с одним из некромантов они не теряли мужества и стойкости духа! — И, недолго думая, принц рассказал, как ему удалось все провернуть.

С этим привидением приключилась особая история. Когда известный своей безбашенностью младший имперский принц Ледоник шлялся по многострадальному императорскому дворцу, маясь от безделья после очередной выволочки Совета (весь дворец в ужасе притих, ощущая приближение новой катастрофы), совершенно случайно, как это бывает, он обнаружил один из многочисленных тайников дворца. В тайнике, как ни странно, лежали вовсе не деньги или драгоценности, а старая, потрепанная книжечка с сомнительной надписью: «Духи. Быстро и безопасно». Прочитав основы, Ледоник обнаружил довольно привлекательное и, несомненно, полезное заклинание, которое вовсе не требовало каких-то особых знаний. Все, что было нужно, — это начертить пару непонятных рун на полуда выкрикнуть несколько таких же слов. Раз-два и дело сделано! Ну и что, что призванный дух оказался юной прелестной служанкой, свернувшей себе шею на одной из многочисленных лестниц дворца? Главное — результат. А он был, да еще какой! Бедные обитатели дворца…

— Боюсь, вы переступили границы, принц, — привычно начал советник Владек, но тут же голос его заледенел. — И я попрошу вас удалиться, дабы вы не могли препятствовать дальнейшему обсуждению вашего поведения и вынесению полагающегося наказания. Да-да, ваше высочество, отвертеться на этот раз вам не удастся!

Внутри у Ледоника все перевернулось — что-то явно было не так, но что?

Тем не менее принц с достоинством кивнул головой и неспешно удалился… Для того чтобы сразу же за дверью резко развернуться и почти бегом свернуть в один из многочисленных коридорчиков, нащупать нужный камень и, с легкостью бывалого знатока местных тайных ходов, проникнуть через узкое, но довольно функциональное отверстие в стене к самой своей цели.

В зале Совета Владетелей стояла гробовая тишина. Впрочем, недолго.

— Катастрофа!

— Беспредел!

— Будет международный скандал!

— Это конец!

— Кто-нибудь! Изгоните уже этого несчастного духа!

…Тут надо немного отступить от рассказа и пояснить, что же представлял собой Совет Владетелей Мианорской империи, наравне правящий с императорами рода Мианора. В Совет входили самые влиятельные люди империи. Некоторые из них были непревзойденными воинами и стратегами, другие добились успехов на экономическом поприще, встречались и маги, но их было меньшинство, всего четверо. Маги, как правило, держались несколько в стороне от власти, что вовсе не уменьшало их влияния в империи. Но все Владетели, несомненно, были очень мудры и многое повидали на своем веку, поэтому все важнейшие решения император или императрица согласовывали с ними, а уже менее важные вопросы Совет вполне мог брать на себя. Вот, например, куда бы приткнуть младшего имперского принца Ледоника, тем самым избавившись от жуткой ходячей проблемы, вгоняющей Совет в непроглядную тоску вот уже семь лет, как раз со смерти императора, отца трех детей. Старшей, Анадель, в то время стукнуло двадцать три, возраст, когда можно всходить на престол, принцу Эвариану, необычайно серьезному парню, исполнилось восемнадцать, а вот младшему, Ледонику, тогда исполнилось только десять, самый проблемный возраст, между прочим. И вот с тех самых пор… А уж в последнее время…

Наконец кто-то из магов изгнал призванное существо, и в зале установилось относительное спокойствие.

— Всем нам известно, господа, каково нынешнее положение вещей и каковы будут последствия, если информация просочится за стены этого зала. — Как всегда, речь начал один из самых влиятельных в Совете Владетелей, маг Онорин. — И, в свете случившихся событий, ни у кого из присутствующих здесь не осталось сомнений, что в роду императоров появился довольно сильный маг, более того, с явным присутствием дара некроманта. Решение по поводу дальнейшего будущего его высочества нужно принимать немедленно. В связи с этим предлагаю выслушать предложения каждого.

Зал наполнился невообразимым гулом, каждый из тринадцати Владетелей хотел высказать свое мнение. Внезапно все говорившие умолкли, с почтением глядя на поднявшегося советника. Окинув всех внимательным взглядом серых пронзительных глаз, Владетель Лестар Вышесмотрящий, непревзойденный воин и разведчик (сейчас он заведовал разведкой, хотя занимался в основном иностранными делами) покачал головой и значительно произнес:

— Парень маг, это неоспоримо. Так почему бы нам не предоставить разбираться с возникшей проблемой магам? Отдадим принца в Академию, разумеется тайно.

Разом посеревшие от открывшейся перспективы Крайдек, Онорин, Теллариус и Араника Проницающая открыли было рты, для того чтобы высказать явно отрицательную точку зрения, но остальные советники разом одобрительно загудели, так что возможности отказаться не получилось, маги оказались в меньшинстве. Решение было принято. Завтра с утра младший имперский принц под видом очередного богатого дворянского сынка отправляется в Академию магов, чтобы начать обучение этой незаурядной науке и, несомненно, стать причиной инфаркта многих находящихся там магов…

— Заседание Совета окончено! — сообщил Норед, главный экономист империи, и Владетели, общаясь между собой, отправились по своим многочисленным делам.

…А в одном из тайных переходов, на холодном пыльном полу, опираясь спиной о стену, сидел младший имперский принц Ледоник, семнадцати лет от роду, ошарашенный взгляд зеленых глаз которого в полной прострации упирался в потолок…

По полю на сером коне ехал человек. Этот человек начисто игнорировал пересекающий поле тракт, а потому не мог быть замечен юношей, деловито привязывающим кусок веревки к одной из веток чахлого деревца, нависающего над высохшим руслом реки, также пересекающим поле. Заметив юношу, человек остановил коня и некоторое время с одобрением наблюдал за парнем. Веревку тот прилаживал вполне профессионально, что довольно редко можно было встретить у молодежи. Наконец с веревкой было покончено, и лишь тогда до воина (на это указывала торчащая из-за спины рукоять меча и легкая, но крепкая кольчужка, почти незаметная под кожаной курткой) дошло, для чего, собственно, молодой парень посреди безлюдного поля решил прикрепить веревку на ветке одиноко стоящего дерева…

Темно. Что ж, я умер, и это вполне объяснимо. Но почему, демон меня подери, тогда так болит шея? Или так и должно быть? Стоп. Раз у меня есть шея, то есть и все остальное. Может, попробовать открыть глаза? И-и-и рраз! Левый. Два-а… Правый. Небо. Изумительно! Пожалуй, это самое хорошее, что есть после смерти.

Я осторожно скосил глаза вправо и некоторое время с удивлением разглядывал подозрительно знакомое дерево. А-а-а! Мгновение — и я уже на ногах. Зря. В глазах приветливо заплясали цветные зайчики, птички и даже лошадки… Я покачнулся, как с похмелья, опасно накренясь влево… Падение было неизбежно. Но тут же был бережно и заботливо поддержан твердой рукой и медленно и аккуратно усажен на землю. Э-э-э… Бережно? Заботливо?

— Куда же ты вскочил? — укоризненный мужской голос, мне незнакомый.

Некромант! Я в ужасе дернулся, вырываясь, брякнулся башкой о землю, а в глазах неожиданно прояснилось. М-да-а… Клин клином вышибают. И тут же с облегчением вздохнул. Кем бы ни был так не вовремя спасший меня человек, он не некромант. Начать с того, что он был воином. Да-да, самым настоящим воином. Довольно молод, хотя для меня уже старик: выглядел он лет на двадцать пять, когда мне исполнилось только-только семнадцать. Из-за плеча, на наспинных ножнах, торчал полуторник (золотых на семь, по привычке прикинул я), прочная кольчужка, пара не особо скрытых кинжалов, и — никаких знаков принадлежности к гарнизону одного из многочисленных замков империи. Значит, вольнонаемный. Серьезный парень.

Теперь о его внешности. Пепельные, коротко остриженные волосы свободно рассыпаются на ветру, смуглая, чуть обветренная кожа, нос с легкой горбинкой, сурово сжатые губы, подбородок выдается вперед, свидетельствуя о нелегком характере, рост чуть выше среднего, плечи широкие, но не излишне. Но больше всего меня поразили его глаза — огромные, глубокого синего оттенка, того самого, который иногда можно увидеть на предвечернем небе, свидетельствующие, что у воина имеется хотя бы капля эльфийской крови. Он с явным интересом разглядывал меня (а как же, когда ему еще встретится вор, собственноручно сооружающий себе виселицу?).

— Шамир. Можно просто Шэм, — представился он.

— Ил, — коротко и ясно. Ой… Это что — мой голос? — Какого демона?! Куда ты полез? — возмущенно хриплю я, преодолевая боль в горле. Все, у меня истерика. Иначе как объяснить то, что я явно недоволен тем, что мне спасли жизнь?

Не отвечая, Шамир подкинул пару веток в горящий костер. Только тут я заприметил его, как, впрочем, и серого коня, пасущегося неподалеку. Позор! Как я их не заметил? Или я провисел в петле некоторое время, пока они меня не нашли? Я еще жив? Чудно!

— Мне показалось, в последний момент ты передумал.

— Тебе показалось! — огрызнулся я, делая очередную попытку встать. На этот раз у меня получилось. — И вообще, какое тебе дело?

— Никакого, — согласился Шэм, силой усаживая меня обратно.

— Пусти! — жалкая попытка вырваться.

Я беспомощно замираю на месте, чувствуя предательскую слабость во всем теле. М-дя-а… Убежать явно не удастся.

— Понимаешь, — проникновенно начал он, — с годами я понял, что жизнь — дорогая штука, ее надо беречь…

Я картинно закатил глаза и сделал вид, что падаю в обморок. Впрочем, симулировать не пришлось, организм явно не перенес издевательств моего актерского таланта и поспешил отключиться от всех внешних раздражителей. Я радостно улыбнулся обнимающей меня бархатной темноте….

Некоторое время Шамир пытался привести ненормального юношу в себя, но увидел, что тот отключился надолго, и отстал. Подкинул несколько веток в костер и серьезно задумался. Он сам не знал, зачем спас самоубийцу, но точно знал, что пропасть своим трудам теперь не даст (дурацкая веревка оказалась на удивление крепкой, и он затупил об нее не один кинжал). Шэм тяжело вздохнул, вспоминая реакцию парня на его спасение. Что-то подсказывало ему, что дальнейшее путешествие станет более сложным и непредсказуемым. Костер наконец разгорелся, и в его свете воин смог более четко рассмотреть новую проблему, появившуюся на горизонте его жизни.

…Ничего особенного, в общем. Парню лет семнадцать. Черные, как сама ночь, волосы, кажущиеся серыми из-за осевшей на них пыли, собраны в небрежный хвост, достигающий лопаток. Тело худощавое, гибкое, но с боевым искусством явно незнакомое. Упрямо сжатые губы даже в бессознательном состоянии указывали на вздорный характер; на лице навечно застывшее ехидное выражение, так не соответствующее тому образу самоубийцы, каким Шамир его рисовал. Хотя много ли он встречал самоубийц? Может, этот парень сумасшедший? Поддавшись внезапной мысли, воин наклонился вперед, желая рассмотреть в чертах лица юноши признаки безумия. Внезапно, словно почувствовав взгляд, тот широко распахнул глаза, и в свете начинающегося рассвета сверкнули два нахальных ярко-зеленых глаза… Шамир рефлекторно отшатнулся, отводя взгляд, а когда снова посмотрел, парень вновь находился в забытьи. Шэм опять подкинул пару веток в костер. Странно, насколько он слышал, такой чистый зеленый цвет глаз был только у одного человека в империи. Выходит, врут слухи.

Над империей всходило солнце. Яркие огоньки росы тут и там сверкали в траве, в кронах деревьев, в цветах…

В самом центре империи, в ее столице Импералеаде, в одной из дворцовых комнат, ругался на чем свет стоит младший принц Ледоник, с тоской глядя в свое будущее и прикидывая, какова будет его месть.

Там же, на одной из башен, мечтательно глядя вдаль (по направлению к соседней империи, Кароле), стояла светлейшая императрица Анадель, прикидывая в свою очередь очередную дозу приворотного зелья для императора Валентина.

Где-то в Академии спешно заседал совет магов, которым сообщили о прибытии нового ученика с даром некроманта (вот только не сказали, что это будет принц).

В одном небольшом городе, Южеле, гуляя по парку, проклиная все и вся на одном из темных наречий, бродил могущественный некромант, не сумевший взять след, и теперь спешно придумывающий план перехвата того талантливого вора, столь грамотно заметшего следы.

А в полутораста милях от этого города, у разведенного костра, сидел бывалый воин и с любопытством разглядывал того самого вора, находящегося в бессознательном состоянии и совсем недавно сооружавшего самому себе виселицу. Пожалуй, только он один в этот утренний час безмятежно пребывал в покое. А в его волосах красовалась симпатичная заколка, изображавшая золотую змейку с глазами-изумрудами. Вот солнечный луч скользнул по волосам юноши и как бы невзначай коснулся заколки. Змейка сладко зевнула и улеглась поудобнее.

Все только начиналось…

Глава 2. ПЕРВЫЙ КАМЕНЬ ЛАВИНЫ.

Император Валентин, правящий соседствующей с Мианором империей Каролой, ожидал завтрака. Внезапно дегустатор императорской пищи вытаращил глаза, провыл нечто неразборчивое, вытащил приготовленный после предыдущих дегустаций портрет и с упоением начал его лобызать. Император привычно закатил глаза и поинтересовался у появившегося из воздуха придворного мага:

— Что на этот раз?

— Изумительно! — восхищался мэтр Ижэн, присматриваясь к дегустатору. — Какая невероятная изобретательность! Какой редкий состав! Помилуйте, ваше величество, да на вашем месте я б женился на этой женщине только за ее неугомонное воображение и упорство!

— К несчастью, вы не на моем месте, — кисло скривился Валентин.

— Ваше величество, она ведь не остановится. Почему бы вам действительно не попробовать? В конце-то концов, вы виделись с ней всего один раз, да и то семь лет назад, при восхождении ее на престол. А тогда были не лучшие времена. Подумаешь, мать была эльфийкой! Подумаешь, красные волосы и глаза! Подумаешь, характер прожженной стервы… э… я хотел сказать… ну вы все поняли! — сказал маг и телепортировался обратно в свою башню, прихватив беднягу дегустатора.

— Алессьер!

— Да, ваше величество!

— Передай свите, чтобы собиралась в дорогу! Мы едем в Мианор, свататься к императрице. — И, не обращая внимания на вытянувшееся лицо главного дворецкого, Валентин, так и не решившийся позавтракать, отправился к себе.

Голова болела немилосердно. Странно, я же вешался, при чем тут голова? Памятуя прошлый вечер, я медленно поднялся. Надеюсь, Шамир уже ушел и находится далеко от меня, чтобы помешать очередной попытке покончить жизнь самоубийством. Валяясь в беспамятстве, я потерял много времени, следовательно, смыться от некрофила мне уже не удастся. И вообще, для того, чтобы избавиться от этой головной боли, я готов и не на такое. Э-э… Что?

Я наконец-то соизволил открыть глаза (но рук от головы не убрал, боль была ужасна) и узрел того самого так не вовремя вмешавшегося воина, засыпающего костер землей и явно собирающегося в дорогу. Демоны! Он все еще здесь. А у меня, похоже, появилась мания самоубийства.

— А-а-а… Очнулся-таки. Собирайся, поедешь со мной.

— Это еще почему?

— А у тебя есть куда пойти еще?

Я благоразумно промолчал. Покосился на обрывок веревки, болтающийся на ветке деревца (не удержался и позлорадствовал, представляя, как воин лез по ней и сколько кинжалов затупил об стыренную мной где-то эльфийскую веревку), тяжело вздохнул и направился в сторону дерева. Уже влезая на столь приметную ветку, услышал взволнованное:

— Эй, ты чего?

Обернувшись, увидел слегка ошалевшего Шамира.

— Собираюсь, — коротко оповестил его.

— На тот свет? — возмутился Шэм.

— Это, — ткнул в сторону веревки, — все мое имущество. Не оставлять же здесь? — и молча, не обращая внимания на ошарашенного воина, принялся развязывать то чудо, которое я вчера намудрил.

Действительно, спешно убегая из Южела, я явно был не в себе. Обычно я очень предусмотрителен и запаслив, но на этот раз нервы у меня окончательно сдали, особенно если учесть, что я захватил с собой. Или, что еще интересней, стянул по дороге. Почему-то последние часы моего побега, примерно за милю от города, отчего-то стерлись из моей многострадальной памяти. Видимо, организм решил не травмировать мое сознание и поспешно отключил все воспоминания. Представить не могу, как я полсотни миль пешком отмахал, еще и без остановок. Да! Чуть не забыл, что там с этой заколочкой? Я в растерянности провел рукой по волосам… Вот она! Поспешно сдернул заколку с волос, отчего серые от пыли пряди упали мне на нос, и внимательно разглядел причину моих несчастий. Странно, но даже в этот момент, когда я находился в полном сознании, мысль о том, что можно выбросить эту вещь, так и не пришла мне в голову. Заколка, к моему счастью, не выглядела дорогой, что давало ей возможность не привлекать к себе внимание, но выглядела все же необычно. Сделана она была из темного золота, в виде свернувшейся в замысловатую руну змейки с небольшими глазами-изумрудами. Артефакт, несомненно. Но, как ни странно, отнюдь не некромантский. У тех обычно присутствует некая зловещая аура… Уж такие, поверьте бывалому вору (семь лет опыта как-никак), я видел. Интересно, что он может делать?

— Эй, чего застрял? — окликнул меня воин.

От неожиданности я чуть не сверзился, поспешно закрепил артефакт на своих волосах (потом разберусь), отвязал веревку и, легко сбежав по стволу дерева, направился по дороге мимо ошалевшего от моей выходки Шамира. Впрочем, прошел я немного.

— Нам в другую сторону, Ил, — сообщил воин и пустил коня шагом.

Я обмер… Насколько я помнил, в той стороне находился Южел.

Принц Ледоник с любопытством огляделся. Нет, простите… Младший сын владетельного графа Ледиан Семиречный, приехавший на обучение в мианорскую Академию магов, с любопытством огляделся. Собирался принц недолго, так что отъехал быстро и теперь уже находился во дворе великолепного здания Академии, этакого воздушного замка с множеством галерей, переходов и башен. Ледиан пакостно улыбнулся, что как-то не вязалось с его невинной внешностью, предвкушая очередное развлечение, окинул хозяйским, взглядом замок и направился к главному входу. Ректор Академии, сухонький, невысокий человек, удивительно молодо выглядел для своих четырехсот тринадцати лет. Средняя продолжительность жизни простых людей была не более трехсот лет, эльфов — до одной и более тысяч, драконов — за пять тысячелетий, вампиров, гномов и друидов — наравне с эльфами, демонов — неизвестно, магов — не более тысячи. Ректор встретил нового ученика на удивление спокойно, без истерик и причитаний, сообщил ему правила и отправил заселяться в свою комнату, которую, кстати, он занимал один (видимо, во избежание разных инцидентов, связанных с некромантовским даром).

Насвистывая какую-то только ему знакомую песенку. Лед пинком распахнул дверь своей будущей комнаты.

— М-да-а… — задумчиво выдал он, обводя помещение скептическим взглядом.

Тяжело вздохнул и захлопнул за собой дверь, принимаясь за самое неблагодарное дело для принца: за уборку пыльного нового дома.

Примерно через час, весь в пыли и грязи, Лед, хихикая, вылезал из-под кровати. «Похоже, до меня здесь жил еще один некромант», — думал принц, разглядывая череп некой нежити, известной в Мианоре и во всех прилежащих империях и королевствах как «виверна агрессивная».

Внезапно раздался стук в дверь. Ледиан недовольно поморщился, но решил не игнорировать посетителя и направился к двери. Он уже протянул руку, чтобы распахнуть ее, но тут у пришедшего явно закончилось терпение, и Лед еле успел отшатнуться от двери, распахнутой обычным способом принца — пинком. За дверью стоял довольно высокий, на голову выше Ледиана, парень. «Родственник герцога Радонежского», — определил по вышитому на одежде гербу наш принц. Некоторое время рыжеволосый парень тупо разглядывал блондина, а потом, внезапно побледнев, закатил глаза и рухнул в обморок прямо под ноги донельзя удивленному принцу. Тот, немного подумав, схватил парня одной рукой за ногу и, пару раз стукнув того головой о порог, втащил в свою комнату. От матери, светлой эльфийки, ему досталась недюжинная сила при довольно хрупком телосложении. Взгляд полностью растерявшегося Леда скользнул по стене, наткнувшись на зеркало… А через мгновение, выпустив череп из рук, Ледиан Семиречный корчился на полу от неудержимого хохота. Затем, вскочив, поспешил в ванную, чтобы умыться. Вернувшись, застал рыжего за внимательным разглядыванием черепа. Заметив принца, он вскочил, пару раз растерянно моргнул и выдал:

— А где некромант?

— Я некромант! — ответил Лед, чувствуя, как его инкогнито летит в тартарары.

— А-а-а… — глубокомысленно протянул парень. — Да, кстати, меня Ригом зовут, — и добродушно улыбнулся будущему кошмару Академии.

— Ледиан. Но лучше просто Лед.

Новые знакомые радостно улыбнулись друг другу. Где-то в одной из башен Даймер, ректор Академии, схватился за голову, узнав, что то, что в Академии учится некромант, секретом уже не является. Совет магов наконец-то начал понимать, какую свинью им подложили…

В город мы проходили молча. Хотя нет, молча туда проходил только я, Шамир же насвистывал какую-то веселенькую песенку, вгонявшую меня во все большую и большую тоску…

Направились мы, как ни странно, не в таверну, а прямиком к наместнику города. У входа Шамир оглянулся на мою явно выделяющуюся персону и попросил подождать его там.

— Понимаешь, — вдохновенно втирал мне он, — ты — личность подозрительная, мало ли что, вдруг наместник…

— Расслабься! — радостно улыбнулся ему я.

Дел у меня было невпроворот, и управиться с ними надо было до окончания разговора воина с наместником.

Шамир наконец-то скрылся с моих намозоленных его персоной глаз, и я небрежной походкой направился искать на свою за… гм… на свою голову приключений. Первым делом я, конечно, наведался в парк. «Зачем?» — спросите вы. Все просто, как руна смерти в руках некроманта. «Если беда не идет к герою, то герой идет к беде!» — так гласит мианорская народная мудрость. Хотя ладно, какой я там герой? Поперся я туда только по собственной дурости, и никак иначе. А как тогда объяснить, что я, как последний придурок, отправился в сумерках в самую неблагополучную в это время часть города? Наткнувшись на лихих людей, я уже не удивлялся. Вообще-то я, как вор образованный (ну и выраженьице!), занимающийся воровством исключительно мирными методами, ничем таким воинственным не занимался и до этого времени счастливо избегал подобных встреч, даром что вором стал с десяти лет. Зато я очень быстро бегал… по крышам. Ха! Да, стоило посмотреть на вытянувшиеся лица грабителей, когда я с легкостью ласточки взмыл вверх по совершенно ровной стене и, весело помахав им ручкой, припустил прочь. Адреналин и несдерживаемая веселость бурлили в крови, я спрыгнул с крыши и свернул в самую гущу парка… Где и наткнулся на некроманта. Не узнать его было бы сложно. Начать надо с традиционного черного плаща, небрежно накинутого на плечи высокого бледного человека. «Хоть бы белый надел, для прикола!» — мелькнула совсем неуместная мысль. Кроме того, как я уже говорил, от этого некро исходила та самая зловещая аура, присущая всем некромантским артефактам. Ну и, в заключение, в руках он держал длинный, но почему-то тонкий, как тросточка, черный посох с недвусмысленным знаком некромагии на навершии.

— Здравствуй, — грустно сказал некромант.

— И вам не болеть, — вежливо ответил я и поспешил смыться.

И тут же уткнулся в магическую стену.

— Куда же ты? — Узнал, обреченно решил я. — Может, поговорим?

Рехнулся, дошло до меня. Вот только я или он?

— З-зачем?

— Скучно… — выдал некромант.

…Разговор с наместником прошел удачно. Предвкушая ужин и мягкую постель в одном из трактиров, Шамир вышел на улицу и застыл на месте. Нет, он, конечно, понимал, что его разговор продлился долго, и навряд ли молодому и непоседливому пареньку легко было усидеть на месте. Но в том-то и дело, что обычным парнем Ил как раз таки и не являлся, более того, был потенциальным самоубийцей, и представлять, куда и зачем он отправился гулять по ночному городу, можно было до бесконечности.

С усыпанного звездами неба весело подмигивала луна. Шамир стоял, обхватив руками голову, а в его воображении рождались сцены одна другой страшнее. Похоже, горячий ужин и теплая постель срочно отменялись…

Лед сладко зевнул и перевернулся на другой бок, продолжая спать и нагло игнорируя громовой стук в дверь, с вечера припертую стулом. Наконец стул не выдержал, и в комнату влетел взлохмаченный и возбужденный Риг.

— Вставай, чудо, мы опоздаем! — но Лед даже не услышал. — Слышь, ты! А ну кому сказал, немедленно-о-о! — Голос Рига перешел в ультразвук.

— Сгинь, нечисть! — Рука Леда, явно отдельно от его сознания, описала замысловатую фигуру, и Риг, не ожидавший ничего подобного, с помощью какой-то неведомой силы с веселым треском впечатался в стену.

— Это я-то нечисть? — обиженно пробормотал он. — Ну ничего, щас что-нибудь придумаю… — Риг немного подумал, затем радостно улыбнулся, склонился к самому уху мирно посапывающего парня и тонким голосом пропищал: — Господин некромант! Я ваша девственница! Возьмите меня!

Бедный, бедный Лед! Над кроватью он подскочил на добрых пять локтей.

Будучи принцем, да еще довольно симпатичным, он не был обделен вниманием особей женского пола. Наоборот, оные, видя в нем невесть кого (сексуального маньяка, наверно), с особым рвением стремились завоевать внимание принца, иногда самыми невероятными способами, а некоторые вообще заявляли о своих намерениях прямо, а то и подливали приворотные зелья… К счастью принца, его матерью была эльфийка, что давало ему возможность не обращать внимания на зелья, приготовленные для человека. Но находились и такие, что применяли и эльфийские снадобья. В общем, жилось принцу неплохо…

И вот теперь, нервный, доведенный чуть ли не до инфаркта, Лед начал понимать, что его просто разыграли… На лице у него появилось свирепое выражение; руки, сами по себе, нащупали увесистую тапку (с парой алмазов в виде украшений).

— Хочешь опоздать? — поспешил выкрутиться рыжий. Лед тяжело вздохнул, но отложил тапку.

— Сейчас, только оденусь.

— Я подожду тебя за дверью! — И, радостный, что сумел вывернуться, Риг выбежал за дверь.

…А в спину ему, придав ускорение, полетели сразу обе тапки…

Демон! Как болит голова! Чем же я так прогневал небо, что каждое мое пробуждение сопровождается такой болью? Что же вчера было-то?

Я постарался открыть глаза и пришел к выводу, что на этот раз во всем виноват алкоголь. Я нервно огляделся, обнаружил себя в парке мирно отдыхающим на травке и принялся лихорадочно вспоминать вчерашний вечер. Солнце светило еще тускло и у самого горизонта, навевая мысли о долгой и бурной ночи.

Так… Сначала грабители, потом бег по крышам, потом… А-а-а! Некромант! Так, что же потом? Некромант, видимо повредившись умом от горя, заявил, что ему скучно, и решил поговорить с первым встречным, то есть со мной. Какое счастье, что он меня не узнал! Или он меня и раньше не знал? Какой ужас! Я же чуть не повесился! Что там дальше? Естественно, говорить прямо на улице оказалось неудобно, и некромант вежливо (!) пригласил меня перекусить в ближайшей таверне. Так, рюмка за рюмкой, стакан за стаканом… В результате мое последнее воспоминание — это горько жалующийся на свою судьбу некромант, сетующий на то, что его Хозяин (такой же некромант, только в сотни раз сильнее) за пропажу некоего артефакта, немного похожего на тот, что носит его собеседник, оторвет ему голову, да еще и не поморщится. Видимо, после этого я отключился, и сердобольный некромант (да, это будет похлеще «образованного вора») отправил меня на то самое место, где мы встретились. И при всем при том он меня не узнал! Нет, спасибо все-таки Шамиру. Шамир! О-о-о! Как же я мог забыть! Наверняка он, как не знаю кто, рыскал по городу в поисках меня, пока я прохлаждался в таверне с некромантом. Нет, кому рассказать — не поверят. Что ж, надеюсь, воин еще в городе. После той подставы светиться новыми кражами было нельзя. Но я все деньги отправил в столицу, а до нее еще добраться нужно. Идти мне действительно некуда было. Шатаясь, я медленно поднялся и побрел в ту сторону, где, по моим прикидкам, мог находиться Шэм. Несмотря на предстоящую выволочку, я был определенно счастлив. Еще бы! Оторваться от некроманта! Как мне это удалось, в тот момент я не думал.

Шамир устал. Всю ночь он пробегал по безлюдным (и не очень) улицам Южела. Ему даже удалось расспросить трех грабителей, но те несли какую-то совершенную чушь. Мол, встретили вампира со светящимися глазами, огромными клыками, но они, видите ли, ему не понравились, и он, представьте себе, улетел! И вот теперь, усталый, голодный, ни на что уже не надеющийся Шэм топал к ближайшей таверне. Внезапно кусты городского парка затрещали, и из них вынырнул, подозрительно счастливо улыбаясь, давешний паренек. Воин уже весь налился гневом, дабы поставить зарвавшегося юнца на место, но бывший самоубийца улыбнулся еще шире и радостно выдал:

— Ой, Шамир, а я вот вчера на минутку отлучился, потом вернулся и стал тебя ждать. А тебя все нет и нет, а тут еще стража сообщила, что ты давно ушел… Я всю ночь тебя искал!

Шэм подавился заготовленной фразой и внимательнее присмотрелся к Илу. Парень выглядел не очень. И без того вечно растрепанные волосы растрепались еще больше, заколка сбилась куда-то вбок, лицо немного опухло и было покрыто многочисленными царапинами. «Бедняга! — в ужасе подумал воин. — Это же надо всю ночь слоняться по городу совершенно беззащитным!».

— Ладно, пойдем, — уже миролюбиво заметил Шэм и направился в сторону той самой таверны…

Я радостно, чуть ли не вприпрыжку отправился за ним. Но на душе все равно остался какой-то странный осадок. Что это? Неужто совесть пробудилась? Да нет, не может быть, семь лет молчала, а тут заговорила… Это, наверное, я просто голоден. В таверну я заходил, уже весело насвистывая подсказанный воином вчера вечером мотивчик. Шамир несколько недоуменно на меня покосился, но решил промолчать. Да знаю я, знаю, что безбожно фальшивлю! Но мне от этого только приятней! Трактирщик, явно не оценивший наряд Шэма и не спешащий с выполнением заказа, медленно перевел взгляд на меня… побледнел и поспешил выполнить заказ самолично. Шэм вопросительно поднял брови.

— Я здесь бывал, — жмурясь от удовольствия, пояснил я.

Все-таки они опоздали. Ненамного, но…

— Ага! — чему-то радуясь, воскликнул маг-теоретик третьей степени Амирад при виде этой парочки. — Первый учебный день, а вы уже опаздываете! Ая-ай, дорогие мои, это вам не праздная жизнь, здесь до обеда не поспишь. Посему, в первый же день, за опоздание буду наказывать: останьтесь после урока, уж я чего-нибудь вам эдакого придумаю. А то ишь развелись тут всякие аристократы! Здесь главное — не положение в обществе, и, думаю, вы скоро в этом убедитесь! А насчет вашего таланта я уже сомневаюсь. Посмотрим, как вы сможете запомнить формулу замыкания, когда даже время начала урока запомнить не в силах!

Весь первый курс сдавленно захихикал. Бедный Риг покраснел до кончиков ушей и стоял опустив голову. О теоретике Амираде в Академии ходили самые ужасные слухи, и один из них — это его способность выставить любого, хоть самого ректора, дураком. Лед же, в отличие от Рига, был непередаваемо спокоен, его невинные, кристально чистые глаза зеленого цвета без всякого смущения разглядывали и теоретика и курс в упор.

Видя, что на его реплику Лед никак не отреагировал, Амирад открыл рот для следующей фразы…

— Вы правы, — обезоруживающе улыбнулся принц. — Но мы, несомненно, постараемся.

Амирад поперхнулся. На его памяти этот парень — единственный, кто не стал спорить с явно не лестными словами. Наоборот. Он еще и согласился!

— Садитесь, — проскрипел маг, махнув рукой в сторону столов. Что естественно, пустым остался один — первый. Лед и Риг тяжело вздохнули, но сели. — Итак, приступим. Записывайте. — И началась длинная, нудная лекция, содержащая в себе правила и основы применения магии.

Я сидел за столом в трактире и блаженствовал. Да, не каждый день выпадает таким! Шэм, утомившись, решил отоспаться в комнате наверху. А я, так уж и быть, остался.

— Привет, Ил! — радостно приветствовали меня сзади и хлопнули по плечу. Рядом со мной плюхнулась на стул подозрительная девица с коротко остриженными рыжими волосами, нахальным серо-голубым взглядом и с милым двуручником за спиной. На ней были надеты кожаные брюки в обтяжку и такая же куртка. В общем, как всегда. Знакомьтесь, сие чудо — Мэй. Моя названая сестрица. Честное слово, я терпеть ее не могу. Просто когда мы побратались… посестрились… тьфу, короче, я был немного не в себе. Вообще история была неприятная, и рассказывать ее не хочу, ограничусь тем, что Мэй спасла мне жизнь. Так вот, я ее терпеть не могу. Начать с того, что она наглая, хитрая, везде сующая свой нос наемница. И еще… еще она зовет меня…

— Опять неприятности, малыш? И куда на сей раз вляпался?

Я еле слышно скрипнул зубами.

— Ах, прости, я забыла, ты же у нас теперь такой взрослый! Месяц назад семнадцать исполнилось!

Мэй — двадцать четыре. Но тем не менее она успела побывать в свои годы в самых жутких местах: в Дакере, городе-крепости, при очередном, но самом мощном прорыве степняков, в Гаросе, городе на границе с Проклятыми Холмами, когда оттуда всякая нечисть с какого-то перепугу полезла, и в Молохе, при набегах орков… В общем, жизнь у нее была веселая. Да, у наемников только такая и бывает.

— Да все в порядке вообще-то, — спокойно заметил я.

— Как же, вижу, что все в порядке! Только вот кажется мне, темнишь ты…

— Какими судьбами? — перебил ее я.

Мэй поспешно заткнулась. Надо сказать, она не просто наемница. Моя сестрица входит в гильдию убийц. Конечно, в вышеперечисленных городах она сражалась как защитница города, но в мирное время (ха, когда это оно было мирным!) она без всяких комплексов и сомнений занимается своим делом. Вот, например, как сейчас.

Мэй тяжело вздохнула и пояснила:

— Да воина надо одного уложить. Вообще такого я не люблю, но тут, понимаешь ли, отказать невозможно.

— Да ну, по-моему…

— Заказчик — некромант, — сказала, как отрезала. И явно не ожидала моей реакции.

— Так ты, выходит, тоже! — яро обрадовался я, улыбаясь до ушей. Брови сестрицы поползли вверх. Я поспешно заткнулся.

— Рассказывай. — У-у-у… голос какой ласковый.

— Да я, вот тут, вот так, некроманта обчистил…

— Что-о-о?!

— Ты только не волнуйся, он все равно меня не узнал, мы с ним встретились, выпили, поговорили, нормально все…

— О-о-о…

— Эй, ты чего?

Сестрица медленно сползла под стол и истерически захихикала там. С соседних столов на нас стали недоуменно оборачиваться.

— Слушай, — всхлипнула она. — Я тут пару грабителей встретила, они утверждают, что видели вампира… Это не ты случайно был?

— Один со шрамом через все лицо, а двое других такие низенькие и коренастые? Как гномы?

— Они и есть гномы, — ответила Мэй.

— А-а-а, тогда это я, — хмыкнул я в ответ. Надо же, какие впечатлительные грабители попались. — Так как твой воин выглядит?

— Он у тебя за спиной, — побледнела Мэй.

— Привет, Ил, — мягко сказал Шэм. — Не познакомишь?

Риг задумчиво просмотрел на свет протертую до блеска вазу, покосился на увлеченного работой Леда и тяжело вздохнул. Все пошло не так. Когда они, сгорая от нетерпения, в ожидании сложнейшего, невыполнимого и интереснейшего задания остались после урока, маг, злорадно улыбнувшись, оповестил наивную парочку, чем, собственно, они будут заняты по окончании учебного дня. Это была катастрофа. Нет, это был конец света! По крайней мере, для Рига:

— П-а-а улице ходила И многих полюбила, Она, она, Суккубою была! — увлеченно выводил Лед, стоя на подоконнике и возя давно уже не чистой тряпкой по стеклу распахнутого окна. Фальшивить он не фальшивил, но данную фразу выводил вот уже полчаса, притом тряпкой возил на одном и том же месте.

— Лед, — ласково позвал Риг, — заткнись!

— Ну вот, — обиделся блондин. — Никто меня не ценит!

— Ну почему? Если ты заткнешься, я буду ценить тебя только за это!

Лед насмешливо фыркнул и беспечно шагнул назад.

— А-а-а-а-а!

Риг задумчиво посмотрел на опустевшее окно и понял, что жизнь прекрасна…

…Лед висел на высоте тринадцатого этажа и остервенело цеплялся за малюсенький выступ, находящийся в паре локтей от печально знакомого окна. Прошло несколько мгновений, и из него выглянула ошеломленная физиономия Рига. Заметила его и радостно, почти дебильно заулыбалась.

— Риг… — многообещающе прошипел Лед. Выступ согласно хрустнул, и парень побледнел (хотя куда уже!). Ррраз! Ненадежная зацепка превратилась в пыль, все ухнуло и понеслось вверх. Э-э-э? Да это Лед, изображая руками ветряную мельницу, полетел вниз! Протестующий вопль донесся до окосевшего Рига и улетел ввысь, в небо, пронзая облака и исчезая в полной насмешливой вечности синеве…

Магистр третьей степени, преподаватель теоретической магии в мианорской Академии магов радостно улыбнулся. Да! Стоило посмотреть на вытянувшиеся лица тех двух высокородных пацанов, прознавших, что предстоит их хрупким безукоризненным ручкам… А что они думали? Сахар кушать? Все так же радостно улыбаясь, Амирад вышел на балкон собственной комнаты, желая отдохнуть после трудового дня. Красота! Небо голубое, облака белоснежные, ветер теплый… Да, не зря платит Совет Владетелей магам-погодникам. Да и климат способствует… А красота какая кругом! Травы зеленеют, птички поют, в общем, лето кругом, спокойно так, ученики ходят, бегают, летают… Э? Летают?! Амирад потрясенно проводил взглядом ученика (распознал он его, как ни странно, сразу). В следующее мгновение, невероятно изогнувшись, парень выбросил левую руку вперед и из последних сил загнал блеснувший в его руке кинжал в сверхпрочный материал, из которого были возведены стены Академии… По инерции беднягу протащило по стене, но тут же лезвие наткнулось на нечто попрочнее (на кости вмурованного в стену некроманта, вероятно… есть такие байки, а как же!) и остановилось. Лед не стал молчать и на чистом светлоэльфийском выдал все, что он думает об открытых окнах, отвлекающих Ригах и, естественно, о магах-теоретиках, являющихся первопричиной всех его сегодняшних бед. Амирад, поспешно записавший пару новых фраз, вежливо кашлянул. Блондин вскинул голову и чуть не свалился, но тут же, извернувшись, ухватился за ближайший выступ. «В роду были эльфы, — констатировал маг. — Стоп! Светлый эльф с даром некро? Куда катится мир!».

Лед нервно улыбнулся. Сейчас он уже жалел, что решил зацепиться именно здесь. Осталось еще восемь этажей, он бы успел…

Внезапно на балкон выбежал Риг, выпучил глаза и завопил:

— Магистр! Там окно! А Лед! А окно! А он! А вниз! Да как! Да завопит!

На этот раз вежливо кашлял Лед. Риг еще больше выпучил глаза, издал радостный клич и кинулся выручать друга… Лучше бы он этого не делал! Злополучный кинжал и выступ одновременно хрупнули, а бедный Лед полетел дальше. На губах его играла печальная улыбка — кинжалов у него больше не было. Взгляд ярко-зеленых глаз скользнул по стене и уперся в небо…

…А в небе играли блики палящего солнца, преломляясь в изгибах облаков и выплетая причудливый узор, ныряя в глубину неба и с триумфом летя вниз, к земле, притягивающей к себе все больше и больше… Неподвижно и огромно было небо в этот миг, поглощая все и вся, зовя за собой, в даль, из которой не было возврата… Да и зачем? Смотри же, смотри в этот прозрачный воздух, столь прекрасный и необъятный, как ничто другое, разве он не стоит того? Дыши им и знай, что нет ничего прекраснее на свете, что нет того, кто смог бы от него отказаться. Внимай этой безумной, невероятной красоте, быть может, она существует только сейчас…

— Знакомься, Шэм, это моя названая сестра Мэйрона, как ты уже понял, наемная убийца. Папа — эльф, наделал делов и смылся, мама — обычная горожанка, нуждающаяся в деньгах, умерла около десятилетия назад… А это, Мэй, Шамир — воин, которого тебе заказали, и человек, спасший мне жизнь, — выпалил я на одном дыхании и замолчал.

— Гм, что-то ты не очень радуешься для спасенного… — промолвила сестрица, вскинув брови.

— А какой человек, решивший покончить с жизнью, будет этому рад? — с иронией поинтересовался Шэм.

Глаза Мэй потемнели до серого оттенка грозовой тучи. Я весь испуганно сжался, смотря в стол.

— Ну-ка, ну-ка…

Я жалобно вздохнул, но наткнулся на тяжелый взгляд Мэйроны и приступил к рассказу…

— В общем, если коротко, то я — вор.

Шамир вытаращил глаза и закашлялся.

— Профессиональный вор. — М-да, от скромности не умру, но заявил это не я, а Мэй. — Специализирующийся на драгоценностях, деньгах и прочей шелухе, в основном обчищая дома особо богатых личностей. — Сестрица ехидно окинула меня взглядом. — Я так понимаю, что он тебе не сообщил об этом?

Шэм потрясенно покачал головой, подозрительно щупая свой кошель, явно набитый не медью. Я обиженно надул губы.

— На такие мелочи не размениваюсь! — Ну да, переборщил с пафосом, вон Мэй как морщится.

— Ну и что же особо жуткое ты стырил на этот раз, что, недолго думая, решил повеситься?

Э-эй! Откуда она знает? Шэм ведь не говорил. Видимо, мысли мои отразились на лице, так как Мэй пояснила:

— Зная тебя, не ошибусь. А ну говори, вор недоделанный!

— Завершил я одно особо выгодное дело…

Шэм поморщился, но промолчал, а я приступил к рассказу…

Рассказать пришлось все: и про грабителей, и про попойку с некромантом, даже про веревку. Единственное, что утаил, так это заколку…

Император Валентин тоскливо окинул взглядом оставшуюся за спиной пограничную заставу.

— Алессьер! Гонца отправили?

Главный дворецкий кивнул.

— А магией было бы надежней! — обиженно вставил мэтр Ижэн. Несмотря на свои неполные триста, иногда маг вел себя, как ребенок. Вот и сейчас он начал ворчать, выводя из себя его пресветлое величество Валентина Карольского.

Император раздраженно фыркнул и подхлестнул коня. В отличие от многих вельмож в своей свите он предпочитал ехать на коне, а не париться в карете.

Прошел еще час-другой…

— Что у нас на пути?

— Город Южел, ваше величество.

Мэтр Ижэн вопросительно вскинул брови. Потом до него дошло, и он жалобно замотал головой, предчувствуя большие проблемы.

— Заезжаем! — коварно улыбнулся Валентин, предвкушая большие развлечения.

Этажи со свистом сменяли этажи. Младший имперский принц Ледоник, под видом сына графа, Ледиана Семиречного, летел и думал. Да! Редко когда ему удавалось делать сие в более спокойной обстановке. Налюбовавшись небом, Лед пришел к выводу, что смерть в общем-то не самое страшное. Не-э-эт! Самое страшное — это ожидание смерти. Вот так летишь, летишь и ожидаешь… Наконец парень решился и глянул вниз. Земля стремительно приближалась. А вместе с ней приближалась и фигура в темном плаще, видимо, только приехавшего в Академию человека. Вот он дошел до предполагаемого места падения Леда и, словно почувствовав что-то, резко вскинул голову вверх. Донельзя удивленный, блондин успел разглядеть огромные, словно выточенные из черного драгоценного камня глаза, смуглое, с резкими чертами лицо (что вовсе не портило его очарования) и немного растерянное выражение на нем. Ха! Немного растерянное… Попробуй тут не растеряйся! «Вампиресса», — отметил Ледиан, прежде чем мир поглотила тьма.

Лика раздраженно пнула дверь ее новой комнаты. Как она ни спешила, успеть в первый учебный день на занятия не удалось. Да еще этот ректор!

«Но вы же вампир! Как так можно!» — передразнила его Анжелика, младшая дочь Повелителя вампиров, который совсем недавно обнаружил в ней способности к магии крови и, что удивительно, к магии воздуха. Это было крайне необычно, и Повелитель решил отправить свою кровиночку инкогнито к людям на обучение, причем не куда-нибудь, а в Академию магов империи Мианор. Вампирша кисло скривилась. Затем, тоскливо окинув взглядом свое жилище, решительно встала и направилась осматривать окрестности, даже не сняв дорожного плаща. После трехчасового блуждания по закоулкам, аллеям и кущам вампиресса возвращалась с явно поднявшимся настроением. Проходя мимо очередной академической башни, она вдруг остановилась, почуяв что-то неладное, и поспешно вскинула голову… Чтобы через мгновение жутко завопить и вскинуть руки, выбрасывая единственный имеющийся в арсенале воздушный щит, мягкий и неровный. Мгновение, другое… Лика подняла голову, чтобы рассмотреть, что там. Пожалуй, она могла бы гордиться собой. Не каждый маг сможет хоть что-то успеть сделать, когда на тебя падает нечто. Нахмурившись, Лика попыталась разглядеть это самое «нечто», не снимая щита, хотя это было нелегко. Видимо, падал этот несчастный с большой высоты… Это был парень, блондин. Глаза у него были закрыты — потерял сознание при столкновении пусть и с мягким, но прочным щитом. Черты лица идеально вылеплены, телосложение не крупное, но гибкое. На нем была надета мантия ученика Академии. С виска парня струилась тоненькая струйка крови, выплетая причудливые узоры на воздушном щите. Лика поспешно убрала щит и еле успела увернуться от рухнувшего вниз тела. Девушка наклонилась к нему.

— Э! Да он еще дышит! — и, не переставая удивляться живучести парня, попутно проклиная его за явно неудавшуюся попытку самоубийства, потащила тело к входу, поспешно прикидывая, где в этом огромном замке может находиться больничное крыло. Но стоило ей только затащить тело в здание, как из-за угла выскочил какой-то рыжий детина и, возопив: «Лед! Твои похороны будут самыми-самыми!..», кинулся к многострадальному блондину, совершенно по-садистски прижимая того к себе. «Сотрясение мозга», — поняла вампиресса, присматриваясь к безвольно обвисшей голове упавшего парня, увенчанной вороньим гнездом. Но тут из-за того же угла степенно вышел какой-то маг, видимо преподаватель. Бросил взгляд на пострадавшего и несколькими фразами отправил рыжика в больничное крыло за… валерианой. Затем закатал рукава и поинтересовался, не хочет ли она, юная вампиресса (та не спорила, с грустью вспоминая, что ей семнадцать), помочь дотащить это чудо до ближайшего целителя.

— Не хочу, — покачала головой Лика. Затем глянула на незнакомого ученика и вздохнула: — Но придется.

И, сдавленно ругая блондина на все лады (в основном на вампирском), присоединилась к пыхтящему магу, разумно не интересуясь, отчего тот не воспользуется левитацией. А то еще пошлет…

Младший имперский принц Ледоник Мианорский открыл глаза и понял, что он ни демона не помнит. Нет, Рига помнит, уборку в кабинете Амирада помнит, а вот дальше — ну никак. Совсем. Он моргнул и попытался что-нибудь разглядеть. Перед глазами поплыло, и он увидел потолок. Лед попробовал подняться. Как ни странно, получилось. Определив характерные признаки, он понял, что заработал сотрясение мозга. Откуда узнал? А вы поживите во дворце с самыми крутыми лестницами, какими только возможно, и все-о-о поймете! Пошатываясь и стараясь не шуметь, Лед медленно подошел к окну. Увидел небо и вспомнил все. Застонал и схватился за голову, представляя, что подумала неизвестная вампиресса, спасая свалившееся на голову чудо. А в том, что это ей он обязан жизнью, Ледиан почему-то не сомневался. Другое дело как. Размышляя, он взобрался на подоконник распахнутого окна, уселся поудобнее и попытался разглядеть ту неожиданную красоту, явившуюся ему совсем недавно…

Солнце насмешливо смеялось, играя в золотистых волосах парня, теплый ветер скользил над землей, закручивая в тугие вихри прозрачный воздух, где-то внизу блуждали тени, тая в себе прохладу, а на самом верху, в вышине, расцветая над всеми, загадочно сияло небо, такое недостижимое и высокое. Но все же свое, то, которое любишь, не замечая.

Глава 3. ПОНЕСЛОСЬ…

Высокий худощавый человек в плаще стоял на вершине черной башни и глядел вдаль. Вокруг мрачного черного замка простиралась Степь. Не каждый человек отважится жить по соседству со степняками, но данный случай немного не тот. Человек, являющийся хозяином этого замка, был некромантом. Нет, не так. Этот человек был Некромантом! Ничего так, сильным. Всем некромантам некромант. Наверно… Ну, во всяком случае, он сам так считал. Сзади раздались шаги, и некромант, не оборачиваясь, поинтересовался:

— Принес?

Человек, ростом чуть ниже хозяина замка, дернулся, сжимая тонкий, как тростинка, некромантский посох, и что-то неразборчиво проговорил.

— Что? — Мгновенно превратившийся в шипение голос пронесся по залу, леденя душу и внушая безотчетный, жуткий страх. Пришедший замер и, сбиваясь, стал быстро объяснять, понимая, что в общем-то он уже не жилец на этом свете. Хозяин развернулся, сделал шаг, мгновенно оказавшись рядом с провинившимся. Взгляд его чисто голубых глаз пронзил напрягшегося гостя. — Найди… и, быть может, я тебя прощу. Задействуй все резервы.

Бедняга поспешно закивал головой и попятился к выходу. Но хозяин замка уже не обращал на него внимания, он стоял на балконе, все так же равнодушно всматриваясь в безлюдную Степь своими холодными, как зимнее небо, глазами. Внезапно губы его искривились в тонкой усмешке:

— Неужели? Тогда начнем.

Я нервно облизнул губы и растерянно посмотрел на этих, этих… не знаю, как их назвать. Мэй участливо на меня смотрела с высоты своих двадцати четырех, явно считая меня трусом. Шэм внимательно разглядывал свой завтрак и напрочь игнорировал мои жалобные взгляды. Я посмотрел на сестру, затем на воина, затем опять на сестру… Короче, поломав глаза около пяти минут, я плюнул и решил… Значит, так? Думаете, самые умные? Ну ничего, вы у меня еще пожалеете, что вообще встретили такого парня, как я! Я вам еще покажу-у-у! Или я не вор? Интересно? Объясню. Наболтавшись вчера, эти двое (после того как похихикали над моей бедной судьбой) решили отужинать и… лечь спать! Какова наглость, а? А вот теперь, утром, они хором заявляют, что собираются ехать в столицу, сообщить магам Академии, что там-то и там-то был замечен маг черного дара и т. д. и т. п.! И теперь они вежливо интересуются, не струсил ли я, а если нет, не поеду ли я с ними? Я, честно, долго их отговаривал. Говорил, что это большая глупость, что некромант сам мне сказал, что скоро уедет, что, в конце концов, маги нас просто не послушают, так как мы простые жители империи, даже не дворяне! Но тут эти двое подозрительно заулыбались, а Шэм радостно сообщил, что является владетельным хозяином герцогства Радонежского и что он как раз отправлялся в Академию, чтобы проведать своего младшего братишку, поступившего туда совсем недавно. После такого заявления я долго сидел в ступоре, а потом, раскинув мозгами, понял, что ничего плохого не должно случиться. Наоборот, я смогу успешно дойти до своего домика в столице и наконец-то взглянуть на него. А что? Ну да, покупал я его через посредника, а в Импералеаде вообще не бывал. Не-э, в том, что с домом все в порядке, я уверен. Посредник был надежен. Да и добычу свою я переправлял через проверенные руки. Но… Демоны, когда они успели сговориться и спеться? А Мэй вообще Шамира заказали!

— Эй, эй! Ты чего, Ил? — Я вздрогнул и осознал, что уже довольно долго сижу и смотрю невидящим взглядом, с блаженной улыбкой на лице, а Мэй уже устала махать передо мной рукой.

— Я еду с вами! — со счастливым видом сообщаю я своим спутникам. Сестра недоуменно замирает с открытым ртом, Шэм давится косточкой курицы. — Что?

Они поспешно качают головами, а я, скрывая злорадство, спешно отвожу взгляд, уже зная, что дорога не будет скучной.

— Картошка! Картошка! Покупай, выбирай!

— Ткани! Лучшие ткани! Эльфийские, самые-самые! Девушка! Вот, смотрите, вам это пойдет!

— Пирожки! Пирожки! Горячие! С мясом!

— Ай, падхади, пагадаю! Всю жизнь тэбэ пакажу, прэдскажу! Жэнишься на лучшэй дэвушка!

— Любовные зелья! Любовные зелья! Нахал! На тебя никаких зелий не хватит!

— Картошка!

— Зелья!

— Ножи! Лучшие ножи!

— Ай, позолоти ручка, дарагой!

— Мне, пожалуйста, вот это, это и это!

— Мужчина! Здесь вам не бордель!

— Нет?!

— Пройдите направо, налево, налево…

— А кому пирожки? Пирожки! Кушайте, только что бегали!

— Что? Не надо бордель?

— Ой, а у вас есть семечки?

— Пройдите направо, налево, налево…

— Люди! Да что же это такое! Украли! Держите! А-а-а!

Грызя этот проклятый пирожок, я резво увернулся от увесистой руки торговки, поднырнул под какого-то особо спешащего помочь купца и, довольный, успешно оторвался от погони. Да, давно не практиковался. Догрыз пирожок и, радостно улыбаясь, столкнулся с парой садистов, вытащивших меня на рынок, видите ли, для закупки необходимого. Я попытался было резво развернуться и скрыться в толпе, но Мэй успела ухватить меня за шкирку.

— Есть проблема, — коротко сообщил Шэм. Я вопросительно посмотрел на него. — У тебя нет коня, так что… ты не едешь.

Глядя на мило щебечущую удаляющуюся парочку, я хватал внезапно закончившийся воздух. Спелись! Нет, точно спелись! Ну ничего! Так просто от меня не отделаетесь! Я хитро огляделся и развязной походкой направился в сторону таверны, прикидывая, что буду делать дальше.

Лика была зла. Нет. Лика была зла! После того как она помогла оттащить того парня в больничное крыло, она, справедливо решив, что все закончилось, направилась спать. А наутро… наутро отправилась на занятия. Все началось с того, что свободное место было только рядом с тем придурочным рыжим, где, очевидно, должен был сидеть пострадавший блондинчик.

Лика скосила глаза и тут же наткнулась на влюбленный взгляд рыжего. Поспешно отвела взгляд и заставила себя вслушаться в сложные переплетения теоретической магии. Маг-теоретик был сегодня на высоте. В том смысле, что не спешил садиться на стул, на котором наверняка (как он полагал после долголетней практики) поджидала какая-то пакость, подложенная студентами нового курса.

Внезапно дверь приоткрылась, и в проем заглянула жутко взлохмаченная блондинистая голова, вежливо улыбнулась и поинтересовалась, не опоздала ли она… тьфу, он. Некоторое время изумленный Амирад тупо пялился на оживший труп. А потом, видя, что мест не осталось, махнул в сторону своего стула:

— Садись…

Лед пожал плечами, окинул взглядом курс и беспечно уселся на стул…

Я хозяйским взглядом окинул конюшню подле таверны. Нет, несомненно, все было прекрасно, но — не для меня. Я вздохнул и мягким, неслышным шагом прошел в самый конец. Видимо, сегодня здесь дорогие гости. И внезапно словно споткнулся о насмешливый взгляд серого, словно выточенного из камня коня. Дым — сразу же пришло в голову прозвище. Поспешно огляделся и, посреди белого дня, без всяких проблем (как-никак профессионал), увел одного из самых лучших коней, каких я видел на своем веку. А видел я немало.

Из города выбрался легко. И вот уже целых полчаса поджидал знакомую парочку у главного тракта, ведущего в столицу. Наконец они показались, и я с невозмутимым видом выехал им навстречу. Сестра окинула меня ошалевшим взглядом, а Шамир, выпучив глаза, странно согнулся и нервно захихикал, что как-то не вязалось с обликом владетельного дворянина.

— Ты хоть понимаешь, что ты сделал? — выдавила из себя Мэй.

— Украл коня, — недоумевая, что в этом такого, ответил я.

— О нет! — прохрипел Шэм. — Все не так! Нет, Ил! Ты украл коня императора Каролы, направляющегося, так же как и мы, в столицу…

Я застонал и схватился за голову. Что это? Теряю квалификацию? Все! Ухожу в маги! Бедная Академия… Но вовремя вспомнил, что никаких признаков магического дара у меня не было замечено, и отказался от этой бредовой идеи.

— Я знаю, что мы будем делать, — обратился я к крайне заинтересованному Дыму. — Будем тебя красить! Эй, Мэй, я знаю, иногда ты красишься для маскировки! Что у тебя есть?

— Зеленая краска…

— Что? — обводя недоуменным взглядом как Амирада, так и всех остальных учеников, поинтересовался Лед.

Но тут над его ухом вежливо кашлянули, и, обернувшись, он понял причину выпученных глаз. Рядом с ним витал дух. Зелененький такой… и нос красный, как с перепою…

— Опохмелиться нет? — хрипло проскрипел дух некроманта, решившего обокрасть какого-то магистра Академии лет …надцать назад и погибшего героической… тьфу! прозаической смертью — от некачественного самопляса, оказавшегося в кабинете у того самого магистра.

— Держи, — машинально ответил Лед, протягивая флягу с вином.

Обрадованный дух схватил неожиданный подарок и выпил одним махом. Вздохнул… А затем до него дошло. Он окинул ошалелым взглядом парня и задумался. Затем посмотрел на флягу…

— Да, парень, мощный из тебя некромант выйдет. Ну, если что, зови! — И только что выполнивший свой последний долг на сем свете некромант растворился в воздухе.

— Так вот оно что… Теперь ясно, куда делись переломы. — В повисшей тишине голос вампирши звучал диковато.

Да, было о чем подумать. Непонятно? Да что ж тут непонятного! Ведь всем, от мала до велика, известно: ни один дух не может использовать материальные предметы. Колдовать — да, но не более. Вот так так…

— Ой! Что-то мне нехорошо! Можно я проветрюсь? — поспешил смыться отличившийся Лед.

— Ага… — рассеянно ответил Амирад.

Из кабинета Лед выскочил как ужаленный. Пробежал пару коридоров, свернул в боковые ходы и остановился перед старой, потрепанной дверью с блеклой надписью «Библиотека». Помявшись, парень огляделся, пожал плечами и решительно дернул дверь за резную ручку…

Мэй ехала рядом и пакостно хихикала. Шамир… Нет, про него вообще молчу. Сей субъект молчал, однако как-то подозрительно то бледнел, то краснел. Я даже посочувствовал бедняге: эк его крутит от сдерживаемого смеха! Я мрачно скривил губы. Нет, выберусь из этой передряги — пойду на пенсию! Денег, надеюсь, хватит. Я прикинул, как это будет выглядеть, и, не удержавшись, фыркнул. Дым, кивнув зеленой мордой, согласился. Еще бы! После полуторачасовой покраски Дым соглашался со всем и вся. Хотя… неплохо получилось. Я, между прочим, хорошо рисую. В результате мой (теперь мой!) конь приобрел приятный оттенок темно-зеленого цвета с более светлыми разводами, придающими моему любимцу особый шарм.

Ехал в поле паренек, И не низок, не высок. Его конь зеленым был, Видно сразу: перепил! —

Изгалялась сестрица.

Я еле слышно скрипнул зубами.

И скрипел зубами он, Как гигантский скорпион. Он от злости красным был, Сразу видно: пере…

— Хватит! — не выдержал я.

Голос мой звонко прокатился над полем, достигнув опушки леса. Там он спугнул пару ворон, с громким карканьем унесшихся прочь, подальше от сумасшедших двуногих.

Мэй заткнулась и удивленно посмотрела на меня.

— Ил, ты чего? Она же шутит, — влез Шэм.

— В гробу я видал ваши шутки! И вообще! Раз уж вы такие веселые, поезжайте дальше сами! — И, легко повернув коня, я отправился прочь от главной дороги по неприметной тропинке, будто бы специально поджидающей меня.

И дорога, и тропа вели в лес, но я надеялся, что они не пересекутся. Ха! Шутят они! Я тоже могу шутить! Вот только вряд ли мой черный юмор придется кому-то по вкусу. Хотя… Ну да, есть еще некромант. Но встречаться с ним — увольте. И так уже натерпелся. Я беспечно тряхнул головой и, насвистывая веселую песенку, направился в глубь леса, прикидывая, успею ли я за день его проехать. И тут остановился, потрясенный. Балда! А если эта тропа не ведет, куда надо? Я в панике порылся в седельной сумке. Демоны! А карта-то у Мэй…

Всему свое время, как любил говорить император Каролы. Но на этот раз терпение его было на пределе. Его коня украли! И кто? Кто! Какой-то мелкий… А собственно, кто?

— Ммм… мэтр Ижэн?

— Да, ваше величество?

— Кто вор, известно?

— Увы, со стороны магии — ничего, как будто и не крал никто. Так что отследить вора, увы, не удастся!

— Вора… — задумался Валентин. — А если коня?

Мэтр Ижэн некоторое время стоял, ошалело моргая вылупленными от восторга глазами, а затем, радостно переглянувшись с его величеством, поспешил на место преступления…

Я сплюнул попавший в рот листок и тут же схлопотал другой. Пожевал. Подумал. Замечательно! Что? Опять никому ничего не ясно? О-о-о! А-а-а! Э-э-э… Расслабьтесь, этот листочек невкусный. Впрочем, положеньице у меня и впрямь неважное. Ну ехал, ехал я по той несчастной тропе… а потом — бац! Смотрю, а тропа-то закончилась! Эх, судьба моя судьбинушка! Вот теперь продираюсь со своим конем через сплошные заросли. Вот идиот! Нет бы назад вернуться. Не-э-эт! Поперся, как последний дурак, напролом! А теперь-то поздно…

Внезапно где-то недалеко послышались голоса, и, наученный горьким опытом (вдруг разбойники?), я прислушался.

На поляне среди тех самых зарослей восседали два лешака и жаловались друг другу на жизнь.

— Нет, ты представляешь, совсем кикиморы замучили, чего только не навидался от них! Мало того что я им озерцо-то свое отдал, так еще и…

— Да ну, у тебя еще ничего, а вот у меня — совсем беда.

— Это какая же?

— Да вот завелися у меня в лесу разбойнички… Оно бы ничего, но как поймають кого, так по ночам пьянствуют да песни срамные вопят. Нормальной нечисти выйти страшно! А сегодня опять каких-то поймали, девку да парня, прямо тепленькими взяли, во время обеда. А те и за оружие похвататься не успели, а то худо бы разбойничкам пришлось…

— Тсс!.. Слышишь? Уходим!

Я выругал про себя неизвестного растяпу, так беспечно топающего по лесу, где обитают разбойники. И тут узрел целую кучу «растяп». А, ну да, все правильно! Кому же еще так беспечно топать в разбойном лесу, как не им самим? Вот-вот…

Шамир был зол. Очень зол. Сначала они поссорились с этим мальчишкой из-за сущей ерунды, затем он чуть не поцапался с наемницей, а теперь, вообще, они оба захвачены разбойниками. Воин тяжело вздохнул, вспоминая, что стало с его оружием: его забрал какой-то особо небритый увалень. Такой замечательный меч! И плевать, что Ил говорил насчет семи золотых… Шэм на миг остановился, но тут же получил удар дубиной в спину, мол, не останавливайся. Рядом топала Мэй, что-то бормоча под свой симпатичный нос. Шамир прислушался.

— Нет, найду гада — урою! Как знал, подлец, как знал! Небось сам уже и из леса выбрался! Не, ну каков пройдоха, а? Может, зря я его из (далее неразборчиво) вытаскивала? Ну как, как ему удается из самых опасных передряг выбираться? Все, до столицы — куда он, туда и я. — Тут девушка споткнулась, и ее речь украсилась цветистыми выражениями.

Шэм хмыкнул. Да, ну и лицо было у наемницы, когда прямо из кустов на нее уставилась парочка многозарядных арбалетов! Хотя у разбойников лица тоже были ничего, особенно тогда, когда она разоружалась. Воистину ту кучу оружия, которую она вывалила на землю, не каждая лошадь унесет. А ведь наверняка что-то еще припасла! Нет, вообще-то Шэм Мэйрону понимает. Сами подумайте, как такая толпа сумела подкрасться к ним совершенно беззвучно? И вон как сейчас топают! Нет, без магии здесь не обошлось…

Отряд разбойников как раз выруливал на открытое место, небольшую поляну, и Шэм смог в полной мере осознать, к кому они попали в руки. Хардрагцы, мать их…

Я с интересом окинул взглядом разбойников. Так-так-так! Эге, други мои, смело идущие на казнь, готов я снять в честь вашу, сгинувшую в сих лесах, свою шляпу, потерянную мной в безвозвратно ушедшие детские годы. И даже готов начертать своим пером летопись, вешающую о жизни и бытии двух отважных героев, погибших и… э-э-э… о чем я? Во дурак, забыл. Тут я снова посмотрел на поляну. Да, пора рыть могилки. Если они понадобятся. Прямо передо мной весело маршировали хардрагцы…

Кхм, кхм. Слушайте и запоминайте, други мои, ибо рассказываю я вам великую историю… Ну ладно, ша расскажу. Жил-был в недалекие времена в одном недалеком графстве на должности местного мага один белый магистр. И звали сего дядечку (лет пятидесяти, не больше) Хардраг. Ничего не напоминает? И вот как-то раз, в одну наиболее темную ночку, повстречал Хардраг на кладбище (что он там делал-то?) демона. Эх и веселился же тогда демон, гоняя по могилкам магистра! Ну ладно, этого в летописях нет, это уже народные домыслы. А вот описаний великой неописуемой (во каламбур) битвы — завались. Вот побились они, побились, и понял демон, что силы их равны (короче, догнал мага). И говорит: «Что тебе надобно, старче…» Ой! Это не отсюда! В общем, это чудо говорит: «А ты мне нравишься! Весело мне с тобой было! Хочешь, подарок сделаю?» Маг: «…»(вырезано цензурой). Демон: «Вот это правильно, это по-нашему! Короче, так, маг, силу даю тебе немереную. Но — особую… Коли встретишь того, кто узнает суть сей силы, живо ее потеряешь!» Вот с тех пор и разбойничает во лесах Великий (сам так назвался) Хардраг, и нет на него управы никакой магией, уж каких только магов туда не посылали.

Я еще раз посочувствовал Шэму и Мэй, развернулся и… наткнулся на укоризненный взгляд Дыма.

— Что? Ну что ты смотришь на меня, как на врага народа лошадей? Ну что, что я могу им сделать? Я же всего лишь вор! Вор! И вообще, по статусу — низкий, подлый человек, не совершивший в жизни никакого доброго дела! Ежели я им помогу, как же я вором буду дальше? Что? Не надо вором? А на что я буду жить? Я ж ни демона не умею! Не в Академию же идти. — Дым радостно закивал. — Дурак! Нашел время шутить.

И, обидевшись на всех и вся, я потопал в глубь леса.

Возможно, если бы вор обернулся, он успел бы заметить, как серый конь в негодовании закатил глаза…

В деревне, за лесом…

— Так-так. Если сумел замести следы, значит, он маг. А если сумел замести так, что не заметил некромант, значит, сам некромант. Где могла бы понадобиться эта заколка? Правильно, в Импералеаде! Значит, все дороги ведут туда.

И, довольный своими выводами, некромант поспешил прочь из гостеприимной деревни.

Староста, глядя ему вслед, перекрестился:

— Ушел, слава Всевышнему.

Риг плюхнулся рядом с Ледом и впился зубами в куриную ножку.

— Эй, Лед, ты чего не ешь?

— Читаю.

Риг подавился.

— Э-э-э, Ледиан, ты чего? Не заболел, часом? — всерьез обеспокоился состоянием друга Риг.

— Отстань! — невразумительно ответил Лед, вставая и спеша прочь из столовой.

Риг в полном недоумении смотрел ему вслед…

— Магистр Амирад! Магистр!

— Да, Риг?

— Тут вот какое дело… В общем, мне кажется, Лед болен!

Лично Амираду казалось, что тот болен с самого рождения.

— Ну что с ним еще?

Риг тяжело вздохнул:

— Читает.

— А-а-а… О-о-о… Это серьезно.

Лед с азартом вчитывался в записи какого-то мага, увлеченно описывающего, как поставить блок на проникновение — защитный круг. Но тут в дверь его комнаты постучали, и он, применив вычитанное заклинание, распахнул перед гостями дверь.

Амирад, оглядываясь, вошел. За его спиной отирался Риг. Как ни странно, особого отпечатка на своей комнате младший имперский принц не оставил. Все скромно. Кровать, стол, ковер, тумбочка, окно… Вот с окном явно были проблемы. Вместо него зияла довольно широкая дыра.

— Неудачное заклинание, — рассеянно пояснил хозяин комнаты, возвращаясь к чтению.

Лед был слишком увлечен, чтобы заметить, как озабоченно переглянулись Риг и Амирад. Но тут последний заметил книгу в руках юного некроманта.

— Та-а-ак… А откуда книга?

— Из библиотеки.

— Ты был в библиотеке? — как-то странно побледнел магистр.

— Ну да, только странным показалось, что там никого нет, даже библиотекаря… Но дверь была не заперта, и я вошел.

— Не заперта… — повторил маг и, вытащив из кармана какое-то зеркальце, прохрипел: — Дайм! Созывай Совет, срочно! В главном зале!

— Что, так все серьезно? — Стекло зеркальца пошло рябью, и на нем появилось изображение ректора.

— Более чем! — И, бормоча что-то про себя, теоретик удалился.

— Вот бы узнать, что там будет! — воскликнул Риг.

— А почему бы и нет? — оживился «больной», открывая нужную страницу…

— Катастрофа! Братья мои, настал конец света! Услышьте меня и…

— Уважаемый Амирад, не могли бы вы ближе к делу? — вежливо поинтересовалась Араника Проницающая, входящая в Совет Владетелей.

Маг-теоретик подскочил на месте.

— Вы… — зашипел он. — Это вы подсунули это недоразумение Академии!

— У вас какие-то проблемы с… — магичка зачем-то посмотрела на какой-то листок, хотя, конечно, знала имя «недоразумения» наизусть, — с Ледианом Семиречным?

— Проблемы? Этот парень сумел проникнуть в библиотеку и выбраться оттуда живым!

В одно мгновение в зале установилась тишина…

В лесу я ориентировался превосходно и то, что заблудился, понял почти сразу. Затаившись, я прислушался. Вот мимо мелькнула тень, и я резко рванул наперерез.

— Ага! Попался!

— А-а-а! Пусти! Ну пусти! Я думал, ты из этих! — вовсю оправдывался лешак.

— Да ну? — не поверил я.

Знаю я этот народ, им бы над нормальными людьми поиздеваться.

— Ну хочешь, хочешь, я тебя к ихнему логову отведу? Они и не заметят, честное слово. Мамой клянусь!

— Мамой не надо, — серьезно ответил я. — А вот лесом своим — изволь!

Лешак радостно поклялся и засеменил в нужном направлении. Я растерянно оглянулся на Дыма. Тот ободряюще фыркнул.

— Жди неподалеку, — буркнул я и последовал вслед за своим проводником. — В конце концов, воровал же я артефакты. Чем Шамир с Мэйроной хуже? Вот-вот…

Как ни странно, пришли они быстро. Логовом великих неуловимых хардрагцев являлся старый, не до конца разрушенный храм, невесть как затесавшийся в глубине леса между деревьев. Шамир фыркнул, не понимая, как такая куча магов не сумела найти сие сооружение. Мэй рядом выругалась.

— Проклятый храм, — пояснила наемница на недоуменный взгляд Шэма.

— Молчать! — рявкнул один из конвоиров. — Эй, Хорек! Зови Лаанрона, пусть посмотрит, кто у нас тут сегодня!

Названный головорез тут же, спрыгнув с дерева, помчался выполнять поручение. Через минуту он вернулся, идя вслед, по-видимому, за Лаанроном. Личность это была, прямо сказать, примечательная. Все в нем выдавало полуэльфа: и чуть заостренные уши, и телосложение, и то, как он совершенно бесшумно передвигался, и длинные, серебристого цвета волосы. Вот только глаза у него были и не человеческие, и не эльфийские. Холодные такие, безжизненные. Глаза убийцы. Шамир мысленно выругался: да, видал он таких. Мэй же презрительно хмыкнула: по ее мнению, она была лучше. Взгляд Лаанрона метнулся к ней:

— Гильдия убийц?

— Она самая.

— В южную комнату, второй этаж, — отдал указание полуэльф. Затем глянул на Шамира. — Туда же, в соседнюю комнату, — и, резко развернувшись, ушел.

Разглядывая представившееся мне строение, я лихорадочно размышлял. В голову отчего-то постоянно лезли мысли о потревоженных духах храма, а то, что этот конкретно был еще и проклят, чуял издалека. Мощно так проклят. Некромантом. Идти туда мне не хотелось. А придется. Та-а-ак! Для начала составим план. Что там у нас с Мэй? Без оружия это чудо отсюда не уйдет. Та же проблема с Шэмом. А, демоны Круга, за что? Нет бы по-тихому, шмыг — и все дела! Ну ничего… Главное — на Хардрага не напороться. Хватит мне общения с некромантом. Имея большой опыт, с религией я не связывался, себе дороже, однако способы проникновения в различные храмы имелись. Их же практически все по одному образцу строят! А этот так вообще копия того, который при монастыре одном был… Я тогда от стражников прятался, чем не укрытие? Вот и вызубрил все тайные ходы. А подите попробуйте не столкнуться с монахами в их же храме! Правда, этот какой-то странный, не считая того, что проклятый. Видать, запрещенному богу поставлен…

Я еще раз окинул взглядом храм. К горлу подкатил холодный комок. Храм явно пытались разрушить, но не завершили начатое. Что же помешало?

Лаанрон застыл у двери. Стучаться необязательно — Хардраг знал за версту, где находятся его люди. Дверь распахнулась.

— Ну?

— Два человека, с примесью эльфийской крови. Девчонка — наемница из гильдии убийц, второй — воин.

— Где поместил?

— На юге второго этажа.

— Считаешь, стоит? — В голосе стоящего спиной к Лаанрону послышалось сомнение. Полумрак в просторной комнате мешал разглядеть что-либо кроме худощавой фигуры на фоне окна.

— Они опасны.

— Насколько?

— Доберись эти двое до оружия — и здесь бы их не было.

— Признаешь, что они сильнее тебя?

— При захвате меня не было.

— Что обнаружили при них?

— В основном оружие: двуручник у девчонки, полуторник у воина и куча более мелкого холодного оружия у обоих.

— И они не пустили их в ход?

— Были уверены в собственной безопасности.

— Их будут искать?

— Все равно не найдут.

— Можешь идти.

Лаанрон замялся.

— Что-то еще? — несколько удивился Хардраг, полуобернувшись.

— Проклятие просыпается. И непонятно, с чем связано.

В лесу наступила ночь.

Я свесился с ветки дерева и с неприкрытым интересом огляделся. Ага. Меч моей несравненной названой сестрицы я заметил сразу. Еще бы! Такую махину — и не заметить! Ну с мечом Шэма придется помучиться. А пока…

Разбойник, с довольным видом показывая меч (тридцать золотых!..), направился ко мне. То есть не ко мне, а к дереву, на котором я висел. Ой-ой! Он же меня увидит! Но с другой стороны, такая возможность… Наконец дюжий мужик перестал заниматься ерундой и, закинув лихим взмахом двуручник в наспинные ножны, целенаправленно двинулся в сторону каких-то кустов. Случайно или нет, но путь его лежал подо мной.

Незаметно опустить руку вниз…

Легко, почти небрежно, сомкнуть пальцы…

Крепче вцепиться в ветку дерева…

И — вверх! Быстро и беззвучно!

Тяжелый, гад.

Меч оказался в моих руках. Я сдунул челку со лба и перевел дух. Надо же, не заметил! Хотя… вор я или кто? Вот-вот!

На душе стало легко-легко, последние неудачи казались мелочью, темный враждебный лес вспыхнул и заиграл красками, в сердце расцвела бешеная эйфория. Я наконец понял, что нужно делать. Я был счастлив.

Вот демон, а? Как же мне мало нужно для счастья!

Наконец я сбросил с себя дурацкое ощущение, перестал, глупо улыбаясь, пялиться в небо и трезво взглянул на пришедшую в голову идею…

Найти меч Шамира не составило труда: его не посчитали ценным и просто свалили в кучу возле костра. Другое дело — достать его оттуда. Придется повозиться. Впрочем, здесь я тоже справился. Начать с того, что все находящиеся снаружи хардрагцы (их было не более двадцати) выполняли функцию охраны. То один, то другой уходил куда-нибудь, но, правда, возвращался. Кстати, тот, что был с мечом Мэй, бродил у кустов и озадаченно крутил головой, не понимая, как он мог потерять такую вещь… А вот, например, четыре воина у костра, который мне нужен, еще ни разу не уходили. Подозрительно, особенно если учесть, что трое людей с явным испугом косятся на сидящего у костра полуэльфа и изображают из себя бравых вояк, свирепо вглядывающихся в глубь леса.

Угу. Вы б на деревья посмотрели! Тоже мне вояки. Так, с этими можно не считаться, не заметят, даже если в упор глядеть будут. А полуэльф… Демон! Да откуда он взялся! Сбил, гад, весь настрой. Так, Ил, соберись… Думай, думай, ты же умный…

Вздрогнули все, кроме меня (еще бы я вздрагивал, сидя на тонюсенькой веточке) — над всем лесом пронесся тоскливый, жуткий вой. Вот только вряд ли он принадлежал волкам. Сколько я ни прислушивался, понять, где его источник, было невозможно.

Полуэльф вскочил, в его широко распахнутых глазах тенью застыла тревога. Внезапно теплый ветер рванул дерево подо мной, заметался над лесом, завихряясь в сумрачные тени ночи и погружая в невыразимую тревогу. Затем прошелся вдоль стен словно проснувшегося храма и, резко взметнувшись вверх, разметал легкие тучи, обнажив насмешницу-луну, оказавшуюся полной…

Я мысленно выругался. Проклятье! Теперь этот полукровка точно меня заме…

И тут же оборвал эту мысль. Взметнувшись вихрем с места, полуэльф отправился в храм, бросив за спину остальным, мол, не дергайтесь. Наи-и-ивный! Естественно, как только ушастик скрылся, те сразу задергались и зашептались. Я заинтересованно прислушался.

— Как пить дать проклятие!

— Да не, вряд ли, Хардраг же говорил…

— А я вам говорю: проклятие! Тот выживший из ума монах так и говорил, мол, все началось с воя…

— Ну ничего, сейчас Лаанрон доложит, Хардраг все исправит.

— Пока исправит…

— Да, мало ли…

— Слышите? Нет? Вот и я думаю, чего это так тихо?

Я хмыкнул. Ну ребята, вы даете. Тихо, как же! Вон сова крылышками хлопает, листва деревьев шелестит, лешак что-то бормочет… Я широко распахнул глаза и замер. Пришедшая в голову мысль заскакала, размахивая красным флажком. А, демоны всем на головы, плевать! Это так щекочет нервы! Я наклонился вниз и легко скользнул по веткам, мягко прогнувшимся подо мной, зловеще ухмыльнулся и… достал из кармана флейту, невесть где стыренную. Смеетесь? Ну и ладно. Вы просто не слышали, как я на ней играю. Ага, просто божественно. В общем, если коротко, единственный музыкальный инструмент, подвластный мне, — это гитара, и на ней я весьма неплохо умею играть. Но, свистнув флейту, я не мог не попробовать, результат — куча людей с разрывом сердца, оказавшихся в сей недобрый час рядом со мной.

Я поднес флейту к губам и сыграл случайный набор звуков. Как ни странно, мелодия вышла ну просто невероятно, загадочно красивой, и я решил, что все пропало. И тут же понял, что ошибся. Над лесом повисла мертвая тишина. На несколько мгновений. А затем, кажется, будто все разом завыло, завопило…

Хардрагцы подскочили, заорали (леший, хоть бы вы помолчали!), схватили оружие и, видимо со страху, помчались в лес, пробежав прямехонько подо мной. Я потряс головой, избавляясь от досадливого звона в ушах, легко спрыгнул к костру, посмотрел им вслед, пожал плечами и, подхватив оружие Мэй и Шэма, скрылся в храме.

— Что? — Такой тревоги в голосе Хардрага Лаанрон ранее не слышал. Фигура мага на мгновение смазалась, но тут же приобрела четкость. — Не понимаю, — нахмурился он. — Заклятие сломано, но не специально, а будто так, мимоходом…

— Лаанрон! — В комнату, не стучась, вбежал разбойник. — Там трое наших людей, они утверждают, что слышали в лесу музыку, вызвавшую проклятие. Говорят, что бросились в лес, чтобы найти… — и тут же замолчал, остановленный взмахом руки мага.

— Лаанрон, брось все силы на поиски этого музыканта. Кто бы это ни был, он в лесу. Будь он в храме, я бы почувствовал. Ищите.

Лаанрон коротко кивнул и вместе с помощником вышел. Хардраг глотнул вина…

Шамир хмуро оглядывал решетку окна. Внезапно дверь хрупнула и, потрескавшись, рухнула. Шэм резко обернулся. На пороге, счастливо улыбаясь, стояла Мэй. В руках она держала два меча.

— Держи! — бросила она воину его меч.

— Как? — только и смог выдавить Шэм.

— Представляешь, какой-то придурок забыл одну железяку на полу в моей комнате. Я, конечно, не Ил, но отколупать ею замок смогла. Ну ты представь, в коридоре никого не оказалось, а возле стены валялось наше оружие! Идем скорее, пока остальные не очухались!

И, устраняя по пути всех встречных, а их оказалось на удивление мало, парочка выбралась из этого проклятого храма.

Я задумчиво смотрел вслед удаляющейся парочке. Я не герой, что вы! Спасать их самому было бы безумием. Да они сами кого хошь спасут! Нужно только легонечко помочь…

Подсунуть отмычку, пока сестричка перестукивалась с Шэмом, было проще простого. Сторожащего дверь хардрагца я из-за угла оглушил рукоятью меча в лоб, оттащил в сторону… И все дела!

Я хмыкнул. Все верно. Дальше наши пути расходятся. И пусть никто не думает, что это был благородный поступок. Я — вор, у меня таких не бывает. Это все Дым, он у нас благородный… даже императорский. А кстати, где он?

Я двинулся в ту сторону, где, как предполагалось, я его оставил. Впрочем, удалось сделать лишь несколько шагов. Плечи обхватила петля… рывок, меня волокут по земле… И приставленный к горлу клинок…

— Вот ты и попался! — торжествующе улыбнулся полуэльф. — Возвращаемся!

Не-э-эт! Я — не вор.

Я — законченный неудачник.

Все оказалось так просто. Лед усмехнулся. Да, повеселился, как же! Тут, леший, такие дела…

Библиотека оказалась закрытой проклятием некроманта. Угу. Именно того, который призраком явился Леду. Но нет, это было не просто проклятие, нет. Для начала — дверь. Любой, кто дотрагивался до ручки, умирал, осыпаясь пеплом. Тот же, кто сумел проникнуть внутрь (телепортом, например), возвращаясь, сходил с ума, тем самым подвергая опасности окружающих. Занятно, да? Встает вопрос: а как же такую опасную дверцу не заблокировали от остальных? Еще как заблокировали! Вот только Лед этого не заметил.

Парень бросил в сумку последнюю вещь и огляделся, прикидывая, что он мог забыть. Вроде все на месте. Нет, из Академии его никто не выгонял. Он сам. В смысле, бежать собрался. А вы что думали? Станет младший имперский принц Мианора Ледоник сидеть в лечебнице для душевнобольных? Не дождетесь!

Лед горько усмехнулся. Как же, принц. Да еще имперский. Да еще Мианора! Э, нет, дорогой, сейчас ты Ледиан Семиречный, младший сын какого-то графа, с даром некро…

В дверь постучали. Вот как! Уже… Ледиан заметался по комнате, как в клетке. Но тут почти отчаявшийся взгляд наткнулся на… окно.

«Что же. Пару этажей можно и так пролезть, а потом до земли будет недалеко. Использую левитацию из книги», — философски решил Лед, выпрыгивая в окно и в самый последний момент цепляясь за карниз. «Демон, демоница и пять демонят на мою голову! Похоже, я все-таки сошел с ума!» — пришла ему в голову несвоевременная мысль.

Императрица Мианора, легко склонив голову набок, вслушивалась в речь гонца.

— Хорошо, можете идти, — благосклонно кивнула Анадель.

Гонец поклонился и поспешил выйти. Оставшись одна — слуги и стража не в счет, — Анадель подпрыгнула на троне, вскочила и, напевая, закружилась по залу.

— Бал, бал, бал! — повторяла она нараспев, сбегая по крутой лестнице. — Бал, бал, бал! — вбегая в кабинет Эвариана. — Бал! Бал! Бал! — выводя над ухом корпевшего над бумагами брата. — Эвариан! Эв! Очнись, скоро у нас будут гости! Будет бал, указания я уже дала. Все должны прийти, и ты тоже. А где, кстати, мой младший братишка?

— Его отправили инкогнито в Академию магов.

— У него что, обнаружился дар?

— Да. Дар некроманта.

С минуту великолепная и царственная Анадель то открывала, то закрывала рот.

— Да, похоже, я многое пропустила, — наконец пришла она к выводу. — Но чтобы на балу он все равно был! — и величественно удалилась.

Проникнуть на конюшню ничего не стоило, как и забрать коня. Видимо, маги еще не очухались, так как во дворе их не было. Зато были Риг и Анжелика, сидящие на лошадях.

— Риг? — изумился Ледиан.

— Ну не оставлять же тебя одного! — пояснил тот.

— Анжелика? — совсем недоуменно.

— Да знаете, с вами так забавно…

Лед закатил глаза.

— Так, куда мы едем?

— В столицу, — пожал плечами Лед.

— Но мы же в ней!

— Просто здесь нас искать будет очень сложно… — И, ехидно улыбаясь, Лед выехал за ворота.

— Нет, он все-таки сошел с ума, — зашептал Риг.

В ответ послышалось скептическое хмыканье. По мнению Лики, Лед таким родился.

…Опять. О бездна, породившая этот мир! Опять. Вся нечисть на мою больную голову! Опять. Опять я очухиваюсь неизвестно где, зачем и как. И опять зверски болит голова. Темно. Стоп, это мы уже проходили. Значит, надо открыть глаза. Другой вопрос — как это сделать? Ручками, ручками. Нет. Лучше вспомнить, что было. У-у-у, как все запущено. А полуэльф — изверг. Зачем надо было стукать рукоятью меча по моей и так нездоровой голове? Да, думаю, открывать глаза не стоит. Вот так и умру, с закрытыми глазами…

Весь ужас этой мысли дошел до меня, и я резко распахнул глаза.

