Глава тринадцатая. ПРИИСК N 129.

Расположенный на правом берегу Форти-Майльс-Крик прииск N 129 был, как уже сказано выше, последним на территории Клондайка. Столбы, указывавшие его восточную границу, определяли одновременно и границу между Аляской и Канадой.

По ту сторону границы, на американской территории, были расположены такие же прииски. На первом плане, ближе других, находился прииск N 131, принадлежащий техасцу Гунтеру, который эксплуатировал его в течение года и который только что начал свою вторую кампанию.

Что этот Гунтер искал в прошлом ссоры со своим соседом, Жозиасом Лакостом, в этом Сумми Ским и Бен Раддль, знавшие техасца, почти не сомневались. Гунтеру это соседство не могло нравиться. Приобретенный, согласно правил, прииск N 129 не мог возбуждать никаких сомнений в вопросах владения им и его границ. Заявление об его открытии было сделано, принято правительством и записано в управлении комиссара канадских приисков. С участка вносилась ежегодно пошлина в тридцать пять долларов, и, кроме того, в пользу правительства шла одна десятая прибыли с участка. Но Жозиас Лакост никогда не нарушал ни одного законного требования. Работы на прииске прекратились с его смертью, в ожидании ввода во владение им наследников.

Эксплуатация, начатая Жозиасом Лакостом, продолжалась восемнадцать месяцев, но ввиду больших расходов по оборудованию прииска она не дала крупной прибыли, тем более что внезапный разлив Форти-Майльс-Крик приостановил работы и произвел большие опустошения. В общем, владелец прииска N 129 едва покрыл свои расходы.

Все эти объяснения, касающиеся эксплуатации прииска, кузены получили от главного надзирателя, который после расчета рабочих оставался здесь для охраны прииска, в ожидании возобновления работ за счет наследников или того, кто приобрел бы прииск.

Надзирателя звали Лорик. Это был француз-канадец, лет сорока, хорошо знакомый с ремеслом золотоискателя. Он несколько лет работал на приисках Калифорнии и Британской Колумбии, прежде чем поступить на прииск Жозиаса Лакоста. Никто не мог бы дать Бену Раддлю более точных сведений о настоящей стоимости прииска N 129, о доставленной им добыче и его будущих прибылях, на которые можно было рассчитывать. Прежде всего Лорик позаботился как можно удобнее поместить Бена Раддля и Сумми Скима, которым, по всей вероятности, предстояло провести некоторое время на Форти-Майльс-Крик, в скромной, но чистой комнате, в домике, который Жозиас Лакост выстроил для себя и для своего управляющего. Расположенный у подножия южных холмов, в роще из берез и тополей, домик был достаточно защищен от дурной погоды, котора в это время года вообще редка.

На другой день после приезда на Форти-Майлье-Крик Бен Раддль и Сумми Ским в сопровождении Лорика, который рассказывал им о начале эксплуатации, осмотрели прииск.

— Господин Лакост, — говорил Лорик, — сначала не пользовался своими рабочими, которых было около пятидесяти человек, для рытья колодцев на берегу речки, он довольствовался поверхностной разработкой почвы, и только к концу первой кампании были устроены шахты.

— Сколько же шахт было вырыто в то время? — спросил Бен Раддль.

? Четырнадцать, — ответил мастер. — Каждая из них, как вы можете убедиться, имеет отверстие в три квадратных метра. Они находятся в исправности, и стоит только начать брать из них грунт, чтобы возобновить промывку.

— Но, — вмешался в разговор Сумми Ским, — какую же прибыль давала поверхностная разработка до устройства шахт? Покрывали ли доходы издержки?

— Конечно, нет, сударь, — сознался Лорик. — И так бывает почти на всех приисках, когда ограничиваются промывкой золотоносного песка и гравия.

— Вы работаете только при помощи лоханок и решет? — спросил Бен Раддль.

— Только так, господа, и редко бывает, чтобы решето давало больше трех долларов.

— Между тем на приисках Бонанцы, — воскликнул Сумми Ским, — добывают при этом от пятисот до шестисот долларов!

— Поверьте, что это бывает лишь в виде исключения, — заметил мастер. — Если в среднем решето дает двадцать долларов, то можно быть довольным. Что касается прииска номер сто двадцать девять, то он никогда не давал в среднем больше одного доллара.

