Несколько. Коротких дифирамбов. Симпатичным людям.

Роману Карцеву:

Ты на кого другого посмотри — Такой большо-ой – вчерашний и на три… А вот выходит Карцев выступать — Малэсенький – сегодня и на пять!

Александру Михайлову:

И сам большой, и твой талант большой, И так поешь, что мог попасть в Большой… Но ты всегда был очень скромным малым, И потому довольствуешься Малым!

Александру Панкратову-Черному:

Не езжай ты, Саша, в Голливуд, В логово расизма распроклятого: Там при первом крике: «Черных бьют!» Тут же все рванут лупить Панкратова!

Алле Суриковой:

Мне говорил знакомый рэкетир, Мешок боксерский колотя, бывало: "Пособия нам лучше не найти, Чем драки в фильмах Суриковой Аллы! Караченцев Ярмольнику – в мурло! У Табакова нож торчит в лопатке!.. Не-ет, мы, когда наедем на кого, Ей сумками отстегиваем бабки!"

Махмуду Эсамбаеву:

Талант, успех и славы торжество, И золото на лацкане сияет, И целый мир глядит и понимает: «Есть что-то под папахой у него!»

Олегу Ефремову:

За этот шанс, однажды провороненный, Ефремов должен сам себя винить: В «Трех тополях…» поладил бы с Дорониной Глядишь, и не пришлось бы МХАТ делить!

Ирине Грибулиной:

Ах, бабы, бабы, не гневите Бога! Вот Ирка счастье сглазила свое: Все пела: «Недотрога, недотрога…» — Теперь никто не трогает ее!

Михаилу Грушевскому:

С таким талантом – на свободе!.. И как парнишке удается. Вожди приходят и уходят — Один Грушевский остается!

Анатолию Ромашину:

Неплохо прожил жизнь совсем И вдаль не смотрит мрачно: Он был женат раз шесть иль семь И все разы – удачно!

Вячеславу Бутусову:

У нас от старца до юнца безусого Никто в парижской жизни не силен, Но каждый точно знает – от Бутусова: «Ален Делон не пьет одеколон!»

Маргарите Эскиной, директору Центрального Дома Актера:

Чем Эскина сегодня знаменита? Тем, что и Мастер вы, и Маргарита!