И тут же весь страх исчез, как будто его не было. Ничего, вернется. Но только потом…

Хардраг с искренним изумлением разглядывал молодого парня, совсем еще мальчишку, лет семнадцати. Но нет, ошибки быть не могло. В одном из его карманов была найдена флейта. Поймал парня Лаанрон, причем, как он утверждал, подозрительно легко. Тут же Хардраг приказал отвести его в главный зал храма и даже приковать к алтарю. И теперь маг размышлял, прикидывая возможные варианты будущего разговора, пока парень был без сознания.

Парень как парень. Худощавая, гибкая фигура, облаченная в свободные кожаные штаны и рубашку, никаких украшений, кроме, пожалуй, необычной заколки на черных, как смоль, волосах. Смуглая кожа и тонкие черты лица, возможно принадлежащие аристократу. Вот только одежда потрепана. В общем, обычный парень.

Маг тряхнул головой и нахмурился. Флейта — не артефакт, значит, дело в парне. Мрак, когда же он очнется?

Парень так резко распахнул глаза, что Хардраг от неожиданности дернулся. А очнувшийся окинул ошалелым взглядом зал, оценил обстановку и, сверкнув зеленющими глазами, нахально улыбнулся:

— Ну и чего надо?

И в этот момент, совершенно непонятно отчего, великому и знаменитому магу показалось: проблемы только начались.

…Лед окинул взглядом комнату трактира, в котором они решили остановиться. Трактир назывался довольно странно, но именно это его и привлекло. Еще бы, кто станет искать Леда в «Посохе некроманта»? Верно, никто. Парень плюхнулся на кровать, сдул челку со лба и весело улыбнулся. В соседних комнатах располагались Риг и Лика. А младший имперский принц Ледоник только сейчас представил, что будет во дворце…

…Въезжая в Импералеаду, Шамир и Мэйрона наконец-то смогли вздохнуть спокойно. Да, несомненно, с трудом, но — добрались.

Поплутав по столице, попутно спрашивая у прохожих дорогу, парочка наконец-то нашла то, что нужно. Оставив лошадей в конюшне, они направились в «Посох некроманта»…

…Некромант озабоченно огляделся. Что ж, телепортация удалась. Но найти в этом городе, в самой столице некроманта, пусть и сильного, почти невозможно! Вздохнув, некромант отправился в «Посох некро…». Вот уж где вор явно не появится.

— Так зачем я вам понадобился? — вежливо повторил я.

Хардраг молча сунул мне флейту под нос:

— Твое? — Я согласно кивнул.

— Ну и как ты сумел сломать сдерживающее проклятие заклинание?

Некоторое время я недоуменно таращился на легендарного мага. А затем, резко откинув голову назад, расхохотался. Э, нет, ребята! Истерикой тут и не пахнет! Нет, ну правда, сами подумайте, как я, обыкновенный вор, без всяких магических фокусов, взял и…

Но тут у меня резко заболела голова, и пришлось заткнуться. Хардраг смотрел на меня, как на сумасшедшего. А, ну да, лежу тут, прикованный к жертвенному (ой!) алтарю. Лежу, да еще и ржу, как ненормальный. А собственно, почему как! Ведь все началось еще там, в Южеле. Нет, я, конечно, отличаюсь здоровым чувством юмора. Но с тех пор все сдвинулось и помчалось здоровенными скачками, и я уже не просто вор. Дурак я, дурак. А все эта демонская заколка…

А если это она?!

Я было отрыл рот, чтобы списать все на долбаный артефакт, но тут дверь с размаху распахнулась, и вбежал полуэльф. Бледненький такой, руки трясутся. Ню-ню. Видимо, хорошие новости.

И я даже знаю какие!

— Лорд! Они сбежали!

Хардраг вздрогнул, бросил взгляд на меня:

— Подождешь.

— Ничего не обещаю!

Этот гад даже не обернулся, но я четко услышал звук задвигающегося засова…

— Им помогли, иначе быть не может.

— Да?

— Тут один… он утверждает, что меч девчонки исчез…

— Выпал.

— Двуручник из наспинных ножен?

— Есть у меня подозрения, насчет того парня… — начал Хардраг.

Он сделал уже пару шагов, когда храм содрогнулся и стал оседать…

Освободиться от цепей мне, бывалому вору, было делом минуты. И вот стою, свободный как птица, возле алтаря. Я с тоской уставился на одну-единственную дверь. Дракон меня задери, почему там не замок? А знай я, в чем сила этого мага, вообще просто бы было!

Стоп. Ты же вор. Спокойно. Ты где? Ясно где, в храме. А храм без потайных ходов — не храм. Эх, такой шанс! Ищи, Ил, ищи…

Вскоре я был уверен, что никаких потайных ходов здесь нет. Хотя… Разве что алтарь. Какой-то камень подозрительный в изголовье. Черный такой, с дымом, внутри клубящимся.

Думал я недолго. Да и зачем? Схватил цепь, размахнулся и ударил!

Не размышляя, Хардраг рванул в главный зал, отбросил засов в сторону и уставился на черноволосого парня, с интересом разглядывающего разлетевшиеся в стороны обломки алтаря.

— Моя сила!

Лаанрон, не будь дураком, как и остальные хардрагцы, рванул из храма прочь, только почувствовав, что тот рушится, и видеть этой сцены не мог. А жаль… Потому что парень изумленно воскликнул:

— Так ты тянул силы из проклятого храма!

— А ты не знал? — вытаращился на него маг.

— Да я вообще здесь случайно.

Маг схватился за голову и сполз на пол. Храм дрогнул и осыпался грудой камней, чудом не задев обоих. Вокруг простирался ночной лес.

— Я вернусь и отомщу! — пафосно изрек Хардраг, выстраивая телепорт.

Но, шагнув к нему, оступился и рухнул в широкую щель в земле, тут же закрывшуюся. Итак, в смерти Великого и легендарного Хардрага можно было не сомневаться.

Я пожал плечами и шагнул в телепорт. Сдуру. Надо же, везуха! Прямо передо мной находилась дверь столичного трактира, «Посоха некроманта». Символика, однако.

— Ваше величество! Конь найден!

— А вор?

— Как сквозь землю…

— В чем же дело, мэтр Ижэн?

— Не знаю, но тут недалеко я обнаружил разрушенный проклятый храм… Причем разрушен только что. Также присутствуют признаки смерти сильнейшего мага.

— Постойте, это не в здешних лесах обретался легендарный Хардраг?

— Обретался, — подтвердил начальник охраны. — Мы нашли и допросили пару разбойников. По всему выходит, что именно наш вор сумел уничтожить банду.

— Хм. Действительно, ясно лишь то, что мы явно отстаем от событий! — заключил Валентин, император Каролы.

Трактирщик облегченно вздохнул. Нет, сегодня явно сумасшедшая ночь! Сначала заявились… эти. Зеленоглазый блондин, с ехидной усмешкой и манерами благородного, рыжий повеса с невинно голубыми глазами и чистокровная вампиресса. Жуть. Ну ладно, этих заселил, так тут же в зал ворвалось некое рыжее недоразумение и начало требовать две комнаты на ночь. Следом степенно вошел молодой воин, окинул синим взглядом пустующий зал и дал понять, что является спутником рыжего ужаса, уже интересующегося, а почему все-таки «Посох?..». Кабы он знал! Из-за этого названия заведение и пустует… Но только он отправил наверх этих двоих, как на пороге трактира появился некромант и заставил пожалеть хозяина, темного полуэльфа, о выборе названия. И вот все затихло.

Угу, вот только через час дверь, хлопнув, отворилась, и на пороге возникло нечто. Это «нечто» было семнадцатилетним пареньком. Черные волосы стоят чуть ли не дыбом, глаза цвета весенней листвы сияют каким-то нездоровым азартом, когда-то белая, а теперь еще и треснувшая в некоторых местах рубашка, штаны, закатанные до колен, через все лицо царапина, как будто парень только что продирался сквозь лес. А сверху все это дополняла занятная такая заколочка из темного золота, в виде змеи, съехавшая с волос набок.

— День добрый! — приветствовал всех парнишка. — То есть, я хотел сказать, ночь… или утро? Короче, мне срочно нужна комната. Еще чуть-чуть, и мое бренное тело придется отсюда уносить. Не беспокойтесь, деньги имеются. Только тсс! Никто не должен знать, что я здесь, хорошо? — Парень печально вздохнул и, чуть качаясь, поплелся наверх.

…А в это время императорский дворец стоял на ушах. Причин для сего факта было достаточно.

Во-первых, гости, которых ожидала императрица.

Во-вторых, бал, устраиваемый в честь их прибытия.

Ну а в-третьих, пропажа члена императорской семьи.

Так или иначе, но, даже отсутствуя во дворце, младший имперский принц Ледоник сумел навести там полный переполох.

Лед мог собой гордиться!

Глава 4. КАК ЗДОРОВО, ЧТО ВСЕ МЫ ЗДЕСЬ!.

По старой привычке Шамир проснулся рано. Впрочем, он ничуть не удивился, столкнувшись на выходе с Мэй.

— А я тебя уже будить шла! — как всегда, жизнерадостно вещала наемница. — Когда идем в Академию?

— Думаю, в этом нет необходимости, — ледяным тоном ответил воин, глядя вниз с лестницы на примечательную троицу, завтракающую за одним из столов. Несомненно, самой заметной была вампирша, рядом сидел некий блондинчик, уплетающий еду. Но взгляд Шэма был устремлен к рыжему типу, который в явной скуке скреб стол ногтем. Взгляд его скользнул по Мэй, воину, пошел дальше… застопорился… вернулся… — Ну и что ты здесь делаешь, Риг? — обманчиво мягким голосом поинтересовался Шамир.

Парень побледнел, отчего на лице яркими пятнами выступили веснушки.

— Э-э-э… ребята, знакомьтесь, это — мой старший брат Шамир, герцог Радонежский, владеющий приграничными землями на западе…

— Очень приятно! — совсем неуместно улыбнулся Лед. Впрочем, когда это он улыбался уместно? Вот-вот…

Я зевнул и покосился в окно. Вот демон! Еще даже не полдень! А я пришел только к утру. Нет, Ил, никуда ты не пойдешь.

Да, наверно, вам все же интересно, что за имя у меня такое? Да это и не имя вовсе. Прозвище. Сказал как-то один знакомый, мол, у меня глаза цвета ила, вот и привязалось. Имя я свое на протяжении семи лет никому не сообщал, хотя, что странно, ни капельки не отвык. Нет, все! Отставить ностальгию! Спать, спать, спать…

Я перевернулся на другой бок, закрыл одеялом голову от настырного рассветного солнца, вспомнил название трактира, похихикал и уснул. Любопытно, что же с тем проклятием? Не удивлюсь, если это милая заколочка. Надо снять, от греха подальше.

— Вот так! — закончил рассказ Риг, хмуро поглядывая на хихикающую Мэй.

— Хм… граф Семиречный. Не слышал о таком, — заметил Шэм.

— Я тоже! — беспечно пожал плечами Ледиан. Все молча уставились на него. — Ну надо же было что-то соврать, чтобы в Академию приняли. Документы подделать — раз плюнуть. — И ведь не соврал подлец, не соврал…

— И что вы собираетесь делать теперь? — полюбопытствовала Мэй.

Анжелика и Риг пожали плечами.

— Тут какой-то караван в эльфийские земли отправляется… — задумчиво проговорил Лед. Его многострадальные друзья схватились за головы и застонали. — Что?

Ответом было многозначительное молчание.

Встал некромант поздно. Теперь же темного мага терзали тяжелые думы. Найдет он вора, и что? Как узнать, куда тот дел заколку?

В раздумьях он спустился вниз, где и наткнулся на старого знакомого.

Я во все глаза смотрел на кошмар наяву и благодарил небеса, что снял эту проклятую заколку. Завидев меня, тип в черном радостно улыбнулся и решительно двинулся ко мне. Это тело плюхнулось рядом со мной и счастливо уставилось своими некромантскими глазищами. Ух, что-то у меня нехорошие предчувствия…

По мере изложения «просьбы» я начинал жалеть, что не повесился.

— А если откажусь?

Этот изверг многозначительно взвесил в руке свой некромантский посох.

Символично, а?

— Некроманта этого я, так уж и быть, найду сам, — вещал мой старый знакомый. — Твое дело — узнать, где он прячет одну вещь, — и стал описывать печально знакомый мне артефакт.

— А что будет, когда вещь вернется?

— Тогда, пожалуй, я убью вора. — Он встал и ушел, а я понял, что не отдам заколочку ни за какие коврижки.

Выехать решили еще до обеда. Шэм уже успел наведаться к караванщику и записать всех пятерых как охранников. И вот теперь все они ехали неспешным шагом наравне с караваном.

— Мэй, ты чего такая задумчивая?

— Мы хотели сообщить о темном маге…

— Брось, он наверняка уже смылся!

— А Ил?

— Этот прохвост выйдет из любой передряги!

— Вы это о чем? — влез Лед.

Воина и наемницу перекосило, — очевидно, вспомнили Ила.

— Неважно!

Лед пожал плечами. Анжелика и Риг переглянулись…

А впереди вновь лежал неизведанный путь, ведущий в загадочное светлоэльфийское королевство, Нол-Иалмерит.

Держитесь, эльфы!

Этот, в черном плащике, примчался уже через час. Выстроил телепорт, объяснил кто, куда и с кем.

Странно, но я ни капли не удивился, заслышав знакомые имена, и, ступая в телепорт, представлял вытянувшиеся лица…

Не знаю, случайно ли, или у некроманта юмор такой оказался? В общем, караван ждала засада. И сейчас все колюще-режущее и стреляющее было направлено на меня.

Знаете, это уже не смешно.

Еще чуть-чуть, и я привыкну!

…Нет, я бы убежал. Честное слово! Ну как, как, скажите, какая-то веревка, пусть и эльфийская, может помешать такому бывалому вору, как я? Во-во. Да вот только в лицо мне недвусмысленно смотрел шестизарядный арбалет не менее бывалого разбойника, и сбежать мне, привязанному к придорожному дереву, не представлялось возможности.

Я печально вздохнул. Жизнь прекрасна! Птички поют, солнце светит, травка зеленеет, за кустами копыта стучат по пыльному тракту… Э? Копыта? Спасайтесь! Разбойники! К вам обращаюсь! Там же Шамир и Мэй, а это — самое ужасное, что может случиться с такими, как вы! А если учесть, кто с ними еще…

Ну для начала некромант. Насколько я понял из рассказа черного плащика, самая что ни на есть забавная личность! Поступил в Академию магов, как раз после пропажи заколочки, натворил бед и при всем этом сумел смыться! Ну и заодно прихватил друзей. Тоже, к слову, интересные личности…

Некий Риг. Младший братишка Шэма. Ишь ты, вокруг одни герцоги! Воин, довольно неплохой. Маг — тоже. Шутник.

Вампиресса. Откуда взялась — непонятно. Светлый дар воздуха. Зовут Анжелика. Итого — пятеро. Про остальных и так известно.

Так, что там с разбойниками? О! Пора сматываться.

Лед тряхнул головой, отгоняя назойливые мысли об оставшейся позади столице. Непослушные пряди золотистых волос, собранные в хвост, взметнулись в воздухе и опустились на спину. Жара стояла невыносимая, караван плелся еле-еле, а лес, в который они наконец-то вступили, оказался издевательски душным и безветренным.

— Слушай, у меня нехорошие предчувствия, — внезапно зашептала ехавшая рядом Лика. Напрасно шептала. Мэй, находившаяся гораздо дальше, встрепенулась, огляделась и резко придержала коня. Поравнялась с Шамиром, и они с жаром о чем-то зашептались.

Риг заинтересованно посмотрел на парочку, подъехал к Ледиану и Анжелике. Лед пожал плечами, но под требовательными взглядами друзей сдался и легко щелкнул пальцами.

…и нет ничего удивительного в том, что сразу все стало слышно…

— Несомненно, разбойники.

— Я и не отрицаю.

— Сюда бы Ила…

— Зачем? — искренне удивляется Шэм.

— Он бы их так достал, что они сами бы повесились…

— Что делать будем?

— А ничего.

— Как?

— Слушай, с нами едут три мага-недоучки, пусть потренируются!

— Но…

— Сомневаешься в них?

— Я? Да ни капельки! Разбойников жалко.

— Думаешь, мы лучше?

— Хороший вопрос…

Неразлучная троица «магов-недоучек» переглянулась. В голове Леда в срочном порядке рождались полубезумные идеи…

Как вдруг в кустах раздался дикий вопль, и на дорогу, потрясая разломанным вчистую арбалетом, выскочил ровесник Леда — этакий парниша с ехидно-лукавой усмешкой на лице и арбалетным болтом, засевшим в плече. Выкрикнув пару оскорбительных слов кустам на темном наречии, он плюнул, бросил испорченное оружие на землю и, развернувшись, наткнулся заинтересованным взглядом на едущих впереди каравана пятерых «охранников». Пакостно улыбнулся…

— Ребят, вы даже представить не можете, как я рад вас видеть!

Шамир схватился за сердце, а Мэй выдала побледневшими губами таку-у-ую фразу…

Впрочем, черноволосый ничуть не удивился. Сверкнув нахальной усмешкой, он одним движением выдернул засевший болт из плеча и недоуменно похлопал глазами:

— Там разбойники… э… в общем, они немного не в себе… короче, там валяются! — И, вяло махнув рукой, парень без сознания сполз на дорогу…

Любопытство не порок — вот главная заповедь всей неразлучной троицы.

— Ну?

— Что там?

— Как?

Это они интересуются у Шамира, вылезшего из кустов, что же такое приключилось с разбойниками.

— Да все просто. Судя по всему, эти идиоты привязали его к дереву. Половину он оглушил арбалетом (варвар!), половина сама…

— То есть как? — О, это уже Мэй интересуется!

— Да они, пока ловили этого прохвоста, так друг друга отдубасили… И, сдается мне, не случайно.

— Да совершенно точно! Это же Ил, он кого угодно сведет с ума! Знал бы ты, при каких обстоятельствах я с ним познакомилась… Брр! А этот гад еще и шутить изволил…

— Вы что, знаете нашего спасителя?

С минуту ошарашенные Шэм и Мэй разглядывали караванщика. А затем залились диким и безудержным смехом.

— Знаете, если вы сейчас не заткнетесь, я поколочу вас арбалетом! — раздался усталый голос парня.

— А стрелять никак? — это уже Риг.

— Так я же не умею!

Корчившиеся от смеха Мэй и Шэм в истерике сползли на землю…

Как выбираться, думал я недолго. Впрочем, как и всегда. Ну не хотелось мне, чтобы эти двое застали меня в таком бедственном состоянии! Эх, болт подхвачу…

Ну ничего, отыграюсь.

И я легко и бесшумно выскользнул из безвольно опавших веревок, улучив момент, когда мой сторож отвлекся…

Ах! Не успел… Разбойник резко обернулся и разрядил в меня все шесть зарядов. Эх, ох, их!.. Проклятье! Не сумел от одного увернуться! Плечо обожгло болью, и я справедливо обиделся.

Тэк-с, пора выкручиваться! Длинный прыжок в сторону стрелявшего. Вырвать из его рук арбалет и… упс! Я же стрелять не умею! Не, из лука — это да. Кинжальчики там метаю. А вот что-нибудь такое… А-а-а! Демон с ним!

И, размахнувшись, со всей дури опустил на голову недоуменно хлопающего глазами разбойника сию бесполезную вещь. Бедняга закатил глаза и рухнул в траву. Впрочем, на его место уже спешили остальные. Почему на его место? Так я не преминул (несмотря на различные железяки в их руках) снова воспользоваться своим уже полюбившимся оружием. Но, как ни прискорбно, после еще пяти таких «применений» оно развалилось на части и осыпалось на землю. Ой-ёй! Ах нет, вон еще с арбалетами бегут…

И началась потеха.

Вы никогда не пробовали поймать довольно шустрого паренька толпой в двадцать человек, в придорожных кустах, да еще так, чтобы на дороге не заметили? Ага. Вот и они не пробовали!

Я вовремя увернулся от размахивающего какой-то булавой лихого парня, который тут же сшиб метящего в меня саблей с другой стороны разбойника, поднырнул под двуручник третьего… Прощай, четвертый! Мне очень нравится твой арбалет!

Отпрыгнул от больно шустрого пятого, бедняга попытался сшибить дерево… да-да, то самое. О! Веревка! Момент!

Еще один споткнулся о веревку, другой… Э! Куда прешь? Ну все, с меня хватит. Вот тебе, а вот — тебе! Ага, спасибо за новый арбалет!

Наконец я отделался от этих сумасшедших. Нет, ну точно — чокнутые.

В общем, я выскочил на дорогу, вежливо попрощался с кустами на темном наречии, расстался с уже отслужившим свое арбалетом и тут… увидел их. И конечно, не смог удержаться от издевательства, то бишь со всей жизнерадостностью их поприветствовал.

Ой, что-то мне нехорошо. Болт! Я поспешил вытащить застрявшее у меня в плече недоразумение и уставился на него. А-а-а! Вот гады, яда не пожалели!

И, брякнув что-то моим старым знакомым насчет «гадов», я облегченно упал без сознания.

Который раз, который…

— Что с ним? — в ужасе прохрипел Валентин, разглядывая своего некогда прекрасной благородной серой расцветки коня.

Дым лукаво покосился на своего бывшего хозяина умным взглядом. Судя по всему, хитрюга получал от произведенного эффекта истинное удовольствие.

— Так-так-так… — задумчиво бормотал мэтр Ижэн, обходя Дыма по кругу. — Увы, ваше величество, при окрашивании явно использовался какой-то особый состав, который смывается только определенным способом. Искать его можно до бесконечности!

— Найду вора — убью, — мрачно пообещал император Каролы.

— Зачем же так? По мне, парень — замечательная личность! Чего стоит только уничтожение хардрагцев? Вот-вот. Его к награде бы! А конь? Что вам конь! Он и не слушается вас теперь, небось тоже по душе вор пришелся! Эх! За что и не люблю я этих вампирских демонов-коней — своевольны, как не знаю кто!

И, придя все-таки к общему согласию, они отправились во дворец императрицы засвидетельствовать свое почтение.

А там до сих пор царила паника.

Закатное солнце бросало гаснущие взгляды из-под ресниц-облаков; небо, темнеющее в преддверии ночи, расстилалось над равниной; неосязаемый ветер с беспечностью стихии шевелил ковыль, а дорога, пересекающая все это великолепие, была пустынна. Я сидел, прислонившись к дереву на опушке того самого леса, где меня наградили отравленным болтом в плечо. После того как я попытался поколотить арбалетом Мэй и Шэма, я отчего-то снова ушел в бессознанку, и мои милые друзья провезли меня через лес. Очнулся я лишь на привале, на этой самой опушке. Хотя остальные этого еще не заметили — заняты своими делами. Сидят у костра и болтают всякую чушь. На тему: «…поскольку мне такой яд неизвестен, полагаю, к утру он окочурится…» Ха, ха, ха! Вот еще доказательство того, что моя сестрица обо мне ни демона не знает. Такие слабые яды, как этот, на меня недолго действуют, а та царапина от болта… Выживал и при смертельных!

А вообще, меня интересует эта равнина. На кой мрак ее назвали «Дикой пустыней»?

Сия равнина легла на пути в Нол-Иалмерит, светлоэльфийское королевство, и нам предстояло ее пересечь. Я довольно неплохой путешественник, но об этом местечке слышал возмутительно мало — мол, опасное оно, и произошла здесь в далекие, как всегда, неизвестные времена битва. Кто с кем, кто кого — неизвестно. Зато ясно то, что небольшие отряды, пытающиеся пересечь равнину, регулярно пропадали в этой с виду мирной обыкновенной «пустыне». Ну пропадают. А дикость тут при чем? То-то…

Э… Не понял! Они же без меня ужинать собираются!

Немного порассуждав на тему: «яды и как от них избавляться», Мэй предложила всем отужинать, и, что отнюдь не странно, все согласились. Но только они приступили к трапезе, как прямо рядом с ними раздался легкий смешок.

— А меня пригласить не хотите? — Голос был как-то невыразимо мягок и мелодичен, однако буквально все, находившиеся возле костра, вскочили с мест, вскидывая, у кого какое, оружие. Парень, раненный отравленным смертельным ядом болтом, окинул всех любопытным взглядом:

— Впечатляет. Но боюсь, я несколько голоден, посему, может, сначала накормите?

Подкрасться беззвучно мне не составило труда. А то! Вор я или… ой, это уже было. И закончилось не очень радужно. Хотя не скажу, что буду скучать по Хардрагу.

У-у-у! Ребята, нервы лечить-то надо!

Я с любопытством разглядывал вскинувшуюся компанию. Ага, Мэй, как всегда, выхватила свой «мечик», Шэм — свою железяку на семь золотых. О! Это уже интересней. Рыжик, то есть Риг, братишка Шэма, судорожно сжимает в руке милый такой мирандорр. Ба! Что я слышу! Вы не знаете, что сие есть такое? О, презанятная вещица. Магическая. Но вообще, для знающих магов — тупое использование силы напрямую. Такие вещи — как раз для первого курса. Маг призывает часть своей силы и формирует ее в определенную вещь. В меч, например. Причем любой формы, размера и прочее — веса эта вещь иметь не будет.

Кто там дальше? Ах, ох, ух и эх! Красота-то какая! Вампиресса. Именно так. Не смейте иначе называть вампирессу, а то — как вдарит! Будете знать. В руках две «бабочки», лезвия черные, кровавые руны на рукоятях… не менее ста с лишком золотых… а знающим людям…

Брр! Не дай вам небо встретиться взглядом со столь сильным некро, да еще не научившимся контролировать свой дар! Взгляд блондина проморозил меня до костей, а царапина на плече нервно заныла — мол, хозяин, еще вопрос, кто страшнее: тот, у кого ты артефактик свистнул, или тот, что пред тобой в руках, этак небрежно, Черную Молнию ворочает.

Я мило улыбнулся и попросил есть. Не морите голодом, гады!

— Dark'han dyui ovus jhern vhusre fybu te jnak vemtew iud oencf wiiiii![1].

Да. Неприятно просыпаться под такие рулады. Я поднял голову над холодной землей — спать пришлось прямо на ней.

— Nok'har innolesseariish rwe xsijlak oun mekhell'rand raen eybjai ndat hjuaerrss…

Повисла тишина. Упс… кажется, я позабыл, где нахожусь. Брякнуть такое в ответ на довольно приличную фразу на темном демонском…

— Ил…

Я сплю, я сплю, я сп…

— Ил!

Ох! Зачем же так вздергивать в воздух? Сильна сестрица!

Я наконец соизволил разлепить глаза и узрел картину, явно дарящую моему злоехидному, зложаждущему сердцу необъятное тепло. Мэй держала за шкирку мое еще не пришедшее в себя тело в вертикальном положении. Я счастливо улыбнулся и потянулся, как большой дикий кот, с радостью чувствуя, что от вчерашней царапины не осталось и следа. Мррр…

Наемница отпустила меня, но я, падая, в самый последний момент успел сгруппироваться и мягко и вполне удобно расположился на земле.

— Ты неисправим, — плачущим голосом выдавила Мэй. — И откуда ты знаешь этот язык? Да еще так хорошо! Чего я еще о тебе не знаю?

— Да в чем дело-то?

Надо сказать, сцена, которую я узрел, распахнув глаза, была довольно живописна. Во-первых, мрачный Шэм (о-о-о, бальзам на мою погрязшую в грехах воровства душу), в исступлении точащий свой меч (надеюсь, не для меня!) и не глядящий ни на кого. Во-вторых, Риг, переминающийся с ноги на ногу и стоящий рядом с воином, хлопая своими умилительно голубыми глазами. Вид у него был виноватый. Стоп. Это не он дежурил последним? Ну-ка, ну-ка… В-третьих, вампиресса. То есть ее отсутствие. О-хо-хо, чует моя душонка, пошла девица в разведку… в пустыньку… эх, а была так молода! В-четвертых… Ледиан. Сей субъект с искренним любопытством меня разглядывал, явно задавшись целью поинтересоваться, кто же меня учил. Этот аристократ почуял руку ха-а-арошего учителя. Ну-ну. Посмотрим.

— Ты ничего не замечаешь?

Я окинул взглядом простирающуюся до самого горизонта равнину, лесок за нашей спиной, вновь пересчитал взглядом своих спутников (вампирессы все так же не было видно) и отрицательно покачал головой.

— И караван тоже?

Я вытаращился на Мэйрону. Помолчал. А потом (ей-ей, извиняйте, не выдержал) захохотал во всю мощь своих легких, и мой смех зазвенел, заплясал над колыхнувшейся ковылем равниной, унесся вдаль, завяз в ветках и корнях зеленого леса, взвился в небо, разбившись хрустальными осколками о такой же беспечный и не сдерживаемый ничем ветер.

Нет, ну сами поймите! Бывают случаи, что караван, по трусости или же по причине малой платы, покидают охранники. Но чтобы караван кинул охранников! Ой, хи-хи-хи… ха-ха-ха… о-хо-хо. Как я понимаю, все это произошло во время дежурства Рига. Бедняга уснул, и фраза, произнесенная моей импульсивной сестрицей, явно предназначалась ему и памятному каравану.

— Что? Где? Когда? — Из чащи выскочила всполошенная Анжелика и, размахивая «бабочками»-кинжалами, вылетела в центр нашей компании. Я поперхнулся и залился еще большим смехом. Черноглазая узрела меня и, склонив голову набок, зачем-то стала прислушиваться к моему смеху. Видя столь неадекватную реакцию, я поспешил заткнуться.

— Чего ржешь, придурок, нам теперь самим через Дикую топать! — прошипела окончательно выведенная из себя Мэй.

Честно, на «придурка» я обиделся. Но не преминул возразить:

— А зачем нам к светлым эльфам? Они же та-а-акие зануды!

Пятеро вроде бы умных существ смерили меня ну очень подозрительным взглядом.

— Ты что, там был?

Ой…

— И-и-ил…

Кто сказал? Нет никакого Ила! Вам мерещится, да!

— Ил?

Тэк-с, главное — не шевелиться. Демон! Что за букашка ползет по носу? Щекотно!

— Ил!

Хе-хе. Не дождетесь. Фиг я вылезу из ковыля.

Что опять случилось? О, ничего страшного, совсем ничего… кроме одного. Я не хотел заходить в этот проклятый Листопадный лес светлых эльфов, обозначающий границу королевства этих листоухих — Нол-Иалмерита, и позорно прятался в ковыле Дикой пустыни.

Ох, опять вы что-то не поняли? А! Как мы оказались на границе с королевством? Проще некуда! Правда, вряд ли бы эти, которые сейчас меня ищут, добрались до Нола без меня. Угу, видели бы вы, как меня уговаривали открыть эту великую тайну! Да, представьте, прямой телепорт через Дикую, до самой границы. Не спрашивайте, как им удалось это сделать. Главное — удалось. Но, Хардраг меня забери, я бы скорее согласился возвращаться назад через пустыню, чем переться туда!

— Нашел!

Обрадованный Шамир ловко выдернул меня из практически идеального убежища. А-а-а! О чем это я, какие могут быть убежища от этих? Вот-вот… А в следующее мгновение я оказался в окружении пяти ро… э… лиц.

Нет. Уйду от них. Вот только куда? Сдается мне, каждый раз, разлучаясь с ними, я имею ну о-о-очень большую возможность попасться навстречу всяким темным личностям (надеюсь, перечислять не надо?).

Эти гады вытребовали с меня обещание, что сбегать я не буду. Я обещал. Но сроки-то не установил! Ба! Ребята, сейчас вас ждет ба-а-альшой облом. Только мы дотопали до кромки леса, как прямо из этой сплошной зеленой гущи вынырнул Страж. Этаким нейтральным голосом, презрительно поглядывая на нас, он поинтересовался, какого демона презренные людишки (вампирессу он явно не узрел) потеряли на территории величайшего, превосходнейшего, прекраснейшего королевства светлых и незыблемых, утонченных и эстетичных, неземных и умнейших эльфов, в Нол-Иалмерите?

Опа! Облом ждал меня. Ибо случилось непредвиденное — вперед выступил Лед и с достоинством ответил. Интересно, как это: с достоинством — эльфу? Цитирую:

— Высокоуважаемый, наисветлейший, несомненно, наимудрейший Страж территории наивеличайшего, наипревосходнейшего, наипрекраснейшего королевства наисветлейших, наиутонченнейших, наиэстетичнейших, неземных и умнейших эльфов, Нол-Иалмерита! Приветствую тебя.

Тишина. И все это — на чистейшем светлоэльфийском!

— А понадобилось нам на территории наивеличайшего, наипревосходнейшего, наипре…

— Пропуск есть? — перебил блондина бедняга.

О! Совсем забыл описать внешность сей, несомненно, наисветлейшей, наиутонченнейшей личности. Волосы: достигают до пояса. Золотые-золотые! Хотя все равно немного уступают волосам Леда. Любопытно! Видать, эльфийская кровь дает знать. Глаза — обычные, бледно-голубые. Больши-и-ие! Жуть. Увидишь — решишь, что на нежить напоролся. Кожа — бледная-пребледная! Но в сочетании с глазами и волосами, как ни странно, красиво.

Вот только все портил этот презрительный взгляд свысока.

Ага, что там про пропуск? Каждый караванщик, торгующий на территории наивеличайшего (вот, демон, привязалось!) королевства, имеет постоянный пропуск, который вполне могут отобрать за всякие там нарушения. К слову, те, кто заключил контракт об охране каравана, могут заезжать в лес с ним. Но наш караван стопроцентно еще не пришел! Впрочем, не удивлюсь, если…

О! Что я говорил!

Наш некромантик, надменно выгнув бровь и окатив Стража не менее презрительным взглядом, ехидно улыбнулся, этаким небрежным жестом извлек из своей походной сумки пергамент с какой-то печатью и подал его Стражу. Тот взял пергамент в руки, побледнел (куда уж дальше!) и севшим голосом предложил проходить. Как ни старался, разглядеть печать не удалось — Лед быстро спрятал документ в сумку, да и надо было от эльфа за спиной Шэма скрываться. Листоухий был мне знаком. Впрочем, я ему тоже.

И потому — бочком, бочком — и в лес.

Я постарался расслабиться. Не получилось. Я постарался отвлечься. Не получилось! Я постарался заняться чем-нибудь полезным — не получилось!

Я застонал и брякнулся головой о стену.

Найти трактир для приезжих оказалось проще некуда. Сие заведение, хоть и находилось на ветвях какого-то огромного дерева (к тому же на протяжении всего его ствола, до самой земли), но было вполне приличным. Правда, возникли проблемы с расценками. Денег достаточно ни у кого не оказалось. Но тут появился я, заинтересованный в том, чтобы заныкаться куда-нибудь поскорее, пока меня не засекли мои «старые добрые» знакомые. Я щедро сыпанул трактирщику (тоже, кстати, не эльфу) золота и, похихикав про себя (его же деньгами платил!), смылся наверх. Примерно через полчаса моего там сидения в дверь вежливо постучали, и ко мне заглянула Лика, поинтересовавшись, не хочу ли я прогуляться по парку — эльфы отвели специальное место под парк, дабы приезжие не шлялись, где не надо. Я еле сдержался, чтобы не послать ее к ее же родичам.

И вот уже четыре часа коротал время за бессмысленным метанием по моей пусть и уютной, но небольшой комнате.

Я в отчаянии взъерошил свои и так не прибранные волосы и зацепился за заколку. Вздохнул. Уселся на подоконник и стал задумчиво разглядывать блещущий своей непревзойденной красотой закат. Отчего-то захотелось сделать нечто такое же… сумасбродное и красивое. Эх, жаль, гитары нет. Да ладно, и так обойдусь!

Лазурное небо, расходясь ломаным полукругом, лениво пронзали лучи заходящего солнца. Как назло, никаких песен в голову не приходило, но я, хоть и не бард…

Я был один. Безвольно я скитался И был беспечно, беспредельно одинок. Бывало так, что в пропасть я срывался, И помогал мне лишь один клинок. Я упивался всей своей свободой И рисковал, по краю проходя, Терялся средь безликого народа, Скитался по миру, не зная где бродя. Не принимал всерьез опасность жизни, С улыбкой легкой проходил по ней, Не занимался лишним драматизмом И не искал каких-либо огней. Всегда один, скитался по дорогам, Ища, где жизнь свою приткнуть, Бродяга без родных порогов, Мой воровской, по краю жизни путь. Ну что же, люди, вы меня судите, А я свою дорогу здесь пройду. Вы по ночам спокойно вроде спите, А я по улицам ночным брожу. Я — вор, безмерно одинокий, Мне все равно, что мыслят обо мне. А жизнь — провал, безогненно-глубокий, Я так нуждаюсь в пламенном огне. Я был один. И может, дальше буду. Знакомых — мимолетных — круг. Костер сгорит. И пепла груда Напомнит, кем был первый друг. Лишь ловкость рук да юмор непременный… Я бесконечно и беспечно одинок. И путь уходит вдаль, такой безмерный, Да за спиной мой старый друг — клинок…

Не знаю, к чему эта песня? Уж точно, не про меня. Я уж и забыл, когда колюще-режущее в руках в последний раз держал. Да и одиночеством что-то не пахнет. Вон сколько подозрительных личностей вокруг ошивается! И что за «не принимал всерьез опасность жизни»? А «драматизм»? А это еще что: «вы по ночам спокойно…» — попытка оправдаться? В общем, никудышный из меня бард. Как и вор.

Так, стоп! Это сидение в душной комнате совсем выбило меня из колеи! Что там, на улице? Стемнело? Великолепно! Будем надеяться, в такой темнотище меня не узреют. И, наплевав на все и вся, я выскользнул на улицу… через окно.

…Я смотрел в глаза своему самому страшному кошмару и ме-э-эдленно пятился назад. Глаза с алмазными блестками умопомрачительного сине-серого цвета разглядывали меня… гастрономически.

— И-илик… — нежно-нежно.

Я скрипнул зубами. Ох уж эти мне эльфы!

— Вот ты и попался!

И в одно мгновение прекрасная, как вечерний закат над рекою, перворожденная превратилась в о-очень злую и стра-а-ашную фурию, стрелой прыгнув ко мне и полоснув когтищами… Впрочем, меня там уже не было.

Я мчался огромными скачками сквозь парк, спиной чуя, как моя милая невестушка сворачивает на своем пути все преграды своей мошной, как никогда, магией. Ба! Да вы незнакомы! Что ж, спешу представить вам милую светлую эльфочку, младшую дочь эльфийского короля (между прочим, ей уже сто десять!), мою невесту, вышедшую полюбоваться звездами в столь прекрасный вечер. Что? Как принцесса Нол-Иалмерита оказалась моей невестой? Это вы у нее спрашивайте! Но если начинать рассказывать, так надо с начала. Как я оказался в Ноле? Проще некуда! Был у меня заказ от одного мага. Отсюда и постоянный телепорт до эльфийских границ. И как замахнулся! На саму светлоэльфийскую сокровищницу! Но я — это я и отказаться не смог. Так что пробрался я туда уже из спортивного интереса. Вот там-то и наткнулся на это. Не знаю, чем я ей приглянулся? Наверно, тем, что изящно послал на чистом светлоэльфийском ее кавалера, попытавшегося защитить хрупкую даму. Короче, магичкой Лессарениэль Оландир и прочая и прочая оказалась превосходной. Она сцапала меня за шкирку и, не обращая внимания на мой склочный характер (я изо всех сил ругался и отбивался), представила королю-отцу как жениха. Было это всего полгода назад. Король, не обратив на очередную причуду дочери внимания, дал согласие. Естественно, моим мнением никто не интересовался. Вы спросите: а что такого? Ну поживешь у эльфов, и что? И жена — красавица! Вот только не по мне это. Я же вор до кончиков ногтей. Такие, как я, любят свободу. А жить в золотой клетке — увольте.

Сбежал я. Не спрашивайте как, сбежал — и все. Скажу только, что усилий мне стоило это неимоверных. С помощью телепорта и смылся.

Кра-а-ак! О-хо-хо! Видать, сильно зла Лесс, раз крушит уже и деревья! Как хорошо, что я додумался захватить с собой вещи. Прямо сейчас бегом — и до самого телепорта!

Лед заинтересованно огляделся. Заблудиться в этом парке — это еще надо было постараться! Парень с искренним изумлением уставился на Рига. Нет, рыжий определенно делает успехи. Сначала не пойми как проморгал целый караван, а теперь умудрился заблудиться в самом простом месте. Нет, сначала все шло хорошо. Эльфы первое время пытались глядеть свысока, но потом как-то сразу бледнели и спешили прочь, не желая мешать прогулке «почетных» гостей. К чему бы это? Ну не может быть, чтобы причиной была мило улыбающаяся Анжелика, выдвинувшая клыки совсем чуть-чуть… А потом, непонятным образом увязав и остальных за собой, Риг заплутал — как раз когда стемнело и капризный эльфийский вечер вступил в свои несомненные права. И вот теперь воин и наемница увлеченно спорили в сторонке, обсуждая способ нахождения пути.

— Где ты видишь здесь муравейник?!

А милая Лика, забыв втянуть клыки, в это время распекала самого Леда за то, что он не откопал заклятие Поиска Пути в книге из библиотеки. Риг тихо и виновато мялся рядом. Внезапно он резко вскинул голову:

— Слышите?

Где-то совсем неподалеку раздался страшный грохот. Стало ясно, что какое-то дерево (вероятно, Эланор) благополучно грохнулось оземь. Пятерка настороженно переглянулась и поспешила с поляны. Что же, зрелище было необыкновенное. Прямо на них, виртуозно огибая и перепрыгивая кусты и деревца, мчалась вполне знакомая личность — все тот же Ил, вечный и неповторимый. На лице — явная усмешка, приправленная азартом и испугом. А следом за ним… А следом за ним неслась, сшибая все на своем пути всевозможной магией, высокоуважаемая и наисветлейшая, наимудрейшая перворожденная. Занятно, да? Но вот в руках фурии сформировалась эдакая воздушная молния, полетевшая прямо в спину Илу. Но ловкий парень, словно почувствовав что-то, в самый последний миг кувыркнулся, и злосчастная молния сшибла ни в чем не повинный кустик, что, впрочем, не остановило «наисветлейшую». Вор вихрем промчался мимо остолбеневших наблюдателей. Те посмотрели сначала вслед Илу, затем на приближающийся прямо по курсу ужас… глянули друг на друга и бросились прочь. Куда? Да за вором, за кем же еще!

Гонка была бешеная. Нет, опять не так. Гонка была безумная. Но по-видимому, Ил превосходно ориентировался в Ноле, ибо очень скоро вся эта бесконечная беготня вывела к границе. И естественно, куда уж без этого, им встретился давешний Страж, который тут же узрел несущегося во главе бегущей толпы виновника всего происшествия. Застонал, схватился за голову:

— Опять ты!

— Привет, о наисветлейший, высокоуважаемый, наимудрейший Каорлиен! Удачи в разборках с принцессой! — продемонстрировал превосходное знание светлоэльфийского вор.

И, обогнув окаменевшего эльфа, прохиндей покинул территорию наисветлейшего королевства. Но задерживаться не стал, а тут же припустил в знакомую пятерым невольным соучастникам сторону — к телепорту. Парень встал в определенный круг, дождался остальных и особым словом активировал телепорт.

— Фух! Успели! — облегченно вздохнул он.

Но тут из темноты, в самый последний момент, вынырнула печально знакомая фигура перворожденной. Она замысловато взмахнула руками и выкрикнула пару переливчатых слов. Вора перекосило.

— Накрылся телепорт!

А в следующее мгновение все взметнулось и утонуло в разноцветном вихре — телепорт все же сработал…

Хм… не стану говорить, что у меня болит голова. И даже не стану вспоминать, в который раз. Так, стоп. Глубоко вдохнуть, выдохнуть. Открыть глаза…

— Объясни-ка нам, дорогуша, где мы?

Я огляделся. Ба, знакомые все лица! Качаю головой и приглядываюсь к окрестностям.

И тут же вампиресса подскакивает на месте и изумленно на меня таращится. Взгляд Леда еще заинтересованнее. Что? И вовсе я не погорячился, говоря эту замысловатую фразу на вампирском!

Я схватился за волосы. Палец опять уколола заколка. Возникло непреодолимое желание сдернуть ее и грызть, грызть, грызть…

Ага. Истерика, она самая. А что вы хотите?

— Ил, что с тобой?

— Ребята, здесь я тоже был…

Над землей лениво всходило солнце, роняя пока еще редкие лучи на притихшие за ночь леса, поля, страны…

В империи Мианор, несмотря на отсутствие Ледоника, праздновали: император Валентин наконец-то соизволил посвататься к императрице Мианорской Анадель.

Где-то далеко-далеко, в известной своими коварствами Степи, некий оч-чень могущественный некро, по прозвищу Хозяин, приводил годами выстраиваемый злодейский план к началу исполнения и ожидал только одного — вестей о некоем артефакте от своего подчиненного.

А этот самый подчиненный сидел в «Посохе некроманта» и ломал голову, куда же это занесло его старого знакомого, что даже нить связи, несколько раз обмотанная вокруг паренька, столь легко оборвалась. Что говорить Хозяину, он не знал.

А этот самый паренек, в окружении не слишком дружелюбных знакомых, находился не так уж и далеко — всего-то по ту сторону Тегерийских гор. В данный момент вор с тоской вспоминал о некроманте, желая оказаться уже поближе к нему, но подальше от места, в котором находился.

А вокруг простирались необыкновенные земли, то тут, то там возвышались строения странной, но необычайно красивой конструкции. Невдалеке виднелся большой город — столица этой долины. На пике самой высокой башни трепыхался в лучах утренней зари довольно приметный флаг — черный беззвездный фон и широко распахнутый алый глаз посередине. Внизу от него располагались непонятные кровавые руны. А впрочем, чего еще ожидать от Сумеречной долины, вотчины самых загадочных и опасных эльфов — темных дроу?

Глава 5. ЗААРРКИАРЕЛЛ.

…Мне пятнадцать. Я стою, глядя из-под черной челки на мага. Тонкие губы его кривятся в презрительной усмешке:

— И это вы называете лучшим вариантом?

Вопрос относится к высокой статной женщине, закутанной с головы до ног в темно-синюю шаль. Темные глаза устремлены вдаль, словно сквозь говорящего.

— Напомните мне, Онорин, когда в последний раз я ошибалась?

Владетель (а это он) оживляется:

— На выпускном экзамене Академии.

— Сорок лет назад!

Маг опечаливается, но делает попытку как-то исправить ситуацию:

— Может, вы видите какие-нибудь другие варианты? Ну хоть один?

— Вижу.

Радостная улыбка до ушей.

— Если вам так хочется, можете отослать туда Ледони…

— Нет! Этот-то тут при чем?

— Варианты будущего говорят о возможном успехе…

— Нет, нет и нет! Уж лучше так. Вы объяснили ему все? Вот и ладненько.

Взмахом руки и всего парой слов он выстраивает телепорт. Силен. Так далеко… Араника Проницающая кивает, и я отправляюсь выполнять поручение. Мир мигает и переворачивается, мгновение — и я уже на месте. Так. Быстро оглянуться и легким шагом отправиться в нужную сторону. А ничего, красиво здесь, в Заарркиарелле, долине дроу…

Парень скрылся в телепорте.

— Думаете, удастся?

— Вы бы видели его будущее! Сплошное месиво хаоса, ни демона разглядеть невозможно! Самая непредсказуемая судьба из всех мне повстречавшихся!

— Тогда почему?..

— А много вы знаете воров, способных стащить у меня из поместья мой посох?

Перелесок в долине дроу.

Мир подмигнул и растворился в наступившей ночи.

— Тсс! Кто там опять куролесит?

— Риг!

— Почему сразу Риг, чуть что — Риг? Я вообще как мышка!

— С дракона…

— Лед!

— А что сразу Лед, чуть что — Лед? Это вообще Анжелика!

— Raeh'choll uei hrit keranzeqv!

— А ну заткнулись и не шумим! — не выдержал Шэм. В тот же миг под чьей-то ногой хрустнула ветка.

— Риг!

— Ребят, это уже не я.

— Да? А кто? Я, что ли…

Но тут из окружающих кустов вынырнули дроу с арбалетами наперевес.

— Не дергайтесь, вы окружены!

Пятерка только переглянулась и беспомощно пожала плечами. Дроу было не менее двух десятков.

— Сюда бы моего братца…

Общий безнадежный вздох.

Я еще раз для острастки дернул ногой. Проклятье! Надо было промолчать! А эти гады даже спрашивать ничего не стали! Что вы думаете? Услыхав, что «и здесь я побывал», эти изверги единогласно решили местному населению меня не показывать и общими усилиями привязали к дереву. За ногу. Вампирской веревкой. У кого взяли, думаю, объяснять не надо. Как я ее только не пилил! В общем, даже мне, бывалому и опытному вору, освободиться не удалось. Но нет, это еще не все! Недолго думая, эти олухи решили отправиться в разведку. На ночь глядя. Впятером. В долине дроу. А! Что я говорю! Сижу под деревом полчаса и с ужасом прислушиваюсь к каждому шороху. Мой тоскливый и порядком подуставший взгляд скользнул по стволу деревца, вокруг которого небрежно лежала широченная петля веревки, поднялся вверх и застыл, споткнувшись о спокойное и умиротворенное небо, усыпанное занятно расположенной россыпью звезд. И тут меня как молнией ударило. Я лихорадочно стал рассматривать дерево сверху вниз, потом опять сверху… Та-а-ак… А если этак… Да! Озаренный идеей, я поспешил выполнить свой нелепый, но такой действенный план. Так, хватаем петлю и вверх, вверх!

Деревце, к которому меня столь неосмотрительно привязали, оказалось тонким и гладкоствольным, кверху расширяясь совсем немного… Как раз настолько, чтобы проделась петля.

Взобраться на самый верх для меня — дело минуты. И вот сижу. Счастливый! Так, снимаем петлю… осторожно…

Легкий шорох внизу чуть не заставил меня свалиться и позорно повиснуть вниз головой, болтаясь ногой в петле. Я прищурился, пытаясь разглядеть, что же такое там, внизу? О, ничего особенного. Так, патруль дроу, с плененными моими старыми знакомыми. Вовремя я влез. Они по следу этих шли…

Нет, ребята, на этот раз я никого спасать не буду.

Лед выругался про себя. Судя по всему, эти дроу прекрасно знали свое дело — на магов надели полиарговые браслеты. А вампирессу вообще каким-то заклятием еще опутали. Как объяснила она сама, чтоб «боевую ипостась» не приняла. Любопытно. У Мэй и Шэма мечи отобрали и руки за спиной связали. А им, Ригу и Леду, — ничего. И то хорошо. Впрочем, вряд ли это поможет. Наверняка эти ребята не поверят бредням о «неправильно сработавшем телепорте»! Демоны! Они же обратно их ведут, по следу! А там — Ил!

Беглый принц вздрогнул. О том, что же случилось в Нол-Иалмерите, вор не обмолвился и словом, но если уж там было такое… Нет, Леду нравился этот парень, чем-то он был похож на него самого, но шутить лучше только тогда, когда это в разумных пределах и не угрожает жизни.

В это время они вышли на ту поляну, где оставили Ила.

Поляна оказалась пуста. Дроу явно не поняли замешательства пленников. Один из них, видимо самый главный, отдал приказ возвращаться в столицу. Затем подошел к пятерке.

— Никаких глупостей. Идемте.

Но когда они уже вышли с поляны, Лика внезапно встрепенулась, сказала в пустоту пару непонятных слов и тут же, успокоившись, проследовала дальше.

Главный дроу смерил ее подозрительным взглядом, но не стал что-либо выяснять.

Я висел вниз головой, зацепившись одной ногой за тонюсенькую веточку, болтая другой в воздухе и на мизинце левой руки удерживая проклятую веревку. Демонова вампирша! Где ты взялась на мою голову? Век бы тебя не видать! А все было так хорошо!

Я спокойно себе сидел на вершине дерева и ждал, пока они уйдут. Пока эта, видимо заметив меня своим вампирским чутьем, не решила «освободить от лишнего груза на ноге». Пара слов, и веревка чуть не полетела вниз, сообщая: «Вот он! Ловите!» Нетушки, я не согласен! Ну и вот, вишу. Поверьте, поймать веревку бесшумно было совсем не просто. Бездна! Когда же они уйдут? Фу-у-ух!

Я кулем свалился на землю. Теперь всё, не услышат, даже если я станцую здесь один из орочьих шаманских танцев, завывая священные песни кобольдов. Нет, ни за что не стану их выручать. Хорошо, что здесь нет благородного Дыма, а то не отвертелся бы.

Так, стоп!

Сердце сжала невидимая рука.

Как я мог! Оставить моего коня, замечательного зеленого коня, во враждебном лесу, совсем одного! Как же он там, без меня? Нет, как я мог? И ведь только-только вспомнил! Дурак, бесчувственный самовлюбленный дурак!

Перед глазами встала ехидно-укоряюшая морда Дыма. Мудрые не по-лошадиному глаза смотрели на меня с укором.

— Ну ладно, Дым! Только для тебя…

И, вскочив с уже остывшей после жаркого дня земли, я, преисполненный энтузиазма, отправился на самое неподходящее для вора дело — спасать своих… э-э-э… друзей?

Хороший вопрос. Вот спасу и поразмыслю на досуге.

Дворец королевы темных эльфов.

— Вы выяснили, кто эти чужаки? — требовательный голос Дэйкрашиавы, королевы дроу.

— Они утверждают, что их забросило сюда неправильно сработавшим телепортом.

— Серьезно?

— Пока сложно утверждать точно.

— В любом случае отпускать их не стоит. Заключите в темницы… во избежание.

Дроу поклонился и поспешил выполнить приказ.

Внезапно двери зала распахнулись, и прямо на середину комнаты вылетело этакое чудо, в виде дроу-девчонки тринадцати лет.

— Мам! Там какой-то бард пришел, можно я послушаю?

— Почему ты не на учебе, Мьянми?

— Ну ма-а-ам!

— Иди давай.

Эмельмьянма надула губы, но послушно поплелась к учителю.

— Ну-ка что там за бард? Хотелось бы послушать, а то что-то заела скука…

Прихоть наивысочайшей тут же была исполнена, в зал пригласили барда. Королева нахмурилась, всматриваясь в черты парня, взмахом руки предложила сесть.

— Спой что-нибудь… необычное.

Вы никогда не пробовали менять внешность, манеры, поведение, и все это так, чтобы вас было не узнать даже самым близким знакомым? Нет? Вам несказанно повезло! Ибо сие демонски сложно…

Я по-прежнему считал, что спасать моих непутевых знакомых самому — самоубийство и потому решил действовать единственно верным и возможным путем — напролом, авось повезет! Что? Безумие? Ха! В прошлый раз ведь сработало при выполнении заказа! Хотя в прошлый раз было похлеще…

И все же изменился я кардинально.

Итак, чтобы вы представили всю картину, сейчас я многое объясню. Во-первых, история дроу. Вообще, они — обычные эльфы, отличающиеся от светлых только внешностью, чуть изменившейся за годы скитания по подземельям. Как они там оказались? Это — великая тайна! И, как правило, известная всем. Давным-давно, в далекие времена, жили эльфы, жили себе одним племенем… э… народом, одной единой расой. А потом, как это у перворожденных бывает, случился у них некий ма-а-аленький конфликт, переросший после в масштабную эдакую войнушку, в результате которой «светлые» эльфики загнали «темных» в подземелье гор. Причем, кто был прав, а кто виноват, не помнят уже ни те, ни другие. Осталась только врожденная неприязнь друг к другу. Но что там дальше? А вот что: загнанные в самую тьму дроу, как их стали называть на древнем наречии, не пожелали погибать и стали активно бороться за жизнь и земли… с гномами. Но и тут они потерпели поражение. В результате же этой истории темных эльфов вытурили из гор на другую их сторону, так что светлые и темные оказались разделены внушительной грядой Тегерийских гор, через которые есть лишь один караванный путь, длинный и опасный. Вот там-то и обосновались дроу, наконец-то обретя земли, в которых они могли бы спокойно проживать. Но нет, вы же не думаете, что это все происходило быстро? Нет, длилось сие не года и даже не века — тысячелетия. Во время скитаний в горах у дроу появилась превосходная способность видеть в темноте, даже самой кромешной, отчего при отсутствии света у них горят глаза алым или лиловым огнем. Также они сделались более смуглыми, а характер приобрел особые свойства — хитрость и коварство, необычайную сметливость и находчивость. Впрочем, светлые тоже обладают вышеперечисленными качествами, только они их хорошо скрывают. Кроме того, за годы войны дроу научились превосходно сражаться. А внешне они не особо-то и отличаются от жителей Нол-Иалмерита. Так-то…

Теперь о моей преобразившейся внешности… Над этим я работал очень долго. Думаю, все же стоит начать с волос. Естественно, вы помните, что мои не особо длинные, до лопаток, черные космы я просто-напросто закалывал всем известной змейкой в хвост. Теперь же пришлось отказаться от этой прически. Итак, для начала я заплел их все во много-много тоненьких косичек (самый шик у дроу) и заколол той же самой заколкой в хвост, только не низкий, как обычно, а высокий, так что волосы стали достигать только плеч. Спереди же я оставил челку из длинных прядей, в беспорядке падающих на глаза. Теперь, чтобы четче рассмотреть что-либо, мне приходилось наклонять голову набок и смотреть так. Как ни странно, эти нехитрые действия преобразили меня до неузнаваемости, что несказанно меня удивило. Так, теперь одежда. Ведь странствующий бард, чтобы попасть на прием к королеве, должен иметь соответствующий статус. Ну… может, за срединного сойду?

О! Это еще одна занимательная традиция, наличествующая практически во всех странах сего мира. В чем она состоит? Это легко объяснить. Вам, конечно, известны такие гильдии, как гильдии магов, воров, убийц и прочая? Так вот, у бардов тоже есть гильдия. Малочисленная, но есть. И в этой гильдии свои правила и даже своя иерархия. Занятно, да? Ну во главе гильдии стоит Вечный Бард. Кто он, где он, когда он — никто не знает. Известно только, что он всегда один и тот же с основания гильдии. Все свое свободное время сия личность шляется под какой-нибудь личиной по различным странам и иногда является во всей красе. То тут, то там слышны занимательные истории о том, как какой-то жулик, выдающий себя за барда, натыкается на Вечного. А дальше идет Круг Бардов. В сей круг входят только высшие барды, туда не каждый может попасть, а за какие-то особые заслуги, опять же, за какие — неизвестно. Эти Барды Круга в какой-то мере управляют остальными высшими бардами. Эти в свою очередь главенствуют над срединными. А уже те стоят над низшими.

Чем все они отличаются? Ну… низшие — это те барды, что не достигли в своем искусстве особых высот, голос там не тот или же воображения мало. Они могут играть только чьи-то произведения, петь уже кем-то придуманные песни. А сочинять свое — ни-ни. Впрочем, если у тебя талант к такому — шагай к любому срединному, сыграй и спой что-нибудь свое (экзамен такой) и, если все это без ошибок, меняй свою синюю повязку низшего барда на зеленую — срединного! С высшими бардами уже не так просто. Во-первых, для принятия в высшие нужно три таких барда. А найти их в одном месте не так-то легко! Единственный, кто может в одиночку дать звание высшего барда и черную повязку в придачу, — сам Вечный, но его, как вы поняли, тоже встретить достаточно трудное дело. Что нужно, чтобы стать высшим бардом? О! Всего ничего — уметь голосом разбивать стекло. Кажется, так просто? Да это же еще не все! Слыхали о сиренах? Во-во! Высший бард должен уметь петь ничуть не хуже, да еще и управлять голосом, например усыпить или же просто… убить. Опасные типы, да? Но в том-то и дело, что их катастрофически мало. Вот так-то.

Эх! Была не была! Надел-таки я зеленую повязочку на голову. Глянул в зеркало. А-а-а! Не, ну вы видели? Это что же, у меня такие глаза?

В сочетании с зеленой повязкой глаза, обычно просто зеленые, сверкали из-под челки каким-то необъяснимым блеском, пробирая до дрожи, отчего мне внезапно вспомнился взгляд Леда. Брр! Впрочем, дроу понравится. Ну а дальше все просто. Стырить у дроу деньжат и прикупить на ближайшем базаре одежды поприличнее. Кстати, в Заарркиарелле живут не только дроу, но и множество представителей других рас, как-никак торговый город. Одежда довольно обычна: рубашка темно-зеленого цвета, с золотой вышивкой по рукавам и воротнику (в стиле заколочки), черные свободные брюки, тоже с вышивкой, пояс с кучей метательных ножей, сапоги и… гитара. Ну не флейту же брать! Хе-хе… Гитару я выбрал дорогущую, как увидел — прямо загорелся! Чем не срединный бард? Главное, чтоб не разоблачили. Я хоть и умею сочинять, так вообще же не бард. И к гильдии бардов не имею никакого отношения. Впрочем, как и к воров… Хорошо хоть, они не знают, где я. А то…

Так! Готов? Ну можно и во дворец. Как меня звать-то будут? Ну пусть Эйронкрхарт! Нет, сложновато для барда. О! Да, так пойдет…

Двери в тронный зал королевы дроу легко распахнулись, и в проеме показалась фигура барда. Дэйкрашиава нахмурилась, всматриваясь в черты парня. Высокий хвост из множества мелких косичек, черная челка, падающая на смуглое лицо, зеленая повязка срединного барда… И взгляд, пронзающий насквозь, насмехающийся над всем и вся, такой близкий, такой знакомый, но… Довольно экстравагантная одежда легко сидит на гибкой, стройной фигуре, за спиной гитара из какого-то дорогого дерева. Пояс с кинжалами… и как пропустили? Пора стражу на пенсию.

«Подучить его, и был бы превосходный воин, не слабее дроу», — отметила королева, пытаясь выяснить расу парня. То, что он не дроу, она знала точно, своих подданных королева чуяла за версту. Наконец, перестав ломать голову, Дэйкрашиава предложила ему сесть и спеть что-нибудь… необычное. Бард, назвавшийся Листом, вскинул бровь, взял в руки гитару и бесшабашно улыбнулся. Это что-то напомнило ей… но что? А потом было поздно.

Клинок заточен до конца, И кровь бурлит и рвется в жилах, Усмешка не слетит с лица, В глазах — безумие застыло. Он — вечный воин, не привыкать Ему с небрежностью сражаться И в каждой битве забывать Себя, в безумие срываться… Петь песню крови, в бой идти И танцевать смертельной вьюгой, Стальное лезвие летит В руках его, а смерть — подруга. Ему идти своей дорогой Года, века, мгновение, вечность! В глазах огонь горит особый, В душе — безумная беспечность. Он — вечный странник, воин без дома, Зажата смерть в руке врагам, Ему сомненья незнакомы, И жизнь — неведомый туман. Улыбки блеск, в глазах — усмешка, Да хаос жизни впереди! В душе легко. Орел иль решка? Так выбирает он пути. …И до конца клинок заточен. Короткий взмах, блеск, стали свист! Судьбу себе он не пророчит, И жизнь его не легкий лист. Кружатся листья в листопаде. Огонь пылает. Ночь темна. Он не нуждается в награде, Он — вечный воин. Лишь луна… Лучи поднявшейся зари Скользнут легко по волосам… В глазах безумие горит. Но нет! Не верь его глазам!

Лед скрипнул зубами. Напрягся. Полиарговые браслеты, запирающие магию, потемнев, задымились.

— Не мучайся, ничего не получится, — печально заметила Лика, обмотанная цепями по самое не могу и так же, как и остальные, прикованная к стене.

Лед смерил ее мрачным взглядом. Девушка, вздрогнув, отвернулась.

Сижу за решеткой В темнице сырой, Без мыла, без щетки, Голодный, босой… —

Однотонно декламировал Риг, глядя в одну точку.

Под глазом у него наливался синяк — результат неосторожной шутки с одним дроу.

— Заткнись, а? — это уже Шэм, настроение которого после потери меча (их оружие выбросили еще на той полянке, где был Ил) упало до критической точки.

— А что ты мне сделаешь? — ехидно поинтересовался младший братишка, демонстративно тряхнув короткой цепью.

— Начну рассказывать свои стихи.

Рыжий заткнулся.

— Как? Как же этот пройдоха это делал? — бормотала Мэй.

В отличие от остальных ее приковали только за запястья, что явно было ошибкой. Ошибка в том, что…

Щелк! В руке наемницы глухо хрустнуло, и вот она свободно вытаскивает руку из оков. Ставит сустав на место. Короче, еще пару мгновений — и Мэйрона свободна! Одна.

Тут дверь распахнулась, и в темницу влетел связанный за руки и ноги и с кляпом во рту человек… Э, нет, простите, эльф. Светлый эльф. В землях темных! Дверь захлопнулась, и Мэй поспешила избавить новоприбывшего от пут. На вид тому было около двадцати, но вы же знаете этих эльфов! Сей субъект окинул мрачным взглядом окружающих.

— Нет, это надо так глупо вляпаться! — Хриплый голос его не отличался красотой, однако отчего-то проникал в душу и там оставался.

Хм. Внешность у эльфика была не примечательна, но притягивала внимание. Одет он был довольно просто. Серые брюки и такая же серая рубашка на крепком, мускулистом теле. Было странно, что его связали веревкой. Кожа у эльфа смуглая-смуглая от загара, обветренное лицо заядлого путешественника. Волосы каштановые. Карие глаза со смешинкой.

А взлохмаченную прическу легко перехватывала черная повязка… Повязка высшего барда.

Я пнул золотую решетку. Она что, издевается?! Нет слов. Сплошные эмоции.

— Понимаешь, Лист… — У-у-у! Какой вкрадчивый голос, королева! — Я тут решила собрать коллекцию бардов… — Знакомая песня, в прошлый раз это были воры. — Скучно стало! — Да вам, эльфам, всегда скучно! — Вот, высшего уже поймала. — А-а-а! Надеюсь, я с ним не увижусь! Если меня разоблачат… — Чего же ты не поешь? Пой, птичка, пой!

Это она мне. Вот тварь. Ладно, сейчас по порядку. Значится, спел я свою песенку (во дурак, нашел что петь!). А ей, этой извращенке, понравилось. Очень. Иначе зачем было предлагать мне остаться у нее навсегда, а когда я отказался, заключать в клетку прямо здесь, в тронном зале?

…Значит, птичка?

Спою…

Во поле береза стояла, —

Начал я, как обычно. Песенка всем известная, так что…

Во поле кудрявая стояла!

И тут же сделал мощнейший скачок, безбожно завывая и фальшивя почти во всю мощь своих легких:

А дайте мне водицы напиться, Дабы смог я в ней утопиться! А на небе звезды мерцают, Как алмазы ярко сияют…

Упс, чегой-то я сбился.

Дайте в руки флейту — сыграю Лучше, чем сейчас завываю! —

Зафальшивил пуще прежнего.

Стекла в окнах звякнули. Дроу, слыша мой «прекрасный» голос, хватались за уши, а я продолжал…

Далеко-далеко, в самом центре.

Мианора, в императорском дворце.

Бал. Среди этого бала несомненная и первейшая красавица — Анадель. Легко танцует с Валентином. Но вот пара утомилась и ушла на балкон.

— Знаете, уважаемая императрица Анадель…

— Знаете, уважаемый император Валентин! Давайте без церемоний!

— Гм?

— Зовите меня просто Дель!

— А?

— А я, так уж и быть, буду звать вас Валентом. И замуж я согласна.

И сладкая парочка поспешила выразить друг другу признательность. Без церемоний. Над миром всходила луна, ярко зажигались звезды. Короче, пока влюбленные целовались, перевалило за полночь…

Степь.

Хозяин нервно сжимает в руке кольцо. Тонкий металл не выдерживает и рассыпается.

— Все готово, господин! — сообщение одного из служащих ему некромантов.

— Вперед.

Одно мгновение — и мага на прежнем месте уже нет…

Приграничная крепость Ранд.

Все было как обычно. Обычная ночь, обычное небо, обычные звезды. Обычные часовые, спящие стоя. Обычные крепостные ворота, крепко-накрепко запертые и запечатанные в незапамятные времена каким-то могучим магом.

Но вот подул какой-то непривычный в этих местах ветерок, и на стене возле самих ворот из воздуха появилась темная фигура, ну никак не вписывающаяся в эту обычную мирную картину. Фигура мгновение постояла неподвижно, затем вскинула левую руку (в другой был посох), и в некогда надежные ворота ударила с невероятной силой Черная Молния. Миг — и все пробудилось, зашевелилось, бросилось с места.

— Тревога! К бою! — разнеслось над крепостью.

И будто бы в ответ, по ту сторону границы стали зажигаться тысячи тысяч огней. Воины, как могли, защищали крепость. Об их мужестве были сложены легенды, но они были печальны — ворота были открыты, и врагов было слишком много.

Хозяин скривил губы. Хорошие воины. Но ничего, потерянных степняков он заменит… мертвыми.

Выбраться из темницы с помощью барда оказалось легко. Слишком легко. Еще бы! Голосом — оковы! Ух! Впрочем, все было впереди. Самый короткий путь из замка лежал через королевский зал…

Однако Нерт — так звали барда — продолжал уверенно вести за собой пятерку друзей. И вот наконец они вышли к нужному залу и стали готовиться к битве… Вот только никто и не пытался их остановить.

Дроу, подозрительно бледные, носились туда-сюда и жалобно взвывали, сталкиваясь друг с другом и продолжая бессмысленное метание. На помпезном троне распласталась Дэйкрашиава, в ужасе к чему-то прислушиваясь. Сбежавшие напрягли слух, впрочем, это было необязательно. Мелодию, исполняемую гитарой, было хорошо слышно. Но вот проигрыш закончился, и подозрительно знакомый голос завел:

А как пою я песню удалую, А сейчас спою и вторую! А еще потом и третью вдарю! Ой, рифму что-то не припоминаю…

Королева дроу застонала и стукнулась пару раз лбом о трон. Наша пятерка одновременно взвыла и поспешила заткнуть уши. Не помогло.

— Однако, — озадачился высший бард, вслушиваясь в выкрутасы мелодии явно умелого музыканта.

Вы же не думаете, что я банально только пел, пел и пел? Я же не такой дурак! Пока темные не опомнились и не поспешили меня «успокоить», я пытался вскрыть клетку. Даже гитару оставил на мгновение. Кстати, скучая, я периодически усложнял мелодию и добавлял пришедшие в голову вариации…

Бесполезно. Ничего не помогает. А если уже и я не справляюсь, это значит одно — здесь замешана магия. Но, демон меня забери, где она? Я же ее вижу!

А, забыл сказать. Вы же знаете, я всякое ворую. Артефакты в том числе. У магов тоже. И эти артефакты не могут быть не зачарованными. Следовательно, я должен как-то обходить защиту, стоящую, между прочим, на каждом богатом доме. Так вот. Есть одна вещь. Свободно видеть энергетические потоки, составляющие заклинания, способен только создавший эти заклинания. Остальным же нужны такие энергоемкие и сложные заклятия, как Истинное зрение… или артефакты кое-какие. Так вот, я ни в чем этом не нуждаюсь. Наоборот, я свободно вижу все магические заклятия, даже специально замаскированные. Кстати, это не магическое, точно. Все это я вижу постоянно, даже если меня заковать в полиарг. Так что это от родителя-эльфа, врожденное. Я ведь полукровка. А вы не знали? Ну знайте. Правда, я из-за этого не вижу иллюзий, которые такими красивыми бывают… Впрочем, переплетения энергетических линий тоже иногда поражают. Например, та милая заколочка на моей голове. Я только совсем недавно сообразил, что она сама и есть энергетическая линия, изогнутая кучу раз и образовывающая свою форму.

Стоп! А что, если…

Дурак я, дурак!

Я внимательным взглядом окинул свою, свою клетку… Так и есть. Прутья клетки сами были энергетическими линиями, а сам я сидел внутри заклинания.

Но… но это значит… я же ничего… не могу… сде…

В глазах помутилось, и я, наверное, впервые за эти семь лет почувствовал настоящее отчаяние.

Начался очередной музыкальный проигрыш, и Лед, Шэм, Риг и Мэй облегченно вздохнули, а все остальные дроу вроде начали приходить в себя. Дэйкрашиава отломала подлокотник деревянного позолоченного трона и решительно прицелилась деревяшкой в сидящего в клетке всем известного Ила. Выглядел вор очень странно, однако благодаря голосу пятерка его узнала.

— Надо ему помочь! — уверенно заявил Лед.

— Да я только «за»! — ответил Нерт и шагнул было к Илу, как тот, распахнув свои зеленые глаза, дико побледнел.

Пальцы его дрогнули, и он явно сбился с прежней мелодии. Струны резанули воздух, в сердце у всех что-то екнуло, а песня…

А пойду повешусь-ка я в поле, Лучше так, чем вечно жить в неволе. Лучше смерть, чем не видать рассвета, Не вдыхать свободы, жизни, ветра.

М-да, таким голосом только на похоронах… Тут уже никто не выдержал. Мэй с размаху опустила другой подлокотник трона на голову королеве дроу, Риг и Шэм, на пару с Ликой, вырубили остальных, а Лед, пошевелив пальцами, разворотил клетку. Нерт схватил еще не пришедшего в себя парня и вытащил из клетки. И так, всемером, они вихрем промчались по дворцу, городу и невероятным чудом (имя которому Нерт) оказались в том самом лесу, где впервые ступили на территорию эльфов.

Ил наконец очухался. Захлопал ресницами. Окинул взглядом лес, остальных… И, весело подпрыгнув на месте, возопил:

— Свобода!

Голос резанул по ушам, прокатился звуковой волной по поляне, сшиб всех с ног, устроил незапланированный листопад деревьям.

— Вот демон, да кто тебя в срединные принимал? — возмутился Нерт.

— Да я вообще не бард! — стащив с головы повязку, ответил Ил.

— А… кто?

— Да бездна его знает! Он у нас и поет хорошо, и языки знает, и преображается, и манеры аристократа имеет, и шутник, и вор… — завелась Мэй.

— Прямо принц какой-то, — как бы невзначай отметил Ледиан.

Все переглянулись и, не выдержав, захохотали.

Один я, как придурок, ни демона не понял.

Э-э-э… Так я что, хорошо пою?

— Слушай, Ил, а ты зачем так преобразился-то?

— Чтобы не узнали.

— Ба! Да ты с самой королевой дроу знаком?

— Знаком, — глухо и мрачно.

— Э! Да ты не обижайся, это мы просто так.

— Между прочим, тебе идет! — заявила Лика, зачем-то, как и все, шаря в траве. Только Нерт не принимал в этом участия.

— Угу, — буркнул Лед, ковыряясь рядом.

— Прям вылитый принц! — хихикнул Риг, помогая что-то искать Мэй.

— Не смешно.

— Да ты только на себя глянь! Вылитый…

— Срединный бард, — спокойно заметил Нерт, напряженно о чем-то раздумывая. — И откуда только знаешь?

— Ну я же — мастер-вор.

— Что-о-о?!

О! Видали? Какая экспрессия! Какой шок!

— И что еще я о тебе не знаю? — повторилась Мэй.

— О как, — опять задумался Нерт.

— А я давно заметила, что ты необычный вор! — похвасталась Лика. Еще бы не заметила.

— Слышь, а зачем ты туда вообще полез?

— Просто так, — глухо и мрачно.

— А деньги ты где взял? — это уже Риг.

— Что за глупый вопрос? — ну не сдержался.

Птичка, только что сидящая рядом на дереве, глухо каркнула и рухнула замертво. Все с недоумением проводили ее взглядом. Нерт, тяжело вздохнув, начал:

— Вот что, мастер-вор, как тебя там… Не хочу тебя огорчать, но ты — бард, притом с даром высшего. Более того — не обученный, что вообще-то катастрофа, и я не понимаю, как такой ужас упустили из виду! Высших бардов обнаруживают еще в детском возрасте. Обучить тебя теперь — невозможно, будет только хуже. Управлять голосом не научишься, а проблем… Короче, единственный выход — принять тебя в высшие барды прямо сейчас, иначе — от каждого твоего слова будут… умирать.

Ну нельзя же так. Ах нельзя. Я же натура нервная.

— А-а-а-а! — опять проблемы. Опять! Ну где, где я сейчас трех высших бардов найду? — А-а-ам… — а, это Нерт вежливо так меня заткнул.

— Дурак! Оглянись!

Я послушался, и мне стало совсем плохо. Риг, стоявший ближе всех, валялся в глубоком обмороке. Вампирша, завывая, каталась по земле, держась за голову. Мэй и Шэм, в обнимку, отползали подальше. Один Лед, непрестанно шевеля губами и пальцами, остался стоять на месте, чем удостоился уважительного взгляда от Нерта. Я перестал мычать. Риг очнулся, все успокоились — не в смысле навечно.

— И что теперь? — прошептал я.

Угу, помогло! Стало хуже: шатался уже сам Нерт, хватаясь за уши и на чистом демонском говоря все, что он обо мне думает.

— Короче, я принимаю тебя в высшие барды! — поспешно начал он обряд. — Итак, э…

Я написал в воздухе свое короткое прозвище. Бард вчитался, но ни демона не понял.

— Ил! — брякнул сбоку Шамир.

— Ил! Ты принят в гильдию!

Я скептически хмыкнул. Как может один высший…

Звякнуло, будто лопнула струна, и я почувствовал что-то на голове… Снял повязку. Черная. Поднял пораженный взгляд…

Криво ухмыляясь, на меня смотрел Вечный Бард. Вот гад.

Над Мианором царило раннее утро. Анадель стояла на одной из башен дворца.

— Императрица…

Главный полководец Мианора.

— Прикажите разбудить Эвариана, а также Валент… императора Валентина. Пусть идут в зал Совета. Отошлите вести в Академию. Пригласите магов. Созывайте Совет Владетелей.

Полководец поспешил прочь.

Над Импералеадой вставало солнце. Глаза Дель были устремлены на горизонт, туда, где Мианор граничил со Степью. Руки сжимаются в кулаки. В глазах — тревога, смешанная с яростью. В свои тридцать она пережила многое, не раз границы империи нарушались врагами.

Но никогда — так внезапно, так успешно. И теперь все было не так просто. Теперь было неясно, что делать.

Некромант мерил шагами комнату в «Посохе…». До сеанса связи оставалось пять минут. Но ничего, он уже знает, что сказать.

— Дело сделано? — Смените колер, дорогуша! Как говорил один его знакомый…

— Нет.

— Приччины? — Шипи, шипи! Щас тя обломают!

— Вы отправили меня за некромантом более сильным, чем я.

— Не может быть? — удивлен. Ничего, будет еще веселее.

— Это так.

— Ложжь! — Не веришь? Ну-ну.

— Я выхожу из игры.

— Трусс!

— Просто осторожный.

— Надо быть еще осторожней! — Зеркало, в котором явился Хозяин, пошло рябью, и оттуда рвануло нечто темное, шипящее и смертельное…

Но он был готов. Успел поставить щит. Было сложно. Нет, не так, было очень сложно. Но он выстоял. Выстоял и отбросил это нечто обратно. Зеркало хлюпнуло и осыпалось прахом. Некромант облегченно вздохнул. Ну вот и все. Не такой уж он и сильный. Вряд ли, конечно, бывшего Хозяина удалось убить, но…

Теперь он не служит тому, кто отобрал у него законное право. Право править Степью.

Его время еще придет… Придет!

Светало. Я лениво жевал травинку, с удобством расположившись на земле. Нерт спал рядом. Наконец моя персона не выдержала, и я ткнул барда в бок.

— Что?

— Слышь, ты, часом, не знаешь, что это они всю ночь ищут? — зашептал я ему на ухо.

Тот недоуменно пожал плечами.

— Э… Лед?

— Ась? — рассеянно ответил тот с видом истинного аристократа.

Демон, надо бы тот свиток с печатью, который он эльфам показывал, у него стырить, глянуть…

— А что это вы все ищите?

— Оружие, которое те остроухие гады здесь оставили, — вынырнув из кустов, пояснил Шамир.

Мне поплохело. И мы здесь, всю ночь…

— Ребята… — Все настороженно на меня посмотрели.

А я его в укромное место еще тогда перепрятал…

Всходило солнце. Утро вступало в свои права.

Далеко-далеко, на границе со Степью, пала крепость Ранд, защитники которой были сметены превосходящим противником…

В самом центре Мианора, могущественной и непобедимой империи, спешно заседал Совет в полном своем составе, со всеми членами императорской семьи (исключая Ледоника и включая Валентина).

В Нол-Иалмерите в полном бешенстве металась младшая дочь эльфийского короля, в отчаянии кусая губы и не понимая, отчего телепорт все же сработал…

В долине дроу Дэйкрашиава сокрушалась по поводу утери «птички». Затем успокоилась. Впрочем, ненадолго. Вспомнила, кого ей напомнил тот срединный бард…

А этот самый «срединный» бард, в компании нервных и издерганных спутников, беспечным шагом направлялся к единственному караванному пути через Тегерийские горы, в которых обитал еще один веселый народец — гномы.

Более того, этот вездесущий парень метался в сомнениях, говорить или нет остальным, что…

…Короче, там он тоже был.

Глава 6. КРАХ НАДЕЖДЫ.

Все началось на привале, перед решительным рывком через Тегерийские горы. Насчет этого «рывка» у меня были свои мысли, но озвучивать их я не спешил. Долина дроу оказалась сравнительно небольшой — мы за день добрались до подножия гор. Вокруг громоздились величественные, полные собственного достоинства скалы, высота и могущество гор подавляли. Но только не меня, обожающего высоту и дикость этих громад, безумие круч и ломаных линий…

День уже клонился к вечеру, мы устраивались на привал. Ригу досталось разжигать костер, и я с интересом разглядывал его мучения — дрова были сырые. Нерт, к слову, смылся. Отошел «подышать воздухом» и, пока мы в недоумении соображали, чем воздух на поляне отличается от воздуха за ней, успешно покинул нашу и без него ненормальную компашку. Вот так-то.

Я распластался по холодной земле и заулыбался. Рыжий наконец вспомнил, что он маг, и запалил эти демоновы дровишки. Из сумерек вынырнул Шэм, бухнув рядом с костром еще топлива.

— Вокруг — никого, — рассеянно заметила Мэй, вынырнув уже с другой стороны.

— Верно, — кивнул Лед, шевельнув пальцами, и удостоился насмешливого взгляда со стороны наемницы.

Вампирессы видно не было. Я лениво повернул голову влево, в сторону гор, и чуть не умер от неожиданности. С легкостью ветра перепрыгивая с одной скалы на другую, к нам приближалась Лика. Подойдя к костру, она приветственно улыбнулась. Клыков было не видать, и я мог только представить, на что она способна в боевой форме.

— Впереди огни, — заметила девушка, усаживаясь к костру и опасно близко протягивая к нему пальцы. — Впереди на довольно далеком расстоянии, — тут же, отдернув руки, поправилась черноглазая.

Я хмыкнул. На небе зажигались звезды, особенно большие здесь, в предгорье. Вдохнул свежий, такой знакомый воздух.

— Во-о-он там, видите, такой кривой одинокий пик? Волчий Клык.

— Наверно, там убили волка и вырвали бедняге все клыки?

— Да нет. Там два пьяных гнома подрались. Одного Волком прозывали… а второй с того самого пика после и сверзился.

— А вон там что за плато?

— А! Плато Вечных Грез.

— ?

— Да там травка занимательная растет, когда цветет — тако-о-ое мерещится!

— А ущелье, левее Волчьего Клыка? — Лика интересуется. Остальным отсюда не видно.

— Крах Надежды.

— В смысле?

— Ну всем известно, что единственный караванный путь через горы — через города гномов, верно?

— Ага.

— Это не так. Есть еще один, построенный… или нет, найденный! Он идет в обход этих жадных до пошлин коротышек. Вот это он и есть.

— А название?

— Само за себя говорит.

— О-о-о… Стоп. Ил?

— Ась?

— Ты и здесь был?

— Надо же, дошло! Долго… А ну не троньте меня! На помощь! Их! Ах! Ух! Ха-ха-ха…

Лика и Лед недоуменно переглянулись. Ил, не хуже самой вампирессы, скакал со скалы на скалу, а воин и наемница безуспешно пытались поймать не в меру прыткого вьюношу. Тот, залихватски распевая веселую песенку, продолжал кружить вокруг стоянки, и его ехидный смех звенел, отражаясь от скал, взмывал и растворялся в воздухе, переплетаясь с ветром и возвращаясь, возвращаясь…

…Вокруг, куда ни кинешь взгляд, простирается Степь. Посмотришь направо — Степь. Налево — снова Степь. И так везде. Вот только высокая башня, словно смотровая… И что она здесь делает? Впрочем, внутри эта черная тонкая игла гораздо больше, чем кажется снаружи, что было прекрасно известно мальчику семи лет, развалившемуся в траве и с упоением вглядывающемуся в лазурное небо.

— Ну и что ты здесь делаешь?

Вы когда-нибудь ныряли жарким, безветренным летним днем в ледяную воду? Вот-вот. Именно это ощутил черноволосый мальчик, услышав вопрос и почувствовав, как фигура наставника заслонила солнце. Бедняга вздрогнул и в одно мгновение оказался на ногах.

— Я тебе что сказал делать?

— Сдвинуть валун в сторону…

— Что-то не вижу его на обозначенном месте.

— Но он слишком тяжелый! — отчаянный взгляд зеленых глаз из-под черной челки.

— Магией надо, магией!

— Но я не умею! Я не маг!

— Не учи ученого, сопляк! Я сказал — ты маг, значит, маг! Смотри на валун, смотри. Двигай мыслью!

Мальчик зло сдунул челку со лба и посмотрел на серый равнодушный камень как на врага. Ноль результатов.

— Напрягись!

Мальчик напрягся.

— Сильнее!

Ногти вонзились в ладони. Со сжатых кулаков закапала кровь.

— Не получается!

— Проклятье!

Холодная рука хватает пацаненка за шиворот и тащит в сторону башни. Мальчик не сопротивляется. Ну запрут его в башне, и что? Он давно научился открывать все замки. Выскользнет на улицу и будет всю ночь бродить по степи. Наставник легко втаскивает мальчугана внутрь и, сделав пару шагов, телепортируется, но не в комнату мальчика, как тот решил, а к себе в лабораторию. Сердце мальчика замирает. Как давно он хотел побывать здесь! Только не в качестве подопытного кролика. Но, к его удивлению, ничего особо страшного здесь не было. Колбочки всякие стоят, да травами незнакомыми пахнет. Черноволосый огляделся и окончательно решил после все исследовать. А пока…

Наставник открыл запечатанный магией шкаф (тот переливался от опутывающих его магических линий) и достал сделанный из какого-то сплошного драгоценного камня обруч. Обернулся. Смерил пацана пристальным ледяным взглядом. Сделал к нему шаг и резко надел на голову обруч. Ничего не произошло. Ровным счетом ни-че-го. Сердце мальчика, миг назад остановившееся в немом ужасе, дрогнуло и забилось с непреодолимым рвением. Угу. Чтобы опять замереть перед взглядом наставника.

— Значит, не маг… Но как мог обознаться? Все к демонам, в бездну! Жалкий выродок! Ты больше мне не ученик. Посиди здесь, подумай над своим поведением…

Взметнулись полы черного плаща, и маг исчез во вспышке телепорта. Дурак. Юный энтузиаст облегченно вздохнул и с азартом уставился на необычные вещи и приборы, стоявшие в лаборатории. Впереди было много времени, чтобы… хе-хе… подумать.

