Глава 10. Комплекс в лесу.

Сумерки сгущались, но маленький отряд не прекращал движения. Заросли то редели, то неожиданно становились практически не проходимы, но это никого не смущало, хотя может и смущало, но рот по этому поводу никто не открывал. Шедшим впереди со связанными руками Стацу и Книгтору, это вообще было противопоказано, а Роберту с Кероном то же выбирать было особо не из чего. Проложенный Кероном маршрут напрямую уводил в чащи тропического леса, уже сидевшего у всех в печенках. Как ему это не нравилось, но в джунгли пришлось идти опять.

Местного шамана Керон прогнал почти сразу же. Тот едва сообразив, что его присутствие больше не желательно, убрался так быстро, что только ветки зашелестели.

За время дневного перехода, никто из людей им не встретился, в воздухе то же было спокойно. Стац уверенно вел пленивших его людей в глубь континента, лишь изредка останавливаясь, для того, чтобы сориентироваться и выбрать лучший проход в зарослях.

Керон с Робертом шли сзади и тихо переговаривались:

– Не нравиться мне все это, – сообщил Роберт свое мнение.

– Этот Стац не внушает мне доверия. – Мне вообще давно здесь ничего не нравиться, но другого выхода у нас просто нет, а за Стаца, я думаю, ты волнуешься зря. Он же обычный наемник и никаких геройский поступков от него ждать не надо. Я не встречал ни одного контракта, где была бы графа о самопожертвовании. Сейчас он превратился в такого же изгоя, как и мы с тобой.

– По моему это настоящее безумие идти к комплексу, – возражал Роберт, – если я не идиот, то это место на всей территории должно охраняться лучше всего, не то, что какой-то там периметр. Может нам лучше отсидеться в лесу? Нам же не привыкать. Может действительно прийдет этот катер.

– Ты конечно прав, – согласился Керон, – но с другой стороны, как я понял, это единственное место на территории, где нас не будут искать. Если у них действительно есть аппаратура, способная сканировать эти заросли, то тогда нам действительно лучше убраться подальше. Идти на сам комплекс конечно очень опасно, но будем надеяться, что наш проводник знает, что делает. Ведь сейчас он спасает прежде всего свою жизнь, а при всех его недостатках, на простака он похож меньше всего.

Больше разговоров не было. Особого энтузиазма не наблюдалось ни у кого из этой четверки. У кого лучше, у кого хуже получалось скрывать свои чувства, но то что все четверо отчаянно боролись каждый со своей безисходностью было заметно сразу.

Когда сумерки казалось проглотят все на свете, на горизонте взошла полная луна, кое-как осветив окрестности.

Керон приказал остановиться. Они скудно перекусили и несколько часов все отдыхали, пока безжизненный спутник не поднялся достаточно высоко и отраженный им свет сумел добраться до нижнего яруса леса. Двигаться и ориентироваться было вполне возможно. Глаз постепенно привык к такому освещению.

– Все, отдохнули, – сказал Керон, взявший на себя роль командира, – теперь двинемся дальше.

– Как?! Сейчас, ночью? – Впервые за весь переход подал голос новобранец Книгтор. – Да это же верная смерть. В это время в лесу находиться особенно опасно.

Его слова не нуждались в подтверждении. Действительно, последние несколько часов, относительно тихие в светлое заросли, заполняли крики и визги. Некоторые раздавались совсем рядом. Роберт очень надеялся, что это какая-нибудь разновидность живущих стаями обезьян или еще что-то в этом духе, но разыгравшееся воображение рисовало ему совсем другие картины.

– Ничего страшного, – возразил ему Керон, – подумаешь, какие-то там животные. Ты должен знать, что страшнее человека, зверя нет. Вот кого нужно бояться. – И уже обращаясь к Стацу спросил: – Как ты думаешь, вас уже хватились?

– Если у нас на базе никто не заснул, то мы уже часов пять числимся как пропавшие без вести. Если хочешь, то можешь включить радиостанцию и прослушать наши частоты.

– Нашел дурака, – кончиками губ улыбнулся Керон, – ты думаешь, я никогда не слышал о таких штуках, как пеленгаторы? Нас же мигом засекут.

– Что, даже если не выходить в эфир, а просто слушать?! – Не поверил Стац.

– Даже так. Хотя маловероятно, что здесь есть такие технологии, но я не хочу рисковать. И вообще, что я говорю о технологиях? Здесь на потоке, как батарейки к часам, делают людей, настоящих живых людей, а я сомневаюсь из-за какой-то технологии. Ничего мы включать и слушать не будем.

