Часть I. Эволюция полового влечения. Половое чувство и его внутренние стимулы.

В жизни людей царят два основных фактора: влечение к другому полу и инстинкт самосохранения. Цель первого — продолжение рода, второго — сохранение отдельной особи. И для целей природы половое влечение важнее, чем инстинкт самосохранения, и потому оно сильнее последнего и глубже в человеке заложено. Это яснее всего мы наблюдаем в царстве животных, где в борьбе за обладание самкой самец весьма часто самую жизнь свою ставит под непосредственную угрозу. Тоже видим мы и у дикарей. Да и среди цивилизованных людей мы изо дня в день можем наблюдать, как ради удовлетворения своего полового влечения современный человек не останавливается перед самой грозной опасностью и приносит в жертву любви даже самую свою жизнь.

* * *

Половое влечение, несомненно, в основе своей имеет стремление к размножению, но несомненно и то, что инстинкт этот в настоящее время значительно разнится от полового влечения.

Это допускает даже и богословская наука. В труде пастора Эрнста Баара, «Половая проблема», мы находим: «В физиологическом общении полов воля к воспроизведению себе подобных стоит на самом последнем плане».

С ростом цивилизации инстинкт размножения постепенно атрофируется, теряет свою силу и в наибольшей полноте сохраняется лишь в душе женщины под видом неодолимой жажды материнства.

Иначе обстоит дело с инстинктом мужчины. Единственно, что об этой «воле к произведению» у него, может быть, напоминает — это, несомненно, весьма нередко присущее ему желание иметь детей от любимой женщины. Но это желание почти ничего общего с половым влечением не имеет, это лишь род некоторого мистического, подсознательно живущего в мужчине стремления к достижению бессмертия путем продолжения своей индивидуальной личности в потомстве. Стремление это порой, конечно, достигает громадной интенсивности, гранича с чувством страстной тоски.

* * *

Многие выдающиеся авторы влечение полов друг к другу объясняют лишь простой похотливостью.

К этой точке зрения я не могу присоединиться. Хотя физиологическое сближение противоположных полов и находится в центре половых требований, однако такое определение неприемлемо потому, что стремление к половому общению — понятие, далеко не идентичное с понятием о половом влечении вообще, которое рождается в человеке задолго до появления в нем органической возможности иметь детей. Это подтверждает и то, что нормальному физиологическому сближению, весьма нередко предшествует ненормальное половое самоудовлетворение.

Половое влечение — чувство, глубоко заложенное в самой природе человека, имеющее целью при помощи ряда психических импульсов выявить особенности своего пола. Чувство это всемогуще и оказывает влияние далеко за пределы собственно половой сферы: достаточно припомнить его мощное воздействие на целую отрасль человеческого искусства — эротику.

* * *

Во всех своих внешних проявлениях половое влечение в значительной степени зависит от деятельности половых желез и, в особенности, не только от их внешних выделений (производительных семенных клеток), но и от так называемой внутренней секреции этих органов.

Железы эти вырабатывают известные химические вещества, наружу не выходящие, цо воспринимаемые кровью. Выделяемые в состав крови вещества эти играют главенствующую роль во всем физическом развитии тела человека, в его специфически-половых особенностях, признаках и отправлениях.

Если зародышевые железы почему-либо задержаны в своем развитии или вовсе отсутствуют, напр., после оперативного удаления в детстве, — перед нами тип кастрата, отличающийся от нормального человека и по телесному развитию, и по обмену веществ, и по психическим своим особенностям.

«Внутренняя секреция» женских зародышевых желез, как в развивающемся еще, так и во взрослом организме, влияет на образование специально женских характерных признаков и качеств, тогда как таковая же секреция мужских желез сообщает организму чисто мужские особенности. Проверить это мы можем на опыте. Если, напр., взять у животного половые железы и пересадить их в организм особи другого пола, то и особенности последнего, его половые склонности, его способ питания пойдут по тому пути, который соответствует его новым железам, и его физическое тело, как и его функции, изменится в соответствующем смысле, поскольку это, конечно, допустимо анатомической структурой самого организма.

Впрочем, половые особенности, чувства, склонности и отчасти и функции, в особенности у взрослых особей, вовсе не исключительно связаны с деятельностью зародышевых желез. Если бы это было так, то эти особенности и склонности не могли бы проявляться вовсе, раз деятельность их прекратится. А как раз это мы наблюдаем у некоторых особей даже тогда, когда деятельность их поражена какою-либо нарушившей правильность ее болезнью, или они в силу естественных причин прекращают свое дальнейшее развитие, как, напр., у каждой женщины в периоде, по большей части, между 43 и 50 годами.