Я широко распахнул глаза и узрел над головой полуночное небо. Брр! Приснится же такое! И к чему бы прошлое вновь напомнило о себе? Не к добру… Так, стоп, Ил! Ты же оптимист. Тьфу! Услышит кто — решит, что я совсем спятил и у меня раздвоение личности началось. Что там оптимисты в таких случаях делают? Смотрят на ситуацию с другой, хорошей стороны.

Итак. Сейчас полночь. Я проснулся. Дежурит сейчас кто? Правильно, Риг. То есть… должен дежурить. Я покосился в сторону спящего рыжего. Хмыкнул. И после побега каравана ему еще доверяют? Подежурить за него, что ли? Я уселся поближе к костру. Нащупал в кармане куртки флейту. Нет, боюсь, меня не поймут. Снова уставился на огонь, подкинул веток. Пламя чуть угасло, и за его танцем я углядел мирно спящего нашего некроманта. Сумка его лежала в сторонке, опутанная угольно-черными линиями заклятий. Опс! Идея! Миг — и я, вскочив, тенью метнулся к сумке Леда. Ловкость рук, и ничего более! Главное, чтобы свиток между заклятиями пролез. Через минуту я стоял и прижимал к себе вожделенную вещицу. Покосился на остальных, умилился. Спят как миленькие! Вернулся к костру. Развернул свиток.

…А через мгновение бумага выпала из моих ослабевших рук, чуть не угодив в костер. Сам же я беззвучно корчился на земле, понимая, что еще чуть-чуть, и я расхохочусь. И никакая блокировка голоса, полученная мной вместе с повязкой высшего барда (пока не захочу, голос не обретет силу), не поможет. Наконец успокоился. Вернул свиток на место, снова уселся к костру. Поворошил его палкой. Да, занятная у нас компания.

Герцог-воин; его младший брат, маг; наемная убийца; вампиресса (кстати, нужно точно узнать, кто она) и… младший принц Мианора — Ледоник Мианорский. Именно так называл нашего блондинчика в том письме Эвариан, его старший брат. И печать была его. Подлинная, а уж я в этом разбираюсь!

Ну и, конечно, я — беглый ученик некроманта, оказавшийся бездарным. В смысле, бездарным магом. Тот демонов обруч выявлял свечением уровень магических способностей.

Кстати, убегая, я его тоже украл.

— Итак, кто отправил моего младшего брата в Академию магов и почему мне об этом ничего не известно? — Ледяной голос императрицы звучал угрожающе. — И вообще, кто-нибудь объяснит мне, где сейчас находится Ледоник? Где его искать? Какого демона, господа Владетели? Мы стоим на пороге войны… война стоит на нашем пороге. Да, бездна вас побери! Мы уже погрязли в войне со Степью по самые уши, наши границы подверглись успешному со стороны противника нападению, важнейшая стратегическая крепость взята, а вы, вы… не знаю, как вас назвать! А вы заявляете мне, мне, что не знаете, где находится мой брат? А если он в опасности? Член императорской семьи! В опасности!.. Так, а теперь отвечать четко и без запинок: как обстоят дела?

Вот именно так началось заседание Совета Мианора.

— Что скажете Араника Проницающая? — учтиво поинтересовался Теллариус, маг-полуэльф, один из Владетелей, у единственной Владетельницы Совета. — Вы знаете, где искать принца? — Тяжелый, неудержимый вздох был ему ответом. — А вы, Онорин? — Ответ аналогичен. — А вы, Крайдек?

— Есть у меня одна идейка.

Три заинтересованных взгляда.

— Помните, как ловко Лестар свалил этого паренька на нас, магов? — Согласный кивок. — А ведь он не просто маг. Он черный маг, то бишь некромант. — Непонимающее выражение на трех лицах. — Так поручим поиски этого оболтуса некроманту!

— Где же мы его найдем? — изумленно поинтересовался Онорин. — Мы же в столице! Здесь не может быть некр…

— Может! — внезапно с уверенностью заявила Араника. — Тут есть один трактирчик, с таким забавным названием… — И, с предвкушением улыбнувшись, прорицательница отправилась прочь из императорского дворца, показывая дорогу остальным.

Как отреагирует на их «просьбу» некромант, не знал никто.

— А-а-а-а! — Бум! Шмяк! Бряк!

— Где этот негодник? Сейчас я его!

Хм… это он про меня. Ну да, согласен, ситуация прескверная. Даже очень. Но при чем здесь я? И почему мне вот уже полчаса приходится прятаться на небольшом пятачке площадки за скалой, спасаясь от своих «миролюбивых» спутников? Впрочем, Лед наверняка уже нашел бы меня с помощью магии, но он испытывает ко мне некую солидарность. И я даже знаю почему! О принце Ледонике по всему Мианору, да и за его пределами, анекдоты рассказывают. Что? Вам интересно, что же успело случиться за это прекрасное, как эдельвейс, цветущий здесь постоянно, дивное, как улыбка перворожденного, утро? Скажу честно: до Ледоника мне далеко. Я не устраивал все это специально, да вы что! Я только… предложил немного сократить путь и вместо трех дней добраться до первой заставы гномов за один, сегодняшний, чтобы ночевать уже в гномьем городе. И вот, когда мы мирно шли по одному мне известной горной тропке, случился обвал. Хотя нет, не так, случился обвал. Нет, он вовсе не был масштабным катаклизмом, нет! Но он завалил проклятую десять раз моими спутниками тропку. С двух сторон. Вы все поняли? Да? Ну и при чем здесь я? Вы это Шэму объясните. Ни при чем. Да и теряющим терпение Ригу, Мэй и Лике, разбирающим по камешку завал, пока уважаемый герцог пытается добраться до моей скромной персоны по голой, почти отвесной скале. Как я сам по ней взобрался — не знаю. С перепугу, наверно. А что бы вы делали, если б на вас, выхватив, между прочим, наточенный меч, несется этакий «утонченный» дворянин, с явными нехорошими мыслями, написанными крупными буквами на его благородном озверевшем лице? Вот-вот. Что? Что это за грохот? Так это Шамир вместе со своей железякой вниз… ну вы поняли.

Странно все это. Я готов поклясться, тропа была безопасной. Да и камни эти… не могли они просто так взять и упасть! Ей-ей, не могли!

Я поудобнее примостился на площадке, разглядывая небо. Замечательное утро. Хотя будь я пессимистом, то сказал бы, что хорошо начавшийся день закончится плохо. Но я вроде как оптимист. Да нет, скорее нечто среднее межу тем и другим. Ха! Да я вообще нечто левое! Так что прогнозирую: день закончится полным бредом.

Хм. Чегой-то там мои знакомцы смолкли. В засаде, что ли? Ну-ка, ну-ка…

Я выглянул из-за скалы. Выглянул и понял, что это не я что-то левое, это судьба Левая. С большой буквы. С очень большой. Хотя… в чем-то я был прав в своих прогнозах. Есть только одно «но». День не закончился бредом. Он им начался.

…Внизу, беря несчастную пятерку в плен, потрясая многочисленными арбалетами (какое знакомое оружие), стояло где-то с два десятка гоблинов.

Когда ты ополчился против мира — ничего страшного. Страшно, когда мир ополчился против тебя. Впрочем, эту непреложную истину я предпочитал к себе не относить, наблюдая, как зеленокожие представители гоблинской расы «вежливо» сопровождают моих спутников в какой-то подземный ход, закрывшийся сразу же за ними. Плохо. Очень плохо. Нет, я, конечно, найду скрытый механизм и открою эту дверку, но…

Что дальше? Скитаться по незнакомым лабиринтам коридоров, как это уже бывало, шарахаясь от всех встречных-поперечных? С этими зелененькими я уже встречался, и встреча мне эта о-о-очень не понравилась. До сих пор шрам остался. Ладненько, есть у меня идейка…

Стоп. Стоп! Стоять, кому сказал, олух долбанутый! Дурак! Дурак, каких поискать!

Расслабьтесь, это я себе.

Я что, собираюсь их спасать? Да на кой они мне сдались! У меня это уже в привычку вошло! Даже думать не стал — спасать пошел! А может, они сами, того… спасутся? Ага, жди. Чтобы они — и сами? Да в прошлый раз без Нерта им нечего бы было делать!

Нет, Ледиана жалко… и Лику… и Рига. И Мэй, и Шэма. У-у-у! Сейчас расплачусь. Нет. Все. В конце концов, я же не сам собираюсь их спасать? Вот-вот…

Разложив все по полочкам, я радостно улыбнулся, огляделся и, приметив нужную тропку, отправился прочь. Нет, ребята, она не вела через горы, нет. Она вела в глубь этих великих громад.

В Город Гномов.

Приграничный город Даянир.

— Командир!

— Да?

— На горизонте всадник.

— Открыть ворота!

Он приехал в город к утру. Весь в крови и грязный, как демон. Посланник. Вестник. Называйте как угодно. Ясно одно…

— Готовьтесь к осаде, жители Даянира! Степь пресекла границы Мианора, и сегодня я вынужден сообщить, что неделю нам придется отбиваться самим, пока не прибудет помощь из Ньеркиарленда. — Именно так звучала речь градоначальника, обращенная к народу.

— Думаете, продержимся? — вопрос командиру стражи.

— Продержимся… два дня.

Некромант Эрик сидел в «Посохе…» и наслаждался приятным и мирным вечером, попивая из пивной кружки дорогое вино. Но тут дверь трактира открылась, и в зал вошли…

Бедняга поперхнулся и понял, что все только начинается…

Император Валентин в задумчивости крутил прозрачный бокал в руке. Совет ему не понравился. Слабо говоря.

— Мэтр Ижэн?

— Да?

— Ты случайно не помнишь, мы с Дель уже поженились?

— ?

— Ясно. Значит, уже… Выходит, здесь меня ничего не держит?

— Куда-то собрался, Валент? — возмутилась возникшая из ниоткуда (то бишь из потайного хода) Анадель.

— Да.

— И куда же?

— Как я понял, в этой истории со степняками замешаны маги?

— Да, и очень сильные. В основном некроманты.

— Это означает, что со всеми вы не справитесь?

— Империя непобедима! — В одно мгновение прекрасная императрица превратилась в рассерженную фурию.

— Конечно, конечно… — успокаивающе ответил Валентин. — Но, уверен, если я отправлюсь к себе и приведу помощь, потери будут минимальны. Как-никак я теперь твой муж.

— Ты прав. Но…

— Что?

— Сколько времени тебе понадобится?

— Ммм… месяц.

— Много. Но… есть идея!

И величественная императрица исчезла из поля зрения с невероятной скоростью. Валентин и мэтр озабоченно переглянулись.

— Телепортируй, — кивнул император.

Маг взмахнул рукой…

Рейн лениво подкинул двуручник в воздух. Сверкающее стальное лезвие взвилось вверх над сидящим на дереве хрупким юношей-дроу и со свистом опустилось вниз, тут же пойманное тонкой рукой.

— Командир… — укоризненно произнесла стоящая под тем же деревом светлая эльфийка, поправляя единственную медную прядь волос. Все остальные отличались редким для этой расы цветом — сединой.

Командир скосил миндалевидный глаз со слабым малиновым блеском на дне на достающую его вот уже полчаса подчиненную. Белоснежные волосы обманчиво молодого парня были заплетены во множество косичек и свободно болтались на ветру. Дроу беспечно болтал ногой, ничуть не заботясь о том, что дерево довольно высокое и, более того, стоит в императорском парке на самом видном месте. Однако стража отчего-то предпочитала игнорировать сего субъекта, демонстративно глядя куда угодно, но только не в его сторону. Меч вновь взлетел вверх, выписав в воздухе замысловатую фигуру.

— Если вы сейчас же не слезете, я позову Тарка, и он срубит дерево к демоновой матери! — В голосе светлой послышались истерические нотки, и командир задумчиво склонил голову вниз, посмотрев на эльфийку более внимательно. При этом он продолжал подкидывать и ловить свой меч.

— Зачем?

— Ну хотя бы для того, чтобы позавтракать. Вы здесь уже полдня сидите!

— Я не хочу. — Интерес дроу угас, он вновь отвернулся. — Скучно.

Эльфийка скрипнула зубами.

— А там Икар опять ваши кинжалы захапал! — прибегла она к последнему доводу, мысленно извиняясь перед Икаром и прощаясь с ним.

— Пусть.

Светлая впала в ступор. Такого еще не было. Плохо, очень плохо. Лезвие взвилось вверх. Упало. Вверх. Вниз. Вверх…

— Командир! Командир! — донесся от дворца истошный вопль. Оба мгновенно вздрогнули и повернулись. Меч срезал прядь волос дроу. Тот поморщился. — Командир! — Запыхавшись, к ним подбежал маг. Маг был друидом, что уже редкость: друид под командованием дроу? — Там, там… императрица. Она просит вас к себе!

Меч описал в воздухе восьмерку и воткнулся в землю, не пойманный.

— Дело? — Бровь величественно взлетает вверх.

— Да!

Легкий прыжок с высоты. Выдергивание меча, вбитого в землю по рукоять, одной рукой.

— Что там с Икаром?

Я скрипнул зубами, сдул черную прядь со лба. Демон! Не надо было расплетать волосы. Теперь я знаю, отчего у дроу эта прическа популярна. Это же дико удобно! Ничего не лезет в глаза и не раздражает. Эта проклятая заколочка ничего не держит! Я тяжело вздохнул. Что ж, ничего удивительного, после часа плутания по этим диким подземным коридорам меня и не такое раздражать будет. Что? Как же все меня достали своими вопросами! Да, да! Я заблудился. Нет, тропу я знал, и превосходно. Но дело в том, что эти сволочи (гномы, кому непонятно) ее завалили! Пришлось идти в обход. Который мне неизвестен! Вам смешно? Да? Я рад за вас. А мне — нет! Эх! Где наша не пропадала! Главное — на гоблинов не напороться. А то забреду еще…

Внезапно что-то заставило меня остановиться. Интуиция, что ли? Ах да, по ходу моего блуждания мне не раз попадались различные ловушки, как обычные, так и магические, так что своему жизнеспособному состоянию я обязан именно ей. Интуиции. Так что же все-таки? Не пойму. Ну если не пойму, то либо уже все нормально, и я благополучно миновал опасное место, либо…

Пол подо мной затрещал и рухнул вниз. Вместе со мной.

…либо уже поздно.

Летел я, как ни странно, недолго. И приземлился довольно мягко. На кого-то. Недолго думая, оглянулся, весело хмыкнул. Передо мной раскинулся тронный зал королевства гномов Краммиаррита. Ко мне уже спешила гномья стража (и даже знакомые лица в ней). Прямо напротив меня расположились послы, со штандартом империи Мианора. Хм. А где старина король? Подо мной что-то зашевелилось и на таком знакомом гномьем языке поинтересовалось:

— Мягко, да? Десяток боевых топоров на твою безумную голову!

Некромант Эрик накинул на плечи серый плащ. Белый, как советовал Ил, ему не пошел. Сцапал посох, трансформировав его в обычный, не некромантский. Спустился вниз, вышел на улицу. Покинул столицу. Вдохнул жаркий, полуденный воздух. Да, несколько неудачное время для начала пути. Ничего…

После описания внешности того, кого ему предстояло найти уважаемыми магами, он еле сдержался, чтобы не расхохотаться. Вот это совпадение! Куда он направлялся? В Нол-Иалмерит, кажется? Прекрасно! Как раз встретится с тем черноволосым пареньком, отменит свою «просьбу». Если, конечно, он еще не смылся. Эрик окинул взглядом тракт, расправил плечи и походкой бывалого путешественника зашагал прочь.

…По дороге шла девушка с корзинкой трав. Медленно шла. Увидела что-то на обочине и, радостно улыбнувшись, скрылась в высокой траве, срывая нечто, смахивающее на лопухи. Наконец, нарвав, решила было вернуться на дорогу…

…Как из-за поворота вынырнул высокий бледный человек с посохом в руке, оглянулся, кивнул самому себе. Сделал пару шагов и, выписав в воздухе замысловатый жест, скрылся во вспышке.

Девушка ойкнула, подскочила к тому месту, где человек исчез. Ничего… никаких следов.

— Примерещится же…

Лед недоуменно огляделся. Их, как ни странно, связывать не стали. Запихнули в одну комнату, закрыли на засов. И, главное, всех вместе! Даже не стали проверять, есть ли среди них маги. Блондин тряхнул головой и попытался…

Чтобы в то же мгновение застонать от отчаяния и сползти на пол. На плечо ему ободряюще легла рука Лики. Лед с надеждой глянул на нее, но та лишь сокрушенно покачала головой.

— Ничего! Уверен, Ил нам поможет! — высказал Риг.

К нему сразу повернулась наемница, ехидная, злая усмешка искривила ее губы, а холодный голос резанул по ушам:

— Он вор, Риг. Ему это ни к чему…

Комната из сплошного полиарга погрузилась в тишину…

Рейн слушал, склонив голову. Слова срывались с губ императрицы веско и напряженно. Наконец прелюдия любящей красиво и долго говорить Анадель закончилась, и, собственно, стало ясно, что за дело в очередной раз выдернуло из заслуженного отпуска Имперскую Дюжину. Так называли по всему Мианору двенадцать воинов разного пола, рода занятий, и даже разных рас, служащих империи. Воинов, не знавших поражений. Воинов, побывавших в таких передрягах, которые никаким некромантам не снились.

— Вы сумасшедшая… — прозвучал в пустом зале восхищенный голос дроу.

За дверью, возведя глаза к потолку, тяжело вздохнули остальные одиннадцать воинов. Впрочем, всем, несомненно, уже надоел этот отдых, как и скучающий командир…

Я в волнении мерил шагами выделенную мне комнату. Раз, два, три — поворот. Три, два раз — поворот. Раз, два, три — пово… Что? Опять никто не успел за полетом моей великой и непередаваемой мысли? Браво! Я в вас не разуверился. Так, ладненько, объясняю. Во-первых, король гномов, Гед, мой хороший знакомый. Во-вторых, весь народ гномов передо мной буквально в неоплатном долгу, что в общем-то и является причиной моего хорошего знакомства с Эргедмиариллом, королем гномов.

Если по порядку, был у меня один заказик… Да-да! Опять заказ. На гоблинов. В смысле, надо было стянуть посох гоблинского шамана, притом конкретно только одного. Да, в этих горах. Короче, тогда я завалился, то бишь попался, и очень мощно. Но тут другая история, мне удалось выбраться, правда с чужой помощью, прихватить посох, после чего, успешно расставшись с… моим спасителем, я опять заплутал в местных подземных коридорах. А потом, чисто случайно, вылез в святая святых — сокровищницу гномов. Не сразу, конечно. Шел я себе, шел. Смотрю — обжитый такой коридорчик. Ну с гномами я пока не встречался, а потому рад был! Аж жуть. Ну и поперся я туда… Ох и наворотили коротышки там с ловушками! Кстати, не такие уж и коротышки, мне по плечо, а я среднего роста. Но я все прошел. Еще бы! Тогда уже начал догадываться, что дело нечисто. Да, когда в вас летят копья из чистого мифрила, и не о том подумаешь! Но дверь, возникшую передо мной после, всерьез не воспринял, и замочек, который забацали не за одно столетие, щелкнул как орешек. Каково же было мое изумление, когда передо мной предстала комната, полная сокровищ! Вы думаете, я так яро обрадовался, что стал, как сумасшедший, бегать туда-сюда и купаться в золоте? Э, нет! Во-первых, я был, скажем так, немного голоден. Во-вторых, я представил, что скажут гномы. А потом явились и они. Конец, понял я, глядя, как рыжебородый коренастый гном с какой-то цацкой на голове огромными прыжками несется ко мне, напрочь игнорируя срабатывающие у него за спиной ловушки. Но чего я совсем не ожидал, так это того, что эта мощная махина (позже я узнал, что это король) заключит меня в объятия. Так что было непонятно, что хуже — топором по голове или жалобно скрипнувшие ребра.

Не хило, да? Потом, где-то еще с полчаса, вокруг царило радостное столпотворение, все веселились, пили, куда-то меня тащили… Но каким-то образом мне удалось, словно клещами, вытащить информацию из короля. Все оказалось предельно просто. В общем, всей этой кутерьмой — ловушками, замком к сокровищнице — занимался один мастер-гном, притом не один год. И вот, на границе своей жизни, он решил сделать подарок своему королевству, поставив сию мощнейшую защиту. Поставил и… умер, не отдав ключа в надежные руки.

С тех пор прошел год, но сокровищницу так и не смогли открыть. Если ловушки еще можно было пройти, то открыть дверь не представлялось возможным, и те редкие счастливцы, справившись с ловушками, ничего не могли поделать. А вернуться можно было только обратно по коридору. Забавно, да?

И так, слово за слово, дошло до того, что все окружающие меня гномы (высшая элита, так я понял) пришли к выводу, что меня надо объявить героем народа гномов. Затем эдак ненавязчиво поинтересовались, чего «герой» больше всего желает. Я честно ответил: «Есть». М-да, чего не ожидал, так это того, что гномы умилятся моей скромности и объявят свой долг неоплатным, мол, всегда проси чего хочешь. Даже какой-то документик забацали… Ладно, неважно. Важно то, что поесть мне так и не дали, и я, уже на грани истерики, напрямую намекнул на это Геду. После чего тот не преминул пригласить меня к себе на ужин. Собственно, там мы и подружились. О-хо-хо, как вспомню, так до сих пор встают перед глазами те бочки с пивом.

Ладно, теперь к делу. Должен сказать, встреча наша была довольно экзотичной, но оттого не менее радостной. Сраженный моим эффектным появлением, Гед, впрочем, не потерял присутствия духа. Он отпустил с аудиенции послов Мианора, радостно меня поприветствовал, отряхивая крошки земли с бороды, и ехидно поинтересовался, во что я вляпался на сей раз. А, ну да, это он намекает, как укрывал меня от дроу… ну да, ну да…

Короче, я объяснил королю, что к чему, после чего он уверил меня, что «зеленые собаки» поплатятся за «нарушение границ» и что знакомые мои будут доставлены в «целости и невредимости». М-да, вроде все нормально, да? Отчего же я так? Странно. А-а-а! Демон в обнимку с гоблиншей мне на голову! Я забыл сказать ему про оружие! Они же без него не…

Я в отчаянии заметался по комнате. Идти сообщить сейчас? Бред! Отряд уже ушел, а посылать кого-то еще… Но что же делать, а?

По комнате метался черноволосый юноша. Казалось, это не человек, а какой-то вихрь, переворачивающий на своем пути все. Но вот фигура замерла на месте. Губы беззвучно шевельнулись. Глаза вспыхнули азартом.

— Да… — ехидная усмешка.

Дверь распахнулась от ветра. Бездна! Какой ветер под землей? Вот только комната… пуста.

— Ребята! Ребят! Нет, ну вы знаете? Знаете?

— Мы идем надело?

— Да при чем здесь это! — Рыжеволосый парень с примесью темноэльфийской крови взъерошил короткие вихры на голове. Лукаво оглянулся, сверкнув карими глазами. — Я дневник Рейна откопал.

Миг — и все одиннадцать подхватились кто откуда.

— Ну-ка что там?

— Это титульная!

— Да нет! Это…

— Не вырывайте из рук!

— Быстрее!

— Да! А то придет Рейн и опять скажет, что это газета…

Наконец предприимчивые подчиненные открыли нужную страницу. Чтобы тут же разочарованно вздохнуть: написано было на незнакомом языке, ничуть не походящем на простой и такой понятный эльфийский.

— Пустите-ка… — Сквозь плотные ряды соратников пробилась девушка. О, не так… девушка. Сквозь приопущенные ресницы сверкали бездонно-синие глаза. Фигура девушки поражала своей изящностью и… эфемерностью? Впрочем, чего еще ожидать от нимфы! Вот-вот. Остальное… ммм… прилагается. — Так, что у нас тут? — Нимфа, прищурившись, вчиталась в текст. — Ага, здесь он защитил магией, по ходу, жизнь в Заарркиарелле… — Страницы мгновенно перелистывались в ее нежных руках. — О! А вот это поинтересней! События семилетней давности. «…Я поражен. Меня, дроу, — в защитники империи? Смешно! Эта новая императри…» Мм… что дальше? — «…А кого она оставила мне в подчиненные? Одиннадцать воинов? Бред! Если они такие же, как я…» — Так, это все прелюдия… — «…Приступлю к описанию сей, несомненно, сумасшедшей компашки».

Выдав эту тираду, нимфа многозначительно обвела взглядом своих бездонных глаз притихших соратников.

— Ну! Читай, читай! — не выдержал рыжий.

Нимфа смерила его высокомерным взглядом, на что тот обратил внимания меньше, чем на назойливую муху. Привык уже.

— «Начну по порядку. Забавно, не так ли? Первой мне на глаза попалась эльфийка. Казалось, что в этом такого? Но она была светлой!» — Кругом все захихикали, а эльфийка надулась. — «Невольно меня посетила мысль, а знают ли они, кто будет ими командовать? Захотелось уйти и скрыться куда подальше, пока они меня… О-о-о! Поздно. Первым делом у светлой отвалилась челюсть. Затем руки, в которых находилось это их национальное чудовищное достояние — лук. И, несомненно, это не прошло незамеченным — деревяшка упала прямо на ногу гному. А затем, естественно, под вопли оскорбленного в самых лучших чувствах бородатого, повернулись и остальные. Не буду описывать сей момент, скажу только, что сцена была немая. М-да… Я сообщил, что являюсь (хе-хе) их командиром, и позорно смылся с места… э… преступления? Да, так оно и было.

Но это еще не все. Познакомиться поближе мне все же удалось. Но я по-прежнему заявляю, что они все — сумасшедшие! Впрочем, каков командир… Итак, эльфийка. Не знаю, что там с ней в прошлом случилось, но сия дщерь своего народа поразительно молода — всего тридцать исполнилось! А уже — седина. Короче, все это лирика. Имя ее сообщать не буду, ибо не назвалась она истинным своим (как и прочие, в том числе и я)…» — Тут повисла напряженная тишина, все растерянно переглянулись, осознав, что, в сущности, незнакомы. — «…а выдала прозвище, впрочем, не менее экзотичное. Кина. Забавно, да? Еще забавнее перевод с древнеэльфийского — «память». Демон ее знает о чем. Весьма занимательная личность. Начать с того, что она меня ничуть не ненавидит! Так, ладно, если перечислять все странности… перейдем к следующему. Гном, Тарк. Ну да, чего задумываться! Назвался секирой — и вперед! Кстати, секира у него приметная. Дальше мне попалась на глаза нимфа…» — Голос читающей наполнился гордостью. — «Имя ей Финра, и самое примечательное: она пыталась меня соблазнить! Меня! Дроу! Куда катится мир! Впрочем, как я понял, Финра соблазняет всех подряд, чисто из спортивного интереса. К слову, со мной это не прокатило, но только, наверное, из-за того, что я ее банально боюсь. Но если ко мне она относится еще спокойно, то к Икару… Кто такой Икар? Сам поражаюсь, как он затесался в наши ряды? Обычный парень с примесью темноэльфийской крови, вот только вор. Мастер-вор, что, несомненно, нам всем пригодится. При чем тут нимфа? Да при том, что когда-то она пыталась его соблазнить и напоролась на жесткий отпор. Странно. Ну я-то — понятно, а он что, импотент?» — В голосе нимфы зазвучало негодование, вызвавшее невольный кашель у слушателей.

— «…Далее я заприметил друида. Друида! Чудо, не так ли? Я уж думал, они со своего острова не вылезают. Звать Кером. Милый такой дедуля. Недавно своим посохом Вика отлупил. И чем бедный вампир ему не угодил? А, травку есть не хотел. Друид вызвался быть поваром. А если учесть, что они все вегетарианцы… Ладно, Вик его все равно простил. Потом, когда я его в императорской кухне накормил… тоже приметная личность. Не будем в подробностях. Так, скольких уже описал? А то я пока еще путаюсь. Шестерых. Да, еще писать и писать. Есть еще один ужас… Я, конечно, все понимаю, но зачем императрица включила в наш отряд священника? Молодого еще. Двадцать пять исполнилось, зовут Анир. Забавный парниша. Притом скептик, каких поискать. Честно говоря, уверен, что свое «божественное слово» он подкрепляет вот тем увесистым крестом на мощной цепи. Дальше. Хон… слов нет. Пожалуй, единственный, кого я вполне понимаю. Раньше был наемным убийцей, но только недавно случилась у него с каким-то другим наемником стычка. Ушел он оттуда. По виду — чисто человек. На практике — оборотень, каких поискать. Работает за деньги. О! А это чудо, которое пролетело сейчас мимо моего окна, — наша ведьмочка Камилла. Любит летать по ночам на метле, строить глазки выглядывающим в окна бедолагам и подстраивать каверзы дворцовой страже. Сколько лет — непонятно, на вид молода. Так, остались близнецы. Знаете, я кого угодно мог повстречать в империи Мианора, но только не двух магов-некромантов, похожих друг на друга как две капли воды, любящих выпить и совершенно не обращающих внимания на всех остальных магов. Кор и Рок, безбашенные создания, вроде — люди. Фу-у-ух! Закончил! Или нет? А, ну да, остался я сам. Ну про себя я им, понятно, ни демона не сказал. Ну любимое оружие — двуручный меч и кинжалы. Ну арбалетом балуюсь, но это все дроу могут. А что? Что я им скажу? Что я дроу, который…».

— Кх-кхм!

Все одиннадцать «воинов» подскочили на месте, обернулись и нос к носу столкнулись с вышеозначенным дроу. В одной руке Рейн держал кинжалы, предусмотрительно спрятанные Икаром куда подальше, чтобы выиграть время. Все мгновенно рассыпались в стороны, оставляя рыжего один на один с его самым страшным теперь кошмаром, а Финра еще и дневник пихнула в руки. Дроу многозначительно вскинул бровь и собрался уже что-то сказать, как…

— Рейн… — Прямо из воздуха соткалась фигура Онорина. — Портал построен.

Командир закатил глаза, вырвал дневник из рук вора и шагнул в портал. Подчиненные тяжело вздохнули, разобрали свое снаряжение и последовали за ним.

Город-крепость Даянир.

На горизонте прослеживалось нездоровое оживление, а на городских стенах явно царило уныние.

Площадь опустела. Градоначальник уныло вертел в руках бокал, разглядывая пустынную площадь с балкона. Вздохнул, отвернулся… Чтобы в то же мгновение, заметив краем глаза вспышку, резко обернуться. На старые, но все еще крепкие и красивые плиты ступила нога прибывшего на помощь командира отряда. Но портал не перебросит больше пятнадцати! Градоначальник насчитал двенадцать и озадачился. Но тут командир отряда повернулся лицом… Мигом все поняв, градоначальник схватился за голову. Он примерно представлял, какой приказ получила на этот раз Дюжина. Остановить. Задержать. Город разрушить, но — задержать. А если получится, вообще повернуть обратно.

Дроу бесшабашно улыбнулся и подмигнул градоначальнику. Затем выдернул из рук чересчур шустрого Икара какую-то магическую вещицу и поспешно бросил ее обратно в портал, заехав Онорину в лоб его же кристаллом…

Не-э-эт, судьба издевается. Что? Ах, опять я не с начала! Ничего, сейчас поясню. Из гномьего города я выбрался легко. Даже очень. Но радоваться было рано, и я отправился дальше — по лабиринтам переплетения подземных ходов и троп гоблинов. Эх, ностальгия, ностальгия! Как сейчас вспоминаю мои бесконечные голодные блуждания под землей! Но теперь иное дело: я знаю дорогу. Карту я стянул у гномов, глянул разок и положил на место, благо память отменная. Ну а дальше все тип-топ, главное — до сих пор понять не мог, как по дороге в главную оружейную столичного поселения гоблинов (у них нет городов, что в общем-то к лучшему) я не напоролся ни на одного представителя сей зеленокожей расы. Теперь, впрочем, понял.

Заметив «карательный» отряд гномов, гоблины собрали здесь военный совет. О! К счастью, я не стал влетать как угорелый в эту, несомненно, удачную западню и теперь с мрачными предчувствиями созерцал всю элиту гоблинской власти у себя под ногами. Почему под ногами? Да потому, что ход шел над оружейной, однако мне спуститься будет легко. Вот выбраться… Так, не думать о плохом! Я оптимист? Нет? Но ведь и не пессимист. Тьфу! Задолбало все. Зато вон, если не ошибаюсь, нужная мне груда железа. Какой же я умный — мешок захватил. Я представил себя, тихо крадущегося по узким коридорчикам с мешком на плечах, полным железа, и мерзко захихикал. Поскольку в этот момент я неосторожно свесился в проем вниз, разглядывая цель, хихиканье ухнуло туда же, эхом прокатившись по нехилой зале, и я приготовился к грустному конкурсу: кто из гоблинов первым догонит лазутчика.

— Это знак! Это знак свыше! — завопил один особо прыткий гоблинчик внизу, и я в который раз поразился своей, казалось, невозможной удаче.

Да, не каждый раз натыкаешься на таких дураков. Я чуть было опять не захихикал, но вовремя сдержался, решив, что второй раз так уже не повезет. А внизу бешеными темпами развивалась религиозная дискуссия, в которой одержал победу первый заметивший «знак свыше» гоблин. Распихав распластанные тушки неудачников со стола, активист вскочил на него же, обвел торжествующим взглядом остальных и заговорил:

— Это знак свыше! Мы должны сражаться! И мы победим! Но только в том случае, если принесем в жертву пленников. Вперед, братья!

Я, в это время корчившийся на полу от еле сдерживаемого смеха, закашлялся. Но до гоблинов это уже не дошло, зеленокожие целеустремленно вынеслись из оружейной…

Некромант Эрик окинул взглядом спокойную, мирную Дикую пустыню и пришел к выводу, что через нее те, кого он ищет, не проходили. На всякий случай маг даже применил Истинное зрение, тут же напоровшись на…

— Эк его покорежило-то…

Не задумываясь, Эрик подправил старую конструкцию и шагнул в телепорт, мигом оказавшись на той стороне. Оглянувшись, он хмыкнул, собираясь пойти дальше, но напоролся на недвусмысленно направленную ему в глаз стрелу. Сам эльф выглядел на удивление сурово, холодным высокомерным взглядом пронзая некроманта насквозь.

— Высокоуважаемый, наи…

— Короче! — Резкий голос заставил беднягу подпрыгнуть, что явно плохо повлияло на его репутацию в глазах эльфа.

— Дело в том, — вздохнул Эрик, понимая, что с речами его опять кто-то опередил, — что мне нужно попасть в Нол-Иалмерит, бумага соответствующая имеется…

— Не хотелось бы вас огорчать. — В голосе Стража зазвучало неприкрытое злорадство. — Но со вчерашнего дня от самой императрицы поступил приказ не впускать и не выпускать никого через границы всех прилежащих к империи государств, по случаю военного положения, дабы избежать появления лазутчиков.

Маг задумался. Если это, конечно, возможно под прицелом мастерски управляющего луком эльфа.

— А можно спросить?

— Можно, — уже вполне благодушно ответил тот.

— А не было ли у вас… — Эрик основательно стал описывать принца, двух его магов-спутников и воина с наемницей, но Страж лишь печально покачал головой, мол, не было таких или он не видел. Совсем было отчаявшись, маг рискнул: — А парня такого черноволосого, Илом зовут…

— А-а-а-а! Не было его здесь и не будет! Уходите отсюда! Во-о-он! Не было его, нет! — Совсем сбрендивший эльф отбросил лук в сторону и бросился было прочь, но вдруг замер. — Поздно…

— Кто назвал имя моего суженого?

Медленно оборачиваясь, маг задел лишь краем глаза приближающуюся угрозу, оценил свои силы и, резко рванув прочь, еле успел вписаться в телепорт, активировал его, но… Назойливая Лессарениэль Оландир успела и здесь выкрикнуть пару ласковых… Запоздало понимая, отчего телепорт так покорежило, Эрик хмыкнул. Ну по крайней мере, ясно, что здесь ни Ила, ни остальной компании нет… теперь.

Из разведки Финра вернулась мрачной.

— Не менее десяти некромантов, но не из высших; два десятка обычных боевых; еще куча степняков. И, как уж без этого, поднятые мертвецы. Подойти поближе не удалось, там такая защита. — В голосе непобедимой нимфы послышалась досада.

Подчиненные молчали, переглядываясь между собой. Плана ни у кого не имелось, как, впрочем, и у командира, напряженно всматривающегося во тьму ночи из бойницы ближайшей к Степи башни. Рейн попросил разместить их именно там, вызвав некоторое недоумение у градоначальника.

— Нападать, похоже, будут уже завтра. Командир?

— Нам нужен артефакт.

— Что? — немного растерялась нимфа. За те семь лет, что они все были вместе, Рейн ни разу не воспользовался в прямой стычке ни одним артефактом. — Зачем?

— Есть на примете у меня один обряд. Но только нужно, чтобы артефакт был боевой. Необязательно даже знать, как им управлять, все равно использую не по назначению. Сделаешь? — Дроу вопросительно глянул на Кера. Друид покачал головой. — А ты?

— А что я? Тебе небось мощный надо, а я только ведьма, да и то не самая сильная, — отказалась Камилла.

— Может, ты, Икар, что-нибудь…

— Последний артефакт, который я держал в руках, вы самолично отправили в столицу, — съехидничал тот, а дроу замер, осознавая… — Да не беспокойтесь, он все равно слабый был.

— Ну у кого какие предложения?

— Не, я — пас! — сразу ушел в сторону гном.

Нимфа лишь пожала плечами. Рок и Кор переглянулись. Заулыбались.

— Э, нет, на вас я не согласен! Мне и так прошлого раза, с разнесенной городской стеной, хватило, а тогда, как вы утверждали, это вообще бытовуха… бытовое заклятие было.

Близнецы скисли. Светлая тоже не могла ничем порадовать.

— У меня один артефакт — крест. Но, как я понял, он не сгодится? — влез Анир, тут же получивший подтверждение своим словам. — Ну может, оборотень что-то сделает?

Но и Хон не знал, что сказать.

— Эй, ребят! Представляете, иду я по улице, натыкаюсь на премилую такую служаночку. Здравствуй, говорю, красавица. А она: «Вампи-и-ир!» — И, радостно захихикав, пожиратель женских сердец поспешил стереть помаду с подбородка. — Весело было. Ой, а чего это вы на меня как на последнего героя этого мира смотрите? Случилось чего?

— Выпить хочешь? — быстро спросил Кор, и вампир мигом подобрался, поняв, что от него чегой-то хотят.

— Ммм… может, не надо?

— Надо, Вик, надо, — вздохнул командир и коротко обрисовал ситуацию.

— А что этот обряд сделает? Защитит? Поубивает?

— Скорее защитит…

— Ну тогда я попробую. Но учтите: артефакт будет темным, более того, я не маг, а потому все легко может сорваться. Я пошел творить! — И, прихватив бутылку что-то возмущенно буркнувшего вслед Рока, Вик растворился во тьме.

— Кровь девственниц пошел собирать, — авторитетно заявила Камилла, сцапав бутылку Кора. — Пойду полетаю…

Все переглянулись и расползлись кто куда.

— Сумасшедший дом, — буркнул оставшийся в одиночестве дроу. Вздохнул и вспомнил, что за обряд ему придется сделать. — И непонятно, кто здесь главный?

Достал дневник, открыл последнюю запись и заключил:

— Я.

Я неспешно топал по коридору вслед за необычайно прыткими гоблинами. За спиной, как в старые времена, мешок с барахлом, за душой — ни гроша, на сердце… На сердце ничего, кроме неясного чувства: ну вот, опять влип. Наконец я и гоблины — милая компания! — достигли нужного места. Зала, или скорее пещера, в которую мы попали, была воистину огромна. Я окинул взглядом знакомые стены, и душу атаковала ностальгия. Так, а теперь опишу сию, несомненно, родную мне пещерку. Ничего особенного, в общем. Посередине — огромный алтарь, камешек плоский с намалеванными знаками, на нем мои знакомые в полном составе, прикованные и бо-о-одрые. Вокруг алтаря нехилым кружком куча зеленокожих, гномы и шаманы (один уже с ножом нацелился на Рига).

— В ата-а-аку-у-у!

Я так и не понял, что он имел в виду? Гномы и гоблины сшиблись в жаркой схватке, а самый главный шаман замахнулся своей жертвенной железякой (пара медяшек, не больше!) на рыжего. Ну я пошел?

Эрик открыл глаза. Моргнул, поднялся, огляделся… и схватился за голову. Слева от него простиралась Степь. А точнее, войско Степи. И оттуда в сторону некроманта уже спешили его явно недружелюбные коллеги. Справа дело обстояло еще хуже. Там стоял Даянир, город, в котором его знали. Неплохо так знали, и туда он не хотел. Хотя…

Эрик хмыкнул и поспешил смыться коротким телепортом в город. Но что взять за ориентир? Стоп! Кажись, там кто-то за темную волшбу взялся…

Рейн напряженно наблюдал за Виком. Создавать артефакт в ином месте, чем главная городская площадь, вампир отказался, и теперь куча зевак ошивалась поблизости, в число которых входил и сам командир Дюжины, и она сама.

— Нет, ты глянь, глянь, что он делает!

— Ну если бы добавить немного…

— А по-моему, наоборот, лишнее!

Это Рок и Кор спорят. Наконец Вик поднялся с колен, оглянулся, простер руку над почти законченным артефактом (для него пришлось пожертвовать кинжалом самого дроу) и полоснул по ней своим ножичком. Кровь стекла по руке и…

Хрясь! Прямо рядом с вампиром, слишком близко, чтобы не задеть, материализовалась фигура какого-то мага, невольно изменив траекторию падения капель крови.

— Урод! Куда прешь! Gohwon showl truyh jhue rha!

Ответ был не менее содержательным. Ответ ответа еще более. И поехало!

— Кх-кхм!

Оба, вампир и черный маг, обернулись. Прямо на них смотрел дроу, на губах его играла саркастическая усмешка. Да, он все-таки смог привлечь внимание, двуручник у горла и не таких привлекал, и ткнул пальцем в сторону артефакта. Вампир и маг переглянулись, перевели взгляд…

Земля вокруг кинжала вспучилась. Небо потемнело. Стало… нет, не холодно, скорее зябко. В небе сверкнула молния, дунул промозглый ветер, узор в виде глаза на рукояти моргнул и открылся, сверкнув вертикальным зрачком…

— J'aeh tearsfan, Drahkiell… — Оттолкнув дроу в сторону, вперед выступил Эрик, резко вскинув навстречу неизвестной опасности мгновенно изменившийся посох.

Из глаза кинжала вырвался луч голубоватого цвета, но и некромант не сплоховал — посох его засветился, прямо на навершии открылся еще один глаз. А луч, ударивший из него, был в сто раз ярче. Но, несмотря на это, магу явно пришлось туго. Постепенно глаз на кинжале закрылся, все вернулось на свои места. Небо посветлело, птички запели. Эрик выронил посох, тот с глухим звоном брякнулся на землю, а вслед за ним, уже без звона, рухнул и его хозяин.

— Вот уж не думал, что вампир сможет сделать посох некроманта, — грустно прошептал он. — Жаль, я помешал, и ошибка получилась.

— Эрик! Эрик! Живой!

Эрик подскочил на месте и испуганно заозирался. Из толпы выскочил градоначальник, парень двадцати пяти лет, волосы длинные, каштановые, глаза холодные голубые. Он схватил некроманта за шкирку, встряхнул, мигом стерев доброжелательность с лица.

— Отвечай, гнида, какого демона Степь на нас нападает? А, Повелитель Степи?

Над площадью повисла тишина.

— Или не я сумасшедший… — пробормотал про себя дроу, подбирая свой кинжал под недоуменным взглядом случайно оказавшегося рядом бродяги…

— Хозяин, в городе появился тот некромант, который раньше управлял Степью. Он невольно помешал Дюжине создать артефакт против вас, так что мне не пришлось ничего делать. А насчет отряда помощи… По-моему, они все там сумасшедшие, а командир тем более.

Гоблин с полуоторванным ухом увернулся от пролетевшего в опасной близости от его головы топора, махнул в сторону охамевшего гнома ятаганом, увернулся, отбил удар… Гномы наседали. Казалось, еще чуть-чуть и…

Но тут из очередного неприметного тоннеля вывалилась не меньшая орава гоблинов, и чаша весов торопливо склонилась на другую сторону, невольно расплескав содержимое. К чему бы это?

Во внезапно наступившей тишине раздался оглушительный треск, и все обернулись к алтарю…

Лед подергал цепь, приковывающую его к алтарю. Бесполезно. Покосился на остальных. Непонятно, для чего их разместили на этом камне в виде пятиконечной звезды — головами в разные стороны. Рядом дернулась Лика. Цепи хрупнули, но выдержали.

Дайте мне водицы напиться… Чтобы мог я в ней утопиться…

— Риг, заткнись! — вопит Шэм.

Молчание.

— А ведь я здесь уже была.

— Это когда?

— Да заказ был у меня на одного гоблина… Я как раз прямо с алтаря Ила и стащила.

— Что?!

Сбоку вынырнул шаман, потер руки, окинул взглядом пленников…

— Ты-ы-ы!

Да, это был вопль! Шаман выпучил глаза, вперил в наемницу указательный палец и затрясся в праведном гневе.

— Это ты украла жертву с алтаря! Уже принесенную!

— Он был еще живой!

— Какой живой! Я ему самолично в сердце нож загнал!

— Но он же говорил!

— Да мало ли! — взорвался шаман, занося нож над Ригом.

— Он и посейчас живой!

— Да не может быть!

— Кх-кхм.

Тишина. Все шестеро поднимают головы. Прямо над алтарем, вися на одной веревке и болтаясь вниз головой, перед ними предстал Ил. Веревка тянулась вверх к самому куполу, цеплялась за какой-то крюк, а дальше… А дальше в потолке тропинкой уходили выступы и ямки, которыми и воспользовался не в меру прыткий вор, сейчас нахально улыбающийся старому знакомому. Гоблин застыл в немом ужасе.

Веревка треснула, и черноволосый паренек рухнул вниз, прямо на гоблина…

Демонова веревка! Как же так, а? Я попытался подняться с гоблина, на которого рухнул. Зеленокожий довольно быстро пришел в себя, отпрыгнул. Я пакостно улыбнулся. Бедняга задрожал. Я шагнул еще ближе…

— Эй, Ил, может, сначала нас освободишь?

Я растерянно моргнул, хлопнул себя по лбу, шагнул к пятерке, наклонился… И тут понял, что мне все это время мешало. Прямо из груди у меня торчал ритуальный ножичек, всаженный по самую рукоять. Я сам на него упал, и теперь… Мир вокруг поплыл и закружился, я накренился вперед, к алтарю… По лезвию кинжала сбежала капля крови и упала на древнюю, невесть сколько здесь пролежавшую каменюку…

Алтарь треснул и рассыпался прахом, а мои знакомцы рухнули на холодный земляной пол, свободные и растерянные. А следом рухнул я, в темноту первородного мрака…

Лед, нахмурившись, склонился над вором. Как ни странно, крови было мало, но, несомненно, парень был еще жив. Черные волосы разметались по полу, дыхание почти прекратилось.

Гоблин, в ужасе смотревший на то, что осталось от алтаря, выпучил глаза.

— Спасайтесь, братья! Пророчество сбылось! Одна и та же кровь упала на алтарь дважды! И наш бог отвернулся от нас! — возопил он.

«Братья» переглянулись, заорали и бросились в бегство.

К пятерке спешил командир отряда гномов. Через весь лоб у него проходила широкая ссадина, на что тот явно плевал.

— Живой? — с тревогой в голосе поинтересовался он, склонившись над Илом.

— В прошлый раз оклемался и сейчас не сгинет. — В голосе Мэй звучала неуверенность.

Лика вопросительно вскинула бровь.

— В прошлый раз он в сознании около часа пробыл, да еще и шутил. Представляете, захожу я в этот зал, на алтаре парень лет пятнадцати, в груди ножик этот. А он: «Леди, вы не заблудились? Хотите чаю? Угощаю!» И улыбается этак… ехидно.

Повисло молчание.

— Нужно отнести его к целителю! — встрепенулся гном.

Схватил было вора на руки…

— Всегда мечтал покататься на гноме. Ой, а уздечку мне дадут?

Гном закатил глаза, а Лед сделал вид, что закашлялся…

Смотрю в пустоту. Ну вот, я снова здесь. Здесь — это где? Неважно. Неизвестно. Поворачиваю голову… А вот и Он. Смерть. Да, согласен, звучит глупо. У всех Смерть — женщина. Один я такой… неправильный, слабо говоря. Парень поднимается с корточек и с любопытством смотрит на меня.

— Опять. — Мне кажется или в его голосе проскальзывает укоризна? — Может, теперь согласишься?

Мне не стоит спрашивать, я уже знаю ответ, но так уж у нас повелось…

— Согласиться на что?

— На жизнь, — улыбается, уже знает ответ.

— А разве я не жил? — Теперь Смерть должен пожать плечами, рассмеяться и раствориться в воздухе, а я — проснуться неизвестно где с залатанной дырой в груди.

Он смеется и пожимает плечами, а его черты привычно смазываются… но внезапно резко обретают четкость.

— Жил, — соглашается. — Но не так, как должен был.

Что, правила изменились?

Однако я еще и должен!

— Кому был должен, тем прощаю, — великодушно говорю я.

Он смотрит с неожиданно хитрым прищуром, а черты его вновь расплываются… пока не остаются только глаза.

— Ну-ну… — внезапно выдает пустота, левый глаз ехидно подмигивает и исчезает вслед за правым, а я с немым изумлением внезапно понимаю, чьи глаза смотрели на меня из пустоты.

Мои.

Осада Даянира началась на следующий день после поимки «злого и опасного преступника, именующего себя Повелителем Степи». По ходу дела степняки проведали о неудаче с артефактом и поспешили напасть, пока в светлые головы присланной «помощи» не пришла какая-нибудь другая сумасбродная идейка. Атака степняков не прекращалась до позднего вечера, и Имперская Дюжина предпочитала находиться на стенах, помогая защитникам города удерживать ворота. Почему ворота? Ну вероятно, из-за сложившихся годами стереотипов войн и сражений. Какой смысл атаковать неприступные стены, когда вот они, во всей красе и великолепии — готовые ворота? А то, что стены-то совсем не неприступные, а кое-где и не цельные… Впрочем, об этом градоначальник города, З'Эрон Даймон, потомственный дворянин, предпочитал не думать. Но все же поспешил усилить защиту города именно в таких местах.

Наступил поздний вечер, яркие звезды в недоумении разглядывали представшее их взору побоище, а лукавый месяц задумчиво склонился над землей… Этот день город выстоял, но слишком тяжело это далось — не победа, но и не поражение. Раненых хватало и с той, и с другой стороны, но степняки имели огромное преимущество: они могли умереть, но продолжать сражаться. И это особенно тревожило З'Эрона, так как Степь не спешила выставлять свое главное войско — войско мертвых, а это подозрительно. Но еще больше градоначальника убивала бессмысленность этой войны. Вообще, нападение Степи было каким-то странным: без официального объявления, без предъявления каких-либо претензий, даже непонятно, кто все это затеял! Ни имени, ни титула… Разведка о каком-то Хозяине лепечет. Дела…

Раздумья З'Эрона прервались. Он наконец дошел туда, куда стремился в сей поздний час, когда прекратили сражение даже степняки… или нет? Но и на этот случай им припасен сюрприз. Кстати о цели градоначальника. Надо бы ему зайти…

— Рейн?

Дроу останавливается. Случайно или нет он проходил мимо, но оказался весьма кстати.

— Помните, мы вчера не успели допросить Эри… хм, Повелителя Степи? Я бы хотел, чтобы вы присутствовали на допросе. И если что, направили разговор в нужное русло. Понимаете, мы старые друзья, и я опасаюсь, что… Короче, скоро вы сами все поймете.

— А с чего вы взяли, что он — Повелитель Степи?

— Потому что Эрик — законный сын Хийрен и А'Ардолиса. И у него Знак.

Тишина. Дроу потрясенно смотрит на З'Эрона. Тот смущенно улыбается.

— Он попал в наш город в десять лет, объяснил, что заблудился. Прожил пару лет и вернулся обратно в Степь. Вроде бы…

Эрик задумчиво рассмотрел пентаграмму, намалеванную на полу темницы. Потеря своего посоха здорово выбила его из колеи. Полиарговые браслеты он уже каким-то образом снял и откинул куда подальше, так что свободно мог колдовать, вот только бежать он не торопился. Тут скрипнула дверь, и…

З'Эрон Даймон в ужасе уставился на Эрика. Тот окинул вошедших ленивым взглядом, глянул на пентаграмму, стер ее ногой и тяжело вздохнул.

— Не получается, — жалобно возвестил он.

— Что?

— Артефакт. — В голосе мага послышалась досада.

Несколько мгновений Даймон потрясенно молчал. Потом не выдержал:

— Какого демона ты здесь делаешь?!

Некромант задумался. Помолчал. Потом засмеялся:

— Ну если серьезно, то ищу пропавшую из Академии магов особу императорских кровей, имя которой или, вернее, которого — Ледоник Мианорский!

— Смеешься, да?

— Ну почему же? Господа Владетели-маги сами попросили меня о такой, несомненно, хорошо оплачиваемой услуге.

— И что же ты с них запросил?

— О! Всего ничего: выполнение желания.

— Одного?

— Да. С каждого.

Даймон подсчитал, побледнел.

— Да ладно, я пошутил…

— Ты лучше вот что скажи мне, шутник. Какого демона ты, вместо того чтобы править Степью, занимаешься чем-то левым, а Степь, под началом какого-то урода, нападает на империю!

— Вот именно! Урода! — горячо поддакнул Эрик.

— Вы знакомы? — подозрительность во взгляде.

— Больше, чем хочется, меньше, чем нужно…

— И кто он?

— Чудовище.

— Ладно, оставь эмоции, лучше скажи: мы выкарабкаемся?

Сожаление в глазах…

— Ну разве что с помощью Высших сил…

Небо-о-о! Как хорошо! Наконец-то я просыпаюсь на мягкой уютной постели, голова не болит, ничего не болит! Э? Ничего?

Я резко распахнул глаза и сел на кровати. Так и есть, комната в гномьем городе. Та самая, выделенная мне. И я на кровати. Грудь что-то ощутимо стягивает… Я поспешно стянул рубашку и с удивлением уставился на тугую повязку. Хм, интересно, кто меня бинтовал? Он что, всерьез думал, что это поможет? Недолго думая, я размотал мешающие дышать бинты и с чувством полного удовлетворения уставился на почти незаметный рубец шрама — все, что осталось от страшной раны, по идее проходившей через сердце. Вот именно, по идее. Впрочем, я уже ничему не удивляюсь, так всегда бывает после разговора… с кем? Сдается мне, он и не смерть вовсе, как я было решил. А вдруг это мое сошедшее с ума подсознание? Bay! А ничего так, да? Я, не выдержав, захохотал и тут же скривился. Смеяться вопреки всему было больно. Однако… Либо на этот раз все слишком серьезно, либо кто-то в этом деле помешал. И я даже знаю кто.

Я наконец заметил то, что не бросилось мне в глаза раньше: почти рассеявшиеся в пространстве линии заклинаний подозрительно знакомого цвета. Ну Лед, удружил! Хм, судя по давности заклинания, валяюсь я с ним где-то сутки. Если подсчитать, так сейчас, скорее всего, вечер. А они небось меня уже и похоронили. Ну-ка навестим страдающих от похмельных поминок! Я поспешно оделся в аккуратно сложенную возле кровати одежду (весьма напоминающую саван, хе-хе!), обул тапочки (белые) и, в тихом шоке от понимания (они же и впрямь меня хоронить собрались, гады!), выдвинулся в коридор. Держитесь, братцы! Я иду!

Хозяин хмуро разглядывал неприступную крепость. Проклятье! Это ж надо! Почти взятая крепость явно страдала жутким героизмом и сдаваться не спешила, наоборот, защитники города проявляли чудеса героизма, повергая степняков в священный ужас. А недавно, проходя мимо группы командиров, некромант услышал явно нелестное для него замечание, мол, прежний хозяин разобрался бы быстро…

Глупцы! Да он и трети своей армии не выпустил! То, что происходит у стен города, по сравнению с грядущим — детские игрушки. А самый главный козырь он пока придержит, использует его сам, при удобном случае…

Нет, ему надоело ждать!

— Гролл?

Некромант высшей ступени вышел из тени.

— Выпускайте остальных. Атакуем по линии фронта.

И в одно мгновение увеличившаяся армия сразу двинулась в сторону еще трех городов сразу…

Император Валентин хмуро вглядывался вдаль. Быстро собрать войска оказалось нелегким делом. Но он успеет, должен успеть. Мэтр Ижэн бесшумно появился в воздухе.

— Маги собраны, ваше величество. Можно отправляться.

Я бесшумно скользнул в тронный зал и застыл на месте, пораженный открывшейся мне картиной. Прямо посередине огромного зала стоял длинный-длинный стол, а за столом… за столом вповалку лежали гномы, сам король гномов и мои спутники. Причина столь странного поведения кучи народа стала ясна, как только я подошел поближе. В воздухе витал такой тяжелый запах спиртного, что впору было уже и мне ложиться рядом с поминальщиками. На столе то тут, то там стояли пустые бутыли, притом самого разного назначения, — например, в руке одного гнома я узрел духи, столь популярные в Нол-Иалмерите. Невольно я умилился: сколько народу, однако, меня любило! И тут же одернул себя, мол, бред, просто выдался очередной случай, где можно наклюкаться задарма.

Я тяжело вздохнул, сел на свободное место, рядом с королем, откопал среди снеди ненадкусанный кусок, пожевал… и тут понял, что за столом кого-то не хватает. Точно! Леда и Лики! Не знаю, что меня заставило в тот же момент кубарем скатиться с места под стол (интуиция, не иначе!), но сделал я это поразительно вовремя — прямо там, где по идее все еще должна была находиться моя голова, просвистел подозрительно знакомый кинжальчик-«бабочка»… А-а-а!.. Она что, сдурела?!

Прямо из потайного хода вынырнула вампирша в полной боевой готовности, даром что не в боевой форме, со второй «бабочкой» в руке. Алый отблеск в глазах меня не утешил… Но больше всего меня убило другое. Из того же хода вынырнуло взлохмаченное белобрысое чудо и с воплем «Бей зомби!» метнуло в меня какую-то подозрительную гадость. Но, к счастью, заклятие не было сплошным, и я, подпрыгнув и резко извернувшись в воздухе, прошел между линиями заклятия. Оно с грохотом впечаталось в стену за моей спиной, обнажив еще один потайной ход, а я хладнокровно (руки подозрительно дрожали) опустился на ноги и, насмешливо вскинув бровь, уставился на эту убойную парочку. Красивое, надо сказать, было зрелище. Вампиресса: траурное платье (в честь меня надела!), длинное и облегающее, с двумя разрезами до бедра, черные длинные волосы стоят дыбом, в глазах тьма смешалась с алым (магия крови, если не ошибаюсь), в руке окутанная отравленным воздухом «бабочка»… Некромант, то бишь принц: волосы вороньим гнездом, будто бы он только проснулся, сам бледный, а вот глаза… Глаза мерцают двумя изумрудными водоворотами, ластясь к тьме зрачка и отражаясь в самих себе. Да, вот это некромант! Не чета моему бывшему учителю. Ах да, в руке, небрежно так, переливается Черная Молния.

— Не успел выздороветь, а меня уже опять убивают! — невольно восхитился я, хватая со стола колбасу и поспешно жуя, подозревая, что потом мне это уже не удастся…

Тишина.

— Ил? — В голосе черноглазой неуверенность.

Эх, как бы мне хотелось брякнуть, что вообще-то меня не так зовут… Ну да ладно. Все равно не поверят. Я скептически хмыкнул, оставляя возможность разобраться во всем им самим. Ох, зря…

— Ил! Живой! Просыпайтесь все! Илик!!!

Не успел я возмутиться обращением, как тут же был смят в стальных объятиях Лики и Леда, невольно вспомнив, как хорошо было, пока они в меня всякой гадостью швырялись… там можно было увернуться… И чему они радуются?!

Ньеркиарленд. Крепость, за всю историю империи не взятая ни разу. Буквально два дня назад в сторону Даянира была выслана помощь. Но что-то мешало жителям города успокоиться. Быть может, подозрительно темнеющий горизонт? Все возможно. Но все ясно стало тогда, когда непонятная тьма превратилась в войско, несущееся с жуткой скоростью прямо к стенам города-крепости.

Таким образом, войска Степи расположились под стенами еще трех городов: Ньеркиарленда, Гароса и Придворга. Осада началась.

Чуть только охи, ахи и радостные возгласы улеглись, я, счастливый тем, что меня наконец перестали тискать, вздохнул и прямо сообщил всем, что зверски голоден. И теперь пожинал плоды своего заявления — на столе было столько еды, что впору было вешаться, но не съесть это было невозможно… И теперь я, объевшийся до отвала, благодушно созерцал счастливые лица спутников. И чему они радуются?

— Теперь мы можем без проблем вернуться в империю! — образованно выдал Риг.

А сердце у меня предостерегающе екнуло, я вспомнил, что упустил за своими безумными злоключениями — выяснить, зачем в Краммиаррит прибыли послы империи?

— Ммм… не хотелось бы вас огорчать, — начал издалека Гед, король гномов. — Но дело в том, что на сегодняшний день границы империи закрыты, что внутрь, что наружу пройти нельзя, а прилежащие государства обязаны по соглашению выполнять это условие. — Ему явно было неудобно, он мялся и не знал, что сказать, а я уже знал. — В Мианоре война со Степью. — Лицо Леда подозрительно вытянулось.

Но мы можем предоставить вам кров, пока военные действия не закончатся, и…

— Мы не можем ждать, — спокойно заметил Лед, а лицо вытянулось уже у меня: если сейчас он раскроет свое инкогнито… — Мы пойдем другим путем, — просто добавил он, и у меня отлегло от сердца. — Ил, ты же проведешь нас через Крах Надежды?

А-а-а-а!..

…Шум ветра и проливной дождь, ведром обрушивающийся на голову шестерым одиноким путникам. Стены ущелья уходят вверх, смыкаясь на невообразимой высоте, что не очень-то спасает от дождя. Весь мокрый с головы до ног черноволосый парень скрючился, прислонившись к стене и пытаясь хоть как-то укрыть от бушующей стихии карту, которую он сосредоточенно разглядывал.

— Ил! — возмущенно окликнул его пепельноволосый воин, с мечом за спиной. — Ты чего там копаешься?

— Отстань, — вяло отмахивается Ил, сосредоточенно хмуря брови.

Прямо из пелены дождя выныривает девичья фигура, и наемница, сверкнув нахальными глазами, резко выдергивает из рук парня пергамент. Минута рассматривания, и возникшая догадка:

— Ты… ты что, здесь не был?!

— Ну я же не волшебник!

Пятеро его спутников переглянулись и рванули вслед за мигом оценившим ситуацию вором. Впрочем, по ущелью они пробежали недолго, внезапно наступившая тишина и прекращение дождя невольно останавливают погоню. Вокруг быстро темнело. Рыжий поспешно щелкнул пальцами, и в воздухе завис огненный шар, освещая подозрительно ровную и ухоженную, состоящую из огромных каменных плит дорогу.

— Ну хотя бы карта у нас есть, — поспешила найти плюс в их положении Мэй.

Блондин скептически усмехнулся и вырвал из ее рук карту.

— Нет, Ил, ты определенно делаешь успехи! — восхищенно прозвучал голос Леда, а все подозрительно уставились на беднягу вора.

Тот скромно пожал плечами и отвел глаза. Впрочем, говорить ничего и не надо было, все поняли суть проблемы.

Карта была не та.

…Мне — восемь. Я пячусь назад и понимаю, что отныне без ведома некроманта веемой беспечные шатания по Степи закончены. Просто и бесповоротно. Но как жаль, как жаль… Левый крайний зомби приветливо ощерился, и я начал действовать. В рожу ему, прямо в глотку, воткнулся посеребренный нож, для надежности еще и специальным зельем обмазанный. Состав самолично разработал! Верная рука не подвела, лезвие послушно прошло насквозь и как по маслу перерубило нить заклинания, удерживающую труп в активном состоянии. Остальные (не менее десяти) с недоумением посмотрели на осыпавшегося в прах коллегу и, взревев во всю мощь своих рассыпавшихся столетие назад легких, ринулись на меня. Я поспешно отправил в полет остальные лезвия и кинулся прочь. Бессмысленно, да? Бежать по голой равнине к горизонту, интуитивно перепрыгивая ямы и ловушки, во всю силу, во всю дурь, которая еще есть, от более медлительных, но не устающих, идущих по твоему следу трупов? Но жить-то хочется! И я бежал. Бежал, сколько мог. Во всю силу. Будь на моем месте человек, да что там, любой эльф после такого бы упал и сдох, но не я, воспитанный здесь с малолетства не самыми лучшими способами. Не будь мой «наставник» так занят, из меня получилась бы красивая копия его. А так он предоставил меня самому себе, и совершенно зря… Только не с моей точки зрения. И вот поэтому все еще бегу, все еще держусь, но…

На горизонте показался торчащий из земли камень высотой с три моих роста. Эх, маловато… Все, что мне осталось, — это добежать. И я нашел силы для этого. Рванулся вверх по гладкой стороне камня, уцепился за уступ и повис, понимая, что этого мало. Я застыл, ожидая, когда холодные пальцы сомкнутся на моей ноге и сдернут вниз.

Но время шло, а ничего не происходило. Я позволил себе открыть глаза и из последних сил взобрался на самую вершину камня. Оглянулся. Зомби явно было теперь не десять, но это уже не имело значения. Все они злились и бесновались там, в метре от камня, который, как я уже понял, был не одинок: на границе слияния ковыля с небом торчал его брат-близнец. Барьер, понял я. Но… отчего я его не вижу? Не потому ли, что силовые линии проходят под землей? Ну-ка, а я смогу пересечь этот барьер, раз во мне ни капли магии?

Я делаю шаг, но, увы, натыкаюсь на невидимую стену, и жуткое разочарование снедает меня. Плечи опускаются. Но… я же придумаю, как выбраться? Да? Я не могу иначе! Не могу. И я вернусь. А для начала подождем, пока мертвые рассосутся. Как-никак упрощенный вариант, класс второй, среднеактивный, вот будь это первый, вряд ли бы я убежал. Тьфу! Набрался всяких знаний, как мне с ними теперь? Хорошо хоть, учить перестали, а то эти уроки фехтования мне уже вот где стоят. Я окинул взглядом Степь, зевнул. Нельзя спать. Нельзя.

Я все-таки задремал. Задремал и рухнул вниз, прямо в объятия страшной смерти…

— А-а-а-а! — Я резко вскочил и попытался заглушить рвущийся из горла крик, взметнувший воздух на стоянке и сбивший с ног подскочивших спутников.

Вопль оборвался, и я тяжело вздохнул. Приснится же такое! Хорошо хоть тогда я все-таки не уснул.

— Что случилось? — напряженно всматриваясь в глаза вора, поинтересовался Лед.

— Сон плохой видел, — раздраженно сверкнув взглядом, резко ответил тот и поспешил отвернуться, но пятеро спутников успели разглядеть в его глазах тревогу и страх. — Ничего необычного.

— Да? И часто ты вот так… просыпаешься? — ехидно вопросила Мэй.

Вор резко повернулся, усмехнулся зло.

— Какое тебе дело? — Черный хвост взметнулся в воздухе, а его обладатель спешно вскарабкался по стене. — Идите, я догоню, — донесся сверху недовольный голос, и все стихло.

Я зло ударил кулаком по стене. Вот уж чего я бы не хотел, так это рассказывать о своих проблемах посторонним. А еще меня терзала совесть — редкая гостья в моей душе. Но я уверен, что этой войны бы не было, если бы я не нашел лазейку в барьере, а некромант не прошел бы следом. Но в то же время я чувствовал, что оставаться там было нельзя. Небо, как же мне плохо… А еще эта история с картой. Ладно, поспешим за моими спутниками.

Я торопливо вылез из своего убежища и потопал по дороге, которой мы шли уже целый день. Иногда у меня даже рождались подозрения, что мы, так же как и те, кто не вернулся отсюда, теперь обречены на вечный путь в никуда, но очередной забавный рисунок на стене развеял мои сомнения. Вот так я и брел, не медленно, но и не быстро, не спеша нагонять опостылевших всего за один день знакомых. Всю дорогу они, как весьма активные и веселые личности, считали, что окружающие невыразимо скучают, и развлекали друг друга, как могли. В итоге скучал только я, вынужденный, в наказание за карту, идти впереди всех и уже начинающий сходить с ума от подозрений…

Кабы вы знали, сколько здесь народу пропало, именно пропало, а не погибло, в то время как эту дорогу только-только обнаружили! Тысячи! Так что название этого ущелья действительно говорит само за себя. Никто не вернулся, как ни надеялись, как ни ждали.

Я споткнулся на ровном месте и уставился на дорогу. Святые небеса! Только этого не хватало! И куда мне теперь идти?

Дорога, словно издеваясь надо мной, расходилась тремя совершено одинаковыми тропами…

Жизнь — прескверная штука. Именно так я решил, когда понял, что свернул не туда. Вы спросите: куда же? Влево, конечно! Но еще больше я расстроился, когда тропа привела в огромную пещеру, чем-то напоминавшую мне тронный зал. Может, тем, что прямо посередине нее возвышался высокий резной трон из чистого алмаза? Но все началось, когда я увидел ее. Видимо, она меня заметила в сто раз раньше, поскольку ничуть не удивилась моему появлению. Но все это прелюдия, а мне стоит приступить к дальнейшему рассказу. В залу входили еще две тропы, видимо, те самые, на которые я не свернул. Но моих знакомцев в зале не просматривалось. Зато прекрасно была видна продолжающаяся прямо за троном все та же, несомненно, ведущая прочь из гор дорога.

— Что же ты застрял? Подойди поближе, — разнесся спокойный голос под сводами зала.

— Кто ты? — только и смог выдавить я, послушавшись и наконец разглядев ее полностью.

Тихий снисходительный смешок:

— Богиня.

— Да уж, скорее демонесса. Притом низшая.

— Дерзок. И слишком много знаешь. Но я — не просто богиня.

— Ты — галлюцинация, — понимающе кивнул я.

Сидящую на троне женщину действительно можно было принять за галлюцинацию, так как ни одно существо не может быть одновременно настолько красивым и… страшным. Но я-то видел, за счет чего она предстала именно так, а не иначе.

Тело богини состояло из энергетических линий, плотно между собой переплетенных. Все это должно было рождать иллюзию, но я, увы, не мог этого видеть. Действительно увы, ибо это наверняка было прекрасно. А еще знайте: когда я нервничаю, я начинаю шутить.

— Шутник! Но я объясню все. Я богиня, нашедшая дорогу. Дорогу к судьбе. Но остальные боги не пожелали, чтобы кто-либо из нас стал выше других, и в незапамятные времена заперли меня в этой проклятой временем горе! — Богиня замолчала, успокаиваясь. — Но я смирилась. Я поняла, что еще не пришло время, и тот, кто сможет пройти по дороге к судьбе и дать в нос этой нахалке… Ха! Все было бы нормально, если бы не скука. Она снедала меня изнутри, породив то, что вы назвали землетрясением, и открыв путь через горы. Ох и повеселилась я тогда! Но те времена прошли. И ты должен сделать так, чтобы люди вновь пошли по этой дороге.

Упс!.. Я попал.

— А что мне за это будет? — полюбопытствовал Ил.

Наемница, вместе с остальными подслушивающая за поворотом на тропе, дернулась, чтобы вбежать в зал и надавать наглому вору по ушам, но тут же была перехвачена твердой рукой Шэма. Воин приложил палец к губам и покачал головой.

— Только не смотрите на нее, — предупредил всех Лед, глядя на богиню. В глазах его застыла тревога. — Даже не знаю, как Ил держится, на ней такие приворотные заклятия…

— Жизнь, — прозвучал ответ богини. — За это тебе будет дана жизнь.

— Э нет, так не пойдет! Этого мало! — возразил вор, а Мэй буквально задохнулась от возмущения.

— Чего же ты хочешь?

— Во-первых, жизнь мою и моих спутников — тех, с кем я разделился.

— А во-вторых?

Парень явно смутился.

— Я бы… я бы хотел, чтобы война Степи и Мианора прекратилась. В пользу империи, конечно, — тут же добавил он.

Тишина.

— Ты сслишшком нагл, смертный! Так ужж и быть, я отпущу тебя, но остальные осстанутсся здесь! А нассчет войны я на твоем бы месте и не заикалась! Твои спутники умрут в сстрашшных мучченияхх, но, так и быть, ты уйдешшь… — впала в ярость богиня.

Тишина. И холодный, необычайно серьезный голос:

— Тогда я тебя убью.

Пятерка за углом потрясенно переглянулась.

— Ты-ы-ы? Меня? Ни один смертный и ни одно оружие не сможет меня уби-ить! А вот я-а-а…

Нет, так я еще никогда не попадал. Плохо, очень плохо. А эта фурия, видимо, разочаровалась во мне и собралась меня убить. Ну нет, сначала я!

Я легко увернулся от какого-то убойного проклятия, сунул руку в сумку… К слову, в эту яму идти безоружным я никогда бы не согласился, а потому набрал в сокровищнице гномов жуткое количество артефактов, как боевых, так и защитных. Я достал первый попавшийся артефакт (им оказался кинжал-кровопийца, пьющий кровь и силу) и со всей дури метнул в богиню, собравшую в своих руках неимоверную кучу силы для какого-то заклятия. И, как ни странно, попал. Но самое странное, что артефакт сработал. Хотя, быть может, все дело в том, что я целился в место, где все энергетические линии соединялись?

В груди богини что-то с хлюпом лопнуло, и она рассыпалась красивыми блестками по каменному полу. Она… Но не ее сила. Я сделал шаг назад и понял: конец. Сила, не успев трансформироваться в заклятие, спешно пыталась вырваться из того закутка, в который богиня ее заперла. Я буквально почувствовал, как в самом эпицентре качнулся воздух, а следовательно, скоро будет взрыв.

Я зажмурил глаза и… Но тут кто-то довольно невежливо сдернул меня за шкирку и потащил прочь. Я поспешно открыл глаза и с удивлением узрел недовольное лицо Шамира. Робко улыбнулся, попытался что-то сказать, и тут в зале наконец-то взорвалась сила…

— Бежим! Сейчас будет обвал! — завопила Лика, и все дружно помчались прочь, а я только сейчас понял, что мы вновь вышли на дорогу, и, значит, осталось совсем немного… угу… до смерти. Ибо стены за нашими спинами обрушивались слишком быстро.

— Мы не успеваем! — в отчаянии взвыла Мэй, а я понял, что пришел мой звездный час.

Резко остановившись и дернув за руку Леда, я поинтересовался:

— Как телепорт строить, знаешь?

Тот отрицательно покачал головой, кося глазом на приближающуюся со стороны тронного зала ударную залу.

— Смотри! — И я, вспоминая строение телепорта до Нол-Иалмерита, быстро начертал формулу пальцем на дороге.

— Все сюда! — скомандовал Лед, сосредоточенно всматриваясь в мои каракули.

Надеюсь, он не ошибется. Ох, зря я об этом подумал!

— Хватайтесь за руки! — истошно завопил я, толкая Лику к Леду, а Мэй к Шэму.

Сам я было метнулся к Ригу, но…

Ударная волна наконец докатилась до нас, а телепорт с треском сработал.

Над империей всходило солнце. Его усталые лучи с напряжением всматривались в мир, думая, что на этот раз в нем случилось.

В императорском дворце императрица Мианора маялась головной болью и решала, стоит ли ей отправляться вместе с наконец-то собранными войсками или нет.

Там же старший имперский принц Эвариан с энтузиазмом уговаривал ее остаться, — мол, сам он с этим лучше справится.

Где-то далеко в Тегерийских горах король гномов, Эргедмиарилл, до боли в глазах всматривался в сторону ущелья, справедливо названного Крахом Надежды. Гед хорошо знал своего друга-вора, а потому понимал, что если в ближайшее время не будет никакого знака, то… значит, все, конец.

Стены ущелья вздрогнули и рухнули вниз. Гном удовлетворенно кивнул. В том, что все нормально, он теперь был уверен.

Совсем в другой стороне, на линии фронта, в месте ведения боевых действий…

В Ньеркиарленде прямо на головы собравшихся на площади людей свалился рыжеволосый парень в потрепанной одежде, поспешно вскочил и окинул ошалелым взглядом толпу.

— Спаситель! — закричала какая-то шибко умная старушка, и парень почувствовал себя, мягко говоря, неуютно.

В Придворге, в какой-то подворотне, прямо в лужу в занятной позе (один на другом) рухнули два тела.

— Ну Ил, ты еще у меня попляшешь! — поспешно сползая с воина, прошипела наемница.

— Кошелек или жизнь?! — гаркнули из темноты, и новоприбывшие в осажденный город страдальчески переглянулись.

В Гаросе, прямо в гущу схватки на стене города, невесть каким ветром занесло еще одну парочку — блондина с невинно-насмешливым взглядом, на дне которого пряталась тьма, и девушку непонятно какой расы, с черными омутами вместо глаз.

Надо сказать, в тот день нападавшим жутко не повезло.

В Даянире царило затишье. По каким-то непонятным причинам штурм города прекратился, хотя враг не ушел и продолжал маячить на горизонте. Вся имперская Дюжина вместе с градоначальником и Эриком собралась в доме З'Эрона Даймона и праздновала временное затишье…

…как вдруг прямо посередине комнаты сверкнула вспышка, и на пол свалился юноша лет семнадцати, с волосами, стоящими чуть ли не дыбом, и дико горящими глазами.

— Ты! — первым опомнился Икар, дрожащим пальцем тыкая в сторону вора. Тот скромно улыбнулся.

— А у нас, оказывается, есть общие знакомые… — рассеянно заметил подошедший поближе Эрик.

Парень вытаращил на него свои глаза, отпрыгнул за версту и, вытащив что-то из сумки, направил это на некроманта. Рука у него явственно дрожала. Все находящиеся в комнате многозначительно переглянулись.

В руке вор держал боевой посох белого мага.

А где-то там, в небесах, нахалка-судьба удовлетворенно улыбнулась. Хотя, пожалуй, такого она не ожидала сама. Все-таки невозможно построить дорогу этому парню… странно.

Такое ощущение, что он прокладывает ее сам.

Глава 7. ПОВОЮЕМ?

Летописец привычно распахнул дверь в комнату. Она находилась на самой вершине башни, которая витала в облаках, что в общем-то было понятно. Так же привычно Летописец уселся за письменный стол, пригладил седые волосы, включил Всевидящее Зерцало…

…вытаращил глаза и помянул весь Пантеон богов и демонов по именам.

Одна из богинь Хаоса была освобождена.

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ.

Гарос.

Лика, резко обернувшись, всадила кинжал в горло нагло подобравшемуся сзади степняку. Тут же, повернувшись вокруг оси, смахнула с плеч голову неосторожному мертвяку мечом, подобранным у какого-то трупа… уже, к счастью, не ходячего. Выгнувшись дугой, Анжелика поспешно ушла от небрежно брошенного смертельного заклятия одного из некромантов, осаждающих город. Их основные силы оттягивали на себя Лед и городской маг, но…

Защищать город они помогали уже второй день. Первый, когда они неожиданно свалились в кучу дерущихся защитников города и мертвяков, перемешанных с вполне живыми степняками, они провели «с ветерком». Находясь в шоке от такой перемены обстановки, разобравшись в ситуации, оба пришли в ярость. Притом если вампиресса злилась на Леда за его «телепорт», то тот костерил на чем свет стоит Ила. В итоге, пока Лика гонялась за Ледом, силой воздуха, из нее вырывающейся, вампиресса весьма и весьма проредила ряды нападавших. А уж как Лед старался, очищая место для побега от не в меру прыткой девушки!

В общем, их помощь не могли не заметить, особенно когда начала трескаться стена, на которой все и происходило, и произвели в почетные герои города, тем самым обязав защищать его до конца.

Но сегодня все шло уже не так гладко. Обнаружив нехилый магический отпор, к стенам набежало не менее десятка магов, и вот результат: им без труда удалось проделать в стене дырищу, за которую теперь и шло сражение. Лед с невозмутимым лицом отбивался от всевозможных магических атак, не забывая и о физических, щедро давая сдачи, что, кстати, уже принесло плоды — некро стало на два меньше. Мимоходом вампиресса подивилась тому, что вот уже полтора часа активно применявший магию Лед все еще держится, хотя любому порядочному магу пора уже и копыта отбросить от истощения. А некроманты? Им-то что, их же во-о-он сколько, небось и отдыхают поочередно, гады. Зарубив и заколов еще пару десятков нападающих, Лика отметила, что слишком внедрилась в ряды врагов, и поспешила уйти назад. Взгляд привычно нашел блондина, отметил положение дел, скользнул было дальше… и резко метнулся назад.

Лед удовлетворенно хмыкнул, глядя, как рассыпался в прах очередной неосторожный некромант, рискнувший подобраться на расстояние для очередного выковырянного из его памяти заклинания. Как там было в книге?.. Впрочем, он до сих пор подозревал, что там было немного не так, иначе. Почему некромант, вместо того чтобы просто скорчиться от невыносимой боли, так отреагировал? А, да ладно, неважно. Главное — результат. В щит долбанулось очередное изобретение нападающих, но беглый принц только хмыкнул: для того чтобы пробить это нагромождение переплетенных между собой щитов, нужно нечто помощнее. Жаль только, что защита только от магии…

Парень резво увернулся от подскочившего степняка, рубанул тому по руке где-то подобранным клинком. Хотел было добить обезоруженного, как того сшибло комком непонятной серо-черной энергии, вмиг спалив и его, и тех, кто был за ним. «Ох, ничего себе!» — слегка ошалел парень и тут понял, что его смутило. Щита не было вообще. А это значит… Лед медленно обернулся. Откуда-то он знал: спешить некуда. Впрочем, его новый противник и вправду не торопился. Он играл. Обернувшись, парень наткнулся на любопытный взгляд невысокого, но худого и гибкого дроу, с черными провалами вместо глаз. Высший… Лед нервно сглотнул. Остальные некроманты робко выглядывали из-за спины этого монстра. Почему монстра? Ну… как бы то ни было, вся сила, клокотавшая в нем, была видна как на ладони, а может, это он сам хотел ее показать. Некромант нашел взглядом клинок в руках парня, насмешливо вскинул бровь и выхватил прямо из воздуха свой.

— Поиграем? — Голос его прозвучал бархатисто-вкрадчиво.

Но Леда он не обманул, невольно напомнив, что в общем-то он здесь уже час где-то махается, а этот пришел свеженький такой, чистенький. Лед легко усмехнулся в ответ и перехватил рукоять оружия поудобнее. Некромант лениво сделал шаг вперед… и мир словно взорвался вихрем клинка, танцующего посреди дня свой кровавый танец. Хотя вряд ли кто на это обратил внимание среди сражающихся, кроме тех, оставшихся в стороне некро.

Все, что оставалась Леду, — защищаться. Нет, он был превосходным фехтовальщиком, во дворце его великолепно натаскали, но, во-первых, он давно не тренировался, во-вторых, он только наполовину эльф, а в-третьих… в-третьих, его противник усиленно применял магию для ускорения, чего Лед как раз таки не умел. Так что об атаке он даже и не помышлял. Зато ушел в глухую защиту, прорваться через которую не мог даже некро. Странно! Быть может, дело в том, что Лед также мухлевал магией? Возможно, возможно…

Но тут в глазах нападающего вспыхнуло раздражение, и он резко прекратил атаку, отскочив на приличное расстояние. Похоже, играть ему надоело. Лед напрягся. А вот это не есть хорошо… Некромант пакостно улыбнулся и вскинул левую руку. В ней без промедления материализовалась некая конструкция, представляющая собой переплетение не менее десяти острейших лезвий. В лучах полуденного солнца хищно блеснула тьма, бушующая на их концах. Некромант еще раз окинул взглядом Леда и, не раздумывая, со всей силы метнул в него эту конструкцию. В воздухе лезвия мгновенно распались, выбросили из себя еще пару лезвий, которые тоже распались, а те еще и еще… Получившийся рой резко взвыл и ринулся на блондина со всех сторон. Такого уже было невозможно не заметить, и буквально половина сражающихся повернулась к Леду. На губах дроу расцвела торжествующая улыбка. Но тут опустивший было голову Лед резко выпрямился, вскинул руки вверх и тут же опустил вниз, как бы желая взлететь. Вот только полетел не он, а тот рой лезвий, направленный ранее в него. Вот именно, ранее. Лезвия, словно снесенные могучим ветром, рванули в стороны, вонзаясь в тела, впрочем, исключительно выборочно — в степняков и зомби.

Лед облегченно улыбнулся. Перехватить управление заклятием уже в полете оказалось не так уж сложно, как это описывалось в книге. Интересно, что бы сказали маги Академии, узнав, каким образом он применил их заклинание? Улыбнулся и тут же наткнулся на холодный, оценивающий взгляд дроу.

— Все интересней и интересней, — мурлыкнул он, делая шаг ближе. — Игра набирает обороты…

Внезапно он раскинул руки широко в стороны, а за его спиной сформировалось что-то серое и необъятное. Еще недавно спокойно проливающее свет солнце сдалось на милость с утра бродящих поблизости туч, оставив город в сумерках. Подул промозглый ветер. Некромант качнул головой, и…

— Может, со мной поиграешь? — прозвучал над внезапно застывшей битвой не менее мягкий, завлекающий голос, и на свободную площадку между Ледом и дроу скользнула…

…Вампиресса в полной боевой ипостаси. Плащ на ней висел рваными клочьями, сквозь него прорывались не слишком мощные кожистые крылья, впрочем и не предназначенные для полетов. Для этого у вампиров имелись врожденные способности, хотя для их действия была нужна кровь. Но, продираясь сквозь ряды степняков, Лика отнюдь не брезговала всеми доступными средствами, главное для нее было — успеть. И она успела. С длиннющих ногтей вязко капала кровь, также стекающая по подбородку. Еще недавно чисто черные глаза налились алым. Лика кинула взгляд вокруг и улыбнулась, сверкнув клыками.

Она прекрасно знала, что выглядит страшно, но вся соль была в том, что этот гад напротив явно собрался убить ее… ее друга, а этого она не могла допустить. Пусть потом этот друг от нее и отвернется.

— Милая крошка решила поиграть? — понимающе кивнул дроу, напугать которого было не так-то просто.

Он злобно оскалился, и остановленное на полпути заклятие обрушилось уже на Лику. Ну-ну, подумала вампиресса, резко царапая себе руку и вскидывая вперед и выписывая замысловатую руну прямо в воздухе. Руна вспыхнула и впитала летящую прямо на нее смерть с тихим чпокающим звуком. Некромант вытаращил глаза и застыл. Помолчал. А потом, мигом стерев ухмылку с лица, атаковал всерьез…

Лед с замиранием сердца смотрел на метания Лики и лихорадочно размышлял, чем бы помочь. В голову отчего-то лезли всякие глупости, но уйти из поля зрения некромантов он догадался. И тут же наткнулся на городского мага.

— Грэт, ведите людей за стену и залепите эту дурацкую дыру чем угодно, лишь бы никто не прорвался! Живо! — командирским тоном выдал Лед пришедшую в его голову мысль.

— Но… а вы?

— Плюнь на нас! Спасай свою задницу, пока есть что спасать! — взвыл блондин, нервно следя за тем, как Лика в самый последний момент уходит от очередного непонятного заклинания.