Двинулись дальше. Шли почти всю ночь. Под утро пришлось остановиться, так как ночное светило, преодолев область своего зенита, уверено приближалось к линии горизонта, а при таком его расположении, в лесу опять стало темно.

Отдыхали до восхода Карманта. Пленники спали без задних ног. Роберт с Кероном, по своей уже отработанной временем традиции, чередовали отдых со стражей, только на этот раз охраняя не только свои жизни, но и спокойствие недавних патрульных. Те спали на удивление спокойно, спрятавшись во сне от всех своих переживаний.

С первыми лучами восходящего светила двинулись дальше.

– Сколько еще до этого комплекса? – Спросил Роберт у Стаца.

– Я могу ошибаться, но думаю, что километров пятнадцать-двадцать, не больше.

– Ты уверен, что за ним не ведется электронное наблюдение? Что-то в это мне с трудом вериться.

– До последнего времени это было так. Последний раз я был на комплексе около года назад и ничего подобного не видел. Только обыкновенная охрана и простые системы видеонаблюдения. Поэтому я и говорю, что они будут нас искать до тех пор, пока не найдут, живыми или мертвыми.

– У тебя есть предложения, как туда пробраться? – Вмешался Керон.

– Есть одна задумка, только бы поточнее выйти в одно место, чтобы долго не бродить под носом у охраны.

– Не знаю что ты придумал, но учти, что в случае чего первая смерть будет твоя, – предупредил Керон.

– Я и не думал что будет иначе, но может быть нам всем повезет.

Шли весь день, делая только короткие привалы. На этот раз в воздухе было более оживленно. Два раза штурмовики проходили на низкой высоте, буквально у них над головами, и не было и часа, чтобы они не слышали с разных сторон рев их двигателей.

Далеко после полудня они вышли к прорезавшей заросли, залитой слегка синеватым бетоном, дороге. Керон осторожно высунулся из зарослей и осмотрелся. Никого не было видно. Они вышли из лесу. После рыхлой почвы леса, шагать по бетону было непривычно жестко, это впечатление казалось фантомным воспоминанием из прошлой, никогда не существовавшей жизни. Дорога была узкой, но сделанной по всем правилам. Зачем она была нужна и куда вела не знал никто, даже пленники. На бетонном полотне были едва заметны легкие штрихи, оставленные узкими гусеницами.

– Не часто пользуются этой дорогой, – сказал Роберт. – Что будем делать дальше?

– Я припоминаю это место, – сказал Стац, – я здесь когда-то уже был, когда служил в охране самого комплекса. Если я не ошибаюсь, то через несколько километров будет то, что мы искали.

– Не знаю что мы ищем, но я желаю тебе это найти, иначе сам понимаешь…

Слова Керона подействовали на Стаца крайне тонизирующе. Больше не говоря ни слова он пошел дальше, ведя за собой всех остальных.

Парило. Над дорогой, вдоль которой они шли несколько сот метров, подыскивая подходящую брешь в казалось сплошной стене зарослей, причудливо искривляя свет, поднимался горячий воздух.

– Может дождь будет, – с надеждой произнес Керон.

– Да, дождь нам не помешает, – согласился Стац, – хоть бы одна проблема была снята.

– Собаки?

– Да. Если честно, то мне мерещиться, что они вот-вот нас догонят.

– Это тебе только кажется, – подбодрил его Керон, хотя сам уверенности не чувствовал.

При упоминании о собаках его даже слегка передернуло. Он вспомнил схватку со стаей одичавших псов, о том, сколько он провалялся после этого, розовые шрамы соединительной ткани на его ногах, еще не приобретшие нормальный, телесный цвет, и без того часто напоминали о том неприятном случае. Если бы не смелость Роберта, щедрость его старого друга и напарника Холдекса, то его блуждания по этому проклятому миру, уже бы давно закончились.

Пройдя немного вдоль дороги они опять углубились в джунгли. Едва глаза заново привыкли к сумраку вечной тени, как вдали забрезжил свет.

– Заросли кончаются, – прошептал Стац, нагнавшим его напарнику и конвоирам, – начинается окультуренная территория.

– И что это значит? – Проявил здоровое любопытство Роберт.

– Это значит что мы почти пришли и поэтому нужно вести себя очень тихо.

В подтверждение его слов совсем рядом послышалось завывание турбины вездехода. Вой сначала немного усилился, а затем постепенно стих, уступив место звенящей тишине.