— Маловато!.. Маловато!.. — процедил сквозь зубы Сумми.

Бен Раддль поспешил переменить разговор.

— Какую глубину имеют ваши шахты?

— От трех до пяти метров. Этого достаточно, чтобы дойти до слоев, где обыкновенно встречается золотой песок.

— Какова обыкновенно толщина этого слоя?

— Около двух метров.

— А сколько промывок дает кубический декаметр материала?

— Около десяти. Хороший работник может сделать в день до ста промывок.

— Значит, ваши колодцы еще не действовали? — спросил Бен Раддль.

— Все уже было приготовлено для этого, когда Господин Жозиас Лакост скончался. После этого работы приостановились.

Эти объяснения выслушивались с увлечением Беном Раддлем, но нельзя было не заметить, что до известной степени ими интересовался и его кузен. Да и в самом деле, не естественно ли было ему желать получить наиболее точные сведения о стоимости прииска N 129? Об этом он и задал мастеру вопрос.

— Мы извлекли золота на тридцать тысяч франков, — ответил последний, — и расходы обошлись почти во столько же. Но я не сомневаюсь, что золотоносные жилы Форти-Майльс-Крик хороши. На соседних приисках добыча всегда была, при эксплуатации шахт, довольно значительной.

— Вы, конечно, знаете, Лорик, — сказал Бен Раддль, — что синдикат из Чикаго нам предложил продать ему прииск?

— Я знаю об этом, сударь. Его агенты приезжали некоторое время назад осматривать прииск.

— Синдикат предложил нам за него пять тысяч долларов. Это достаточно, по-вашему?

— Это просто насмешка, — категорически заявил Лорик. — Основываясь на результатах, полученных на других приисках Форти-Майльс-Крик, я оцениваю ваше владение не меньше сорока тысяч долларов.

— Хорошая цена, — сказал Сумми Ским. — Право, нам не пришлось бы пожалеть о путешествии, если бы удалось выручить такую сумму. К сожалению, продажа прииска будет затруднительна, пока не разрешится вопрос о границе.

— Это все равно, — заметил мастер. — Будет ли прииск номер сто двадцать девять канадским или американским, стоимость его останется та же самая.

Бен Раддль задал тогда мастеру несколько вопросов, касающихся отношений Жозиаса Лакоста с собственником прииска N 131.

— С этим техасцем и его товарищем? — спросил мастер.

— Да.

— Должен вам прямо заявить, что они были несносны. Эти американцы — настоящие негодяи. При всяком случае они искали ссоры с нами, и в последнее время мы могли работать лишь с револьверами за поясом… Не один раз должна была вмешиваться полиция, чтобы их обуздать.

— То же самое нам сказал начальник полиции, которого мы встретили в форте Кудахи, — заметил Бен Раддль.

— Я боюсь, — прибавил Лорик, — что ему еще не раз придется вмешаться в это дело. Видите ли, спокойствие наступит лишь тогда, когда эти два мошенника будут изгнаны отсюда совсем.

— Но как же это возможно?

— Ничего не будет легче, если граница отодвинется к западу. Прииск номер сто тридцать один окажется тогда на канадской территории, и Гунтер должен будет подчиниться всем требованиям администрации.

— Разумеется, — заметил Сумми Ским, — он принадлежит к числу настаивающих на том, что сто сорок первый меридиан должен быть отодвинут к востоку?

— Конечно, — ответил мастер. — Это он агитировал среди пограничных американцев как на Форти-Майльс-Крик, так и на Сиксти-Майльс-Крик. Не раз они угрожали, что нападут на наши прииски и завладеют ими. Власти Оттавы подали жалобу в Вашингтон, но, кажется, там не торопятся с ее рассмотрением.

— Конечно, ждут, — сказал Бен Раддль, — чтобы разрешился вопрос о границе.

— Возможно, господин Раддль. До тех пор нам нужно быть настороже. Когда Гунтер узнает, что на Форти-Майльс-Крик прибыли новые владельцы прииска, он может выкинуть какую-нибудь скверную штуку.

— Он знает, что найдет здесь с кем поговорить, — объявил Сумми Ским, — так как мы уже имели честь познакомиться с ним.

