Дракон вам в помощь!

Алла Матвеева. ДРАКОН ВАМ В ПОМОЩЬ!

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.

ГЛАВА 1.

Солнце уже перевалило за полдень, когда усталый и крайне недовольный маг добрался до пещеры дракона и поспешно юркнул в прохладную тень. Это магистры хорошо себя чувствуют в любую погоду, а вчерашним выпускникам, когда воздух от жары дрожит, гулять не рекомендуется. Но что поделать, если этот дракон в такой глуши поселился? Ему что, пятнадцать минут — и в городе, а как все остальные будут добираться, его не волнует. Еще и ловушек активных на входе наставил, паразит. Маг потушил загоревшийся было рукав фиолетовой мантии и, ругнувшись сквозь зубы, отправился искать хозяина пещеры.

Дракон отыскался в сокровищнице. Он был в своем человеческом обличье и, развалившись в кресле, читал книгу. Строго говоря, это помещение стоило бы переименовать в библиотеку, так как собранные там ценности были в основном пергаментные и бумажные. Нет, обычные сокровища: золотые и серебряные предметы обихода, драгоценные камни и артефакты разнообразного назначения, конечно, тоже были. Они лежали сиротливой кучкой в углу, совершенно незаметные на фоне любовно расставленных книг.

Другой обязательный атрибут драконьего жилища — коллекция рыцарских доспехов — оказался представлен четырьмя битыми жизнью экземплярами. Дракон был молодой и существование свое афишировать среди людей не торопился. Даже эти раритеты появились у него почти случайно.

Стоя в дверях, маг окинул взглядом эту идиллическую картину и поднял руки, приготовившись колдовать, когда дракон, не отрываясь от книги, протянул:

— Я все вижу. И вообще, когда приходишь в гости, кидаться в хозяев водяными шарами считается невежливым.

— Это должна была быть липучка. А невежливо как раз игнорировать гостей. Мог бы и отключить ловушки, между прочим. — Маг без приглашения плюхнулся в кресло напротив и налил из графина холодной воды. Сейчас она казалась ему самым ценным из того, что было в пещере. — Я мантию из-за тебя подпалил.

Дракон сел ровнее, потом с интересом перегнулся через стол, оценивая ущерб.

— Я их отключил сразу, как только понял, что пришел ты, и то, что ты отделался всего лишь дыркой на рукаве, — отличное доказательство этому. Выкладывай, что у тебя стряслось. Ни за что не поверю, что во всей Гоарте не нашлось холодной воды и ты явился сюда, чтобы утолить жажду.

— Ну да, стряслось. Послушай, Деррих, ты ведь любишь книги и обожаешь загадки, так что дело как раз для тебя. В общем, у нас из библиотеки при академии фолиант украли, жутко древний и довольно редкий. Насколько мне известно, ни одного полного списка нет. Только частями. Обычный магический поиск ничего не дал, а стражи, когда узнали, что в тексте ничего запрещенного нет, покивали и заверили, что обязательно поищут. Как только, так сразу. Дернул же леший магистра Кайтрока правду сказать. Заявил бы, что пропал сборник запрещенных ритуалов по некромантии, так его всем корпусом бы кинулись искать, а так — держи карман шире, пошевелятся они в такую жару лишний раз, как же.

Маг досадливо тряхнул головой и хлебнул воды из бокала с таким выражением лица, будто выпил что-то крепкое.

— Ты, главное, не нервничай, Сах. — Дракон телепортировал из кухни еще один графин и поставил рядом с первым. Друг всегда плохо переносил жару, а этим летом творилось вообще что-то феноменальное. Даже старики с их извечными сетованиям, что раньше было больше и лучше, сошлись на том, что такого пекла в этих краях не припоминают. И тут же сделали закономерный вывод о близости конца света, увязав это каким-то непостижимым образом с непочтительностью молодежи. Деррих возмущенно фыркнул и взъерошил слипшиеся от пота соломенные вихры. Судя по тому, что себе позволяют эти старцы (всех рас, кстати), они о почтительности тоже только от дедов слышали. — Вдохни, выдохни и расскажи толком, что именно украли и почему тебя это так взволновало, раз уж ты вечера не дождался и поперся в самое пекло.

— Не могу я ждать вечера, мне доклад для первокурсников делать надо. Учебный год начнется уже через две с половиной недели, а у меня еще не все готово. Представляешь, что будет, если я первое в своей жизни занятие провалю? — Голос самого талантливого выпускника теоретического факультета, до сих пор страдающего синдромом отличника, выражал такую панику, что Деррих безоговорочно поверил — если он сейчас скажет, что в королевской библиотеке имеется полная копия неведомого трактата, начинающий преподаватель побежит до столицы, не останавливаясь. Поймав сочувственный взгляд, чародей медленно выдохнул, успокаиваясь, и с досадой взлохматил мокрые от пота волосы, которые после этой процедуры так и остались торчать в разные стороны. — Дернуло же глубинное пламя этих воров именно на сочинение мэтра Бигаруса покуситься! Там в соседней витрине трактат по высшей демонологии стоял, в восьми королевствах запрещенный, вот это действительно раритет. Почему бы им его не прихватить? Глядишь, и с поисками проблемы бы отпали — мы бы потом нашли выжженное пятно со скелетами призывающих, и делов-то.

— Подожди-ка, это случайно не «Изложение ритуалов» было? У меня есть почти вся книга. Четыре раздела полностью, и еще несколько глав отдельными тетрадями. Могу дать попользоваться.

Сах встрепенулся:

— А «Бытовые ритуалы Каршора» есть?

— Нет. А что, в Каршоре практикуют ритуальную магию? — опешил дракон. До сих пор он считал, что хорошо знает магию южных государств.

Приятель сник и отставил пустой стакан.

— И ни у кого нет. Я за два дня уже всех знакомых оббегал, и они так же, как ты, реагировали. А каршорцы, между прочим, действительно ритуальную магию практикуют. Очень интересную, кстати. Многие принципы гораздо рациональнее наших. И на занятии о них надо обязательно рассказать, иначе у детей может неправильное представление о законах ритуалистики сформироваться.

Сам Деррих к ритуальной магии относился с легким предубеждением, но не бросать же друга в беде?

— Проблема ясна, говори, что ты от меня хочешь? Могу по своим каналам нужный список поискать. Если копию снять времени не хватит, так хоть конспект сделаешь.

— Нет. — Сах, получив обещание помощи, мгновенно приободрился и принялся излагать заранее обдуманный план. — Надо саму книгу найти. И ворам вломить так, чтобы ни у кого больше не возникло желания магов нервировать. Ну хотя бы лет десять. Обычные магические способы поиска результата не дали, в классических человеческих мы с тобой не сильны, так что вся надежда на твой магический нюх. Участие в этом деле дракона похитители наверняка не предусмотрели, так что самый большой шанс найти пропажу — у тебя.

Деррих снова с сочувствием посмотрел на разгорячившегося брюнета. Напекло ему голову, как следует напекло.

— Шикарная идея. Жаль только, твои старшие коллеги участия дракона в расследовании тоже не предполагают. Как ты собираешься меня на территорию академии сквозь все защитные заклинания протащить? Нюхать-то я должен в библиотеке, там, где пропажа хранилась.

— Ха! Тут какие-то посторонние воры лазейку нашли, а я бывший студент. Все ходы и выходы знаю. Кстати, сильно не беспокойся — охранные заклинания только на входе действуют. Прорвемся!

Дракон подумал и рискнул задать давно мучивший его вопрос.

— А с чего вообще решили, что это сделал посторонний? Больше всего шансов вынести книгу было у тех, кто имеет законный доступ в библиотеку.

Вопреки опасениям Дерриха, маг ершиться и отстаивать честь ордена не стал, только вздохнул с сожалением:

— Всех, имеющих доступ на территорию академии, милорд ректор в первый же день своими методами проверил, это куда более надежное доказательство невиновности, чем даже оправдательный вердикт королевских дознавателей. Причем, когда я говорю всех, это значит всех. Вплоть до младших поварят и помощников подметальщиков, если они у нас, конечно, есть. Вроде бы уборкой территории у нас ученики с кафедры бытовой магии в качестве практики занимаются.

Пробираясь следом за приятелем на продовольственные склады, принадлежащие гному с непроизносимым именем, Деррих жалел, что не поинтересовался заранее, что именно Сах понимает под прорывом.

В этом жутком месте прозрачный синий вечер насквозь, до последнего пожухлого листика, до звонкого серпика луны в далеком небе, пропах гнилыми овощами. Прикрывая нос рукавом камзола, дракон просипел:

— И вот отсюда в академию продукты возят? Для студентов?

— Ага, и преподавателей. Не кривись так, насмерть никто еще не отравился, даже живот ни у кого не прихватило. Повар в своем роде виртуоз, иначе его бы уже давно во что-нибудь неудобосказуемое превратили, и родство с завучем бы не помогло.

Дракон усилием воли притушил не к месту разыгравшееся воображение. В конце концов, ему эти продукты есть не придется. А если когда-нибудь его пригласят пообедать в стенах академии (ну мало ли, чего только в жизни не бывает), нужно будет сослаться на дела и вежливо отказаться.

Найти подходящий наблюдательный пункт на захламленной территории склада оказалось нетрудно. Деррих неодобрительно покосился на дохлого рыжего кота, но потом решил, что такое соседство для дела помехой не станет, и, протиснувшись между двумя ящиками, осторожно выглянул во двор. Пара дюжих грузчиков с неторопливым величием закидывала на телегу корзины под надзором наполовину трезвого возницы. Веселый мужичок бережно прижимал к груди глиняную бутыль, оплетенную соломой, и покачивался в такт слышной только ему мелодии.

Флегматичный набор костей, иначе говоря пегая упряжная лошадь неизвестной породы с интересом поглядывала на соломенную оплетку и медленно перебирала ногами, подбираясь поближе. Возница, обнаружив интерес к своему сокровищу, погрозил мерину кулаком, но браниться стал на нерасторопных грузчиков. Ответ их был коротким, емким и зарубил всю дискуссию на корню.

— Глянь, эти виртуозы слова к вам едут? — обернулся к Саху дракон.

— Да, по вечерам отсюда только к нам продукты отвозят. Да и пропойца на козлах именно тот, который нужен. — Приятель сидел с плотно зажмуренными глазами у стены за углом, но это не мешало ему быть в курсе происходящего. Деррих покрутил головой и обнаружил на коньке одного из складов деловито чистящую перья галку. Птица с интересом поглядывала на происходящее внизу и ненавязчиво фонила магией. И охота магам на такую ерунду силы тратить, когда можно просто посмотреть? — Сейчас, грузчики уйдут, и начнем.

Наконец погрузка завершилась, возничий отворил ворота, но на козлы толком усесться не успел. Замер, будто к чему-то прислушиваясь, сунул бутыль в корзину и, схватившись за живот, на полусогнутых ногах рванул в сторону заднего двора. Слабительный заговор в исполнении дракона всегда действовал безотказно. Убедившись, что посторонних наблюдателей не осталось, парни бросились к телеге.

— Давай сюда. — Деррих перехватил у мага две оплетенные соломой бутыли, как близнецы похожие на ту, что скрашивала досуг возницы, и принялся закапывать их в подгнившие овощи. Занимающийся тем же самым с другой стороны телеги Сах не выдержал и чихнул.

— Фу! Ну и гадость! Вот бы этому повару, да и гному заодно… Подожди-ка! — Маг метнулся к ящикам, недавно служившим ему убежищем, и вернулся, таща за хвост дохлого кота. — Вот так, сместить не сместят, но отвлекающий маневр будет знатный. И с последствиями. — Наполовину зарыв тушку в ящике с особо отвратно пахнущими корнеплодами, Сах аккуратно пристроил на место крышку и махнул рукой в сторону ворот.

— Пойдем, надо оказаться у академии раньше, чем туда прибудет телега.

Деррих фыркнул и наложил на лошадь заклятие неторопливости. Гоартскую академию магии ждет большое будущее, если малышей там наставляют учителя, хотя бы немного похожие на Саха.

Главное учебное заведение Гоарты располагалось за городской чертой. Когда-то его со всех сторон окружал густой березовый лес, в котором бегали наиболее забавные творения учеников с кафедры анимистов, но постепенно город разросся, и теперь крайние дома стояли всего в двадцати шагах от высоких стен, сложенных из песчаника. Диковинные зверюшки людей не смутили, и этим творениям магов пришлось потесниться. Оставшиеся свободными метры дороги по обочине густо заросли кустами сирени, которые вполне годились для засады.

Деррих немного повозился, устраиваясь так, чтобы сидеть было удобно, а ветви не загораживали обзор, и принялся ждать результатов диверсии. Сах копался гораздо дольше. На взгляд изнеженного чародея, щетинистая сухая трава кололась слишком сильно. Дракон некоторое время понаблюдал за безмолвной, но яростной борьбой между магом и силами природы и хотел уже предложить свою посильную помощь, когда с дороги послышалось громыхание и из-за поворота показалась знакомая телега. Снова пребывающий в веселом расположении духа мужичок осадил с трудом рысящего коня с таким видом, как будто это был чистокровный арролийский скакун, и шагом направил его в распахнутые ворота.

Отвлекающий маневр действительно получился что надо. Едва телега вкатилась под каменную арку, как ворота надрывно зазвенели, и проем затянулся прозрачным и вязким фиолетовым туманом. Мерин дернулся и встал, не в силах сдвинуться с места. Впрочем, особого беспокойства по этому поводу не проявил, видимо, не впервой.

Из будки высунулся недовольный привратник.

— Что там у тебя, старый? Опять на территорию академии с бутылкой?

Оглушенный возница протестующе затряс головой, а потом хлопнул себя по бокам.

— От же! Выложить забыл. Один момент, таул магик, сейчас все будет.

Достав из корзины злополучную бутылку, он рысью удалился от настырно звенящих ворот и спрятал свое сокровище в кустах с другой стороны дороги, но шум не прекращался.

Маг покинул свое убежище и подошел к телеге. К нему присоединились несколько привлеченных шумом преподавателей.

— Показывай, что там у тебя еще?

— Как есть ничего, таул магик. Только продукты! Сами посмотрите!

— И посмотрю.

Привратник с уверенностью хорошо натасканной ищейки запустил руку в ближайшую корзину и выудил еще одну бутыль. Возничий выпучил глаза и снова замотал головой:

— Не мое!

— Да? Ну, значит, пойдет на нужды академии. Пить эту дрянь невозможно, а вот для алхимических реакций самое оно. — Маг перекинул бутыль одному из своих коллег, стоящих подальше от ворот. Звон не унимался. — Что, еще не все? Ладно же!

Привратник решительно сдернул крышку с крайнего ящика, заглянул внутрь и потемнел лицом.

— Это что?

Возничий сообразил, что таким тоном чародеи обычно говорят, прежде чем испепелить собеседника молнией, и начал лихорадочно вспоминать:

— Это для супа, таул магик… Или для жаркого, не помню точно.

— Для су-у-упа?

Привратник вытащил за хвост многострадальную тушку кота и выразительно покрутил ее в разные стороны.

Преподаватель в черной мантии с черепами по подолу присмотрелся к находке с профессиональным интересом:

— Меньше суток назад помер. От отравления. Затейник наш повар, надо будет к нему с дружеским визитом заглянуть.

— И не говорите, коллега, — поддержал его пожилой наставник с большими залысинами, стоявший к телеге ближе всех. До него «овощные» запахи долетали особенно хорошо. — Пожалуй, мы пойдем с вами — профессиональные секреты обсудим, рецептами поделимся…

Деррих убедился, что внимание охраны поделено между неожиданной находкой и строящими планы наставниками, и потянул Саха за рукав.

— Пошли, чего ты застыл? Лучшей возможности не будет.

— Дай досмотреть, изверг! Я, может, об этом моменте все восемь лет обучения мечтал, а ты отвлекаешь!

— С той стороны досмотришь. Бежим, пока сирена работает. Ну пошли! Тебя за шиворот тащить?

Молодой наставник от прицельного тычка дракона кубарем выкатился из кустов, встряхнулся и с независимым видом прошествовал к воротам. Следующий по пятам Деррих подумал, что сейчас он мог бы пройти здесь и в своем истинном обличье, чародеям было не до визитеров.

Проскользнув за спинами коллег, Сах щелкнул по воротам преподавательским ключом, открывая в магической преграде проход для своего гостя. Деррих тут же воспользовался представившейся возможностью и потащил упирающегося друга вглубь двора, подтвердив слухи о жестокосердии и беспринципности драконов. Мольбы о том, чтобы «чуть-чуть посмотреть и немножко поучаствовать, дай я хоть слово скажу…», пропали втуне. Деррих упорно тянул Саха от места конфликта.

— Ты меня для поиска книги позвал? Вот и давай искать, а здесь и без тебя разберутся.

Парк, который окружал многочисленные корпуса академии, был опутан сетью извилистых дорожек, так что ворота быстро скрылись из вида. А Сах смог думать о чем-то, кроме праведной мести.

— Стой, библиотека в другой стороне. Видишь, дорожка простым камнем вымощена? Значит, к хозяйственным постройкам ведет, а к библиотеке и главному корпусу — только мозаичные.

Маг попетлял меж серебристых тополей и клумб с диковинными цветами, от тяжелого запаха которых у дракона немедленно засвербело в носу, и действительно вывернул на украшенную золотисто-красным орнаментом дорожку, которая упиралась в покрытое резьбой здание с широкими зарешеченными окнами. Зажженные в здании огни привлекали внимание к ярким витражам из драгоценного южного стекла.

На каменных скамьях возле дверей сидела группа преподавателей, они разговаривали о чем-то серьезном. Деррих замедлил шаг, а потом и вовсе остановился. Сах почти зеркально повторил его маневр. Не рассчитывали они, что в столь поздний час у библиотеки кто-то будет. Конечно, можно было попробовать пройти внаглую. Сейчас Деррих выглядел как обычный парень лет двадцати, среднего роста, жилистый, с жесткими соломенными волосами. И, строго говоря, он куда больше походил на начинающего преподавателя, чем долговязый Сах, с его курносым носом, широким улыбчивым ртом и обманчиво наивными карими глазами шалопая-старшекурсника, коим он до недавнего времени и являлся.

— Черный ход тут есть? — без особой надежды поинтересовался дракон, разглядывая неожиданное препятствие из-за куста гладиолуса. Как назло, у дверей засели боевые стихийники. Провести их можно, но, если обман откроется, удирать придется со всех крыльев и не ближе чем в соседнее королевство. Лучше в Аркливию, с ней отношения напряженные, дракон над границей еще проскочит, а вот отряд вражеских магов — вряд ли.

— Есть, но, если мы попробуем через него войти, сюда половина академии сбежится. Лучше по…

— Добрый вечер, молодые люди. — Деррих чуть не подпрыгнул. Он с трудом сдержал желание долбануть молнией и медленно обернулся. За спиной обнаружился добродушно улыбающийся пожилой маг в профессорской мантии. — Как приятно видеть молодежь, направляющуюся в библиотеку. Особенно тебя, Тэйсах. Последнее время ты это заведение не жалуешь, не так ли? — Сах, который к выпускным испытаниям предпочитал готовиться в библиотеке друга, мотивируя это тем, что в ней нет устрашающей очереди и не менее устрашающей хранительницы, что-то невнятно пробурчал. Деррих не разобрал, что именно, но седобородого профессора такой ответ устроил. Он вклинился между парнями, подхватил их под руки и неторопливо двинулся к дверям. — Ничего, взяться за ум никогда не поздно. А вы, молодой человек? Раньше я вас не видел. Кстати, позвольте представиться, профессор Морней, обучаю молодежь тонкостям обращения с элементалями.

— Рад знакомству, таул Морней. Я Даэрлих Карв, выпускник Роневанской академии магии. Кафедра метаморфизма. Прибыл сюда… — Дракон принялся лихорадочно вспоминать все, что ему было известно об упомянутом учебном заведении. Оказалось, ужасающе мало, но работать надо с тем, что есть. — Чтобы изучить некоторые разрешенные аспекты темных искусств. Вы же, наверно, знаете, как наш ректор к этому разделу магии относится, а нежити по стране от этого меньше не становится. Вот приходится искать информацию на стороне.

— Слышал, как же, печальное упорство. А вообще — хорошее учебное заведение. И кафедра ваша одна из самых сильных. А вот у нас метаморфизм уже лет двести не преподают — некому, представляете? Старые наставники на пенсию расползлись, а молодежи в пыльных аудиториях сидеть не интересно, им подвигов подавай, славы. Такие, как наш Тэйсах, — редкость. — Сах под взглядом профессора прекратил корчить Дерриху рожи — чтобы не завирался — и с некоторым трудом изобразил польщенную улыбку.

— Мне всегда нравилось объяснять людям непонятное и работать в лаборатории. Делать и то, и другое одновременно можно только здесь.

— Верно, верно. — Профессор сердечно раскланялся с коллегами, сидящими у входа в библиотеку. Деррих поспешил последовать его примеру и получил в ответ пять умеренно заинтересованных кивков, после которых маги снова вернулись к разговору. Сах придержал перед наставником тяжелую дверь, и вся компания очутилась в прохладной тишине библиотеки. — А вы, молодой человек, свои силы в наставничестве попробовать не хотите?

Несдержанный Сах за спиной профессора поперхнулся воздухом, выпучил глаза и густо покраснел. «Только бы вслух ржать не начал», — подумал Деррих, пытаясь удержать на лице маску почтительного внимания. Морней по достоинству оценил усилия, потому что настаивать не стал, а просто весело фыркнул и кивнул головой.

— Надумаете, Тэйсах покажет вам, как к милорду ректору пройти. И, уверяю вас, квалификационные испытания совсем не такие страшные, как о них принято рассказывать среди студентов. Счастливо оставаться, молодые люди.

Когда пожилой наставник скрылся за одной из дальних дверей, парни наконец дали себе волю. Смех получился несколько нервный.

— Чего ты смеешься? Вот возьму и действительно преподавать пойду. — Деррих, как обычно, успокоился быстрее и сейчас с интересом оглядывал просторный холл, украшенный мозаикой и фресками. Семь огромных дверей из темного дерева вели в разные части библиотеки. «Сколько же здесь книг! Был бы человеком — жизни бы не хватило, чтобы все прочитать! Нет, не так. Был бы человеком — появилась бы возможность прочитать хотя бы часть из них. Жаль, что в уставе всех известных мне магических орденов нет пункта о предоставлении работы драконам».

— Ага-ага. — Притихшего было Саха опять скрутил приступ смеха. Чтобы удержать равновесие, ему пришлось вцепиться в крыло безымянного бронзового монстра на постаменте. Второе металлическое чудище, нахохлившееся по другую сторону от входной двери, неодобрительно взирало на распоясавшегося наставника молодежи, но ничего поделать не могло. — Метаморфизм. А так как сам умеешь перекидываться только в дракона, то на выпуске изумленный ректор получит стайку крылатых ящеров. Карликовых, у кого на сколько магического резерва хватит.

Деррих попытался представить, что ему на такой поворот событий скажет старейшина клана. Словарного запаса не хватило, и дракон махнул на это дело рукой. Тут эмиграцией в Аркливию точно не отделаешься — чихал старейшина на те границы вместе с охраняющими их пограничниками.

— Ладно, повеселились и хватит. Показывай, куда идти.

Когда Сах распахнул дверь в нужный им зал, Даэрлих Карв из рода Золотых драконов почувствовал непреодолимое желание принять свою истинную форму, подгрести все книги под себя и пометить хранилище как личную территорию. И сжигать любого, кто посмеет приблизиться на расстояние драконьего пламени. От этих действий его удерживало только осознание того, что толпа магов вряд ли с пониманием отнесется к дракону, устроившему сокровищницу в одном из залов их библиотеки. Да и огонь рядом с таким количеством бумаги надо использовать осторожно.

— Чего ты там застрял? Иди быстрее, пока смотрительницы нет! Не хватало еще с этой грымзой объясняться.

Деррих ошалело потряс головой, прогоняя наваждение, и заспешил к дальним стеллажам. Сах обнаружился возле пустой стеклянной витрины, которая сама по себе стоила больше, чем иная книга.

— Ну как, чуешь что-нибудь?

— Еще даже не начал.

Деррих зажмурился и протянул к витрине руки. Драконье чутье не имело никакого отношения к банальному нюханью воздуха. Это было гораздо, гораздо лучше. Постепенно перед внутренним взором стали выстраиваться смутно узнаваемые образы. Подойти ближе помешал окрик Саха:

— Стой, дальше нельзя, тут сигнализация стоит.

— Вижу. Она всегда на этом месте была или кто-то уже после кражи подсуетился?

Маг принял вид оскорбленной добродетели.

— Не ерничай. Кто бы ее ни поставил, он хотел как лучше. Ну и пусть с опозданием, но есть ведь!

— Да мне-то что, смотрите только всех первокурсников не лишитесь в результате своего порыва сберечь оставшееся. Эти ловушки не на детей рассчитаны.

— Не волнуйся, перед началом занятий подкорректируем. Ты мне зубы не заговаривай, унюхал что-нибудь или нет?

— Как тебе сказать. — Досадливое трясение головой не придало образам ясности, но помогло собрать разбегающиеся мысли. — Цельной картинки получить не удалось, тут человек тридцать, если не сорок, до нас побывало. Выцепил только один чужеродный отпечаток, явно не принадлежащий вашим магам — пахнет хранимой тайной, заброшенными помещениями, скорее всего нежилыми, немножко — смертью, но давней, будто пара десятилетий с тех пор прошла. Еще чувствуется общность, он часть какой-то группы или организации. Больше я тебе ничего сказать не могу.

— Негусто. — Маг хмуро уставился на витрину, словно она несла личную ответственность за то, что не уберегла доверенную ей книгу. — А внешность, или возраст, или еще что в этом духе?

— Сах, этого я бы тебе не сказал, даже если бы отпечаток был свежим. Драконье чутье не ретровзгляд, изображения, в привычном тебе понимании этого слова, не дает, иначе драконов вербовали бы в разведку целыми кланами. Пойдем лучше в таверну, посидим, попробуем расшифровать то, что я узнал.

— Давай. — Начинающий гений ритуалистики долго предаваться унынию не умел, а потому снова преисполнился энтузиазма. — Сейчас в «Кривой яблоне» отличные прохладительные напитки подают. Кстати, твои давние смерти и нежилые помещения могут быть развалинами старого форта у Заячьего холма.

— Или склепом на одном из кладбищ.

— Или старыми катакомбами, которые под восточной частью города.

— Они же обвалились еще полвека назад?! — удивленно моргнул дракон.

— А вдруг не до конца? Ты только подумай, какие перспективы!

ГЛАВА 2.

Итог вечерних посиделок был закономерен: Деррих не желал носиться по городу сломя голову и устраивать допросы всем встречным-поперечным, а деятельный Сах не желал сидеть в засаде и ждать неизвестно чего. Переругавшись в пух и прах, друзья выпили на мировую и решили искать по отдельности — хоть одному да повезет.

Деррих был практически на сто процентов уверен, что таинственного посетителя библиотеки следует ловить на кладбище. И, хорошенько поразмыслив, он даже понял, на каком. Если чутье не обмануло, то надо искать место, где люди могут встречаться не привлекая внимания. Из трех гоартских кладбищ это было возможно только на Тессирском. Во-первых, именно там по традиции хоронили дворян и богатых торговцев, а значит, имелись просторные фамильные склепы, как действующие, так и заброшенные. Достаточно заполучить ключ, и помещение для сборищ готово. Во-вторых, через кладбище горожане, бывало, срезали путь до соседней деревеньки. Не все и не часто, но все же снующий туда-сюда народ здесь привлек бы меньше внимания, чем на любом другом погосте.

Поэтому достаточно посидеть там несколько дней и посмотреть, какой склеп пользуется особой популярностью, а затем подстеречь в укромном уголке одного из визитеров и как следует расспросить.

Человеческие поминальные ритуалы Деррих знал, а потому для маскировки решил избрать роль скорбящего родственника, стремящегося обеспечить усопшему максимально комфортный путь в загробный мир. Осталось найти свежую, не очень ухоженную (не хватало еще с настоящими родственниками столкнуться) могилу, имеющую хороший угол обзора.

Порывшись в своих закромах, дракон отыскал предметы, которые можно было считать условно подходящими для поминального обряда, и пошел искать место для засады.

Тессирское кладбище встретило дракона мягкой прохладой, солнечными лучами, пробивающимися через шелестящее на ветру кружево березовых листьев, и мирной тишиной. Поросшие травой дорожки петляли между надгробных каменных кубов радостного желтого цвета (никакого камня, кроме песчаника, в окрестностях города отродясь не добывали) и приземистых, украшенных густой резьбой входов в подземные склепы.

Невысокая ограда, прорезанная запирающимися снаружи на прочные щеколды воротцами, охватывала значительное пространство. На осмотр территории ушла большая часть дня, но ближе к вечеру Дерриху удалось отыскать два подозрительных склепа. Строения имели могучие решетки, перекрывающие вход посторонним, и хорошо смазанные тяжелые замки, которые выглядели намного лучше обветшалых стен самих склепов. Деррих не был специалистом в этой области, но был готов поспорить, что открывали их чаще, чем три раза в год на дни поминовения. Да и дорожки к ним казались утоптанными, чахлые пучки травы еще пытались отстоять свои права на тропинку, но уже без особого энтузиазма.

Располагались эти склепы не то чтобы рядом, но все же в одной части кладбища, и дракон заметался между ними, отыскивая наблюдательный пункт, из которого были бы видны подходы к обоим. Наконец ему удалось найти достаточно свежее захоронение, украшенное засохшим пучком маргариток и свежеотесанным камнем, на котором значилось имя — Пенгорт Ларрт. Больше никаких следов скорбящих родственников дракон не обнаружил и начал вживаться в роль.

Прежде всего в мусорную кучу отправились мумифицированные маргаритки. Их место занял надерганный по дороге к кладбищу букет колокольчиков, который на желтом фоне могильного камня смотрелся удивительно нарядно. После этого ответственный дракон очистил могильный холмик от налетевшего на него мусора, разложил переносную жаровню для жертвенных воскурений и забормотал поминальную молитву. Раз уж он тревожит покой усопшего ради своих нужд, следует о нем позаботиться, иначе как-то нехорошо выходит.

Спустя полтора часа на кладбище стали появляться люди. В основном женщины во вдовьих нарядах или неунывающие дети с охапками цветов, но изредка попадались и мужчины. Деррих скорбно опустил голову и подкинул в жаровню еще один кусочек ароматной смолы. Память на лица у него всегда была хорошая.

Уважаемый магистр некромантии Пенгорт Ларрт уже почти год как перешел черту смерти, но не слишком тяготился своим призрачным состоянием. Конечно, дети, переехавшие в столицу, навещали его после переселения на кладбище всего один раз, а жена, так и не простившая давней мифической измены, была всего дважды, и оба раза не для того, чтобы помянуть, а всласть поругаться, но при жизни человеком он был порядочным и посмертие получил вполне неплохое. И возможность посещать мир живых есть, и магические силы, пускай и невеликие, остались. Ну и что, что не навещают. В тонких мирах, которые становятся доступны некромантам после смерти, и без того есть чем заняться.

Когда магистр Пенгорт почувствовал мощный приток силы извне, он даже не понял сперва, что это значит, а когда сообразил, то сильно удивился. Дети вряд ли могли приехать, у них служба. Неужели жена на мировую пошла? Вот уж действительно говорят: и года не прошло.

Когда некромант выглянул в мир живых возле своей могилы, то удивился еще раз. Рядом с надгробием сидел и прилежно, а главное, довольно искренне молился за него Хозяину Мертвых совершенно незнакомый белобрысый парень. Легкая, искрящаяся сила, переполнявшая призрака, шла именно от него.

Внебрачный сын? Нет, родственных связей магистр не ощущал, а приглядевшись внимательнее к ауре неожиданного гостя, понял, что это вообще не человек.

И что это может значить? Могилой ошибся? Вряд ли — и имя, и дата смерти на надгробии указаны. Сомнительно, что на этом кладбище похоронен еще один Пенгорт Ларрт, умерший в прошлом году.

Заинтригованный магистр подошел ближе и прислушался к словам. «Посмотрим. Может быть, из молитв что-нибудь станет понятно».

Призрак коснулся тонкой струйки ароматного дыма, идущей от жертвенника, и она заклубилась в неподвижном вечернем воздухе, отдавая магу свою силу.

Сах отправился претворять в жизнь планы сразу после восхода солнца, даже на завтрак тратить время не пожелал. Благо идти недалеко — минут двадцать быстрым шагом, а поесть и в трактире можно. И вкуснее и питательнее, чем своей стряпней давиться.

Дежурный страж вскинулся было на стук двери, но увидел мантию преподавателя академии и, успокоенный, снова задремал. Маг прислушался к мирному посапыванию и похвалил себя за то, что пошел в корпус стражей с утра — солнце еще не вошло в полную силу, и кожаные доспехи не превратились в орудие пытки. Посетителей, решивших искать справедливости ближе к полудню, будут ждать вишневые от перегрева и злые до невменяемости вояки, не знающие, на ком сорвать гнев.

Приемная главы корпуса находилась где-то в душных недрах здания, но Сах не стал ее искать, а свернул к ближайшей двери, за которой, согласно уставу, должен был скучать дежурный офицер. Может, и зря, конечно, но наглости ломиться к главному стражу маг в себе не нашел. Напрямую заявить о новых сведениях — значит подставить Дерриха и себя заодно. Вывод — придется направлять следствие косвенным образом, а когда появится конкретная информация, можно будет и к начальству идти. Источник новостей будет вполне реальный — стражи.

Офицер нашелся там, где и положено, — за большим дубовым столом, главным украшением которого являлся зачарованный графин, охлаждающий любую налитую в него жидкость. «Не иначе в складчину покупали. Кафедра артефакторов этим летом заработала больше, чем за весь предыдущий год».

При виде посетителя страж окончательно скис.

— Вы так и будете к нам каждый день ходить? Как только что-нибудь станет ясно, вам сразу же сообщат. У нас не только ваше дело.

Хе, значит, коллеги тоже не хотят пускать расследование кражи на самотек. Сах навис над сидящим и постарался придать своему лицу если не грозно величественное, то хотя бы умеренно агрессивное выражение. На большее с его добродушной физиономией можно было не рассчитывать, как ни пыжься.

— Будем. А если медленно искать станете, то наблюдателя от академии пришлем для ускорения процесса. Но я вообще-то по другому вопросу. И могу с уверенностью сказать, что другими делами вы тоже не занимаетесь.

— Что такое?

Перспектива лишней работы стража не радовала, но послать лесом и без того раздраженных магов он не мог: разозлятся — себе дороже выйдет. Проще выслушать и принять меры. Ну или, если опять ерунда какая-нибудь, изобразить принятие мер. До более благоприятных погодных условий.

Сах поднапрягся и выдал еще более агрессивное выражение лица. По крайней мере, он на это очень надеялся. Зеркала в кабинете не было, а разморенный офицер никак не прореагировал.

— Вам что, жалоб от населения в последние дни не поступало?!

Сам маг понятия не имел, какие проблемы в последнее время терзали добрых горожан, но с печальной уверенностью мог утверждать — жалобы у гоартцев есть всегда. И хоть одну да можно к своим нуждам приспособить, главное, фантазию проявить.

Офицер задумался, перебирая в уме последние обращения и недоумевая, какое из них могло так взволновать представителя академии, а потом решил просто перечислить в порядке поступления. Нет у него желания в угадайку играть.

— Поступало. На чудовище, которое залезло в запертый подвал корчмы, выдуло бочку пива, а потом пошло в разнос и погромило упомянутый подвал, после чего бесследно испарилось, прихватив на закусь кольцо колбасы. На распоясавшихся карманников с рыночной площади. — Вот уж кому сейчас раздолье: ни дородные, истекающие потом и жиром купцы, ни закованные в раскаленные доспехи стражи не имели ни сил, ни желания гоняться за тощими юркими мальчишками, которым жара была нипочем. — На каменщиков, которые задаток взяли, а работать не хотят. С недобросовестным стражем, который повадился проверять качество пива в корчмах, мы уже разобрались. Вы ведь не о нем хотели поговорить? Что еще… Ах, да, позавчера жаловались на то, что в Залучном предместье кто-то кур таскает. А еще…

«Еще» Саху было абсолютно не нужно. Он бы с удовольствием пожал неведомому курокраду руку и угостил холодным пивом за то, что тот столь удачно выбрал район. Ну или накормил бы отборным мясом, если этот благодетель — из числа хищной неразумной живности, обитающей в окрестностях Гоарты.

— Во-о-от! А вы знаете, какого цвета были украденные куры?

В жалобах об этом не было ни слова, но офицер припомнил район и рискнул предположить.

— Рыжие? — Нет, пестрые и белые там тоже попадались, но их было мало, а украденных кур много. Хоть половина да будет нужного цвета.

Сах исходил из тех же соображений, а потому важно кивнул:

— А вы знаете, что различные части этих птиц используются для колдовства? Нет? Что, и сказок не слышали? То-то же. Я не утверждаю, что это дело рук колдуна, но надо проверить. Причем желательно как можно быстрее. Прежде чем количество жертв превысит все разумные колдовские нужды и начнет явственно указывать на то, что рядом завелось какое-то голодное зверье, охочее до курятины.

Озадаченный страж потер лоб, пытаясь сообразить, на кой неведомому колдуну может понадобиться такое количество расходного материала, но потом решил, что магу виднее, и махнул рукой.

— Проверим. Сегодня же отряд пошлю. — Вряд ли, конечно, это колдун, но если посланец академии прав, то лучше найти смутьяна до того, как он наколдует то, что собирался. — Не подскажете, где нам стоит его искать?

— Для запрещенных ритуалов, — Сах не собирался повторять ошибку магистра Кайтрока и принялся нагнетать обстановку сразу, — лучше всего подходят заброшенные строения и руины. Советую поискать его следы в развалинах форта на Заячьем холме и на месте бывших катакомб.

— Катакомб не осталось. — Гонять своих людей по такой жаре ради прихоти чародеев офицер не собирался. — А форт проверим. Зайдите завтра, я доложу вам о результатах.

Ничуть не расстроенный маг сердечно распрощался со стражем и направился к восточной окраине. Раз книгу не нашли, то и заняться нечем, а сидеть без дела Сах не любил. Так почему бы самому не поискать вход в катакомбы? Это будет интереснее, чем выслушивать сухой доклад стражей.

Найти вход в катакомбы оказалось действительно непросто. На это у Саха ушло два с половиной дня, не менее сотни подвалов, много часов ругани с хозяевами этих самых подвалов и не менее кувшина пота. Неудивительно, что тот офицер отказался своих людей на такое занятие подрядить: вести серьезные поиски — это тебе не по холодку до развалин форта прокатиться и бродячих торговцев, в теньке прикорнувших, шугануть. Тут методичность нужна.

Сах с удовлетворением посмотрел на туннель, обнаружившийся в одном из закутков подвала старой пожарной каланчи, и полез внутрь. Своды выглядели крепкими, раз уж столько лет простояли, авось и еще один день не рухнут. Легкая нелюбовь к замкнутым пространствам шевельнулась на дне сознания мыслью о том, что, может, эти туннели и простояли до сего дня только от того, что им в одиночестве обрушаться скучно было. А теперь один не в меру инициативный маг вполне может составить им компанию.

Со смешком отогнав неприятные мысли, Сах поярче зажег магический огонек и ускорил шаг, но далеко уйти ему не удалось. За ближайшим поворотом дорогу преградила решетка с прутьями в два пальца толщиной. «О-о-очень интересно». Маг с некоторым усилием приподнял тяжеленный замок, продетый в дужки, которые больше подошли бы хорошему засову. Ни ржавчины, ни грязи на нем не было, зато на ладони появилось пятно смазки. «Я был прав. Эти катакомбы — куда более оживленное место, чем положено быть туннелям, переставшим существовать полвека назад. Посмотрим, что там за этой решеткой».

К счастью для выпускника теоретического факультета магической академии, главным достоинством замка оказалась массивность. Запорный механизм был прост, как топорище, и легко поддался заклинанию, которым Сах обычно отпирал дверь своей комнаты, когда в очередной раз забывал в лаборатории ключи. Калитка бесшумно повернулась на хорошо смазанных петлях, и маг, чуть приглушив огонек, зашел внутрь. Интересно, что же здесь прячут, если такой замок навесили? Немного подумав на эту тему, маг притушил огонек и обострил слух — не ровен час, тут помимо замков есть и охранники.

По мере удаления от входа заросшие косматым мхом коридоры ветвились все сильнее. Спустя еще несколько поворотов Сах понял, что до охранников, если они есть, еще надо добраться. Конца туннелям нет и не предвидится, а он уже довольно расплывчато представляет себе обратный путь. Вроде сначала надо будет сделать два поворота налево, а затем три направо. Или четыре? И куда там дальше сворачивать? Маг остановился на очередной развилке, чтобы прокрутить память назад и удостовериться, что он не останется бродить в этих переходах на правах штатного привидения, когда уловил поскрипывание и шуршание, идущее откуда-то сверху. И медленно приближающееся.

Сах попятился в тот коридор, из которого пришел, и посмотрел вверх.

Дальнейшее в сознании теоретика, ни разу не применявшего свои знания за пределами академических лабораторий и изучавшего боевую магию один семестр факультативно, отпечаталось слабо. Вроде бы сначала в доверчиво подставленное лицо метнулись тонкие шипастые конечности, которые разбились об рефлекторно сотворенный купол, обычно используемый при испытании нестабильных заклятий. Следом во владельца щупалец полетело набившее оскомину лабораторное заклятие для измельчения твердых реактивов, только силы в него с перепугу было вбухано раз в десять больше, чем предполагалось конструкцией. А потом еще и еще. Тварь мерзко верещала, от ударов со стен сыпалась мелкая кирпичная крошка, метались в свете магического огня странные тени… Сах остановился только тогда, когда понял, что уже некоторое время не слышит воплей твари, и огляделся. Коридор выглядел так, словно в нем проводили испытания очередной разработки умники с кафедры боевой магии, а посреди этого великолепия на полу лежало перемолотое в фарш тело нападавшего монстра. Чуть в стороне валялось несколько оторванных щупалец, лапа с корявой клешней и фрагмент чего-то, что Сах принял за хвост.

Маг подрагивающими руками поднял клешню. «Судя по форме — шипастая мокряна. Гордись, теоретик, эти твари, бывало, и неосторожными боевыми магами закусывали». От бодрых размышлений руки дрожать не перестали. Вдобавок ко всему навалилась страшная усталость, которая, впрочем, исчезла сразу, как только Саху почудилось далекое шуршание на потолке. Маг подхватился и рванул назад, прочь от звуков, не заморачиваясь такой мелочью, как отсчет поворотов. К счастью, ноги оказались памятливее головы и вынесли своего хозяина прямо к железной решетке. Маг вывалился наружу, захлопнул калитку и, не утруждаясь навешиванием замка, намертво приварил створку к прутьям. И только после этого позволил себе осесть на пол.

«Да, вот это разведка получилась. Хоть прямо сейчас иди в боевые маги записывайся, куда там этим воякам со своими молниями против теоретиков с дробилкой!» Сах представил себе такой поединок, прерывисто расхохотался и, усилием воли отлепив себя от стены, двинулся на выход. «Интересно, Деррих там на своем кладбище не скучает»?

К концу третьего дня Деррих уже почти не сомневался в своей правоте. Конечно, с выбранного наблюдательного пункта видно было не все, но и того, что сумел заметить дракон, хватало для допроса с пристрастием. Теперь главное — правильно выбрать жертву. Левый склеп какой-то ушлый делец использовал под склад неучтенных товаров. Правый был гораздо интереснее. В него за время наблюдения наведалось с неясными целями не менее десятка человек разного достатка и общественного положения. Все они имели «нужный» запах, но отыскать именно того, кто отметился в академической библиотеке, Дерриху не удалось. Логично было поспрашивать главного, благо командиру и положено отвечать за действия подчиненных, но как навскидку определить, кто из них кто? По кладбищу все они ходят одинаково медленно и печально.

Или не заморачиваться и сначала разобраться с самым невезучим, то есть тем, который первым под лапу подвернется?

Между деревьев замелькал силуэт первого из кандидатов на допрос. Брать сейчас? Нет, кладбище не такое уж и безлюдное, еще увидит кто. А вот на обратном пути можно. Темно будет, а улицы в городе по ночам освещены плохо, особенно на окраинах.

Деррих подсыпал в жаровню еще немного ароматической смолы, на которую у него за время засады образовалась аллергия, и вздрогнул от вежливого покашливания над плечом. Как подкрались? Почему не заметил?

Перед глазами настороженно поднявшего голову дракона предстало редкое зрелище — смущенный призрак. Мужчина в мантии некроманта еще раз откашлялся.

— Приветствую, уважаемый. Надеюсь, что не обижу вас своим вопросом, но вы не скажете, кто вы такой? После смерти память стала уже не та, знаете ли…

Деррих, который из трактатов по некромантии знал, что призрак при всем желании не может забыть подробности своей земной жизни, сочувствующе хмыкнул — бедняга за три дня себе, наверно, всю голову сломал, пытаясь сообразить, кто это так прилежно и, главное, почти круглосуточно скорбит на его могиле.

— С памятью у вас все в порядке, таул Пенгорт, к сожалению, при вашей жизни мы знакомы не были. Меня зовут Деррих. Приношу свои извинения за беспокойство, но я расследую хищение из Гоартской академии магов, а отсюда удобнее всего следить за подозреваемыми. Если я вам не очень мешаю, то хотел бы еще на день-два остаться здесь — будет странно, если после трех дней поминовения я переберусь на другую могилу.

— Разумеется! Я сам в этой академии сначала учился, потом преподавал, и с женой там познакомился… М-да. Так что с удовольствием помогу. А что украли, если не секрет?

Заинтригованный магистр присел на надгробие. События приняли очень интересный оборот, и призрак не собирался упускать возможность поучаствовать в чем-нибудь захватывающем. Хватит. И так всю жизнь в лаборатории просидел. Да и отблагодарить за подаренные силы этого паренька надо.

— «Изложение ритуалов» мэтра Бигаруса. Я считаю, что в этом замешаны люди, которые наведываются вон в тот склеп с горгульями на фризе. Не знаете, что у них там за собрания?

— Священнослужения Багровому Воину.

На кой служителям воинственного культа трактат по магии? Деррих встряхнул головой, сгоняя мысли в кучку.

— А почему на кладбище?! Они удостоились высшего откровения и выяснили, что Багровый Воин и Хозяин Мертвых близкие родственники?

Пенгорт вспомнил внешность своего покровителя и хрюкнул в ответ на такое предположение:

— Вряд ли. Просто этот культ в нашем благословенном королевстве уже больше полувека запрещен из-за регулярных конфликтов с участием его адептов — Багровый Воин никогда не прославлял миролюбие как добродетель. Вот и крутятся последователи как могут. А тут такой шикарный подарок судьбы — у одного из неофитов фамильный склеп с проходом в старые катакомбы без дела простаивает.

На этом известии Деррих все-таки подпрыгнул и тут же повалился на землю — от долгого неподвижного сидения затекли ноги.

— Они что, действительно не все обвалились?! — Дракон почти рычал, растирая пострадавшие конечности. Онемение быстро сменилось все нарастающим покалыванием.

Призрак с оттенком превосходства смотрел на телодвижения собеседника.

— Верхний уровень почти весь обвалился. Осталось всего четыре выхода, считая этот, причем оставшиеся расположены в местах, не столь удобных для тайного посещения. А вот три нижних уровня почти не пострадали. Я когда только призраком стал и этих воинствующих комедиантов в первый раз заприметил, все подземелье облетел, думал, раз древние катакомбы, то, может, интересное есть чего. Нет, главным украшением сами культисты и оказались.

— Легенды начинаются с малого — алтарь запрещенного божества уже есть, а остальное приложится. Глядишь, через сотню-другую лет и у нас будет филиал Алмазных подземелий. — Деррих с наслаждением потянулся, разминая затекшие мышцы, и принял более удобную позу. Жаль, встать и походить нельзя — подозреваемые заметят. С другой стороны, вынужденные неудобства приводили как раз в нужное для допроса состояние духа — чтобы клиент начинал икать от одного взгляда еще до того, как пугать начнут. — А зачем им непременно катакомбы понадобились?

— Так последователям Багрового Воина верой предписано сражаться как можно чаще, а вот с кем именно, в уставе не сказано, так что монстры, которые там живут, пришлись как нельзя кстати.

— Монстры?! — Тьма! Сах ведь собирался вход в катакомбы искать! А если действительно найдет?! Что этот махровый теоретик будет с хищными тварями делать?

Магистр с интересом проследил за изменениями на лице белобрысого и подивился его выразительности.

— Ну да, ползуны, шипастые мокряны, разные умертвия — видно, с кладбища забрели. Пещерные кахшуры. Может, еще кто из мелочи, я особо не приглядывался. Раньше, помню, еще когда я жив был, и на поверхность вылезали, на людей охотились, да эти удальцы-неофиты их так лихо истреблять принялись, что скоро, чего доброго, специально разводить придется, чтобы было с кем воевать. Не для того ли им книга понадобилась? Ритуальная магия, она ведь легче всего для непосвященных. Там зачастую даже собственных магических сил не надо, чтобы колдовать.

Умельцы, значит? Дракон несколько успокоился. В любом случае немедленно бежать и искать по всему городу Саха — занятие бесперспективное. Гоарта большая, маг может быть где угодно. Проще дождаться ежеутренних посиделок с бодрящим отваром и предупредить, чтоб не лез. По крайней мере один.

— Может, и так. Надо этих энтузиастов отловить прежде, чем они свой трофей опробуют. Кто знает, что за ритуалы мэтр Бигарус в своем труде привел. А что… Магистр Пенгорт? Магистр Пенгорт, где вы? Скажите хотя бы, кто у них за главного!

— Тот скелет в растяжку, который вечно в серых камзолах ходит, — шепнула пустота над могильным камнем. В отличие от юного дракона некромант заметил приближающуюся к могиле даму средних лет, и поспешил ретироваться. Нет, это не побег, просто зачем подливать масла в огонь своим присутствием, если пламя и так будет до небес?

Несмотря на прочитанные трактаты, Деррих себя к знатокам некромантии не причислял, поэтому неожиданному исчезновению магистра особого значения не придал: мало ли какие у призраков ограничения на общение с миром живых? Может, время вышло, или энергия кончилась. А вообще, исключительно полезное знакомство. Когда эта история с кражей завершится, надо будет сюда еще раз заглянуть и подробно обо всем рассказать, родственники-то мэтра новостями, видно, не балуют.

Дракон украдкой огляделся, выискивая подозрительных людей, и заметил решительно приближающуюся седовласую даму во вдовьем наряде. Что характерно, вдова смотрела прямо на него, и взгляд у нее был совсем не добрый. «Жена? По возрасту подходит». И призрак как-то очень вовремя исчез. Женщина тем временем, презрев тропинки и наплевав на низкие чахлые кусты, проломилась к могильному камню и уперла руки в бока:

— Ты кто такой, чтобы на могиле моего мужа сидеть?

С трудом сдержав гримасу неодобрения, Деррих припомнил, след какой давности учуял, когда выбирал место для засады. По всему выходило, что полгода могила мужа ее не интересовала, а стоило наблюдателю появиться, как собственнические замашки взыграли. Лучше бы время выкроила и помянуть пришла — вон призрак какой заморенный. Или как раз она его при жизни и заморила? Печальный конец для могучего чародея.

— Дальний родственник мэтра. Мы с вами не знакомы, но родители мне о нем много рассказывали. Жаль, что не довелось застать его живым.

— Да я и не сомневаюсь, что родственник. — Госпожа Ларрт угрожающе колыхнула бюстом. От соседних могил донесся одобрительный женский шепоток.

Деррих метнул взгляд на шушукающихся вдовушек. «Уу-у-у, клюшки языкастые. Они и донесли, больше некому». На заднем плане маячили заинтересованные физиономии молодых культистов — видно, скандалы на кладбище были редким развлечением, если вообще не эксклюзивным.

Меж тем безутешная вдова продолжала наступление:

— У этого юбочника небось таких родственников в каждом селе по две штуки. Так вот. Наследства ты не получишь. Ни-ка-ко-го, так что можешь тут не сидеть. Вздумаешь в дом прийти — собак спущу. Ррродственничек.

Высказав ценное мнение, дама стремительно развернулась, едва не хлестнув взметнувшимся подолом юбки дракона по лицу, и по проложенному пути двинулась на выход. Мнение собеседника по поводу ее эмоциональной речи вдову явно не волновало.

«Вот и женись после этого». Дракон, узнавший за время разговора с некромантом все, что его интересовало, мысленно поблагодарил призрака, добавив толику силы, собрал вещи и, выждав некоторое время, двинулся к воротам. Зрители, разочарованные быстрым завершением конфликта, разбрелись по своим делам, и кладбище снова погрузилось в сонную вечернюю тишину.

Ночная тьма не была помехой для дракона, находящегося в своем истинном обличье. Удобно примостившись на крыше ближайшего к кладбищу дома, Деррих приготовился ждать.

Как и в предыдущие дни, служители Неистового начали появляться из тьмы кладбищенского парка по одному или по двое вскоре после полуночи. Порядок выхода каждый раз менялся. Сегодня главный жрец покинул склеп третьим, но вместо того чтобы двинуться своим обычным маршрутом прямо к Дерриху в лапы, замер возле самых деревьев и принялся настороженно вглядываться в темноту.

Рассмотреть притаившегося дракона не приспособленные для ночного зрения человеческие глаза не могли, но идти дальше жрец не торопился. Умение чувствовать опасность — важный навык для воина, и Багровый щедро наделил им своего упорного последователя.

«Глубинное пламя! Сейчас уже четвертый пойдет!» Дракон прикинул возможные варианты налета, но вынужден был признать — пока человек не отойдет от деревьев, единственное, что с ним может сделать Деррих, это испепелить. Перекинуться, что ли, в человека и разобраться с ним?

Пока любитель книг соображал, какой из известных ему боевых приемов может подействовать на служителя воинственного божества, на кладбище начало твориться странное. За спиной человека медленно разгоралось призрачное сияние, сгустившееся в полупрозрачный отряд жутких тварей. Жрец оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как предводитель чудовищ махнул корявой лапой в его сторону, и вся толпа с воем двинулась к нему. Культист без лишней паники в три прыжка разорвал дистанцию и принялся водить руками, выплетая странный узор, но закончить не успел. Деррих, воспользовавшийся тем, что жертва отошла от спасительных деревьев, спикировал вниз, подхватил человека поперек туловища и круто взмыл в звездное небо.

Командир призрачного воинства ухмыльнулся, обнажив пятисантиметровые клыки, и помахал удаляющемуся дракону выщербленным топором, а потом превратился в магистра некромантии Пенгорта Ларрта. Растворив в знойном воздухе свою армию, призрак неторопливо двинулся вглубь кладбища, довольно потирая руки. Загробная жизнь становилась с каждым днем все интереснее.

Все время полета жрец вырывался с таким энтузиазмом, как будто сам умел летать не хуже дракона. Деррих замучился перехватывать верткого пленника и в итоге просто сжал его посильнее — сломанное ребро вылечить можно, а вот с кровавым пятном на земле такой фокус не пройдет. Когда придушенный жрец обмяк, дракон слегка ослабил хватку и смог наконец-то насладиться ночным полетом. Не очень долго — предназначенный для допроса холм вынырнул так быстро, будто пробежался навстречу.

Опущенный на землю подозреваемый с трудом перевел дух и отполз к краю ровной площадки. С одной стороны пути к бегству перекрывал крутой склон, густо заросший колючими кустами, с другой стороны вольготно устроился дракон, вытянув хвост так, чтобы свободного места осталось как можно меньше.

Деррих позволил человеку убедиться, что бежать некуда, и принялся налаживать контакт. Для начала сверкнул в лунном свете белоснежными клыками и выразительно облизнулся.

— Отличная ночь, человек! Будешь откупаться или я начинаю ужин?

Жрец сориентировался мгновенно, подтвердив, что не зря является главой общины: тут же перестал паниковать и перешел на деловой тон. Обшаривать взглядом чешуйчатую броню в поиске слабых мест, правда, не прекратил. Воитель, чтоб его. Верблюжий скелет в камзоле.

— Пятьдесят золотых.

— П-ф-фф. — Дракон выпустил из ноздрей тонкие струйки дыма и лениво шевельнул хвостом, отгоняя расхрабрившегося жреца к обрыву. — Золото меня не интересует.

— Что? Девственницы?! — Культист передернулся, а потом решительно выставил вперед нижнюю челюсть. — Ну нет, лучше уж меня ешь! Не собираюсь ни в чем не повинными людьми откупаться. Тем более девушками.

От такого заявления Деррих поперхнулся дымом, который потихоньку продолжал выдыхать в воспитательных целях, и закашлялся, выгоняя из легких сизые клубы пополам со смешками. Чем, кажется, оскорбил приготовившегося жертвовать собой ради всеобщего блага собеседника. Выражение лица у человека не изменилось, а вот взгляд стал каким-то совсем уж нехорошим.

— Если я захочу познакомиться с симпатичной девицей, твое посредничество мне не понадобится, жрец Багрового. Да, не делай такое лицо, я в курсе насчет вашей общины. А нужна мне книга, которую один из твоих подчиненных украл из библиотеки академии.

— Если ты знаешь про общину, то должен также знать, что кодекс запрещает последователям Багрового Воина пятнать свою честь воровством.

— Знаю. А вот воинская добыча у вас, наоборот, в почете. И, должен тебе сказать, после долгого сражения с охранными заклятиями твой человек захватил отличный трофей.

Жрец зло дернул щекой.

— Ты можешь думать, что хочешь, но книги у нас нет, и к ее похищению никто из членов общины отношения не имеет.

Серебристая луна скрылась за набежавшей тучкой, погрузив мир во тьму, и дракон позволил себе задумчиво потереть подбородок кончиком хвоста. Не врет ведь. Спинной гребень можно прозакладывать — не врет. Только недоговаривает.

— А вот маги абсолютно уверены, что это вы. И сведения у них достаточно надежные для того, чтобы они начали потихоньку следить за вашей развеселой организацией. Как только убедятся, что штурм святилища пройдет без жертв, так сразу вас за жабры и возьмут. Так что про непричастность свою будете дознавателям академическим рассказывать. Может, они даже вам и поверят. Но вот конкретно ты можешь до этого момента и не дожить.

Новость про магов произвела на человека куда более неприятное впечатление, чем повторно оскаленные клыки. Неужели привыкать начал? Деррих смерил жреца уважительным взглядом и пыхнул огнем.

Человек отпрыгнул в сторону и пригладил волосы, вставшие дыбом.

— Мне докладывали, что одна из дверей сегодня оказалась наглухо заварена, а коридор поврежден так, что обрушится от малейшего толчка.

Дракон нервно дернул хвостом, ломая молодую березовую поросль. Глубинное пламя! Похоже, Сах нашел вход в подземелья. О трупах жрец не упомянул, это радует.

Отступивший к обрыву жрец хмуро поинтересовался:

— Почему мы должны отвечать за преступление, которое не совершали?! — Из-под сапог в темноту за спиной посыпались комья земли и мелкие камешки, мужчина нервно сглотнул и продолжил быстрее: — Если хотите знать, мы тоже являемся пострадавшей стороной. Красть книгу из библиотеки магов — дурость, равную которой придумать сложно, моим героям такой полет мысли недоступен. Поэтому один из последователей, который работает в академии подсобным рабочим, на протяжении последнего месяца просто потихоньку делал копию, благо книга находилась в открытом доступе, никто ее не охранял. Разумеется, делал он это, когда в библиотеке не было ни посетителей, ни хранительницы. А неделю назад пришел на собрание и огорошил, что книгу украли, буквально у него на глазах.

— Что? И воров видел? — Деррих подался вперед, жрец качнулся назад и чуть не свалился с площадки. Падать было невысоко даже по человеческим меркам, но дракон решил не испытывать свидетеля на прочность и постарался взять себя в лапы.

— Очень мимолетно и со спины. — С трудом восстановивший равновесие жрец несколько мгновений помялся, не зная, куда себя деть: подальше от края или от дракона — и наконец замер посередине. — Он ведь и не понял сначала, что это воры, просто заметил между книжных шкафов оборванцев, которые потом растворились в воздухе. А что книга пропала вместе с ними, он обнаружил, только когда убедился, что визитеры не вернутся, и подошел к витрине.

— Об оборванцах поподробнее.

— Да чего там подробнее. — Похоже, жрец испытывал такое же недоумение, как и дракон. — Мартис их и не рассмотрел толком, сказал только, что их было двое, в одежде простолюдинов, вылинявшей до полной утраты цвета. То ли торговцы бродячие, то ли бродячие же лудильщики. Насколько же маги должны себя не уважать, чтобы вырядиться подобным образом?!

Дерриха больше интересовало, как чародеи смогли раствориться, не оставив магических следов своей волшбы. Когда обычные маги, привлеченные к поискам, оказались бессильны, ректор академии занялся этим делом лично, и никто не может обвинить его ни в непрофессионализме, ни в небрежности. Да и вообще, если уж на то пошло, как воры умудрились телепортироваться из защищенной от таких фокусов академии? Единственное место, из которого там можно открыть арку прохода, — это портальный зал в главном здании. Или нет? Надо срочно поговорить с Сахом. Пусть заодно расскажет, что это за странный способ телепортироваться — без арки и чтобы создавался эффект растворения.

Развернувшийся было в сторону города дракон притормозил от неожиданно пришедшей ему в голову мысли и через плечо поинтересовался у приободрившегося жреца:

— А вы с раздела «Ритуальная магия Каршора» копию снять успели?

— Нет. — Человек на мгновение задумался и в подтверждение своих слов тряхнул головой.

Надежда на простое решение не оправдалась. Дракон вздохнул и взмыл в небо.

ГЛАВА 3.

Деррих успел допить вторую чашку прохладного мятного настоя и не на шутку обеспокоиться, когда в трактир ввалился растрепанный Сах. Глаза у него были круглые, как фонари ночного сторожа, и горели от нетерпения. Делиться обжигающими язык новостями маг начал еще раньше, чем плюхнулся на табурет, но все же после того как прочел заклинание от подслушивания:

— Я нашел вход в катакомбы!

— Я в курсе.

Сах оторопело моргнул и предпринял еще одну попытку поразить собеседника:

— И они были заперты на амбарный замок, навешенный на толстенную решетку.

— Которую ты заварил наглухо. — Дракон полюбовался на изумленное лицо друга и пояснил: — Хозяин решетки жаловался. И на поврежденный коридор тоже.

На лице Саха удивление смешалось с интересом, но сбить себя с толку он не позволил:

— А то, что там водятся шипастые мокряны, он не упоминал, часом? — Торжествующий теоретик бухнул на стол между кружками покарябанную клешню как доказательство торжества разума над плотью.

— Он — нет, а вот другой человек упоминал. — Дракон рассмотрел трофей со всех сторон и рискнул спросить: — Чем это ты ее? — Клешня выглядела так, будто ее сначала отгрызли, а потом долго ковыряли тупым долотом. Сколько Деррих ни копался в памяти, ни одного боевого заклинания с подходящим эффектом на ум не пришло. — Новые военные разработки?

Сах немного поколебался: то ли надуться от гордости, то ли лопнуть от смеха, но натуру не переделаешь, и он рассмеялся:

— Ага, ну просто абсолютной секретности. Дробилка для твердых реактивов называется. Полевые испытания пройдены успешно. И не надо на меня так таращиться — эта тварь на меня как прыгнула! Что вспомнил, тем и приложил. А где ты умудрился познакомиться с хозяином решетки?

— На кладбище. Нашел я эту таинственную организацию, которая в вашей библиотеке засветилась, и даже допрос с пристрастием их главе устроил. К пропаже книги они отношения не имеют, зато у них есть свидетель, который был в библиотеке в момент кражи и видел воров со спины. Это его след я тогда почуял.

Деррих вкратце пересказал свои похождения и принялся тормошить разочарованного Саха, чтобы он перестал баюкать свои разбитые мечты о быстром разрешении проблемы и начал думать. Со странной телепортацией дипломированный маг ничего прояснить не смог, а вот когда речь снова зашла о ворах, неожиданно хлопнул себя по колену.

— Бродячие торговцы, говоришь? Мне ведь стражи докладывали! Я в первый день патруль к старому форту отправил, так вот они сказали, что никого там не нашли, кроме двух бродячих торговцев. Начальник патруля удивился, что оба были одеты в рванье, какое не всякий крестьянин на себя нацепит, но сами при этом чистые и ухоженные, как богатые.

— Их задержали?! — Деррих не заметил, что поставил кружку мимо стола, и еле успел подхватить ее заклинанием, прежде чем отвар пролился на сапоги. — Подробные описания есть?

Ранние посетители с опаской смотрели на магов, что-то беззвучно, но яростно обсуждающих. Уже пора ноги уносить или еще можно посидеть в прохладном зале? Хозяин с осуждением косился то на излишне осторожных завсегдатаев, то на чародеев, не торопясь вмешиваться. Оно, конечно, постоянные клиенты, им позволено много, но других посетителей распугивать тоже нехорошо. А ведь всегда такие спокойные, приличные молодые люди.

Один из приличных молодых людей на реплику друга полыхнул враз пожелтевшими глазами, и двое самых нервных клиентов поспешно исчезли за дверью, не допив свой отвар.

— Не задержали. Не за что. А описание можно и узнать. Я со стражниками поговорю, ты со своим свидетелем, раз уж у тебя допросы культистов так хорошо пошли.

— Идет. Только ты должен выманить этого Мартиса из академии.

— Ты действительно думаешь, что я знаю всех подсобных рабочих по именам?

Дракон щелкнул пальцами, выплетая иллюзию.

— Я тебе сейчас покажу всех, кого на кладбище видел, ты посмотришь, какая физиономия тебе знакома, и пошлешь его по какой-нибудь хозяйственной надобности к… Желтому оврагу, скажем. А дальше технология уже отработана.

Второй допрос прошел не столь гладко. Парнишка вопил, путаясь ногами в густой траве, бросался на Дерриха с зачарованным и благословленным жрецами кинжалом и наотрез отказывался говорить с «поганым чудищем». До тех пор пока означенное чудище коварно не пообещало нажаловаться верховному жрецу, что один неофит препятствует следствию. Юный последователь Багрового Воина быстро сообразил, что одно дело — сразиться с драконом (это тебе не какие-то там дурно пахнущие умертвия) и попасть в легенду, пускай даже и посмертно, и совсем другое — получить нахлобучку и дисциплинарное взыскание от начальства. После этого свидетель быстро рассказал все, что видел, и был отпущен восвояси. Деррих принял человеческий облик и медленно побрел вслед за ним к городу, поднимая желтые облачка дорожной пыли.

И вздрогнул, когда неожиданно перед ним приземлился, будто вынырнул из глубинного пламени, огромный дракон. Деррих с тоской проследил за игрой солнечных бликов на потемневшей от времени, но, несомненно, золотой чешуе и решил, что возмездие за допросы настигло его как-то подозрительно быстро. Пожалуй, не стоит больше с Багровым Воином связываться без крайней нужды.

— Приветствую, старейшина Лерриас. Что-то случилось?

Лерриас Нерт по прозвищу Когтедер смотрел на младшего родича с научным интересом, от которого Дерриху захотелось спрятаться в скорлупу. К сожалению, из своей он вырос много лет назад, поэтому единственное, что оставалось, это встать ровнее и вежливо улыбнуться. И чего смотрит? Можно подумать, в первый раз увидел.

Наконец старейшине надоело играть на нервах. Он обвил лапы хвостом и опустил голову так, чтобы смотреть в глаза собеседнику.

— Позавчера некое неизвестное лицо предприняло попытку украсть принцессу Уэлту, младшую дочь короля. Не удалось ему это по чистой случайности. И, что самое интересное, человеческие маги не смогли потом отыскать никаких следов злоумышленника. — Берилловые глаза старейшины, казалось, заполнили собой весь мир. На дне вертикальных зрачков хищной черной рыбиной шевелилось недовольство. — Скажи мне, что ты не имеешь к этому никакого отношения.

— Еще чего! В смысле зачем она мне нужна?

Деррих машинально отпирался от чужих сомнительных подвигов, а потрясенный разум тем временем выстраивал нехитрую цепочку: воры, не оставляющие следов, — книга ритуалов — принцесса — уникальная королевская кровь. Да-да, та самая, которая разрушает старые чары, продлевает жизнь, многократно усиливает действенность всех ритуалов и боги ведают что еще делает. Дело о похищении сто лет никому не нужного трактата приняло совсем уж интересный оборот.

— К тому же я последние три дня в Гоарте провел, даже в пещеру почти не наведывался, куча народу может подтвердить. — Надо срочно перелистать имеющийся список и Саха напрячь, чтобы в академической библиотеке посмотрел. Определить, какой именно ритуал задумали провести неизвестные, лучше заранее. С королевской кровью можно такого натворить, что менестрели еще сто лет в страшных историях поминать будут, прежде чем тема себя исчерпает. — И вообще, с чего вы взяли, что это я?!

Древнейший из Золотых драконов заинтересованно прищурился. Непутевый потомок новостью был удивлен и встревожен. Это было бы хорошо, если бы не возникшее у него вслед за этим озарение и кипучая жажда деятельности. Вон разве что не гарцует на месте от нетерпения, так хочет быстрее куда-то бежать и что-то делать.

— Старшие таким заниматься не будут, а из всего молодняка такая… экзотическая идея могла прийти в голову только тебе, Книжник. Романтические баллады… Уникальная кровь для экспериментов. Я рад, что ошибся.

Лерриас взлетел и начал широкой спиралью набирать высоту, с каждым витком все сильнее растворяясь в слепящем знойном небе. В попытке хищения Деррих не виноват, что же до всего остального… Нельзя слишком сильно опекать молодежь, она от этого становится безынициативной. Во что бы он ни ввязался, может, хоть от книг своих оторвется ненадолго.

К условленному месту встречи — старинному памятнику безымянному полководцу — Деррих подлетел запыленный и взмыленный. Сах в этот раз пришел первым и сейчас разве что не подпрыгивал от распиравших его новостей в опасной близости от тяжелых бронзовых копыт. Едва увидев приближающегося дракона, он тут же кинулся навстречу. Но Дерриху тоже не терпелось поделиться информацией.

— Ты не представляешь…

— Мне тут такое рассказали!..

— Принцессу пытались похитить!

Фраза, произнесенная хором, несколько отрезвила. Парни недоверчиво фыркнули и огляделись по сторонам — не привлекли ли нежелательного внимания? Нет, сонные горожане брели от одной тени к другой, и чужие дела их волновали мало. Со своими бы разобраться.

— Ты откуда знаешь?

— Профессора Морнея у стражей встретил. Ректора через зеркало лорд-маг вызвал и сказал глядеть в оба. И знаешь что? — От возмущения Сах разве что не шипел. — Когда милорд ректор сказал о том, что у нас при схожих обстоятельствах украли книгу с ритуалами, этот… лорд-маг очень встревожился, сказал, что усилит охрану королевского дворца, и все! Ждите, ребята, когда к вам из столицы следователь прибудет. Да пока он до нас доедет, все следы исчезнуть успеют, даже если и есть какие!

— А чего ты хотел? Чтобы они отправили следователя телепортом, выкинув на ветер кучу энергии и наплевав на возможность прорыва тварей с других планов? Это тебе не графин из соседней комнаты перетащить. Книга может и подождать еще немного. Зато они будут тщательно расследовать покушение на принцессу, и когда найдут этих шустриков, найдут и книгу тоже. — Деррих попытался отыскать в таком развитии событий что-нибудь плохое, не сумел и пожал плечами. — В конце концов, здесь следов и впрямь не осталось, а вот расследование покушения на ее высочество начали сразу, так что шансов отыскать преступников там больше.

— Не пойдет. Мне нужна книга. Причем срочно. Покушением на члена королевской семьи пусть занимается, кто хочет, а у меня меньше чем через месяц занятия начнутся. — Никакие перипетии не могли заставить молодого преподавателя забыть о приближении главного события в его жизни. — В общем, стражи, которые к форту ездили, дали описание тех торговцев. Тот, что постарше — высокий и крепкий, по ухваткам на воина похож. Волосы русые с проседью, подстрижены коротко. Усы. На тыльной стороне правой ладони несколько довольно свежих шрамов. Лет сорок на вид. Младший — светловолосый, с серыми глазами. Особых примет нет. Телосложение хлипкое, по виду — к физическому труду не привык. Лет двадцать пять. Командиру патруля показалось, что главный в паре он, хотя говорил в основном усатый. Они направились по Онесскому тракту. Совпадают описания? — Дракон кивнул, и Сах делано безразлично поинтересовался: — Пойдешь со мной?

И что делать с этим упертым типом? По физиономии видно — полезет драколичу в зубы, но не отступится. Деррих с ностальгией вспомнил свою тихую прохладную библиотеку и очень удивился, когда понял, что любимое чтение, по сравнению с событиями последних дней, кажется несколько пресным. «Что ж, теоретическую базу я получил неплохую, пора опробовать ее на практике».

— Да. Стой! Не так быстро, мне надо собраться. И замаскироваться — неизвестно, кого мы в результате поисков встретим, будет нехорошо, если кто-нибудь заподозрит во мне дракона.

Конечно, в человеческой ипостаси Деррих ничем из толпы не выделялся. Если не присматриваться и амулетами не проверять. К сожалению, у любителей ценных алхимических ингредиентов глаз наметанный, могут и вычислить. Поэтому, прежде чем отправляться в путь, следовало сделать так, чтобы у них и мысли не возникло присматриваться к одному неприметному путнику.

— А я что делать в это время буду?!

— Тоже собираться. Или ты с пустыми руками поедешь? — Великий теоретик изобразил на лице недоумение, и Деррих понял, что о путешествиях он имеет очень скудное представление. — Ты хоть раз куда-нибудь дальше соседних деревень ездил?

— Один раз, когда приехал с родителями в Гоарту в академию поступать. Только тогда вещи не я собирал.

— Неважно, просто вспомни, что у тебя тогда с собой было, и дополни тем, что может для колдовства понадобиться. И заодно в библиотеку загляни. Если есть частичные копии пропавшей книги, разрешенные для выноса, возьми с собой. По дороге посмотрим. Встретимся у старого форта. Думаю, поиски будет логичнее начать оттуда.

Солнце успело изрядно напечь макушку теоретика, прежде чем за развалинами крепостной стены послышались торопливые шаги. Сах открыл было рот, чтобы высказать все, что думает о некоторых копушах, собирающихся в дорогу, как барышня на королевский прием, но увидел вывернувшего из-за угла Дерриха и забыл, что хотел сказать.

— Это что?

Тон мага живо напомнил Дерриху привратника, только смотрел чародей не на дохлого кота, а на вполне живого и довольного прогулкой лирисси, фиолетового с золотыми разводами по чешуе, гордо восседающего на плече своего нового хозяина. Этих дракончиков, в расцвете лет достигающих размера упитанного голубя, четыре века назад вывели роневанские анимисты, и с тех пор редкая магическая академия обходилась без стайки крылатых производителей магической энергии. Драконы настоящие восприняли гениальное изобретение роневанцев как личное оскорбление.

— Маскировка. Зовут Фил. — Деррих шикнул на непоседливого питомца, норовящего подпалить хозяину волосы, и пояснил: — Ты можешь представить себе дракона, который держит у себя дома это? Во-о-от. И никто не сможет. Ни в здравом уме, ни на ранней стадии сумасшествия. Даже у меня самого пока такой финт в голове не уложился. Значит, никто меня за дракона не примет, даже если что-то странное углядит.

— Вот в это я верю. Сумасшедшие на государственных постах в нашем королевстве не водятся. — Сах наконец оторвался от созерцания дракона миниатюрного, пытающегося свить гнездо из воротника дракона настоящего. — Где ты его взял?

— У хозяина книжной лавки. Полгода назад его Марграта сразу дюжину высидела, так он их сейчас чуть ли не бесплатно раздает.

— А почему такого цвета?! Других расцветок не было?

— Были, но их раньше разобрали. Остались еще розовато-белые и пурпурно-зеленые, им он точно хозяев не скоро подыщет, разве что каких-нибудь младшекурсниц подговорит.

Сах представил себе толпу девчонок, заявившихся к нему в класс с розоватыми дракончиками на руках, и потряс головой, отгоняя кошмарное видение. На первом же занятии, перед ознакомительной лекцией по ритуалам, надо провести воспитательную беседу. Во избежание. И заодно сказать, чтобы покупали лирисси только в питомнике академии — может, и подороже немного, зато цвета в дрожь не бросают.

— Ладно, фиолетовый не самый плохой цвет. С мантией будет сочетаться.

— Твоей? — Деррих, облаченный в практичный и немаркий дорожный костюм, выгнул бровь и скептически фыркнул: — Я думал, ты просто переодеться не успел, а ты в преподавательской мантии ехать собрался?

— И ты тоже. — Маг порылся в стоящей у его ног сумке, и в Дерриха полетел тугой фиолетовый сверток. — Не фыркай тут. Отличная маскировка, которая объяснит простому люду все возможные странности разом, да и стражи с чиновниками к магам цепляться не будут. К тому же эти мантии специального пошива: движения не стесняют, ткань плотная, не рвется, не промокает, почти не горит, защищает от слабой кислоты, зачарованные узоры на вороте и капюшоне уберегут от магического отката. Незаменимая вещь, что в лаборатории, что на полигонах. Думаю, и для дороги подойдет.

Впечатленный Деррих развернул подарок и внимательно присмотрелся к вышивке.

— А почему у нас изображения разные? — Капюшон Саха покрывали белые знаки, переплетенные стилизованными побегами плюща. У Дерриха орнамент был серый, через равные промежутки колдовские символы чередовались с изображениями парящего сокола.

— Потому что а — ты не преподаватель, и б — ты анимист. Из старых запасов еще мантия, еле нашел на складе. Натягивай и пойдем, в дороге рассмотришь.

Парни двинулись к западной оконечности форта, где, по словам стражей, расположился лагерь странных торговцев. Увидеть место стоянки случайно, с дороги или от леса, было невозможно.

— Хорошо устроились. Наверняка как минимум один бывал здесь раньше. — Деррих прикрыл глаза и обострил чутье, выделяя из мешанины впечатлений те, которые не принадлежали стражам. — Нашел. Идем.

Как и говорил офицер, делавший доклад Саху, следы тянулись через покосные луга к дороге и перемешивались с десятками других. Хорошо, что не сотнями — желающих путешествовать в такое пекло нашлось немного. Сперва Деррих честно пытался идти по следам, но от обилия информации через километр голова стала по ощущениям большой и чугунной, а еще через два в ней начало что-то звонко перекатываться от уха к уху. Редкие путники с опаской поглядывали на бледного мага, идущего пригнувшись к земле и время от времени потряхивающего головой, но приставать с вопросами не рисковали. Люди торопливо прибавляли шаг или подхлестывали заморенных лошадей, лишь бы поскорее убраться подальше от колдующего. Кто этих магов знает, чем они заняты и как это на случайных свидетелях отразится?

— Стой, не могу больше. — Деррих с наслаждением выпрямился и потер виски. — След теряется все время в посторонних наслоениях, а отыскивать его с каждым разом все тяжелее — концентрация внимания ослабевает.

Сах, который уже некоторое время с тревогой наблюдал за стремительно бледнеющим другом, быстро сплел заклинание от головной боли, дождался облегченно-благодарственного кивка и предложил:

— А что, если не все время проверять след, а только на развилках дороги и в тех местах, которые они никак миновать не могли — мосты, например? Так нагрузка на тебя будет гораздо меньше.

— Пожалуй. — Деррих прикинул свои возможности. Конечно, отыскивать нужный след заново после значительного перерыва будет трудно, но вести его постоянно и вовсе невозможно. — Будем надеяться, они не решат над нами пошутить и не пойдут через лес.

Кружа, возвращаясь и перепроверяя, они шли до самого вечера. Когда за очередным поворотом показался крепкий тын постоялого двора, приятели кинулись к нему, не заботясь о том, заходили сюда преследуемые или нет.

Единственное, что Деррих после ужина смог сказать о кормежке — она была сытная и еды было много. Вкуса дракон не запомнил. Того, чем именно его кормили — тоже. Кто бы знал, как выматывает преследование! В балладах все как-то попроще и без подробностей. Зато теперь понятно, почему в них говорится, что если дракону удается догнать того, кто ограбил его пещеру, то он этого неудачника съедает. Попадись им с Сахом на пути мнимые торговцы вместо этого постоялого двора, Деррих не поручился бы за их судьбу и свою репутацию.

Лирисси не испытывал проблем своего большого собрата. Пока Деррих, обливаясь потом, искал следы, всеядный дракончик с удовольствием охотился на крупных летних стрекоз и разорял сады придорожных деревень. К тому моменту, как путники добрались до постоялого двора, пузико у него раздулось так, что на стол с хозяйского плеча он слезал чуть ли не боком. Сейчас Фил сонно грыз куриную косточку, исключительно за компанию. Насытившийся, а потому благодушный маг почесывал ему спинку и с интересом оглядывал просторный зал, способный вместить торговый караван средних размеров. Сейчас за столами сидели едва ли полтора десятка человек. Несколько крестьян с женами, группа мастеровых и небогатые горожане, которых злая судьба сорвала в дорогу в такое неподходящее для путешествий время. Под описания, полученные от стражей, ни один из них не подходил.

— Как думаешь, они тут были?

Деррих ответил не задумываясь:

— Конкретно за этим столом — нет. А вообще не знаю. Не могу же я ходить по залу и вынюхивать у всех на виду.

Подниматься из-за стола в ближайший час дракон не собирался, но Сах уже успел отдохнуть, и его снова переполняла жажда действия.

— Почему это не можешь? Смотри и учись.

Маг демонстративно насторожился, пристально оглядел зал, вгоняя простодушных посетителей в дрожь тускло светящимися глазами, и достал из-за ворота амулет, который, как совершенно точно знал Деррих, предназначался для очистки пробирок, содержащих особо ядовитые вещества.

Сурово поглядев на кулон, чародей покачал головой и кивком подозвал заметно занервничавшего хозяина.

— Вы в курсе, что творится на вашем постоялом дворе, милейший?

Милейший осторожно пожал плечами.

— Еда чем-то не понравилась, таул магик? Наши извинения, сейчас другое принесу, не извольте переживать.

— Стоп. При чем здесь еда? Недавно в этом здании находилась нежить! — Трактирщик побледнел, а Деррих одними губами произнес: «Идиот!», но маг этого не заметил и продолжил бодро развивать свою мысль. — А может, и сейчас находится. Ваша обязанность способствовать нам в ее поиске и уничтожении.

В подтверждение своих слов маг зажег перед собой сложную золотистую пиктограмму, которая слегка наплыла на трактирщика, заставляя его отступить подальше от стола.

— Разумеется, таул магик. — Толстяк закивал, тряся всеми подбородками разом, но голос его звучал твердо. — Мафунька, открой ставни и зажги еще лучины, чтобы больше света было. Если что-то понадобится, господа, только скажите.

Тощая девица тенью метнулась к окнам и широко распахнула ставни, потеснив отдыхающих после тяжелого дня лесорубов. Знойный воздух, будто вырвавшийся из огромной печи, обдал посетителей, и люди с ворчанием стали пересаживаться подальше в прохладное нутро зала.

Сах набрал было воздух, чтобы выдать дальнейшие инструкции, но Деррих решил, что на сегодня развлечений им в любом случае хватит, и перехватил инициативу в свои руки.

— Договорились. Посидите пока в сторонке, а мы займемся делом. — С трудом поднявшись с лавки, после обильного ужина ставшей очень мягкой и удивительно уютной, Деррих не удержался от маленькой мести инициативному теоретику. — Мэтр Тэйсах, думаю, будет лучше, если я начну искать, а вы постоите у двери и проследите, чтобы никто не сбежал.

Маг, который собирался предложить то же самое, чтобы оправдать свое неучастие в поиске нежити, сурово нахмурился и с амулетом на изготовку занял предложенную позицию. Посетители замерли на своих местах, настороженно поглядывая то на магов, собравшихся разразиться боевыми заклинаниями, то на соседей, которые могли оказаться нежитью, и неизвестно, какая мысль нервировала их больше. Женщины испуганно жались к своим мужьям и заранее набирали воздух, чтобы начать визг при малейшем признаке опасности. Только служанки испуганными мышками продолжали сновать из кухни к стойке, видимо, рассудив, что и маги, и нежить — явления преходящие, а хозяин был, есть и будет, так что сердить его не следует.

Сах оценил напряжение, вязкой смолой разлившееся в воздухе, и попытался сгладить ситуацию.

— Спокойнее, тейиры, это всего лишь проверка.

Деррих, внутренне посмеиваясь, активировал чутье и принялся искать следы мнимых торговцев, не забывая для проформы осматривать посетителей. Судя по тому, с каким сосредоточенным видом суетятся вроде бы испуганные служаночки, сейчас что-то будет.

Люди при приближении чародея начинали заметно нервничать, но возражать не пытались. Только замирали напряженно, а после осмотра расправляли плечи, в глазах вместо затравленности появлялся интерес, который возрастал тем больше, чем дальше отходил Деррих.

Когда дракон подошел к очередному столу и приготовился замысловато поводить в воздухе руками над сивым плечистым типом со сросшимися бровями, он услышал сзади грохот разбивающихся мисок. Под взглядами посетителей уронившая посуду служанка пискнула и бросилась на кухню, и в тот же миг Деррих почувствовал стремительное движение за спиной. Следом раздался звук падающей мебели, крики постояльцев и возмущенный вопль Саха.

Обернувшись на шум, дракон увидел замечательную картину. Не пожелавший дожидаться разоблачения тип, как только все, включая Дерриха, повернулись к служанке, прыгнул к предусмотрительно распахнутому окну, но что-то ему помешало — может, какой посетитель на пути привстал со своего места, чтобы видно было лучше, может, просто звезды для беглеца сегодня в неприличную фигуру сошлись. Не пролетев и половины намеченного пути, тип рухнул на не ожидающего такой подлянки мага, который тоже отвлекся на шум, устроенный служанкой.

Сейчас отрастивший изрядные когти и обросший шерстью мужик пытался вырваться за пределы слабых, но вязких щитов, которыми забрасывал его оглушенный и полупридавленный маг, женщины визжали, мужчины непристойно ругались, не проявляя, впрочем, желания вмешаться, под потолком азартно вопил разбуженный шумом дракончик, а на Деррихе с паническим визгом: «Оборотень! Спасите!!!» повисли две служанки, надежно сцепив его руки.

Совершенно напрасно — дракон и не собирался вмешиваться и портить веселье, так как видел то, что Сах еще не успел заметить. Оборотень махал когтями очень осторожно, чтобы, не приведи родовые духи, не зацепить мага: за гибель своего чародеи мстят последовательно и не стесняясь в средствах, поэтому все мало-мальски разумные существа осторожничают. Оборотень последствия представлял, поэтому старался вырваться за щиты и сбежать. Наконец во время одного из кульбитов он угодил Саху коленом в живот, сбив ему дыхание и концентрацию, и сумел прорваться к вожделенному окну. Сидящие неподалеку мужики героически заслонять дорогу своими телами не пожелали, сыпанули в разные стороны, сшибая лавки и позволяя беглецу рыбкой нырнуть во двор.

В этот момент входная дверь распахнулась. В зал шагнул франтовато одетый менестрель. Осмотрел разгромленный трактир, возбужденно галдящих посетителей, голосящих служанок, весело улыбающегося светловолосого мага с шипящим фиолетовым драконником на макушке, поднимающегося с пола ошарашенного темноволосого чародея, мрачного трактирщика и с разочарованием протянул:

— Я опять опоздал к самому интересному!

— Ты знал.