Как оказалось, в магии крови, как и в магии воздуха, вампиресса «ни бум-бум», знает только основы и держится лишь благодаря вампирской реакции и живучести. Когда это чудо (с прибавкой «више») выскочило к ним, Лед, мягко говоря, был в шоке. Потом, разобравшись в ситуации (что? вот это, с клыками, моя подруга?), Лед наплевал на все и спешно начал придумывать, как выкрутиться из этой прескверной ситуации. Парень оглянулся: так и есть, защитники города уже стянулись за его стены, а маг что-то усиленно магичит, запирая проем. Ну он пошел…

Лика ругала себя на чем свет стоит. Это же надо было так напороться! И ведь даже оружия не взяла, оставила в чьем-то особо вязком теле. Дура! Хотя, пожалуй, это того стоит. Хорошо, что Лед догадался смыться. А то она уже думала — вдруг помогать кинется. «Идиотка! — тут же одернула она себя. — Какой дурак станет такому монстру помогать?» Вампиресса в очередной раз ушла от особо изощренного заклятия. Все, о чем она сейчас мечтала, — это чтобы дроу не додумался ее самонаводящимися травить.

Перекат, уход, клок воздуха на перехват, руна отторжения… Перекат. Левитация. Руна. Уход. Отмахнуться когтями. Руна. Залечить порез. Воздушный щит. Отдохнуть… перекат… руна… когти… воздух… левитация… уход… когти… руна… уход… щи-и-ит…

Вампиресса застыла на месте, получив короткую передышку. Впрочем, сам некромант на этот раз не спешил разбить хрупкую защиту. Он лишь обходил ее по кругу, вновь насмехаясь. Все застыли, наблюдая за схваткой, даже мертвяки. Впрочем, эти наверняка управлялись этим самым дроу-некро. Анжелика напряженно наблюдала за его действиями, не забывая оценить ситуацию вокруг. Замечательно! Защитники города скрылись за стенами и залепили дыру, да так, что и этот не пробьется. Стоп! А он что здесь делает? Дурак, уходил бы вместе с остальными!

Острый взгляд вампирши выхватил из общей массы зомби и степняков знакомую фигуру — Лед упорно прокладывал себе путь к ней через ряды противника, чего те совершенно не замечали. Так, не отвлекаться! Лика одернула себя и еще пристальнее уставилась на дроу. Тот еще пакостней улыбнулся, развел руки, и… чистая сила рванула со всех сторон, без проблем пробивая щит, не давая увернуться запертой в своей же защите девушке, да и куда? Некуда. Внутри что-то хрупнуло, колени ее подкосились, и она упала на землю, уткнувшись взглядом в непроглядную голубизну неба. Ну и что, что оно в тучах? Ей-то что…

— Ли-и-ика-а-а! — разнесся над полем вопль, и рядом с ней упал на колени Лед, схватил за плечи. — Лика, ты чего, ты же и не ранена совсем! — Отчего-то голос его прозвучал по-детски обиженно, и вампиресса внезапно вспомнила, что ему только семнадцать, совсем как ей…

С усилием она открыла глаза, столкнулась взглядом с вечнозеленой весной, улыбнулась… и рухнула в обнимающую ее теплым пледом тьму.

— Лика-а-а…

— Как трогательно… — зазвенел в воздухе восхищенный голос некроманта.

Фигура Леда, скорчившись, склонилась над телом девушки, но та не откликалась уже ни на что и вроде даже не дышала.

— Играть без потерь невозможно, — утешающе выдал дроу.

— Да-а-а? — как-то издевательски ответил парень, медленно поднимающийся с колен. — И где же ваши?

— В данном случае их нет, — похвалился некро.

Ветер качнул золотистые пряди волос, чудно переливающиеся на фоне окрасившей их местами крови. Тихий, едва слышный смешок, разлившийся в воздухе. И спокойный, необычайно серьезный голос с интонацией, позаимствованной у знакомого друга-вора:

— Сейчас будут.

Некромант издевательски вскинул бровь, открыл рот для ответа, и тут блондин повернулся. Рот дроу закрылся сам собой: весь зрачок, радужку, белок парня занимала синева, наполненная мощью и… каким-то безумием. Лед улыбнулся и спустил силу с цепи.

А дроу осталось выбирать: либо он, либо его войско. И ничего удивительного в его выборе не было.

Солнце робко выглянуло из-за тучи. Скользнуло неуверенными лучами вниз, на землю… и озадаченно застыло. А где же все? Казалось, в его свете проскользнуло некоторое разочарование. «Нашли, нашли!» — вспыхнули солнечные зайчики, радуясь, что нашли хоть кого-то. И тут же побледнели: картина была печальна. Над распростертым безжизненным телом девушки склонился молодой парень лет семнадцати. Сомнений в том, что девушка мертва, не оставалось. Парень поднял голову. Взгляд его зеленых глаз был пуст. Внезапно ворота затихшего было города резко распахнулись, и из них повалила целая толпа во главе с самим городским магом. Солнечные зайчики обрадовались и поспешили к ним, не желая поддаваться печали. Долго горевать они не умели, как и все дети. Вот только парень подле девушки дитем уже не был.

Городской маг обвел ошалевшим взглядом поле битвы и потрясенно покачал головой. Да, увиденное впечатляло. Все, буквально все войско некромантов застыло, будто бы время для него остановилось. Но это было обманчивое впечатление, приглядевшись, можно было легко разглядеть причину этой неподвижности: фигуры, в самых разнообразных позах, были подчистую скованы льдом, и наверняка намертво. Маг быстро подошел к спасшему город парню. На его присутствие тот никак не отреагировал. Маг кашлянул и тут же наткнулся на пустой взгляд блондина. Собрался было что-то сказать, как…

Ближайшая фигура брызнула осколками, и некромант лениво стряхнул с плеча крошки льда.

— Впечатляет, — спокойно сказал он. — Но знай, ссопляк, Ххоззяин тебя в порошшок ссотрет! — внезапно прошипел он, сотворил портал, обернулся на прощание… и получил в лоб кинжал-«бабочку», любимое оружие Лики.

Лед спокойно встал, вытащил кинжал и вытер об одежду дроу. Окинул взглядом округу. На новые способности он теперь плевал, в голове было подозрительно пусто, а дальнейшие действия представлялись довольно смутно.

— А я слышал, что если в первые полчаса дать вампиру выпить светлоэльфийской крови, то он выкарабкается даже с того света, — кисло заметил маг, так и не придумавший, что сказать в утешение.

— Ты… да что ж ты сразу не сказал! — взорвался Лед, встряхнув беднягу за плечи.

— Да где же мы сейчас эльфа, да еще и светлого, возьмем? — совсем растерялся тот.

Лед полубезумно улыбнулся, кинулся к вампирессе, полоснул себя кинжалом по руке. Минута, другая…

— Кха! Кхы… уйди, полудурок, я же захлебнусь! — раздался вой Лики.

— Живая! — глупо улыбнулся Лед.

Лика пару раз моргнула, приподнялась на локтях, окинула взглядом поле битвы, тело некроманта, Леда… схватила того за плечи и притянула к себе.

— Эх, молодежь, молодежь! — бормотал маг, топая прочь от сладкой парочки. — Только она способна целоваться на поле битвы, да еще и с клыками. — Внезапно он остановился, вглядываясь в заледеневшую фигуру совершенно чистого скелета. — А вот этого надо в класс биологии…

Градоначальник Гароса хмуро изучал письмо, принесенное вестником из Ньеркиарленда. Кивнув, он отпустил посланца.

— У нас просят помощи, — хмуро заметил он подошедшему магу. — А мы только-только справились… Что скажете?

— Ну… — задумался тот. Заметил приближающихся спасителей города. — Соберите отряд поцелее, командующего поставьте и этих, героев наших, пошлите…

«Герои», услышав, что им предлагают, задумчиво переглянулись.

— А что нам за это будет? — чуть ли не хором осведомились, переглянулись и нервно расхохотались.

Короче, договориться им удалось.

— Нет, все-таки Ил на нас плохо влияет! — с восхищением пробормотал Лед, разглядывая кучу артефактов и увесистый мешок денег.

Анжелика только хмыкнула. По ее мнению, если провести параллель, эти двое друг друга стоили. А если еще и учесть, что ни один вампир, получив кровь эльфа, так быстро не восстановится…

Следующим утром отряд, посланный в помощь осаждаемому Ньеркиарленду, двинулся в путь.

Где-то там у себя нахалка-Судьба моргнула и приписала похождения первого ко второму. Ее задумка выглядела, честно говоря, не так…

ИСТОРИЯ ВТОРАЯ.

В то же время, в другом месте.

Придворг.

Мэй открыла глаза. Голова жутко раскалывалась. Демон! Что же вчера было? Та-а-ак… Значит, слегка не в себе от перемещения (иначе почему они с Шэмом гоняли по всему Придворгу бедных грабителей?), парочка не смогла отказать себе в том, чтобы не зайти в ближайший трактир и заказать пару кружечек пива. Но, по-видимому, «пары» не получилось, поскольку в тот же день они, пьяные вдрызг, поперлись на стены города их «защищать». Оружия у них с собой не было (двуручник и меч не в счет). Но, к счастью, до стены они так и не дошли. Каким-то непонятным образом они вновь наткнулись на знакомых грабителей и просто не могли удержаться… И вот результат: сделав широченный круг, они оказались на пороге той самой таверны, где уже побывали. И естественно, не могли не выпить по паре кружечек пива! И… все. Последнее, что помнит наемница, это то, как она уверяла какого-то гнома в том, что погнет его секиру одним пальцем. Святые небеса! Она надеется, что все же ей это не удалось.

Тут Мэй недовольно поморщилась. Как оказалась в снятой комнате, она не помнит. Но что-то ей явно мешало спокойно дрыхнуть дальше. Что-то такое… рядом. Наемница осторожно скосила взгляд влево… и наткнулась на такой же настороженный и слегка испуганный взгляд. А в следующий миг оба, и Шамир, и Мэйрона, буквально взвились на ноги, привычным жестом обнажая оружие. Некоторое время парочка настороженно друг друга разглядывала.

— Что это ты тут делаешь? — начала издалека Мэй.

— А ты? — справедливо парировал воин.

— Ну… — задумалась та. — Вообще-то сплю.

— Ой! А я тоже! — обрадовался в ответ Шэм.

— А, ну тогда все нормально, — облегченно вздохнули они, пряча сталь…

Шагая по городским улочкам, Шэм с интересом оглядывался вокруг. Вчера, по вполне понятным причинам, разглядеть Придворг как следует не удалось. А посмотреть было на что. По всему выходило, жители Придворга явно живут весело. Иначе откуда такая любовь к ярким и неожиданным цветам? Например, во-о-он тот домик такой милой расцветки… синенький. А вон тот вообще красный. Улицы же города были довольно пустынны: осада давала о себе знать. И все же то тут, то там мелькали какие-то люди, а в трактирах ошивалось довольно много народу. Странно. По смыслу, все должны были быть на стенах…

Впрочем, причину такой многолюдности они узнают, когда выйдут на битву. Да, слишком тихо здесь для осаждаемого города. К слову, вы хотите знать, откуда у наших героев столько информации? Так ведь грабителей они все же догнали. Вот только куда потом дели? Ладно, неважно. Мэй, насвистывая незамысловатую мелодию, шествовала рядом, за спиной у нее гордо возвышался двуручник, за поясом и на поясе болталась куча ножей. Зайти в лавку оружейника они догадались. Но как им пришлось торговаться! Тут очередная улочка сделала замысловатый поворот, и они наконец-то вышли к стене у главных ворот.

Забраться на стену стража отчего-то им не позволяла. Даже несмотря на то, что те явно хотели помочь.

— Господа маги и без вас справятся, — холодно заметил страж, категорически отказываясь им помочь.

Воин и наемница заговорщицки переглянулись и пошли искать другой способ. И, как ни странно, нашли. Да что там! Взобраться по каменной стене вверх, пока один из стражников недоуменно оглядывается в поисках владельца оскорбительного вопля: «Эй, ты! Да, ты, который тупой!» — не составило труда. И теперь они вдвоем наблюдали поразительную сцену.

Прямо над воротами застыли в неподвижных позах четыре мага. Точнее, три мага и одна магичка. Впереди — довольно молодой, не более тридцати лет, маг с длиннющей шевелюрой темных волос, развевающихся на ветру. Маг держит на вытянутых руках обычный деревянный щит. Все остальные трое — чуть позади, держат руки на его плечах. И все. Все защитники Придворга. А напротив, внизу, за тонким, будто стеклянным барьером, беснующееся войско Степи.

— И давно уже они вот так стоят? — полюбопытствовал у ближайшего стражника Шэм.

— Да почитай уж второй день, — почесал затылок тот. — Как осада-то началась… Э, стоп! А вы что это тут делаете?

— Мы ничего! — мило улыбнулась ему Мэй и вырубила беднягу.

Внезапно в рядах врага произошло какое-то нездоровое шевеление. Миг — и прямо к барьеру выступила сгорбленная фигура старика, укутанного в черное. Он окинул хитрым взглядом защитников города. Хмыкнул.

— Эх, молодежь, молодежь, — проскрипел старик. — Все помирать рвется.

И прежде чем до кого-либо дошел смысл его слов, легко щелкнул пальцами. Маг, держащий щит, рухнул. А за ним и барьер. Старик внезапно резко выпрямился, молодея на глазах, его скрипучий смех постепенно выравнивался в молодой и звонкий. А рухнувший маг старел… Степняки всколыхнулись волной, жаждая крови.

— Папа! Папа! — разнесся под небом звонкий всхлип, и рядом с магом на колени опустилась девчушка лет тринадцати. Выглядела она несколько странно. То ли светлая эльфийка, то ли, наоборот, темная. Она встряхнула уже мертвого отца за плечи, коротко взвыла и вскочила на ноги. — Вы!.. Уроды! Вы заплатите за смерть моего отца, среднего сына короля эльфов!

— Так это правда… — потрясенно выдохнул очухавшийся стражник и, заметив удивленные взгляды Мэй и Шэма, пояснил: — Об этом эльфе-маге раньше такой слух ходил, что он — сын короля эльфов, влюбился в женщину-дроу, за что был изгнан из Нол-Иалмерита, но не лишен титула. Говорили, что его жена, та самая дроу, родив дочь, умерла, а сам он поклялся защищать свою дочь до последнего…

Тут Мэй нахмурилась. Девушка горячо перечисляла кары, которые должны свалиться на головы убийц, а в рядах врага чуялось шевеление, которого она не замечала. Наконец какой-то дюжий степняк поймал взгляд бывшего старика-некроманта, провел пальцем по шее, получил подтвердительный кивок и вскинул мощнейший лук, направляя стрелу на говорящую.

— Как любит говорить Ил… — задумчиво проговорила Мэй. — Зажжем!

Некромант перевел взгляд на девчонку. И в этот момент в горло воина, собирающегося сделать выстрел, с легкой руки наемницы, вонзился метательный нож, навсегда отправив степняка на тот свет. Девушка распалялась все больше и больше, некромант переводил взгляд на нового кандидата в детоубийцы, потом еще, еще, еще…

— Месть должна быть свершена! Эльфийский принц погиб, пораженный подлым ударом, и вы должны поплатиться! Духи Леса, услышьте меня! Свершите месть! И пусть это говорю я, полукровка, но закон мести — незыблем! — внезапно резко сменил тональность голос девушки, набрав шипящих и опасных ноток.

С минуту стояло потрясенное молчание. А потом раздался душераздирающий хруст, и сквозь землю к полуденному солнцу рванулись стебли тысячи тысяч растений, безжалостно разрывая и поглощая тела степняков. Мгновение, и все было кончено. Полукровка устало опустилась на колени перед отцом.

— Леди… — осторожно окликнул ее один из оставшихся в живых магов, созерцая страшную и в то же время прекрасную картину необъятного, мгновенно выросшего диковинного леса.

— Оставьте меня, — дернула плечом та. — Для города я сделала все, что могла.

— Вы должны найти силы жить, — мягко заметила женщина-маг.

— Я знаю. — Девушка гордо выпрямилась. — Мне нужно похоронить отца…

В этот страшный день она стала героиней города.

— Мне показалось или некромант улизнул? — подозрительно осматривая поле битвы, поинтересовался Шэм.

— Брось, теперь это уже не наши проблемы! — легко отмахнулась наемница, потерявшая практически все свое снаряжение (кроме меча, конечно), что ее явно не осчастливило.

Девушку, которую, как оказалось, звали Аалкиала, собрались чествовать на главной площади города. Впрочем, именно туда-то неразлучная парочка и не стремилась.

Ах, как жизнь прекрасна, посмотри! Ясно в небе солнце все горит, Небеса глубоки высью, Улетаю вслед за мыслью, Воплощаются мечты, Словно вместе я и ты… —

Мурлыкала Мэй.

Воин удивленно на нее посмотрел:

— Не знал, что ты сочиняешь.

— А, это не мое, а Ила…

— Вот как? — озадачился Шэм. — А, ну да, он же бард…

Внезапно он споткнулся на ровном месте и прислушался к чему-то. Переглянулся с Мэйроной. Мягко и беззвучно они скользнули за угол… Прямо посередине улочки, резко вспыхнув, сформировался телепорт, и оттуда выступил подозрительно знакомый субъект — тот самый давешний некромант. Мэй округлила глаза:

— Надо предупредить…

— Да какое нам дело!

Некромант насторожился. Резко взмахнул рукой, выуживая из воздуха… да, это был вурдалак.

— Ты же найдешь их, дружок? — мягко спросил он. — Вперед!

Парочка за углом переглянулась и поняла: дело, и еще какое!

По улицам они мотались уже полчаса. За это время каким-то образом они успели обежать весь город, кроме главной площади, на которой и собрался весь народ.

— Еще чуть-чуть… и я… копыта отброшу… — задыхаясь, проговорила Мэй.

— Так, может… того… попытаемся его… укоко… укокошить? Он же… зараза… не устает…

— Дурак…

— Взаимно…

— Это же… улучшенный ва… вариант… сталью… даже зачарованной… не взять…

— А ты… откуда?..

— Ил… рассказывал…

— А он?..

— А-а-а-а! — дружно завопили они, столкнувшись с монстром лицом к лицу и тут же рванув обратно.

— Нужно… разделиться… один… собачку… другой… на площадь… про некро… расскажет…

Наемница внезапно резко остановилась, не обращая внимания на приближающегося монстра. Посмотрела в глаза остановившегося Шамира, приблизилась, поцеловала в губы…

— Ну бывай! — хлопнула его по спине и рванулась наперерез вурдалаку.

Мгновение потрясенный воин стоял неподвижно. А затем, пересилив себя, бросился в сторону площади.

Праздник был в разгаре. Солнце уже клонилось к горизонту, что отнюдь не мешало гуляющему народу веселиться. Прямо посередине площади, на постаменте, возвышался трон (правда, деревянный), на котором и расположилась героиня города. Вид у нее был печальный. Но, в общем, все было нормально, веселье набирало обороты, как…

На площадь вылетел парень лет двадцати пяти, подскочил практически к героине и на всю площадь заорал:

— Некромант в городе!

Народ заткнулся и во все глаза уставился на безумца. Надо сказать, выглядел он неважно. И без того лохматые, пепельные волосы стояли дыбом, в синих глазах — ужас, руки трясутся, сам весь запыхавшийся.

— Ну бывает, перепил! — успокаивающе хлопнул его по плечу какой-то мужик, но тот резко отскочил, а мужик с удивлением уставился на кровь на своей руке. — Эй, да ты…

— Надо же, выходит, вурдалак вас так и не поймал! — разлетелся над площадью ехидный голос. — Хотя нет, девчонку твою он все равно схавал…

Все резко обернулись и уставились на некроманта, прижимающего к горлу героини нож, а парень побледнел, пошатнувшись.

— Мэй… — прошелестел его потухший голос.

— Сочувствую! — оскалился некро. — Кстати, я — Джавэй. И сейчас градоначальник тихо-смирно подпишет бумагу о сдаче города в полное владение моего Хозяина. Он же не хочет, чтобы эта милая девушка пострадала?

Тишина. Нож слегка царапает кожу Аалкиалы…

— Не хочет! — выдвинулся из толпы градоначальник.

— Пиши, — оскалился Джавэй.

Градоначальник достал было бумагу, начал… и опустил руки.

— Не могу.

Некромант резко занес руку для удара… А в следующий миг голова его слетела с плеч и покатилась к ногам градоначальника. Затем рухнуло и тело, за спиной которого обнаружился тот самый парень, забивший тревогу.

— Еще один герой города! — на радостях завопил градоначальник, а народ с радостью подхватил.

— Вы спасли мне жизнь, — моргнула Аалкиала. — Как я могу отблагодарить вас?

— Вряд ли бы вы смогли вернуть Мэй… — с болью ответил воин.

— Вурдалак? — внезапно опомнился градоначальник. — По городу бродит вурдалак?

— Улучшенный… — безжизненно уточнил Шамир.

— Катастрофа!

— Где? Здесь что, еще один вурдалак? — разнесся над площадью звонкий озадаченный голос, и все повернулись в его сторону. — Вроде один был, вот этот, — растерянно заметила Мэй и свалила голову монстра на каменные плиты. За спиной у нее все так же торчал двуручник.

— Героиня!!! — без подсказки градоначальника взвыл народ.

А градоначальник схватился за голову: три героя для одного города — это уже слишком!

— Я давно хотел сказать тебе, Мэй…

— А?

— Слушай… Ятебялюблютывыйдешьзаменя? — выпалил Шамир и бухнулся перед наемницей на колени.

— А?

— Ятебялюблютывыйдешьзаменязамуж? — охотно повторил тот.

— Но ты же герцог!

— Подумаешь! Поверь, даже при дворе ты будешь самая-самая! Ну так что?

— Что?

— Ятебялюблюты…

Звук поцелуя.

— Даятоже тебялюблюидая выйдузатебя…

Тем же вечером, на той же площади.

— Сегодня же к нам из Ньеркиарленда было прислано письмо о помощи! Мы решили выделить отряд, а уважаемые Шамир и Мэйрона согласились сопровождать его! — провозгласил градоначальник, а парочка, заслышав свои имена, поняла: все только начинается. Но свое они урвать сумели…

Следующим утром отряд двинулся в путь.

Нахалка-Судьба рвала на себе волосы, а Летописец кусал ногти, забыв напрочь о всяких там богинях Хаоса…

ИСТОРИЯ ТРЕТЬЯ.

В то же время, в другом месте.

Ньеркиарленд, «Три в одном».

Риг скучал. Сильно скучал. Вот уж чего не ожидал, попав в «спасители» и будущие герои города, так это скуки. Но именно она снедала находившегося в самой гуще схватки рыжего. Ньеркиарленд он защищал уже второй день, но ничего выдающегося за это время не произошло. Так, поучаствовал в общей свалке, помахал магическим мечом-мирандорром, помог в самый последний момент удержать ворота, создав слабенький щит, отрубил голову степняку, вроде как командующему этой толпой… А вообще, он знал, что просто привык влипать вместе с остальными в самые аховые ситуации. Битва же его не впечатляла — мечником он, благодаря брату, был превосходным, кое-где в крайнем случае подколдовывал (первый курс как-никак!). Но задеть его никто так и не смог. Некроманты отчего-то не спешили показываться, степняки периодически совершали набеги… так что было подозрительно скучно. День был в самом разгаре, город великолепно держался, а рыжий, вспоминая самые изощренные приемы, выглядел, как машина смерти.

И все было прекрасно, пока в рядах противника что-то не изменилось, а ньеркиарлендцы поняли, глядя на перестроившихся нападающих: к ним прибыл новый командир.

Циала задумчиво окинула взглядом поле боя. Ей предстояло много работы. Плавным движением оборотница скользнула к сражающимся поближе. Улыбнулась и вскинула руку с зажатым в ней Знаком Власти, выданном некромантами, находящимися в сутках пути отсюда. Нападающие вздрогнули и резво обернулись на оклик. Восхитительное чувство власти!

— Ну-ка дай это сюда, крошка! — раздался над ее ухом мягкий голос, и вампир, посланный в командование этим сбродом, вырвал вещицу из рук. Нагло ухмыльнулся: — Командовать сегодня буду я!

И новая, совершенно другая атака началась.

Взмах клинком, поворот, удар, уйти от ножа вбок, поворот, удар, отбить, удар…

Риг вертелся волчком среди внезапно научившихся сражаться степняков. Казалось, еще секунду назад ни один из них не знал не только как работать с клинком, но и сражаться. А сейчас уже прямо мастера какие-то! В первый же момент атаки им удалось грамотно выбить ворота, но там их уже поджидал рыжий и те, кто вполне мог защитить город от нападения. Но время шло, враги все шли и шли, и все это грозило закончиться не очень хорошо, если бы не Риг, проявляющий чудеса мастерства, ловкости и… магии. Совершенно неожиданно он обнаружил, что без всяких заклинаний может вырубить того или иного врага. Правда, для этого приходилось напрягать и без того уставшие мозги, ловить взглядом фигуру и упорно представлять, как его что-нибудь бьет по голове. Тот послушно валился, и его затаптывали свои же. Хотя после каждого совершенного магического действия голова у самого Рига болела все больше и больше, порождая подозрения, что это уже его колотят по ней…

Короче, город упорно держался. И наверное, именно поэтому вампир, наблюдающий за схваткой издалека, махнул рукой невысокой, с темными короткими волосами девушке, указав на преграду, то бишь на Рига. Полуобнаженная девица оскалилась, показывая рыжему обалденные клыки (Риг побледнел), подхватила меч и двинулась к нему.

Циала окинула плотоядным взглядом рыжего парнишку, каким-то чудом до сих пор удерживающего ворота практически в одиночку. Казалось, тому давно пора рухнуть от усталости, но он продолжал стоять, как будто силы у него были бесконечны. Внезапно степняк, подкравшийся к рыжему сбоку, бешено дернулся и без всяких на то причин осел на землю. Рыжего маленько перекосило. О! Да он еще и маг! Любопытненько… Активировав защитный амулет, оборотень резко вдалась в ряды толпящихся у ворот степняков и в одно мгновение оказалась в противниках у рыжего. Тому успешно помогали другие люди, махая железками из-за его спины, он сам успешно отбивался от нескольких, потому Циалу он не заметил. Это ее обидело. Очень. Миг — и рыжий оставил всех степняков на попечение остальных, а сам кружит в дикой пляске вместе с ней самой.

Бешеный визг клинков. Клекот стали. Ба! Да у него еще и меч магический! Парень, видя, что сдает позиции, нахмурил брови, магича еще… и тут же отшатываясь в сторону: амулет оборотня превосходно работал. Девушка оскалилась, заметив его замешательство и начала увеличивать скорость, частичной трансформацией укрепляя мышцы. Лязг. Грохот. Мечи сталкиваются друг с другом и замирают, сейчас все решает только сила. Головы их приблизились, сейчас они смотрели друг другу в глаза, и Циала знала, что он видит: два ярко-желтых глаза на смуглом лице, обрамленном темными прядями. Два глаза, жаждущих крови-и-и…

Он смотрел на нее, и что-то ломалось у него внутри. Что-то такое…

Клинок блистает. Кровь на губах. И льдинки тают В твоих глазах. Мы здесь навечно Враги с тобой. И быстротечно Мы рвемся в бой. Ты улыбнешься. Я отобью. Ты вновь смеешься. Теперь я бью. Беспечность стали. Глаза в глаза. Мы повстречались, Как два врага…—

Выдохнул он и понял, что и вправду жалеет об этом.

Она отшатывается, потрясенная непонятным поведением и словами, и он, внезапно опомнившись, выбивает клинок из ее рук.

— Так нечестно! Я сильнее тебя! Если бы ты не начал читать свои стишки, то… — Она расширяет глаза и хитро улыбается: — А иди к нам!

— Ну нет! Уж лучше вы к нам! — отшучивается он.

— А давай! — радуется она, резко вскакивая и отрубая голову подобравшемуся сзади к нему степняку. Он, в прострации, смотрит на нее. — Ты веришь в любовь с первого взгляда? — интересуется она, вихрем выкашивая подбирающихся врагов.

Молчание… долгое молчание. Она напряженно замирает, всматриваясь в его глаза, и в сердце ее забирается тревога. Падает на землю перерубленный пополам степняк…

— Верю, — улыбается он, и в его голубых глазах вспыхивает…

День третий. Сражение идет своим чередом.

— Хэй, Риг! Лови подарочек! — взвывает над стеной голос.

— Спасибо, Ци! — ловит клинок рыжий, отбрасывая старый.

— Риг, слева!

— За собой смотри! Ай!

— С моего лева, придурок!

— Что?

— От меня слева, говорю!

— Это я придурок?

— Ну не я же!

Так началось сражение. Все было прекрасно, вдвоем они легко удерживали ворота, мир цвел и переливался красками, жизнь блистала, солнце светило, птички пели… Пока не приперлись некроманты. Приперлись и все испортили. Вот гады, да?

— Риг… — напряженно всматриваясь в ряды врагов, заметила Циала, еще вчера самолично отпилившая голову вампиру. — У нас проблемы, но думаю, я знаю, как их решить!

— Как?

— Нужно украсть Знак Власти!

После долгого огненного спора Знак добывать потащилась Ци. И теперь Риг с тоской наблюдал, как тонкая фигура девушки продирается сквозь пополняющиеся зомби ряды. Что она делает? Ее же сейчас!.. В следующий миг она исчезла из глаз, а путь дальше продолжала черная пантера, буквально прогрызающая себе дорогу.

Вернулась она, как ни странно, быстро. Вытащила из зажатых намертво зубов Знак.

— Сейчас будет весело! — радостно возвестила она, вскинула руку, и… полчища, еще недавно осаждавшие город, ринулись на некромантов.

Да, было весело. Но стало еще веселее, когда оказалось, что у некромантов есть еще один Знак. Так и бегало войско туда-сюда… туда… сюда… туда… сюда… туда…

— До вечера продержимся… — неуверенно заметил Риг, а Циала поморщилась: держать руку поднятой до вечера она не собиралась.

До вечера они не продержались. Солнце еще только собиралось начать свое падение за горизонт, когда некроманты догадались использовать свои силы и напасть на наглецов самим, отправив войско подальше, чтобы не мешалось. Рыжий и оборотница переглянулись и попрощались с жизнью. Целуясь, это получается удобнее…

Лед насвистывал веселую песенку. Лошадей градоначальник выдать всем отказался, мол, мало совсем… Но это ничего. Спасать еще кого-либо он не стремился. Рядом шла вампиресса. Лика была счастлива. Улыбка у нее была до ушей, клыки вновь спрятаны, лучший друг рядом, а жизнь прекрасна! Отряд рывками продвигался по главной дороге в Ньеркиарленд, и все понимали, что прибудут к нему только к утру, да и то если ночевать не будут.

И тут на дорогу со стороны Придворга выдвинулась еще одна, не меньшая процессия. И в ней «герои» обнаружили своих старых знакомых, Мэй и Шэма.

— Ты что наколдовал, урод! — Вот так и состоялась встреча четырех лучших друзей.

— Постойте! — внезапно встряхнулась Мэй. — Если нас с Шэмом забросило в Придворг, вас — в Гарос, то в Ньеркиарленде наверняка окажутся Риг и Ил.

— Да я… за Рига! — взревел Шэм, и окружающие подскочили.

— Мы не успеем… — растерянно моргнула Лика.

— Ну почему же, — ехидно улыбнулся Лед, в голове которого возникла потрясающая идейка в стиле Ила.

Все страдальчески переглянулись… и согласились. Ну что поделаешь, привыкли.

Риг что было сил удерживал щит, в который вот уже полчаса долбились не менее долбаные некроманты. Оборотница до боли сжала плечо парня. Силы быстро уходили. Тем самым магическим приемом Ригу удалось отправить в небытие двух некро, но еще…

— Направление разума! — понимающе кивнула Ци, разобравшись, что он сделал.

Щит опасно прогнулся и пошел трещинами. Некроманты злобно заулыбались.

— Кх-кхм, — раздался сзади вежливый голос, и все резко обернулись.

За спинами некромантов, весело улыбаясь, стоял парнишка блондинистой наружности, без всякого намека на оружие в руках. А за его спиной из воронки телепорта выходили воины… и еще… и еще… Глаза некромантов полезли на лоб: открыть портал для людей больше пятнадцати не удавалось еще никому.

— Все, им кранты! — радостно улыбнулся Риг.

— Мне нужно идти, — напряженно всматриваясь в ряды возникших союзников, заметила Ци.

Парень растерянно моргнул:

— Вернешься?

— Еще бы! — раздался довольный смех, и пантера поспешила прочь…

— Значит, если ты здесь, то Ил где-то в соседнем городе.

— А может, ну его? — хмурится Мэй.

— Ну уж нет! — холодный взгляд Леда.

— Если не ошибаюсь, ближайший город к Ньеру — Даянир, но он уже неделю от степняков отбивается, кабы там его не взяли… — задумчиво ответил Шэм.

Вновь собравшаяся пятерка тревожно переглянулась.

— Лед? Колданешь?

— Еще бы!

Судьба-нахалка взвыла и стукнула кулаком по колену. Да что же это? Летописец хмыкнул и, выдернув страницу, хитро прищурился…

ИСТОРИЯ… ПРОСТО ИСТОРИЯ.

Даянир, или Как надо защищать города.

…Я стою под проливным дождем и нервно оглядываюсь. Что-то случилось в этот день, день моего десятилетия. Мертвяки… они все сгинули, как будто их никогда и не было, как и всех остальных. А это значит… «Заклинания рушатся в трех случаях: в случае смерти заклинателя, в случае направленного вмешательства со стороны и в случае магической бури. Существуют и другие причины, но они не стабильны и требуют отдельного рассмотрения…» — вспомнилась фраза из учебника. Ну вот, опять эта учеба! И ведь три года прошло, а никак не забуду! Я встряхнул мокрыми волосами и вплотную приблизился к барьеру. За спиной у меня находился мешок с артефактами. Неважно, главное одно — наконец-то выдалась возможность… Должно сработать! Ну же… ну…

Я счастливо улыбнулся и шагнул прочь из Степи. Свобода!

Я лениво откусил яблоко. Пожевал… снова откусил, пожевал… зевнул. Устроился на диване поудобнее. Учитесь, господа! Именно так и нужно зарабатывать на жизнь: совершил совершенно сумасшедшее деяние, наткнулся на двоих из тех, с кем предпочитал бы не встречаться, — и все дела! А если поконкретнее, переместившись, я угодил в самую горячую на данный момент точку в империи: Даянир, осаждаемый полчищами степняков и зомби во главе с неким Хозяином. Насчет этого монстрика у меня были свои подозрения, но я до последнего надеялся… А, ладно, забудем! Я снова уставился на яблоко в своей руке. Доедать его не хотелось. Размахнулся и выбросил в окно. Снаружи раздался тихий возглас: «Ох!», и я опять позлорадствовал тому, что так удачно попал. О да! Это было не первое яблоко…

Вы сами поймите — я, такой весь белый и пушистый, притащил этим… не знаю, как их и назвать… притащил им, короче, артефакт, да еще боевой, а они! Да еще отдал им все другие артефакты, благодаря чему вокруг целого города стоит практически непробиваемый барьер, заставляющий оставшегося на расстоянии Хозяина рвать на своей головушке волосы! Нет, я, конечно, не такой дурак, отдал все это не бесплатно (и не все), но безопасное место для отдыха мне предоставили. Даже очень. И здесь было вполне удобно, вкусно и… в общем, хорошо. Но какой гад надоумил командира Имперской Дюжины установить за мной слежку? Впрочем, знаю какой: тот самый, коего Икаром зовут. Вы спросите, откуда я его знаю? Так ведь эта сволочь раньше к гильдии воров принадлежала, а если учесть мои с ней натянутые отношения… Подумаешь, стырил все из дома главы гильдии, так я же не знал, что это был его дом! Ну вы меня понимаете. И вообще, пожалуй, единственный, кто меня действительно понимает, так это некромант Эрик. Он-то мне яблоки и таскает из соседнего сада. Развлекает иногда забавными рассказами из своей молодости Повелителя Степи. Вам смешно, да? А вот мне — ни капли! Особенно меня убила история о том, как ученик его отца, проучившийся не более года, в один прекрасный день, семнадцать лет назад, сумел сотворить копию Знака Власти. Этот недоучка убил отца, затем мать, а сына оставил в услужении, так что избавиться от его власти тот смог только тогда, когда оказался на далеком расстоянии от Знака. Зато теперь фиг кто сможет его подчинить!

Я тяжело вздохнул. Выходить на улицу, постоянно ощущая за своей спиной слежку, не хотелось, и я вот уже второй день развлекался тем, что методично измывался над приставленным ко мне беднягой. Я подошел к окну на втором этаже каменного уютненького дома и, словно бы невзначай, сдвинул горшок с цветком на улицу. Наученный горьким опытом следящий увернулся. От горшка. Но не от подставки, полетевшей вслед за ним. Внизу бешено взвыли, а я, хихикнув, вернулся к своему занятию — поеданию яблок. Внезапно внизу все стихло. Затем раздались легкие шаги, и он ушел (или, скорее, убежал) прочь. Честно, я даже разочаровался. Так просто? Злорадно ухмыльнувшись, я выскользнул наружу из своего «заточения». У меня было еще много дел. Любопытно, что это еще за копия Знака? Не сам ли Хозяин учил меня, что Истинные Реликвии бывают только одни-единственные в своем роде, а их копии силы не имеют? Ща, разберемся…

— Рейн! — взвыв, ворвался на стену Хон. — Икар! — заметил виновника. — Ты издеваешься! Какой, к демонам, слабенький мастер-вор? Он же меня с закрытыми глазами видит, меня, оборотня высшей квалификации! Да он же надо мной буквально издевается!

— Стоп, стоп! Хон, успокойся, объясни по порядку, — успокаивающе проговорил дроу.

— Что «по порядку», что «по порядку»? То, как он, заметив меня, стал всякие пакости на мою голову подстраивать, да? Как он, якобы невзначай, в меня огрызком яблока метнул, да?

— Подумаешь, случайно… — пожал плечами Рейн, а Икар, уже все поняв, закашлялся от сдерживаемого смеха.

— Двадцать раз подряд?! — взвыл несчастный оборотень.

— Ой, Хон, а что это у тебя огрызок яблока на голове делает? — раздался недоуменный голос нимфы.

Хона затрясло.

— Стой, — внезапно севшим голосом прохрипел Икар. — Ты что, хочешь сказать, что оставил его одного?

— Ну да, — растерялся оборотень.

— Идиот! Он же… — Рыжий заметался по стене, собрался было бежать в город, но застыл, вперив взгляд в сторону стана некромантов. — Поздно…

Прямо так, без всяких комплексов, в ту сторону шагал давешний вор, беспечно размахивая увесистой сумкой. Внезапно он обернулся, узрел старого знакомого, нахально улыбнулся и помахал тому рукой.

— Но как же… барьер непробиваем с двух сторон… — выдавил потрясенный друид, самолично его ставивший.

— Насколько знаю, барьеры ему не помеха, он и не такое проходил насквозь, — мрачно пояснил Икар, вспоминая заварушку с главой гильдии и старым правилом: мол, тот, кто сможет обойти прежнего главу, сам им становится… И как этому сопротивлялись оба — и Ил, и глава.

Парень с такой необычайно дивной репутацией сделал еще пару шагов, щелкнул пальцами и растворился в воздухе.

— Эй, он же не маг, сама проверяла, а артефакты он нам отдал! — возмутилась Камилла.

— А кто сказал, что он отдал их нам все? — печально вопросил в пустоту Рейн, уже немного разобравшийся в характере этого паренька-вора. Он догадывался, что подвигло того на сей, несомненно, безумный шаг: банальная скука. — Надо было его чем-нибудь отвлечь.

— Пусть только вернется, отдайте его мне, уж со мной он точно отвлечется! — облизнулась Финра.

Дроу опасливо на нее покосился и поспешно кивнул…

Я сидел на каменных плитах городской площади Даянира и с любопытством разглядывал Знак. Точнее, его копию. Первое, что меня неприятно поразило в этой вылазке, так это то, что мои подозрения насчет личности Хозяина полностью подтвердились. Учитель! Какая встреча, ха! Хорошо хоть, он меня не увидел. А второе, так это то, что Знаков Власти оказалось много. Неприятно много. Практически у каждого некро. Сам Знак представлял собой подозрительно невыразительную штуку: этакий кругляшок из алмаза, на нем нацарапано слово «Власть». И никаких долженствующих присутствовать энергетических линий. Ладно. Пора обрадовать Эрика! И я неспешным прогулочным шагом направился в ту сторону, где он обычно ошивался, в один из трактиров, с милым названием «Глаз некроманта». Забавно, да? Ну все, я потопал. По дороге я повстречал того парня, который за мной еще недавно следил, этим утром. Бедняга вытаращил глаза и, как сомнамбула, повернувшись, последовал за мной.

— День добрый, Эрик! — усевшись напротив находящегося в меланхолии некро, поприветствовал его я. И тут же взял быка за рога: — Слушай, ведь у тебя же есть Знак, да? — Тот кивнул.

— Так почему же ты не можешь предъявить?

— Э, понимаешь… — замялся тот. — Этот некромант… он объявил его недействительным, нацарапав на нем лишнюю завитушку.

— А ну-ка покажи!

Он показал.

— Бред! Вот, смотри! — Я достал один из оставшихся артефактов (какой-то ножичек), подцепил приклеенную мощнейшим заклятием некую финтифлюшку и выдернул.

Эрик некоторое время тупо сидел, глядя на вмиг заработавший Знак.

— Ил! — наконец взвыл он. — Даже не знаю, как тебя отблагодарить! Я…

— Поможешь потом из-под опеки выбраться! — нашелся я.

— Да ты и сам!

— Ну не скажи, теперь они вообще… Короче, вот еще, смотри сюда! — И я жестом фокусника извлек из сумки копию Знака. — Для того чтобы доказать недействительность копии, ты должен нажать двумя большими пальцами во-о-от сюда, между буквой «а» и «с», взять вот так, и… — Картинным жестом я разломал подделку (уж в этом я, как вор, разбираюсь!) напополам. Затем она сама осыпалась крошевом.

— Ты… ты же его сломал! Да мы бы с еще одним Знаком таких дел наворотили! — начал возмущаться он.

Я только усмехнулся, поднял сумку и вывалил на стол перед ним не менее двадцати таких «Знаков».

— …Friall rt'hy erko!

Обернувшись на столь емкую фразу, я узрел Дюжину в полном составе, в прострации созерцающую эту груду на столе. Я гордо улыбнулся: что, съели? А я все-э-эх обскакал!

— Финра… — каким-то напряженным голосом позвал Рейн. — Займи парня… пока он чего-нибудь еще не натворил.

Я встретился взглядом с вечно прекрасной и неизбежной бездной и вздрогнул…

День третий.

Там было весело. Там было интересно. Там Дюжина угоняла войско мной же добытыми Знаками, а я, я…

— А это? Как думаешь, оно мне подойдет?

О! И если бы она примеряла платья! Так нет! Нет и еще раз нет! Это были заколки. Но дело было в том, что после своей «заколочки» смотреть на остальные, да и на свою, мне было просто невозможно.

— Ты же не хочешь обидеть даму? — мило улыбнулось это чудовище, напомнив мне одну знакомую богиню, и я смирился.

Время близилось к вечеру. Мы шли по улице города и мило разговаривали. Точнее, это она разговаривала, я же упорно молчал в тряпочку, мечтая, чтобы и она… Как вдруг мир вокруг содрогнулся, а где-то у стены дико завопили:

— Барьер разрушен!

Мы переглянулись и, не сговариваясь, рванули туда. И успели вовремя. Для чего, спрашивается? Для того чтобы увидеть, как сам Хозяин со своей свитой разнесет город на кусочки? Горькие мысли в панике заметались в голове.

— Ну други, повоюем? — оскалился дроу…

— За империю! — взвыло двенадцать глоток, и Дюжина перегородила дорогу самому Хозяину.

Я хмыкнул. По моему мнению, шансов у них не было. Хотя… есть идейка.

Миг — и я вслед за Дюжиной слез со стены и выступил вперед, мило улыбнувшись кошмару всей моей жизни. Настоящему кошмару. Он не мог меня не узнать. И узнал, гад. А я, не замедлив подстраховаться, театральным жестом извлек из самого потайного кармана осколок того самого камня, ранее удерживающего периметр барьера в Степи, и с победной улыбкой воткнул в землю.

…Я смотрел ему в глаза и улыбался. В глазах моих клокотала ненависть. Кто были мои родители? Остались ли они живы? Сейчас я мщу, пусть и не так, как если бы был великим магом или воином. Но ведь мщу. Ты ошибся, некромант! Дважды. Первый раз — когда оставил меня без внимания. Второй — когда, поняв принцип действия камня, банально выдернул его и разрушил вчистую. Потому что осколок остался. И сейчас разрушенный семь лет назад периметр вновь восстановлен. Ну и что, что намного дальше? Суть-то не меняется! Поздравляю, Хозяин! Теперь даже через телепорт ты сможешь перебросить одного, как в прошлые времена, — себя.

— Ты… — шевелятся его губы, но звук так и не слетает с них. — Гни-и-ида-а! — воет он и бросает в меня Черную Молнию.

Я стою и улыбаюсь. Молния разбивается о барьер в сантиметре от лица. Сзади вздрагивают воины из Дюжины.

Я стою. Улыбаюсь. Он смотрит на меня… И тут, буквально в десятке шагов от меня, слева, с треском раскрывается телепорт (к счастью, по эту сторону барьера), и из него выходят те, от кого я, как надеялся, избавился навсегда.

— Вы… — не хуже Хозяина выдаю я.

— Смотрите! Мы так спешили, а Ил и без нас справляется! — весело восклицает Лед, оценив обстановку.

— Что? Да ты же сам настоял на том, чтобы мы сюда отправились! — вспыхивает Мэй.

— Спокойно, дети, яблочный сок сейчас подадут! — миролюбиво заметила Лика, и все, открыв рот, уставились на нее. Вампиресса смутилась. — Эй! Смотрите! Он же убегает! — взвыла она, тыкая пальцем в некроманта, создавшего телепорт.

Ох, зря… Тут уже действует непреодолимый закон: убегает — догоняй! Я легко выдергиваю камень обратно и ныряю с головой в темноту телепорта вслед за старым добрым учителем, слыша отчаянные вопли за спиной. Ну не дурак ли?

— За ним! — азартно взвыв, подскочил Лед и рванул в телепорт.

Лика, даже не думая, ныряет следом. За ней — Риг, за Ригом — Шамир и Мэйрона. Телепорт с глухим треском захлопывается. Грохот, звук падения тел. Стон.

— Ил! Если ты и здесь был, тебе не жить! — завывает Мэй.

Тяжелый-тяжелый вздох.

— Не, ребят, здесь уже был я, — печальный голос Леда.

— Так-так-так… И где же ты все это время был, братец, и кого же это ты притащил с собой во дворец, и что же они делают в моем тронном зале, зале императрицы Мианора? — мягкий, вкрадчивый такой голосок.

Все в ужасе смотрят на Леда. Он что — принц?!

— То же, что и ты, дорогая Дель, покоряются моей воле, — раздается ленивый голос, а Анадель неудержимо бледнеет:

— Папа-а-а?

— Что-о-о?! — воет Ил, и все недоуменно оборачиваются в сторону вора. — Вот этот бешеный лич Ерэграл — император Мианора?!

Над империей царил вечер. Милый такой вечерок.

Нахалка-судьба лениво зевнула и тут же испуганно подскочила. Вот демон! Что там случилось, пока она спала? Резко метнувшись в сторону Всевидящего Зерцала, она радостно прищурилась. Стоп. А где все? Что-о-о?! А что они делают там?

Летописец почесал затылок и понял, что ни демона не понял. Захлопнул книгу и с увлечением добавил Зерцалу громкости. Ща будет самое интересное…

Где-то на границе со Степью некромант Эрик наконец доказал свое полное право владеть Степью.

В четырех городах появилось сразу же по нескольку героев и соответствующее количество памятников. А в одном даже тринадцать…

Там же, в Даянире, дроу по имени Рейн впервые сожалел о том, что кое-кто не входит в его Дюжину. Впрочем, это была бы уже Демонова Дюжина…

Все с облегчением вздохнули, веря, что все закончилось.

А в столице империи, в императорском дворце, находились те, кто знал: все только началось…

Глава 8. РАЗВЯЗКА. ИСПОВЕДЬ ХОЗЯИНА.

— Ученичок, демон его возьми, научил на свою голову… — прошипел этот лич.

Глаза окружающих стали еще круглее.

— Заметь, превзошедший учителя!

Тот усмехается:

— Да… Уж чего не ожидал, так этого! А ты не скалься! Думаю, тебе тоже будет чему поудивляться. Времени полно, и я, пожалуй, расскажу вам все. Несомненно, вы все поняли, что находитесь полностью в моей власти. — Лич обвел нас взглядом своих ледяных глаз, полных превосходства, и мельком глянул на живописно расположившиеся трупы стражи. — И потому слушайте:

…Вступив на престол и приняв корону, я поступил глупо. В свои руки я получил идеально выстроенную иерархию власти. Империю справедливого и доброго дяди, который мечтал об утопии везде и всегда во все времена… Он, конечно, мечтал отдать трон моему милому братцу, но я позаботился о нем и забрал трон себе, как и ту эльфийку, которая вообще-то должна была выйти замуж за него. Ведь мы с братом были жутко похожи, и замены не заметил никто. Но как я уже сказал, такая империя меня не прельщала. И я стал изменять ее под себя, и весьма успешно, надо сказать. Пока не вмешалась моя милая женушка и не сообщила о своих подозрениях Совету Владетелей, убрать который к тому моменту не представлялось возможным. К тому времени я обнаружил у себя нехилые способности к некромантии и сумел найти себе учителя в самой Степи, казалось навечно запертой за неким барьером, поставленным в доисторические времена… Проучился там полгода, нашел все, что хотел, убил прежнего Хозяина и завладел Степью. И все это, конечно, под носом у Владетелей. Но тут начались проблемы. Если они еще сомневались, то Кира, моя жена, начала копать под меня всерьез. И я решил избавиться от нее. Возможность же я получил лишь тогда, когда, через восемь лет после Эвариана, она родила двойню. Да-да, не таращи глаза, Ледоник, ты родился не один. Но об этом никто не знал.

Владетельница Араника Проницающая еще тогда предсказала, что мой сын будет великим магом, и я уже тогда понял каким — некромантом. Но с двойней получилась проблема. Я долго выбирал и отвез в Степь того, кто, как я решил, и есть тот самый маг. Но, каким-то жутчайшим образом, я ошибся, и дальнейшие планы чуть не полетели в тартарары. Все, на что я надеялся, так это на то, что своей бешеной магией пацан пробьет барьер, через который я при случае поведу свою армию… — Некромант заскрипел зубами. Стало холодно и страшно. — Прошло десять лет, и Совет вынес решение: втайне от остальных убрать меня с трона, проще говоря, убить. И чего уж точно не ожидал никто, так это того, что парень, на которого я махнул рукой, именно в день моей смерти найдет способ пробить барьер без всяких там магий и, воспользовавшись случаем, сбежит. После я много времени думал, как расширить лазейку телепорта с одного на тысячу и более, и, благодаря находчивости этой личности, сумел разворотить барьер вообще. Хотите знать, кто это был? — Он злорадно расхохотался. — Ирония судьбы! Смотрите! Это он! — И император Ерэграл ткнул пальцем в сторону Ила. Вор — какой вор, принц! — вздрогнул и побледнел.

Нахалка-судьба где-то у себя уныло созерцала сию картину. Ее иронией тут и не пахло…

— Бред!.. — взвыл я и поспешно попятился прочь. — Ты сошел с ума на почве некромантии, возродившись личем!

— Куда ты дел Анализатор, гад?

— Продал подороже!

— Ах ты, сволочь, он же бесценен!

— «Лич уничтожаемый, класс второй, активность средняя, разумность средняя, сила средняя!» — злорадно парировал я. Сейчас мне на все было плевать.

— И как тебя, такую гниду, еще не ухлопали!

— Подстраховываться надо!

— Да как ты посмел, воришка!

— Да? А по твоим словам выходит — принц!

Тут сердце неприятно кольнуло. Принц…

Я стою под проливным дождем. Мне десять.

— Кто стучится! А ну пшел прочь, нашел время для визитов!

— Пустите ночь переночевать… — Холодные губы не слушаются.

— Нашел дурака!

Я зло сверкаю глазами и растворяюсь в темноте. Видно, праведной жизни не получится…

— Ох ты, какие зеленые глазищи! — восклицают сзади. — А говорят, такие только у принца Ледоника…

Лицо Ила мрачнеет, а сам он весь как-то сникает.

— Ну и кто из нас гнида? — вопрошают его помертвевшие губы.

Лед смотрит на него и видит то, что раньше скрывалось, словно за пеленой. Если бы не волосы… глаза, нос, губы — вылитый он! Демон! Как же так?

— Ну это вопрос риторический, — оскаливается лич. — И все равно, как ты ни старался, ни демона у тебя не получилось: я все равно вырвался из плена Степи! И теперь… теперь я всех вас убью и объявлю себя императором. А если кто будет противиться, призову армию мертвых!

— Да? А как же… — возражает Лед.

— Вы о том, что успешно разбили степняков на границе? Ха! Не смешите меня! Моя настоящая армия — это Легион мертвых, поджидающий меня в Степи! А если о барьере… так я понимаю, Александр сам и выдернул тот камешек, верно?

— Александр? — хор голосов.

— Ну да, я его так назвал. Он не говорил? Понимаю… — ласково-сочувствующе.

— Ilogw tehj'ey… — внезапно взвился вор, и все буквально пару минут слушали его выражения.

— Ты смотри, и мои уроки до сих пор помнит!

— Такое забудешшь… — И все вздрогнули от силы той ненависти, зазвучавшей в голосе парня.

— О! Как это приятно — смотреть, как ты потерял все свои козыри. Скоро я стану императором. Великим и неповторимым! Но, признаться, все было бы проще, если бы ты, Ледоник, не свистнул у меня один особо важный артефактик. Я знаю, это ты, ни один другой некромант не может быть сильнее прежнего Повелителя Степи…

— Стоп! Я ничего не крал! — возмутился Лед, а Мэй и Шамир за его спиной начали истерически хихикать и, обнимаясь, сползать на пол.

— Вот этот? — раздается звонкий, торжествующий голос. Все оборачиваются. — Так я его, совершенно случайно, в парке нашел! — заявил Александр и легко сдернул со своих волос некую заколку.

— Ты-ы-ы… — набрал обороты голос Ерэграла. — Да как только ты-ы-ы…

— Дурак! — завопил Лед. — Прячь эту штуку скорее, это же покруче Знака Власти будет, ему же подчинятся все!

Тут лич резко махнул рукой, и Александр отлетел к стене, правда, тут же вскочил.

— Ну вот ты и доигрался, сынок! — ласково улыбнулся лич, резко выбросил обе руки вперед, создал в них черный сгусток и метнул в парня, который ничего не успел предпринять.

«Сынка» резко припечатало о стену, раздался дикий хруст, и парень безжизненно сполз на пол. Заколка, истинное название которой Власть Вечная, выпала из ослабевшей руки и подкатилась прямо к ногам некроманта. В том, что вор мертв, не сомневался никто. Из его груди торчал двуручник, пробивший его насквозь…

У-у-у… Эй, друг, ты где? Я растерянно огляделся. Снова я здесь. Вот только никого, чтобы поболтать, тут нет. Забавно. А если учесть, что теперь там мое тело без проблем могут на кусочки расчленить… А может, я уже умер? Еще забавнее. Это что, выходит, смерть — такая? Разочарован, разочарован… Оглядываюсь. Кругом — пустота. Бред!

— Бу! — раздается над ухом, душа моя уходит в пятки, а он смеется. Гад. Теперь я точно вижу, что он — отражение меня. Только… немного другого. И глаза у него темнее. Я бы сказал, более зловещие. — Ну как? Доигрался? — повторяет он слова моего папаши, а меня перекашивает.

— Теперь я понял, что ты имел в виду, говоря, что я жил не так, — печально замечаю я.

— Ничего ты не понял! — фыркает он.

— Но как же… я же принц?

— Это малая доля всего, дурачок!

— Сам такой!

— Весь в тебя!..

Мы молчим. Внезапно улыбка сползает с его губ.

— Поздравляю, сейчас ты рискуешь лишиться возможности когда-нибудь стать самим собой! — хмурится он. И внезапно хитро прищуривается: — Может, согласишься?

— На что?

— На жизнь!

— А разве я не жил?

Он смеется и растворяется в воздухе. Но не до конца; выныривает за спиной и шепчет: «Посстрой ссвою дорогу ссам, возьми меч, всспомнии…».

Я вздрагиваю и вспоминаю…

— …держи меч как надо, а не как тебе вздумалось! — злой, холодный голос.

— Он слишком тяжел! — голос шестилетнего пацана.

— Хочешшь обратно?

— Нет! — И мальчик, резко вскидывая руку с зажатым в ней двуручником, перерубает меч наставника…

— Теперь мир будет моим! — вещает лич, глаза которого наливаются тьмой. — И никто, никто не сможет помешать мне!

— Да не может быть! — переглядывается неразлучная пятерка и кидается в бой.

Через пять минут…

— Слабаки… — презрительно оглядывая полуживых друзей, вещает Ерэграл. — Но было весело! — Он торжествующе улыбнулся, вскинул руку с зажатой в ней Властью Вечной, и…

Парень у стены, пронзенный двуручником, зашевелился. В наступившей тишине шорох прозвучал как гром среди ясного неба. Все резко обернулись в сторону Александра. Тот пошевелился и резко встал. Окинул зал мутно-зеленым взглядом. Оскалился. Одним движением выдернул за лезвие двуручник из груди, взял в одну руку.

— Поиграем, учитель? — разнесся под сводами тронного зала холодный, какой-то незнакомый голос, а некромант вздрагивает, узнавая интонацию: когда-то давно он говорил так же со своим учеником…

Нервно дернув щекой, лич шевелит пальцами, и в вора летит Печать Смерти. Немыслимо изогнувшись, парень пропускает заклятие сквозь себя. И продолжает идти на некроманта. В него летит следующее заклятие. Он уворачивается… Затем еще, и еще, и еще… И настал момент, когда парень приблизился к бывшему императору вплотную. Нахально улыбнулся. И одним слитным движением снес личу голову, разорвав нить заклинания, удерживающего душу некроманта в этом мире, и перерубив внезапно растворившуюся в воздухе заколку. Тело глухо ударилось о пол. Голова покатилась к ногам императрицы. Следом упал, звякнув, двуручник.

Внезапно глаза на отрубленной голове распахиваются.

— Ты говорил, ученик, что надо подстраховываться… — безжизненно сказал лич. — Так вот, я спускаю Легион на империю. Заклятие нерушимо, ибо это мое посмертное проклятие… — Глаза закрываются, а в зале повисает тишина.

— Войска империи уже на границе, — хмуря лоб, шепчет Анадель. — Но они не справятся…

На границе со Степью. Эвариан напряженно всматривается в даль.

— Что скажете? — вопрошает он мага, командующего армией.

— Нам конец, — уныло отвечает тот.

Миг — и две армии, живых и мертвых, перемешиваются в дикой схватке. Если бы Ил, то есть Александр, видел, сказал бы: «Класс первый, улучшенный, высшая активность, трудноубиваемый, полуразумный». И имперцы уже отчаялись. Надежда угасала, как лучина в зимнюю ночь, силы таяли.

— За императора! — вдруг разнесся над Степью вопль тысячи глоток. — За императрицу! За Каролу и Мианор!

Они все-таки прибыли раньше! Прибыли и успели. Но кто бы знал, как они намучились, перекидывая через телепорт по пятнадцать человек! В этот день Легион мертвых с огромной поддержкой магов был разбит вчистую.

Внезапно в открытое окно влетает голубь, и императрица, выхватив письмо и прочитав его, радостно улыбается:

— Валент… э… император Каролы успел прийти на помощь! — радостно восклицает она. Натыкается взглядом на Александра. — Приветствую тебя, брат! Теперь ты, без сомнений, принят в императорскую семью!

Я вытаращиваю глаза. Мне плохо. И не потому, что дырка в моей груди так и не заросла, а потому, что в принцы-то я, знаете, как-то и не рвался. И вообще, не зря же Лед, то бишь Ледоник, смылся? О, кстати, что-то он мне сказать хочет… Лед, улыбаясь, подходит ко мне. Смотрит в глаза.

— Знаешь, Ил… э… Александр, меня вот что в тебе постоянно удивляет. Вот тебя убивают, убивают, а ты постоянно воскресаешь! И ты ведь не маг, как Ерэглар сказал. Не поделишься секретом?

Я печально смерил его взглядом и рухнул в темноту…

— И-и-ил! — раздался шестиголосый вопль, но я его уже не слышал, в который раз встречаясь с укоризненным взглядом, вроде как собственным.

— Может, согласишься?

— На что?

— На жизнь!

— А разве…

— Выпить хошь? — не выдержал он.

Я только сверкнул глазами. Это выходило за рамки обычной нашей встречи, но…

Почему бы и нет?

Глава 9. ЭПИЛОГ, ИЛИ ВСЕ ТОЛЬКО НАЧАЛОСЬ.

…Я без конца бродил по замку Шамира Радонежского и отчаянно скучал. За неделю я успел изучить весь замок, от подвалов до башен, от стены до стены. При виде склоняющихся передо мной слуг меня неизменно перекашивало, отчего те еще больше пугались и норовили склониться ниже. А одежда, которую я должен был теперь носить?

— Но ты же принц! — убеждал меня Шэм. — Тебе это положено! В конце концов, воруя, ты неоднократно притворялся каким-нибудь аристократом. Вот хотя бы вспомни, как ты бардом был…

…Еще кое-что. Эти двое, Шэм и Мэй, после своей свадьбы (я чуть не повесился… со смеху) взяли с меня обещание (силой!), что воровать не буду. Вообще. Так что скука моя была воистину жуткой. Лед отправился доучиваться на мага (по-прежнему плюя на все и ежедневно заходя в библиотеку), с Ликой у них роман (она с Ригом тоже там, в Академии). Мэй (истинная герцогиня!) отправилась во дворец, представилась императрице и теперь занимает при дворе почетное место. Правда, привычки носить двуручник за спиной она так и не оставила. Но ничего, с изящным платьем и хрустальными туфельками смотрится даже пикантно. Вечный Бард заявился прямо во дворец, оставил мне способ связи с гильдией и вновь смылся куда подальше. Мой дом в Импералеаде оказался небольшим, утопающим в зелени дворцом, конечно уступающим императорскому…

Невесте моей, эльфийке Лессарениэль Оландир, я отправил утешительное письмецо, объяснив, что такой простой вор, как я (ох-хо!), рядом с ее вечной красотой чувствует себя, так сказать, ущемленно.

Некромант Эрик в свою очередь шлет мне утешительные письма — вот кто меня понимает! Управляя степняками, он наконец понял, как это сложно — быть облеченным властью.

Что до дроу, то я послал Дэйкрашиаве письмо, все разъяснив и свалив на других (хе-хе, угадайте на кого?). Ответа пока не дождался, но, может, их смутила печать младшего принца Мианорского? Ну да, за временным отсутствием своей, я позаимствовал печать Ледоника. Потом вернул! Значит, сие — не воровство! Да, к слову, меня теперь только Александром и кличут. И никак иначе. Даже Шэм! Нет чтобы Лексом или там Ксаном. Нет! Александр, и точка. Тьфу. Короче, литературно выражаясь…

…Скитаюсь я средь стен суровых, Взирая вдаль недостижимо, И нет среди мгновений — новых, А время протекает мимо.

Хм, еще одна моя идейка. Где-то два дня назад я вспомнил, что теперь являюсь высшим бардом, да еще вошедшим в Круг (Нерт постарался). И естественно, от полнейшей скуки, решил поизгаляться над гитарой, спеть пару песен. В соответствии с моим настроением… Вы понимаете, что получилось. Через день все в замке выли от моего «печального» голоса. А затем пришел герцог Радонежский (Шэм) и самолично разбил гитару в мелкие щепки. Сказать, что я обиделся, — не сказать ничего. Целый день не разговаривал. Даже с самим собой. А сегодня с утра Шэм пришел в мои «покои» и предложил потренироваться с мечом. Я хоть и не ронял злополучную железку, золотых эдак на пять, но размахивал ею, будто разгонял комаров. После часа мучений Шэм плюнул на меня, удивляясь, как я тогда смог, а я со вздохом вспомнил как.

К слову, о судьбе Имперской Дюжины мне ничего не было известно, но наверняка они отправились ко двору, и если не отдыхали, так совершали еще одно безумное деяние невесть в каком уголке мира. Кстати, Эрик в письме говорил, что, когда Рейн увидел свою статую в Даянире, его чуть удар не хватил. А уж глядя на остальные, он вообще истерическим хохотом залился. Ну бывает. Нервы. Я сам с трудом представляю свою статую. Да-да! Свою. Представляю этакого гиганта с огроменной каменюкой в одной руке… К слову, осколок я отдал Эрику. Он умный, знает, что с ним делать.

И вот уже вечер. Я сижу на стене замка. Кстати, обещание никуда не убегать с меня тоже стребовали. И вот сижу, думаю. Смотрю на закат, вспоминаю.

Эх! Как давно это было! Какие прекрасные времена! Казалось, я только вчера всматривался в горизонт, наматывая на ветку… В руках у меня тот самый обрывок веревки. Сохранился. А вот заколочка, без которой я не знаю, что с волосами делать… остричь? Кто бы мог подумать, с каким умилением я буду вспоминать прошедшее! Иэх! Сейчас бы…

…Небо темнело. Печальные звезды неуверенно подмигивали таким же неуверенным теням, скользящим по остывающей после жаркого дня земле… Солнце, из последних сил цепляясь своими рыжими лучами за мир, выхватило кусок замковой стены и, уже обессиленное и усталое, скользнуло по ней. И вдруг зацепилось, застряло на гибкой фигуре, сидящей на еще теплых камнях. Парень лет семнадцати беспечно болтал ногами над пропастью: сейчас он не боялся, что кто-то его увидит. Одежда на нем неброская, обычная. Волосы, черные, как сама тьма, распущены, растрепаны на ветру, отчего только теперь видна тонкая седая прядь…

Вот парень резко вскидывает голову, и ласковые лучи солнца вспыхивают и расцветают в зеленых, как само лето, глазах. Взгляд парня печален. Но тут, словно опомнившись, лицо его преображается ехидной, такой привычной усмешкой, в глазах появляется особый азартный блеск, и он легко подмигивает солнцу: мол, все нормально, прорвемся! Светило, успокаиваясь, расслабляется, и вот его лучи уже не достают стен замка, на которые уже уверен но ложатся сумерки. Парень опускает голову, вновь впадая в печаль.

Шшурх… Сидящий на стене человек в тревоге вскидывает руку к метательным ножам. Рядом с ним появляется тень.

— Кх-кхм… Мастер-вор, имеющий прозвище Ил?

— Угу. Э, стоп, откуда…

— О вашем местонахождении нам сообщил некромант, назвавшийся Эриком.

— И чего вы хотите?

Тень склоняется к уху парня и что-то быстро и непонятно шепчет…

Я смотрю вслед вампиру и улыбаюсь. Что? Да, я обещал не воровать. Да, я обещал не убегать из замка. Но ведь сроки действия обещания не указал! Да и не убегу я. Уйду. К тому же здесь работы — на одну ночь, вернусь к утру, и кто узнает? Эгей, некромант, за тобой должок! Я легко покинул замок. Ну да, буду жалеть. Но потом.

А сейчас…

Хэйя! Сейчас — прочь, навстречу жизни, настоящей, острой, как лезвие клинка моей сестрички, и опасной, как молния в руках Леда, моего братца…

Вампир озадаченно почесал затылок. Да, ему было о чем подумать! Много ли он встречал людей, способных спрыгнуть с нехилой замковой стены и остаться целыми и невредимыми? Вот-вот. На это еще и смелость нужна… или безбашенность. И вампир в который раз убедился, что их Повелитель выбрал правильную кандидатуру.

Нахалка-судьба потерла руки. Может, сейчас она отыграется?

А над Мианором восходила луна…

Светит месяц, светит ясный, Жизнь моя бурлит огнем! Как беспечный мир прекрасен, Когда с ветром мы поем! Когда мир танцует в пляске, Небеса полны красы, Ярче вспыхнут жизни краски В каплях утренней росы. Нет, не буду вспоминать я, Сколько шел к сему пути! Но, я знаю, безвозвратно Не свернуть и не уйти. Светит месяц, светит ясный. Когда мир собой прекрасен, Жизнь моя бурлит огнем, — Снова с ветром мы вдвоем!

Часть вторая. ПРОСТЫЕ БУДНИ ИМПЕРСКОГО ПОСЛА.

ПРОЛОГ.

…Нахалке-Судьбе снова было скучно. Мир словно заснул, погруженный в зимние сумерки. Вьюга мела и мела. Близился конец зимы, что отнюдь не влияло на погоду. Снежные ковры вились в воздухе, переливаясь перламутром печали и грусти. Что можно было разглядеть сквозь эту вьюгу снов, сквозь пелену спокойствия и сонливого умиротворения? Сам Летописец заснул над Всевидящим Зерцалом, а вьюга все мела… Богиня Хаоса не высовывала и носа из своего нового убежища. Ветер бросал колючую пыль в лицо, но не насмехаясь, а из последних сил пытаясь разбудить, разбудить…

В Мианоре царили зимние холода. Солнце тускло преломлялось во льдах и снегах, а в воздухе повисло ощущение остановившегося времени…

В императорском дворце царило, казалось, вечное затишье. Императрица уже без стеснений перекладывала половину дел на плечи своего брата Эвариана.

Заарркиарелл, Сумеречная долина дроу также радовала затишьем — Дэйкрашиава, их королева, отказалась от сбора коллекций.

В Нол-Иалмерите, оплоте светлых эльфов, царило лето, однако не менее спокойное и умиротворенное, — Лессарениэль Оландир смирилась с потерей жениха.

Краммиаррит, гномье королевство, на зиму плевало, что вовсе не мешало ему также пребывать в какой-то спячке.

Степь и та погрузилась в зиму.

Весь мир застыл, отдыхая.

…И только в Академии магов, как и в замке уважаемого герцога Шамира Радонежского, как всегда, царил хаос.

Нахалка-судьба щурилась, пытаясь пронзить взглядом вьюгу, но терпела поражение. Летописец напрасно боролся со сном, вьюга брала верх и заметала, заметала… А ветер пытался разбудить.

Глава 1. НАВСТРЕЧУ ЛЕТУ.

Лед с умилением вглядывался сквозь толстое стекло в зимний пейзаж, сидя на подоконнике в своей комнате. За окном был снегопад…

— А-а-а-а!

Бумм! Тадам! Бабах!

Мороз прямо на глазах Леда выписывал замысловатый рисунок на окне, что, впрочем, ничуть не мешало юноше смотреть сквозь него…

— А ну стой, сволочь!

— Держите эту сумасшедшую!

Ледоник провел рукой по холодному окну. Прямо напротив окна из вьюги соткалась фигура какого-то парня, он весело подмигнул и отправился прочь…

— Вы! Вы разбили мой любимый скелет вурдалака!

— Это он!

— Это она!

Парень приложился лбом к окну, вспоминая. Как жаль, сейчас не видно неба…

— Вы наказаны! Месяц безвылазного сидения в комнатах, выходить только на занятия!

— Это ты виноват! Да я тебя…

— А нечего было под руку лезть!

Лед закрыл глаза. Еще чуть-чуть, и он уснет. Не в первый раз, кстати… И опять ему будет сниться тот бой, и опять перед взглядом встанут застывшие ледяные фигуры. И вьюга…

— Ах ты, гад, ты что сделал?

— Подумаешь, одним волосом меньше, одним больше…

Лед встряхнул золотистыми волосами. Сложил руки на груди. Уставился в окно, зло думая, что…

— А-а-а-а!

Бум! Шмяк! Бряк!

…зима никогда не кончится…

— Это был еще более любимый скелет виверны! Я же вас уже наказал, почему вы не в комнатах?

— Мы — в комнате, только в вашей.

…если он не придумает что-нибудь…

— Ну вот скажи мне, скажи, с каких это пор ты стал являться мне просто так, во сне? — взорвался я, в очередной раз созерцая до боли знакомую физиономию.

Он пакостно улыбнулся:

— Близится время, когда твой ответ станет решающим.

— Какое, к демонам, время!

Он улыбается:

— Смешно ты как-то ругаешься.

— Так все делают.

— Ты — не все, — холодеет его взгляд.

А мне вот что интересно: мой тоже может становиться таким… жутким?

— Угу! Я — особенный, — подумал немного и добавил: — Дурак.

Он опять смеется:

— И чувство юмора у тебя… милое.

— Да кто ты такой?

— Это тебя надо спросить. Или родителей твоих. Я уж и сам запутался… — На миг на его лице отражается легкая растерянность, но он тут же ее задавливает ехидной ухмылкой. — Может, теперь согласишься? — спрашивает он, как обычно, зная ответ.

Не люблю предопределенность. Нет, некоторое время я способен ее терпеть. Но вот именно некоторое.

— А и соглашусь! — Ну не дурак ли?

На его лице расцветает полубезумная улыбка. Глаза вспыхивают нездоровым азартом, прямо как у меня, когда проходит очередной левый заказ мимо ясного взора Шэма…

— Ты… нет, не может быть. Ведь еще рано, да? — вопрошает он в пустоту. — А почему бы и нет? Так рано… и никогда раньше…

Он смотрит мне в глаза. Я смотрю в его. Он молчит. Я… он… я…

— Проснись, Александр! Принц! — раздался вой над ухом, и я, разъяренный, подскочил.

— Какого демона ты меня разбудил? — рыкнул я на Шамира, хотя раньше за мной такого не наблюдалось.

Но как жаль было прерванного сна! Вот интересно, чем бы все это закончилось? Шамир на меня смотрит, он в шоке. Затем, стряхивая ошеломление, показывает кулак, мол, не смей кричать на старших. И тут же:

— Ваше высочество, вам письмо от Ледоника Мианорского! — Вот урод, да?

— Сколько раз говорить, я… От Леда? Так это замечательно!

Миг — и я вчитываюсь в строчки, написанные моим новообретенным братцем. И вскоре мне уже хочется доставить этого братца прямо сюда и душить, душить…

— Собирайся, Шамир, — скорбно звучит мой голос. — Мы едем в Импералеаду, на бал в честь признания меня членом императорской семьи, так сказать, официально.

Уважаемый герцог издает радостный боевой клич и огромными скачками мчится прочь. Ему хорошо, он Мэй увидит. А мне что делать? Я же ни на одном балу ни разу не был!

А Лед — гад, я знаю, это его идея! Уверен на сто процентов, что ему стало банально скучно. А я? С меня же опять возьмут кучу дурацких обещаний типа «не воруй, не убегай». Да, мне будет жутко скучно. А еще эта зима. Терпеть не могу это время года. Другое дело — лето! Праздник души! Эх…

Я подошел к окну и отодвинул занавеску. Сегодня метель наконец-то утихла. Белоснежные ковры уже не метались в ярости, заставляя душу рваться от неясных печалей и сомнений. Обманчиво теплое солнце вышло из-за туч. Небо сияло лазурью…

А все-таки интересно, что бы случилось, если бы я досмотрел сон до конца? А может, все к лучшему, а? Я подмигнул небесам:

— Эй, там, наверху! Боги! Хочу весны, хочу лета! Хочу, чтобы было весело!

Нахалка-судьба поперхнулась, оглушенная воплем, и закатила глаза…

А интересно, что там, за небесами?

Летописец также задумался над этим вопросом.

В задумчивости они сделали вид, что не слышали чьего-то крика.

Вот такие они, смертные, — зовут, только когда им приспичило.

А боги, так те еще круче.

Она зажала меня в углу. Фрейлина. Вот демон! Не успел приехать, устроиться, объявить себя принцем — а уже пристают! В прямом смысле этого слова. Хотя, если честно, фрейлин я как-то иначе представлял. Эта же напоминала, скорее, «ночную бабочку». А уж о манерах вообще молчу. Она сладко-пресладко улыбнулась и подвинулась ближе. Я сделал шаг назад и уперся в стену. Нет, я, конечно, правильной ориентации. Но, знаете, с дороги, уставший, грязный… И вообще, она не в моем вкусе. Полновата… Да и я еще маленький!

— Вот скажите мне, Александр, — страстно шепчет она, теребя золотистый локон. — Это правда, что… — Ее просто заело любопытство! — …Что вы с принцем Ледоником… любовники?

Молчание.

— Что-о-о?!

— Ой! Вы не подумайте чего! Я же не сама, мне сказали, а я… чего бы и не поверить? Ледоник, как только вы появились, нас всех игнорирует, а вы… Я же у вас поинтересовалась. Вы только меня не убивайте, не надо! Я милая! Хотите, я вам дво… дворец покажу! — Не знаю, что там у меня во взгляде появилось, что она так испугалась, но ее монолог меня несколько отрезвил.

— Во-первых, — стараясь выдержать спокойный тон, начал я, но невольно сорвался на шипение, — у Леда — девушка, которой он изменять не будет. Во-вторых… а во-вторых, покажите мне ту сволочь, которая вам это сказала!

— За-зачем?

— Для воспитательных целей!

Лед сохранял на лице вежливое выражение. Сколько усилий он затратил, уговаривая ректора отпустить его! Признаться, проворачивая всю эту аферу с официальным признанием Александра членом императорской семьи, он никак не ожидал, что на бал съедется столько знати. Сейчас же зима! Время, когда все сидят в замках и не высовывают носа, кроме как на охоту. И вот теперь приходится расплачиваться, принимая приезжающих то и дело гостей. Нет, все было не так страшно — он прихватил с собой Лику и Рига, которым на зиму, похоже, было наплевать. Но именно сейчас, в этот момент, когда он наткнулся на герцога Сарграра Векрского, их рядом не было. Честно, он бы уже давно плюнул на все приличия и дал этому хлыщу в рожу, если бы не одно «но»: он был любимчиком одного из Владетелей, попросту племянником. Оттого приходилось изображать вежливый оскал, вставляя в светский разговор обычные шпильки.

— Я слышал, у вас новая пассия?

— Вы? А почему я не слышал?

— Всегда восхищался вашим чувством юмора, ваше высочество!

— А уж как я восхищался…

— Право слово, вы просто гений по этой части.

— Вы намекаете, что я безумен?

— Э… с чего вы взяли?

— Ну — принц округлил глаза, — все гении безумны.

— Всегда восхищался вашим чувством юмора!

— А сейчас уже нет?

— Что?

— Не восхищаетесь?

— С чего вы взяли?

— Я безумен, не забыли?

— Да кто вам сказал?

— Вы.

— Да? А почему я не слышал?

— Всегда восхищался вашим чувством юмора…

— Стоп, стоп! Это же моя фраза!

— Какая?

— Вы только что сказали!

— Да? А почему я не слышал?

Сарграр задохнулся от возмущения, резко остановился, собираясь высказать принцу все, что он о нем думает.

— Вот! Это он! Он вас оклеветал, принц! — раздался мелодичный женский голосок, а Лед и его собеседник вздрогнули, оборачиваясь.

И нос к носу столкнулись с милой такой парочкой. Одна из придворных фрейлин императрицы, вся такая взлохмаченная и испуганная. А рядом, одетый в дорожную одежду, принц Александр. Злой, как сто демонов. И взгляд такой… слишком темный для его обычного зеленого. Парень сделал один пла-а-авный шаг и оказался близко к герцогу, очень близко.

— Так это вам я обязан столь милому лживому слуху, донесшемуся через уста этой девушки до меня? — Голос его был непередаваемо спокоен, что невольно напомнило Леду случай с богиней.

— Ну почему же сразу лживому? — не поняв угрозы, стал выкручиваться Сарграр.

Александр моргнул. Опустил руку к поясу, где, как теперь знал Лед, всегда находились кинжалы, ножи.

— Александр, — напряженно вспоминая хоть какое-нибудь заклинание, вмешался Ледоник. Его брат не отреагировал. — Ил! — окрикнул он.

Бывший вор вздрогнул, отдернул руку, глаза его неестественно расширились. С минуту он, словно не понимая, оглядывался. Затем встряхнул головой, приходя в себя. И вернулся к прежней теме.

— И что же дало вам повод так думать? — мягко поинтересовался он у герцога.

Тот расслабился.

— Не подумайте, принц, я вас не осуждаю. Каждый имеет право на… гм… на собственные взгляды.

— Вы так смелы, что беретесь рассуждать о моих взглядах? Нет, я думаю, дело в жизненном правиле: ведь каждый судит по себе? Вы, наверное, тоже стали жертвой столь ошибочной жизненной позиции? Смею вас уверить, что мои взгляды не схожи с вашими, и мне, вопреки вашему мнению, нравятся девушки.

Во время этого монолога Сарграр медленно бледнел. Лед же, наоборот, зверел, въезжая в ситуацию.

— Да… да как вы смеете! Поединок! Я так этого не оставлю! Да я… — наконец очухался собеседник Ила.

— Ваше счастье, герцог, что вы успели вызвать моего брата на поединок, прежде чем осыпались пеплом! — вмешался Лед. В глазах его медленно разгоралась тьма, а в руках расцветала Черная Молния. — И, как свидетель вызова и как принц, я сам назначу время, место и оружие. Впредь прошу вас не забываться. И еще один дружеский совет: не попадайтесь мне на глаза, хотя бы до поединка, если хотите жить!

— Лед! — поспешил одернуть брата Ил, так как тот уже всерьез вознамерился подпалить герцога молнией.

Лед опомнился. Сарграр отдышался. Перевел взгляд на Александра. Тот мило улыбнулся.

— Вызов принят, — выдал он и поспешил удалиться.

— Какой мужчина… — влюбленно прошептала фрейлина.

Ну хоть какой-то толк от этой ситуации, решил Лед. Наконец-то эти маньячки от него отстанут.

А вот Александру не поздоровится…

— Ну хочешь, я волосы перекрашу в темный цвет и вместо тебя выйду, а? — вот уже полчаса уговаривал меня Лед.

— Иди к демонам. — Я меланхолично грыз яблоко, сидя на крыше императорского дворца. Искать меня здесь фрейлины еще не догадались.

— Или давай по-тихому его раньше… того.

— Ммм…

— Что, совсем не умеешь сражаться? — растерянно непонимающий тон.

— Если только на ножах или с луком.

— Нельзя. Правила.

— Ну какого демона я согласился? — отчаянный вопль зимнему небу.

— Может, пойдем внутрь? Холодновато тут, — поежился мой братец.

Я скосил на него взгляд. Да уж, ему-то холодновато. В одной тонкой рубашке и штанах сидит!

— На себя глянь! — фыркнул белобрысый. Я глянул: точно такой. — А я придумал! Я назначил этот поединок через две недели. Я, конечно, понимаю, герцог вообще хороший боец, но я с ним тренировался, и все его слабые стороны мне известны.

— Ты на что намекаешь?

— Только на одно: я буду тебя тренировать все эти две недели!

— Не получится. Шэм уже пробовал.

— Я и Шэм — разные люди! — хитро прищурился Лед, а я начал подозревать…

И не зря.

…Вылезти в окно.

Пройтись по карнизу налево-о-о.

Спрыгнуть на нижний балкон.

Пересечь пустующую комнату.

Свернуть в боковой коридор.

Войти в потайной ход.

Подняться наверх.

Снова окно.

Карниз направо.

Балкон сверху.

Вот!

Я удовлетворенно осмотрел площадку на самом верху одной из башен императорского дворца. Как я и подозревал, нашел ее только я. Скинув одеяло, постелил его прямо на полу и улегся сверху, уставившись в голубое-голубое небо, словно улыбающееся мне лучами солнца.

До поединка, как и до бала в честь меня любимого, осталась ровно неделя. Что я делал последние семь дней? Убегал, скрывался, прятался. От кого? От Леда, изверга треклятого! Мне хватило двух дней, чтобы понять: к демонам поединок! Уж лучше меня угробит этот Сарграр, чем я окочурюсь от неимоверных нагрузок, которые мне, без зазрения совести, стал наваливать любимый братец. Все дело в том, что каждый раз это белобрысое нечто неизменно меня находило. Но время близилось к глубокой ночи, и он милостиво откладывал «до завтра»… А завтра все повторялось. Как сейчас.

А на вершине башни я скрывался! И тихо пялился на голубое небо! И, в ус не дуя, мило расслаблялся! Хотя вообще-то мне нельзя, вот демон! —

От невыразимой тоски внезапно взвыл я.

Ворон, доселе внимательно оглядывающий дворец сверху, каркнул и камнем рухнул на землю. Вот так-то. Нечего тут ему делать. А то знаю я: летает, летает, а потом — бац! — вылезает невесть как прознавший о моем местонахождении некромант. Я достал яблоко и откусил, пожевал… Что-то у меня в последнее время к яблокам страсть неописуемая. Даже страшно становится: сегодня, например, это уже двадцать первое (а сейчас полдень). Может, девушку завести? Я представил девушку, которая мне понравится, и вздрогнул. Вот только представьте: рыжая коса до… гм… пояса. Моего роста. Серые хищные раскосые глаза, с насмешкой взирающие на жизнь. Кожа смуглая от загара, губы кривятся в ехидной усмешке. Гибкая, как тростинка. Опасная, как клинок.

Воровка. Обязательно. Или — авантюристка.

И ни в коем случае не эльфийка!

Жаль, что таких не бывает. Не спрашивайте, откуда знаю. Знаю — и все.

Внизу раздался шум. Заинтересовавшись, я свесился через край площадки. О-о-о! Люблю высоту! Так, а это что? Очередной гость, прибывший с помпой на бал? Присмотревшись, я чуть не свалился.

К центральному входу во дворец приближался во всей своей красе Повелитель вампиров. Вот только не надо спрашивать, как я узнал, что это он.

Лед с любовью смотрел на Анжелику.

— Лик… а Лик!

— Не мешай! — Вампирша увлеченно ползала в комнате принца по полу, усеянному ворохом конспектов.

Ее манией была учеба. Никто из преподавателей Академии не мог обвинить Лику в пренебрежительном отношении к занятиям. Но как подозревал Лед, у вампирессы были свои причины, чтобы так учиться.

— Скажи… — Он подался вперед, а Лика раздраженно на него уставилась. — Зачем ты так стремишься закончить с отличием? — брякнул он совсем не то, что хотел.

— Понимаешь, — вздохнула та, — если меня выпрут, мне придется возвращаться домой.

— А что там не так? — насторожился Лед.

— О! Это совсем ни при чем. Главное — мы расстанемся, — фальшиво закатила глазки Лика.

Лед сделал вид, что поверил. В этот миг дверь распахнулась и в комнату влетела Анадель.

— Ледоник! Лед! Я для тебя такую партию нашла!

— Ка-какую? — изумился до заикания Лед.

— Буквально только что к нам прибыл сам Повелитель вампиров! Он услышал о прибавлении в нашей семье… Ну я не удержалась и сосватала тебе его младшую дочь! Ты согласен?

Лед медленно встал.

— Нет, — спокойно сказал он. — Ты сошла с ума, сестрица. О чем ты думаешь! Ты же знаешь, я люблю Лику. Немедленно откажи этому Повелителю, пока я не пошел и сам не начистил ему рожу!

— Хорошо-хорошо! Ты только не нервничай! — И, ойкнув, императрица выскочила за дверь. Послышались удаляющиеся шаги. Она явно спешила.

— Лед… а Лед! — подергала его за рукав Лика. Он перевел взгляд на нее. — Ты знаешь, а ведь младшая дочь Повелителя вампиров — я…

— …Анадель! Стой!!!

Риг изучал обстановку. Нет, этот день явно не его! Сначала Лед потерял Ила, как и в предыдущие пять дней. Затем во дворец прибыла чрезвычайно важная персона: Повелитель вампиров. Потом обнаружилось, что Лика — его дочь. Потом, что они теперь жених и невеста, Лика и Лед. Потом из короткого недельного отпуска прибыла Мэй, по приезде Шамира отправившаяся с ним в город, оставив свой пост: при дворе девушка удостоилась чести быть телохранительницей самой императрицы.

А потом Риг пошел искать эту парочку, Мэй и Шэма, и заблудился. Он с тоской уставился на окружающие его однообразные стены. Прошел еще пару коридоров и застыл… Он оказался на смотровой площадке башни, на которой разлегся Ил.

