ГЛАВА 11. СЕКС, НАРКОТИКИ И ТЕ, КОМУ ЗА…

(Рассказывает Алиса).

Суббота, вечер. Мы с Шурой принимаем по 100 микрограмм ЛСД, небольшая доза — никаких полных смысла откровений, зато ровно столько, сколько нужно для того, чтобы обострить впечатления от занятий любовью. На улице теплая июньская ночь, и нам не холодно без одеяла. Шура выключает лампу, и теперь комната освещается только тусклым светом радиоприемника, но этого света хватает, чтобы видеть друг друга.

Шура улыбается, его волосы кажутся мне короной, сверкающей розово-оранжевыми отблесками в полумраке.

Я спрашиваю: "Что там у нас по радио?".

Пока Шура ищет классическую музыку на разных каналах, я глажу его спину, любуясь маленькими радугами, разбегающимися из-под моей руки. И вдруг я слышу второй концерт для фортепиано с оркестром Прокофьева — я радостно шлепаю Шуру по моей любимой части его тела:

— Нам везет!

— Похоже на то.

Его руки скользят по моему животу, по бедру, я затаила дыхание, и вдруг — уходят все проблемы, все огорчения недели. А главное, уходит страх, что я уже не такая красивая, не такая стройная, не такая сексапильная. Каждый раз, когда мы занимаемся любовью, во мне крепнет уверенность, что Шура все равно меня любит. Со всеми моими недостатками, а не "несмотря на все мои недостатки". Мне кажется естественным, что я не обращаю внимание на признаки старения в его теле, но меня постоянно поражает, что его отношение ко мне тоже не изменилась.

Я люблю его внутреннюю сущность — мужскую энергию с островками женственности. Его тело — физическое выражение светлых и темных сторон этой сущности, находящихся в противоборстве или, реже, в равновесии. (Это можно сказать о теле любого человека).

С большим удивлением мы замечаем в себе признаки физического старения. Редеют волосы, округляется живот, морщинится кожа, которая еще недавно была гладкой. Постепенно мы привыкаем к этим изменениям в себе, и учимся любить их друг в друге.

Нам тяжело наблюдать процесс своего старения из-за того, что наши души все еще молоды. Нам кажется, что нам не больше тридцати. Для многих это очень грустный факт, многие не захотят мне поверить. Многим удобно считать, что душа человека стареет вместе с ним. Но это не так. И нет ничего страшного в том, что молодая душа заключена в старом теле. В конце концов, старение происходит очень медленно, так что всегда можно привыкнуть не вздрагивать при виде своего отражения в зеркале и избегать фотокамер.

А потом — ты получаешь компенсации. В тридцать лет ты только начинаешь понимать правила социальной игры. Когда тебе семьдесят, ты приходишь к новому уровню понимания. Ты можешь четче видеть поток событий, ты чувствуешь себя частью чего-то громадного и вечного, в то же время неотделимого от тебя и твоих конкретных поступков.

Меняется сексуальность. Тело реагирует совсем не так, как двадцать лет назад. Если у вас остались хорошие интимные отношения, через некоторое время вы замечаете, что количество сменяется глубиной, тонкостью и новым уровнем наслаждения. Сам процесс любовной игры, ласки руками, губами, языком даже без финальной кульминации могут принести наслаждение, о котором молодые могут только мечтать.

А если вы знакомы с действием психоделиков, если у вас есть опыт их употребления, занятия любовью могут стать для вас многоуровненным переживанием, когда чувственность переплетается с духом, когда красивейшие видения смешаются в вашем сознании с запахом любимого тела, с прикосновением любимых рук, когда оргазм пышно расцветет в вашем мозгу перед тем как сладкой и долгой волной пробежать по телу.

Важно хорошо знать действие вещества и правильную дозировку. Психоделики могут сделать ваши впечатления значительно ярче, но важно не переборщить. Причина проста: при больших дозах вы вряд ли сумеете сконцентрироваться и можете забыть о ваших первоначальных намерениях. Конечно, вы будете вознаграждены чувством полной духовной близости, но если вы вас все-таки интересует секс, то советую употреблять небольшие дозы.

И вот вечер продолжается. Я представляю собой большую прохладную пещеру, где музыка Бриттона — водопад, падающий в бездонный водоем. Вода бьет ключом из-под основания двух громадных круглых камней. Музыка течет по моему телу, вопросительные интонации серебряных скрипок, темно-зеленая виолончель из глубин водоема. За мной красное сияние, на воде — красные отблески. Шура стонет от удовольствия — мое тело несется вверх к бескрайному ночному небу.

Я подымаю голову, Шура гладит мои волосы. Мы лежим и слушаем музыку.