Сах, запивающий происшествие слабеньким местным пивом, с возмущением в голосе и смешинками в глазах уставился на Дерриха поверх кружки.

Дракон, с философским видом и точно такими же смешинками, как у мага, пожал плечами и сделал вид, что оглядывает зал. Маг невольно проследил за его взглядом. Люди постепенно успокоились и вернулись к своим делам, менестрель, дотошно выспросивший все подробности эпической битвы, в другом конце помещения медленно перебирал струны лютни. И, судя по возвышенному выражению лица, подбирал выражения, в которых будет пересказывать новость в следующем трактире. Вот на него маг косился исключительно с неприязнью. В отличие от Фила, который сидел напротив лютниста и с большим интересом следил за бегающими по струнам пальцами. Но, к огорчению Саха и радости менестреля, цапнуть не пытался.

— Скорее догадывался. Тут ближайшее поселение разумных — деревня оборотней. Это, по-моему, все местные, кроме тебя, знают. И, может, еще твоих коллег-теоретиков.

— Я не местный, — буркнул несколько смущенный Сах. Он привык считать, что знает практически все, а тут вдруг какие-то оборотни прямо под боком, а он не в курсе.

— Раз девять лет из двадцати прожил в Гоарте, значит, можешь считаться местным. А трактирщику хочешь не хочешь приходится с соседями дружить. И прибыток от лишних посетителей, и защита от лиходеев разом. Да и не сниматься же с денежного места из-за такой ерунды, как расовые предрассудки? Так что когда ты про охоту на нежить сказал, предсказать, что будет дальше, стало просто. — Деррих прислушался к затейливой мелодии, которая постепенно начала складываться у менестреля, и решил, что из всей сегодняшней кутерьмы у того в итоге может получиться отличная баллада. Героическая. Но Саха такими соображениями лучше не дразнить. Обидится. Или с музыкантом что-нибудь эдакое сотворит.

К счастью для окружающих, сейчас мысли мага занимало странное происшествие, а не его возможные последствия.

— Но почему он отсюда рванул? Я же про нежить говорил, а оборотни живее всех живых, в двойном объеме, так сказать. Из них даже зомби не сделаешь.

— Да, но, к сожалению, в таких тонкостях не разбирается никто, кроме магов. Кстати, насколько я могу судить по результатам осмотра, воры здесь не останавливались. Неужели мы опять с дороги сбились?

— Скорее слишком долго плутали. Торговцы-то совершенно точно знали, куда идут, и наверняка успели добраться до следующего постоялого двора. А вообще надо что-то насчет скорости придумать, иначе мы за ними год бегать можем. Только ничего в голову не идет толкового. А ты как?

— Пока никак. Отдохнем, выспимся, может, на свежую голову чего придумаем.

Дракон и маг примолкли, задумавшись каждый о своем. Впрочем, долго пребывать в расслабленном состоянии у них не получилось — в зале снова нарастал шум. В этот раз его причиной стал хозяин постоялого двора, пытающийся выяснить у смущенного менестреля, чем тот собирается расплачиваться за съеденный ужин: нет, песни — это, конечно, замечательно, но хотелось бы чего-то еще. Более весомого.

— С каких пор новости стали недостаточной платой за еду? Да еще и из столицы? Свежайшие!

Несмотря на смущение, позиции франт сдавать не собирался. Деррих одобрительно хмыкнул. Правильно, съеденный ужин все равно отобрать уже не получится, разве что ждать, пока сам выйдет, и трактирщик это понимает. Так что сторгуются.

— У нас здесь по пятку человек ежедневно из столицы проезжает. И все с новостями. Сумеешь рассказать что-нибудь новенькое — так и быть, сойдет вместо платы. Нет — будешь отрабатывать. Глядишь, и на пользу пойдет.

Трактирщик хозяйским окинул менестреля взглядом, явно прикидывая, к какой работе его ловчее приспособить. Парень, судя по холеным рукам, ничего тяжелее лютни отродясь не поднимавший, от такого поворота дел опешил и тут же принялся перебирать новости.

— Об учениях королевской гвардии в Ровернском лесу слышали?

— Еще третьего дня.

— О драке между магическими стражами и охраной купеческой гильдии?

— Трижды. От стража, охранника и случайного свидетеля. Очень разные истории получились.

— О новой фаворитке короля?

— У него раз в две недели новая. Обо всех слушать — уши завянут. — Трактирщик наконец определился и сообщил погрустневшему менестрелю: — Вот что, будешь на кухне помогать. Мильда жаловалась, что посуду мыть некому.

— Нет, стойте, этого вы точно еще не слышали! Перед самым моим отъездом приключилось! Младшую принцессу похитить пытались! Уэлту!

— Врешь!

Трактирщик навис над менестрелем, полностью закрыв своими телесами тонкокостного лютниста от зрителей. Голос, раздавшийся из-за этого объемистого препятствия, был торжествующий и испуганный одновременно.

— А вот и нет! Клянусь своим музыкальным даром! Чтоб я больше петь не мог, если вру. Я когда уезжал, все маги чуть не на ушах бегали, а безопасники всю столицу трясли, как грушу. А саму принцессу куда-то отправили телепортом! Представляете? И прорыва не побоялись!

Сах подобрался и впился глазами в спину трактирщика, словно пытался разглядеть сквозь ее толщу говорившего.

— Деррих, откуда он может это знать, если покушение было позавчера, а от столицы до этого постоялого двора — шесть дней пути самым быстрым ходом? А насчет отсылки и телепорта даже мы были не в курсе.

— Не знаю. Давай-ка поспрашиваем этого осведомленного человека. Что он еще интересного скажет?

Дружно поднявшись из-за стола, молодые люди с двух сторон обогнули трактирщика и с интересом уставились на разом притихшего менестреля. Лирисси влез на плечо хозяину и, уловив напряженность момента, пыхнул огнем, чуть не подпалив дракону остатки шевелюры. В последний момент Деррих успел дернуться, и огненный заряд пролетел мимо.

— Действительно, очень интересная новость, тейир. Расскажите поподробнее.

— Да чего там рассказывать? — Менестрель стиснул лютню, явно прикидывая, куда в случае чего деть инструмент, чтобы не пострадал. — Слухов много, а что на самом деле произошло — не говорят. Знаю только, что маги сочли, что во дворце принцессе оставаться опасно, и увезли куда-то. Я как раз на приеме у лорда Гертрая играл, когда к нему брат из дворца прискакал, причем, судя по виду, всю дорогу бежал впереди лошади. Он и сказал. А больше я ничего не знаю.

По мере рассказа менестрель перешел от опаски к сосредоточенной готовности драться с двумя магами разом, и Деррих наконец понял, как он умудрился побывать в столице во время покушения и оказаться здесь через два дня:

— Спасибо, этого достаточно.

Судя по всему, Сах тоже что-то такое уловил, так как не стал настаивать на дальнейших вопросах:

— Пожалуй.

Когда трактирщик и другие посетители остались за спиной, он тихо поинтересовался у Дерриха:

— Это ведь дракон? В ауре что-то такое проскакивает, на тебя похожее.

— Да. Зеленый или черный, точнее в человеческой ипостаси не разобрать.

Деррих поймал взгляд готового к атаке сородича и на мгновение трансформировал глаза, успокаивая: «Не беспокойся, свои».

Менестрель поперхнулся воздухом и, не веря глазам, уставился на мага в форменном плаще и с лирисси на плече. И это дракон?! Потом всмотрелся в ауру, пару раз недоуменно моргнул и начал присматриваться уже к Саху. Кажется, человеческая природа второго волшебника отчасти смогла вернуть стабильность пошатнувшейся картине мира. Менестрель пробормотал хозяину что-то невнятное и уткнулся в свою кружку.

Сах, наблюдавший за этой пантомимой, ухмыльнулся:

— Похоже, совместными усилиями мы с тобой создали идеальную маскировку. Если уж тебя свои за дракона не признают, о других точно можно не волноваться.

— Воистину. Тьма! Как не вовремя принцессу увезли! Если она нужна для ритуала, то похитители книги будут устраивать на нее покушения до победного конца. Можно было бы не бегать за ними по всему королевству, а устроить засаду и ловить на живца.

На последнюю фразу Сах фыркнул и с благочестивым негодованием возвел глаза к потолку:

— Сразу видно, что с драконом разговариваю! Принцесса в качестве наживки — это сильно. Впрочем, рациональное зерно в идее есть. Поддерживаю.

— Замечательно, господин Потенциальный Государственный Преступник, мне от этого здорово полегчало. Только где мы ее искать будем? Страна большая.

Сах напрягся, вспоминая лекции по истории, и блеснул эрудицией:

— Учитывая обстоятельства — скорее всего, ее решили укрыть в замке Озерный Клык. Это самая неприступная из королевских резиденций, и для магов, и для обычных воинов. Жаль, что маленькая. Ну да для одной принцессы несерьезного возраста подойдет. Только вот идти туда далековато. До столицы и дальше.

— Не так долго, как ты думаешь. Допивай, что там у тебя осталось, и спать. Вылетаем рано утром. И не надо на меня так таращиться — дракон я или кто?

В серых предрассветных сумерках Деррих проломился сквозь подлесок, и перед ним раскинулись дальние покосные луга селения оборотней. Сейчас более пустынное место в округе найти было сложно. Рядом со вкусом зевал и тер слипающиеся глаза невыспавшийся Сах.

— Ты еще подальше забраться не мог? А то не стесняйся, пару километров успеем до рассвета пройти.

— Мог, но подумал, что если ты встретишься со своим вчерашним знакомцем, то вы опять буянить начнете, а нам торопиться надо. Нет, если тебе так хочется, то давай заглянем, но лучше в другой раз.

Любознательный маг от идеи посмотреть на оборотней в естественной среде обитания взбодрился лучше, чем от прогулки по утреннему лесу, но ответственность перевесила.

— Ладно, давай в другой.

Сах принял сумку Дерриха и дракончика, отчаянно цепляющегося за воротник хозяина, а затем отступил на пару шагов, чтобы освободить место для перевоплощения. Человеческую фигуру окутала плотная дымка, и через несколько секунд перед магом уже разминал крылья золотой дракон. Лирисси перестал выворачиваться из рук мага и во все глаза уставился на старшего собрата. Деррих ласково оскалил клыки.

— Так-то, мелочь. Хорошо, забирайтесь. Только, Сах, запасную одежду на себя всю натяни. И мантию мою, я ее в сумку положил.

— С ума сошел?! Уже сейчас жарко, представляешь, какое пекло днем будет?

Маг обеспокоенно оглядел гигантского ящера. Какое место у них положено щупать на предмет жара? Вряд ли лоб, там броня четыре сантиметра. Да и бывает ли жар у огнедышащих драконов?

— Не суетись и одевайся. Полетим высоко и быстро, от ветра я тебя, так и быть, магией прикрою, а то сдует еще, а вот с холодом тебе придется разбираться самостоятельно.

Деррих убедился, что недоверчивый маг выполнил его указания, повернулся боком и терпеливо стоял, пока Сах, скользя сапогами по чешуе, пытался забраться к нему на спину. За это время Фил успел исползать новый вариант хозяина вдоль и поперек, счел его слишком жестким для долгого сидения, и нырнул за пазуху к магу, чуть не свалив его с той высоты, на которую он уже успел взгромоздиться.

— Долго ты там еще?

— Уже нет. Слушай, а между твоей чешуей костыли вбить можно? Чисто теоретически?

— Наверное, можно, но сделавшего это я потом чисто теоретически уроню в верхней точке полета.

— Понял. Уф, готово. Кстати, твой карманный дракончик прав, сидеть действительно жестко. — Маг тщетно попытался устроиться на хребте так, чтобы было удобно. Спинной гребень и костяные наросты на чешуе делали эту задачу трудновыполнимой, но жизненно важной.

Деррих оглянулся, заметил вдохновение в глазах человека и поспешно заявил:

— Вот только заикнись про седло — до самого замка в лапах потащу.

Сах выразительно промолчал. И снова попытался сесть удобнее.

Дождавшись, когда маг примет более-менее безопасное положение, Деррих взлетел.

— Показывай, куда двигаться, географ.

У Саха, который ни разу не поднимался выше смотровой площадки астрономической башни, захватило дух от восторга. Вековые деревья стремительно унеслись вниз, открывая небывалый простор. Вопрос он расслышал не с первой и не со второй попытки. Когда же сквозь бьющие через край эмоции пробился терпеливый голос дракона, он попытался сориентироваться.

— Вон та ниточка — это дорога, да? А те коробочки, это, значит, постоялый двор. Надо же! Невероятно! Лети отсюда на северо-восток, до столицы, а там видно будет. Интересно, как Черралис с воздуха выглядит?

ГЛАВА 4.

Черралис с воздуха выглядел шикарно, словно драгоценная южная мозаика, сложенная из малахита, коралла и янтаря, с темными прожилками рек, усеянных крошечными лодками. А вот дальше начались сложности — дорогу к самому неприступному замку короля Сах знал очень приблизительно.

Решение лететь вдоль северного Королевского тракта решило проблему лишь частично. Это выяснилось на первой же развилке.

Укутанный по самые брови Сах высунул нос из ворота мантии и попытался соотнести то, что находилось перед его глазами, с тем, что было написано в исторической хронике. Получалось не очень. Аккуратные прямоугольники полей утопали в зеленых барашках древесных крон. Куда ни погляди, расстилалось бескрайнее море леса, над которым вдалеке, как остров, возвышался еле различимый Черралис.

И весь этот великолепный, пронизанный светом мир кружился вместе с нарезающим круги над развилкой драконом.

— Ты не мог бы как-нибудь притормозить? Боюсь, такими темпами я скоро забуду, с какой стороны мы прилетели. — Еще мага от беспрестанного кружения начинало слегка мутить, но он решил не волновать дракона такими подробностями.

— И как ты себе это представляешь? — Деррих с любопытством скосил глаз, пытаясь разглядеть стучавшего зубами мага. — До мысли, что драконы могут зависать в воздухе, даже сказочники пока не дошли, а уж у них с фантазией все в порядке.

— М-да. — Сах еще раз всмотрелся в пятнистый зеленый ковер, расстилающийся внизу. — С одной стороны, левая дорога ведет в более правильном направлении, с другой стороны, у нее такой вид, будто она завершится спустя несколько километров какой-нибудь фермой. И путников на ней не видно.

— Путники сейчас и по главному Королевскому тракту не очень-то шастают. По крайней мере, в полдень.

Маг недоверчиво шмыгнул покрасневшим носом и вдруг приободрился:

— А вот именно сейчас кто-нибудь есть? Посмотри, у тебя обзор лучше.

— Никого. А, нет, вон пастух со стадом.

Из-под деревьев неторопливо выползла на зелень россыпь пестрых точек. Поохотиться бы. Дракон непроизвольно сглотнул слюну и понял, что как-то незаметно подошло время обеда.

— Он один?

— Один.

— Ну так спускайся скорее, дорогу спросим.

— Все-таки ты малость сумасшедший. — Деррих хмыкнул и, придержав Саха магией, круто спикировал вниз. — Говорить будешь ты. Главное, лицо прикрой и не заикайся.

Сах двумя руками вцепился в расположенный прямо перед ним шип спинного гребня и думал, что стоит только этому крылатому паразиту принять человеческий облик… Хоть ненадолго… Главное, чтобы свидетелей не было…

Ледяной ветер, прорываясь через защиту, пытался сорвать мантию, хлестал по лицу, выжимая слезы. К тому моменту, когда дракон плюхнулся перед немолодым мужчиной в засаленной рубахе, маг не то что говорить, даже заикаться внятно не мог.

Голос вернулся только со второй попытки. Фразы вырывались из горла с сипом:

— Куда ведут эти дороги, человек?

Пастух флегматично оглядел закутанного в разномастные одежки чародея, будто не замечающего злых солнечных лучей, голодно бурчавшего животом золотого дракона и вежливо выплюнул соломинку, которую до этого грыз. Глубинное пламя, коровы разбежались. Ну и ладно.

— Та, что пошире — в герцогство Тессир, а дальше — в земли такритцев, а узенькая — до Горного тракта путь срезает. Да вон на верстовом столбе указатель посмотрите.

До пограничных застав Тессира друзья добрались, следуя по Королевскому тракту. Деррих радовался возможности размять как следует крылья, а то все в пещере да в пещере, ну в город иногда. Правда, время от времени, когда свидетелей не наблюдалось, приходилось спускаться из солнечных высей, пронизанных звонкими, легкими ветрами, к верстовым столбам, чтобы уточнить дорогу. Маг, окоченевший до ледяного звона, называл такие спуски имитацией гоблинских набегов — мол, появляются из непригодных для жизни мест, наводят панику среди честных людей, получают то, что нужно, и снова исчезают туда, откуда пришли. Восторг от полета на драконе уже изрядно повыветрился, а когда Деррих предложил для полноты ощущений заложить пару виражей — Сах пообещал долбануть молнией. И плевать, что изжарится вместе с ним, зато хоть перед смертью тепло будет.

Дважды проскочив мимо неприметного проселка, ведущего от наезженной караванной дороги в густые нехоженые леса, друзья наконец взяли верное направление и вскоре увидели озеро, покрытое серебряными чешуйками солнечных бликов. Посередине водной глади возвышался небольшой квадратный замок с высоченным белым донжоном в центре. К закрытым воротам вел узкий каменный мост, который с такой высоты казался туго натянутой нитью.

— Если это не Озерный Клык, то я и не знаю, как должен выглядеть замок, чтобы заслужить такое название. — Сах напряг зрение, разглядывая могучие защитные сооружения и видимую только чародеям вязь заклинаний на них. В магическом зрении замок ярко светился разноцветными сполохами. Должно быть, у гарнизонных магов в первый год службы мигрень не прекращается. И гости к ним не ездят. — Как внутрь проникать будем?

На Дерриха мощь древнего замка произвела серьезное впечатление, особенно установленные на площадках башен противодраконьи баллисты, поэтому он ответил не задумываясь:

— Хитростью. И никакого лихого десантирования во двор под покровом ночи, а то знаю я тебя. Давай, пока светло, полетаем кругами, посмотрим, что тут поблизости есть. Еду им откуда-то ведь доставляют.

Сах вспомнил слои защиты и усомнился:

— Думаешь, тут удастся провернуть старый фокус?

— Вряд ли, но какая разница, откуда осмотр начинать? Люди — это информация, даже если их не спрашиваешь ни о чем.

Хилая деревенька, равно укрытая и от врагов, и от королевских благоустроителей непроходимыми лесами, нашлась только благодаря заросшей до неприличия дороге, ведущей к замковому мосту.

Деррих приземлился на лысом каменном взгорке, укрытом от деревни густой осиновой рощей. Удары крыльев разогнали мелкий лесной мусор не хуже метлы черралисского дворника, так что Сах с блаженным стоном рухнул на абсолютно чистый камень. После драконьего хребта он казался чем-то вроде пуховой перины, только еще лучше. Позабытый и полупридавленный лирисси выбрался из-за пазухи и, сделав несколько неверных взмахов крыльями, поднялся в воздух. Озадаченно покружил над хозяином, снова принявшим человеческий вид, и полетел охотиться. Сах даже не пошевелился:

— Делай, что хочешь, но тебе определенно нужно седло. Вернее, мне. Для тебя.

Деррих посмотрел на измученного мага и от шуток воздержался:

— Помочь чем-нибудь?

— Да, добей меня. Эй, стой, стой, я пошутил. Там в мешке сбоку большой зеленый флакон должен быть. Давай его сюда. — Деррих вытащил нужную емкость, в который раз подивившись идеальному порядку, который царил в сумке раздолбая-теоретика, и Сах жадно присосался к горлышку. — Нас этим средством после уроков верховой езды отпаивали. Незаменимая штука. Двадцать минут, и я буду в полном порядке.

Дождавшись, когда под воздействием чудесного эликсира Сах перестанет напоминать скрюченного паралитика, Деррих осторожно пошел вперед, указывая дорогу и одновременно проводя разведку местности. Чародей из-за своего состояния для такого ответственного дела не годился, а свидетели сейчас были бы некстати. Вдалеке перекликались и аукали ищущие ягоды дети, так что предосторожность была совсем не лишней.

Заклинание осторожно выпрямляло травинки, скрывая оставленные следы.

Деревня вынырнула неожиданно. Только что обзор заслоняли тоненькие, дрожащие на ветру деревца, и вот уже перед глазами расстилается душистое, наполненное пчелиным гудением разнотравье, протянувшееся до самых заборов. По заостренным верхушкам досок прыгали трясогузки, дразня толстого полосатого кота.

Дракон хмуро оглянулся:

— Ты колдовать уже можешь? Тут в каждом огороде по физиономии, без отвлекающего маневра незаметно не подобраться.

— Можно, конечно, и маневр. — Сах озабоченно прикинул, сколько в деревне жителей, сколько из них может быть сейчас, с учетом вечернего времени, дома, и покачал головой. — Только если хочешь спокойно все осмотреть, лучше воспользоваться удаленным взглядом, да вот хотя бы через тех трясогузок. Иначе слишком велик шанс, что заметят. Ты заклинание знаешь?

— Знаю. — Деррих удаленный взгляд не любил, но против здравого смысла возражать трудно, так что он перехватил заклинанием ринувшегося на птиц кота и обернул наглую усатую морду к единственной оставшейся на заборе птице. — Ты сверху на деревню взгляни, а я в дома зайду. Посмотрю, послушаю, что говорят.

Замковым воинам, которым король дал наставления лично, не спалось, поэтому отряд выехал в деревню за продовольствием, едва солнце показало алый краешек над зубчатым еловым горизонтом. Деррих отпустил белку, через которую наблюдал за Озерным Клыком, и обернулся к колдующему Саху:

— Скоро будут.

Вчерашняя разведка принесла свои плоды, но была чересчур поверхностной. Маг загорелся идеей проверить количество и качество магического прикрытия выезжающих за пределы замка отрядов. Но как это сделать, не насторожив сопровождающих отряд боевых магов? Два теоретика думали всю ночь, благо ни разу не ночевавший в лесу Сах уснуть на земле не мог совершенно, и к утру в усталых головах родилась замечательная идея. Ее воплощением и занимался сейчас маг, путаясь с недосыпа в векторах силы и не давая откормленной деревенской крысе ни цапнуть за палец, ни сбежать в лес на радость более крупным хищникам и на горе более мелким.

— Вот же… неуемные. — Маг наконец сумел уложить свою подопечную на нужном участке дороги и сейчас пытался убедить упрямое существо полежать на месте еще немного. Околдованный крыс не ждал ни от странных людей, ни от темной лесной дороги ничего хорошего и сопротивлялся, как мог, но волшебство оказалось сильнее. — Все, уходим.

Притаившись в дальних кустах, Деррих зажал пасть дракончику, щелкающему зубами и пыхающему огнем на лесную мошкару, имевшую несчастье подлететь слишком близко, и попытался разглядеть пегую шкурку живого индикатора, совершенно теряющуюся на фоне дороги:

— На что реакции вывел?

Фил смирился с тем, что надо сидеть тихо, и переполз на макушку долговязого мага, с которой обзор был лучше, чем с хозяйского плеча. Сах быстро понял, что без скандала на весь лес выдрать из волос это существо не получится, и плюнул. Пускай сидит.

— На испуг. Как мы уже убедились, бегает это желтозубое чудовище прилично, так что при любом прикосновении посторонней магии крыса подаст громкий звуковой сигнал и убежит подальше от изумленных магов прежде, чем они сообразят устроить проверку. В противном случае будет лежать тихо, пока не наступят. Виды магии вывел на оттенки шкуры, так что смотреть придется тебе — я их особо не различаю. Впрочем, ты об этом прискорбном факте и так знаешь.

— Да уж. — Деррих непроизвольно фыркнул некстати пришедшему воспоминанию. — Зато теперь ты вряд ли когда перепутаешь дом с бирюзовыми наличниками и с синими. — Стимуляции памяти в тот раз способствовали два собачьих укуса на лодыжке и расцарапанная физиономия — владельца дома до глубины души возмутил нахал, лезущий в окно кладовой, как к себе в комнату.

Сах потер щеку и тихо, чтобы с дороги не услышали, рассмеялся:

— На остальные цвета и оттенки это не распространяется, а синяя крыса, выскочившая из-под копыт лошадей, запомнилась бы свидетелям надолго. Так что не отлынивай. Держи, кстати.

Деррих взял выведенный каллиграфическим почерком список. Пробежал глазами пункты и твердо решил в следующий раз брать всю практическую часть операций на себя. Такую фантазию, как у Саха, надо время от времени притормаживать. Во благо всего человечества и прочих разумных рас.

Вскоре из-за поворота показался первый зевающий всадник. Он не спеша миновал засаду, даже не заметив в утренней лесной полумгле, что на его пути лежит что-то постороннее, благо препятствие было невеликим. Да и бурые пятна на дороге не являлись для сельского пейзажа чем-то экстраординарным. Следом потянулись всадники и телеги изрядно растянувшегося обоза.

— Неужели чисто?

— Не верю. — Дракон, наблюдавший за сонным предводителем отряда, понял, что начал зевать в такт, и поспешно захлопнул рот. — Это неосторожно, а комендант замка — умный человек. Если нет проверки, значит, это засада для слишком легковерных.

— Тебе виднее…

И тут наконец подтянулись маги.

Освобожденная крыса издала неожиданно пронзительный для существа таких скромных размеров вопль, содержащий мнение о магах вообще и этих в частности, и заметалась среди встающих на дыбы испуганных лошадей, не зная, куда бежать и где спасаться. Младший отрядный маг от неожиданности выпустил на шум зло потрескивающую молнию, ни в кого не попал, но сумятица усилилась. Один из всадников вылетел из седла, упряжная лошадь, испуганная метнувшейся в морду тварью, шарахнулась, сталкивая телегу в канаву. Ругань и ржание не смолкали ни на секунду. Деррих, изловив прорвавшуюся сквозь вражеские заслоны и приведенную магией к месту засады крысу, лихорадочно делал пометки в списке, и его, чем дальше, тем больше, тоже тянуло ругаться. По всему выходило, что с их возможностями этих магов не преодолеть, даже если пойти на открытый конфликт, который им совершенно не нужен. Фил ревниво лез под руку, не желая делить хозяйское внимание с каким-то там грызуном.

Дождавшись, когда шум стихнет, дракон протянул Саху исчерканный листок:

— Что скажешь?

Маг округлил глаза и почесал и без того встрепанную макушку:

— Первое неверное решение мы уже нашли. Осталась еще сотня, и победа за нами!

— Значит, продолжаем наблюдение.

Спустя пятнадцать минут отряд злющих и окончательно проснувшихся королевских воинов компактной и очень бдительной группой въехал в деревню и остановился на крохотной центральной площади, главным украшением которой был основательный каменный колодец. Староста о чем-то переговорил с командиром, и подоспевшие мужики начали шустро закидывать мешки и корзины в телеги. Два мага внимательно обследовали груз и передавали эстафету пожилому сержанту. Он делал последний осмотр, и очередной ящик благополучно ставился на телегу, под присмотром всего остального отряда.

— Хорошо у них дело налажено. — Деррих пересел в сторону, вслед за сменившей положение тенью от березы, и перехватил сознание галки, через которую смотрел на площадь, поудобнее. — Интересно только, насколько эффективно. Как я заметил, они все больше на магию полагаются.

Сах обеспокоенно дернулся и повернулся к дракону, отчего его ворона свалилась с колодезного журавля и с заполошным карканьем взлетела над площадью.

— Ты им что, тоже проверку на бдительность решил устроить? А кто мне мозги ел, что привлекать внимание опасно?

Дракон отмел претензии как несущественные:

— Не привлеку, я тоже из естественных реакций исходил. Да и у того кота, которым я вчера управлял, возможностей не очень много было. Просто закинул старый черпак в зерно. Если найдут, решат, что случайно с крюка упал, там как раз дужка с плохим загибом. Если не найдут, можно будет в следующий раз диверсанта заслать. Это, конечно, не личное проникновение, но лучше, чем ничего.

Успокоенный, Сах вернул свою ворону на место и поинтересовался:

— Ты твердо уверен, что это был именно черпак? Тут только что в одном из мешков деревянный башмак нашли.

— Я, конечно, дракон и крестьянский быт знаю плохо, но уж посуду от обуви как-нибудь отличу. — Галка-наблюдатель перелетела на новое место, обеспечивая лучший обзор. — Да и не поднял бы мой кот такую увесистую штуку. Скорее, это та самая случайность, которая нам и нужна.

Друзья с интересом смотрели, как на разных этапах проверки из припасов были извлечены: моток крапивной веревки, знакомый Дерриху черпак, черепок от горшка и сморщенное прошлогоднее яблоко, невесть как дотянувшее почти до следующего урожая.

— Случайное попадание, говоришь? — Сах потеребил губу, собираясь с мыслями. — Не многовато ли?

Деррих тоже был удивлен, но на невысказанное подозрение мага помотал головой:

— В самый раз. Или ты хочешь сказать, что таких заинтересованных, как мы, здесь еще несколько групп? Тесновато будет.

Могучему предводителю отряда понадобилось довольно много времени, чтобы в красках объяснять сдувшемуся, как проколотый рыбий пузырь, старосте, что продукты для стола принцессы не то место, куда можно скидывать всякий мусор, и кавалькада двинулась в обратную сторону, заблаговременно распугивая купающихся в пыли кур и вальяжных хрюшек. Следом за всадниками в ту же сторону потянулась артель мужиков с топорами и веревками — вырубать вдоль дороги остатки кустов, с которыми не успели разобраться вчера и позавчера. Как с грустью отметил следящий за этим безобразием Деррих, комендант замка решил исключить любую возможность нападений из засады и действовал с такой методичностью, будто у него в родне ходила как минимум дюжина гномов. На месте подлеска вокруг озера уже давно красовались неровные пеньки, а теперь и до дорог очередь дошла.

Когда обоз подкатился к приземистой гранитной башне, защищающей мост, последовала еще одна проверка. На этот раз мощными стационарными амулетами, встроенными в пол и стены. Сначала людей (вдруг подменили?), потом груз. Из очередной корзины было извлечено и с негодованием выкинуто в озеро мятое коровье ботало, и суровый длиннолицый маг разомкнул защитный контур, пропуская людей на мост. Вполне возможно, к следующей проверке.

Деррих со смесью досады и восхищения покрутил головой:

— Качество у них в порядке.

— А то! — Сах все еще размышлял о количестве найденных посторонних предметов. Ничего путного в голову не приходило, но новоприобретенная подозрительность не давала просто забыть об этом факте. — Правда, людей проверяли в основном по двум принципам: личное узнавание и сигнальный контур на воротах, вроде того, что у нас в академии нарушителей ловит. Остальное можно в расчет не брать.

— Постой-ка! — Деррих припомнил, что рассказывал ему Сах. — Значит, у сигналки должен быть центр управления где-то в замке. И там можно часть функций временно отключить.

— Несомненно. Только чтобы отключить контур, надо попасть в замок, а чтобы попасть в замок, надо отключить контур. Вот такой парадокс. А знаешь… — Маг с научным интересом смерил дракона взглядом. Если бы Деррих был в своей истинной ипостаси, то решил бы, что маг примеривается, как удобнее снимать шкуру. — Я тут подумал… Большинство людей ведь плоско мыслят. Что, если попробовать закинуть диверсанта сверху? Что-нибудь небольшое, что может поднять птица. Если контур отключить, то мимо стражей проскользнуть будет не проблема. Слишком уж они на магию полагаются.

— Ага… — Деррих еще раз попытался разобраться в наслоении заклинаний на стенах. — Ну попробовать-то можно. Кто будет колдовать?

— Я.

— Вообще-то…

— Не спорь. — Дракон не собирался отступать от решения удерживать невыспавшегося Саха от магического творчества, но тот уперся, давя на логику и целесообразность. — И удаленный взгляд, и подчинение животных своей воле дается мне гораздо лучше, а при проникновении в замок управление должно быть виртуозным.

Одна из многочисленных летающих в округе галок отделилась от стаи и легко заскользила в раскаленных воздушных потоках по направлению к замку. Сах поднял ее повыше и попытался разглядеть поверх стены вход в караулку. Быстро и незаметно пропихнуть птицу в помещение не выйдет, но раньше ночи штурмовать замок не стоит, так что удобный случай еще подвернется.

Увлекшись разглядыванием крохотных человечков, деловито снующих по крепости, маг пропустил появление гостей в воздухе. От верхней бойницы донжона отделились две стремительные пестрокрылые птицы, отсвечивающие призрачными сполохами заклинаний, и решительно направились к нарушительнице границ.

Отыскивать в небе опасность маг приучен не был, но не заметить приближение магии при всем желании не мог. Обнаружив прямо перед клювом галки решительно настроенного сокола с золотым обручем-амулетом на лапе, Сах дернулся, от неожиданности попытался перехватить полный контроль над птицей, запутался в крыльях и рухнул вниз. Второй сокол, не ожидавший столь странного маневра, проскочил мимо, едва не задев крылом удивленного собрата.

Обретшая свободу птица метнулась к берегу и притаилась в древесных ветвях, но крылатые стражи удаляться от стен ради погони не пожелали. Над слепяще-белоснежными стенами появилось еще три четких характерных силуэта, и растревоженные соколы закружились, высматривая возможных нарушителей.

— Тьма бы побрала этих параноиков. — Сах передернул плечами, пытаясь убедить организм, что болящие от маневров крылья остались у птицы, а у него ныть нечему. Получалось не очень. — И здесь предусмотрели.

— Не совсем. — Если бы соколы видели прищур дракона, то предпочли бы спрятаться в башне от греха подальше. Но они в блаженном неведении продолжали облет границ. — Их пять штук всего. Ну ладно, сделаем допущение, если принять во внимание предусмотрительность коменданта, десять. Против большой стаи они ничего сделать не смогут.

— Против стаи и я ничего сделать не смогу — мне на такое количество объектов сознание не растянуть.

— Объект у тебя будет один, а стаю я тебе обеспечу.

Неспешно парящий дракон гнал перед собой волну паники и любовался на хвосты удирающих в нужном направлении птиц. Убедившись, что курс пернатыми диверсантами взят верно и галдящая черная стая не минует замок даже случайно, Деррих отлетел подальше от возможных наблюдателей и снова перекинулся в человека. Путь до Саха, засевшего у самой кромки леса в целях конспирации, стоило проделать пешком.

Маг обнаружился насупленный.

— Неужели вопреки всем законам вероятности единственная словленная галка была твоей?

— Нет, хоть в этом повезло. Но вход в эту самую караулку есть только из внутренних помещений. Так далеко я птицу незаметно по комнатам не проведу, разве что весь гарнизон разом зрение потеряет. Пришлось отпускать. И от вещи при таком раскладе толку не будет.

— Хм… — Дракон присел у кромки воды и рассеянно поводил рукой по глади озера. — А если птица за стену более компактного и, главное, живого десантника перекинет, и уже его вести? Мышь, скажем. В деревне грызунов столько, что выбирать лучшего можно до обеда.

Задумчивое ворошение прически завершилось согласным кивком.

— Это можно, — припомнил увиденное в замке Сах. — Там как раз у кухонного окошка ставень отходит — только мыши и протиснуться.

— Вот и славно. Ты тогда в деревню иди, а я за птицами побежал. Они уже небось до герцогской границы долетели.

Деррих развернулся и по своим следам потрусил обратно к стартовой полянке. Здоровый скептицизм подсказывал, что, скорее всего, к исходу дня здесь появится тропинка.

Под неумолчный птичий гомон выпущенная из когтей мышь шлепнулась на оконный проем и практически без подсказок мага юркнула за ставень. Чадная, многолюдная кухня, в которой кипела, шкварчала и исходила сбивающими с лап ароматами пища, испугала грызуна больше, чем светопреставление, творящееся снаружи, но воля мага неумолимо гнала вперед. Мышь серой тенью скользила от укрытия к укрытию, от щели в дверях к щели в стене. Чем ближе становилась неведомая цель, тем азартнее торопил маг. Не забывая, впрочем, о необходимости осматриваться, принюхиваться и прислушиваться в поиске опасностей. Урок с галкой он усвоил.

Наконец издерганный противоречивыми желаниями засланец вышел на финишную прямую, а точнее, в единственный коридор, ведущий к нужному помещению. Дверь, перекрывающая путь к коридору, была в идеальном состоянии и плотно закрыта, но замковым мышам человеческие условности были неинтересны, поэтому отыскать дыру в стене не составило труда. Щель между тяжелыми деревянными балками и стенными панелями располагалась в темном углу на высоте колена взрослого человека, поэтому не была обнаружена и заделана. Мышь осторожно высунула чуткий подвижный нос и принюхалась, не надеясь на слабое зрение, в поисках людей. Так и есть. В конце узкого коридора (двое только боком разминутся) стоял часовой. Факел хорошо горит, правильно, к человеку поближе, от щели подальше, но торопиться все равно не стоит. Лучше подождать, когда доблестный страж на что-нибудь отвлечется. Хотя бы во время пересменка. Мышь притаилась, и очень скоро терпение мага было вознаграждено — один из томящихся в дежурке пожелал выйти на волю. Стражник прижался к стене, давая протиснуться идущему, и мышь стремительно прыгнула.

Контакт прервался.

Сах, с комфортом развалившийся под деревом, изумленно и раздосадовано потряс головой:

— Ничего не понимаю. Разрыв был поставлен на тот случай, если засланец подвергнется смертельной угрозе. Вещественных опасностей там не было, заклинания я бы тем более заметил.

Задремавший было дракон встрепенулся и попытался вникнуть в суть проблемы.

— Может, замаскированные чары? С этих перестраховщиков станется. Все же комната, в которой находится управление внешним контуром защиты, не последнее по значимости помещение в замке. Давай попробуем еще раз.

— Возможно. Надо будет смотреть повнимательнее. Ладно, я за мышью, ты — за птицами.

Вторая мышь долго шныряла вокруг злополучной щели, но другого способа пробраться в коридор так и не нашла. Пришлось занимать прежнее место. Тщательнейший осмотр на предмет магии также результатов не принес. «Может, в тот раз была случайность»? Маг в сомнении помедлил и послал мышь вперед.

Контакт прервался.

Третья попытка провалилась на стадии подлета — замковые маги, утомленные шумом, который поднимали птицы, перенастроили защитный контур. Деррих с неодобрением смотрел, как галки бьются об упругий невидимый купол, способный защитить только от таких вот мелких и настырных визитеров, и пытался утешиться мыслью, что раз второе неправильное решение они нашли, значит, верное стало на один пункт ближе.

Принцесса сидела в отведенных ей покоях в окружении четырех фрейлин и трех волшебниц едва ли старше ее самой. Два узких зарешеченных окна освещали небольшую уютную комнату, заваленную коврами, шкурами и подушками, которые для мерзлявой принцессы насобирали со всего замка. Это пестрое изобилие скрашивало серые каменные стены и пол, отчего комната Уэлты, в отличие от комнат остальных девушек, не походила на камеру.

Девушки находили ситуацию с покушениями, путешествием через телепорт и пребыванием в затерянном в лесах замке слегка пугающей и захватывающе интересной, а потому вышивка, за которой они коротали время, продвигалась как никогда удачно, а разговоры не смолкали ни на минуту.

— И, девочки, вы не представляете, какой…

Стук в дверь прервал рассказ принцессы. Уэлта заинтригованно отложила вышивание и кивнула ближайшей фрейлине, разрешая впустить визитера. Интересно, кто это настолько не бережет свои ноги, что потащился на самый верх донжона к ее покоям? До сих пор все организационные вопросы решались, когда сама Уэлта спускалась вниз разделить трапезу с комендантом и магами, а для наставника Кирредея еще слишком рано — старик был слаб желудком и при этом не мог отказать себе полакомиться великолепно приготовленной рыбой. Пребывание в озерном замке, с его рыбным изобилием и желанием повара не ударить в грязь лицом перед высокими гостями, стало для бедняги настоящим испытанием. Нет, определенно, так быстро оправиться после вчерашнего пиршества он никак не мог.

Тем временем Рувира, сверкая в солнечных лучах, льющихся из окон, каштановыми кудрями, как Медная Дева в главном дворцовом фонтане, с реверансом впустила капитана телохранителей. Глядя на очень вежливую, но напряженную улыбку мужчины, Уэлта загадала — если он опять разругался с комендантом крепости и ей снова придется разводить их по разным углам, пока не дошло до серьезного конфликта, то все. В этот раз она явит свою милость и справедливость таким образом, что эти петухи бойцовые надолго зарекутся выяснять отношения в ее присутствии.

— Ваше высочество! — Безукоризненный придворный поклон плохо сочетался с едва прикрытым недовольством, читавшимся в глазах капитана. Плечи и грудь воина во множестве покрывали подозрительные, наспех оттертые пятна, и Уэлта начала подозревать, что в этот раз комендант ни при чем. — Ваше высочество, от имени всех обитателей крепости я хотел бы попросить вас больше не прикармливать птиц.

— Но почему?! — Из-за угрозы со стороны странных похитителей принцесса была готова к самым неожиданным требованиям со стороны охраны, но это было как-то чересчур. — И потом тут, кроме этого, совершенно нечем заняться!

Капитан заметил пристальное внимание девушек, направленное на испятнанную накидку, и в его голосе прорезался металл:

— И все же я попросил бы вас воздержаться от этого в дальнейшем. Это представляет угрозу для вашей… безопасности.

— Но как…

Возражать было поздно — волшебное слово «безопасность» уже прозвучало. Пухленькая улыбчивая магесса по имени Кирлин поправила выбившийся из прически локон и преувеличенно серьезно произнесла:

— Ладно, ваше высочество, раз птиц кормить нельзя, значит, будем прикармливать рыбок. Рыбок можно?

Капитан с облегчением кивнул:

— Рыбок можно. И для дела полезно — клев лучше будет.

Рувира сочувственно вздохнула, впрочем не слишком пытаясь спрятать лукавую улыбку:

— Бедный наставник Кирредей.

Горничная с трудом протиснулась в узкую дверь — в такую только недокормленным пажам да молоденьким девчонкам просачиваться — и взялась за дужку стоящего у стенки ведра, но тут же с визгом выпустила ее, расплескав воду на босые ноги.

Охранник, дернувшийся было от резкого звука, раздраженно сплюнул:

— Что, опять мышь утопла?

— Опять, добрый господин. Второй раз за один день! Что ж это делается-то? — Горничная, с трудом удерживаясь от повторного визга, примерилась к дужке ведра, потом тяжело вздохнула и обмотала руку фартуком. Так-то оно поспокойнее будет.

Оставив утомленного мага измышлять гениальные планы на берегу, Деррих, поминутно оглядываясь на замок, зашел в озеро по грудь и нырнул. Теплая, как парное молоко, вода ласково омыла иссушенное обозленным солнцем тело. Помедлив секунду, дракон прочел заклинание дыхания под водой и поплыл к замку, стараясь держаться поближе к мягкому песчаному дну, покрытому изменчивыми бликами. Не могли же, в самом деле, строители предусмотреть все?

В этой блаженной уверенности Деррих пребывал, пока не достиг основания скалы, на макушке которой возвышался замок. Мягкий серый камень был изрыт норами так, что напоминал кусок хорошего сыра. Особенно густо эти дыры окружали решетку обнаруженного спустя некоторое время подводного стока.

Деррих замер и попытался внятно сформулировать ощущения «неспроста» и «не к добру», но не успел. Из всех отверстий разом, будто по команде, высунулись чешуйчатые зубастые морды на длинных шеях. Начинавшиеся от невыразительных белесых глаз спинные плавники прихотливыми изгибами уходили во тьму, намекая, что у длинных шей есть не менее длинные тела. Твари оскалились и поплыли к любезно прибывшему обеду, загребая короткими перепончатыми лапами и плоским гибким хвостом.

Стряхнувший оцепенение Деррих рывком поменял ипостась и, наспех окружив себя воздушным куполом, плюнул в ближайшего противника огнем, нимало не заботясь о последствиях. А зря — стремительно пролетевший ком огня не успел выжечь весь воздух, хотя и уменьшил размеры пузыря, так что удушья Деррих не испытал, а вот обжигающе горячую воду хвостом и лапами прочувствовал сполна. «Хорошо хоть, уже не кипяток, а то бы скакал, как те монстры, угодившие под основной заряд». Деррих проводил взглядом скользкие туши, стремительно вылетающие из воды и с глухим буханьем, разносящимся по всему озеру, падающие обратно, и оскалил собственные двухпядевые клыки в назидание всем собравшимся. Впечатленные демонстрацией твари сбились в кучу, но прятаться по норам не спешили. Впрочем, как и преследовать. С тяжелым вздохом, забравшим последние крохи кислорода, Деррих развернулся и широкими взмахами крыльев погреб к берегу.

Над озером разнеслись странные звуки, и гуляющие по крепостной стене под охраной бравых гвардейцев девушки выглянули за зубцы как раз вовремя, чтобы увидеть выскакивающие из бурлящей воды чешуйчатые хлыстообразные тела длиной в полтора человеческих роста.

Телохранители мгновенно оттеснили фрейлин подальше от опасности, а магессы, наоборот, высунулись еще дальше, пытаясь определить причину переполоха.

Рувира нетерпеливо вытянула шею в надежде рассмотреть хоть что-нибудь из-за спины прикрывающего ее воина, но даже так ее макушка все равно оставалась ниже его плеча.

— Кирлин, что там происходит?

Чародейка оторвалась от несомненно увлекательного зрелища и попыталась отыскать взглядом подругу за живой стеной из любопытствующих гвардейцев. Молодые люди совмещали личное со служебным и, с одной стороны, защищали порученных им девушек, а с другой — сами имели возможность смотреть на необычное явление сколько душа пожелает. Разглядеть что-либо находящееся за плотно сомкнутыми спинами было совершенно невозможно. Кирлин припомнила, откуда раздался вопрос, и ответила куда-то в середину груди светловолосому усатому гвардейцу с веселыми голубыми глазами:

— Охранные интриллы разыгрались отчего-то. Интересно, капитан знал о том, что в этом озере водятся такие рыбки, когда давал принцессе разрешение их прикормить?

На берегу Дерриха встретил нервно бегающий под защитой деревьев Сах. Фил прыгал над ним с ветки на ветку и мужественно удерживался от воинственного клича — еще вчера хозяин-который-старший-собрат-выглядящий-двуногим и тот-второй сделали ему на этот счет строгое внушение.

Заметив облепленного тиной приятеля, уже в человеческом виде выбирающегося на берег, Сах кинулся к нему. Так как дракон выглядел скорее смущенным, чем потрепанным, маг тут же успокоился и начал делиться впечатлениями.

— Ну ты… даешь! Скрытные диверсии определенно не твой конек — я в жизни такого фейерверка не видел! Когда из озера столб пара шибанул и эти твари выскакивать стали, воины со стен чуть между зубцами вываливаться не начали, пытаясь твои художества рассмотреть! Что там было?

На самом деле мага куда больше волновал вопрос: «Что теперь будет?», но разводить критику не давали воспоминания о собственных промахах, к которым Деррих всегда относился с пониманием.

— Подводные стражи. — Деррих почесал надбровные дуги лезущему на плечо лирисси и начал приводить себя в порядок. — Знаешь, я, пока от них удирал, понял, в чем наша ошибка — мы атаковали идеальные, не один век совершенствовавшиеся укрепления и при этом выпустили из виду людей. Кстати, ты обратил внимание, что в крепости маловато народа?

— Ну да, постоянный гарнизон в таком захолустье большим быть не может, а через телепорт много народа не протащишь.

— Вот именно! — Деррих отлепил от себя последнюю водорослину, смотал в клубок и закинул подальше в озеро. — Значит, к ним вот-вот должно подойти подкрепление и, скорее всего, не из столицы, а из Тессира, благо герцог с королем дружен и пользуется полнейшим доверием.

ГЛАВА 5.

На землю опустились тихие фиолетовые сумерки. В окнах далекой деревни зажигались теплые желтые огни, во дворах сонно порыкивали собаки. Лес шелестел под порывами жаркого ветра. Деррих расширил круг обзора и заметил на приличном удалении друг от друга и от жилья две яркие точки костров. У одного расположился большой и великолепно вооруженный отряд какого-то дворянина, который Деррих определил для себя как подмогу гарнизону Озерного Клыка. У второго готовились ко сну совсем молоденький рыцарь, не пожелавший расставаться со своими сверкающими в отблесках костра доспехами даже на привале, маг и два слуги.

— Сах, как ты думаешь, до следующего покушения много времени осталось?

— Нет. Кто бы ни стоял за этой историей, он должен торопиться. — Сах оглянулся в ту сторону, где, по его предположениям, находился замок. — Ставлю на то, что им понадобится не больше четырех дней, чтобы обойти защиту. А что?

— Помолись богу удачи. Если он подсуетится, у нас будет шикарный пропуск.

— А если нет?

— Будем думать дальше.

Новопосвященный сэр Тарвет, граф Киартриса, торопился присоединиться к отряду дядюшки, герцога Тессира, который должен был усилить своими лучшими воинами гарнизон королевского замка. Насколько граф знал, ни разу не виденный родич вспомнил о существовании племянника из-за желания породниться с правящей династией, и теперь, не стесняясь, Тарвет делился с магом своими планами на знакомство с принцессой. Момент для этого был на редкость подходящий. Главное, чтобы похитители не очень со своими кознями тянули, а уж он, граф Киартский, не оплошает. И защитит, и успокоит, а герцог позаботится о том, чтобы его усилия были оценены по достоинству. Единственное, что омрачало радость дворянина, это невозможность взять с собой свиту, подобающую высокому положению, — если включить в отряд одного лишнего рыцаря, никто не заметит, а два десятка и обоз слуг привлекут лишнее внимание.

Когда зашевелились кусты, доблестный сэр, будущий жених младшей дочери короля, решил, что это возвращается один из слуг с хворостом. Потом окончательно вынырнул из своих грандиозных планов в скучную реальность и заметил, что оба слуги сидят по другую сторону костра и с любопытством смотрят на лес, а маг встал и приготовил боевые амулеты. Граф решил не отставать и с мечом наголо двинулся к источнику шума. Только бы не похитители. Сейчас, вдали от прекрасных глаз принцессы (ну и что, что не видел ее ни разу, раз принцесса — значит, глаза обязаны быть прекрасными), это было бы очень некстати.

Когда неизвестный продрался через густые заросли орешника на поляну, Тарвет не сразу смог осознать, что он перед собой видит. Понимание пришло, когда огромный темный силуэт презрительно сплюнул огнем. Рыжие блики выхватили из тьмы страшную чешуйчатую морду и прищуренные глаза, в которых бушевало и переливалось жидкое золото.

Первым опомнился чародей, недаром слывший сильнейшим боевым магом графства.

Тарвет проследил за тем, как серия огненных шаров сорвалась с его ладоней и растеклась по чешуе рептилии, не нанеся особого вреда, поморщился и ринулся на мерзкое чудище, воздев фамильный меч. Недаром во всех балладах с драконами сражаются именно рыцари, а не маги!

Бронированная туша была уже совсем близко, когда что-то подсекло графу ноги. Мир крутанулся, сверкнул первыми звездами в вечернем небе и крепко стукнул по затылку. Перед лицом ошеломленного рыцаря метнулся шипастый хвост, и на этом для него схватка закончилась.

Маг на падение своего не по уму агрессивного командира смотрел с облегчением. Идиот малолетний! С мечом на дракона! Поперек заклинаний! Впрочем, граф сыграл роль отвлекающего фактора ничуть не хуже бесполезных против дракона огненных шаров — на создание мощного заклинания, которое подошло бы против такого противника, требовалось время.

Дракон, разобравшись с досадной помехой в лице рыцаря, обратил внимание на колдующего мага. «Сейчас огнем плюнет»! — решил чародей. Драконий выдох с пяти шагов — страшная штука. «Пережить атаку и выпускать заклинание. Второго шанса не будет». Маг спешно перетянул все резервы защиты вперед, навстречу зарождающемуся пламени, и мягко осел на траву, оглушенный магическим ударом сзади.

— Как тут? — Сах вылез из густых кустов на другой стороне поляны, попытался рассмотреть происходящее сквозь удушливые клубы дыма и понял, что если не принять меры, то скоро начнется полноценный лесной пожар. Вызванная заклинанием вода с яростным фырчанием шибанула в небо клубами пара, но с огнем разобралась. Деррих шарахнулся в сторону, оберегая чувствительный нос:

— Порядок. Мой очнется не раньше, чем через три часа. Слуг поймал?

— А то! Стоило тебе появиться, такого стрекача задали, думал, заклинание не догонит. — По кивку Саха на поляну вплыли два мирно похрапывающих тела и улеглись рядом с обморочным колдуном. — Раздеваем, и тащи их, куда хочешь. Желательно подальше.

— Постой, а кто из нас будет рыцарем?!

Маг, который ждал этого вопроса с тех самых пор, как Деррих озвучил свою идею, широко распахнул глаза.

— Разумеется ты. Потому что я маг, и хоть один из нас должен иметь представление о своей роли.

— Сах, — искренне ужаснулся Деррих, — маскарад маскарадом, но, если я выряжусь рыцарем и об этом кто-то узнает, меня родственники на порог не пустят!

— Да ладно тебе, кто об этом может узнать? Ты же не собираешься перекидываться на глазах у изумленной публики. — То, что не все в жизни идет по плану, Сах за последние дни уже усвоил, но предпочитал не думать об этом слишком долго. Этак вообще дома нужно запереться и ничего не делать. — К тому же я эти доспехи не натяну — они мне коротки. И еще, ты больше похож на этого жениха окрасом. Дядюшка его, конечно, ни разу не видел, но брюнету может и удивиться. Вдруг у них в роду все светловолосые? И вообще, это была твоя идея. Помнишь?

— Хорошо, не будем бросать тень на репутацию почтенной матушки графа. — Хоть Деррих и не обладал запасами оптимизма Тэйсаха, но подолгу переживать тоже не умел. И, смирившись с неизбежным, уже хозяйски присматривался к поверженному рыцарю. — По крайней мере, в моей коллекции появятся первые приличные доспехи.

Утром на развилке дорог отряд герцога Тессира поджидали два всадника. Молодой светловолосый рыцарь, едва прошедший посвящение, нервно теребил уздечку великолепного гнедого коня. Некоторое недоумение вызывал находящийся на его плече фиолетовый лирисси — обычно эти животные являлись питомцами чародеев, но чего только в жизни не бывает. Маг, сидящий рядом на смирном мышастом тяжеловозе, был напряжен и задумчив, будто готовил какое-то сложное заклинание.

Деррих покосился на этого перестраховщика-пораженца и попытался успокоить:

— Чего ты резерв впустую тратишь? Он племянника не видел ни разу, значит, опознание будет проходить по гербу, фамильному мечу, графскому перстню с печаткой и письмам. Все это у меня есть. Подлинное, между прочим. Уж четыре-то дня продержимся! — Вчера, прежде чем вылезти на поляну, друзья долго сидели в кустах и слушали болтовню жертвы. Во-первых, чтобы убедиться, что граф — именно тот, кто им нужен, во-вторых, чтобы получше уяснить ситуацию. Как можно не знать в лицо близкого родственника, дракон представлял слабо, но вполне допускал, что у бескрылых, живущих в разных концах большой страны, могут быть сложности с нанесением визитов друг другу. Особенно, если они заняты на государственной службе и не могут тратить полтора месяца на дорогу в одну сторону. Потом Деррих вспомнил любимую тетушку и решил, что в положении людей есть свои преимущества. — Лучше бы придумал, чем его отвлекать будешь, если он меня о родне спрашивать начнет.

— Об этом не беспокойся. — Сах весело прищурился какому-то воспоминанию и затянул последний узелок энергетического плетения. — Я в отвлечении внимания от неудобных вопросов за годы учебы так на магистрах натренировался, что никакие герцоги мне не страшны. А с сотворенными заклинаниями тем более. После случаев с мокряной и оборотнем я буду последним дураком, если не подготовлюсь к неожиданностям заранее.

— Тише. Вот они.

Из-за поворота узкой лесной дороги показалась шестерка всадников передового разъезда. Горячие скакуны, покрытые алыми попонами, гарцевали, направляемые твердой рукой герцогских гвардейцев. Закованные в великолепную броню воины приостановились, заметив чужаков, и двое из них подскакали к Дерриху. Старший окинул друзей таким взглядом, что дракон мгновенно почувствовал себя нерадивым новобранцем и небрежно коснулся рукой шлема.

— Приветствую вас, сэр. Я десятник гвардии герцога Тессира, Киррон Лешт. Назовитесь.

— Приветствую, десятник. — Деррих не очень хорошо разбирался в человеческих межвоинских отношениях, но решил, что его положение все-таки выше, поэтому ограничился вежливым кивком. — Я граф Тарвет Киартский. Герцог должен был предупредить вас обо мне.

— Верно. — Десятник склонил голову к плечу, видимо сравнивая тот герб, что видел перед собой, с выданным герцогом описанием, и, не найдя расхождений, кивнул второму. — Айстин вас проводит.

Деррих тронул коня и вслед за провожатым двинулся навстречу «дядюшке». Пристроившийся чуть сзади Сах многозначительно шевельнул пальцами, показывая, что заклинание, в случае чего, готово. «Да уж. Посмотрим, помогут ли герцогу его гвардейцы против таких сумасшедших, как мы», — заключил дракон. Что именно наколдовал незнакомый с боевой магией Сах, Деррих предпочитал не думать. Все равно ведь не угадает. Боевые маги, наверняка сопровождающие герцога, и те, что охраняют замок, не угадают тем более.

Дядюшка, седовласый обладатель теплой улыбки и колючих серых глаз, обнаружился за поворотом, во главе колонны подтянутых воинов в великолепных доспехах, восседающих на лошадях, которым бы иной придворный обзавидовался. Выражением лица почтенный вельможа так живо напоминал старейшину клана, что Деррих помимо воли поежился и в то же время почувствовал себя, как дома. На что способны такие вот старшие родственнички ради заботы о молодом поколении и из абсолютно благих побуждений, он знал хорошо. Долго страдал под «гнетом и тиранией», пока не нашел себе пещеру подальше от владений клана и не съехал, а теперь неожиданно понял, что соскучился.

Сопровождающий вежливо представил новоприбывшего и волшебным образом испарился подальше от глаз начальства. Сах пожалел, что не может последовать его примеру и ненавязчиво подъехал поближе к дракону. Против такого типа и двоих маловато будет. Холодные глаза герцога в сочетании с теплой улыбкой создавали неприятный перепад температур.

— А, дорогой племянник! Успел-таки! Я вижу, моего скромного подарка хватило, чтобы твои маги рискнули открыть телепорт.

«Ничего себе! — Деррих выдавил ответную улыбку, стараясь не таращить глаза слишком сильно. — А племянник-то и впрямь дорогой получается. Сколько ж герцог денег отвалил, что маги согласились портал открыть, наплевав на угрозу прорыва?» По самым скромным подсчетам выходило, что примерно столько, сколько у самого Дерриха хранилось в сокровищнице.

— Да, спасибо, дядюшка. Рад наконец познакомиться с вами лично. — Дракон стойко терпел придирчивый осмотр. Насчет подлинности демонстрируемых вещей он не беспокоился, но под взглядом Тессира как-то вдруг вспомнил, что плащ от копоти отчистить так толком и не удалось, а накидка в дороге изрядно помялась и пропиталась травяным соком. Хорошенький видок для знакомства со старшим родственником. «Так, стоп, он мне не родственник. И вообще, это только на четыре дня». Деррих мысленно встряхнулся. Со второй попытки улыбка получилась действительно непринужденной. — Боюсь, рассказы родственников были недостаточно точны, чтобы я мог составить себе правильное представление о вас. — Тьма ведает, что там настоящему графу рассказывали, но фраза вроде бы достаточно универсальная.

— Да. — Герцог, очевидно, пришел к какому-то выводу, так как жестом предложил Дерриху пристраиваться рядом, гневно зыркнул на Саха, который без приглашения присоединился к племяннику, и тронул коня вперед. — Знаешь, у тебя совершенно отцовская улыбка. И, кстати, о фамильном сходстве. — Граф сделал паузу, от которой Деррих внутренне захолодел, а Сах чуть не спустил приготовленное заклятие. — Надеюсь, ты не болтал о нашей маленькой затее?

— Конечно нет. — Деррих почувствовал, что еще немного, и он растечется по седлу от облегчения. Порыв ветра приятно остудил лоб, покрытый капельками пота, и Деррих понял, что взмок вдвое сильнее, чем следовало бы по погоде. «Только бы герцог не заметил. Его такая реакция на невинную фразу может и удивить». — Инструкции в ваших письмах были абсолютно ясные. Единственный человек, который в курсе вашей затеи, сейчас находится рядом со мной.

Герцог удостоил Саха, который выглядел все так же шалопаисто, как и неделю назад, еще одного неодобрительного взгляда, и куда более хмуро посмотрел на протянутые ему письма. Почему Тарвет их не уничтожил, Деррих искренне не понимал. Дядюшка, судя по насупленным бровям и жестким складкам у рта, тоже.

— Почему… Ладно, что взять с молодого идиота. Особенно, если твоего отца вспомнить.

Тут Дерриха задело за живое. Хоть он и не знал покойного батюшку графа, но кто давал этому надутому индюку право говорить о нем таким тоном?! В конце концов, герцог считает, что говорит с настоящим Тарветом Киартским, мог бы и повежливее быть.

Проигнорировав незаметные для герцога, но вполне ощутимые тычки друга, по решительному развороту плеч понявшего, что Деррих закусил удила, дракон не хуже самого Тирисса сверкнул глазами:

— Мой отец был очень достойным человеком, милорд. А если вам нужен кто-то, вовсе не имеющий недостатков, обратитесь к жрецам. Говорят, среди них изредка попадаются идеальные люди.

Вопреки опасениям мага, взрыва не последовало. Во взгляде герцога впервые с начала разговора появилось что-то, похожее на одобрение.

— Что ж, может, ты и прав. Из тебя еще выйдет настоящий рыцарь и толковый правитель. — Герцог Тессир критически осмотрел посадку племянника, неловко пристегнутый к поясу меч, струйки пота, стекающие под ворот доспеха, неправильно, кстати, застегнутого, и вынес вердикт: — Не скоро. Но все время, которое ты проведешь под моим присмотром, будет потрачено на подготовку. Для начала десятники научат тебя нормально владеть оружием. Начнете на привале.

«Что?! Кого он из меня делать собрался»? Деррих попытался задавить ужас и изобразить сообразное случаю одобрение. Герцог с любопытством наблюдал за его лицом, не спеша прерывать мыслительный процесс племянника. Сах, пользуясь тем, что они едут впереди отряда и никто не может видеть его лица, давился рвущимися с языка комментариями и жалел, что нельзя смеяться. Если вызвать неудовольствие герцога, то он, чего доброго, отошлет его к отрядным магам, а упускать такое представление было бы настоящим преступлением.

— А сейчас довольно праздной болтовни. Поговорим о твоей задаче. Судя по тому, что удалось узнать службе безопасности, — и маг, и дракон насторожились, ловя крохи информации, которые им мог сообщить герцог, — похитителей было двое, и на прямое столкновение они были не настроены. Бойцы из них, судя по описаниям, неважные. Весь расчет, по-видимому, был на эту их странную телепортацию, кстати, не оставляющую разрывов в пространстве. Если их поймают живыми, служба безопасности их даже издали не увидит — лорд-маг себе заберет, недаром он в Озерный Клык столько своих подчиненных нагнал, что честным воинам дышать нечем. Значит, твоя обязанность держаться как можно ближе к Уэлте, особенно в те моменты, которые похитители могут счесть подходящими для нападения, и при этом не надоесть принцессе назойливостью, а расположить к себе. Учитывая настрой этих мерзавцев, во время нападения тебе не обязательно убивать их лично, просто продержись до прихода подмоги. Если возьмем живыми, можно будет обменять их у магов на что-нибудь полезное. Но не увлекайся этим, твоя задача — убедительно спасти принцессу. Вопросы есть?

— Да. — Деррих помялся и начал с самого смущающего. — Насчет моментов, пригодных для похищения. Учитывая желание похитителей сделать все по-тихому, они будут выбирать момент, когда принцесса одна, а мне вламываться туда совершенно неприлично. Не буду же я у нее на коврике возле кровати спать?

Герцог легким движением брови отмел аргумент как несущественный.

— Будешь в пределах слышимости находиться. Бегаешь хорошо?

— Если услышу крики, добежать успею. А с теми охранниками, которые стерегут ее сейчас, что делать? Они могут оказаться первыми.

Тессир постарался скрыть одобрение за нахмуренными бровями, впрочем, не слишком старательно. Племянник оказался не таким оболтусом, как жаловался в письмах брат. По крайней мере, хотя бы пытается просчитать ситуацию. Может, если взяться за него всерьез, действительно толк выйдет?

— Не успеют. Наш отряд равен тому, что прибыл с принцессой, даже если прибавить к нему гарнизон замка. Надавлю, попробую оттереть подальше от принцессы, а потом соглашусь на разумный компромисс. Главное, сам не оплошай, а там и свадьба не за горами.

Деррих от таких перспектив сдавленно кашлянул и рискнул задать давно мучающий его вопрос:

— А одобрит ли такой союз король? Принцесса может хотеть чего угодно, но решает-то он. Граф в качестве супруга для королевской дочери — это как-то… мелковато.

Почувствовав предупреждающий пинок Саха, Деррих поспешно захлопнул рот, но было уже поздно. «Тьма! Кажется, я выбился из образа самовлюбленного болвана. Надо было выпятить грудь колесом и сказать что-нибудь одобрительное. Но интересно же. А этот, похоже, заподозрил что-то, вон как вглядывается!».

Герцог действительно смотрел на племянника и пытался по его лицу понять, что вызвало последнюю фразу — необразованность или самокритичность. Лицо вроде умное… Ах, да, брат жаловался на то, что Тарвет любил в свое время сбегать с уроков и делал это чаще, чем позволено наследнику графства. Ну что ж, почему бы не восполнить пробел в образовании юнца, раз уж все равно случай представился. Тем более вон как внимательно смотрит, будто от ответа жизнь зависит.

— Граф из рода, не уступающего древностью и славой королевскому, а также имеющий в своих владениях единственные на все королевство соляные копи, вполне неплохая пара для самой младшей из одиннадцати принцесс. Особенно после того, как у короля наконец и сыновья появились. Да и после соляных бунтов, произошедших пять лет назад, он будет рад привязать тебя к себе. Убытки казна тогда понесла просто колоссальные. Конечно, всего этого недостаточно, чтобы посвататься, но пожелания влюбленной принцессы и героическое спасение, которое с удовольствием подтвердит весь мой отряд, должны склонить чашу весов в твою пользу. — Герцог задумчиво улыбнулся и протянул: — Да и родство со мной не последним аргументом будет.

— Понятно. — Деррих искоса посмотрел на благодушно улыбающегося герцога и задумался, не приложил ли тот руку к беспорядкам пятилетней давности с дальним политическим прицелом? Этот, пожалуй, может.

Когда замок приблизился настолько, что отряда коснулись дальние защитные контуры, неприятно царапнув ауру магически одаренных, к герцогу подскакал пожилой маг и с поклоном ему что-то прошептал. Тессир посмотрел на солнце, еще не успевшее как следует приблизиться к зениту, поморщился и скомандовал привал.

Деррих глубоко вдохнул, стараясь привыкнуть к неприятному ощущению. Странно, когда он подлетал к замку в образе дракона, ничего такого не было. Энергии не хватило, чтобы вместо контура купол такого размера поставить? Да, скорее всего. Защищаемая площадь очень даже не маленькая.

Убедившись, что герцог уединился на краю поляны с двумя старшими магами и до окружающих ему дела нет, а Сах уже что-то активно обсуждает с более молодыми коллегами, Деррих пересадил лирисси с плеча на холку коня, с наслаждением растянулся на земле и подумал о чудодейственном зелье Саха. Том, которым он после полета лечился. Давненько на лошади сидеть не доводилось. Нет, столь короткий путь здоровью дракона ущерба не нанес, но более длительное путешествие самозваного рыцаря непременно разоблачит, а он даже убежать толком не сможет. Ну не ездят обычно драконы на лошадях, что тут поделаешь?

Напряжение от внедрения в отряд схлынуло, и после беспокойной ночи начало клонить в сон, но задремать дракону не дали. В поле зрения Дерриха появились стоптанные кавалерийские сапоги, и хриплый голос непреклонно потребовал:

— Вставайте, милорд.

Над Деррихом возвышался десятник Лешт, держащий в руках точно такую же алую накидку, как те, что покрывали доспехи остальных воинов отряда, и плащ с гербом дядюшки.

— Поскольку вы будете изображать одного из гвардейцев лорда Тессира, вам придется переодеться.

Натянув кровавые с вкраплением золота («очень символичное сочетание цветов, как бы за предсказание не сошло») обновки, Деррих собрался было завалиться обратно подремать, но снова вмешался десятник:

— Теперь пожалуйте на тренировку.

— Какую?! — Дракон, как мог, стряхнул сонную одурь и честно попытался понять, что от него хочет человек.

— Ну как же, — десятник ненатурально удивился, — герцог сказал, что предупредил вас о том, что я буду учить вас владению оружием.

Полузабытое обещание Тессира сделать из него настоящего рыцаря стало пугающе реальным.

— Было такое… Послушайте, давайте начнем делать из меня настоящего рыцаря после прибытия в замок?

«А там, глядишь, начнется мое бдение у принцессы и станет не до того».

— Нет. Прямо сейчас.

Весь вид десятника выражал решимость тащить нерадивого молокососа на тренировку, если понадобится, за шиворот и пинками.

— Что вы себе позволяете, десятник?! — уцепился за последнюю спасительную мысль дракон. Гнев и возмущение получились убедительными настолько, что любому избалованному аристократу оставалось бы только молча позавидовать. — Как вы позволяете себе говорить с графом?!

Ухмылка Киррона Лешта на корню выстудила не родившееся драконье пламя.

— Это до того, как вы надели форму, вы графом были, а теперь… Встать, новобррранец, когда с тобой старший по званию разговаривает! Я еще сделаю из тебя настоящего гвардейца!

Деррих поймал одобрительный взгляд герцога, на миг оторвавшегося от разговора с магами, и поплотнее сжал губы, удерживая горловой рык. Нет, никаким магам он этих треклятых воров не отдаст. Сам разберется.

Когда отряд остановился и, презрев близость замка, стал устраиваться на дневку, Сах отправился знакомиться с собратьями по ремеслу. Пользуясь отсутствием беседующего с герцогом начальства, разновозрастные отрядные маги с любопытством уставились на новичка.

Знакомство началось с традиционных расспросов. Вопрос о том, где Сах учился, сразу выявил выпускников столичной академии. Они, услышав о Гоарте, пренебрежительно скривились, а прочие, наоборот, уважительно примолкли. Самый молодой из группы (всего лет на пять старше Саха) кивнул на поджарого магистра с военной выправкой, что-то с жаром объясняющего недовольному герцогу.

— Вот и таул Лоррон тоже у вас учился. А таул Реинд (грузный, но чрезвычайно подвижный для своей комплекции маг шустро перекатывался вокруг начальства подобно огромной фиолетовой капле ртути, не забывая вставлять в диалог фразу-другую) — у нас, в Фиорене. Меня, кстати, Риннем Иорн зовут, это таул Юнемус, таул Варист, таул Мирнон, Чермин, Тинтар, а эти два столичных сноба — Данрем и Верролт. — Один из снобов, тот который длинноносый, с рассеченной бровью, от такой характеристики шутливо округлил глаза и ухмыльнулся, а другой брезгливо скривил губы, отчего вдруг живо напомнил Саху достославного завуча, с его неизменными унылыми залысинами и сбитыми на тренировочной площадке костяшками пальцев. Аж теплом повеяло, будто из дома привет получил. Сах вежливо кивнул пожилому магу и с некоторым фатализмом приготовился к неприятностям с его стороны.

Седенький старичок, с посверкивающими от переполняющей его магической мощи глазами (не то Варист, не то Мирнон — с первого раза Сах не запомнил, а освежать память заклинанием посчитал нецелесообразным), задумчиво пощипал бородку цепкими узловатыми пальцами, покрытыми шрамами и пятнами от реактивов. Конкретно сейчас в его глазах светилась не столько магия, сколько сомнение.

— Молодой человек, а боевой опыт у вас есть?

— Разумеется, — весьма натурально оскорбился Сах. Покопался в сумке и небрежно передал магу клешню мокряны. «Этак она у меня скоро в личный талисман превратится. Поколдовать над ней, что ли»? Сах представил себе, как на глазах у изумленных клиентов, не прекращая светского разговора, достает покарябанную клешню, и решил, что к выбору заклинаний надо будет подойти очень тщательно. Не хватало кого-нибудь до икоты довести. — У нас таких в старых катакомбах много водится.

Клешня пошла по рукам. Боевые маги уважительно цокали языками на размер трофея и по следам на поверхности пытались определить, какое заклинание стало причиной смерти монстра. Как ни странно, многолетний боевой опыт оказался в этом деле бессилен, но с ходу выпытывать чужие секреты мастерства постеснялся даже брюзгливый Верролт.

Чермин вернул клешню и задумчиво потер ладони:

— Надо же, мне графство Киартрис всегда казалось в плане монстров благополучным. — Сах похолодел. К счастью, фиорнец не захотел выглядеть необразованным перед гоартским коллегой, поэтому поднапряг память и довольно улыбнулся: — Это, наверно, в старых нунмарских катакомбах? Я слышал, многие ваши города поставлены на остатках их поселений.

— О да. — Сах внутренне поежился, вспоминая свой первый и, как он надеялся, последний, визит в катакомбы, и поспешил перевести тему: — А в чем именно будут состоять наши обязанности в Озерном Клыке? Охранять принцесс мне еще не доводилось.

Равно как и заниматься любой другой деятельностью из сферы боевой магии. Но, учитывая обстоятельства, выяснять круг своих обязанностей следовало исподволь и очень осторожно.

Маги затруднение молодого коллеги поняли правильно, то есть так, как хотел Сах.

— Да ничего особенного. Рутина всегда одинаковая, кого ни охраняй: будем по очереди сторожевых монстров кормить, на зачистку местности от диких тварей выезжать. — Риннем с мечтательным прищуром оглядел пышные кусты, усыпанные мелкими пурпурными цветами, и добавил: — Их тут много должно быть всяких разных, места-то глухие, гонять некому. Отряды сопровождать, если из замка выезжать будут…

— Перестань нагнетать тоску, Рин, — одернул разошедшегося чародея более внимательный Дарнем. — От такого списка даже я загрущу, а наш молодой коллега совсем скис. Не волнуйся, — длинноносый успокаивающе хлопнул Саха по плечу, — нас много, работать будем посменно, да еще есть маги, которые с принцессой пришли, так что дежурства будут выпадать не очень часто, а в остальное время мы славно развлечемся турнирами по боевой магии. Раз уж в одном месте столько боевиков собралось и тренировочная площадка есть, грех не отточить мастерство и не поделиться секретами.

На последней фразе все довольно заулыбались (таинственное заклинание, которым новичок упокоил мокряну, по-прежнему не давало покоя профессионалам), а Сах выдавил из себя радостное восклицание и с тоской подумал о том, что данные себе обещания надо выполнять, а он после визита в катакомбы так и не освоил заклинание огненного шара. Но ладно, в Озерном Клыке им придется провести не больше четырех дней. Продержится как-нибудь. Наверное.

И кстати, надо будет подумать, какие еще из известных заклятий можно под боевые переделать — вдруг на зачистку ехать придется или на турнир затащат. Не победит, так хоть удивит этих вояк. Приняв решение, Сах от души рассмеялся какой-то шутке таула Тинтара и полностью погрузился в процесс знакомства — слабые и сильные стороны вероятного противника лучше узнавать заранее.

Когда обессиленный и покрытый синяками с ног до головы Деррих повалился на прежнее место, над головой раздался вкрадчивый голос дядюшки:

— Лежишь? Отдыхаешь? А ты проверил, как устроились воины и все ли у них есть? Ты правитель и должен думать о таких вещах.

— Но это же ваш отряд!

— Ну и что? Ты мой племянник, и если со мной что-то случится, он станет твоим. Ты должен уметь отвечать за своих людей. Вставай. А теперь иди и проверь, как устроились воины.

«Четыре дня. Я должен продержаться всего лишь четыре дня до атаки похитителей», — повторял, как заклинание, Деррих, направляясь к кострам, вокруг которых устроились гвардейцы.

Сваленные аккуратной кучкой на ворох лапника люди начали приходить в себя к утру. Пока раздетые до исподнего граф и маг безадресно, но с чувством ругались по поводу пропавших вещей и пытались определить, где они находятся и как здесь очутились, слуги, стараясь убраться из-под ног гневающегося начальства, отошли к самому дальнему краю поляны и тихонько переговаривались. Темой их разговора также было странное происшествие, но обсуждение велось в несколько ином ключе.

— Э-эх, такой план провалился! — сокрушенно покачал головой старший, потирая зудящие шрамы на тыльной стороне ладони. И зажили уже почти год назад, а все одно после всяких передряг о себе напоминают.

— Ничего, не получилось хитростью, попробуем магией. Это тебе не книги из библиотеки таскать. — Младший был полон оптимизма. Светлые, неумело обстриженные волосы стояли дыбом, придавая ему вид воинственный и задорный одновременно. — Нам бы только до Озерного Клыка добраться, а уж принцесса никуда не денется. Но все-таки интересно, откуда здесь взялся дракон?

ГЛАВА 6.

Отряд неторопливо, с чувством собственной значимости выехал из леса и замер перед опущенной решеткой предмостных укреплений.

Стражей видно не было, но Деррих не сомневался, что они на предписанных уставом местах и в полной боевой готовности. Каменные блоки надвратной башни, казалось, дрожали и плыли в горячих потоках воздуха и почти осязаемых струях упорядоченной магии; от активированных магических пластов охранного периметра вдоль хребта то и дело пробегали волны жара. Интуиция твердила, что как минимум половина из этих слоев была активной защитой, уничтожающей врага прежде, чем он подойдет на опасное для защитников расстояние, и не пущена в ход только потому, что стражи замка узнали герцогские гербы.

Ничуть не смущенный приемом лорд Тессир сделал отряду знак оставаться на месте и не нервировать защитников (мало ли, вдруг там новички есть?) и подъехал к самой решетке. После короткого разговора, который дракон не расслышал, и демонстрации чего-то, что дракон не рассмотрел, решетка с мягким рокотом хорошо отлаженного механизма поднялась, и появились знакомые (по разведке) проверяющие со связками кулонов в руках. Герцог подошел к ним, и началась процедура выдачи пропусков.

Первым по знаку герцога приблизился Деррих.

— Вы подтверждаете, что этот человек ваш гвардеец? — Получив утвердительный ответ, замковый маг сверился с амулетом, разрушающим личины, и протянул дракону медную бляху с номером. — Пропуск не терять, за ворота замка в одиночку не выходить. Следующий. Вы подтверждаете, что этот человек ваш маг?..

Просочившийся следом за Деррихом на мост Сах залихватски крутанул пропуск за шнурок и только после этого нацепил на шею:

— Наконец-то можно заняться делом.

— Да, охрана принцессы мне больше нравится, чем скитания по глуши, — бодро откликнулся дракон, размышляя, может кто-нибудь их подслушивать или нет. По всему выходило, что в первые дни за новичками должен быть особый контроль, но насколько далеко он зайдет, Деррих гадать не взялся. Тем более рядом появился третий всадник — гневно зыркающий на Саха сэр Ирмен, командир гвардейцев, который по правилам здравого смысла и этикета должен был идти вторым, — и на мосту сразу стало тесно. Злой буланый жеребец, чувствуя настроение хозяина, сердито храпел и норовил цапнуть флегматичного тяжеловоза Саха. Сзади его уже подпирал командир магов.

Оценив на глаз ширину моста и количество всадников, Деррих направил коня к замку, и остальные без возражений потянулись за ним. Почуявшие скорый отдых лошади звонко цокали по разноцветным, как морская галька, каменным плитам.

«Странно оборачивается забавное приключение по поиску книги. Я стал предводителем рыцарского отряда, Сах переквалифицировался в боевого мага. Интересно, может ли случиться что-нибудь еще более чудное, или мы уже исчерпали весь запас невероятных происшествий и все остальное будет скромнее и спокойнее?» Поразмыслив, Деррих так и не придумал ничего, что могло бы в своей нелепости превзойти текущее положение вещей, успокоился и улыбнулся далеким женским фигуркам, выглядывающим из-за окольчуженных мужских спин.

Миновав еще один защитный периметр, уже на замковых воротах, отряд плотно утрамбовался на нижнем дворе. Серые каменные стены, изрезанные бойницами, и плотно затворенные ворота во внутренний двор с гостеприимно распахнутой калиточкой создали бы серьезные неудобства нападающим. К сожалению, прибывшему подкреплению здесь было тоже не слишком комфортно. Ни развернуться, ни отъехать назад, ни протиснуться вперед было решительно невозможно.

Комендант замка, встречавший гостей на высоком крыльце какого-то подсобного здания и, видимо, надеявшийся командовать оттуда, обнаружив герцога на другом конце забитого всадниками двора, мученически скривил губы, но спорить с предписаниями этикета не рискнул. Тихонько рыкнул на стоящих в сторонке конюхов, чтобы прекратили пялиться и занялись делом. Вежливо, на ходу представил Дерриху, в котором непостижимым профессиональным чутьем определил заместителя командира (хотя сам Деррих себя таковым абсолютно не чувствовал), своего управляющего с тем, чтобы они совместными усилиями разместили вновь прибывших, и ввинтился в пропыленную, пахнущую резким лошадиным потом толпу. Приветствовать высокого гостя.

Следом за ним, гонимый правилами этикета, протискивался старший замковый маг. Энергичный человек средних лет, с короткой черной бородой, в которой виднелись первые нити седины, показался дракону смутно знакомым. И упорство, светившееся в светло-карих с прозеленью глазах, — тоже. Гадать, где и когда пересекались их пути, было некогда — и управляющий, и воины требовали внимания здесь и сейчас, так что Деррих был вынужден отложить воспоминания на потом.

Дракон слез с лошади и ободряюще кивнул издерганному управляющему.

И понеслось. Проверить конюшни, проверить казармы, проверить, предупредили ли поваров о том, что прибыло пополнение. «Сэр Тарвет, четвертому десятку места в казарме не хватило». «Сэр Тарвет, я никак не могу допустить, чтобы эти вояки квартировались в покоях для высокородных гостей — они изгваздают восточные ковры и перебьют юрмильские вазы!» «Сэр Тарвет, маги требуют лабораторию. Откуда мне знать, зачем она боевым магам? Требуют, и все». «Сэр Тарвет, можно я побью этого негодяя? Это ж надо додуматься герцогских гвардейцев в подвал селить?! Да я его сам в ящике с репой закопаю!» И еще, и еще…

Тактический маневр коварного герцога, пристроившегося в хвост колонны и выдвинувшего вперед нерадивого племянника, стал понятен. Как и большинство пожилых людей, лорд Тессир предпочитал учить молодежь на практике и в экстремальных обстоятельствах, поэтому кинул Дерриха в гущу событий, а сам, посмеиваясь в усы, отправился «дать отдых старым костям да переодеться с дороги. Не тот уже возраст, не тот. Нет, пойдемте сэр Ирмен, Тарвет сам справится». В том, что вечером последует самая тщательная проверка и безжалостный разбор допущенных промахов, Деррих даже не сомневался, поэтому крутился, как проклятый, стараясь успеть везде и проверить все. Плесень на стене казармы, пересоленная до несъедобности каша, перетряхиваемые сенники и недочищенные кони слились в бесконечную череду кошмара, вывалившись на миг из которого, дракон заметил одобрительные и сочувствующие взгляды стайки девушек в белых платьях, наблюдающих за ним с галереи. На фоне светлых стен наряды такой расцветки играли роль маскировочных плащей, вроде тех, что любят использовать рейнджеры. «Интересно, они специально так оделись или просто следуют предписаниям столичной моды? Если специально, то могут быть сложности с охраной — прятаться и убегать от собственных телохранителей неразумно».

Наверняка среди них была и принцесса, но развивать успех и знакомиться было решительно некогда, поэтому Деррих смахнул пот со лба и пошел дальше. Вопрос с размещением четвертого десятка все еще оставался открытым.

К ужину все организационные вопросы удалось благополучно утрясти, и Деррих был милостиво допущен герцогом к «благородному» столу, а не отправлен исправлять то, что натворил за день, как опасался.

После хлопот и беготни жесткий неудобный стул казался мягким креслом, мрачный зал, идеально приспособленный для обороны и абсолютно непригодный для светских развлечений, — уютным, а зажаренные до хрусткой золотистой корочки плотвички — пищей богов. Слева сидел пригласивший сам себя Сах, которому незнакомый с распределением власти в прибывшем отряде управляющий не посмел отказать, и едва слышным шепотом комментировал увиденное в замке, стараясь, чтобы возможным слухачам его речь казалась обычным трепом.

Деррих наслаждался жизнью и потихоньку рассматривал остальных присутствующих. Прежде всего дракона, разумеется, интересовала единственная имеющаяся у них с Сахом зацепка, которая должна помочь в поисках украденной книги, — принцесса. Неземной красоты, положенной, по уверениям менестрелей, всем юным особам королевской крови, не удалось обнаружить ни на первый взгляд, ни на второй, но в целом девушка дракону понравилась. По крайней мере, сидеть рядом с ней в засаде не противно будет. Уэлта обладала неплохой фигуркой и тонкими, но не слишком правильными чертами лица. Карие глаза не поражали размером, но в них светился живой ум, а если хорошенько приглядеться, то и совершенно неподобающие столь высокородной особе веселые искорки.

Жизнь в обеденной зале била ключом. Принцесса вежливо беседовала с герцогом Тессиром, комендант крепости бодался взглядами с капитаном телохранителей принцессы, и оба они с подозрительным единодушием бросали злобные взгляды на герцога. Понаблюдав за ними, дракон сделал вывод, что, пока племянник бегал, свесив язык на плечо, и устраивал отряд, дядюшка уже начал воплощать план по «надавливанию и оттиранию». А то и до «разумного компромисса» довел. Командиры магов, не приученные грызться между собой по пустякам, деловито перераспределяли обязанности. Сидящий в конце стола пожилой толстяк, более всего напоминающий лохматого филина, с отменным аппетитом поглощал рыбу, сопровождая каждый кусок печальным вздохом. Окружающие его фрейлины сочувственно переглядывались и хихикали.

Смутно знакомый гарнизонный чародей, сидевший по правую руку от коменданта, беспокоил Дерриха все больше. В основном тем, что каждый раз, когда смотрел в сторону дракона, делал такое лицо, будто пытался что-то припомнить. Деррих же так и не смог вспомнить, где видел этого достойного человека, и теперь боялся, что память мага окажется лучше. Огнедышащие ящеры вообще более запоминающееся зрелище, чем волшебники средних лет.

Первым устал мучить свою память маг:

— Позвольте представиться, сэр, мое имя Ронерт Лирем. Мы не могли с вами где-то раньше встречаться? Ваше лицо кажется мне знакомым.

Удивленно-заинтересованная улыбка получилась у Дерриха чересчур широкой — корчить рожи и одновременно вспоминать все, что ему известно о графе и где тот мог за свою жизнь побывать, оказалось неудобно.

— Рад знакомству, таул Лирем. — Имя никаких ассоциаций не вызвало, и дракон подавил разочарованный вздох — легкие пути не слишком полезны для развития личности, но безусловно приятны. — Я Тарвет Киартский. Может быть, вы видели меня, когда бывали в Киартрисе? Я слышал, у нас какая-то полезная для чародейства трава растет, многие маги за ней по осени приезжают.