Рядом с ним лежала кучка огрызков яблок, а сам пройдоха, глядя вниз, комментировал происходящее во дворе:

— О! Какой накал! Какая встреча! Блудная дочь встречает своего отца, отец в восторге! Пытаясь стряхнуть с себя отнюдь не легкую тушку Лики, он разглядывает Леда! А Лед неподражаем! Какая улыбка, какой оскал! О! Это я просто случайно уронил на него яблоко…

— Кх-кхм!

— Кто здесь?! — резко подскакивает на месте Ил. Зря. Камень, на котором он вольготно развалился, громко треснул, и парень, весело взмахнув ручками, рухнул вниз.

Риг схватился за сердце и подполз к краю. Эта знакомая ситуация его добила.

Не думайте, что все это время я провел праздно. Нет, я думал. Думал, как мне не проиграть поединок. Для этого надо было тренироваться, но проклятая железяка одним своим видом вызывала отвращение. Когда я смотрел на это оружие, перед глазами вечно возникал образ некроманта… отца… императора…

Мысли путались и сбивались. Выход был, был! Но он сам меня пугал. Я отгонял мысли о нем всеми способами! И события, развивающиеся внизу, мне в этом очень помогли. Как и последующее падение.

— Риг! — взвыл я, падая вниз. Помнится, Лед рассказывал об аналогичном событии в его жизни. Кажется, он успел воткнуть нож в стену, а потом шмякнулся сверху на вампирессу. Я посмотрел вниз и попытался прицелиться. Ножа с собой не было: Лед наладился находить меня по нему, и я его прятал.

Мимо мелькали окна. Земля приближалась, я даже почувствовал, как воздух вокруг нагревается. А я внезапно понял, насколько хочу жить. Насколько не хочу умирать, ни сейчас, ни в поединке с Сарграром.

Ну и к демонам все!

Чуя, что смерть близка, я расслабился. Земля приближалась… Визг воздуха. Удар. Боль, тьма. Я отключился.

— Папулечка! — радостно выла Анжелика, вися на шее Повелителя. Тот, явно в шоке от такой жаркой встречи, пытался разглядеть жениха.

— Приветствую вас в нашем дворце, Йарджэн Коэркэнн! Надеюсь, вам понра…

Хрясь!

Все с интересом уставились на стукнувшее принца по макушке яблоко. Лед хищно оскалился:

— Та-а-ак, Ил…

— С чего ты взял, что это он? — наконец отлипла от Повелителя Лика.

— А какой придурок, кроме него, уронит яблоко именно на меня?! — взвыл белобрысый.

И, словно в ответ на это, сверху донесся чей-то вопль. И на каменные плиты дворцового двора рухнул обсуждаемый. Вампир с интересом склонился над ним: еще бы чуть-чуть, и парень упал бы на него.

— Мертв. Мертвее не бывает.

Вокруг головы темноволосого парня растекалась лужа крови. Лика подскочила к упавшему и рухнула на колени.

— Как… как глупо…

Из глаз ее покатились кровавые слезы, — как известно, вампиры плачут кровью. Но как же это редко бывает… Во двор примчался Риг. Замер, глядя на открывшуюся перед ним картину. Бледностью он мог поспорить с теперь уже не живым Илом.

— Я так понял, это новообретенный принц? — поднял бровь Йарджэн.

— Лед! Лед, ты куда? — отчаянно спрашивала Лика, не желавшая сейчас оставаться одна.

Принц поспешно уходил прочь. По дороге он, в бешенстве, снес пару стен…

Я хмуро осмотрелся. Вся моя надежда была на того ненормального, который на протяжении всей моей жизни в смертельных ситуациях излечивал смертельные раны, а я приходил в себя целым и невредимым. И снова я здесь. Вокруг — пустота. …А где же он? Почему не приходит?

Я вздрогнул. Не может справиться с такой раной? Или из-за того прерванного сна обиделся? Он ведь с тех пор мне не являлся. Совсем. Но я же здесь? Или все, умирая, сюда попадают?

Я присел на корточки. Внутри похолодело. Вот оно как расслабляет, мнимое бессмертие.

Я представил, что там творится, в мире живых. Захотелось, очень-очень захотелось вернуться туда. Но пустота молчала, и ничья улыбка не грозила мне знакомыми до боли вопросами.

Смерть? Ну нет, я не согласен!

Придурок, а кто тебя спросит?

Стоп! Когда я стал разговаривать сам с собой? Может, это тот, кто мне нужен, просто он не показывается?

Тишина.

Эй, а кто мне раны вылечит?

Тишина.

Кошмар. Значит, я умру.

А может, самому?

Что — самому? Эй! Эй!

Тишина. Тишина…

Во дворце был объявлен траур. Но продолжалась подготовка к балу — теперь, по обычаю Мианора, траурного бала в честь погибшего принца. Вся пятерка друзей — Мэй, Шамир, Лед, Риг и Лика — превратилась в плохо себя контролирующие существа. Даже Риг и тот мог поджарить особо раздражающего его человека.

Похороны уже состоялись. Тело Ила торжественно поместили в гроб, а гроб в мавзолей, в котором издревле хоронили членов императорской семьи.

Правда, случилось это не в тот же день. Лед не давал. Какие только обряды не проводил юный некромант! Дворец буквально пропитался темной магией, магией смерти, но даже поднять обычного зомби Леду не удалось. Магия смерти отскакивала от Ила.

Из жизнерадостного, постоянно улыбающегося парня Лед превратился в настоящий айсберг. Холодные глаза, холодная улыбка… Порой вслед за ним тянулся впечатляющий след из инея и льда, оседающий на окружающих людях и вещах.

Его стали бояться.

Когда вампиресса улыбалась, все любовались нехилыми клыками и чувствовали: сейчас загрызет. И только присутствие рядом отца кое-как усмиряло Лику.

Ее стали бояться.

Риг теперь постоянно молчал. В руках у него то и дело появлялись огненные шары, и было ясно видно, что они неконтролируемые.

Его стали бояться.

Мэй внезапно вспомнила, что она в общем-то наемная убийца. Она не доставала оружия, не смотрела коршуном, не делала каких-либо резких движений.

Но все чувствовали, что смерть — рядом.

Шамир… Шамир просто достал свой меч и ушел из дворца, клятвенно пообещав прийти на бал. Говорят, его видели в одной из самых опасных частей города, да еще ночью.

Все погрузилось в траур. И только герцог Сарграр не терял отличного расположения духа, сверкая белозубой усмешкой направо и налево.

Судьба в шоке взирала на происходящее. А она-то думала, что все закончилось. Зима лениво обнимала мир холодом…

Глава 2. НА ПОЛПУТИ К ЛЕТУ.

Близился день бала.

— Эт-т-то что? — уставился Эвариан на бумагу.

— Отказ от трона Мианора в пользу тебя, — поджала губы Анадель.

— Что?

Императрица, бывшая императрица повторила.

— Ты сошла с ума! — схватился за голову Эвариан. — И что дальше?

— Отправлюсь в Каролу…

— Понятно.

— На балу я буду.

— Понятно.

— И на свадьбе Леда и Лики тоже.

— Какая свадьба! Ее же на лето перенесли!

— Ну вот тогда и буду.

Император с обреченностью посмотрел на документ. Затем на старшую сестру. Затем на документ. Дель ободряюще улыбнулась и ушла из кабинета брата. Тот продолжал тупо смотреть в окно…

— И все из-за какого-то…

В груди нового императора защемило. Он мало знал принца Александра, но до сих пор не мог забыть ехидной усмешки того при встрече: «Какая встреча, ваше высочество! А мне любопытно, зачем вам понадобился тот артефакт из Варгарда?» А стоило видеть лица остальных…

Он устало склонился над столом, закрыл лицо руками. Вздрогнул, резко обернувшись — показалось…

Лед никогда не увлекался стихами. Никогда. А тут…

Чьи слова и чья усмешка разодрали душу в кровь? Почему сжимает сердце, отчего бушует боль? Разве был он лучшим другом, был душой навеки свой? Почему же так хотелось с ним поспорить с той судьбой? Отчего и как сумел он стать тем, кем он стал теперь? Отчего открыл нам душу и захлопнул тут же дверь? Разве это было важно? Это все уйдет назад, Но как хочется обратно — вновь увидеть этот взгляд! Те слова и ту усмешку, словно он не принц, а вор, И увидеть снова жизни тот бушующий костер…

Лед смотрел на вышедшие строки. И внезапно понял: нельзя так жить. Его нет. Обретенный друг исчез, и нужно начать жить дальше. Убиваться по нему — бессмысленно. Жизнь должна продолжаться. Разве Ил оценил бы такое поведение его друзей? Ну нет, этот даже перед смертью пошутил бы… если б успел. Лед окинул взглядом комнату Ила, в которой находился. Вон лежит его гитара. А там — там, если он хорошо разбирается в характере брата, пара стыренных из залов артефактов. И когда успел?

Легким шагом, каким не ходил почти неделю, Лед вышел из комнаты. Прошел по коридору и наткнулся на Лику. Рывком, не дав той опомниться, обнял.

— Все будет, Лика… все. — Вампиресса уткнулась ему лицом в грудь. Из-за угла вынырнул Риг, с зажженным огнем в руках. Оценил обстановку и погасил шар.

— Я вам не помешал? — смутился он под укоризненными взглядами. Но тут же нашелся: — Пошли искать Шамира и Мэй!

Такой грандиозной пьянки дворец еще не видел…

— Ик… Чет я все равно не понял: где Ил? Он что, ик!.. нас не уважает? — в очередной раз в умственном усилии сдвинул брови Шэм.

— Ну-у… та-ак о-он же-э э-это того-о… — Вампиресса чиркнула отращенным когтем по горлу. Выглядело впечатляюще: бутылки она открывала этим же когтем.

— Так давайте выпьем за его здоровье! — подпрыгнул Риг, как ни странно сохранивший способность ясно говорить, но не ясно мыслить.

— Балда! — отвесила ему подзатыльник Мэй. — Какое здоровье у мертвеца!

— Вы хотите об этом поговорить? — встрепенулся Лед.

— Спи уже! — хором взвыли остальные. Армии призванных духов им на сегодня хватило. Всю водку, гады, выпили.

— Долой абсолютизм! Ратуем за демократию! — не сдался Лед.

Все в шоке уставились на принца. Подумали…

— А ведь он прав! — внезапно поддержали его друзья. — Где тут местный царь?

Качаясь на нетвердых ногах, пятерка пошла искать хоронившихся после набега зомби приверженцев абсолютистской монархии…

«Новому императору Мианора, Эвариану. Приветствую Вас, Император. Признаться, новость о Вашем возведении на трон, пусть пока и неофициальном, меня удивила. Я, как Ваш старый друг, не мог не узнать причины столь резкого поворота дел… Невероятные новости! Искренне выражаю Вам свое сочувствие. Увы, на балу в честь принца Александра я быть не смогу. Слишком много дел. Надеюсь, править Вы будете не хуже Вашей сестры. Причина моего обращения к Вам весьма серьезна. Всем хорошо известно о нашем с Вами заключенном союзе. Так вот, мне тревожно это признать, но кто-то среди Ваших подданных, а вполне возможно, и моих, задался целью разрушить этот союз. Происходят нехорошие вещи, инициатор которых упорно пытается спихнуть вину на Мианор. Я все еще не верю, что это Вы, но настоятельно прошу разобраться во всем этом, хоть и понимаю, что Вам сейчас не до этого… Властитель архипелага Линэх, Дароэнг Риош'эр».

… Вот так и спиваются, думал Лед, глядя на пляшущий флаг Мианора и обнимая шпиль башни. Он уже протрезвел, как и вся остальная компания. Лика обреталась прямо над ним, а ниже, оглядывая столицу сверху, уперев руки в бока, стояла Мэйрона. Стояла она на черепице крыши башни, и даже смотреть на нее было страшно. Но приходилось — там же, цепляясь за край крыши и вися над пропастью, находился Шамир. Риг… Рига с ними не было. Хотя бы потому, что его унесло на втором витке подъема. Куда? На башню, на башню! Витке чего? Ветра! Ага! А кто у них воздухом заправляет? Догадались?

— Лика, я тебя убью! — прохрипел Шэм. — Мэй, подай руку!

— Пить меньше надо, — в который раз флегматично повторила наемница.

— Да? А кто говорил: телепортируйте еще, мне Анадель разрешила?! — возмутился Лед, чувствуя, что сползает.

— Молчи уж, защитник демократии! — огрызнулась рыжая.

Лед собрал мозги в кучку, пытаясь вспомнить, что же он там говорил про демократию.

— Ты ратовал против абсолютистской монархии и решил устроить революцию, позвав нас с собой, — сжалилась Лика, наклоняясь вниз. Зря. Руки девушки соскользнули, и она с диким воплем рухнула на Леда. Затем вместе с ним на Мэй, а с той, в свою очередь, на Шэма…

— А-а-а-а! — разнесся дружный вопль над дворцом. Но вместо того чтобы размазаться по каменным плитам, четверка резко затормозила у самой земли, а сжавшийся воздух ясно дал понять, кто спаситель бедолаг.

— Лика, я тебя люблю! — радостно улыбнулся Лед. Затем резко позеленел, переглянулся с Мэй и Шамиром и улепетнул в кусты…

Хрясь!

— Смотри, куда прешься! — возмутился сонным голосом Риг, переворачиваясь на другой бок.

— Ребята, а ведь сегодня вечером бал! — внезапно опомнился Шэм. Все сразу помрачнели, а Риг даже проснулся.

— Давайте сначала разберемся, что мы тут натворили, а то что-то с памятью моей стало, — влез Лед.

— Ты докуда помнишь? — спросил его Шэм.

Лед пояснил:

— Ну решили мы это… свергнуть кого-нибудь. А дальше?

— Дальше пошли искать — в крыло, где Совет Владетелей гостит. — Лед застонал и схватился за голову, а Шэм продолжил: — Ну и нашли.

— Кого?

— Сначала — Лестара Вышесмотрящего.

— Что?! — Этот Владетель — один из самых главных в Совете!

— Да ты расслабься! — влезла Мэй. — Все нормально было, мы его спрашиваем: «Ты за демократию или абсолютизм?» Так он, не будь дурак, сказал, что за демократию. Правда, я потом не поняла, зачем он ткнул пальцем во Владетелей-магов и заявил, что они-то как раз против.

— Так мы от них на башню драпали?

— Да не! Давай по порядку! Драпали почему-то от нас они… Но это неважно. Потом ты вспомнил, что у Ила где-то здесь лошадка есть, ну та, которую он сначала у Валентина украл, а потом оставил в лесу… Ну мы к ней, как-то забыв про демократию, и потопали.

— И?..

— Не дошли.

— Давай дальше!

— Дальше на Имперскую Дюжину напоролись, они как раз с очередного задания возвращались.

— О-о-о! — протянул Лед, лихорадочно, но безуспешно пытаясь вспомнить. — Так это мы от них бежали?

— И опять нет! Главарь этот их, который дроу, нас узнал! И задал такой вопрос: «А где тот вор, который тогда наворотил столько дел?» — Мэй замолчала. — А потом ты…

— Опять я?

— Спокойно, нормально все было, просто ты пригласил их всех на бал, предварительно сообщив о смерти Ила.

— Анадель и Эвариан меня убьют!

Все замолчали.

— Что? Только не говорите мне…

— Да. Буквально сразу после этого ты встретил Анадель и сообщил той о приглашении Дюжины. Естественно, она возразила…

— …И тут-то ты вспомнил про демократию! — радостно возвестила Лика. — Вот только что-то я не поняла: откуда у твоей сестры такой бешеный неконтролируемый магический дар?

Лед тихо сполз на землю.

— Дар ей заблокировали еще при восхождении на трон по ее желанию…

— Ах, как прекрасен этот вечер! Какое небо за окном! — пропел мягкий, словно шелковый женский голос.

— Еще не вечер, любезная, еще не вечер.

— Да… сыграем партийку?

— Не до игры, — хмурый мужской голос.

— Я чего-то не знаю? — Тонкая женская фигура, закутанная в плащ, сделала резкий разворот от окна, внимательно всмотревшись в сидящего у камина собеседника.

— Вот, прочтите, — небрежный жест в сторону лежащего на столе листа.

— Письмо? Не понимаю… Ох! — Лист устало скользит на пол, выпущенный безвольно опустившейся рукой.

— Сыграем партийку? — передразнил ее мужчина. — Может, я должен уточнить, чей это просчет?

— Я здесь ни при чем. — Женщина резко выпрямляется, вновь обретя уверенность. — Вам ли не знать, что все, что касается способа послания этого письма, лежит на….

— Тссс… зачем же так глупить? — укоризненное замечание. — Дело в том, что он утверждает как раз обратное, что способ послания напрямую относился к вам.

Тихий смешок, переросший в хохот.

— Чему вы радуетесь? — нахмурился мужчина, разглядывая пейзаж за окном.

— Мы идиоты, уважаемый! Нас обскакали: этот Дароэнг смешал оба способа!

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Что у нас с появившейся совсем недавно проблемой?

— Самоустранилась. Никаких неожиданностей с ее стороны больше не ожидается.

— М-да… Это хорошо, а то из-за этого выродка такой план с императором-некромантом провалился! Стоп. Как это самоустранился?

— Дурачок сверзился с башни. Бывает, бывает… — По губам ее пробежала змеиная улыбка. — Так как насчет партии?

— Обожаю шахматы. А насчет письма… подождем действий этого Эвариана. Уверен, мы сможем обратить их в свою пользу.

— У меня вопрос. Ответьте на него хотя бы теперь! — Недоуменное поднятие бровей. Женщина всем телом подалась вперед: — Так все-таки кто над вами стоит?

Я очнулся в гробу. Я очнулся в гробу-у-у… Стоп. Я очнулся! От переизбытка чувств я подскочил и больно-пребольно стукнулся лбом о тяжеленную каменную плиту, загораживающую мой теперешний путь к свободе. Потер лоб и поудобнее улегся на атласных подушках, в обилии размещенных в моем «домике». Поспешно ощупал затылок, обмотанный какими-то тряпками, и, представив, что представляло мое тело после падения с такой высоты, передернулся. Та-а-ак. Кости тоже целы. Превосходно! Теперь одна проблема — как выбираться? Я вновь смерил плиту скептическим взглядом (было темно, но мне теперь это не мешало), вздохнул и задумался. Ненадолго. К чему ломать мозги? Как он там говорил? «Повышение физических сил и открытие какого-то непонятного магического дара». Какого — он сам теряется в догадках. Вот удружил-то! И зачем только согласился? Впрочем, иначе я был бы уже мертв. Хм, да я и так был мертв. Демон! Ой, тьфу-тьфу-тьфу, я же зарекался. Какое сегодня число? День или ночь?

А бал? У меня же после него поединок назначен! И чего это я тут лежу? Спохватившись, я толкнул плиту и выскочил в образовавшуюся щель. Оглядел фамильный склеп императоров Мианора и уставился на плиту, сдвинутую мной чуть ли не мизинчиком. Ну преувеличил, но раньше мне для этого усилий побольше потребовалось бы. Постоял и, как зомби, побрел прочь.

Мавзолей находился в огромном дворцовом саду, еще ранее облазанном мной в поисках укрытия от братца. Дорогу к дворцу я нашел легко. Ступая по каменистой заснеженной тропинке, любовался искусно выращенными кустами, даже голыми выглядящими симпатично, и белыми тапочками на моих ногах. Признаться, ранее такой обуви на ногах моих еще не обреталось, хотя нет, было, после приключений с гоблинами. Слегка удивился я только савану: этакое черное-пречерное одеяние с кроваво-красными рунами. Некромантией от них несло так, что мне чуть плохо не стало. Хотелось срочно вломиться в кусты и вывалить весь желудок (по ощущениям, пустой), но осознание того, кто я теперь, заставило удержаться от столь постыдного поступка. Смешно! Подумать только, да тому бреду, что я понесу, объясняя свое «воскрешение», не поверит никто! Даже Лед. И поэтому я никому ничего не скажу. Но… надо. Леду надо знать. У-у-у, даже ругнуться как следует я теперь не могу! Хотя, может, на демонском?

Рассуждая, я вынырнул из-за поворота. Над зимним садом уже склонялся близкий вечер, мороз, даже теперь мною ненавистно ощущаемый, проник под тонкую одежду. И тут навстречу мне попался садовник…

— Хм, уважаемый, не подскажете ли вы случайно, который сейчас день и час?

Бедолага закатил глаза и рухнул в сугроб. А я на чистейшем демонском задумчиво обратился к небесам…

Когда в Летописи исчезают страницы, это не страшно. Обычное дело: маги да боги играются. Когда они рвутся, так это вообще нормально. Какой уважающий себя безумец не попробует устроить апокалипсис? Иногда просто зачеркивают ту или иную строчку.

Летописец в полном обалдении изучал невесть откуда взявшуюся в Летописи фразу на демонском языке.

Давненько Судьба так не краснела.

Богиня Хаоса почесала нос. Надо запомнить…

— Со всем прискорбием спешу сообщить, что ухожу с трона Мианора, вручая его своему брату Эвариану. Теперь он — новый император! Я же отправлюсь в империю Каролу, к своему мужу. — Сказав эти ошарашивающие слова, Анадель спустилась с трона, подавая руку мужу, императору Валентину. На ее место взошел Эвариан.

— Как новый император, я не могу не выразить скорби по поводу смерти нового члена императорской семьи — принца Александра Мианорского. — Слова его лились глухо и ровно, отчего в сердце друзей Ила зарождалось некое злобно-растерянное чувство. — Также я сообщаю о помолвке принца Ледоника Мианорского и принцессы Анжелики Коэркэнн. Свадьба состоится в середине второго летнего месяца. Объявляю бал… открытым. — Причину бала Эвариан предпочел не называть.

— Да здравствует новый император!

Лед перехватил бокал вина у спешащего мимо слуги. Рассеянно скользнул взглядом по гостям. Наткнулся на Анадель и Мэй: видимо, наемница горячо пыталась убедить бывшую императрицу, что нужна ей, но не добилась успеха, — к Анадель подошел Валентин и увел ее. Мэй скисла, но откуда-то сбоку вынырнул Шамир и, что-то шепнув на ухо, развеял унылое настроение. А вон Риг с какой-то фифой танцует. Говорят о чем-то, наверно, эта блондиночка пытается вызнать у рыжего титул и владения… А в том углу, явно не в восторге от смены власти, обретается Имперская Дюжина. Наверняка скоро уйдут на вольные хлеба. Их командир зорким глазом наблюдает за веселящимися гостями.

Веселящимися… В груди Леда медленно, но верно начала вздыматься угрожающая волна гнева. У него умер брат, а они пришли повеселиться! Ишь улыбаются, гниды… Но тут на его плечо успокаивающе опустилась рука Анжелики.

— Спокойно, Лед. Его все равно не вернешь, а они так и не поймут, из-за чего ты сорвался. — Черные, как сама бездна, глаза вампирессы подействовали на Леда благотворно. — Лучше подумай о чем-нибудь хорошем, о нашей свадьбе например!

Лед улыбнулся. И тут…

— Вы смотрите, даже этот дроу со своими… приперся! А у братца этого, навернувшегося с крыши, какой постный вид! Ах, ах, ах! Какие мы несчастные! Ишь как с вампиркой милуется, — раздался позади знакомый до зубовного скрежета голос герцога Сарграра, шествующего через весь тронный зал в окружении восхищенно хлопающих на него глазами девиц.

Вариантов его смерти было сразу несколько.

От клыков разъяренного Повелителя вампиров.

От двуручника в руках ушлого дроу.

От когтей на руках оскорбленной Анжелики.

От меча Мэй и Шэма.

От освободившегося магического дара Анадель.

От огненного шара Рига…

…Но ему досталась жизнь… пока.

Лед смотрел прямо в глаза герцогу и мило улыбался. Сарграр висел в воздухе, в трех метрах над полом: руки прижаты к телу, ноги вместе. Принц висел напротив. Все вышеупомянутые потенциальные убийцы герцога стояли внизу и в шоке смотрели на обоих.

— Лед! Ледоник! — напряженным голосом воззвал Эвариан, подбираясь к месту происшествия.

— Оставь его, чернокнижник! Не смей убивать! — возмущался Тисрок, один из Владетелей, дядя Сарграра.

— Смерть — это слишком просто, — равнодушно заметил Лед, а Сарграр панически задергался, пытаясь вырваться из магических тисков. Некромант в предвкушении улыбнулся, а маги-Владетели поняли, что ни демона не успевают. Зал накрыла тишина…

…На фоне которой где-то за дверьми раздался чей-то вопрос и стук падающих тел, а затем скрип, на который никто не обратил внимания, пока вошедший не заговорил.

— Так все-таки сегодня день бала! — раздался его жизнерадостный голос. — А я спрашиваю, спрашиваю — все молчат. Ты это, Лед, сильно не калечь бедняжку, мне с ним еще на поединке отплясывать.

Сарграр с воплем рухнул на пол, как ни странно, ничего не сломав. Шум падающих в обморок не смог заглушить мощного вопля обезумевших от радости друзей…

— Ну и?.. — каким-то уж слишком спокойным голосом поинтересовался Лед, когда за всеми желающими узнать подробности моего «воскрешения» закрылась дверь, а я поудобнее устроился на собственной кровати.

Я пожал плечами и внезапно наткнулся на какой-то непривычный, серьезный взгляд брата и поразился тому, насколько он повзрослел за время моей «смерти». Даже та битва с применением ледяной магии, о которой мне рассказывали, так на него не повлияла. Я нервно передернул плечами, отводя взгляд. И наткнулся на лежащие на столе яблоки! Ммм… ням-ням… Неделю ничего не ел!

— Ил, я понимаю, ты голоден, но, может, расскажешь, какого демона произошло?! — сорвался на вопль его высочество Ледоник Мианорский, а я от неожиданности выронил яблоко.

— Да ты не нервничай. И с демонами завязывай, а то я обижусь.

— Ил…

— Да понял я, по-нял! — тоже уже сорвался. — Хочешь поговорить серьезно? Ну давай, только потом не жалуйся. — Я тяжело вздохнул, сел прямо, взял в руки яблоко и стал рассказывать, глядя куда угодно, но только не в глаза Леда. Слишком мало в моей жизни было таких минут, когда я рассказывал о себе. Предпочитал либо промолчать, либо соврать. Вот и сейчас мне было тяжело говорить.

— Это началось гораздо раньше, чем ты можешь себе представить, Лед, гораздо раньше… Мне тогда было лет пять, а наш с тобой добрый папаша был жив и здоров, живее всех живых. Для меня он, естественно, не был никаким императором, а так, злобным некромантишкой, возомнившим из себя невесть что и сдуру решившим, что у меня есть Дар некромантии. Но до пяти лет я благополучно игнорировал все провокации к пробуждению этого дара… Как раз в то время что-то случилось в Мианоре, что-то, что вывело Ерэграла из себя, и он пришел в башню не в духе. Да-да, там, посреди Степи, стояла башня, в которой мы и обретались. По Степи же бродили бесхозные степняки и мертвяки. Да и других монстров хватало. Так вот, когда этот хмырь вернулся, то в башне меня не застал, как и всегда, впрочем. Именно там я научился взламывать замки и даже заклинания. Но в этот раз чаша терпения моего… пусть будет Учителя… Да, чаша терпения моего Учителя просто треснула, и весь яд, накопившийся в ней, просочился через множество трещин, кои не замедлили расшириться, когда он нашел меня праздно отдыхающим в травке. Несчастный день! День, который я запомнил на всю оставшуюся жизнь и который является мне перед глазами каждый раз, когда я вижу какого-нибудь некроманта. Нет-нет, не дергайся, к тебе это не относится. Когда мы только встретились с тобой, то общения с некро мне уже через край хватало. Но слушай дальше. Злой был Учитель, ой какой злой! Он просто схватил меня за шкирку и прошипел мне в лицо, что если Дар у меня есть — спасусь, а нет, так и подыхай, сопляк, так тебе и надо! И кинул меня десятке некрупных таких тварюг (это для взрослого). Гниды явно были полумертвыми, но голо-о-одными…

Лед, нервно сжав руки, попытался поймать мой взгляд, но я не дал, отвернувшись и подойдя к окну. — Не знаю, что там Учителю в голову стукнуло, но минуты через полторы, которые показались мне вечностью, вытащил мою окровавленную тушку из этой кучи озверевших тварей. Я был еще в сознании, но умирал. И даже дальнейшее лечение с помощью некромантии не помогло ни капли. Да и что лечение? Даже выздоровев, я остался бы калекой. Итак, часа через два я потерял сознание. — Я выкинул огрызок в окно, попутно сбив подозрительную пташку, слишком уж пристально за мной наблюдающую. — И тут-то и начинается вся эта милая любопытная история. Невероятным образом меня (мое сознание) выкинуло в некое пространство, которое я иначе как пустотой назвать не мог. А уж для тех моих пяти лет это было… жутковато. Тогда ко мне в первый раз в эту пустоту явился подозрительный тип, который начал читать лекции об охране здоровья и прочую ерунду. А потом стал нести вообще какой-то бред. Мол, может, ты сейчас согласишься? Я, не будь дурак, спросил на что. Всего одно слово в ответ — на жизнь. Забавно, не так ли? Но мой первый ответ был «нет». Я всерьез полагал, что от этого будет зависеть, выживу я или нет, посему мой ответ и прозвучал так. Не хотелось мне как-то обратно, к Учителю. Этот гад заржал и исчез, а на следующий день я очнулся, целый и невредимый. Так, как будто ничего этого и не было. Вот только было одно «но»: остались жуткие шрамы, которые, впрочем, тоже вскоре исчезли. Именно благодаря этому самому чудесному исцелению Ерэграл не стал убивать меня после, и лишь через два года ему пришло в голову проверить меня с помощью какого-то артефакта на наличие Дара… Он отсутствовал. Эффект был оглушительный. Правда, только для него. Но даже тогда ему не пришло в голову меня убить. А через три года, как раз во время смерти Ерэграла, я получил возможность сбежать. Но все это лишнее. Дело вот в чем: с тех самых пор, при любых смертельных ранах, стоило только мне потерять сознание, как я проваливался в пустоту и встречался там с неким типом, который постоянно задавал один и тот же вопрос одними и теми же словами. Вот так-то. А потом я очухивался живым и невредимым. Кстати, именно поэтому я выжил, когда один нехороший гоблин воткнул мне в грудную клетку ритуальную зубочистку. Да полно и других известных тебе примеров: тот же двуручник, коим наградил меня Ерэграл. А все это к тому, что буквально в этом месяце тип, ну который мне вопрос задавал, окончательно меня довел.

Он стал являться ко мне во снах! Ну не наглость ли? И я его огорошил. Согласился. Тип обрадовался, как сумасшедший, расцвел весь прямо. А потом меня разбудили. С твоим письмом, между прочим! И я решил, что ничего у этого типа не получилось. И расслабился. Да и немудрено: больше он ко мне не заявлялся, все было нормально. И тут… — Я спешно нащупал следующее яблоко, восьмое, кажется, — свалился я с башни. М-да… И попал опять в эту пустоту. Вот только на этот раз это была действительно пустота: никакими типами там и не пахло. Я просто сел и стал неизвестно чего ждать. Пару раз мне шепнули, мол, я должен все сделать сам, но демон… тьфу! Бездна меня задери, если бы я знал, что это значит! Короче, как я понял, тип явился в последний момент, ругался дико. Я так и не понял — как, на каком языке. Но это еще ничего. Я, значит, тоже не в духе был и потребовал от него объяснить, что это все значит. — Я замолчал, попутно сшибая уже восьмую пташку. Нет, ну какие упертые! Интересно, кто конкретно? — Ты готов выслушать? Ладно, все равно придется. Так вот… ты знаешь, кто твоя мать? То есть наша. — Сзади не раздалось ни звука. — Эльфийка? Ну-ну. Не знаю, была ли она эльфийкой раньше, но восемнадцать лет назад она точно была…

Я театрально выдержал паузу. — Демонессой, превосходно маскирующейся под остроухую. Доходит? Да-да, Лед. Мы с тобой не полуэльфы. Мы — полудемоны. Как я понял, тебе достался дар от Ерэграла — некромантия и магия льда от демона. — Я сшиб девятую птичку. — Со мной же было все гораздо сложнее. Рождение близнецов было неожиданностью даже для демоницы. Поняв, что натворила дел, она поспешно смылась, оставив после себя правдоподобный труп. Далее вернемся ко мне. Со мной вышло забавно, ибо сущность демона и моя, долженствующие изначально быть единым целым, разорвались на две части. К слову, сущность демона — это и был тот самый тип, являющийся мне в случае смертельной раны. Слушай дальше. Выразив свое согласие, я, так сказать, высказал желание воссоединиться. Весь шик в том, что в моем случае воссоединение к тому же означало еще и Посвящение — это когда демонов объявляют совершеннолетними и им становится доступна вся их сила. Вот весело! А знаешь ли ты, в чем заключается Посвящение? Да все в том же: в умении уйти от смерти! И я бы благополучно его провалил, если бы сущность демона не поняла, что без нее я не справлюсь, и пошагово не объяснила, что мне надо делать, чтобы исцелить и восстановить размазанное о плиты двора тело. С сожалением сущность заявила, что справься я сам, то сохранил бы способность так восстанавливаться. Теперь же я, увы, вполне смертен. Также мне сообщили, что я — первый, кого так рано посвятили. Посвящение, как и воссоединение, произошло. Так что поздравь меня, братец: ты видишь пред собой демона. Да и ты тоже не эльф. Кстати, это что за безобразие на меня напялено? Ты что, пытался меня поднять? Смешно. Но, может, если ты хотел иметь брата-зомби, то и от брата-демона не откажешься? Хотя сущность демона говорила, что даже ей непонятно, что за Дар у меня и что я за демон… — Я с нетерпением дожидался следующей птички. На подоконнике лежала уже кучка огрызков. Молчание. — Лед… Лед? — Я резко обернулся.

Лед сидел за столом, уткнувшись лицом в сложенные руки. Медленно поднял голову, глядя на меня своими внезапно приобретшими цвет ночного неба глазами.

— Я… прости, Ил. Я знал, кем была наша мать.

— Ты это сейчас к чему сказал? — Да, экие у меня нервы слабые. Даже не заметил, как оказался рядом с Ледом, отшвырнул стол в сторону и уставился на подскочившего от неожиданности брата.

— Э-э-э… ты не нервничай! Я сам недавно узнал, как только вернулся из того боя. — Лед по стеночке, по стеночке продвигался ближе к двери. Путь его лежал мимо окна, за которым, к моему удивлению, летали уже три птички. М-да… Это они, любопытные маги, хитро придумали, чтобы, пока я одну сшибал, вторая подслушивала. — Ну а я, бездна всех задери, пришел в шок. Откуда у меня дар некроманта, стало известно, а вот магия льда… — Я прицелился и сшиб сразу двух пташек. — Ну и стал в панике по дворцу метаться. И нашел… нашел дневник. Ее. Эй, Ил! Ил, куда ты смотришь? — Резко обернувшись, Лед проследил за падением последней пташки. Покосился на меня, перегнулся через подоконник и чуть не свалился! Я заинтересовался и высунулся из окна рядом с братцем. М-да… Внизу громоздилась внушительная куча дохлых пташек вперемешку с огрызками. — Ты неисправим! — восхитился Лед. — Ну что — мир?

Я покосился на него. Тяжело вздохнул:

— Мир! — и вытолкнул из окна, в последний момент успев схватить за ногу.

— И-и-ил!..

— Ил, мы кое-что забыли, — нервно косясь на меня, прошептал Лед.

— Что? — таким же макаром ответил я, с испугом обозревая тронный зал с желающими поздравить воскрешенного.

— Поединок, — уныло заметил мой белобрысый брат. — Или ты там, у себя в гробу, внезапно научился управлять оружием? И вообще, если бы ты не напомнил о нем, когда я крошил этого Сарграра, никто бы и не вякнул! А сейчас эта сволочь идет к тебе, с явным намерением «выразить свое счастье твоим воскрешением»! Хотя, надеюсь, толпа желающих узнать, как же ты воскрес, его задержит.

— Ты прав, в гробу я ничему не научился, — печально вздыхаю.

— Ваше высочество! Испейте этот бокал вина в честь вашего воскрешения! — выныривает со стороны пухленькая брюнеточка. А глазками так и моргает, так и моргает.

Выпиваю до дна.

— Хороший яд! — одобрительно замечаю я. — И не моргайте так часто, а то глаза отвалятся.

— Ил! — сдерживая смех, тащится за мной Лед, а я искусно уворачиваюсь от любопытствующих. — Это же невежливо! То, что ты видел ее вместе с Сарграром, ни о чем не говорит.

— Ничего, — улыбнулся я. — Просто в бокале действительно был яд.

— Что?!

— Лед, не утомляй меня! Вот скажи: ты так уверен, что ни один яд, ни одно приворотное зелье, приготовленное именно для тебя, как для полуэльфа, ты не пробовал? Не смеши! Думаю, ты испробовал подобное неоднократно, просто на демонов такая ерунда не действует.

— Стоп! Но почему ты определил яд, а я не мог?

— Все просто: именно этим ядом потчевал меня мой папаша, когда пытался вбить в мою голову противоядие.

— И как, ты его знаешь?

— А как ты думаешь? Так! Слева по курсу агрессивная вампиресса, нам туда нельзя. Ой! Справа не менее оживленный рыжий субъект. Так, а прямо — явно не мирная парочка, украшенная двуручником наперевес. Что? Какой… кто пригласил сюда Дюжину? И не понял, что делает Эвариан на троне? А-а-а! Лед, они окружают, что делать?

Братец лишь пакостно улыбался, мол, нечего тут выделываться.

— Принц Александр! Ваше высочество, наконец-то я вас нашел! — вылетел откуда-то сбоку мой спаситель. Почему спаситель? Как же!

— Вы хотели со мной поговорить, — понимающе киваю я, утаскивая Сарграра из зала.

— Ил! — донесся мне в спину растерянный возглас оттесненного толпой придворных Леда.

— Оставим игрушки, принц. К чему был этот спектакль со смертью? Вы же не думаете, что я поверил в эту чепуху с воскрешением. — Герцог лениво покачивал в руке обыкновенный меч-полуторник, без всяких украшений и изысков.

Меч хороший, но стоит не много. Стоп! О чем я думаю? Мне же сейчас насмерть сражаться, если не ошибаюсь.

— До первой крови? — сдергиваю со стены тренировочного зала дворцовой стражи второй такой же меч.

— До смерти, — равнодушно откликается Сарграр. — Вы не ответили на мой вопрос.

— Это был вопрос? Кстати, ничего, что мы так, без свидетелей? Могут подумать, что один из нас действовал нечестно.

— Свидетели есть, — улыбнулся краешком губ герцог. — И да, это был вопрос.

Я растерянно оглянулся. Верно, свидетели есть. Весь Совет Владетелей собрался. Только этого мне не хватало! Теперь точно конец. А вон Лед вырвался из толпы придворных. Не знал, что тренировочный зал такой большой, иначе как он вместил всех присутствующих на балу? Вон даже Анадель с мужем пришла и с тревогой смотрит на меня.

Мне стало неловко. Фактически она моя сестра, но я не чувствую этого, хоть убей! От любого проявления заботы вообще в крайность кидает: кажется, что им нужно что-то от меня, и они пытаются добиться этим незнамо чего. Я снова посмотрел на герцога: конец, полный и бесповоротный. О чем я думал все это время? Когда принимал вызов, когда сбегал с тренировок, когда умер, в конце-то концов! Вон он какой стоит — уверенный. И если присмотреться, не такой уж и хлыщ. Воин, это будет точнее. Спокойные стальные глаза, высокая крепкая фигура. И оружием владеет… хорошо.

— Испугались, ваше высочество? — снисходительно улыбнулся герцог, и стало сразу понятно, что он старше меня. — Не беспокойтесь, я не стану убивать вас, пока вы не ответите на все мои вопросы. Вы занятная личность, Александр. Подумать только, придумать свою смерть! Так для чего? Вряд ли для того, чтобы уйти от поединка. Или вы настолько боитесь умирать?

Хорошо ему. А я уже умирал. Почти. И не хочу еще.

Лед, холодея, слушал диалог двух смертников. Почему смертников? Так все просто: герцог убьет Ила, Лед герцога. На кой Ил согласился на поединок? Дурак!

— Да просто хотел посмотреть на ваши вытянувшиеся лица, когда я, весь такой живой и счастливый, явлюсь смотреть тот фарс, который вы устроили в честь моей смерти. — Подозрительно спокойный принц Александр злорадно усмехнулся. И эта усмешка внезапно преобразила его черты, поразив всех тем, насколько Ил стал похож на заправского злодея.

Повелитель вампиров, стоящий рядом с дочерью, только покачал головой. Он сам видел, как этот парень умер. Умер, и с концами! Не игра это была, не игра…

— Чувство юмора — это хорошо, — одобрительно кивнул Сарграр. — А в бою особенно.

— А ты меня не учи, — огрызнулся принц. — Может, начнем? А то это все попахивает дешевым спектаклем.

— Не учить? А это идея! Пожалуй, перед твоей смертью тебе не повредит Учитель в лице меня.

Дроу со своей компанией протолкался в первые ряды как раз вовремя, чтобы увидеть, как будто бы сошедший с ума черноволосый парень срывается с места в атаку.

Лязг мечей. Шипение.

— Кто? Кто ранен? — испуганно вскидывается Анадель.

— Никто, — вдыхая воздух, ответила Лика. — Кровью не пахнет.

— Зря ты это сказал, Сарграр, зря-а-а… без тебя научили, — вздрагивают все от полного ненависти шипения принца.

Поединщики вновь стоят на прежних местах. Дивная картина: черноволосый взъерошенный юноша семнадцати лет и уже взрослый воин. У обоих мечи.

— М-да… Странно, мне докладывали, что ты совершенно не умеешь обращаться с оружием.

— В детстве это была моя единственная игрушка, — спокойный, как будто и не было вспышки ярости, ответ Ила.

— Вот как? Занятно. Значит, тебя учили, но в детстве?

— С четырех до семи лет.

— Хорошая память.

— В гробу повалялся и вспомнил.

— Снова шутишь.

— По мне, лучше поболтать, чем махаться этой железякой, которой красная цена золотой. — Принц демонстративно помахал в воздухе мечом. При этом чуть не отрубив себе ухо. Он ругнулся и выронил меч, еле успев отставить ногу.

— Не понял, — ошалел Сарграр.

— Не ты один, — с каким-то недоумением глядя то на меч, то на руку, заявил принц. — Жжется! — пожаловался он. Затем окинул всех присутствующих жалобным взглядом: — И вообще, что-то мне нехорошо, — и рухнул на пол.

— Что, очередной спектакль? — возмутился герцог и попытался потыкать в парня мечом.

Тот хихикнул и перевернулся на другой бок, пробормотав:

— Щекотно…

— Что происходит? — запаниковал Сарграр.

— Постойте! — хлопнул себе по лбу дроу. — Это же мой меч! Я специально на него усыпалку повесил, чтобы простые воины не лезли. — Он виновато пожал плечами. — Вообще-то, это заклинание и дракона спать уложит… теоретически. Но точно могу сказать: столько продержаться, не засыпая, ни один человек не мог.

— Ну он же полуэльф, — неуверенно брякнул кто-то.

Все замолчали, с подозрением глядя на Ила.

— Стоп! Как это «красная цена — золотой»? — запоздало возмутился дроу. Подскочил к валяющемуся на полу парню и пихнул в бок.

— Кто буянит? — сквозь сон вопросил тот. — Я же сказал: заказ выполнен, артефакт на столе, в зеленую ткань завернут…

— Заказ? Что? — очнулся Шамир. — Ил! Ты же обещал!

— А? Что? Когда? — подскочил на месте принц.

— Ты обещал, что больше не будешь воровать?

— Ну… да. Но срок обещания вышел!

— Какой срок! — озверели муж и жена, Шэм и Мэй.

Ил нервно хихикнул и спрятался за спиной впавшего в ступор герцога.

— Обыкновенный. Срок обещания.

— Ил! Это недостойно аристократа! Недостойно принца! — вылез откуда-то Риг.

Все остальные с интересом за этим наблюдали, что, кажется, слегка Ила возмутило. Как иначе объяснить следующие действия парня?

— Ах недостойно? Да? Сейчас я вам кое-что расскажу! Вон, видите? Здравствуйте, Владетельница Араника Проницающая! Как поживает диадема королевы дроу, которую я украл по вашему заказу?

Владетельница побледнела.

— Эвариан? Как те подслушивающие устройства? Арек-дар! Подумать только, сколько зим, сколько лет! Это ведь вам были нужны амулеты отслеживания, кои я регулярно замечаю на Леде?

Ледоника перекосило.

— Анадель! Как можно забыть, по чьему заказу мной было украдено самое большое количество приворотных артефактов. Какая встреча, Крайдек! Вам не нужны еще Слезы Вампира? Могу достать. А теперь вы…

Повелитель вампиров сделал шаг вперед и выжидающе поднял бровь.

— О, простите. — Принц шагнул назад, поклонился и вернулся обратно к герцогу. Печально вздохнул, обращаясь к Сарграру: — Не представляете, как было забавно тащить вашим слугам ингредиенты для яда, которым вы сегодня меня напоили.

— Это весьма любопытно, — улыбнулся Сарграр. — Но как раз к этому я не имею никакого отношения.

Принц замер. А затем медленно поднял потемневшие глаза.

— И не вы нанимали мага, чтобы он расшатал камень на верху башни? — Герцог покачал головой. Александр потер виски. — Да, Лед. У нас проблемы. Похоже, все не так ясно, как могло показаться. Я — не я, если все это не имеет свою подоплеку.

— Забавная сцена! Вообще, как я поняла, победить этого ты не можешь, верно, маленький вор? — раздался переливчатый голос, и все, резко обернувшись, застыли. У входа в зал стояла женщина явно божественного происхождения. И подозрительно знакомая шестерым друзьям.

— На себя посмотри, опальная богиня Хаоса, ха! — огрызнулся уже покопавшийся в библиотеке дворца насчет этой богини и ее «убийства» «маленький вор».

— Хамишь! — погрозила пальцем богиня, внезапно оказавшись рядом с Илом.

— Имею право, — успокоился тот внезапно. — Зачем пришла? Ну да, я тебя освободил, хотя, видит небо, я хотел другого.

— Зачем пришла? — эхом откликнулась богиня. Затем ее перекосило: — Я тебе должна! Тебе, маленькому смертному, сумевшему увернуться из лап смерти неведомым образом! Ты! Только ты и мой долг тебе держат меня в этом мире! Я могла бы давно уйти… неважно куда. Рано вам пока об этом знать, — так же резко, как разъярилась, успокоилась богиня.

Ил стряхнул с плеча крошки лепнины. Окинул взглядом полуразрушенный зал и половину оставшихся в сознании гостей.

— И ты сюда пришла разрушить дворец моих родственников?

Божественный смех.

— Отдать долг, парень!.. Отдать долг. Итак, правом, данным мне по рождению, по праву богини Хаоса, объявляю этот поединок оконченным. Итог — ничья. Teur oilsa!

Снаружи раздался гром, в зале стало внезапно темно.

Затем медленно посветлело. Зал оказался целым и невредимым, оба поединщика — безоружными.

— Не понял. Это что — все? — возмутился вор. Да, в этот момент именно вор, а не принц.

— Размечтался! — И ехидный смех долго не смолкал, отражаясь в стенах дворца.

Все молчали.

— Так. Я вам тут все сказать хотел… — Виновник торжества замялся. — Есть хочу. Неделю не жрал, ща кусаться полезу.

Истерический смех скосил Шэма, Мэй, Рига, Лику, Леда и всю Дюжину.

Судьба нервно грызла яблоко. Восьмое по счету. Грызла и думала: «А ну ее к демонам, эту работу! И Пантеон богов тоже! Тут такое заворачивается! Попрошу потом Летописца еще раз пересмотреть».

Летописец только успевал записывать. «Вот демон! Потом от всяких не отобьюсь: «Дай посмотреть, ну дай!».

Во дворце императора наконец-то накормили принца Александра, после чего тот вновь заскучал. А чего вы хотите — дал очередное обещание не воровать с точно указанными сроками…

На архипелаге Линэх, где находилось государство оборотней, нарастало напряжение. Оборотни все чаше смотрели на север, в сторону Мианора, и сплевывали в ту сторону. Властитель несказанно волновался. Недавно к нему прибыла его дочь, сообщившая, что в общем-то Мианору сейчас не до заговоров, только со Степью разобрались…

…А эти самые заговорщики заговаривались. Тьфу! В смысле плели заговор.

Глава 3. А ВОТ И ЛЕТО! ЧТО, НЕ ЖДАЛИ?

«Бывают минуты скорби, минуты покоя и минуты безумия. Минуты, длящиеся вечность, и минуты, пролетающие незаметно. Все они — время, необъятное пространство, вряд ли когда-либо могущее получить точное определение в нашей жизни. В моей жизни. Я ищу в этом смысл? Нисколько: это давно наскучило, и не только мне…».

Я с отвращением посмотрел на яблоко и вернулся к прочтению дневника какого-то доисторического варвара. Делать было нечего. Подозрительно нечего. Несмотря на мою воровскую натуру, обещания я держу. И обещание не воровать хотя бы в этом году меня невообразимо тяготит. А во дворце — никаких развлечений. Свадьба Лики и Леда перенесена на лето, до которого еще дожить надо, вон зима бушует за окном. Все гости разъехались, кроме, разве что, Повелителя вампиров: у того какие-то дела с Эварианом, с нашим новым императором. Даже Анадель смылась. О Дюжине и говорить нечего: та вообще попросилась в отставку. И с чего бы это? Какая разница, император или императрица? Ан нет, видите ли, с Эварианом им будет скучно! Он, мол, никаких сумасбродных авантюр не придумывает…

Лед все еще здесь, хотя письма им с Ликой и Ригу из Академии на тему скорейшего возвращения прибывают ежедневно… К слову, со дня дуэли прошла всего парадней. За эти пару дней яблоки мне успели надоесть. Ах да, вы, должно быть, все удивляетесь: откуда яблоки посреди зимы? Так Мианор не среди пустынь находится, имеет связи с другими, теплыми странами, из которых и привозят вот такие вот продукты. Тот же эльфийский лес, к примеру! Там вечное лето. Хотя, знаете ли, что-то везде у этих нелюдей вечное лето, аж завидно становится. Вон на архипелаге Линэх, где обиталище оборотней, то же самое. И у дроу. Несправедливо!

Забывшись, я с новым остервенением вгрызся в яблоко. Так, что там дальше? За неимением других дел, я принялся за дворцовую библиотеку. И начал, что понятно, со всякой дури. Все остальное от меня предусмотрительно заперли, и ладно бы под замок, так нет, к дверям остальных помещений поставили стражу. Ррр! Загрррызу! Так, успокоиться… Вдох-выдох…

Ох, что-то я в последнее время стал часто выходить из себя. Вчера вот набросился на слугу, назвавшего меня «ваше высочество», и вывесил из окна, взяв обещание (не мне же одному их давать), что он и вся прислуга будут звать меня не иначе как просто «Ил». Естественно, не при всяких там высокородных господах. А то знаю я их, господ этих… Подлые Мэй и Шамир, выбившие из меня обещание не воровать, смылись кто куда: Мэй взялась сопровождать Анадель до Каролы, Шамир вырвался уладить какие-то хозяйственные проблемы в своем владении.

Чем занималась троица учеников Академии, незабываемые Лед, Риг и Лика? Готовились к экзаменам. При этом они усиленно практиковались в магии, так что успешно повеселились, разнеся в пух и прах отведенное как раз для этого крыло дворца. Так что я был один. Ну почти один.

— Ваше высочество! Наконец-то мы вас нашли! — Дверь библиотеки распахнулась, и в читальный зал ворвалась стайка взбудораженных фрейлин.

Девчушка, что произнесла вступительную фразу, открыла было рот для продолжения, да так и застыла. Еще бы! В зале меня не оказалось; несмотря на внушительные размеры, помещение великолепно просматривалось.

— А где же… — Заставшие меня здесь в прошлый раз, они растерялись.

Переглянулись, растерянно пожали плечами (я аж прослезился) и поспешили уйти, пока кто-нибудь из придворных не заподозрил их в тяге к чтению. Как только за ними закрылась дверь, я хихикнул и слез с потолка. Богатая лепнина позволяла спокойно цепляться и довольно долго удерживаться наверху.

Еще раз подивился глупости фрейлин — открытая книга с еще не улегшимися страницами лежала на ближайшем к входу столе. Потянулся было к дневнику…

…Ах ты! Уйти влево, выбросить правую руку с ножом назад, прыгнуть через стол, резко развернуться…

— Похвально, — улыбнулся одними губами Повелитель вампиров, провожая взглядом опускающуюся прядь своих волос, отсеченных мной. — Даже очень. Но я пришел не затем, чтобы проверить, так ли вы плохо обращаетесь с оружием, как говорят все. — Он помолчал. Я равнодушно смотрел на него, продолжая держать нож в руке. — Думаю, нам надо поговорить.

Лед был рад. Очень рад. Его план успешно начал сбываться, а он уж и не надеялся ни на что. И вообще, поначалу все шло просто замечательно: ему удалось вызвать во дворец брата, отпроситься из Академии, да не одному, устроить бал. А потом все пошло наперекосяк: вызов на поединок Ила, смерть Ила… его воскрешение и сам поединок. Но теперь-то все уладилось! Жизнь — само великолепие, теперь все, что нужно, — это подольше не возвращаться в Академию!

А теперь все-таки стоит начать воплощать то, ради чего он все это устроил. Стыдно, конечно, — такое грандиозное построение, и только для того, чтобы…

Направляясь к Илу в комнату, так как не нашел его в библиотеке, Лед невольно притормозил. В комнате его брат был не один, и это смущало: общаться новому принцу в опустевшем замке было не с кем, и это служило главной пружиной затеянной авантюры.

Кто сказал, в конце концов, что развлекаться можно, только воруя? Итак, заслышав голоса, принц остановился за пару шагов от двери.

— …это твое окончательное решение?

— Я держу слово, Повелитель.

Лед вздрогнул, и не потому, что в комнате был отец Лики, а из-за незнакомых интонаций в голосе брата. Равнодушных, пустых.

— Да я тебе же не воровать предлагаю, а поступить в одну из моих спецслужб! Сам посуди: здесь тебе делать нечего, как принц ты жить не привык…

— Нет.

— Упрямец… Что ж, мне остается только попросить не разглашать того, что я у тебя заказывал.

— Я держу слово.

— Ну-ну… До встречи, ваше высочество! — Вампир покинул комнату Ила, но не через дверь. По крайней мере, Лед с ним не столкнулся.

За дверью повисла тишина. Не выдержав, Лед зашел внутрь.

— Радуйся, братец, — криво усмехнулся Ил. — Только что я отказался от своей мечты.

Лед хмуро посмотрел на брата:

— Вот как? Почему? Разве тебе здесь не скучно?

— Ха! Ну ты даешь, братец! Разве может быть скучно в месте, где за тобой толпами носятся ненормальные девицы, друзья разрушают дворец, Повелители предлагают работу, а за окном стайками летают птички-наблюдатели? — хмыкнул Ил, оживившись.

— Так тебе не скучно! — чуть ли не с досадой воскликнул Ледоник — похоже, план начинал рушиться.

— Еще как скучно, — скис вор. — Тебе, может, и непонятно, но меня тошнит от всего этого.

— Тогда самое время поразвлечься.

— Эй, я не стану нарушать данное слово!

— А кто тебе сказал, что развлекаться можно, только воруя? — хитро прищурился блондин.

Три дня спустя.

— Ай-ай-ай, Ледоник, и как тебе не стыдно? — укоризненно вопросил Эвариан младшего брата.

На этот раз с блондином решил разобраться именно он, так как отметил, что Совет Владетелей как-то не очень влияет на принца.

— А это не мне не стыдно! — нахально ответил Лед, с чувством удовлетворения оглядывая из окна кабинета императора дворцовый двор, весь изрытый и усыпанный отдыхающими в обнимку с лопатами придворными.

— Хорошо. И как же не тебе не стыдно? — сменил тактику не менее хитрый Эвариан.

— Не знаю, — пожал плечами блондин. — Это же не мне не стыдно. — Половина придворных внизу оживилась и бросилась на еще целые плиты двора.

— А кому? — растерялся старший брат.

— А вот ему! — И Лед нахально ткнул в сторону меня, усиленно пытающегося слиться с окружающей обстановкой.

От подобной наглости я потерял дар речи, на что, видно, и рассчитывал этот предатель.

— Да? — Император резко повернулся и с любопытством уставился на меня. — И зачем же тебе, Александр, понадобилось распускать среди придворных слух о магическом кладе, дающем бессмертие и зарытом под плитами дворца?

Я попытался сделать невинную мину (Лед показал большой палец) и выхватил из-за спины книгу, одну из тех, к которым меня допустили.

— Вот! — счастливо заулыбался я. — В этой книге все написано, никакой это не слух. И я не распускал его! Я просто обсуждал книгу с Ледом…

Эвариан скрипнул зубами:

— Хорошо. Но зачем, спрашивается, было находить этот демонов клад и всучивать его только что вызванному призраку Ерэграла, нашего «любимого» отца?!

Мы с Ледом виновато переглянулись. Переборщили… Вот вчера нормально было: всего лишь сорвали заседание Совета Владетелей, выпустив из вольера химеру. А позавчера вообще смехота! Устроили фрейлинам забег по всему дворцу. Им все казалось, что я — вот он, за углом…

А за углом оказывалось либо ведро ледяной воды, либо сам император, неизменно сшибаемый и затаптываемый…

— Нам просто стало скучно! — хором пояснили мы с Ледом.

Ерэграл высунулся из стены и злорадно захохотал, строя Эвариану рожки.

— Скучно, значит! — зарычал император. Затем покосился зачем-то на стол, на котором я тут же приметил какое-то письмо. — Значит, скучно…

Тут на его лице появилась усмешка:

— Думаю, я знаю, что делать, дабы развеять вашу скуку. Значит, так, Ледоник! Ты немедленно отправляешься собирать свои вещи, чтобы вернуться в Академию… Стой, Александр! Куда собрался? — Он подождал, когда за впавшим в прострацию братом закрылась дверь. — А ты… вот, прочти.

В руки ко мне попало то самое письмо.

«Новому императору Мианора, Эвариану. Приветствую Вас, Император… …Властитель архипелага Линэх, Дароэнг Риош'эр».

— Это твое первое задание. Сегодня же соберешь вещи и отправишься на архипелаг порталом. Думаю, тебе не стоит пока никому сообщать, куда ты направляешься. Да, не забудь: представишься ты как посол империи. Не вздумай сообщить, что принц! Не думал же ты, что, будучи принцем, будешь прохлаждаться?

— Командир! — Финра требовательно смотрела в глаза Рейна.

— Что-то хотела? — пьяно улыбнулся дроу.

— Командир, зачем вы нас распустили? Мы могли бы продолжать работать вместе. Мало ли работодателей? Командир! — Она встряхнула закатившего глаза Рейна. — Демон! Темные же не пьянеют!

— Это если… ик!.. если в трактире нет гномьего самопляса, — доверительно сообщил дроу.

Сидели они все в том же знаменитом своей историей трактире, «Посохе некроманта». В нем в разное время побывали принцы (2 шт.), Повелитель Степи (1 шт.), вампирская принцесса (1 шт.).

— Командир, вы не можете быть такой размазней! — скрипнула зубами нимфа. — Вы же не хотите, чтобы я вас таким на всю жизнь запомнила? — Она хитро прищурила глаза, пробуя последний способ: женские чары.

— Красавица! — расплылся в улыбке дроу, не открывая глаз.

Нимфа смертельно побледнела. Резко встала, опрокинув стул, и вышла из трактира. На улице возле лошадей ее ждали остальные.

— Как хотите, ребята, я уезжаю. Сил моих больше нет! — вскочила на лошадь Финра.

— Может, дать ему еще один шанс? — сказал Анир, священник.

— Мы не можем ждать, — нахмурились Рок и Кор, некроманты-близнецы. — Контракт с империей расторгнут, мы рискуем каждой минутой, проведенной на ее территории. В Мианоре таких, как мы, не любят.

— Да мы за вас!.. — вскинулся Тарк, гном.

— Успокойся! — фыркнул Рок. — Уж что-что, а отбиться мы сможем.

— Но это повлечет за собой еще большие проблемы, — понимающе кивнул друид Кер.

— Значит, расстаемся? — меланхолично вопросил Хон.

— А хочешь, я с тобой? — хмыкнула Камилла.

Оборотень улыбнулся ведьме.

Одиннадцать воинов… нет, просто наемников, помолчали.

— В путь… — эхом прозвучало на опустевшей после заката улице.

Как только за Финрой захлопнулась дверь, дроу резко выпрямился. Фух, отделался! Да, дроу пьянеют от гномьего самопляса, но он его как раз таки не пил! Подозвав трактирщика, Рейн заплатил за ужин, выждал немного, дабы его бывшие подчиненные успели уйти, и, подхватив свой двуручник, а также и саблю, замаскированную под меч и совсем недавно использованную Илом в поединке.

Ему отнюдь не нужны были попутчики туда, куда он направлялся.

Домой.

Проклятье! Вик с досадой ударил кулаком по крыше. А все так хорошо складывалось! Он, вампир, наконец-то был принят среди других, не его сородичей. Впрочем, вампиры как раз и не жаловали его. Наоборот, изгнали… И что теперь? Пожалуй, он единственный из бывшей Дюжины, кто решил задержаться в Импералеаде, и дроу… как Рейн так мог? Почему? Неужели он действительно таков, а не тот, кем они его считали за время службы?

Дверь хлопнула, и из трактира быстрым и уверенным шагом вышел тот, о ком думал вампир.

— Та-а-ак… — протянул Вик. Дроу оседлал лошадь и выехал со двора. Лицо его выражало мрачную решимость. — Становится все интереснее и интереснее!

Вампир хитро прищурился и растворился в темноте.

— Ил! — окликнул, уезжая, Лед.

— Да? Только не спрашивай, куда я еду.

— Я не о том. Помнишь, ты говорил, что видишь нити заклинаний?

— Ага.

— Так вот, как же ты не увидел усыпалку на мече дроу?

— Хо-хо! С чего ты взял, что я не видел?

— Может, объясните, что это значит?

Молчание. Женщина нервно кутается в плащ, идя по заснеженному саду. Мужчина не смотрит на нее, ему и так все понятно.

— Даже не можете понять, жив человек или мертв?

— Да мертв он был, мертв! — сорвалась на крик женщина. — Мы проверяли! И все поверили, даже Ледоник, даю голову на отсечение!

— Голову… ну-ну.

Женщина внезапно выпрямляется.

— Я готова потерпеть любое наказание. И я точно знаю, что он умирал. Но с другой стороны, может, ему помогла та сумасшедшая богиня?

— Сумасшедшая?

— А как ей можно остаться нормальной, помогая смертному, особенно такому?

— Ну не такой он уж и смертный, как оказалось.

— Вы не сердитесь? — Надежды нет, только равнодушие.

— Сержусь. И поэтому именно вы направитесь на недавно освободившийся пост.

— Но… но… там же столько наших полегло! Я же…

— Сыграйте с кем-нибудь в шахматы, может, поможет.

Серебристая вспышка, и женщина остается одна посреди зимнего сада. Задумчиво поднимает голову, смотрит на опостылевший императорский дворец.

— Наконец-то я перестану видеть твою ехидную рожу, ваше высочество! — шипит она.

Портал последний раз мигнул за моей спиной и погас. Я поднял голову и наткнулся взглядом на синее-синее, как будто и не было зимы, небо. Вдохнул теплый воздух.

Лето! Йе-хоу-у-у! Это же лето! Какое счастье! Нет, отправляясь, я помнил, что здесь лето, но помнить и ощутить — разные вещи.

В избытке чувств я сплясал круг по поляне, на которой очутился. Случайно наткнулся на просвет между кустов, огораживающих ее. И задохнулся от восторга: я стоял на высоком холме, на самой высокой точке островка, а вокруг плескался… океан! Нет, не думайте, что я ни разу не видел моря, видел, как-никак Мианор имеет выход к морям, а те, в свою очередь, к океану…

И этот запах соли! Такой родной, такой… и вечный ветер, блуждающий над мощными просторами. Уже люблю это место. Ради этого стоило три дня бешено метаться по дворцу! О! Хорошо, что меня сразу не отправили на главный остров…

— А-а-а-а! — радостно завопил я во все горло.

— Кх-кхм, — раздалось позади вежливое покашливание. Я подскочил на месте и резко развернулся. Ага, вот и мой сопровожда…ющая. Нет! Ну кто просил Дароэнга Риош'эра присылать мне в проводницы девчонку?

— Вы посол Мианорской империи? — подозрительно осведомилось это полуголое нечто. Хм, здесь жарко, но не до такой же степени.

— Да, я. А вы — мой проводник до Веерина? — не менее подозрительно уточнил я.

— Да, я, — с той же интонацией ответила она.

Оборотница, как и все здесь. Наверняка здесь есть и люди, даже полукровки, но все они считаются жителями Линэха, так что хорошего отношения ко мне ожидать не приходится… Стоп! Что я нюни распустил? Это когда ко мне было хорошее отношение? Бред! Я — вор… Был вором. Теперь — посол. Это даже лучше. Чем?

О, вы просто не представляете, насколько выгодно мое положение… для меня. И о чем думал мой старший брат, когда посылал к бедным оборотням меня?

— Вы? — скептически поднял бровь я. — Тогда почему мы все еще стоим?

Девушку передернуло, она пронзила меня взглядом своих (бррр!) глаз и, резко развернувшись, помчалась вниз с бешеной скоростью. Не понял? Она что, думает, что я попытаюсь ее догнать и либо отстану, либо споткнусь, мило покатившись вниз? Ха! Не на того напала!

Когда она спустилась вниз, я ее уже ждал. Она еле сдержалась, дабы меня не прибить от избытка чувств. Я же грыз яблоко.

— Куда дальше? — миролюбиво осведомился я.

— За мной, — сухо выдала оборотница.

Это хорошо, что пока мы не познакомились. А то что-то я себе еще имя не придумал. Ну пусть будет Таилэн. Чтоб, если что, можно было Илом называться.

Насвистывая, я поплелся по дороге за уже никуда не спешащей проводницей.

— И сколько нам еще идти?

— Неделю.

Я просто счастлив… Но лето этого стоит!

Лед окинул взглядом Академию. Цела… Ну это ненадолго. Риг уныло созерцал приближающихся явно разозленных преподавателей. Лике было все равно. Ей даже не было холодно. Вот что значит быть вампиром!

— Явились! — процедил теоретик. — Ну-ну. Думаю, вы с таким же успехом можете с нами распрощаться.

— Что? — хором вскинулась троица учеников.

— Только не делайте вид, что не знаете! Вот уже день, как начались зимние каникулы! — поправила очки Гирена, преподаватель прорицания.

— Так что до встречи! — И маги величаво удалились.

— Лед? Лед, мне это снится? — раздался слегка охрипший голос Рига.

— Нет! — хором ответили Лед и Лика.

— Что будем делать?

Лед задумался. Его все не покидало чувство, что нужно найти Ила, притом немедленно.

— Думаю, нам надо посетить Шамира и Мэй, а уж потом решать. Тут, видите ли, такое дело — Ил-то отнюдь не своей смертью умер. В смысле, камень-то магией расшатали! А такое положение дел мне ой как не нравится. И надо выбить из Эва, куда он отправил Ила.

Согласились все. Еще бы, отчего и не вспомнить времена, когда они диким вихрем пронеслись по Мианору?

Нет, определенно этот мир против меня! Но я-то не против!

Я смотрел на окружающих нас полукровок и на настороженную проводницу, давно вытащившую меч, но продолжавшую вести переговоры:

— Вы не можете его убить! Это посол Мианора! — а сама так неприметно занимает лучшую позицию. Какая, в бездну, позиция? Их — десяток, она одна. — Вы идете против самого Властителя!

— Не идем мы ни против кого. Эта тварь, — он ткнул в меня, — убивает наших детей, принося в жертву своим богам. Мианор давно перестал быть нашим союзником, просто Властитель не хочет в это поверить.

— Этот парень не мог никого принести в жертву, поскольку был все время со мной! — огрызнулась она, и во взгляде мелькнуло что-то звериное. М-да, эти, между прочим, тоже не лыком шиты — вон неполную трансформацию начали. — Вы нарушаете все законы!

Полукровки даже не пикнули, нападая. Меня в расчет не брали, кинувшись всем скопом на девушку. Я некоторое время наблюдал, как она блестяще отбивается от атаки, пожал плечами и отступил в лес. Видеть, как отчаянно сверкнула глазами в мою сторону проводница, я не мог…

Прошел я немного, дошел до какой-то полянки и предвкушающе потер руки: тут было все, что мне нужно. Возвратился я минут через пятнадцать, драка все еще продолжалась, двое полукровок валялись на траве, девушка даже не ранена. Хм, это ненадолго. Еще с минуту я наблюдал, затем пожал плечами, подпалил собранный пучок трав и кинул в толпу.

Не думал, что знания, данные мне папашей, пригодятся. Полукровок скосило напрочь. Впрочем, как и мою проводницу. Все они выли и пытались заткнуть нос (я постарался заранее, и мне ничего не грозило). Подкатившись к полубессознательной девушке, я взвалил ее на плечо и вытащил из наполненной дымом полянки. Жаль, одна из трав, мной используемых, была у меня с собой в единственном экземпляре!

Когда мы отошли подальше, она очнулась. С интересом глянула на меня. Я смутился и поспешно положил ее на траву. Проводница потрясла головой… Да, я неаккуратен, свалил вверх ногами.

— Спасибо. Я у тебя в долгу. — Ой, мне одной богини пока хватает. — Как тебя звать-то, посол-травник?

— Я не травник. Таилэн я. Но лучше просто Ил.

— Очень приятно. — Она улыбнулась. — А я — Циала. Так я у тебя в долгу…

— Оставь, — фыркнул я. — Я спасал свою шкуру, кто бы меня проводил до столицы? Уж точно не те полукровки.

Лицо у Циалы вытянулось. А что ты думала? Я не благородный сэр рыцарь.

Ага, я благородный сэр демон.

Летописец в очередной раз попытался сосредоточиться на записях. В конце-то концов, не сошелся же на этом воришке свет клином? Нет! Ой! Нет, только посмотрите: что творит, что творит!

Судьба спала. Слишком много сил было потрачено на то, чтобы устроить этому мальчишке кучу проблем. Вот только нельзя ей было спать. Нельзя.

Рейн неспешным шагом направлялся в сторону Заарркиарелла, долины дроу. На то, что на его пути встанут гномьи горы, он плевать хотел.

…А за ним веселой толпой, с шутками и прибаутками, следовали его придурочные бывшие подчиненные.

В замок Шамира Радонежского ввалилась знакомая компания, обрадовавшая его хозяина до колик.

Мэйрона сопроводила наконец Анадель (по порталу проще простого) и отправилась домой, к мужу.

На архипелаге Линэх появилась новая проблема. Эта проблема очень быстро приближалась к столице. Похоже, она достигнет ее явно быстрее недели.

К самому Властителю прибыла его любимая сестра — любвеобильная особа, которой обязательно надо кого-нибудь в себя влюбить. Или влюбиться.

В своей Степи весьма встревожился ее Хозяин. Вот уже полгода, как он чувствовал, что в мире появилась еще одна сила. Враждебная. И сейчас она приступила к активным действиям.

Зима летела в тартарары, и это явно не нравилось остальным богам. Тем более что не заметить помощь богини Хаоса они не смогли.

Как же им не вмешаться? Ведь искушение слишком велико.

Глава 4. ПЕРВЫЕ ШАГИ.

— Таилэн, вставай! Таилэн! — Голос, вроде бы женский, упорно выводил одну и ту же фразу: — Таилэн, нам надо спешить!

Я упрямо игнорировал голос. Было хорошо. Так, как будто бы я нахожусь среди лета на траве, на полянке. Вокруг птички поют, цветочки…

Шшшха!

Я подскочил на месте и в ужасе уставился на довольное лицо какой-то девушки, с короткими темными волосами и поразительно малым количеством одежды. Упс… Где это я? И что вчера было? Такое ощущение, будто бы я пересек Мианор пешком за один день. И какого демона (ладно, продолжу так ругаться) эта бешеная вылила на меня котел с водой? Бррр! Мне же холодно!

Я встряхнул мокрыми волосами. Попытался прислушаться к тому, что она говорила.

— Великолепно! Наконец-то очнулся! Что, не привык рано вставать?

Ох, это же эта, как ее… проводница моя, во! Странно, вроде раньше на память не жаловался.

— Слушай, Циала…

— Надо же, вспомнил!

— А? Слушай, давай по порядку: мы с тобой встретились на холме, спустились, прошли немного, наткнулись на чересчур активных жителей, смылись, и?..

— Ха! — Оборотница ехидно заухмылялась. — Далее ты поинтересовался, много ли таких «доброжелателей», и, узнав, что практически все местные жители, предложил увеличить темп. Право, не знала, что люди могут так быстро бегать.

— А я не человек, а полуэльф! — нагло соврал я.

— Потом вечером ты завалился спать, — не слушая меня, продолжала Циала. — А сейчас еле добудилась. И ладно бы просто не могла разбудить, так нет, ты постоянно меня с кем-то путал! — Глаза ее, обычно карие, сверкнули желтым.

— Не может быть, — скосил я под дурачка.

— Слушай, а ты что, так близок с принцем Ледоником, что называешь его Ледом? — поинтересовалась она.

— Когда это я при тебе…

— Да пока спал! Только я начала тебя будить, как ты вдруг завопишь: «Лед, на помощь! Фрейлины наседают!» А потом: «Сгинь, подлый некромант!», «Демоны, бей некромантов!», «Открывай, пока химера не проснулась!»… И что это значит?

— О! — Я многозначительно поднял бровь. — Сие — великая тайна!

Циала фыркнула. А я вспомнил, как немного перенервничал, представив, как местное население с гиканьем и воплями гоняет меня по островку, и взял довольно быстрый темп… побежал, в общем. В любом случае для оборотницы не составило труда бежать со мной наравне.

— Идем дальше? Или ты устала, пока меня будила? — Я насмешливо смерил ее взглядом.

Циала только фыркнула и, встряхнув головой, направилась прочь. Эй, а я? Кто будет ждать меня?

— А почему завтрак не приготовила? — догнав ее, нагло поинтересовался я.

— Отравы не было с собой, — мило показала клыки оборотень.

Ого… Будет весело!

В полдень мы остановились на привал. И естественно, готовить пришлось мне. Быстро слопав похлебку, я выжидающе уставился на Циалу. Девушка подняла бровь. Я тоже. Оборотница нахмурилась, я поднял вторую бровь. Циала улеглась на плащ (единственная, по моему мнению, приличная ее одежда), закинув руки за голову, и уставилась в небо. Я начал насвистывать песенку. Эта клыкастая закинула ногу на ногу. Я тяжело вздохнул — оборотень зевнула. Я выдернул травинку и стал с увлечением ее жевать. Циала повернулась ко мне спиной и демонстративно засопела.

Ясно. Идти мыть посуду придется мне. У-у-у! Изуверка! Я подобрал котелок, нож и пару вилок, предусмотрительно прихваченных мной из дворца, и отправился к ручью. Уже почти скрывшись за деревьями, резко обернулся и подмигнул поднявшейся проводнице. Лицо у нее было презабавное.

Эх! Терпеть не могу мыть посуду. Еще в бытность свою учеником некроманта возненавидел. Особенно когда приходилось ее отмывать от последствий всяких экспериментов. Однако в незавидную ситуацию попал я! Целая страна желающих покромсать меня на кусочки оборотней и других, не менее агрессивных типов, явно не способствует жизнерадостной прогулке в эту самую столицу оборотневского государства. Нет, о чем и вправду думал Эвариан? Верно, хотел избавиться от меня. А ведь еще мне придется убеждать Властителя Дароэнга Риош'эра в том, что Мианор как раз тут ни при чем. Однако как любопытно… жертвоприношения, значит. И уверен, это еще не все. Что же это мне напоминает?

Я вопросительно уставился на свое отражение в воде. Оттуда на меня глянул зеленоглазый взлохмаченный парень, с непривычно задумчивым выражением на лице, уже покрытом легким загаром. Подобная самокритика мне не понравилась, и я резко вскинул голову…

— Вот он! Держи некроманта!

Так вот что мне напомнили жертвоприношения!

Из-за кустов на другом берегу выскочил давешний десяток полукровок, и я было решил, что они не поняли урока, когда следом за ними вывалился пяток чистокровных. Не спрашивайте, как я догадался.

Первым полетел котелок. Со звонким «бамм!» он нашел свое место на голове одного из полукровок.

— Р-р-раз! — весело воскликнул я. Так! Очередь за вилкой. Ой, жалко, где я еще такие возьму, серебряные! Звякнув, вилка пришпилила штаны второго полукровки к дереву. — Два! — воодушевился я, глядя, как он, лишившись такой важной части своей одежды, резво уходит в кусты. — Три! — Вот теперь точно есть нечем будет. Ну нет, ножик я им не отдам! — Четыре! — стукнул в висок рукоятью внезапно оказавшегося рядом клыкастого.

Так! Пора делать ноги! На поляну меня вынесло быстро. Эта демонова проводница с видимым удовольствием ела яблоко. Ну не сволочь ли?

— Бежим! — завопил я во все горло, проносясь мимо и хватая ее за руку.

— Куда? А мой плащ? — возмутилась она, а я плюнул на неразумную и побежал сам. Девица наклонилась к плащу, и в этот миг на поляну вывалились преследователи. — Тьфу ты! — взвыла она и, бросив плащ, последовала моему заразительному примеру.

— Мальчишка! Да что он о себе возомнил! — шипела Циала, спеша за сверкающим пятками послом. — Что он себе позволяет! Хоть бы меня подождал!

Внезапно Таилэн резко затормозил и повернул влево. Циала машинально повторила. Бегущие следом, как-никак оборотни, успели остановиться, дабы не врезаться в толстое, но трухлявое дерево. Они-то затормозили. А вот бегущие следом за ними, не видя, в чем дело, — нет. Всех оставшихся одиннадцать преследователей дружно впечатало в ствол. Обернувшаяся в это мгновение проводница узрела, как половину из преследователей, вместе с деревом, опрокинуло в показавшиеся воды речки.

— Речка — это хорошо, — пробормотала Циала.

Нара впадала в море, где их ждал корабль, который она еле нашла для доставки к следующему острову — Кернигу. И сейчас они как раз бежали по течению реки, туда, куда им нужно.

— Ну этот парень и везуч… — восхищенно выдала оборотень. Ей было о чем подумать. А на бегу это особенно удобно.

Сзади раздался грохот. Бегущий впереди Таилэн, обернувшись, резко остановился и застыл.

— Что еще? — разозлилась Циала, остановившись рядом.

Парень ткнул пальцем назад. Она обернулась… К ним приближались семеро из первых преследователей. А за ними, выныривая из кустов и потрясая вилами да топорами, отовсюду выбегали местные жители.

— Демоны… — прошептала бедная проводница. — Это что ж такое случиться могло, если… — Голос ее пропал.

— Hael! El inwe… nekro… — дернул уголком рта посол.

— Что-что?

Парень молча схватил ее за руку и потащил за собой.

— Эй, куда ты меня тащишь?

— Куда подальше, дурочка!

— Что за язык-то? Демонский подозрительно напоминает. Эй! Эй-эй-эй! Тут река!

Но черноволосый, не слушая ее, прыгнул прямо в воду, потащив за собой и Циалу…

Тишина… какая блаженная тишина…

— Лед, может, вернешь им голос, а? А то их жесты чересчур подозрительны, — попросил Шамир, восседая во главе обеденного стола.

— Пусть помолчат, — отмахнулся Ледоник.

Он думал. И это было для него сейчас куда главнее. Однако остальных — Рига, Лику и Мэй — подобное состояние явно не радовало. Пострадавшие от магии блондина стали медленно подниматься, поняв, что на оскорбительные жесты принц реагировать не собирается.

— Лед, они переходят к активным действиям! — занервничал Шамир.

— Хорошо. — Со вздохом парень взмахнул рукой.

Растерявшись, друзья опробовали голос, переглянулись и сели.

— Лед, что случилось-то?

— Да вот тут такое дело… — Парень откинулся на спинку стула. Окинул всех внимательным зеленым взглядом. — Проблемы тут намечаются. И большие… — Он закусил губу.

В замке Шамира они были только один день. Но за это время Лед успел многое передумать.

— Во всей кутерьме во дворце виноваты некроманты. Это я вам как некромант говорю. До того, пока Ил не навел меня на мысль, я даже и не додумался проверить. Так вот, такое дело: я знаю, некромантов повсюду полно, а уж врагов конкретно Ила… И все же, как вы думаете, где находятся те, кто желает ему смерти больше всего?

— Степь? — хором потрясенно выдали друзья.

— Она самая. По крайней мере, нужно начать оттуда.

— Считаешь, Эрик нарушил мирный договор?

— Все возможно. Может, он сам все это провернул, а может, кто-то его заставил.

— Но…

— Решено. Отправляемся в Степь!

— А как же…

— Ну пообедаем и отправимся.

— Стой, кто идет?!

— Я, — спокойно ответил Рейн, притормаживая.

Наконец-то он добрался до заставы гномов! Правда, ему пришлось потратиться на телепорт. Зато быстро и просто! Вот только телепортироваться дальше границы не мог — денег за это потребовали.

— Кто «я»?

— Я, — так же спокойно ответил дроу.

— А «я» — это кто? — не был лишен чувства юмора пограничник.

— Я, — как само собой разумеещееся, повторил дроу.

«Бред!» — подумал гном.

— Имя. Твое. Полное, — начал перечислять он.

Дроу задумался. И открыл было рот, когда…

— Смотрите, дракон! — раздался чей-то вопль.

Все на заставе резко вскинули голову и уставились на приближающуюся крылатую громаду. Дракон опустился на каменную площадку, сбивая все ветром от взмаха крыльев. Миг — и вместо крылатой ящерицы на земле спокойно стоит черноволосый юноша, с виду двадцати лет. Вот только зрачки вертикальные. Через пару мгновений дракон оказался рядом с дроу и пограничником.

— Здравствуй, Гиэл, — зло прищурил он глаз, глядя на гнома. — Знай, только из-за нашей дружбы я пришел сначала к тебе, а не к вашему королю.

— Хиерад? Что случилось?

— Ты еще спрашиваешь? А кто продал Мианору секрет проникновения в наши копи? Уж не вы ли? — От интонаций голоса Хиерада становилось страшно. Просто страшно.

— Мы? Да ты… да как! Да чтобы мы, гномы, самолично продали такое? В чужие руки? Ну нет, Мианор в таком случае бы до конца времен не расплатился!

Дракон долго смотрел гному в глаза.

— Не врешь, — с облегчением признал он. — Но может, ты просто не в курсе?

— Да что я, свой народ не знаю?

— Да уж, — фыркнул дракон. — Таких скряг ни в одном из миров не сыщешь! Слушай, тогда ты, может, знаешь, кто бы это мог быть? Мало ли, кому-то по дружбе тайну рассказали.

— Есть один паренек… — задумался гном. — Шустрый он больно, и без наших подсказок справился бы. Да и не сдадим его, в вечном долгу перед ним. — Гном помрачнел. — Но если это он… эх, Ил!

— Ни при чем он здесь! — авторитетно влез дроу в разговор.

Гном и дракон в недоумении на него уставились.

— Когда кража была?

— Не было кражи. Только проникновение, просто мы вовремя заметили. Было это с недельку назад.

— Ха! Ну во-первых, неделю назад ему было не до того! — развеселился Рейн, вспоминая недавнюю заварушку. — А во-вторых, одним проникновением вы бы с ним не отделались.

— Да чтобы какой-то человек…

— Не человек он, дракон. Тьмой клянусь, не человек! — внезапно нахмурился Рейн. — И демон его поймет кто. И Мианор здесь не приплетайте. У него в последнее время такие проблемы начались… Слыхали, — он хитро прищурился, — младший принц умер?

— Ледоник умер? — потрясенно подняли брови присутствующие.

— Его брат-близнец.

— Откуда у него брат?! — хором.

— О! Это долгая история. Не собираетесь же вы слушать ее здесь. — Дроу обвел площадку рукой.

— Пройдемте ко мне! — спохватился гном, приглашая жестом. — Эй, Зир, присмотри за дорогой!

Второй гном согласно кивнул, а Рейн, Хиерад и Гиэл направились внутрь низенького каменного здания, уходящего в скалы.

Зир остался один. Солнце стояло в зените и нещадно припекало. Вдруг в стороне раздался еле слышный шорох. Гном подскочил, резко обернулся и, приготовив арбалет, стал встревоженно вглядываться в придорожные кусты…

Вик замахал рукой Финре, дабы она перестала привлекать внимание гнома. Тот продолжал пялиться в кусты. А сзади него, крадучись, прошмыгнули одиннадцать воинов…

Икар, не удержавшись, обернулся и метнул в спину гнома камешек.

— Тревога!

— Икар! — разом выдали воины, хватая вора и поспешно скрываясь от чужих глаз…

Прямо на середине своего увлекательного рассказа о новом принце Мианорском дроу внезапно нахмурился и замолчал.

— Тревога!! — продолжал греметь могучий голос гнома. — Кто-то проник в Краммиаррит, не заплатив за проход!

Дракон и гном уставились на дроу.

— Так с меня и не спрашивали… — растерянно развел руками Рейн.

— А ты вообще кто такой? — проявил наконец подозрительность Гиэл.

Рейн замялся.

— А я придумал! — оживился дракон. — Пусть этот дроу сопроводит меня к своей королеве. А за это гномы не спросят с него ни имени, ни пошлины. — Хиерад прищурился, глядя на эльфа. — Что скажешь, темный?

Дроу закаменел.

— Хорошо. Но зачем?

— Может, ей что-нибудь известно об этом проникновении, раз гномы тут ни при чем.

— Лови лазутчиков! — завопил неизвестный гном, промчавшись мимо по коридору.

Я вышел на берег и обернулся, дабы понять, пересекут ли оборотни реку за нами. Преследователи растерянно мялись на том берегу. Наконец один из них стал спускаться по небольшому обрыву к воде.

— А-а-а-а! — завопил он через мгновение, во всю мощь своих рук и ног уносясь от приветливо распахнувшейся пасти, вынырнувшей из воды. Пасть была размером с два таких оборотня, как тот, смелый. Я слегка окосел.

— Это Диердлэкхт, оборотень-экспериментатор. Экспериментировал он, экспериментировал, вот и доэкспериментировался. Нам повезло, что мы так быстро пересекли реку, — отряхиваясь от воды, заметила Циала.

Я глянул на нее:

— Кошка?

Оборотень кивнула.

О да, а теперь стоит пояснить, кто же такие эти оборотни. В принципе своем это обычные люди, разве что имеющие вторую ипостась, а иногда даже несколько ипостасей. Эти ипостаси и даруют им некоторую силу в человеческом обличье (особенно при частичной трансформации), способности и так далее. Но еще, что интереснее, у каждого оборотня своя собственная ипостась. Нет, они могут совпасть: например, у одного волк и у другого тоже. Но один, например, больше, а другой занятной расцветки. Чем обуславливается вторая ипостась, пока никто так и не понял. Откуда взялись оборотни — тоже. Но разве кто-нибудь знает, откуда пришли эльфы? А сами люди? Гномы? Да мало ли рас на свете. Новее ученые сходятся в том, что оборотни — измененные в незапамятные времена невесть кем люди. И именно поэтому в их рядах так много экспериментаторов, зачастую оканчивающих свою жизнь вот так, как этот… Диерд… Эх!..

— Ну зато мы оторвались от погони! — радостно заметил я.

В этот момент сзади послышался подозрительный хруст.