Обходя прииск, оба кузена и мастер остановились у столба, отделявшего N 129 от N 131. Если N 129 был безлюден, то N 131, наоборот, проявлял полную деятельность. Люди Гунтера работали у шахт, вырытых ниже по течению. Промытая грязь, увлекаемая водой, по желобам стекала в реку.

Бен Раддль и Сумми Ским тщетно пытались увидеть среди работавших Гунтера и Малона. Их нигде не было видно. Лорик предполагал, впрочем, что они после нескольких дней, проведенных на прииске, отправились к западу, в ту часть Аляски, где, по слухам, находились новые золотоносные места.

Окончив осмотр прииска, оба кузена и мастер вернулись к домику, где их ждал завтрак, приготовленный Нелуто.

— Ну что, лоцман, — спросил весело Бен Раддль, — завтрак будет хороший!

— Великолепный, господин Раддль, если только он удался, — сказал индеец, исправляя, по обыкновению, скромным замечанием свое горделивое утверждение.

Когда завтрак был окончен, Сумми Ским стал расспрашивать своего кузена о его планах.

— Ты знаешь теперь прииск номер сто двадцать девять, — сказал он ему, — и его ценность. Я не думаю, чтобы, оставаясь здесь, ты мог узнать больше этого.

— Я не согласен с тобой, — ответил Бен Раддль. — Мне нужно хорошенько поговорить с мастером, изучить счета дядюшки Жозиаса. Не думаю, чтобы для такой работы потребовалось менее двух суток.

— Хорошо, даю тебе двое суток, но с условием, чтобы ты отпустил меня поохотиться в окрестностях, — согласился Сумми Ским.

— Поохоться, мой друг, поохоться. Это развлечет тебя в течение нескольких дней, которые мы должны просидеть здесь.

— Вот так-так! — заметил Сумми Ским, улыбнувшись. — Теперь двое суток превратились у тебя уже в несколько дней!

— Конечно, — сказал Бен Раддль. — Если бы я мог видеть рабочих на деле… при промывке…

— О-о, — произнес Сумми Ским, — несколько дней, кажется, готовы превратиться в несколько недель!.. Смотри, Бен! Не увлекайся! Помни, что мы не золотоискатели.

— Это решено, Сумми. Однако, так как мы не можем приступить к продаже нашего участка, то я не вижу, почему в ожидании окончания работ комиссии по исправлению границы Лорику не возобновить…

— Значит, — прервал его Сумми, — мы вынуждены оставаться здесь, пока этот проклятый меридиан не будет водворен на свое место!

— Не здесь, так в другом месте. Куда бы мы делись, Сумми?

— В Доусон, например, Бен.

— Разве там нам будет лучше?

Сумми Ским ничего не ответил. Чувствуя, что начинает сердиться, он взял ружье, позвал Нелуто и, выйдя из домика, пошел с ним вверх по оврагу, к югу.

Сумми Ским имел все основания рассердиться. Бен Раддль действительно решил попробовать приняться за эксплуатацию прииска, который сделался его собственностью. Раз неожиданное обстоятельство заставляло его продолжить пребывание на Форти-Майльс-Крик на несколько недель, как было устоять от искушения воспользоваться совершенно готовыми шахтами, проверить их производительность?

Поэтому, рассмотрев все счета дядюшки Жозиаса и получив от мастера документы, которые могли осветить ему положение дела, он спросил:

— Если бы вам пришлось сейчас нанять рабочих, вы смогли бы это сделать, Лорик?

— Наверное, господин Раддль, — ответил мастер. — Тысячи эмигрантов ищут работу в округе и не находят ее. Они прибывают на Форти-Майльс-Крик ежедневно. Я даже думаю, что ввиду наплыва они не могут рассчитывать на высокую плату.

— Вам нужно было бы человек пятьдесят?

— Да, никак не больше. Господин Жозиас Лакост никогда не нанимал больше.

— За сколько времени вы могли бы набрать такой персонал? — спросил Бен Раддль.

— За сутки.

Затем спустя мгновение мастер прибавил:

— Вы хотите заняться промывкой золота за ваш собственный счет, господин Раддль?

— Может быть… По крайней мере до тех пор, пока мы не продадим прииск номер сто двадцать девять по настоящей цене.

— Действительно, вы смогли бы этим путем лучше определить его стоимость.