— Нет. — Ронерт с непритворным огорчением покачал головой. — Сколько раз собирался, да все время выкроить не получается. Очень уж далеко. Может, мы в столице пересекались? — Казалось бы, какая разница? Но что-то не давало чародею покоя. Где он мог видеть этого юного сэра? И почему это так его беспокоит? Интуиция твердила, что он упускает что-то важное.

В это время Деррих так же спешно перетряхивал свою память, и его тоже подхлестывала интуиция. Точнее предчувствие, что неправильный ответ может стоить исключительно дорого. Вон уже и герцог заинтересованно прислушивается. «Настоящий Тарвет, когда перед своим магом о планах на свадьбу распинался, упоминал что-то о вассальной клятве, которую приносил королю после смерти отца, значит, как минимум один раз в Черралисе был. Да, он еще сокрушался, что с герцогом тогда не встретился, тот как раз по делам куда-то уехал».

— Возможно. Но вряд ли мы были представлены. Я бы запомнил, да и вы, полагаю, тоже.

— О да. — Маг недовольно прищурил глаза и привычным жестом огладил левую манжету. — Память у меня хорошая.

«Тьма! — Озаренный догадкой, Деррих поперхнулся воздухом и закашлялся, с трудом удерживая вежливое выражение лица. — Откуда этот хмырь тут взялся»?

Сах, уже некоторое время с беспокойством прислушивающийся к разговору, похлопал приятеля по спине:

— Так и знал, что после разноса, устроенного поварам, ты за едой подавишься.

Раздавшиеся в ответ на незамысловатую шутку смешки позволили Дерриху спокойно выдохнуть. В этот раз пронесло.

После ужина наконец появилась возможность нормально поговорить.

Сах начаровал заклинание от подслушивания и слегка замедлил шаг:

— Рассказывай, где ты этого типа видел. Ты ведь узнал его. Так?

Местом для секретных бесед парни избрали крепостную стену и сейчас прогуливались, обновляя заклинания (Сах) и проверяя посты (Деррих). Причиной такого выбора послужило то, что дракону предстояло насладиться новыми жизненными впечатлениями от проживания в казарме, никоим образом не подходящей для приватных разговоров, а комнатушка мага размерами и интерьером больше напоминала камеру одиночного заключения. Разве что вместо соломы для сна предлагался узкий топчан с сенником и лоскутным одеялом. В первый же заход в этих апартаментах было обнаружено не слишком старательно замаскированное следящее заклинание.

— Узнал. — Деррих подставил разгоряченную голову прохладному озерному ветру. Жутко хотелось перекинуться и полетать, привести мысли в порядок. Или поплавать в задорно бликующей прозрачной воде — жаркая тяжесть доспехов, казалось, давила не только на плечи, но и на мозги. «Неудивительно, что во всех байках рыцарей тупыми выставляют. Как они при таком раскладе вообще думать умудряются?» — Я с этим… нехорошим человеком, использующим служебное положение в личных целях, в Ритурене пересекся. На почве любви к книгам. В тамошней книжной лавочке интересные вещи иногда попадаются, так что я туда заглядываю время от времени. В тот раз, допустим, иллюстрированный травник самого Киртауса появился. Не делай такие глаза, можно подумать, ты его у меня не видел. Да? Ну ладно, вернемся — покажу. Нет, не подделка, что я подделку от оригинала не отличу? Так вот, этот Ронерт Лирем там был и тоже понял, что это не подделка. Сначала, к радости тейира Орвета, хозяина лавки, мы честно понадбавляли цену. У меня денег оказалось больше, а у Ронерта под конец торга обнаружилась грамота, что он находится на королевской службе. Пришлось Орвету, скрипя зубами, продать книгу ему. Ну раз в ход пошли силовые аргументы и запрещенные приемы, я подождал, пока он за городскую черту выедет, перекинулся в дракона и привел свои доводы. Сундук с барахлом, среди которого книга лежала, потом честно оставил на дороге.

— Так он знает, что ты дракон?! — Маг быстро огляделся, нет ли поблизости кого-то, кто мог прочитать последнее восклицание по губам. Часовые старательно пялились на лохматую кромку леса, пережидая инспекцию, и к делам начальства интереса не проявляли.

— Скорее всего, да. Он не дурак, а я тогда не особо скрывался. До гнезда далеко, до места службы этого типа еще дальше. Не думал, что мы с ним еще когда-нибудь пересечемся. Не узнал он меня только потому, что у него в сознании не укладывается, что дракон может выдавать себя за рыцаря. Ну и благодаря Филу. Это крылатое недоразумение анимагии свою кормежку честно отрабатывает.

Лирисси, накормленный старательными поварятами почти до шарообразного состояния, кожаным воротником лежал на плечах Дерриха и не подавал признаков жизни, но дракон был уверен — стоит рядом появиться чему-нибудь вкусненькому, и этот «покойник» сразу оживет. Не съесть, так обнюхать и на зуб попробовать.

Для того чтобы сломить оптимизм Саха, одной неприятной новости оказалось недостаточно. Он подтянул сползший с бойницы узел защитного плетения и легкомысленно улыбнулся:

— Ладно, мы тут ненадолго, авось и дальше не вспомнит. Ты собирался свои списки «Изложения ритуалов» взять. По-моему, сейчас самое подходящее время заняться их изучением. А я те, что из библиотеки утащил, посмотрю. Потом поменяемся.

— Не думаю, что у нас будет много времени для вдумчивого изучения, Сах.

Навстречу им из угловой башни вышла принцесса, прогуливающаяся в компании с фрейлинами, магессами, герцогом и таулом Лорроном. При виде Дерриха герцог оживился, а маг многозначительно показал Саху амулет контроля над защитными монстрами — животных надо было кормить.

Бесконечно длинные сутки подходили к концу, и Деррих, готовясь лечь и полистать справочник перед сном, радовался этому неимоверно. Его не смущала ни жесткая лежанка, ни два десятка гвардейцев, шумно обустраивающихся на своих местах. Дракон уже стянул с себя все железо и готовился отправить вслед за ним насквозь мокрую тунику, когда в дверь казармы заглянул встрепанный Сах:

— Сэр Тарвет, можно вас на минутку?

День, несмотря на севшее солнце, заканчиваться никак не желал.

— Конечно, Тэйсах. — Дракон послушно вышел и прикрыл дверь, отсекая перешучивания и подколки воинов, но магу этого показалось мало. Успокоился он только тогда, когда оттащил Дерриха в какой-то грязный отнорок с кладовыми, затянутый по углам шпалерами паутины, и поставил защиту от прослушки. Убедившись, что посторонних нет и в ближайшее время не будет, Сах потряс зажатым в кулак амулетом, который прежде Деррих видел у таула Лоррона.

— Мне срочно нужна твоя помощь. Помнишь тех тварей, которые в воде под замком живут? Так вот, их, оказывается, тоже кормить надо! Да, сегодня мне! Как самому младшему, для начала чего попроще выделили. — Сарказм мага был Дерриху понятен — остальные, спихнув голодных тварей на Саха, занялись подновлением наложенных на крепость заклинаний. — Там четыре подземные секции для кормления. Мне таул Лоррон на южной показал, как это делается, и ушел: мол, все просто, как топорище, дальше сам справишься. А там действительно боевой маг для поддержания порядка нужен, иначе эти твари в процессе кормления друг друга к темной бабушке перегрызут. Старый амулет контроля лет десять как сломался, а новодел, что мне выдали, на монстров старой закалки почти не действует.

Как ни странно это звучало для Саха, но старшие маги и впрямь пожалели мальчишку и поделили участки с требующими обновления (триста лет охранной системой никто толком не пользовался, шутка ли?) заклинаниями между собой, подсунув ему для начала задание полегче и поинтереснее. Пускай отдохнет в первый день. И так на стене хорошо поработал, будто и не боевой маг, а бытовик или теоретик какой-нибудь.

— У тебя уже есть какой-то конкретный план действий? — уточнил дракон, прикидывая свои возможности.

— Сейчас придем на место и посмотрим.

Деррих возвел глаза к теряющемуся в темноте потолку. «По характеру Сах стопроцентный боевой маг. Как его, во имя Серебряной горы, в теоретики занесло?» Вопрос, как и следовало ожидать, остался без ответа, и Дерриху ничего не оставалось, кроме как последовать за устремившимся к цели чародеем.

Спускаться по сырой и выщербленной винтовой лестнице пришлось долго. В рыжих отсветах яростно трещавшего факела белесый мох, покрывающий стены и ступени, казался шкурой притаившегося во тьме существа. Капли воды, просачивающиеся кое-где сквозь заклинания и обветшавшую кладку, беззвучно исчезали в его густых волокнах. Через неравные промежутки в стенах появлялись черные провалы боковых коридоров, но Сах продолжал терпеливо спускаться вниз.

Наконец очередной лестничный виток вывел дракона и мага в низкий туннель.

— Почти пришли. — Голос Саха в гулкой подземной тишине прозвучал хрипло и тихо и породил долгое шелестящее эхо, будто бы не повторяющее слова, а говорящее о чем-то своем.

Деррих и сам уже учуял большое количество воды и нечто гораздо менее приятное. И вправду, через несколько десятков шагов в освещенном круге появился грубо сколоченный подъемник, заваленный дурно пахнущими объедками, а рядом — облицованный все тем же светло-серым камнем бассейн. Из-за решетки в его противоположном конце голодно и несчастно сверкали глазами знакомые по заплыву серые твари. Наиболее нетерпеливые покусывали толстые металлические прутья. Несмотря на темноту и расстояние, зубы были видны очень хорошо.

Уже знакомый с процессом кормления Сах подсветил решетку магическим огоньком и тоном профессионального сказочника, рассказывающего страшную историю на ночь, возвестил:

— Вот. А как еду в воде учуют, вообще с ума сойдут. Их специально такими сделали.

Нужды ненормальных теоретиков, выдающих себя за не пойми кого, древние анимисты в расчет не взяли. Деррих припомнил опыт общения с этими созданиями и уважительно склонил голову перед специалистами. Чужое мастерство он уважал, даже если оно выходило ему боком.

— Ну… Несколько боевых заклинаний я знаю, но убивать их, как я понимаю, нельзя?

— Правильно понимаешь. — Сах отыскал на стене рычаг подъемного механизма, но нажимать не торопился. — И калечить тоже нельзя. Таул Лоррон что-то болевое-ошеломляющее использовал, но так быстро, что я структуру даже рассмотреть не успел, не то что запомнить.

— Я такого тоже не изучал. — Задумчивое почесывание подбородка новых знаний не принесло, и Деррих пожал плечами. — Ты же знаешь, как я обычно действую в случае конфликтов.

Взгляды мага и дракона одновременно пересеклись на рычаге и переместились к решетке.

— Сможешь?

— Если не будешь запускать больше десятка за раз.

Переменивший ипостась дракон занял большую часть бассейна и значительно поднял уровень воды, слегка затопив пол в коридоре. Для голодных интриллов осталось совсем мало места — как раз оговоренный десяток и влезал. Твари нервно косились на Дерриха, торопливо заглатывали свою порцию, не отвлекаясь на взаимную грызню, и с облегчением убирались восвояси. Обычный вариант кормления им нравился больше, но пожаловаться на произвол новичка они, увы, не могли.

Порционное скармливание затянулось далеко за полночь. В последнем бассейне Деррих чуть не уснул. Разбудил его чувствительный даже сквозь чешую укус твари, почуявшей, что надзиратель дал слабину. Удар драконьей лапы объяснил нахалу всю глубину его заблуждений, и в дальнейшем обошлось без сюрпризов, но вернулся Деррих в казарму с саднящей шеей и полным комплектом дурных предчувствий. Вдруг похитители задержатся или решат поохотиться на другую принцессу? Королевская семья большая, на Уэлте свет клином не сошелся.

Кстати об Уэлте — надо поспать хоть немного, вряд ли принцессу обрадует зевающий страж.

Сидение в засаде возле принцессы оказалось необременительным и даже в чем-то приятным занятием. По сути, его обязанности заключались в том, чтобы проводить целые дни в окружении красивых умных девушек, травить байки, частично действительно имевшие место в жизни, частично придуманные на ходу, слушать забавные истории, рассказанные собеседницами. До того как приехать в Черралис ко двору, многие из них жили в самых отдаленных уголках королевства, поэтому истории имели для любознательного Дерриха особый интерес. Дракон не имел ничего против такого шикарного отдыха.

Вот если бы еще Уэлта оказалась чуть менее тактична… Когда в первый день к нему заявился десятник и пригласил на очередную тренировку, Деррих попытался было отвертеться, сославшись на невозможность оставить принцессу без своего личного присмотра. Принцесса, которой не хотелось доставлять своему бессменному стражу больше неудобств, чем было необходимо, тут же предложила пойти вместе с ним — он-де будет тренироваться, а она с остальными девушками рядом посидит, посмотрит. Под перекрестным обстрелом девичьих глаз дракону оставалось только радостно согласиться с таким простым и логичным решением, поблагодарить за уделенное ему прекрасными леди внимание и мысленно пожелать десятнику Лешту провалиться на обед нижним тварям.

Сейчас Деррих сидел на верхней ступеньке винтовой лестницы, прислонившись спиной к дверям в покои принцессы, и в свете магического огонька, заботливо оставленного одной отчаянно симпатичной чародейкой, изучал свой экземпляр списка «Ритуалов», попутно отгоняя от страниц Фила. Всеядный лирисси любил рукописное слово исключительно с гастрономической точки зрения и норовил погрызть обтянутый кожей переплет. За хвост оттащив увлекшегося питомца, Деррих вернулся к изучению книги — время, которое девушки тратят по утрам на приведение себя в порядок, следовало проводить с максимальной пользой.

Потертые желтые страницы вкусно пахли бумажной пылью, напоминая дракону о родной библиотеке, оставленной ради Саховой авантюры. Удивительно, но вернуться прямо сейчас желания не возникало, а читать, сидя на холодной лестнице, оказалось не менее удобно, чем в любимом кресле.

Оторвавшись от пространных размышлений, дракон попытался вновь сосредоточиться на тексте, но тут снизу раздались шаги.

Спустя минуту и три оборота лестницы у покоев принцессы появился запыхавшийся таул Лирем в сопровождение двух телохранителей Уэлты, которым, согласно внутреннему распорядку, полагалось сейчас отдыхать.

— Дамы еще заняты?

— Да. — Поначалу Деррих дернулся убрать книгу, чтобы не вызывать у мага ненужных ассоциаций, но тому явно было не до воспоминаний. Неужели воры наконец объявились? — Что-то угрожает принцессе?

Маг с некоторым усилием вынырнул из тревожных мыслей и сфокусировал взгляд на собеседнике:

— Нет-нет. По крайней мере, не напрямую. Один из патрулей магов наткнулся на вырищь.

Зловредная тварь питалась вырабатываемой разумными существами энергией и была наиболее опасна для разумных всех рас и, как это ни парадоксально звучит, для магов. Зрелая вырищь могла прийти за своей жертвой не только во плоти, чешуйчатой и когтистой (мясом она тоже не брезговала), но и во сне, наплевав на всю защиту скопом.

— Погибшие есть? — Деррих лихорадочно пытался вспомнить, был ли Сах в сегодняшнем патруле.

— Хвала светлым покровителям, нет, тварь оказалась еще молодая. С ранеными сейчас целители сидят. Я собираюсь послать усиленный отряд, пускай гнездо ищут. Вырищи по одной не ходят.

— Понятно. — Дракон припомнил, что вчера друг бурно радовался от того, что ему наконец доверили возиться сегодня с замковыми заклинаниями, и успокоился. — А принцесса вам зачем?

— Хочу у нее пару магесс на день одолжить. А господа гвардейцы пока вместо них с ее высочеством побудут.

— В патруль?! Девушек?! — Конечно, у магов принято смотреть прежде всего на способности, а не на пол, но идея послать на хищную тварь, с которой четверо мужиков не справились, девушек несерьезного возраста, показалась дракону чересчур новаторской. Особенно если учесть рассказ одной из магесс о том, что в Черралисской академии есть специальный курс боевой магии для будущих придворных дам. Дескать, благородным леди, даже избравшим стезю боевого мага, изучать всякие грубости ни к чему, а вот дополнительные занятия по дипломатическому этикету применительно к чародеям точно пригодятся.

Замковый маг на его возмущение только рассмеялся:

— Положение, конечно, серьезное, но не настолько. На охоту поедут мои подчиненные и часть магов, прибывших с вами, но кто-то должен вместо них заняться повседневными делами в крепости. И, уверяю вас, обязанности им достанутся, по возможности, необременительные.

К тому моменту, как ритуал утреннего прихорашивания был завершен, Деррих с Лиремом успели обсудить систему замены охранников, заодно дракон с изумлением узнал о подозрительном наплыве всякой зубастой дряни в окрестностях замка. Затем разговор перешел на общие вопросы взаимодействия воинов и одаренных. Выглянувшая, чтобы позвать Дерриха, фрейлина пригласила на чашечку чая и мага тоже, рассудив, что если человек не поленился лично подняться на такую высоту, вместо того чтобы отправить безответных слуг, то надо его вознаградить, но Лиррем вежливо отказался, забрал Кирлин и Сиррону и умчался, едва успев вежливо раскланяться на прощание.

Деррих прикинул варианты и начал потихоньку плести заклинания, стараясь, чтобы оставшаяся с принцессой чародейка не заметила его манипуляции. Момент для нападения вырисовывался идеальный.

Когда речь зашла об очередном (втором за прошедшие три дня, если быть точнее) турнире по обмену опытом, Сах попытался раствориться в окружающем пространстве, но был изловлен Риннемом за шиворот.

— Куда собрался? А как же поддержать честь герцогства? Не убегут от тебя эти неподпитанные заклинания, не бойся. Я с ними вчера целый день возился, так что со всей ответственностью говорю.

Сах с тоской посмотрел на дверь, до которой не дошел каких-то два шага. Сейчас она была так же недосягаема, как легендарные алмазные чертоги нунмарских императоров — хватка у Риннема была крепкой, а голос громким, и остальные чародеи уже начали оглядываться на шум. Нет, в принципе можно было и поучаствовать — кое-какие бытовые заклинания удалось переделать, и теоретически они даже должны были сработать как боевые. Но вот как эти переделки поведут себя на практике… При всех своих недостатках, Сах отдавал себе отчет, что практиков не случайно обучают на другом факультете, и испытания на территории замка проводить не желал.

— Если я выиграю в поединке, но из-за этого ослабнет защита и в замок проникнет враг, честь герцогства пострадает сильнее, чем если вам навешают на турнире из-за того, что меня не было. Пусти.

Слышавшие это заявление маги расхохотались — учитывая то, что Риннем продолжал держать Саха за шкирку, реплика прозвучала особенно «весомо».

— Правильно, малыш, главное уверенность в своих силах, — тряхнул сивой шевелюрой один из королевских магов. — Я в прошлый раз думал — чего эти тиссирцы колдуют так плохо, а это, оказывается, тебя с ними не было.

Сах собрался было огрызнуться, но не успел. Старшее поколение скандалы не одобряло, а потому пресекло на корню.

— Я знаю, что молодые специалисты очень ответственно относятся к своим обязанностям, — улыбнулся в пышную бороду таул Юнемус, — но право же, Тэйсах, отдыхать не грешно. Ты и так целыми днями или работаешь, или справочники читаешь. Замок не рухнет, если ты решишь немного развлечься.

От столь авторитетного мнения деваться было некуда, и Сах обреченно кивнул. Юнемуса даже Лирем и Реинд слушают, благо высказывает он свое мнение нечасто и только по делу.

Маги дружной толпой повалили на нижний двор, что-то обсуждая, распределяя и устанавливая, «чтобы было как надо, а не как в прошлый раз», когда от ворот послышался шум. Для возвращения разъезда было еще рано и тем не менее это оказался он. С галереи было видно, как гвардейцы спешно, чуть ли не бегом, тащат окровавленных патрульных к целителям, а конюхи хлопочут вокруг взмыленных лошадей. Сах пересчитал раненых и выдохнул. По крайней мере, в лесу не осталось никого, а уж в замке целители их мигом на ноги поставят. Не могут не поставить — зря, что ли, король для сопровождения своей дочери самых лучших отрядил?

Спустя десять минут заявился встревоженный таул Лирем.

— Собирайтесь. Занятые на неотложных замковых работах вроде поддержания периметра, обновления заклинаний и дежурства на стенах остаются, остальные идут на охоту — рядом с замком вырищь завелась.

— А если это отвлекающий маневр? Мы уйдем, а на принцессу нападут? — не постеснялся высказать командиру общие опасения Верролт.

— Телохранители готовы к такому повороту, так что пускай нападают. Нам же лучше — быстрее вся эта кутерьма закончится.

— А что…

Сах, не дожидаясь окончания разговора, выскользнул из толпы и отправился заниматься делом. Сегодня стоило быть особенно внимательным.

ГЛАВА 7.

День прошел тревожно, но, против ожидания, ничего особенного так и не случилось. Маги вернулись ближе к вечеру, уставшие и сразу пошли отдыхать. Командиры, облегченно вздохнув, выцепили двоих наименее потрепанных для доклада, заперлись в каминном зале и уже два часа о чем-то совещались. Принцесса, как оказалось, жуткая трусиха, виртуозно скрывающая этот недостаток за весельем и колкостями, выставила своих зашученных до полусмерти телохранителей и принялась готовиться ко сну. Фрейлинам, которые ей в этом деле помогали, деться было некуда. Впрочем, они к слабостям Уэлты относились с пониманием.

Гвардейцы заняли посты на лестнице, а Деррих, как обычно, подпер спиной дверь и прикрыл глаза. Куда же делись похитители? Такой удобный момент был! И не значит ли их бездействие, что вскоре появятся еще более удобные моменты?

Окованное металлом дерево приятно холодило висок, преступно расслабляя, и о приближении Кирлин дракон узнал по приветствиям расположившихся пролетом ниже гвардейцев.

Появившаяся вскоре девушка как всегда улыбалась, но в этот раз улыбка была несколько напряженная.

— Сэр Тарвет! — Магесса с облегчением кивнула вставшему при ее появлении дракону, и выбившиеся из прически кудряшки задорно закачались, обрамляя усталое лицо. — Разрешите присесть рядом с вами?

— Разумеется, леди. — Учтиво предложив руку, Деррих помог девушке опуститься на ступеньку и присел рядом. «Этот тьмой полюбленный замковый маг обещал не ставить девушек на тяжелую работу!» — Устали?

— Нет, что вы! В академии такой ерундой занимались после занятий ради практики, даже приятно размяться немного. Просто… — Девушка замялась, подбирая слова, а потом внимательно посмотрела в глаза дракона. — Этот замок чем дальше, тем больше кажется мне странным, а после сегодняшнего — еще и пугает.

Дракон, затолкав подальше изумление, скроил сочувствующую физиономию и попытался понять, что именно магесса могла счесть в Озерном Клыке странным или пугающим. Ничего толкового на ум не приходило, но что-то сказать было надо.

— Интриллов кормили? — В конце концов, может, она темноты боится или рыбу не любит. — Я однажды из любопытства спускался со своим магом посмотреть, подземелье и вправду не слишком уютное.

— Помимо всего прочего. — Кирлин некоторое время поколебалась, стоит ли продолжать, но желание поделиться тревогой хоть с кем-то перевесило. — Вы не маг и, наверно, не задумывались об этом, но откуда берется та чудовищная прорва энергии, которая уходит на поддержание всех магических щитов вокруг замка? И ведь они еще не все активированы, и каждый из них имеет солидный запас прочности. Когда я спросила об этом одного из местных чародеев, он начал вещать что-то про древние знаки-накопители. Не слишком вразумительно, правда. А сегодня я на эти знаки посмотрела. И знаете что? Они, конечно, очень старые, но не такие древние, как намекал таул Орллив. И я не до конца разобралась в них, но у меня сложилось впечатление, что энергию они не собирают из окружающего пространства, как было заявлено, а тянут из какого-то вполне конкретного источника. Из-под земли. И этот источник — не природная жила, для них предусмотрены совсем другие компоненты знаков. Когда я интриллов кормить пошла, то решила полюбопытствовать, что там в боковых проходах. Далеко заходить побоялась, ничего не нашла, но магические эманации там очень странные.

Деррих почувствовал, что у него начали трансформироваться глаза — признак крайней степени любопытства. Стоило выползти из пещеры, как тут же начали попадаться всякие странные вещи, хорошенькие испуганные девушки, которых так и тянет утешить, запретные культы и прочие интересности, на которые надо непременно посмотреть своими глазами. Волевым усилием повернув трансформацию вспять, дракон предложил:

— Давайте, после того как у меня закончится дежурство, вместе сходим в подземелье и посмотрим. Уверен, всем странностям найдется какое-нибудь разумное объяснение. — У такого варианта был несомненный плюс: прогулка с Кирлин станет приятным времяпровождением, даже если ничего интересного в подземелье не обнаружится. Девушка нравилась дракону и милой внешностью, и веселым нравом, и широтой взглядов, и… всем в общем, а совместный поход — отличный повод познакомиться поближе без толпы подружек под боком. К тому же это так или иначе рассеет ее страхи.

— Давайте! — Не желающая мучиться от любопытства и тревоги чародейка разве что в ладоши не захлопала. — Вдвоем идти гораздо спокойнее! Только вы доспех и оружие тогда не снимайте, а то мало ли что.

За дверью раздались приближающиеся девичьи шаги. Деррих помог чародейке встать и быстро проговорил:

— После того как принцесса отправится спать, я буду ждать вас у входа в Сорочью башню.

Вынырнувший из серого вечернего полумрака герцог перехватил Дерриха на выходе из донжона, на самом верхнем этаже которого осталась мирно почивать принцесса.

— Куда направляешься, Тарвет? Неужели так рано спать захотел?

По договоренности дракон обязан был стеречь покой Уэлты до полуночи и после краткого перерыва на сон, к моменту всеобщей побудки, вновь сидеть у ее дверей. Дядюшка не надеялся на благорасположение злоумышленников и всеми силами старался свести шансы нападения в чью-то другую смену к минимуму.

— Нет. — Деррих, печенкой почувствовавший, что сейчас будет отправлен назад на боевой пост, лихорадочно раздумывал, что почтенный вельможа может посчитать достаточно веской причиной, чтобы оставить источник будущего могущества на попечение гвардейцев. — Одна из магесс, приставленных к принцессе, сказала, что нашла в подвале замка что-то странное, и девушки разволновались. Успокоились, только когда я пообещал сходить посмотреть.

— Вот как? И проверять ты пойдешь один? Или, может, в компании очаровательной чародейки, которая эту новость принесла? — Глаза дядюшки впились в лицо дракона, и взгляд у него был совсем не добрый. — Я затеял весь этот цирк с переодеваниями для того, чтобы ты очаровал принцессу, а не ухлестывал за посторонними девицами. Ты и так не проявляешь должного рвения, как я заметил.

Почувствовав себя загнанным на тонкий лед, дракон поспешил перейти в атаку, чтобы отвоевать немного свободного пространства для маневра.

— Уэлта относится ко мне с симпатией, которая в должных обстоятельствах может перерасти во что-то большее, и пока этого достаточно. Куда хуже будет, если я ей надоем или оттолкну слишком навязчивыми ухаживаниями. Может, в области экономики или руководства небольшими рыцарскими отрядами мои познания и оставляют желать лучшего, но уж девушек очаровывать я умею.

— Пожалуй, в это я поверю. — Злость герцога улеглась, но взгляд не потеплел. — Кстати, о твоих обязанностях моего заместителя. Докладывай, какие у отряда проблемы.

В том, что об этих самых проблемах герцог осведомлен куда лучше своего «заместителя», Деррих не сомневался. Во-первых, Тессир не торчал при принцессе, как привязанный, сутки напролет с перерывом на уроки фехтования и конного боя. Кстати, обучение конному бою едва не завершилось трагично: от навыков дракона в этой специфической области десятника чуть удар не хватил. Сначала от смеха, потом от ругани, причем ругаться он умудрялся исключительно приличными словами, памятуя о присутствии принцессы и придворных дам, но с таким чувством, что Деррих без труда достраивал пропущенные конструкции по интонации. Девушки прикрывали лица веерами и мужественно сдерживали рвущееся наружу хихиканье, щадя самолюбие своего стража. Во-вторых, часть выслушанных на ночь глядя проблем (самых неотложных) таинственным образом разрешалась без его участия. Но раз старший родич требует, надо отчитаться.

— За три дня пребывания в замке: захромала лошадь сэра Шеггора. Коновал приведен в чувство. Лечит. Гвардейцы жаловались на то, что комендант замка при распределении совместных дежурств ущемляет их интересы. Ущемления не обнаружил. Протекшую крышу в казарме четвертого десятка отремонтировали.

— Все?

— Все. Больше ко мне ни с какими проблемами не приходили.

В сгущающемся полумраке черты лица размывались и ускользали, не давая понять, как относится к этому заявлению герцог, но печальный вздох расставил все на свои места.

— Эх, командир. А глаза тебе на что? Какой ты граф, если за отрядом уследить не можешь? Нельзя вечно прятаться за управляющим, даже самым преданным и толковым, ты уже не ребенок. В общем, так. Завтра с утра берешь десяток, сам выбери какой. — А я посмотрю на твой выбор, продолжил про себя Деррих. — Еще десяток магов, которых даст тебе таул Лирем, и ведешь их на зачистку гнезда вырищей. Всех взрослых тварей чародеи сегодня перебили, но возникли какие-то проблемы с использованием магии возле гнезда с молодью, которые главный кудесник не смог толком объяснить, так что будете действовать старыми добрыми мечами. Как командир группы отвечаешь и за магов тоже. Когда вернешься, отчитаешься об успехах и расскажешь, какие проблемы упустил в сегодняшнем докладе. А теперь иди. Раз обещал — надо выполнить.

— Постойте! — запоздало возмутился в неторопливо удаляющуюся герцогскую спину дракон. — А как же принцесса? Оборона ослабнет, и похитители могут напасть!

Упускать единственный шанс поймать этих мерзавцев, гоняясь за потусторонними тварями, дракону не хотелось — где их искать-то потом? Да и с задуманным ими ритуалом пока оставалось неясно. И вообще, раз взял на себя ответственность за безопасность Уэлты, то надо выполнять обязанности, а не шляться неизвестно где. Еще не хватало, чтобы она действительно пострадала в его отсутствие.

Герцог, вопреки опасениям, остановился и снизошел до объяснений:

— Тебе надо реабилитироваться перед принцессой за незабываемое зрелище, представшее перед ней во время твоих занятий с сэром Лештом. Чтобы компенсировать ваше отсутствие, комендант согласился на полдня поднять все магические щиты замка. Цени — такой словесной битвы не было, даже когда в королевском совете решали, кому отойдет порт и близлежащие рудники мятежника Риотрера. — Насколько Деррих помнил политическую географию, упомянутый порт отошел герцогу. Неудивительно, что комендант захолустного замка не сумел оказать должного сопротивления. — Не понимаю, с чего он так упирался? Можно подумать, что если все щиты активировать — или он умрет в страшных муках, или замок рухнет.

Высказав это наблюдение, герцог Тессир скрылся в гостевом крыле, оставив заинтригованного Дерриха в одиночестве. Что же там за странные вещи со щитами и накопителями творятся? Нет, права Кирлин, наведаться в подвалы действительно надо. И соблюдать при этом крайнюю осторожность. На миг мелькнула мысль отправить девушку спать и пойти на разведку с Сахом, но дракон отогнал ее как неразумную — лучше иметь за спиной недоученного боевого мага, чем оптимистично настроенного теоретика.

Долго ждать волшебницу не пришлось. Едва Деррих успел спровадить Фила на кухню (благо это слово лирисси выучил сразу и отправиться туда никогда не возражал) и измерить шагами ширину подножия башни (семнадцать шагов), как перед ним бесшумно возникла запыхавшаяся девушка, держа в руках фонарь и моток веревки. Заметив изумление напарника, она смутилась:

— Ну мы же не знаем, что там такое. Вдруг окажется, что магию лучше не использовать? Да и фон нестабильный… В общем, я решила, что лучше перестраховаться.

— Очень предусмотрительно с вашей стороны, леди, жаль, что я сам об этом не подумал. — Дракон с усилием приоткрыл тяжелую дверь и заглянул в вязкую темноту, из которой выступала первая ступенька лестницы. — Понимаю, что это нарушение этикета, но, думаю, будет лучше, если первым войду я.

Когда дверь за Кирлин с шумом захлопнулась, отсекая легкий вечерний ветер и взгляды случайных наблюдателей, она выпустила из ладони неяркий волшебный огонек. Светлячок облетел Дерриха и завис на шаг впереди, высветив изрезанные черными трещинами ступени.

Лестница сделала немало оборотов, прежде чем в мохнатых пластах мха появился зев первого бокового коридора.

— Пойдем сверху вниз или сначала осмотрим самый нижний уровень и постепенно начнем подниматься наверх?

Девушка с сомнением заглянула в темноту, неохотно уступающую волшебному свету:

— Давайте осмотрим сначала верхние тоннели.

Узкие извилистые коридоры предъявляли исследователям пустые камеры, в которых уже более столетия не содержали заключенных, и тесные кладовые, забитые сгнившей до полной потери изначального облика рухлядью, но Деррих не собирался отступать. Он уже и сам чувствовал тот странный, пульсирующий магический фон, который так неприятно поразил чародейку. По колоннам, поддерживающим своды, змеились странные символы, часть из которых Дерриху удалось опознать — «сила», «направление», «защита». Когда уровнем ниже к ним присоединились знаки «кровь» и «смерть», а у «защиты» появилась лишняя черточка, превращающая ее в «плен», дракон остановился.

Кирлин, следящая за артефактом, отыскивающим враждебную магию, прошла на два шага вперед, поняла, что слышит только свои шаги, и испуганно обернулась. К ее огромному облегчению, сэр Тарвет стоял у стены живой и невредимый и смотрел на древние магические знаки куда более осмысленно, чем полагается обычному рыцарю. Пускай даже и графу. Сердце, поддавшись общей гнетущей атмосфере, неприятно екнуло. «А что, если он не тот, за кого себя выдает? Нет, глупости. Он граф, племянник верного королю герцога Тессира. Неужели бы герцог не понял, если бы его племянника кто-то подменил?» Магесса отогнала несвойственную ей подозрительность и тихо окликнула:

— Что-то не так, сэр Тарвет? — В конце концов, все графство Киартрис стоит на развалинах нунмарских городов. Может, такие символы ему знакомы?

Рыцарь оторвался от созерцания знаков и задумчиво посмотрел на чародейку:

— Вы знаете, что это за символы?

— Нет. — Кирлин опасливо подошла ближе и заглянула ему через плечо. — Это что-то древнее, я не уверена, что даже теоретиков такому учат, не говоря уже о боевых магах. А вы знаете, что они означают?

— Нет. Но интуиция подсказывает, что пора использовать фонарь вместо магии.

Дракон чувствовал в магической пульсации что-то неуловимо знакомое, заставляющее настороженно озираться, а несуществующую чешую — дыбом вставать вдоль хребта. Девушка, ранее спокойно шедшая рядом, тоже, видимо, что-то такое ощутила, так как начала зябко ежиться. «У боевых магов первым делом развивают чутье на опасность. Раз Кирлин забеспокоилась, значит, мы действительно приближаемся к… чему-то». Деррих ободряюще улыбнулся, вытащил меч, в другую руку взял зажженный девушкой фонарь и снова пошел вперед. Тщательно загоняя внутрь гулкое рычание, рвущееся наружу с каждой новой волной магии, накатывающей из-под земли.

На этом уровне коридоров ничего интересного обнаружить не удалось, и исследователи, со смешанным чувством разочарования и облегчения выйдя на лестницу, начали спускаться еще ниже. Когда от покинутого коридора их отделяло уже два витка, а до следующего предположительно остался один, снизу послышались грузные шаги и покашливание. А сверху… Показалось, или бухнула дверь? «Риск должен быть разумным». Деррих погасил фонарь, схватил в охапку замершую волшебницу и ринулся навстречу шагам, молясь покровителям рода, чтобы не споткнуться о невидимые в темноте ступеньки. Девушка, судя по всему, имела другое представление о разумном риске, но устраивать шум не стала, только подхватила путающийся в ногах подол, чтобы бежать было удобнее.

На стенах уже плясали отсветы невидимого из-за поворота магического светляка, когда перед драконом появился чуть более плотный кусок тьмы — вход в боковой туннель.

«Успели». Деррих проводил взглядом освещенную фигуру таула Реинда, возвращающегося с кормления интриллов. Маг, почувствовав взгляд, остановился и вгляделся в укрывающую монстроискателей темноту, благо никаких других укрытий в гладких стенах туннеля не было. Подземная мгла справилась со своей ролью — маг, ничего не разглядев, передернул плечами и, бормоча что-то себе под нос, снова двинулся на выход.

Услышав, как рядом осторожно выдохнула сквозь стиснутые зубы Кирлин, Деррих прислушался к неприлично быстро удаляющимся шагам пожилого мага и зажег фонарь. Вопреки ожиданиям, девушка улыбалась.

— Таул Реинд страдает редким для боевого мага недостатком — боится темноты и замкнутых пространств — последствия какого-то неприятного случая в первые годы учебы. Он этого жутко стесняется и нарочно старается брать задания, связанные с этими неприятными вещами, но победить воспоминания юности, оказывается, не так-то просто. Из-за этого с ним постоянно происходят всякие забавные истории. — Заметив удивление дракона, девушка пояснила: — Приехавшие с вами чародеи уже успели рассказать самые интересные из них.

— Быстро они. По-моему, таул Реинд ведет себя абсолютно достойно — со своими недостатками надо бороться, а не прятать в надежде, что никто не заметит, и все как-нибудь обойдется. — Дракон поднял фонарь повыше и осветил первую попавшуюся за время блуждания в подвале развилку. Конечно, может, тот хлопок двери ему и почудился, но лучше убраться с открытого места поскорее. — Надо же, я думал и не попадется уже. Направо или налево пойдем?

Девушка прислушалась к чему-то, понятному только ей, и указала направо:

— Мне кажется, этот коридор короче, так что, наверное, лучше сначала изучить его.

Короткий отнорок завершился небольшим пустым залом. Осмотревшись с порога, первопроходцы вернулись в более многообещающий коридор. Дальнейший путь прошел в молчании — магические узоры с колонн пропали, но давящее ощущение усилилось. Моховой ковер на стенах сначала пошел проплешинами, как лишайная шкура, а потом тоже исчез, и стала видна сырая растрескавшаяся кладка. Влага собиралась вдоль стен и тонкими ручейками утекала куда-то в том направлении, куда шли дракон и магесса. Когда осклизлый пол покрылся ровным слоем воды глубиной в пару сантиметров, коридор выплеснулся в очередной зал, рассмотрев который Деррих онемел, а придворная чародейка еле удержалась от визга.

Из-под укрывающей пол воды возвышались груды костей животных. Свиные и коровьи черепа, круто изогнутые бараньи рога, валяющиеся вперемешку с изломанными ребрами и берцовыми костями. «Нет. Не изломанными. Погрызенными». Деррих выудил из воды коровью лопатку и на глаз прикинул размер украшающей ее царапины.

— Сэр Тарвет, мне кажется или те кости — человеческие?

Дракон проследил за взглядом Кирлин и увидел костяк характерной формы. Чуть в стороне нашелся заржавленный до полной неузнаваемости кусок нагрудника, имеющий такую форму, как будто его не отрубили, а оторвали. Приглядевшись к пропорциям костей, Деррих покачал головой:

— Не человеческие. Орочьи. Вы не знаете, Озерный Клык когда-нибудь осаждали орки?

— Д-да. — Магесса обнаружила еще один скелет в обрывках доспехов и поспешно отвернулась. Судя по выражению лица, она сейчас очень жалела, что не пошла учиться на бытового мага, ритуалиста или теоретика. — Лет двести пятьдесят назад. Внешнюю оборону прорвали, но в донжон пробиться не смогли и, испугавшись идущего к защитникам подкрепления, ушли восвояси. Говорят, соседний барон несколько дней за ними гнался, но догнать так и не смог.

— Каких-то пленников точно взять удалось. — Деррих продемонстрировал девушке обрывок цепи с погнутым браслетом, в котором застряла погрызенная лучевая кость. Вопреки запоздалому опасению, в обморок от этого зрелища Кирлин не грохнулась. Покрепче сжала кулачки и, осторожно переступая между костяков, подошла поближе:

— Странные дела творятся в королевском замке. Как вы думаете, кто их всех съел?

Деррих поборол нехорошее предчувствие и успокаивающе улыбнулся.

— Не знаю, но, судя по состоянию костей, он уже давно здесь не обедал. Если вы не хотите подробнее исследовать этот зал, давайте посмотрим, что в следующем?

Кирлин сочла, что в этом помещении она увидела уже все, что хотела, и приняла предложение рыцаря. Впрочем, к облегчению, которое она испытала при этом, примешивалась некоторая опаска — кто знает, что там, в следующем зале, будет? И не опозорит ли она звание боевого мага, с визгом выскочив наружу? Из светлых аудиторий Черралисской академии практика придворного чародея виделась несколько по-другому.

Дракон одобрительно хмыкнул, увидев решительно выдвинутый подбородок магессы, и пошел к виднеющейся в противоположной стене арке, стараясь выбирать наименее захламленный путь, чтобы девушке, облаченной в пышную юбку, было удобнее идти.

За аркой покоился только один скелет, зато какой! Гигантский ошейник, испещренный гномьими рунами, охватывал шейные позвонки того, что было когда-то драконом. Самым большим драконом из всех, что Дерриху доводилось видеть. Даже младший племянник старейшины Лерриаса, широко известный своим любопытством и хронической неуклюжестью, уступал этому гиганту и размахом крыльев, и размером челюстей.

«Похоже, из клана Черных. Хотя не так много осталось от скелета для точного опознания».

Дракон медленно обошел череп собрата. Клыки и рога отсутствовали — наверняка маги подсуетились. Сцедили с только что умершего дракона кровь, содрали шкуру, вырезали сердце и желчный пузырь, выдрали когти, а то, чему не нашлось применения, бросили на радость подвальным крысам. Отогнав непрошеное видение, Деррих осмотрелся.

Вода медленно омывала останки и стекала за перекрывающую тоннель огромную решетку, неподвластную ни драконьей ярости, ни ржавчине. На серых плитах пола в свете фонаря ярко отблескивала разноцветная галька, которой были выложен огромный знак концентрации силы. К его углам крепились идущие от ошейника цепи, испещренные вязью вытягивающих магию заклинаний.

Пока Деррих потерянно бродил вокруг скелета, Кирлин, оправившаяся от потрясения быстрее, осмотрела стены.

— Кошмар какой! Эти изверги веками тянули силу из живого разумного существа и при этом время от времени подкармливали его другими такими же существами! Неудивительно, что об этом не спешат рассказывать на каждом углу. — Девушку передернуло, когда она вспомнила замковых магов. Конечно, этот дракон умер задолго до того, как они родились, но Кирлин все равно было противно. Такого обращения не заслуживают даже страшные, кровожадные, алчные драконы. — Никогда бы не поверила, что в одном из королевских замков можно найти такое, но корни заклинания накопителей действительно идут сюда! Хотя нет, смотрите, здесь плетение перебито и отведено куда-то ниже…

Деррих подлетел к чародейке, едва не растянувшись на осклизлом полу:

— Где?! — Конспирация его в этот момент волновала меньше всего. Если дракон, служивший источником магии, мертв, то за счет чего работают замковые щиты?!

Или, правильнее спросить, за счет кого?

Магесса изумленно покосилась на спутника, который снова начал вести себя странно, и показала на грубо сколотый верхний слой камня. Поверхность пещеры была зачарована на совесть, так что дракон этого сделать не мог. Только маг, имеющий ключ к заклятию.

— Смотрите, видите эти руны, разбегающиеся от скола в разные стороны и уходящие в пол? Это проводник к новому источнику энергии. Ой!

— Вот и я о том же. — Деррих испытующе посмотрел на чародейку. Что ей до какого-то дракона? Она боевая магесса, и у нее есть долг — охранять принцессу. Как раз сейчас исчезновение магических щитов было бы для телохранителей очень некстати. Но оставлять все как есть Деррих не собирался. Другой вопрос, когда лучше начать действовать и что делать с Кирлин?

Поймав задумчивый взгляд дракона, девушка зажгла на кончиках пальцев огненный шар.

— Не я это сделала, и мне такой способ получения могущества тоже не нравится. Чем-то он, знаете, попахивает неприятно. Чем на меня кидаться, лучше пойдем посмотрим, что там и как, тогда и решать будем.

Кирлин не знала, что ей не нравится больше — перспектива встретиться с плененным, а потому еще более злым, чем обычно, драконом, или необходимость идти куда-то со странным графом. Поручиться бы она не взялась, но, когда сэр Тарвет поднял на нее глаза, на миг чародейке показалось, что огонь фонаря высветил узкие вертикальные щели зрачков.

— Я не кидаюсь на беззащитных, — проворчал смущенный дракон, не очень надеясь, что ему поверят.

— Тогда не стойте столбом, утро скоро.

— Подождите. — В зале со скелетами бывших драконьих ужинов Деррих сунул фонарь девушке в руки и торопливо подхватил несколько орочьих костей и огромный бараний череп. — Мой маг Тэйсах немного разбирается в некромантии, посмотрим, что он сможет по ним сказать.

— Вы ему полностью доверяете?

— Как самому себе, — успокоил подозрительную магессу Деррих, прикидывая, не взять ли еще и орочий череп. Нет, не стоит осквернять еще больше останки погибших воинов, пусть и вражеских.

— Да? Тогда странно, что вы так плохо знаете его возможности. Нам таул Тэйсах говорил, что к некромантии способностей не имеет.

«Вот неугомонный! Когда он с девицами трепаться успевает так, что я не вижу, хотя все время при них нахожусь»? К некромантии Сах и вправду способностей не имел, но не говорить же, что он сам собирается попробовать свои силы в этом виде магического искусства?

— Ну если сравнивать с его возможностями в других областях магии, то можно сказать, и нет, но на допрос костей его хватит.

— Да? Значит, он воистину уникальный чародей. Надо будет познакомиться с ним поближе.

В ближайшем к лестнице зале Дерриха и магессу поджидал сюрприз. Когда поворот коридора вывел их на открытое пространство, первым успел среагировать дракон, заслонив собой не успевшую оглядеться девушку. Фонарь в результате такого маневра оказался за спиной, но для измененных глаз света от начерченной посреди зала пентаграммы хватило, чтобы заметить, как стремительно распрямившийся от чертежа силуэт в балахоне метнул в гостей заклинание. За доли мгновения, прошедшие до атаки, Деррих успел сделать аж две вещи: инстинктивно прикрыться костями и позволить крови, и так бурлящей от близости опасности и обилия впечатлений, налиться жарким драконьим огнем.

Лезвия Киррута разбились о естественные шиты с ярким снопом зеленых искр. Вреда не нанесли, но кожу лица будто деранули наждаком. Глухо взрыкнув, Деррих дернулся вперед, но крепкая девичья рука цепко ухватила его за плащ, удерживая на месте, и мимо драконьего уха просвистело неопознанное боевое заклятие, отшвырнувшее мага на пару шагов и подпалившее край его балахона. К сожалению, откинуло его в противоположную от Дерриха и магессы сторону, то есть ко второму выходу из зала, и неизвестный чародей воспринял это, как указание судьбы — ловко перекатился и скрылся во тьме коридора. Кирлин метнула из-за своего добровольного щита еще один заряд на звук удаляющихся шагов, но, судя по тому, что сбоев в нем не последовало, не попала.

— Кто это был?

— Не знаю, я только черный силуэт на темном фоне рассмотрел. Но выбор в любом случае не богатый — в Озерном Клыке только четыре замковых мага.

Кирлин склонилась над остатками пентаграммы, пострадавшей от импровизированной дуэли:

— Не знаю… может, конечно, это и один из замковых магов был, но, думается, они нашли бы более удобное место для пентаграммы связи.

Заинтригованный дракон подошел к чертежу и убедился, что магесса не ошиблась. На полу переливалась всеми оттенками багрового связная звезда. Предатель?! Ни один из замковых магов не подходил под описания, данные гоартскими стражами, но кто сказал, что принцессой не мог заинтересоваться кто-то еще? Ведь помимо похитителей есть они с Сахом, есть предприимчивый герцог и, в конце концов, надо смотреть фактам в лицо, кто-то помимо них с магом проверял бдительность разъездов.

— Думаю, на сегодня мы увидели достаточно, пора возвращаться к ее высочеству. Тем более уже вот-вот рассвет.

Остаток ночи Деррих и Кирлин просидели под дверью принцессы, ожидая чего угодно вплоть до массового прорыва периметра и взбадривая себя заклинаниями, но опять ничего не произошло — видно, спугнуть неизвестного удалось до того, как он сделал то, за чем пришел, а не после, как они опасались. Напряжение сгустилось в воздухе и почти слышимо вибрировало. Гвардейцы, не понимающие, что происходит, беспокойно переминались, поглядывали на казенные амулеты и прислушивались, но тоже не могли уловить ничего подозрительного. В итоге не спавший ни минуты Деррих выглядел бодрее зевающего на каждом приветствии Саха. Поговорить с ним и вручить трофейные кости для дальнейшего перепрятывания удалось перед самым завтраком.

Тогда же обсудили план действий с учетом новых обстоятельств и способы поиска неизвестного мага. Деррих без ложной скромности считал, что план вышел идеальный, но, к сожалению, жизнь решила его подкорректировать.

Первой коррективой стал запыхавшийся таул Верролт, ввалившийся на завтрак с заметным опозданием. Едва поздоровавшись с присутствующими и опустившись на свое место, он обратился к Ронерту, который как старший чародей замка командовал всеми пришлыми магами:

— Таул Лирем, я вас все утро искал!

Пока пожилой чародей переводил дух, сидящие за столом перестали жевать и замерли в ожидании продолжения. Верролт был не из тех, кто бегает ради удовольствия, а, судя по раскрасневшемуся лицу, покрытому капельками пота, именно этим он и занимался в последние полчаса.

— Я готовил к отбытию отряд, который отправляется сегодня на зачистку. — Как уже знал умудренный опытом Деррих, эта подготовка включала в себя помимо наставления уезжающим также ругань с нерадивыми конюхами, препирательства с управляющим и разрешение доброй сотни неожиданно всплывших мелких вопросов. Он даже на этаж принцессы к Дерриху дважды поднимался, вызывая у того приступы глухой ярости и непроизвольную трансформацию зубов. — Судя по вашему виду и торопливости, случилось что-то серьезное?

— В подвале замка высшая нежить! Не разглядел точно, или демолич, или жнец. Больше на демолича похоже.

Новость произвела впечатление на всех собравшихся, включая Дерриха, но Ронерт выцепил из нее то, что было интересно ему.

— Что вы делали в подвале? Да еще ночью, если учесть ваши слова о том, что утро вы провели, разыскивая меня?

— Проверял, покормлены ли интриллы. Я с большим уважением отношусь к таулу Реинду, но мы все знаем о его маленькой слабости и накладках, которые, бывает, из-за нее происходят. А ведь сегодня оборона замка и так ослабеет из-за отбытия отряда. Так вот в Сорочьей башне, когда я уже поднимался, из коридора предпоследнего уровня на меня и напала эта тварь! Там темно, заметил его только по слабому свечению от фигуры. Рога вот такенные! И костяные гребни во все стороны торчат, даже не поймешь сразу, где у него что. — Насторожившийся при упоминании предпоследнего уровня Сорочьей башни Деррих, услышав о рогах, отложил вилку и начал слушать излияния мага с неподдельным интересом. Сидящая рядом с принцессой Кирлин прикрыла рот кулачком и широко распахнула глаза. При должном воображении такую реакцию можно было списать на испуг, но дракону упорно казалось, что она борется с улыбкой. Меж тем чародей решил, что продемонстрировал заинтригованной публике достаточно эмоций, и перешел на сухой деловой тон. — Сопротивляемость магии не ниже четвертого уровня — на лезвия Киррута только взрыкнул и ромашкой в ответ зарядил. Хорошо, что я амулет щита с момента прибытия в Озерный Клык не снимаю, иначе не разговаривал бы тут. Разрушение заклинания сопровождалось вспышкой света. Много за долю секунды не разглядишь, я запомнил желтые глаза с вертикальным зрачком, оголенные кости и металл. Кажется, на нем было что-то типа доспехов.

Герцог задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику:

— И девушки вчера днем там что-то обнаружили. Ты ведь в Сорочью башню проверять ходил, Тарвет?

— Да. В боковые коридоры далеко не заходил, просто прошелся сверху донизу. Ничего подозрительного не обнаружил. На самом нижнем уровне показалось, будто смотрят в спину, но никого не было, я проверил.

— Да, — оживился таул Реинд, — а у меня такое чувство было на одном из верхних уровней, но я думал, что мне почудилось. Как верно заметил уважаемый Верролт, у меня сложные отношения с темнотой и подвалами, поэтому я списал все на свою подозрительность.

— Очень жаль, — искренне огорчился Верролт. — Полагаю, вы бы, в отличие от меня, эту тварь без труда разделали.

— Скажите, — заинтересованно подалась вперед Кирлин, — а вы желтые глаза с вертикальным зрачком хорошо рассмотрели? Я к тому, что у демолича должны быть красные огни, а у жнеца — просто пустые глазницы черепа.

Деррих закаменел, а Верролт снисходительно улыбнулся:

— Как раз глаза я разглядел лучше всего — вспышка осветила именно морду, а они на фоне костяных гребней хорошо выделялись. Что же до багровых огней… Да будет вам известно, юная леди, что в учебниках описаны только типовые виды нежити. Если бы составители описывали все разновидности и модификации, вы не смогли бы оторвать справочник от стола. — Убедившись, что воспитание молодежи прошло успешно, маг перешел к более интересным вопросам. — Таул Лирем, я думаю, стоит послать туда пятерку магов с соответствующими амулетами. Готов показать, где все произошло, и помочь в зачистке.

Ронерт не дрогнул ни единым мускулом.

— Не нужно. Защита замка от высшей нежити работает бесперебойно, я думаю, вам попался обычный скелет из старой усыпальницы — они поднимаются иногда от обилия магии в окружающем пространстве. Темнота, переутомление, немудрено перепутать. Да еще эта дурацкая старая манера хоронить погибших в доспехах и вместе с любимыми амулетами. Мы с таулом Иртраном сами сходим и посмотрим.

Деррих с некоторой злостью насадил на вилку кусок рыбы. «Еще бы он согласился посторонних туда пустить. В этот раз им принцесса со свитой, можно сказать, на голову свалилась, вот они и решили, что лучше всего внимания не привлекать, авось пронесет. А следующие визитеры на всех интересных коридорах решетки найдут».

— Как сами? — обеспокоился Верролт, которому еще надо было разобраться с остатками пентаграммы связи. — Я понимаю, что вы знаете меня всего три дня и вправе сомневаться в моей компетентности, но право же, это решение просто неразумно. Что если прав я, а не вы?

— У меня как у главного мага Озерного Клыка есть доступ ко всем охранным и атакующим заклинаниям замка. Теоретически я могу при таком раскладе справиться с демоличем и в одиночку, но это будет глупым позерством, поэтому я беру с собой напарника. — Всех остальных присутствующих такой вариант полностью устроил, один пострадавший от нежити пытался возражать, и Лирем решил убрать шумную помеху подальше. — А вы поедете с отрядом к гнезду вырищей.

— Почему? Я думал, отряд уже сформирован! Таул Лоррон…

Но сегодня был не день Верролта. Непосредственный командир поддержал Лирема:

— Езжайте, Нир, вам надо развеяться. Здесь хозяева и сами справятся, а ребятам ваш опыт может пригодиться.

Чародей понял, что спорить с судьбой в лице замкового мага бесполезно, и заторопился.

— Тогда я пойду. Приготовиться к отъезду надо, амулеты собрать.

Сах, уважавший шутки с размахом и умение устроить цирк из самых неподходящих событий, проводил взглядом поспешно удаляющегося мага, посмотрел на невозмутимо жующего Дерриха и одобрительно покачал головой. Когда начнется учебный год и он наконец займется преподаванием, ему будет не хватать этих суматошных дней.

Отряд, возглавляемый подозрительным графом Киартским и усиленный беспокойным таулом Верролтом, с дробным цокотом проскакал по мосту, и ворота закрылись. Ронерт с облегчением активировал ключ, и вокруг замка с едва слышным шипением развернулись боевые щиты. Излишне расточительная трата энергии в этот раз доставляла не беспокойство, а удовольствие.

— Не понимаю, почему ты одобрил эту дурацкую вылазку. С гнездом можно было разобраться и потом, когда принцесса уедет, а не сейчас, когда по всем признакам назревает атака. — Иртран на правах давнего сослуживца позволял себе критику начальства в таких выражениях, какие считал нужными. — И без того пятеро магов из строя вышли. А если и эти пострадают?

Главный замковый чародей развернулся так, чтобы воины, охраняющие стены, не могли видеть движения его губ, и пояснил:

— Ты неправильно расставляешь акценты, Ир. Сейчас, накануне атаки, я удалил от принцессы самого подозрительного из находящихся в замке людей. Жаль, герцога не удалось убедить поехать с ними. А за магов не беспокойся, там и трое без труда справятся, а тут их десяток, да еще десяток рыцарей, которые, согласно плану, пойдут вперед. — В глубине души Ронерт надеялся, что сэр Тарвет свернет себе шею и избавит его хотя бы от одной проблемы, но понимал, что такой благополучный исход мероприятия лежит в области сказок.

— Ну да, и этого излишне ответственного и инициативного в качестве довеска вывел. — Ухмылка заместителя вышла несколько обеспокоенной. — Не пойму, откуда у нас могла высшая нежить взяться.

Ронерт склонялся к версии паранойи и бродячего скелета, но полностью исключить наличие жнеца не мог. В последнюю неделю в замке творился такой кавардак, что он бы и гнезду виверн на смотровой площадке донжона не удивился.

— Того, кто пытался изнутри повредить щиты, мы так и не нашли. Может, он понял, что с наскока сделать ничего не удастся, и решил пойти другим путем? Пошли разберемся с этим недоразумением, мне еще до возвращения отряда на этого сэра Тарвета поколдовать надо. Не знаю почему, но я уверен, что с ним что-то нечисто.

ГЛАВА 8.

Чем сильнее отряд удалялся от озера, тем жарче и тяжелее делался воздух. Даже вездесущая мошкара, казалось, не имеет сил подняться в воздух выше, чем на уровень лошадиного колена.

— Гроза будет, хорошо бы до нее успеть обернуться. — Десятник Зеррол беспокойно осмотрел небо, но синь, видимая сквозь просветы в ветвях, была все такой же пронзительно чистой, что и всю предыдущую неделю. — В сильный ливень в гнездо к тварям лезть — последнее дело.

Деррих прислушался к драконьим инстинктам, исправно предупреждавшим в случае приближения нелетной погоды, и покачал головой:

— Думаю, не раньше вечера, а то и вовсе к утру. Не стоит торопиться больше, чем это необходимо, можно пропустить что-нибудь важное. Кстати, — сработавшая цепочка ассоциаций наконец привела дракона к мысли о том, что он как командир отряда должен был отдать какое-то распоряжение, — сэр Зеррол, таул Тинтар, отправьте по одному человеку в передовой разъезд.

Когда авангард был назначен и выдвинут (десятник при этом имел такое выражение лица, будто Деррих приятно удивил его умственными способностями), дракон задержал рядом с собой помощников. Цель затеянного разговора была тройной: уточнить детали предстоящей операции, невзначай выведать, не забыл ли он чего еще, и узнать наконец, о каких незамеченных проблемах в отряде говорил герцог.

Патруль отъехал на довольно значительное расстояние от замка, когда из-за спины дракона раздался вой, полный боли, испуганное ржание лошадей и ругань. Взгляду стремительно обернувшегося Дерриха предстали два истекающих кровью рыцаря, которых ломала и перекручивала неведомая сила. Сквозь заслон из встающих на дыбы и бьющих копытами рыцарских лошадей протиснулся один из магов и попытался что-то наколдовать, но был отброшен невидимым ударом на несколько шагов, упал и больше не двигался. Из-за спин что-то кричал таул Верролт, не пытаясь, впрочем, приблизиться. Дерриха пронзило острое чувство, что все это уже было, тогда, на дороге к замковой деревеньке, только в тот раз он был свидетелем, а не участником переполоха. Это вывело его из ступора.

— Смир-р-р-рна! Р-р-расступись! Приготовиться к отражению атаки! Маги, проверка местности!

Как правильно командовать в таких ситуациях, дракон не знал, но опытные воины и маги, услышав начальнический окрик, задвигались и скоординировались самостоятельно, а Деррих наконец-то понял, что пытался донести до него надсаживающий глотку чародей. Где этот тварев пропуск?!

Выданный перед самым отъездом амулет тренькнул порванной цепочкой, на мгновение вспыхнул, когда Деррих отдал приказ на частичную блокировку защитного периметра замка, и на поляну опустилась внезапная оглушающая тишина. Понадобилось несколько ударов сердца, чтобы понять — это не побочный эффект заклинания, просто воздействие взбесившегося дальнего защитного периметра замка прекратилось, истерзанные воины замолчали, лошади успокоились. Только вылетевший из седла рыцарь шипел сквозь зубы, держась за пострадавшую руку.

Верролт протолкался к лежащим на земле воинам и занялся проверкой их состояния, для начала банально пощупав пульс всем троим, а потом окликнул Тинтара, назначенного на время похода заместителем командира по магической части:

— Кем, они еще живы, но если не помочь прямо сейчас, то долго не протянут.

Оторвавшись на миг от поиска врага, но не ослабляя удерживаемые щиты, Тинтар кивком отрядил двоих подчиненных, которых Дерриху перед отъездом представили: «А вот наши почти целители. Береги их».

— Посмотрите. Сэр Тарвет, ни амулеты, ни я, ни один из моих подчиненных не видят никакой опасности в радиусе двух километров. Разрешите прекратить поиск и заняться выяснением причин срабатывания периметра?

Поверить, что все произошло случайно, почему-то не получалось, но Деррих тоже никого чужого не ощущал, а держать людей в состоянии боевой готовности до вечера было невозможно, поэтому он нехотя кивнул:

— Разрешаю. Половина магов — на поддержание щитов. Подготовленные боевые заклятия не распускать. — «Не слишком ли много я знаю о магии для графа Киартского?» — Сэр Зеррол! — Повернувшись к рыцарям, Деррих обнаружил, что они и без его команд поняли, что прямо сейчас боя не будет, и распорядился по существу. — Приготовьте носилки.

Пока настороженно зыркающие воины, прикрывая друг друга, сооружали средства для переноски раненых, чародеи развили бурную деятельность, и дракон, наблюдавший за ними с высоты конской спины, остро жалел, что не может присоединиться и, может быть, получить пару уроков.

Один из королевских магов, имени которого Деррих так и не узнал, вытянул из-под погнутых доспехов пострадавшего рыцаря медную бляху пропуска, повертел, рассматривая со всех сторон, и поднял вверх, демонстрируя остальным:

— Смотрите, видите, узор, к которому заклинание крепится, поцарапан? Скорее всего, это произошло до инцидента, заклинание-опознаватель сползло, и усиленная в связи с нашим отъездом защита замка сработала на чужака. Уверен, у второго такая же история.

— Верно. — Почти целитель оторвался от своих манипуляций с пострадавшим и вытянул пропуск, который после воздействия замковых щитов выглядел так, будто его жевали. — Зря замковые эти бляхи из меди сделали, металл мягкий, нам-то ничего, а рыцари небось о доспехи ободрали.

— Что было, из того и сделали, скажите спасибо, что хоть такие успели, — обиделся на критику таул Орллив, но его никто не слушал. Рыцари полезли проверять свои пропуска, и лица у них по мере проверки вытягивались. Той или иной степени потертости обнаружились у всех. Бляху сэра Зеррола пересекала столь глубокая царапина, что Деррих понял, что он едва не остался без заместителя.

Почувствовав, что взгляды всех рыцарей пересеклись на нем, представитель замковых чародеев исчез за спинами приезжих коллег, и Деррих поторопился отвлечь внимание воинов, пока не дошло до сценки из темных времен в миниатюре.

— Что с пострадавшими, таул Тинтар?

— Таула Вергета просто отдачей приложило, очнется к утру, колдовать сможет через неделю. С рыцарями сложнее. Таул Рорвен стабилизировал их состояние, и жизням их теперь ничего не угрожает, но лечение будет долгим. У сэра Нерра перелом двух пястных костей на правой руке — конь наступил. Обезболили, но с магическим лечением придется подождать до замка, целители и так выложились.

Действительно, почти целитель, пятнадцать минут назад выглядевший крепким молодым человеком, сейчас больше напоминал иссохшего старика, но оба пострадавших и правда дышали теперь без кровавых пузырей, а упавший с лошади больше не ругался. «Когда вернемся, надо будет позаботиться, чтобы его достойно вознаградили. И убрать приставку „почти“ от звания целителя». Его помощник выглядел слегка помятым, но ожившую мумию не напоминал.

— Что теперь? Вернемся или пойдем дальше?

После вопроса сэра Зеррола внимание отряда сконцентрировалось на командире настолько плотно, что Дерриху показалось, что его запихнули в чужой силовой кокон.

Дракон задумался, перебирая известные факты. «За» возвращение было только соображение, что произошедшее не случайность, и амулеты кто-то испортил специально. Но при этом пользоваться удобным случаем и нападать никто не спешил. «Против» было гораздо больше: необходимость потом отправлять отряд второй раз, снова ослабляя оборону и удаляясь от принцессы; желание довести неприятное дело до логического конца; гнев герцога, узнавшего, что его племянник, в соответствии с поговоркой, пошел за шерстью, а вернулся сам стриженый. И все же…

— Какова вероятность, что произошедшее не случайность?

Маги переглянулись, и Тинтар пожал плечами:

— Я бы сказал, нулевая. Если бы это было подстроено специально, то на нас бы напали в тот момент, когда началась неразбериха.

— Я бы так не сказал, — встрепенулся мрачный таул Орллив. — Если…

— Если вы пытаетесь оправдаться, то сейчас не лучшее время, — отрубил Верролт, влезая на коня. — Лучше подумайте, из чего новые амулеты делать.

Орллив зло вспыхнул, но промолчал.

— Что ж. В таком случае, таул Тинтар, свяжитесь с Озерным Клыком и вызовите подкрепление. Оставим раненых и уважаемого таула Рорвена здесь под их присмотром, а сами завершим то, за чем поехали. До гнезда осталось совсем недалеко, а два раза подряд ослаблять оборону замка мы не можем. Потом вместе вернемся.

Отряд согласно зашумел, но Верролт счел нужным напомнить:

— У нас остался только один целитель.

— Ерунда, — отмахнулся Тинтар. — Какие могут быть травмы, когда такой толпой на гнездо с молодью прешь? Разве что ноги друг другу оттопчем.

Подкрепление прибыло жутко недовольное и неприлично маленькое — два мага и три воина, как раз по числу пострадавших.

Дерриху пришлось познать еще одну сторону командирского долга и разнять тут же переругавшихся подчиненных. Высокий сероглазый королевский маг разорялся, что не оставит раненых товарищей под присмотром такой хилой охраны, когда неизвестно кто бродит в округе, а сэр Зеррол, безоговорочно доверяющий мнению давно знакомого таула Тинтара, напирал на то, что чужаков в округе нет и за счет вновь прибывших надо усилить отряд зачистки. А некие трусы от магии просто сеют панику и пытаются увильнуть от боя.

Деррих, еще раз проверив окрестности на наличие чужаков и подтвердив свои выводы мнением старших чародеев, на корню пресек порыв мага остаться в охране, взамен усилив прибывший отряд захромавшим рыцарем. Тот было попробовал возмутиться, упирая на то, что на коне ему эта травма сидеть не мешает, но отступил, когда дракон поинтересовался у него, как тот собирается въезжать на лошади в логово вырищей. А вот здесь, на просторе, в случае чего его помощь пригодится.

Зеррол насупился, но Тинтар отозвал его в сторону, о чем-то коротко переговорил и повеселевший десятник поддержал решение командира грозным рыком в сторону несогласных. Сероглазый чародей начал что-то возражать, сник, увял и теперь тащился в хвосте колонны, всем своим видом выражая протест.

Когда между деревьями показался завал из стволов и веток, прикрывающий, как знал Деррих, обширную сухую яму, разгороженную на отдельные секции (кладовые и жилые закутки), маги дружно взялись за изготовление амулетов, а рыцари спешились и достали оружие.

Перстень на руке таула Тинтара горел ровным белым светом. Произведя какие-то магические манипуляции, но так и не добившись в этом сиянии никаких изменений, чародей прошел на несколько шагов вперед. Перстень погас. Тревожно замигал серебряный кулон, выполненный в виде скрюченной птичьей лапы, во внушающих уважение когтях которой находился крупный зеленый камень. Маг печально постучал по нему пальцем, будто надеясь вколотить малость здравого смысла, и повернулся к дракону:

— Со вчерашнего дня ничего не изменилось, сэр Тарвет. В гнезде по-прежнему только незрелые особи, но заклинания выше второго уровня начинают искажаться, так что толку от нас — моральная поддержка да символическое прикрытие.

Насчет моральной поддержки чародей поскромничал, но в сложившейся ситуации и вправду было эффективнее выдвинуть в качестве атакующей силы обычных воинов. Поэтому Деррих дал отмашку своим подчиненным и двинулся к входу в логово, кося одним глазом на сэра Зеррола и запоминая, как рыцарь держится, как ступает, как подбадривает остальной десяток. Это отвлекало от неуместных мыслей — дракону жутко хотелось принять истинную форму и спалить эту подозрительную магическую аномалию к темным тварям, а не лезть в эпицентр в хрупкой двуногой ипостаси с заточенной металлической полоской в качестве аргумента.

Маги, построившись неровным полукругом, двинулись следом.

Многократно вспаханный острыми когтями мох цеплялся за сапоги и норовил подставить подножку. Один из воинов споткнулся, угодив ногой в удачно замаскированную ямку, но устоял, и отряд двинулся дальше.

В тот момент, когда последний маг ступил на небольшую площадку перед гнездом, Деррих как раз заглянул в отверстие лаза и увидел укрепленный в ветвях поваленного дерева амулет. Предупреждающий крик не успел вырваться из горла. Мох по периметру поляны будто взорвался, как нестабильный огненный смерч, и на магов обрушились острозубые чешуйчатые тела взрослых вырищей, которых, по словам тех же магов, уничтожили всех до одной. Двое чародеев сразу упали изломанными куклами, остальные сумели оправдать звание боевых магов и уберечься от неожиданного нападения. Деррих краем глаза заметил Тинтара, умудрившегося не только впихнуть в защиту второго уровня три активных слоя, но и растянуть ее на ближайших соседей, но поражаться чужому мастерству не было времени. Пока дракон хлопал глазами, рыцари успели развернуться лицом к нежданной опасности, и тут же в проходе появилась еще одна вырищь, изготовившаяся прыгнуть на незащищенные спины.

«За ней могут быть другие. Проход узкий, двум не протиснуться, значит, надо связать эту дракой до того, как она выскочит на открытое пространство». Дракон кинулся наперерез, но не успел. Единственное, что получилось, это всем весом ударить по задним лапам взвившейся в прыжке твари.

Вырищь с досадливым рыком упала и дернулась вскочить. Деррих, который в такой драке чувствовал себя куда более уверенно, чем в рыцарских поединках, трансформировал челюсти и впился в ближайшую лапу. Прокушенные чешуйки мерзко скрежетнули на клыках, и в рот полилась едкая, неправдоподобно соленая кровь. В этот раз тварь взвыла по-настоящему, обиженно и изумленно, и взвилась на дыбы, открывая нежное, не защищенное броней подбрюшье. Дракон извернулся, не разжимая зубов, и, чудом не свернув себе шею, всадил меч в живот вырищи. Сдобренный порцией драконьей магии металл выжег твари нутро, и Деррих, более не отвлекаясь на издыхающего противника, кинулся на помощь к остальным, благо из лаза больше никто не появился. Кто бы ни устраивал засаду, ресурсы у него были не бесконечные.

Уже ринувшись на следующего противника, наседающего на Дорнема и крепкого рыжеусого рыцаря, Деррих поймал изумленный взгляд. Таул Орллив, державший щит над двумя безрезультатно атакующими товарищами, смотрел на кровавые потеки на губах и подбородке, выпирающие клыки, и в его взгляде было куда больше понимания, чем хотелось бы Дерриху.

«Этому гаду есть с чем сравнивать». Развить кровожадную мысль дракон не успел. Сивый столичный маг, в очередной раз бессильно размазав по морде вырищи что-то ошеломляющее, усилил голос магией и, перекрывая шум, крикнул:

— Ищите глушащие амулеты! Не сковырнем — не справимся!

Словно в подтверждение неутешительного прогноза под ударом когтистой лапы упала и больше не поднялась очередная фигура в мантии мага. Кинувшийся на подмогу рыцарь сумел пропороть твари бок, но тут же сам присоединился к спасаемому, то ли убитый, то ли оглушенный. На ногах осталось трое магов под предводительством неистребимого Верролта и четверо рыцарей, которые, оправившись от ошеломления, смогли организовать грамотную оборону. Всем было не до амулетов.

Деррих оставил профессионалов делать свое дело и метнулся к логову — все равно вряд ли кто-то кроме него успел рассмотреть серебряный диск, скрытый ветвями и тьмой коридора. Только развернувшись обратно к гнезду, дракон обнаружил, что магов выжило не трое, а четверо. Давешний сероглазый маг, так рвавшийся остаться с ранеными, сидел на верхушке древесного завала и в обход блокирующего поля пытался с кем-то связаться. Причем, судя по тому, что он для этой цели использовал не выданный замковыми магами амулет, а криво вырезанную на стволе пентаграмму связи, вызвать он пытался не замок. Дело замедлял дрожащий и переливающийся всеми оттенками лилового магический щит, но убирать его и подвергать себя опасности маг не торопился.

Вера в возможности щита его и подвела. Обрадованный тем, что связь наконец-то начала налаживаться, маг не придал значения приближению Дерриха, и кольцо мгновенно взвившегося вокруг защиты огня стало для него сюрпризом. Смолистые, хорошо высушенные деревья, пошедшие на строительство крыши над логовом, охотно вспыхнули под призванным драконом огнем. Плюнув на заработавшую наконец пентаграмму и тревожно вопрошающего собеседника, чародей сиганул в последний оставшийся просвет и потерял сознание от крепкого удара чешуйчатого кулака по лбу.

Деррих, для верности приложив обмякшее тело еще раз, ринулся в коридор за амулетом, пока огонь не разгорелся как следует. И еле удержался, чтобы не снести голову молоденькому рыцарю, вывалившемуся навстречу с серебряным диском в руках. Не обращая внимания на странный вид командира, парень сунул ему под нос свою добычу.

— Сэр! Вы знаете, как это уничтожить? Других амулетов у входа нет, я проверил!

— Молодец, сэр Кирртой! — вспомнил имя своего самого младшего подопечного Деррих. — Дай сюда.

Пробить мечом насквозь брошенный на землю амулет оказалось несложно. Клинок прошел через центр криво нацарапанной руны, отсекая магические потоки от материального носителя, и блокирующее поле исчезло.

Итог битвы оказался неутешительным. Четверо убитых магов, двое тяжелораненых, один связанный предатель. Четверо убитых рыцарей. Трое выживших изранены так, что непонятно, смогут они поправиться или нет. Деррих, которого под конец тоже успели изрядно потрепать, метался между ранеными и пытался помочь спешно вспоминающим исцеляющие чары магам. Внезапно прорезавшемуся у графа Киартского магическому дару никто не удивлялся — сил не было.

Выживший и даже не очень пострадавший почти целитель поймал пробегающего мимо дракона за рукав и вынудил остановиться.

— Здесь мы больше ничего сделать не можем, надо тащить их к первым раненым и вызывать помощь из замка. Да и Рорвен, наверно, уже оправился немного. Колдовать не сможет, так хоть посоветует.

Признав предложение разумным, Деррих донес идею до остальных, и вскоре увечные остатки отряда, поскальзываясь на раскисшей после тушения пожара земле, двинулись к лагерю. Тащить неходячих раненых и все еще пребывающего в отключке пленника пришлось магией — волшебных сил, как ни странно, еще немного осталось, в отличие от физических.

В последний раз окинув место засады взглядом, Деррих подавил вздох. Убитым придется подождать, пока не будет оказана помощь тем, кто еще жив. Уходить, бросив на произвол лесного зверья тела своих подчиненных, не хотелось, но на импровизированных носилках истекали кровью те, кого еще можно было спасти, и дракон, перехватив поудобнее телекинезом того парня, который вытащил из горящего гнезда амулет, а спустя три минуты получил удар когтями по незащищенному лицу, двинулся следом за остальными.

Короткий путь до стоянки растянулся в бесконечность, а когда меж деревьями наконец-то показался неяркий костерок и навстречу выскочили встревоженные стражи с прихрамывающим сэром Гиллором во главе, силы закончились у всех разом, в результате чего одни носилки чуть не уронили.

— Что случилось? — К Дерриху протолкался старший рыцарь из подкрепления и сейчас шарил взглядом по лицам, пытаясь сообразить, кого не хватает. — Где сэр Зеррол?

— Погиб. Мы попали в засаду.

— Таул Тинтар?

— Погиб. Срочно свяжитесь с замком. Запросите целителя, отряд сопровождения и передайте, чтобы были настороже. Кто бы ни организовал эту засаду, сил и возможностей ему не занимать, а сейчас самое время, чтобы развить успех.

Опасения дракона не подтвердились. В замке все было спокойно, и, едва пришло сообщение с просьбой о помощи, отряд, усиленный тремя целителями разом, сразу же выдвинулся на подмогу. Дерриха это скорее тревожило, чем радовало.

«Чего выжидают эти сволочи? Чего?» Ответа не находилось, и дракон все чаще поглядывал на счастливо пребывающего в отключке предателя. От того, чтобы утащить его в сторонку, перекинуться в истинную ипостась и устроить допрос с пристрастием, удерживало только осознание, что на стоянку могут напасть в любую минуту, и необходимость оказывать помощь раненым.

Немного оклемавшийся Рорвен старался вовсю, и Деррих за время, прошедшее до появления спасательного отряда, узнал о лечении людей и особенностях человеческой физиологии больше, чем за всю предыдущую жизнь. Один из раненых рыцарей, могучий сэр Новвер, умер, не приходя в сознание, но состояние остальных удалось стабилизировать, и они дожили до прибытия целителей.

Отряд подкрепления влетел на поляну, которая сразу наполнилась движением, шумом и распоряжениями лекарей, минут через сорок после вызова. Наблюдая за поднявшейся суетой, Деррих подсел к почти угасшему костру, в который тут же кто-то подкинул хвороста и сунул греться котелок с целебным зельем, и подумал, что все это было тяжело даже для дракона. Напряжение наконец начало отступать, пропуская к сознанию сожаления о погибших, боль от многочисленных ушибов, почти затянувшегося пореза на руке, покрытых еще не отвалившейся коростой ссадин, ожогов от сорвавшегося заклинания на лице. Хотелось лечь и не шевелиться хотя бы пару часов, но реальность все еще требовала внимания. К Дерриху с не очень любезным поклоном подошел командир отряда, и дракон понял, что из-за послебоевой усталости умудрился не узнать своего персонального мучителя, десятника Лешта.

— Граф, ваш дядя и комендант замка сказали связаться с ними, как только мы прибудем на место. Хотите сделать доклад сами?

Как бы то ни было, Деррих все еще был командиром отряда. И отвечать следовало ему.

В ответ на согласие десятник удивленно скривился. Судя по всему, от дракона ожидалось какое-то другое поведение, но вникать в чужие душевные метания у Дерриха желания не было никакого, тем более прибывший с Лештом таул Чермин уже мудрил над амулетом связи.

Долго мудрил, а потом вдруг побледнел.

До находящихся на поляне из амулета донесся далекий лязг оружия и крики раненых, громкий, почти оглушительный хруст. И… тишина.

Деррих сам не понял, как оказался на ногах. С одной стороны, следовало мчаться в замок, на помощь к принцессе, Кирлин, Саху, герцогу и всем тем, кто за эти дни успел стать своим. С другой стороны — оставался измученный отряд.

Совесть не позволяла бросить раненых, которые сражались вместе с ним. Совесть не позволяла бросить сражающихся в замке и принцессу, которую он поклялся защищать. Паралич, вызванный метаниями долга и совести, разбил таул Орллив.

— Отправляйтесь в замок, сэр… Тарвет. Здесь вы больше ничего сделать не можете, а там нужна помощь. Из замка по дну озера ведет тайный ход — настоящий, а не тот, о котором четверть гарнизона знает, а остальные догадываются. По нему можно увести принцессу. Я же поведу отряд к выходу из тоннеля, там и встретимся.

Кивнув магу, дракон развернулся и кинулся бежать. Где-то недалеко была подходящая поляна, чтобы перекинуться и взлететь…

— Но…

Таул Орллив ухватил дернувшегося вдогонку десятника за локоть. Кольчужные звенья больно впились в волдыри на обожженных ладонях, но хватку чародей не ослабил.

— Все в порядке, сэр Лешт. Не надо за ним ходить, граф знает, что делает.

— Да?! И что же этот высокородный молокосос один там делать будет? Да еще и лошадь не взял, у… — Поймав хмурые взгляды выживших в засаде, десятник проявил дипломатические способности. — Умник.

Таул Орллив улыбнулся любимой многозначительной улыбочкой магов «все знаю, но ничего не скажу», немедленно вызвав у рыцаря желание сгрести его за грудки и хорошенько потрясти. До тех пор, пока не вытрясет ответ вместе с зубами.

— Мне кажется, гвардейский устав предписывает выполнять распоряжения командира, а не обсуждать его поступки. Господа целители, как раненые? Отлично. Таул Рортиус, кремируйте погибшего, а вы, сэр Лешт, позаботьтесь о носилках. Идти нам довольно далеко.

По лесу, негромко переговариваясь, шли два путника. Старший, старательно разглаживая слипшиеся от пота усы, привычно костерил злокозненного дракона, когда младший внезапно остановился.

— Чую магию.

— Что, уже охранный периметр замка?

— Нет. Эхо боевых заклинаний… И близко. А дальнего периметра мы не видели, скорее всего, потому что его просто нет.

Воин с сомнением посмотрел на белобрысого и поправил перевязь с ножом (вещи слуг после нападения странного дракона, в отличие от имущества графа и мага, остались при законных владельцах).

— Тьма знает что. Не от дракона же они отбиваются?!

— Нет. — Младший с прищуром проводил взглядом мелькнувшую над головой тень. — Дракон туда как раз направляется. Если мы не хотим опоздать к самому интересному, стоит поторопиться.

ГЛАВА 9.

Сах, в лучших традициях подготовки к экзаменам, пытался делать три дела разом. Обновлять плетения на нижнем ярусе донжона, разбираться в древних символах, чтобы понять, каким образом, откуда и из кого тянется сейчас энергия, и в перерывах, пока тестирующие заклинания делают свое дело, листать позаимствованный в библиотеке список «Изложения ритуалов». Конечно, с последним можно было и подождать, но Сах, поймавший себя на том, что со всей этой суетой начал забывать, ради чего явился в замок, твердо решил дочитать книгу сегодня. Благо здесь имелась почти чистая бочка, на которой можно было относительно комфортно сидеть, и некоторое количество свободного времени.

Когда до конца работы осталась одна глава, восемь символов и два неподпитанных заклинания, и без того тусклый свет, льющийся в полуподвал из единственного окошка под потолком, окончательно померк, и раздался чуть приглушенный девичий голос:

— Таул Тэйсах, вы здесь? Да? Можно я спущусь к вам?

Через минуту на лестнице деловито простучали каблучки, и в помещение заглянула высокая медноволосая фрейлина, Рувира. Выражение лица у нее было обеспокоенное и немного виноватое.

— Тэйсах, вы не посмотрите, что с Филом? — Девушка наконец зашла, и Сах увидел, что у нее на руках сидит фиолетовый лирисси Дерриха. — Сэр Тарвет перед отъездом попросил нас за ним присмотреть. Сначала все хорошо было, мы покормили его, поиграли с ним, потом еще раз покормили и решили по стене погулять, а он икать начал и дергаться так конвульсивно. Время от времени. — Речь девушки все ускорялась, и Сах при всем желании не мог определить, что является причиной для этого — желание побыстрее выложить неприятные новости или раздающийся со всех сторон дробный мышиный топоток. — Вот, пока я вас искала и сюда его несла, вроде прошло все, но он все равно вялый какой-то. Смотрите.

Протянутый магу лирисси осмотру не сопротивлялся, только с умеренным интересом крутил головой в поисках источника шума и писка. «Еще бы, после двойной-то кормежки, зачем ему и мыши еще?» Сах осмотрел обжору со всех сторон, но ничего предосудительного так и не обнаружил:

— Может, это от переедания?

Фрейлина отчаянно замотала головой, рассыпая уложенные в прическу локоны.

— От переедания он по-другому икает, мы его один раз уже перекармливали, знаем, а тут больше на припадки было похоже.

Сах припомнил, что лирисси, как и прочие волшебные создания, большинству обычных хворей не подвержены, зато чутко реагируют на перепады магического фона, и забеспокоился. Что, если эти не по уму усердные боевики все-таки повредили защиту, которую не смогли одолеть ни вражеские маги, ни время? С них станется.

— Где, говорите, это было?

— На южной стене и во внутреннем дворе немножко. — Девушка оставила попытки разглядеть наглых грызунов и с надеждой улыбнулась. — Может, вы сами сходите посмотреть?

— Разумеется. — Сах засунул книгу под мышку, закинул сопротивляющегося Фила на плечо, сгреб амулеты и предложил даме оставшуюся свободной руку. — Уверен, ничего серьезного не произошло.

Когда Рувира говорила «припадок», она не драматизировала и не преувеличивала, в этом Сах убедился, едва успел подняться на стену. Стоило оказаться рядом с вмурованным в последнюю ступеньку накопителем, питающим щиты, как лирисси впился когтями в плечо мага и забился в судорогах. Стоящий в карауле воин оглянулся на сиплый писк и покачал головой:

— Полечили бы вы животину, таул магик, пока она не померла невзначай. Как мимо накопителей ее несут, так биться начинает.

— Интересно как… — Отступивший на два шага Сах обнаружил, что Филу и впрямь сразу полегчало, сунул его Рувире и склонился над зачарованным камнем. — Раньше он на них так не реагировал.

По протянутым к источнику магии ладоням скользнул широкий горячий поток силы, в который вплелась совершенно неожиданная тонкая струйка ледяного сквозняка. Идущая в обратную сторону, против течения. И этот поток становился все шире, вбирая в себя и поворачивая вспять магию щитов. Наперекор всем законам магии и заклинаний.

Сах до боли стиснул сигнальный амулет, выданный на случай, если будет нужно срочно поднять тревогу, но никакого полезного эффекта не добился. Медная капля осталась холодной и безжизненной, а день — тихим и безмятежным. К счастью, оставались еще обычные средства оповещения.

— Трубите общую тревогу. — Изумленный таким неожиданным поворотом дела воин замешкался, и Сах неожиданно для себя рыкнул, подражая сэру Лешту: — Немедленно!

Знакомые интонации усача отрезвили, и он тут же схватился за точно такой же, как у Саха амулет. С тем же результатом. Отбросив бесполезную колдовскую игрушку, схватился за старый добрый сигнальный рог, но выдуть из него звук не получилось. Только лицо наливалось багрянцем от усилий. Понявший бесплотность своих попыток, воин заглянул в рог, потряс его и виновато посмотрел на мага:

— Застряло там что-то, таул магик.