Мы с Циалой медленно оглянулись. Оказывается, на этом берегу тоже присутствовали местные жители. О, как же я устал! Нет, никуда не побегу, останусь — порррву на кусочки!

— Бежим, че встал, как памятник самому себе! — взвыла Циала, хватая меня за шкирку.

Демон, на что же она надеется?

— Дура, там море! — перепрыгивая через коряги, завопил я. Руку мою она по-прежнему не отпускала.

— Вот именно! — взвыла в ответ Циала. — Нас там, если ты не забыл, корабль дожидается!

— А ты мне и не говорила! — завопил я радостно и, вырвав руку, обогнал проводницу.

Бегаю я быстро. Даже очень. За всю свою практику вора мне столько приходилось это делать, что прямо страх берет. Но должен сказать, не всякий эльф меня догонит. Особенно сейчас. Но Циала — оборотень, так что… Я округлил глаза, когда рядом со мной поравнялась черная, как ночь, пантера. Ой, ду-у-ура, сейчас же…

Словно в ответ на мою мысль, позади раздался мощный рык, придавший мне дополнительное ускорение. Оборачиваться я не стал: и так все понятно.

Таким вот веселым темпом мы и добрались до пляжа. И остановились, глядя на корабль, находящийся на приличном расстоянии от берега. Высылать шлюпку он не спешил.

— Ну и?.. — язвительно поинтересовался я у оборотницы, принявшей человеческое обличье.

— И ну? — передразнила она, отходя подальше и глядя то на меня, то на приближающихся преследователей.

Я мигом ее раскусил.

— Эй, ты обязана меня защищать!

— Но не ценой своей жизни. И вообще — я только проводник.

Я замолчал. Ага, Ил! Вот и встретил ты того, кто переиграл тебя. Что, думал, ты один можешь подставлять? Забыл, что удача имеет свойство отворачиваться? Забыл, как жил в учениках некроманта?

Некромант. Вот оно…

Я спокойно обернулся к преследователям. Первые, те самые семь (и как перебрались через реку?), добежали и, несколько растерявшись, замерли. Видно, таким спокойным я, по их представлениям, быть не должен.

— Кажется, кто-то сказал, что я — некромант? — От своего голоса даже мне стало не по себе. — Тогда почему вы еще живы? — Я почувствовал, как губы искривляет привычная усмешка. Давненько я ее не применял.

Оборотни попятились. Я шагнул вперед. Герой! От подобной мысли стало смешно. Я хихикнул. А потом, не выдержав, захохотал. Надеюсь, это выглядело зловеще, а не истерически. Оборотни сделали еще шаг. А потом я решил, что хорошенького понемножку. Колдовать-то я не умею!

— Что стоишь, придурочная? В воду! — подскочив к Циале, завопил я, хватая ее за руку и ныряя…

На борт их подняли. Циала со злобой и страхом смотрела на посла.

— Так ты некромант?

Парень, весь мокрый как мышь, устало глянул на нее. На дне его зеленых глаз плеснулась боль и ярость.

— Запомни, оборотень: худшего оскорбления ты не могла мне нанести. — И, раздвигая растерянных матросов, Таилэн отправился в маленькую тесную каюту, которую выделил капитан.

— Таилэн! — внезапно вскинулась Циала. Парень остановился и полуобернулся. С черных, как ночь, волос медленно стекала вода. — Прости, я не хотела. И спасибо, ты спас мне жизнь.

Уголок рта парня дернулся. Но Циала поняла: он улыбнулся. Ни слова не сказав, Таилэн скрылся в каюте.

— Ну и ну, — сказал капитан, глядя, как поплывшие было вдогонку оборотни возвращаются восвояси. — А он точно человек? Вас не смогли догнать даже чистокровные, тебя же он попросту тащил.

— Он сказал, что полуэльф.

— И силачом не выглядит. Вот что, может, он и не некромант, но стоит держать с ним ухо востро. Я бы отвез вас прямо к столице, но… ты знаешь, у меня проблемы с твоим отцом.

Циала понимающе улыбнулась. Капитан кивнул и вернулся к своим обязанностям.

— Тук-тук! — радостно сказал Лед, улыбнувшись отворившему дверь некроманту.

Эрик выронил колбочку с чем-то дымящимся.

— А-а-а-а! Держи его! — взвыл Хозяин Степи, в ужасе подскакивая к разбившейся колбе.

— Кого? — заинтересовалась Лика, выглядывая из-за плеча Леда.

— Так это же джинн! — радостно округлил глаза Риг, выглядывая из-за другого плеча и окидывая взглядом уже сформировавшийся дымок.

— Где? — впихнув всех в помещение, явно большее, чем сама башня, спросила Мэй.

— Дорогая, я бы не советовал. — Шамир сразу понял, что если ее желания начнут исполняться…

— Смертные! — радостно завопил джинн. Выглядел он странно — как только что слепленный снеговик, попавший под сильный дождь.

Лед поковырял в ухе, попутно извлекая из воздуха другой рукой Черную Молнию. Эрик ревниво на него покосился.

— Ха! — не умерил пыл джинн. — Вам не отделаться от меня так просто! Я буду исполнять ваши желания!

— Да? — нахмурился внезапно Лед. — А вернуть мне сюда моего брата-близнеца можешь?

Джинн напрягся.

— Нет, не могу. Другие высшие играют с ним, и если я вмешаюсь…

Лед опять поковырялся в ухе.

— Как скажешь, — и метнул в джинна молнию.

Тот благополучно испарился, перед этим злобно захохотав. Молния врезалась в какой-то портрет, висящий на стене. И разбила его вдребезги.

— Давно хотел снять — остался от Ерэграла, — обрадованно заметил Эрик. — Да все руки не доходили. Только надо что-нибудь туда еще повесить.

Стена мигнула, и на ней появилась новая картина. Лика покраснела, Риг посинел. Лед поднял бровь, а Мэй закрыла глаза Шамиру, хотя тот сопротивлялся. Эрик сглотнул. Раздался торжествующий смех джинна.

— Так, ребята, вы тут со словами поосторожней.

— И с мыслями! — хихикнул невидимый джинн.

— Зачем пришли-то?

— Постой. — Лед нахмурился. — Сейчас. — Он немного подумал, затем выпрямился. — Итак, джинн, я хочу, чтобы ты покинул Степь! — Тишина. — Джинн?

— Ну вот, такой экземпляр утерян! — расстроился Эрик. — Мог бы сказать, что хочешь, чтобы он вернулся в колбу.

— Мы к тебе по делу, Эрик, — перебила его Лика. — Ты, часом, не предатель?

Некромант вытаращился на нее. Лед закатил глаза.

— Она хотела спросить, как поживают те некроманты, которые не согласились с твоим правлением и смогли противостоять Знаку Власти?

Эрик хмыкнул. Дипломаты…

— Сидят во временной темнице. Что им сделается?

— А ты не мог бы нам их показать? — прищурился Риг, и Эрик внезапно заметил некий отблеск на дне его голубых глаз. Озарение пришло вскоре. Но это потом…

— Хорошо, — кивнул он. — Но мне придется вновь запустить время. Пройдемте.

Он поманил их за собой, к внезапно открывшейся в полу лестнице. По дороге он насел на Рига:

— Риг, а Риг, ты ничего странного за собой не замечал? — вкрадчиво поинтересовался Эрик.

Лика хихикнула, а рыжий подозрительно покосился на некроманта. Лед что-то обсуждал с Мэй и Шамиром.

— В каком смысле?

— Чего-нибудь магического, — пояснил Эрик.

— Ну обычный маг. Вроде есть наклонности к огненной магии.

— Хм, странно. А знаешь ли ты, что у тебя — сильнейший ментальный дар, который я когда-либо видел?

— Что?! — Все резко остановились и уставились на Эрика.

Тот пожал плечами:

— Это весьма заметно, не понимаю, как другие не разглядели.

— В Мианоре нет ментальных магов, — деревянным голосом ответил Лед. — Они перестали рождаться четыре с лишним столетия назад, поэтому никто не мог даже подумать…

— Вспомнил! Вспомнил, как я попал в тот город, на который напали степняки! Я тогда использовал какую-то магию, а какую, так и не понял.

— Да? И что же ты делал? — заинтересовался Эрик.

— Ну представлял, что того или иного степняка ударяет что-то невидимое, и он падал как подкошенный. Правда, потом голова болела.

Хозяина Степи свалил хохот.

— Нет, ха-ха!.. Ой, не могу, хо-хо!.. Ха-ха! Использовать ментальную магию, как дубинку! Это же надо догадаться!

Риг покраснел.

— Так, вернемся в Мианор — потребуем тебе учителя! — внезапно вскинулся Лед. — Из-за границы.

— Эй, а как вы сюда-то проникли? — внезапно нахмурился Эрик. — Барьер-то стоит!

— Так через портал… — растерялись все.

— Портал, значит, — задумчиво сверлил взглядом гостей некромант. — А знаете ли вы, что через барьер можно телепортироваться только в одиночку и только магу, поставившему портал?

Все переглянулись и разом обвиняюще ткнули пальцем в Леда. Тот пожал плечами:

— А мне Ил схему начертил, так что я ни при чем! Еще тогда, между прочим, когда из Краха Надежды телепортировались.

— Да? Нет, я этого мальчишку… Да что он о себе возомнил? А ты? Да знаете ли вы, что пространственная магия в том ущелье не работает!

— Так вот почему нас раскидало! — оживился Лед.

— Раскидало? Да вас в пыль должно было разнести! Бездна, да вы сумасшедшие!

Они все переглянулись и расхохотались.

— …Вот мы и пришли! — радостно заявил Эрик и распахнул дверь.

Улыбка медленно сползла с его лица. Темница пустовала.

— Невозможно… Как? — сорвался с его губ стон. — Я не выпускал их! — Он в отчаянии повернулся к гостям.

— Нужно все осмотреть, — понимающе наклонил голову Лед. — Произойти могло что угодно.

Все вошли.

— Что угодно? Не могло! Заклятие ставил мой отец, защита абсолютная!

— Хм… а это что? — ткнула пальцем в пол наемница.

Некромант подошел.

— Все вон отсюда! — хриплым карканьем отогнал он подошедших было остальных. Гости направились к выходу. — Лед, останься.

Блондин поднял бровь.

— Знаешь, принц, ты, конечно, можешь мне не верить… Но вот это, — он кивнул на пол, — пентаграмма. Пентаграмма для вызова демона.

Глаза принца сверкнули льдом. Некромант чуть отшатнулся.

— Я верю тебе. Но ты не представляешь, как бы мне хотелось…

Схватившись за голову, Лед вылетел из темницы. Некромант поежился и вышел следом.

— Что с ним? — нахмурилась Лика. — Лед промчался так, как будто за ним гнался, по меньшей мере, десяток демонов.

Эрик суеверно на нее покосился:

— Пойдемте наверх.

Наверху уже царил бедлам. Лед гонял учеников некроманта, выспрашивая то одно, то другое. Наконец все, что ему было нужно, принесли. Попыхтев, Лед начал сооружать какой-то прибор, поместив в центре зеркало. Завершил он все, полоснув себя ножом по руке и капнув кровью на зеркальную поверхность. С минуту ничего не происходило, а затем по окровавленному зеркалу прошла рябь…

— Заклинание мне неизвестно, поэтому пришлось довольствоваться книгами, а там… — развел руками Лед в ответ на вопросительный взгляд Эрика.

— Ну и варварство…

В этот миг изображение в зеркале наконец утвердилось.

— Бездна тебя разрази, Лед, да ты с ума сошел?! — раздался возмущенный голос Ила. Все потрясенно уставились в зеркало. — Я тут спокойно сплю, открываю глаза, а надо мной заклятие формируется! Я же так поседею! — Бывший вор потряс как-то странно слипшимися волосами. — Не смотри так на меня, просто здесь мыться негде! — капризно пожаловался принц. — Что еще ты хочешь? Нет, где я, тебе не скажу, вот еще! Если меня за некроманта приняли, что скажут о тебе! Так что тебе надо? — Парень успокоился. — Прости, я, конечно, рад тебя видеть, просто у меня проблемы… — Он растерянно улыбнулся.

Все вздрогнули: таким замученным Ила еще никто не видел, даже во время истории с Ерэгралом.

— Я выяснил, кто стоит за покушением на тебя во дворце, — спокойно заметил Лед. — Это касается исчезновения нашей матери.

Ил вздрогнул и прикрыл глаза. Нахмурился. Затем вновь глянул на брата.

— Еще? — хрипло поинтересовался.

— Некроманты, что не подчинились Эрику, сбежали. С помощью кое-кого, о ком я сказал вначале. Возможно, они…

— Сбежали? — Взгляд Ила приобрел хищный и азартный оттенок. — Знаешь, мне кажется, я с ними скоро встречусь.

— Ил! — возмутился Лед. — Немедленно говори, где ты!

— Прости, братишка! — фыркнул черноволосый, мелькнул нож… и изображение погасло.

Лед закрыл лицо руками.

— Не понял, при чем тут ваша мать? И разве она не умерла? — поинтересовался Эрик.

Лед молчал. Затем медленно встал.

— Сможешь отследить? — Он кивнул в сторону погасшего прибора.

— Нет, конечно. Это же такой варварский метод! Вот что… — Некромант хитро прищурился. — Хотите схлестнуться с этими некромантами? Не знаю, как собирается это сделать Ил, но думаю, вам пока лучше погостить у меня.

— Зачем?

— Затем, что в вашей Академии преподают Общую магию. А ты — некромант. Так что, думаю, тебе стоит подучиться.

— О! А магию крови ты знаешь? — заинтересовалась Лика.

— Как и ментальную, — ехидно улыбнулся Эрик.

— А нам что делать? — возмутились Мэй и Шэм.

— Тренировочный зал там, — махнул рукой Эрик. — Ваши комнаты — там…

Друзья, весело переговариваясь, разбежались кто куда. Некромант насмешливо смотрел им вслед. Дети… Он же некромант, неужели они думают, что он делает все просто так? Да если бы не Ил, он бы их даже в башню не пустил!

Лед резко обернулся и подмигнул Хозяину Степи.

М-да… Вот только сулило бы это Эрику большие неприятности. Жить он еще хочет. И очень. Недаром эти сумасшедшие так сильны…

Не надо говорить мне о печали, Которая терзает сердце ваше, Вы столько далей повидали, И вам всегда сопутствует удача. И небо синее над головою Служило крышей вам исправно. Своей несчастною судьбою Не надо жалобить меня, не надо. Кто сказал, что в поле не воин Тот, кто бродит по жизни один? Кто сказал, что он не достоин Сразиться со смертью и просто уйти? Безумье дремлет у порога, Расплаты час настал, и вмиг Моя изменится дорога — По ней пройду я много лиг. Изменчив мир, как небо, что над нами, Как песня барда или смех. Не надо говорить мне о печали, Печаль всегда одна на всех. Кто сказал, что в поле не воин Тот, кто бродит по жизни один? Кто сказал, что он не достоин Сразиться со смертью и просто уйти? Как много в жизни всякой темноты, И как светло-светло порой бывает. Так просто путь свой в жизни сократить, Но я его не сокращаю… Кто сказал, что в поле не воин Тот, кто бродит по жизни один? Кто сказал, что он не достоин Сразиться со смертью и просто уйти? Широко распахнуть глаза И понять, что уже ты мертв, Чтоб увидеть в пустых небесах То, что прежде звалось «любовь»…

…Последние звуки печальной песни затихли. Капитан сжал плечо Циалы и увел подальше. Когда совершенно внезапно этот странный парень выскочил из каюты и подскочил к борту, все растерялись, но когда он начал петь… Капитан даже испугался, что сюда приплывут сирены. Впрочем, ничего не случилось, кроме пребывающих в прострации моряков и самого капитана. О Циале и говорить нечего.

— Мне казалось, еще чуть-чуть, и он спрыгнет за борт, — растерянно прошептала она.

— А мне кажется, он из тех, кто добивается своего во что бы то ни стало, — успокаивающе ответил капитан.

Они помолчали.

— Кто бы мог подумать, что нам пошлют барда! А если он высший? Если он просто убедит всех, и с концами? — Девушка поежилась.

— Насколько я знаю, у вас при Властителе есть свой бард.

— Хм. Но слышали, как он пел? Что могло случиться?

— О! Абсолютно ничего, — насмешливо ответил явившийся из ниоткуда корабельный маг, синеглазый и синеволосый оборотень. — Просто кто-то решил с ним пообщаться с помощью магии. Все, что я засек, так это то, что сигнал пришел со стороны материка, в районе империи Мианора. — Маг мрачновато улыбнулся. — Похоже, у них там проблемы.

Циала напряглась. Она примерно представляла, какие проблемы могут быть в Мианоре. К тому же этот парень не любит некромантов.

— Hael! El inwe! Nekro… — раздалось жуткое шипение, и из тени шагнул сам Таилэн. Взгляд его не отрывался от корабельного мага.

— Nekro, — согласно наклонил голову маг. — И что с того? Ты хо…

Договорить оборотень не успел. Молниеносно выхватив нож, парень атаковал мага…

Глава 5. МОРЕ.

— Остыл? — ласково поинтересовался некромант, выдергивая меня из соленой воды. Я открыл было рот, но эта сволочь быстро плюхнула меня обратно за борт. — Нет?

И так уже в двадцатый раз. Но откуда мне было знать, что он, ко всему прочему, еще и маг воздуха?!

— Хватит! — завопил в очередной раз я. — Холодно уже! — и с опаской покосился вниз.

Маг довольно улыбнулся, а я прикрыл глаза, дабы он не заметил в них отражение собственной страшной гибели. Шучу, конечно. С магом воздуха мне никогда не справиться, это о некромантии я знаю столько, что мог бы поучить и Леда.

Я плюхнулся на палубу корабля. Попытался встать, но ноги подломились. Что, принц, привык, что всесилен? Решил, что можешь бить всех и вся? Давно не получал по шее, возгордился? Забыл времена, когда вором убегал от таких, как этот маг, а то и послабее? Забыл, как дрожал от одной только возможности встречи с некромантом?

Я закрыл лицо руками. Не хочу выдать его выражения. А то еще долго мне купаться… а простуду никто не отменял.

— Ну вот, теперь я сломил его дворянскую честь, и он решит повеситься на ближайшей рее! — иронично заметил некромант, глядя на меня.

А все-таки я его задел! Правда, не ножом, а кулаком, зато такой синяк получится! Прямо на его ехидной роже. Я отвел руки от лица и злорадно уставился на мага. Тот насторожился и приготовил то самое заклинание, которым макал меня в воду. Ага, как же, так я на него теперь и попался! Главное — запомнить, что в этом и в том месте идет утончение нитей энергии… Так, не забываться.

— Таилэн, ты же не будешь этого делать? — испуганно подскочила Циала.

Надо же, ожила. Где ж ты была, милочка, когда я дышать под водой учился?

— Что делать? — нахмурился я.

— Вешаться!

Я не выдержал и расхохотался. Сумел наконец подняться. Глянул на ошалевшего капитана, мага и проводницу и вновь расхохотался.

— Ладно. — Я попытался успокоиться. — Как вас-то зовут? Вон она, — я ткнул пальцем в Циалу, — называет меня Таилэном, но я посоветовал бы звать меня Ил. А вы?

— Одрион. Волк, — представился капитан. Заметив недоуменный взгляд, пояснил: — Так все оборотни представляются, говоря свою ипостась.

— Откуда же ты взялся, посол, если не знаешь обычаи страны, в которую тебя отправили? — съехидничала Циала.

— Ниоткуда. Я не профессиональный посол, просто дома от меня скорее избавиться хотели, — пояснил я.

Оборотень открыла рот, уставилась на меня, а потом в ужасе глянула на отдалившийся берег, еле видный в темноте. Я рассмеялся:

— Нет, это здесь ни при чем! Просто дома я причинял некоторые… неудобства.

— Открывай, пока химера не проснулась? — развеселилась Циала.

Я было рассмеялся, но тут же умолк, застывшим взглядом уставившись на вышедшую из-за туч луну. Корабль мерно покачивался.

— Ты так и не назвался, воздушник. — Я повернул голову к некроманту.

— Тэрек. Чайка и грифон.

— Грифон? Но это же магическое животное.

— В детстве я попался одному экспериментатору…

— Может, объяснишь, что случилось и почему ты набросился на Тэрека? — подала возмущенный голос оборотница.

— А ты представлялась не по правилам, — упрекнул я ее.

— Так и ты тоже! Не сказал ни титула, ни положения при дворе, — обвинила меня она. — Так, не уводи от темы. Ты не ответил на вопрос!

— Дома проблемы, и я не люблю некромантов, — и вновь уставился на луну, думая, что вопрос исчерпан.

Не тут-то было.

— Это не ответ!

Я посмотрел на нее, как на маленького ребенка. Хотя, демон ее знает, вдруг ей за пятьсот? Она же оборотень.

— Мне тоже интересно, как пострадавшей стороне, — ехидно присоединился Тэрек.

Смотреть на него, как на ребенка, я не мог. Еще утопит, гад.

— А вы думаете, что я вот так взял и рассказал вам все? — Я разозлился. Но как-то мне в последнее время это не очень помогает. — Мне еще никто не доказал, что ты, — я ткнул в Тэрека, — не шпион!

— Какой шпион? — возмутилась троица хором. — Никакой он не шпион! Чей шпион?

— Сбежавших из Степи некромантов!

— Стоп, стоп, — перебила меня Циала. — Но ведь я точно знаю, что их заперли во временной тюрьме, которую не каждый архимаг разрушит. Они не могут…

— Уже, — сухо перебил ее я. — И по последним наблюдениям, именно они шастают на вашем архипелаге.

Тишина. Некромант и капитан явно не понимают ничего. А вот проводница не так проста, как кажется.

— Прости. Я теперь понимаю, почему ты напал на Тэрека. Некроманты убили кого-то из твоих друзей во время войны?

Я уставился дикими глазами на нее:

— Если бы они кого-то убили из них, одной тюрьмой никто бы не отделался.

Я невольно представил, как Лед насквозь замораживает всю Степь, если бы Лика не ожила.

— А что тогда? — заинтересовался Тэрек.

Я хмыкнул:

— Просто когда я был маленьким, меня обидел один некромант. И теперь у меня некромания! — и безумными глазами уставился на мага.

От моего взгляда бедняга отскочил. Я расхохотался — до того забавна была его рожа!

— Ах ты, маленький подлец! — Он попытался ухватить меня своим, по-видимому, любимым заклинанием.

Не на того напал! Ехидно улыбнувшись, я полоснул ножом по примеченным ранее энергетическим нитям. Некромант грязно выругался.

— Да что же это, сначала от всех некромантских заклятий отбился, теперь и это можешь? Ну-ка, если я новое…

— Циала, на помощь! Он меня обижает! Вы же не хотите, чтобы у меня еще и воздухомания была?

Ничего не помогло, заклятие хитро изогнулось и маленьким вихрем вздернуло меня вверх, где закрутило.

— Здорово… ик! А еще раз можно? — поинтересовался я, слегка качаясь, когда меня опустили обратно.

Капитан, маг и проводница обреченно переглянулись. Я же тем временем отправился в каюту. Спать. Хватит с меня приключений! И где же обещанные моей демонической сущностью сверхсилы? Нет, физическая сила — это, конечно, хорошо… Вот только в схватке с Тэреком она не очень-то помогла. Но как он улетел от удара! Ну спать, спать…

Не понял. Я что здесь делаю?

Я в шоке оглянулся. Вновь та пустота, в которой я повстречал свою отделенную сущность. Но как? Почему?

— Почему, почему! Потому что, дорогой мой, сама Сила никогда на тебя не свалится, — раздался голос чем-то раздраженного моего отражения. — Думал, прошел Посвящение, и — бац! — я всесилен, я колдун? Да ты даже не пытался использовать какие-нибудь внутренние силы! Все с физической забавлялся. И вот результат — мы разъединяемся! — Отражение поежилось. — Это тебе все безболезненно, а у меня ощущение, будто пополам разрывают.

Я испуганно глянул на сущность. Воображение у меня хорошее.

— И что же делать?

— Что, что… Пробовать себя в разных направлениях магии, а когда и там не найдешь, ищи новое. Магическая сила у тебя есть, без этого ты бы просто не мог существовать, демоны — магические существа, живущие магией. Надеюсь, ты инкубом не окажешься.

— Что?!

— Расслабься, если бы ты им был, то давно бы себя проявил. Недаром эта твоя проводница такая симпатичная! — Сущность подмигнула. Я скептически глянул на него. — Да понял, не нравится она тебе. Но почему?

— Влюблена она в кого-то уже, — пояснил я.

Он потрясенно на меня уставился:

— Так ты инкуб?!

На этот раз хохотал я:

— Не-а, просто при мне всегда соответствующий артефакт. Еще у папаши стырил.

Сущность успокоилась, но тут же вонзила в меня злобный взгляд:

— Разбирайся со своей магией, а то на последней стадии отщепления ты тоже почувствуешь это. Если бы ты еще не прошел Посвящения, то все бы ничего, а так…

Я вздрогнул от представленной перспективы, а пустота и сущность вокруг меня растворились, уступая место обыкновенному сну.

Или кошмару. Воспоминания о детстве всегда были кошмаром.

…Мне девять. Учитель давно плюнул на меня, на мое обучение, но делать мне совершенно нечего, и потому я нередко наблюдаю за экспериментами некроманта и его окружения. Вот и сейчас прокрался к главному залу, где проводился очередной эксперимент. Правда, на этот раз некромантов как-то подозрительно много, вместе с Учителем — тринадцать. Любопытно — прямо не могу! И потому я выглядываю из потайного окошка, мной же проделанного когда-то — просто выковырял пару блоков под самым потолком, — и теперь, находясь в другом помещении, мог спокойно наблюдать то, что творилось в зале.

Рискуя самым дорогим — носом, — я осторожно выглянул. И тут же мне на глаза попался стоящий внизу черный, как сама Тьма, алтарь, а на нем — прикованная молодая девушка. И тринадцать некромантов вокруг. Учитель над жертвой, с ритуальным кинжалом в руке, слова, одновременно знакомые и нет…

В ужасе отшатываюсь назад, опираюсь на стену, сползаю на пол. Крик девушки врывается сквозь отверстие в стене. В отчаянии я кусаю кулак.

Не закричать, не закричать…

Страницы конспекта с шелестом разлетаются от ветра, ворвавшегося в распахнутое окно. За окном зима, но Ледонику на это наплевать — он спит, хотя открыл окно именно для того, чтобы этого не делать. Но кто же знал, что под учебой этот демонов некромант подразумевает и теорию?

Лед спит, и снится ему чужой сон. Будто бы он совсем и не Лед, а Ил, ему девять лет, и он становится невольным наблюдателем страшной картины — жертвоприношения.

Лед резко вскидывает голову, просыпаясь. Окидывает тяжелым взглядом разлетевшиеся страницы, подбирает, застывает в задумчивости… и неспешным шагом направляется к Эрику.

— Хм, это очень интересно. Думаю, все дело в легендарной связи, существующей между близнецами. Именно поэтому ты смог увидеть его сон. Долгое время эта связь была насильственно разорвана, но теперь она восстанавливается. Ты так и не понял, где он?

Лед отрицательно покачал головой.

— А что за сон был?

— Воспоминание, когда… — Принц рассказал. — Только ты вот что скажи, Эрик, как же вы с ним подружились, если у него в памяти такое?

Некромант только горько усмехнулся:

— А с чего ты взял, что мы подружились? Знаешь, я недавно понял: даже когда он фактически был у меня в руках, когда я мог сделать с ним все, что угодно, даже тогда он смотрел на меня со страхом и ненавистью. Он готов был перегрызть мне глотку, разорвать голыми руками! Думаешь, десять лет жизни у некроманта так легко проходят? — Эрик подался вперед. — Особенно если это все детство? Сомневаюсь, Лед, что кто-нибудь сможет переубедить этого парня, что некроманты тоже люди. Он и меня без вопросов бы убил, кабы не война и необходимость поставить кого-то над Степью. Он даже на тебя небось иногда с предубеждением смотрит. Но вы — братья, как некроманта он тебя не воспринимает. Право, мне даже жаль тех бедняг, что сбежали. Они явно не поняли, что тюрьма их скорее спасала, чем сдерживала. Не удивлюсь, если у Ила даже списочек этакий черный есть. Впрочем, в него наверняка входят все некроманты, и переубедить твоего брата не сможет никто. Как-никак десять лет жизни у некроманта. Так, а ты чего с конспектами ходишь? Пошутил я, пошутил насчет теории! Ее я буду смешивать с практикой. А теперь живо спать, меня девственница дожидается! — попытался пошутить Эрик.

Удалось ему это или нет, неважно, ибо в этот момент в комнату ввалились Риг и Лика и хором заорали:

— Учитель! Там комната! Мы открыли, а оттуда такое!

— Ка… какая комната? — ошалел Эрик.

Вампиресса и рыжий объяснили.

— О небо, там же результат эксперимента Ерэграла оставался!

И рванул из комнаты. Лика и Риг за ним. Лед остался в одиночестве.

— Разве можно забыть такое? — вопросил в пустоту Лед. — И ведь это еще не все…

— Чего мы ждем? — нетерпеливо поинтересовался дракон. Как там его, Хиерад.

— Патруль.

— Он встретит нас и сопроводит к королеве?

— Ага, сопроводит, — с тихим смешком согласился Рейн. — Со всеми почестями.

Шорох. Шелест, который смогли услышать только такие, как они: дракон и дроу.

— Вы окружены! Бросайте оружие!

Двуручник и сабля покинули свое обычное место, оказавшись на земле. Впрочем, всем патрульным и так было известно, что Рейн все равно успеет и схватить оружие, и порубать всех в капусту. Дракон растерянно оглянулся:

— Мое оружие — магия. Как я вам ее брошу? — и невинно похлопал глазками.

Он уже понял, что сейчас их будут бить, больно и нещадно. И проводник ничем не поможет. Командир патруля проигнорировал вопрос дракона, наставив свой арбалет на Рейна.

— Что делаете вы в Сумеречной долине, Эрейнарх Шадэа, принц-изгнанник? Разве не знаете вы, что за посещение наших земель после изгнания вам грозит смерть?

— Я так устал от жития людского, что понял: смерть — спасение мое! Скажи же, демона какого ты не пронзил меня еще своим болтом?! — патетично воскликнул в ответ принц-изгнанник.

Дракон подобрался. Весь патруль как-то напрягся, почему-то с ужасом глядя на командира и Рейна. Тот смотрел на командира. Командир на него. «Будут бить», — подумал Хиерад.

— Дружище! Где же ты столько шлялся, морда твоя изгнанная! — завопил командир, отбросил арбалет в сторону и кинулся обнимать Рейна.

Тот кинулся обниматься в ответ. Патруль облегченно заулыбался. «Бред», — подумал дракон.

— Я думал, мертв ты уже, поубивали тебя к демонам!

— Как видишь, жив, и даже вернулся.

— Придурок, а если бы другой патруль попался?

— Убил бы всех и пошел дальше.

— Не понял.

— Дело у меня к королеве есть. — Рейн тонко усмехнулся. — Даже два, — и покосился на дракона.

Хиерад усмехнулся, сверкнув вертикальными зрачками…

А она бежала по волнам — Крепкая большая парусная шлюпка! Правил ею мудрый капитан! Был он легендарным, что не шутка!

— Снимите его, — простонала Циала, зажимая уши. — Кто позволил ему взбираться на мачту и орать песни во весь голос?

Ветер сильный быстро поднимался, Шторм гремел и рвал упорно паруса. Капитан лишь грязно там ругался, Он бывалый был, как хитрая лиса!

— Меня больше интересует, как он добрался до рома, — мрачно наблюдая полет очередного рискнувшего залезть на мачту матроса, заметил капитан.

Правил тем сильнейшим штормом маг. Крепко выпить он любил к обеду. И почудился ему пиратский флаг На той шлюпке, что так мчалась к брегу!

— А мне интересно, что за артефакт, который нейтрализует и магию воздуха, и некромантию? — выдал Тэрек.

А бывалый хитрый капитан Обожал всех с носом оставлять. И поэтому он мага с собой взял, И было кем всем морду набивать!

— И это посол Мианора! — взвыла Циала.

— Есть идеи, как его заткнуть? — поинтересовался некромант.

— Я капитан, мне некогда, — ретировался Одрион.

— Побить? — мрачно предложила оборотница.

— А-а-а-а! — рухнул очередной смелый матрос, к счастью, как и остальные, не разбившийся — маг воздуха тут не зря присутствовал.

— А неплохо поет. Интересно, — внезапно заметил Тэрек.

— У меня волосы дыбом встают.

— Это же в шутку!

— Думаешь? И ты сможешь слушать это на протяжении всего пути?

— У него ром кончится, или он заснет.

— Капитан! Капитан, я проверил, рома он не пил.

— А тогда почему?..

Все с недоумением подняли головы наверх.

А на севере гуляли как-то разом Некромант, эльф темный и дурак. Месяц подмигнул им пьяным глазом И сулил всем много-много драк!

— А-а-а-а-а-а! Заткнись!.. Ррр… Держите меня семеро! — И Циала отважно полезла на мачту.

Я с опаской смотрел на быстро приближающуюся оборотницу. Сам виноват! Довел. Но что поделать, если после кошмара, приснившегося мне, хочется лезть на стенку и изображать полотно? Правильно, существует же правило: «Тебе плохо? Подумай, насколько хуже другим!» Самое обидное, что никому на борту плохо не было. Так за чем же дело стало? Сейчас устроим! Что, недостойно посла великой и могучей империи? Ах, какие пустяки, я, между прочим, послом работать не нанимался! Принцем тем более. Я вор, в конце-то концов, сколько я должен всем напоминать?

Ну и, ко всему прочему, я бард. Высший. И именно поэтому меня будут сейчас убивать. Все! Она до меня добралась!

— Что, сволочь, сидишь? — прошипела разъяренная проводница. И почему меня не отправили сразу в столицу?

— Эй, это уже оскорбление!

— А мне плевать! — и потянулась своими загребущими ручонками к моему горлу.

Я приготовился высунуть язык и гордо умереть, когда взгляд Циалы задел нечто за моей спиной и застыл.

— Пираты!

Стоп, какие пираты?

— Разве ваш Властитель их не истребил?

— Они заново развелись…

И тут до меня дошло.

— А вдруг они из тех, кто решил, что во всем виноват Мианор?!

Она пронзила меня уничтожающим взглядом.

— Эй, там, на «Легкокрылой чайке»! Мы согласны не нападать на вас, если вы сдадите нам мианорца, который находится на вашем борту!

— У них еще и маг есть! — подвел я итог.

Спустившись, я вопросительно глянул на капитана. Он смотрел на меня.

— Их больше… — задумчиво сказал Одрион куда-то в небо.

— Понял, — кивнул я и подошел к борту. Прикинул расстояние до воды. — Может, поможешь? — обратился к некроманту и кивнул в сторону воды.

— Что? Ты чего хочешь делать? — подскочила ко мне Циала.

— Отвали, — буркнул я, прикидывая, что делать дальше.

Демон, а ведь я так и не успел попросить Тэрека показать какое-нибудь воздушное заклинание, чтобы опробовать силы. Некромантию я уже пробовал. Не получается.

— Нет, послушай, ты куда собрался? — продолжала возмущаться проводница. — А что я от… тому, кто мне задание дал, скажу? Да ты в своем ли уме?

— Нет! — сверкнул улыбкой. — Давно и бесповоротно, — и прыгнул за борт, где магия Тэрека подхватила и плавно опустила в воду.

Циала недоверчиво смотрела, как черноволосый парень довольно быстро плывет в сторону пиратского корабля.

— Одри? Одрион, что мне делать, отец меня убьет!

— Я не знаю, Циала. Но губить команду — это бессмысленно. У них на борту в два раза больше оборотней, чем у нас, и все чистокровные. В любом случае он бы достался им. Хотя, знаешь, не думал, что он вот так…

— А мне кажется, что-то он задумал! — недоверчиво ответил некромант. — Не такой он, чтобы жертвовать собой.

— Да? Мы же совсем его не знаем! — чуть ли не со слезами на глазах взвыла оборотница.

Они помолчали. Парень доплыл до пиратского корабля, и его подняли на борт. С минуту ничего не происходило. Прошло полчаса. Посол неспешным шагом вышел на палубу, спустился в воду и доплыл обратно.

— Нам дают час, чтобы оторваться! — радостно улыбаясь, заявил он, оказавшись на борту.

Циала молча подошла к парню и кулаком врезала по скуле.

— За что? — обиженно крикнул Таилэн ей вслед, поднимаясь с палубы, но оборотница, ни слова не говоря, удалилась.

— За все хорошее, Таилэн! — фыркнул Тэрек, наполняя паруса сильным ветром.

«Легкокрылая чайка» полным ходом отдалялась от пиратского корабля, да с такой скоростью, что, даже не будь этого часа, догнать их никто бы не сумел.

— А раньше ты так не мог? — спросил пораженный посол.

— Мог, — беспечно пожал плечами некромант. — Просто было так забавно за тобой наблюдать!

От кулака маг увернулся…

Хорошо, что никто не спросил, как меня отпустили. Не мог же я им сказать, что, будучи вором, украл для мага пиратского корабля прелюбопытную вещичку, наличие которой каралось не только смертью.

Я потер скулу. Ну и ударчик у Циалы! А Тэрек — гад. Даже не спросил, как я спасся, а ведь мог и не…

— А как ты спасся-то? — О нет, только не это!

— Покайся, сын мой, ибо греховные мысли бродят в твоей неразумной голове! — Я картинно возвел руки к небу, заголосив во все горло.

— Не хочешь — не говори, — довольно улыбнулся Тэрек. — Я свое развлечение уже получил.

Я скрипнул зубами. Еще отыграюсь.

— О, кстати, не подскажешь какого воздушного заклинания, хочу узнать, нет ли у меня дара магии воздуха.

— Нет, это я и так вижу.

— Ну покажи!

— Хорошо, — закатил глаза некромант.

Мимо неслась ледяная река. Лед с любопытством на нее смотрел. Когда Эрик предложил испытать его, он сразу же согласился. Испытание состояло в том, чтобы пробить окружившую башню защиту.

Река неслась прямо на башню. Хорошо, что сейчас зима и лед не тает. С некромантией у Леда ничего не получилось, он разобиделся и решил пойти напролом. Река врезалась в башню, окутывая ее невероятным слоем льда. С минуту ничего не происходило, затем лед потрескался и… осыпался. Защита стояла целая и невредимая.

Лед задохнулся от возмущения.

— Не получается? — участливо спросил ничуть не впечатленный Эрик, стоя рядом.

«Сюда бы Ила, — подумал Лед. — И от защиты ничего бы уже не осталось…».

— Может, уступишь место Лике? — опять ехидничает Эрик.

Лед отрицательно покачал головой. Окинул взглядом заснеженную Степь. Подышал на замерзшие руки. Прищурился…

Защита с шелестом осыпалась.

— Молодец, — похвалил некромант. — Но долго думал. Следующий!

Лика думала столько же.

— Нет, ну что вы за тугодумы! — когда отличился и Риг, возмутился Эрик. — Такой примитив не смогли решить! Даже Ил быстрее справился бы, а ведь он не маг. Нет, наверно, все же стоит начать с теории. Итак, вам, надеюсь, известно, что все заклинания состоят из нитей, каналов или струн энергии…

Лед закатил глаза. Лика задумалась над смыслом жизни. Риг привычно стал пропускать мимо ушей.

— А ну не спать!

Учеба обещала быть веселой.

— Рейн, ты в своем уме? — возмутился Крим, командир патруля, встретившего дроу и дракона. — Да она тебя раскусит пополам и не подавится! А ты ей в лапы… эх, ты!

— У нас с Дэйкрашиавой договор, Крим. Изгоняя меня, она обещала, что если я смогу доказать, что не виновен, то она отменит изгнание.

— И ты этому веришь?

— Она подписала договор.

— А дракону твоему что надо?

— Да тут к ним в копи кое-кто пробрался. Хочет узнать, не замешаны ли в этом дроу.

— Надеюсь, что нет. А то драконы скоры на расправу!

— Ладно, мы пошли.

— Куда? Не пущу одного. Вот что, в столицу только под конвоем — моим и моего патруля!

— Ничего не понимаю. Они его что, захватили? — раздраженно поинтересовался Икар, наблюдая за расположившимся на полянке патрулем.

— Вроде бы не обижают, — пожала плечами Финра.

— Так, разговорчики в строю! — возмутился Вик. — Слушать мешаете.

— И о чем говорят? — полюбопытствовал священник.

— Анир! И ты туда же!

— В столицу его сопроводить намереваются, — охотно пояснил Хон.

— Ага, я тут разговор слышала, говорят, будто бы их командир раньше был другом Рейна, а когда его изгнали (кошмар, он же принц!), так вот, когда его изгнали, командир, Крим, так волновался… Ну в общем, Рейна все здесь любят и убивать не хотят, — подвела итог Камилла.

— Демоны! — взвыл вампир. — Не понял, тут же всего два куста, как вы здесь помещаетесь!

— На то я и друид! — гордо заметил Кер, высовываясь.

— Ну и я помогла маленько, — подхватила эльфийка.

— Кина, ты же из нас самая разумная!

— Каюсь, бывало, — призналась Кина.

— Тсс, тихо! — шикнули вместе близнецы.

Голоса Крима и Рейна приблизились.

— Слушай, а где ты все это время был?

— Так тебе и скажу.

— Не хочешь — не говори.

— У людей.

— Ты? Да ты же их терпеть никогда не мог!

— Времена меняются.

— Слушай, а как ты собираешься доказывать, что не виноват?.. Что? Откуда у тебя диадема королевы?!

— Тише, придурок! Во-первых, это не диадема королевы, а диадема правящей династии, а во-вторых, это артефакт, в магическом кругу значащийся как Венчающий Невиновного.

— И ты можешь его надеть?!

— А то!..

Говорящие удалились.

— Да, не зря нам Ил повстречался… — задумчиво протянула Кина.

Вампир только фыркнул.

— Рутина… — зевнул Лед, упокоив зомби. Разве этого он хотел — сбежать от учебы к учебе? А Ил небось развлекается… Лед подошел к окну. За ним властвовала царица-зима. — Разве можно развлекаться в такой лютый холод? — прошептал Лед. — Ил ненавидит зиму…

Он прислонился к окну. Башня была высокой. Далеко внизу он видел, как Эрик гоняет Лику по магии крови, при этом не забывая тренировать Рига в ментальной магии. Леда он оставил «подумать над своим поведением» и заодно освоить поднятие трупов по всем правилам.

— Любой уважающий себя некромант должен… — передразнил постоянную фразу Эрика Лед.

А за окном замерла зима. Холодные щупальца прокрались в душу парня, застывшего у окна. «Надеюсь, мои кошмары до Ила не доходят, — поежился Лед. — Вряд ли ему понравится зима во сне».

Внезапно его зеленые глаза зло сузились и сверкнули торжеством.

— Еще посмотрим, кто кого, еще посмотрим!

Тем же вечером Лика с увлечением читала конспекты. Сокращения, обнаруженные в них, поражали даже ее. То и дело она, хихикая, показывала их Ригу, которого обязали за весь вечер не сказать ни слова вслух, общаясь мысленно. Тут же, скучая, играли в карты Шамир и Мэй. Сам Повелитель Степи умчался на какие-то свои, одному ему известные дела, так и не открыв комнату Леда.

— Он медленно думает. Пусть еще там посидит! — сказал Эрик и умчался. Он не говорил, но все догадывались, что он занимается поисками сбежавших некромантов.

Лика нашла очередную закорючку и долго валялась на полу от хохота, применив один из вариантов расшифровки. Хотела было показать это Ригу, когда дверь зала распахнулась, и в комнату влетел Лед:

— Собирайтесь, други, мы сматываемся! — и радостно улыбнулся. В волосах у него белел снег.

— Но дверь башни магически заперта!

— А окна на что?

Совет владетелей и магов в Мианоре.

— Как долго вы еще сможете удержать принца и его друзей у себя? — озабоченно поинтересовался ректор Академии магов.

— О! — Эрик улыбнулся. — Они все увлеченно занимаются развитием своего дара, а Ледоник еще и против демона готовится…

— Не дай боги им встретиться! — передернул плечами Эвариан. — Так, что там с этими некромантами и возможными последствиями от появления в нашем мире демона?

— Судя по пентаграмме, это был высший демон, — пожал плечами демонолог Академии. — А он, несомненно, тут же поспешил призвать к себе на помощь низших. И возможно, еще одного высшего. А они весьма хитрая раса; прямой схватки не получится, а в теневой нам не справиться. Нужно искать неучтенный фактор, нечто, что просто не могло войти в эту историю, но вошло.

— Артефакт? — поднял брови один из советников. — Избито, да и есть ли на свете вещь такой мощи?

Все задумались. Но тут же оживились и начали предлагать другие возможности. В зале Советов вновь поднялся гам. Эвариан тяжело вздохнул, поняв, что и на этот раз Совет так и не примет решения.

…Насвистывая, Эрик возвращался домой. Привычно осмотрел, цела ли защита на двери. Открыл и вошел.

— Тишина! — блаженно улыбнулся Повелитель Степи.

Хорошо, что он сумел догадаться запереть Ледоника, а то в прошлый раз, вернувшись, он застал дома такой разгром. Все так же насвистывая, некромант поднялся к себе, поворошил бумаги и, найдя, что неотложных дел нет, решил навестить своих «ученичков». Неспешным шагом подошел к двери в зал и замер…

— Демоны! — выругался Эрик и метнулся в комнату Леда.

Встретило его распахнутое окно и аккуратно вырезанная дверь на полу. Защита на ней так и осталась цела.

— Земля! — радостно заорал один из матросов.

Ну еще бы ему не радоваться. Наконец-то они избавятся от меня!

— Керниг, Таилэн, это Керниг! — радостно завопила в ответ Циала.

Демон, как я ни пытался ее переучить на Ила, ничего не получается! Свалилось на мою голову…

Корабль вошел в тихую бухту и причалил. На берегу никого видно не было, что утешало.

— Ну идем? — неуверенно спросил я Циалу, спустившись на берег.

Та помялась, а затем бросилась обнимать капитана. О-о-о, опять эти нежности, сколько можно, еще на борту пообнимались!

— Одрион, я поговорю с отцом. Ты мой друг, и я этого так не оставлю! — наконец оторвалась от капитана моя проводница.

Некромант стоял рядом и ехидно на меня косился. А я здесь при чем? О, есть идея!

— О, Тэрек, мне будет так тебя не хватать! — взвыл я и кинулся на грудь некроманту. — Наше расставание разрывает меня на кусочки, а разум в отчаянии ищет выход!

С минуту все изумленно пялились на меня. Я пытался скрыть лицо на груди Тэрека и изображать рыдания, впрочем, еле сдерживаемый смех весьма на них походил. Но спустя пару мгновений меня раскусили. И отыгрались.

— Я знаю, как помочь твоему горю, Таилэн! — ответно всхлипнул некромант. — Я пойду с вами!

Он оторвал от себя оцепеневшего меня и обернулся к капитану:

— В конце концов, практика окончилась, теперь я маг, выпускник Линэхской Академии магов, а ты, Одрион, легко найдешь другого.

Капитан кивнул и поспешил вернуться на корабль. На берегу мы остались втроем.

— Пошли, — властно кивнула Циала, идя по направлению к лесу.

Тэрек послушно отправился следом. Я остался недвижим.

— Эй, Таилэн, так и собираешься стоять?

— Но как же… как же так? — вопросил я мерно шелестящий прибой.

Мои спутники уже скрылись в лесу. Я стоял и тупо смотрел на волны. Весь путь до столицы провести рядом с некромантом? Рядом с местным некромантом?

Хм… Будет весело. Усмешка привычно вернулась на место, и я рванул в лес, вслед за Тэреком и Циалой.

Мианор по-прежнему был объят зимой. Но уже не той, что была вначале.

В императорском дворце кипела жизнь, маги и советники лихорадочно обдумывали сложившуюся ситуацию…

Где-то между Южелом, где когда-то спалился Ил, и границей со Степью в придорожном трактире появились пять гостей, веселые и явно не в себе. Один из них подозрительно напоминал принца Ледоника…

В Сумеречной долине также наблюдалось нездоровое оживление, сама королева схватилась за сердце, услышав сведения от разведчиков. Причина переполоха, в виде старшего брата Дэйкрашиавы, приближалась к столице.

У себя в Степи, в своей темной башне, загибался от хохота Повелитель Степи. Он уже точно знал, что о побеге принца никому не скажет…

Где-то на архипелаге Линэх, вотчине оборотней, спал в общем-то ничем не примечательный паренек, черноволосый принц с душой воришки. И снилась ему зима…

Судьба явно перепила снотворного. Или чего там еще.

Летописец давно плюнул на запись, но та по-прежнему велась. Страницы Летописи перелистывались самостоятельно…

Заговорщики заговорились. В смысле, сплели заговор…

Глава 6. РАСКОЛ.

Ночь. Трое у костра. Один спит, двое бдят. Оборотница насмешливо смотрит в огонь, удобно расположившись на прихваченном с корабля плаще, вся такая гордая, неприступная и всесильная. Кто бы мог подумать, что это именно она совсем недавно как угорелая носилась по какому-то островку? Но как сказал бы Ил, на все и вся плана не найдешь. Напротив нее, по другую сторону костра, так же насмешливо глядя в огонь, сидит некромант-воздушник. В синих глазах и волосах отражается пламя. Ну и совсем где-то в стороне, так что даже жар костра не достает, кутается в плащ черноволосый мальчишка, спящий как сурок.

— И что ты обо всем этом думаешь? — нарушила наконец молчание Циала.

Некромант помолчал.

— Такое ощущение, что тот, кто послал его отстаивать незапятнанную репутацию Мианора, был слегка не в себе, — нервно хмыкнул он.

— А если серьезно, Тэр?

— Не так-то он и прост, Ци, как кажется. Думаешь, чего это меня Одрион отпустил? Тревожно ему за тебя, как-никак единственный шанс получить разрешение вновь появляться близ столицы.

— Тэр! — возмущенно воскликнула Циала под язвительный смех некроманта. — Мы друзья!

— Только ли? — Тэрек наклонился вперед. — Насколько мне известно, вы раньше были более близки.

— То было раньше. Теперь он не любит меня, а я…

— А ты?

— Мы ушли от темы. — Циала загадочно улыбнулась.

— Ах да! Слушай, ты только присмотри, пожалуйста, чтобы он меня в спину ножичком не пырнул…

— Вы же вроде помирились!

— Ха, не смеши моих скелетов, они и так зубы обломали. Слыхала, что он сказал? Его в детстве некромант обидел, и у него какая-то мания.

— Он шутил.

— Сомневаюсь.

Они помолчали. Слышался треск костра и ночной шум. Оборотница лениво подкинула пару дровишек. Спящий парень заворочался, пытаясь укрыться поплотнее, ему явно было холодно.

— Совсем мальчишка… — устало прошептала Циала.

— Самой-то сколько? Двадцать недавно исполнилось, тоже мне великовозрастная девица! Мне и то больше!

— Да при чем здесь возраст? Он ведет себя, как пятилетний ребенок! Представляешь, что будет в столице, когда все поймут, какой он!

— А может, в этом и смысл? Может, нынешний император Мианора хотел показать, что все люди — дети?

Тэрек наткнулся на злой взгляд Циалы, показывающий, что сейчас не до шуток.

— Завтра мы дойдем до первого крупного города. Там мы должны купить лошадей, переправиться каким-то образом через пролив, высадиться на главный остров и полностью его пересечь, дабы попасть в столицу, находящуюся на другом берегу острова, — с тоской заметила Циала. — Я думала, что управлюсь за неделю. А прошло уже три дня.

— Хм, почему бы нам не воспользоваться телепортом? Я умею строить, да и в любом городе…

— Во-первых, нам нужно скрываться — видел, что творилось на острове, откуда мы еле успели смыться? А во-вторых, к нам поступили сведения, что телепортацию можно отследить, перехватить и даже уничтожить телепортирующихся. Наш придворный маг пытается найти защиту от этих неизвестных, что уже угробили с пяток магов! А с этим… ты представляешь, как нам придется прятаться? По одной походке, по запаху узнают, что он не с Линэха! А значит мианорец.

— Зато с ним никогда не соскучишься. — Признать это пришлось обоим.

Нужно было ложиться спать. Некромант быстро установил охранный круг. Циала подбросила в костер еще пару веток. Наконец не выдержала, подошла к спящему пареньку и укрыла своим плащом.

— Смотреть на него холодно! — ответила она на вопросительный взгляд Тэрека.

Некромант фыркнул и улегся возле костра, за ним последовала и Циала. На полчаса все стихло. Внезапно Таилэн подскочил на месте, резко проснувшись. Заметил два плаща, фыркнул и подошел к огню, усевшись рядом. Скосил взгляд на спящих, поворошил угли и подкинул дров. Задумчивый взгляд зеленых глаз пронзил пространство.

— Вот демон, зима приснилась! Я не я, если это не сон Леда. — Парень помолчал, прищурился, глянув на звезды высоко в небе. Губы его что-то беззвучно шептали. Наконец он встряхнул волосами и, блаженно зажмурившись, протянул руки к огню. Спать он сегодня не собирался.

Зима проникла в сон чужой, Дарила сну свои объятья, А спящий ей кричал: «Не твой! Хотя с твоим родные братья…»

Огонь испуганно отшатнулся, но под взглядом укоризненных зеленых глаз успокоился. Ночь вновь объяла тишина, лишь изредка прерываемая чьим-то шепотом.

— Ну здравствуй, сестрица, — промолвил Рейн и улыбнулся.

— Ты… Да как ты смеешь меня так называть! — прошипела Дэйкрашиава. — И кто вас пропустил?!

— Я взял на себя смелость провести принца Эрейнарха Шадэа во дворец, — выступил вперед Крим.

— Никакого принца более не существует, он изгнан!

— Я могу доказать свою невиновность! — холодно заметил Рейн, выступая вперед и одним движением надевая себе на голову Венчающего Невиновного.

Тишина. Хиерад с любопытством на все это смотрит.

— Схватить его! — холодно бросает Криму королева.

— Но… — совсем растерялся тот.

— Я сказала: схватить! И доставить в темницу.

— А как же твое обещание? — иронично спросил Рейн.

Дэйкрашиава ласково улыбнулась:

— Я его сдержала. Ты более не изгнанник. Но, видишь ли, никто об этом не знает. — Она коварно улыбнулась. — Ты зря пришел ко мне тогда, когда ни одного из советников нет рядом. — Она злорадно расхохоталась. — Неужели ты и вправду надеялся вернуться? Дурачок! И кого ты притащил с собой?

— Это посланник от…

— И его в темницу, — легкомысленно отмахнулась королева.

— Ваше величество, я отказываюсь выполнять ваш приказ, — резко сказал Крим. — В мои обязанности не входит хватать ни в чем не виновных дроу.

Тишина.

— Вот как… Стража! — рыкнула королева.

Как бы ни были ловки и умелы патрульные, как бы ни был великолепен сам Рейн, вскоре их повязали и кинули в темницу.

— Слышь, Хиерад, ты что, помочь не мог?

— Теперь я точно знаю, что дроу тут ни при чем, — задумчиво ответил дракон. — А политических трений нам с ними не нужно.

— Придурок, нам теперь конец! Вокруг нас всюду полиарг, ты не можешь обернуться в дракона. Или можешь? — подозрительно уточнил Рейн.

Кинули их в одну камеру всей толпой: патруль Крима, Рейна и дракона.

— Нет, здесь какие-то специальные травы, чтобы никто из присутствующих не мог…

— Ну я и дурак! Приперся сюда, решив, что меня простят и примут с распростертыми объятиями! А как с ребятами-то неловко вышло!

— Да ничего, Рейн, нормально все, — улыбнулся Крим.

Рейн промолчал. Ему неловко было говорить, что думал он отнюдь не о патруле…

— Ребята, хватайте все что попало, и на штурм! — радостно завопила Финра, врываясь во временное убежище бывшей Дюжины. — Командира обидели!

— Чему тут радоваться? — не понял друид.

— Ну ты, Кер, и тупой! — фамильярно хлопнул его по плечу Икар. — Теперь мы сможем доказать Рейну, что еще нужны!

— И возможно, он возьмет нас в команду обратно! — с воодушевлением поддержал Анир.

— Хорош балаболить, вперед! — оскалил клыки вампир, ставший негласным командиром во время отсутствия Рейна.

Все радостно взревели, и тут…

— Кх-кхм… Мы, наверно, вас перебиваем, но, может, придумаем план?

Все в изумлении воззрились на Кора и Рока.

— Ладно, давайте сюда ваш план, — тяжело вздохнул Вик, а некроманты расплылись в улыбках…

Утром встали рано. Очень рано. И обнаружили, что меня — нет. А что я скажу? Что мне вдруг внезапно захотелось прогуляться по лесу одному? Ни за что не поверят. И правильно сделают: я кое-что там искал и нашел. Травы, могущие принести очень много неприятностей некромантам. Но зачем же так на меня кричать! Я добрый, белый и пушистый!

И вот благодаря этой маленькой проблемке мы просто невероятным темпом продираемся сквозь заросли, хотя я уверен, что рядом, в ста шагах от нас, пролегает ровная и удобная проселочная дорога. Ну ничего, я сейчас отыграюсь! Но как?

— Тсс! Циала, иди сюда! — Оборотница недоуменно на меня глянула, но подошла. Некромант замер чуть в стороне. — Видишь? — Циала отрицательно покачала головой. — Ну вот там!

Тот же ответ. — Да вот же! — Я даже потыкал пальцем, но вновь получил отрицательный ответ. — Да, плохи твои дела, я вот вижу…

— Что? — уже потеряла терпение оборотень.

— Деревья.

Тэрек согнулся от хохота.

— Ах ты, маленький мерзавец! — завопила Циала, и начались гонки с препятствиями, в конце концов выведшие нас на дорогу.

О! Как я счастлив! И тут меня догнали.

— Уважаемая, у меня дипломатическая неприкосновенность! — попытался спасти себя я.

— Да ты о ней даже не слышал! — завопила Циала и бросилась на меня.

М-да… Кажется, я переборщил. Так яро на меня даже Мэй с Шамиром не кидались.

— Уважаемая, выпейте настой на корне валерианы, говорят, помогает.

Но та, пыхтя, все пыталась ухватить меня за ухо, как мальчишку, ей-богу! Но я-то уворачивался!

— Кх-кхм… — звук раздался рядом внезапно, и на нас уставился подозрительный субъект разбойничьей национальности. С арбалетом в руке.

Я улыбнулся. Как с такими бороться, я знал.

Утром Лед спустился вниз и заказал завтрак. Его друзья еще спали, посетителей не наблюдалось, так что в зале он оказался один. Впрочем, ненадолго.

— Ну рассказывай! — плюхнулась рядом с ним Лика.

— Что? — недоуменно поднял бровь Лед.

— Что на завтрак? — полюбопытствовал Риг.

— Риг, хорош ерунду молоть, тут другой вопрос! — возмутился Шамир.

— Какого демона мы смылись от некроманта, и с чего ты решил, что он не будет нас искать? — напрямую задала вопрос Мэйрона.

Лед состроил невинную рожу:

— Не смылись, просто ушли, а искать Эрику нас совсем незачем.

Друзья дружно закатили глаза:

— Лед!

— Хорошо, — фыркнул он. — Смылись, потому что я, такой умный, догадался порыться в его бумагах, где узнал довольно интересные вещи. — Лед прищурился. — Оказывается, Эрик связался с Мианором, где ему посоветовали держать наши драгоценные персоны подальше от мест, где мы так или иначе сможем столкнуться с теми некромантами.

— …! — смачно выдала Мэй.

Шамир согласно кивнул.

— А с чего ты взял, что нас не будут искать? И если во дворце узнают о нашем побеге… — произнесла с сомнением Лика.

— Не узнают. — Принц торжествующе улыбнулся и вытащил на белый свет пару листов.

Друзья с любопытством с ними ознакомились.

— Вот это да! Нет, я знал, что Эрик — парень не промах, но заниматься контрабандой, торгуя с эльфами, гномами, орками, дроу, друидами, вампирами, оборотнями и драконами одновременно! — потрясенно выдал Шамир.

— Думаю, он будет против, если об этом узнает Мианор, — понимающе кивнул Риг. — Но что мы теперь будем делать?

Все посмотрели на Леда.

— А что я? Что сразу я? — попытался возмутиться тот. Не получилось, друзья продолжали буравить его взглядами. — Хорошо. Думаю, нам стоит направить свои стопы в столицу. Не нравится мне это, такое ощущение, что кто-то там упрямо мутит воду. Весть о демоне уже известна широкому кругу, а решительных действий никто не предпринимает. — Принц нахмурился.

— О каком демоне? — хором выдала вся остальная четверка.

Лед замолчал. Он понял, что проболтался и сейчас его будут бить…

— Yoh'ren! Woleea! — не сдержавшись, взвыл я.

Давненько я так не попадал. Пожалуй, с этим сравнится только мое ученичество у некроманта. Я окинул взглядом поле боя. Да-да, вы не ослышались, именно поле боя… Все началось как обычно: я, не мудрствуя лукаво, кинулся на оборотня с арбалетом. Следует напомнить, что в прошлый раз я столкнулся с людьми. Но и я не стал слабее. Так что арбалет я у ничего не сообразившего оборотня выдернул. И даже приложил этим самым арбалетом по его неразумной голове. Далее все было еще лучше: осмотрев арбалет, я пришел к выводу, что этот продержится и после десяти таких ударов. А потом удача дала сбой. Из кустов посыпались остальные разбойники, среди которых встречались и полукровки.

Так, а теперь вспомним обстановку прошлого боя. Во-первых, все происходило между близко расположенными деревьями и кустами. Во-вторых, все пытались действовать тихо и незаметно. Ну поняли отличие? Во-во! Ах, вы внезапно вспомнили, что я не один, со мной целая оборотница и аж один маг некромант-воздушник? Ох, лучше бы и не вспоминали…

— Таилэн, за спину! — смело выдернув свою железяку, по недоразумению названную мечом, завопила Циала.

Ну не дура ли? Пока она орала, я уложил в пыль дорожки еще двоих. Больше проблем причинил маг. Недолго думая, он просто попытался сбить всех разбойников мощным порывом ветра. Может, у него бы и получилось, не будь тут меня. Мы дружно повалились в куча-малу. И совершенно случайно один из мечей разбойничков ласково прошелся по моим ребрам! Все, рубашке конец. А у меня одна запасная — та, которая на мне. Первую после пробежки по острову пришлось выбросить. Но я отвлекся. Благодаря врожденной ловкости я быстро выскользнул из куча-малы и обнаружил, к своему ужасу, что арбалет мой решил со мной распрощаться. Новый искать было некогда, и тут из кустов, весело вжикнув, явились на свет белый и мне на поругание еще одни болты. Я расстроился: теперь пришлось бы зашивать рубашку и на плече. Тем временем, пока расстраивался, ринулся в кусты, где успешно отобрал арбалет у стрелка, не успевшего его перезарядить. Сей же стрелковый предмет оказался более хлипким, чем первый, и приказал долго жить, встретившись с головой второго стрелка. Я решил не расстраиваться, взял третий арбалет и вернулся на дорогу. Демон! Лучше бы я этого не делал!

Ситуация на дороге встретила порывом ветра, швырнувшего меня обратно в кусты. Придурок! Он что, не может испробовать что-нибудь поизящнее? Ту же некромантию, к примеру. В ответ на мою мысль на дороге раздался грохот, запахло паленым. Видать, молнию применил, притом воздушную — некромантию я бы почувствовал. Я бодренько выскочил на дорогу, но вынужден был разочароваться: большинство разбойников были живы и притом даже целы. Так, немного поранили друг друга, пока вповалку валялись в куче. Я подскочил к своим спутникам — меч Циалы окрашивала кровь, у Тэрека волосы стояли дыбом — и заорал:

— Демоны вас загрызи, вы что, не способны отбиться?! Че стоишь, маг доморощенный, кидай Черную Молнию, я знаю, ты можешь! — От моего рыка Циала даже шарахнулась в сторону, а некромант вытаращил глаза. — А ты что стоишь, проводница недоделанная, оборачивайся! — рявкнул на Циалу.

— У них маг, — угомонил меня Тэрек.

— Спина к спине! — бросила Циала. — Ил, если что — стреляй!

Ил? Это она мне? Стоп, что значит «стреляй»? Я не умею! Но благоразумно промолчал, становясь спина к спине. Вот уж не думал, что буду прикрывать спину некроманту.

— А как же Лед? — язвительно прошипел внутренний голос, в последнее время часто себя проявляющий — верно, демоническая сущность уже настолько отделилась, что могла говорить со мной почти постоянно.

— Это другое! — возмутился я.

— Ну-ну. А как насчет того, что ты — демон?

Ответа у меня не нашлось. И тут показался маг окруживших нас разбойников. Я вытаращил на него глаза.

Маг был драконом, о чем говорили его глаза…

…Циала не верила своим глазам. Даже сумасшедшему поведению Таилэна, когда он с непонятным ей энтузиазмом ринулся на чистокровного оборотня и, выдрав у него арбалет, тупо шарахнул им по голове, она так не удивилась. Ей даже захотелось расхохотаться от абсурдности ситуации, но тут стало не до смеха — из кустов повалили остальные. Она не знала, о чем думал Таилэн, но видела, что разбойники-то вовсе и не разбойники: слишком хорошо вооружены, да и одежда что-то знакомая. Циала честно попыталась образумить прыткого посла, но успеха не добилась, и тут вмешался Тэрек. Округлившимися глазами бедная проводница взирала на невообразимую кучу оборотней, из которой вдруг ловко вывернулся сам Таилэн, задетый потоком воздуха. И тут же зачем-то ринулся в кусты, хотя именно оттуда прилетели арбалетные болты.

Пока посол сидел в кустах, Циала успела понять, что убивать никого не будет. Ранить — да, но не убивать. Ибо узнала в некоторых нападающих Стражей. Стражи — особая боевая единица, защищающая представителей правящей династии. Вот только что они здесь делали?

И тут из кустов все-таки выбрался Таилэн, хотя Тэрек очень старался оттуда его не выпускать. Выбрался и наорал. На них обоих. Да, пожалуй, рано она его мальчишкой обозвала, вон как яростно глазищами сверкает. Но Тэр поставил его на место, сообщив нерадостное известие о присутствии в стане врага мага. Циалу и Тэрека терзали смутные сомнения по поводу личности этого мага. Не каждый маг сможет так легко противостоять воздушной молнии. Никого не убило, а оглушенные Таилэном оборотни уже поднимались. Не особо надеясь на удачу, Циала предложила стать спиной к спине, но посол, как это ни странно, послушался.

Но тут на дорогу вышел маг, и Циала решила действовать. Во что бы то ни стало. Дракон нашел глазами Таилэна, проигнорировав остальных. Посол дернул уголком губ и поспешно отвел взгляд, глядя куда угодно, но только не на дракона. Тот нахмурился. В черных, отливающих фиолетовым цветом глазах мелькнуло явное недовольство. Встряхнув такими же, как и глаза, волосами, дракон приблизился.

— Не отводи взгляд, человек, мы ищем одну девушку-оборотня, старшую дочь Властителя Дароэнга. Если с ней что-то случилось… — В голосе мага послышалось шипение.

— Да ничего со мной не случилось, — хмыкнула Циала, шагнула вперед и сняла амулет личины.

— Ци! — подскочил на месте дракон, разом растеряв все свое величие и угрозу. — Ты с ума сошла, мы же тебя чуть не убили! Почему ты не сказала отцу, что встретишь посла под личиной?!

— Потому что принцесса, встречающая посла самолично, выглядит довольно странно, а уж как бы на это отреагировали местные жители…

В Циале изменились черты лица, цвет глаз, да и стала она чуть повыше. Но и это меняло ее просто поразительно. И кем бы ни был Ил, вором или принцем, но он обязан был знать членов правящих династий всех союзных стран. И сейчас не мог не узнать в стоящей перед ним оборотнице дочь Властителя Дароэнга, Ациалеру.

— Вот уж точно! Только могла ты об этом сообщить мне или отцу? Между прочим, ему кто-то уже сообщил, что тебя убили, похитили и еще невесть что! Ты не представляешь, как я волновался! Мы же друзья, Ци, ты должна была знать, что я отправлюсь на поиски. Ты же узнала Стражей, разве не могла снять амулет сразу? И где посол? — продолжал возмущаться средний сын Повелителя драконов — Ил и его узнал.

Циала виновато покосилась на Таилэна: если он обиделся на то, что в нем не признали посла… И тут она наткнулась на холодный, до жути равнодушный зеленый взгляд, в котором не теплилось ни искорки веселья, равнодушная бездна, да и только.

— Ваше высочество Ациалера Риош'эр, ваше высочество Кайнори Вэро, прошу простить меня за столь непритязательный вид. — Поклон, исполненный по всем правилам. — Позвольте мне удалиться, думаю, мое присутствие при встрече старых друзей только помешает. Если понадоблюсь вашим высочествам, буду там. — Взмах руки в сторону поворота.

После этих слов посол спокойно повернулся и скрылся в кустах, явно собираясь пробраться до поворота сквозь них.

— Циала, — медленно выдавил Тэрек. — Ци, ты это слышала? Может, тебе стоило сказать правду раньше?

Циала молча продолжала смотреть в кусты, где скрылся Таилэн.

— Может, объясните, что происходит и кто этот парень, выведший из строя троих Стражей? — полюбопытствовал Кайнори.

Циала молчала. Затем медленно обернулась к дракону.

— Знаешь, похоже, я только что потеряла друга… — с болью произнесла она.

Я вышел на дорогу. За поворотом о чем-то рьяно переговаривались, почти орали. Мне было все равно. Совсем. Равнодушие растеклось внутри мягкой губкой, впитав в себя все остальные чувства.

— Тсс… что ж ты расстроился, вор? Вспомни, кто ты сам и мало ли ты обманывал?

— Заткнись… — равнодушно ответил я.

— Ну что за тряпка, право слово! А ну соберись, или ты в нее влюбился?

— Это было бы проще.

— Не понял.

— Я бы пошел, напился, решил, что все бабы — стервы, и все дела.

— М-да… Но ты не можешь ее винить. Ты сам ей не сказал, кто ты!

— И кто же я?

Молчание. Так-то. Нечего сказать, верно? Я равнодушно пнул камешек. Прищурившись, глянул на солнце. Занимательная история. Весьма. Так вот, мой внутренний голос, дело в том, что я сейчас не принц. Я — посол и просто обязан общаться с ней так, как предписывает так называемая дипломатия. М-да… сюда бы Леда. И вообще, такое ощущение, что нас поменяли местами. Но сейчас мне все равно, даже странно. Было бы понятно, если бы я злился, что кто-то сумел меня обмануть, что меня обставили, выставили глупцом. При чем тут равнодушие? Демон, что же так голова кружится? О чем я? А, о равнодушии…

…И тут утоптанная дорога приветливо полетела мне в лицо. Встречи с ней я не ощутил, в одно мгновение оказавшись в пустоте. Мое собственное отражение подмигнуло мне и достало колоду карт.

— Сыграем? — Лечить меня он не собирался.

Я помнил, что теперь он этого просто не мог.

— Циала, ты с ума сошла, какой он посол?!

— Как я сейчас поняла, вполне нормальный, — огрызнулась в ответ оборотень.

— Он мне в глаза смотреть боится, да и сколько ему лет?

— Я не интересовалась, — растерялась принцесса. — Но он посол, это точно! Я видела, как он вышел из портала.

— А кроме портала какие-нибудь доказательства есть?

Циала замолчала. В отчаянии покосилась на Тэрека. Тот пожал плечами.

— Вот что, — мрачно начал Кайнори. — Сейчас мы его тщательно допрашиваем, я накладываю заклятие Истины, и мы быстренько узнаем, кто его послал и зачем.

— Ты перегибаешь палку, Кайнори, — нахмурился Тэрек.

— Не думаю, Тэр. Ведь наверняка ты немало за ним подозрительного замечал.

— Он не некромант.

— Я понял, — фыркнул дракон.

— Кай, — с усилием произнесла Циала. — Он спас мне жизнь.

Кайнори помолчал.

— Что ж… за это его стоит отблагодарить. Но ты должна мне все рассказать, вдруг он это подстроил.

Некромант и принцесса переглянулись и под недоуменным взглядом дракона расхохотались…

— Пошли поговорим с ним? — успокоился Тэрек. — Объяснишь этому упрямцу, что не хотела обманывать.

— Хочешь извиниться? — возмутился Кайнори, но Циала уже огибала поворот.

— Тэрек, немедленно сюда!

— Что еще?

За поворотом обнаружился сам Таилэн, благополучно пребывающий без сознания. Рубашка его была вся в крови…

— Что с ним? Ну говори, — раздраженно мерила шагами поляну Циала.

Тэрек пожал плечами:

— Раны не серьезные, почти царапины — на спине, ребрах и плече. Сознания, наверно, от потери крови лишился.

— Хм, не находишь, что это странно? — усомнилась Циала. — Он вроде бы выносливый, вон сколько наворотил и не устал! А тут от каких-то царапин…

— Если бы не строил из себя ледяную статую, то, может, и не грохнулся бы! — фыркнул в ответ некромант.

Циала покосилась в сторону Кайнори. Тот оживленно разговаривал с одним из Стражей. Наконец, выяснив что-то, он направился к ним.

— Ци, я тут поинтересовался, не смазывали ли болты какими ядами… — Дракон выразительно замолчал.

— И что? — хрипло спросила Циала.

— Хроал. Ты понимаешь, о чем я. — И дракон выразительно покосился на безжизненное тело посла.

Хроал — смертельный яд, от которого умирают, получив лишь царапину, за мгновение.

— Любого оборотня свалит, не то что человека.

— Он говорил, что полуэльф, — неуверенно заметил некромант.

Все в задумчивости уставились на Таилэна. И тут Ациалеру прорвало:

— Что стоите, его лечить надо, он же умирает!

— Противоядия нет, — мрачно ответил Тэрек, отводя взгляд.

— Что? Не может быть! Сделайте что-нибудь! В конце концов, разве нам нужны проблемы с Мианором?! — вконец отчаялась девушка.

— Это Мианору не нужны проблемы с нами, — возразил Кайнори. — И еще не доказано, что он посол…

— Он ближайший друг Леда. Демон! Кай, я знаю, ты можешь! Ты мой друг! Сделай это для меня.

Кайнори закатил глаза, но послушно резанул по руке ножом…

Должен сказать, неблагодарное это дело — играть в азартные игры с самим собой. Постоянно проигрываешь. Но эта партия должна остаться за мной! И как это сделать? Он же что-то там магичит. Но я же вор… Опа! Он и сам не заметил, как все его карты стали моими, а мои — его. Ой-ой! Замети-и-ил!

— А ну стой, мелкий воришка! — в ярости завопила моя вторая половина и ринулась на меня.

Я увернулся, потом еще и еще… Как вдруг отражение резко замерло, к чему-то прислушалось…

— А-а-а-а! Придурок, немедленно очнись, если ты не хочешь на веки вечные стать должником дракона!

И я очнулся — аргумент был убийственным. Очнулся вовремя, чтобы успеть отвести руку ретивого дракоши и даже швырнуть его в кусты.

— Сбрендил? Ты что творишь?! — взвыл я. — А ты куда смотрела? — это уже Циале.

Кайнори медленно поднялся. Я тут же скосил взгляд.

— Простите, ваши высочества, я погорячился. Вы должны признать, что мои слова никоим образом не касаются Мианора.

— Ил, хватит уже. Прости, что не сказала, но… — взмолилась Ациалера.

Я поджал губы и перебил:

— Не стоит, принцесса, как послу Мианора мне были даны весьма точные инструкции по общению с вами.

— Так все дело в титуле?! — взвилась бывшая проводница.

— Да.

— Ну… и иди ты… к демонам! — Она зло сверкнула глазами и отвернулась.

Кайнори подошел к ней.

— Что с плечом? — хмурясь, поинтересовался я у Тэрека.

Вот демон, получается, что теперь из всей этой компании нормально я общаться могу только с некромантом?! О небо, судьба явно издевается надо мной!

— Яд. Хроал, — кратко ответил Тэрек.

И внимательно на меня посмотрел.

— Нет, иногда мой папаша бывает просто необходим, — умилился я.

— Он был некромантом?

Я чуть не умер от разрыва сердца:

— С-с ч-чего т-ты взял?

— Этот яд способен сделать только некромант.

— А разве мой отец купить его не мог? — попытался вывернуться я.

— Богатый он у тебя, — заметил Тэр.

— Ага. Был, — и весело оскалился.

Некромант недоуменно моргнул:

— Почему на тебя яд не действует?

— Почему, почему! Потому что в детстве пару раз им угостили, вот у меня и иммунитет.

— В детстве? Угостили? — хором воскликнули Циала и Тэрек.

— Не стоит волноваться, ваше высочество, исключительно в благих целях! — вежливо улыбнулся я ей.

Н-дя… Кажись, я нажил себе нового врага. Так, отставить мысли о грустном! Попробуй встать, развалюха! И я встал. И даже не закачался. Оглядел свой наряд и с подозрением уставился на троицу, также меня разглядывающую.

— Вы что, волоком меня сюда перетаскивали?

— Ах, простите за доставленные неудобства, господин посол, простите, не знаю вашего титула… — влезла Циала.

— Доигрался? — влез демон внутри меня.

— Заткнись! — огрызнулся я про себя.

— Граф Таилэн Залесский. — Вот демон, теперь главное — не забыть только что придуманное имя и титул.

— Что ж, граф. — Дракон вновь попытался поймать мой взгляд, но не преуспел. — Должен сообщить, что побитых вами Стражей… — Я побледнел: да они бы меня на кусочки! — …Я отправил обратно в столицу. Циала настаивала на незаметном передвижении, а лишние спутники только навредят. Так вот, я иду с вами. Вы не против?

Я молчал, задумчиво глядя в землю, затем печально вздохнул:

— А лишней рубашки ни у кого не найдется?

Все задумались.

— Вот что, нельзя тебе в таком виде при всех шляться. Вот возьми, до города в плаще дойдешь, царапины твои перевязали, а с ядом ты сам справишься. И… Кайнори! — Тут Циала радостно подскочила. — Кай, наложи на него личину оборотня!

Дракон с сомнением посмотрел на меня:

— Для этого ему придется посмотреть мне в глаза.

— Ваше высочество, я же знаю, что это необязательно, просто оставьте мне прежний цвет глаз, — укоризненно глядя куда-то вбок, произнес я.

— А чем докажешь, что ты посол Мианора? — резко перешел на «ты» Кайнори.

Я подавился воздухом. А потом согнулся пополам и расхохотался. Плечо снова обожгло огнем, но мне было плевать, я хохотал.

— Вот… — сквозь хохот выдавил я. — Соответствующая бумага… с печатью.

— Ну и что ты ржешь? — попытался урезонить меня Тэр.

— Да вот, представил, что бы было, окажись я в действительности не послом Мианора.

— Ну и юмор.

— Какой есть, некромант, какой есть!..

Мы неспешным шагом, подобрав вещи, отправились прочь по дороге, где я с удовольствием доставал Тэрека, игнорируя парочку, идущую чуть позади.

— Ци, они всегда такие?

— Это еще цветочки, — сумрачно отозвалась принцесса.

Путь стал еще веселее.

Икар с ликованием вцепился в Венчающего Невиновного. Радостно улыбнулся.

— Во-ор! — завопила вовремя влетевшая в тронный зал Дэйкрашиава.

— Да, сразу видно руку Ила, — пробормотал уважительно Икар, спешно ретируясь из зала.

— Стража! Кто схватит этого вора, дарую золотую награду и мое расположение!

Буквально всех во дворце смело с места: они спешили догнать прыткого воришку. Дэйкрашиава нервно уселась на заново сделанный после прихода Ила трон. Задумалась…

Хрясь!

— Так тебе! — радостно пропела Финра, отправившая королеву дроу в бессознательное состояние точным ударом стула по голове. — Меньше командира обижать будешь. Эй, ребята, путь свободен!

Остальная девятка тут же появилась в зале.

— А не слишком ты ее… того? — провел рукой по шее Анир.

— Да нет, даже мало! — легкомысленно отмахнулась нимфа. — Ну пошли?

Рейн, Хиерад и патруль дроу коротали время, играя в карты, нашедшиеся у дракона. И вдруг дверь с громким «Бомм!» приказала долго жить, хотя до этого ее пытались выбить всей толпой сразу. В дверях появился… вампир.

— Какая встреча, командир! — насмешливо сверкнул Вик клыками. — А мы не чаяли уж вас увидеть!

— Мы?

В ответ на этот вопрос из-за спины Вика высунулись рожи остальных, в том числе и Икара, помахивающего диадемой.

— А где некроманты? — сразу уловил суть Рейн.

И в этот миг дворец содрогнулся…

— Валим отсюда! — вывалились из портала за спиной Вика близнецы.

— Куда?

Рейн вопросительно взглянул на Хиерада.

— Мианор, — пожал плечами дракон. — Надо же разобраться, в чем дело.

Командир Дюжины вопросительно уставился на патруль.

— Крим, предлагаю с нами! Всем патрулем!

Тот только кивнул, ошарашенный.

— Придется ставить два портала. Так куда точно? — поинтересовался Рок.

— В столицу, ну в трактир под названием…

— …«Посох некроманта»!

Встряхнувшись, Лед вышел из портала прямо перед «Посохом некроманта», следом за ним появилась остальная четверка.

— Что будем делать? — поинтересовалась Лика.

— Что хотите. Сегодня день свободный, — отмахнулся белобрысый, и тут…

Небольшая площадка перед трактиром заполнилась толпой, в которой пятерка без труда узнала Имперскую Дюжину. С ними был какой-то странный тип и печально знакомый всем патрулям дроу…

— Вы? — изумился командир патруля.

— Ба! Крим, да вы уже знакомы? Нет? Тогда позволь тебе представить принца Ледоника, несравненную Анжелику, дочь Повелителя вампиров, герцога Шамира Радонежского, его младшего брата Рига и всегда прекрасную Мэйрону, незабываемую супругу герцога.

Лицо Крима надо было видеть.

— Вот как? Принц? В таком случае вам придется кое-что объяснить мне, как послу Драконьих Скал. Думаю, вам будет интересно узнать, что в наши копи пробрался вор, следы которого уходят в Мианор, — выдвинулся вперед Хиерад.

Лед вытаращился на него.

— Вы его поймали? — Смутные подозрения замелькали в его голове.

— Да.

— Фух! Значит, не он, — уверенно заявил принц.

— Откуда тебе знать, один раз его же поймали, — заметил Риг.

— Кого? — не понял Хиерад.

— Ила, — как само собой разумеющееся, хором ответили пятеро друзей, вся дюжина и даже патруль.

— Как я понял, он не мог это сделать, ибо все случилось полторы недели назад.

— Слушайте, есть идея! — обрадовался Лед, а все невольно насторожились. — А что, если я отправлюсь к вам в Драконьи Скалы, дабы попытаться переубедить вашего Повелителя в том, что во всем виноват Мианор?

Дракон немного подумал и… кивнул.

— Вот что, принц, тогда я с вами! — радостно встрепенулся Рейн. Но тут же скосил взгляд на грозящую кулаком эльфийку. — Мы с вами.

— Э-э-э… — растерялся Лед. — Что же, тогда мне придется брать вас обратно на службу?

Рейн кивнул. Миг — и все было улажено. Командир Дюжины написал рекомендации для патруля дроу, а все остальные собрались вместе, решая, каким путем лучше отправиться на остров, носящий гордое название Драконьи Скалы.

— Порталом, и все дела! — как-то легкомысленно отмахнулся Лед.

— На остров невозможно телепортироваться, он специально защищен.

— Ха! — хором ответили пятеро друзей, уже зная, что это не препятствие.

Зима сдавала позиции.

В императорском дворце Мианора чуть ли не каждый день заседал неполный Совет магов и Владетелей. Но ничего так особо решить не мог.

Дэйкрашиава, королева дроу, обнаружила пропажу нескольких ценнейших артефактов, полученных с помощью важнейших экспериментов. И поняла, что придется перестраивать свой дворец заново.

Гномы только добродушно усмехались, завидя нехилое зарево со стороны Заарркиарелла…

Некромант Эрик пришел к выводу, что нужно действовать самому, пока есть еще зачем…

В Драконьи Скалы, впервые за все его существование, телепортировались, да еще такой толпой… Остров ждали большие потрясения.

На архипелаге Линэх происходило что-то непонятное. Странная компания — дракон, оборотень, некромант и полудемон — приближалась к обычному тихому городку…

Судьба очнулась и поспешила выпить настойку валерьянки.

Летописец свои запасы уже истратил…

А план заговорщиков пока что ничем не нарушился, даже наоборот…

Глава 7. СТОЛКНОВЕНИЕ.

— Какого… ты молчишь, придурок?

— Отвали, паникер!

— Это ты тормознутый! Немедленно требуй привала, ты же еле шагаешь! То, что яд на тебя сразу не подействовал, это не значит, что ты спокойно можешь идти без устали!

Я хмыкнул про себя. Шли мы уже давно, и привал действительно нужно было делать час назад, но в том-то и дело, что я ничуть не устал. А что плечо постоянно обжигает огнем, так это мои проблемы.

— И мои, между прочим, тоже! — яростно вылез внутренний голос.

Честно говоря, он достал меня гораздо больше ноющего плеча. Решив, что за все надо платить, я начал напевать однообразную песенку, волшебным образом оставляя в голове только ее одну, разом выпихнув все посторонние мысли. Мое второе «я» продержалось пять минут. Хм, я бы выдержал больше!

— Немедленно прекрати! Кому сказа-а-ал!

Я споткнулся на ровном месте и схватился руками за виски.

— Тебе плохо? — тут же подскочила Циала.

Я попытался сделать равнодушную мину, что плохо получалось. В совокупности с болью в плече, головная боль меня добила.

— Ваше высочество, я ценю вашу заботу обо мне, но не понимаю ее причин, — вежливость, вежливость и еще раз вежливость.

— Дурак, — вывел вековую истину демон у меня в голове.

— Что ж, граф, вынуждена признать, что это всего лишь вежливость, — ровно ответила Циала и, не взглянув на меня, догнала Тэрека. (Я шел позади всех, Тэрек и Циала вместе, а дракон чуть впереди.) Ах да, наверняка вам любопытно, отчего это я не смотрю в глаза Кайнори? О, все очень просто — Ерэграл говорил, что дракон из правящей династии, посмотрев кому-либо в глаза, способен увидеть внутреннюю сущность. Не знаю, правда это или нет и сможет ли увидеть во мне демона Кайнори, но подстраховаться не мешало бы.

— И правильно делаешь — опять влез в мои мысли демон. — Может, он и не поймет, кто ты, но вот распознать, что отнюдь не добрый парень, — раз плюнуть.

— Ну и что? Мало ли на свете недобрых парней?

— И часто ты встречал послов с титулом принца, душой вора и сущностью демона?

— Я понял. Только помолчи, от тебя голова уже болит!

— Это еще цветочки… А потом пойдут и дубы.

Я его проигнорировал, прислушиваясь к шуму леса. Тэр, Циала и Кайнори о чем-то болтали, но я специально не пытался вслушиваться в их слова. Ну их…

— Кай, нам нужен привал.

— Нам? — насмешливо спросил дракон в ответ, скосив взгляд своих фиолетовых глаз на спокойно идущего позади посла.

— И ему тоже, — нахмурилась Циала. — У него в крови — яд. По-моему, он себя плохо чувствует.

— Раз не говорит, нормально все! — фыркнул Кайнори.

— Да ничего не нормально, — внезапно резко перебил их Тэрек. — Он не подкалывает меня в течение уже трех часов.

Кайнори недоуменно на него посмотрел.

— Да-а, похоже, дела плохи, — впала в прострацию Циала. — Он же на это способен, только когда спит!

— А может, он и спит, — ехидно предположил дракон. — На ходу.

— У него болит голова, — серьезно заметила Ациалера.