— К тому же, — заметил Бен Раддль, — что делать здесь до того дня, когда пограничный вопрос разрешится так или иначе?

— Вы правы, — согласился мастер. — Но будет ли американским или канадским прииск номер сто двадцать девять, от этого его ценность не изменится. Что касается меня, то я всегда думал, что прииски левых притоков Юкона не хуже правых. Поверьте мне, господии Раддль, на Сиксти-Майльс-Крик и Форти-Майльс-Крик люди разбогатеют так же скоро, как на Бонанце и на Эльдорадо.

— Я верю в ваше предсказание, Лорик, — заключил Бен Раддль, очень довольный этими ответами, которые согласовались с его собственными желаниями.

Оставался Сумми Ским. Может быть, он все-таки найдет эту пилюлю чересчур горькой? Бен Раддль на этот счет беспокоился больше, чем хотел бы сознаться себе.

Но, очевидно, ему благоприятствовала счастливая случайность.

Объяснение, которого он так боялся, не состоялось. Когда около пяти часов вечера Сумми вернулся, он был не один. Бен заметил его на вершине холма, который ограничивал прииск по течению. Позади него шел громадного роста рабочий, нагруженный как ломовая лошадь, а рядом с ним какой-то другой спутник, очень маленького роста. Еще издали Сумми звал кузена знаками к себе.

— Иди же, Бен! — закричал он, как только приблизился на расстояние, доступное человеческому голосу. — Я представлю тебе нашу соседку!

— Мисс Жанна! — воскликнул Бен Раддль, узнав спутника своего кузена.

— Она самая! — радостно объявил Сумми. — И еще притом владелица прииска номер сто двадцать семь — бис.

Бесполезно говорить, что молодая американка встретила со стороны инженера самый радушный прием. Затем Бена посвятили в подробности приключений его «компаньона», которого он поздравил с проявленным хладнокровием и которому выразил сожаление по поводу его относительной неудачи. Сумми воспользовался этим и сказал:

— Я заверил нашу соседку, — сказал он, — что ты не откажешься дать ей совет. Надеюсь, ты согласишься?

— Ты шутишь! — запротестовал Бен Раддль.

— Так ты осмотришь ее прииск?

— Без сомнения.

— Ты осмотришь его внимательно?

— Ну конечно.

— И выскажешь свое мнение?

— Завтра же. В случае нужды я обращусь за помощью к Лорику, который, как практик, лучше меня знает здешние места.

— Это очень хорошо, Бен, ты отличный малый. Что касается вас, сударыня, то ваше состояние обеспечено, — объявил Сумми убежденно.

Бен Раддль нашел момент благоприятным, чтобы сообщить кузену о своем решении.

— И наше состояние тоже, Сумми, — заметил он, не смея смотреть ему в глаза.

— Наше состояние?

— Да. Так как все равно надо ожидать, пока разрешится вопрос об этом проклятом меридиане, то я решил до тех пор заняться эксплуатацией прииска. Завтра же Лорик наймет рабочих.

Бен Раддль ждал взрыва негодования. Он упал словно с облаков, когда услышал, что его кузен товорит добродушным тоном:

— Это отличная идея, Бен!.. Отличная, право! Затем, отвлекаясь от этой темы, как будто она была совсем не важная, Сумми прибавил:

— Кстати, Бен, я позволил себе предложить на ночь гостеприимство в нашем доме госпоже Жанне, которая вынуждена ночевать под открытым небом. Ты ничего не имеешь против?

— Вот еще вопрос! — заметил Бен. — Наш дом к услугам мисс Эджертон, это само собой разумеется.

— Значит, все к лучшему, — сказал Сумми. — И раз так, то я думаю…

— Что?..

— …что нам нужно показать соседке наши владения, — заключил радостно Сумми, который, не дожидаясь ответа, двинулся вперед, увлекая с собой Жанну Эджертон и Бена, пораженного развязностью своего кузена.

Обращаясь к своей спутнице, Сумми заявил ей самым серьезным тоном:

— Прииски могут все же иногда иметь и хорошую сторону. Прииски, видите ли, госпожа Жанна…

Не будучи в состоянии понять этой внезапной метаморфозы, Бен Раддль пожал плечами и закурил папиросу.