— Вовремя. — Сах в бессильной злости смотрел, как на озеро, первым освобожденное от защитных чар, стремительно наползает волна чужого заклинания, для обычных людей пока невидимая. — Леди, бегом к коменданту, предупредите по пути всех, кого встретите, а я по стене пробегусь. Ну!

Рувира протестующе тряхнула головой. Растрепавшиеся от ветра волосы хлестнули по плечам, заставив едва оклемавшегося дракончика шарахнуться и взмыть в воздух:

— Не так. Стойте здесь!

Сбежав до середины лестницы, она вцепилась для устойчивости обеими руками в перила и завизжала. Пронзительные звуки срезонировали от каменных стен двора и переполошили, как показалось оглушенному Саху, весь замок до последнего яруса подвала.

Убедившись, что всеобщее внимание привлечено, он набрал побольше воздуха и на пределе возможностей, так, чтобы до противоположной стены долетало, закричал:

— Тревога! Готовиться к отражению атаки! Щиты не активировать! Они сработают против нас. Не активировать, я сказал!

Короткая волна, пробежавшая по магическим нитям, и многоголосый крик, полный боли, показал, что не все поверили. «Тьма! Ладно, зато в битве не будут дергать». Сах убедился, что до воинов дошло — все серьезно и по-настоящему, и припустил следом за Рувирой, которая уже скрылась в донжоне. Надо надеяться, что побежала она именно к коменданту.

По двору и коридорам бестолково метались служанки, норовя сбить с ног или обвизжать любого, неосторожно выскочившего из-за угла, от стен слышались взрывы и треск боевых заклинаний — враги, понявшие, что внезапной атаки не получится, начали штурм. Совесть звала присоединиться к сражающимся на стенах, но приказ герцога был совершенно недвусмысленный — заботиться о принцессе. Поэтому Сах целенаправленно двигался к лестнице. Предупредить, если вдруг еще не заметила, организовать дополнительную линию обороны, если вдруг гвардейцы еще не расстарались, а дальше видно будет. Может, даже боевые переделки опробовать удастся.

Применить их пришлось намного раньше. Когда перед Сахом замаячил в конце коридора первый виток лестницы, ведущей к покоям принцессы, из бокового прохода вывалилась группа воинов в плащах с незнакомыми гербами. Судя по направлению движения, с Сахом им было по пути. Отрядный чародей, обнаружив чужака, вскинул руки, чтобы швырнуть что-то убийственное, но натренированный долгими годами опасных экспериментов Сах успел поставить лабораторный купол над вражеским отрядом быстрее. Ударившись о преграду, заклятие пришлого чародея глухо бухнуло, опаляя стоящих рядом людей и мгновенно выжигая оставшийся под куполом воздух. Маг с обугленными руками сполз по дальней стенке полусферы без видимых признаков жизни.

Бывшего теоретика от вида искалеченных, хватающих ртом клубы дыма людей замутило, но долго переживать не получилось — подтянулись три арбалетчика, отставшие от основной группы, и сразу стало не до остальных. Болт первого стрелка свистнул рядом с головой, и Сах выпустил на волю вторую домашнюю заготовку из тех, что успел заранее сплести. Заклинание шикнуло и осело на насторожившихся стрелках безвредным сизым налетом. Проверенную на монстре дробилку отклонили защитные амулеты, и Сах понял, что оставшиеся два болта будут его — два лабораторных купола он не удержит, а прятаться в узком коридоре было негде.

Выстрелить, однако, не успели. За спинами отвлекшихся на Саха воинов возник бледный и сосредоточенный сэр Лотгрен, заместитель командира королевских гвардейцев, и в несколько ударов решил возникшую перед магом проблему.

— Где принцесса? — К долгим расшаркиваниям и куртуазностям рыцарь был не расположен и сразу перешел к делу. — Наверху ни ее, ни прочих девиц нет.

— Тьма! В каминном зале, наверное. — Куда еще могла пойти вернувшаяся с прогулки раньше времени Уэлта, Сах не знал. Единственное, что утешало, — направленный на поимку принцессы отряд воины замка перехватили. Остановить торопливого рыцаря оказалось не менее трудно. — Стойте! Идемте сюда, сэр Лотгрен. Нет, я точно знаю, что так быстрее.

Узкий боковой коридор был короче, чем главный, примерно вдвое, но Сах все же успел сплести несколько заклятий, а сэр Лотгрен, бегущий впереди, напугать до полусмерти трех служанок, одна из которых ловко огрела его по шлему каминными щипцами. Силенок, чтобы причинить гвардейцу существенный ущерб, не хватило, но настроения ему этот эпизод не прибавил, и появление дверей каминного зала, пускай и запертых, рыцарь приветствовал облегченным вздохом, едва слышным за громким стуком латной перчатки в окованную железом поверхность.

— Эй, кто там, открывайте! Это Лотгрен! — Реакции не последовало, и рыцарь заколотил сильнее, а Сах с заметным опозданием уловил отголоски магии крови. — Ваше высочество, вы там?

Ответом ему стал придушенный писк, впрочем, тут же оборвавшийся. Сах попытался оттереть беснующегося рыцаря от двери, но голос разума сквозь шлем долетал до него глухо, пришлось подкрепить магией. Сэр Лотгерн отшатнулся от иллюзорного пламени, возникшего перед носом, и наконец обернулся к Саху:

— Сделайте уже что-нибудь, твари вас побери! М-магик…

— Сделаю сразу, как только вы отойдете от двери. — Жутко подмывало добавить: «Рррыцарь…», но Сах счел, что время для скандалов неподходящее, и приберег комментарии до лучших времен.

Ломать толстенную дверь, оплетенную старыми заклинаниями, поверх которых змеились подозрительно знакомые линии силы, было бесполезно. Сах пошел по пути наименьшего сопротивления и взялся обрабатывать петли. Спустя четыре томительно долгих минуты, во время которых с той стороны попеременно раздавались звуки взрывов, мужская ругань и девичьи взвизги, волшба набрала силу. Дверь, все так же оплетенная не потревоженными защитными чарами, с тихим скрипом, перешедшим в грохот, завалилась внутрь зала, никого при этом, к счастью или сожалению, не пришибив.

Открывшаяся глазам картина была удивительно колоритной. Спеленатые заклинаниями девицы (что характерно — не только фрейлины, но и оскорбленные и испуганные магессы) сидели у стены, там же без движения валялись два гвардейца из охраны принцессы. Сама Уэлта, связанная шнуром от штор, сидела в центре светящейся гексаграммы, и уникальная кровь королевского рода через разрезы на запястьях аккуратно стекала на чей-то череп, заботливо расписанный рунами. Тяжелая дубовая мебель была сдвинута ко второму дверному проему, в который не слишком успешно ломились воины с чужими гербами. Самой двери уже не было, но магия скрепляла предметы, мешая их растащить. Впрочем, стрелы и заклинания преграда пропускала, вынуждая возвышающегося над принцессой таула Иртрана перемежать заклинания с бранью и не давая ему сосредоточиться на околдованной Уэлте.

Саху припомнились слова дракона о том, что заинтересованных в принцессе сторон может быть больше, чем они думают. Предатель из замка, противостоящий непонятно откуда взявшимся чужакам, был отличным тому подтверждением.

Услышав грохот за спиной, колдун резко обернулся, и этим тут же воспользовались зеленоплащники. В Иртрана полетели два болта, которые он успел принять на защиту, и заклинание, которое попало в цель. Видимых повреждений не последовало, но все наложенные им заклятия тут же просели. Этим поспешили воспользоваться все присутствующие — атакующие мигом проделали дыру в баррикаде и полезли в зал. Уэлта, сбросившая оцепенение, извернулась, насколько позволяли путы, и метким пинком отправила рунный череп в угол. Потерявший связь с ритуалом колдун покачнулся, и в этот момент до него добрался сэр Лотгрен.

— Глуши… Тьма! — Рыцарь решил проблему с присущей ему прямолинейностью — отделением головы от тела, и остатки магии, удерживающие зеленоплащников, тут же исчезли. Единственное, что смог сделать Сах, не опасаясь задеть своих, это замкнуть на выбитых дверях контур защиты, который, стараниями нападавших, теперь атаковал тех, кто находится внутри него, а не снаружи. Неподвижные тела воинов заполнили брешь в баррикаде. Одного, успевшего прорваться внутрь после короткого обмена ударами и ослабляющего заклинания, угомонил сэр Лотгрен, а оставшиеся снаружи, видимо, не прихватили с собой достаточно компетентного теоретика, который смог бы переориентировать защиту, и вынуждены были временно отступить.

«За подкреплением побежали, мерзавцы. Или за указаниями командира». Освободив от пут принцессу и убедившись, что раны не опасны, Сах склонился над остальными девушками. Рувиры с ними не было. Радоваться или огорчаться этому с учетом гуляющих по замку вражеских солдат, Сах не знал, но так как поделать ничего не мог, решил радоваться. Хоть от ритуалов предателя-колдуна подальше.

Пока длился осмотр, девушки продолжали сидеть абсолютно неподвижно — Иртран сделал обездвиживающее заклинание автономным, и оно продолжало действовать, несмотря на гибель своего создателя. Говорить девушки, к несчастью, могли, и сейчас рыдали, тараторили и давали умные советы все разом, отвлекая от распутывания заклятия.

Сэр Лотгрен тоже внес свою лепту. Устав играть в гляделки с находящимся до сих пор по ту сторону защиты вражеским магом, он окликнул Саха:

— Таул Тэйсах, вы так уверены, что они не пройдут, что можете отвлекаться?

— Да. Это не мои заклинания, а замковые, я для их поддержания не нужен. А девушек надо освободить — во-первых, нехорошо, что они связанные, а во-вторых, какая-никакая, а магическая поддержка.

Про себя Сах полагал, что лучше бы оставить, как есть, только еще заклинание немоты добавить, но, случись что, не на себе же девять неподвижных девиц тащить.

— Совсем не нужны? — Взгляд рыцаря стал задумчивым.

— Совсем. — Сах отвернулся к фрейлине, над которой пытался колдовать. Что бы ни задумал рыцарь, ему придется подождать.

Сэр Лотгрен так не считал. Одновременный визг со всех сторон заставил Саха дернуться и откатиться в сторону, поэтому меч оцарапал ему щеку, вместо того чтобы обрушиться на шею. Теоретик с изумлением воззрился на недавнего соратника. Похоже, рыцарь не спасал принцессу, а просто устранял более расторопных конкурентов. Еще одна заинтересованная сторона. Сколько же их?

Второй выпад был нацелен в грудь, но, когда видишь врага, увернуться проще. Сах снова откатился и запустил в рыцаря заклинанием ослабления. Оно не подействовало, дробилка заставила слегка пошатнуться, зато иллюзорная вспышка огня снова оказалась эффективна — дала время вскочить на ноги и отпрыгнуть подальше. Свидетели — и девушки, и вражеские воины, возбужденно загомонили: похоже, происходящее не нравилось ни тем, ни другим, но вмешаться они по понятным причинам не могли.

Рыцарь тряхнул головой, разгоняя разноцветные круги, плавающие перед глазами, и прыгнул к магу, справедливо считая, что чем меньше времени будет у того для колдовства, тем лучше, но Сах уже собрался с мыслями — раз сила бесполезна, придется обойтись хитростью. Ну и что, что иллюзии никогда не были его сильной стороной? Спасение жизни, и своей, и десятка девушек с принцессой во главе, — прекрасный повод научиться. Поэтому дробилка толкнула рыцаря в грудь, сбивая в прыжке и вызывая легкую дезориентацию в пространстве. Лотгрен не слишком удачно рухнул на пол, а когда вскочил и огляделся, то обнаружил противника стоящим у дальней стены и что-то энергично колдующим с нехорошей ухмылкой. Он, судя по всему, был уже почти готов выпустить свое творение на волю. Вряд ли убийственное — защитные амулеты сделаны на совесть, но лучше не проверять. Рыцарь снова кинулся к юркому магу, ударившись по пути плечом обо что-то невидимое. Когда до чародея остался один шаг, стремительное движение Лотгрена остановил удар по коленям и одновременно сильный толчок в лопатки. Падать, пускай даже и в доспехах, рыцарь умел, но в этот раз полет затянулся.

Сах проводил взглядом мелькнувшие за балконными перилами сапоги, отлип от дверного проема и вытер выступивший на лбу холодный пот. Кто бы мог подумать, что иллюзия целой комнаты, сдвинутая всего на три шага по отношению к оригиналу, может быть такой эффективной. И утомительной. И все же, какое счастье, что в этом помешанном на безопасности замке не стали отступать от традиций и сделали в каминном зале балкон для обращения к народу.

Спустя полчаса народа в зале заметно прибавилось. Нападающие подготовились к штурму слишком хорошо и без особых потерь оттеснили защитников на вторую стену. Этот рубеж воины пока держали, но, судя по тому, что время от времени зеленоплащникам удавалось прорваться во внутренний двор, отступление в донжон — вопрос времени. А если вспомнить о том, что в этот самый донжон ведет подземный ход, известный противнику, становилось и вовсе грустно. И очень странно, что кроме самой первой группы, уничтоженной Сахом и сэром Лотгреном, и второй, осаждавшей зал, а потом смятой отступающими защитниками, никто этим ходом больше не воспользовался. Сейчас главный зал замка служил прибежищем для тех, кто не может сражаться, и госпиталем для раненых.

Сах проверил состояние герцога, так и не пришедшего в себя после ранения, и слегка подправил целительные чары, а потом перевел взгляд на десяток гвардейцев Тессира в алых плащах, перемешавшихся с полутора десятком телохранителей принцессы в лазурно-золотом. Воины, в кои веки не препираясь и не деля привилегии, занимались своими прямыми обязанностями — охраняли принцессу, а заодно фрейлин, пару пробравшихся поближе к госпоже служанок, наставника Кирредея и раненых. Рувира, пробившаяся сюда вместе с раненым комендантом, сейчас сидела возле принцессы и осторожно поглаживала нервно вздрагивающего от каждого мощного боевого заклятия Фила.

Маги и магессы, не занятые обороной, помогали целителям, и Сах с чистой совестью присоединился к ним. Еще не хватало случайно кого-нибудь из своих не опробованным боевым заклинанием угробить.

Убедившись, что герцог в порядке, насколько это возможно в сложившихся обстоятельствах, Сах перешел к коменданту. В отличие от Тессира, тот отделался перебитой в двух местах ногой и говорить мог, хотя и не очень хотел. Саха, когда он любопытствовал по делу, такие мелочи никогда не останавливали, и, воспользовавшись тем, что объект допроса убежать не может, теоретик приступил к выяснению неясных деталей:

— Как думаете, почему они не запустили часть отряда через подземный ход? Натиска с двух сторон мы бы не выдержали.

Офицер дернул опаленными усами и досадливо поморщился:

— Потому что в подвал Лирем как раз перед нападением нежить ловить отправился.

— Так нежить же в Сорочьей башне, а ход здесь, в донжоне, — не понял логику Сах.

— Какая разница? Подвал один, просто дверями на секции разделен для надежности. Ключи у Ронерта есть, главный маг крепости как-никак.

Комендант прикрыл глаза, давая понять, что разговор окончен, и Сах перешел к следующему пациенту, размышляя о доверии и объектах его достойных. Вроде с утра таул Лирем числился среди потенциальных противников, а сейчас вся надежда на него. Вот тебе и безотказный способ судить о людях по поступкам…

Когда за окном раздался знакомый рев, треск пламени и крики, Сах сунул миску с целебным зельем в руки серой от усталости, но не сломленной Сирроне и высунулся посмотреть. Вдруг в этом сумасшествии еще один дракон поучаствовать захотел, для разнообразия на вражеской стороне. Долго любоваться крылатым ящером, атакующим замок, не удалось. Незнакомый королевский десятник оттащил мага от окна со звонким подзатыльником и без лишнего пиетета перед мантией.

— Стрелу захотел, молокосос?

Сах потер затылок, но решил не обижаться: не каждый день за твою безопасность радеют незнакомые люди.

— Стрелкам сейчас не до меня. Вон смотрите, какой участник в сражении появился.

За окном мелькнули огромные желтые крылья, и треск пламени снова слился с яростными криками. Девушки заметно побледнели, а Фил, учуявший хозяина, завозился на руках Рувиры, но в битву крыло к крылу кидаться постеснялся. Вместо этого напыжился с видом «не бойтесь, я вас защищаю!». Наставник Кирредей обозрел белые, как мрамор, личики фрейлин, поплотнее закутался в не по погоде теплый упелянд,[1] и решил отвлечь своих подопечных ученой беседой, и сам отвлечься заодно:

— Смотрите и запоминайте, девы! Вам выпала редкая возможность рассмотреть вблизи зломерзкого золотого дракона, так же в разных бестиариях называемого пещерным, кракчрермом… А? Нет, юная леди, это по звуку, который слышится, когда дракон трется о камни чешуей… И похитителем принцесс. Именно этот вид особенно падок на юных дев человеческого рода, и, думаю, именно присутствию вашего высочества мы обязаны участием этой твари в битве. Смотрите на шипы, расположенные вдоль хвоста…

Быстрая тень заслонила свет в окнах еще раз, демонстрируя те самые шипы, и зашла на следующий круг.

«Он же не знает, где мы. Надо встретить и проводить». Сах подскочил к командующему полувыдохшимися магами Реинду:

— Я на стену, наших раненых помогу выводить. Смотрите, какая там свалка началась.

Толстячок, принесший за время битвы примерно столько же пользы, сколько все остальные присутствующие маги вместе взятые, с сомнением покосился на молодого и прыткого, не отвлекаясь от удержания щитов, и неохотно кивнул:

— Сиррона, Кирлин, Айрек, отдайте ему амулеты, все равно с ранеными сидите.

Веснушчатый крепыш оторвался от перевязки:

— Может, я лучше компанию составлю?

— Сиди. У тебя магии как раз на прижигание ран осталось, в другой раз погеройствуешь.

Уходя, Сах слышал за спиной неприличное высказывание разочарованного Айрека и пространные рассуждения Кирредея, несущего энциклопедический бред об охотничьих повадках золотых драконов. Если правда о происхождении графа Тарвета когда-нибудь вскроется, репутация дракона в глазах слышавших эту лекцию будет испорчена безнадежно.

Когда Деррих достиг рубежа, на котором должен был находиться первый щит, и приготовился проламываться силой, то с изумлением обнаружил, что этого делать не нужно. Нет, барьер действовал совершенно исправно, но теперь по принципу «всех впускать, никого не выпускать». По заклинанию тонким слоем разливалась ярость доведенного до края дракона. Судя по струйкам дыма, поднимавшимся со стороны озера, месть удалась на славу. Жаль только, что под удар и невиновные попали.

Подлетев к замку, Деррих смог разглядеть подробности атаки. Штурмовать предмостные укрепления, а потом скакать к воротам по узкому мосту нападающие не пожелали. Вместо этого они, воспользовавшись отсутствием магической защиты, превратили озерную гладь в черное ноздреватое подобие камня, из которого кое-где торчали хвосты и морды вмурованных интриллов, на свою беду успевших почувствовать приближение чужаков.

К моменту прибытия дракона бой шел уже на внутреннем кольце стен и, на дилетантский взгляд Дерриха, близился к завершению в пользу нападавших. Но все еще шел, а это значило, что принцесса, Сах и Кирлин сейчас в донжоне, и, если поторопиться, то они останутся в безопасности. На умирающих людей дракон за сегодня уже насмотрелся и никому из своих друзей такого не желал.

Пока чародеи увлеченно поливали друг друга и всех находящихся рядом структурированными потоками магии, а укрепившиеся на удобных позициях лучники стреляли туда, куда не могли добраться мечники, Деррих решил внести свою лепту и для начала прошелся прицельными плевками по вражеским стрелкам. Маги опаснее, но при всем желании отвлечься друг от друга не могут, а значит, в нового участника битвы швыряться заклинаниями не будут. Защитники замка вместо того, чтобы воспрянуть духом от ослабления натиска, разразились не слишком пристойными воплями, и противники были с ними в этом душевном порыве абсолютно единодушны.

После второго захода, выкосившего часть вражеских магов на южной стене, Деррих увидел группу воинов, целенаправленно пробивающихся к башне с противодраконьей баллистой, и заметил подозрительные перестановки в кругу уцелевших вражеских чародеев, видимо решивших пересмотреть приоритеты. Он понял, что с показательными выступлениями надо заканчивать. С урезанным составом магов атакующие много не навоюют, пора пробираться к Уэлте, хватать ее, Саха и, поднявшись повыше, уводить врагов за собой — все равно не догонят. Затеяно это представление, наверняка чтобы добыть принцессу, так что вряд ли командир «зеленых» будет продолжать штурм замка, если увидит, что добыча ускользнула.

Припомнив план внутренних переходов, дракон принялся целенаправленно разгонять сражающихся от Граненой башни — своих аккуратно, чужих как придется. Особых сложностей в этом не возникло: после того как выбыл последний лучник, желающих схватиться врукопашную с идущим на посадку драконом резко убавилось.

Полыхнув в последний раз огнем вдоль опустевшей стены, чтобы подальше отогнать любопытных, Деррих попятился к двери, подгадал момент перед самой атакой магов, перекинулся и юркнул за створку. И еле удержал руку от удара, в последний миг опознав в измочаленном и подкопченном маге, примостившемся на верхней ступеньке, Саха. Вокруг в живописных позах похрапывали королевские гвардейцы.

За дверью бухнуло и зашипело.

— Чтоб тебя… Сах!

— И это вместо благодарности. — Маг намертво заблокировал дверь и с интересом оглядел лохмотья, висевшие поверх мятых исцарапанных доспехов дракона. — Помоги мне привести этих вояк в чувство, да пойдем по стене раненых собирать. Заодно что делать подумаем.

— Ну. — Дракон присел над ближайшим воином и принялся выводить его из магического беспамятства единственным доступным способом — крепкими оплеухами. — Я думал вас с принцессой демонстративно утащить. Может, Кирлин взять за компанию. Не будут же осаждающие тратить силы на штурм, если добыча уже ускользнула.

Колдующий над соседним гвардейцем Сах устало тряхнул головой:

— Еще как будут. Отряд в погоню за вами выделят, и все. Деррих, они на королевский замок напали. Не знаю, зачем им принцесса, но, подозреваю, помимо ее пленения в их планах стоит устранение всех свидетелей штурма. А уж после этого над ее высочеством и маг разума поработать может, чтобы нужное внушить. Ты же сам не согласишься бросить тут девушек, тяжелораненого герцога и прочих подопечных.

Приводимый в чувство воин от очередной оплеухи зашевелился, поэтому ответить Деррих постарался по возможности нейтрально:

— Да, тогда это не вариант. Есть еще один, но для него замковый маг нужен.

От этого предложения Саха перекосило:

— Знаешь, давай до принцессы доберемся, там и поговорим.

Отряд, притащивший в каминный зал раненых, обнаружил деловитую суету, возглавляемую невесть откуда взявшимся таулом Лиремом. Маг был собран, зол и взъерошен. Пострадавших тут же взяли в оборот целители, а Деррих удостоился холодного подозрительного взгляда.

— А вы здесь откуда?!

Деррих присмотрелся к отблескам магии в глазах собеседника и постарался ответить как можно более лаконично:

— Когда прибыло подкрепление, попытался вызвать замок для доклада, услышал шум битвы, взял двоих магов и поспешил сюда. На стенах такой бардак, что при их помощи удалось пробраться внутрь.

— Это так, — поспешил вклиниться Сах, — сам видел.

— Да, — встрепенулся Деррих, — вот, у гвардейцев спросите — я к отряду присоединился как раз перед тем, как вражеские маги дракона убили. Сначала под огненный выдох чуть не угодил, потом едва заклинаниями не размазало…

Упомянутые гвардейцы помогали целителям управляться с ранеными, а кое-кто и сам в их помощи нуждался. Маг по некотором размышлении решил их не отвлекать.

— Ладно. Добрались, и замечательно. Герцог ранен, в сознание не приходит, значит, его отряд, по родству и старшинству рода, переходит под ваше командование. Так?

— Так, — опешил Деррих от такой перспективы. Ранение уважаемого старшего родича, роль которого исполнял герцог, само по себе плохо, но столь далеко идущих неприятностей дракон не ожидал.

— Ну так велите им собираться, я решил уводить из замка принцессу и тех, кто не может сражаться. Командиры на стенах предупреждены и дадут нам время на то, чтобы отойти подальше. Возражения?

Судя по тону, в случае возражений маг был готов превратить спесивого дворянчика в лягушку, прямо не сходя с места и без помощи необходимых артефактов, но Деррих спорить не собирался, только уточнил:

— Через второй подземный ход пойдем? Тогда согласен. — И, видя недоумение собеседника, пояснил: — На выходе будет ждать таул Орллив с остальным отрядом.

Сэр Ирмен, раздававший указания своим подчиненным в другом конце зала, наконец заметил пополнение в лице молодого командира и легко прошел через хилый заслон вымотанных магов, как лось через подлесок.

Ронерт с явным трудом удержался от того, чтобы приложить офицера магическим жезлом по лбу, и Деррих понял, почему чародей так легко согласился с его версией прибытия в замок. Молодой и неопытный союзник его устраивал больше, чем опытный и железнолобый.

— Лорд Тарвет, мы не можем оставить…

— Мы не можем оставить здесь принцессу. Наш долг — защищать ее любой ценой. Забыли, зачем вы здесь?

— Я-то помню, — зло сверкнул глазами рыцарь. — И вы, гляжу, не забываете.

От такой реакции Деррих растерялся, но потом вспомнил, что их отряд привели в Озерный Клык исключительно матримониальные планы герцога.

— Вот и не забывайте. И не забывайтесь. Ваш долг перед герцогом никуда не делся. Так же, как и долг перед принцессой. Мы уходим. Как самому опытному из имеющихся офицеров, и наших, и королевских, поручаю вам организовать безопасность тех, кто не может сражаться. Если возникнут разногласия с черралиссцами, сообщите, я поговорю с ее высочеством.

Взглядом огнеупорный дракон испепелялся плохо, поэтому сэр Ирмен зло дернул уголком рта и пошел отдавать необходимые распоряжения, а Деррих отыскал наконец взглядом принцессу с застывшей улыбкой на лице, Кирлин, стоящую у балконной двери с боевыми заклинаниями на изготовку, и поспешил к месту, где укладывали на импровизированные носилки неходячих раненых. Проведать герцога.

Просто так дойти не получилось — на полпути на загривок Дерриху обрушилось нечто мелкое и чешуйчатое, качественно придушившее дракона гибким шипастым хвостом, и пронзительно заверещавшее на ухо.

— Фил!

Возмущенный дракончик отпускать блудного хозяина не пожелал, продолжая на повышенных тонах жаловаться на бардак в замке. Снимать с хозяйской шеи карманное чудовище пришлось в четыре руки Саху и не уследившей за подопечным Рувире.

Ближайший лекарь оторвался от пациента, которого два воина пытались уложить на носилки, не потревожив раны, и слабо улыбнулся:

— Герцог лежит вон там, милорд. Его уже подготовили к транспортировке.

— А что с ним?

Целитель замялся, и Деррих напрягся в ожидании худшего, но оказалось, что маг всего лишь вспоминал.

— Осмотр проводил не я, но, насколько мне известно, его светлость сначала потерял много крови от ранения в бедро, а потом получил какую-то магическую травму. Всю возможную помощь мои коллеги уже оказали, так что, если удастся обеспечить покой и уход, он, несомненно, поправится.

— Покой и уход, — пробормотал Деррих, прислушиваясь к шуму битвы, долетающему из окон. — Так и запомню.

Целитель, которому было не до иронии, уже вернулся к своим непосредственным обязанностям, и дракон продолжил свой путь к герцогу, крепко удерживая негодующего Фила под мышкой.

В беспамятстве вельможа потерял все свое властное величие. Перед драконом лежал на носилках просто старый и очень усталый человек.

Это не помешало Дерриху при взгляде на сухое, с резкими чертами лицо мысленно поежиться. «Ведь наверняка, когда очнется, первым делом потребует отчет обо всех действиях. И о том, что уже было, и о том, что я еще успею на командирской должности натворить. Что бы…».

— Отправляемся, милорд. — Подчеркнуто вежливый сэр Ирмен сделал знак двоим легкораненым, и они подхватили носилки, а рыцарь заботливо поинтересовался: — В строю место займете или в центре колонны, к принцессе поближе? А то вдруг что случится…

— В строю. — Дракон оглянулся на отряд и решил. — Мы с таулом Лиремом возглавим авангард, а вы с таулом Реиндом возьмите на себя тот отряд, который будет прикрывать безоружных сзади.

Стоило занять выбранную позицию, как за спиной пристроилась Кирлин, покинувшая безопасное место рядом с принцессой ради того, чтобы помочь прокладывать дорогу. А Сах…

— Сах?!

— Здесь я, — возник слева чародей, заворачивая в обрывок чьего-то плаща покрытый рунами череп.

— Зачем он тебе?

Маг огляделся, прикинул количество заинтересованных и подозрительных взглядов и постарался ответить максимально обтекаемо:

— Для демонстрации. Ну ты знаешь кому.

Окружающие расплылись в понимающих улыбках. Что там они себе поняли, Деррих не знал, зато вполне представлял, как будущий наставник молодежи в уме составляет обзорную лекцию по ритуалам на крови. Вот только вряд ли ему разрешат детям такую пакость показывать. «Тайком от руководства протащит, — решил дракон, — а потом, судя по разгоревшемуся взгляду, еще и в работе продемонстрирует».

Сах наконец закончил приторачивать к поясу сверток и занял место рядом с Деррихом, выплетая что-то теоретически убойное, а потом доверительно сообщил:

— В этом замке я нашел столько интересного материала, на весь семестр хватит. Жаль, времени на толковую обработку нет.

Таул Лирем оглядел построенную в походный порядок колонну и, выслав вперед сторожевые заклинания, двинулся на выход.

Вскоре недалеко от лестницы, ведущей в подвал, послышался шум драки, и из-за угла показались два медленно пятящихся человека в одежде слуг, но при этом ловко орудующих мечами. Атакующие их зеленоплащники в узком коридоре насесть всем десятком не могли, и обороняющиеся с удовольствием пользовались этим обстоятельством, причем младший время от времени спускал по мечу странные белые искры, заставляющие противника дергаться и терять концентрацию.

Слаженный удар четырех магов решил исход поединка в пользу мирного населения, и странные слуги обернулись посмотреть, кто это им помог.

Деррих пригляделся к их лицам и сдавленным шепотом поинтересовался у Саха:

— Тебе эти типы не кажутся знакомыми?

— Кажутся. А еще мне теперь кажется, что они под описание, данное стражей, подходят.

ГЛАВА 10.

Ронерт Лирем с подозрением глядел не на слуг, владеющих оружием (дикие места, чего уж тут), а на то, что осталось от вражеского отряда.

— Где вы на них наткнулись?

Парни замялись, будто не могли вспомнить, а потом старший обрадованно сообразил:

— Дык у тупичка с дверями, на которых медные накладки в виде единорогов, таул магик. Чуть не зажали нас там.

— Рядом с лестницей. Тьма и твари! Расколупывают, значит, заслон в подземельях! — Нетерпеливым жестом задвинув новеньких себе за спину, маг открыл было рот напомнить замешкавшемуся графу о том, что они вообще-то торопятся, но тут часть левой стены осела неровным холмиком серой пыли, и из проема полетели стрелы и заклинания.

Дерриху, который набрал воздуха, чтобы разъяснить чародею, кого тот пропустил к Уэлте, так же стало не до обличений. Радовало только одно — книжным ворам приходилось отбиваться вместе со всем остальным отрядом, и ни на что, кроме этого, они отвлечься не могли. Так что разоблачение подождет до более спокойного момента.

Слуга со шрамами на тыльной стороне ладони улучил момент и шепнул своему напарнику:

— Тебе доспехи вон на том рыцаре знакомыми не кажутся?

— Кажутся. А еще мне знакомо его имя. Только я почему-то думал, что граф Тарвет выглядит по-другому. И находится сейчас в лесу.

Коридоры и залы оставались позади, а момент, подходящий для разоблачения, все не появлялся. Пройденный путь слился для дракона в рваный ритм из вспышек магии, вражеских лиц и хриплого дыхания бегущих из последних сил раненых. Кажется, он кого-то неуклюже прикрывал, используя те три приема, которые с горем пополам сумел вколотить в него неугомонный десятник, и короткие, злые всплески магии. Кажется, его самого кто-то прикрыл. По крайней мере, мозг успел зафиксировать мелькнувшие справа и чуть впереди неровно обстриженные светлые вихры младшего слуги и оседающего на пол зеленоплащника с магическим жезлом.

Ворвавшись в ледяную тьму подземелья, Деррих, не заботясь о конспирации, выпустил заклинание волшебного света (не хватало еще на лестнице ноги переломать) и на бегу оглянулся, проверяя состояние отряда. Друзья, хвала охранителям рода, были живы, но тьма бы побрала проклятых сочинителей баллад! Почему в песнях все так благородно и красиво? Половина. От того отряда, что пустился на прорыв, осталась половина. Люди в изрубленных доспехах тяжело дышали, многие пытались на бегу унять кровь. Книжные воры сейчас ничем не выделялись среди остальных: старший, с окровавленным мечом — в строю, младший тащил какого-то воина и, судя по беззвучно шевелящимся губам, не то ругался, не то плел чары. Сиррона с залитым кровью лицом шипела сквозь зубы обезболивающее заклинание, глотала слезы, но продолжала держать над принцессой волшебный щит.

С высоты драконьего полета человеческие распри видятся совсем по-другому.

Деррих обернулся к бегущему рядом рыцарю, судя по остаткам пострадавшего от вражеской магии плаща — из королевских:

— Возьми двоих в помощь и организуй дополнительную охрану выжившим целителям. — Двух алых мантий в толпе уже не хватало, и Деррих, холодея, подумал о том, что будет, если их не останется совсем.

Рыцарь кивнул и исчез, а дракон вновь сосредоточился на том, что происходило впереди. Вон Лирем чем-то недоволен, значит, опять сквозь его щит, закрывающий потайной ход, кому-то просочиться удалось.

Подземелье под донжоном ничем не отличалось от тех, что располагались под угловыми башнями. Те же истертые ступени узкой лестницы, густой мох и боковые коридоры, затянутые жадной, голодной тьмой. Когда далеко снизу раздался приглушенный расстоянием и витками лестницы треск боевых заклинаний и лязг оружия, таул Лирем вместо того, чтобы изготовиться к бою, загасил свет, опустил на отряд полог тишины и невидимости и осторожно пошел вперед.

Вскоре изумленные зрители смогли полюбоваться на тот самый заслон, который оставил главный замковый чародей на пути у врагов, и собственно на процесс просачивания. Пространство между двумя энергетическими стенами, перегородившими туннель, довольно плотно занимала нежить неизвестного просвещенному магическому сообществу вида — наспех сляпанная из нескольких человеческих скелетов тварь в самых неожиданных местах топорщилась черепами, фрагментами ржавых доспехов и оставшимися не у дел конечностями. Судя по почтительной опаске, проявляемой врагами, в бою эта каракатица себя зарекомендовала хорошо. Как раз сейчас трое магов с той стороны мембраны с руганью пытались удержать голову твари прижатой к полу, а четвертый оттянул дальний край энергетического щита. В щель тотчас протиснулся воин и пополз вдоль стенки, стараясь не угодить под хлесткие удары костяного хвоста. С учетом того, что по эту сторону его поджидало четверо живых товарищей и холмик из трупов с переломанными конечностями, процесс был небезопасный.

Сах изготовился атаковать пробравшуюся четверку, но перед его носом тут же появился кулак Лирема.

— Только попробуй! — выдохнул одними губами маг, а потом обернулся к Дерриху. — Граф, я тут разберусь, а вы ведите отряд дальше вот по этому коридору, на каждой второй развилке сворачивая в левый тоннель, пока не выйдете на лестницу. Когда спуститесь — дальше все время прямо. Вот ключ, он откроет дверь и снимет маскирующую магию. И да, ничего не бойтесь, защита от огня должна действовать.

— Что?!

— Увидите. Вы идете?

Деррих кивнул и, еще раз оглянувшись и пересчитав своих, пошел в указанном направлении. Отряд, не полагаясь на начарованный усталым магом полог тишины, старался брякать как можно тише. Шум сзади усилился — безымянный монстр вырвался из магических пут и сейчас атаковал не успевшего проскочить бедолагу. Успешно, как отметил дракон, услышав за спиной влажный хруст и быстро прервавшийся вопль.

Впрочем, творящееся впереди было куда интереснее происходящего сзади. Часть каменной кладки подернулась серым туманом, очерчивая проход шириной в метр и высотой Дерриху примерно по грудь. Судя по недоуменному сопению Саха над одним ухом и Кирлин под другим, они видели только затянутый паутиной тупик.

Дракон выдвинулся вперед и, пользуясь тем, что в такой позиции лицо спутникам не видно, провел частичную трансформацию.

— Я иду первым, остальные по одному за мной. И берегите голову.

Собрав свою дань из разбитых лбов и затылков, проход вновь закрылся, и отряд запетлял по коридорам, тщательно отсчитывая повороты. Подземная тишина давила на уши, заставляя ступать как можно тише и говорить едва слышным шепотом, поэтому, когда люди, миновавшие лестницу и вышедшие на финишную прямую, услышали впереди неясные звуки, они не столько испугались, сколько приободрились. Дракон же с каждым шагом чувствовал, как внутренности его скручиваются в тугой узел. В отличие от двуногих, он источник шума уже опознал.

Сах заметил, что скорость движения, задаваемая командиром, начала падать, а когда впереди появился слабый свет, и вовсе сошла на нет.

— Не спи. Что бы там ни было, от стояния на месте оно не исчезнет. Дополнительные щиты нужны?

Деррих медленно покачал головой и снова пошел вперед. Он же сам хотел здесь оказаться? Так вот, желание исполнено, даже искать ничего не пришлось.

— Вряд ли. Ронерт сказал, что защита от огня все еще действует.

За поворотом оказался большой зал, по щиколотку залитый водой, на другом конце которого виднелся вход в туннель. А в середине… В середине, прикованный за ошейник к рисунку силы, лежал золотой дракон. Цепь с правой лапы была аккуратно спилена, защитные чары с части настенного узора сняты, и поверх аккуратного каменного рисунка накарябано когтем черной в свете вечных факелов кровью новое русло для течения силы. Кто бы ни побывал тут до них, он дал дракону возможность прекратить мучения и отомстить разом, и пленник не собирался упускать шанс. Целенаправленно убивал себя для того, чтобы другие смогли добраться до поганых живодеров.

Его еще можно было спасти. Убить часть людей из отряда, раненых, например. Собрать жизненную силу. Затянуть раны. Снять оковы. Уйти. Благо ключ есть.

Дракон, почувствовавший присутствие сородича, с трудом повернул голову и посмотрел Дерриху в глаза. А тот все стоял, в глубине души надеясь, что и в этот раз выбор делать не придется. В первый раз удалось отложить на потом, во второй — таул Орллив выручил, в третий… Проклятые баллады!

— Командир?

Деррих обернулся и увидел одного из своих десятников.

— Командир, что делать будем?

— Идите вдоль правой стены. — Голос прозвучал глухо. Может, потому что голосовые связки изменились? — Туда он не достанет. Огнем он дышать не может. Видите зачарованный ошейник? Прав был Лирем, защита от огня еще действует.

Рисковать своим здоровьем неизвестные благодетели не пожелали.

— А ты? — влез обеспокоенный Сах, одновременно придерживая сунувшуюся было с тем же вопросом Кирлин за локоть.

— Сейчас догоню.

Надежда в глазах сородича превратилась в непонимание, когда Деррих вытащил меч. Но в стадию бессильной ярости перейти не успела. Дракон знал, куда надо ударить, чтобы убить себе подобного. Меч легко прошел между тяжелыми пластинами височной брони и пробил хрупкую кость. Огромное тело конвульсивно дернулось и обмякло. Натужный ток магической силы, питавшей замок, ослабел, истончился и исчез совсем.

Деррих взвесил в руке перепачканный густой темной кровью клинок, надрезал руку и принялся выводить новый узор поверх того, что сделал плененный дракон. «Если выбираешь какую-то сторону, следует быть последовательным. И идти до конца». Последний символ лег уже не на стену, а на нагрудную пластину доспеха, и Дерриху показалось, будто вся громада замка внезапно рухнула ему на плечи. Со всеми башнями, щитами, накопителями энергии, наложенными заклятиями и встроенными артефактами. Невидимые ледяные жала энергетических каналов вонзились в запястья, и дракон погнал силу наверх, туда, где одни люди проигрывали бой другим. Восстанавливая и активируя защиту. К лешему тяжесть. За полчаса он не переломится.

Наставник Кирредей, вытянув, насколько смог, шею, выглянул из-за плеч мерно шагающей охраны и тут же спрятался обратно. Для уважаемого пожилого придворного и одного дракона в день много. Но не показывать же воспитанницам свою слабость?! Вспомнить бы еще, на чем он свою лекцию остановил… И с одышкой справиться…

— Так вот, юные леди, вы зрите перед собой еще один экземпляр… Кх-х-хе! Что вы себе позволяете, молодой человек?!

Протолкавшийся сквозь охрану Сах стиснул пухлое плечо старика еще немного и вежливым шепотом предложил:

— Смените тему лекции, наставник. Предмет выбран не очень удачно. — Деррих, погруженный в свои мысли, на болтовню окружающих внимания пока не обращал, но если услышит… Провоцировать не стоит.

— Да что вы понимаете? Наглядный ма…

— Правда, наставник, — вцепилась в другой локоть старика Кирлин, поглядывая при этом с опаской не на тушу мертвого дракона, а на догоняющего отряд графа. — И так страшно, а от ваших рассказов вообще сердце в пятки уходит. Лучше расскажите, к какому периоду относится это подземелье? Я слышала, вы превосходно разбираетесь в древней архитектуре…

К отряду Деррих подоспел как раз вовремя. Успел удержать первопроходцев от того, чтобы сунуться в гостеприимно распахнутый зев туннеля.

— Ку-у-уда?! К предкам на свидание захотели? — Увидев искреннее недоумение на лицах, пояснил: — Как вы думаете, почему заговорщики, знавшие об этом подземном ходе, пошли все равно через второй?

Таул Реинд посветил вглубь коридора и решительно отодвинулся:

— Не знаю и выяснять не хочу. Но что вы предлагаете? Сидеть тут в надежде, что король в скором времени отвоюет замок обратно и нас вытащит?

— Долго сидеть придется. Особенно если учесть, что еды у нас нет. — Деррих задумчиво покрутил между пальцами выданный таулом Лиремом ключ. — Сдается мне, что мы сбились с пути.

Сах с тревогой и подозрением посмотрел на друга. Насколько ему было известно, ни один ученый драконью психику ни разу на прочность не проверял, и лавры первооткрывателя в этой области магу были совершенно не нужны.

— Как это? Таул Лирем сказал ведь после лестницы идти по основному коридору.

— Нет. Он сказал после лестницы никуда не сворачивать. А для того, чтобы попасть в эту пещеру, нам пришлось повернуть.

Незаметно подошедший сэр Ирмен пожал плечами и болезненно поморщился. То ли рану потревожил, то ли признавать правоту избалованного мальчишки претило.

— Идти недалеко, так что и вправду лучше сначала проверить, прежде чем в эту нору лезть. Не найдем другого пути — вернемся.

Возвращаться не пришлось. Проход, точно такой же узкий и низкий, как и первый, обнаружился там, где и предполагал дракон. Не заметить туманное пятно прямо по курсу было сложно, и Деррих мысленно себя пнул. Тяжелые мысли и личные переживания не оправдание для рассеянности, когда на твоей шее висит тридцать пять человек, из которых боеспособны только одиннадцать.

В этот раз пробираться на карачках пришлось гораздо дольше. Спустя метров пятнадцать, когда сосредоточенное сопение за спиной стало сменяться вялой руганью, Деррих наконец вывалился из треклятой норы и с трудом подавил желание замереть с открытым ртом. Вместо этого отошел в сторону, давая выбраться на мокрый серый песок ползущему следом Саху, и постучал костяшками пальцев по прозрачной стенке туннеля. Загадочно колышущийся коридор вел по дну озера прямо сквозь толщу воды. От прикосновения по стене пробежала слабая рябь, и в тот же момент весь коридор ощутимо качнуло, когда рядом с величественной грацией ткнулся в ил серый каменный блок, выбитый заклинанием из крепостной стены.

— Ох, ни… — Сах покосился на появившуюся в туннеле Кирлин, — ничего себе! Заклинания как истерлись! Их, пожалуй, с тех пор, как накладывали, и не правили ни разу.

— Ох, красота какая! — Девушка завороженно уставилась на шустрых рыбок, серебристо отблескивающих в тусклых лучах солнечного света.

— Господин граф… — Явившийся следом целитель растерянно хлопнул глазами, но с мысли не сбился. — Остановку бы сделать. Здесь нас если и найдут, то еще не скоро, а что там дальше будет — неизвестно. Раны обработать надо, люди еле на ногах держатся.

— Ну нет, — взвился единственный имеющийся в отряде теоретик, лихорадочно перебирая пряди древнего заклинания, в надежде найти хоть одну, работающую на полную мощность, — убираться отсюда надо как можно скорее. Одно шальное заклятие со стен, и этот, с позволения сказать, подземный ход исчезнет с веселым хлопком и радостными пузырьками.

Деррих посмотрел на измученных людей, взирающих на него с надеждой, а на стены с опаской, перевел взгляд на неряшливые клоки водорослей, покачивающиеся в каком-то шаге от него:

— Десять минут отдых. Целители окажут неотложную помощь тем, кто в ней нуждается, и пойдем дальше. Привал будет, когда доберемся до менее хлипкого укрытия. — «Или хотя бы окажемся подальше от этого». Поймав недовольный взгляд Саха, дракон многозначительно стукнул кулаком по кровавой руне на нагруднике. — Под мою ответственность.

Так как после всего, что случилось, отпираться от способностей к магии было глупо, Деррих присоединился к целителям. Полученные днем знания следовало закрепить, а лучший случай для практики вряд ли представится. Ближайшим кандидатом на исцеление оказался коротко стриженный слуга с тонкими холеными руками аристократа. Он с опаской покосился на разминающего пальцы дракона, но сбегать не стал. Деррих осторожно прикоснулся к рваной ране на предплечье и мысленно выдохнул: «Лиха беда — начало».

Подводный туннель уперся в крутой южный берег и перешел в подземный коридор, точно такой же, как те, что шли под замком, только косматого мха было мало, а трещин — много. Закончился он очередной лестницей и тяжелым люком в потолке. Как убедился отбивший ладони о финальное препятствие Деррих, петли проржавели так, что никакого засова с замком не надо. Ни упереться как следует на узких осклизлых ступенях, ни налечь на злосчастную крышку вдвоем возможности не было.

— Потайные рычаги посмотрите, — подал голос Айрек, успевший растратить все магические силы, но каким-то чудом сохранивший энтузиазм.

— Да нет, — возразил Сах, которому было видно лучше. — Тут если и было что, давно в труху превратилось.

— Передайте, пускай попробует щели кинжалом расширить, — раздался откуда-то снизу приглушенный расстоянием голос.

— Лучше подняться повыше и загривком попробовать приподнять.

— Огненным шаром ее!

— Лучше петли попробуйте…

Еще не пришедший в себя после убийства сородича и гибели людей Деррих озверел окончательно и как следует саданул по дубовому щиту, который с годами, вместо того чтобы сгнить и развалиться, стал только крепче. Крышка дрогнула, а потом, зажив собственной жизнью, заскрипела и с натужным уханьем поползла вверх. Словно почувствовав готовность стоящего на верхней ступеньке дракона пустить в ход и меч, и магию разом, из щели тут же показался таул Орллив:

— Именем короля, назовитесь!

Тоном придворного церемониймейстера Деррих возвестил:

— Ее высочество принцесса Уэлта со свитой! А вы думали, это нападающие от нас через потайные ходы разбегаются?

— Мало ли. Проверить все равно надо было.

Ничуть не смущенный маг сделал рыцарям знак поднимать крышку и помог Дерриху выбраться на поверхность.

Лаз выходил на лесную поляну, располагающуюся, судя по всему, на значительном удалении от озера, и сплошь заросшую высоким малинником, сейчас изрядно вытоптанным. Деррих не удержался и сорвал с куста несколько мелких, сильно пахнущих ягод. После всего увиденного за день кусок в горло не лез, но замковые щиты продолжали безжалостно выкачивать жизненную энергию, а организм стремился восполнить потери любым доступным способом.

Едва в проеме появилась серая от усталости принцесса, подозрительность наконец исчезла из взгляда Орллива, а когда наружу выбрался замыкавший процессию сэр Ирмен, маг пересчитал уцелевших и едва заметно вздохнул.

Дракон решил отвлечь соратника от грустных мыслей практическим вопросом, тем более что остальные сподвижники посматривали на него с надеждой и нетерпением.

— Тут есть место, где можно сделать ненадолго привал? Раны перевязать, дальнейшие планы обсудить.

— Да, — не размышляя откликнулся чародей. Видно, и сам думал о чем-то подобном. — Тут идти минут… — Окинув взглядом объединившийся отряд, поправился: — За полчаса доберемся. Там и ручей есть, попить можно.

Когда отряд свернул в прозрачный березовый перелесок и подошел к тому, что, судя по всему, раньше было дорогой, один из рыцарей заинтересованно склонился к земле, что-то рассматривая, а Орллив насторожился и махнул в сторону ближайших кустов.

— Прячемся. Едет кто-то.

Быстро и качественно прятаться с неповоротливыми носилками, девушками в белых платьях и медленно бредущими увечными не получилось, но большой отряд, проскакавший мимо них к замку, по сторонам не глядел. Деррих задумчиво почесал подбородок. В геральдике он был не силен, но разве скачущий золотой тур в пурпурном поле это не герб Аркливии?

Едва последний подданный соседнего государства скрылся за деревьями, как Верролт протиснулся к притаившемуся за выворотнем дракону.

— Ваше сиятельство, проследить за ними удаленным взглядом? Они так торопятся, что вряд ли заметят.

— Разумеется, таул Верролт. И для лучшего обзора… — Деррих оглянулся на магов, пытаясь на глаз определить, у кого осталось сил побольше. Выбор был небогатый. — Вам составит компанию таул Тэйсах. — Происшествие с пентаграммой связи в подвале из памяти выветриться еще не успело, поэтому Деррих не рисковал полагаться на разведданные, полученные из столь подозрительного источника.

Чародей не стал выступать на тему командирского доверия и уровня профессионализма. Получив одобрение, сразу умостился под ближайшей березой, прикрыл глаза и погрузился в транс. Рядом с ним пристроился Сах, который, наоборот, вопреки всем инструкциям, таращил глаза что было сил — у него нехватка магической энергии всегда вызывала сонливость, и сейчас маг боялся, что стоит ему закрыть глаза, как колдовской транс перейдет в совсем не колдовской, зато очень глубокий сон.

Из-за спин гвардейцев возникла Рувира с Филом на руках и, получив одобрительный кивок Дерриха, положила лирисси Саху на колени. Дракончик завозился, устраиваясь поудобнее, и слабо засветился, передавая силу магу. «Вот и пригодился, огниво с крылышками», — ухмыльнулся Деррих, вытягивая ноги. Вставать и идти куда-то, пускай даже и к ручью, совершенно не хотелось.

— Как много людей, оказывается, в этой пустынной местности. — Задумчивый голос, раздавшийся из-за спины, заставил дракона вздрогнуть и обернуться. Принцесса жестом велела присутствующим сидеть и опустилась на траву рядом с магами, старательно расправив испачканный в грязи (четырех разных цветов) подол. — Даже наши заклятые друзья объявились.

Дракон честно попытался вникнуть в человеческие политические интриги.

— Вы думаете, что это они устроили нападение?

Единственное относительно разумное объяснение происходящего, которое он мог придумать, это что аркливийцы решили «спасти» принцессу от нанятых где-то воинов, а потом, пока она «отдыхает» у них «в гостях», вытрясти из короля что-нибудь полезное.

— Вряд ли. — Уэлта благовоспитанно сложила руки на коленях, с трудом удерживаясь от того, чтобы помассировать виски, нервно потеребить подол или уткнуться в плечо ближайшей фрейлине и разреветься. Судя по лицам, фрейлины сами мечтали о том же самом, да и момент для проявления женских слабостей и тонкой душевной организации был явно неподходящий. Значит, придется терпеть. — Аркливийцы сейчас не в том положении, чтобы устраивать такие авантюры — они и так недавно сильно подставились, а если отец проведает, что они на меня нападение устроили, их положение станет совсем незавидным. А вот узнать, что планируется нападение, дождаться критического момента и прийти на помощь вполне могли. Разведка у них всегда работала лучше, чем дипломаты.

— Разрешите доложить, ваше высочество? — откликнулся на последнюю фразу принцессы гвардеец, рассматривавший дорогу. — Судя по следам, по этому проселку неделю туда-сюда лошадей гоняли. Думается мне, что они заранее приехали и все нужный момент ждали.

К импровизированному командирскому совету присоединились сэр Ирмен и с трудом ковыляющий комендант. Остальные члены отряда также подтянулись поближе, желая узнать, что их ждет и на какие пакости судьбы рассчитывать. Только целители, не отвлекаясь на всякие глупости, продолжали делать свое дело, иногда силком возвращая излишне любопытных на место.

Сэр Ирмен раздраженно пошевелил усами:

— Да уж, аркливийские хорьки свое дело знают. Остается выяснить, куда смотрела наша разведка.

Деррих тоже не отказался бы это выяснить, но сейчас его интересовали более приземленные материи.

— Кто-нибудь узнал гербы нападавших?

К счастью для дракона, окружающие задумались, а не изумленно уставились со словами: «Да ты что, это же… собственной персоной». Только комендант откликнулся утвердительно:

— Один из местных дворян, граф Риграйн. Живет в совершеннейшей глуши, никуда из своих владений не выезжает, так что я почти ничего не знаю о нем. Его земли начинаются в четырех днях пути отсюда. Ума не приложу, зачем ему было нападать.

— Ссыльный он. Из Женрона, — потянулся, разминая затекшие мышцы, магистр Верролт. — Во время дележа наследства старший брат подсуетился, что-то там сфабриковал, и дворянский суд выставил его из страны прежде, чем тот успел рот раскрыть для протеста. Риграйн — это владения, доставшиеся ему в наследство от матери.

— Значит, если он на мне женится, — подхватила принцесса, обрадованная тем, что хоть что-то прояснилось, — то он, по законам своей родины, автоматически получит почетный титул маркиза и сможет подать жалобу в высший королевский суд для пересмотра дела. А мой отец потом может нотами протеста хоть весь кабинет оклеить, короля Ниорея они вряд ли заинтересуют. С такой армией, как у жернонцев, можно себе еще и не то позволить.

Магистр проигнорировал удивленные и подозрительные взгляды с той же невозмутимостью, что и недоверчивость Дерриха до этого:

— Совершенно верно. Полагаю, когда его величество решил отправить вас сюда, Риграйн долго не мог поверить счастью, плывущему прямо в руки, а потом заказал благодарственное жертвоприношение во всех храмах графства разом. А информацию аркливийцам наверняка его обеспокоенные родственнички предоставили. Кстати, наши уважаемые соседи уже добрались до замка и теперь медленно, но упорно теснят не ожидавших удара в спину воинов графа. Если учесть, что над самим замком щиты почему-то снова работают, как надо, положение у Риграйна незавидное.

— Но и не настолько плохое, как хотелось бы, — почесал дракончику спину также закончивший разведку Сах. — А скажите, откуда вы знаете такие интересные подробности? И, если уж на то пошло, с кем вы говорили через пентаграмму связи прошлой ночью?

— С лордом магом. — Чародей усмехнулся возмущению, написанному на лицах графа и сэра Ирмена, и пояснил: — Племянник просил держать его в курсе происходящего.

«Интересно, а герцог в курсе, что один из его чародеев консультации верховному королевскому магу устраивает?» — Деррих проглотил резкое высказывание и сделал зарубку на память поговорить с «дядей», когда тот очнется.

— Прекрасно. — Ничего даже отдаленно подходящего под это определение в ситуации не было, но в присутствии дам приходилось быть вежливым. — Вы можете связаться с ним сейчас и сообщить о происходящем?

— Увы. Необходимые для вызова предметы остались в замке, а те, что использовал обезвреженный вами шустрый юноша, которого еще, кстати, надо допросить, уже не годятся.

— Да, — вмешался старший из целителей, — все лекарства тоже остались в замке. Если вы сделаете привал хотя бы на сутки и выделите несколько воинов в помощь, можно собрать некоторые травы, но бинты взять неоткуда.

— И еды нет.

— Вещей, необходимых для путешествия, тоже нет.

— Повозки для раненых нужны.

— Куда пойдем? Местные дворяне могут поддерживать кого угодно.

— Граф Тарвет? Что скажете?

Деррих с ужасом ощутил, что все взгляды скрестились на нем. Только сейчас он до конца осознал, что оказался с десятком придворных девиц, израненными воинами и обессилевшими магами на руках посреди вражеской территории. Без малейших средств к существованию. И все они, так же, как и он, не знают, что делать, а потому ждут решения командира.

И почему никто не предупредил, что любовь к редким книгам может завести так далеко?

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

ГЛАВА 1.

Грозовые тучи, потихоньку сгущавшиеся весь день и оставшиеся незамеченными из-за суеты со штурмом и побегом, собрались с силами и обрушили нескончаемые потоки воды на мирно спящих людей прямо посреди ночи. Маги злобно сипели непонятные простым смертным ругательства, но в своем нынешнем состоянии колдовать в грозу не рискнули.

Теперь голодный и абсолютно не отдохнувший отряд целеустремленно брел под ледяными потоками в направлении, которое своей командирской властью обозначил Деррих, а показал — знакомый с местностью комендант. То есть к ближайшему мелкому феодалу, не имеющему нормального замка, влиятельной родни и излишка служивого люда. Таких в здешних глухих краях оказалось большинство, поэтому комендант без раздумий указал наиболее отвечающего заявленным требованиям. И, по его словам, скоро дом этого достойного человека должен уже появиться. Если, конечно, отряд не проскочит мимо — за плотной стеной дождя видно было шага на четыре.

Воспользовавшись тем, что хлещущая из разверзшихся небес вода заглушала все звуки, дракон обернулся к Саху:

— Что с книжными ворами делать будем? И вообще, почему они до сих пор здесь?

Маг начал отвечать, но тут отряд ослепила вспышка молнии, за которой последовал оглушительный грохот, раздавшийся, кажется, прямо за плечом. Дождавшись, когда в ушах перестанет звенеть, Сах начал снова:

— Судя по всему, у белобрысого из-за вынужденного участия в сражении энергия закончилась, и переместиться он не может, а на своем горбу принцессу ему сейчас не утащить. Так что дня три он будет еще безопасен — я понаблюдал за темпами восстановления, быстрее у него никак не выйдет. Как раз придумаем, что с ними делать, чтобы лишний шум не поднимать.

— Э-хей! — Едва различимая за стеной воды Кирлин замахала руками, привлекая внимание. — Впереди и слева какое-то скопление домов! Для деревни мало, так что или хутор, или поместье.

— Поместье. — Комендант (несколько запоздало, конечно, но Деррих все же выяснил, что этого почтенного сэра зовут Граврет Зарем) прищурился и указал рукой куда-то в серую пелену. — Вон и дозорный холм с тремя соснами, а если дальше прямо пойдем, то аккурат в реку свалимся.

Деррих никаких сосен не разглядел, но предпочел довериться единственному знатоку округи.

— Строимся! — Так как вероятность, что владелец поместья не пожелает оказывать помощь и содействие странным гостям, была удручающе велика, планировать этот «поход в гости» пришлось как полноценную военную кампанию. С учетом каждого боеспособного воина, каждой оставшейся крупицы силы у магов и каждого уцелевшего плаща с королевским гербом. Сейчас все участники действа знали свои роли, но присмотр лишним не бывает. — Сэр Виор, вы забыли поменяться плащом с сэром Койрасом. Нет, поскольку он идет в передовом отряде, а вы с ранеными, ему плащ с королевским гербом нужнее. Нет, вы идете с ранеными. Да? И много вы одной рукой навоюете в случае драки? Таул Мирнон, вы уверены, что у вас хватит сил на перекрытие возможного сигнала? Тогда выдвигайтесь. Кирлин, покажи дорогу и, если понадобится, помоги. Так, все на местах? Нет, таул Верролт, будьте любезны во вторую линию. Я понимаю, что через головы неудобно, но вы сейчас наша главная ударная сила, будет неприятно лишиться вас из-за шального арбалетного болта.

Деррих еще раз пробежался взглядом по отряду, перебирая в уме список того, о чем должен подумать командир, и дал отмашку начинать движение. Было смутное ощущение, что пункта четыре или пять благополучно выскользнули из памяти, но герцог с ним занимался всего ничего, и дракон свои новые обязанности представлял все еще приблизительно.

Немного поколебавшись, дракон шкрябнул отрощенными когтями по нагруднику, разрывая связь с замком. Штурм, скорее всего, уже так или иначе завершился, а здесь и сейчас энергия может понадобиться. Стоило исчезнуть последнему каналу, как голова закружилась от легкости, а в глазах поплыли цветные круги. Деррих покачнулся, чуть не растянувшись в скользкой грязи, и с силой потер лицо:

— Начинаем.

Когда дежурный стражник, услышав решительный стук в рассохшиеся ворота поместья, выглянул через смотровое окошко, его глазам предстало довольно внушительное зрелище. Полтора десятка помятых, но грозных воинов в королевских цветах (старательно расставлены и закутаны в плащи так, чтобы лубков и повязок не было видно). Шестеро магов (из которых только четверо могут слепить что-то кроме одной чахлой молнии, но кто, кроме них, это знает). И в отдалении — размытые дождем силуэты еще одного отряда. По виду, так еще крупнее того, что стучится в ворота.

Десятник королевских гвардейцев — к радости Дерриха настоящий, а не переодетый (нет, герцогские воины хороши в бою, но необходимого апломба пока не приобрели) — еще раз громыхнул латной перчаткой по металлической оковке, конкурируя с редкими громовыми раскатами, и возвестил:

— Именем короля, откройте!

Сэр Эрронс, худой и взъерошенный, как городской ворон, владелец поместья, был против наглого вторжения непонятного отряда, но после наглядной демонстрации силы и выбитых воздушной волной ворот засунул свою подозрительность подальше. Раскланялся с грязной с ног до головы принцессой, велел управляющему оказывать высоким гостям всяческое содействие и давать все, что попросят, по первому требованию. Только бы сами брать не начали.

Заверения Уэлты, что король потом возместит все взятое, были восприняты с очередным вежливым поклоном, не очень успешно скрывшим мелькнувший в глазах скептицизм.

Отряд, почувствовавший скорый отдых в тепле, бодро протопал через широкий двор, превратившийся в одну большую лужу глубиной по щиколотку, и плотно набился в ветхий каменный дом, потеснив хозяев. Убедившись, что сэр Ирмен озаботился выставить дозорных, а над ранеными уже хлопочут сердобольные служанки, направляемые твердой рукой старшего целителя, Деррих завалился в комнату, которую ему, как командиру, выделили в единоличное пользование. В небольшое помещение была втиснута кровать под балдахином, стол, окруженный десятком стульев, и инкрустированный редким в этих краях перламутром сундук. Рядом с небольшим, но жарко натопленным камином нашлось глубокое кресло, застеленное медвежьей шкурой, и дракон блаженно прищурился — отдохнуть и обсушиться хотелось в равной степени.

Не тут-то было.

Довольно формально постучав, в комнату бодро вошел Сах, уже сухой, что-то жующий и с «одолженным» у любезных хозяев вещевым мешком в руках. Судя по тому, что с пояса исчез сверток с черепом, а сам мешок округло топорщился, трофей уже пристроен на место. Деррих хмыкнул: «Ему, пожалуй, и требовать ничего не пришлось — показал череп, и хозяева тут же выдали таулу магику сумку, только бы убрал свое сокровище с глаз долой и поскорее».

Помянутый таул магик продемонстрировал завидную деловую сметку. В сумке нашелся еще один трофей — сверток с пирожками, который был торжественно водружен на середину колченогого стола.

— Особо наедаться не стоит, — сквозь сдобу неразборчиво промычал маг, — скоро обед будет, но на голодный желудок обсуждать дела я не могу, а нам сейчас надо решать, что мы будем делать с этими библиотечными гавриками. Пока у их мага силы еще не восстановились.

— Предлагаю отнять книгу, если она у них, или, по крайней мере, узнать, где она находится, и «забыть» их в поместье. Связанными. В подвале. — По мере наполнения желудка и высыхания одежды настроение дракона неуклонно ползло вверх, и мысли о крайних мерах пресечения безобразий сменились более миролюбивыми. К тому же по здравом размышлении Деррих понял, что чисто физически не сможет хладнокровно убить людей, которые прикрывали его в бою и которых он после этого самого боя лечил. Раз уж они от его лечения не умерли, пускай живут. — Королевские стражи потом поймают. В конце концов, это их работа.

Сах, которого, судя по блеску в глазах, опять переполняли гениальные идеи и грандиозные планы, помотал головой:

— А если они сбегут? Мы уже знаем, что стандартные защитные заклинания на них не действуют. Портируются они из этого подвала и снова на принцессу охотиться начнут. Зато, как мы уже выяснили экспериментальным путем, без магических сил они ничего сделать не могут. Так что предлагаю взять их с собой и внимательно следить, чтобы у белобрысого силы было ровно на поддержание магического огня, и ни крупинкой больше. А в столице стражам сдадим.

— Какая столица?! — Деррих пораженно уставился на размечтавшегося друга. — Нам самим отсюда исчезать надо как можно скорее, и желательно бесследно — это сейчас всем не до того, а как отдохнут и поедят, сразу вопросы начнутся. Для графа Киартского я вел себя не совсем типично. — Особенно странными окружающим должны были показаться частично трансформированные челюсти во время зачистки гнезда. Чудо, что Орллив не поприветствовал дракона боевым заклинанием в лоб. Впрочем, возможно, он просто отложил это мероприятие до более спокойного момента. — Доведем принцессу до того городка, о котором Верролт говорил, чтобы совсем уж на дороге не бросать, забираем твою книгу и уходим.

Сах немного смутился. За всеми этими приключениями первоначальные планы как-то вылетели из головы. А ведь действительно, учебный год совсем скоро начнется, в Гоарту уже начали съезжаться первые готовящиеся к поступлению подростки, а он еще здесь, в чужих проблемах завяз. С другой стороны, теперь эти проблемы тоже не совсем чужие. Да и оставлять подозрительных типов, владеющих секретом странной телепортации, без присмотра совершенно не хотелось.

— А если…

Развить свою мысль Саху не удалось — в дверь снова постучали, — но шепнуть: «Сутки есть, подумай», — он успел. Деррих сделал вид, что не услышал и откликнулся:

— Входите.

Может, еду принесли?

Увы, на пороге появился сэр Ирмен с крошками в бороде, тут же голодным взглядом уставившийся на недоеденную выпечку. За его плечом маячила макушка коменданта, а из-за спины справа и слева выглядывали туго обтянутые фиолетовой тканью объемистые бока таула Реинда.

— Нам бы хотелось уточнить дальнейший маршрут, граф. От этого зависит, что мы будем брать.

— Да, граф, мне тоже хотелось бы знать, что будет дальше.

Судя по тени недовольного изумления, мелькнувшей и тут же бесследно исчезнувшей с рыцарского лица при первых звуках девичьего голоса, раздавшегося из коридора, принцесса пришла не с ними. Мужчины посторонились, и первой в комнату вошла слегка прихрамывающая Уэлта.

— Разумеется, ваше высочество. — Деррих галантно придержал стул и пододвинул к девушке сдобу. — Я непременно позвал бы вас на это совещание, но думал, что вы будете отдыхать — дорога была трудной.

Наряженная в некрасивое, но прочное и теплое платье хозяйки поместья Уэлта решительно покачала головой:

— Я хочу быть в курсе. Не могу отдыхать, пока не узнаю, что дальше и кого еще следует опасаться.

Для такой демонстрации испуга, как дрожь в голосе или слезы, принцесса была воспитана слишком хорошо, но всем все было понятно, так что пристроившийся рядом таул Реинд тут же поспешил ее успокоить:

— В этом поместье можете отдыхать спокойно, ваше высочество. Выявить связь хозяина с какими-либо заинтересованными лицами не удалось, но, даже если случилось невозможное и мои орлы-допросчики от усталости плохо поработали, то уж в магической преграде, не дающей покинуть поместье, можно не сомневаться.

Как Деррих знал, обмениваться информацией напрямую, устно эта самая стена не мешала, а неподалеку от поместья имелась целая деревня потенциальных гонцов в стан противника, но он решил придержать эти соображения до более удобного случая.

Уэлту в словах мага заинтересовало другое.

— Разве удалось установить мотивы всех, кто участвовал в покушениях?

На этот вопрос ответил комендант:

— Да, более-менее. Про штурмовавших замок воинов и иностранную «подмогу» вы уже знаете. Кроме того, мы наконец-то допросили чародея, которого захватил господин граф, и выяснили, что он и сэр Лотгрен — люди маркиза Эрриона, главы антиаркливийской коалиции. Эти достойные люди себе чуть живот не надорвали, убеждая короля начать войну, благо положение у соседей сейчас нестабильное. Спасение вашего высочества аркливийцами было бы для них совсем некстати, а вот похищение или, хуже того, гибель от их рук, возможно, заставили бы вашего отца пересмотреть свои взгляды на внешнюю политику. С магом мы еще не до конца разобрались…

— Думаю, тут могу помочь я, — откликнулся Сах, незаметно задвигая ногой под стул мешок с «особо ценным учебным пособием». — Он старался исключительно для себя. Ритуал увеличения магических сил трудно использовать как-то по-другому.

— И намного бы эти силы увеличились? — с профессиональным интересом подался вперед Реинд, к вящему неудовольствию принцессы и рыцарей.

— Зависит от силы проводящего ритуал. — Сах задумался, припоминая формулу. — Думаю, у него — раза в три-четыре точно. И в Сейрре появился бы архимаг. Вернее, Сейрра — у него. Насколько мне известно, сейчас на все королевство ни одного архимага нет, так что объяснять, что он поступил плохо, вышло бы слишком накладно.

— Чудесно, — желчно проскрипел сэр Ирмен. — Потом вы мне как-нибудь обязательно расскажете, откуда знаете такие подробности, единственный из всех имеющихся магов. А теперь нам предстоит подумать о будущем, так что вернемся к тому, с чего начали разговор.

Деррих с некоторым усилием припомнил, с чего же этот разговор начался.

— Так мы же еще на привале все обсудили?! Двигаемся к тому городу… Как его?! Зеренгу, в котором живет «проверенный и надежный» знакомый таула Верролта, сообщаем о своем местонахождении королю и ждем телепорт до столицы.

Идея с телепортом дракону не нравилась, но все королевские маги и офицеры хором заверили, что король дал указания на все случаи жизни, и способ эвакуации в этом списке шел отдельным пунктом с восклицательным знаком.

Сэр Ирмен тяжко вздохнул и разъяснил подробнее:

— Меня интересует, как мы будем идти. Скрываясь от всех, пробираться по дальним дорогам и ночевать в лесу, или скакать во весь опор на позаимствованных лошадях по главным трактам и останавливаться в деревнях? Раненых оставим пока здесь или возьмем с собой? От этого зависит, что и сколько надо брать.

На этот вопрос дракон ответил, не раздумывая:

— По закоулкам мы пробираться точно не будем. Выследить с помощью магии отряд ничего не стоит, так что удаленность от людей будет на руку противникам, а не нам. Поэтому едем по дороге с самым оживленным движением, останавливаясь на ночь в самых крупных поселениях, какие встретятся.

Комендант недовольно побарабанил пальцами по столу:

— Засады вы, как я понимаю, не опасаетесь?

Вместо Дерриха отозвался таул Реинд:

— Сказано же, вычислить наш маршрут толковому магу несложно, мы сейчас не в состоянии поставить нормальную защиту, а значит, на окольной дороге засаду могут устроить с такой же легкостью, как и на прямой. Им даже удобнее будет — на случайных людей отвлекаться не придется.

— Зато и нам их обнаружить будет проще.

— Не обязательно. Если у них будет время как следует подготовиться, мы их не увидим, пока не попадемся.

Рыцари одновременно набрали воздуха для достойного ответа, маг подобрался, готовый отстаивать свою точку зрения, и Деррих понял, что сейчас начнется свара.

— Тихо. Я выслушал ваши мнения и решил. Едем по главной дороге, со всей скоростью, которую сможем развить. Раненых высадим в ближайшем крупном городе. Останавливаемся на ночлег в поселениях, так что лишних вещей не брать, а вот лекарства — с таким расчетом, чтобы хватило как можно дольше. Найдите карету для дам, если она тут есть, конечно, и телеги для раненых. Пленник после допроса жив? Отлично, договоритесь с хозяином поместья… Кстати, напомните, как его зовут? Эрронс? И оставьте здесь, потом королевские стражи пришлют кого-нибудь. Выходим в путь сразу после обеда.

Сах, понявший направление мысли дракона, недовольно скривился — похоже, странного мага-телепортатора все же придется посадить в подвал. Остальные прислушались к тяжелым дождевым каплям, бодро отстукивающим по подоконнику что-то вроде пехотного марша, и приуныли. Но возражать и требовать остаться рядом с беспокойным замком дольше, чем это необходимо, никто не захотел.

Убедившись, что мыслью о скором отъезде прониклись все, Деррих вежливо выставил визитеров — кого отдыхать, кого работать (за сегодняшний день дракон, справедливо считающий, что знает об организации похода меньше всех присутствующих, наловчился давать изумительно обтекаемые распоряжения, оставляя простор для применения опыта подчиненных) — и вознамерился продолжить беседу с Сахом. С удивленным вздохом дракон обнаружил, что разговаривать предстояло впроголодь — за время совещания пироги успели доесть.

— Так что ты там гово… Да что ж такое?! Входите!

Заглянувшая в комнату сухонькая тетка в сером платье служанки испуганно хлопнула глазами на недовольного вельможу и присела в неуклюжем реверансе:

— Обедать извольте, господин. В большом зале уже накрыто.

— Хорошо. А с тобой, — дракон понял, что обращается к стремительно удаляющейся спине друга и припустил следом, — мы после обеда договорим.

Большой зал поместья оказался довольно узким и тесным. Когда за стоящими буквой «П» столами расселись хозяин с женой и четырьмя разновозрастными сыновьями, восторженно рассматривающими помятые доспехи гвардейцев, загнанно озирающийся управляющий и два странствующих жреца, принцесса с десятком придворных дам, маги и уцелевшие офицеры, выяснилось, что сидеть приходится плотно друг к другу. Тусклые, постреливающие искрами свечи ощутимо нагревали воздух в тесном помещении, также не прибавляя уюта.

Впрочем, справедливости ради следует сказать, что замечать все это Деррих начал только после того, как основательно утолил голод. А большинство боевых товарищей все еще пребывали в полном неведении о том, что должны испытывать дискомфорт, так как продолжали увлеченно работать челюстями. Сэр Эрронс, которому нашествие странных гостей напрочь отбило аппетит, громко разглагольствовал на тему верности вассальной клятве, прочие же местные просто пялились, кто украдкой, а кто и напрямую, рассудив, что чужаки слишком увлечены едой, чтобы отвлекаться по таким пустякам.

Особенно в разглядывании усердствовали странствующие жрецы. Взгляд их был почти неотрывно направлен на Дерриха и светился отнюдь не добротой и всепрощением. А каждый раз, когда сэр Эрронс произносил «Тарвет Киартский», глаза младшего вспыхивали откровенной злобой.

Дракон с недоумением пригляделся к крепко сбитому парню на год или два младше него, пытаясь определить, чем вызвана такая реакция. Результат оказался неутешительным — чем дольше Деррих смотрел, тем явственней проступало сквозь здоровый юношеский румянец служителя фамильное сходство с герцогом Тессиром. Дракон с внезапно навалившейся тоской глянул на второго жреца и не без труда, но признал виденного мельком мага. «Надо было подальше их оттащить. Или сейчас в другую сторону идти». Дракон, за суматохой последних дней начисто забывший о своей роли, незаметно проверил магический резерв и выдавил безмятежную улыбку: «Интересно, что они теперь делать будут? И…» Неожиданно пришедшая в голову мысль заставила ухмыльнуться почти по-настоящему, по-драконьи: «Как они жреческую одежду раздобыли? Неужели ограбили кого-то? Значит, мы вполне можем повстречать через какое-то время пару жрецов, которые будут смотреть на графа с тем же выражением, что и Тарвет сейчас на меня!».

Судя по гневно раздувающимся ноздрям графа, он бы предпочел накинуться на самозванца прямо сейчас, невзирая на многочисленных свидетелей и разделяющий их широкий стол, но что-то удерживало его на месте. Скорее всего — заклинание мрачно зыркающего по сторонам мага, решившего, что выдвигать бездоказательные обвинения против свежеиспеченного героя вредно для здоровья и репутации. Зато потом…

Деррих внутренне поежился и дал себе зарок смотреть в оба. Спокойное ожидание этого человека было куда опаснее кипучей ярости «тезки».

Увлекшийся лихорадочными размышлениями о том, что предпримут обиженные новоиспеченные жрецы и что этому можно противопоставить, Деррих пропустил момент, когда Уэлта нашла в себе силы осмотреться по сторонам и обнаружила за столом людей в потрепанных жреческих балахонах.

Измученная ужасом, неопределенностью и невозможностью проявить слабость перед подчиненными, девушка обрадованно вздохнула: служители богов — это не то же самое, что обычные люди, с ними даже отец иногда советуется, когда делается совсем тяжело. Но сразу же при всех вываливать на жрецов проблемы пополам с жалобами на судьбу неприлично, лучше начать разговор с чего-нибудь нейтрального, что будет полезно и остальным, а уже потом, когда посторонних рядом не будет, перейти к своим трудностям.

Принцесса с некоторым усилием оставила переживания до лучших времен и сосредоточилась на нуждах отряда:

— Приветствую добрых служителей высших сил. — Жрецы вздрогнули и недоуменно глянули на принцессу. Уэлта едва удержалась от детской привычки досадливо закусить губу. Разумеется, так обращаться не слишком вежливо, но их балахоны такие застиранные — пойди разбери, кому именно они служат, если знаков не видно. Цетойне — Творящей Жизнь? Йоранну Вечному Небу? Арниве — Весенней и Исцеляющей? — Надеюсь, ваш путь был легок, а дела успешны?

Старший вежливо, хотя и чуточку настороженно кивнул головой — видно, не привык общаться с особами королевской крови. Младшего от смущения вообще скрутило: ерзает по стулу, мало что не багровый, и рот беззвучно открывает, будто хочет что-то сказать, а горло перехватило.

— Благодарю, ваше высочество. Йоранн хранит своих служителей, а люди добры и отзывчивы.

«Все-таки Йоранн, как хорошо!» Уэлта обрадованно сверкнула глазами, и младший жрец затравленно притих.

— Это радует, так же, как и то, что дороги привели вас сюда, к нам навстречу. Не могли бы вы узнать у Небес о благорасположении стихий к нашему отряду? Нет, конечно, я немного умею читать по небесным знакам, но всегда считала, что лучше обратиться к профессионалам.

Лица обоих жрецов приняли совершенно непроницаемые выражения. Принцесса следила за окаменевшими физиономиями с благоговением. Деррих — с сочувствием. И ожиданием — в том, что маг графа сумеет выкрутиться, дракон не сомневался, но было интересно, как именно.

Как ни странно, первым откликнулся именно граф:

— Стихии благоволят королевской крови, принцесса, но Огонь, как хранитель всех клятв мира, обижен пренебрежением древним договором.

Уэлта гордо выпрямилась, чтобы с негодованием возразить, что чтит и исполняет все семейные договоры, а затем еле удержалась от смущенного ойканья.

Не все. Члены королевской семьи, после любого честного боя, произошедшего на их глазах, должны возносить молитву Хозяину Мертвых о погибших врагах, дабы облегчить им путь в новую жизнь. Ну и о своих погибших воинах не забывать тоже. Нет, в договоре второй пункт указан не был, но иначе как-то нехорошо получалось бы. А она даже о своих не подумала, только о себе. Стыд-то какой!

Когда лицо принцессы залилось жарким румянцем, граф незаметно выдохнул и постарался расслабить сведенные нервной судорогой плечи. Конечно, о таких вещах, как договоры с высшими силами, никто посторонним не рассказывает, но чем древнее род, тем больше всевозможных клятв и соглашений опутывает его, а королевский род — очень древний. Хоть об одном бы юная принцесса, впервые оказавшаяся без присмотра старших, да забыла. Особенно, если есть что-нибудь со сражениями связанное.

Однако следующие слова девушки показали, что расслабился граф непозволительно рано. Уэлта, уверившаяся в талантах жрецов и их близости к небесному покровителю, решила не упускать благоприятный шанс:

— Благодарю за наставление, добрый служитель. Не могли бы вы замолвить слово за наш отряд перед Йоранном и разузнать у него будущее? Нам бы это очень пригодилось.

— Да, — откликнулась сидящая рядом Кирлин, — нам очень, очень надо знать, будут ли на пути засады, и если будут, то где.

Деррих с научным интересом смотрел на жрецов, пытающихся логически просчитать дальнейший маршрут отряда и наиболее вероятные опасности, поджидающие его в дороге. Точность угадывания ему не понравилась совершенно, но некоторые приемы раздачи многозначительно неконкретных инструкций он запомнил, адаптировал к своим нуждам и взял на вооружение. Пригодится.

Следом за требованиями предсказаний последовала просьба о воззвании к Небесам, краткий спор на теософскую тему, который жрецы, рискуя провалить легенду, закруглили так быстро, как только смогли, девичьи расспросы в десять голосов о дальних странствиях и удивительных местах, в которых бродячие служители Йоранна успели побывать. Тут в основном говорил старший. Правда, иногда, увлекшись, он забывал вставлять поучения и сбивался, переходя на околомагические термины.

Когда рассказчик добрался до истории о том, как в окрестностях Озерного Клыка смиренные служители Неба подверглись нападению дракона, в результате которого лишились всех вещей и вынуждены были просить помощи у добрых прохожих, младший опять недобро покосился на Дерриха. Дракон поймал задумчивый взгляд Кирлин, скользнувший с него на злющего жреца и обратно, и мысленно пожелал старшему подавиться мясным рагу. И чуть не подавился сам, когда принцесса, возмущенная столь неподобающим отношением к духовному лицу, предложила жрецам присоединиться к отряду. До Зеренга.

Остальные соратники отнеслись к этому предложению с чуть меньшим энтузиазмом, но в целом благосклонно — и так все не слишком хорошо, теперь хоть поддержка богов будет. Благо они политикой не интересуются и служителям своим не разрешают.

Таул Орллив, после рассказа о нападении дракона так же поглядывавший на Дерриха и жрецов с особым интересом, даже благочестиво склонил голову и смиренно попросил:

— Вы не могли бы благословить отряд перед отправлением?

Взгляд жрецов снова стал затравленным — одно дело липовые предсказания давать, другое — реально провести в мир силу божества, и Деррих понял, что пора вмешаться. Загнанный в угол противник способен на неожиданные поступки, так что до крайности лучше не доводить.

— Поскольку почтенные служители идут с нами, лучше поберечь благословение на случай серьезных неприятностей, а простые участки пути мы и сами как-нибудь осилим.

— Как скажете, — покладисто улыбнулся маг, отодвигая пустую тарелку. — Я вижу, дождь немного утих. Граф Тарвет, не пора ли выдвигаться?

Настоящий граф скрипнул зубами, а Деррих задумчиво кивнул и мстительно распорядился:

— Да, пора уже. Проверьте, все ли готово, и выступаем.

Маг шустро убежал выполнять поручение, за ним потянулись остальные. Старший жрец потеребил короткую темную бороду и окликнул поднимающегося из-за стола дракона.

— Граф, пока идет проверка и подготовка, нам бы хотелось дать вам, как командиру отряда, несколько духовных наставлений перед началом пути.

— Замечательная мысль! — поддержал дракон идею обсудить деликатные вопросы без свидетелей. — Пройдемте ко мне.

Разочарованная Уэлта, которая сама надеялась использовать послеобеденное время для разговора, попыталась утешить себя мыслью, что дела графа важнее. Получалось плохо.

Едва за Деррихом закрылась дверь его комнаты, как Тарвет, стиснув кулаки, кинулся «наставлять» самозванца. Дракон приготовился достойно «возразить», но намечающуюся дискуссию на корню зарубил маг, обездвижив своего излишне горячего командира. Колдовать еще и на Дерриха он не рискнул — рядом стоял и бдительно отслеживал магические потоки Сах. Граф зло сверкнул глазами на подчиненного, в последние дни ставшего проявлять непочтительную инициативу, но вынужден был принять предложенные правила игры и высказал претензии устно.

Когда обещания страшных кар начали повторяться, маг задумчиво кивнул головой:

— Идеи неплохи, но прежде чем переходить к решительным мерам, мне хотелось бы обсудить некоторые факты. Допустим, то, что, несмотря на явно незаконное проникновение в окружение принцессы, вы, — скептический взгляд в сторону дракона и Саха должен был вызвать у оппонентов смущение от собственной юности и неопытности, но после вчерашних событий воспринимался с трудом, — принцессу спасаете, в отличие от большинства тех, кто был назначен ее защитниками законно. И это притом, что драконы исстари враждуют с династией Тогвейнов, а в человеческую политику не вмешиваются принципиально. Зачем вам вообще это нужно?

Услышав вопрос о политике, Деррих заледенел. Такое неписаное правило действительно существовало, и что будет с нарушителем, он представить с ходу не взялся. Откуда вообще в этой книжно-библиотечной истории политика взялась?!

И маг, и граф все еще ждали разъяснений, поэтому дракон ответил на более легкую последнюю часть вопроса:

— Мы вмешались в события не ради ее высочества. Те, кто устроил первое покушение на принцессу, похитили у нас один важный предмет, и мы решили не бегать за ними, а устроить засаду.

— И как, успешно?

Голос Тарвета сочился ядовитой иронией, а глаза недоверчиво поблескивали: как так — пролезть в окружение принцессы не ради нее, а для чего-то другого?! Разве так бывает?

— Успешно, — ошарашил собеседников дракон. — Видели, к нашему отряду ваши бывшие слуги присоединились? Вот, это они и есть.

— Вы хотите сказать, это те самые преступники, которых ищут все подчиненные лорда-мага разом? — поразился чародей графа, пытаясь осознать, что вот буквально в нескольких коридорах от него находятся люди, владеющие секретом беспробойной телепортации, за которых назначена награда, сравнимая с годовым доходом крупного графства. — И почему вы их до сих пор не схватили?

— По той же причине, по которой вы не стали с ходу кидаться на меня.

Граф озадачился:

— Боялись, что они перекинутся в свою истинную ипостась и спалят всех к темным тварям?

Деррих возмущенно дернул бровью. Почему другие расы считают, что если дракон — то обязательно тупое агрессивное животное? Чего бы хорошего припомнили.

— Нет. Того, что арест людей, героически участвовавших в прорыве и доказавших свою верность делом, без шума и лишних вопросов не организовать. После того как каждый из них по паре раз прикрыл собой принцессу, вдруг объявить их предателями не выйдет — поднимется шум. А на то, чтобы сделать все по-тихому, времени еще не было. Если наша с вами беседа не затянется, то запрем их здесь еще до отъезда. Если не успеем, придется до следующего города ждать.

— Так чего же мы…

— Нет. — Граф, по-прежнему лишенный возможности двигать руками и ногами, воинственно выпятил подбородок. — Пока я не получу назад свои доспехи и свое имя, мы отсюда не уйдем.