— Слушай, он тебя оскорбил, намекнул, что боится сказать лишнее слово, чтобы не ухудшить отношение к Мианору, не смотрит мне в глаза, скрывая что-то, а ты за него переживаешь! Он тебя за хрупкую вазу принимает, которую ни-ни, не тронь, только издали глазками моргай да пыль протирай!

— Ну за это ему во дворце еще не так достанется! — злорадно выдала Циала. — Но сейчас…

— Хорошо, — закатил глаза Кай. — Эй, граф, привал!

К чему-то прислушивающийся парень резко остановился, недоуменно глядя на дракона, ставшего негласным руководителем похода.

— Зачем, ведь скоро город? — несколько растерянно спросил он. — Пройдем еще и отдохнем там.

— С чего ты взял, что скоро? — ехидно спросил Тэрек.

Таилэн глянул на него, как на умственно отсталого.

— Деревья редеют, — махнул он рукой в сторону леса. — Встречаются вырубленные, дорога чище, зверья меньше, люди на дороге чаще появляются… да много еще чего.

— А… Ну тогда пошли? — неуверенно предложила Циала.

Кайнори молча повернулся спиной к спутникам и поспешил прочь по дороге. Чуть позже его догнала и Циала.

— Нужен отдых? — сквозь зубы кинул Циале дракон. — Ци, он такой же посол, как я — бедная овечка! И если с тобой что-нибудь случится, я убью его!

— Хм… — выразил свое сомнение Тэрек. — Сомневаюсь, что ты сможешь его догнать.

Тает зима, оголенная солнцем, Ветер вдыхает источник тепла. Шепчет зима о том, что вернется… Только все это пустые слова. Только все это, увы, повторится, Только расплата придет скоро вновь, И вот тогда тебе снова приснится Улыбка зимы, леденящая кровь…

— Красиво, — раздался сзади Леда спокойный голос.

Парень даже не вздрогнул. Он стоял на балконе, в одной из башен дворца Повелителя драконов, всматриваясь в даль.

— Это не мое, — равнодушно ответил Ледоник.

Он пришел сюда, чтобы побыть одному. После телепортации во дворец Хиерад поспешил доложить о прибытии принца Мианора и его свиты. Вернувшись, дракон сообщил, что Повелитель хочет подумать, стоит ли подпускать Ледоника к вору, а пока их разместят во дворце. Сразу после принятия решения Повелитель собирался поговорить с Ледом самолично. Лед не возражал. Он недоумевал: на острове царило вечное лето, и хоть Лед и знал это раньше, но только сейчас ему пришла в голову здравая мысль о местонахождении его дорогого братца.

Скорей всего, он находился в одной из стран, где было вечное лето. Ниточка слишком тонкая, но уже существующая.

— Тогда, значит, это стихи вашей девушки? — Дракон подошел и стал рядом с Ледом.

Голос Ледонику был незнаком, но он не смотрел на собеседника.

— Моего брата, — спокойно ответил Лед.

— Эвариана? — прозвучало искреннее удивление. — Или… того, который был неведомо каким образом найден?

И тут Лед обернулся. Рядом с ним стоял тот, кого он ожидал увидеть меньше всего, — старший сын Повелителя, Фэоран. С минуту Лед растерянно разглядывал высокого среброволосого дракона, жутко бледного и с ярко-зелеными, как у самого Леда, глазами. Впрочем, вертикальный зрачок убивал все возможное сходство. Глаза Леда и Фэорана встретились, и оба сразу же забыли, о чем говорили.

— Некромант? — отшатнулся наследник. — Но как? — В руках у него появился клинок.

— Вообще-то это уже всем известно, — оскорбился Лед. — О пробудившемся во мне даре уже все, кому не лень, слышали!

Фэоран прикрыл глаза. Затем снова в упор глянул на Леда, но тот, уже наученный, взгляд отвел.

— Прошу прощения. Думаю, об этом было неизвестно только мне. — Дракон помолчал. — Хиерад!

Тот неслышной тенью явился пред грозные очи Фэорана.

— Все новости о Мианоре мне на стол. Немедленно! — ледяным голосом выдал наследник. Хиерад поспешно исчез. — Беда с этими шпионами, прямо не могу! — пожаловался Фэоран Леду.

Тот весело сверкнул глазами:

— Думаю, будет лучше, если расскажу сначала я. А потом сравните…

— Риг, ты когда в последний раз тренировался с мечом? — возмущенно спросил Шамир.

Риг припомнил и тяжело вздохнул.

— Когда город защищал. — Сердце тоскливо заныло, напомнив о встрече с таинственной оборотницей.

— Так! А ну быстро встал — и вперед! Мне не с кем тренироваться.

— А Мэй?

— А Мэй с Ликой ерундой занимаются.

— Это какой? — полюбопытствовал рыжий.

— Дворец исследуют.

— Я тоже хочу! — подскочил Риг.

— Победишь меня и пойдешь.

Риг был вынужден признать, что прогулка по дворцу ему не светит.

— Тсс… Слышишь?

— Ага.

— Живо в нишу!

Вампиресса и Мэйрона поспешили в укрытие. Мимо как угорелый пронесся Хиерад. Наемница и Лика переглянулись, а затем вернулись в коридор, изменив маршрут в сторону, откуда бежал дракон.

Чем ближе они подходили, тем громче раздавались голоса:

— …Слушай, зови меня Фэо! Устал я от этих церемоний…

— Хорошо, тогда я — Лед. Так вот, слушай дальше, поступил я, значит, в Академию… Кто там за углом так злорадно хихикает?! Лика, Мэй? А вам никто не говорил, что подслушивать нельзя?

Ответом был язвительный хохот.

— Лед, если ты собираешься рассказывать историю нашего знакомства, я должна при этом присутствовать! — сквозь хохот выдавила Лика.

— И вообще, мне кажется, что со стороны Ила тоже надо бы рассказать. Да, занятная история вышла, — добавила Мэй.

Лед закатил глаза. Похоже, придется рассказывать все. Но для начала…

— Знакомьтесь…

Фэоран уселся на стол в кабинете отца.

— Что скажешь? — не отрываясь от бумаг, поинтересовался Повелитель.

Старший сын с любопытством глянул, чем так занят его отец. Весело хмыкнул, обнаружив подробный доклад о прибывших в Драконьи Скалы людях и нелюдях.

— Тебе рассказать то, что написано в докладе, или интересует личное мнение?

Повелитель поднял взгляд и посмотрел на сына:

— А твое личное мнение отличается от этих сведений?

— Разительно, — спокойно ответил Фэоран.

Теперь стоит все же описать внешность обоих драконов и особенности их расы. Прежде всего, драконы — это не огромные тупые ящерицы, с минимумом мозгов и пристрастием к огню и драгоценностям. Это оборотни. Обычно их внешность хоть и схожа с человеческой, но весьма специфична: к примеру, цвет глаз и волос, которые у людей могут вообще не встречаться. Превращение же их в огромную, но невероятно красивую и изящную крылатую ящерицу называется боевой ипостасью. Как и у других рас, маги у них присутствуют. Высшей категорией считаются драконы, умеющие применять магию в боевой ипостаси.

Итак, о Повелителе, Гроаде Шадэа, и Фэоране, его сыне. Сам Повелитель был довольно высокого роста, выше любого самого высокого человека, волосы его были абсолютно седы, лишь на виске змеилась темно-фиолетовая прядь. Глаза, как и у всех драконов, с вертикальными зрачками, подобно глазам своего среднего сына, Кайнори, фиолетовые, только с красноватыми отблесками. Магом он не был, зато был просто великолепным бойцом, пока еще не знавшим поражений. Старший сын пошел по его стопам. От бабушки ему достались серебристые волосы, от матери глаза, а стать и воинское искусство — от отца.

— Ну и?.. — откинулся на спинку кресла Гроад.

— Ветер колышет волны, и только знающий да узрит, что без волн этих не существовало бы и ветра, — нараспев произнес наследник, но, заметив выжидающий взгляд отца, вздохнул: — Любопытный этот парень, Лед… — Чуть выждал, глянув в окно. — Такой паинька, прямо загляденье. А вещи говорит занятные, некромант-то он некромант, да только это не все. А что еще, я поначалу не понял, потом поздно было, никто мне не дал. История темная. — Фэоран подался вперед, приблизившись к отцу и шепча так, чтобы услышал в любом случае только он: — И брат у него, близнец, некроманта убил высшей категории…

— И что с того? — прищурил глаза Гроад. Красные блики в них на мгновение слились в непонятный рисунок и тут же исчезли. — Ну способный и находчивый парнишка… и тот, и другой.

Фэоран стиснул зубы:

— Способный. Я вынужден признать, что Мианор тут ни при чем, в наши копи империя никого не посылала.

— Не понял? — изумленно поднял бровь Повелитель.

Его сын зло усмехнулся и выложил на стол небольшой женский браслет, наделе являющийся мощным артефактом.

— Эту вещь принц Ледоник вручил мне после своего рассказа, заявив, что на все про все потратил ночь…

Оба дракона уставились на артефакт. Еще вчера он лежал в одной из сокровищниц копей.

— Завтра с утра нужно поговорить с ним. Хочу глянуть на того, кто это сделал. А после можно и пустить его к вору…

Ммм… Какое блаженство! Вы когда-нибудь спали четыре дня подряд на голой земле или в каюте? Я спал, и не раз. И тем великолепнее это ощущение, ощущение чистоты и уюта. Недолго думая, только появившись в таверне города Мерты, я потребовал ванну себе в номер. Денег мне Эвариан вручил кучу, так что я решил расслабиться — вкусно поесть, выспаться и отправиться на прогулку на рынок. Ходить в рваных рубашках и дальше я не собирался.

Похоже, я забыл про ностальгию. Что ж, вот и расплата за все грехи… Эх-ха, но какая родная атмосфера!

— Пирожки, пирожки! С мясом, с капустой!

О! Любимое мое блюдо во времена бытности вором! Купить, что ли? Непривычно как-то…

— Яблоки румяные! Сам пудрил!

Ммм… Демон, мне что, разорваться?

— А вот кому амулет! Амулет от сглаза!

Так, в магические ряды мне не надо… Вот оно!

— Пирожки с яблоками!

Я замер напротив торговки, не решаясь подступить к ней ближе. Может, вам и непонятно, но я не мог… не мог купить. Меня просто коробило от подобной перспективы. Эх, если бы не обещание… Стоп! Ищем выход… выход! Как звучало обещание? Формулировка? Итак, «как принц, я обещаю, что ближайшие два года (на больший срок не согласился) воровать не буду». И как тут выкрутиться? …Да! Да! Я сказал «как принц». Но сейчас я — посол!

Через миг пирожок был моим. Учитесь, други! Да, но при моих спутниках, кстати дрыхнущих в таверне, такие номера не пройдут. Послы, в их представлении, не воруют. Так что прости-прощай, любимая работа!

И тут я увидел это. Нож на поясе одного зеваки. По стоимости этот ножичек был не дешевле Ликиных «бабочек». Моя рука самопроизвольно дернулась вперед и…

Столкнулась с рукой какой-то девушки, живенько выхватившей ножичек у меня из-под носа. Ну так и я не дурак — как схвачу ее за запястье:

— Воровка! — а как вы думали, да, мы такие!

И тут я столкнулся со злющими серыми глазами оборотницы. Время на миг застыло, а затем побежало с ошеломляющей скоростью: невероятно сильным рывком она вырвалась из моего захвата и рванула прочь, все желающие поймать — за ней. Только кончик темных волос мелькнул и исчез.

А я, как дурак, стоял и смотрел вслед. Затем с недоумением глянул на руку…

— Ну вот, еще одна рана! — раздраженно влез демон.

— А ты где был? Не мог расшевелить?

— Самому понравилась, — признался внутренний голос. — Достойная противница.

В задумчивости я побрел к себе в номер перевязывать оставленный острым артефактом порез. Интересно, знала ли эта воровка, что за вещь она отхватила?

Эх, а как жаль! Пожалуй, жертвенный некромантский нож мне бы оч-чень помог.

— Вставай! — противно рявкнул над ухом голос некроманта. Демон, только прилег, как тут же, гады, полезли будить!

— А некромантам никто слова не давал, — сквозь сон пробормотал я.

— А принцессам? — возмущенно вмешался женский голос.

— Принцессы — существа относительные. К тому же я их боюсь, — и перевернулся на другой бок.

— Почему? — спросил любопытный дракон.

— Они страшно опасные и чересчур самоуверенные личности. — Я зарылся под одеяло.

Молчание. Яростное сопение…

— Принцесса? — Меня сдуло с кровати. — Простите за эти слова, я вовсе не вас имел в виду. — Уважительный поклон.

Циала поджала губы и вышла, хлопнув дверью. Дракон перед уходом кинул на меня любопытный взгляд. Тэрек остался.

— И часто ты общаешься со страшно опасными и самоуверенными принцессами? — ехидно спросил оборотень, прямо-таки пронзая меня своими синющими глазами.

— Одной на всю жизнь хватило! — с жаром ответил я, вспоминая Лессарениэль, свою «невесту».

Некромант скептически хмыкнул:

— Еще минута, и останешься без обеда!

Циала с нетерпением поджидала остальных спутников. Когда все подтянулись, она приступила к дальнейшему инструктированию:

— Итак, сейчас мы все идем покупать лошадей. Мне надоело плестись со скоростью пьяной улитки!

Все согласно кивнули, только Таилэн склонился к уху Тэра и прошептал:

— А я думал, пьяные улитки быстро двигаются.

— Почему это? — подозрительно осведомился некромант.

— Дык, чтоб скорей опохмелиться!

Нет, определенно этот посол вводил Циалу в состояние ступора. И тут вмешался дракон:

— Есть одна проблема, Ци… Я не знаю как, но, похоже, ночью нас обокрали. Денег не хватит.

Оборотницу затрясло:

— Как?! Ты же сам накладывал защитное заклинание!

— Сам не понимаю!

— Таилэн, ты чего улыбаешься? — поинтересовался Тэрек.

Тот смутился, но тут же выкрутился.

— В моей душе осталось место только для одной лошади! — и мечтательно закатил глаза.

— Хорош придуриваться! — возмутился некромант.

— Граф, если это вы… взяли деньги… — Голос Кайнори прозвучал бархатисто-мягко.

— И вовсе я эти деньги не крал! — возмутился праведник Таилэн.

— Что ж, придется идти пешком и дальше, — скрипнула зубами Циала.

Хорошо, я пальцы крестиком за спиной сложил… Да-да, есть у меня такой трюк. А как во время произнесения обещания не воровать надо мной издевались Шамир и Мэй, это надо было видеть! Лед, сволочь такая, предположил такую возможность, вот они и подсуетились.

А теперь вернемся к нашим… э-э-э… спутникам. Кстати насчет лошади. Я очень даже не против путешествия верхом, просто хотелось насолить этим высокомерным нелюдям.

— А сам кто такой?

— Ну не высокомерный же. А самый что ни на есть скромный и тихий.

— Ну-ну…

— И вообще, заткнись!

Демон послушно заткнулся. Наверное, обиделся.

— Слушай, Таилэн, расскажи о себе, — внезапно придвинулся ко мне Тэрек.

— А почему я? Ты ведь тоже ничего не рассказывал.

Тэр подозрительно на меня посмотрел (не насмехаюсь ли?), но вздохнул и приступил к рассказу:

— Родился в обычной деревенской семье. В пять лет обнаружился дар — до сих пор не могу забыть того дня! Представь только, обычная деревенька на берегу моря, отец и сын возвращаются с рыбалки, а тут — на тебе, шторм. Магический, конечно, другой бы заранее заприметили. Ну ты меня понял. До десяти лет никто меня никуда отпускать не хотел, да и денег не было. А потом обнаружилось, что я еще и некромант. — Тэрек горько усмехнулся. — Тогда я ушел сам. Не совсем, правда, сам. Но ведь скажи, разве бы ты не ушел, если бы под окнами родительского дома толпилась куча народу с криками, что это я наслал проклятие на улов?

— У меня нет и никогда не было родительского дома. Не мне судить, — довольно сухо ответил я.

— Прости, — запнулся Тэрек, но я безразлично пожал плечами — не имея родного дома, я вряд ли представлял истинную ценность подобных вещей. — Ушел я, в общем, — продолжал рассказ Тэр. — А потом случайно встретился с Кайнори. Он увидел мой дар и отправил в Академию. Так что теперь я его должник, но об уплате долга он и слышать не желает. Во время практики пересекся с Циалой, а затем и с Одрионом, капитаном «Легкокрылой чайки». На его корабль я и устроился после окончания Академии. Вот и все, пожалуй. — И он выжидательно уставился на меня.

У-у-у, как все запущено… Уж слишком это его «вот и все» просто. Или я один такой, головой стукнутый, с кучей просто невероятных проблем, накопившихся всего лишь за какие-то семнадцать лет?! Я страдальчески наморщил лоб. Ну почему, почему Ерэграл перепутал меня с Ледом? Жил бы себе — не тужил…

Опа! Нет, принцем я бы ни за что не согласился стать!

— Ты уже принц, полудурок!

— Было лучше, когда ты, обидевшись, заткнулся.

Ответом послужило гордое молчание.

М-да… Есть такой опасный зверь — сумасшествие. Может, я того… это самое? Обижен сам на себя? Надо срочно провериться, был где-то у меня артефактик…

— Таилэн, не игнорируй мой вопрос, рассказывай свою историю, — вывел меня из задумчивости Тэрек.

Ну я сейчас вам все расскажу!..

— А что ее рассказывать? Я — несчастный невинный принц, похищенный сразу после рождения, но признанный спустя много лет благодаря исповеди подлого похитителя.

— Не смешно, — обиженно фыркнул некромант, догоняя Кайнори и Циалу.

Я тупо смотрел ему вслед.

— Вот так и рождаются легенды… — мечтательно протянул голос в моей голове.

— Небо, я сейчас сойду с ума!

— Об этом не беспокойся. По меркам жителей этого мира, существа, именующие себя демонами, разумными не являются.

— Утешил…

Лед смотрел на вора, и ему становилось все хуже и хуже. Он мало что понимал в демонологии, но в подобном разбирался: недаром он посещал ту проклятую библиотеку Академии. Перед ним сидел низший демон — полуразумное существо, подчиняющееся либо призвавшему его магу, либо своему создателю.

И вряд ли его призвали маги, скорее всего, это был тот самый высший, вызванный некромантами Степи.

— Что-то не так? — напрягся Фэоран, подойдя поближе.

Демон находился в темнице, в ошейнике, прикованном к стене. Напоминал он обычного гоблина, только на четырех лапах, и обладал просто невероятным количеством зубов в пасти.

— С чего вы взяли, что его послал Мианор? — не поворачивая головы, спросил Лед.

— Ментальная магия. Все, что помнит эта тварь, — ваш дворец.

Лед схватился за голову и медленно сполз по стеночке.

— Лед? — наклонился над блондином встревоженный Фэоран.

— Вернусь… вернусь и загрызу эту крысу собственными зубами! — сорвался на шипение Ледоник.

В темнице похолодало. Дракон потрясенно следил за толстым слоем льда, появляющегося на стенах. Глянул вновь на Леда и застыл, наткнувшись на полный дикой синевы взгляд. В этот момент дверь слетела с петель, и в комнату ворвалась Лика. Она подскочила к Леду и залепила ему нехилую пощечину. Белобрысый моргнул, открыв глаза уже зелеными.

— С-спасибо, Лик. — Парень медленно поднялся. — Прости, Фэоран, не каждый день узнаешь, что в родном доме завелась большая жирная крыса. Вовремя мы оттуда смылись, как любит говорить мой братец.

— Мой младший тоже так говорит… — задумчиво произнес Фэоран. — Так все-таки Мианор?..

— Где Рейн? — не слушая, спросил Лику Лед.

— Я здесь! Все понял, — появился невесть откуда дроу. — Мы возвращаемся в империю, вы остаетесь. Думаю, к нашей встрече предатель будет вычислен.

— Мне нужно поговорить с твоим отцом, — обратился наконец Ледоник к дракону.

Тот сузил глаза:

— Что это было? С такой магией я еще не встречался!

— Дай небо, чтобы и дальше так было, — нахмурился Лед. — Но, боюсь, это не моя тайна. Мне нужно срочно связаться с братом, а подходящее заклинание мне неизвестно. У вас есть толковый маг?

В этот момент дальняя стена, к которой и был прикован низший демон, громко хрупнула и осыпалась… вместе с демоном. И перед ошеломленными зрителями, Ликой, Ледом и Фэораном предстал юноша лет семнадцати, с раскосыми, типично драконьими зелеными глазами и черно-белыми волосами: от макушки отходили черные пряди, к концу становясь ослепительно-белыми.

— Не менее минуты назад в данном секторе дворца мной был обнаружен огромный всплеск неконтролируемой энергии. Согласно двести сорок седьмому пункту четвертого постановления магического объединения Советов, я прибыл на место происшествия, дабы быть полностью в курсе ситуации и возможных предвиденных или же непредвиденных последствий. Доложите обстановку, наследник: каковы возможные варианты источника всплеска и действительно ли необходимо мое вмешательство?

— Вариант один, — покосился в сторону Леда Фэоран. — Нет, твое вмешательство не нужно. Послушай, Шан, ты что, опять начитался «Веселых приключений мага Афара на службе повелителя Мезеаройи»?

Парень расцвел:

— Тринадцатый том вышел!

И туг Лед, к своему ужасу, узнал в этом взлохмаченном чудике, с небрежно удерживаемым смертельным заклятием в левой руке, младшего сына нынешнего Повелителя драконов — Шанориана. А поначалу он его не узнал по одной веской причине: по последним сведениям, цвет волос Шанориана был зеленым. Но что поделать, сей субъект просто обожал эксперименты, и не только магические. Истинный цвет его волос уже никто не помнил. Предположительно цвет волос матери, черный.

— Знакомься, Лед! Самый толковый на данный момент во всей стране маг! — язвительно заметил Фэоран.

— Лед? Ты тот самый принц Мианора, у кого обнаружился дар некроманта? И это ты наслал на свой дворец толпу привидений? И устроил всему преподавательскому составу Мианорской Академии магов веселую жизнь? — восхитился Шанориан.

Фэоран скривился: даже его младший брат знает больше, чем он. Эти двое явно стоят друг друга — вон уже как весело беседуют!

— Так-так-так… Заклинание связи?

— Он прикрывается каким-то артефактом.

— Значит, будем импровизировать!

— Стоп, сначала Лед поговорит с отцом! — поспешил прекратить начинающуюся катастрофу Фэоран. — Лед, сейчас самое подходящее время. Шан, тебе пора идти на занятия по истории магии.

— Фу, братец, какой же ты скучный! — фыркнул Шанориан, сверкнув глазами.

— Был бы ты наследником — таким же стал бы.

Лед и Шан одновременно передернули плечами. Фэоран вздохнул. Он чуял, что даром это знакомство для Драконьих Скал не пройдет…

— Простите, Повелитель, я не могу ручаться за непричастность Мианора к данному инциденту.

Именно так начался разговор Ледоника с Повелителем драконов. Гроад медленно откинулся на спинку кресла.

— Не понимаю. Разве не вы совсем недавно доказали, что если бы поставили цель нас обокрасть, то осуществили бы ее с легкостью?

— Кража не была целью, Повелитель.

— Вот как? И что тогда? — подался вперед дракон. В глазах тревожно заплясали красные блики.

— Цель — поссорить Мианор с драконами…

Вечерело. А этот проклятый дракон даже не думал о привале. Он что, собирается всю ночь шагать?

— Именно, — равнодушно ответил на мой вопрос Кайнори. — Вас что-то не устраивает, граф?

Все. Все меня не устраивает. И в первую очередь — ты!

— Ни в коем случае, ваше высочество, все в полном порядке, — и мило так улыбнуться, старательно кося взглядом в сторону…

Ничего, уже привык. Так, а что у нас там делает некромант?

— Тэрек, ты чего такой молчаливый?

Синеволосый только раздраженно мотнул головой, отмалчиваясь.

Демон, ну как маленькие дети, честное слово! Обиделся он на меня! А между прочим, я правду сказал. Это я должен обижаться, что мне не поверили.

— Вот, наконец-то ты меня понимаешь! — счастливо влез голос.

— Это почему? — подозрительно осведомился я.

— Я тоже правду говорил!

Обидно. Говорит какой-то голос всякие гадости, а я даже стукнуть его не могу!

— Хочешь, постучи себе по голове!

«Хорошая идея», — вяло подумал я. И вообще, на меня напала какая-то апатия… сумерки вокруг как-то сразу сместились…

— Эй, ты чего молчишь? Скажи что-нибудь, не обижайся! — паниковал голос.

А я просто устал. Я же вор, ребята… всего лишь вор. И я устал, так сказать, от такой жизни. Все. Сейчас сорвусь…

И тут идущий впереди дракон резко вскинул руку, замерев на месте. А, это типа «Всем-стоять-не-двигаться-опасность»? Ну что же, постоим. Тем временем Кайнори приложил палец к губам и показал в сторону кустов. Циала и Тэрек согласно кивнули и слаженно скользнули в темноту. Я следом. Хе, а не так уж и тихо эти оборотни передвигаются. Пожалуй, самый тихий — дракон, затем Циала и уж потом Тэр. Но он же только маг, пусть и обученный владению оружием. Когда мы вплотную приблизились к цели, у меня возникло такое знакомое зловещее ощущение… Мы осторожно выглянули из-за кустов.

На открывшейся перед нами поляне находилось около дюжины некромантов, занимающихся знакомым дельцем — жертвоприношением. На походном алтаре возлежала давешняя воровка, закованная по самое не могу, а стоящий рядом с ней маг держал тот самый ножик. Излюбленный прием некромантов… «Один из распространенных и самых легких способов обнаружения подходящей кандидатуры для принесения в жертву ради получения силы — использование так называемых «поисковых жертвенных» ножей…» — эхом прозвучало на задворках памяти.

— Мы должны ей помочь, — нервно облизнув губы, прошептала Циала.

Кайнори задумчиво склонил голову набок.

— Но как? — в отчаянии тряхнул волосами Тэрек.

— Никак, — раздался холодный голос, даже не пытающийся снизиться до шепота, но некромантам было все равно, они вовсю готовились к обряду.

Дракон, принцесса и воздушник резко повернулись на голос. Таилэн смотрел себе под ноги, нервно сплетая и расплетая пальцы рук между собой.

— Их слишком много, а после нескольких жертвоприношений они стали еще сильней.

Остальные молчали. Они знали, что посол прав, но…

— Да ты их просто боишься! — взорвалась Циала.

— Да. Боюсь, — спокойно ответил Таилэн и поднял глаза, смотря в упор.

Вот только на этот раз Кайнори не смог ничего увидеть. Все во взгляде мианорца застилал ужас, всепоглощающий и древний, идущий из самой глубины души их спутника.

— Демон, они раскинули охранную сеть! — выругался внезапно Тэрек, отвлекая внимание на себя. — Всем нам отсюда не уйти, придется разделиться! Вы идете вместе: Кай, покажешь Циале проходы, где нет энергетических линий. Таилэн…

— Мне не нужен маг — я вижу эти самые линии, иначе не смог бы отбиться от твоих заклинаний при первой нашей встрече. Поодиночке будет безопасней.

Тэрек помедлил, но кивнул:

— Встречаемся в том месте, где сошли с дороги в кусты.

Спустя пять минут…

— Тэрек, ты тут! — облегченный возглас Циалы.

— А что могло со мной случиться?

— Ну мало ли, — рассудительно заметил Кайнори.

— Демон, где этого мальчишку носит? — возмутился Тэр.

— Небось заплутал в темноте, — съехидничал Кайнори.

И тут со стороны поляны раздался оглушительный взрыв…

Тринадцать некромантов, те самые. Ммм… Сердце сладко заныло в предчувствии, но я поспешил его унять — сегодня еще не время мести, хотя что это оно, больно кровожадное…

— А что ты хотел, демон? — прошелестело в подсознании, но я тут же отбросил ненужные мысли в сторону.

Некромант на поляне резво подскочил к жертве и занес кинжал, окружавшие алтарь маги вскинули руки и завыли. Я даже понял о чем:

Смерть славь, смерть жди, Лей жизнь, кровь жги. Пой боль, душу рви, Пей силу и гори!

И так далее, в таком же духе. Все-таки в устах такого количества темных магов и в надлежащей обстановке этот стишок имеет поразительную силу. Так, их вой достиг кульминации, нож символически завис над бедной обреченной жертвой…

И тут появился я! И бросил в нехороших магов светлым артефактом. Эффект вышел поразительным. Взрывом снесло половину колдунов, но, к несчастью, не убило, а лишь оглушило. Ну что ж, мне и этого хватит. Два прыжка — и я возле жертвы (попутно оглушаю истерика с ножом), освобождаю пребывающую в гневном шоке оборотницу, и… В этот миг некромансеры очухались. Ребят, больше светлых артефактов у меня нет, только нейтральные! Ой, мама, я боюсь!

— Нашел кого призывать!

Но как ни странно, помощь пришла совершенно с другой стороны. Сбоку раздался повторный взрыв, треск, и поляну осветила воздушная молния, за которой, почти без перерыва, рванул ледяной вихрь. Но я умный, успел уйти с линии поражения. Впрочем, некромантам было ни холодно ни жарко — под завязку силой напитались, уроды.

— Придурок, какого… ты сюда поперся! — рявкнул я в лицо подскочившему Тэреку.

— Да вот, думаю, пойду посмотрю, как там нашего посла на катушку намотают! — огрызнулся в ответ этот припадочный, отбиваясь от многочисленных атак некромантов.

Впрочем, не совсем удачно — одно из заклинаний все же пробило его щит, ощутимо ударив Тэра в руку. Синеволосый побледнел и пошатнулся. Я поспешно подставил плечо.

— Идти можешь? — проорал воровке, уже вытащившей откуда-то метательные ножи и вполне успешно отвлекшей пару некро на себя.

Оборотница оскорбленно фыркнула в ответ.

— Выводи! Тэр, держи щит, смываемся!

Мы нырнули в кусты за шустрой воровкой. С каждым мгновением Тэрек явно слабел и все больше вис на мне. Добравшись до одного из ментальных артефактов (до самого мощного), я активировал невидимость, так что спустя десяток минут мы оторвались. Все-таки хорошо, что я знаю этих магов — ни один из них не разбирается в ментальной магии настолько хорошо, чтобы обнаружить нас. Но Тэр все равно выдохся, и пришлось волочить его на собственном горбу. Мы втроем вывалились на еще одну поляну.

— За мной долг, — процедила воровка.

Я согласно склонил голову. Слово вора — нерушимо. Впрочем, это смотря как его истолковать. Оборотница скрылась в лесу.

— Эй, Тэр, хорош прикидываться табуреткой!

Некромант не откликнулся.

Я осторожно сгрузил его на траву, глянул на след от ожога…

— Родиться мне чистокровным эльфом! — выругался.

Этот… не знаю, как и назвать, умудрился схлопотать Черную Молнию. Ну ничего, Кайнори — хороший маг, вылечит. Я взвалил на плечо увесистую тушку мага.

— Будь мужчиной! — патетично влез голос, но я его проигнорировал, осторожно пробираясь сквозь дебри. Направление я примерно знал, поэтому скоро выбрался на дорогу.

Циала и дракон поджидали там.

— Держите вашего дружка! Вот уж кого-кого, а некромантов я на своем горбу носить не нанимался! — мрачно пробубнил я, видя, как подскочили оба.

— Ты… что ты с ним сделал? — задохнулась от гнева принцесса.

— Во-первых, не я, а некроманты, а во-вторых, не пора ли заняться его лечением?

— Ты зачем к ним вообще полез?! — резко перебил Кайнори, склоняясь над Тэреком. — Жить будет.

— Да у него некрофобия! Он и на Тэра, как только увидел, с ножом набросился!

— Некрофобия? Впервые слышу! — удивился фиолетововолосый.

Тэрек зашевелился и застонал.

А я внезапно вспомнил кое-что и резко наклонился над очнувшимся Тэром, вытащив знакомый ножик — тот самый, жертвенный. Дракон напрягся, видимо решив, что я совсем рехнулся.

— Нет, ты даже не шизофреник! — авторитетно влез, как всегда, проигнорированный голос.

— Эй, Тэр, не хочешь устроить тем некро веселую ночку? — Отзвуки бархата в голосе Таилэна продрали внутри дракона и Циалы черную дыру.

Однако воздушник чуть ли не подскочил на месте, вопросительно уставившись на посла. Тот, весело сверкнув на мгновение потемневшими глазами, улыбнулся, профессионально крутанув в руке нож.

— Как насчет обратного отката силы?

Глава 8. ОБРАТНЫЙ ОТКАТ СИЛЫ.

Тэрек увлеченно бегал по поляне, чертя пентаграмму прямо поверх травы, а я изредка его поправлял.

— Может, кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — наконец выразил свое раздражение дракон.

— Хм… — замялся некромант. — Дело в том, что этот вот ножичек, — он достал добытый мной ритуальный нож, — дает нам возможность провести один интересный ритуал. «Обратный откат силы» называется. Все, что эти твари сумели вытянуть из своих жертв, мы сможем вытащить с помощью него.

— Что? Ха, хотите сказать, что любой, заимевший такой вот ножичек, может это организовать?

— Ну почему любой? — пожал плечами Тэр, продолжая чертить. — Во-первых, заклятие должен произносить некромант, во-вторых, он должен напрямую пересечься с магией тех магов-некромантов. — Тут Тэрек поморщился, коснувшись плеча. — А в-третьих, нужна жертва.

— Жертва? — переспросили Циала с Кайнори хором.

— Э-э-э… А ведь правда. — Тэрек замер, задумавшись. — Где мы найдем того, кто сможет выдержать столько энергии?

— Я не могу, у нас с некромантами слишком разные направления, — сразу открестился Кайнори.

— А я вообще… — пожала плечами Циала.

— Так что прости, Таилэн, ничего не получится. Никто не может, — повернулся ко мне Тэр, понурив голову.

Я нахмурился. Вот демон…

— Предложи себя.

— Что? — окосел я.

— Ты сможешь. Мы сможем.

— Ну зачем же так быстро сдаваться? — ехидная улыбка. — У вас есть еще я.

— Тэрек, ты точно знаешь, что делаешь? — осторожно поинтересовалась Циала.

— Точно, — заверил ее тот. — Меня больше интересует, знает ли он, что делает. — Синеволосый покосился в сторону лежащего посреди пентаграммы Таилэна.

— Вряд ли он стал бы рисковать собственной шкурой, — заметил Кайнори.

— Не уверена, — пробормотала Циала, вспомнив случай с пиратами.

— Ну начнем. — Некромант встал. — Отойдите…

Он резко раскинул руки в стороны и запел заклинание. На губах посла мелькнула ироничная усмешка. И тут Тэрек закончил заклинание и вонзил нож в грудь парня…

— Не хочешь взглянуть на их смерть?

— Отчего нет?

— Ну тогда держись!

Не успел спросить, за что держаться и зачем, как земля резко ушла вниз, и я почувствовал, что лечу сквозь какие-то тонкие нити. Остановилось все только тогда, когда нити разредились и внизу внезапно раскрылась прелюбопытная картина — толпа тех самых некро, окруживших, видимо, своего предводителя. Они мирно что-то обсуждали — звука слышно не было, когда по ним внезапно прокатилась темная волна. Миг — и все опускаются на землю, корчась от боли. Ветер взметает серый пепел.

— Слабовато, — разочаровался я.

— Ничего ты не понимаешь! Если хочешь знать, то в понятие «энергии» входит также и душа существа, так что, убивая жертв, эти маги перерабатывали в энергию и их души.

— Сволочи!

— То же самое сделали и мы с ними. Ты не почувствовал?

— Нет.

— Значит, не Пожиратель…

— Кто?

— Остынь, тебе это явно не светит. А жаль… такой сильный дар.

— Иди к мамочке!

— Вот еще! Слушай, очнись уже, а то твои спутники действительно решат, что ты окочурился. Ай, нет, постой, постой!..

Поздно.

— Ты что сделал! Ты же убил его! — в панике воскликнула Циала, глядя на Таилэна.

Кайнори оказался поспокойнее:

— Объясни.

— Понимаете, Таилэн — не маг, силы много, поэтому в ближайшие дни из-за этого ритуала он будет просто переполнен энергией, которая пойдет на силу и регенерацию, — поспешил прояснить ситуацию некромант.

И тут Таилэна, лежащего на траве, выгнуло дугой. Руки метнулись к голове, рот распахнулся в крике, но тот так и не вырвался — над ним высветилась руна, сдерживающая голос в ситуациях, не подконтрольных Илу. Тэрек, Циала и Кайнори потрясенно смотрели на парня, еще ни разу не выказавшего слабости, ни разу не показавшего своей боли. И от этого было только жутче.

Все затихло. Троица встревоженно переглянулась, и тут парень распахнул глаза — черные, без белка и радужки.

— Я же говорил, он не маг, так что дальше глаз это не пойдет! — нервно пояснил Тэрек, но на всякий случай отошел подальше.

— Ба, какие люди! А у вас есть что поесть? — раздался бархатисто-насмешливый голос, и все вздрогнули…

Я открыл глаза. Больно. Но это уже просто воспоминание по сравнению с тем, что было.

— А что было бы, очнись я позже?

— Ты бы ничего не почувствовал, — виновато выдал демон. — Кто же знал, что ты настолько быстр?

Я окинул заторможенным взглядом все вокруг.

— Ба, какие люди! А у вас есть что поесть?

Вся тройка побледнела.

Ты смотри, даже когда меня наизнанку тут выворачивало, не такие бледные были! А стоило заговорить о еде… Есть мне не хотелось. Зато появилась одна замечательная мысль: как насчет того, чтобы выдернуть во-о-он тот дубок и шмякнуть им по голове этого наглого, до демонят надоевшего мне дракона?!

Лед стоял на той же башне, где встретил Фэорана, и смотрел вниз. Его терзали неопределенные мысли, когда вдруг появился Шанориан, веселый и довольный.

— Лед, все готово! Правда, артефакт связи получился просто невероятно громоздким, но это не главное. Главное то, что он сработает, если добавить родственную кровь и… не убиться, добираясь до места ее пролития. — И дракон виновато пожал плечами, потупив зеленые глаза.

— Не понимаю…

Но все ясно стало, как только Лед явился в помещение, где находился этот самый артефакт. Все остальные — Лика, Шэм, Мэй, Риг и даже Фэоран — были уже там и созерцали невысокую башенку кристаллов с острейшими гранями, наверху которой находился один черный. По взгляду Шанориана Лед понял, что кровь нужна именно там, вздохнул и полез наверх. Но цели не достиг.

…Из потайного хода вынырнула фигура, закутанная в плащ, и швырнула в балансирующего на высоте Леда заклятие. Тот, не будь дурак, выставил щит и отбил. Заклятие срикошетило и ударило в башню. Та опасно накренилась. Ледоник, недолго думая, спрыгнул вниз, Лика в это время опутала магией крови лазутчика. И тут башня все же решила рухнуть вниз. На Леда. Тот успевал отскочить и уже приготовился, когда внезапная вспышка дикой боли швырнула его на пол, а кристаллы рухнули сверху.

Окровавленные осколки кристаллов разлетелись по залу.

— Лед? Лед! Лед… — взвыла Лика, разгребая кучу стекла. — Надо вытащить осколки!

Подоспел Шан и выполнил ее просьбу.

— Он жив, но ран слишком много. Ему не помочь даже магией, — растерянно выдавил Шан.

— Что? Не может быть! — подскочил Риг. — Ты же самый толковый маг!

Лика медленно поднялась.

— Он умрет, — коротко заметил Фэоран, стараясь скрыть панику.

Вампиресса шагнула к пленнику. Риг молча опустился на пол рядом с другом. Шамир и Мэйрона застыли каменными изваяниями.

— Все… конец, — пронесся шепот Рига. — Но почему?

Пленник умер от разрыва сердца, столкнувшись глазами с взглядом Лики.

— Э-э-э… Тэрек, чего это он? — нервно поинтересовалась Циала, пятясь от сверкающего черными глазами Таилэна.

В руке он небрежно держал толстенную ветвь молодого дуба. Сам дуб, выдернутый чуть ли не с корнем, он уже успел метнуть в еле увернувшегося Кайнори.

— Ну… Я предполагал, что это возможно. Скорей всего, сила вскружила ему голову, и он обманчиво чувствует себя всесильным.

— Обманчиво? — Принцесса нервно указала пальцем в сторону ветки.

— Он и до этого сильным был физически, а уж теперь… Но он же не маг.

— Да? А почему на него не действует моя магия, как и твоя? — ехидно выдал дракон.

— Насколько я знаю, у него более десятка различных артефактов, — пожал плечами Тэрек.

— Но что мы ему сделали? — со стоном произнесла Циала.

— Да демон его знает!

— Ба, а это кто у нас? Некромант? Ну-ну, какая встреча! Что ж, продлится она явно недолго…

— Нет, пора его скрутить, пока он не наделал дел! — нахмурился дракон.

Взмах руки — и его сносит веткой в кусты, а посол тем временем подныривает под руку Циалы, с зажатым в ней мечом, хватает за запястье и помогает встретиться с деревом. Прыжок — и он уже рядом с некромантом, сшибает того с ног, катится по поляне. В руке внезапно блеснул тот самый ритуальный нож.

«Конец», — печально констатировал ничего не успевающий сделать Тэрек, глядя в черные, как сама тьма, глаза Таилэна. Взмах рукой… Но буквально в дюйме от цели нож замирает, и Тэрек с изумлением видит, как сквозь тьму взгляда посла продирается, расцветает извечная зелень…

Посол вскочил, увернулся от разъяренных Кайнори и Циалы, тут же бросившихся к Тэреку, растерянно метнулся из стороны в сторону и замер.

— Что, что это было?

— Ты чуть не убил некроманта! — радостно возвестил голос внутри.

— Да не это, другое. Я ощущаю какое-то странное чувство… потери?

— А, так это твой брат умирает. И ты чувствуешь это с помощью вашей родственной связи.

— Что?!

— Да брось, нормально все…

— Ты знаешь, как ему помочь!

— Да, знаю. Но не скажу.

— Это еще почему?

— Будет тебе урок. И вообще, сам догадайся, чего я за тебя думать буду! — И голос умолк.

Я вновь заметался по поляне. Нужно подумать. Лишь бы не мешали! Так, нужно успокоиться. Сядем на траву. Закроем глаза и попытаемся… Так, что там у нас? Чувство потери… нет, это я чувствую. А мне нужен Лед.

Ой-ё! Больно-то как! Значит, многочисленные ранения, как будто ножевые… но что делать? Я открыл глаза и прямо посмотрел на зачем-то приблизившегося вопреки советам дракона и оборотницы Тэрека.

Зеленые, без следа черноты глаза. И спокойный голос:

— Ты знаешь, как можно помочь раненому, находящемуся далеко от тебя, при наличии невообразимого количества энергии?

Тэрек изумился, но ответил:

— Хоть какой-то канал связи есть?

— Есть!

— Посылай все через него.

Таилэн улыбнулся и закрыл глаза, поднеся руки к голове. По поляне прошелся легкий ветерок, Таилэн рухнул в траву.

— М-да-а. Похоже, слово «все» он воспринял буквально, — выдал некромант, подходя к лежащему без сознания парню. — Это может выйти ему боком.

— Ха, так ему и надо! — встряла Циала. — Меньше на нас нападать будет!

— По-моему, он вполне имел на это право, — рассеянно ответил Тэр.

— Что?! — не выдержал на этот раз Кайнори.

Небо за окном посерело. В наступившей тишине слышно было, как ветер легко скользит среди коридоров.

— Лед? — словно не до конца понимая реальность, спросила, глядя в потолок, вампиресса.

— А-а-а-а! Глядите… раны! Его раны заживают! — пронзил тишину безумно радостный вопль Рига.

— Не может быть! — ошалел Фэоран. — Вот это да! Но в любом случае сейчас он приходить в себя не собирается. Только гляньте, все его раны уже исчезли!

— А, плевать! Риг, это надо отметить! — ожила Лика.

Все разом загалдели, заговорили, засмеялись и шумной толпой, подхватив бесчувственного принца Мианора, понеслись праздновать его невероятное спасение.

— Столько силы, — пробормотал озадаченный Шанориан. — И кто же это такой добрый?

Хм, знакомое местечко. Если не ошибаюсь, та самая пустота. Вот только теперь я здесь не один, в смысле, не сам с собой.

— Присаживайся, чувствуй себя как дома, — ехидно заметил я удивленно озирающемуся Леду.

— Ил! Демон тебя раздери, что происходит?

— Это я должен тебя спросить, — моргнул я. — И вообще, я же говорил — не ищи меня. Между прочим, у меня важная миссия!

— Давай по порядку… Ох, это что же, я помешал важному делу? — спохватился Лед.

— Нет, — отмахнулся я. — Наоборот, еще чуть-чуть, и…

— …И правильно бы сделал, а то не демон, а размазня какая-то, — вылез откуда-то сбоку мой двойник.

— А ну брысь! Ща как дам в зубы!

Двойник скрылся.

— Постой, Ил, это случайно не тот тип, о котором ты говорил? Но как же Посвящение…

— Не забивай голову ерундой, — перебил его я. — Рассказывай, что случилось!

Братец вздохнул и приступил к рассказу. Я сидел и нервно грыз ноготь:

— Ох, вовремя я из дворца-то свалил… Но кто бы это мог быть? Думай, ты придворных знаешь лучше, чем я.

— Стоп, ты мне расскажи, что происходило у тебя.

Я тяжело вздохнул и приступил к рассказу. Мол, так и так, некроманты — злобные, нехорошие дяди. А мы только защищались.

— Хм, странно, когда в меня поступила энергия, я никакой боли не чувствовал, — растерялся Лед. — Наоборот, даже приятно было.

— Ха, а парень-то Пожиратель!

— Скажешь ему — и я отправлюсь в первый же попавшийся храм за «изгнанием демонической сущности»!

Демон безоговорочно заткнулся.

— Так, Лед, слушай сюда! — Я вновь оживился. — Пока у нас все нормально, друг с другом не связываемся. Ты выводишь на чистую воду предателя, миришь Мианор с драконами, даешь по роже главному злодею, а я… вершу свою миссию.

Лед согласно кивнул, но я успел заметить мелькнувшие насмешливые искорки в его глазах. Ох, что-то мне не верится…

— Ну вперед!

Фигура брата растворилась в окружающей пустоте…

Веселье в замке Повелителя драконов набирало обороты. Фэоран уже успел сплясать на столе с какой-то пробегающей мимо драконой, Лика устроила пару ураганчиков, желая «освежить помещение», Риг привычно спал под столом. Шанориан продул в карты на желание и как раз собирался его исполнить, показав, как он может магичить в боевой форме — и это в таком маленьком зале!

— Та-а-ак… Значит, веселимся? — раздался вкрадчивый, отнюдь не добрый голос. — Без меня!

Веселье набирало обороты…

— Что значит «имел право»?

— Ну мы же его сами… довели, — выдавил Тэрек.

— Как «довели»! Да я сразу же показала, что мне официальный тон общения не нравится. А он! Он же издевался! — возопила Циала.

— Хм, но ведь ему и вправду предписано обращаться к тебе, да и ко всем, в такой форме, — внезапно вставил Кайнори.

— Да в гробу я его видала со своими правилами!

— Оставим этот бессмысленный спор! — внезапно резко оборвал дебаты Тэрек.

— Но дальше, что нам с ним делать дальше? Не проще ли его тащить связанным? Мы не можем ему доверять теперь, — задумчиво пробормотал дракон.

И я понял, что они мне надоели. Резко поднялся… Ох! Лучше бы лежал, честное слово!

— Как же вы мне надоели! — О, страдания героического мученика! Закатим глазки и возденем руки к небу.

Они вытаращили глаза на меня. А вот такой я! Говорил же — сорвусь.

— Послушай, Таилэн, — медленно заговорил Кайнори, настороженно глядя на меня. — Я соглашусь не связывать тебя, если ты глянешь мне прямо в глаза…

— Связывайте! — И я широко, приветственно улыбнулся.

Все захлебнулись, каждый своей фразой. Я пояснил:

— Так, по крайней мере, мне не придется идти самому, — и улыбнулся еще шире, буквально чувствуя, как от моей злорадной улыбки окружающие все больше и больше косеют.

В тот же момент я почувствовал, как меня обвивают магические нити. Дракон шевельнул пальцами, завершая заклинание. А жаль, такой хороший артефакт был. Но ничто не вечно, и этот выдохся.

— Сегодня мы уже никуда не пойдем. Скоро рассвет. Думаю, стоит остаться на ночлег. — Кайнори поднялся, и все разбрелись кто куда, кто за дровами, а кто за водой.

Я устало откинулся на землю. Покосился в сторону и улиткой подполз к дереву, к которому и прислонился спиной. Тяжело вздохнул, чувствуя, как предательская слабость разливается по телу.

— Проклятье, что теперь?

— Эх ты! А вот если бы ты плюнул на своего братца, убил некроманта, а затем и остальных… Да, тогда бы все было нормально.

— Сгинь!

— Я слышал, ты бард, да еще и высший. — Я резко вскинул голову и застонал про себя — это стоило немалых усилий.

Кайнори сидел возле разведенного костра и внимательно смотрел на меня. Я старательно прятал взгляд. Эх, если бы эту демоническую сущность можно было скрыть!

— Хм… Стоит подумать над этой идеей.

— Сейчас я слишком устал, чтобы петь. — О, даже говорить, и то трудно.

— Я поделюсь с тобой силой.

Смысл фразы застигает на половине вдоха, мир резко сдвигается с места и мчится глыбой на меня. Не соображая, что делаю, я поднимаю взгляд, сталкиваясь с взглядом дракона…

Циала нервно теребила рукоять меча, кося звериные глаза на дракона и посла. Они замерли, глядя друг другу в глаза. Она не понимала, что происходит, ведь для взгляда дракона нужна лишь пара мгновений. Тэрек тенью замер рядом. Ему было нехорошо, не оставляло чувство, что так не должно быть. Но вот как?

Наконец Таилэн без сил рухнул на землю. Дракон придвинулся к огню, зябко передернув плечами и чуть не обжегшись. Взгляд его темно-фиолетовых глаз уходил во тьму окружающего леса.

— Кай?

Дракон перевел взгляд на нее, Циала вздрогнула. На дне драконьих глаз плескалось безграничное удивление и боль.

— Как? Вот скажи мне, Ци, как можно было посылать его в самое пекло? Как?

— Так что ты увидел? — напрягся Тэрек.

— Немного. Но то, что к некромантам его подпускать нельзя — это точно. Да и вообще, что можно увидеть за этим пеплом, пеплом его души? Это же чистый ужас! Да, кстати, мой совет: не затрагивайте, по крайней мере, три темы — некроманты, родители и друзья.

— Ммм?..

— Первых он ненавидит и боится. Вторых… вторых боится и тоже ненавидит.

— А третьих также?

— Нет, — Холодный ветер приглушил пламя костра. — Он им не доверяет. Он никому не доверяет.

Мианор. Империя, граничащая сразу с несколькими сильными государствами. Зима нервно металась по земле.

В императорском дворце творились странные вещи. В самой Импералеаде стало опасно гулять по ночам.

Повелитель Степи, ранее пытающийся пробиться во дворец, плюнул на это дело и отправился к себе в Степь — собирать силы для отпора. Назревали неожиданные и страшные события.

В Драконьих Скалах творилось нечто невообразимое. Больше всего местное население потрясло появление призрака тещи нынешнего Повелителя…

Богиня Хаоса, отлучившаяся ненадолго, застала довольно неприятное зрелище…

Богиня Судьбы радостно хохотала. Ситуация, хоть и не была полностью сделана ее руками, вполне устраивала ее.

Летописец хмурился, тяжело раздумывая. Прямое вмешательство такой богини, как Судьба… Не пора ли созывать сам Пантеон?

В землях оборотней в эту дикую ночь горел огонек обычного костра. Подле него находились не совсем обычные существа. И их очень интересовало: что же будет дальше?

Глава 9. ВЕЕРИН, СТОЛИЦА АРХИПЕЛАГА ЛИНЭХ.

Если раскрыть глаза, можно многое увидеть. Например, потолок. Белый такой, с интересной лепниной. Вот только еще понять, что за потолок и где это? Лед задумался. По определенным признакам, а именно по отсутствию воспоминаний, он пришел к выводу, что вчера пил. И очень много. Вот только с кем, когда и чем все это закончилось? Оставив решение этой загадки на потом, парень сполз с подоконника и попытался выпрямить спину. Странность заключалась в отсутствии головной боли.

И тут память, правда не полностью, все-таки хлынула в замороженные мозги принца. Вместе с головной болью.

— О-у-у-у… Уй-ё, жениться мне на демонице! — выругался Лед и пошатывающейся походкой попытался выбраться из замкнутого помещения, кое он распознал как собственную комнату в замке Повелителя драконов. — Если я сейчас чего-нибудь не выпью… — грозно прохрипел он.

Дверь с грохотом распахнулась внутрь, врезав по лбу парню. Как ни странно, головная боль прошла.

— Доброе утро, Ледоник! Как спалось? — злоехидно выдал сам Повелитель драконов.

— Да нормально вроде, — насторожился Лед.

— Да? А кошмары не мучили, нет? И не помнишь ничего?

Белобрысый отрицательно замотал головой.

— Тогда, может, как-нибудь объяснишь это? — Пребывая явно не в духе, дракон ткнул за спину Леду.

Тот обернулся и уставился в окно. Среди пушистых облаков на фоне лазурного неба весело резвился призрачный дракон.

— К-к-кто эт-т-то? — слегка окосел от подобного зрелища некромант.

— Моя теща! И еще вчера она тихо-мирно покоилась в мавзолее, пока один ненормальный некромант не продул в карты Шанориану!

— А-а-а… — многословно ответил Лед.

— Исправляй немедленно!

— Хо-хорошо, — заторопился парень, спешно вспоминая заклятие упокоения.

Но только он дочитал его до конца, как драконесса перестала носиться в воздухе и рванула в сторону дворца. Проскочив сквозь стены, она приняла человеческий вид.

— А-а-а… Но как! — На Леда было жалко смотреть.

— Ха! В отличие от некоторых я доучилась в Академии до конца! — гордо ответила полупрозрачная дамочка стервозного вида. — Эй, Гроад, ты чего это от государственных дел отлыниваешь? Между прочим, твои советники…

— У меня экстренное совещание! — перебил ее Повелитель, схватил за руку раскрывшего рот Ледоника и рванул прочь от драконессы. — Значит, так, Ледоник, — агрессивно проговорил Повелитель, — услуга за услугу: мы не идем войной на Мианор, поддерживаем тебя против заговорщиков, копим необходимые силы…

— А я?

— Делаешь так, чтобы духу ее здесь не было! — сорвался Гроад.

— По рукам, но только после раскрытия заговора.

— Обещаешь?

— Слово некроманта!

Вот так и был заключен второй мирный договор Мианорской империи с Драконьими Скалами.

Разбудил меня голос дракона. Почему-то в это утро он показался мне более мерзким, чем во все остальное время.

— Вставай, ты больше не связан!

Я медленно встал, окинул взором собирающихся спутников и блаженно потянулся. Красота!

— Ну бегать ты еще не скоро будешь, — поспешил утешить меня демон.

— А мне пока и не надо. Слушай, а что вчера-то было? — осенило меня.

— Ты о том, как отключился? Ну просто ты встретился взглядом с драконом — все равно это когда-нибудь случилось бы, а я использовал твою идею и прикрыл сущность демона.

— Извиняюсь за глупый вопрос: чем прикрыл?

— Да ты видишь самую суть! Воспоминаниями о детстве. Точнее, чувствами, что остались после этого самого детства.

— !..

— Зато он не узнал, что ты демон.

— Все, я сдаюсь…

— В каком смысле?

— Щас поймешь!

— Что, все равно самому идти? — притворно вздохнув, поинтересовался у подошедшего дракона.

— Послушай, Таилэн, — невероятно серьезно начал он. Ух какие мы мрачные! Я сейчас заплачу от умиления. — Послушай, в свете последних событий, мы решили добраться до столицы как можно быстрее.

— Да? И как же вы собираетесь это сделать? — развеселившись, поинтересовался я.

— Мы полетим на Кайнори, — пояснила подошедшая к нам Циала.

— Полетим… Что?!

— У-у-у-у!

— Нет, с ума ты еще не сошел. Я тоже это слышал!

— Но… он совсем дурак, да? Ведь у драконов приглашение понести на спине является признаком полного доверия. Ты практически становишься членом его семьи!

— А-а-а-а!..

— Вперед! Машу вам ручкой, прощайте! Я был очень рад вас сопровождать. Летите, пташки, ле-ти-те! — Я помахал руками, как крыльями, радостно заулыбался, подхватил с земли сумку и, повернувшись спиной к остолбеневшим от таких перемен в моем поведении спутникам, потопал куда подальше. Ну их, этих психов. Почему психов? А есть такой закон: ситуация выходит за рамки существующих возможностей мироздания? Ты сошел с ума. А раз не ты, то все остальные.

— Во загну-у-ул! Философ.

— Эй-эй, ты куда! — очнулась Циала. — Ты чего это удумал!

— А того! — заорал я, повернувшись к ней. — Хотите — сами садитесь на своего крылатого змия, я у него в долгу по гроб быть не собираюсь!

Кайнори тихо выпучил глаза. М-да… Ну вообще-то он прав, подобные предложения у драконов были чрезвычайно редки. Но уж отказов… Ничего, все когда-нибудь бывало в первый раз.

— Да ты, как я погляжу, можешь предложить что-то получше? — надменно вопросила Циала, строя из себя принцессочку.

Не выйдет! Раскусил я тебя, садистка ненавистная, змея злоехидная!

— Не увлекайся.

— Я еще даже не начал! Ладно, оставим на потом, напишу мемуары.

— А как насчет телепортации? — Я в ответ состроил надменную мину. Тэрек, Циала и Кайнори как-то странно запереглядывались, и у меня возникли смутные, но вполне справедливые подозрения. — Ах да, вы, видать, телепортироваться не умеете! Бедняжки, что ж, держите, вот вам подходящий артефакт! — И я жестом доброй феи извлек из сумки темный кубик с начертанными на нем символами и кинул его Тэреку.

— Нам… нам нужно посовещаться! — выдал Тэрек и потянул остальных в сторону.

Ну и пусть! Я даже не буду их подслушивать, больно надо! Да пошли они к демонам!

— Ведешь себя как ребенок…

— Имею право!

Ха, представляю, в каком потрясении сейчас мои спутники. То слово сказать боялся, а тут такой прорыв! Ну так им и надо. Что-что? Как же моя миссия?

Да плевать я на нее хотел!!!

— Не нервничай, сосчитай до десяти.

— Арррр!..

— Нет, лучше до ста!

И вообще, я послом быть не нанимался. Ишь чего захотели — служи им тут, будь принцем. Ах, ах, ах! Нашли пропавшего родственника, о котором и не подозревали! Надо его принять в свою семью! Дружба навек!

Да так я и поверил! Повесили все проблемы на мою шею, а сами небось штаны дома протирают! Может, с Ледом и не так, а все-таки не верю я всем этим внезапно проснувшимся дружеским чувствам. Я даже Мэй, когда с ней побратался, не доверял.

Да нужен там какой-то вор императорам, принцам, принцессам и герцогам! Знаем мы таких, проходили! До сих пор шрам на спине от ножа. Тьфу!

— А дракон-то был прав насчет друзей…

— Помолчи! — огрызнулся я.

Так, это что же выходит? Миссию я провалил, дорога в Мианор закрыта. Да и во многие другие страны. И что делать? Слоняться по этим местам? Самоубийство! Так, значит, порываем с Мианором… А не пора ли и от Циалы того… сматываться? И почему бы не поинтересоваться у Повелителя вампиров, нужен я ему все еще или нет?

— Может, стоит объяснить ему насчет перехвата телепортации? — неуверенно поинтересовалась Циала у дракона.

— Брось, да мы ему ничего не обязаны объяснять, — отбросил этот вариант Кайнори.

— Но вы же видели, его даже цепью на тебя не затащишь, — заметил Тэрек.

— А как он переполошился! — развеселилась оборотница.

— И что будем делать? — нахмурился дракон.

— А ничего не надо делать, — радостно заулыбался Тэрек. — На этом артефакте такая защита стоит, что на заклинание ни в жизнь не поставишь! Портал будет безопасным.

— Так что ж ты молчал! — завопила принцесса, от переизбытка радости подскочив на месте. Но тут же застыла, наткнувшись на хмурый взгляд дракона. — Кай, ты чего?

— Что будем с ним делать?

О ком речь, все сразу поняли.

— Не думаю, что он тот, кто смог бы снять с Мианора подозрение, — печально признала принцесса.

— Твой отец и так знает, что Мианор ни при чем, — отмахнулся Тэрек.

— Нужно только убедить народ, — подхватил Кайнори.

— О да, он убедит! — фыркнули все трое.

— Кх-кхм! — Только что весело болтающие друзья резво подпрыгнули на месте и резко развернулись в сторону голоса.

— Не надо нервничать! — успокаивающе поднял руки Таилэн. — Я слышал только последние фразы. Говорите, надо убедить народ? Так что же вы раньше молчали! Уж это я сделаю легко.

— Да? А может, подскажешь каким образом? — язвительно поднял бровь Кайнори.

Посол хмыкнул:

— Всего лишь показательной казнью пойманного на месте преступления некроманта.

— Эй, я не дамся! — попятился Тэрек.

— Да зачем ты мне нужен? — скосил на него взгляд черноволосый. — Я говорю о некромантах, сбежавших из Степи.

— Но они же мертвы? — слегка окосела Циала.

— Я был лучшего о тебе мнения, принцесса, — взгляд в упор, насмешливый и дерзкий. — Ты что, действительно думала, что это были все?

— Хватит уже рассуждать, идем! Ты первый, Таилэн, — прервал меня Кайнори.

Я тяжело вздохнул и с чувством вора-самоубийцы (знаем, уже проходили) шагнул в завихряющуюся воронку портала…

— Тук-тук! — радостно оскалился Лед, маша рукой Эрику, что-то сосредоточенно чертящему на полу зала.

— А вот и вы, — совершенно не удивился тот, продолжая свое действо. — Ты, Лед, топай в свою комнату, там тебя уже ждет теоретический материал для изучения. Лика и Риг, марш в тренировочный зал — отрабатывать защиту и атаку. Мэй, Шамир, вы знаете, где ваш зал.

Лед закатил глаза. Похоже, их ждали.

— А что это ты делаешь? — полюбопытствовал он.

— Пустяки! Артефакт, способный уничтожить не менее трех демонов сразу.

— Что?! — вскричали все хором.

— Правда, при этом все в довольно большом радиусе взорвется, — почесал затылок Повелитель Степи. — Да и закончить самому мне не удастся. Но вы, несомненно, мне поможете. А пока — только моя часть работы. Кстати, с Рейном я встретился, они ведут усиленное наблюдение за дворцом и, как только вычислят главного заговорщика, найдут демона, сообщат мне. А до того времени добро пожаловать ко мне на обучение!

Лед только и смог, что вновь закатить глаза, взглянув на невероятную стопку бумаги, занимающую весь стол в его комнате…

Я безмятежно улыбался, ощущая, что это не моя обычная злоехидная усмешка или оскал загнанного в угол зверя, нет. Это была именно безмятежная улыбка. Я смотрел на замок Властителя, находящийся в центре Веерина, столицы Линэха. Между нами изгибалась широкая лента реки, пересеченная тонким узором моста, но не подъемного, как ни странно. Кажется, кто-то говорил, что эльфы — самые большие эстеты? А вот и нет! Самый большой эстет — это я. Зачарованный тонкими очертаниями этого чуда, я спустился к реке и замер, вглядываясь. И тут до меня дошло: мост состоял из энергетических линий какого-то заклинания, а настоящий, подъемный, был вот тут, немного сбоку.

— Эй, Таилэн, чего застыл? Пойдем! — окликнул меня Тэрек.

Моего моста он не видел. Я тяжело вздохнул и повернулся к чуду спиной. И тут же скосил взгляд назад, а затем и обернулся полностью. Мост исчез. Внутри появилось какое-то странное ощущение потери, внезапно захотелось вновь увидеть это чудо.

— Ничего, еще увидишь, — успокоил меня внутренний голос.

Я тряхнул головой и поспешил вслед за моими спутниками, привычно натягивая на лицо выражение отстраненной вежливости. Да, Властитель Дароэнг Риош'эр, это вам не неуравновешенные принцессочки да высокомерные драконы…

Властитель Дароэнг Риош'эр нервно метался по кабинету. Наконец дверь распахнулась, и в помещение влетела Иниа, одна из лучших Стражей архипелага. Властитель кивнул, разрешая говорить.

— Разведка обстановки была произведена успешно. Как и было сообщено, ее высочество…

Дароэнг махнул рукой, разрешая опустить титулы.

— …Ациалера прибыла в столицу одноразовым защищенным порталом-артефактом, вместе с ней прибыли Кайнори и Тэрек, а также… посол Мианора! — Последние слова она произнесла даже с некоторым возмущением.

— Что, настолько не оправдал ожидания? — поднял бровь Властитель.

— Мальчишка! — фыркнула оборотень.

— Что ж, пусть отдыхают. Завтра я их приму.

Страж кивнула и поспешила выйти, но в дверях резко остановилась, окликнутая.

— Ациалеру ко мне, немедленно!

По замку почти мгновенно разлетелась неприятная весть: сегодня Властитель не в духе…

Циала со злостью пнула дверь своей комнаты. Только что ее отчитали, как сопливую девчонку. Ее, лучшую разведчицу Линэха, вдобавок — принцессу! И самое обидное, что имели на это полное право, — как-никак это сделал ее отец, да еще и Властитель. И все из-за этого мальчишки! Из измененного горла вырвался рык, а когти впились в стену на уровне воображаемой шеи посла.

— Так, надо успокоиться, — попыталась остыть девушка и подошла к окну. — Демон! Мне уже посмотреть некуда, чтобы не наткнуться на это… это чудовище!

Там, за стеной, возле реки стоял Таилэн и созерцал пространство над водой. Недолго думая, Циала выскочила из комнаты, спустилась во двор, выбежала за стену через вход для слуг и остановилась рядом с Таилэном. Глянула на воду, но, ничего не увидев, уставилась на него. И замерла, внезапно отметив распущенные волосы парня и змеящуюся среди них седую прядь. Что-то непроизвольно екнуло в груди Циалы, девушка внезапно ощутила, что так не должно быть, что…

— Ты топаешь, как пьяный гном, — раздался ехидный голос посла, и все невольное сочувствие, проснувшееся в принцессе, завяло на корню.

— Ты что тут делаешь? — в том же духе поинтересовалась она. Посол молчал. — Эй, ты чего? — невольно насторожилась принцесса.

Таилэн обернулся и махнул рукой в сторону воды:

— Видишь?

Наученная горьким опытом, Циала пожала плечами.

— Вот и я не вижу, — опустил плечи парень, подумал немного и уселся на траву.

Девушка поморгала, но села рядом.

— Э-э-э… Таилэн, может, пойдешь отдохнешь?

Посол внезапно резко расхохотался, и хохотал довольно долго.

— Эх, принцесса, ну ты и даешь! Как можно отдыхать в логове врага?

Циала возмущенно раскрыла рот.

— Да я не об этом! Я все к тому, что сидит у вас здесь где-то некая гнида и строит мелкие и не очень каверзы… А как ты думаешь, как местные узнали о моем прибытии? — ехидно добавил парень.

— Ха! Может, это у вас кто-то сидит? — отбила выпад девушка, все-таки признавая, что тот прав, хотя до этого додумались и без Таилэна.

Парень откинулся назад и заложил руку за голову, другой вырвал травинку и начал жевать. Скосил зеленый глаз и стал досконально изучать оборотницу. От этого взгляда той стало не по себе.

— Верно, сидит. И у вас. И у нас. Ах да, может, сама отдохнешь? — Парень поднялся, отряхивая одежду. — Как-никак, после такого разноса… — и торопливо пошел прочь.

Циала недолго сидела на берегу реки…

— А ну стой, козявка бесстыжая!

Я подавил зевок. Ночью так и не смог заснуть, все пялился в окно, ждал появления моста, как ни пытался заставить лечь меня демон. А что, сам виноват, сказал же, что я его еще увижу!

— Но не в том же месте и не в тот же день, придурок! — простонал внутренний голос, а я привычно отмахнулся.

— …Его высочество Кайнори Шадэа! — договорили наконец титул дракона.

Хорошо, что Тэрека и Циалу уже объявили. Теперь остался я, хорошо хоть, у меня титул короткий.

— Посол Мианора, отважный спаситель ее высочества… — и дальше пошел полный титул Циалы, а я почувствовал, что медленно, но верно зверею, — …граф Таилэн Залесский!

В зал я ворвался летящей походкой приготовившегося к атаке зверя. Вам бы столько простоять у дверей! Нашел глазами Властителя и поклонился по всем правилам:

— Приветствую вас, Властитель!

Сбоку от меня находились Тэр, Кайнори, а Циала сидела рядом с отцом. За троном замерли Стражи, были тут и советники Дароэнга. Оборотень на троне кивнул.

— И тебе привет, — хихикнув, перевел демон.

Должен сказать, внешность у Дароэнга Риош'эра довольно заурядная. Короткие пепельные волосы, смуглая кожа лица, крепко сбитая высокая фигура, дорогие, но простые и удобные одежды. Плотно сжатые губы и карие глаза с какой-то покровительской насмешкой, а в глубине притаился оскал готовящегося к прыжку зверя.

Я встряхнул головой. Так, взять на заметку: всем существам ранга Властителя тоже в глаза не смотреть. Ишь как затянуло…

— Властитель, я прибыл сюда по поручению его императорского величества Эвариана Мианорского, дабы уладить проблемы в отношениях между нашими государствами.

Властитель улыбнулся краешком губ, иронично глянув на меня:

— А сможешь?

Вскинуть голову и глянуть в упор.

— Обещаю.

— Обещаю.

«Обещаю… аю… аю…» — разносит эхо по залу, а присутствующие вздрагивают, в изумлении глядя на посла.

— Не стоит разбрасываться подобными словами налево и направо, юноша, — пронзает пространство холодный голос, и откуда-то сбоку выныривает придворный высший бард.

— Почему же? — поворачивается к нему Таилэн.

В голубых глазах барда насмешка.

— Не имеешь права, — встряхивает он светлыми волосами.

— Да? — ехидный до ужаса голос. — А как насчет этого? — И взмахом руки черноволосый парень рисует в воздухе непонятную руну.

Она вспыхивает серебром и гаснет. Бард потрясенно отшатывается, тряся головой.

— Но как? Как ты можешь входить в Круг в таком возрасте?

— Поверьте, в таком возрасте можно многое успеть! — веселится посол.

Что возразить, бард не нашелся.

— Так, а сейчас я хочу поговорить с графом наедине, — внезапно поднялся Властитель. Одна из Стражей, Иниа, попыталась возразить, но не смогла. — Наедине. — Голос Дароэнга стал тверже.

— Все быстро вышли. Так, думаю, будет лучше, если мы пройдем ко мне в кабинет.

Таилэн проследовал за ним.

— Садись, — кивнул Дароэнг на кресло, а сам сел за стол.

Посол, весело блеснув зелеными глазами, плюхнулся в кресло. Дароэнг хмыкнул. Мальчишка… знавал он таких «мальчишек». Одного на всю жизнь хватило. Помнится, как-то отправила к ним Анадель своих братьев, практиковаться в выполнении дипломатических миссий. Ледонику тогда было тринадцать. Миссия была завершена в один день. Все остальное время, данное на ее выполнение, восстанавливали левое крыло замка.

— Итак, должен сказать, ты меньше всего подходишь на роль посла. — Властитель в упор глянул на парня, пытаясь разглядеть за веселыми искрами зелени хоть что-то иное. — Но мой опыт подсказывает, что это лишь видимость. Что скажешь?

Парень скосил взгляд в окно, как будто что-то для себя решая.

— Хотите серьезного разговора? Тогда пусть та оборотень, что пыталась противостоять нашему разговору наедине, отойдет от двери, а остальные уйдут из потайных ходов вон там и там. Да, пусть мага попросят снять заклинание подслушивания.

Дароэнг помедлил, но кивнул.

— Что ж, теперь поговорим. Вы правы, я кто угодно, но никак не посол. — Парень перевел дух. — Хотя и назначен на этот пост. Но я обещал… Все, что мне нужно, — это поймать пару бесчинствующих у вас некромантов и доказать этим, что Мианор ни при чем. И еще: нужно раскрыть лазутчика, который засел у вас.

Дароэнг кивнул, с искренним любопытством прикидывая, кем может быть этот черноволосый нахальный парень, так легко вычисливший его охрану.

— Насчет лазутчика ты прав. Мы сами несколько раз ловили шпионов, но они все время появляются вновь. Только в последнее время никого не видно, но, думаю, все дело в его великолепной маскировке. Итак, раз уж ты совершаешь такую важную миссию, — Властитель прищурился, — то даю тебе разрешение свободной формы общения со всеми, с кем желаешь. Документ соответствующий будет.

— Ийя-хоу! — подскочил на месте Таилэн. — Спасибо! Сейчас же приступаю! — и выскочил было за дверь, но на пороге остановился. — Да ты молоток, Властитель! — и исчез.

— Мальчишка… — задумчиво пробормотал Дароэнг, медленно отнимая руку от бронебойного арбалета под столом.

Я уверенным шагом шел по коридору замка Властителя. С момента моего разговора с Дароэнгом прошло два дня, а я так и не приблизился ни к одному некроманту. В Веерине их просто не было. Они предпочитали бесчинствовать в глуши, подальше от столицы и местной Академии магов. По словам этих самых магов, они регулярно посылают то в один край, то в другой своих специалистов, но к моменту их прибытия некроманты успевают уйти, заметая за собой все следы.

Нужно что-то придумать, что выманит этих крыс из их нор. А вообще, хорошо бы накрыть их всех разом! Но, увы, в последнее время мой ум отказывает мне в оригинальных идеях. Да еще эти придворные… Не жалуют они меня, а Циала их только подстрекает. И этот дракон какого здесь отирается? Топал бы уже к себе на остров, так нет же, крутится, следит чуть ли не из-за каждого угла. Следил. Сегодня он вообще ушел в город, заявив, что будет там. Циалы я с утра не видел, чему очень рад. Но что, что же делать?

Я завернул за угол коридора. Не могу ничего придумать. Хоть бы демон чего посоветовал, а то…

Мир мигнул, расплылся и перевернулся, левая стена с замысловатым узором резко приблизилась, и я сполз по ней на пол.

— Что… что это? — Я поднес руку к груди. Такое ощущение, будто изнутри раздирает на части. Дикая боль, я даже не могу себя контролировать! Нужно подняться и уйти, пока никто меня не заметил.

— Что за демоновщина!

— А ведь я предупреждал… — раздался задумчивый голос демона в голове, прозвучавший как грохот колокола. — Забыл, что ли, о разрыве нашей связи? Вот ты и почувствовал это!

— Что… и так… будет… постоянно?

— Более того, боль будет постепенно усиливаться, как и разрыв между нами. Но если ты все-таки разберешься, какими силами обладаешь, и используешь их, мы объединимся — окончательно и бесповоротно!

— Я… не… могу… — Мир издевательски заполнялся сумерками. Да, давненько мне так не было больно, с тех самых пор, как я сбежал от своего «учителя».

— Эй, парень, тебе плохо, да? — внезапно прожурчал над ухом нежный голосок.

Я медленно разлепил веки и поднял голову. Кое-как приглядевшись, увидел девочку лет девяти. Оборотень. Одета в богатое, но уже кое-где испачканное платье, лицо в подживающих царапинах, прическа такая, будто только что с дерева свалилась.

— Нет-нет, с чего ты взяла? — заулыбался я, отгоняя сумрак из головы.

— У меня мама болела, — оживленно ответило чудо в платье, моргая длинными ресницами. — И тоже так вот тут держалась. — Девчушка поднесла руку к сердцу. — Глаза закрывала и все говорила, что это не страшно. А потом, в один день, она так же, как и вы, сползла по стене и не поднялась. Вы тоже умрете, да? — Ее карие глаза наполнились испугом и недетской печалью.

— Да нет же, я вовсе не болен. — Я поспешно поднялся. — Гляди, нормально все! Переутомился просто. Поверь, смерть мне не грозит.

— Ведь не грозит? Ну если разрыв произойдет полностью…

— Не грозит, — хмыкнув, ответил демон. — Просто ты сойдешь с ума, а я растворюсь в потоках межмировой энергии.

Видимо, после этих слов я побледнел, так как белокурое кареглазое создание испугалось пуще прежнего, подскочило ко мне и схватило за руку:

— Не умирайте, пожалуйста! Ведь тогда тем, кого вы покинете, будет очень-очень больно, я знаю! — Глаза у нее наполнились слезами. — Я знаю… — и опустила голову.

Тем, кого я покину… Это кому же? Я присел перед ней на корточки, с удивлением ощущая, что уже способен без проблем переносить боль. Как соринка в глазу — мешает, но жить можно.

— Ну-ну, радуйся, пока разрыв не стал еще шире. Тогда и боль шагнет немного вперед, и тебе заново к ней придется привыкать.

— Что-нибудь придумаю, — отмахнулся я.

— Ну во-первых, я не умру, так что вытри слезы, таким милым девочкам, как ты, плакать вредно. — Она удивленно на меня покосилась, а я вновь улыбнулся, как тогда, когда увидел мост. — Во-вторых, никто по мне убиваться не будет, не тот я человек. Ну а в-третьих, хватит киснуть! На улице светит солнце, а я тут заметил великолепный сад, с та-а-акими яблонями! Вот только как к нему пройти, не знаю. Не проводишь?

Малышка тут же вытерла слезы и радостно заулыбалась, а я про себя вздохнул — ну не умею я утешать. Так что это был мой первый опыт. Но просто сил не было смотреть, как это чудное создание убивается по такому пройдохе, как я.

— Да, конечно, а ты умеешь лазить по деревьям? А то все взрослые не лазают, как я их не прошу, и не отвечают, могут ли.

— Умею! Только — тсс… — Я приложил палец к губам и хитро покосился по сторонам. — А остальные просто не умеют, потому стыдятся и не отвечают.

— Ой, спасибо! — расцвел счастьем этот цветок. — А то…

— Эй, Таилэн, немедленно отойди от моей сестры! — По спине пробежал озноб. Я с трудом узнал в голосе, рычанием пронесшемся по коридору, голос Циалы. — Мина, сейчас же иди переодеваться и обедать, ты пропустила уже час занятий по этикету! И сколько раз я тебе говорила: нельзя говорить с незнакомыми людьми. Иди сюда!

Глаза Мины испуганно расширились. Постоянно оглядываясь на меня, она подошла к старшей сестре. Циала сверлила меня яростным взглядом.

— У меня к тебе просьба, Таилэн: не приближайся к ней! — и, развернувшись, потащила сестру прочь.

— Ну и что это было?

— Похоже, ты ей не нравишься.

— Но не до такой же степени!

— Боится за сестру? — предположил демон.

Я пожал плечами, отлепился от стены и нетвердым шагом направился к себе в комнату. В голове появилась прелюбопытнейшая идея… Идем на крайние меры? Идем!

Богиня Хаоса злобно взирала на получившийся астрологический прогноз. Наконец, в ярости, она смела бумаги со стола. Ее убежище находилось в небольшой башенке, вырезанной в скале тех самых гор, где ее заточили. После стольких лет, проведенных в уединении, она чужая была в этом мире. Не осталось ни жрецов, ни храмов, ни целей. Даже ее имя было забыто, в том числе и местными богами. Помнится, собрали тогда Пантеон, судили да рядили и заперли! Ее, лучшую на то время специалистку по нахождению путей будущего! И вот результат: в этом дурацком мире ее держит долг непонятному мальчишке, не фигурирующему ни в одном предсказании, прогнозе, чей путь будущего отследить невозможно. Но ей этого и не нужно. Она узнала другое. В скором времени этот мир погибнет, и она вместе с ним, удерживаемая последними двумя долгами. И кто придумал эту дурацкую пословицу: «Бог любит троицу»?

Непонятное творится в этом мире. Похоже, сюда явились его прежние Властители. Судьба творит странные вещи, Пантеон даже на горизонте не виднеется, в мире нарастает магическое напряжение. Даже простой люд чувствует это, ползут слухи о непонятных и страшных событиях. Империя Мианор на грани войны с бывшими союзными странами, империя Карола будто отрезана от всего мира. Эльфы, оборотни, драконы, друиды, гномы, вампиры накапливают силы непонятно для чего.

И она здесь кукует. Эх, если бы не было этих долгов, отправилась бы она через межмировые врата этого мира куда-нибудь. Ну уж точно не туда, где есть магия. Надоела ей она до чертиков.

Богиня Хаоса выглянула из окна. Увы, не суждено. Что ж, можно утешиться тем, что философия приравнивает смерть к абсолютному бессмертию.

Хрясь!

— Что? Какой… Кто посмел выдернуть меня из моего дома?!

— Лечите нервы, богиня, эти вопли вам не к лицу, — ковыряясь в ухе, заметил тот самый мальчишка, которому она должна была два желания. — Явилась — не запылилась! А я тебя зову, зову…

— Те… тебе чего? — аж заикаться начала шокированная богиня.

— Да вот, должна ты там чего-то мне была… а бог, как известно, любит троицу.

— Спаситель мой! — не сдержала восторга богиня.

Парень укоризненно покачал головой, поковырялся в другом ухе.

— Слушай…

— Что надо? Город снести? Властителя угрохать? Девушку-красавицу в жены?! — Парень ошарашенно на нее уставился:

— Нет-нет! Ни в коем разе! Только одно, вот что… — И парень подробно описал сложившуюся ситуацию с некромантами.

Богиня задумалась:

— Хорошо, я тебе помогу. Это в моих силах. Будет сделано. Это все? — с надеждой затаила дыхание богиня.

— Есть еще кое-что. — Парень хмуро покосился в окно. — Но об этом никто не должен знать… — он приблизился к богине и что-то горячо зашептал той на ухо.

Божественные глаза расширились. Не глаза — глазища. Парень довольно усмехнулся.

— Боюсь, на это нужно будет время.

— Так я тебя и не тороплю!

— Послушайте, эта игра зашла слишком далеко.

— Вам что-то не нравится, уважаемая?

— Я связалась с вами не для того, чтобы болтать ерунду. Что он здесь делает?

— Не беспокойтесь, милая, я уже послал вам подмогу. Кто же знал, что он сумеет дойти до столицы?

— Мне не нравится все это. Я для вас даже не ладья, пешка…

— Вас что-то терзает?

— Мне нужно знать, кто королева!

Ехидный демонический смех:

— Не путайте шахматы с игрой в карты, любезная…

Связь с тихим рыком прервалась.

Мианор. Империя, окруженная союзными странами. Или не союзными?

Далеко в горах, в своей башенке, засела над расчетами последняя богиня Хаоса.

Богиня Судьбы ненадолго отвернулась, чтобы отдохнуть…

Летописца на месте не оказалось. Летопись лениво перелистывала свои страницы, обходясь без своего писца…

В Степи наблюдалось нездоровое оживление. Так или иначе, все сводилось к тому, что на почве занятия теоретической магией Ледоник сошел с ума. Во всяком случае, те эксперименты, которые он решил внезапно поставить, намекали именно на это.

Заговорщики, оказавшиеся чем-то большим, чем обычно, выжидали. Казалось, они сами не знают, чего хотят…

В столице Линэха в замок Властителя, а конкретно в его сад, прокрались неизвестные воры и обтрясли все яблони. Следы воров обнаружить не удалось.

Принцесса Аминоэ слегла с расстройством желудка.

Посол Мианора серой тенью слонялся по коридорам замка и загадочно, даже злоехидно улыбался. По предположению самого Властителя, способ найти некромантов он нашел. И был он ну оч-чень оригинальным…

Глава 10. ДЕМОНЫ, НЕКРОМАНТЫ И ВОРЫ.

Лед с любопытством взирал на получившийся результат. Однако…

— Лед, тебе не кажется, что это была плохая идея? — поинтересовался Риг, глядя на прозрачные стены замка, за которыми мела метель.

— А мне нравится! — с восторгом глядя вниз (полы и потолки были не менее прозрачны), воскликнула Лика.

— А уж как мне-э-э нравится, — вкрадчиво заметил подошедший сзади некромант.

Вся троица подскочила на месте и виновато уставилась на Эрика. Рядом с ним, укоризненно глядя на юных экспериментаторов, глыбами, взывающими к совести, замерли Мэйрона и Шамир.

— Послушайте! — наконец взорвался некромант. — Когда на почве экспериментов свихнулся Лед, это я еще понял. Но вы-то при чем, вам что, делать нечего?

Риг и Лика поспешно закивали.

— Вот как… — Некромант сердито засопел. — Тогда вот вам, всем троим, задание. — Троица невольно насторожилась, а Эрик злорадно заулыбался. — Для окончательного укрепления структуры артефакта мне понадобится несколько редчайших компонентов. Кстати, вот вам списочек нужного, а также места, где их можно достать. — Эрик выдернул какой-то свиток из-за пояса.

Некромант ушел, хлопнув дверью, а троица, переглянувшись, развернула свиток.

Невообразимый вопль горя сорвался с их уст — на длиннющей, достигающей пола бумаге мелкими буковками значилась сотня нужных компонентов.

Работы у юных магов хватало.

Пам-пам-пам… Трам-пам-пам… Так, думаю, пора. Рановато, конечно, только край солнца показался, но не могу я уже ждать. Все равно уснуть из-за скачка этой дурацкой боли не смогу. Эх, если бы разрыв увеличивался днем, было бы гораздо легче! А так весь сон перебивает, уже вторую ночь спать не могу. Так, одеваемся, встаем и топаем к его величеству Властителю Дароэнгу…

— Тук-тук-тук! — радостно влетел я в его покои.

И был страшно удивлен, не обнаружив его в постели. Растерянно начал озираться…

— Не меня ищешь?

Я в изумлении вскинул голову.

Наверху, прилепленный каким-то заклинанием к потолку, мило болтался Властитель, грустно уставившись вниз.

— Э-э-э… А что это вы там делаете?

Властитель тяжело вздохнул:

— Да вот, попросил мага на ночь защитное заклинание поставить, да сам и попался в него.

— Ха, да ваш маг неуч! Ведь можно было поставить ограничение личности на заклинание.

Дароэнг недоуменно пожал плечами.

— Ай, ладно, вы мне лучше скажите, зачем вам вообще заклинание понадобилось, у вас же Стражи за дверью стоят! — И я показал пальцем назад.

Властитель посмотрел на меня, как на придурка:

— Да? И как же ты сюда попал?

— Э-э-э… Ну у меня есть свои способы.

— Вот и у убийц свои способы!

— Какие убийцы, Властитель, да вы что! И почему вы не позовете этих Стражей, чтобы они вас сняли?

— Да вот, все тот же маг установил заклятие звуконепроницаемости.

Меня согнуло напополам от хохота.

— Че ржешь, лучше помоги! — не выдержал издевательства самый главный оборотень в стране.

— Один момент! — Я привычным жестом извлек ножичек.

Дароэнг насторожился, а я метнул свое оружие в мерцающую нить заклинания. Нить лопнула, и Властитель рухнул вниз. На меня.

— О-у-у-у!.. Властитель, вы не пробовали садиться на диету-у-у? — простонал я из-под туши этого оборотня. Я пощупал ребра, поднимаясь. — Вы что, не могли подкорректировать траекторию своего полета в воздухе?

— Упасть на голый пол или упасть на кого-то — есть разница? — съехидничал Дароэнг, а я сердито засопел. — Демон, да ты действительно совсем мальчишка! — воскликнул он.

Я нахмурился.

— Ладно, рассказывай, зачем в такую рань приперся. Нашел способ захватить некромантов?

Я удивленно поднял брови.