По всей вероятности, во «внутренней секреции» — разумеется при вполне нормальной деятельности половых желез — принимают участие и прочие железы организма. И весьма важно, как в первом, так и во втором случае иметь в виду, что прекращение половых отправлений может являться следствием как благоприобретенного жизненного опыта, так и наследственного предрасположения, что в деле развития человека имеет громадное благотворное значение.

Итак, можно утверждать, что половое влечение, первоначальным своим источником имея исключительно зародышевые железы, у современного взрослого человека зависит, с одной стороны, от благоприобретенных и атавистических представлений и от внешних и внутренних выделений, т. е. от деятельности этих желез — с другой.

* * *

Альберт Молль в «Опыте исследования половой страсти» понятие о половом влечении расчленяет на две части: на неодолимое влечение, возникающее от прикосновения к существу другого пола и на непосредственно из полового общения вытекающее чувство удовлетворения.[1].

С таким двояким определением этого сложного понятия я совершенно согласен, но желал бы лишь подчеркнуть, что такого рода различие в видах полового влечения не может пониматься слишком узко, ибо во многих случаях между ними нельзя делать такого определенно выраженного разграничения.

Некоторые авторы, вроде Роледера (в его «Общей половой жизни человека») к этим двум определениям находят нужным прибавить еще третье и этим привходящим элементом стараются пояснить чувство удовлетворения от физиологического сближения, но я нахожу такое чрезмерное расчленение понятия этого излишним.

Физическое влечение к другому полу, нарастающее постепенно и приводящее сначала к coitus’y, а затем к высшему напряжению (оргазму) — кульминационному пункту сближения и началу ослабления деятельности половой сферы — не представляет собою еще истинного, идеального влечения, но лишь средство к достижению цели: удовлетворению полового стремления.

* * *

И хотя это стремление в известной мере зависит и от психических импульсов, но вызывается оно, у мужчин по крайней мере, непосредственным сильным переполнением семенных желез, так что иногда является без каких-либо внешних побудительных причин простым позывом к их опорожнению.

В животном мире у женских особей замечается глубокая связь между процессом опорожнения яичников и позывом к половому влечению. Ярче всего это выражено у рыб. У высших животных зависимость между этим видом половых побуждений и функциями яичников обнаруживается в периоде так называемой «течки». У зоологического «Homo Sapiens»’a, у его женских особей, позыв к удовлетворению половых требований, по мере развития интеллекта этих особей, все меньше зависит от выделений яичных клеток и не стоит с этими функциями в такой тесной и половой связи, как это обычно думают, хотя намек на эту связь все же существует, как мы укажем в дальнейшем нашем изложении (см. гл. V).

Резюмируя сказанное, следует прийти к заключению, что половая деятельность человеческого организма в основе своей кроется в деятельности зародышевых желез, внутренняя секреция которых является первой составной частью половых функций, выражаясь в стремлении к сближению с лицами противоположного пола, а внешние выделения этих желез управляют второй ее составною частью, выражаясь в побуждении к половому удовлетворению.

* * *

Вокруг первого стремления сосредоточиваются все чувства и помыслы человека, что и дает душевный комплекс индифференцированной любви.

Но жажда сближения полов представляет из себя лишь одну из ступеней развития сексуальной жизни человека. Вначале смутное стремление это через известный промежуток времени превращается в определенное чувство потребности любви. По мере того, как новыми мыслями и представлениями заполняется комплекс психического лица человека, крепнут и ассоциации идей и поток их начинает принимать вполне определенное направление. Чувство любви, вначале бессознательное, постепенно начинает облекаться в конкретные формы, и в душе человека начинается созидание идеального образа искомого объекта.

Наконец человек находит его в жизни облеченным в плоть. То, чего этому воплощенному идеалу, живой мечте не хватает в действительности, человек в своем любовном ослеплении и экстазе дополняет фантазией.

Робкая нечаянная встреча, незначительное слово, украдкой пойманный взгляд — и вспыхивает любовное пламя, в радости зарождается любовь.

С этого момента, подогреваемое страстью, все больше растет жажда сближения, растет, расцветает и утоляется, наконец, полным и тесным физическим сближением.

В тот момент, когда любящие друг друга друг в друге находят как бы дополнение, их взаимная страсть и влечение к сближению идут навстречу и претворяются в одно, высшее и нераздельное. Любовь их выросла и сможет приносить плод.

* * *

К этому добавлю, что, хотя тот комплекс чувств, который по полноте, глубине и постоянству своим не заслуживает еще названия истинной любви и в исключительных случаях может обращаться на несколько объектов одновременно, все же я твердо убежден, что основной формой ея, при полном развитии, следует считать форму моногамной.[2] Когда человек любит всеми силами своей души и всеми своими помыслами, весь его внутренний мир до такой степени поглощен объектом любви, что он остается единобрачным даже тогда, когда религиозные или расовые обычаи принуждают его к половому сближению с иным объектом, кроме любимого.