Деррих собрался было объяснить, что сейчас это невозможно и даже обсуждаться не может, но его опередил доселе отмалчивавшийся Сах.

— А действительно, теперь, когда нашелся настоящий граф и боевой маг, почему бы и нет? Заберем то, ради чего пришли, а довести отряд до телепорта сэр Тарвет может ничуть не хуже тебя. Его, по крайней мере, с детства учили. Про нынешнее состояние моих магических возможностей я вообще молчу.

Граф с чародеем изумленно уставились на неожиданного сторонника, а Деррих хмуро потупился. Сах все правильно сказал. Бросать новых друзей, соратников и трудное, но интересное дело жутко не хотелось, но… Логика утверждала, что так будет лучше всего. И плевать, что не хочется. Мало ли что ему может хотеться?

— Ты прав. — Дракон мысленно рассмотрел лазейку, позволяющую задержаться с отрядом еще ненадолго, и признал решение удовлетворительным. — Но просто так объявить правду мы не можем. О вашей, граф, свадебной затее я в курсе, так что предлагаю устроить спасение прекрасной принцессы отважным рыцарем от коварного и кровожадного дракона. И историю поромантичней сочинить, как вы дошли до такой жизни, что лишились доспехов и имени в пользу помянутого дракона. Надо только в пути место, подходящее для «боя», подобрать. Думаю, возможность представится достаточно быстро.

Теперь с интересом смотрели уже на Дерриха.

— Недурственная идея…

— Нуждающаяся в дальнейшей проработке. А сейчас у нас есть более срочное дело. — Сбить с мысли графского чародея, как выяснилось, непросто. — Пока все заняты подготовкой к отбытию, следует позаботиться об этих наших слугах. Думаю, договориться с хозяином поместья будет нетрудно, а остальному отряду можно будет сказать, что мирные, далекие от сражений люди захотели остаться в безопасности.

Никто из видевших книжных воров в деле далекими от сражений их бы не назвал, особенно старшего, который дрался наравне с гвардейцами, но объяснение было куда лучше, чем те, которые приходили в голову дракону, а потому было принято рабочим. По крайней мере, пока чем-нибудь более гениальным не осенит.

— Идемте. Думаю, сейчас они должны быть где-то во дворе. Кем бы они ни были на самом деле, но раз носят одежду слуг, значит, для поддержания легенды должны работать.

На словосочетании «для поддержания легенды должны» все присутствующие дружно передернулись и поспешили к выходу.

Несостоявшиеся похитители действительно нашлись во дворе — они смиренно несли следом за принцессой к покосившейся, казалось, на все четыре колеса, карете сундук с гербами хозяина поместья. Услышав оклик Дерриха, младший обернулся, кивнул, что понял, что господин граф зовет, и окликнул в свою очередь принцессу.

Уэлта чуть замедлила шаг, чтобы лучше слышать, носильщики немного ускорились, и вдруг композиция из трех человек и одного дубового сундука растворилась в воздухе.

— Ты же говорил, что ему еще трое суток восстанавливаться! — выдохнул дракон, у которого еще ни разу не уводили добычу из-под носа.

— Значит, они с помощью артефакта перемещаются, а у него период восстановления короче, — философски отозвался теоретик.

— Скорее! — Граф, в очередной раз разминувшийся с невестой, смотрел на остальных полубезумными глазами. — Сделайте что-нибудь, вы же маги!

Сах все так же невозмутимо придержал ринувшегося на место происшествия графского чародея.

— Спокойно. Никуда они от своей книги не денутся. Раз до сих пор с собой таскали, а не припрятали в надежном месте, значит, копию сделать не успели, так что вернутся, как миленькие.

— А?..

Сах стряхнул с плеча трофейный вещмешок и выудил из-под расписного черепа большую толстую книгу, древнюю даже на вид.

Деррих с некоторым благоговением принял у друга раритет и откинул тяжелую, проклепанную металлом переплетную доску. На пергаментной титульной странице витиеватым почерком было выведено заглавие: «Изложение ритуалов, в разных странах подлунного мира нашего практикуемых, магистром Сорданом Бигарусом составленное».

Сах весело ухмыльнулся воспоминанию и с преувеличенной серьезностью произнес:

— Что? Они и не заметили ничего. Тоже мне, грабители века!

ГЛАВА 2.

Двор, моментально наполнившийся людьми, гудел, как осиное гнездо, в которое бросили камнем. Воины бессильно ругались, маги чуть ли не на карачках ползали по дворовой луже, обследуя место исчезновения, служанки просто бестолково суетились и причитали. Откормленные хозяйские утки толклись с краю двора и недоуменно гоготали на конкурентов, нагло занявших их исконные территории. Угрюмо молчал только хозяин поместья, предчувствующий, что король ему скажет по поводу исчезновения дочери из его дома, и фрейлины. У девушек причина была похожая — в ближайшем будущем грозно маячило объяснение с его величеством, но к этому еще добавлялась притупляющая эмоции усталость. Кажется, они бы не отказались, чтобы и их украли тоже. Желательно, куда-нибудь подальше от этого бедлама. Лирисси, за время пути начавший воспринимать девушек в качестве набора личных насестов, недовольно покрутился, убедился, что унылые лица окружают его со всех сторон, и перелетел на плечо к стоящему в сторонке хозяину: спокойный, не бегает, не кричит, что еще для счастья надо?

Граф изумленно уставился на эту картину, но заметил опасный огонек в глазах Дерриха и поспешно вернулся к наблюдению за перемещениями злых до зубовного скрежета магов. А спустя несколько минут поинтересовался у Саха:

— Вы уверенны, что люди, похитившие принцессу, вернутся за книгой?

— Да. Она им для ритуала нужна, а ритуал без книги не проведешь, — откликнулся «великий теоретик», не отвлекаясь от перелистывания добычи — не повредили ли эти варвары от магии драгоценный раритет? Когда проверка дошла до второго форзаца, Сах удивленно присвистнул. — Да они ее за это время даже не открывали ни разу, представляете?! Вот, смотрите. — Желающим видеть был продемонстрирован испещренный фамилиями листок, приклеенный к переплетной крышке. — Это библиотечная учетная карточка, на ней с помощью магии фиксируются данные тех, кто открывает книгу. Если человек есть в картотеке, то высвечивается фамилия и курс обучения или должность. Если нет — просто отпечаток ауры. Тут последняя запись, если не считать нас с Деррихом, двухнедельной давности. Тот самый подсобный культист значится.

Тарвет нетерпеливо дернул головой, обрывая неуместную лекцию, и обратился к своему магу:

— Таул Арвиус, тогда, как старший жрец, сходите и сделайте остальным предсказание, что надо готовиться к возвращению похитителей.

Возмущенный чародей открыл рот для того, чтобы сказать что-то резкое, медленно выдохнул и начал относительно спокойно:

— Граф, я уже говорил вам и еще раз повторю: высшие силы — это не ваши вассалы, чтобы можно было безнаказанно врать от их имени. Если своего опыта нет, поверьте чужому: и вам за фальшивые предсказания отольется, и мне, как соучастнику.

Деррих припомнил мгновенную расплату за допрос служителей Багрового Воина и мысленно согласился. Граф, похоже, действительно не имевший необходимого опыта в этой области, раздраженно закатил глаза:

— Но это же не ложь! Похитители действительно вернутся, так что все в порядке. Пойдите и скажите встревоженным людям правду. Предсказание будет абсолютно настоящим.

— Настоящее — это когда видящее все времена разом божество открывает своему служителю нужную часть времени, а не логические измышления смертных.

К сожалению, теологический диспут был сейчас так же неуместен, как лекция по бытовой магии. Сах дернул дракона за рукав, привлекая его внимание к коменданту, сэру Ирмену и трем старшим магам, с не слишком добрыми лицами идущими к своему командиру. Который, вместо того чтобы что-то делать или хотя бы просто беспокоиться, мирно беседует с жрецами. И это после того как принцесса исчезла прямо у него на глазах!

Деррих понял молчаливое предупреждение правильно и аккуратно, но крепко ухватил графского чародея под локоть.

— Йоранн, как светлое божество, заповедовал помогать ближним. Успокойте этих добрых людей, таул Арвиус. Уверен, Вечное Небо на это не обидится.

Привести контраргументы магу не дал крепкий толчок под лопатки, вынудивший сделать несколько шагов вперед. Восстановив равновесие, чародей обнаружил, что стоит с открытым для возражений ртом перед хмурой делегацией. Верролт в упор глянул на неожиданное препятствие и сухо поинтересовался:

— У вас есть что сообщить о похищении принцессы, уважаемый? Если нет, то нам надо пройти.

Маг замер. Спереди его придавливали к земле тяжелым взглядом пять пар глаз. Сзади — только три, но одна из них принадлежала рассерженному дракону, а другая работодателю. Арвиус выдохнул сквозь сжатые зубы и кивнул коллеге:

— Да. Йоранн открыл мне, что вскоре похитители вернутся к отряду, так как волею Небес, — Сах приосанился, но получил тычки под ребра с двух сторон и скромно потупился, — не успели закончить начатое. Тогда их можно будет схватить и заставить отвести к ее высочеству.

Известие произвело на делегатов впечатление, но не совсем то, какое хотелось бы. Надежда мешалась со скепсисом примерно в равных пропорциях, а во взглядах Орллива и Верролта вообще читалось практически одно только недоверие.

В этот раз глашатаем общего мнения выступил таул Орллив:

— Докажите.

Опешивший жрец перевел взгляд с мага на сыплющее мелким дождем небо, моргнул и снова посмотрел на холодно улыбающегося Орллива:

— Как? Йоранна предъявить, чтобы он лично мои слова подтвердил?!

Чародей разулыбался вдвое шире, и Деррих решил, что по воздействию на окружающих эта улыбка и его собственный оскал в драконьей ипостаси примерно одинаковы. Только вот в его случае воздействие шло благодаря размеру пасти и длине клыков, а за счет чего выкручивался маг, для дракона оставалось загадкой.

— Было бы неплохо, но мы все понимаем, что Вечному Небу не до того. Сойдет и какое-нибудь свидетельство его благорасположения попроще. Просто чтобы мы убедились, что вы действительно те, за кого себя выдаете. А то столько предателей и самозванцев развелось… Сказал бы мне кто неделю назад — не поверил бы.

Однажды решившись начать игру, дальше чародей врал уверенно и не колеблясь:

— Требование в сложившихся обстоятельствах более чем оправданное. Но вы же знаете, что у каждого жреца есть свой предел общения с покровителем. Увы, наш — очень невелик, не заслужили еще большего. И мы его полностью израсходовали сначала на предсказания за обедом, а потом во время беседы с господином графом. Последней благодатью было видение возвращающихся похитителей. Но, — тут жрец нахохлился и кивнул в сторону самозваного дворянина: мол, сам все заварил, сам пускай и выкручивается, — думаю, граф Тарвет с удовольствием подтвердит, что мы те, за кого себя выдаем. Надеюсь, хоть своему командиру вы верите?

Чародей с некоторым сомнением кивнул и вопросительно глянул на Дерриха. Дракон выдвинулся вперед, оттирая Арвиуса за спину, и честно ответил:

— Могу со всей ответственностью утверждать — эти люди говорят правду. Наша недавняя беседа это полностью подтвердила.

На голову командира тут же обрушился водопад логичных и аргументированных возражений. Выждав пять минут, чтобы дать недоверчивым выговориться, Деррих рыкнул:

— Хватит. Говорите по одному. Хоть один знает, где теперь искать ее высочество? Молчите? Хорошо. А направление и характеристики перемещения определить удалось? Тоже молчите? Прекрасно. Значит, мы в любом случае двигаемся в сторону Черралиса, потому что сидеть на месте и ждать неизвестно чего — бессмысленно. Только теперь, благодаря предупреждению жрецов, еще и внимательно смотрим по сторонам, на случай, если они правы, и похитители вернутся.

Комендант напружинился, как перед броском, и недобро сверкнул глазами:

— Я клялся защищать ее высочество, и никуда не пойду до тех пор, пока не прочешу всю округу. Я подтверждения силы этих жрецов не видел, я им не верю. — Продолжение: «И я не верю вам» так и не прозвучало, но ощущалось вполне отчетливо.

Сэр Ирмен, таул Реинд и часть незаметно подтянувшихся рыцарей тут же поддержали точку зрения офицера.

В ответ на ропот большая часть магов и несколько гвардейцев сдвинулась в сторону официального командира отряда и приготовилась отстаивать его точку зрения. Они мнению Дерриха после вчерашних событий доверяли. Дракон нервно сглотнул, поняв, что еще немного, и настоящего раскола в отряде не избежать. Взбудораженные люди слишком легко хватаются за оружие.

Пока же все ждали ответа, и Деррих начал, медленно подбирая слова:

— Разбивать отряд на две части неразумно, так же, как и оставаться поблизости от Озерного Клыка, но если вам так хочется, возьмите себе часть гвардейцев и тех магов, которые согласятся остаться, и ищите, сколько вздумается. — Судя по тому раскладу, который дракон сейчас наблюдал, ущерб для обороноспособности его отряда будет небольшой. Гвардейцы в своем нынешнем состоянии много не навоюют, а значительная часть магов решила идти с ним, и толку с них будет куда больше — магические силы восстанавливаются быстрее, чем заживают раны. — Так как вы будете сидеть на одном месте, раненых оставляю на вас. Привезете попозже, не торопясь, они как раз немного оправиться успеют. Добрые служители, — благочестиво склонил голову дракон, вызвав волну недовольных взглядов как от офицеров, так и от самих жрецов, — вы пойдете с нами. По крайней мере, до тех пор, пока ваше предсказание не подтвердится.

Судя по лицам, граф с Арвиусом могли бы многое сказать о том, чье это предсказание, и насколько они сами ему верят, но присутствие свидетелей вынуждало следить за языком.

Такое решение (особенно последняя его часть, касающаяся новоявленных прорицателей) устроило всех, и теперь уже два отряда расползлись собираться и по-братски делить конфискованное в поместье. Пока тянулась суета, граф наметанным глазом определил самых боеспособных гвардейцев из числа остающихся, и неизвестным Дерриху способом убедил двоих из них идти с отбывающими. Судя по покрасневшим лицам и перекатывающимся желвакам, эти доблестные сэры присоединились к отряду с единственной целью — при малейшей оплошности удавить зарвавшегося жреца лично.

Спустя двадцать минут отряд из четырех гвардейцев, семи магов, двух жрецов и одного облаченного в рыцарские доспехи дракона вышел за ворота и двинулся в сторону укрытого серой дождевой завесой леса. Единственная лошадка покорно тянула по раскисшей дороге карету, прихваченную на случай успешного возвращения принцессы. Сейчас в ней сидели Кирлин и Рувира, наотрез отказавшиеся оставаться в поместье.

До конца дня не произошло ничего интересного. Ночью сторожа чутко вслушивались в малейший шорох, но на покой спящих так никто и не покусился. Второй день пути начался так же спокойно. Сквозь низкие тучи пробились несколько тонких лучиков солнца и принялись старательно золотить глубокие вязкие лужи, в кустах надрывались одуревшие от долгожданной прохлады птицы, и только люди портили картину всеобщего ликования хмурыми физиономиями.

Деррих догнал мерно шагающего в авангарде Саха, и по бокам тут же пристроились жрецы. На второй день коситься на них стали даже те, кто поначалу отнесся к предсказанию с доверием, поэтому они старались держаться поближе к командованию и подальше от скептиков.

— Что-то не торопятся эти деятели за книгой возвращаться.

Ответом ему стал насмешливый фырк теоретика, на который звонко отозвалась запряженная в карету пегая лошадь.

— Вполне возможно, что они еще не обнаружили пропажу. Я книгу из мешка белобрысого вытащил, пока он под командованием сэра Ирмена «лишние» продукты из кладовой изымал, а свои вещи без присмотра оставил. Судя по тому, что обнаружилась она на самом дне, доставали ее нечасто.

Арвиус в сомнении потеребил короткую бородку, вытрясая из нее цепкий лесной мусор.

— Книга большая, неужели по весу сумки не определят? Да и место она занимала немало.

Младший чародей покаянно вздохнул:

— Я на ее место разделочную доску подложил, благо их на кухне было столько, что никто и внимания на недостачу не обратил. Да еще в ту же холстину завернул, которой они книгу обмотали. Пока не полезут свое сокровище смотреть, подмену не обнаружат. Так что продолжаем ехать и не теряем бдительности. Главное, не сворачивать никуда, а то вдруг не найдут?

Обсуждать ситуацию, что делать, если похитители не заинтересуются судьбой книги, которую даже ни разу не открывали, никто не захотел. Сделать в этом случае все равно ничего нельзя, так чего зря нервы друг другу трепать? По ненавязчивой рекомендации графа Деррих распорядился высматривать места, подходящие для засады, посоветовал всем быть настороже и принялся сам выплетать сигнальное заклинание. На сумке Саха их висело уже четыре штуки, но дракон рассудил, что в таком деле лучше перестраховаться.

К полудню практически вся влага успела впитаться в иссохшую за лето землю, так что идти стало веселей. К тому же на дороге стали попадаться путники, крестьянские телеги и редкие всадники, оживляя пустынный пейзаж и взбадривая заскучавших. Пропустить появление негодяев, похитивших Уэлту, не хотелось никому, поэтому всех встречных внимательнейшим образом осматривали, прощупывали магией и с трудом удерживались от рукоприкладства. Люди, смущенные таким приемом, либо ускорялись, либо вовсе сворачивали в лес, добавляя беспокойства отрядникам: чего это им там понадобилось? Странно! В деревнях, сквозь которые довелось проезжать, было еще веселее, так как подозрительных объектов вокруг крутилось больше.

Когда отряд вошел в очередное селение, Деррих, сверившись с солнцем и ощущениями в животе, скомандовал остановку на обед. Благо в деревне и трактир имелся — большой дом за крепким тыном, способный укрыть половину селян и выдержать небольшую осаду. Над воротами вместо вывески на толстых цепях поскрипывало на ветру рассохшееся колесо.

Завидев это украшение, Орллив недоверчиво приподнял брови:

— Никак трактирщик в гильдейские метит?! Хорошо же ему придется постараться, чтобы заведение, находящееся в такой глуши, именной грамотой отметили!

Ни Деррих, к которому обращался маг, ни Сах, крутившийся рядом как раз на случай таких затруднений, о чем идет речь, не поняли, но младший жрец переключил внимание на себя, довольно улыбнувшись:

— Это значит, что у него должно быть просто-таки замечательное обслуживание. Даже лучше, чем в трактирах, отмеченных знаком гильдии — тем-то стремиться уже не к чему, а тут должен быть идеальный порядок.

В ответ из-за забора донесся грохот и яростная брань на три голоса. Сопроводительным мотивом к ней шел едва слышный бубнеж с успокаивающими интонациями. Взвившаяся с той стороны на забор разноцветная кошка нервно оглянулась на творящееся во дворе безобразие и, опасливо прижимая уши, спрыгнула на улицу. Следом за ней, но уже через ворота, выскочила пара служек. Оглядывались они точно так же, только уши не прижимали, а разве что не оттопыривали: когда еще такие интересные выражения услышишь?

— Порядок, да?

Заинтригованный дракон первым направился к воротам.

Происходящее во дворе на обещанный порядок походило слабо. Нет, чистота была идеальная, каждая вещь на своем месте, повозки гостей — под крепким аккуратным навесом, но при этом по всему обозримому пространству метались слуги, то заскакивая в разнообразные пристройки, то сталкиваясь в дверях при попытке выскочить обратно. На миг Дерриху показалось, будто они сделали большой крюк и вновь оказались в злосчастном поместье.

На широком крыльце стояли, гневно потрясая руками, тощий жилистый купец (судя по одежде и коротким черным волосам — откуда-то с юга, невесть каким ветром занесенный в эти глухие края) и два его соотечественника. Справа угрюмо молчал воин, одним видом внушающий разбойникам трепет и уважение к частной собственности, которого Деррих определил для себя как начальника охраны. Слева крутился хлипкий, мышиного вида тип, одетый как помощник купца. Несмотря на обилие золотого шитья и яркие ткани одежды, он был мало заметен на фоне стража, чувствовал эту досадную несправедливость и ругался все громче и визгливее, иногда непочтительно перекрывая даже монолог своего начальника. Вокруг них огорченно прыгал низенький толстенький хозяин заведения, безуспешно пытаясь вставить хоть слово. На появление новых действующих лиц внимания просто не обратили.

Десятник королевских гвардейцев, поставленный Деррихом старшим над рыцарями, сумрачно глянул на чуть не снесшего его слугу и повернулся к дракону:

— Не стоит здесь останавливаться, ваше сиятельство. Такая суматоха может быть на руку похитителям.

— Именно это нам и нужно. Чем быстрее мерзавцы рискнут сунуться за книгой, тем скорее мы сможем узнать у них, где принцесса. А на открытом пространстве они к нам вряд ли полезут.

Озадаченный рыцарь кивнул и насмешливо фыркнул:

— Привык охранять, теперь не перестроиться. Значит, смотрим в оба, но незаметно.

Втянувшийся в ворота отряд тут же закрутила шумная круговерть. Протиснувшийся к крыльцу Деррих кашлянул, проверил, сидит ли у него на плече Фил, слегка трансформировал голосовые связки и рыкнул так, что купец осекся на полуслове.

— Хозяин. Моих людей следует покормить.

Толстячок, обнаруживший, что за нежданными проблемами прозевал новых посетителей, часто закивал и попытался кинуться обустраивать гостей, но был перехвачен за плечо телохранителем купца. Сам долговязый южанин вежливо кивнул Дерриху:

— Не советую останавливаться в этом вертепе, многопочтенный. Не далее как сегодня утром я проснулся и обнаружил, что у меня украли фамильный перстень. Мои телохранители следов взлома ни на ставнях, ни на дверях не нашли и посторонних не видели, так что это кто-то из слуг, больше некому.

— Уверяю вас, это просто досадное недоразумение, все мои работники проверены неоднократно и очень порядочные люди! Какой удар по репутации! Какой удар по репутации! Кто бы мог подумать! — завелся хозяин, воспользовавшись тем, что в разговоре наконец возникла пауза, в которую можно вклиниться. — Вы, наверно, просто обронили ваш перстень где-нибудь в доме или во дворе, когда повозки проверять ходили. Сейчас его мигом отыщут! Не было такого безобразия у нас никогда и впредь не будет!

Купец посмотрел на него с нескрываемым презрением, а Деррих с пониманием кивнул:

— Благодарю за предупреждение, мы будем следить за своими кошельками. Но есть все равно больше негде, так что отпустите этого человека, по крайней мере, до тех пор, пока он нас не обслужит. А вы, тейир, поживее, с нами две благородные дамы, их надо принять особенно хорошо.

Сигнал от сработавших ловушек пришелся на пик суматохи. Когда Деррих добежал из обеденного зала до «оставленной без присмотра» во дворе сумки, вокруг нее уже толпились довольные, как лисы в курятнике, маги. Белобрысый тип сидел на земле, все еще держась за приманку, и смотрел в пространство абсолютно бессмысленными глазами. С уголка губ тянулась тонкая ниточка слюны.

— Чем это его так?!

Сам Деррих, пользуясь особенностями драконьей магии, поставил на книгу неснимаемый маячок — перекинуться в истинную ипостась и прилететь на сигнал нетрудно, к тому же вдали от посторонних глаз можно разбираться с противниками, не стесняясь. Похоже, остальные перестраховщики не стеснялись разбираться и при посторонних.

— Сей молодой человек находится под воздействием сразу трех заклинаний, — любовно поправляя магическое плетение, откликнулся таул Верролт. — Парализующего, оглушающего и подчиняющего разум. Полностью подействовало только последнее, и лишь благодаря тому, что защита этого юноши была истрачена на первые два.

В том, что сработавшее заклинание поставил этот лысоватый интриган, сомневаться не приходилось, как и в том, что задержка срабатывания была поставлена неслучайно.

— Он хоть говорить сможет?

— Несомненно. Более того, теперь он будет отвечать быстро и правдиво. — Верролт покрутил головой, что-то выискивая. — А, любезнейший, подойдите-ка сюда.

Хозяин трактира, выбежавший на шум, обреченно подошел к магу. Судя по уныло опущенным плечам, ничего хорошего от судьбы он сегодня уже не ждал, а разозленный купец и семь разозленных магов — это, как ни крути, разные уровни неприятностей.

— Что-то не так, благородные господа?

— Все так. — Маг снова ласково посмотрел на пленника. — Ну-ка, дружок, скажи нам, это ты украл у купца перстень?

Похититель склонил голову к плечу, будто к чему-то прислушиваясь:

— Я.

Толстячок в негодовании заломил руки:

— Мерзавец! Благородные господа, отдайте его мне, уж я с ним разберусь, будьте спокойны! Как подставил, как подставил!

— Нет. Самим нужен. — Дракон перехватил нити управления заклинанием. — Отдай этому человеку украденный перстень. Так, хорошо. Теперь вы идите, тейир, успокойте почтенного купца, а ты давай сюда амулет, с помощью которого перемещаешься.

Собравшиеся с напряженным интересом уставились на извлеченный из-за пазухи серебряный кулон. На небольшой круглой пластинке был выгравирован четырехлистник со странной руной в центре. И все. Ни драгоценных камней, ни затейливых узоров, к которым так удобно привязывать заклинания.

Первой поборола удивление Кирлин. Выхватив из рук пленника цепочку, она тут же намотала ее на запястье и с вызовом посмотрела на других магов:

— Как им управлять?

— Представьте место, в которое хотите переместиться, или расстояние, которое хотите преодолеть, и активируйте.

— И сколько человек он способен переместить?

На этот раз пленник молчал так долго, что Деррих уже хотел его поторопить, заодно подкрепив вопрос порцией магии, но оказалось, что белобрысый просто задумался:

— Не знаю. Немного. Не проверял сколько.

Сах произвел в уме какие-то расчеты, покосился на присоединившихся к допросу рыцарей, и поинтересовался:

— Десятерых он сможет доставить к принцессе, а потом вернуть сюда?

Молчание вышло еще более продолжительным, но завершилось утвердительным кивком:

— Да.

К сожалению, голосу белобрысого не хватало уверенности.

Десятник это тоже уловил:

— Думаю, можно и меньше человек взять, с одним негодяем уж как-нибудь справимся. Особенно если с нами несколько магов будет. У тебя ведь один подельник, падаль? Вот и хорошо. Кто пойдет?

Идти вызвались все, но Дерриху, который отвык ожидать от простых и понятных дел чего-то, кроме неприятностей, удалось составить отряд из тех, кто если и не видел его истинной ипостаси, то хотя бы догадывался о том, что с графом что-то не так. Случись что — придется перекидываться. Незачем посвящать в такие вещи слишком много народа.

В итоге вокруг примотанного к запястью Кирлин амулета остались стоять Деррих, Сах, Верролт, Орллив, молодой гвардеец из тех, что ходил на зачистку гнезда, граф с Арвиусом (им никак не удавалось взять в толк, зачем при освобождении принцессы могут понадобиться жрецы) и, как неизбежное зло — десятник, крепко держащий за шкирку белобрысого пленника. Оставаться в трактире и ждать триумфального возвращения освободителей он отказался наотрез.

Слегка взволнованная Кирлин подняла амулет и прикрыла глаза, чтобы четче представить образ Уэлты, к которой следовало перенестись. Кулон едва заметно засветился, и Деррих почувствовал, будто стремительно падает вниз.

Едва оказавшись на поляне, дракон понял, что они подоспели к последнему акту представления. Группа из одного мага, на груди которого висел амулет в виде шара с подозрительно знакомой гравировкой, и двадцати бойцов Каррасской гвардии — особого подразделения, преданного лично королю и выполняющего поручения, с которыми бы не справился никто другой, ошарашенно уставились на разношерстный отряд, сгустившийся прямо из воздуха. Перепутать каррасцев с кем-то другим было невозможно: только они носили сверхпрочные, неподъемно тяжелые зачарованные доспехи, которые казались им легче кольчуги. Секрет изготовления брони охранялся лучше, чем королевская сокровищница, и ни одного экземпляра за все время существования организации налево продано не было.

У ног предводителя лежал туго связанный подельник белобрысого, а за спинами воинов виднелась принцесса, испуганная и несчастная.

Командир каррасцев, видимо, все же узнал гербы на одеждах прибывшего отряда, потому что из его взгляда практически исчезла подозрительность, а на лице расцвела дружелюбная улыбка.

«Наконец-то за дело взялись профессионалы, а нам мо…» — додумать успокаивающую мысль Дерриху не удалось. Верролт, Кирлин и десятник королевских гвардейцев атаковали чужаков одновременно. И молча. Только когда чары безвредно растеклись по защите, а меч рыцаря соскользнул, не в силах отыскать брешь во вражеской броне, Верролт закричал, призывая к новой атаке.

Сигнал получился обоюдным: каррасцы, выхватив оружие, бросились навстречу, стараясь оказаться поближе к вражеским магам, прежде чем те успеют что-то наколдовать.

Деррих увидел, как воины зачарованными доспехами продавливают выставленный Орлливом щит, и понял, что не напрасно подстраховался. Единственное, что сейчас можно противопоставить этим удальцам, — драконье пламя. Но… как быть с находящейся за их спинами Уэлтой?

Граф, заметивший замершего на середине трансформации самозванца, проследил за взглядом дракона и, не ввязываясь в бой, проскользнул между гвардейцами. Благо они не посчитали нужным отвлекаться на придурочного жреца во время боя. Едва Тарвет сшиб испуганную девушку на землю, как над спиной с ревом прокатилась волна удушающего жара, следом за которой раздались крики боли. Сграбастав ошеломленную принцессу, Тарвет полуотполз-полуоткатился в сторону, и тут же увидел, как направленное на него заклинание вражеского мага срикошетило от защиты, поставленной кем-то из своих.

Убедившись, что принцесса в стороне от атаки и под дополнительной защитой, Деррих перестал осторожничать и полыхнул огнем уже прицельно. Несколько фигур упало, но гораздо меньше, чем планировалось. Не ожидавшие повстречать дракона противники подались назад, поближе к магу. Чародей выкрикнул своим какое-то предупреждение, и Деррих приготовился сдерживать атаку, но удара не последовало. Вместо этого за спинами развернулась арка телепорта, в которой один за другим начали исчезать каррасцы. Последнее, что увидел дракон, прежде чем на смену ушедшим людям через щель повалили твари с Изнанки, это нелепо мотающаяся белобрысая голова книжного вора, которого противники неведомо зачем прихватили с собой. Судя по тому, что второго пленника на земле не наблюдалось, его забрали тоже.

Потом стало не до размышлений. К счастью, защита у прорвавшихся тварей была значительно хуже зачарованных доспехов, и для дракона, пяти боевых магов и двух рыцарей проблем не составила, а стайка мелких крылатых созданий вообще предпочла раствориться в густом подлеске, не вступая в конфликт.

Верролт дернулся было запустить вслед чем-то дымящим и искрящимся, но вовремя сдержался и махнул рукой, вместо этого загасив подожженную драконом траву:

— Надо будет местным сообщить, пускай отряд пришлют, разобраться.

Не торопящийся менять обличье Деррих обвил лапы хвостом:

— А с чего это вы вздумали атаковать, уважаемые?

Судя по лицам Саха, герцогского гвардейца, графа и таула Арвиуса, им это тоже было страсть как интересно. Причем куда интереснее, чем необычный вид командира. Деррих вздохнул — значит, легенда действительно трещала по всем швам, несмотря на предосторожности. Из всех только принцесса да королевский десятник ошарашенными выглядят.

Кирлин, разглядывавшая преобразившегося соратника с опасливым интересом, но без особого удивления, смешно наморщила курносый носик:

— Это не каррасцы. Ходят неправильно.

— К таким доспехам надо долго привыкать, — развеял недоумение соратников Верролт. Он уже успел убедиться, что Уэлта цела и под охраной младшего жреца направляется к остальным, а потому счел возможным дать подробные разъяснения, чтобы не плодить подозрения на ровном месте. — Чтобы просто нормально в них двигаться, не говоря уже про сражения, надо тренироваться несколько месяцев, иначе движения будут дергаными и неточными, как у тех, кто пытался якобы спасти ее высочество. Конечно, в отряде бывают новички, но не двадцать за один раз. Да и кто бы пустил их без присмотра опытных товарищей на такое ответственное задание?

Рассматривающий оплавленный наруч Орллив нетерпеливо тряхнул головой:

— Если это самозванцы, то где они, по-вашему, смогли взять доспехи, которые не продаются, не дарятся, не передаются по наследству и не достаются победителям в качестве трофея?!

У Дерриха, услышавшего про трофеи, заработал какой-то древний драконий инстинкт, и он окинул недавнее поле боя совсем другим взглядом. Определенно, стоит подумать о пополнении коллекции — тем более что графские доспехи, скорее всего, придется вернуть. А тут такие редкие экземпляры! Как бы хоть один комплект с собой прихватить?! Плевать, что тяжело, дотащит!

— Верно. — Подошедшая Уэлта обворожительно улыбнулась плотоядно скалящемуся на недавнее поле боя дракону, и постаралась встать так, чтобы между ними оказался граф. Заметивший этот маневр Тарвет гордо расправил плечи и вперил в крылатого ящера тяжелый взгляд. — То, что эти люди самозванцы — несомненно, можете поверить. И мне очень интересно, как они сумели достать доспехи. Да еще так много. — Быстро взглянув на Дерриха, она хотела сказать что-то еще, но промолчала, жестом предложив высказываться тем, кому есть, что ответить на ее вопрос.

Арвиус привычным жестом подергал себя за бороду и задумчиво отозвался:

— Умерших от старости каррасцев принято хоронить в фамильных склепах в полном вооружении. Конечно, в склеп дворянского рода попасть не так-то просто… Всем, кроме тех, кто к этому самому роду принадлежит. Если кто-то решился осквернить могилы предков, вполне мог и набрать два десятка. Меня другое интересует — как их маг Сферу Энцирры достал?

Растерянно хлопнувший глазами дракон сообразил, что совсем недавно имел счастье видеть легендарный артефакт, главное достояние черралисского Храма Всех Богов, позволяющий своему владельцу практически мгновенно творить сложнейшие заклинания, и перестал удивляться тому, что вражеский чародей сумел так быстро и в одиночку развернуть телепорт. Скорее, странно, что он провозился так долго. Неужели слова заклинания вспоминал?

Лица присутствующих вытянулись — видно, они, также как и Деррих, только сейчас опознали знаменитую реликвию. Глаза Саха загорелись жадным огнем исследователя, а Верролт, наоборот, слегка посерел. Затем бесцеремонно стащил с запястья Кирлин трофейный амулет и внимательно со всех сторон рассмотрел:

— Нам срочно нужно в Черралис.

— Что еще случилось?

— Почему?

— Мы и так туда едем…

Принцесса просто села на землю и бесцветным голосом заявила:

— Я никуда не пойду. Пока вы не объясните мне, что происходит. И почему кража Сферы взволновала вас больше, чем кража двадцати комплектов каррасских панцирей. И почему граф оказался драконом.

Ради восстановления справедливости Деррих указал мордой на настоящего графа.

— Тарвет Киартский — это он. А я расследую похищение книги. Сейчас нам лучше отсюда уйти, горелые трупы — не совсем то соседство, которое нужно для задушевной беседы.

— Нет. — Уэлта, от одного взгляда, брошенного в указанную сторону, позеленела, но все же сложила руки на груди, всем видом демонстрируя, что знаменитое фамильное самообладание подошло к концу, и мудрой дальновидной принцессой она стает когда-нибудь попозже. А сейчас им предстоит иметь дело с запутавшейся испуганной девчонкой, которая не понимает, что происходит и кому доверять.

Верролт принюхался, поставил магический щит, не пропускающий на свободную часть поляны мерзкий запах, и махнул рукой, с кряхтением усаживаясь на землю.

— Вряд ли они сюда сейчас вернутся, так что можно и здесь поговорить. Для начала мне придется рассказать вам одну историю, которая произошла так давно, что успела превратиться в легенду.

Много столетий назад, так много, что даже летописцы расходятся во мнении, сколько именно, король одного из ныне исчезнувших человеческих государств заключил мир с кланом драконов, обитавших рядом с границами королевства. Возросшая военная мощь и ставшие доступными месторождения драгоценных металлов нас сейчас не интересуют, а вот то, что человеческие и драконьи маги взялись за совместные исследования — это важно.

Теоретические выкладки о тонкостях объединения человеческой и драконьей силы при нынешней политической ситуации представляют чисто исторический интерес, а вот об артефактах, созданных на стыке двух типов магии, ходят легенды. Говорят, они обладают совершенно невероятными свойствами… Да что там говорят, вы сами видели — и Сферу, и этот амулет со странной телепортацией, и перстни Кунта, которые, при должной сноровке хозяина, могут объединять тысячи разумных в одно сознание. Четырехлистник с неизвестной руной в центре — их клеймо, больше никто таким не пользовался.

К сожалению всех заинтересованных сторон, идиллия продлилась недолго, и виновными в этом оказались маги. Что именно они наколдовали, сейчас уже неизвестно, но по легенде лаборатории пришлось спешно запечатывать прямо со всем, что в них находилось, и частью исследователей, не успевших выбраться наружу. Итак, на расстоянии пяти дней пути ничего живого не осталось.

Как водится в таких случаях, начали искать крайних и виноватых. Драконы и люди снова напрочь рассорились. Настолько, что у людей сменилась династия, и к власти пришел ваш, ваше высочество, предок, бывший в лабораториях главным над человеческими магами. Спустя несколько поколений память об оставшихся в хранилище артефактах пересилила опаску перед «вечно голодным всепожирающем нечто», и с обеих сторон начали предприниматься попытки в эти лаборатории проникнуть. И вот тут-то выяснилась главная сложность: создавались и запечатывались эти лаборатории силами двух рас, и чтобы открыть двери, нужен и человеческий, и драконий ключ. Про драконий сейчас известна куча невразумительных сказаний, которые сходятся в одном — это какой-то артефакт. Возможно, наш уважаемый друг просветит нас по этому вопросу… Нет? Впервые слышите? Странно, ну, да ладно… А вот люди отличились, для надежности запрятав ключ в крови одного из своих предводителей. Того самого, который потом стал новым королем. Именно поэтому молодые драконы одно время так любили охотиться на представителей королевской семьи, а не знающие точно, что искать, люди тащили у крылатых соседей все, что под руку подвернется: авось да повезет. Усмирению вражды это, надо сказать, не способствовало. Успеха такая тактика не принесла, история покрылась пылью, поросла мхом, даже местоположение этих самых лабораторий забылось, а потом забылась и сама легенда.

Принцесса, завороженно слушавшая мага, устало потерла переносицу, даже не замечая, что пальцы испачканы в земле.

— Вы думаете, эти нападения связаны с тем, что вы рассказали? Кто-то узнал местоположение лабораторий и решил попытать счастья снова?

Верролт помедлил с ответом:

— Остальные покушавшиеся на вас люди знать не знали ни о каких легендах, просто пользовались ситуацией в своих целях, но и изначальные похитители, и псевдокаррасцы, сдается мне, имели одни и те же намерения. И то, что магу со Сферой удалось захватить конкурентов, сильно повышает его шансы на удачу в этом предприятии. Когда в первый раз вас попытались похитить, об этой давней истории никто не подумал. Врагов у короля много, да и попытками завладеть человеческим ключом всегда отличались драконы, а тут явно люди работали. А вот что не встревожились, когда узнали о том, что незадолго до покушения на вас те же люди украли книгу, написанную одним из магов, которые всю жизнь искали старые лаборатории, — признаю, наше упущение. Надо срочно предупредить его величество — если я прав и оставшиеся в лаборатории артефакты попадут не в те руки, мало не покажется никому.

Деррих, который ничего подобного дома не слышал, скептически изогнул бровь:

— Если за столько веков ничего не нашли, так чего суетиться? Побегают и перестанут. К тому же драконьего ключа у них нет.

— Вы в этом уверены? — остро глянул на Дерриха маг.

ГЛАВА 3.

О драконьем ключе Дерриху не было известно ровным счетом ничего, поэтому он смог только невразумительно пожать плечами, зато у Верролта уверенности оказалось на десятерых. И завидный дар убеждения.

Спустя еще полчаса дракон согласился, что нынешняя ситуация — идеальный повод переломить давнюю вражду между их народами или хотя бы не дать ей перерасти из вялотекущего конфликта в активные боевые действия: упаси предки, кто-нибудь шибко умный, чтобы отвести подозрения от себя, драконов подставить решит. Причинять Дерриху вред и обострять отношения с крылатыми соседями в такой неудобный момент его величество точно не отважится: если трон с одной стороны будут шатать заговорщики, а с другой — разъяренные драконы, и все это под заинтересованными взглядами соседей, усидеть на нем станет довольно трудно. О судьбе почивших в Озерном Клыке сородичей Дерриха маг тактично упоминать не стал, дракон тоже решил пока приберечь свое ценное мнение для того, кто такие вопросы действительно решает. Допустим, для короля.

Помимо этих умных и правильных размышлений он признался себе, что узнать, чем вся эта история закончится, было бы интересно лично, а не из третьих уст в свободном пересказе, и включился в составление плана. Идти дальше как ни в чем не бывало никому не хотелось. Пока отряду везло, но один раз принцессу уже похитили прямо у них из-под носа, и нет никакой гарантии, что этот подвиг не повторят снова. Выход, как ни странно, предложил оправившийся наконец от шока десятник.

Он минут пять приглядывался и примеривался к Дерриху, а потом, перекрывая галдеж, громко поинтересовался:

— А вы, господин дракон, не могли бы нас донести до столицы?

В опустившейся на поляну тишине Деррих почувствовал себя очень неуютно. Что этому вояке стоило поудивляться еще денек? Нет, идея хорошая, но…

— Вас восемь человек. Вы все мне на спину не влезете.

— А на спину больше троих и не надо! — подключился к творческому процессу Сах, которого пешие прогулки утомили настолько, что он даже согласен был повторить недавний подвиг с полетами. Да и начало учебного года приближалось совершенно неумолимо. — У нас же карета есть. Остальные сядут внутрь, и ты понесешь ее в лапах. — Заметив выражение морды друга, маг поспешно уточнил: — А вес мы с помощью магии снизим. Немного, но все полегче будет. Я заклинание помню, только мне на него сил не хватит. Поделишься?

— Фила возьми. Зря мы его с собой, что ли, таскаем? — смирился Деррих. Выход был и впрямь наилучший. Другие драконы в этом деле пока что не объявились, значит, и доставать Уэлту из поднебесья будет некому.

— Но ведь за ним придется возвращаться в трактир!

— Туда и так придется возвращаться, — сам удивился невесть откуда взявшейся сознательности дракон, — люди ждут и волнуются. Предъявим ее высочество, отправим гонца в поместье, чтобы сообщить остальным, что все в порядке, тогда можно и лететь.

Герцогский гвардеец, до сих пор скромно молчавший, с сомнением потеребил тесемку на рукаве:

— А как мы объясним, почему снова уходим, бросив остальных дожидаться сэра Ирмена? Еще подумают, что мы сами задумали что-то нехорошее. Сейчас все друг на друга с подозрением смотрят, так что как бы чего плохого не получилось. Особенно если учесть нынешний вид командира.

— А давайте скажем, что при помощи отнятого амулета перенесемся прямо в тронный зал, а пропускная способность у него маленькая. — Кирлин, мысли которой все еще занимал отнятый Верролтом трофей, не желала переключаться на другую тему. — Скажем, что следующего нападения можно ждать в любую минуту, дела уладим и вернемся сюда, а ты за каретой слетаешь. Заодно и обещанное «нападение» будет!

«И арбалетные болты под крыло, и парочка боевых заклинаний». Деррих азартно прищурился и перекинулся в человека.

— Идет. Перемещайте нас, таул Верролт. Кстати, забыл представиться: Даэрлих Карв к вашим услугам.

К вящему неудовольствию дракона и непонятной радости Саха, вместе с посвященными на поляну отправилась и Рувира. Принцесса и Кирлин догадывались, что нести лишний груз дракону не хочется совершенно, но все равно принялись уговаривать. Девушки смотрели так умоляюще и такими несчастными глазами, что Деррих мысленно плюнул и согласился. В конце концов, сколько во фрейлине того веса? Смех один.

После перехода на поляну изумленная леди, которой не смогли заранее рассказать, что ее ждет, из опасений быть подслушанными, увидела вместо тронного зала поляну с горелыми трупами, и отшатнулась. Пятилась недолго — ровно до того момента, как уткнулась лопатками во что-то твердое и колючее. Обернувшись, девушка прямо перед лицом обнаружила огромную чешуйчатую лапу.

Деррих, который сначала перекинулся и только потом сообразил, что неплохо было бы ввести Рувиру в курс дела, открыл рот, чтобы успокоить и объяснить, и чуть не прикусил язык. Пронзительный визг резанул по ушам, и фрейлина, как и положено благовоспитанной девушке при виде дракона, свалилась в обморок.

«Первая нормальная реакция в этом сумасшедшем доме». Деррих аккуратно отошел подальше от обморочной и для разминки взмахнул крыльями, едва не сдув стоящих рядом магов и с ног до головы засыпав мелким лесным мусором тех, кто расположился чуть подальше.

— Давайте, приводите ее в чувство, а я полетел. — Собственные медицинские познания дракона на лечение бессознательных девиц не распространялись.

Ветер ласково оглаживал чешую, будто радуясь, что Крылатый наконец-то вспомнил об умении летать, и укоряя за то, что так долго не навещал старого друга со своими глупыми земными делами. Деррих блаженно прищурился, буквально впитывая в себя это дружеское тепло и участие. Стоило взмыть в небо, как все заботы скукожились до совершенно несерьезного размера, совсем как дома внизу, кажущиеся с такой высоты невзрачными серыми коробочками. К сожалению, дракон слишком хорошо знал, что, как и в случае с домами, истинный размер проблем не изменился, что бы там ни казалось из-под облаков, а потому развернулся в сторону отмеченного маячком трактира и полетел на магический зов.

Дальность у портирующего амулета и впрямь оказалась смешная. Дракон еще не успел как следует разогнаться, а внизу уже замаячили крыши нужного селения. Даже сверху было видно, насколько выделяются добротные, черепичные крыши строения гостиницы среди крытых соломой и дранкой развалюх. Не перепутать ни ночью, ни спьяну.

Карета нашлась там, где Деррих велел ее поставить — во дворе, «для подпитки заклинаний на солнце». Дракон сделал над трактиром два круга, дожидаясь, когда снующий туда-сюда народ разойдется, и спикировал вниз. Земля стремительно ринулась вперед, воздух восторженно загудел, заглушая невнятные человеческие крики. Приученные событиями последних дней к быстрому реагированию, маги и гвардейцы высыпали на крыльцо спустя несколько ударов сердца, но Дерриху этих секунд хватило, чтобы аккуратно подхватить древнюю конструкцию и скользнуть в противоположную от поляны сторону. На каждом взмахе крыльев карета музыкально поскрипывала всеми сочленениями разом. Что ж, скучно ее пассажирам во время полета точно не будет.

Черралис показался на горизонте, когда красное утреннее солнце начало потихоньку взбираться на небосвод, а крылья и лапы дракона — ощутимо подрагивать от перенапряжения. То ли обещанное чудесное снижение веса оказалось недостаточно чудесным, то ли обеспечивающих его магов основательно растрясло. Когда Деррих приземлился в часе пути от городских стен, сбивая порывами ветра с кустов на краю поляны крупные перезрелые ягоды малины, и из кареты начали вываливаться серо-зеленые пассажиры, стало ясно, что ближе к истине второй вариант. Похоже, из всех ездоков только Арвиус нашел в себе силы держать заклинание, и сейчас его шатало не столько от полета, сколько от магического перенапряжения. Остальные тоже стояли на ногах нетвердо, но по более обыденным причинам.

Продрогший и взмокший разом Верролт с высоты драконьего хребта снисходительно наблюдал за выползающими на ватных ногах коллегами, но при этом сам спускаться на землю почему-то не торопился. Когда из темных недр кареты явился Сах, старший маг участливо поинтересовался:

— Что такое, коллега? Вы как-то бледно выглядите для человека, который совершенно точно знает, как правильно летать на драконе.

Сах, который, памятуя о предыдущем опыте, чуть ли не с боем отвоевал себе место в карете, пересадив на загривок другу сначала младшего гвардейца, а затем Верролта и Орллива, растянулся на крутящейся и ускользающей из-под ног земле, нимало не беспокоясь об этикете.

— Был неправ, за что и поплатился. В следующий раз только верхом.

Деррих встряхнулся, намекая замершим седокам, что пора освободить его шею, и весело пыхнул дымом:

— Заведи себе лошадь и езди верхом на ней. Кстати, что тебе на этот раз не понравилось?

— Укачивает вдвое сильнее, — никак не желал отлипать от мягкого лесного мха теоретик. Потом сердито дунул на деловито гудящую вокруг носа пчелу и все же поднялся. — И карета слишком хлипкая для таких испытаний.

— Неправда, — возразила оправившаяся быстрее других Рувира. Уроженку единственного на все королевство порта, с детства привыкшую плавать на легких прогулочных суденышках по беспокойному Орнельскому заливу, укачать было не так-то просто. — Карета нам досталась просто исключительно крепкая. Всю дорогу она честно пыталась развалиться, но так и не смогла. Даже несмотря на то, что ближе к середине пути начали вылетать какие-то заклепки.

— Я ей немного помогла. — Кирлин, присевшая на ступеньку кареты, собралась с силами и начаровала для принцессы что-то условно исцеляющее, незнакомое Дерриху. На себя ей сил уже не хватило. — И, боюсь, при этом упустила свою часть заклинания снижения веса. Извини, Деррих.

— Ничего, долетели — и хвала летним ветрам. — Дракон ссадил на землю не желающего разжимать сомкнутые на спинном гребне пальцы Орллива и перекинулся в человека. — Я в Черралисе ни разу не был, как до дворца добираться будем? Как обычные путники, в надежде, что ее высочество в таком наряде никто не узнает, или представимся страже на воротах и затребуем сопровождение? На мой взгляд, риск примерно равный.

Вылезший последним из кареты десятник Ниррен энергично потянулся, а затем поклонился Дерриху:

— Благодарю за полет, тейир. Это было самое волшебное, что случалось в моей жизни. А что до перемещений по столице, то я предлагаю попробовать войти в город неузнанными и нанять в одной из ближайших гостиниц два экипажа. Дело это совершенно обычное и ничьего внимания не привлечет. Ехать в закрытой карете быстрее и безопаснее, чем идти. А уже с Замковой площади можно переместиться во дворец с помощью амулета, чтобы не будоражить умы стражей и прислуги. Мало ли кому они сочувствовать могут. Ну а если узнают на воротах, тогда можно будет и насчет сопровождения попробовать договориться.

Так и не произнесшая за все это время ни слова Уэлта молча поднялась с земли и отряхнула от налипших травинок и медово пахнущей пыльцы юбку. Чище она от этого стала ненамного, зато на пальцах тут же появились желтые разводы.

— Замечательная идея, сэр Ниррен. В детстве, во время парадных выездов в город, я часто мечтала сбежать от свиты и посмотреть Черралис как простая горожанка. Не думала, что это желание когда-нибудь исполнится. Я готова идти, господа.

Пристоличный лес выглядел гораздо светлее и прозрачнее дремучих северных зарослей вокруг Озерного Клыка. Трепещущую на ветру березовую рощу, казалось, тщательно подмели — в поисках хвороста горожане собрали с земли все до последнего прутика, растащили любой намек на бурелом, оборвали все, что было хотя бы относительно съедобно, и натоптали великое множество тропинок, ведущих к главному тракту. Деревья не смыкали ветви над дорогой в прохладный зеленый тоннель, а будто бы разбегались в стороны, лишь бы оказаться подальше от пыльной белесой ленты, по которой тянулся бесконечный поток людей и повозок. На отряд никто не косился — среди направляющейся в Черралис странной публики он не выделялся.

Деррих занял стратегическую позицию между бродячим цирком и дедком на огромной, крытой холстиной телеге. Что именно топорщилось и бугрилось под тканью, разглядеть было невозможно, и стражей наверняка эта неизвестность заинтересует больше, чем группа пеших путников. А, значит, и досматривать их будут быстро и не слишком внимательно.

Решив таким образом вопрос отвлечения внимания, дракон попытался орешиться от проблем и насладиться незнакомыми видами и веселыми улыбками выглядывающих из идущего впереди фургона циркачек, но не тут-то было. Оптимизм Уэлты оказался обычной бравадой — спустя пятнадцать минут она снова начала прихрамывать, а еще через десять граф был вынужден светски предложить ее высочеству руку в качестве опоры. Верролт под яростным взглядом дворянина только виновато развел руками. Он был не против оказать помощь, но ни ушиб, ни порез причиной хромоты не являлись, а со способами лечения остальных травм боевой маг знаком не был. Орллив и Сах тоже, а Кирлин выглядела так, что становилось ясно — ей самой нужно показаться целителю.

Дракон, за последние дни получивший некоторый опыт в лечении двуногих, с сомнением покосился на девушку, но решил не рисковать здоровьем царственной особы. Потерпит до придворного целителя, здоровее будет.

А потом подумал еще немного и обратился к принцессе. Привычное «ваше высочество» успел проглотить:

— Уэлта, когда будем подходить к воротам, примите как можно более изможденный вид — к больным, идущим лечиться, стражники цепляются редко.

Девушка ожгла нахала гневным взглядом и крепче вцепилась в локоть бережно поддерживающего ее графа, но просьбу выполнила. Предъявленная стражам на воротах «хворая девица, которую добросердечные жрецы сопровождают к целителю», выглядела настолько убедительно, что вносивший имена в свиток юнец на всякий случай отодвинулся и заверил, что крестик на месте подписи поставит сам.

Когда тесное ущелье Хлебных ворот осталось позади, отряд вместе с говорливым людским потоком вышел на простор черралисских улиц. Аккуратные беленые дома под красными черепичными крышами, съедобная зелень, растущая в ящиках, привешенных к подоконникам начиная со второго этажа, пестрые булыжники мостовой, мелькающие тут и там яркие камзолы представителей различных гильдий создавали непередаваемую атмосферу вселенской суеты и непрерывного праздника. Деррих закрутил головой, впитывая десятки говоров и наречий, звучавших с разных сторон. Хорошо! Задержаться бы тут подольше, столько интересного вокруг!

Заметив, что преисполненный любопытства отряд потянуло в разные стороны, Верролт громко откашлялся, перекрывая крики бродячих торговцев, взвизги спорящих кумушек, ругань возничих, пытающихся разъехаться на перекрестке, и предки ведают что еще.

— Нам налево, дамы и господа. «Хишмарская подкова» — вполне достойное заведение, расположено недалеко, но и не на главных улицах. Уверен, там нанять пару карет можно без труда.

Умаявшиеся путники воспрянули было духом, но радостный порыв остудил прохладный голос Арвиуса.

— Что, его тоже ваш хороший знакомый содержит?

Уже направившийся было вперед Верролт оглянулся и с раздражением в глазах и ласковыми нотками в голосе отозвался:

— Разумеется. У меня вообще знакомых много — полезно это.

Сообразив, куда клонит графский чародей, сэр Ниррен тоже остановился.

— Не всегда. Думаю, сейчас лучше от знакомых держаться подальше. Предлагаю пойти в «Крендель». Сам там не был, но один человек отзывался о нем как о вполне пристойном месте.

— Наемник, наверно? — живо заинтересовался Верролт.

— Да, а откуда вы…

— Оттуда, что счесть это заведение пристойным мог только хорошо битый жизнью вояка, заявившийся в компании других таких же бойцов, чтобы как следует отдохнуть между наймами. С дамами туда идти нельзя совершенно точно.

Не сцепились они на почве заботы о принцессе только потому, что вмешался Сах:

— Спокойнее, господа. Мы же обычные путешественники. Вот и будем поступать так, как положено. Эй, мальчик, хочешь заработать? Отлично, где тут у вас два экипажа нанять можно недорого?

Крутящийся неподалеку босоногий сорванец подхватил блеснувшую на солнце медяшку и тряхнул криво обкромсанной рыжей челкой.

— К Граву Сероносому на конюшню идите. Ежели прилично и недорого надо, то заезжие тейиры завсегда у него и лошадей, и повозки нанимают. Давайте я вас провожу.

Путешествие по городскому лабиринту оказалось недолгим. Приметив на углу улицы широко раскрытые зеленые ворота, увенчанные вырезанной со знанием дела фигуркой коня, мальчуган шмыгнул носом и попятился, чудом не врезаясь в прохожих:

— Пойду я, а то там и собаки дюже злые, и конюхи от них не отстают. Ну их.

Заведение и вправду оказалось небогатым, но опрятным. И цена невысокая.

— По половине серебряного за карету, добрый сэр. Нигде дешевле не найдете.

Гладко выбритый дед с военной выправкой и спокойным взглядом уверенного в своих словах человека, скорее всего, слегка лукавил, но Дерриху не хотелось знать, как выглядит наемный экипаж, который можно сдать на половину дня за меньшие деньги, и все равно остаться в прибытке. Загвоздка была в другом.

Ни у кого из них не было с собой нужной суммы. Все кошельки остались в Озерном Клыке вместе с остальными вещами. Самыми богатыми в компании оказались жрецы — за счет пожертвований благочестивых селян, которые они были вынуждены принимать в целях конспирации. Но за те несколько медяков, что у них были, в аренду можно было получить разве что колесо.

Уловив во взгляде посетителей намек на неплатежеспособность, Грав посуровел и будто стал выше ростом. Сразу бросился в глаза вышитый на левой стороне жилета знак ветерана, вышедшего в отставку.

— В долг не даю. Сперва деньги — потом кареты.

В ответ на эту фразу, как элементал и на заклинание призыва, тут же материализовались два дюже злых конюха необъятных размеров. Зыркнув на потрепанный, но все еще довольно внушительный отряд из рыцарей, магов, жрецов и девиц непонятного статуса, они неуверенно переглянулись и встали чуть сбоку, чтобы и глаза посетителям особо не мозолить, и этак ненавязчиво напоминать, что законы для всех писаны.

Идти пешком через весь огромный город в планы Дерриха не входило. Уэлта далеко не ухромает, Кирлин, после того как на нее пересадили с Рувиры проспавшего все на свете Фила, несколько оправилась, но все равно выглядела жалким подобием самой себя, да и остальные жизнерадостно улыбались исключительно для того, чтобы девушек подбодрить. Прикинув все «за» и «против», дракон смирился с неизбежным.

— Мои доспехи в залог возьмете? — Расставаться с этими тяжелыми, неудобными железяками, позорящими честного дракона, было неожиданно жалко. Столько всего пережили, столько раз жизнь защищали, и вдруг отдать какому-то постороннему мужику. В залог! Кошмар.

Граф хотел было вскинуться, что доспехи вовсе даже не драконовы и нечего чужими фамильными реликвиями распоряжаться, но мгновение подумал и закрыл рот прежде, чем Арвиус успел предупреждающе стиснуть его локоть. Пускай его. Не жреческий же балахон в заклад оставлять.

Профессионально оценивающий взгляд владельца конюшни прошелся по металлу, заприметив каждую царапинку и вмятину. Деррих и Тарвет одновременно испытали совершенно одинаковое желание дать наглецу в ухо.

— Сойдет. Но учтите, дольше месяца держать не буду. Потом к Лозу-броннику идите выкупать.

Скрипнув зубами, дракон заверил, что деньги будут гораздо раньше, и принялся стаскивать железо. Конюхи с облегчением переглянулись и бесшумно исчезли в дверях каретного сарая, не дожидаясь команды от начальства. Сердить сверх необходимости и без того злых клиентов в их обязанности не входило.

Путь до Замковой площади занял достаточно времени, чтобы дракон успел заскучать — настроения любоваться красотами не было, Сах и Кирлин остались приглядывать за принцессой во второй карете, зато напротив сидел мрачный, как призрак, граф, переживающий разлуку с фамильными доспехами. Негатив расходился от его напряженной фигуры почти осязаемыми волнами. Деррих отвернулся к медленно проплывающим мимо домам и со вздохом отогнал мысль о том, что в крылатой ипостаси за это время успел бы весь город из конца в конец пятнадцать раз пролететь.

Когда за окошком во второй раз мелькнула приметная вывеска в виде дырявого сапога, он не выдержал и откинул шторку, разделяющую пассажиров и возницу.

— Почтеннейший, мы же тут ехали десять минут назад!

Возница подкрутил ус и лихо щелкнул кнутом:

— А то ж, добрый сэр. По Суконной улице не проедешь сейчас — я-то думал, ее уже кончили мостить, ан нет. Небось посейчас спорят, кто платить должен: его величество-то приказ о ремонте улиц дал, а сколько денег на мощение должны внести горожане, а сколько — канцелярия, в указе ни слова. Пока поругаются, пока договорятся… Объезжать надобно.

— А долго ли еще ехать?

— Да нет. — Возничий потер кнутовищем щетинистый подбородок. — Минут за двадцать доедем, ежели эти холеры всю слободу по кругу не обкопали.

— Останавливайтесь.

На лицах товарищей по несчастью отразилось недоумение, но вслух комментировать начальскую придурь никто не стал. Вторая карета также остановилась, и из нее выпрыгнул довольный Сах. За ним степенно вышел многозначительно покачивающий амулетом Верролт.

Деятельный теоретик помог выбраться из экипажа дамам, чуть ли не на руках вытащил принцессу и подскочил к дракону.

— Ну наконец-то! Давай отпускай их, и пойдем. Даже лучше, что отсюда — с площади и перехватить могут.

При этих словах у возничего, делающего вид, что занимается лошадьми, даже усы задрожали от любопытства. Скосив глаза до предела, он наткнулся на многозначительный взгляд сэра Ниррена и вытянулся во фрунт:

— Так, значит, не надо до Замковой площади ехать, добрый сэр?

— Нет, езжайте.

Деррих прошелся, разминая ноги, и остановился, провожая взглядом исчезающие за поворотом кареты. На прощание уже оба мужика на козлах одарили бывших ездоков заинтересованными взглядами и подхлестнули лошадей. Незаметно подошедший Сах ухмыльнулся от уха до уха.

— Спорим, к вечеру в службу безопасности поступит рапорт о подозрительных типах, которые пытаются добраться до дворца окольными путями.

— Надеюсь, к тому моменту мы будем уже внутри, и это не будет иметь значения.

Настраивающийся для перехода Верролт недовольно приоткрыл один глаз и осуждающе уставился на глазеющую по сторонам безалаберную молодежь:

— Идите сюда и встаньте поближе друг к другу. Если кто-то не перенесется с остальными, добираться будет пешком.

Отряд окружил принцессу и Верролта двойным кольцом и вместе с ними растворился в душном тяжелом воздухе, заставив немногочисленных прохожих тереть глаза и вполголоса поминать ненормальных магов.

Едва осознав себя после перехода, Деррих почувствовал плотно охватывающие тело струи магии. Двигаться и колдовать они в принципе не мешали, но ровно до тех пор, пока пришельцы не поведут себя враждебно. А что они посчитают за агрессивные действия, предки ведают. Поэтому дракон решил пока не шевелиться, тем более остальные маги повели себя точно так же, еще и дернувшихся к дверям рыцарей осадили.

Верролт как-то по особенному подцепил обвивающую его прядь заклинания и аккуратно потянул, потом еще раз.

— Юэрта предупреждаю, что это мы, — пояснил свои действия маг. Дерриху понадобилось некоторое время, чтобы сообразить, что так по-свойски был поименован лорд Виорннер, верховный маг королевства, в просторечии чаще называемый лордом-магом. Причем упоминался он с неизменным почтением и оглядкой на небеса в поисках неурочных молний. Хулить же главного чародея простой люд не хотел даже за глаза. Волшебники свое начальство крепко уважали, хотя тоже признавали, что лучше его без нужды не сердить. — Не хватало, чтобы его подручные нас сперва на всякий случай спалили, а уже потом разбираться стали, кого там к королю в гости принесло. Стойте неподвижно и лучше не разговаривайте. Сейчас он подойдет.

Стоять так стоять. Хотя лучше бы дожидаться, сидя вон в том мягком кресле, обитом темно-синим бархатом… С кресла взгляд дракона перекочевал на остальное убранство комнаты. Во дворцах Деррих еще ни разу не был, поэтому осматривался внимательно, куда только усталость девалась!

Верролт, судя по всему, перенес компанию в какие-то третьесортные гостевые покои, так как убранство комнаты было довольно скромным. Но даже в нем чувствовалось что-то неуловимое, отличающее вещи, сделанные лучшими мастерами королевства, от утыканных драгоценными камнями поделок, которые стоят меньше, чем затраченные на них материалы. Необычная золотистая древесина, покрытая тягучим узором охровых разводов, оттененная синей обивочной тканью, наполняла комнату солнечным светом, несмотря на то что окошко было одно, маленькое, и выходило на стену какого-то подсобного здания. По каменным стенам бежали вверх резные цепочки рун, к которым были привязаны заклинания. К сожалению, разглядеть подробности мешал зашитый декоративными панелями потолок. Символы ныряли под него и наверняка соединялись в единый узел на опорных балках, но в какой именно чародейской конструкции — ведали только местные колдуны да рабочие, привешивавшие расписные квадраты. На полу узор панелей в точности повторяла разноцветная плитка.

Кстати, эта самая плитка отлично разносила по всему крылу цокот подкованных сапог. Приближение встречающей делегации дракон услышал за несколько минут до того, как дверь рывком распахнулась и на пороге появился взъерошенный сухощавый мужчина с резкими чертами лица и цепким взглядом серых глаз. Глаза эти едва уловимо расширились, когда обратились в сторону Дерриха, но больше никаких признаков удивления, волнения или беспокойства не последовало. Лорд-маг поклонился принцессе и приветливо кивнул Верролту:

— Рад, что вы благополучно добрались. Когда связь с замком прервалась, его величество очень беспокоился. Уэлта, я думаю, вам следует сейчас отправиться к нему, а вы, дядя, идите со мной. Насколько я понял, секрет той таинственной телепортации вы узнали? Вот и отлично, расскажете, а я вас чаем напою. А вы, дамы и господа, — маг еще раз внимательно осмотрел запыленных гостей и принял решение, — отдохните. Чуть позже его величество наверняка захочет с вами поговорить и лично выразить признательность за спасение своей дочери, а пока вас проводят в комнату, где вы сможете подождать своей очереди и перекусить.

Из-за спины лорда Виорннера появился маг рангом пониже, улыбающийся не менее любезно, и жестом предложил следовать за ним. Путь по коридорам спустя два поворота и одну широкую, как центральная улица Гоарты, лестницу завершился у небольших дубовых дверей. За ними действительно оказалась гостиная, в центре которой красовался уставленный закусками стол. Люди с радостными лицами устремились к нему, но Деррих в первую очередь обратил внимание на другое.

Стены комнаты были обшиты панелями из зачарованного мореного дуба, который не берет даже драконий пламень, а вместо окон испускали мягкий дневной свет волшебные фонари в нишах.

Дверь за спиной отчетливо клацнула, отрезая путь к отступлению, и дракон, секунду помедлив, решительно направился к сидящим вокруг стола товарищам. На попятный идти поздно. Кстати, интересно, кто-нибудь из них догадался проверить еду на яд? Просто на всякий случай.

ГЛАВА 4.

Дверь за принцессой мягко затворилась, и на кабинет опустилась тишина. Казалось, даже ярко сияющие магические светильники, окруженные отбрасывающими маленькие радуги хрустальными подвесками, слегка потускнели. Сидящий за столом мужчина чуть грузного телосложения, с живыми темными глазами, сам не заметил, как по старой дурной привычке принялся ощипывать перо. Неприятные думы в очередной раз пересилили привитую с детства невозмутимость. Какая уж тут, к тварям бездны, сдержанность, когда родная дочь такие новости рассказывает? Зато хоть за нее можно больше не волноваться. Все же плохая была идея ловить предателей на живца.

Стоящий напротив хозяина кабинета лорд Виорннер для лучшей работы мысли взялся за проверку вплетенных в резные стенные панели заклинаний. После рассказа Уэлты об особенностях штурма Озерного Клыка он их один раз уже проверил, но сейчас никакие меры предосторожности излишними не казались. Зато хотелось придумать какие-нибудь еще. Конечно, черралисская королевская резиденция, как и все прочие, за исключением злополучного замка, запитаны от природных источников, которые ни убежать, ни переметнуться на сторону врага не могут, но мало ли…

Привычная работа успокаивала не хуже медитаций.

— Ну что скажешь? — Его величество Шрейон II обнаружил, что от несчастного пера осталась изломанная ость, и отложил его в сторону. Надо не забыть спалить перед уходом. Незачем слугам знать, что монарх опять нервничает. Не та сейчас ситуация, чтобы слабости демонстрировать — радовать врагов даже такой малостью король не собирался. — Как тебе новости насчет старых лабораторий?

Окончательно вернувший себе ровное расположение духа лорд-маг пожал плечами и, дождавшись разрешающего кивка, опустился в кресло для визитеров. Перед глазами у него стояло два списка: один — с тем, о чем надо поговорить с королем, другой — то, чем следовало в ближайшее время озадачить подчиненных. Домыслы дядюшки в обоих значились последним пунктом.

— Пускай ищут, охранители рода им в помощь. Раз предшественники за столько веков не отыскали, то и эти вряд ли сумеют. Меня больше волнует прозаическая суета, которую затеяли соседи, наша антиаркливийская коалиция и те энтузиасты, которых удалось отловить здесь. Давно у нас не было настолько масштабной чистки рядов. Кто бы мог подумать, что пара сумасшедших романтиков, начитавшихся древних легенд, сможет породить такую волну? Да еще и дракон этот непонятно каким боком затесался. Что с ним делать теперь? А еще…

Заметив, что монарх недовольно поджимает губы, маг осекся.

— С дворянами мы как-нибудь разберемся, не в первый раз. Благодаря тому, что сообщила Уэлта и твой родственник, это не слишком трудно. Жаль только, что положиться практически не на кого. А вот насчет тех, кто все это затеял, ты не прав. Сам подумай: облачить целый отряд в доспехи каррасцев и похитить из главного храма Сферу Энцирры — задачи, которые совсем недавно считались невыполнимыми. Если принять во внимание особенности жреческой охраны и если таул Верролт прав насчет того, откуда взялись доспехи, — а я думаю, он прав, хотя дополнительная проверка каррасцам не помешает, — то сделал это кто-то знатный и влиятельный. Такие люди не рискуют на ровном месте и не гоняются за миражами. И уж тем более не совершают преступления без гарантии, что все окупится в двойном размере. — Монарх вспомнил расчетливый блеск, который так часто наблюдал в глазах своих верноподданных, и подумал, что размер, скорее, должен быть тройным. — Кстати, ты в курсе, когда в последний раз находили артефакты, сделанные в лабораториях? Правильно, во время экспедиции, моим прапрапрапрадедом организованной. В которой, кстати, принимал участие мэтр Бигарус, с похищения как раз его книги в этот раз все и началось. И вот теперь всплывает непонятно откуда еще одно изделие.

Шрейон с легким недоумением покрутил оставленный герцогским чародеем диск. Амулет, не имеющий ни одного драгоценного камня, для короля был в диковинку. Впрочем, ожидать от вещи, сработанной людьми и драконами разом, чего-то обычного было бы странно.

— Все так. — Лорд был одним из немногих, кому позволялось спорить с монархом, и сейчас он с удовольствием воспользовался этой привилегией. — Но я все равно не верю, что у этого влиятельного и знатного что-то получится. Строго говоря, Объединенные лаборатории могли и вовсе не существовать: артефакты делал какой-нибудь род, ревниво охраняющий свои секреты, и потом прервавшийся, а легенду позже сочинили. Так бывает довольно часто. У нас мало людей, на которых можно положиться, ваше величество. Хватит либо на расследование политических неурядиц, либо на поиски этих мифических лабораторий. Прикажете оставить в покое наших интриганов и заняться легендами?

— Нет. — Аргументы были убедительными, но… Пускать ситуацию на самотек королю решительно не хотелось. Даже если все это действительно затеял сумасшедший — влиятельных сумасшедших надо хотя бы знать в лицо. Это для стабильности государства полезно. — Зачем? Пускай специалисты занимаются своим делом. А сведения о лабораториях вновь прибывшие поищут, благо они в курсе дела и успели доказать свою преданность.

— Много они найдут! — поразился такому предложению лорд. — Они же тут почти все чужаки. Будут тыкаться в разные стороны, как слепые котята, придворных взбаламутят неудобными вопросами, вот и все расследование!

— Пускай тыкаются. А мы посидим в сторонке и посмотрим, кто дергаться начнет.

В таком виде идея выглядела более привлекательно. Виорннер никогда не причислял себя к любителям ткнуть палкой в осиное гнездо и смотреть, что из этого выйдет, но в качестве отвлекающего маневра от более тонких интриг способ подходил идеально. Да и чем тьма не шутит? Таул Верролт редко зря беспокоится. Вдруг действительно чего-нибудь найдут.

— А дракон? — встрепенулся маг, уже собравшийся откланяться, вспомнив единственный вопрос, оставшийся без ответа.

— Поговорим с ним, тогда и решим. Узнаем, что ему нужно, посмотрим, можно ли извлечь из этого пользу. Твоя защита выдержит в случае необходимости? Тогда зови.

Шрейон обнаружил, что принялся за ощипывание второго пера, поспешно смахнул свидетельства своего беспокойства в ящик стола и постарался сесть непринужденно. Интересно, какую виру потребует ящер за погибших в Озерном Клыке сородичей? И выдержит ли защита, если он не захочет решить вопрос миром? Для полного счастья только конфликта с драконами сейчас и не хватало!

К тому моменту когда явился посыльный, все успели наесться, дважды опустошив магически наполняющиеся подносы, и заскучать. Кирлин задремала в кресле, и Деррих, осоловевший после сытной еды, чуть было не последовал ее примеру — беспокоиться на сытый желудок получалось плохо. Перетруженные во время полета плечи начали потихоньку ныть, и оставалось только радоваться, что в этой ипостаси нет крыльев, нагрузка на которые была еще больше. Золотистый свет магических ламп уже стал незаметно расплываться перед глазами, когда дверь отворилась и на пороге возник прыщавый хлыщ с непробиваемой уверенностью во взгляде.

— Его величество, король Сейрры Шрейон Второй приглашает тейира Даэрлиха Карва для беседы.

Заминка перед последним словом была совсем небольшой — вышколенный слуга не мог позволить себе показывать удивление от того, что король приглашает для беседы какого-то там тейира, но мигом проснувшийся дракон его уловил и с таким же трудом удержал довольную ухмылку. Видно, что-то на лице все равно промелькнуло, потому что взгляд посыльного стал совсем уж невозмутимым. И очень внимательным. Плевать. Приглашение звучит гораздо более многообещающе, чем приказание явиться, да и отсутствие пятерки боевых магов в качестве сопровождения тоже было приятно. Конечно, защитные чары дворца, оплетающие тело от макушки до кончика отсутствующего в этой ипостаси хвоста, никуда не делись и наверняка могут быть активированы в любой миг, но с этим придется смириться. Вряд ли такая старая и хорошо отлаженная система может сработать случайно? Правда ведь?

Отогнав видение жженого пятна на узорном паркете с обгорелым костяком в середине, дракон встал и последовал за неторопливо вышагивающим провожатым.

Дворец сейррских владык стоил того, чтобы на него посмотреть. Даже с риском для жизни. Никаких золотых излишеств, столь любимых высшей аристократией, единственным украшением служила резьба дивной красоты, покрывающая стены и потолочные панели, теряющиеся где-то далеко вверху. Свет факелов дробился о золотистые полированные грани дерева и серые — гранита, порождая загадочное, почти потустороннее мерцание. На его фоне темные бархатные портьеры смотрелись пещерными провалами, вызывая приятные ассоциации с домом и неприятные воспоминания о подземельях Озерного Клыка. Люди, одетые в королевские цвета, скользили в этом мерцающем свете, как призраки: сдержанно-любопытные в Черной части дворца и надменно-равнодушные в Чистой.

Идти пришлось долго. Служебные коридоры с пылью по углам сменялись парадными с портретами на стенах, лестницы серыми гранитными водопадами перетекали одна в другую, и спустя некоторое время Деррих заподозрил, что его водят кругами. Видимо, чтобы успеть в последний раз перед встречей королевскую защиту проверить. Или доделать. Когда человек остановился перед очередной ничем не примечательной дверью, дракон чуть не налетел на него. Слуга смерил сиволапого визитера надменным взглядом и для верности указал рукой. Вдруг слова не поймет?

— Вам сюда. Его величество ждет вас.

Комната, оказавшаяся за дверью, была больше и уютнее, чем та, в которую перенес отряд Верролт. Дракон украдкой стрельнул глазами по сторонам, пытаясь составить мнение о хозяине кабинета. Яркие радужные блики от светильников радостно скакали по развешанным на стенах картам Сейрры, Аркливии и Жернона, дробились на старом и новом трофейном оружии (развешанном так, чтобы сидящему за столом было легко до него дотянуться) и вязли в корешках потрепанных папок, заботливо расставленных по шкафам. Стол был девственно чист, если не считать вычурного (золотого с рубинами) прибора для письма, в котором почему-то не было перьев. Большего за два коротких взгляда дракон рассмотреть не успел, но решил, что игнорировать сидящего за столом темноглазого человека не стоит. Да и лорда-мага, благодушно улыбающегося чуть в стороне, — тоже. Деррих встретился взглядом с королем и уважительно склонил голову.

Монарх, больше всего напоминающий сейчас медведя, для пущей маскировки натянувшего слишком тесную для него овечью шкуру, драматическую паузу держать не стал и широким жестом предложил гостю кресло:

— Присаживайтесь, тейир. И позвольте, прежде всех дел, поблагодарить вас за спасение моей дочери.

Усевшийся, куда предложили, дракон едва удержался от того, чтобы поерзать на плотном сгустке чар, который представляло из себя сиденье, и вежливо улыбнулся.

— Я рад, что мне удалось помочь прекрасной леди. — За время бегства Уэлта краше не стала, но за отсутствие истерик в неподходящие моменты, нытья и капризов Деррих был готов присвоить ей титул «наипрекраснейшая из смертных» и бить морды всем несогласным. — Но в Черралис меня привело не только это.

Шрейон II понимающе кивнул и задал первый неудобный вопрос:

— Уэлта упоминала, что вас привело в Озерный Клык какое-то свое расследование. Поведайте нам, как драконы оказались втянуты во внутриполитические дела Сейрры?

Сознаваться, что драконы были втянуты в упомянутые разборки благодаря одной книге и двум возжелавшим приключений приятелям, перед этими людьми не хотелось совершенно, поэтому Деррих ухватился за последнюю фразу и потянул разговор в свою сторону.

— Представители Гоартской академии… — Сах ведь представитель? Представитель! Да еще какой. — Попросили меня принять участие в расследовании кражи, совершенной теми же людьми, что покушались на принцессу. А о том, как во внутреннюю политику людей оказался замешан мой народ, я надеюсь, мне поведаете вы. Особенно о драконах, погибших в Озерном Клыке. Это не только меня интересует. — Помимо Дерриха, этот вопрос заинтриговал Саха и Кирлин, но дракон надеялся, что король подумает в первую очередь на сородичей погибших. Одно дело, когда за твоей спиной стоит весь клан, а то и не один, если первый пленник действительно был из Черных или Зеленых, и другое, когда всей поддержки — два начинающих мага.

Король Шрейон II с искренней грустью на лице склонил голову. По замыслу, грусть эта наверняка должна была изображать соболезнование насчет гибели соплеменников, но, как подозревал Деррих, была вызвана мыслями о последствиях и излишне осведомленных собеседниках.

— Сожалею о вашей утрате. И позвольте мне кое-что объяснить…

Сах, с которого сытое благодушие слетело довольно быстро, уже начал не на шутку беспокоиться за сгинувшего где-то в недрах дворца друга. Вежливые немногословные лакеи с цепкими взглядами и воинской выправкой успели развести гостей по отдельным покоям, веселые симпатичные служанки — принести теплую воду для умывания и ненавязчиво расспросить о том, что приключилось с начала штурма, а дракон все не появлялся. Чародей уже трижды нервно обежал роскошную комнату с заговоренными решетками на окнах, когда за дверями послышался шум и на пороге объявился довольный, как кот в колбасной лавке, Деррих. За его плечом возвышались два негодующих стражника, толкующих что-то об отдыхе и приказах, но, впрочем, не пытавшихся применить силу для более подробных разъяснений.

Дракон от них только отмахнулся:

— Вы что, не слышали? Я выполняю распоряжение короля. И позовите сюда леди Рувиру и таули Кирлин.

Брови Саха поползли вверх и к тому моменту, когда перед озадаченными стражниками захлопнулась дверь, достигли верхней точки.

— Выполняешь распоряжения человеческого короля, Деррих? Они тебя заколдовали?

Вместо ответа дракон весело фыркнул, выпуская из человеческих ноздрей струйку драконьего дыма, с удовольствием проследил за серым завитком, поднимающимся к потолку, и сделал что-то такое… Сах затруднялся объяснить, что именно, но у него разом заложило уши, а магию придавила непонятная тяжесть. Деррих произнес формулу заклинания от подслушивания и обратил наконец внимание на ошарашенного друга.

— Спокойно, просто я совершил частичное обращение. Ну в смысле, когда я дракон, я намного больше. Чтобы превратиться, я разворачиваю (или, наоборот, сворачиваю, если из дракона в человека) свое энергетическое тело до нужных размеров и даю команду на воплощение. Или не даю, как вот сейчас. Давит немного, но зато, пока мы находимся в границах моей силы, нас никто не подслушает и не подсмотрит с помощью магии.

Немного отдышавшийся теоретик передернул плечами, будто пытался стряхнуть навалившийся груз. Идея находиться внутри дракона, пускай даже не воплощенного, ему не нравилась совершенно. Интересно, где там должен быть желудок? Определенно, о некоторых вещах лучше не задумываться.

— А заклинание тогда зачем читал?

— От старых добрых слухачей в стенных нишах, буде таковые здесь есть. И, пользуясь возможностью спокойно говорить, поясняю — я собираюсь делать то, что нужно мне, но это пока удачно совпадает с тем, что нужно королю Шрейону. Поэтому, по сути, стражникам я не соврал.

Маг скептически осмотрел приятеля в поисках внешних проявлений новорожденной мании величия, ничего не нашел и с удивлением покачал головой:

— Ты так уверен в том, что это именно ты заморочил и облапошил, а не тебя? Не хочу огорчать, но у короля опыта в этом плане куда как побольше. Один из основных пунктов его профессиональной пригодности, так же, как у меня, — умение навскидку отличать заклинания разных школ, а у тебя — выписывать в воздухе вензеля, не врезаясь в деревья.

— Не важно. Главное, я получил все, что хотел. — Дракон плюхнулся в мягкое на вид кресло, взвыл и потер ушибленные лопатки. — Нет, наверняка он и себя в итоге не обидел, но виру за погибших сородичей я стряс, приглашение дальше участвовать в этом деле получил, о необходимости выкупить доспехи невинно пострадавшего графа сообщил и под шумок выторговал себе право порыться в королевской библиотеке и архивах!

Глаза дракона мечтательно закатились к потолку, а Сах в ужасе схватился за голову и опустился в кресло напротив. О королевской библиотеке он слышал много. И про уникальные книги, не имеющие ни одного списка, даже частичного, и про величину книгохранилища, равного которому не было не только в Сейрре, но и в ближайших королевствах. Маг отчетливо осознал, что если Деррих до всего этого богатства доберется и начнет проводить связанные с делом изыскания, то злоумышленники успеют не просто состариться, а спокойно помереть в окружении правнуков.

— Деррих, мы должны закончить всю эту беготню до начала учебного года!

Очнувшийся от грез дракон поглядел на него неожиданно серьезно:

— Вряд ли получится, но я буду торопиться, как могу. И девушек поторопим.

— А они-то тут при чем? И, кстати, что за вира?

Немного пришедший в себя Сах заподозрил, что для радужного настроения у дракона может быть не одна причина, и ужаснулся еще раз. Просто на всякий случай. Воображение у друга всегда было богатое, даже чересчур. А еще оно, подстегнутое излюбленными балладами, выдавало порой совершенно умопомрачительные кульбиты.

— Хорошая, — снова расплылся в улыбке от уха до уха Деррих. — Во-первых, Шрейон дал родовую клятву, что на коронных землях больше никто и никогда не будет использовать драконов в качестве источника энергии или ценных алхимических ингредиентов. Во-вторых, на остальных территориях королевства охотники за этими самыми ингредиентами должны будут теперь платить в казну налог в семьдесят процентов от их стоимости и заполнять десяток бумаг в четырех разных канцеляриях. А специально для экономных покупателей предусмотрены астрономические штрафы за использование контрабандных товаров.

Теоретик, хорошо знавший соотношение цены и полезных свойств используемых в магии материалов, ухмыльнулся. Указ, полностью запрещающий охоту на давних недругов, у народа понимания бы не встретил. В сложившейся ситуации для Шрейона это было бы некстати. А вот поднятие налогов на что бы то ни было — дело привычное и внимание не слишком привлекающее. Тем более если это не налог на землю, зерно или провоз товаров. Эффект же от этой меры должен быть, по крайней мере, не хуже. Если раньше тот же кувшин драконьей крови за двадцать золотых был предпочтительнее, чем сложносоставное зелье-заменитель, которое еще пару месяцев варить надо, за тридцать пять, то после нового указа зелье за тридцать пять будет гораздо выгоднее, чем кровь за восемьдесят. Совсем охотников это не отвадит, но энтузиазм заметно охладит.

— Что же до девушек… — Деррих прислушался к шагам в коридоре, привел к единому размеру энергетическое и физическое тела и снял заклинание от прослушивания. — Сейчас они войдут, и все расскажу.

Первой в комнату со смущенной улыбкой впорхнула Рувира, успевшая помыться и переодеться, но так и не нашедшая ни минутки, чтобы отдохнуть. На ее плече, слегка придавленный тяжелым узлом волос, сидел Фил. Сквозь показную легкость движений девушки просвечивала усталость, заставившая ее облегченно вздохнуть, когда чародей предложил ей кресло, и тут же испуганно распахнуть глаза пошире — не уснуть бы во время важного разговора! Едва устроившись, фрейлина стащила упирающегося лирисси на стол и виновато затараторила, обращаясь к дракону, но взглядом все время съезжая на гостеприимного мага.

— Прости, Деррих, мне следовало сразу отдать тебе Фила, но сначала на радостях забыла, а потом закрутилась, и ты куда-то ушел, а…

— Все в порядке, — вклинился дракон, пока леди делала вдох. — Я о другом поговорить хотел. А Фила… Если хочешь, можешь оставить себе. На память о приключениях. Я гляжу, он у тебя прижился. — Сам Деррих о лирисси тоже благополучно забыл, а теперь тихо радовался, что во дворец тот перенесся с фрейлиной. Чем меньше народа увидит его с этим крылатым недоразумением, тем лучше для репутации, и без того изрядно пострадавшей от ношения рыцарских доспехов, участия в человеческих интригах и прочих неподобающих дракону вещах. Хотя… забавный зверек. Когда не пытается скатерть подпалить.

Счастливый писк девушки почти заглушил стук в дверь. Заметив появившуюся на пороге магессу, облаченную в абсолютно непрактичную, но зато украшенную драгоценными восточными кружевами придворную мантию, дракон приглашающее махнул рукой в сторону своего кресла, а сам пересел на скамеечку у камина. Если по удобству судить — абсолютно равноценная замена. И кто только такую жесткую пакость сделать умудрился?

— Кирлин, проходи. Раз теперь все в сборе, можно делиться новостями.