— Да ты уже второй день с загадочной миной по замку бродишь, а еще удивляешься, что мне все известно. Да весь замок только и судачит об этом!

— Замок… — задумчиво пробормотал я. Да, замок — это хорошо. — Вот что, послушайте, я, конечно, понимаю, что еще рано объявлять Мианор невиновным. Но у меня просьба. Понимаете, для меня очень важна репутация империи, я хочу, чтобы ваш народ как можно раньше понял, что Мианор не виновен! Прошу вас, объявите по всему архипелагу, всеми возможными способами, что посол Мианора послезавтра, на главной площади Веерина, докажет всем оборотням невиновность Мианора! — Я радостно улыбался, показывая, что все так и есть.

— Хм… — задумчиво проговорил Властитель. — А почему не завтра?

— Чтобы народу побольше собраться смогло!

Первая половина плана прошла успешно. Что ж, остальное — за богиней и самими некромантами. Если они действительно работают не сами (а я уверен, за ними стоит демон), то…

То все пройдет по плану.

— Рано радуешься.

— Посмотрим.

Меч с громким чавканьем рассек рожу виверны. Не издав ни звука, бедняжка рухнула на землю.

— Лед, придурок, ну надо же так умудриться! — в отчаянии взвыл Риг.

— А что? — не понял белобрысый.

— Своим ударом ты рассек нужный нам целым верхний правый клык, — уныло пояснила Лика.

Принц закатил глаза. Это был только четвертый пункт списка…

— Тетя Онира, ну тетя Онира! Пойдемте, я вас с ним познакомлю, ну пожа-а-алуйста! Он ведь такой хороший! Это гораздо лучше, чем бродить по замку в поисках вашего предпоследнего поклонника, отвадившего последнего. Ну тетя!

Я с интересом замер на месте.

За углом разносились умоляющие вопли младшей сестрички Ациалеры, принцессы Аминоэ. И меня терзали смутные подозрения насчет этого непонятного типа, с коим Мина собралась познакомить свою тетю.

— Дитя, сколько раз можно повторять — мне не до детских игр, — мягко-бархатисто, вызывая дрожь в коленках, пролетел по коридору женский голос. — И твой мианорец мне не нужен. Лучше скажи, где этот негодный граф!

— Ну тетя! Он же тако-о-ой симпатичный! — я схватился за сердце. — Как раз в вашем вку-у-усе!

— Вот мерзавка… убью!

— Зачем? Тебе давно пора девушку завести.

— Ты в голос ее вслушайся, она же явная сердцеедка!

— Хм. Симпатичный, говоришь? — Голос снизился до шепота. — А вдруг он злодей?

— А?

— Ведь внешность — это не главное. Вдруг он людей в жертву приносит, а?

— Как?..

— А на самом деле втирается в доверие. Злодеи, они все такие, — авторитетным голосом заявила эта стерва.

— А еще злодеи не оставляют в живых тех, кто догадался об их сущности, — спокойным голосом заметил я, выходя из-за угла.

— Ил! — воскликнула Мина, краснея. — Ты же не такой, я знаю! — и подскочила ко мне. — Ведь правда? — не видя никакой моей реакции, жалобно спросила она.

Я не отвечал, сверля взглядом нереально красивую женщину в длинном облегающем темно-синем платье и с распущенными черными, как ночь, волосами.

Все это были пустяки: волосы, платье, нечеловеческие (да и не оборотнические) глаза, аура магии, которой от нее несло, — все это было неважно.

Тонкими переплетениями нитей на ней висело заклятие иллюзии, не уступающее по силе той мантии, что была наброшена на богиню Хаоса при нашей первой встрече. Насколько я понял, это заклинание в корне меняло внешность и служило чем-то вроде приворотного зелья. Вот только я, в силу специфичности взгляда, смотрел сквозь. Таинственная «тетя» Аминоэ, видимо, этого не понимала.

— Нравлюсь? — плавным жестом откидывая волосы за спину, поинтересовалась она.

Я отвел глаза, столкнувшись с умоляющим взглядом маленькой принцессы.

— Эй, Мина, там тебя сестра твоя искала, поспеши! Она весьма зла — опять ты занятия пропустила.

Это чудо закатило карие глаза и с тяжелым вздохом великомученицы помчалось на занятия.

— Значит, ты и есть посол Мианора, — все тем же бархатным голосом произнесла «тетя».

Не знаю, что за заклятие висело на ней и кто она была такая, но точно понял: тетей Аминоэ, Онирой Риош'эр, сестрой Дароэнга, здесь и не пахло. Если я правильно помню, у той были белокурые волосы и синие глаза, так ее описал Эвариан. Манеры — это да, Онира слыла весьма любвеобильной особой, любящей быть в центре внимания.

— Значит, ты и есть та самая знаменитая Онира? — Как ни старался, иронию сдержать не удалось.

— Тебя что-то смущает? — Она игриво приподняла бровь, но во взгляде мелькнула тревога.

— Боюсь, ваша красота сразила меня наповал! — мигом заулыбался я, неотрывно глядя в ее черные, без следа белков глаза. — Но, увы, как это ни прискорбно, я должен оставить вас. Дела…

— Я с нетерпением жду новой встречи, — ласково пропел мне вслед ее голос.

Я ворвался к себе в комнату, прислонился к стене и сполз на пол. Затем не удержался, придвинул к двери шкаф, а затем и кровать. Попятился к окну и уселся на подоконник. Тут же отскочил от него, забился в угол и уставился в потолок.

— Ах, ах, какие мы нервные! Подумаешь, высшего демона увидел, — проснулась моя вторая часть. — Красавица, правда? Демоница соблазнения и Пожирательница к тому же!

— О-у-у… Ты лучше скажи, моя мать такая же?

— Ха! Сравнил дракона с ящеркой! Это же обычная была, рядовая, так сказать, демоница, а твоя мамаша о-го-го! Она Пожирательница высшего уровня, да еще и созидающая.

— С ящеркой? Это какая же тогда Кира была… Стоп, что значит созидающая?

— Ну которая создавать может. Как боги.

— И за что мне это?!

Я поднялся, вздохнул и, поборов инстинкт самосохранения, отодвинул всю мебель от двери и подошел кокну. Слишком мало я знаю о демонах. Не пора ли выяснить, с кем же мне предстоит иметь дело?

«…Было это невероятное количество лет назад. Не существовало тогда ни эльфов, ни гномов, ни вампиров, никаких рас, кроме людей. Даже богов еще не существовало в том мире, мире спокойствия и умиротворения, несмотря на обычные войны между теми или иными группами людей. Вот только каждый из них хотел стать сильнее. И люди открыли магию, как в свое время открыли колесо. Развивалась она очень долго и сложно, но однажды союзу нескольких могущественных магов удалось призвать в этот мир магию извне. И они пришли — брат и сестра. Могущественные, сильные, прекрасные. И называли они себя демонами.

С момента их прихода прошло много времени, прежде чем мир ощутил всю тяжесть случившейся катастрофы. Пришедшие восприняли этот мир как подарок — как игрушку, которой можно владеть безраздельно.

И они рьяно принялись за дело, решая за мир, каким путем ему идти.

Их было двое, брат и сестра, демон и демонесса. Демонесса причисляла себя к высшим демонам, Пожирателям высокого уровня и созидающим. Пожиратель высшего уровня мог поглотить душу любого существа и занять место в его теле, фактически живя вместо него. Созидание же было равно силе богов. Называла себя демонесса Акиарой, и прекрасна она была снаружи, но черна, как бездна, внутри. По своему подобию она создала великую расу — расу эльфов, могущественных и сильных в магии, таких же прекрасных и мудрых…».

Я подавился яблоком. Вот это оборот… Интересно, кто-нибудь находил эти записи древнего летописца в библиотеке замка, кроме меня? Впрочем, если и находил — достать не смог, я и то еле умудрился протянуть руку между нитями защитного заклинания. Но это все к лучшему, узнай об этом эльфы…

— А с чего ты взял, что они не знают? — вкрадчивый, надоевший до зубовного скрежета, голос в голове.

— А разве нет?

— А как ты думаешь, почему в незапамятные времена произошел раскол на темных и светлых? Просто одни решили продолжать чтить память своей создательницы, другие — нет.

— Вот это да… Так, что там дальше?

«Внешность ее была прекрасна, как сама заря, как песня птиц поутру, начинающих свою жизнь. Большие глаза невероятно чистого зеленого оттенка, золотистые волосы, струящиеся до самой земли, пухлые губы и идеальная фигура. Описать все это словами невозможно, но был художник, который сумел запечатлеть на бумаге единожды мелькнувший перед его взором образ…».

Я перевернул страницу, ожидая увидеть неземное чудо, отображенное кистью древнего искусника. И застыл в недоумении. Я никогда не видел нашей общей с Ледом матери, да и не мог, но в одном из коридоров императорского дворца на стене висел ее портрет. Золотые волосы, зеленые глаза, огромные и прекрасные, тонкие черты лица…

Сомнений не было никаких. На меня с потемневшей от времени, несмотря на заклинание сохранности, страницы смотрела она. Моя мать и бывшая императрица Мианора. А в самом низу страницы мелким почерком значилось: «Акиара Альфиа, демонесса — создательница расы эльфов».

Мозг дал отмашку, застопорившись на картинке. Внутри медленно возросло знакомое напряжение — предвестие нового скачка разрыва. Я смотрел на демонессу на картинке. Она, казалось, смотрела на меня. Боль внутри рванула меня на кусочки. Мир мигнул, книга беззвучно хлопнулась на библиотечный стол, бросившийся мне внезапно в лицо. Темнота коснулась меня своими бархатными крыльями…

— Ил… Таилэн, ты чего, спишь? А ну проснись!

Я заморгал, пытаясь разлепить глаза. Где это я? И почему так жестко? Все тело болит… Похоже, моя голова покоится на чем-то твердом. С трудом, но я смог поднять внезапно приобретшую немалый вес голову и более-менее осмысленно прислушаться к словам весело болтающей Мины.

— Ой, а у тебя на щеке надпись осталась! Ты зачем в библиотеку пошел, тут же скучно, книги только в сон вгоняют. А ты не из тех, кто любит книги. Ой, а ты знаешь, ты так Онире понравился! Она весь день о тебе только и говорила.

— Весь… день? — с трудом произнес я.

— Ну да, сейчас уже вечер, ты не знал? Ну и соня же ты! Ладно, мне пора ужинать, я побежала! Мой совет — займись чем-нибудь более интересным, чем дышать пылью этих затхлых страни-и-иц! — И, весело подпрыгивая, неугомонный ребенок помчался прочь.

Вечер… Когда я садился за летопись, только за полдень перевалило.

— Все закономерно. Потрясение от узнанного смешалось с очередным расширением разрыва между нами, плюс нервный срыв от первой встречи с высшим демоном, да две бессонные ночи подряд — вот и вылился такой коктейль в полный провал из реальности на целый день!

— Надо дочитать… — выдавил я, вспомнив о летописи.

— А может, не надо? А то, знаешь, вдруг еще обнаружится что-то подобное. У меня тоже нервы не железные. Это ж надо, чтобы ты оказался ее сыном!

— Надо… все надо!

Я со вздохом смертника посмотрел на следующую страницу.

«Иным был ее брат. Имени своего предпочитал не разглашать и во всех землях известен был как Многоликий. Ибо мог перевоплощаться в какое угодно существо, что и делал невероятное количество раз. Причислял себя к демонам перевоплощения и созидания. И захотел создать он расу по своему подобию, с той же силой перевоплощения. Но не сложилось, и на землю этого мира ступили оборотни.

Так много раз изменял внешность свою Многоликий, что первоначальный облик его стерся даже из памяти сестры. Так они и жили: эльфы — на северном материке, оборотни — на южном…».

Не понял? Вроде северный материк — это тот, на котором Мианор, а южный откуда?

«Но возникла незримая черта между братом и сестрой. Ополчилась Акиара против Многоликого, а Многоликий против Акиары…».

Семейные ссоры, значит, ага…

— Слушай, дай почитать, не комментируй! — взорвался справедливым гневом демон в голове.

— Ладно-ладно!

«И была война, страшная и кровопролитная, и не было победы ни у эльфов, выступавших на стороне своей создательницы, ни у оборотней. Только ушел южный материк под воду, оставив в морском просторе скопление островов, да превратились в пустыни земли северного материка. И тогда очнулись маги, призвавшие демонов в этот мир…».

— А я-то думал, что они уже поумирали все, это ж сколько времени прошло!

— Не путай древних магов с современными, дурак, — фыркнул демон в голове. — Те, что тогда были, не чета сегодняшним!

— Да понял я, понял…

«И решили они положить конец страданиям мира своего родного. Собрались они, как раньше, все вместе и решили: раз уж не могут эти двое ужиться в одном мире, отправить одного из них прочь. Ибо сил хватало только на то, чтобы изгнать одного и ослабить другого. И был изгнан из этого мира Многоликий, а Акиара заперта в едином теле, среди своих созданий, эльфов. А маги те, достигнув высшего уровня обладания магией, каждый в своей области, вознеслись на небеса и стали богами…».

Все. Спать. Немедленно! Вот только поужинаю…

На улицах Веерина медленно накрапывал теплый дождь. Силь неспешным шагом брела в сторону замка. Редкие прохожие кутались в плащи и пытались скорее укрыться в домах. Девушка тепло улыбалась, запрокинув голову назад и глядя в темные небеса. Сегодня, пожалуй, самый важный для нее день в жизни. Если она сумеет выполнить это задание, ее примут в столичную гильдию воров, после чего ей уже не нужно будет ни о чем беспокоиться. Главное — это заказ. Девушка вновь улыбнулась, в серых глазах мелькнуло торжество.

Судьба у нее сложилась, прямо-таки сказать, непросто. Она была дочерью одного мага-экспериментатора, свихнувшегося на этой почве и проводившего эксперименты на всех подряд. Впрочем, таких на архипелаге насчитывалось немало. И вот результат: в одном из экспериментов погибли все ее родные, сам отчаянный маг, а она, тогда еще пятилетняя девчушка, приобрела вторую свою ипостась.

Девушка подошла к замку Властителя и остановилась у входа для прислуги. Хмыкнула, заприметив торопливо спешащего туда парнишку с продуктами, подмигнула небу и обернулась небольшой, размером с пол-ладони, мышкой. Дождалась слугу и ловко вскарабкалась по его ноге в его корзину…

Я открыл глаза и посмотрел на потолок.

— Спи уже… — буркнул демон.

— Ты же знаешь, что не могу. Слишком больно.

— Да ты и вправду малость не в себе! Слишком больно ему! Да любой другой уже бы вопил как резаный, а ты тут валяешься как ни в чем не бывало!..

— Отставить истерику.

— И как ты можешь быть таким спокойным? — вздохнул голос.

— Я просто осознаю, что крики бесполезны. Мне не станет ни легче, ни тяжелей, если я внезапно заору, как будто некромантов повстречал. Хотя…

— Что? — насторожился демон.

— Только представь рожи разбуженных посреди ночи придворных, Циалы и самого Дароэнга!

— Что ж, должен признать, ты действительно мог бы стать великолепным демоном… — всхлипнул голос в голове, вместо того чтобы рассмеяться.

Это меня добило.

— Ты, дурак, а ну прекращай нюни распускать, я что, теперь и утешать тебя должен?

— Ы-ы-ы-ы! Ты такой замечательны-ы-ый! — завыл, зарыдал этот невыносимый тип.

Я вылетел из постели, быстренько оделся и выскочил прочь. Пробежал по длинным лестницам и попал в галерею предков династии Риош'эр. Окинул оценивающим взором…

— Ну держись, сейчас буду веселить!

Через минуту демон у меня в голове хохотал, как умалишенный.

— Нет, ты глянь! Такие глаза, будто он перепутал мужскую баню с женской, а в это время в ней была та дамочка, что изображена на предыдущей картине…

— Ой, не могу… Ха-ха-ха!

— А этот тип! Ну вылитый Риг, наступивший на ногу Лике!.. Стоп. А это еще кто?

Я с изумлением уставился на древнее полотно, висящее в стороне от остальных, да еще и опутанное заклинанием невидимости. Очень древним и очень сильным… Я медленно подошел и попытался вглядеться в бледную надпись.

— Памяти Многоликого. Истинный вид и имя. «Линэх», — перевел непонятные закорючки демон.

Я задумчиво молчал, разглядывая молодого парня лет семнадцати, изображенного на картине. Все было прекрасно, за исключением того, что он был точной копией меня…

— Вот это оборот! — нервно выдал демон.

— Тсс… — Я резко развернулся назад, а затем и шагнул в тень угла.

Факелы в галерее чуть затрещали от порыва ветра. Мир, казалось, замер от напряжения. Я застыл в ожидании.

— Неужели пора? Но так рано!

— Нет, к твоему плану это вряд ли относится, — попытался успокоить меня демон.

Я вжался в стену. На сегодня потрясений было слишком много.

— Вот… сейчас… — напрягся я.

На середину зала выбежала серенькая мышка. Демон внутри меня загнулся в истерическом смехе, а я чуть не последовал за ним, но тут из-за угла показался местный котяра — матерое чудовище метр в длину, чуть меньше в ширину. Мышь и кот встретились взглядами.

— О, это любовь! — жизнерадостно выдал демон.

— Жаль, что не взаимная! — поддержал его я.

…И начались великие гонки. Мышь залихватски дернула хвостом, истерически пискнула и помчалась прямо на кота! Кот от наглости подобной опешил, но тут же взял себя в лапы и услужливо распахнул пасть, не забыв приветливо мявкнуть. У самой его усатой морды мышь резко затормозила, хлестнула по коту длиннющим хвостом и рванула к единственному здесь столу, взобралась по его ножке и попыталась укрыться там. Но котам закон не писан — толстый в прыжке отважно хряснулся всей тушей на стол, тот прогнулся, но устоял. Зато картину, стоящую там в красивой рамочке, снесло напрочь. Раздался невообразимый грохот, мышь покинула стол, кот тоже, задними ногами оттолкнувшись от его поверхности. Кот полетел в одну сторону, стол — в другую. К несчастью, в другой стороне находилось большое витражное окно, завешенное плотными портьерами… Веселый звон, стук упавшего стола, чей-то оборванный крик… и скомканный вопль кота, чью глотку усердно пыталась зажать ловкая ручка воровки, совсем еще недавно бывшей мышью.

— Ну нет, испортить дело из-за какого-то кота! Ни за что!

И кот с громким мявом полетел в окно, а воровка ловким движением вынула полотно, упавшее со стола из рамки, свернула трубочкой и запихнула в сумку. Ха, насколько я помню, на этой картине изображена Циала, царственно глядящая вдаль и пафосно поднявшая руку. Мне не жалко, чего уж там, вот только…

Раздался топот многочисленных ног. Тьфу, а еще оборотнями называются! Воровка заметалась на месте, но тут же опомнилась, обернулась мышью. И тут в окно ответным подарком от кого-то прилетел котяра. Все, мышке конец, решил я, а та и вправду растерялась: кот не давал никакой возможности уйти.

И тут случилось невероятное. Пространство вокруг серого комка мигнуло, дрогнуло, затуманилось… И вот на полу, вместо серой мыши, покоится великолепный меч-полуторник, с простой рукоятью и изящным, остро отточенным лезвием.

— Мяув? — сказал кот.

Топот ног приближался. Мы с котом потрясенно смотрели на это чудо. И я решил!

— Чего это ты задумал, а ну стой! — взвыл демон, но я уже выскочил из угла, подбежал к мечу и уверенным жестом схватил его.

Да, именно такую сцену застали вбежавшие в зал Стражи, Циала и сам Дароэнг. Я, посреди галереи, в полуприседе, с мечом наперевес, дико озираюсь по сторонам. Передо мной разломанная рама картины, напротив — удрученный кот. Стол, как и окно, отсутствует.

— Та… Таилэн, объяснись! Ты что здесь делаешь? — очнулась первой Циала.

— Некромантов ловлю! — честно-пречестно заморгал я.

— Ну и как? — ядовито вопросил помятый со сна Властитель.

— Ушли… — развел я руками.

— А чего это ты держишь в руке? Меч? — заинтересовалась Циала. — Да разве ты умеешь с ним обращаться?

Я кивнул, оправдывая его наличие.

— Прекрасно! Тогда жду тебя завтра в тренировочном зале! — И, четко отпечатывая каждый шаг, принцесса удалилась.

— Ну ты даешь! — утер со лба испарину Дароэнг. — Предупреждать надо. — Затем обернулся к Стражам: — Пусть слуги здесь приберут…

— Вот это ты вляпался! — веселился демон по пути к моей комнате. — Ты же в бою на мечах полный ноль!

— А ты и рад.

— Меньше врать надо! Что ты теперь будешь делать?

Я походя сорвал с какой-то стены подходящие ножны и сунул в них меч.

— Перенесу финальный бой на завтра.

— Что?!

— Думаю, некроманты уже подтянулись…

— Ну-ка повтори! — прорычал некромант, черными глазами глядя на сжавшегося в комочек низшего демона.

— Т-т-то… что с-с-слышали. Эт-т-тот парень нашел способ. А в-вы его проморгали! Высший будет очень недоволен! — К концу фразы демон явно обрел уверенность.

— Свободен, — холодно бросил некромант, опираясь на посох из черного дерева. Задумчиво уставился в небо. — Что ж, придется исправить это недоразумение. Эй, братья! — Он обернулся к остальным. — Вы видите, обстоятельства вынуждают к решительным действиям. Мы прямо сейчас телепортируемся в столицу.

Он ловким жестом извлек из-под плаща нужный артефакт и дважды активировал. Тридцать магов-некромантов исчезли в одном месте и явились в другом…

— Лед! — заорали хором Лика и Риг, в ужасе глядя на огромное чудовище, носящее имя «мавка обыкновенная» и склонившееся сейчас над ними.

Бзденнь! Сверкнула яркая молния, и от чудовища остался один пепел. Друзья удрученно на него смотрели:

— Ну и как нам теперь найти коготь среднего пальца левой ноги?

«О нет! Это же этот придурок, что подставил меня с ножом, а потом стащил с алтаря! Не может быть, да кто он такой! И почему не сдал сейчас? Но все это неважно, ведь я… не могу… выбраться… из ножен! Освобожусь — начищу этому нахалу его смазливую рожу! Он… он за все заплатит: и за кота, и за нож, и за ножны! Вот только… когда? Когда?».

— В чем дело, объясните! Помощник должен был прибыть уже сегодня. Я больше не могу находиться рядом с этим типом. Он же глотает все яды и даже не морщится!

— Мне тоже тревожно, поверьте. Но я попробую разобраться с этим недоразумением.

— Поскорее давайте. Иначе я перейду к открытым действиям.

— Тому, кто надо мной стоит, это не понравится.

— Вот и думайте, это уже ваш промах.

— А вы наглеете не по дням…

— Нервы, уважаемый, нервы.

— Неужто он так хорош? Похоже, действительно силен.

— Вы это о чем?

Связь прервалась…

— Ну что там? — хмуро поинтересовался Рейн, за последние дни безумно уставший.

— По… поймали тварь, командир! — задыхаясь, проговорила Финра. — Вы… вы должны увидеть его. Вот бездна! Силен, зараза, оказался, наши его только всем скопом задавили, но дело сделано. Я не я, если он не высший демон!

Рейн рванул прочь из комнаты постоялого двора, находящегося неподалеку от дворца. Пока они шли по улице к дому Ила, который они по доброй памяти одолжили как основное убежище, Финра рассказывала:

— Он, конечно, не главный, но высокого звания, это точно! Пытался выйти из дворца незамеченным, а потом, когда нам показался подозрительным сильный магический фон, попытался дать нам отпор. И вполне успешно! Но и мы не лыком шиты, живо скрутили тварюгу. Он Кора ранил и Вика малость поколотил — тот, чудной такой, в ближний бой полез, а эта тварь давай трансформироваться! Ох мы и намаялись! Но теперь… теперь уж мы своего не упустим. Верно, командир?

Рейн только прибавил шагу. Если демон высший, то надолго его никакие цепи не удержат…

— Засиделась я что-то здесь! — глядя на Нол-Иалмерит, заметила Лессарениэль Оландир, дочь светлоэльфийского Повелителя. — Пора и мне по миру погулять!

— Как, уже завтра? Ты что, с ума сошел? Ладно еще первая просьба, но вторая…

— Именно так. Слушай, ты же богиня, тебе же раз плюнуть. Или нет?

— Вот сейчас ка-а-ак плюну!

— Давай! Любопытно.

— Бессовестный! Ладно, завтра так завтра.

— Замкнуть круг и начертать руну скрепления состояния… Ну и где эти оболтусы? Так, затем провести параллель с распределителем силы… Сколько можно? Да таких учеников в шею гнать нужно! Итак, результат вновь отрицательный, начнем заново…

Солнце за окном башни посреди Степи медленно поднималось.

Итак, наступало раннее утро. Все решится в этот день?

На небесах сгущались тучи.

Богиня Судьбы отдыхала, довольная своими свершениями.

Летопись шуршала в одиночестве.

Мир приготовился к новому витку своей истории…

Глава 11. НЕКРОМАНТ — ЭТО СКЛАД ХАРАКТЕРА.

— Вставай, котик… ну будь хорошим мальчиком… ну чего тебе стоит? Ну пожа-а-алуйста… — Недолгое молчание. — А ну вставай, гнида безрогая, пока уши не оторвала! Змей подколодный, посол недобитый! — Вновь молчание. — А у меня с собой ведро воды… — Молчание. Звук льющейся воды. Громыхание ведра, в ярости брошенного в стену. — Да что же это такое, вставай, кому говорю, а то все волосы выдеру! — И в этот момент я почувствовал, как меня хватают за ногу и сдергивают с теплого и уютного ложа.

Впрочем, безрезультатно. Я лениво потянулся, высунул рожу из-под совершенно сухого одеяла, защищенного одним из артефактов.

— Ну чего тебе надо, а? Еще даже солнце не взошло! — Я, страдальчески улыбнувшись, посмотрел на Циалу.

Нет, ну правда, мне в кои-то веки удалось заснуть, а она… И не постеснялась!

— А чего ей стесняться? — хихикнул демон.

— Ты на площади собирался выступать, когда солнце взойдет. А сейчас идем в зал тренироваться на мечах!

Я закатил глаза:

— Я тебе соврал.

— Что… что значит соврал?

— Да не умею я на этих демоновых мечах сражаться!

— Вообще?

— Вообще!

— Но как же… ты же граф… и вообще? — У нее даже челюсть отвисла.

Девушка жалобно смотрела на меня своими карими глазами.

— Ну-у-у… я из лука хорошо стреляю и ножи кидаю.

Оборотница прямо-таки расцвела:

— Живо вставай, покажешь!

Стрела вошла в центр мишени, оставив снаружи лишь оперение. Вокруг нее быстро расползались трещины. С минуту мишень продержалась, а затем кусками осыпалась на пол.

— Перестарался, — растерянно развел руками Таилэн, виновато глядя на Циалу.

У той были на уме совершенно другие мысли. «Какого демона этот парень бегал от всех подряд, если мог их уложить броском ножа и стрелами?» Циала злобно уставилась на посла. И тот вдруг нахмурился:

— Знаешь, принцесса, кто бы я ни был, в любом случае я — не убийца. — И, резко развернувшись, Таилэн вышел из тренировочного зала.

— Здорово, просто здорово! Ты видела, как он стреляет? Просто прелесть! — выскочила откуда-то Аминоэ. — А чего это он ушел? Обиделся? Но… ты же ему ничего не сказала?

Циала, нахмурившись, глянула на свой меч.

«Не убийца… Он так сказал, будто хотел убедить… себя», — эта мысль поразила ее несказанно.

— Какой же он еще мальчишка… — пробормотала она, не ответив на вопрос сестры.

— У-у-у, какие мы добрые, белые и пушистые. Демон-пацифист! Я щас подохну от умиления!

— Заткнись, я все равно не знаю, кто такие па-ци-фи… ну ты понял.

— Ничего, когда объединимся, ты мно-о-огое узнаешь! Если объединимся. Тьфу, не убийца он! Да любой демон — убийца! Даже твой братец Лед не станет отрицать, что угрохал целую армию живых людей!

— Он защищал…

— Никого он не защищал. Убить он всех там хотел, и с концами. У-бить! Понял? Понял или нет?

— Так значит, я должен убивать, без сомнений и тревог? — язвительно поинтересовался я.

— Да, бездна тебя забери, да!

— Что ж, ладно, только не жалуйся потом! — И я направился к себе в комнату.

Так, через полчаса взойдет солнце, соберется народ… и некроманты, жаждущие посмотреть на того, кто посмел встать на их пути. Посмотреть и убить. Но тут, по плану, явится богиня, даст «божественное знамение», что эти уроды и есть виновники, а к Мианору отношения никакого не имеют. Тут главное, чтобы меня эти некро невзначай не убили. По моим прикидкам, их там тридцатник наберется… брр! Вот кошмар. И еще. Что с ними потом делать? Пусть Стражи скрутят их, а потом казнят? В любом случае маги и Стражи предупреждены. Так что все нормально будет.

Я с тоской окинул скудный запас оставшихся артефактов. Один незащищенный одноразовый телепорт. Еще тот, что на ночь поставил, — магический заряд уже, кстати, кончился. Вычеркиваем. Вот артефакт защиты от некромантии, до последнего берег. Полчаса продержится. Ну защита от ментальной магии — всегда при мне, чтоб не лезли тут всякие в голову. Это три. Демон меня задери, всего три! Да такого не было со времен моего ученичества! Похоже, дела плохи.

Я скосил взгляд на последний, четвертый. Черный шар, легко умещающийся в ладони, со странными фиолетовыми завихрениями внутри. На крайний случай…

Рейн потрясенно смотрел на ехидно скалящего зубы демона, обмотанного в три слоя толстым стволом дерева, растущего прямо из пола дома.

— Четвертое по счету, — угрюмо заметил Кер, утирая испарину со лба. — Силен, зараза.

— Пусстите, жжалкие людишшки! Я все равно не скажжу ниччего! Это бессмыссленно…

— Бессмысленно, говоришь? — Рейн с любопытством оглядел вполне человеческое лицо, вот только клыки подкачали — побольше вампирьих. — Анир!

Священник выдвинулся из-за угла.

— Думаю, справлюсь, — кивнул он.

— Твой бог не услышит тебя! Это все сказки! — зашипел демон, но было видно, как он напрягся, в черных глазах замелькало беспокойство. Белые волосы взмыли в воздух, но тут же бессильно опустились.

— Я, может, и слабая ведьма, но блок поставила надежно! К тому же мне помогали. — Камилла радостно покосилась на Финру, Вика и близнецов.

Анир шагнул ближе к демону. Сжал в руке крест и поднял голову, закрыв глаза.

— Всевышний, услышь меня!

Все вздрогнули.

Обычно парень взывал лишь к воинам Всевышнего, и те всегда откликались.

Пантеон собрался не сразу, да и не весь — не было богини Судьбы и последней богини Хаоса, которую просто никто не удосужился пригласить. Все равно она не имела никаких привилегий.

— Итак, ты созвал нас по поводу… — Всевышний, как один из сильнейших, начал первым.

Летописец хмыкнул в бороду:

— Я уже говорил, не заставляй меня повторяться.

— Значит, по твоим словам, тобой было отмечено прямое вмешательство богини Судьбы? — уточнила богиня Удачи, Халларена.

Летописец кивнул.

— Тогда, может, у тебя есть и доказательства, Норкиар? — высказался обычно помалкивающий бог Ночи, Ворлок.

— Это здесь! — Эффектным жестом Летописец извлек из воздуха Летопись.

— Это запечатлелось в Летописи? — приподнялась Намия, богиня Дня.

— Да, вот здесь…

— Что? Она освободила Акиару? Зачем? Но если я не ошибаюсь. — Всевышний поднял бровь, — это было довольно давно. Но и тогда ты не пришел к нам. Почему?

— Дело в том… — Норкиар замялся. — Хина обещала, что больше это не повторится.

— Это означает…

— Да. Она нарушила обещание. Дважды. В первый раз я даже не заметил, но на второй…

— Погодите. — Всевышний внезапно нахмурился. — Похоже, возникла какая-то проблема. Мне нужно отвлечься.

Он прикрыл глаза и ответил на Зов, ворвавшись в сознание вызывающего:

— Чего тебе, смертный? Что могло случиться такого, что ты обратился ко мне напрямую?

Однако, к удивлению Бога, ответ был твердым и уверенным:

— Да вот, мы тут демона поймали. Взглянуть не хочешь?

— Демон? В этом мире? Не может быть!

— Да здесь он, гнида, сидит и скалится! Нам из него информацию насчет его хозяина, тоже демона, вытянуть надо. Мы же его еле поймали, высшего-то!

— Высшего? Да, это серьезно. Ну-ка дай взглянуть… Ага! Не такой уж и сильный. Впрочем, Многоликий вряд ли стал бы призывать кого-либо сильнее его, это чревато последствиями. А в том, что это Многоликий, я уверен. Хм, говоришь, информация нужна? Кстати, как твое имя?

— Анир.

— Будешь моим воплощением на земле, Анир.

— Что?!

— Не беспокойся, не всегда. Так, иногда тело будешь предоставлять… в обмен на помощь. А ты думал, бесплатно все? Ха!

Внезапно крест в руке Анира засветился Силой. Именно Силой, никак иначе. А затем парень медленно опустил голову и открыл глаза, светящиеся той же Силой. С минуту он созерцал в ужасе замершего демона. Затем подошел к нему, положил руки на виски… Мгновенная вспышка — и тело демона обмякло, а свет вокруг священника померк.

— Ну как? — осторожно поинтересовался Рейн у Анира.

Тот коротко взвыл, хватаясь за голову:

— Не Бог, а садист! Взял и всунул мне в голову все воспоминания демона! И нашел кому — я же священник!

— А с демоном-то что? — нахмурился Кер.

— А, Всевышний решил не заморачиваться и сжег ему мозг.

— Ладно, выкладывай, что там! — нетерпеливо спросили друзья.

— Конец, ребята, вот что там! Главный заговорщик — Эвариан.

Я окинул взглядом толпу народа с высоты трибуны, установленной на деревянном помосте посреди главной площади Веерина.

— Ой, как их многа-а-а… кошмар! — заскулил демон.

Я был зол: боль, казалось, достигла своего апогея, мир чуть плыл и двоился, а ведь сейчас еще выступать… Еще этот меч на поясе!

— Ты зачем его с собой притащил! Все равно эта воровка не сможет в ножнах обернуться!

— А вдруг кто-то любопытный захочет посмотреть?

— Да зачем она вообще тебе понадобилась?

— Все равно она должна мне. Не знаю… Просто хочется, чтоб была! Сам подумай, у кого еще такое оружие найдется? Это же надо — превратиться в меч!

— Давай говори уж что-нибудь, а то тебя твоими любимыми яблоками забросают!

— И тебя тоже.

— Но тело-то твое!

Циала, Властитель и придворные стояли чуть поодаль, ехидно на меня поглядывая. Стражи и маги пока не показывались.

— Слушай меня, народ архипелага Линэх! — используя голос барда, заговорил я. Вроде тихо, а слышит каждый. — Я должен признать, что каждый из вас имеет право держать зло на Мианор. — Ты что мелешь, придурок? — Заткнись! — Ибо Миа нор действительно виноват. — Народ в шоке застыл. — Он не сумел удержать проклятых некромантов в своей темнице! Но я прибыл на ваш остров, чтобы исправить эту страшную ошибку собственными руками. Я засажу этих мерзавцев под замок, я заставлю их заплатить за все свершенное зло, за все те несчастья, что они принесли вам! Я их…

И в этот момент небо над площадью взорвалось, и явилась миру богиня. Ее фигура, казалось, занимала полнеба, она печальным, но строгим взором смотрела вниз.

— Приветствую вас, смертные! Я тоже видела все зло, что творили эти нечистые. И мое сердце не смогло сдержать гнева. Внемлите же мне, богине Ианьше, ибо я пришла помочь этому храброму и чистому душой юноше. Я укажу ему на врагов ваших!

И в этот момент ее рука опустилась вниз. Люди разбегались от этой руки, и лишь тридцать закутанных в плащи фигур не смогли сдвинуться с места.

— Вот они! И да будут они покараны рукой того, кто видел зло от них! — С этими пафосными словами богиня растворилась в небесах.

Повисла мертвая тишина. Тысячи оборотней стояли и молча смотрели то на некромантов, то на небо, то на меня. И среди этой тишины голос одного некроманта прозвучал как гром среди ясного неба:

— А ведь я говорил твоему отцу: надо было тебя еще в детстве вурдалакам скормить!

В этот момент меня окончательно переклинило. Взор затуманился воспоминаниями…

Ночь, я крадусь по башне, тени скользят по стенам. Дверь, за ней голоса:

— Теперь ты знаешь, что ошибся. Не пора ли заняться его смертью?

— Да ну, пусть бегает, авось на нежить напорется.

— Ты не будешь против, если я это устрою?

Не будешь против, если я это устрою… если я это устрою… устрою… устрою…

Я молча выдрал меч из ножен и рванул вниз, на некромантов. Мир будто смазался, уйдя назад. Я только зло усмехнулся. Вот артефакт защиты от некромантии встречает первое заклинание. Вот я уворачиваюсь от второго, не желая тратить его заряд…

А вот меч с тихим чавканьем входит в тело первого некроманта, ничего не успевающего сообразить. Хруст, брызги крови — и вот его голова уже катится к ногам остальных. А я продолжаю двигаться вперед.

Циала закрыла рукой глаза Аминоэ и с ужасом наблюдала за пляской «не умеющего сражаться на мечах» посла. Свист меча, брызги крови — новый труп, снова свист, веер кровавых брызг — предсмертный крик… Вспышка — взрыв! Но парень легко выскальзывает из дыма, он невредим и продолжает бой. Заклинания рвут и ломают каменные плиты площади, по которым течет обжигающий черный огонь, а вон уже из-под земли полезли мертвяки, вообще не замеченные чересчур прытким послом.

Последний свист, взмах, крик… Парень остановился, глядя на тридцать искромсанных некромантов. Стряхнул кровь с меча и сунул его в ножны. Обернулся к народу. Тот молчал еще секунду… и взорвался радостными, ликующими воплями!

Из укрытия выскочила Иниа.

— Вы уже не нужны, — деревянным голосом выдавил Дароэнг.

Страж только хлопала ресницами. А посол продолжал стоять там, на залитых кровью, искореженных магией плитах. Циала заметила боковым зрением быстрое движение — мимо нее промчался Тэрек, подбежавший к Таилэну. Тот медленно обернулся навстречу магу.

— Ты и меня убьешь, Таилэн? — неожиданно спросил Тэрек.

И столкнулся с насмешливо-злым зеленым взглядом:

— Зачем?

— Ну я же некромант!

— Ты дурак. — Парень подошел к нему. — Некромант — это не вид магии. Это склад характера! — Он постучал пальцем по лбу. Затем хмыкнул и прошел мимо, но внезапно остановился, глядя в землю. — Знаешь, это второй раз, когда я убил некроманта, да и вообще кого-либо убил.

— А первый кто? — насторожился Тэрек.

По губам посла скользнула такая знакомая злобная усмешка:

— Мой отец.

И ушел. А маг так и остался стоять, потрясенно глядя ему вслед…

— Ну и зачем ты ему сказал?

— Люблю шокировать!

— Вообще-то я тоже. Но слушай… — Демон замялся.

— Что?

— Прости… я не знаю… но я не хочу, чтобы ты был убийцей! Прости.

— Ха! Я уже убийца! Ты же не будешь отрицать, что я убил этих магов? Что я хотел их убить?

Демон молчал.

— Вот и ладненько…

— Слушайте сюда! — Некромант Эрик мрачно посмотрел на Леда, Рига и Лику, вызванных прямо из логова вурдалака, где они безуспешно пытались извлечь язык нежити из ее челюсти, оплавленной магией Рига. — Во-первых, никакие компоненты мне не нужны. — Троица вытаращила глаза, но Эрик остановил их злым взглядом. — Во-вторых, мы знаем, кто заговорщик. Это демон. — Лед фыркнул, но заткнулся под взглядом Эрика. — И этот демон… убил Эвариана и принял его обличье.

— Что? — не выдержала Лика.

Лед молчал. Он тупым взором продолжал смотреть за окно. В комнате похолодало…

— Лед! — Пощечина вампирессы подействовала отрезвляюще.

— Значит, так. — Некромант, будто и не заметивший дикого холода, продолжал свою речь. — Заговорщик известен, и он во дворце. Также известны все его демоны. Дюжина потихоньку выведет всех невиновных из дворца. Совет Владетелей уйдет последним, дабы демон ничего не заподозрил. И еще… Кто-то должен будет активировать артефакт, который еще, кстати, не доделан. Вся проблема в том, что он сработает сразу, и тот, кто его активирует… — Некромант развел руками.

— Эрик… А как давно… — Лед недоговорил.

— Сразу после «воскрешения» твоего братца, — подтвердил его опасения Эрик.

Лед сглотнул.

— Это буду я. Я отнесу артефакт, — наконец вымолвил он деревянным голосом.

— Дурак! А как же я? Я с тобой! — взорвалась Анжелика.

— Тогда уже и я, до кучи, — невесело хмыкнул Риг.

Мэй и Шамир только переглянулись.

— Отставить разговоры! — рявкнул Эрик. — Артефакт отнесу я.

Все на него вытаращились.

— Я его создатель, мне с ним и встречаться. Ваша сила мне сейчас для артефакта нужна будет. А потом мы отправимся в Импералеаду, выждем еще немного… и…

Пятеро друзей согласно кивнули.

— Я, конечно, все понимаю, то да се, богиня Судьбы… Но давайте лучше обратим свои взоры на землю, там такие вещи заворачиваются! — переполошил весь Пантеон Всевышний. — Так, Летописец, живо тащи свое Зерцало! Это будет интересно…

Летописец иронично поднял бровь, но согласился. Что ж, он вовсе не против досмотреть, как этот парень выкрутится, уж слишком много Судьба против него нагородила. А он хотел помочь, но не суждено… Не суждено. Выходит, все-таки конец.

— Свободна! Я свободна! Я свободна! — отплясывала танец богиня Хаоса. — И как! И имя свое напомнила, и авторитет у смертных получила, и свободна! Хоть оставайся! Эх, жаль, что этот мир погибнет, а иначе… Иначе я бы такое здесь завернула! Ух! — Она счастливо вздохнула, но тут же вернулась с небес на землю. — А сейчас живо вещи собирать! Урря!

Лессарениель Оландир тонко усмехнулась, глядя на виднеющуюся на горизонте столицу Линэха, Веерин.

— Спасибо тебе, богиня Судьбы. Теперь я знаю, где его искать.

— Они прибыли, командир!

Рейн обернулся.

К нему спешили на всех парах Кина и Вик, за ними следом еле поспевали Ледоник, Риг, Лика, Шэм и Мэй.

— Как в старые времена? — улыбнулся он Леду.

— Да нет, одного не хватает, — мрачно ответил тот.

Рейн нахмурился:

— Похоже, демон сумел от Ила избавиться, — пояснил Шамир. — Ведь это он отослал его.

— Ха! — насмешливо фыркнул дроу. — Да чтобы этот пройдоха из-за какого-то демона… Да никогда, верьте мне на слово!

— Все равно он в опасности, — попытались возразить друзья, но лица их просветлели.

— Враг ничего не знает? — нахмурился Лед, глядя в сторону дворца.

Не верилось, что вскоре придется стереть его с лица земли.

— Ничегошеньки, — спокойно ответил Рейн. — Кстати, тебе от нас благодарность. Оказывается, ваш призрак Ерэграла весьма попортил жизнь этим демонам. Правда, с нами сотрудничать он тоже отказался.

Лед, не выдержав, рассмеялся. За ним, сбрасывая накопившееся напряжение, расхохотались и остальные.

— Эх, сюда бы Ила еще, и было бы просто прекрасно! — мечтательно закатила глаза Мэй.

— Да наверняка этот гад сейчас где-нибудь веселится, а мы страдаем, — не согласился Шамир.

Все расхохотались пуще прежнего. Да, такой вариант вполне мог быть…

— Ил, придурок, пить вредно!

— Сгинь, нечисть, — ответил я, доканчивая вторую бутылку самопляса. Меня невообразимо огорчало, что даже после такого количества выпитого я был в сознании и доброй памяти.

— Конечно, ты же сейчас уже не человек…

— Я сказал — сгинь! — В подтверждение своих слов я опрокинул в себя следующий стакан горючего пойла.

— Хватит пить, я же потеряю с тобой последнюю связь и не смогу говорить!

Буль-буль-буль…

— У какие мы несчастненькие! Если так убиваешься, нечего было лезть на эти хррпыррнрргриррлоо…

Ну и прекрасно. Я окинул взглядом еще десяток бутылей, стянутых из местного погреба. Схватил следующую, налил полный стакан. Вскоре я уже плюнул на стакан и пил из горла. В какой-то момент в дверь постучали, я швырнул в нее бутылкой, раздался звон, и стук затих. Затем, спустя полчаса, постучали вновь, даже что-то говорили… Я деловито встал и придвинул всю мебель, какая находилась в комнате, к двери. Стол, кровать, стул, люстра, шкаф, сервант, камин, выломанный из стены… После этого успокоился и заложил окно выдранными из стены каменными блоками. Потянулся к следующей бутылке. Сквозь трещины в стене алел кровавый закат. Я слушал тишину, глотая самопляс, как воду…

Есть смысл жить и ненавидеть, Есть смысл чувствовать и быть, Есть смысл былое все предвидеть, Есть смысл былое все забыть. Есть смысл забыться, есть смысл остаться. Есть смысл уйти и других забыть. Есть смысл сорваться… Есть смысл сорваться! Есть смысл сорваться и просто убить. След черных потоков немеющей жизни, След смерти на чьих-то безумных губах. Есть то, что зовется моей жизни смыслом, То ненависть сердца, его вечный страх. Есть смысл бороться и смысл сдаваться. Беззвучно кровь в жилах кипит и кипит. Есть смысл на чей-либо крик отозваться, Но что-то никто мне вослед не кричит. Тень взгляда темнеет, ночь крылья расправит, Ты демон! — кричит окруженная мгла. О да, все они, несомненно, правы — Вошла в сердце мира отравы игла. Кровавый рисунок чьего-то лица, Зеркальное чье-то в глазах отраженье… И вечная тьма пишет мне без конца Путь крови чужой, и нет в мире спасенья. Есть смысл дышать? Есть смысл желать? А нужен ли он такому, как мне? Ведь я не хотел в небе вечно летать. Лишь пепел души чуть алеет в огне…

Глава 12. КОНЕЦ СВЕТА.

— Я чувствую, — внезапно сказал Лед, хотя Лика была уверена, что подошла совершенно беззвучно. Парень резко обернулся и посмотрел на нее своими нечеловечески зелеными глазами. — Я чувствую, — повторил он, — он жив.

— Кто — он? — осторожно поинтересовалась девушка.

— Ил. — Блондин сложил руки на груди. — Жив! Но… ему больно.

— Его пытают? — не совсем понял подошедший Риг.

Лика и Лед гневно скосили на него взгляды, однако рыжий не смутился: в последнее время он явно возмужал и стал морально сильнее.

— Да нет, — с легким сомнением в голосе ответил принц. — Вообще, такое ощущение, будто это скорее душевная боль, нежели физическая. Будто что-то раздирает его изнутри. — Не в силах объяснить, он пожал плечами. — Я почувствовал это совсем недавно и очень слабо. К тому же эта боль постепенно возрастает. Думаю, нам лучше всего поскорей найти его.

— Но сначала дело, — попыталась возразить Лика.

— Ну нет! Если мы точно узнаем, где он, телепортируемся туда! Мало ли что…

Все трое слаженно кивнули.

— А чего это вы тут? — внезапно нарисовались Мэй и Шэм.

Друзья переглянулись, вздохнули и приступили к объяснениям…

— Многоликий…

— Я же сказал, не называй меня так здесь! — рык, сотрясающий стены.

— Это неважно, Многоликий. О нас уже знают. Дворец пуст, остались только Владетели. Да и те дрожат от каждого моего взгляда. Из Веерина тревожные вести: Страг так и не дошел. Его перехватили, и, судя по всему, он и стал причиной утечки информации. Вокруг дворца собираются маги… — Голос говорившего становился все тише и тише.

— Вот как. Ха! Ха-ха-ха-ха-ха… — рокотом отразилось от стекол окон и зеркал. — Давно пора! Полагаю, и местные «боги» в курсе. Но они сами установили рамки своей силы. Так что никто не помешает мне открыть еще одни врата, за которыми меня поджидает целая армия.

— Но… Многоликий… Если я не ошибаюсь, для этого нужно три высших демона вашего уровня силы?

— Они будут. Я знаю…

— Одна — ваша сестра. Второй — вы. Кто же третий?

— Неужто так сложно догадаться?

— Но он не проявлял никаких признаков силы.

— Это легко исправить. Главное — поймать его в свои сети раньше, чем моя сестрица!

Я открыл глаза, зевнул, перевернулся на другой бок. Хорошо…

— Вставай, гнида мелкая! Ик!

С кровати меня снесло. Э-э-э… с какой кровати? Я огляделся вокруг. Никакой кровати и в помине не было. Спал я на полу, в обнимку с последней наполовину пустой бутылкой самопляса. Картина передо мной предстала ве-ли-ко-леп-на-я…

— Сам старался, я не помогал! — продолжал действовать на нервы демон.

Итак, прежде всего — окно. Завалено каменными блоками, выломанными из левой стены, где, кстати, должен был еще находиться и камин. Сейчас он живописно украшал гору из мебели, наваленную перед дверью.

— За уборку, вперед! Шашки наголо-о-о! — надрывался явно находящийся не в себе демон.

— Конечно, не в себе. Я же… ик… в тебе.

— Что это с тобой? — предпринял я попытку выяснить ситуацию.

— А это… ик! алкагольн… ик! ап-апьяне…ние. Во!

— А че так поздно-то?

— А как у… ик! жирафа.

Не знаю, кто такие жирафы, но я им сочувствую. Кстати, приятно удивляет отсутствие похмелья. Что ни говори, все к лучшему. Я вздохнул, окинул тоскливым взором комнату и… действительно принялся за уборку. А демон мне помогал. Морально.

А мы уборщики веселые, Нам мусор в доме нипочем. И все бутылки, что не полные, Мы с удовольствием допьем! Та-да-да-дам! Но только если мы не пьяные…

Из комнаты посла вновь раздался грохот. Циала, Дароэнг, Тэрек и даже примчавшийся Кайнори вздрогнули. Вот уже полночи, как оттуда не раздавалось ни звука. А до того… Ну сначала посол просто не открывал. Потом что-то разбил, затем разломал. Кажется, это была стена. Потом увлеченно пел похабные частушки — обо всех подряд, но почему-то больше о Ледонике. Затем начал вкрадчивым, но оттого еще более зловещим голосом вещать о конце света. При этом описывая все по порядку и в жутких подробностях. Примерно так: «Сначала у нее онемели ноги. Бег ее прекратился, и она упала, угодив руками прямо в текущую ручьями лаву… Кровь смешивалась с огненной жидкостью, застилала глаза, мешая видеть… Но время шло, и кости расплавились, руки подломились и…» Слушающим было страшно, но все равно интересно. Затем парень спел оду концу света и, кажется, поинтересовался у самого себя, хорошо ли он поет. Потом на некоторое время все затихло, раздался последний грохот… и все. Они, как дураки, проспали в соседней комнате до утра. А утром где-то с полчаса в комнате Таилэна раздавался страшнейший грохот, такого даже вчера не было. Затем все затихло. Переглянувшись, все ломанулись к двери комнаты посла. Замерли… Дверь распахнулась, и из нее показалась жизнерадостно ухмыляющаяся рожа Таилэна.

— А чего это вы здесь делаете? — счастливо заулыбался он, приглаживая ставший дыбом чуб. — Ах да, надеюсь, завтрак я не пропустил?

Все молча на него пялились.

— Хм, ну как хотите, а я — завтракать! — И, весело насвистывая, парень неспешной походкой — руки в карманы, — прошел мимо.

Таилэн скрылся за поворотом. Властитель, принцесса, маг и дракон переглянулись. Тэрека вытолкали к двери, он осторожно ее приоткрыл… Перед сосредоточенными рожами посетителей предстала тихая уютная комната. Стол у окна, кровать, тщательно заправленная, камин с тлеющими углями, шкаф, люстра (правда, чуть качающаяся)… Единственно, у окна отсутствовали стекла.

Властитель почесал затылок, Циала пожала плечами, Тэрек развел руками… Кайнори хмыкнул.

Люстра с грохотом упала.

Так и есть, уронили люстру, гады! Даже до столовой грохот донесся! О как! Ну и ладно… Я с удовольствием укусил большой румяный пирожок с яблоками. Эх, хорошо-то как!

— А вот у меня теперь похмелье! — уныло взвыл на задворках сознания демон.

— Пить меньше надо было!

Демон задохнулся от возмущения, что позволило мне спокойно доесть свой завтрак. Я встал, потянулся, поблагодарил главного повара и отправился в сад. И здесь наткнулся на Ониру.

— Ну здравствуй, любимец народа Линэха, — мягким голосом пропела эта змея.

— Мой совет, Ил: хочешь жить — линяй!

— Линять? Ты как себе это представляешь?

— Смывайся, придурок!

— Я очень рада за тебя, — продолжала соловьем заливаться эта мегера. — Право слово, я даже восхищена! Кто бы мог подумать… — Тут она сбилась. — Я хотела сказать, твой бой… — она вновь замолчала, а я что-то вообще перестал понимать, о чем речь.

— Говорите яснее, Онира. — Моим голосом можно было замораживать воду.

Она на секунду озадачилась, но быстро нашлась:

— Вы показали вчера себя с великолепной стороны, Таилэн. — Мое придуманное имя она произнесла с легкой насмешкой, не знай я, кто она, — не заметил бы. — Не каждый воин… да что там, не каждый маг способен уложить такое количество некромантов! — Последнюю фразу она произносила уже с гневом.

Ага, знала бы она, что еще пару минут, и остались бы от меня одни головешки. Артефакт того… не железный был. А с одним мечом я бы ничего не смог сделать.

— Ну не надо быть таким самокритичным.

— Я не прав?

Демон заткнулся.

— Не понимаю, к чему вы клоните?

Она молчала. Уже не скрывая гнева, сжимала наманикюренные пальцы.

— Ты ведь знаешь, кто я? — Она с ненавистью и… да, страхом! С ненавистью и страхом смотрела на меня.

— О чем вы, прелестная Онира? Право слово, я не понимаю… — Насмешку даже не пришлось скрывать.

Легкий поклон — и эффектный уход с резким разворотом. Если ты подставляешь врагу спину, то совершенно точно должен быть уверен, что у того нет ни одного шанса ударить.

Или же ты просто великолепно это играешь.

— Постой, дурачок! — догнал-таки вопль в спину, и я остановился. — Ну вот, все карты и раскрыты. Ты король, я согласна, но что ты собираешься делать теперь? Что теперь, скажи мне, — ты, шулер, поглоти тебя бездна!

— Она ненормальная? — вполне резонно поинтересовался я у внутреннего голоса.

Тот ответил не сразу:

— О нет, дорогой, она просто видит со стороны. Ты еще не можешь мыслить столь масштабно. Если взглянуть со стороны на то, что ты сейчас задумал… В общем, ты — это шулер, а все остальные — оставшиеся в проигрыше обманутые тобой оч-чень влиятельные игроки.

— Вот как. Мудрено…

— Ты ошибаешься, демоница. — Я обернулся и посмотрел прямо на нее. — Я, может, и шулер, но отнюдь не главный.

Она взъярилась:

— А кто тогда, нет, ты скажи мне, кто тогда? — Глаза ее начали приобретать явно ненормальный размер, из пальцев полезли стальные, в пол-ладони когти.

Я ошалел.

— А-а-а… А я так могу?

— Дойди сначала до низшего уровня, а потом уже о высшем думай!

— Понял.

— Это ты у хозяина своего спроси, Многоликого! — ответил я ей и, фыркнув, пошел прочь.

— Многоликого… — донеслось мне в спину растерянное. — Многоликого?!

— Не понял, она что, до сих пор не знала, на кого работает?

— Вот он. — Все зачарованно смотрели на золотой, в форме посоха артефакт. — Это чтобы незаметно пронести, — пояснил Эрик. — Эй, да не на посох смотрите, а на набалдашник!

Все вздрогнули и послушно уставились туда.

Набалдашник украшал круглый черный камень. Смотреть на него отчего-то было больно.

— Он поглощает свет! — внезапно воскликнул Лед, догадавшись.

— Ну хоть чему-то тебя научил, — гордо хмыкнул некромант.

— Может, это будет все-таки кто-то другой? — с сомнением произнес вдруг Шамир, и все уставились на него.

— Это еще почему? — не понял Эрик.

— А ведь верно. — Лед сощурился. — Кому ты Степь отдашь?

— Не учи ученого! — Повелитель Степи отвесил ему подзатыльник. — Я обо всем позаботился, уж у меня точно найдется преемник! Я его уже предупредил, так что…

Все согласно вздохнули, не видя других препятствий.

— Когда начнем? — все-таки поинтересовался Рейн. — Сильнейшие маги Академии уже здесь. Даже воинские части собрались. Вот только драконы никого не прислали, хотя обещались.

— Начнем ближе к вечеру, — прищурился на небо некромант. — Оно конечно, чем раньше, тем лучше, но…

— Но?.. — напряглись все.

— Предчувствие у меня нехорошее.

Все выпучили глаза.

— Как тогда, когда Ил украл у меня ту заколочку…

Все понятливо закивали.

— Значит, ждем, — проговорил Лед.

Его не оставляло чувство приближающегося конца. Конца всего…

Полдень. Как я люблю это время! Особенно летом. Солнце, листва, ветер теплый, небо синее-синее! Яблоки на яблонях, груши на грушах, цветы на цветах… Эх, красота!

— Знаешь, это, конечно, все хорошо, но в одном демонесса была права.

— Это в чем же?

— Что ты теперь будешь делать?

— Отдыхать.

— Что? А как же… Но как же Лед? Многоликий?

— Я свою работу выполнил? Выполнил! А значит, все. Отдыхаю!

На это демон не нашел что ответить, а я предался отдыху, удобно расположившись на большой ветви яблони. Отдыхать…

Ага, так мне и дали!

— Ил, Ил, так вот ты где! Наконец-то я тебя нашла! — радостно запрыгнула на ветку рядом со мной Аминоэ.

Умираю я с этими оборотнями! Вот я, пока сюда забрался, несмотря на демонскую силу, почти всю одежду изорвал.

— Ну чего тебе, чудо морское? — вздохнул я.

— Это почему морское? — обиделось чудо.

— Потому что в море.

— Но здесь же суша.

— Так ведь суша-то в море…

— Какое море, тут суша!

— А вокруг море…

— Где?

— Вокруг.

— Слушай, не мучай ребенка, а?

— Ладно, пошутил я!

Надувшаяся было девчонка расцвела алым цветиком.

— А ты зачем искала-то меня?

— А пойдем, пойдем, я тебе ельфу покажу! — Она широко распахнула свои карие глазищи, восторженно взмахнув руками.

— Ельфу? — Я невольно насторожился.

— Красивую-красивую!

Эльфы — это нехорошо. Особенно светлые. Красивые снаружи и та-акие темные внутри-и… Особенно учитывая их создателя. Кстати, я не ошибусь, если скажу, что именно дроу отказались и дальше почитать Акиару?

— Да ты мудрец! — только и хмыкнул внутренний голос.

Но в любом случае я должен на нее посмотреть. Мало ли что.

— Идем.

— Только тсс!.. Насколько я знаю, она очень хотела остаться незамеченной! — громко прошептала мне на ухо Мина.

Хорошо, мы еще даже в замок не вошли.

— У меня к тебе просьба — не говори ничего. У эльфов слух очень хороший.

— Та-да-да-дам! — раздалось над ухом нервно подскочивших Леда, Лики, Рига и остальных.

На них всех зелеными драконьими глазами победоносно уставился Шанориан.

— Эй, а чего это вы не радуетесь! Меня, между прочим, вам в помощь прислали, во! Как самого сильного мага Драконьих Скал! — Он надменно вздернул нос.

Все переглянулись и невольно прыснули — до того был забавен вид красноволосого парня в кое-как напяленном плаще, да еще босиком.

— Это на последнем эксперименте я обувь в коврик преобразовал, — оправдался Шанориан, заметив любопытные взгляды.

Хохот грянул с новой силой.

— И вовсе не смешно! Между прочим, этот коврик теперь мне дверь сторожит! — и пояснил: — Любой, кто на него ступит, двинуться без моего приказа не может. Так, а теперь к делу! Каков наш план?

Ему начали было объяснять.

— Э, нет, так никуда не годится! Давайте так: сейчас снесу этот дворец, превращаюсь в дракона и жгу всех демонов к демоновой матери! Э-э-э… вы меня поняли.

Но его план никто не принял.

— Скучные вы! — возмутился Шан, но смирился. — Эй, а чего вы во дворе сидите, пойдемте, что ли, по улице прогуляемся. Кстати, вы горожан-то предупредили? А то перепугаются, бедняжки…

Так они и шли по пустой улице: впереди — сам Шан, сверкающий своей цветной шевелюрой. Чуть позади — Лед, Лика по правую его руку, полевую — Риг, а по краям Мэй и Шамир. И вот они шли, шли…

И тут из-за поворота вынесло невероятное чудо: зеленого коня. Он эффектно затормозил перед носом дракона. Все в шоке на него уставились.

— Ба, да это ж коняга Ила! — воскликнул Шамир.

— Ила? — не понял Лед. — Его вообще-то Валентин с собой из Каролы привез.

— Так Ил его по дороге и увел! — оживилась Мэй. — А потом, видимо, оставил где-то.

— Это из-за него он такой дикий? — хмыкнул Лед. — Насколько я знаю, конь так бесился, что пришлось заковать его в цепи. Да вон их остатки висят!

— Стоп, стоп, стоп! — внезапно резко прервал диалог Шан. — Кто увел? Кто оставил? Почему дикий? При чем здесь цепи? Это же вампирский демон-конь! Они сами выбирают хозяев, никто не может их ни к чему принудить!

— Ну… — Мэй и Шэм переглянулись. — Значит, очаровал его наш воришка.

— Воришка?

— Ну Ил… принц Александр, — пояснил Шэм грустно.

— Значит, вы этого Ила и искали, — спокойно заметил Шан, а все кивнули. — Ну и придурки же вы! Это же не конь, а чудо! Они всегда знают, где находится их хозяин. И все, что нужно, — это ментальный маг! — Дракон сорвался на вопль.

— Ну Риг… — мрачно произнес Лед.

— Что? Вы хотите, чтобы я залез в голову коня? — жалобно взвыл рыжий.

— Это не просто конь, дубина, он разумный! — взорвался Шанориан.

Риг вздохнул и сделал осторожный шаг к Дыму…

Я стоял и мрачно косил взглядом на виновато опустившую голову Аминоэ. До «ельфы» мы не дошли. Нас, тихо крадущихся по коридору, застукали все те же: Циала, Дароэнг, Тэрек и Кайнори.

— Ну-с, так вы не ответили на вопрос. Что теперь собираетесь делать? — повторился Дароэнг.

И тут в нашу теплую компанию ворвалась старшая Стража.

— Ну что еще, Иниа? — закатил глаза Властитель. Похоже, его все уже основательно достало.

— Там… там… гостья из Нол-Иалмерита! — задыхаясь, проговорила оборотница.

И тут это случилось…

— Не стоит хлопот, дорогая, я уже здесь.

О небо, какой знакомый голос!

— Я чего-то не знаю?

Я ме-э-эдленно обернулся… и столкнулся с ними. Глазами. Моей. Бывшей. Невесты. Младшей дочери эльфийского Повелителя, кошмара моей молодой жизни. Загубленной.

— Прошу прошения, Властитель, что без приглашения. Но до меня дошли невероятные слухи о пребывании здесь одной очень дорогой для меня личности, — Лессарениэль Оландир, все такая же, как и прежде, ласково улыбнулась. — Ил, дорогой мой, неужели после такой долгой разлуки ты лишишь меня разговора наедине-э-э…

Конечно, лишу! Только вот никто меня спрашивать не стал. Все «тактично» ушли, прихватив с собой Мину. Я остался один на один с ней. Попятился назад, выходя на площадку перед балконом. Даже зачем-то пощупал, на месте ли меч-оборотень. Уперся спиной в стену и замер, поняв, что дальше от меня ничего не зависит.

— Ну вот мы и одни, — спокойно заметила враз изменившимся голосом эльфийка.

И это изменение мне ой как не понравилось! Никогда еще она не говорила так. Равнодушно и отстраненно, будто это и не она вовсе. Тут она повернула голову, и я встретился с двумя черными, как сама Тьма, глазами…

— Ты наблюдаешь уникальное существо, Ил, — перед тобой демонесса, сожравшая душу эльфийки и поселившаяся в ней, притом довольно давно, лет семнадцать назад.

— Семнадцать… лет?..

— Ну здравствуй, Акиара, — услышал будто со стороны я свой голос.

Циала, Тэрек, Дароэнг и Кайнори, подслушивающие все это время, закаменели. Во-первых, им не понравилось напряжение, даже страх, прозвучавший в голосе парня. А во-вторых… имя.

— Надо же, быстро догадался! — донесся ехидным напевом ответ.

— Но зачем, зачем? — полная растерянность. — Ведь и тогда, когда мы первый раз встретились…

— О, было так забавно за тобой наблюдать! Так забавно… Особенно во вторую встречу! — Она разразилась поистине демоническим смехом.

Тэрек переглянулся с Кайнори, и дракон движением руки сделал стену с их стороны прозрачной. Картина перед ним предстала удручающая. Посол прижался к стене и смотрит на эльфийку. Эльфийку ли? Глаза черные, без белков…

— И что теперь? — выдал Таилэн.

— Теперь… теперь… У тебя ведь проблемы с силой, не так ли? — резко сменились интонации голоса. — Я тебе помогу. Но в обмен…

— В обмен?

— В обмен ты всего лишь будешь на моей стороне. На моей, а не моего братца Многоликого.

— А что ты можешь предложить такого, чего не может предложить он? — внезапно обнаглел парень, сложив руки на груди и усмехнувшись.

Незнакомка явно заволновалась:

— Ты… всего лишь жалкий воришка, и ты смеешь ставить мне условия?!

— Воришка? — изумленно прошептала Циала.

Они вчетвером переглянулись, а затем снова повернулись к стене.

— Но тебе этот воришка нужен, верно?

— Глупец. Мне стоит убить тебя, и ты просто не достанешься никому, — внезапно успокоилась «эльфийка».

— Так я тебя и испугался!

— Ах вот как? Тогда, может, тебе стоит взглянуть на меня, а не на это жалкое тело? — И с этими словами эльфийка стала меняться. — Что скажешь теперь, а?

Онемев, подслушивающие смотрели на существо невероятной красоты, но в то же время страшное до безумия: золотистые волосы до пят, парящие вокруг головы, горящие зеленым и черным огнем глаза, совершенное тело…

— Впечатляет! — хмыкнул посол. — Но, видишь ли, мне пора. — И он эффектным жестом извлек из кармана какую-то завитушку.

— Телепорт, не защищенный! — выдохнул Тэрек. — Нужно его остановить!

И они вчетвером ворвались в комнату. Наступила тишина, прерванная Циалой.

— Так, значит, ты никакой не посол, а вор и не имеешь никакого отношения к Мианору? — жалобно выдала она.

— Ну почему? — «Посол» гордо выпрямился. — Я — один из самых лучших воров Мианора! — и активировал артефакт.

Наступила тишина, разорванная торжествующим смехом.

— Вот ты и попался в мои сети, дорогуша! — пропела Акиара. — Уж телепортацию-то я твою перехватила! — Она вскинула руки и… замерла, как громом пораженная. — Что? Да как… как он успел?! Ну нет, братишка, я тебе его не отдам! — Она внезапно резко развернулась и ткнула пальцем в сторону балкона. — Эй, ты! Да, ты, под личиной! А ну выходи! — И на белый свет явилась… Онира. Вот только иллюзия тут же осыпалась кусками, и перед ошалевшими наблюдателями предстала другая демонесса. — Ты ведь скажешь, где находится Многоликий, не так ли?

«Онира» бухнулась на колени:

— Да… да, госпожа, несомненно! Они… они все там!

— Где, забери тебя местные боги, где?!

— В Мианорском императорском дворце.

— Пойдешь со мной. — С этими словами Акиара подхватила демонессу и исчезла в неяркой вспышке.

Властитель и остальные остались стоять, как пораженные громом.

— Что… это… было? — выдохнул Дароэнг.

И тут раздался тихий треск, а потом помещение залил яркий свет. Когда же он исчез, посреди комнаты появился… Ледоник собственной персоной! Не один, да к тому же зло-о-ой…

Спустя десять минут.

— Мы уходим. — Лед создал новый портал.

— Мы с вами! — произнес еще не пришедший в себя Дароэнг. — И… Циала?

Все недоуменно уставились на принцессу и Рига, не отрывающих друг от друга взглядов.

— Вперед, — коротко бросил Кайнори, разрушая идиллию.

Шанориан шагнул в портал вслед за ним. Через минуту комната была пуста.

Раздались тихие шаги.

— Ты говорил, что не умрешь, Ил, — шепнула в пустоту Аминоэ. — Ты ведь не лгал мне?

Круги перед глазами. Ух ты! Зеленый, голубой, красный… синий…

— Придурок, сейчас не до твоих глюков, вставай!

И я поднялся. Потому что понял: дело дрянь. Я лежал в середине круга в зале Советов Владетелей. Все бы ничего, я действительно целился сюда, только вот круг…

— Перехват телепортации, — скажу сразу, чтобы не мучился. И еще, тот милый парень, что изображает из себя Эвариана, вовсе не он, а самый что ни на есть Многоликий собственной персоной. Только он мог перехватить тебя раньше Акиары. К слову, хотел тебя предупредить, но не успел: телепортироваться рядом с ней бессмысленно…

— Какая птичка к нам залетела! А я уже и не ждал, — повернулся ко мне Эв… Многоликий, сладко улыбаясь.

Нет, это кошмар какой-то, я так не могу! Но будем держать себя достойно.

— Неужто это вы, великий, тот самый демон Многоликий? Я восхищен, я удивлен и вашей силой поражен! — Я вскочил и шутовски поклонился.

Я не говорил, что, когда дело тряпка, я начинаю нервничать и делать совершенно безумные вещи?

Что ж, предлагаю вашему вниманию меня, такого чудного и неповторимого…

— Ни к чему строить из себя героя, друг мой. — Очертания Эвариана поплыли, и передо мной предстал… сам я. — Здесь ты всего лишь человек. — Он сладко вздохнул. — Наконец-то я смог до конца вспомнить, как я выглядел. А ведь из-за этого я в свое время утерял большое количество силы, но теперь вернул, — и замолчал, глядя на меня моими глазами.

Вот… теперь точно конец. Такого моя психика точно не выдержит.

— Да что вам всем от меня нужно, бездна вас раздери?!

Демон раскрыл рот, но тут…

— Вот, значит, где ты окопался, братец! Умно, умно, но от меня не убежишь! Вернулся, значит, и решил вновь развязать войну между эльфами и оборотнями? Но для этого нужно расстроить союз между Мианором, все теми же оборотнями, а через Мианор и с эльфами? Глупец, ничего не выйдет! — выдала страстный монолог Акиара, явившись рядом со мной.

Я, от греха подальше, отскочил.

— Ты, как всегда, мыслишь малыми категориями, Кира… — усмехнулся Многоликий. — Я пришел сюда вовсе не для того, чтобы завоевать твои создания. Я пришел за этим миром. Всем миром.

Акиара замерла, неотрывно глядя на брата. Я медленно пятился кокну…

— И как же? Ведь боги…

— Боги? Они сами решили, что не имеют права вмешиваться в жизнь людей напрямую! Что они нам теперь? Но и это не все! Как насчет создания вторых врат между мирами?

И тишина. Наверно, один я здесь такой тупой…

— Поясняю. Межмировые врата — врата, по которым можно перемещаться в другие миры. Ты меня понял. В нашем — только одни, не знаю уж почему. Находятся в руках богов, то есть надежно закрыты. Эти хотят еще одни, видимо, для того, чтобы провести армию своих слуг.

— А разве они не могут сами? Ну вызвать…

— Один высший не может вызвать больше пяти высших. И больше дюжины низших. Перемещаться между мирами самостоятельно может только особый вид демонов, переставший рождаться вот уже… ну десяток тысячелетий точно. Все ясно?

— И третий высший демон для создания врат — он? — в меня уставился перст демоницы.

— Если согласится. — Миг — и Многоликий уже прямо передо мной. — Ведь ты не хочешь сойти с ума от разрыва с силой, верно?

И, как назло, именно в этот момент произошел скачок боли. Я поморщился, а демон удовлетворенно заулыбался и шевельнул рукой — еще один скачок… И еще… И еще… ещеещещещееще…

— Он… может… это… контролировать… решай…

Я открыл глаза. Посмотрел на своего мучителя. Тот улыбался.

— Да. — И боль скакнула назад.

Я выдохнул, поняв, что не дышал все это время.

— Ну для воссоединения с силой нужен целый обряд, — как ни в чем не бывало, продолжил Многоликий, отойдя от меня. — Приготовь все, Акиара.

— Всевышний, их нужно остановить, — шевелятся губы бога Ночи. — Этот мир не сможет выдержать больше одних врат одновременно. Он разрушится…

Всевышний не отвечает. Его взгляд прикован к сцене в Зерцале.

— Своим молчанием Всевышний хочет сказать, что наше прямое вмешательство приведет к тому же, но только гораздо более страшному, — хмыкнул в бороду Летописец. — Начнется естественный оборот. Мы слишком долго были богами, и с земли наверх потянутся новые, молодые и горячие, гораздо меньше осведомленные о возможностях этого мира. Они-то и уничтожат его.

Вновь повисла тишина.

— Будем надеяться, у этих смертных хватит сил и воли активировать артефакт.

Все было готово, осталось только мне подойти и встать в этот круг. Вот только я был категорически против. Почему?

— Я передумал! — жизнерадостно улыбнулся я этим демонам.

Видели бы вы эти рожи!

— Я говорил, что люблю шокировать? Нет?

— Ты забыл? — сделал в мою сторону движение Многоликий.

Боль проснулась новым толчком. Но от следующего движения демона я смог… увернуться. Глаза моих «родственников» полезли на лоб. Ну не виноват я, что вижу эти демоновы нити! Так я и плясал, уворачиваясь. Окно было недосягаемо, хоть и близко, дверь вообще за их спинами.

И тут стена разлетелась на кусочки, и из нее, как из гроба, явился… Эрик.

Я ошалел. Нет, я окосел. Нет, я… Похоже, меня он встретить здесь тоже не ожидал, иначе отчего так вытаращил глаза? Но результат от этого всего был: магия демона таки достигла меня. Я согнулся пополам, а некромант подскочил ко мне.

— Ты что здесь делаешь, придурок, немедленно уматывай отсюда в окно! — зашипел он мне.

А я решил: плевать на все. На вся. На всех…

— Кто во дворце? — Это мой голос? Вот это хрип!

— Демоны, я, а теперь и ты!

Прекрасно! Я сам не почувствовал, как на губах появилась усмешка. Я резко выпрямился, схватил некроманта за грудки и выкинул в окно. Звон стекла, вопль внизу…

— Как героично, — раздался сзади голос демона. — Но тебе все равно придется со мной согласиться.

Я медленно обернулся:

— Послушай, дядя, тебе никто не говорил, что, если много думать о себе, вырабатывается мания величия? Я подумал, если уж я убил своего отца, то чего мне стоит и вас… — и повторил свою обычную злобную усмешку.

— Ты все еще никак не поймешь… — начала Акиара, но я ее перебил:

— О нет! Это вы не поймете!

И вынул из кармана последний артефакт. Черный шар с фиолетовыми завихрениями внутри. Вот и он, последний долг богини Хаоса. Прости меня, моя Сила. Прости и ты, оборотень в мече. Прости… Ну себя я прощаю!

И разбил шар об пол. Воздух взорвался. В последний миг я зачем-то выдернул меч из ножен, делая бессмысленный взмах перед собой…

— Что? Как, уже отправился взрывать? Там же Ил! Его нужно остановить! — не сдержал крика Лед, услышав последние новости от Рейна.

Тот вытаращил глаза. Лед тихо взвыл, и в этот миг раздался звон стекла, и на плиты двора рухнул, в последний миг чуть слевитировав, некромант. Тут же вскочил, отряхнувшись. Обернулся к толпе: Леду и его друзьям, Рейну с его Дюжиной, Дароэнгу с дочерью, Тэреком и драконами.

— Он… меня… просто… вышвырнул!

— Кто? — вопрос хором.

— Ил! — взвыл некромант.

Все замолкли.

— Это что же получается, он с ними заодно? — выдал Кайнори.

И в этот момент дворец взорвался…

Оседала пыль над полупустой Импералеадой, медленно кружась и опускаясь на землю хлопьями. Снег исчезал под ней, а ближе к дворцу, к месту, что раньше было дворцом, вообще таял, как весной. У самого края огромного котлована, обозначающего, где раньше был дворец, под воздушным щитом, стояла небольшая группа живых. Над городом властвовала тишина.

Лед рухнул на колени. Циала неосознанно вцепилась в плечо Рига. Молчание становилось невыносимым.

— Ил! — подскочила внезапно Мэй и кинулась к краю котлована, но была остановлена рукой Шамира. — Шэм, пусти, он там, я знаю! Это же Ил, он никогда не станет рисковать своей шкурой ради других, слышишь? Пусти! Наверняка у него был с собой артефакт!

— Один артефакт у него точно с собой был, — выдавил Эрик, глядя на свой посох. — Он, как всегда, нас всех обскакал.

И вновь тишина…

— Какие будут приказания, ваше величество? — внезапно спросил Рейн, обращаясь к Леду… к Ледонику Мианорскому.

— Временно перенести дворец в дом Ила, — прозвучал равнодушный ответ. — Заняться постройкой нового дворца и восстановлением союзных отношений. — Император поднялся с колен. В глаза он никому не смотрел. — Идемте.

— Итак, признаешь ли ты свою вину, Хина? — прозвучал громом среди небес голос Всевышнего.

— Все равно вы ни-че-го не мо-же-те! — полная своего превосходства, ответила Судьба. — Вам просто некого поставить вместо меня!

— Да? — удивился Всевышний. — А как насчет… Ианьше? А ну не смей подходить к межмировым вратам! Дуй отсюда!

— Нет, вы не можете так поступить! — взвыла Хина, но межмировые врата уже распахнулись, и бывшую богиню прощальным пинком отправили в свободное плавание…

…И сколько я вчера пил? Литр? Десять? А то и все двадцать. Надо подумать…

— Вставай, герой недоделанный! — раздался над ухом ехидный голос.

Мне чудится или это самый красивый голос на свете? Ну конечно, ведь я — жив! Над землей меня подбросило высоко. Миг — и я уже с любопытством смотрю на ту самую воровку, упирающую руки в боки и злобно глядящую на меня.

— Ну? Может, объяснишь, где мы?

— Это не ко мне, — насмешливо отмахнулся я, оглядываясь.

Вокруг был незнакомый лес. Во всех смыслах этого слова. Ни единого дерева я не знал.

— Ах вот как? Ну и ладно! Тогда я оставляю тебя в одиночестве! — Она резко обернулась, хлестнув меня по лицу своими волосами, и отправилась в сторону зарослей.

— Удачи тебе, мечемышка! Или правильно говорить: мышемечка? — Я задумался.

Тут из леса раздался вопль… И через миг «мечемышка» оказалась у меня на руках.

— Па-паук! — ткнула она пальцем в сторону безобидного насекомого.

— Я понял, — совершенно серьезно кивнул я, опуская ее на землю. — Идем?

Мы сделали пару шагов к лесу… И в этот момент оттуда вышел паук. Вот это, я вам скажу, был паук! Высотой в три моих роста, а шириной… ну вы меня поняли.

— И что теперь? — выдала мечемышка.

— Бежим!

ЭПИЛОГ.

Где-то год спустя…

Лед неспешным шагом прохаживался по саду под руку с Ликой. Стояло жаркое лето, и все цвело и пахло.

— Кто бы мог подумать! — воскликнула Лика. — Ты и я — император и императрица, Риг — наследник Властителя Линэха, Мэй и Шамир — Владетели… Так странно… — Они замерли у статуи, изображавшей Ила. Единственной. Лед не позволил никаких могил или других памятников.

— Я тут подумал, — внезапно высказался Лед. — Знаешь, а ведь если бы умер я, императором стал бы Ил. — Лика подавилась яблоком. — Да-да, не стоит так удивляться, — и замолчал.

Статуя была точь-в-точь Ил, такого же роста, та же прическа, тот же взгляд, усмешка… даже яблоко в руке.

— А ведь мы… стали забывать, — вырвалось у Лики.

Губы Леда искривились.

— Только не я. — Ветер растрепал его волосы, мелькнули седые пряди. — Ты даже не представляешь, как это, когда внутри обрывается тонкая нить связи.

— Я сделаю так, что эта боль притупится, — сжала его руку Лика.

— Спасибо, Лик, — улыбнулся Лед.

Глянул еще раз на статую и привлек девушку к себе…

И в этот романтический момент прямо перед ними на землю рухнули два тела. С минуту тела пытались встать, задевая друг друга, падая обратно и ругаясь. Но все-таки встали. Император и императрица округлившимися глазами смотрели на… Ила и неизвестную девушку, с хитрыми раскосыми глазами, серыми, как сталь, глядящими по сторонам.

— Ой, Ил, ну ты только глянь, это же вылитый ты!

— Где? Что? Да ни капельки не похож! Ты глянь на него, у меня же никогда такой обуви не было! А яблоко? Да я на такие мелкие даже не смотрел!

— И правда, — согласилась девушка.

— Эй, ты смотри, как попали! Как раз к братцу моему!

— Это он? Симпатичный…

— Эй, эй…

— Я пошутила.

— За такие шутки…

— Просто у тебя отсутствует чувство юмора!

— У меня?

— Да, да! И это твое дурацкое прозвище «мечемышка»…

— Ха-ха-ха!

— И вовсе не смешно!

Лика закатила глаза:

— О небо, как же у меня от этого болит голова…

Ил и девушка опомнились. Ил замялся, покосившись на замершего Леда:

— Ну… это… может, поговорим?

— Что скажешь? Не хочешь покинуть пост императора и прогуляться по неизведанным землям? — спросил я, закончив долгий рассказ.

— Да нет. Знаешь, править империей — это, конечно, сложно, но привык я уже… — заулыбался Лед. Вот, другое дело, а то совсем бледный был, когда я явился. — А ты? Почему не останешься?

Я замялся:

— Да знаешь… Тут, боюсь, будут проблемы с богами. Да и умер я уже для этого мира.

— Значит, не будешь никому говорить?

— Передай нашим, что я жив-здоров. Ну и так далее.

Лед кивнул. Он понял, кому это «нашим».

— Ну я пойду? — Я прощально улыбнулся Лике, утирающей слезы.

Подошел к Сил, которая «мечемышка», и взмахнул рукой. Перед нами замерцал тот самый мост, что я увидел подле замка Властителя Дароэнга. Я обнял Силь и шагнул на него.

— Ты ведь знал, что они откажутся?

— Да.

— Тогда зачем?..

— Что за глупый вопрос! Нет, но ты видела их лица?

Я был счастлив. Сосущая черная пустота внутри стремительно заполнялась теплом…

— Куда теперь? — спросил я Силь.

— О-о-о… Хочу, чтобы было море! И такой милый домик на его берегу, окруженный тихим садом… — мечтательно протянула моя супруга.

— Сей момент! — улыбнулся я.

— И почему мы отказались? — хмыкнула Лика.

— Ну ты представь, есть разница: спокойное мирное правление империей — и сумасшедшее метание по мирам и влипание в проблемы вселенского масштаба?

Вампиресса понимающе хмыкнула. И тут…

— Император, сообщение из Степи! В одной из заброшенных цитаделей древних магов найден странный артефакт. — Рейн, как всегда, вовремя…

— Великолепно! Немедленно туда отправляемся!

Хину, бывшую богиню Судьбы, в очередной раз пинком выбросили из очередного мира. Она злобно оглянулась, зависнув в межмировом пространстве. Силы… куда вы девались, силы? Теперь она почти никто. И все из-за какого-то мальчишки! Внезапно невдалеке мелькнула ярчайшая вспышка. Хина тонко усмехнулась. Сил мало, это да, но их обязательно хватит на то, чтобы…

И она невероятным усилием делает взмах в сторону вспышки…

Мы сделали последний шаг, спускаясь с моста. Силь замерла, ожидая увидеть заказанное… Облом.

— Бей остроухих, братья! — раздался радостный рев, и мимо нас пронеслось тело, под названием орк разумный, размахивающее двумя огромными топорами.

Смерть зеленомордым! За судьбу народа! Всех их расстреляем! Эльфы, побеждаем! —

Неслось с другой стороны.

Да, вот тебе и знаменитое эльфийское творчество… Впрочем, мне не до него.

— Милый, дорогой! И что все это значит?

— Ну… море есть? Есть. Домик есть? Есть! Даже садиком окружен…

— Да, но я не заказывала эльфяче-орочий конфликт под боком!

Мечемышка грозно надвинулась на меня, и пришлось спешно сматываться, уворачиваясь от многочисленных топоров — мы оказались среди орков. Наконец Силь меня догнала и, так сказать, взяла за горло.

— Немедленно отсюда нас вытаскивай! — взвыла моя любимая.

— Хорошо-хорошо! — Я прищурился. — Ой!

— Что? — мрачно поинтересовалась Силь, предчувствуя недоброе.

— Это закрытый мир. Нам не выбраться.

— Ч-что?! Но как тогда мы сюда попали? — возмутилась девушка.

— Не знаю, — хмуро ответил я, глядя на уже затянувшуюся дыру в пологе неба. — Кто-то «добрый» нам в этом помог.

И тут мимо нас пронесся синеволосый эльф, с двуручником в каждой руке, оставляя широченную просеку в рядах орков.

— А знаешь, мне здесь начинает нравиться, — с любопытством глядя ему вслед, заметил я.

— Да, не то что ты, — хмыкнула Силь.

Я обиделся. Вытащил из воздуха нож и метнул его в орка, который целился из арбалета в того самого эльфа. Орк рухнул.

— Мой плащ! — взвыла любимая, глядя на забрызганную кровью одежду. И тут же: — Я капитулирую! — и уже мечом прыгнула в руку.

Я усмехнулся краешком губ и рванул вслед за умотавшим вперед эльфом. Похоже, здесь будет интересно…

Злобный хохот сотряс тело бывшей богини.

— Посидите там, голубчики, посидите! — И она вновь захохотала.

…А в следующий миг поток межмировой энергии распылил ее на мириады энергетических частиц.

Ветер рвется и смеется, Мир шепнул тебе: «Ступай». Эта жизнь твоя прервется, Так другую начинай! Небо вниз падет крылатой Птицей счастья и судьбы. Ты не требуешь расплаты, Жизнь без веры и мечты. Вьется миром, вьется стаей Моя первая тропа, По дороге застывает Изумленная толпа. Я безумен, словно ветер, Я свободным был рожден, Я за жизнь свою в ответе, Я судьбой не побежден. Мне ль не рваться, мне ль не мчаться — Прочь! Дорогу мне давай! Мне на месте не остаться, Мне навеки рваться вдаль! Даже те, кто рядом будет, Даже те, кто дорог мне, Я надеюсь, не забудут Нашу пляску на огне. Ветер рвется и смеется, Рядом с ним навеки — я! И беспечно вечно льется В душу музыка огня! В книге использованы стихи автора.

Примечания.

1.

Здесь и далее перевод не может быть осуществлен по причине строжайшей цензуры.