Когда половое влечение в любви не полно или когда развитие его приостанавливается, тогда, в особенности у мужчины, проявляются его исконные полигамические склонности.

* * *

Брак есть длительное состояние моногамной любовной связи.

Состояние это обусловливает дальнейшую эволюцию душевных движений человека, содействуя превращению, по существу своему, эгоистического стремления его к обладанию другим лицом в широкое альтруистическое чувство.

В этом смысле, помимо церковного освещения брака, любящие заключают между собою еще род священного союза. Потому что они дают взаимный обет в самом возвышенном и прекрасном и в то же время в самом тяжком, что только могут обещать друг другу мужчина и женщина: всю жизнь сдерживая поток своих любовных эмоций от распыления на стороне, всегда вести их в одном направлении и долгие, долгие годы, всю жизнь дарить друг другу лучшее, что только муж может дать жене, а человек человеку.

* * *

Любовь, доходящая до высшей степени своего развития, до идеальной полноты в совершенном браке, может дать сторонам самое продолжительное счастье.[3].

Но удивительно иногда быстро стынут самые пылкие чувства, погибают самые святые намерения!..

Хоть «дух бодр, тело немощно», но иногда и дух бодрствует недолго!

Несовпадение склонностей и вкусов, неодинаковый уровень полового влечения, несоответствие степеней развития — все это теоретически можно предварительно предусмотреть и последствия взвесить, и все-таки трагическая действительность опережает все расчеты и сводит их к нулю.

Худшее во всем этом то, что с исчезновением привлекательности начинается взаимное охлаждение друг к другу, появляющееся тогда, когда влечение к сближению теряет свою силу, и тем более мощное, чем больше была привлекательность вначале. Это взаимное отчуждение может, наконец, доходить до враждебности и даже ненависти. Много таких житейских драм видим мы повсюду, отражение их мы находим и в литературе (Стриндберг).

Для счастья в браке такое отчуждение опаснее всего вначале своего возникновения, в мелочах, когда человек еще не отдает себе отчета, перед какой ужасной пропастью он находится.

* * *

В борьбе с инстинктивным половым отвращением, столь легко закрадывающимся во многие брачные отношения, есть лишь одно действительно спасительное оружие: своевременное усиление половой привлекательности до такой степени, чтобы противоположная отталкивающая сила не могла даже проявляться.

Должно быть устранено несоответствие половых стремлений и вкусов и до одинаковой интенсивности доведен уровень взаимного влечения.

И хотя это нелегко, но вполне возможно.

Этого можно добиться, варьируя свое любовное обхождение новыми способами, когда в половом смысле в супружеском союзе проявляется постоянная предупредительность, приспособление к вкусам другого, внимательность и обольщение на альтруистической почве.

Этого можно достичь выработкой практических приемов обоюдного полового удовлетворения, обычно незнакомых рядовому браку.

Короче говоря — достигается это лишь в совершенном браке и через него.

Схема внешних половых частей женщины. (Vulus).

1. Паховая складка. 2. Лобок. (Motis Veneris). 3. Складка бедра. 4. Крайняя плоть клитора. (Praeputium clitoridis). 5. Ствол клитора (покрытый крайнею плотью). 6. Уздечка клитора. (Frenulum clitoridis). Между уздечкой и бугорком клитора мешочек кр. плоти клитора (Saccus praeputialis). 7. Внешняя сторона и внутренняя поверхность больших половых губ. (Labia maiora). 8. Устье мочеиспускательного канала (Ostium urethrae). 9. Устья малых слизистых желез преддверия. (Glandulae vestibulares minores). 10. Внешняя сторона и внутренняя поверхность малых полов, губ. (Labia minora). 11. Преддверие влагалища (vestibulum vaginae) — все пространство между малыми губами. 12. Передняя стенка влагалища. 13. Вход во влагалище. (Introitus vaginae).

14. Устья больших желез преддверия (с двух сторон) (Glandula vestibulares maior), чаще: (Glandulae vestibulares maiores), или бартолиниевы железы.

15. Передний край и внешняя поверхность девственной плевы. (Hymen).

16. Задняя стенка влагалища (видимая лишь после нарушения целости плевы).

17. Уздечка больших половых губ. (Fienulum labiorum).[4] 18. Промежность. (Perineum). 19. Заднепроходное отверстие. fdnws). 20. Задняя промежность. (Perineum posterius). 21. Оконечность седалищной кости позвоночника. (Os coccygis). 22. Кожный покров ягодиц.