Чародейка так же, как и подруга, успевшая привести себя в порядок, но не отдохнувшая, согласно кивнула и притихла. Наметанный глаз Саха сразу узнал знакомое по годам учебы состояние «сон на лекции». Открытые глаза и интерес, написанный на лице магессы, недавнего выпускника не обманули. Потянувшись через столик, он почесал спинку нахохлившегося на руке фрейлины лирисси, зачерпнул у него немного магической силы и сплел будиловку, которой на протяжении многих веков спасались ученики магов при подготовке к выпускным экзаменам. Несмотря на прошедшие с собственного выпуска месяцы, формула заклинания все еще стояла перед глазами. Кирлин встрепенулась и обалдело закрутила головой, а потом сфокусировала взгляд на осекшемся на полуслове драконе:

— Да-да, ко мне приходил посыльный от лорда-мага, сказал, что я должна буду вам в чем-то помочь. — Взгляд, брошенный в сторону Саха, был куда менее доброжелательным. Что поделать, действенные заклятия редко бывают приятными. Рувира, заметившая и правильно понявшая эти переглядывания, выпрямилась в кресле и постаралась придать себе самый энергичный вид, на какой была способна. Не хватало еще, чтобы маг решил и ее взбодрить.

Деррих округлил глаза:

— Когда успел только?! Ладно, тем лучше. Если говорить коротко, то король предложил нам с Сахом поработать пугалом для слишком увлеченных интригами придворных, а заодно поискать лаборатории и того шустрого господина, который последним покушался на Уэлту. А вы, если согласитесь, будете у нас консультантами в области столичной жизни и дворцовых порядков.

Маги скептически фыркнули, и Сах жестом предложил Кирлин высказаться первой. Девушка все еще сердито, но уже более благосклонно кивнула и, не удержавшись, потерла висок. Серьезные испытания закончились, можно позволить себе маленькую слабость.

— С шевелением мусорных куч… прошу прощения, придворных группировок, все понятно, но он же не надеется всерьез, что мы действительно окажемся более везучими, чем сотни предшественников, искавших Объединенные лаборатории до нас?

Сах кивнул, присоединяясь к сказанному, но тут подала голос Рувира, задумчиво почесывающая подбородок Филу.

— Нам не нужно искать лаборатории. На самом деле нам нужно найти только того дворянина со Сферой Энцирры, а это гораздо проще. Для начала можно посмотреть в архивах списки дворянских родословных, чтобы узнать, в каких родах было много членов Каррасской гвардии, потом нанести визиты вежливости в клановые резиденции и проверить все на месте.

— И заодно узнать, кто и как мог обокрасть храм, — подтвердил ход мыслей фрейлины Деррих. — Думаю, это сильно сузит круг подозреваемых и немало расскажет о возможностях противника. Не лишняя информация перед дракой.

— Ты забыл о еще одной зацепке, — ехидно и в то же время сочувствующе прищурился Сах. Когда внимание присутствующих сконцентрировалось на нем, продолжил: — О драконьем ключе. Думаю, у тебя больше, чем у нас, шансов узнать, что это такое и где его искать.

Уже неоднократно думавший на эту тему дракон растерянно пожал плечами:

— Я неплохо знаю сказания своего народа и никогда не слышал ничего такого… Ладно, ладно, но лететь во владения клана все равно бессмысленно: скорее всего, перемирие заключалось с Черными. Они ближе живут и вообще раньше поселились на территории Сейрры, чем мы, так что это надо кого-то из них отловить и аккуратно порасспрашивать.

Забывший о том, что находится в высоком обществе, маг крепко потер затылок:

— Уверен? Что-то Черные слишком часто в этой истории всплывать стали. Сначала тот менестрель в трактире, потом скелет в Озерном Клыке.

— Да ну, совпадение… Хм, подозрительное какое-то. Тогда тем более надо кого-нибудь из них расспросить. Если все согласны участвовать, — дождавшись утвердительных кивков от девушек, дракон довольно улыбнулся, — нам надо распределить обязанности на завтра. — В душе Дерриха произошла краткая борьба между «хочу» и «надо». При поддержке тяжелого взгляда мага «надо» победило. — Родословными лучше заняться Рувире. Ты, по крайней мере, в общих чертах представляешь, что и где искать. Сах, ты как теоретик — спец по поиску информации в ворохе бумаги, так что поможешь, а мы с Кирлин сходим, послушаем, что нам жрецы про похитителя сказать смогут. Вечером встретимся и по результатам посмотрим, что делать дальше.

Сах хотел снова заикнуться про поджимающие сроки, но неожиданно для себя промолчал. Не раз виденные в Гоарте базарные проповедники уверяли, что корень всех человеческих бед и пороков кроется в азарте, и сейчас маг был склонен с ними согласиться, но ничего поделать с собой уже не мог. Нельзя же бросить на полпути такое безумное дело!

ГЛАВА 5.

Утро во дворце началось с тягучего удара огромного гонга. Звук, казалось, наполнил всю комнату, отразился от стен, увяз в густом зеленом ковре и замер на тонкой вибрирующей ноте. Сах обалдело потер глаза и от души ругнулся на передающее звук плетение, примостившееся на спинке кровати. Похоже, король не собирался давать недавним героям отлеживаться в постелях.

Едва маг успел одеться, как на пороге возникла неприметно серая, под стать форменному платью, служанка с кувшином воды. С приветливой улыбкой поклонившись гостю, она проследовала через комнату, под изумленным взглядом Саха отворила стенную панель рядом с кроватью и скрылась за ней. Только сейчас маг заметил совершенно невидимую на фоне декоративных завитков дверную ручку.

«Это сколько же всего благодаря такому оформлению стен спрятать можно!» — поразился предусмотрительности строителей маг. Перед внутренним взором предстала вереница незамеченных дверей, глазков для подсматривания, стенных ниш разнообразного назначения и всевозможных тайников.

Появившаяся из умывальной служанка недоуменно хлопнула ресницами на гостя, который, почти уткнувшись носом в стену, бормотал что-то похожее на заклинание, а потом попятилась к двери. Эти маги все со странностями, и лучше не мешать. А уж те, которые ее высочество сопровождали, по слухам, и вовсе звери. Говорят, пока до столицы добирались, двух драконов спалили, не напрягшись!

Дважды обследовав комнату и найдя один проем для подслушивания, Сах угомонился и отправился приводить себя в порядок. Тесная каморка с большим медным чаном посередине вызвала стойкие ассоциации с одной из подсобных алхимических лабораторий в академии. В точно таких же чанах старшие ученики и младшие преподаватели варили зелья по крупным заказам: для гарнизона, для стражей, для городской больницы. Даже столик с набором баночек рядом имелся. Маг представил себя забирающимся в тазик и передернулся. Уж не из дворца ли растут корни сказок о колдунах, варящих свои зелья из непослушных ребятишек?

Когда покончивший с водными процедурами маг вернулся в комнату, его уже поджидал на столе плотный завтрак. Похоже, весь процесс организации быта был направлен на то, чтобы имевший счастье поступить на королевскую службу поскорее заканчивал с личными делами и выметался на работу. Только почему накрыто на двух человек?!

Долго теряться в догадках не пришлось. Едва маг успел сформировать пару убедительных версий, как раздался стук в дверь, и на пороге возникла сияющая Рувира. Солнечные лучи превратили ее рыжие волосы в огненные, и вообще с появлением фрейлины в комнате будто бы посветлело.

— Доброе утро! Я распорядилась принести завтрак на двоих, чтобы, пока едим, рассказать о том, куда мы пойдем, и о правилах, а потом сразу, не отвлекаясь, заняться делами. Надеюсь, ты не против?

— Совсем нет, — улыбнулся маг, с трудом отводя взгляд от декольте белого форменного платья. Кажется, день начинался неплохо: с сюрприза, вкусного завтрака и общения с красивой девушкой. А в перспективе была работа в самой большой библиотеке королевства. Всегда бы так!

Дальше сюрпризы продолжились, но, к сожалению, не такие интересные, как утренний. Библиотекарь без вопросов пропустил их в секцию архивов, а вот архивариус подслеповато прищурился на ранних визитеров и заслонил своим костлявым телом дверь:

— Здесь хранятся секретные документы. Пропуск у вас есть?

Все его угловатое, широкоротое лицо излучало недоверие. Обычно с таким выражением гоартские хозяюшки смотрят на пришедших наниматься работников, прикидывая, не начнет ли после найма пропадать столовое серебро.

— У нас есть приказ короля. Мы ведем важное расследование, и вы обязаны оказывать нам содействие, — попытался прикрыться монаршим авторитетом Сах. Не тут-то было.

— Прекрасно. Значит, вам ничего не стоит пойти к дежурному сотруднику службы безопасности и получить пропуск. Если его величество и впрямь разрешил вам сюда идти.

— Какой еще пропуск?! — возмутилась засильем бюрократии Рувира. — У нас есть разрешение самого короля! Вас еще вчера должны были предупредить.

Мужчина пожал плечами и с некоторым злорадством предположил:

— Может, и предупредили, только не нас, простых работников, а тейира Пелрива, нашего начальника. А у него сейчас выходной. На три дня. Приходите, когда он вернется.

Сах хотел было возразить, но Рувира успокаивающе положила руку ему на локоть.

— Хорошо, мы сходим за пропуском. В конце концов, много времени это не займет.

Обернувшийся к ней маг успел заметить, как насмешливо блеснули при этих словах глаза архивариуса.

Насмешничал архивный крыс над наивными посетителями не напрасно. Молодой кряжистый офицер, поначалу расплывшийся в любезной улыбке при виде мило щебечущей Рувиры, сделал протокольную морду, едва расслышал в словесной шелухе: «расследование», «архив» и «пропуск».

После этого последовало демонстративное копание в ворохе бумаг, сетование на неразбериху последних дней, в которой теряются приказы, и рекомендация зайти денька через три, тогда все точно будет на месте и готово.

— Мы пойдем жаловаться королю, — объявил Сах. Спокойный тон давался с трудом, сквозь него то и дело норовила прорваться клокотавшая в груди ярость. Этот бюрократ сначала имел наглость сально улыбаться Рувире, а потом два часа устраивал им ритуальные пляски вокруг стола, для того чтобы отослать на те же самые три дня!

— Пожалуйста, — не стал возражать раскрасневшийся от усердия служака. Вид у него был довольный. — Только его величество отбыл из дворца на два дня с инспекцией какого-то гарнизона. Вот как вернется, так и жалуйтесь.

— Интересное дело! — поразился маг. — Как все одновременно — король в отъезде, у главного архивариуса выходной… Кто еще не на рабочем месте?

— Я думаю, все, кто мог, — виновато пояснила знакомая с дворцовыми порядками фрейлина. — Когда его величество уезжает, обитатели дворца тут же устраивают себе отдых. Я думаю, в ближайшие дни мы половины людей на месте не найдем.

— Совершенно верно, — радостно подтвердил печальный вывод девушки офицер. — Заходите попозже, буду рад видеть вас снова.

Маг задумчиво оглядел наглеца с ног до головы, перебирая в уме заклинания, которые хотел бы применить. Службист так же демонстративно посмотрел на защитную резьбу, украшавшую стены. Дворцовые маги позаботились о том, чтобы оказывать давление на королевских офицеров, находящихся при исполнении, было трудно и больно.

Рувира зло прищурилась и очаровательно улыбнулась:

— Хорошо, мы зайдем попозже, не беспокойтесь. И я тоже буду рада повидаться с вами еще раз, сэр.

Стоявший рядом Сах всем своим магическим чутьем уловил продолжение фразы: «Вот только вряд ли эта встреча вас действительно обрадует». Офицер, судя по расплывшейся в ответной улыбке простецкой физиономии, не уловил ничего.

Оказавшись за дверью, Рувира сердито тряхнула головой, от чего из прически вылетела пара шпилек:

— Они специально время тянут. Не хотят, чтобы мы что-то нашли. Не нужен туда никакой пропуск, секретные архивы в другом месте. И указ королевский наверняка никуда не терялся!

— Я тоже так думаю. — Сах прочитал короткое заклинание и поманил раскатившиеся в разные стороны шпильки. Они послушно взлетели с пола и легли ему на ладонь. Пока девушка поправляла прическу, маг думал и пытался извлечь что-нибудь полезное из скудного жизненного опыта. В конце концов, в академии тоже были бюрократы. — А у тебя знакомых писарей при каком-нибудь чине покрупнее нет?

Девушка на секунду замерла с поднятыми к прическе руками и задумалась. Писари — низшая из чиновничьих ступенек, на них редко обращают внимание, и еще реже с ними общаются сверх необходимого.

— Вспомнила! — наконец образованно улыбнулась Рувира, и Сах с облегчением выдохнул. Главное теперь, чтобы этот полезный человек оказался на месте. Ну в любом случае писарь — это не глава отдела, его можно и из дома вызвать. Деньги на компенсацию беспокойства найдутся. Деррих упоминал, что договорился с королем об оплате всех деловых расходов. Рувира, не беспокоясь о всяких незначительных мелочах, продолжала делиться информацией. — Дин, двоюродный кузен Тималиры, она тоже фрейлина. Она нас как-то знакомила, когда он только получил место. Только он не при дворцовом отделе, а в разведке.

— Так это же отлично! — отмел сомнения Сах. — Значит, он точно знает, что разрешение у нас есть — туда, скорее всего, все новости в первую очередь стекаются, а бумажка из этого департамента будет выглядеть внушительнее, чем из дворцового. Пускай попробуют возразить против такого документа.

Приободрившаяся от мысли о том, как вытянется лицо архивариуса, Рувира подобрала подол пышной юбки и, с трудом сдерживая желание сорваться на бег, повела своего спутника в нужное крыло. Пока она шла по общим коридорам, Сах еще хоть как-то ориентировался, куда они направляются, но после того как девушка свернула в скрывающийся за портьерой узкий служебный проход, окончательно потерял представление, где находится и куда идет. Взамен начался легкий приступ клаустрофобии. Подземелья Озерного Клыка были и просторнее, и короче, и разветвлений имели гораздо меньше. Некстати вспомнилась открывшая боевой счет теоретика гоартская мокряна, из темноты боковых коридоров то и дело долетало эхо какого-то шебуршения. Не то люди ходят, задевая стены подолами юбок и бряцая об углы ножнами, не то опять кто-то подкрадывается.

Несколько раз навстречу попадались равнодушно спешащие по своим делам слуги, но проблему это представило только однажды — усатый дядька в одежде лакея плотно перекрыл узкий проход. Туго обтянутые сукном бока этого выдающегося во всех смыслах и во все стороны человека не доставали до стен коридора какой-то пяди. Заметив озадаченно рассматривающих препятствие молодых людей, он окинул их цепким взглядом, что-то прикидывая, и с печальным вздохом прижался спиной к стене, втягивая, насколько это возможно, объемистый живот. Сах и Рувира последовали его примеру и протиснулись в образовавшуюся щель.

Когда шаги усача затихли за поворотом, Сах поинтересовался у фрейлины:

— Много у вас тут таких?

Кто его знает, может, в следующий раз и протиснуться не удастся. А если постоянно возвращаться до развилок, чтобы разминуться, то до нужного места можно и к ужину не успеть.

— Нет, во дворце работы много, особо не растолстеешь, хотя кормят отлично. А те, кто может спокойно есть и бока насиживать, не по служебным коридорам ходят, а в личных кабинетах посетителей принимают. Не беспокойся, мы уже почти пришли.

Спустя несколько поворотов фрейлина откинула в сторону очередную портьеру, и магу показалось, что он в другом здании. А возможно, и в другой стране. Насколько было известно Саху, четкие, лаконичные архитектурные формы и полосы яркого геометрического орнамента под потолком, в котором преобладали синие, зеленые и красные цвета, были традиционными для Жернона и не пользовались любовью в Сейрре. Бронзовые чашеобразные светильники с выгравированными на них птичьими головами и узкие, высотой в половину человеческого роста, напольные вазы, украшенные чеканкой, также явно приехали сюда прямиком от любезных соседей.

Заметив изумление спутника, Рувира пояснила:

— Это крыло было построено специально для королевы Тинавы, прабабушки его величества. Она была родом из Жернона и, говорят, очень скучала по родине. После ее смерти помещения отдали под различные службы, все равно жить тут никто не захотел. А мне нравится, хоть и необычно.

— Похвальная широта во взглядах, юная леди. — Услышав голос за спиной, девушка стремительно развернулась (напряжение последних дней все еще сказывалось) и чуть не уткнулась носом в грудь незаметно подошедшего стража. Подол юбки хлестнул караульного по сапогам, приобретя длинную гуталиново-черную полосу в месте соприкосновения.

Почти такой же рыжеволосый, как и девушка, воин вежливо сделал шаг в сторону, перекрывая при этом дорогу вглубь корпуса. Карие глаза смотрели профессионально доброжелательно. Сах под этим взглядом с трудом подавил желание поежиться.

— Могу я спросить, что вам здесь нужно?

— Разумеется, офицер. — Рувира тоже не испытывала желания дразнить стража, а потому постаралась ответить кратко и по существу. И без необязательных подробностей, которые так и просились на язык под внимательным взглядом. — Это мэтр Тэйсах из Гоартской академии. По указу его величества он расследует одно дело, о котором мы не можем распространяться. Я Рувира Ювин, фрейлина принцессы Уэлты, и сопровождающая мага. Мы идем в писарский отдел вашего департамента для получения помощи в расследовании.

Видно, в этом месте и вправду узнавали все новости первыми. После слов Рувиры доброжелательный взгляд стража сменился на равнодушный, и, посоветовав зайти в третью дверь слева, воин удалился. Сах прошептал короткое заклинание, и вакса с юбки девушки вернулась обратно на оставившие ее сапоги.

За искомой дверью оказалось просторное помещение на девять столов, в котором еще проглядывали остатки жернонского декора, но писари сделали все, чтобы привнести в рабочее пространство привычный сейррский дух. Стенные панели, линялый ковер на полу и светильники были точно такие же, как в остальных помещениях дворца.

За столами, заваленными грудами бумаг, сидели парни шестнадцати — двадцати двух лет, которые тут же уставились на вошедших. Трое при этом быстро и без суеты убрали часть документов в ящики, подальше от глаз посетителей, а высокий курносый тейир лет семнадцати, которому бы кавалерийское копье подошло больше письменного прибора, расплылся в широкой улыбке:

— Леди Рувира! Рад вас видеть! И вас тоже, мэтр. Не думал, что ваше расследование в наши закоулки приведет! Чем мы можем вам помочь?

— Нам нужен пропуск в ту часть архива, где хранятся дворянские родословные. — Сах продолжал краем глаза наблюдать за остальными писарями. Они прямо смотрели на него. Убедившись, что спасением ценных документов от посторонних глаз больше никто заниматься не собирается, маг сделал вывод, что бдительный страж отправил их в ту часть канцелярии, где секретов не водилось в принципе. — Архивариус отказывается без него пускать, несмотря на королевский указ, а дежурный из дворцовой службы отказывается его выдавать, ссылаясь на то, что указ потерял.

Дин понимающе хохотнул и зашелестел бумагой в верхнем ящике стола.

— Опять эти жуки поддельными родословными торговать начали. Небось решили, что вы по их души в архив пришли. Эй, Риви, у тебя не осталось пустых листов с подписью и печатью посолиднее? Давно пора этих тружеников припугнуть.

Темноволосый непоседливый парень уже протягивал небольшой кусок пергамента с привешенной к нему на веревочке красной сургучной печатью.

— Держи, это от главного. В самый раз подойдет.

— Думаешь? — Будущий пропуск Дин принял с сомнением. — Не слишком ли?

— Если будет подпись кого-то другого, эти хорьки могут и не пустить. Отдел-то у нас не дворцовый. А тут пускай возразят, если посмеют. И не беспокойся, даже если он узнает, ругаться не будет. Препятствовать выполнению королевской воли нельзя и продавать поддельные родословные тоже.

Дин все еще с сомнением кивнул и быстро заскрипел пером по пергаменту.

— Вот, держите. Теперь вас точно пропустят. Удачного выполнения задания.

Архивариус, обнаруживший на пороге недавних посетителей, заметно удивился. Увидев подпись и печать, еще более заметно побледнел. Вероятно, пытался понять, кому это он родословную организовал, что этим делом глава разведки заинтересовался.

— Теперь у вас возражений нет?

— Что вы. — Мужчина вяло дернул подбородком в сторону бесконечных стеллажей. — Проходите. Располагайтесь.

Сах прошел в указанном направлении и огляделся:

— Отлично. А где здесь… Тейир? Рувира, ты не заметила, куда он делся?

Девушка, завороженно смотревшая на ровные ряды папок, очнулась и завертела головой.

— Нет. Может быть, вещи пакует? Тогда надо его срочно ловить!

— Зачем? Безопасники о его деятельности и без нас знают. Раз до сих пор не прикрыли, значит, так надо.

Рувира в ужасе замотала головой:

— При чем тут это?! Мы же без его подсказок здесь до весны просидим!

— А вот и нет. — Довольно ухмыляющегося Саха сейчас можно было использовать вместо светильника. Он просто-таки сиял от законной гордости и того, что наконец-то оказался в знакомой обстановке. А то бои эти, пешие марши по мокрому лесу… — Скажи мне точно, что тебе надо, и я в пять минут найду нужную секцию. Уж в архивах и библиотеках я ориентироваться умею!

Пока ответственная девушка пыталась четко сформулировать, что именно они ищут, Сах привычно развернул заклинание поиска. Какое это наслаждение — снова слушать едва слышный неразборчивый шепот книг, течение жизней людей, присутствующих в архиве сейчас, отголоски мыслей прежних посетителей. Маг провел ладонью по ближайшей полке, словно здороваясь, и пошел вперед. Прежде чем что-то планомерно искать, не мешает просто осмотреться.

Возле одного из стеллажей, посвященных записям о налогах за последние триста лет в какой-то дальней провинции, эмоциональный след оказался очень сильным. И подозрительно знакомым. Сах не мог вспомнить того, кто его оставил, но что-то тревожило, не давая просто отмахнуться от воспоминаний.

— Э-эй! Тейир архивариус! Где вы? — Плевать, что в архивах, как и в библиотеках, шуметь не принято. Убедившись, что добровольно спешить на зов никто не собирается, Сах припомнил место, в котором ощутил присутствие паникующего человека, и ломанулся туда. — Вот вы где!

Теоретик подтащил ничего не понимающего, но на всякий случай готовящегося к худшему мужчину к заинтересовавшему его стеллажу.

— Не так давно здесь кто-то изучал документы. Мне нужно, чтобы вы вспомнили кто.

— Ах это… — В голосе архивариуса сквозило облегчение пополам с недоумением от того, что грозный проверяющий интересуется такими незначительными вещами. — Тут позавчера один менестрель материал для баллады искал. Ну в смысле, фактические подтверждения слухов, «дабы искусством своим не утверждать и не множить клевету и неправду», или что-то в этом духе, я не запомнил. Разрешение у него было, не абы ведь кто, известный в Черралисе человек.

Окончание фразы вышло скомканным. Архивариус непроизвольно втянул голову в плечи, сообразив, что только что заявил королевским посланцам, что они никому не известные проходимцы, но дать такой фразе повиснуть в воздухе недоговоренной было еще хуже. Протолкнув сквозь сцепленные зубы последнее слово, мужчина принялся ждать громов и молний, но получил только гневный взгляд от фрейлины, которая мысленно пообещала припомнить этому нахальному простолюдину все и сразу.

Магу было не до того. Он вспомнил. Трактир, смущенного менестреля, оплачивающего столичными новостями съеденный обед, и еще кое-что. «Похоже, Деррих перестал быть единственным драконом, решившим заглянуть во дворец».

Деррих и Кирлин покинули дворец, едва начало светать, еще до гонга. Глубокие серые тени, укутывавшие улицы, казались еще гуще от того, что черепичные крыши под солнечными лучами сияли ярко-красным так, что глазам было больно. Магесса и дракон шли по пустынным переулкам, лишь изредка встречая зевающих на ходу служанок, спешащих за продуктами. Обитатели богатых кварталов не имели привычки просыпаться в такую рань. Свежий западный ветер трепал отросшие за лето волосы Дерриха и дергал полы плаща и жутко неудобного богатого камзола, которые выделили королевскому представителю вместо пострадавших во время битвы собственных вещей, дабы не позорил неподобающим внешним видом добропорядочного монарха.

Раннюю побудку Кирлин объяснила зевающему спутнику уже на ходу:

— Это же Храм Всех Богов, там представители одиннадцати культов вынуждены уживаться, служить, и при этом не мешать друг другу. По крайней мере, слишком сильно. Если бы вышли позже, поговорить со всеми точно бы не успели. А нам наверняка придется их не по одному разу обходить.

— Верно. — Прикинув объем работы, Деррих собрался было впасть в уныние, но потом подумал о том, сколько интересного предстоит узнать, и приободрился. Да и когда еще в таком странном месте побывать доведется? Скорее всего, изнутри все выглядит совсем не так, как для обычных посетителей! — Здорово!

Кирлин посмотрела на спутника, как на ненормального — ей мысль о том, что несколько дней подряд придется вникать в непрекращающуюся грызню конкурирующих служителей, удовольствия не доставляла. Впрочем, чего еще ждать от дракона? Говорят, они все странные на человеческий взгляд.

Как следует развить эту теорию не удалось — главный храм столицы располагался неподалеку от дворца. Очередное пересечение улиц вывело на большое открытое пространство, с которого открывался вид на окруженное величественными серебристыми деревьями неизвестной породы огромное белое здание. Деррих знал, что оно круглое и с одиннадцатью разноцветными дорожками-лучами, ведущими каждая к своему входу в общий зал с изображениями божеств и жертвенными алтарями. Сверху зрелище получалось очень красивое. Оттуда вообще многое видно лучше: допустим, хозяйственные постройки, настолько умело спрятанные в зелени, что с земли их было не заметить, пока не подберешься вплотную.

— Побегаем мы по этим зарослям… — Поймав недоуменный взгляд Кирлин, дракон пояснил: — Хозяйственные постройки каждого культа расположены вот в этих дебрях и упрятаны так, что не всякий захватчик найдет. Полагаю, живут служители именно в них. Не в храме же.

— Вообще-то именно в храме, на верхних этажах. Иначе зачем понадобилось бы строить такую громаду? Замки меньше бывают. — Кирлин придирчиво рассмотрела густые серебристые кущи, мерно шелестящие под порывами ветра, и послала пару поисковых импульсов. Заклинания долетели до ветвей и канули в пустоту. Здешние обитатели умели охранять свои тайны. — Кстати, я и не слышала, что есть еще какие-то постройки в саду. Как ты узнал?

— Видел, когда с Сахом в Озерный Клык летел, — с трудом оторвал взгляд от будто бы парящего над землей здания дракон. Насчет замка девушка, пожалуй, хватила, но все равно большое. Куда больше главного корпуса дворца. И внушительнее.

От ног королевских посланцев начиналась ведущая к храму золотистая дорожка, выложенная по краям мозаичными изображениями Луны и Солнца — двух ликов Таелана, покровителя мудрости и равновесия. Деррих, полюбовавшись на жизнерадостные солнышки, имеющие отдаленное сходство с представителями правящей династии, решил, что расположение алтарей в главном храме столицы зависит не от сторон света, как принято считать, а от местоположения дворца. Чем ближе — тем лучше.

Высоченные и узкие деревянные двери, покрытые медными накладками в виде все тех же лун и солнышек, уже были открыты. За ними виднелось помещение, единственным украшением которого, если не считать бронзовые статуи и жертвенники, были пучки устремленных ввысь ребристых колонн и переливы атласно-гладкого мрамора. Должно быть, Владыка Подземных Недр, покровительствующий рудокопам и углежогам, чувствовал себя в этом устремленном в Небеса месте не очень уютно. Деррих вышел в центр пустого зала и растерянно огляделся:

— А ты не знаешь, кому именно Сфера принадлежала? И где кто-нибудь, кто может проводить нас к начальству?

Не раз бывавшая в храме Кирлин опустилась на каменную приступку у ближайшей колонны и приглашающе махнула рукой:

— Нет. Но скоро сюда придет кто-нибудь из младших служителей — видишь, еще не все двери открыты? У них и спросим. Посиди пока.

Действительно, четыре из одиннадцати дверей были еще заперты. Деррих отследил взглядом стоящие напротив них изображения и скривился. Судя по всему, предстояло выбирать между служителями Урвиаса — Несущего Болезни и Несчастья, Эвироя — Хозяина Мороков, Снов и Фантазий, Солная — Длани Справедливости (он пришел на смену Багровому, под новой статуей кое-где виднелись остатки старого постамента) и Киниара — Хозяина Загробного Мира. Если бы Дерриху предложили выбирать, он бы предпочел, чтобы первыми вспомнили о своих обязанностях последователи Киниара — спокойные, немногословные люди, которые никуда не торопятся и никогда не мешкают. Не нахамят, как урвиситы, не запутают, как жрецы Эвироя, к магам и драконам, в отличие от жрецов Солная, относятся нормально. Строго говоря, они ко всем нормально относятся — смерти на расовую принадлежность и сословное положение всегда плевать было.

Разумеется, в такую рань повезти просто не могло.

Надсадно заскрежетал ключ, и под аккомпанемент хэканья и сдавленных комментариев распахнулась дверь напротив статуи Урвиаса. В зал ввалились четыре тощие личности с надменным выражением на болезненно-бледных вытянутых физиономиях. Надменность на лицах была неспроста: связываться с жрецами Хозяина Болезней и Несчастий считалось дурной приметой, и в то же время каждый сейррец хоть раз в жизни да приходил к мрачному жертвеннику откупаться от хворей или навалившихся сверх всякого разумения бед. Такое сочетание здоровой опаски и почтения со стороны людей позволяло жрецам Урвиаса творить, что вздумается. Благо оппонент в ответ самое большее — морду недовольно скривит.

Не обращая внимания на ранних посетителей, облаченные в серые короткие балахоны, широкие полотняные штаны и серые же башмаки младшие жрецы отправились к жертвеннику — символически смахнуть пыль, положить у ног изможденного бронзового мужчины с вороньими крыльями свежую веточку вереска, поздороваться… Или божеству, отвечающему за болезни, здоровья не желают?

Помедлив секунду, Деррих поднялся и пошел к ближайшему служителю. Если все равно придется разговаривать со всеми, то какая разница, с кого начинать?

Урвисит, при ближайшем рассмотрении оказавшийся шатеном с резкими чертами лица и водянисто-голубыми глазами, обернулся на движение за спиной и смерил взглядом дракона, который в человеческой ипостаси был ниже его на добрых полголовы:

— Чего надо?

Несмотря на сонный вид, стоящий перед жрецом тип не выглядел ни больным, ни несчастным. Жертвы для божества в руках не держал. На памяти служителя таких посетителей еще не появлялось — не ходят к Урвиасу поболтать. А зря — хоть какое-то было бы разнообразие среди бесконечного списка болячек и жалоб на все и вся, от болтливой соседки до несправедливости вселенной включительно.

Визитер действительно оказался не жалобщиком. Оправив плащ так, чтобы был виден вышитый на камзоле королевский герб, и предъявив свернутую трубочкой грамоту с привешенной к ней на шнурке красной королевской печатью, он сообщил:

— Даэрлих Карв. Это… — Исполненный достоинства жест, указующий за спину, заодно показал, что жрецу следует быть немного внимательнее. Визитеров оказалось двое, и второй была невысокая пухленькая магесса в придворной мантии, выгодно подчеркивающей аппетитные изгибы фигурки, и с милым личиком, на котором сейчас застыло дежурно-вежливое выражение. — Это таули Кирлин, моя сопровождающая. По поручению его величества Шрейона Второго я расследую обстоятельства похищения Сферы Энцирры. С кем я могу по этому поводу поговорить?

Вопреки опасениям дракона, вытягивать информацию не пришлось. Едва заслышав о цели визита, жрецы побросали свои дела и оживились. Даже надменность с лиц сползла, и ее место заняло радостное облегчение.

— Я же говорил, что король все равно узнает!

— Это вам к арнивитам надо, Сфера у них хранилась…

И выражая общее мнение:

— Ну наконец-то!

Насколько было известно дракону, закрытые сообщества, вроде жреческих, вмешательства посторонних не любили, особенно если эти посторонние были незваными и являлись представителями власти. Четверка урвиситов лучилась счастьем, будто задалась целью опровергнуть все стереотипы разом.

«Постойте-ка, выходит, до нашего появления королю о краже такого значимого артефакта известно не было?!» — Деррих с трудом проглотил вопрос и решил демонстрировать свою полную неосведомленность постепенно. Вчера они с королем долго говорили, но, кажется, одну тему дотошный дракон из вида выпустил и сейчас чувствовал себя круглым дураком. Дела клана — это великолепно, но как можно было о подробностях предстоящего расследования не спросить? Ладно, сейчас все и узнает.

— Кто-нибудь может меня проводить к главному жрецу Арнивы?

Голубоглазый урвисит согласно кивнул и сунул тряпку для пыли стоящему рядом товарищу:

— Разумеется. Кстати, меня зовут Ювейр. Следуйте за мной.

Когда посланники короля вышли из зала, один из оставшихся жрецов задумчиво ущипнул себя за кончик носа и повернулся к остальным:

— А вы обратили внимание, что этот Карв не назвал ни свой департамент, ни должность? Просто посланник короля, и все.

Невысокий шатен, похожий на взъерошенного сыча, солнечно улыбнулся и сделал благодарственный знак в сторону своего божества:

— Кажется, до кое-кого наконец доберутся заслуженные неприятности.

Провожатый вывел своих спутников из храма, свернул влево и буквально через пару шагов открыл небольшую белую, под цвет стен, дверцу, спрятанную за колонной. За ней оказалась уходящая в душную темноту винтовая лестница, по которой жрец принялся подниматься с непринужденностью человека, ходившего по маршруту пару тысяч раз и потому в освещении не нуждающегося. Когда Кирлин выпустила из ладони непонятно отчего мерцающего светляка, поднимающийся первым Ювейр от неожиданности споткнулся и чуть не скатился на головы идущим следом визитерам. Потом оглянулся со слегка виноватым выражением лица.

— Мне следовало подумать об освещении. Просто чужаки здесь ходят редко, а своим не надо, так обходимся.

— Ничего страшного. — Кирлин оставила попытки стабилизировать заклинание и решилась задать мучивший ее вопрос. Учитывая высоту первого этажа, подниматься придется долго. — Скажите, а почему вы так обрадовались нашему приходу?

Жрец фыркнул и пошел медленнее, чтобы выкроить побольше времени для разговора:

— Тут и всегда не слишком мирно, а после кражи вообще чуть боевые действия не начались. Эти идиоты, служители Исцеляющей, не нашли ничего лучше, чем обвинить в краже нас. Жрецы Тарива, у которых из-за арнивитов прошлой весной колодец иссох, в пику им заявили, что те сами кражу подстроили, чтобы могущественный артефакт из-под отчетности вывести, тогда влезли морочники, которые таривитов традиционно терпеть не могут, и в ответ какое-то давнее прегрешение им припомнили, не знаю уж какое. Мы и рта открыть не успели, как все закипело, забулькало, а мы опять оказались виноватыми — на сей раз еще и в разжигании межкультовой вражды на территории отдельно взятого храма. Даже Кусач их угомонить не может. И при этом еще оповещать короля о краже не захотел!

— Кто? — В склоки человеческих жрецов дракон решил вникнуть потом, все равно с ходу во взаимоотношениях одиннадцати культов представителю другой расы не разобраться, а вот прозвище его заинтересовало. Как и не высказанная, но явно подразумевавшаяся мысль, что этот самый Кусач мог угомонить всю эту разношерстную компанию. И должен был оповестить о краже Шрейона.

— Человек короля, как вы. — Жрец остановился и поболтал в воздухе рукой, будто подбирая слова. Выражение лица у него сделалось странно безразличным, а тон, когда нужные слова оказались найдены — чересчур небрежным. — Он за общую безопасность как бы отвечает. Вообще-то каждый культ сам следит за порядком в своем секторе, а Кусач присматривает за теми, кто этим занимается.

— И сколько у него человек в подчинении?

— Двое. Совет жрецов и столько-то чужаков еле согласился к своей внутренней жизни допустить. Еще не хватало, чтобы здесь толпы посторонних шлялись. Вообще-то его сэр Толлогас Вийт зовут.

Деррих проникся было сочувствием к незнакомцу, угодившему на такую незавидную должность, но потом задумался. О человеке, не имеющем ни уважения, ни влияния, говорят по-другому и дают другие прозвища. Надо будет поговорить с этим специалистом по безопасности сразу после посещения арнивитов. И спросить заодно, почему не доложил о происшествии куда следует.

Не дождавшись уточняющих вопросов, Ювейр снова двинулся вперед и вскоре вышел на просторную площадку, вымощенную черно-белыми квадратами керамических плиток и освещенную солнечными лучами, льющимися в маленькое круглое окошко. Светлый овал, перечеркнутый звездой рамы, ковриком лежал на полу, упираясь верхним краем в крепкую сосновую дверь. Потолки второго этажа были низкими, не больше полутора человеческих роста. Противоположную от окна сторону крестового свода украшала декоративная роспись, вероятно содержащая огромное количество многозначных символов, неизвестных дракону. На неискушенный взгляд она выглядела, как колтун из серых ниток, в котором запутался сноп травы и горсть безделушек.

Полюбовавшись узором и мимолетно отметив идущую от него силу, Деррих обернулся к застывшему у двери жрецу. Тот пояснил заминку:

— Вас сначала к нашим отвести, к вешнякам или к Вийту?

Посланцы короля замерли, пытаясь сообразить, кого имел в виду под вешняками жрец. Кирлин, вспомнившая, что Арнива не только Исцеляющая, но и Весенняя, с сомнением протянула:

— Сначала, наверное, к верховному жрецу Арнивы. — Заметив утвердительную улыбку спутника, уже более уверенно продолжила: — Надо осмотреть место происшествия и расспросить пострадавших.

— Они вам понарасскажут.

Впрочем, спорить урвисит не стал. Попетляв по узким коридорам, довел гостей до маленькой круглой комнаты (из которой вело одиннадцать дверей), заполненной дневным светом, льющимся из большого окна в потолке, указал на вторую слева дверь, а сам буквально испарился. Деррих даже «спасибо» сказать не успел.

Кирлин, уже направившаяся к указанной двери, оглянулась, обнаружила исчезновение проводника и поинтересовалась:

— Тебе не кажется, что, когда мы доберемся с расспросами до последователей Урвиаса, встреча будет тщательно организована, и все участники будут точно знать, что говорить и на какие вопросы как реагировать?

Деррих обогнал магессу и галантно придержал перед девушкой дверь:

— Я думаю, не только они, но и их союзники, и союзники арнивитов, с которыми мы сейчас будем говорить. Короче, все. Единственные, на кого мы свалимся без предупреждения, будут сами пострадавшие. И это замечательно — версия об ограблении самих себя не такая уж и дурацкая. Ты обратила внимание, сколько сторожевых плетений мы миновали? Если уж здесь даже в жилые коридоры чужаку попасть практически невозможно, то как же они сокровищницу должны охранять?

Кабинет верховного жреца Арнивы производил бы впечатление скромного (простой письменный стол из липы, пара жестких кресел, шкаф с глухими дверцами, скорее всего, для бумаг, дубовая веточка на подоконнике да простой светильник на четыре свечи, подвешенный на перекрестье свода), если бы не одно «но» — роскошные фрески тончайшей работы, покрывавшие стены маленькой квадратной комнаты. Разноцветные стебли диковинных растений сплетались на фоне зеленой и серебряной листвы в сложные асимметричные узоры, распускающиеся золотистыми и алыми соцветиями. Изображения птиц с пестрым оперением будто взлетали к потолку. Комната казалась выше, шире и светлее, чем была на самом деле.

Внешность хозяина кабинета, Дорргая Луона, полностью соответствовала обстановке. Седенький старичок с длинными пушистыми волосами и клочковатой русой бородой, лишь кое-где пробитой нитками седины, облаченный в хламиду, скроенную из грубого небеленого холста, украшенного вышитыми шелком папоротниковыми листьями, придирчиво рассмотрел королевскую грамоту. Разве что печать на зуб не попробовал.

А потом печально заключил:

— Раз никто его величеству о пропаже не докладывал, а вы здесь, значит, артефакт где-то объявился.

— Да, и не очень приятным образом. Во время покушения на принцессу Уэлту. — Дав собеседнику пару секунд на переваривание новости, Деррих пошел в атаку. — И мне хотелось бы знать, почему о краже такого артефакта мы узнали от похитителей? Король разгневан. Ваше счастье, что покушение не удалось.

Добрый служитель вздохнул, откидываясь на спинку кресла:

— Не сомневаюсь. Что же до оповещения… Совет жрецов не любит вмешивать в свои дела посторонних, даже если эти посторонние — правители. Мы рассчитывали найти негодяя до того, как он успеет воспользоваться артефактом, это казалось нетрудным делом: чужаков на закрытой территории в последние недели не было, а всех своих мы хорошо знаем. И, готов поклясться благорасположением Арнивы, за последние четыре дня никто из подозреваемых не уходил дальше прихрамового парка, поэтому мы считали, что артефакт все еще на нашей территории. А вот почему человек короля поддержал наше решение, вам лучше спросить у него самого.

— Спрошу непременно. — Вопросов к сэру Вийту и впрямь накопилось преизрядно, вот только жрецу о большей их части знать не обязательно. — Но сначала мне хотелось бы осмотреть место преступления и услышать вашу версию произошедшего.

Сокровищница арнивитов располагалась этажом выше, и вел к ней настоящий лабиринт. Если бы не тройка молчаливых сопровождающих, дракон не рискнул бы бродить в этих переходах. Вроде и угрожающего ничего нет, а неуютно как-то…

Дверь сокровищницы на первый взгляд из ряда точно таких же дверей не выделялась ничем. В меру облупившаяся, в меру старая, с отполированной прикосновениями медной ручкой, выполненной в виде длинноклювой птицы. Деррих прислушался к разлитым вокруг жизненным токам и решил, что визитера, явившегося без ключа, эта птичка может более чем чувствительно долбануть клювом по протянутой ладони, и пускай он потом одной рукой взламывает защиту как хочет.

Старший сопровождающий, широкоплечий служитель с короткой русой бородой и грубоватыми, но довольно приятными чертами лица, дважды провернул ключ в замке, но дверь открывать не спешил.

— Я подумал, что вы захотите посмотреть на защиту в действии, поэтому не стал ее сразу отключать. Сейчас я открою дверь, но не подходите к ней ближе, чем на шаг, иначе можете покалечиться.

За толстенной деревянной створкой начиналось нечто невообразимое. Посланец короля с трудом удержался от того, чтобы потереть глаза. Стоящая рядом Кирлин подалась вперед и уцепилась за его рукав. Видимо, чтобы, забывшись, не шагнуть в бушующее за дверным проемом море жизненной энергии. Искрящиеся протуберанцы норовили вырваться в коридор, но натыкались на стоящих полукругом служителей, наполненных, как сейчас видел дракон, точно такой же силой, и откатывались обратно.

Словно сквозь вату донеслись пояснения жреца:

— Это внешний слой защиты…

«А есть что-то еще?» — вяло удивился про себя дракон, не в силах оторвать взгляд от буйства стихии жизни в ее первозданном виде. Выглядело это страшно и притягательно одновременно. Откуда-то из глубины сознания поднималось желание подойти и погрузиться в сияющие потоки.

— Любое живое существо, угодившее в этот слой, мгновенно растворится и станет его частью. — Русобородый что-то сделал, и завораживающее зрелище исчезло, оставив после себя комнату с окованными железом сундуками, затянутую еле заметной светящейся паутинкой. — Второй слой вызывает гиперактивацию всех органов разом. Смерть получается не очень быстрой и куда более мучительной, чем в первом случае.

Убедившись, что визитеры увидели и прониклись, жрец убрал второй слой и широким гостеприимным жестом пригласил заходить.

Вошедшая первой Кирлин с трудом подавила желание усесться на ближайший сундук, чтобы перевести дух, и, стараясь говорить твердо, поинтересовалась, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Отлично. И в чем же заключаются слабые места этих щитов?

— Слабые места?! — Три пары глаз воззрились на нее с возмущением и удивлением, но и то и другое, как чувствовала придворная магесса, было ненатуральным. Зато при желании можно было уловить отголоски досады и смущения.

— Ну да, вас же смогли как-то ограбить, — поддержал соратницу пришедший в себя дракон. — Если слабые места найти не удастся, придется принять версию об ограблении самих себя как рабочую.

Лица провожатых при этих словах изменились так, что Деррих пожалел о последних словах. Помягче эту мысль надо было как-то высказать. И попозже. Желательно после того, как покинули бы хранилище, а то замкнет «случайно» охранное заклинание, и останется от двух проверяющих добрая память и королевский указ о содействии.

— Есть, как не быть, — медленно протянул русобородый, немного разряжая обстановку. — Конечно, прежде всего, войти сюда могут жрецы Арнивы высокого посвящения, им защита повредить не способна. Потом те, кого эти жрецы привели с собой. И наконец те, у кого есть ключ, который, кстати, невозможно подделать. Все это указывает на одного из нас. Но, хотя ключ нельзя подделать, его можно украсть, а потом незаметно вернуть на место. И есть еще одна брешь: оба слоя защиты бесполезны против нежити. Арнива — покровительница весны и исцеления, ее сила бесполезна против тех, кто уже умер. Конечно, стоит нежити появиться хоть здесь, хоть в любом из наших коридоров, трезвон начнется такой, что через три минуты весь орден сбежится, но все же сигнализацию обойти проще, чем защиту от обычных воров.

Деррих не представлял себе, как нежить может остаться незамеченной в средоточии жизни, даже если бы сигнализации не было вовсе, но как живой может обойти защиту Арнивы, не мог вообразить тем более, а потому просто кивнул. Смотреть надо. Может, и вправду лазейки есть. Но раньше всего необходимо узнать, не мог ли кто-нибудь без спроса взять ключ. Пока что эта версия казалась самой простой и вероятной.

— Почему же вы тогда в первую очередь обвинили жрецов Урвиаса? В такой ситуации логичнее было бы заподозрить служителей Киниара. Кому еще за нежить отвечать, как не Хозяину Загробного Мира?

Служитель замялся, будто решал, стоит ли выдавать непосвященным тайны цеха или обойдутся, но потом все-таки пояснил:

— Об этом мало кто знает, но Урвиас, как хозяин бед и несчастий, тоже имеет власть над некоторыми видами немертвых, из тех, что поднялись сами, без участия некромантов или воли Хозяина Загробного Мира. К тому же жрецы Урвиаса, благодаря покровительству своего божества, могут создавать небольшие (или большие, от уровня посвящения зависит) проблемы. Допустим, устроить неполадку в нашем сторожевом заклинании. Ненадолго, только пока посланец туда-обратно лазает.

Остальные жрецы одобрительно закивали на эти слова, а Деррих взялся перебирать в уме не озвученные возможности. «А еще это могли быть служители Эвироя — Хозяина Снов, Мороков и Фантазий, подделавшие либо энергетическую сущность и прошедшие прямо так, либо внешность и прошедшие с помощью украденного ключа. Или жрецы Цейтоны — Творящей Жизнь воспользовались схожестью силы. Или жрецы мудрого Талеана отыскали какую-то лазейку, подумать о которой никому другому в голову не пришло. Они это умеют. Или действительно киниариты отметились».

Дракон подавил желание грязно выругаться и добродушно улыбнулся:

— Разберемся.

ГЛАВА 6.

Начальник общехрамовой службы безопасности отыскался даже не в самом храме, а в маленьком домике типа сторожки на самой границе парка, с той его стороны, которая обращена к дворцу. Тропинка к нему начиналась за кустом черемухи, усыпанной крупными, матово поблескивающими на солнце черными ягодами, и долго петляла между живыми изгородями, плодовыми кустами и стволами деревьев. Не было бы у Дерриха его драконьей способности ориентироваться в пространстве, решил бы, что вокруг всего храма умудрился обойти, а радиальные дорожки не заметил исключительно по рассеянности. Нет же, в результате всех этих хождений проводник — все тот же русобородый арнивит, который показывал сокровищницу, — привел своих подопечных практически к тому же месту, где они вошли на территорию храмового парка утром.

Небольшое строение, увитое плющом так, что видно было только бурое деревянное крыльцо, дверь и распахнутые ставни, идеально сливалось с окружающим пейзажем. Четыре ступени перескрипнули на разные лады, предупреждая хозяина о визитерах. Откликаясь на их призыв и вежливый стук в дверь, на пороге возник подтянутый седовласый мужчина средних лет с доброжелательным выражением на благородном лице. Гербовый камзол, похожий на тот, что красовался сейчас на Деррихе, сэр Вийт носил с таким достоинством, будто это была горностаевая мантия.

Увидев за спиной жреца людей в дворцовой форме, королевский смотрящий озабоченно нахмурился, но это не помешало ему радушно поздороваться с ранними визитерами:

— Приветствую, служитель Доенн, тейир, таули, чем могу быть полезен?

Арнивит, имя которого наконец-то прозвучало, медово улыбнулся:

— Сфера Энцирры объявилась во время покушения на принцессу Уэлту, и король прислал людей узнать, как и когда она пропала. Знакомьтесь, это тейир Даэрлих Карв и леди Кирлин. — Русобородый с плохо скрываемым удовольствием наблюдал за стремительно мрачнеющим лицом офицера. — Общайтесь, а я пойду, пожалуй.

Проводив взглядом буквально растворившегося в листве арнивита, участники переговоров настороженно уставились друг на друга. Мысли у них в головах крутились примерно одинаковые — о том, каких неприятностей можно ждать, как вытянуть побольше информации и насколько стоит быть откровенным. Деррих, никогда не увлекавшийся искусством предсказания и чтения мыслей, буквально видел выстраивающиеся в голове офицера цепочки рассуждений. Сэр Вийт, как инспектируемая сторона, первым растянул губы в улыбке:

— Полагаю, будет удобнее разговаривать в доме. Проходите. Прошу вас, леди. Осторожнее, здесь высокий порог.

Убедившись, что Кирлин с ее пышными юбками благополучно миновала узкую дверь, в сторожку зашел Деррих и застыл на пороге. Единственная крохотная комната вмещала в себя два стола, один шкаф, один стул для посетителей и три — для сотрудников. Сами безопасники привычно стояли в чудом сохранившихся зазорах. Обозрев эту композицию, дракон решил, что человек, расставлявший мебель, должно быть, очень ловко пакует дорожные сундуки — запихнуть в ограниченное пространство столько предметов в нужной последовательности можно только после очень продолжительной и серьезной подготовки. Сам он сумел бы уместить сюда всю эту мебель разве что стопкой.

Впрочем, сейчас у дракона была другая задача, направленная на развитие пространственного мышления. Пятачок, отведенный для посетителей, оказался без остатка заполнен шуршащими лиловым шелком юбками магессы. Девушка смущенно пыталась расположить их так, чтобы освободить немного места для напарника, но по всему выходило, что стоять Дерриху придется на одной ноге и у стенки.

К удивлению дракона и эта задача оказалась разрешимой. Спустя минуту сражение с непокорной тканью завершилось победой магессы, и он смог сойти с порога в помещение и прикрыть дверь.

Дождавшись, когда леди сядет, королевский посланец изобразил любимый грозный взгляд герцога Тессира, благо успел натренироваться, пока его племянника изображал:

— Сэр Вийт, расскажите нам о краже Сферы, а также о том, почему сразу не доложили, куда следует. Король сильно разгневан вашей нерасторопностью.

Помощники, парни вряд ли старше самого Дерриха, слегка побледнели. Начальник скорбно вздохнул и покаянно склонил голову:

— Ограбление произошло четыре дня назад, и весь жреческий совет хором твердил, что Сфера все еще на территории храма. Мы надеялись отыскать артефакт раньше, чем кто-то сумеет использовать его во зло или вынести с территории.

— И все равно не понимаю. Волшебный предмет такой мощности пропал, а вы не предупредили свое начальство! Отсюда до дворца рукой подать, безопасность королевской семьи вас совсем не интересует?!

Взгляд сэра Вийта был незамутненно честен.

— Интересует. Именно поэтому я и промолчал. Поймите, пока никто за пределами храма не знает о случившемся, и кража, и возникшая вражда между жрецами разных культов являются исключительно храмовым делом. Но стоит этой мутной волне выплеснуться за пределы храмового парка, как последствия станут непредсказуемыми. Сейчас только религиозной войны в Сейрре и не хватало.

— Так уж и войны? — Скептическое выражение лица далось дракону непросто. Слишком свежи были впечатления от общения с добрыми служителями. Знания в области человеческой истории тоже не давали повода для излишнего оптимизма — за время существования Сейрра на почве религиозных конфликтов трижды самоопустошалась так, что все набеги соседей казались детскими играми.

Глава храмовой службы безопасности историю своей расы знал не хуже дракона.

— Они и так с трудом уживаются, а уж теперь все старые конфликты поднялись, благо повод достойный. Напряжение в воздухе разлито такое, что ножом резать можно. Малейшая искра, и храм заполыхает. Моя задача сделать так, чтобы он не спалил заодно и Сейрру.

Тяжело облокотившийся на стол офицер вздохнул, и у Дерриха вдруг появилось ощущение, что старый служака переигрывает. Самую малость. Нет, беспокойство о возможной религиозной войне было вполне искренним, но было что-то еще… И это что-то занимало мысли офицера куда больше.

— Что вы предприняли для расследования? — Вполне логичный вопрос прозвучал слишком резко, на грани оскорбления, и безопасник гневно сверкнул на дворцового выскочку глазами, но все же ответил:

— Проверил сторожевые заклинания на чужаков. Чужаков не было. Вот отчет мага, таула Ривуса. — Полноватый коротыш, стоящий у окна, испуганно распахнул глаза и часто закивал, подтверждая слова начальства. Соломенная шевелюра от этих упражнений встала дыбом, и маг окончательно утратил то подобие респектабельности, которое у него было. Сэр Вийт проглотил готовый сорваться с языка комментарий по этому поводу и продолжил как ни в чем не бывало. — Проверил ключи на возможную кражу. Никто, не имеющий на это права, к ним не прикасался. Вот отчет. Начат допрос всех служителей на предмет того, кто где был в момент кражи. Вот первые сорок восемь отчетов. Опросы продолжаются. — Сэр Вийт наградил Дерриха укоризненным взглядом человека, которого отрывают от важной работы. Дракона это не взволновало. Он смотрел на внушительную стопку мелко исписанной бумаги. Все это следует прочитать и осмыслить. Нет, он, конечно, любит читать, очень любит, но… — Жрецы Арнивы утверждают, что чужеродной силы в хранилище не обнаружили. Вот заявление с подписью и печатью верховного жреца Луона.

Поверх стопки лег красиво увитый цветочным орнаментом пергамент с красной сургучной бляхой печати. Дракон дважды перечитал текст и задумчиво потер подбородок:

— А признание в краже он не подписал? После такого набора документов оно бы очень уместно смотрелось.

— Увы. — В голосе Вийта слышалось отчетливое сожаление. На этот раз, насколько мог судить дракон, совершенно искреннее. — Версия соблазнительная, но судя по результатам расследования, арнивиты ни при чем. Их мы проверили сразу же и всеми возможными способами. И обычными, вроде определения того, кто где был, и обысков, и магическими, вроде допросов с амулетами и ментальным контролем. Вот полный перечень с результатами. Служитель Луон даже согласился на проверку своих подчиненных с помощью жрецов Йоранна — втайне от остальных культов, разумеется. Вы понимаете, какой удар по самолюбию и репутации арнивитов будет, если всплывет эта деталь?! — Убедившись, что собеседник не совсем понял, но проникся, Вийт удовлетворенно кивнул своим мыслям и продолжил: — В результате всех этих мероприятий ничего предосудительного, по крайней мере, связанного с кражей, обнаружить не удалось.

Услышав оговорку, Деррих представил, сколько всяких неприглядных секретов вытащили на поверхность следователи и как довольно потирали руки допущенные к чужим секретам йоранниты. Да, пострадавшие должны быть в ярости. Если бы в такую ситуацию попали жрецы Урвиаса или Эрволы, то вряд ли излишне осведомленные следователи прожили бы дольше, чем потребовалось для нахождения и поимки вора, так что Вийту и его помощникам очень, очень крупно повезло. Интересно, за какие прегрешения его сослали на эту службу?

— Хорошо, с этим понятно. А что мотивы?

В ответ на этот невинный вопрос на дракона вылился такой ушат подробностей и хитросплетений интриг всех против всех, что Деррих почувствовал искреннее обалдение от того, что храмовый комплекс до сих пор не провалился сквозь землю под их тяжестью. Пригодной к применению информацией было только три слова, выловленные в потоке сведений: «Урвиас», «Риморн» и «Тарив». Может, Кирлин удалось понять больше? В конце концов, она человек и прожила в Черралисе достаточно долго!

Сэр Вийт, заметив, что взгляд собеседника начал утрачивать осмысленность, придержал поток подробностей и изобразил на лице вопрос. Похоже, проверяющих прислали не только молодых, но и возмутительно некомпетентных. Неужели дела в Сейрре настолько плохи, что нормальных специалистов не нашлось?

Замороченный дракон, воспользовавшись паузой, коротко поинтересовался:

— Возможности?

Офицер также решил, что стоит быть лаконичным:

— Цейтона, Урвиас, Риморн, Талеан. По талеанитам ничего конкретного нет, но вы же знаете их умение отыскивать необычные решения… — озвучил недавние мысли Дерриха Вийт. — Сегодня мы должны закончить проверку урвиситов и взяться за жрецов Риморна. Желаете присоединиться?

Намек был более чем весомый и подкреплялся выразительным взглядом на дверь. Деррих переступил с ноги на ногу, стараясь не оттоптать подол напарнице.

Кстати о напарнице.

— Да, желаю. А леди Кирлин тем временем еще раз проверит ключи. Не возражаете?

— Ничуть. Прошу вас, леди. Дэнной покажет вам все, что надо. А вы, тейир, следуйте за мной.

Встретиться с Кирлин в следующий раз дракону удалось, только когда подошло время обеда. Едва завидев Дерриха, появившегося на пороге сторожки, девушка устремилась навстречу с лицом капризной придворной дамы, которой предложили серебряный столовый прибор вместо золотого.

— Тейир Карв, предлагаю пойти обедать во дворец. Тут совсем недалеко. — И шепотом точно рассчитанной громкости прибавила, подпустив в голос толику ужаса: — Вы были на храмовой кухне? Кошмар!

Если бы такую характеристику услышали жрецы, поддерживающие, к слову сказать, все подведомственные территории в идеальном состоянии, они бы страшно оскорбились. К счастью, провожатыми в этот раз были подчиненные сэра Вийта, которые в ответ на эмоциональную реплику поспешно спрятали пренебрежительно-понимающие ухмылки, а Деррих, который за время бегства из Озерного Клыка убедился в непривередливости и здравомыслии юной леди, галантно предложил Кирлин руку:

— Если вам так угодно, таули.

Ему тоже не хотелось обсуждать свои впечатления от проверки территории храма. Кто их знает, этих жрецов, какие у них возможности по части подслушивания. Дракон не знал, что ему собиралась сообщить леди, но его информация для чужих ушей точно не предназначалась.

Полуденный Черралис напомнил дракону цирковой барабан: большой, яркий, звонко рокочущий и вызывающий головную боль, если слушать слишком долго. Впрочем, десятиминутную прогулку долгой не назовешь, так что Деррих не отказался бы побродить по просторным улицам, поглазеть по сторонам и спокойно поразмыслить. К сожалению, под локоть его держала Кирлин, которая это желание не разделяла.

Магесса ловко скользила между праздношатающимися зеваками, шумными торговцами и группами диковинно одетых иноземцев с почти неприличной для благородной леди торопливостью. В отличие от Дерриха, ей хотелось не обдумывать полученные сведения, а поскорее вывалить их на напарника.

Успокоилась она только во дворце. Отловила в коридоре пробегавшего мальчишку в одежде слуги, велела принести обед на двоих в «покои вот этого господина», а потом лично начаровала на эту самую комнату защиту от подслушивания. Деррих не мешал ей суетиться: раз уж переполняющие девушку эмоции требуют выхода в каком-нибудь деле, то пускай это будет что-то полезное.

Закончившая колдовать Кирлин опустилась в кресло и, не дожидаясь вежливой реплики со стороны напарника, выпалила:

— Я настаиваю на повторной проверке всех арнивитов независимыми от жреческих интриг специалистами. Можно допустить, что кто-то сумел обойти защиту, но сделать это, совсем не оставив следов, не смог бы и Риморн Путник собственной персоной. Я перепроверила вообще все, что возможно. Никаких признаков вмешательства. Даже намеков на признаки. Ключей же всего два — у Дорргая и его помощника. Взять их тот, кто не имеет на это права, не может в принципе — пальцы просто насквозь проходят, заклинания тоже. — Девушка на секунду примолкла, освежая в памяти утренние впечатления, и изумленно поделилась: — Магия ключ вообще «не видела», пока служитель Луон его в руки не взял. А специально для тех, кто все-таки исхитрится, на самом нижнем слое пристроена замаскированная среди защитных заклинаний липучка, на которой остается слепок сущности вора. Очень качественный, найти по нему преступника труда не составило бы.

— Как я понял, никаких слепков ты не нашла. — Дракон поймал себя на том, что теребит слишком узкий ворот камзола, и заставил себя спокойно опустить руки на подлокотники кресла.

— Нет. — Магесса покачала головой и с какой-то детской обидой в голосе протянула: — Я всегда любила Арниву. Еще маленькая с мамой носила ольховые ветки в ее святилище рядом с нашим замком… А ее жрецы, оказывается, такие гадости творят.

Этот обычай с приношением ольховых веточек во время праздника весны не обошел стороной и Дерриха — очень уж веселые танцы за этим следовали, их исполняли красивые девушки в развевающихся ритуальных платьях.

Нет, что ни говори, а люди знают толк в веселье, жаль, что постоянно перебарщивают.

«На следующий год надо будет пригласить Кирлин. На ней тонкое легкое платье, подчеркивающее все изгибы и округлости, должно смотреться особенно хорошо. Тем более с округлостями все в порядке». Только сначала надо прояснить несколько вопросов, и с Арнивой в том числе. Деррих отвел взгляд от декольте магессы и посмотрел расстроенной девушке в глаза:

— Ну во-первых, жрецы это еще не сама Весенняя Птица, а во-вторых, кто-то, не относящийся к жрецам, в хранилище точно был. Ты что-нибудь слышала о драконьем чутье? Так вот, на месте пропажи я унюхал несколько не совсем типичных для обители жрецов образов: привычка к роскоши, умение повелевать, магические книги и большое самомнение.

Нахмурившаяся было леди на последнем пункте печально усмехнулась:

— Ну похоже, самомнение у этого неизвестного нам богача с магической библиотекой вполне оправданно.

— Или кто-то ловко водит нас за нос.

Продолжить мысль не дал стук в дверь. Наконец-то явился заказанный девушкой обед. Дракон принюхался к стоящей перед ним тарелке, до краев наполненной ароматным грибным супом, и сглотнул набежавшую слюну. Сначала надо закончить разговор, но как тут думать о судьбах Сейрры, когда под носом такой отвлекающий фактор?! Ладно, говорить можно и в процессе обеда. Тем более леди, судя по голодному взгляду, тоже так считает. Даже интерес, вызванный последней фразой, немного поугас.

Только ополовинив тарелку, дракон сумел пояснить свою мысль:

— Давай-ка подведем итог наших наблюдений: кражу совершил кто-то свой-не свой. Кто это может быть по отношению к арнивитам?

Повисло задумчивое молчание, леди аккуратно положила ложку и выпрямилась. Глаза у нее были совершенно круглые.

— Сэр Вийт и его подчиненные. Они для всего храма свои-не свои. И у них есть право пользоваться ключами от хранилищ — чисто номинальное, конечно, никто им на самом деле ключи давать не станет, но право у них есть. Король настоял, когда пропихивал в умы жрецов идею о королевской службе безопасности.

Деррих, который ждал, что девушка назовет какой-нибудь дружественный арнивитам культ, замер, обдумывая ответ, а потом согласно отправил в рот кусочек жаркого и торопливо прожевал.

— Похоже на то. На них внимания никто особо не обращает. Ты заметила? Даже сейчас больше отмахиваются, чтобы не мешали межкультовые разборки устраивать. Мол, тут люди серьезным делом заняты, а вы со своей ерундой пристаете, не мешайте, сами разберемся. И для сокрытия улик отличные возможности, и политические мотивы могут быть. Меня все вопрос мучил, с какой радости жрецам любого культа способствовать покушениям на принцессу, если им их покровители в политику вмешиваться не разрешают?

Девушку уже одолевали новые сомнения.

— Но… безопасники тоже не очень-то подходят под то, что ты почуял. Наверно.

Насколько было известно магессе, на подобную службу шли выходцы из небогатых дворянских семей и зажиточные горожане, сумевшие получить достаточно хорошее образование, чтобы попытать счастья на государственной службе. По сведениям, имевшимся у Кирлин, ни тем, ни другим привычка к роскоши не свойственна.

Деррих при конфликте чутья и логики предпочитал доверять чутью, особенно в ситуациях, когда информации для полного анализа не хватало, а потому просто отмахнулся:

— Больше, чем жрецы. Да чего мы спорим? Сейчас обед закончим, пойдем и проверим. Все равно ведь в сторожку заходить придется. Только прежде чем с обвинениями кидаться, следует на всякий случай и остальные части храма обойти. Без расспросов это много времени не займет. Иначе, даже если след приведет к безопасникам, сэр Вийт скажет, что я почуял случайного посетителя.

Работа в архиве завораживала. Сквозь горы истрепанных пергаментов и пухлых журналов, возвышавшихся на столе, тумбочке и двух стульях, Сах видел судьбы отдельных людей и целых родов. Переплетения интриг, отраженные в брачных договорах и актах купли-продажи. Героические саги, которые крылись за сухими отчетами полковых снабженцев, и совсем не героические, но исключительно захватывающие истории, прячущиеся за зубодробительно скучными судебными исками. Работать с документами маг-теоретик всегда умел и любил, поэтому чтение между строк проблемой не стало.

Может, когда все благополучно завершится (в том, что все завершится именно благополучно, Сах не сомневался — пускай только попробует случиться по-другому после всего, что он пережил), попросить в качестве награды пожизненный доступ в императорские архивы? Даже общей секции хватит на три жизни…

Увлекшийся маг на свою беду не замечал, что Рувира, помогавшая ему перебирать документы, скучала. С каждым часом все сильнее. Откровенно счастливое лицо напарника, с головой ушедшего в работу, мешало предложить сделать перерыв или отлынивать от изучения пыльных истертых бумажек, в которых говорилось о непонятных действиях неизвестных людей, но когда Сах выразил желание провести обеденный перерыв прямо здесь, не отрываясь от чьей-то служебной записки вековой давности, терпение у нее лопнуло.

Идея поискать информацию в архиве была ее. Что ж. Она придумает новый способ, как найти род, в котором было много каррасцев. Иначе к концу дня точно сойдет с ума.

— Знаешь, я вижу, что тебе интересно, поэтому не буду отвлекать, распоряжусь, чтобы еду принеси сюда. Не думаю, что после всего, что было, архивариус посмеет возражать. А мне надо к Уэлте. — Идея о том, как ускорить поиски, у фрейлины, напуганной необходимостью провести в этом могильнике пергамента несколько дней подряд, уже появилась. Но для ее осуществления требовалось содействие особы королевской крови. — Она моя подруга, к тому же будет просто невежливо не навестить ее после всех этих ужасов, которые нам довелось вместе пережить.

Наконец-то оторвавшийся от бумаг Сах с некоторым трудом вернулся в реальность, а после реплики Рувиры смутился:

— Разумеется. Я как-то не подумал. — Потом оглянулся на документы, с нетерпением ждущие его внимания, и решил, что вежливость вежливостью, а мешать девичьим разговорам своим присутствием не стоит. Мало ли что они обсудить захотят? — Передай ей от меня поклон и наилучшие пожелания.

Маг проводил взглядом стройную фигурку, скользившую между стеллажей легко и грациозно, как призрак, и погрузился в чтение, через минуту забыв, что начал работу не один. Подумать только, оказывается на территории графства Оггарна двести пятьдесят лет назад выращивали тощанку белозвездчатую на продажу! А в академии говорили, что она искусственному разведению не поддается. Надо будет съездить туда, разузнать. Может, какие-то записи остались или словесные предания в семьях, которые этим занимались…

Принесенный слугой обед сиротливо стыл на краешке стола, безумно раздражая прохаживающегося вокруг визитера архивариуса. Мало того что явился некстати, ищет непонятно чего, не дает уйти на обед порядочному работнику и вопреки всем инструкциям притащил еду в святая святых, так еще и не ест, зараза такая! Только голодного человека дразнит. Немного подумав, архивариус плюнул и велел изумленному слуге принести еще одну порцию обеда. Какая теперь уже разница?

Рувира вернулась через полтора часа сияюще-солнечная. Даже темные медные кудряшки, казалось, налились звонкой осенней рыжиной. Девушка с недоумением покосилась на пустой поднос на столе архивариуса, с неодобрением — на нетронутый Саха и объявила:

— Собирайся, мы отправляемся наносить светские визиты.

Нужный отпечаток личности во владениях сэра Вийта обнаружился без труда. К сожалению дракона, настроившегося на быстрое разоблачение, ни одному из троих безопасников он не принадлежал. Зато, когда Деррих решил проследить за перемещениями благородного вора, они в точности повторили маршрут ежедневного обхода дежурных.

Дракон медленно брел по следу с выражением праздного любопытства на лице и с тяжелым камнем на сердце — очень уж происходящее напоминало начало книжной авантюры. И к чему она привела? Конечно, сейчас он официальное лицо и действует с одобрения человеческого короля, так что все будет происходить официально и благопристойно. А как же иначе? В безумных эскападах больше нет надобности, им и так все по первому требованию на золотом блюде принесут. Наверняка. А предчувствия неприятностей просто по привычке донимают. Надо будет, кстати, заглянуть к тому шкуродеру, узнать, выкупил ли его величество графские доспехи, а то неловко получается. И к Уэлте заглянуть, спросить, как дела. И узнать, как там здоровье герцога Тессира, и потрудился ли кто-нибудь отправить отрад с дополнительными целителями навстречу раненым. Кстати, если еще не поздно — не забыть напомнить, чтобы взяли побольше лекарств от последствий прямого магического поражения…

Хорошенько тряхнув головой, чтобы отогнать посторонние мысли, Деррих обнаружил, что уже некоторое время стоит на крыльце сторожки, а сэр Вийт с вежливым недоумением рассматривает его. Увидев, что посланец короля изволил сфокусировать взгляд и вернуться в реальность, начальник храмовой безопасности преувеличенно вежливо склонил голову:

— Я вижу, послеобеденный обход отнял у вас много сил, тейир. — Как ему удалось вложить столько издевки в словосочетание «послеобеденный обход» при общей ровности тона, Деррих так и не понял. Выражение лица вежливое, поза почтительная, глаза добрые. А съездить в ухо хочется так, что аж кулаки зудят. — Не желаете ли немного отдохнуть?

Дракон скосил глаза, убедился, что придворная боевая магесса с отнюдь не придворным боевым опытом рядом — развлекает светской беседой молодого жреца в короткой алой мантии последователя Солная, прихваченного с собой не иначе как для независимого свидетельства. Ну или в качестве подмоги, если до драки дойдет — из-под подола мантии выглядывал край форменной кольчуги, а на боку доброго служителя висел короткий меч. Что ж, трое на трое — вполне прилично получается. А там, глядишь, и желание дать в ухо этому вежливому шакалу исполнится. А еще — по зубам и по почкам. И от себя, и от имени всех отрядников, которые переволновались во время нападения на Уэлту, и от оболганных жрецов заодно. Хотя они и сами могут неплохо справиться, главное, допросить Вийта раньше, чем добрые служители до него доберутся.

— Не беспокойтесь, от таких пустяков я не устаю. Кстати, здесь сейчас все ваши подчиненные?

Заслышав, что речь пошла о его подчиненных, Вийт сразу растерял всю доброжелательность:

— Нет. Здесь только сегодняшняя смена.

— Интересно… Никто не упоминал, что вы посменно работаете.

Вийт безразлично пожал плечами и пояснил, как нечто само собой разумеющееся:

— Мы не сказали, потому что вы не спрашивали, а жрецы нас, по-моему, вообще в лицо не различают. Им королевской формы достаточно, а уж на ком она надета — без разницы. Главное, чтобы под ногами не путались. Если вы пытаетесь обвинить кого-то из моих, то и меня, и всех четверых моих подчиненных проверили ровно одиннадцать раз — каждый культ посчитал своим долгом поучаствовать. Как не отыграться на чужаках, раз такая шикарная возможность появилась?

Резко обозначившиеся складки возле рта и между бровями доблестного сэра наводили на мысль, что деликатностью по отношению к навязанным королем подсыльщикам служители себя не утруждали. К сожалению для Вийта, проверяющий счел ситуацию для сочувствия неподходящей.

Дракон улыбнулся, не разжимая губ, чтобы не демонстрировать человеку частично трансформировавшиеся клыки.

— Значит, не будет ничего плохого, если я с ними познакомлюсь. — Конечно, можно было потребовать для начала тех, кто дежурил в день кражи, но раз уж все равно придется ждать, то почему бы на всякий случай не посмотреть сразу на всех?

Безопасник с трудом сдержал резкую реплику и медленно выдохнул. Деррих заглянул ему в глаза и напрягся, ожидая сигнала к атаке, но его не последовало. Вийт сквозь зубы проскрежетал:

— Тогда ждите. На то, чтобы их позвать, понадобится время.

Затем безмолвно кивнул Дэнною в сторону выхода с храмовой территории и, пропустив вперед своего мага, скрылся в доме, плотно притворив за собой дверь.

Королевские посланцы и заинтригованный жрец остались стоять на улице.

Кирлин прислушалась к чему-то и с беспокойством потеребила браслет, доселе скрывавшийся под пышным рукавом платья:

— Я чувствую работу какого-то артефакта. Не поручусь, но похоже на звезду связи.

— Можешь помешать? — С кем бы сейчас ни говорил безопасник, Дерриху это совершенно не нравилось. Мало ли до чего он договорится? За остсутствующими сотрудниками пошел тейир Дэнной, так что исполнением приказа эти переговоры быть не могут.

Девушка, которая не хуже напарника понимала, что, если бы разговор был о чем-то законном, их на улице оставлять бы не стали, грустно покачала головой. В последние дни карьера боевого мага и так перестала казаться ей привлекательной, а тут опять намечалась драка. И почему она не пошла на погодную кафедру или на ритуалистику? Все равно, когда дело дошло до практической проверки, ничего романтичного или возвышенного в боевой магии не оказалось. Врут все менестрели, а наивные подростки слушают и верят.

Зато жрец Солная — Клинка Справедливости, почуяв разлившееся в воздухе напряжение, приободрился. Его перспектива драки с чужаками грела и радовала.

— Я могу. Это же наша территория, и здесь работают только те артефакты, которым мы это разрешаем.

Порадоваться с чистым сердцем этому заявлению не получилось: с одной стороны, конечно, здорово… а с другой — кто знает, что эти жрецы сочтут недопустимым?

Когда перед драконом выстроилась неровная шеренга из четырех человек, Деррих принюхался. Нет, нужного среди них не было. Судя по тому, что удалось почуять, эти упакованные в одинаковую форму мужчины разного возраста и среднего достатка более или менее честно тянули лямку храмового сторожа и мечтали, чтобы от них поскорее отвязались.

Деррих прошелся вдоль строя, вглядываясь в лица и хорошенько запоминая запах, а потом обернулся к командиру:

— Здесь не хватает одного сотрудника, сэр Вийт.

Лицо командира не дрогнуло — вероятно, потому что к этому моменту уже абсолютно закаменело. Голос напоминал скрежет гальки под сапогами, такой же тихий и неприятный.

— Вы можете проверить документы. Больше никого нет. Не было. И не будет, ибо не нужно.

— Хорошо, тогда скажите, кто из ваших подчиненных дежурил в день ограбления?

Пока не желающий идти на сотрудничество с придворным выскочкой офицер багровел и раздувал ноздри, из домика охраны выскользнула Кирлин с бумагой в руках. Девушка рассудила, что поругаться мужчины смогут и без нее, а вот упомянутые Вийтом документы посмотреть стоит — наверняка график дежурств должен быть где-нибудь на видном месте. Поиски действительно не заняли много времени, и магесса, подойдя к напарнику, огласила содержание своей находки:

— Судя по этому документу, дежурными были Томтус Лад и таул Рэонт. Сделайте шаг вперед, пожалуйста.

Безопасники, не получившие подтверждения приказа от непосредственного начальства, продолжили равнодушно стоять. Деррих в который раз помянул добрым словом десятника, по поручению герцога Тессира учившего его фехтовать, и, подражая интонациям вояки, рыкнул:

— Ну? Кто из вас тейир Лад?

На повторный призыв из строя вышел лысоватый мужчина с оплывшими чертами лица, на котором выделялся некрупный, но выразительный нос уточкой. Взгляд маленьких водянистых глазок был умным и добродушным.

— Томтус Лад к вашим услугам, леди и тейир проверяющие. Вы все правильно сказали, что моя очередь была, только в тот день меня не было — у сестры наречение имени первой внучке было, я еще за два дня до того заявление писал, что меня не будет, чтоб замену искали. А что я с утра до утра на празднике был, не отлучаясь, так то не один десяток человек подтвердить может, ежели не поленитесь в Рябиновые предместья съездить да опросить.

— Не нужно, — отмахнулся от любезного предложения утконоса дракон, а затем обернулся к последнему незнакомому человеку, который мог быть только магом. — Таул Рэонт, выйдите вперед и расскажите нам, как прошло дежурство и кто был вашим напарником.

— Не было никакого напарника, все заняты были, — откликнулся не выходя из строя тощий и угловатый, как грабли, маг. — И я только до обеда был, из дома срочно вызвали — мама упала с лестницы и бедро сломала. А до того все спокойно было. Амулеты не сигналили, жрецы с жалобами не приходили.

— И вы так просто оставили охраняемый объект? Без присмотра? — Дракон покрутил головой. Славно у них тут система безопасности устроена, как еще все подчистую не вынесли?

— Разумеется, нет. — Маг с раздражением поджал губы и вперил в дракона взгляд, который сам, видимо, считал тяжелым. — Во-первых, мы тут, скорее, для красоты — настоящую охрану осуществляют сами жрецы, каждый на своей территории, а во-вторых, на посту оставался сэр Вийт, он каждый день тут с утра до вечера. А еще за время обеденного перерыва он обещал позвать кого-нибудь мне на замену — декор или нет, а порядок быть должен.

Учитывая то, что Деррих увидел на территории жрецов, и численность королевской охраны, замечание насчет декоративности было более чем справедливым, но к делу не относилось. Поэтому дракон вернулся к тому, с кого начал.

— Отлично. Так кто же дежурил после обеда и до конца смены, сэр Вийт? Думаю, если я спрошу остальных ваших людей, окажется, что они тоже в тот день остались заниматься своими делами. — На лицах служак отразилось согласие с этим утверждением. Томтус Лад, не устрашась яростного взгляда начальства, согласно кивнул. Деррих проследил за тем, как заиграли у Вийта желваки, и счел за лучшее снова переключить внимание на себя. — Тем не менее безопасника, делающего дневной и вечерний обход, жрецы видели, и это были не вы. И почерк, которым сделаны пометки в журнале за тот день, не ваш. Кого вы прикрываете, доблестный сэр?

Кусты, за которыми притаилось подкрепление из молодых крепких жрецов пяти разных культов, подозрительно затрещали, будто кто-то полез прямо сквозь них, чтобы немедленно начать выяснение отношений.

Услышавший это шебуршение сэр Вийт брезгливо скривил губы, но в то же время в его взгляде ясно читалось изумившее Дерриха облегчение. Если он так рад, что проверяющие сумели нащупать правду, то зачем было врать?

— Давайте зайдем в дом. Я не хотел бы давать объяснения при всех.

Рыцарь вежливо пропустил проверяющих в домик первыми, начисто забыв о ширине юбок придворной магессы и размере свободного пятачка перед столами. После короткой заминки, во время которой мужчины прикидывали, как им выйти наружу и снова зайти в помещение в нужном порядке под взглядами многочисленных свидетелей и при этом не потерять лицо, леди сумела уложить волны ткани таким образом, что освободился узкий проход, которым безопасник и воспользовался.

Пробравшись на свое законное место, Вийт без долгих предисловий огорошил визитеров:

— Похититель — мой племянник, сэр Оталлес Вийт. Он отличный боец, неплохо разбирается в магии и мой ближайший родственник. Поэтому, когда оказалось, что никто из моих подчиненных не может выйти на службу, а обходы делать хотя бы для проформы надо (толку в них нет, но если жрецы решат, что мы свои обязанности не выполняем, мигом жалобу королю накатают), я решил, что не будет никакой беды, если этот бездельник хоть полдня поработает. Потом я проверял, оказалось, что мои ребята не просто так все в один день заняты оказались. Даже перелом у матушки Рэонта не сам собой появился, да простят милостивые боги моего непутевого племянника. Не знаю, зачем этому профессиональному обалдую понадобилась Сфера. Политикой он никогда не интересовался, а покушение на одну из принцесс даже в кошмаре увидеть не мог.

— И где же он сейчас?

Почему-то ощущения, что вот сейчас все одним махом разрешится, у Дерриха не было.

Плечи рыцаря чуть приподнялись и бессильно поникли.

— Не знаю. После дежурства он вышел с территории храма и больше его никто не видел. Домой он не заходил. Я надеялся найти его сам и разобраться по-свойски, потому и не сообщил о краже, но пока что поиски никакого результата не принесли.

К большому неудовольствию Саха, новый план девушек был проще и эффективнее, чем проверка документов. Измученная бумажной работой леди сопоставила, что если в неком дворянском роду было целых два десятка каррасцев, то захудалым он после этого быть ну никак не может. Если род не захудалый, то у него должна быть резиденция в столице. В каждой столичной резиденции имеется портретная галерея — надо же как-то гостям ненавязчиво демонстрировать древность родословной и достижения предков. Разумеется, персонажи на этих портретах изображались со всеми атрибутами своих успехов. А принадлежность к Каррасской гвардии — это достижение, которым не стыдно похвастаться перед потомками.

Теперь Рувира по поручению согласившейся помочь подруге Уэлты будет обходить эти самые дворянские резиденции, оповещая лордов и леди, что чудом спасшаяся принцесса решила провести благотворительный вечер, и мягко интересоваться, не желают ли оные дворяне так же поблагодарить богов за помощь в благополучном возвращении ее высочества. А ее сопровождающего тем временем согласно регламенту будут развлекать показом портретных галерей, чтобы не заскучал. Саху останется только подсчитывать изображения мужчин в характерных доспехах и задавать наводящие вопросы.

Маг с досадой тряхнул головой. Он только увлекся, начал входить в курс дела, и тут — нате вам. И зачем, спрашивается, они столько сил потратили на выбивание пропуска?! С другой стороны, если бы Сах не оказался в архиве, он бы не узнал о том, что в деле замешан еще один дракон. Надо будет обязательно Дерриху рассказать.

Первый особняк, к которому подкатила карета, располагался буквально в пяти минутах пути от дворца. Здание из неброского серого гранита выглядело сурово и основательно, а острые пики поверху огораживающего территорию забора — внушающими уважение. Просто обставленная приемная, в которой самой новой вещи было не меньше трехсот лет, а бронзовые гарпии-стражи, сидящие на постаментах по обе стороны двери, были старше пресловутых Объединенных лабораторий минимум на век, вызывала трепет.

Хозяином всего этого великолепия оказался вполне заурядный невысокий лысоватый мужчина с мелкими чертами лица и добродушными морщинками возле глаз. Удобный и разношенный зеленый домашний камзол плотно сидел на крепкой фигуре человека, проведшего молодость на военной службе. Фрейлина чинно раскланялась с ним, радостно обнялась с выскочившей из-за спины отца бледной девушкой примерно такого же, как она, возраста и упорхнула куда-то вглубь дома, на ходу рассуждая о благотворительности, фасонах платьев и нуждах городских больниц для бедняков. К магу подступил слуга, на круглом лице которого застыло выражение невозмутимого равнодушия.

— Пока леди занята, тейир сопровождающий желает выпить вина или осмотреть портретную галерею?

Сах изобразил легкую задумчивость:

— Пожалуй, для вина еще слишком рано. Я бы хотел осмотреть портреты. Должно быть, в таком древнем роду было много знаменитых людей?

— О, разумеется. Самый первый представитель рода Перрвейнов прославился именно на поле боя, когда спас короля Бераната Второго во время прорыва войск… — завел слуга заученный речитатив, увлекая Саха в сторону, противоположную той, где скрылась Рувира.

Открывшийся вскоре перед магом коридор оказался длинным и был завешен картинами в два ряда. На третьем изображении от входа, потемневшем от времени и покрытом едва заметной паутинкой трещин, маг заметил сурового воина в доспехах знакомой формы. «Как минимум один есть».

ГЛАВА 7.

К вечеру бесконечная череда надменных вельмож на портретах слилась для Саха в одно размытое красочное пятно, которое вставало перед глазами, стоило прикрыть веки. Пятно покачивалось, блестело массивной позолоченной рамой и бубнило о свершениях, славе рода и еще чем-то, пониманию мага недоступном. Время от времени бубнеж перекрывался счастливым чириканьем фрейлины, которая после двух дюжин светских визитов расцвела и похорошела пуще прежнего.

Впрочем, послушать о девичьих радостях удавалось только в карете, везущей королевских посланцев от одного дома до другого. Сейчас же Сах поощрительно кивал очередному провожатому, визгливо распинающемуся о заслугах хозяев. Если этот кошмар — непременное условие придворной жизни, столь желаемой многими магами, в том числе и уважаемыми умудренными опытом мэтрами… Видал он такую карьеру на погребальном костре в кандалах и с колом в каком-нибудь жизненно важном органе. Преподавателем в академии быть однозначно лучше.

Насчитав восемь предков каррасцев, Сах обнаружил, что галерея подошла к концу. Дедок-рассказчик проводил внимательного молодого гостя в приемную и оставил дожидаться свою спутницу в компании с чаем и крошечными хрустящими пирожками на восточный манер. Маг с отвращением взял в руки изящную, выполненную из разноцветного стекла чашку, но пить не стал. Одиннадцатое чаепитие за половину дня будет лишним. Лучше отметить в списке количество «правильных» портретов.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что, кроме развешенных по стенам чучел охотничьих трофеев, за ним никто не наблюдает, маг достал из-за пазухи помятый лист бумаги и свинцовый карандаш. Список на данный момент включал в себя двадцать три фамилии, и нынешняя запись должна была его — слава высшим силам! — завершить. Сах старательно вывел: «Род Тривенов — 8», поднял глаза и обнаружил перед собой давешнего дедка, с удивлением и беспокойством рассматривающего перечень могущественнейших дворянских фамилий с непонятными цифрами напротив каждой.

Тьма! Как он так незаметно подкрасться умудрился?! Сах с безмятежным лицом студента-старшекурсника, прячущего на экзамене шпаргалку, убрал бумагу обратно за пазуху и взялся за еще теплый чай. Допрашивать посланца особы королевской крови никто не посмеет. Зато местная знать еще долго будет решать логическую головоломку: чего это у Тривенов восемь, у Жайтов — двадцать пять, а у знатнейших и богатейших Юллоков всего четыре. В том, что держать при себе новость о подозрительном списке слуга не будет, маг даже не сомневался.

Представив себе возможные слухи по этому поводу, Сах заулыбался вдвое безмятежнее. Интересно, его величество сильно ругаться будет? Или камера в каземате, и никакой изящной словесности?

Напряженную тишину разрядило появление Рувиры. Девушка вплыла в приемную под ручку с наследником главы дома — любезным светловолосым тейиром лет пятидесяти. Тот рассказывал ей какую-то обработанную до состояния пристойности байку из своего боевого прошлого. Кажется, она собиралась еще немного поболтать, но присмотрелась к Саху, затем к старику и решила прощание не затягивать.

Когда маг наконец оказался во дворце и заявился в комнату к Дерриху, тот уже был на месте и в компании Кирлин допивал чай.

Теоретика передернуло.

А когда дракон раскрыл рот, чтобы гостеприимно предложить чашечку уставшему другу, поспешно поднял руку:

— Не надо. Хватит на сегодня. И пирожков тоже.

Деррих изумленно приподнял брови. Отвлекшийся от драгоценных документов на презренную еду Сах — это что-то новенькое и требующее уточнения.

— Ты умудрился объесться в королевском архиве?!

Магесса от этого предположения поперхнулась, а теоретик горестно вздохнул:

— Если бы. Рувира предложила провести разведку боем и просто обойти всех подозреваемых. Действительно быстрее оказалось — вот список посещенных. Те рода, которые подходят, я галочкой отметил, ну да там и так видно. — Дракон попытался завладеть бумагой, потому что «так» ему не было видно ничего, даже с галочками, но маг поднял список повыше. — Погодь, куда руки тянешь? Сейчас она кончит пудриться, подойдет, тогда и поговорим.

Хорошо представляющая, насколько может затянуться это припудривание, Кирлин с умеренным интересом в голосе и невозмутимым лицом задала провокационный вопрос:

— А род Вийтов в число отмеченных попадает?

— Нет, — насторожился маг. — А что?

— Странно… Очень странно…

Отрешенно величественному виду девушки мог бы позавидовать и какой-нибудь вершитель мира, размышляющий о том, как лучше расположить новенькие, свежесозданные континенты, которые — вот незадача — оказались малость великоваты и на уготованные им места никак не влезают.

Любопытство, которое, как казалось магу, напрочь отбили двадцать четыре исторические лекции подряд (часто противоречащие не только архивным записям, но и друг другу), зашевелилось и вылезло вперед, нагло отодвинув с дороги усталость, раздражение и прочую мелочь, путающуюся под ногами.

— Вы что, уже нашли того, кто украл Сферу?

— Почти. Но ты прав, — девушка ослепительно улыбнулась и, не удержавшись, стрельнула глазами на дракона, незаметно тянувшего руки к бумаге, — нам следует подождать Рувиру. Ей ведь тоже будет интересно послушать.

Бросок дракона принес лишь частичный результат — в прямом смысле слова. Хорошо знающий друга маг в последний момент отдернул руку со свитком, но недостаточно быстро, и Дерриху в качестве трофея досталась половина измятой бумажки.

— Варвар, — беззлобно прокомментировал порчу имущества Сах и убрал оставшуюся у него часть бумаги обратно за пазуху.

Причина такого спокойствия открылась дракону сразу, как только он расправил доставшийся ему клочок — оказывается, список занимал не весь лист, а только верхнюю его часть, и на оставшемся у Дерриха куске значилось только две последние фамилии. Цифры рядом с ними стояли весьма скромные, так что кандидатами в подозреваемые они быть не могли. Над ухом разочарованно вздохнула магесса, которая не удержалась в рамках приличествующей леди сдержанности и, приподнявшись со своего места, наклонилась посмотреть. Дракон покосился на открывшееся с интересного ракурса декольте и сдержал точную, но не вполне приличную характеристику в адрес Саха. Если Рувира не поторопится, они тут на почве любопытства переругаются все.

К счастью, фрейлине это простое человеческое чувство тоже не было чуждо, так что уложилась она в рекордно короткие сроки. Спустя каких-то сорок минут взаимных поддразниваний и попыток выудить из собеседника информацию собравшиеся услышали стук в дверь, и в комнату влетело облако кремового шелка, за которым при некотором усилии можно было разглядеть довольную собой и своим нарядом Рувиру.

— Добрый вечер. — Ослепительная улыбка отразилась в начищенных до блеска медных предметах и посуде, осветив комнату не хуже, чем дополнительный канделябр на пять свечей. — Надеюсь, я не опоздала?

— Ничуть. Как раз тебя ждем. Присаживайся. А ты, Сах, начинай.

Деррих уступил даме свой стул и привычно перебрался на скамеечку у камина.

Маг без возражений вынул свою половину списка и приложил к ней оставленную на столе вторую часть. Сверился.

— В общем, не знаю, что вы нашли на Вийтов, но у них в роду каррасцев не было вообще. Они больше по магической и административной части, если я правильно помню то, что слышал. Зато у Жайтов, Лиокков, Чеоннов и Толонов количество славных предков, состоявших в этом отряде, вполне подходящее — от двадцати одного до двадцати восьми. Более конкретно сказать не могу. Рувира, тебе удалось что-нибудь полезное узнать про эти семьи?

Девушка задумалась и неопределенно покрутила запястьем:

— Зависит от того, что ты считаешь полезной информацией, Сах. Лиокки подписали на днях крайне выгодное соглашение с одним гномьим кланом. Настолько выгодное, что есть только два варианта: либо они использовали какие-то неприглядные приемы, чтобы это соглашение выбить, либо их крупно надули, только непонятно в чем. Глава рода не страдает ни от излишней легковерности, ни от железных моральных принципов, так что я склоняюсь к первому варианту. У Чеоннов неожиданно умер самый богатый представитель фамилии, сэр Тайсарих, не оставив ни прямого наследника, ни завещания. Они сейчас между собой разбираются, да с таким пылом, что, боюсь, еще пара внезапных смертей и несчастных случаев — вопрос времени. Стоило больших усилий втянуть главу рода в разговор, чтобы дать тебе время на осмотр галереи, сэр Леустис все время пытался свернуть беседу и вернуться к делам. Не завидую ему — род Чеоннов всегда был беспокойным, а сейчас стал и вовсе не управляемым. У Жайтов множество мелких событий вроде свадеб, союзов, дуэлей, не слишком удачных приобретений, стычек с соседями и прочего. Если среди них и есть что-то важное, то вычленить это среди прочего я сейчас не могу. Леди Ратана болтала без остановки, еле удалось сбежать. — Девушка передернула плечиками, заставив Дерриха задуматься. Это какими же талантами надо обладать, чтобы даже словоохотливая фрейлина признала собеседницу болтушкой? Нет, лучше не знать. И лично с этой достойной леди не встречаться.

Между тем Рувира продолжала делиться новостями:

— Толоны старательно пытаются скрыть тот факт, что практически полностью разорились, но каждый раз, когда я захожу к ним, дорогих старинных вещей становится все меньше, а сегодня я не нашла на обычных местах несколько фамильных реликвий и почти половины книг из библиотеки. Их и раньше было не очень много — последние пять поколений Толоны образованием не увлекались, может, потому и дела у них так плохо пошли. Не исключено, что некоторые из книг или раритетов при продаже могли попасть не в те руки. К тем же Вийтам, например. А что вы против них нашли, кстати? На редкость заурядный род. Не припомню, чтобы за всю историю своего существования он отметился хоть чем-то выдающимся.

Деррих перебрал в уме полученную за день информацию и решил, что «не попадались» и «не делали ничего интересного» — разные вещи.

— Как минимум одно выдающееся деяние они совершили — похитили Сферу Энцирры у арнивитов. Не так-то просто ограбить сокровищницу главного храма. Если конкретнее, то отличился молодой Оталлес Вийт, племянник начальника храмовой службы безопасности. После похищения исчез сам, поиски разъяренного дядюшки пока что результатов не принесли.

Фрейлина с легким удивлением кивнула какому-то воспоминанию и только после этого сфокусировала взгляд на собеседниках.

— Припоминаю его. Довольно милый молодой человек. Показывал мне на Весеннем балу фокусы с использованием магии. Но серьезного впечатления он тогда не производил: коренастый, круглоглазый, лопоухенький. Шутил неловко.

Кирлин, которая и под страхом повешения не смогла бы припомнить этого типа, хотя была на тех же балах, что и подруга, поежилась.

— Судя по тому, что рассказал его дядя, это весьма серьезный сэр, не гнушающийся грязных приемов. По крайней мере, устроить перелом ноги старой женщине он не постеснялся.

Как именно он обеспечивал этот перелом, магессе думать не хотелось. И без того казалось, что в комнате вдруг стало по-осеннему зябко. Горячий ветер, залетающий внутрь через распахнутое окно, не облегчал ситуацию, а только вносил в чувства неразбериху.

— Итак, — подвел итог маг, заполняя неловкую паузу, — у нас есть четыре рода, склепы которых надо проверить, и один беглец, вероятно, сообщник владельца доспехов, которого и без нас ищут. Опять разделимся?

— Не думаю, что это хорошая идея. — Деррих откинул со лба слипшиеся от пота волосы и пожалел, что в присутствии дам нельзя снять камзол. Похоже, недавняя жара, ненадолго отступившая перед дождями, решила снова вернуться и добить тех, кто пережил ее предыдущую атаку. — Раз они сообщники, то должны быть где-то рядом. Поэтому лучше не распылять силы, а вплотную заняться кем-то одним. Лучше владельцем доспехов.

— Почему не Вийтом? — Сах, у которого высокородные дворяне за день встали поперек горла, возвращаться к ним не хотел, хоть к живым, хоть к мертвым. По крайней мере, не в ближайшую пару лет. — Про него-то точно известно, что он участвует, а сообщника еще искать придется.

— Потому что, как ты и сказал, Оталлеса и без нас ищут. И я не думаю, что мы сумеем найти беглеца скорее, чем профессионал, имеющий не только необходимые навыки, но и связи. А вот доспеховладельцами, кроме нас, заняться некому.

Положение сильно облегчала традиция дворян свозить всех почивших родственников, включая погибших в дальних походах, в одно место, возникшая после усиления школы некромантов. Секреты рода, которые не удавалось выпытать у живых, эти маги могли без проблем узнать у мертвых. А так как родовые поместья, в отличие от столичных, время от времени подвергались лихим соседским набегам, все ценное стали свозить поближе к бдительному королевскому оку.

— И как же ты предлагаешь это сделать? Прийти и вежливо попросить вскрыть саркофаги почтенных предков?!

Фрейлина, обладавшая живым воображением и лучше остальных знавшая светскую жизнь, первая представила реакцию на такую просьбу и вклинилась в разговор.

— Я думаю, что надо дождаться возвращения его величества и обсудить этот вопрос с ним. Или хотя бы посоветоваться с Уэлтой. Возможно, она как представитель правящей семьи сможет в этом помочь.

Тянуть время, дожидаясь возвращения монарха, не хотелось ни Саху, ни Дерриху, поэтому они тут же уцепились за второй вариант.

— И когда можно будет к ней заглянуть?

— Сегодня еще не поздно?

Девушки не менее дружно закатили глаза, и магесса снисходительно пояснила:

— Чтобы вы знали, для обитателей дворца сейчас середина дня, а не вечер. Это только мы в такую рань вскочили, а нормальные люди встали приблизительно тогда, когда мы обедать пошли.

Сах, который лично видел, сколько человек бегает утром по дворцу, хотел было возразить, но потом припомнил, что никого именитого или титулованного действительно в этом мельтешении не заметил. Вот и отлично!

— Тогда идем к ней! — И Сах первый двинулся к двери, но внезапно остановился. — Деррих, чуть не забыл со всеми этими дворянами. В деле участвует еще один дракон. В архиве были следы того менестреля, от которого мы впервые услышали новость о том, что ее высочество перевезли в Озерный Клык.

Приемная Уэлты была небольшой и светлой. Здесь казалось, что солнце стоит еще высоко — и благодаря тому, что два широких окна выходили на южную сторону, и из-за умелой расстановки зеркал, и за счет мебели и отделки стен, выдержанных в светлых палевых тонах. Единственным ярким пятном был пестрый ковер на полу, но он не разрушал гармонию, а подчеркивал.

Сама принцесса сидела с вышивкой около окна в окружении стайки подружек и, похоже, рассказывала что-то захватывающее. Судя по тому, как живо и заинтересованно обернулись к вошедшим девушки, разговор шел о дорожных приключениях. Когда же Уэлта велела фрейлинам выйти, простой интерес сменился столь яростным любопытством, что Деррих ощутил желание втянуть голову в плечи — этим только попадись, вмиг всю чешую ощиплют и не посмотрят, что дракон большой и страшный. К счастью, спорить с особой королевской крови фрейлины не стали и гуськом потянулись на выход.

Выдержав прощальный обстрел заинтересованными взглядами, вновь прибывшие подошли ближе к Уэлте и после приглашающего кивка опустились в освободившиеся кресла — куда более удобные, чем те, о которые второй день подряд отбивал лопатки дракон.

Деррих перебрал в уме составленный в храме список вопросов. Не забыть бы чего-нибудь важное со всеми этими поисками. Например, поздороваться и спросить, как дела.

Посторонние вопросы о самочувствии принцессы, здоровье раненых, отправке дополнительных целителей и графских доспехах разрешились быстро, а вот над проблемой осмотра склепов Уэлта крепко задумалась:

— Нет, я ничем помочь не смогу. Могилы предков — это такое дело, в котором даже король приказывать не может. Только объяснить ситуацию и вежливо попросить глав родов посмотреть, все ли в порядке, а потом сообщить результаты. Согласятся наверняка не все, да и где гарантия, что скажут правду? В любом случае, это будет затея не меньше, чем на неделю.

Саха, который все еще надеялся успеть к началу учебного года, такой вариант не устраивал совершенно.

— А по-другому никак? Ну поговорить индивидуально с каждым из четверых глав, намекнуть на предыдущие прегрешения и вежливо предложить, чтобы впустили проверяющих? Или вы попросите своих подруг впустить нас потихоньку? Мы быстро управимся, никто лишний не узнает.

На последней фразе Уэлта возмущенно округлила глаза, но тон ответа был по-прежнему ровный.

— Первый вариант возможен, но для него вам нужна не я, а папа. И я не уверена, что он согласится. А во втором случае об осмотре склепов будет знать весь Черралис через три дня. И хорошо, если не в сильно приукрашенном варианте. Хотя… пожалуй, Тэллу Лиокк можно уговорить. Она не болтлива и любит участвовать во всяких безумных затеях.

— И еще Риваю Чеонн, — подсказала Кирлин.

Идея подбить на участие в подобном мероприятии Риваю, похожую на толстую печальную мышку, показалась остальным дамам странной.

— Вряд ли. Она же страшная трусиха!

— Зато и болтать не будет — побоится. К тому же не обязательно тащить ее в сам склеп, пускай снаружи подождет. Главное — убедить, что это нужно для поимки тех негодяев, которые на тебя покушения устраивали. Она добрая и за тебя сильно переживает, так что постарается свой страх ради такого дела перебороть.

Принцесса смущенно потеребила вышивку. После такой характеристики втравливать Риваю в противозаконные мероприятия было немного совестно, но делать же что-то надо!

— Пожалуй, ты права, она славная. Что же до двух оставшихся родов, то тут положиться не на кого. — Не вполне отошедшая от авантюрно-героических историй, рассказываемых фрейлинами, обычно рассудительная Уэлта поразмыслила и заявила, к полному обалдению слушателей: — Думаю, самое простое будет вам самим слазать и посмотреть. Склепы — не сокровищница, стоят отдельно от главного родового дома, и охраняет их, как правило, один сторож преклонного возраста и одно заклинание, подновляемое раз в год. Дамы, покажете тейирам, где что находится?

Реакция девушек оказалась однозначной и свелась к дружному: «Нет!».

Кирлин вздернула подбородок и непреклонно заявила:

— Я боевой маг, а не некромант, и ночью на чужих фамильных кладбищах мне делать совершенно нечего.

— А я вообще не маг. И могу совершенно точно сказать, что придворные дамы по чужим склепам без приглашения не ходят. Да и с приглашением — тоже не слишком часто.

Дерриха, который уже имел небольшой опыт ночного посещения человеческих кладбищ и ничего страшного там не нашел, заинтересовало другое.

— А что с нами будет, если поймают? С осквернителями могил никто церемониться не станет, а представителей рода, готовых подтвердить, что мы находимся посреди ночи в фамильном склепе по приглашению, рядом не будет.

На возражения девушек сказать было нечего, поэтому Уэлта просто виновато им кивнула, а вот от слов дракона отмахнулась, как от абсолютно несущественных.

— Не понимаю, как вас могут поймать, если по ночам спят все, включая ночного сторожа. Самое серьезное препятствие, которое вам может попасться, — это замок и охранное заклинание, но думаю, что для вас они проблемой не станут. Или, если так уж опасаетесь, ждите папу. Но я не исключаю вариант, что он предложит вам то же самое, только в более дипломатичных выражениях.

Как ни странно это звучало, но Деррих понял, что жажда приключений, подтолкнувшая его в самом начале этой истории к путешествию, никуда от перенесенных невзгод не делась. И в самом деле — что такого? Кладбищ дракон никогда не боялся, ни дневных, ни ночных. Сторожей тоже. Вряд ли там магистр в засаде сидит, так что перекинуться и улететь с Сахом в лапах ничто не помешает. В целом мероприятие по его представлениям проходило по разряду «залезть в сад к соседу-скупердяю и нарвать яблок», только пользы от этого действа будет больше, а удовольствия — меньше.

— Согласен. А ты, Сах?

Маг сомневался, что мудрый и рассудительный монарх может одобрить такую авантюру, скорее затеет долгие переговоры, а потому поспешил присоединиться к дракону. Некогда ему по дворцам рассиживаться и результатов ждать. Охранные заклинания для него не проблема, а с остальным Деррих разберется.

— Я тоже согласен, что это лучший вариант. Только хорошо бы был еще кто-нибудь — и ради безопасности, и для ускорения осмотра. Вдвоем нам быстро не управиться. Нет-нет, леди, вас я в виду не имею, но, может, кто-то из наших бывших спутников захочет поучаствовать в деле, наказуемом законом и осуждаемом традициями?

— Захочет, не беспокойтесь. — Довольный блеск в глазах принцессы не предвещал ничего хорошего будущим добровольцам. — Идите пока, готовьтесь, а я за ними пошлю.

Ничего, требующего особой подготовки, в предстоящем набеге не было, поэтому Деррих еще раз плотно поужинал и положил еды на четверых в дорожный мешок. Ночь предстоит длинная, а пугать сторожей голодным бурчанием в животе не стоит. Больше делать было абсолютно нечего.

Дракон раздумывал, не прилечь ли ему подремать до заката, когда явились обещанные Уэлтой помощники.

Ни граф Тарвет, стоящий посреди комнаты, ни таул Арвиус, вежливо держащийся за его плечом, довольными не были. Граф выглядел особенно кисло.

— Ее высочество рассказала нам суть предстоящего дела и также просила передать тебе, что проводником по городу будет таул Арвиус.

Маг коротко поклонился, от чего капюшон слишком просторной мантии, вероятно, одолженной у какого-то знакомого, съехал на нос. Подол, рукава и кромку капюшона украшал белый орнамент-плетенка, через каждую пядь складывающийся в причудливые узлы. Дракон никогда таких обозначений не видел и решил для себя, что это какая-то местная магическая школа. Интересно, чем ее адепты занимаются?

Граф нетерпеливо дернул подбородком, вновь переключая внимание собеседника на себя:

— С девушками договориться удалось. Ривая Чеонн будет ждать нас через два часа после заката у малой садовой калитки, которая выходит в Свечной переулок, а леди Тэлла Лиокк — через час пополуночи у южной галереи особняка. Через стену можно перелезть со стороны хозяйственного двора. — При этих словах дворянин скривился самым неаристократическим образом, видно, привык, что его через парадный вход и с почестями впускают. — Там перед забором какой-то особо удобный для этих целей платан растет. Оставшиеся дома будем осматривать сами. Планировка у особняков примерно одинаковая: через хозяйственный двор — в сад, а там в каком-нибудь укромном уголке вход в подземный склеп, так что не заблудимся.

Деррих глубокомысленно кивнул, показывая, что услышал и понял, а потом задал бестактный вопрос, который мучил его с тех пор, как он увидел своих будущих подельников на пороге:

— Как Уэлта смогла вас уговорить?

Тарвет сердито вскинулся, а потом неожиданно честно ответил:

— Раз уж я собираюсь на ней жениться, то должен же я сделать для нее хоть что-то полезное. В том походе все, кроме меня, успели отличиться.

Попавший под раздачу заодно с работодателем маг только глаза к потолку возвел. Впрочем, идею незаконно проникнуть в чужие дома боевой маг воспринял гораздо спокойнее, чем Тарвет. Деррих подозревал, что опыта у него в этом деле больше, чем у всех троих младших спутников вместе взятых.

Бросив взгляд за окно, Арвиус предложил, избавив дракона от необходимости изобретать вежливый ответ на графскую откровенность:

— Давайте встретимся за четверть часа до назначенного срока у памятника архимагу Нертаусу, он прямо напротив Северного дворцового крыльца. Оттуда до особняка Чеоннов чуть больше десяти минут ходу, так что придем как раз вовремя. Не стоит заставлять юную леди ждать. А сейчас желательно немного отдохнуть — не знаю, как у вас, а у нас день был насыщенный.

— Договорились. — Деррих сдержал любопытство и не стал интересоваться, чем именно был насыщен день графского мага и самого Тарвета. Ночью возможность поговорить наверняка будет, а непринужденный разговор после совместного преодоления трудностей завязывается легче. Может, им тоже что-то интересное поручили?

Ближе к полуночи небо затянуло плотными облаками, поэтому статую пришлось искать чуть ли не на ощупь. В ночной мгле виден был только огромный расплывчатый силуэт, который скорее мог изображать двух дерущихся гарпий или эпическое сражение за ветряную мельницу, но, судя по тому, что навстречу дракону и магу от постамента шагнули две тени, это был именно Нертаус. Деррих вежливо кивнул зевающим в кулак спутникам и еще раз покосился на памятник, пытаясь разглядеть в причудливых очертаниях фигуру архимага. А когда это не удалось, сделал мысленную пометку вернуться сюда днем и посмотреть на творение неизвестного скульптора поближе.

До дома Чеоннов шли молча, выстроившись гуськом за Арвиусом. На пустых улицах, стиснутых каменными стенами, гулко отдавался каждый звук, начисто отбивая охоту к разговорам.

Маг шагал быстро и уверенно, не задумываясь, сворачивал на перекрестках и вывел компанию к неприметной калитке в четырехметровой известняковой ограде даже раньше, чем обещал. Стоять под забором, дожидаясь то ли патруля стражи, то ли назначенного срока, никому не хотелось, но им повезло. Стоило нетерпеливому Саху легонько стукнуть в неровную занозистую доску (просто так, для проверки), как калитка приоткрылась, и на мага совершенно круглыми испуганными глазами уставилась пухленькая девица с бюстом более чем интересного размера. В одной руке у нее был тусклый потайной фонарь, другой она придерживала за ошейник огромного гладкошерстного сторожевого пса, достававшего в холке ей до пояса. Псина, в отличие от хозяйки, глядела на поздних визитеров с деловитым любопытством — пыталась определить, кусать их или вежливо повилять хвостом и пропустить.

Девушка высунулась за дверь чуть дальше и срывающимся шепотом поинтересовалась у всех сразу:

— Тейир Карв?

Деррих подивился отменной памяти Уэлты на имена — свою фамилию он упоминал при ней только один раз. С другой стороны, для обитателей дворца этот навык наверняка жизненно необходим, а то назовешь какого-нибудь посла чужим именем, потом проблем не оберешься.

— Рад знакомству с вами, леди Ривая. Это мои спутники — таул Тэйсах, граф Тарвет Киартский и таул Арвиус.

Ривая, которая, похоже, также обладала хорошей памятью, кивнула, успокоенная совпадением перечисленных имен с теми, что ей назвала Уэлта, и заторопилась:

— Идемте скорее, пока сторожа не пришли! Это хорошо, что вы явились пораньше, потому что сейчас как раз они противоположную сторону территории обследуют, я боялась назначать встречу до второй стражи, думала, что в доме еще могут не уснуть, но все легли спать, как обычно, так что можно не дожидаться, когда тейир Павект и Ладька сдавать смену пойдут, сейчас тут и так никого не будет…

Не переставая шепотом тараторить, Ривая развернулась и шустро засеменила по едва видимой в свете фонаря тропинке, испуганно приседая при каждом громком шорохе. Собственные слова о том, что сейчас в саду никого быть не должно, успокаивали девушку слабо. Псина, отнесшая посетителей к разряду «гости», бежала рядом, то и дело норовя улизнуть в сторону или остановиться понюхать особо интересный куст, но маленькая рука цепко держала за ошейник.

Чем ближе становился вход в склеп, тем быстрее и сбивчивее делался шепот, пока неожиданно не наступила тишина.

— Что?! — встрепенулся граф, пытаясь разглядеть из-за спин дракона и Арвиуса происходящее впереди.

— Да что там? — Сах, оказавшийся в хвосте процессии, был недоволен своим местом еще больше графа — быть замыкающим не всегда приятно, но пропихиваться в середину счел невежливым. Оставалось только полагаться на магию и то, что возможный противник не сможет отразить военно-бытовые переделки теоретика. Взбодриться не получалось — ему тоже казалось, что кусты по сторонам тропинки шуршат как-то слишком зловеще.

Девушка указала фонарем куда-то в глубину сада:

— Вот вход в склеп. А я дальше не пойду. Подожду вас тут.

Отдавать фонарик леди не спешила, зажигать магический огонек на чужой территории Дерриху не хотелось, поэтому он примерно запомнил направление и пошел вперед. Только сейчас дракон сообразил, что опять отправился на ночную вылазку без фонаря. К сожалению, в этот раз предусмотрительная Кирлин осталась во дворце.

Графу идея следовать за злокозненным ящером во тьму и неизвестность не приглянулась, и он потянул старшего чародея за край мантии.

— Может, зажжете уже свой магический светильник или как его там?

Покачивания головой никто не увидел, но Арвиус на это и не рассчитывал. Пояснил вслух:

— Нельзя. Тут по всей территории поместья растянута паутинка, реагирующая на чужую магию. Один блокиратор у меня есть, но включать его лучше у самой двери, чтобы не кончился раньше, чем мы защитное заклинание вскроем.

Сах, который как раз сам собирался зажечь светляка, прислушался к ощущениям и ничего подозрительного не заметил:

— А она точно есть? Я ничего не вижу.

Тон мага приобрел наставительные нотки.

— Отсюда ее почувствовать невозможно, пока не сработает. Я знаю о защите, потому что несколько раз бывал у главы рода Чеоннов по… профессиональным делам и видел заклинания, что называется, изнутри.

— Прекрасно, — снова подал голос граф. Тон у него при этом был недовольный. — Я уже давно понял, как мне с вами повезло. А теперь скажите, никому не кажется, что мы забираем влево?

— Нет вроде.

— Мне тоже кажется, что мы как-то долго идем, — поделился впечатлениями Сах. Кусты слева шебуршали все отчетливее, а теоретик вдруг вспомнил, что лекцию по кладбищенской нечисти он в свое время прогулял. И одну из лекций по нежити тоже.

В этот миг Деррих, который мысленно согласился с другом, понял, что они уже пришли — тропинка вдруг превратилась в первую ступеньку уходящей вниз лестницы, и оступившийся дракон чуть не рухнул вниз. Инстинктивно взмахнув руками в поисках опоры, он уцепился за что-то, скорее всего, за столбик, поддерживающий козырек над входом.

— Пришли уже.

Идущий следом боевой маг поймал дракона за шиворот и помог восстановить равновесие.

— Вот и отлично. Сейчас блокиратор поставлю, и можно будет свет зажечь. Так… что тут у нас… — Стоящим у лестницы были слышны осторожные шаги спускающегося человека и изредка — приглушенные поминания «тваревых косоруких строителей». Затем последовала какая-то тихая возня.

— Не могу замок среди этих кованых завитушек нащупать, — пожаловался бесплотный голос спустя несколько минут. — Кто-нибудь хочет его найти вместо меня?

— Лучше я попробую посветить. — Деррих провел частичную трансформацию, отчего шея у него удлинилась вдвое и покрылась чешуей, а челюсти вытянулись, и дохнул пламенем. Язычок огня вышел крошечным и тут же исчез, но после долгой темноты ослепил не хуже боевой ладошки. Впечатление дракона тут же подтвердили три сердитых комментария. — Глаза прикройте, сейчас снова зажгу. И да, увидите что-нибудь страшное — боевыми заклятиями не кидайтесь, это я.

Во второй раз получилось лучше, и Арвиус, кося одним глазом на преобразившегося спутника, наконец активировал свой артефакт.

Убрать защиту с двери и сковырнуть замок удалось за минуту, после чего маг отворил кованую решетку, закрывавшую проход, и сделал широкий приглашающий жест в сторону темного провала гробницы.

— Прошу. И, кстати, Деррих, можете уже принять человеческий облик, я зажгу магический огонек.

Длинный коридор с двух сторон обрамляли постаменты с каменными саркофагами. Благородный серый гранит покрывал еле заметный растительный орнамент, в который резчики искусно вплели гербы дома Чеоннов. Над каждым постаментом висела позеленевшая от времени бронзовая доска с указанием имени покойного.

Деррих послал своего светляка вглубь коридора, и магический огонек высветил пересечение с еще одним, точно так же заставленным саркофагами туннелем.

— Сах, а ты нужные имена помнишь? Как это «нет»?!

ГЛАВА 8.

В склепе рода Чеоннов ничего предосудительного или опасного найти так и не удалось, тем не менее компания вылезла из него с большим облегчением.

Темный ночной сад по сравнению с подземельем сразу стал мирным и уютным. Однако вынырнувшая из кустов псина была встречена мгновенно обнаженным мечом, двумя, к счастью, так и не сорвавшимися с пальцев заклинаниями и широким оскалом. Оскал собаку заинтересовал, но Деррих уже разглядел приближающуюся леди и смущенно потер лицо руками, ускоряя обратную трансформацию. Что это он, в самом деле?

Появившаяся из-за поворота дорожки Ривая подняла фонарь повыше, разглядывая вылезших из склепа и не торопясь подходить ближе.

— Тейир Карв?

— Да, леди. Все в порядке, — поспешил успокоить девушку дракон. Судя по колеблющемуся свету фонаря, рука у девушки слегка подрагивала, поэтому он решил на всякий случай уточнить: — Вы проводите нас до выхода? Сами мы в темноте можем блуждать долго.

Стоило Ривае представить, что будет, если старшие родственники обнаружат четверых ночных визитеров, которых именно она впустила на территорию дома, как все прочие страхи мгновенно улетучились. Даже руки дрожать перестали.

— Разумеется, провожу. Следуйте за мной, тейиры.

Арвиус, уже сделавший шаг вслед за остальными, спохватился и под укоризненным взглядом пса принялся отдирать от решетки блокиратор.

Обратный путь до калитки вышел куда короче. Или, может, показалось? Раскланиваясь на прощание с Риваей, Сах постарался вложить в улыбку всю благодарность, на которую сейчас был способен. Особенно сильно проявлению любезности помогало то, что тусклый свет фонаря, поднятого девушкой повыше, освещал как раз немаленького размера грудь. Перевести взгляд на скрытое в тени лицо оказалось трудно.

— Спасибо за помощь в расследовании преступлений против Короны, леди. Было приятно работать вместе с такой отважной девушкой, как вы.

— Я рада помочь Уэлте, — смутилась леди и едва заметно пожала плечами. Бюст интригующе колыхнулся. — Но вы мне льстите. Храброй меня еще никто не называл.

Привлеченный разговором, а более того — открывающимися видами, Деррих совершенно неаристократично фыркнул:

— Вы не побоялись отвести ночью королевских посланцев к захоронению, а потом целый час дожидались одна, в темноте, чтобы проводить обратно. По-моему, для этого требуется храбрость. — Выражение лица Риваи в темноте было не разобрать, но после этих слов в ментальном фоне девушки помимо смущения и задумчивости появилось что-то новое… Опознанию не поддающееся, но вызывающее желание продолжить знакомство. Желательно — в более благоприятной обстановке. — А если вдруг чего-то испугаетесь, вспомните это приключение, и сразу все станет нипочем.

Молча наблюдавший за диалогом Арвиус дождался, когда за приосанившейся девушкой закроется дверь, и тихонько хмыкнул в усы:

— Вряд ли остальные фрейлины обрадуются этим переменам. Впрочем, нам сейчас надо думать о другом.

Прозвучавший в его голосе намек два молодых человека и дракон предпочли не заметить, поэтому старшему магу ничего не оставалось делать, кроме как еще раз хмыкнуть, на этот раз неодобрительно, и двинуться к дому Лиокков. Патруль стражи, попавшийся навстречу и сунувшийся выяснять личности ночных гуляк, увидел универсальный пропуск — воспаривший над ладонью мага язычок огня, и исчез в боковом переулке. Несомненно, запомнив приметы всех четверых для последующего доклада. Дворянские районы испокон веков охранялись на совесть.

Вдоль задней ограды поместья Лиокков произрастала целая аллея старых кряжистых платанов.

Граф уверенно направился к третьему, провел рукой по низкой широкой ветке и поднял брови, почувствовав ладонью содранную кору.

— Сразу видно, что в доме одиннадцать девушек на выданье. Пожалуй, тут нам стоит опасаться не нежити, а отцов и братьев этих леди. Даже если прямо в склепе, а не в дамском будуаре поймают, все равно дело свадьбой закончится.

В душе Саха шевельнулось нехорошее предчувствие.

— А кстати, почему это леди Тэлла назначила встречу у галереи дома, а не у входа в сад?

— Не знаю, — хмуро откликнулся граф, первым влезая на дерево. Конечно, Уэлта обещала помощь и прикрытие в случае неприятностей, но вот вопрос — сочтет ли она неприятностью женитьбу своего излишне настойчивого поклонника? Потом влез на ветку повыше… еще повыше… и еще повыше. Все они носили следы его предшественников. — Вдруг через здешнюю садовую ограду вообще не перелезть? А ключа от калитки у нее может и не быть.

Наконец перегнувшись через стену, Тарвет заглянул во двор и увидел внизу тускло отблескивающую в лунном свете черепичную крышу какого-то небольшого хозяйственного строения, которую предполагалось использовать для спуска. Слева, из-за угла жилого дома, виднелись отсветы волшебных фонарей, горящих на чистом дворе всю ночь напролет. Лиокки не скупились, обустраивая столичную резиденцию.

— Давайте быстрее, пока никого нет!

Без приключений перебравшись на охраняемую территорию, компания гуськом потянулась к темнеющей на фоне беленой стены лестнице в галерею. Когда вырвавшийся вперед Сах поравнялся с очередным окном первого этажа, ставень чуть слышно скрипнул, и женский голос с надеждой и изрядной долей сомнения поинтересовался:

— Гэррван, это вы?

— Увы, нет, леди, — учтиво поклонился в сторону голоса маг, авансом поднимая статус собеседницы на максимально возможную высоту.

В легком вздохе, послышавшемся в ответ, разочарование поровну мешалось с любопытством, но задавать неприятные вопросы собеседница не стала и снова затаилась на своем наблюдательном посту.

Деррих, следовавший за магом, пробираясь мимо злополучного окна пригнулся пониже, чтобы его не было видно, и порадовался вольным столичным нравам. Ну где еще, обнаружив ночью во дворе непонятный мужской силуэт, не кричат: «Караул, воры!», а с придыханием спрашивают: «Это ты, милый?».

К счастью, больше до самой галереи никого постороннего не попалось. Либо они просто постеснялись обнаружить свое присутствие — однажды дракону почудилось шевеление на крыше, но лезть и проверять он не стал. Стражу не зовут — и ладно.

Лестница из драгоценной, терпко пахнущей таороновой древесины, которая, как известно, не горит, не гниет и не по зубам разнообразным древоточцам, слава предкам, не скрипела. Деррих, начавший подъем на цыпочках, к середине уже шел спокойно и больше смотрел по сторонам, чем под ноги, а потому первым заметил стройный девичий силуэт на фоне светлой стены. И чуть не полетел носом в пол, запнувшись о юбку дремлющей, сидя на скамье у лестницы, пожилой гувернантки. Дама встрепенулась, без нужды оправила манжеты серого, буквально растворяющегося в темноте платья, и зажгла маленький волшебный фонарик, ослепляя ночных визитеров.

— Кто такие? — Сухому строгому голосу мог бы позавидовать иной дознаватель.

— Тейир Даэрлих Карв по поручению ее высочества принцессы Уэлты, — откликнулся дракон и про себя решил, что прием, устроенный леди Риваей, ему понравился больше.

После нескольких мгновений молчаливого рассматривания женщина направила луч в сторону, и проморгавшиеся визитеры смогли рассмотреть седовласую полную даму, имеющую вид всеобщей бабушки — строгой, но доброй, в двух шагах от которой нетерпеливо сплетала и расплетала точеные пальцы хрупкая большеглазая леди, на миловидном лице которой читалось удовольствие от захватывающего приключения.

Увидев, что к гостям вернулось зрение, леди Тэлла вежливо склонила голову и приглашающе повела рукой в сторону дальнего конца галереи, скрывающегося в густой ночной тьме:

— Следуйте за мной, я проведу вас кратчайшей дорогой.

Количество замков и защитных чар на склепе Лиокков впечатляло. Один навесной замок, при попытке открытия которого должна сработать сигнализация, два хитро замаскированных врезных, которые без подсказок стоящей рядом Тэллы вряд ли бы заметили, прежде чем стало слишком поздно, и пять слоев заклинаний активной защиты, рассчитанной не только на обычных воришек, но и на магов. Деррих переглянулся с Сахом, а потом почувствовал настоятельное желание переглянуться и с Арвиусом. Может, хоть он понимает, к чему бы это?

Но нет, старший маг выглядел не менее удивленным. Под взглядами товарищей поколупал ногтем точку привязки парализующего заклинания и пожал плечами:

— Если у леди нет ключей, то чары надо ломать, а потом вешать новые.

Девушка с искренним огорчением развела руками. Жест вышел завораживающе плавный. Дерриху подумалось, что леди Тэлла, наверное, замечательно танцует.

— Ключей нет ни у кого, кроме дяди Шетуса, главы Лиокков. Наш род богат, в могилах можно найти уникальные драгоценности, оружие и артефакты, поэтому сделано все, чтобы защитить покой мертвых от воров.

Объяснение, на взгляд дракона, было так себе. Конечно, какие-то ценности в могилах наверняка есть, но Лиокки не были бы так богаты, если бы хоронили то, что еще может принести пользу живым. Да почившие родственники лично вернулись бы с того света вразумить потерявших соображение потомков, если бы те решились на такую глупость! А между тем, глядя на защиту, можно подумать, что в склепе хранится половина клановой казны…

— Ну раз выбора нет, значит, ломайте. — Дракон проследил за тем, как маги деловито поддернули широкие рукава, чтобы не мешали колдовать, и решил на всякий случай уточнить: — А вы точно сможете обратно все повесить?

В ответ на вопрос началось молчаливое переглядывание, по итогам которого Сах, как главный теоретик отряда, успокоил:

— Не беспокойся. Совсем точно такие же чары не повесим, будет немного попроще, зато с выводом сигнала на те же самые защитные амулеты. Работать будет не хуже, чем сейчас. Никто ничего и не заметит.

Дракон открыл рот для того, чтобы выразить сомнение в таком подходе, но Арвиус перебил:

— Защитный эффект сохранится? Сохранится. Так какая разница, от какого именно заклинания?

И Деррих махнул рукой.

К тому моменту, когда последний замок пал под вражеским натиском, Деррих успел заскучать, проголодаться, вспомнить о мешке с провизией, слегка перекусить и накормить остальных. Женщины на него смотрели после этого ужина на кладбище как на упыря, а вот соратники — с полным одобрением. Как выяснилось, проголодаться успели все, а вот еду взять никто не подумал. На сытый желудок спуск в склеп пошел веселее.

В свете трех магических огоньков — двух желтых и зеленоватого — появился сначала небольшой квадратный зал со статуей Киниара. Бронзовый Хозяин Загробного Мира сидел в стенной нише и смотрел на вошедших с таким спокойным ожиданием на лице, что у дракона на миг пробежал холодок между лопаток. Чушь, конечно, Дерриха он точно не дождется. У драконов свой загробный мир, и никакого Киниара в нем нет.

Решительное встряхивание головой помогло привести мысли в порядок.

— Леди Тэлла… — Оглянувшись, дракон уточнил: — Она наверху осталась? Хорошо. Тогда какие будут предложения, с какого коридора начинать осмотр? — Из зала вело три туннеля, мощенных серой керамической плиткой с узорами из черных и белых спиралей (по одному на стену).

— Самые древние могилы должны быть в том коридоре, который идет прямо, — откликнулся граф как главный специалист по дворянским склепам. — Поперечные туннели начинают копать, когда главный заполнен до конца. Думаю, будет логично начать с него.

Сах уважительно покосился на исчезающие во тьме боковые проходы и припомнил, что ему рассказывал слуга Лиокков, когда водил по портретной галерее.

— Очень древний род. Его представители еще во времена короля Толвериха Рыжего участвовали в захвате Харменга, когда там мятеж подняли.

— Верно, — подтвердил Тарвет. — Об этом даже баллада есть.

Деррих неожиданно почувствовал себя в родной стихии.

— Об этом несколько баллад есть. И о других событиях, произошедших с Лиокками примерно в то же время. Но судя по структуре и характерным оборотам, это поздние обработки старых текстов. Оригиналы до нашего времени не дошли, — пояснил дракон, являвшийся крупным знатоком героических баллад. Заметил удивление в глазах спутников и опомнился. — Но это к делу не относится. Идемте.

Саркофаги, стоящие в центральном коридоре, сильно отличались от тех, что были в склепе Чеоннов. Невероятно массивные каменные ящики, с простой и грубой отделкой. Никаких тебе гербов, барельефов и прочих излишеств. Только спираль, символ Киниара, вырезанная по центру каждой неподъемной крышки, как знак того, что умерший теперь находится в надежных руках, да относительно новые медные таблички с именами.

Арвиус прикинул на взгляд вес гладких каменных плит, прикрывающих саркофаги. Получалось много. А ручек по сторонам нет!

— Тэйсах, здесь вы тоже нужные имена не помните?

— Увы. — Младший чародей произвел сходные подсчеты и пришел к тем же неутешительным выводам. К сожалению, досадовать он мог только на себя. — Ну все равно телекинез не очень много сил отнимает, так что справимся.

После этого оптимистичного заявления Сах с драконом пристроились к первому правому саркофагу, граф со своим магом взялись за первый левый. Спустя несколько мгновений послышался тихий скрежет, а за ним четыре удивленных хмыка.

— Наш гроб пустой! — Деррих обернулся к спутникам и обнаружил, что Арвиус почти что нырнул в свой саркофаг, а граф только из-за аристократического воспитания не присоединился к нему.

— Наш тоже. — Голос так и не распрямившегося старшего мага прозвучал глухо. — И, судя по ощущениям, никакие покойники в нем никогда не лежали. Тэйсах, проверьте ваш на реакцию Райавуса-Керрета.

Смущенный собственной недогадливостью теоретик сплел заклинание, выявляющее следы давней смерти, и не получил ни малейшего отклика.

— В этом тоже покойники никогда не лежали…

Переглянувшись, королевские посланцы кинулись к следующей паре саркофагов. А потом к следующей. Добравшись до конца третьего коридора, дракон уселся на ступеньку постамента и подвел итог:

— Самому старому захоронению здесь сто семьдесят лет, а первые таблички — с датами чуть ли не шестисотлетней давности. Кажется, практика покупать поддельные дворянские родословные старше, чем принято считать у любителей порассуждать о старых добрых временах и современном падении нравов.

— Да, только тогда к этому вопросу подходили с большим размахом и заодно обеспечивали себе и поддельных усопших родственников. — Арвиус слегка поморщился. Не то от подобного жульничества, не то от того, что последние захоронения были настоящими, а два самых последних еще и довольно свежими и пахли соответственно. По-хорошему следовало бы отсюда выбираться, но чешуйчатый прав — такие вещи лучше сперва обсудить подальше от прелестных ушек леди Тэллы.

— Неудивительно, что главы Лиокков обеспокоились тем, чтобы сюда посторонние не проникли. А рядовые члены рода не в курсе. — Сах помолчал и поинтересовался: — Что-нибудь будем делать?

На склеп опустилась гнетущая тишина. С одной стороны, самовольное присвоение дворянства — тяжкое преступление, с другой…

— Должен заметить, что за эти сто семьдесят лет Лиокки с лихвой подтвердили свой титул. И положение одного из самых влиятельных родов империи заслужили честно. — Граф Тарвет, в силу происхождения неплохо знающий новейшую историю, решительно выдвинул вперед челюсть. — И освобождение Рьетского перевала, и спасение короля Нейвиуса во время войны с Аркливией, и еще много всего было на самом деле. Я уже молчу о том, что они дважды оплачивали государственные долги из своего кармана после тех кошмарных неурожайных лет. Так что мы сейчас дружно забудем то, что видели, вернем все на свои места и пойдем к Толонам. Надеюсь, никаких секретов, кроме близкого разорения, у них нет.

Остальные с облегчением кивнули и начали приводить склеп в первозданный вид. Если уж представитель древнего аристократического рода против такого подлога не возражает, то остальным и подавно выступать ни к чему.

Вежливо распрощавшись с леди и заверив ее, что предатель к роду Лиокков никакого отношения не имеет, дракон скомандовал Арвиусу вести их к следующей резиденции.

Только покинув леди Тэллу с ее фонарем, Деррих обнаружил, что луну и звезды затянули плотные облака, которые спустя несколько минут разразились теплым летним ливнем.

— Замечательно. — Сах без особого удовольствия полюбовался на мерцание и блеск дождевых капель, пролетающих сквозь волшебный огонек, и натянул тонкий капюшон, мгновенно промокший и неприятно облепивший голову. Выданная от королевских щедрот парадная мантия сильно уступала в удобстве лабораторной. — Надеюсь, до того как мы закончим третий осмотр, дождь кончится.

Арвиус, который хотел было последовать примеру младшего коллеги, вовремя вспомнил о том, что мантия чужая, великоватая, и намокшая тряпка сползет самое малое до подбородка. Определенно, сразу по возвращении во дворец следует заняться своим гардеробом. В первую очередь — найти заговоренную от промокания мантию своего размера.

— Не стойте. До Толонов отсюда довольно далеко, они на другом конце квартала обосновались. Чем раньше дойдем, тем раньше обсохнем.

Младшие спутники дружно, будто репетировали, кивнули и, оскальзываясь на мокрых каменных плитах, последовали за своим проводником. Выныривающие в зыбкий круг света из дождевого мрака резные чудовища, украшающие ворота и стены домов, казалось, с недоумением провожают припозднившихся гуляк взглядом. И правда, что в такую погоду на улице делать? Даже стража и та куда-то попряталась.

Дракон посмотрел на струи воды, текущие, казалось, прямо из глаз каменного вурдалака, хмыкнул и решил, что оплакивать их, пожалуй, еще рано. Настроение, подпорченное было не вовремя начавшимся дождем, уверенно улучшалось. Приключение выходило занятным — будет о чем дома друзьям рассказать, раз уж эти странные личности поэтикой не интересуются. Произошедшее в Озерном Клыке, конечно, стало бы куда более захватывающей темой для разговора, но о своей роли в тех событиях Деррих собирался молчать даже под страхом смертной казни. Дракон — предводитель рыцарского отряда… Как он только тогда согласился?

— Дошли. — Хрипловатый голос старшего мага заставил Дерриха встрепенуться. — Как внутрь лезть будем?

Высоченная, скользкая от дождя гранитная стена выглядела солидно. Обедневшие, но все так же придерживающиеся строгих правил Толоны лазеек для всяких там посторонних оставлять не пожелали.

Граф колупнул плотный стык между блоками.

— Если кто-нибудь одолжит мне второй кинжал, я могу попробовать забраться наверх, но не думаю, что от этого будет какой-то толк — веревки у нас нет, а некоторые члены отряда не смогут сами повторить мой путь.

Сах, который предпочитал проводить время в лаборатории, а не лазить через заборы, уязвленно поджал губы, но промолчал. Раз правда — чего уж тут спорить?

Все задумались. Первым дельное предложение внес Тарвет:

— Давайте тейир дракон перевоплотится и нас подсадит? Стража, пока дождь не закончится, не появится, случайные прохожие тоже, так что никто не увидит. — Недавняя частичная трансформация Дерриха в страшное и нелепое создание с причудливо перемешанными чертами ящера и человека произвела на аристократа куда более сильное впечатление, чем он был готов признать, и никак не шла из головы.

— Что, прямо здесь?!

Деррих, ошарашенный таким неожиданным предложением, оглядел тесный переулок. — В драконьей ипостаси я сюда влезу, только сильно выдохнув и после двухнедельной голодовки. И то гипсовые физиономии над окнами дома напротив снесет начисто.

— Ты преувеличиваешь, — бодро заверил друга маг, обрадованный тем, что учиться лазить по заборам не придется. — Максимум полировку у чешуи на боках поцарапаешь.

И без того не слишком довольный, дракон рассердился окончательно:

— Я не полирую чешую. Я тебе что, дама?!

Настроившегося на оптимистичный лад Саха гневными взглядами было не смутить.

— Значит, тем более все в порядке.

Дракон попытался отыскать какой-нибудь другой простой способ преодоления ограды и вздохнул, смиряясь с неизбежным.

— Отойдите подальше, не хватало еще вас случайно раздавить. — Вторая часть фразы прозвучала не так уверенно, будто бы с некоторым сожалением, которое остальные предпочли не заметить.

Деррих еще раз смерил взглядом расстояние между стенами и начал изменение. «Главное — крылья не повредить, остальное ерунда».

Переправа прошла в два этапа и вполне благополучно. Сначала все, используя драконью спину вместо приставной лестницы, вскарабкались наверх, Деррих уцепился передними лапами за край ограды, перевоплотился в человека, подтянулся и устроился рядом. Потом спрыгнул вниз, на лету снова превращаясь в дракона. Куст смородины хрустнул под его лапами, и все настороженно замерли, но ни одно окно громоздкого мрачного дома не осветилось, и собачьего лая не послышалось.

— Слезайте быстрее!

Долго упрашивать не пришлось. Спутники, воспользовавшись любезно подставленным плечом, скатились на землю и скрылись в тени парковых деревьев, справедливо рассудив, что человек, обнаруживший ночью у себя во дворе троих незнакомцев, бежит ловить воров. А увидевший дракона — трет кулаком глаза и идет спать дальше, бормоча о странных снах и необходимости заглянуть утром в сонник. Деррих еще раз внимательно прислушался, перевоплотился и поспешил следом. О том, что еще предстоит обратный путь, думать не хотелось.

Вопреки опасениям, место назначения нашлось довольно быстро. И на этом склепе ни замков, ни заклинаний не было. Обычную дубовую дверь запирала простая щеколда.

Арвиус убедился в полном отсутствии сюрпризов и удовлетворенно потер руки:

— Ну вот, сразу видно — род честный и обедневший. Скрывать нечего, прятать тоже.

Деррих присмотрелся к дверному проему и поинтересовался у сунувшихся вперед магов.

— А почему поперек прохода идет заклинание для удержания нежити?

Чуть заметно светящаяся медная полоска перечеркивала дверной проем, щетинясь в сторону темного нутра склепа длинными колючими отростками.

— Не обращай внимания, — отмахнулся теоретик. И просветил удивленно хмурящегося дракона. — Лет двести назад, когда только начали официально признавать некромантию, эти знаки во все строящиеся склепы вмуровывать стали. Просто на всякий случай. Потом, когда попривыкли, прекратили, но не выламывать ведь уже построенное?

Граф нетерпеливо протиснулся вперед и примерился к тяжелому ржавому кольцу, играющему роль дверной ручки. Шершавые металлические грани неприятно впились в ладонь.

— Давайте в процессе осмотра поговорим. Уже половина ночи прошла, а у нас еще два склепа впереди.

Вопреки ожиданиям, дверь отворилась без скрипа.

Отряд, подсвечивая себе путь светляками, ввалился в склеп и уставился на другую, куда более многочисленную компанию. Главным в которой был скелет в черной мантии некроманта, с гербом Толонов, вышитым на левой стороне груди. В зеленых огоньках, горящих в глазницах, явственно читалось недоумение. Застывшие справа и слева от лича скелеты, упыри, высшие зомби и странного вида нежить, названия которой Деррих не знал, желания заводить светскую беседу не прибавляли.

Первым опомнился Арвиус. Многоопытный боевой маг в переделках бывал неоднократно и привычки подолгу приходить в себя не имел. Он ухватил одной рукой вылезшего вперед работодателя, другой — стоящего рядом теоретика и шарахнулся в сторону двери, на долю секунды опередив начавшего колдовать мертвого некроманта. От зрелища рванувшейся в атаку нежити пришел в себя Деррих. А нечто фиолетовое, зарождающееся в ладонях главного скелета, только придало ему прыти.

Дракон заметил, что провел частичную трансформацию, только тогда, когда полыхнул огнем. Выдох получился неприцельный и нападающим не повредил, но сохранившая остатки разума нежить от неожиданности подалась назад. Как подозревал Деррих — не столько из-за пламени, прошедшего над головами, сколько от внезапного превращения человеческого парня в странное огнедышащее нечто. Этой заминки хватило, чтобы успеть выскочить за защитную черту следом за остальными и захлопнуть дверь. Последним, что увидел дракон в негостеприимном склепе, был некромант, размахивающий затлевшими рукавами. Видно, недоплетенное заклинание упустил.

А потом сбоку прилетел крепкий удар в челюсть, от которого голова дракона мотнулась на удлиненной шее и крепко треснулась виском о кронштейн наддверного козырька.

Пока незаслуженно пострадавший моргал, пытаясь свести раздвоившийся мир воедино и одновременно выставить защиту от неизвестных нападающих, рядом послышалась какая-то возня, виноватый ойк и вопрос, заданный голосом графа. Крайне смущенного.

— Даэрлих, вы в порядке? Я прошу прощения — не узнал сразу. Показалось, что это кто-то из тех прорвался.

— Все в порядке, бывает. — Дракон наконец обрел способность ясно видеть и оглянулся на дверь, содрогающуюся от азартных ударов. По темной от времени древесине бежали еле заметные рыжие сполохи сдерживающего заклинания. — Понятно теперь, почему у них никакой защиты от воров нет. Сах, а разве во время твоего просмотра портретов тебе об этом шустром типе с регалиями магистра некромантии не рассказывали?

Маг, которого боевик отшвырнул в кусты шиповника, ответил не сразу, ибо как раз выбирался. Сюда бы того, кто эту колючую гадость на проходе посадил! Мокрое лицо и руки густо залепило облетевшими лепестками. Длинные царапины неприятно саднили.

— Нет, ни словечка. Стихийных магов упоминали и одного ритуалиста, а про некроманта ни слова. Видно, он еще с тех времен остался, когда таким родством хвастаться было не принято. И что мы теперь делать будем? — Сах отряхивался и попутно тоже присматривался к двери, но его интересовали не сыплющиеся на нее удары, а состояние заклинания. Плетение было недавно заботливо подновлено и наполнено энергией. — Я думаю, можно спокойно идти дальше. Вряд ли кто-нибудь смог бы раздеть этих типов.

Деррих покидать негостеприимных Толонов не торопился.

— Ограбить их и впрямь сложно, но они могли бы добровольно отдать доспехи своему потомку, если бы он смог внятно объяснить, зачем ему это нужно, и они решили бы, что цель достойная.

Граф припомнил, что ему известно о подозрительном клане, и с сомнением покачал головой:

— В принципе верно. Но одно дело одолжить лежащий без дела комплект непутевому потомку, а другое — непонятным наемникам сомнительного морального облика, которые запросто могут опозорить честь оружия. Да и вряд ли Толоны, пускай даже и мертвые, вернее, немертвые, могли бы одобрить участие потомка в заговоре. Они всегда были верны королю. Я тоже считаю, что мы можем спокойно идти к Жайтам.

— А если окажется, что у Жайтов все в порядке, то потом опять сюда возвращаться?! И снова вас через стену подсаживать?! Нет уж. — Дракон решительно развернулся к содрогающейся от ударов двери и поставил полог тишины, чтобы не беспокоить живых деловыми переговорами с мертвыми. — Прямо сейчас все и выясним.

Потом откашлялся, набрал побольше воздуха и возвестил, стараясь перекрыть доносящийся изнутри шум. Усиливать голос магией он не рискнул, так как не был уверен, какое заклинание окажется сильнее: глас или полог.

— Именем короля Сейрры, Шрейона Второго, я хочу говорить с главным среди вас!

За дверью воцарилась тишина, и не надо было быть эмпатом, чтобы почувствовать наполняющий ее скептицизм. Спустя несколько секунд раздался негромкий насмешливый голос, легко преодолевший преграду. Видимо, его обладатель в характеристиках гласа не сомневался:

— С каких пор посланцы короля лазают ночью, втайне от хозяев, по чужим склепам? Раньше этим промышляли исключительно могильные воры.

— Сейчас в основном тоже. Но нам, наоборот, надо убедиться, что у вас ничего не пропало. — Дракон выслушал удивленные смешки немертвых и продолжил: — Несколько дворянских родов подозреваются в заговоре против Короны. Для того чтобы снять подозрения, я должен убедиться, что все доспехи каррасских гвардейцев из рода Толонов находятся у своих законных хозяев.

Голос лича сделался не только насмешливым, но и неприятным:

— Что ж, тейир королевский посланец, — судя по интонации, впечатления человека на королевской службе Деррих не произвел, — спешу вас заверить, что, во-первых, у нас ничего не пропадало… дай Киниар памяти… уже лет четыреста, с тех пор как я сюда переселился. А во-вторых, Толоны всегда были верны королю. Даже тогда, когда не следовало бы. Так что можете идти проверять дальше. Здесь вам делать нечего.

Стоявшие по эту сторону двери согласно закивали, Сах потянул увлекшегося друга за рукав, но дракон, ободренный тем, что установить контакт удалось, решил жать до конца:

— В таком случае, думаю, вам не составит труда показать мне эти доспехи? Разумеется, я верю слову лорда, но отчетность, знаете ли… — В том, что один лич способен заменить подразделение ночной охраны, Деррих не сомневался, но вот пресловутая клановая лояльность… Лучше проверить как следует. Особенно после оговорки про «когда не следовало бы».

Изнутри послышался невнятный гул голосов, который перекрыл мощный бас, легко слышимый за толстенной дверью без всяких магических ухищрений:

— Да пусти ты их, пускай смотрят. Не хватало еще, чтобы у молодняка из-за нашего пустого упрямства неприятности появились.

Другой голос, высокий и звонкий, спросил что-то насчет доверия, воров, страховидной морды и подозрений, на что получил ответ все того же баса:

— Хоть развоплоти, не вижу для воров никакой корысти в этих смотринах. И для кого бы то ни было вообще, кстати.

Заявление было более чем логичным. Деррих тоже не мог с ходу назвать ни одной причины, зачем бы такое еще могло кому-то понадобиться. Лич после коротких раздумий пришел к тому же выводу и нехотя отозвался:

— Ладно, пускай один заходит и считает. Мы не против. Роду Толонов от короля скрывать нечего.

Оглянувшийся на спутников дракон поймал три выразительных взгляда и смущенно кашлянул:

— Не смею тревожить ваш покой больше, чем необходимо. Будет достаточно, если я посмотрю с порога. — И оглянувшись еще раз, прошипел: — Разойдитесь подальше. Лучше за кусты.

Когда некромант со смешком согласился на удаленный осмотр, зажег несколько светляков для того, чтобы слабые глаза смертных могли хоть что-то разглядеть во тьме склепа, и разрешил открывать дверь, снаружи послышался странный треск. А потом — глухое царапанье о доски, которое прозвучало бы крайне подозрительно, если бы доносилось изнутри склепа, а не с той стороны.

Спустя трехсекундную заминку дверь отворилась, но в проеме появился не испуганный службист, а сосредоточенно хмурящаяся драконья морда, покрытая блестящими потоками дождевой воды. Деррих любил риск, но напрашиваться на неприятности там, где этого можно без труда избежать, считал неразумным.

Бас коротко выругался, и констатировал:

— Не показалось.

Морда, не обращая внимания на посторонние реплики, повела огромными глазами с вертикальными зрачками вправо-влево, рассматривая и запоминая, потом вежливо поблагодарила за уделенное время и скрылась снаружи, захлопнув носом за собой дверь.

Магистр Рогхогус стянул с черепа капюшон и по так и не изжитой при жизни дурной привычке почесал затылок:

— Господа, вам не кажется, что в Сейрре происходит нечто интересное, что мы бездарно пропускаем?

Обсуждение перспектив некромантии в области охраны продлилось до самого сада Жайтов. Потом его пришлось прервать по насущной необходимости — идущий впереди граф внезапно отпрянул обратно за поворот тропинки и сообщил:

— Там под козырьком склепа два охранника от дождя прячутся. С бутылкой и игральными костями, так что на скорейшее продолжение обхода можно не рассчитывать.

— Да? — Арвиус, которому прогулки под дождем изрядно надоели, высунулся посмотреть и сделал несколько пассов руками. — Ну тогда мы их сейчас слегка ускорим.

В ответ на действия мага из дверей гробницы начал просачиваться белесый клуб тумана, даже не оформленный в подобие человеческой фигуры. Выделялась только клыкастая пасть самого угрожающего (и немного знакомого) вида.

Деррих, увидев ее, смущенно подвигал нижней челюстью.

Так как увлекшиеся сторожа нового члена компании не заметили, Арвиусу пришлось прибавить звуковые эффекты. Волшебный туман заклубился вдвое интенсивнее и утробно застонал на разные лады — кажется, боевой маг не умел делать стабильные иллюзии звука.

— Оскверни-и-и-ители! Нечести-и-ивцы-ы-ы-ы!

Тем не менее получившийся эффект непритязательных слушателей устроил. Побросав улики на месте преступления, бравые сторожа помчались в сторону дома, едва не сшибив замешкавшегося Саха и даже не заметив этого. Но, похоже, кому-то во внутреннем дворе повезло меньше — раздался недовольный голос с начальственными интонациями.

Проштрафившиеся сторожа отвечали громче, поэтому слова разобрать удалось.

— Никак нет, ваша милость. Не пимши мы сегодня, и никакой горячки потому быть не может. Просто шум какой-то от ворот услыхали, бегом проверять. Вы не видали туточки кого?

Судя по всему, собеседник не видал. Голоса начали удаляться.

Дракон выдохнул и покосился в ту сторону, где должен был стоять старший маг. Разглядеть в дождевой темноте, понятно, ничего не получилось.

— Чего стоим? Путь свободен! До самого рассвета можно никого не ждать, — прозвучал голос Арвиуса совсем с другой стороны. — Лучше поторопиться, мало ли какие у Жайтов сюрпризы могут быть.

Никаких сюрпризов в четвертом склепе не было. Только следы лома на крышках саркофагов, небрежно переворошенные древние скелеты и полное отсутствие каррасских доспехов. И, кстати, оружия и драгоценностей тоже не было, причем не только в гвардейских захоронениях. Кажется, предприимчивый потомок решил, что если уж он совершает преступление, то должен получить всю возможную выгоду от него, чтобы, если поймают, не так обидно отвечать было. Наказание-то все равно одно.

Деррих телекинезом сдвинул крышку одного из последних саркофагов и присвистнул:

— Глядите-ка! Кто это?

Рядом с иссохшим трупом, одетым в саван с гербами Жайтов, лежало лицом вниз еще одно тело.

Сах, проверявший могилу по соседству, тут же подскочил и с любопытством уставился на лишний труп. А потом перевернул на спину, заставив Дерриха недовольно поморщиться и мысленно попросить прощения у бесцеремонно придавленного хозяина могилы.

— Судя по описанию, которое тебе дали в храме, это Вийт-младший. И он еще жив, просто очень сильно и очень неумело заколдован.

Тащить под дождем условно живое тело через весь дворянский квартал оказалось удовольствием ниже среднего. Носильщики трижды сменялись и дважды прятались от прохожих, которым почему-то не спалось и дома не сиделось. Впрочем, те сами не горели желанием попадаться кому-либо на глаза и случайных свидетелей сторонились.

Зато дежурный офицер дворцовой безопасности, когда понял, что к чему, так обрадовался, что даже перестал сердиться, что его разбудили посреди вахты. В небольших карих глазах размечтавшегося безопасника явственно светилось повышение по службе, денежное вознаграждение и (как знать?), может быть, даже дворянский герб, если «эти сосунки», назначенные королем, оплошают, а он нет.

Мечты не помешали развить дежурному бурную деятельность, и спустя пару минут младшего Вийта уже куда-то волокли два сонных мага в алых мантиях целителей.

Дракон несколько секунд посмотрел на закрутившуюся суету и почувствовал, что здесь они лишние. Особенно возникновению этого чувства способствовали взгляды безопасника, который людей, назначенных самим королем, выставить не мог, но страстно мечтал, чтобы они куда-нибудь делись.

— Предлагаю пойти ко мне и обсудить планы на завтра.

Всю дорогу до комнаты, кстати, занявшую чуть ли не столько же времени, сколько путь от Жайтов до дежурного (во дворце все они ориентировались еще плохо, а слуг, у которых можно бы было уточнить, как идти, по ночному времени не было), Сах напряженно хмурил брови и покусывал губы, что-то вспоминая.

И только добравшись до апартаментов дракона и усевшись в кресло, подскочил с радостным воплем:

— Вспомнил! Вспомнил, почему мне род Жайтов знакомым казался!

Деррих и граф с магом сидели и смотрели, как бегает по комнате рассуждающий теоретик.

— Сэр Согус Жайт был спутником мэтра Бигаруса в нескольких его экспедициях. А мэтр Бигарус, как известно, очень интересовался лабораториями и пытался их отыскать. Что, если они действительно что-то нашли, но сами воспользоваться не сумели, а записи остались, а кто-то из потомков их нашел? Не прямое указание… Судя по действиям, любитель старины точно не знает, куда ему надо, для того и книжных воров прихватил. Скорее, какие-то намеки… — Потом маг внезапно остановился и уставился на дракона. — Нам нужно узнать, куда этот почтенный сэр, я имею в виду сэра Согуса, ездил. Экспедиции на поиски лабораторий отправлялись по королевскому указу, значит, в архиве должны сохраниться какие-то записи! Так что утром — в архив.

Предложение теоретика музыкой прозвучало для драконьего слуха. Увы, здравый смысл оказался сильнее желаний.

— Утром в архив пойдут таул Арвиус и Кирлин с Рувирой. А у нас с тобой есть другое дело — тот дракон, притворяющийся менестрелем, и драконий ключ. И почему-то мне кажется, что эти два вопроса взаимосвязаны. Господин граф, нам понадобится ваша помощь.

ГЛАВА 9.

Найти нужного менестреля оказалось очень просто. Дракон пришел к Уэлте, как всегда окруженной стайкой отчаянно симпатичных и жутко родовитых девиц, и, как мог, описал внешность человеческой ипостаси черного дракона. Кто бы сомневался, что эти девушки всех мало-мальски приличных менестрелей помнят в лицо и по имени?

Довольно жмурящемуся Дерриху тут же назвали имя — Маррис Ферн, наиболее известные выступления, основной репертуар, длинный список сплетен, кучу восторженных охов и на закуску сказали, где это чудо небесное во плоти выступает сейчас.

Тарвет, который по предварительной договоренности с дядюшкой мог (в пределах разумного) распоряжаться в особняке Тессиров, составил витиеватое приглашение на имя знаменитого певуна и отправил с посыльным на указанный адрес. А Сах с Деррихом начали готовить древнее строение к важной встрече. Все понимали, что спаленный дерущимися драконами особняк герцога не обрадует, поэтому старались, как могли: маг и Деррих колдовали, а Тарвет гонял любопытных слуг и пробующего качать права мажордома и стоял над душой. С такой тщательностью в этом доме, пожалуй, даже к королевскому визиту не готовились.

К тому моменту как принарядившийся менестрель в условленное время появился на пороге герцогского жилища, все было готово. Почти. К сожалению, на последнюю проверку времени не хватило, и Деррих слегка нервничал насчет защиты от огня и блокиратора ипостаси. Случись в каминном зале погром — всех сбережений молодого дракона хватит только на то, чтобы оплатить одну вазу драгоценной излорской глазури или половину нэльниарского ковра. Конечно, этот Маррис ненамного старше их с Сахом и не должен так уж заметно превосходить их в знании магии, но кто знает? Вдруг им посчастливилось нарваться на молодого гения, способного заломать магистра? С таким-то везением…

Граф отошел от окна, через которое смотрел, как слуга ведет черного дракона по подъездной дорожке к дверям особняка, и поделился наблюдениями:

— Не наглеет, вежлив, пунктуален, на конфликт не настроен. Прежде чем бить, попробуйте поговорить.

— Да я в общем-то и так собирался сначала поговорить, — откликнулся Деррих, с удовольствием усаживаясь в кресло. Оно выгодно отличалось от тех, что стояли в его комнате во дворце бархатными подушками и удобным изгибом спинки — последнее слово моды в Жерноне. Скорее всего, оттуда и привезено. Жаль будет разломать такую замечательную вещь. — А на чем основаны ваши выводы?

Тарвет достал из ниши, прячущейся за занавесью, маленькую пузатую бутылочку, с сомнением осмотрел, потом решил, что раз уж дядя пустил его в свой дом, то и на сокращение запасов вина не обидится, и уселся сбоку от золотого дракона.

— Тэйсах, возьмите вон там четыре бокала и присоединяйтесь. Что же до выводов — явился он ровно в то время, что назначено, хотя многие знаменитые менестрели позволяют себе опаздывать. Некоторые — весьма заметно. Второе — одет броско, но без стремления переплюнуть в роскоши своих нанимателей. На конфликт не рассчитывает, так как драться в таком упелянде будет страшно неудобно. С привратником и дворецким говорил с достоинством, но без гонора. Нет, слов я отсюда не слышал, достаточно и того, что видел.

В этот момент дверь в дальнем конце каминного зала с торжественным скрипом отворилась, и обнаружившийся за ней дворецкий провозгласил:

— Маррис Ферн, менестрель.

Старик был настоящим профессионалом, так что сумел вложить в эти три слова все, что он думает о всяких там молодых и благородных, которые, едва прибыв в столицу, прежде всех дел расхищают хозяйские запасы вина и приглашают музыкантов.

Из-за спины дворецкого с вежливым полупоклоном выступил знакомый худощавый парень. При виде Дерриха его глаза изумленно расширились — узнал. «Да и попробуй забудь сородича, вырядившегося в мантию мага и с лирисси на плече, — мрачно подумал Деррих. — Спасибо, если песню по этому поводу не сочинил». Испуга или агрессии вошедший после узнавания не продемонстрировал, только любопытство. Украдкой стрельнув глазами в разные стороны и убедившись, что фиолетовой ящерки в обозримом пространстве нет, менестрель обратил свой взор на Тарвета и перешел к делу:

— Милорд граф, я рад возможности продемонстрировать вам свое искусство. Желаете послушать песни, или легенды, или, быть может, новости?

Тарвет кивком предложил визитеру сесть и бокалом указал в сторону нетерпеливо прищурившегося Дерриха:

— Моему другу тейиру Даэрлиху Карву надо получить от вас информацию. А уж будет ваш ответ в форме песни, легенды или новости — это на ваш выбор.

Менестрель с готовностью кивнул и уставился на странного сородича, ожидая вопросов.

Похоже, ничего предосудительного он за собой не знал и повода для опасений или тем более драки не видел. Деррих быстро пересмотрел заготовленные фразы для начала разговора, отбросил, как неподходящие к ситуации, и начал по-простому:

— Ты что делаешь в Черралисе?

— Пою, — несколько удивленно откликнулся Маррис.

— А что, дома тебе не пелось?

— Дома я всем уже надоел, а людям ничего, нравится, — честно признался менестрель.

Сах поперхнулся смешком и поскорее уткнулся в бокал, чтобы не смущать рассказчика неуместными фырками.

Деррих сумел не сбиться с мысли и продолжить:

— Хорошо. Тогда я спрошу прямо. Какой у тебя интерес во всей этой суете вокруг Объединенных лабораторий, на чьей ты стороне, и как отнесутся ваши старейшины к новости о том, что ты влез в человеческую политику?

Последний вопрос был неудобным и для него самого, но Деррих надеялся задобрить старейшину Лерриаса договором, заключенным с королем Сейрры.

Менестрель чуть не подпрыгнул от любопытства.

— А что, снова начались поиски лабораторий? Я думал, их уже лет пятьсот как сказкой признали! — А потом огорчился. — Надо же! Который день в столице кручусь и такую новость пропустил… Кстати, не знаю, чем здесь занимаешься ты, раз в первую очередь на лаборатории да политику подумал и про стороны спрашивал, а я занят вполне мирным и благословленным старейшинами делом — пытаюсь узнать о судьбе своего прадедушки. Он пропал где-то на территории Сейрры, еще когда мой отец маленьким был. Ищу слухи, семейные предания аристократов — если чей-нибудь предок сумел победить огроменного черного дракона, не может быть, чтобы он потом не похвастался. Даже до королевского архива добрался — вы не поверите, каких усилий мне это стоило. Пока, правда, ничего не нашел.

Деррих и Сах встрепенулись одновременно, но задавать вопрос маг предоставил другу.

— Огроменный, говоришь?

Перед глазами встало залитое водой по щиколотку подземелье Озерного Клыка и гигантский скелет черного дракона, скованный цепями.

— Ну да, судя по рассказам, он был таким большим, что на Скале Старейшин во время всяких совещаний ему приходилось сидеть в человеческом обличье, иначе бы он два места разом занимал. — Менестрель помедлил, присматриваясь к собеседникам, и после короткой паузы с безразличным видом добавил: — Кстати, не знаю, говорит ли вам это что-нибудь, но он был хранителем драконьего ключа.

— Говорит. — Дракон довольно оскалился, забыв, в какой ипостаси находится. — Может быть, ты знаешь и как этот ключ выглядит?

Менестрель безмятежно откинулся на спинку кресла и провел пальцами по струнам лежащей на коленях лютни. Эффект от сообщения получился даже лучше, чем он рассчитывал. Ишь, как глаза у них загорелись.

— Знаю. И непременно расскажу вам, если вы дадите слово, что в качестве ответной любезности сообщите мне все, что знаете о моем прадеде.

— Согласен, — быстро согласился Деррих, пока дракон не присовокупил к простому условию что-нибудь еще. Но, кажется, Маррис уже сказал все, что хотел. — Сейчас у меня есть только одно подозрение, которое надо проверить, но, если оно подтвердится, я сразу дам тебе знать. Ты в ближайшее время будешь в Черралисе?

— Да. Попробую еще раз в архив сходить. Не зря же я пропуск из этих бюрократов вытрясал.

Сах вспомнил собственный обходной маневр и задался вопросом, как именно добывал вожделенную бумажку дракон. Надо будет потом угостить этого типа пивом и хорошенько расспросить. Занятная, должно быть, история.

Черный дракон немного подождал, понял, что сородич тоже уже сказал все, что собирался, и со вздохом доложил:

— Драконий ключ был изготовлен в виде неснимаемого браслета, меняющего размер в зависимости от ширины хозяйского запястья. То есть перекидываться туда-обратно он не мешал, дракону предплечье не передавливал и в человеческой ипостаси на руке как обод от бочки не болтался. Снять его можно только с трупа.

Спустя минут двадцать Маррис Ферн ушел, получив причитающуюся за несостоявшийся концерт плату и напоследок заверив графа, что в человеческую политику не полезет, даже если его попросят и приплатят — не драконье это дело. Взгляд, брошенный при этом на Дерриха, был не то чтобы осуждающий — в конце концов, каждый развлекается, как может, но и одобрения там не было ни капли.

Едва за менестрелем закрылась дверь, как граф обернулся к Дерриху:

— И что у вас за подозрения насчет этого прадеда-ключеносца?

Вместо задумавшегося дракона откликнулся Сах:

— В подземелье Озерного Клыка Деррих с Кирлин видели скелет крупного черного дракона — при жизни из него энергию на нужды замка тянули.

Тарвет, который осаду и все интересное, с нею связанное, пропустил, попытался было уточнить, о чем идет речь, но тут очнулся от воспоминаний Деррих:

— Я только не уверен, что это именно тот дракон был — скелет, конечно, крупный, но не настолько, как по рассказу Марриса выходит. Но если это действительно он, то появляется реальный шанс найти драконий ключ. Если, конечно, Жайт не сделал это до нас. Если не сделал, то можно не торопиться и не опасаться — даже найди он вход в лаборатории, без обоих ключей открыть двери все равно не сможет.

Тарвет допил вино в бокале и прибрал ополовиненную бутылку на место:

— И как же ты собираешься проверить?

В голосе графа скептицизм примерно поровну мешался с любопытством и опасением — придумают еще что-нибудь вроде той затеи со склепами, а ему опять участвовать придется. Не так он представлял себе подвиги во славу принцессы, когда сватовство планировал…

Дракон опасения аристократа не подтвердил:

— Нам нужно свидетельство очевидцев, что при жизни у этого дракона на лапе был браслет. Думаю, те скелеты орков из соседней пещеры подойдут, а некроманта король нам одолжит. И посыльного до Озерного Клыка тоже.

— Значит, возвращаемся во дворец, — с довольной улыбкой потянулся Сах. — Может, еще успею помочь девушкам и Арвиусу в архиве.

Чаяньям мага не суждено было сбыться. Еще от крыльца стала заметна суета среди прислуги. Пробегающая мимо с кипой белья горничная подтвердила — король вернулся из поездки. Жутко недовольный. С ходу дал разгон управляющему, а тот на подчиненных отыгрался.

— А как к нему отсюда пройти, красавица? — тут же загорелся энтузиазмом дракон.

— Может, не надо пока? Подождем, пока остынет, а утром сходим. — Нежелание лезть под горячую руку у Саха сочеталось с желанием все-таки попасть в архив.

Дракона неожиданно поддержал граф:

— Нет, лучше прямо сейчас идти и заодно отчитаться о проделанной работе, пока о наших художествах ему кто-нибудь другой не доложил. — Чем занимался до эпопеи со склепами граф, Сах все еще не знал, но в целом вынужден был согласиться. С изложением своей версии событий следовало поторопиться. — Кроме того, где гарантия, что к завтрашнему утру он непременно успокоится? Может, кто-нибудь раздраконит его еще больше…

Поймав насмешливый взгляд дракона, граф счел нужным извиниться:

— Прошу прощения, Даэрлих, мне следовало подобрать другое выражение.

В ответ поймал удивленный взгляд горничной и предпочел умолкнуть.

Ни к чему хорошему общение с драконами не приводит.

Девушка решила не обращать внимания на причуды гостей и ответила на вопрос любезного господина, которого второй, странный, назвал Даэрлихом.

— Если действительно хотите его величество видеть, то это вам по вон тому коридору в центральный корпус надо до лестницы и на второй этаж, а как дойдете — попросите кого-нибудь, и о вас доложат. А там уж его величество решит, когда он вас примет.

Предложенный коридор был узким, темным, длинным, и носилось по нему такое количество вспугнутых после двухдневного ничегонеделанья слуг, что, когда путь окончился на светлой лестничной площадке, выложенной мозаикой из золотистого, коричневого и белого оникса, магу показалось, что даже дышать стало легче. Чопорный носач в ливрее взялся проводить их дальше, и спустя пять минут они очутились в нужном месте — то есть в просторной комнате, заполненной ожидающими монаршего внимания людьми.

Задерганный секретарь нацарапал их имена в книге, занимающей почти половину стола, за которым он сидел, и скрылся за дверью — докладывать, а Деррих принялся рассматривать других визитеров. И, к собственному удивлению, увидел знакомое лицо.

Понурый глава храмовой безопасности сидел на стуле возле окна и излучал такую мрачность, что другие люди старались к нему ближе, чем на два шага, не приближаться.

Кажется, он тоже решил сделать доклад раньше, чем за него это сделают другие. Дракон отнесся бы к этому стремлению с пониманием, если бы сам не входил в число этих других. И не хотел отчитаться о проделанной работе до того, как к королю попадет проштрафившейся сэр Толлогас Вийт со своей версией событий.

— Доброго дня, сэр Вийт!

Безопасник любезную улыбку не оценил:

— Тейир Карв. Докладывать пришли?

— Да. Мы, кстати, вашего племянника нашли. В очень тяжелом состоянии, но, возможно, дежурным целителям и удалось его откачать. Вам коллеги из дворцовой безопасности еще не присылали сообщение? — С безмятежным видом дракон попытался спровадить Вийта из приемной.

Безопасник выпрямился и подобрался. Взгляд из угрюмого вновь сделался цепким.

— Он что-нибудь говорил?

— При нас — нет. Он был без сознания.

Вийт-старший с сомнением оглянулся на дверь в королевский кабинет, потом — на восьмерых дворян, ожидающих своей очереди и заодно с интересом прислушивающихся к разговору. Но сказать ничего не успел. Вышедший в приемную секретарь приглашающе распахнул дверь перед драконом.

— Тейир Карв, его величество ждет вас и вашего спутника. Вы, граф, тоже проходите.

Для начальника храмовой безопасности сидение в очереди утратило смысл, и он тоже поднялся.

— Что ж, пожалуй, к его величеству я зайду позже. Всего хорошего, тейиры.

Деррих на ходу быстро шепнул Саху:

— Может, нам тоже сначала…

Правильно понявший вопрос маг мотнул головой:

— Очнется через неделю.

На самом деле теоретик вообще сомневался, что Оталлеса Вийта удастся пробудить — очень уж корявые чары на него были наложены. Но, с другой стороны, во дворце должны служить самые лучшие маги. Кто знает, на какие чудеса они способны?

Разминувшись в дверях с бледным и очень сердитым дворянином, друзья прошли в кабинет. Это было не то помещение, в котором их принимали в прошлый раз. Гораздо более роскошное и куда менее уютное. Стенные панели из синего оникса, густо покрытые барельефами, перемежались гладкими, полированными панелями из дуба. Пол, покрытый тончайшей мозаикой из разных сортов белого камня, мраморный портал камина, белые бархатные оконные занавеси и подушки на креслах, спинки которых были инкрустированы все тем же синим ониксом. Завершающим штрихом были массивные золотые канделябры в виде диковинных зверей и золотые же письменные приборы, усеянные россыпью сапфиров. Монарх, облаченный в простой светлый камзол, на фоне всего этого холодного великолепия выглядел не так уж представительно.

Лорда Виорннера с ним сегодня не было, и Деррих счел такое доверие добрым знаком.

Мрачный как туча король нетерпеливым жестом прервал вежливые расшаркивания и предложил переходить сразу к делу. У него-де еще целая приемная посетителей, и всем что-то надо. Когда Деррих кратко пересказал ему результаты их изысканий, раздражение на лице его величества сменилось каким-то более сложным чувством, которое дракон не смог определить, но счел, что раз не ярость, значит, все хорошо.

А Шрейон II смотрел на стоящих перед ним парней и обещал себе, что больше эту шуструю молодежь без присмотра не оставит. Поразительно! Его всего пару дней не было, а они уже успели столько всего натворить! Ладно, в этот раз все по делу и почти благополучно обошлось, но кто знает, что им дальше в головы взбредет? А он-то гадал, с чего это старшие роды всполошились, непонятные намеки делают…

Один нелюдь и два человека стояли абсолютно безмятежно, с полной уверенностью в своей правоте и раскаиваться в поднявшейся из-за тех злополучных списков шумихе не спешили. Настроение монарха, раздосадованного последними неудачами, медленно, но верно начало улучшаться.

— Ладно, и что вы собираетесь делать дальше?

— Убедиться, что в Озерном Клыке был именно хранитель драконьего ключа, и узнать, не мог ли этот ключ попасть к Жайту, — поделился планами Деррих. — Нужно, чтобы кто-нибудь съездил в то подземелье со скелетом и привез несколько костей из соседней пещеры. Потом можно будет их отдать некроманту для допроса.

— Виорннеру отдам, он справится, — отмахнулся Шрейон, убедившийся, что эти подчиненные сами знают, что делать, и постепенно уплывая мыслями к тем, которые не знали и пытались переложить проблемы на плечи своего монарха. — Сейчас посыльного отправлю и скажу, чтобы для него телепорт приготовили. Если ключ у Жайта, то нам лучше поторопиться.

— Вы совершенно правы, — согласился довольный дракон, уже собиравшийся лететь в замок самостоятельно. Потом вспомнил встреченного недавно Вийта, по сути, виновного только в том, что он является родственником негодяя, и решил замолвить за него словечко. — А можно в качестве посыльного отправить сэра Толлогаса Вийта? Как я понял, на прежней должности он все равно не останется, а помогая нам, он мог бы принести пользу и искупить вину. К тому же не придется посвящать в дело лишних людей.

Король считал, что у начальника храмовой безопасности, из-за ненадлежащего несения службы допустившего кражу ценного артефакта, прегрешений гораздо больше, чем родство со всяческими авантюристами. Но, с другой стороны, выгнанный с позором, как того требовала тяжесть проступка, Вийт станет совершенно бесполезен, а сейчас не та ситуация, когда можно разбрасываться людьми.

Медленно кивнув своим мыслям, Шрейон вновь сфокусировал взгляд на ожидающем решения собеседнике:

— Хорошо. Думаю, во второй раз он не подведет.

Деррих честно не понимал, как можно подвести в таком простом задании, как «съездить, взять, привезти», а потому снова согласился:

— Конечно. Мы тогда пойдем пока.

— Идите. А вы, граф, останьтесь и расскажите мне, удалась ли организованная вами провокация…

Заинтригованный Деррих неохотно поплелся к дверям.

Проследив за тем, как спина Вийта исчезает в телепорте и отряд боевых магов изничтожает повалившую из него пакость, Деррих с чистым сердцем и спокойной совестью пошел ужинать. А там и в архив заглянуть можно будет… Увы, мечтам сбыться опять не удалось. Хорошо хоть поесть успел.

Посыльный перехватил дракона, когда тот уже выходил из комнаты. Запыхавшийся парнишка чуть не проскочил с разгона мимо, но сумел вовремя затормозить и выпалить на одном дыхании:

— Тейир Карв? Вас таул дежурный маг в комнату связи срочно просит.

В сердце шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Хорошо, а куда?.. — Вопрос повис в воздухе, так как потенциальный провожатый как раз в этот момент с громким топотом скрылся за поворотом коридора. Дракон поймал себя на том, что по-стариковски неодобрительно покачивает головой, фыркнул и пошел искать слугу более солидного возраста — такой не убежит.

Комната с пентаграммой связи располагалась в хорошо защищенном полуподвале. Крепкий боевой маг средних лет трижды удостоверился, что перед ним нужный посетитель, и только после этого запустил внутрь, к нервному худощавому коллеге с непроницаемым выражением глаз. Маг поддерживал окно связи, в котором виднелся сэр Вийт, еще более хмурый, чем днем.

Завидев над плечом связиста белобрысую макушку своего временного начальства, безопасник без всяких драматических пауз вывалил новость:

— Подземелья Озерного Клыка абсолютно пусты.

С трудом проглотив первые два идиотских вопроса: «То есть как? Совсем?» и «Вы уверены, что смотрели там, где надо?», дракон с трудом выдавил из себя нечто более осмысленное:

— Король был явно не в курсе, значит, уборка сделана по инициативе кого-то из замка. Они дали объяснение своему поступку?

Губы Вийта дернулись. Он явно проглотил какую-то непристойность, как дракон только что неуместные вопросы.

— Они делают круглые глаза и утверждают, что не понимают, о чем речь. И, судя по их уверенности, все вещественные доказательства не просто перепрятаны, а уничтожены. В случае судебного разбирательства будет ваше слово против их.

— Мне не нужен суд! Мне нужны кости! — Дракон плюнул на присутствие свидетелей и схватился за голову. Как ни странно, это действительно помогло собраться с мыслями. Бросив Вийту: «Сейчас», Деррих подскочил к двери и окликнул стоящего в коридоре мага. — Пускай сюда срочно придет таул Тэйсах, он сейчас должен быть в своих комнатах во втором гостевом крыле. Быстрее!

Быстрее не получилось, хотя гортанный рык произвел на очередного посыльного, менее расторопного, чем первый, должное впечатление. К тому моменту, как заинтригованный Сах объявился на пороге, дворцовый связист успел взмокнуть от напряжения, а маг из крепости — трижды заглянуть в окно связи, чтобы узнать, скоро ли конец сеанса. Один только сэр Вийт испытывал облегчение. Судя по тому, как нетерпеливо постукивал костяшками пальцев по кинжалу дракон, задание, казавшееся безнадежно проваленным, возможно, еще удастся выполнить.

— Опять неприятности? — ничуть не удивился влетевший в комнату связи теоретик.

— Да. Сах, ты помнишь, после нашего с Кирлин первого посещения подземелий я давал тебе несколько костей припрятать для дальнейшего изучения? Не помнишь, куда ты их сунул?

— В кладовку на первом этаже северного крыла, между старым комодом и сундуком с каким-то хламом. — Маг без наводящих вопросов понял, что приключилось, и подивился расторопности оставшихся в замке. Вроде бы им после штурма и без того было чем заняться, так нет же, и о репутации позаботиться успели. — Самое надежное хранилище — туда лет двадцать никто не заглядывал, судя по слою пыли.

Безопасник кивнул и исчез в дымке закрывающегося окна — связисты, понявшие, что разговор закончен, с облегчением выпустили заклинание, сочтя прощание переговаривающихся сторон ненужной формальностью.

Деррих собрался было сказать, что думает по этому поводу, но посмотрел на усталого чародея и промолчал. Саха пришлось ждать действительно долго, а магический резерв не бесконечный.

Теоретик, который счел, что раз информация передана, куда надо, то все в порядке, уже тянул друга в сторону выхода.

— Пойдем посмотрим, что девушки нашли. Должен признаться, из Арвиуса вышел куда лучший руководитель, чем из меня — когда я заглядывал в архив, видел, что они успели пересмотреть просто гору бумаги. Сейчас уже закончили, наверное.

— К ним пойдем? — Деррих едва поспевал за несущимся вперед магом.

— Нет, ко мне, и ужин для всех закажем. Они должны были проголодаться, так что пускай сначала поедят.

Ход оказался верным. Девушки, измученные так, будто не бумажки перебирали, а таскали мебель, во время еды заметно повеселели и оживились, даже несмотря на то, что въевшийся в одежду запах бумажной пыли уверенно перекрывал тонкий цветочный аромат их духов. Графский маг жевал невозмутимо, но благодушия во взгляде тоже прибавилось. Все же для боевых магов работа в библиотеках не слишком привычна.

Дождавшись, когда Арвиус перейдет к морсу и пирогам, нетерпеливый Сах поинтересовался:

— Нашли что-нибудь?

Ну сколько можно тянуть? Любопытно же!

Чародей дожевал и проглотил кусок сдобы. С удовольствием запил.

— Сейчас лорд Виорннер подойдет, тогда и начнем. Ничего такого, что следовало бы сначала рассказать вам, мы не нашли. И вообще за целый день работы с полутора шкафов бумаги полезной информации — две фразы. — Маг хмыкнул воспоминанию и взял следующий пирожок. — Кажется, лорд-маг до сих пор поверить не может, что поиски лабораторий действительно сдвинулись с мертвой точки.

— Не могу. Вы совершенно правы. — Лорд Виорннер презрел такие условности, как стук в дверь, и возник прямо посередине комнаты. Деррих заметил в складках одежды трофейный медальон телепортации и сдержал понимающую улыбку — великий чародей осваивал новую игрушку. — Столько веков ничего не выходило, а тут вдруг пошло.

Королевский маг устроился в последнее свободное кресло, которое вообще-то предназначалось для графа, если тот захочет к ним присоединиться, и с благодарным кивком принял у Саха бокал с морсом.

— Пошло, к сожалению, не у нас, а у тех, кого мы ищем, — отказался от незаслуженных лавров дракон. — Найти пару современников куда проще, чем древний тайник. А сейчас, раз вы здесь, давайте послушаем, что нашлось в архиве. А там, глядишь, и Вийт с костями подойдет. Надеюсь, в Озерном Клыке остались специалисты для открытия телепорта, — посетила Дерриха запоздалая мысль. Довольно неприятная.

— Не осталось, так отправим, — успокоил дракона лорд. — Начинайте, мэтр.

Девушки, которые считали, что большую часть работы проделали они, значит, и рассказывать им, надулись, но промолчали. Спорить с лордом Виорннером во дворце было не принято, хотя тот пока что ни одного спорщика не испепелил.

— В общем, никаких отчетов об экспедициях, как я и думал, не сохранилось, а скорее всего, никогда и не существовало. Единственное, что нам удалось найти, — это указ о посмертном награждении сэра Согуса Жайта с перечислением его заслуг перед Короной. В числе которых есть и восемь поездок с указанием конечной точки маршрута, совершенных по приказу короля. Вот, я выписал.

На стол посередине между драконом и лордом легла бумажка со смутно знакомыми географическими названиями.

«Вессет, Вессет — это где-то на Хрустальном клине… А Герлай? Судя по названию, где-то рядом с западными горами… Нет, не помню». Дракон перевел взгляд на Виорннера. Судя по задумчивому лицу, тот знал географию Сейрры гораздо лучше и уже мысленно прокладывал маршруты. Но ни к чему конкретному не пришел, потому что покачал головой и распорядился:

— Хорошо. Рассказывайте дальше.

— По лабораториям больше ничего. Зато мы узнали, что шестьдесят лет назад комендантом Озерного Клыка был опальный глава рода Жайтов. И значит, если скелет в замке тот, который нам нужен, комендант мог взять браслет. Даже если не подозревал, что это такое.

Спустя еще час в комнате Саха объявился довольный сэр Вийт с рассохшейся бадейкой в руках, при виде которой теоретик одобрительно кивнул. Содержимое было аккуратно обернуто грязной рогожей, с которой на чистый пол сыпались соломинки и какой-то мелкий мусор.

Поставив свою ношу на стол перед лордом-магом, который дожидался рабочего материала вместе с наемными экспертами, безопасник поинтересовался:

— Еще что-нибудь?

— Нет, пока можете быть свободны, — отпустил сэра Толлогаса лорд Виорннер, разматывая ткань. — Только от своего дома далеко не уезжайте. Ваш непосредственный командир скоро пришлет за вами.

Не слишком расстроенный предстоящим разговором с начальством Вийт откланялся, а королевский маг принялся рассматривать берцовую кость, первой подвернувшуюся под руку. Потом отложил ее, пристроив на столе между кувшином и блюдом с пирожками, начисто отбив при этом у Кирлин аппетит. Рувиру слегка замутило. Следом за первым трофеем появились два ребра. За ними по очереди все остальные кости.

Еще раз осмотрев разложенную в рядок добычу, лорд потеребил подбородок:

— Но послушайте, это же орочьи останки. По ним я ничего сделать не могу. Орки на призывы некромантов не откликаются.

— Что, совсем ничего нельзя сделать? — Расставаться с надеждой узнать все быстро и просто ужасно не хотелось, и Деррих принялся вспоминать все, что когда-либо читал по некромантии. Увы, знаний оказалось обидно мало.

Взгляд лорда-мага сделался ироничным.

— Разве что умереть и лично наведаться к ним в загробный мир в качестве духа. Но, извините, на это я не пойду. И подчиненных своих убивать не дам.

— Не надо никого убивать, — решительно выпрямился помалкивавший до того Сах. — Нам все равно завтра в Гоарту отправляться, а там у Дерриха есть подходящие знакомства.

Все изумленно воззрились на теоретика. И если при словах о знакомстве дракон сразу припомнил дружелюбного призрака и испытал желание крепко хлопнуть себя по лбу, то первая часть фразы оставалась все еще непонятна.

Озвучила вопрос Рувира, на миг даже забывшая о лежащем перед ней натюрморте:

— Зачем вам в эту глушь? Я имею в виду, если не считать полезного знакомства Дерриха?

Слова девушки задели мага за живое. Один из крупнейших городов королевства глушью называли редко.

— Вообще-то я там живу. И преподаю в академии. Если меня за мои отлучки еще не отстранили. — Конечно, начать преподавательскую карьеру он еще не успел, но в списках ведь значится! А «буду преподавать» звучит совсем не так солидно. — А еще именно у нас работал при жизни мэтр Бигарус, и все его записи, бумаги и документы остались в академии. Недаром же книга именно в нашей библиотеке хранилась. Можно будет поискать маршруты его поездок и сопоставить с поездками сэра Согуса. Это должно сократить район поиска. А Деррих тем временем с орками разберется.

— Отлично. — Королевский маг встал. — Я распоряжусь, чтобы вам с утра подготовили переход.

— Не стоит злоупотреблять удачей, без конца открывая телепорты, лорд Виорннер, — поудобнее устроился на своем месте Деррих. — Я сам полечу, это займет совсем немного времени.

Натруженные во время предыдущего перелета мышцы уже перестали болеть, и дракону снова захотелось в небо.

ГЛАВА 10.

Путь до Гоарты Сах перенес гораздо лучше, чем опасался. То ли сказался опыт, то ли плавность полета — в этот раз дракон, хорошо знакомый с дорогой, не кружил и не нырял вверх-вниз, уточняя направление. Как бы то ни было, когда вдали показались первые домики окраин, розовые от света встающего солнца, и Деррих опустился на вершину придорожного холма, теоретик не только самостоятельно сполз с его хребта, но и сумел удержаться на ногах. А то, что его при этом слегка покачивало и мутило — так это глупости и упоминания не стоят.

Деррих понаблюдал за тем, как серо-зеленое лицо друга постепенно приобретает нормальный оттенок.

— Пожалуй, еще несколько перелетов, и ты окончательно привыкнешь.

Маг передернулся и все-таки присел на такую надежную, родную землю. Она ответила ласковым теплом и колючкой, пребольно впившейся в ладонь.

— Спасибо, но, думаю, не стоит с этим торопиться.

— Тогда стаскивай с меня вьюки с барахлом. — Дракон встряхнулся, заставив привязанные к шипам гребня сумки гулко хлопнуть по бокам. — Боюсь, если я перекинусь прямо так, они аккурат на голову приземлятся.

Маг с трудом отцепил накрепко привязанные мешки с костями и немногочисленным имуществом и оттащил в сторону, чтобы не мешать перевоплощению.

Перекинувшийся Деррих почувствовал себя так, будто внезапно оказался у плавильной печи. Что ни говори, в истинной ипостаси драконы переносят перепады температур гораздо легче.

— А тут жарковато. Я думал, уже слегка похолодало. — Деррих смахнул со лба капельки пота, и на их месте тут же выступили новые.

— К сожалению, Гоарта находится южнее, чем Черралис. — С неодобрением покосившись на встающее солнце, маг навьючил на себя часть поклажи. — Ну что, для начала по домам?

— Нет, я сразу на кладбище. Сколько времени у магистра Пенгорта займет исследование — неизвестно, так что чем раньше он приступит к работе, тем лучше.

Дракон проверил состояние костей, убедился, что они целы… или, по крайней мере, не получили новых повреждений во время перелета, и снова затянул горловину мешка. А вот закидывать его на спину не стоило. По крайней мере, с размаху. Получив по ребрам двумя десятками острых углов разом, Деррих хекнул и решил нести мешок в руках.

До городских ворот они дошли вместе. Раскланялись со знакомыми стражниками, пьющими холодный квас в теньке, перешагнули через лежащую поперек прохода лохматую рыжую псину, играющую роль шлагбаума. Из-за длины шерсти и жары игралось ей плохо. Даже глаза не открыла, чтобы посмотреть, кто там через нее скачет, только лапой подергала.

Деррих украдкой провел костяшками пальцев по желтой песчаниковой стене надвратной башни и улыбнулся — все такое же, как раньше. Будто и не уходили никуда. Но возвращаться приятно, особенно если ненадолго.

Немного потолкавшись в шумливой привратной толпе, дракон протиснулся к перекрестью двух больших улиц и остановился, поджидая отставшего теоретика. Маг появился спустя несколько секунд. Выражение лица у него было странное, а взгляд не отрывался от идущей впереди группы подростков, одетых в форму академии. Дети веселились, что-то друг другу пересказывая, а вот их будущему преподавателю было не до смеха. Он как-то вдруг припомнил, что учебный год начался как раз сегодня. Заведующий учебной частью своего нового сотрудника уже обыскался, наверное. Интересно, будет ли достаточным оправданием исполнение королевской воли и возвращение украденного академического имущества?

— Не дрейфь, — хлопнул друга по плечу дракон. Понять, чем вызвано заторможенное состояние друга, было просто. — Не так много желающих идти преподавать, чтобы твое начальство могло выгнать с работы чародея, отмеченного вниманием самого короля. Да и не так уж сильно ты опоздал.

— Ага. — Рассеянный кивок мага можно было принять и за согласие, и за иронию. — Побежал я. Может, еще к концу торжественного выступления ректора перед новичками успею. Он любит поговорить.

После этого заключения маг свернул во дворы и помчался знакомым любому старшекурснику маршрутом, перепрыгивая через низкие заборы и перелезая через высокие. Благо дорога между академией и «теоретическим» трактиром, располагавшимся как раз рядом с воротами, была изучена за три года до последнего поворота. Кто говорил, что развлекаться вредно? Подать его сюда!

Дракон проводил взглядом мелькнувшую между поленницами преподавательскую мантию и побрел по намеченному пути. Куда-куда, а на кладбище можно было не торопиться.

Тессирский погост изменился еще меньше, чем город. Разве что листва на деревьях пожухла от жары и кое-где начала облетать. Желтые надгробия на фоне хрусткой блекло-коричневой листвы казались не вполне материальными, и тихий шорох, раздающийся при малейшем дуновении ветерка, только усиливал ощущение потустороннего. Казалось, будто кто-то невидимый ходит между могилами, время от времени обдавая прохладой случайно забредших на кладбище живых.

Деррих прошел по знакомой тропинке и остановился у каменного куба, на котором значилось имя «Пенгорт Ларрт». Судя по засохшим стеблям колокольчиков, вдова, отстояв могилку мужа, убрать последствия пребывания «внебрачного сына» не подумала. Вздохнув, дракон уложил притащенный с собой пучок иван-чая поверх надгробия и принялся наводить порядок, всей кожей ощущая несколько любопытных взглядов с разных сторон. Женский дозор бдил и готовился к отправке гонца. Закончив с уборкой, дракон разложил все необходимое для поминального обряда, прихваченное с собой из Черралиса, и стал звать призрака, подкрепляя слова щедрыми порциями магической силы. Ароматный дым, идущий от курильницы, вызывал глухое раздражение и желание устроиться с наветренной стороны — последствия предыдущего трехдневного кладбищенского сидения в засаде давали о себе знать.

К счастью, любопытный магистр не заставил себя долго ждать. Спустя три минуты дым заклубился, и перед драконом возник призрак сухощавого пожилого мужчины в черной мантии. Небольшие серые глаза весело поблескивали из-под густых темных бровей.

— Рад вас приветствовать, Деррих. Как продвигается расследование?

Белобрысый визитер выглядел слегка осунувшимся, но спокойным и довольным. А еще рядом с ним лежал большой мешок, от которого многообещающе тянуло некротическими эманациями. Магистр Пенгорт присел на надгробие и приготовился слушать.

— Добрый день магистр, — кивнул дракон, так же устраиваясь поудобнее. А все наблюдатели могут идти лесом. Нет закона, который запрещал бы разговаривать с привидениями. — Книгу мы нашли, сейчас ищем ее похитителей. И я очень рассчитываю на вашу помощь.

— Чем именно я могу помочь?

Магистр еще раз покосился на мешок. Неужели живых некромантов не нашлось? Не слышал он, чтобы новые гонения начинались. В ситуации наметился какой-то подвох. Понять бы еще какой.

Не подозревающий о мыслях призрака Деррих указал на свою ношу:

— Нужно, чтобы вы узнали у духов орков, останки которых лежат вот здесь, был ли на лапе того дракона, который их съел, браслет с выгравированным на нем четырехлистником.

Суть подвоха сразу стала понятна.

— То есть вы хотите, чтобы я сходил в загробный мир орков, нашел там умерших… Когда, простите?.. Двести пятьдесят лет назад. И расспросил их. Я правильно понял?

Деррих о загробном орочьем существовании знал мало, но имеющейся информации хватило для того, чтобы смутиться.

— Да, вроде того. Разумеется, если мы можем как-то оплатить ваши усилия…

— Посмотрим. А для начала объясните мне, как нынешние воры связаны с каким-то там драконом и несколько столетий назад умершими зеленошкурыми.

Рассказчик из визитера получился вполне пристойный: история лилась в меру живо, в меру забавно. А когда речь дошла до Объединенных лабораториях, магистр понял, что отказаться от участия уже не сможет. И никакие трудности, загробные стражи и прочая чепуха его не остановят.

Закончивший рассказ Деррих с некоторой опаской ждал назначение платы за помощь, но увлекшийся магистр в глубокой задумчивости похмыкал, покивал своим мыслям, бросил рассеянное: «Мешок оставь здесь, приходи на закате, у северных кладбищенских ворот буду ждать» — и растаял. О том, что надо договориться насчет цены он, кажется, позабыл. Дракон на всякий случай послал ему вдогонку еще одну порцию силы — мало ли какие там сложности могут возникнуть? Затем собрался и пошел на выход. Как раз появилось время для того, чтобы наведаться в пещеру и добавить в библиотеку несколько подаренных Уэлтой книг.

Разминувшаяся с Деррихом всего на пару минут супруга магистра неодобрительно покосилась на брошенный у могилы мешок и полезла в кусты устраивать засаду на снова объявившегося нахала. Рано или поздно он вернется за своим имуществом, тут-то она его и отвадит.

Вечером отлично отдохнувший и вдосласть насидевшийся с книгами дракон рысью подбежал к северным воротам, но призрака на месте еще не было.

Магистр объявился спустя час, когда Деррих успел уже протоптать пару круговых тропинок вокруг ближайших надгробий. Вид он имел помятый и встрепанный, но гордый. Зависнув в двух ладонях над землей, призрак довольно прищурился:

— Нашел я твоих свидетелей. Дракон был тот самый. На правой передней лапе — стальной браслет шириной в половину локтя, человеческого, естественно. Гравировка — четырехлистник и руна в центре. Никаких украшений, кроме этого, не было.

— Значит, драконий ключ все-таки у Жайта. Печально. — Деррих, уже давно смирившийся с тем, что мироздание не слишком любит делать ему подарки, вежливо поклонился магу. — Благодарю за помощь, магистр Пенгорт. Могу я для вас что-то сделать?

Призрак благодушно отмахнулся:

— Заглядывай иногда да новостями делись. Какая тут еще может быть плата? Не деньгами же.

Дракон заверил, что условие для него абсолютно пустяковое, и принялся прощаться. Но далеко уйти не успел. Стоило сделать несколько шагов вглубь кладбища, как магистр окликнул:

— Куда это ты?

— Кости от вашей могилы забрать. Похоронить их надо. А что, они вам еще нужны? — Никаких неприятностей с этой стороны Деррих не ожидал, а потому слегка растерялся.

— Да нет, забирай. На кой они мне? — пожал плечами дух, истаивая в неподвижном вечернем воздухе. — Только когда будешь забирать, не шуми. Там рядом в кусте сирени жена моя спит, смотри не разбуди.

Припомнив боевую тетку и утренние перешептывания вдовушек, дракон фыркнул, но все же счел нужным уточнить:

— Не застудится?

— По такой жаре? Да ни в жисть. Иди, иди, я ее сам через часик разбужу.

Предупрежденный магом, Деррих на цыпочках миновал заросли сирени, прихватил мешок и отправился в «Кривую яблоню» на встречу с Сахом. Конечно, лучше бы было сначала занести кости домой, но времени до встречи оставалось уже немного. Авось никого не потянет проверять, что там завсегдатай с собой в трактир притащил.

Когда Сах явился в «Кривую яблоню», дракона там еще не было. Зато за его любимым столом сидело четыре стража, один из которых, с офицерскими нашивками, заметив мага, радостно замахал рукой.

— Таул преподаватель! Доброго вечера вам, а я вас уже полторы недели ищу!

Теоретик нейтрально улыбнулся и изобразил вежливое удивление. Загорелая физиономия с широким носом и острым подбородком казалась смутно знакомой, но вот при каких обстоятельствах Сах видел ее обладателя, оставалось неясным. Как и то, зачем он мог понадобиться стражу. Не замечая удивления собеседника, офицер, уже изрядно приложившийся к пивной кружке, дернул за подол пробегающую мимо с подносом грязной посуды разносчицу:

— Кружку темного таулу магику за мой счет! — А потом снова перевел взгляд на Саха, присевшего за соседний стол. — Поймали мы того колдунского пакостника, все как вы и обсказали.

На миг перед внутренним взором Саха предстала картина скрученного и посаженного в камеру Жайта, но он отогнал ее как бредовую. Помимо всего прочего, гоартским стражам он про этого авантюриста от магии ничего не говорил.

Страж тем временем хохотнул:

— Мы когда таланта этого с подвала заброшенных складов вытаскивали, так кумушки с Залучья чуть его самого, что куря, не ощипали. Еле до академии довели.

Сах, который и думать забыл, что он там врал стражам, чтобы на след книжных воров навести, отхлебнул пива из кружки, заботливо подсунутой разносчицей, чтобы скрыть удивление, и солидно кивнул. Сочетание слов «Залучье» и «курица» память освежили.

— И что он сделать хотел?

Вопрос для теоретика был далеко не праздный. Маг помнил наизусть множество ритуалов и слышал о еще большем количестве, но на что могла понадобиться такая прорва птиц, не знал. Разве что тварюшку какую кормить.

— Кто ж его разберет? — Офицер слегка поскучнел и снова занялся пивом. — Главному вашему как доложили все, так он этого сопливца в тот же миг в академию принял, сразу на второй курс и без вступительных испытаний. И на то, что возраст великоват, не посмотрел. А нам — премию за усердие. Нет, премия-то хороша, не подумайте чего, мы и вас искали, чтоб долю вашу выделить, да только бабы эти… Сам бы с ними и поговорил ректор ваш, а то у меня до сих пор в ушах звенит с их криков.

Талантливый самоучка, раз за разом пытающийся добиться нужного эффекта от ритуала, был теоретику понятен. Надо будет потом поинтересоваться у своих, что там и как. Кого попало на второй курс без экзаменов не берут. Вдруг этот талант в одной из подотчетных групп окажется?

Страж тем временем вытащил из-за неуставно расстегнутого ворота рубахи подвешенный на шнурке холщовый мешочек и выудил из него три полновесные серебрушки. Для того чтобы отдать их магу, бравому вояке пришлось встать, и стало заметно, что его уже изрядно штормит. Сах понаблюдал за покачиваниями стража и отставил пиво подальше. Темные сорта в «Яблоне» всегда славились отменной крепостью, а с Деррихом лучше обсуждать новости на трезвую голову. Да и поостеречься следует — вдруг сегодня же придется обратно в Черралис лететь? Если уж на трезвую голову укачивает, то с полетами в подпитии точно экспериментировать не стоит.

— Ваша доля, таул магик, все честь по чести. — Широконосый отдал монеты и вернулся к товарищам и прерванным ради мага разговорам.

Сах заказал кувшин кваса и принялся ждать.

Дракон явился с заметным опозданием. На его лице можно было прочесть причудливое сочетание удовлетворения и обеспокоенности, из чего Сах сделал два вывода: да — эксперимент удался и да — дракон тот самый.

Деррих, пробирающийся к другу через шумный по вечернему времени зал, так же пытался на глаз определить успешность второй части миссии. Выходило плохо, поэтому, плюхнувшись напротив потягивающего квас мага, он первым делом спросил:

— Ну как?

И только потом цапнул вторую стоящую на столе кружку. Пить хотелось зверски.

Сах перехватил емкость телекинезом.

— Стой! Это пиво. А нам, если у тебя все получилось, лучше бы сегодня в Черралис вернуться. Лично я не рискну лететь верхом на пьяном драконе даже ради великой цели.

— А зачем заказал тогда? — удивился Деррих, принюхиваясь. Темное пиво к ситуации действительно не подходило. Нет, на то, чтобы свалить с крыльев драконью ипостась, и кувшина не хватит, даже с учетом отменной крепости, но обсуждать серьезные дела лучше на трезвую голову.

Покосившись в сторону шумной компании за соседним столиком, маг тихонько фыркнул. Уж больно по-дурацки все получилось.

— Это стражи угостили за то, что я им случайно помог. А выяснить все нужное удалось быстро. В первую очередь то, что меня действительно не уволили. Хотя король со своим монаршим приказом пришелся как нельзя кстати. Мне даже помощника выделили для ускорения поисков.

— И?..

Сах еще раз покосился в сторону стражей и поставил защиту от подслушивания. Не то чтобы он нашел что-то секретное, просто лучше не кричать о таких поисках на каждом углу. И так слишком много народа в курсе и стремится поучаствовать в обход основных игроков. Незачем плодить конкурентов.

Привычные к чудачествам магов гоартцы на разводящего секретность чародея внимания не обратили. Не боевыми заклятиями кидается, и ладно. Мало ли на что он собеседнику пожаловаться хочет? Может, о таком в присутственном месте и вовсе говорить неприлично.

Убедившись, что заклинание легло как надо, теоретик принялся делиться новостями:

— Судя по записям, вместе доблестный сэр Согус и мэтр Бигарус путешествовали только один раз, и эта экспедиция для них обоих стала последней. Они погибли на обратном пути, в горах, где-то между городком Герлаем и истоком реки Эрли, во время нападения на отряд несметных полчищ нежити. — Судя по кое-как накарябанному отчету выживших стражей, для расправы над маленьким отрядом в мир живых явились все обитатели загробного мира разом, с самим Киниаром во главе. — Официальная цель экспедиции — поиск новых точек Силы, но, судя по тому, что мы знаем, неофициальная тоже была. Так что надо возвращаться к королю, пускай перекидывает туда гвардию, магов, или кого там в таких ситуациях задействовать положено. Не так велик район, чтобы нужное место не найти.

Деррих припомнил выцветшую карту с потрепанными краями, которая висела на стене его библиотеки. Потом — книги по истории. Потом — то, что им говорил о лабораториях таул Верролт на достопамятном привале. И покачал головой.

— Ты забываешь о том, что они погибли на обратном пути. А совсем рядом там имеется Елье — обширный треугольный кусок земли, который с одной стороны ограничивают горы, а с двух других — Эрли и вливающаяся в нее Найли. Согласно легендам, раньше там население было поплотнее, чем сейчас, но люди умудрились прогневить Ирволу — Хозяйку Духов, и она объекты своего раздражения быстренько устранила. Там до сих пор люди неохотно селятся. Помнишь, что Верролт рассказывал про вырвавшиеся из лабораторий существа, которые жрали все на своем пути?

— Ага… — протянул задумчиво маг. Глаза его постепенно разгорались азартом. — А там с двух сторон текучая вода, которую не вдруг перескочишь, а с третьей — невкусный камень. Наверно, поэтому та пакость и не разбежалась по Сейрре. Зная драконов, можно предположить, что лаборатории были выдолблены в скале, наподобие жилых пещер, значит, участок поиска еще сужается.

— Да, и часть клана Черных драконов раньше там неподалеку обитала! — выложил еще один аргумент Деррих. — Я это потому знаю, что когда они лет девятьсот назад вздумали переселяться, то не учли интересов Серого клана. А те хоть и мелкие, но магией владеют получше всех остальных. Конфликт такой вышел, что о нем до сих пор страшные сказки по вечерам рассказывают.

Дракон и маг уставились друг на друга, ожидая сомнений и контраргументов, но их не было. Тогда Деррих залпом допил прямо из кувшина остатки кваса и тряхнул головой:

— Ужинай быстрее и полетели. Если поторопимся, то перед утренней аудиенцией даже поспать чуть-чуть успеем.

Сах в ответ поднялся из-за стола:

— Спасибо, не стоит. Зная тебя, могу предположить, что лучше не наедаться перед дорогой. Поберегу место для плотного завтрака.

— До завтрака ты три раза проголодаться успеешь. Впрочем, дело твое. — Деррих поднялся следом и убрал забытое магом в спешке беззвучное заклинание. — Во дворце и правда отменно кормят.

Ночной полет вышел для мага незабываемым. Казалось, дракон парит в бесконечном океане тьмы, а звезды светят и над головой и снизу. Понадобилось некоторое время, для того чтобы сообразить, что редкие огоньки с той стороны, где земля, — это костры пастухов, выгнавших лошадей в ночное. Время не чувствовалось. Пронзительный холод и ветер воспринимались как часть этой мерцающей бездны.

Отдельным, хотя и менее увлекательным приключением стало приземление за стеной черралисского дворянского квартала. Появляться на дворцовой площади, вполне подходящей размерами для посадки, в своем истинном облике Деррих не рискнул. Охрана у короля всегда была серьезная, а уж после начала волнений и подавно. Пришибут и не заметят. А трансформироваться на подлете в человека и плюхнуться на чью-нибудь крышу не мог из-за мага, сидящего на загривке.

Отыскать крепкий дом гномьей постройки, способный выдержать вес некрупного дракона, удалось только с четвертого захода, а потом еще сорок минут пришлось топать до дворца и объясняться с ночной охраной.

Поплутав по темным коридорам, Деррих добрался до своей комнаты и рухнул на кровать не раздеваясь, а спустя какое-то мгновение (вот только глаза закрыть успел) его уже тряс за плечо отвратительно бодрый дед в ливрее посыльного. Оказывается, утро уже наступило, и его величество хочет узнать новости.

Вяло ругаясь — в конце концов, король не его, так что можно, Деррих поплелся умываться. Спросонок показалось, что вода в кувшине ледяная. Покрывшийся крупными мурашками дракон кинул в воду заклинание подогрева и тут же затряс ошпаренной рукой.

День определенно не задался, поэтому, когда Деррих добрался до короля и увидел, что тот мрачен как туча, то совершенно не удивился. Рядом с его величеством сидела незнакомая молодая дама, чем-то похожая на Уэлту, только с более округлой фигурой и широко посаженными глазами серого цвета, в которых светилось неподдельное беспокойство. Высокий лоб женщины украшал витой серебряный обруч. В кресле напротив нетерпеливо барабанил пальцами по подлокотнику лорд-маг.

При виде дракона и Саха высокородная компания встрепенулась.

Дождавшись нестройных приветствий от визитеров, король указал на незнакомую леди:

— Хочу представить вам мою десятую дочь, леди Иллату, ныне являющуюся супругой лорда Бэжа. Она сообщила нам не очень хорошие новости.

Повинуясь кивку отца, Иллата заговорила. Голос у нее оказался негромкий, но глубокий. Дракон неожиданно поймал себя на мысли, что очень хочет послушать, как леди Бэж поет.

— Этим летом мы с мужем живем здесь, в Черралисе, но, признаться, не слишком следим за светской жизнью. Вчера отец рассказал нам о том, что происходит. В первую очередь о том, что королевская кровь является ключом к лабораториям. Когда он упомянул, что один из рода Жайтов участвует в этой ужасной истории с покушениями, я вспомнила о происшествии, случившемся на следующий день после возвращения Уэлты домой. Я спускалась по дворцовой лестнице к карете, когда внезапно споткнулась и упала. Будто кто-то под колени толкнул, но рядом никого не было. — Деррих вспомнил матушку одного из храмовых безопасников, которая тоже очень вовремя упала и сломала ногу. Похоже, неизвестный представитель рода Жайтов любит использовать проверенные методы. — Мой телохранитель не успел меня подхватить, и я сильно расшиблась, несмотря на то что лестница довольно пологая и большую ее часть я к тому моменту уже миновала. Первым мне на помощь кинулся Тэвус Жайт, виконт Орради, как раз направлявшийся во дворец, и помог подняться. Следом подскочили кучер, телохранитель, лакеи и усадили меня в карету. Я была слишком ошеломлена падением и с трудом понимала, что происходит, но мне запомнился рукав камзола виконта, испачканный в моей крови, и покрытые красными пятнами перчатки.

Угрюмый лорд Виорннер встрял с комментарием:

— Вытянутой из ткани крови вполне хватит для того, чтобы снять защиту. Все сосредоточили внимание на Уэлте, и Тэвус решил не стоять в очереди. Для его целей годится кровь любого из королевской семьи.

Иллата благосклонно отнеслась к такой непочтительности со стороны лорда и продолжать рассказ не стала. Вместо нее заговорил король:

— Один ключ у виконта есть. Что насчет второго?

— Второй тоже есть, — не стал приукрашивать действительность успокаивающими оборотами Деррих. — А еще таул Тэйсах вычислил примерный район поисков. Лаборатории находятся где-то в той части Тивлайских гор, которая ограничивает Елье. Вряд ли виконт имеет титул магистра-телепортатора, а значит, на то, чтобы открыть проход через половину страны и провести отряд, у него сил не хватит, и Сфера Энцирры ему тут не поможет. Она на скорость плетения заклинаний влияет, а не на мощность. Жайт еще в пути. А вот вы можете отправить туда и гвардейцев для организации теплой встречи, и людей для поиска лабораторий хоть прямо сейчас. Засада, — гнул свою линию, несмотря на гримасы нетерпеливого Саха, дракон, — будет наиболее эффективна.

— Елье, говорите? — Лорд Виорннер заметно повеселел. Король удивленно глянул на чародея, не понимая причины для подобной перемены настроения, но тоже перестал хмуриться. — Прямо туда он телепортироваться точно не сможет — раллаитовые залежи зацепиться не дадут даже вблизи, если заранее маяк не поставить и принимающего мага не посадить, поэтому место для засады и искать не надо. В верхнем течении Эрли есть только одна переправа, пригодная для большого конного отряда, там-то магов с воинами и припрячем. А уж точное местонахождение лабораторий можно будет у самого сэра Тэвуса узнать, после того как захватим.

— А если он погибнет во время захвата? — решил уточнить теоретик, мысленно уже листающий древние книги, которыми наверняка набиты лаборатории.

— Вот тогда и пошлем поисковые отряды. — Судя по отрешенному выражению лица, король уже просчитывал детали, решал еще не успевшие возникнуть проблемы и составлял тексты приказов. — Хотя человек, угодивший в ловушку, заблаговременно подготовленную десятком магистров, вряд ли сможет себе чем-то повредить. Хоть случайно, хоть нарочно. — Наконец его величество вынырнул из своих мыслей и сфокусировал взгляд на драконе. У Дерриха от концентрированного благодушия в монаршем взгляде тревожно екнуло сердце. — Тейир Карв, у меня есть к вам официальное предложение. В последние дни я много думал о людях и драконах и решил, что пора попытаться наладить… более добрососедские отношения. Ситуация с этими лабораториями может послужить отличными поводом для начала сотрудничества. Вы могли бы слетать к вашему правителю и передать ему мою просьбу о встрече? Точный текст послания будет готов через полчаса.

Прекращение вражды было достойной идеей, но во всей этой ситуации дракону чудилась вереница подвохов, настолько длинная, что осмыслить ее целиком и как следует с ходу не удавалось. Уточнение он решил начать с самого очевидного.

— И зачем вам драконы в лабораториях, если их уже практически нашли и даже драконий ключ находится у человека?

Ответ короля был предельно откровенным:

— Мне было бы спокойнее иметь таких могучих союзников, когда мы будем открывать двери. Конечно, времени прошло очень много, но вдруг то, что запечатывали древние маги, все еще живо?

Деррих подумал, что один раз человеческие и драконьи чародеи с этим неизвестным противником уже не справились и объединенные усилия не помогли. С другой стороны, магия с тех пор неплохо развилась, да и неожиданностью нападение не будет.

Король понаблюдал за выражением лица собеседника и мягко заметил:

— Поскольку нам надо обогнать виконта Орради, будет лучше, если вы вылетите с посланием как можно скорее.

Предложение дракону все еще казалось подозрительным. Но ведь вести переговоры не ему, а старейшина Лерриас плел интриги еще тогда, когда прапрадеда короля Шрейона на свете не было. Он любую каверзу заметит и себе на пользу обернет, при этом оставив противника в блаженной уверенности, что ему удалось обмануть глупого ящера.

Ответный взгляд дракона человеческому правителю содержал ровно столько же благодушия, сколько и королевский в момент озвучивания заманчивого предложения.

— Хорошо. Я согласен договориться с главой нашего клана о разговоре с вами. Но зачем куда-то лететь? Можно послать вызов через пентаграмму связи. Ваши специалисты умеют ведь поддерживать односторонний вызов? Если старейшина решит с вами поговорить, то вы там сами ему все и скажете.

Похоже, мысль о том, что с неведомым драконьим правителем можно связаться через банальную пентаграмму, королю в голову не приходила. Однако он быстро справился с удивлением и кивнул:

— Вы правы, это будет самым лучшим решением. Предлагаю в таком случае пройти в переговорную через десять минут. Подождите меня в приемной, я закончу некоторые формальности и присоединюсь к вам.

Друзья раскланялись с присутствующими, особое внимание уделив леди Иллате, успешно маскирующей любопытство за показной скукой, и вышли.

Деррих собрался было присесть на стул у стены, но вдруг встрепенулся:

— Слушай, мы же менестрелю из Черных обещали сведения о его предке передать сразу, как только в Черралис вернемся. Еще и на это время выкроить надо!

— Зачем? — выразительно изогнул бровь Сах и насмешливо сверкнул глазами. — Ты же во дворце, а информации у нас не так уж много.

Теоретик выглянул в коридор, подозвал дремлющего стоя в ожидании приказаний слугу и велел срочно позвать посыльного. Спустя две минуты в приемной, будто из воздуха, возник очередной юркий вихрастый мальчишка в новенькой, еще не обмятой накидке королевских цветов.

— Посыльный Варек прибыл, уважаемые тейиры!

От радостного мальчишеского гарка у Саха зазвенело в ушах. Отогнав желание несолидно потрясти головой, теоретик проворчал:

— Отлично. Срочно найди менестреля по имени Маррис Ферн, возможно, он сейчас в Большом королевском архиве, и передай ему, что останки его предка до недавнего времени находились в королевском замке Озерный Клык. О подробностях можно спросить у его величества или лорда Виорннера. Но лучше не сейчас, а через недельку. Запомнил?

Мальчишка обиженно насупился:

— Чего ж не запомнить? Могу дословно повторить. У нас на службу тех, кто путает, не берут!

— Не надо, верю на слово. Беги давай.

Дважды упрашивать посыльного не пришлось. Он тут же развернулся на пятках так, что накидка раздулась колоколом, и выскочил за дверь. Маг прислушался к быстро затихшему топоту.

— Ну как тебе решение?

— Кра-со-та! — Дракон все-таки плюхнулся на стул, блаженно потянулся и понял, что за время разговора с королем успел окончательно проснуться. Сейчас даже зевать уже не хотелось. — Если бы не тратил столько денег на книги, тоже бы слугу завел.

Маг представил себе дракона, ищущего человека, который согласится поселиться в его пещере, и жизнерадостно фыркнул. А потом — дворецкого, церемонно встречающего у входа делегацию драконоборцев, и расхохотался в голос:

— Если надумаешь, готов докинуть серебрушек на зарплату, только бы посмотреть, как это выглядеть будет!

Понявший направление мыслей приятеля дракон ухмыльнулся:

— Первым приглашу. А сейчас присядь лучше. Что-то мне подсказывает, что отдыхать мы будем еще не скоро и очень мало. Особенно если старейшина Лерриас согласится.

Ждать короля пришлось не десять минут, а почти пятнадцать. Монарх вышел из кабинета сосредоточенный и с какими-то бумагами в руках. Идущий за ним лорд Виорннер сдержанно ухмылялся, а леди возмущенно сверкала глазами. Дерриху стало очень жаль, что он не слышал происходящего за стеной. Но не приставать же к ним теперь с вопросами?

Не одобряющий праздное любопытство Шрейон все возможные расспросы пресек на корню:

— Следуйте за мной, тейиры. Времени мало.

Охранник при входе в комнату с пентаграммой связи признал начальство в лицо и с проверками не приставал, а вот на Дерриха с Сахом по привычке смотрел подозрительно.

Связист, застигнутый во время утреннего перекуса на рабочем месте, подскочил приветствовать короля. Встал он при этом так, чтобы спиной закрыть вид на тарелку с бутербродами, но аппетитный запах копченого мяса от этого маневра никуда не делся. Деррих непроизвольно сглотнул слюну и услышал, как у кого-то голодно забурчало в животе. И вроде бы не у Саха. Неужели король с лордом тоже позавтракать не успели?

Монарх слегка нахмурился и кивком указал проштрафившемуся чародею на пентаграмму связи:

— Тейир Карв должен послать односторонний вызов. Обеспечьте все необходимое.

Маг замялся, не зная как быть — для начала работы требовалось отойти от стола, но оставлять на виду компрометирующую тарелку не хотелось. Убирать же ее на глазах у всех в шкаф было бы и вовсе не удачной идеей.

Наконец определившись с меньшим злом, связист нацепил невозмутимое выражение на лицо, подошел к пентаграмме и принялся накачивать ее силой.

— Тейир Карв, вы умеете создавать образы вызова?

Не удержавшись, чародей скосил глаза в сторону стола, но компромат чудесным образом уже испарился.

Деррих украдкой осмотрелся. Сах стоял позади короля и лорда Виорннера, а потому из-за спин видно его не было, но дракон мог поспорить, что блюдо у него. Судя по тому, как заинтересованно начал крутить носом верховный маг, он тоже заметил маневры младшего коллеги.

Дракон перевел взгляд на повеселевшего связиста.

— Да, не беспокойтесь. Я умею строить пентаграммы. Вызов будет длительным, поэтому лучше, если я замкну управляющий контур на себя — у вас может не хватить сил.

Собиравшийся что-то возразить чародей заметил грозно насупленные брови государя и мгновенно передумал. Деррих поймал протянутые ему концы плетения и сосредоточился на образе въедливого старейшины. В памяти все четче проступали светло-зеленые глаза в обрамлении потемневшей от возраста до цвета охры чешуи. Дракон напрягал воображение до тех пор, пока не понял, что вызов уже прошел и сейчас он действительно смотрит в глаза заинтересованно щурящегося старейшины.

Лерриас, понявший, что потомок уже может воспринимать реальность, вопросительно поднял бровь. На чешуйчатой морде привычный человеческий жест смотрелся донельзя странно. За спиной Дерриха даже жевать перестали. Дракон прислушался и похвалил себя за то, что поставил в условиях вызова маленькое поле обзора, в которое маги не попали. С другой стороны, будь поле нормальным, они и вели бы себя прилично.

— Приветствую, старейшина Лерриас. — Деррих подавил желание поежиться под взглядом древнейшего и решил сократить вступительную речь до минимума. — Король Сейрры Шрейон Второй хочет наладить добрососедские отношения с нашим кланом. Я сказал ему, что такие вопросы надо обсуждать с тобой. Он сейчас здесь. Выслушаешь?

— Добрососедские… — Старый дракон подпер подбородок кончиком хвоста, перевел взгляд на стоящего за плечом потомка человека и задумчиво улыбнулся. — Выслушаю, почему бы и нет? А ты сходи погуляй пока и всех лишних с собой прихвати. Нечего вам слушать, как два правителя разговаривают.

— Но окно…

— Иди, иди, поддержу я заклинание, не рассыплюсь.

То, что по всем известным законам магии поддержать с «той стороны» одностороннюю пентаграмму вызова невозможно, старейшину не волновало совершенно. Деррих выпустил мерно вытягивающее силы заклинание и отступил в сторону. Выдворить подозрительного лорда Виорннера оказалось сложнее. В конце концов утомленный человеческими спорами старейшина махнул хвостом: «Раз доверенный — пускай остается». Младший дракон, Сах и дежурный связист вымелись за дверь, и переговоры начались.

Теоретик, так и не расставшийся со злосчастным блюдом, привалился к прохладной двери и протянул трофей товарищам по ожиданию.

— Как вы думаете, до чего они договорятся?

— Детали угадать не возьмусь, но дела в клане теперь пойдут еще лучше. — Деррих мечтательно прищурился и решил: — Как все закончится, надо будет домой слетать.

О необходимости слетать домой, повидать родственников, думал Деррих и день спустя, устраиваясь в засаде. Правда, повод был несколько другой. Дражайшие родичи, присланные старейшиной на подмогу людям, расположились сейчас на другом берегу стремительно перекатывающейся по камням Эрли, все как один прикрывшись каким-то неизвестным Дерриху заклинанием невидимости. А он сидел среди людей, укутанный в магический полог, и сгорал от любопытства. Прошлой зимой, когда Деррих летал домой на рождение племянника, ничего такого еще не было. Интересно, кто придумал? Или это кто-то из Серых поделился?

Рассуждения о магическом прогрессе были прерваны магистром Верролтом, который предуперждающе поднял руку.

— Всем приготовиться. Судя по срабатыванию маячка, двадцать минут до прямой видимости.

Чародеи подобрались, а гвардейцы на всякий случай бросили играть в карты и подтянулись поближе к дороге. Магия — это прекрасно, но лучше быть готовым к неожиданностям. Жилистый и худой, будто провяленный, капитан сначала взбодрил короткими емкими высказываниями самых неторопливых подчиненных, потом отвесил несколько тумаков слишком прытким, сунувшимся в расставленные заклинания, и все снова затихли, на сей раз — выжидательно.

Отряд неразборчивого в средствах виконта крылатые дозорные засекли еще утром, но затевать атаку не стали, зато сообщили магам. А уж те за следующие шесть с половиной часов расстарались на славу. Деррих о половине примененных заклинаний и не слышал никогда, а те, о которых слышал, вряд ли сможет в ближайшее десятилетие повторить. Одна только блокировка телепортации чего стоит! А уж когда вперед вышел незнакомый чародей, грузный, с сонными голубыми глазами, и скупыми точными жестами длинных рук начал маскировать наложенные на берег, мост и значительную часть дороги чары, Деррих и вовсе почувствовал настоятельное желание открыть рот.

То, что маскировка удалась, стало понятно, когда отряд лжекаррасцев под предводительством Жайта подъехал ближе. Виконт, энергичный мужчина лет тридцати, в изрядно обтрепавшейся за время странствий дорогой одежде, не слишком умело, зато благодаря Сфере Энцирры очень шустро, обшаривал дорогу поисковыми заклинаниями. Лица сопровождающих его воинов под опущенными забралами шлемов было не разглядеть, но напряжение, витавшее над отрядом, было почти физически ощутимо. То, что переправа — лучшее место для засады, понимали все. Единственными, кто оставался безучастным к происходящему, были незадачливые похитители книги. Они безмятежно восседали на заводных лошадях и смотрели на мир ничего не выражающими глазами. Сах припомнил состояние Вийта-младшего — последней жертвы магических талантов виконта, и невольно посочувствовал. По его глубочайшему убеждению, быть казненным в здравом уме и трезвой памяти было куда лучше, чем прожить еще сорок лет пускающим слюнявые пузыри идиотом.

Дракона судьба пленных похитителей интересовала меньше. Запомнив местонахождение этих шустрых тейиров и наказав себе поглядывать в ту сторону во избежание неожиданностей (как знать, каким еще фокусом они могут порадовать благодарную публику), он перевел взгляд с приближающегося отряда на притаившихся за валунами у дороги каррасцев настоящих. И передернулся. Над воинами, увидевшими осквернителей, не менее отчетливо клубилась ядовитым облаком ярость. Имел бы виконт способности к эмпатии — лежал бы сейчас в глубоком обмороке. Такой концентрированный негативный посыл не всякий профессионал выдержит.

Не подозревающий о тяжелой доле эмпатов Тэвус в последний раз выпустил поисковые чары, что-то сказал едущему справа от него командиру воинов и пустил коня чуть быстрее. Чародеи в засаде напряглись.

Вот копыта последней лошади миновали невидимую черту, за которой начинается ловушка. Дракон покосился на нетерпеливо подергивающих пальцами человеческих магов. Нет, не спускают узлы заклятий раньше времени, ждут, пока отряд поглубже заедет, чтоб наверняка.

Неслышимый для посторонних сигнал прозвучал, когда виконту оставалось до переправы каких-то жалких сто метров. Жгуты магии хищно взметнулись из дорожной пыли и… мирно опали, получив по ответному разряду. Та же участь постигла вторую волну. Деррих со смесью раздражения и восхищения наблюдал за скачущими во весь опор к мосту людьми. Первым мчался непрерывно колдующий Тэвус со Сферой Энцирры в вытянутой руке. Умеет, подлец, козырями пользоваться. Поднятую руку виконта украшал гладкий широкий браслет. Деррих был готов спорить, что на его верхней стороне выгравирован лабораторный четырехлистник. Наглый человек не постеснялся нацепить драконий ключ на себя.

Таул Верролт одобрительно крякнул и активировал вторую и третью части ловушки, припечатывая беглецов сверху. Последнее выпущенное Сферой заклинание захлебнулось на середине, и всадники замерли, оплетенные пепельно-серой паутиной. Длиннорукий чародей-маскировщик что-то мимоходом подправил в сработавшем наконец нижнем плетении, проигнорировал сердитый взгляд, которым одарил его Верролт, и спеленал виконта еще одним заклятием. Персонально.

— Так-то оно понадежнее будет.

Голос у волшебника оказался низким и хриплым.

Верролт поджал губы, снова до боли напомнив сидящему на три куста левее, чем дракон, Саху завуча из академии. То же выражение появлялось на его лице, когда кто-нибудь из коллег принимался критиковать качество работы пристроенных на теплые места многочисленных родственников.

— Надеюсь только, что ваше надежное заклинание не войдет в резонанс с уже наложенными чарами. Нам этого деятеля еще допрашивать.

И получил в ответ ленивый прищур длиннорукого:

— Да не трусь, не первый раз в сопряжении колдую. Командуй уже, чтоб их вязали. Или еще кого подождем?

Чародеи уставились друг на друга. Судя по выражениям лиц и позам, конфликт был не нов, насчитывал не один раунд схваток и давно перешел из разряда «предметных» в «привычные».

Деррих оставил за спиной неинтересную ему склоку и протиснулся к черкавшему что-то свинцовым карандашом в тетради теоретику.

Заслышав хруст камешков под сапогами дракона, Сах поднял голову. В глазах его светился совершеннейший восторг и сияла творческая мысль.

— Нет, ты видел, как он скользящие узлы накладывал? А вспомогательный узор паралича? А потом магистр Ятен р-р-раз, и во все это стазис встроил! Прямо между опорными точками!

Дракон еще раз заглянул в записи, лежавшие на коленях мага. На весь тетрадный разворот красовалась наспех перерисованная схема наложения заклинаний, которая человеку непосвященному показалась бы изображением мотка ниток, снабженного комментариями и подписями в особо запутанных местах.

— Да уж. Я потом перерисую. — Конечно, повторить эти заклинания еще долго не получится, но кто сказал, что нельзя попрактиковаться на чем-нибудь попроще? Получив в ответ согласное мычание вернувшегося к работе теоретика, Деррих вспомнил, зачем пришел. — Как ты думаешь, почему виконт не прикопал книжных воров после того, как узнал все, что ему было нужно? Сомневаюсь, что угрызения совести помешали.

Чародей оторвался от записей и почесал свинцовым стержнем макушку, а затем озадаченно пожал плечами.

Зачарованный виконт отвечал магам, в предвкушении гарцующим не хуже скаковых лошадей, коротко и по существу, поэтому направление выяснили быстро. Дольше отряды перераспределяли. Никому не хотелось тащиться назад с плененными наемниками, в то время как остальные будут участвовать в событии века. Из-за этого деловое обсуждение между Верролтом и капитаном гвардейцев чуть было не завершилось рукоприкладством, и, что характерно, длиннорукий магистр с жернонским именем Ятен своего давнего недруга поддерживал. Вражда враждой, а цеховая солидарность прежде всего.

Конец спорам положили драконы. Нет, вмешиваться в человеческие дрязги они не стали, но сидели рядом и смотрели с таким искренним любопытством, что спорщики почувствовали себя цирковыми артистами на гастролях. Ругаться дальше в такой ситуации было совершенно невозможно, поэтому пришлось быстро искать компромисс.

Путь до ворот Объединенных лабораторий у основной части отряда, отягощенной тяжелыми защитными артефактами, заколдованным виконтом и отходящими от последствий колдовства ворами, прихваченными и в первый и во второй раз «для консультаций на всякий случай — мало ли?», занял два дня. За это время драконы-маги успели слетать к дверям лабораторий сами, перетащить несколько людей-коллег и совместными усилиями наколдовать такую защиту от всего, что может выскочить из-за поросших мхом каменных створок, что опешил даже прибывший с основным отрядом Верролт. Простонародно поскреб затылок и велел ставить артефакты второй линией обороны. Лишним не будет!

Каменный склон с врезанными в него четырехсаженными створками от обилия наверченных вокруг заклинаний, казалось, мерцал и дергался в полуденном знойном воздухе, как иллюзия, созданная нерадивым учеником. Редкие кустики зелени, сумевшие вырасти на неуютно-серых камнях, скукожились и пожелтели, вселяя в Дерриха одновременно и оптимизм (что бы из-за дверей ни появилось, достанется ему изрядно), и опасения — им потом самим через вымерший участок в лаборатории идти. А ну как не успеет воздействие этой магии выветриться? Человеческие колдуны — народ увлекающийся, о последствиях думать иногда забывают.

Стоило подумать о неугомонных человеческих магах, обуянных жаждой знаний, как один из них вынырнул из толпы сородичей практически под крылом у Дерриха. Что характерно, в руках он держал исчерканную чуть ли не в три слоя тетрадь — новую бумагу для записей Саху в пустынном Елье взять было неоткуда, а увековечить следовало многое.

Теоретик плюхнулся в колючую траву рядом с передней драконьей лапой и принялся запихивать драгоценные листочки в сумку.

— Ты не в курсе, что там за третью линию обороны возводят? — Вытащенный из-за уха карандаш указал за спину, на вершину соседнего холма, где подсвеченные синими отблесками с трудом установленного телепорта суетились люди в одежде королевских цветов.

Дракон потянулся, разминая шею. Шипы гребня сухо защелкали от соприкосновений.

— Это для Уэлты. Начальство решило подстраховаться, на случай если не подействует кровавая тряпочка. Пускай хоть один ключ сработает как надо. Драконий-то надет на человека, снять его можно только с трупа, а карать и миловать высших дворян может только король и только на судебном заседании в присутствии десятка других высших дворян. Так что раз пришлось пока оставить его на виконте, пускай он и открывает. Авось сработает.

— А если мы не удержим то, что полезет из-за дверей? — поразился королевской безответственности Сах. Если бы у него были дети, он бы их постарался услать отсюда куда подальше, а не отправлял для подстраховки.

— Для того и третья линия обороны, и активный телепорт. Она к нам спускаться не будет. Гвардейцы, случись что, на пару секунд опасность задержат, охрана за это время ее как раз в портал закинуть успеет. Как только они с настройками возиться закончат, так мы сразу и начнем. — Маг вопросительно приподнял брови, удивляясь такой осведомленности, и Деррих пояснил: — Ко мне Арвиус приходил, новостями обменяться. Они с графом тоже здесь, в свите принцессы.

— Ну, значит, это надолго. — Чародей кинул сумку на землю, похлопал по ней, приминая содержимое, и улегся, положив голову на импровизированную подушку. — Я подремлю пока, разбудишь, когда начнется.

Вопреки пессимистичным прогнозам теоретика превратить послеобеденный отдых в вечерний не удалось. Спустя какой-то час по рядам исследователей пролетела команда к началу действий. Спешно поменявший ипостась Деррих, которому досталась роль официального представителя драконьей стороны, и растрепанный больше обычного Сах протолкались вперед, к ударной группе, и вклинились между таулом Верролтом и командиром драконов Геллором Нармом. Чуть позади сосредоточенно колдующего над окровавленной тряпкой Верролта покачивался в такт неслышимой мелодии заколдованный Жайт. Дракон прислушался к отголоскам заклинаний, идущих от человеческого ключа, и ухватился за надетый на виконта браслет. Пора.

Дремлющее внутри холодного металла волшебство шевельнулось, замерло в недоумении, прислушиваясь к странному сдвоенному сигналу, одна часть которого была драконьей, но шла извне, а другая — шла изнутри, но при этом была человеческой, объединила полученные данные и потекла к замку. На середине пути поток магии схлестнулся с еще одним, дополняющим и усиливающим. И тоже подозрительно неоднородным. К счастью, это не помешало им скрутиться в пронзительно свистящий жгут и втянуться в мгновенно раскалившийся камень.

Наблюдатели замерли, гадая, что будет дальше. Двери откроются сами собой? Или только разблокируются, а отжимать каменные плиты придется вручную? Или, может быть, просто истают в воздухе? Все-таки это легендарные магические лаборатории, может случиться что угодно.

Результат превзошел все ожидания. Каменные створки просто выпали со своих мест, огласив предгорья мерзким скрежетом, завершившимся гулким ударом и сухим треском. Левая створка, рухнувшая на бугристый валун, бывший пару столетий назад частью козырька, раскололась на несколько крупных осколков, один из которых съехал по склону практически к ногам уже пришедших в себя, а потому надежно связанных книжных воров. Белобрысый маг попятился, заодно оттягивая подальше своего спутника и гвардейцев охраны. Восторга на его лице от участия в эпохальном событии не наблюдалось.

Людям и драконам было не до пленников. Они напряженно уставились в черный провал, ожидая появления того, что уничтожило древних исследователей. Тишина опустилась такая, что басовитое гудение пчел над сиреневыми венчиками душицы казалось чуть ли не трубным ревом. Прошло десять минут. Пятнадцать. Вылезать навстречу гостям никто не спешил. Маги обеих рас начали поглядывать не только на дыру, но и на Верролта.

Старший чародей помялся, подумал и сменил заготовленное боевое заклинание поисковым. Мягкое дрожание воздуха прокатилось от пальцев к проему ворот и скрылось в темноте. Потом еще раз. Маг нахмурился, и в третий раз к лаборатории полетела россыпь белых пылинок.

Затем чародей кашлянул и потер переносицу:

— Магистр Ятен, попробуйте вы. Хочу узнать стороннее мнение. Даэрлих, тейир Нарм, вы тоже присоединяйтесь.

Человек и два дракона переглянулись и принялись сплетать поисковики. Что такого нашел командир людей, что ему три сторонних подтверждения понадобилось, и защиту ослабить не побоялся?

Первым закончил выплетать чары Геллор. Его заклинание кануло во тьму без всяких спецэффектов. Спустя пару секунд лицо дракона приобрело то же странное выражение, что и у Верролта. Вконец заинтригованный Деррих доплел последний узел и выпустил в сторону лабораторий заклинание крапивы. Что бы там ни твердили умные книги, для поиска в помещениях ничего лучше этих чар, мгновенно заполняющих собой все свободное пространство, пока не придумали. И спрятаться от них невозможно.

Отклик пришел практически сразу. Судя по нему, за дверным проемом скрывалось одно огромное помещение, в котором не было ни-че-го. Ни живого, ни немертвого, ни магического. Даже мебели и той практически не было. Только выступы какие-то вдоль стен да труха на полу.

Перепроверив результат, Деррих повернулся к Верролту. Старший чародей внимательно следил за выражениями лиц проверяющих и, судя по всему, словесные пояснения ему не требовались.

— Что теперь?

— Что вы там вообще нашли? — влез нетерпеливый Сах.

Остальные маги, продолжающие держать защиту, посмотрели на него с благодарностью. В их возрасте проявлять нетерпение и любопытство уже несолидно, но… интересно же. И узнать хочется поскорее!

— В том-то и дело, что ничего. Вообще. Пусто. Вот что, — определился наконец с ближайшими планами Верролт, — все по очереди колдуют поиск, и если никто ничего не находит, пятеро идут со мной внутрь смотреть, а остальные страхуют. Мало ли что. Юргвен, начинай поиск ты. Потом Тайвус, и дальше — по цепочке.

Повторного приглашения высокому смуглому чародею с сединой на висках не потребовалось. За ним начинание подхватил ширококостный маг со следами старых ожогов на руках и огромным недоверием, написанным на лице. Остальные нетерпеливо переминались в ожидании своей очереди. Спустя десять минут первоначальные выводы подтвердились.

— Что ж. — Верролт обвел взглядом отряд. — Значит, идем смотреть сами, что там такое. За старшего остается магистр Ятен. Со мной идут Юргвен, Тэйсах, Даэрлих, тейир Нарм и еще один дракон по вашему выбору.

Среди ящеров тут же началось шевеление — каждый норовил встать так, чтобы попасться на глаза командиру. Ничуть не смущенный таким рвением Геллор выдернул из строя бледного парня в аркливийской накидке, надетой вместо обычного плаща. Мелкие черты его лица с хищным узким носом неуловимо напоминали самого драконьего командира. «В конце концов, все члены клана в той или иной степени родственники», — Деррих попытался припомнить, кем ему может приходиться Геллор, но быстро сдался. Нармы уже больше семисот лет проживали на западных отрогах Тивлайских гор, поэтому знал их молодой дракон очень плохо.

Когда порядок следования определился, Верролт развел руками стену защитных чар и шагнул в образовавшийся проход. За ним легко, как призрак, скользнул командир драконов. Деррих шел четвертым, сразу за Сахом, и подозревал, что их засунули в середину, как самых бесполезных. И взяли с собой только потому, что они изначально во всей этой каше и крутились.

Укутанный многослойной защитой отряд миновал коридор в двадцать шагов и вышел на открытое пространство. К высокому потолку взмыл целый рой огоньков и разлетелся по гигантскому помещению. Деррих прикинул размеры зала и решил, что вполне мог бы перекинуться, взлететь и сделать круг, не особо боясь покалечить крылья.

Пещера действительно была пуста, только вдоль стен высились базальтовые остовы столов, будто бы изъеденные кислотой. Судя по их расположению и отметинам на стенах, когда-то зал разделяли деревянные переборки, ныне отсутствующие. Все видимые поверхности покрывала плотная вязь магических знаков незнакомого вида, но силы в них не было ни капли.

Сах сделал шаг в сторону ближайшей стены, покрытой интригующими рисунками, и с пола поднялось облачко праха, тут же облепившее сапоги и штанины почти до колен.

— Это что еще за холера? — Отряхиваться подозрительный теоретик не спешил. Только внимательно рассматривал бурую пыль, покрывающую пол ровным плотным слоем.

— Наверно, остатки мебели и исследователей, которые выбежать не успели. Ну и того, что их сожрало, заодно, — предположил бледнолицый дракон и весело фыркнул: — Знаете, я всякое предполагал, но как-то даже в голову не пришло, что древнее зло может банально сдохнуть с голоду. Или от старости.

— Не только вам, коллега, — признался Юргвен, опускаясь на корточки. Сделав несколько быстрых пассов, относящихся к арсеналу некромантов, и прислушавшись к отклику, маг озадаченно протянул: — Похоже, вся эта пыль — останки только и исключительно того, что напало на исследователей. Даже древесной трухи и следов металла нет. Штука оказалась действительно всеядной и умирать от голода решительно не хотела.

— А оно не восстанет, если на него кровью брызнуть или силой подпитать? — обеспокоился Нарм, прикидывая площадь пола и толщину пылевого покрытия.

— Нет. — Некромант зачерпнул пригоршню пыли и растер между ладонями. — Мертво окончательно и бесповоротно. Представляет только чисто академический интерес. Больше тут, похоже, ничего интересного нет.

— Зато во взаимодействии потренировались, — благодушно пожал плечами Геллор. Казалось, такой исход дела ничуть его не разочаровал. — Лерриас говорил, что это пригодится.

— Совершенно верно, тейир, — откликнулся Верролт. Невольная обида на судьбу быстро прошла, сменившись мыслями о переделе влияния в магических и политических кругах, открывающихся перспективах и возможных последствиях. — Сейчас все быстренько осматриваем на случай, если сохранилась какая-нибудь опасность, и на выход. Мне нужно поговорить с его величеством.

Принцесса чувствами владела куда хуже, чем старый чародей.

— Совсем ничего?! — Разочарование девушки граничило с ужасом. Выслушав новость, принесенную на ее холм Сахом и Деррихом, Уэлта сделала шаг назад. Мрачный граф Тарвет, которому опять не удалось совершить подвиг во славу потенциальной невесты, тут же предупредительно подхватил ее под локоть и получил в ответ смущенный взгляд и благодарную улыбку. Деррих присмотрелся к высокородной паре и решил, что граф и без подвигов может свататься спокойно. Принцесса возражать не будет. — Вы хотите сказать, что все это безобразие с похищениями, интригами и прочими преступлениями было ради большой пустой комнаты, в которой нет абсолютно ничего?!

— Ну если не считать странной пыли и необычных знаков на стенах. Я перерисовал несколько узоров, надо будет попробовать разобраться на досуге. — Теоретик торжествующе помахал мятой тетрадью. Деррих посмотрел на его сияющую физиономию и решил, что если поискать, то в сумке и кулек с прахом, утянутым для исследований, найдется.

— Конечно… — Судя по грустным глазам, Уэлта это достойной наградой за пережитые волнения не считала.

Граф открыл рот сказать что-нибудь утешающее, но не успел. К Уэлте, цепляясь подолом плаща за колючую растительность, поднялся гвардеец с десятницкой бляхой на груди. Всю нижнюю треть плаща диковинным орнаментом украшала россыпь репейника.

— Здравы будьте, ваше высочество! Разрешите с вами этих гавриков через телепорт в Черралис отправить? — Взмах рукой куда-то за спину привлек внимание благородной публики к книжным ворам, поднимающимся следом в сопровождении конвоя. — Виконт-то заколдованный с магами поедет, а этих чаровать нельзя. Как бы не убегли по дороге.

Штатный целитель, сумевший привести в сознание жертв виконтова колдовства, действительно запретил применять к ним в ближайший месяц какие-либо чары, поэтому невезучих преступников пришлось по-простому связать. С учетом обстоятельств метод казался не слишком надежным.

— Конечно, десятник, — степенно кивнула принцесса. — Можете оставить их на попечение моих людей.

Означенные люди радости от появления еще двух объектов заботы не продемонстрировали, но возражать не стали. Только граф возмущенно оглядел бывших конкурентов, не слишком ласково усаженных на землю возле арки телепорта. Белобрысый чародей с мрачным вызовом уставился в ответ. Раскаяния на его лице не было. Разочарования или досады от того, что авантюра закончилась пшиком, — тоже. Раздражение Тарвета от этого выросло вдвое и срочно потребовало выхода. А когда добросердечная Уэлта велела дать заморенным пленникам воды, точка кипения оказалась достигнута.

— Ваше высочество, не слишком ли много чести для покушавшихся на вас оборванцев? Если бы вас сюда притащили они, то парой капель крови дело бы наверняка не ограничилось.

— Повежливее, граф. — Голос молодого чародея был сух и холоден. — Во-первых, вы говорите с дворянином, пусть и не титулованным. Во-вторых, не приписывайте мне чужие грехи. До сегодняшнего дня я понятия не имел, где находятся лаборатории, и искать не собирался — думал, что их намертво запечатали. А о ключах вообще никогда не слышал.

ЭПИЛОГ.

После слов белобрысого повисло недоверчивое молчание.

— Да что вы говорите, тейир? — Кипевшее в графе раздражение и не думало утихать. — Зачем же вам принцесса тогда понадобилась? И книга ритуалов? И, кстати, не назовете ли вы нам заодно свое благородное имя?

Пленный чародей умудрился церемонно поклониться, несмотря на то, что сидел на земле со связанными за спиной руками. Деррих полюбовался на сей акробатический этюд и решил, что белобрысый не врет насчет дворянского происхождения — простой смертный такое при всем желании не повторит.

— Бигарус Сордан к вашим услугам. А это тейир Шеррус, капитан стражи моего замка.

— Врешь! — подпрыгнул Сах. На лице его недоверие мешалось с воодушевлением. — Так звали автора «Изложения ритуалов», которое вы украли!

— Не украли, а вернули фамильную реликвию, — невозмутимо поправил новоявленный Бигарус-младший. — По закону, если в семье погибшего чародея остался наследник, владеющий магией, то записи и артефакты достаются ему, а он уже сам решает, что на общественные нужды пожертвовать. Но тогдашнее руководство академии воспользовалось тем, то сын магистра был в отъезде, когда пришло известие о гибели, и захапало все, до чего успело дотянуться. Книгу в том числе. И насчет имени я не вру — в нашем роду оно очень часто встречается.

— Допустим. С возвратом фамильной реликвии понятно. А при чем тут ее высочество? — не унимался въедливый теоретик. Магия упрямо твердила, что белобрысый не врет. Арвиус, самый опытный из присутствующих чародеев, тоже слушал откровения новоявленного наследника с удивлением, но без недоверия.

Пленники быстро переглянулись, и маг, решив что-то для себя, загадочно улыбнулся принцессе, с трудом сдерживающей любопытство.

— С помощью ее высочества я надеялся получить основную часть наследства. Как известно, королевская кровь может разрушать чары, для того я и осмелился потревожить принцессу. И, кстати, никакого вреда причинять не собирался. Если вы мне поможете, я смогу предложить весьма щедрый выкуп за свою свободу и свободу моего друга. — Заметив пренебрежительный фырк графа и недоверие на лице Уэлты, Бигарус искушающее прибавил: — Не деньгами, артефактами лабораторий. Не делайте такое лицо, уважаемые. Я полагаю, вы слышали, что мой предок интересовался этой темой и ездил собирать сведения.

Сах заинтересованно кивнул:

— Мы в курсе, что он искал Объединенные лаборатории. Собственно, так на Елье и вышли.

— Не их, — поправил достойный потомок знаменитого авантюриста от магии. — Магистр считал, что запечатали развалины. И слава предкам, нечего вместилище непонятной опасности ковырять. А ездил он по окрестным городкам и селам, в которых за время существования лабораторий осели всякие мелочи вроде того артефакта, что вы у меня отняли, или фрагменты записей. Владельцы часто сами не понимали, какой редкостью обладают. Последняя экспедиция оказалась особенно плодотворной, но в тот год из-за зимнего голода и возросшей смертности в Тивлайских предгорьях поднялась просто туча нежити. На обратном пути магистр и командир воинов Жайт решили сделать схрон, добраться до Черралиса налегке, а потом вернуться с большим отрядом и забрать добычу. Чтобы результат многомесячных поисков не присвоил кто-нибудь излишне удачливый, предок старательно и со знанием дела зачаровал хибару, в которой сделали склад, и со спокойной душой отправился дальше. Жаль, погиб через несколько дней вместе с Жайтом и большей частью отряда во время очередного нападения нежити. Выжившие солдаты, добравшиеся до столицы, тряслись и рассказывали об ордах немертвых, причем в последних версиях помимо банальных упырей фигурировали драколичи (каждый раз на одного больше), а в одном из вариантов присутствовал лично заглянувший в мир живых Киниар. Впрочем, умолчать о тайнике ума им хватило. Предъявили в качестве добычи те мелочи, что мэтр прятать не стал, выждали год и вернулись к хижине вместе с обиженным на академию и королевское правосудие сыном мэтра. К сожалению, против отца тот оказался слабоват и защиту сковырнуть так и не сумел. Потом несколько поколений в нашем роду волшебников вообще не рождалось, за это время история перешла в разряд семейных легенд, а сейчас у нас проблемы с деньгами образовались — фамильный замок заложен, а выплачивать долг нечем, вот я и решил рискнуть. Кровь ее высочества разрушит чары, а книга, написанная лично создателем заклятия и долго находившаяся при нем, в сочетании с моей кровью откроет сродство, которое не позволит сработать той части заклинания, которая в ответ на взлом уничтожает защищаемые объекты. Предлагаю разделить добычу по интересам: вам все магические предметы и записи, нам — деньги, если они там найдутся, и свобода. Как вам такой вариант?

Деррих не уловил момент, когда напевно былинный тон рассказчика превратился в деловой. Это не помешало ему заметить факт, ловко обойденный в повествовании.

— Содержимое тайника в любом случае не твое, а государственное, потому что экспедиция была отправлена на деньги короля.

— И по академическому заказу. Вот я часть того, что причитается академии, и прошу. В качестве компенсации ею незаконно присвоенного. На то, что должно отойти королю, покушаться не собираюсь. — Поймав многообещающий взгляд графа, пленник поспешил прибавить: — Кстати, без моего добровольного содействия ничего не получится. Я последний наследник мэтра, а для благополучного извлечения добычи нужен кто-то, в ком течет кровь создателя заклинания, причем не находящийся под воздействием магии.

Уэлта, уже испытавшая сегодня одно разочарование, не торопилась нарываться на второе.

— Думаете, через столько лет там что-нибудь сохранилось?

— Конечно! — поразился женской недогадливости Бигарус-младший. — Лаборатории ведь запечатывали прямо в середине рабочего дня, с голодным нечто внутри, а хижину специально зачаровывали на длительное хранение, да к тому же на восемьсот лет позже! Судя по качеству защиты от проникновения, полумеры предок не любил, так что заколдовать должен был на совесть.

— Не нравится мне это все, — попытался убедить то ли себя, то ли присутствующих молодой граф. Взбудораженное поисками легендарных лабораторий и последовавшим разочарованием воображение никак не хотело униматься. — Арвиус, Тэйсах, Даэрлих, вы же маги. Он врет?

Чародеи задумались, а потом дружно помотали головами.

— Нет. То, что он сказал, — чистая правда. Даже умолчаний и недоговорок не было. — Сах на секунду примолк, а потом добавил: — И насчет того, что ее высочеству ничего плохого делать не собирались, тоже правда.

Таул Арвиус секунду помедлил, обдумывая ситуацию, и пожал плечами:

— Я не вижу никакого вреда от проверки слов этого юноши. Сбежать от дракона он в любом случае не сможет, причинить вред ее высочеству под нашим присмотром — тоже. Так почему бы не посмотреть?

После того как взаимные уговоры, предостережения, угрозы и сомнения закончились, удрать от охраны оказалось проще простого. Деррих лишь перекинулся в истинную ипостась, а остальные с деловым видом взгромоздились ему на хребет. Связанных пленников не слишком аккуратно закинули наверх маги. Начальник телохранителей попытался было что-то сказать, но Уэлта не терпящим возражений тоном велела ему ждать ее возвращения, и дракон тут же взлетел, пока воин не придумал какой-нибудь более действенный способ убеждения строптивой принцессы, чем слова.

Путь оказался неожиданно долгим и запутанным. Сидящий впереди всех, можно сказать, на шее, Бигарус-младший, вместо того чтобы показывать направление, боролся с приступами морской болезни и головокружения, приходящими то по очереди, то одновременно. Дракон с замиранием сердца прислушивался к звукам, доносящимся со спины, и давал зароки, что «еще хоть раз…», но пока что все было пристойно.

На втором часу кружения главный страдалец оживился и заколотил кулаками по чешуе, вызвав у дракона сильное желание сделать бочку. Или банально встряхнуться.

— Вон, вон ручей, видите? Который из-под камня, похожего на собачью голову, вытекает? А внизу, слева, остатки старой шахтерской дороги! Садитесь у истока!

— Не вижу я рядом никаких хижин! — тут же поделился наблюдениями граф, с трудом перекрикивая бьющий в лицо, несмотря на магические щиты, ветер. — Следите за этими типами, когда приземлимся, чтобы не сбежали!

Выполнить последнее пожелание смог только дракон. Потому что когда Деррих заложил аккуратный вираж и приземлился около продолговатого камня с торчащими «ушками», остальные сползли на землю и некоторое время сидели не шевелясь. Первым, как и следовало ожидать, пришел в себя привычный Сах. Извечное любопытство ученого подняло его на ноги через полминуты после приземления, и теоретик принялся описывать круги по лужайке, зажатой между двумя выходами скальной породы.

— Здесь определенно есть какое-то активное заклинание. Только не могу понять, где оно и какое именно. Выше по склону находится природный магический источник, за его силой можно любые чары замаскировать.

— Это заклинание отвода глаз. — Свои собственные, плотно зажмуренные глаза белобрысый чародей разлеплять не торопился. — Книгу давайте, сейчас сниму. И, ваше высочество, подойдите ближе, нужно ваше участие.

— Иду, — отозвалась Уэлта, так же не торопясь шевелиться. Перелет внутри кареты понравился ей больше. И чего Тэйсах в тот раз возмущался? По крайней мере, находящуюся далеко-далеко внизу землю видно не было. И дуло гораздо меньше.

Сах порылся в сумке и извлек со дна аккуратно замотанный в холстину трофей, порадовавшись, что не оставил его в библиотеке. По ткани бежали нанесенные несмываемой краской цепочки знаков: «непромокаемость», «огнеупорность», «возвращение к наложившему чары», «прочность» и «подпитка заклинаний от окружающей среды», благодаря чему невзрачная тряпочка сама превратилась в довольно ценный артефакт.

— Держи. Временно. Снимешь чары — вернешь. — Чужую собственность и законы наследования теоретик уважал, но не признаваться же не пойми кому, что к уже начавшемуся учебному году подготовиться так и не успел? Кстати, надо будет потом снять полную копию, а оригинал законному владельцу отослать.

Бигарус пришел в себя достаточно для того, чтобы недовольно зыркнуть на наглого представителя академии и выдернуть фамильную реликвию из загребущих рук.

— Обязательно.

Слегка пошатывающаяся Уэлта подошла к магам, на ходу расправляя помявшиеся во время полета юбки — знакомство с колючей драконьей чешуей не пошло на пользу мягкой ткани. С беспокойством взглянула на книгу, с еще большим — на кинжал стоящего рядом Тарвета.

— Надо резать руку или будет достаточно одного присутствия?

— Хватит присутствия. — Сидя разговаривать с особой королевской крови Бигарусу было неудобно, но он так и продолжал сидеть, пока подошедший с другой стороны Шеррус, капитан стражи фамильного замка Сорданов, не поднял своего начальника за ухо. Этот может.

Сосредоточившийся чародей повернулся лицом к левой стороне поляны, отделенной от людей и дракона бьющим из-под камня родником, и поднял книгу. Над травой пролетел порыв горячего ветра, и там, где только что буйно цвела горечавка, появилась заросшая мхом хижина с просевшей крышей и полуоторванным ставнем на крошечном, в две ладони, окне.

— Получилось, — недоверчиво и радостно выдохнул чей-то голос у Дерриха под ухом, и только спустя несколько секунд дракон понял, что голос принадлежал белобрысому.

— Да. Внутрь пойдем?

— Сейчас, последний слой защиты сниму, — засуетился маг. От нетерпения у него дрожали руки (шутка ли, семейная легенда здесь, перед ним, во плоти), и жест деактивации никак не хотел получаться. Резко выдохнув, Бигарус взял себя в руки и закончил начатое колдовство. Последняя невидимая завеса пала. — Все. Можно идти.

Первым, с молчаливого одобрения графа и Арвиуса, к двери пошел Шеррус. Уэлта, засмотревшаяся на хижину, вдруг обнаружила себя в самом хвосте процессии и поспешила нагнать спутников, но вперед ее все равно не пустили.

— Кто эти старые заклинания знает, — пояснил обернувшийся на возмущенный голос старший маг. — Лучше будьте пока сзади.

Но никаких сюрпризов они так и не дождались. С трудом открыв вросшую в землю (несмотря на защитные заклинания) дверь, наемник скрылся в доме. Следом за ним в крошечное помещение набились остальные члены отряда, заполнив собой все свободное место. И завороженно уставились на еле видимую в полумраке россыпь предметов, лежащих на столе и полу. Сах выпустил из ладони магический огонек, и стали видны каменные львы высотой в половину локтя, аккуратно сложенные настенные светильники диковинного вида, что-то непонятное, состоящее из дуг и сфер, закрепленных на одной оси, сдвоенные диски с пометками по краям… Каждый из предметов был помечен знакомым четырехлистником. С таким багажом от нежити по горам действительно не побегаешь.

Сбоку, придавленная двумя туго набитыми кошелями, лежала кипа мятых листов, исчерканных непонятными схемами, и три обтрепанные тетради.

— Делим по договору! — хрипло напомнил Бигарус-младший. — Деньги и драгоценности нам, артефакты — вам.

— А записи — нам с Деррихом, — тут же откликнулся Сах. Пожелтевшая бумага притягивала его взгляд словно магнит.

Спутники, сообразившие, что в деле имеется три заинтересованные стороны, а не две, посмотрели на запрошенную долю добычи и смущенно переглянулись. Уэлта осторожно потянула теоретика за рукав:

— Возьмите еще пару артефактов. В качестве дополнения. Нам тут хватит.

— Нам тоже хватит, не подеремся, — откликнулся вместо мага Деррих. Выбор друга он поддерживал всеми четырьмя лапами. — Вы тут разбирайтесь пока, а мы возьмем эти бумаги и снаружи вас подождем. Хорошо?

Теоретик бережно вытащил записи из-под кошелей с презренным металлом — весьма тяжелых, кстати, и, бережно прижав их к груди, протолкался к выходу. Арвиус проводил бумаги взглядом, но следом не пошел — артефакты боевого мага интересовали куда больше.

После затхлого, пропитанного запахом плесени и мышиного помета воздуха хибары пронзительный горный ветер, наполненный ароматами поздних цветов, пьянил и кружил голову. Хотя, возможно, она кружилась еще и от осознания того, что в руках ее владельца находится поистине уникальная информация. Ну хорошо, обрывки и выписки уникальной информации. Три ученические тетради и пятнадцать листов со схемами, если точнее.

Маг, не глядя, отделил половину, сунул в руки дракону и углубился в разбор чужих каракулей. Почерк у древнего ученика был ничуть не лучше, чем у бывшего соседа Саха по общежитию.

Спустя некоторое время его вернул в реальность голос дракона:

— Слушай, тут описано упражнение на объединение силы. Вроде простенькое. Попробуем?

Дружно покосившись в сторону хижины, они отошли к противоположному краю поляны, и Деррих протянул теоретику заинтересовавший его лист. Схема, найденная драконом, и впрямь оказалась гениально простой и абсолютно непривычной.

Дождавшись согласного кивка чародея, Деррих напрягся, формируя токи силы, и почувствовал, как к ним добавляется магия человека. Между экспериментаторами, на уровне лица, возник четырехлистный цветок ярко-желтого огня.

Несколько ударов сердца дракон стоял, не шевелясь, а потом осторожно качнулся в сторону, чтобы переглянуться с магом. Сах выглядел абсолютно серьезным и будто повзрослевшим лет на десять. Деррих широко улыбнулся:

— Кажется, Объединенные лаборатории рано списали со счетов.

Будто очнувшись, теоретик тряхнул головой и рассмеялся. Огонек вспыхнул ярче и погас, обдав своих создателей легкой прохладой.

— Думаю, основу эмблемы можно оставить, четырехлистник и есть! Только руну в центре заменить. Обновление? Или Юг? Гоарта возле южных гор находится…

Ни один из озвученных вариантов дракону не понравился, но придумать свой он не успел. На лужайку вышла Уэлта с объемистым узелком в руках. Выглядела она при этом еще более смущенной, чем раньше — видно, удалось найти что-то действительно ценное. Отыскав взглядом устроившихся в тени Собачей Головы дракона и теоретика, она направилась к ним. С каждым шагом ее лицо делалось все более решительным.

— Послушайте, мне неловко отпускать вас просто так после всего, что вы для меня сделали. Возьмите что-нибудь в дополнение к этим… бумагам. — Записи, бережно укладываемые парнями в сумки, трепета у нее не вызывали. — Артефактов вполне хватит на пятерых. Выберите себе, что понравится.

— Не надо. Лучше влезайте скорее, король уже, наверно, волнуется. А это вредно. — Деррих пересчитал остальных членов отряда, выбирающихся наружу, перекинулся в драконью ипостась и шевельнул крыльями, разминаясь перед полетом. — Нам еще таула Сордана с телохранителем поближе к людям и подальше от ваших магов отнести надо. Кстати, Уэлта, давно хотел вас спросить, какие цветы любит Кирлин?

— Ирисы, — откликнулся вместо принцессы весело щурящийся теоретик. — И учти, что она терпеть не может романтическую поэзию эпохи короля Ренеруса. А теперь действительно полетели. Меня ждут ученики. И много-много работы.

БОЖЕСТВА СЕЙРРЫ.

Арнива — Весенняя и Исцеляющая (второе имя — Весенняя Птица) — божество весны, обновления и исцеления. Также покровительствует любому доброму начинанию. Символ — ольховая или дубовая ветвь.

Багровый Воин (культ запрещен полвека назад из-за агрессивности и неуживчивости последователей) — покровитель захватнических войн, мародерства и военных хитростей.

Ирвола — Хозяйка Духов — хозяйка магии и духов природы.

Йоранн — Вечное Небо — покровитель астрологов, предсказателей и заводчиков ловчих птиц.

Киниар — Хозяин Загробного Мира (Хозяин Мертвых). Заодно отвечает за нежить (поднятую специально) и покровительствует некромантам. Символ — спираль.

Риморн — покровитель торговцев и путешественников. Изображается в виде веселого толстячка в дырявой соломенной шляпе, с белой собакой, сидящей у левой ноги. Белые собаки являются священными животными Риморна, часто живут при храмах. Белый щенок — традиционный подарок для человека, открывающего свое дело.

Солнай — Клинок Справедливости — занял освободившееся место в пантеоне, когда культ Багрового Воина запретили. Все жрецы — отменные воины, но принятый у них кодекс делает их куда более приятными соседями, чем последователи Багрового.

Талеан Двуликий — верховное божество, отвечающее за мудрость и равновесие. Символы — Солнце и Луна (они же — лики, бдительно приглядывающие за земным миром).

Тарив — владыка подземных недр. Покровительствует рудокопам, кузнецам, резчикам по камню и углежогам (ювелиры, также работающие с металлами и камнями, находятся тем не менее под покровительством Эвироя). Как правило, его изображения — это массивные, едва обработанные человекоподобные фигуры. Зачастую даже без намеченных черт лица. В районе Румхайских гор и на юго-западе Сейрры его принято изображать в виде подростка с двумя чашами в руках.

Урвис — Несущий Болезни и Несчастья — помимо упомянутых болезней и несчастий также отвечает за самоподнявшуюся нежить. Изображается в виде изможденного мужчины средних лет с вороньими крыльями. Символ — вересковая ветвь или воронье перо.

Цетойна — Творящая Жизнь — отвечает за плодородие. Для землепашцев главное божество. В каждой части страны имеет свой символ, в зависимости от того, что там является основной сельскохозяйственной культурой. В скотоводческих районах символом является наиболее распространенная порода скота.

Эвирой — Хозяин Мороков, Снов и Фантазий — покровитель воров, дипломатов и людей искусства. Особой его любовью пользуются актеры. В некоторых трактованиях также отвечает за удачу.

Стихии — являются отдельными силами. Наделены неким подобием воли и разума. Огонь — хранитель всех клятв, стихии Воды, Земли, Воздуха не интересны никому, кроме магов, работающих с ними. Стихией Жизни помимо магов способны управлять жрецы Арнивы и Цетойны. Тьма воспринимается как отдельная стихия. Наиболее распространено верование, что ее воплощают множество разрозненных злых духов разной степени могущества. В некоторых регионах отдельных духов возводят в статус мелких божеств.

Примечания.

1.

Упелянд — верхняя мужская одежда во Франции в конце XIV века; использовалась для прогулок, верховой езды и торжественных случаев.