Последний, перед открытым участком, десяток метров, все четверо преодолели ползком. Раскидистый куст, прекрасно скрывал в своей тени четырех наблюдателей. Со стороны ничего подозрительного заметно не было.

На залитом ослепительным светом Карманта, открытом участке, из недавно коротко прокошенной травы, изредка торчали одно-двухлетние деревца, оставленные вероятно для красоты. На расстоянии около двухсот метров от леса, резко контрастируя с окружающей его обстановкой, возвышалась строение одного из корпусов комплекса. Обращенная фронтально к наблюдателям стена строения, выглядела абсолютно однородной, лишенной окон, дверей и люков. Отсутствовали даже жалюзи, которые возможно бы прикрывали эти самые окна и двери. Светло-серая, почти белая стена, была ровная и не несла на себе ни какой нагрузки дополнительных деталей. Строение вздымалось на несколько метров выше самых высоких деревьев, растущих поблизости, а это была приличная высота, как минимум метров в пятьдесят. На фоне стены были хорошо заметны крошечные фигурки часовых, не спеша прогуливающихся вдоль строения. Их было двое. Роберт посмотрел в свой прицел. Молодые, рослые ребята были прекрасно экипированы. У каждого из них на шее болтался мощный, штурмовой импульсник, точно такой же, что болтался сейчас за спиной Роберта. Видимо это предприятие снабжалось из совсем других источников, чем те области планеты в которых друзьям довелось побывать до этого, потому, что плазмометами здесь даже и не пахло.

– Ничего себе, – удивленно присвистнул Роберт.

– Ты сориентировался? – Спросил Керон Стаца.

– Да, – ответил тот. – Вышли довольно точно. Теперь нужно сдвинуться где-то на километр вправо.

– И что там такое?

– Увидишь, – пообещал Стац.

– Ну смотри, – пробурчал Керон, – я тебя предупредил.

Обещанное перемещение не заняло много времени. Когда они добрались до места, и точно так же, как в первый раз высунулись из зарослей, их взору предстала примерно такая же картина, только с тем исключением, что корпус комплекса, к которому они вышли на этот раз, был немного пониже предыдущего и стоял повернутым к наблюдателям одним из своих углов. Вдоль стен точно так же уныло бродили часовые.

– Пришли, – облегченно сообщил Стац, впервые изобразив на своем лице некое подобие улыбки.

– И что дальше? – Начал заводиться Керон.

– Будем ждать темноты.

– Что же будет когда стемнеет? Я даже не вижу входа, через который бы можно было попасть внутрь, к тому же те парни, у стены, будут против, что бы мы это сделали. Не думаю, чтобы они плохо стреляли в темноте.

– В этих корпусах нет внешних входов-выходов, – обиженным тоном стал объяснять Стац, стараясь пошевелить все еще связанными руками, – они все соединены переходами, а вход в комплекс далеко отсюда и прекрасно охраняется. Ты просто далеко смотришь. Глянь ближе. Вон видишь, совсем рядом в траве. – Он вытянул вперед обе стянутые ремнями руки, показывая куда надо смотреть.

Действительно, метрах в десяти от кромки леса, в траве что-то было. В отличие от первого участка, трава здесь была гораздо выше и Керон не сразу заметил, на что ему указывают. Трава почти скрывала отлитое из бетона возвышение, в центре которого обычно оказывается люк подземных коммуникаций или что-то в этом роде. Увидеть в диком лесу вход в подземные коммуникации, Керон надеялся меньше всего. Какие могут быть коммуникации в лесу? Но оказывается они были.

– Не так давно я несколько лет служил в охране самого комплекса, – стал объяснять Стац, – бродил вдоль тех стен точно так же, как это сейчас делают те караульные. Однажды я заметил, как техники возились с этим люком, залезали в него и что-то там делали. Вот я и подумал, что если они были там, то почему этого не сможем сделать мы? По крайней мере, ничего лучшего я вам предложить не могу.

– Ну хоть что-то, – неуверено сказал Керон. – Как стемнеет пойдем поглядим.

– Надо дождаться смены караульных, тогда и нужно будет попробовать. Если ничего не поменялось, то смена происходит по всему комплексу сразу, в том числе и на пультах систем видеообзора и слежения. Несколько минут на экраны никто не будет обращать внимания, вернее я на это очень надеюсь.

Заметно потемнело. Собиравшийся весь день дождь, наконец накопил сил и бросил в бой первые, переполненные водой тучи. После короткой прелюдии хлынул настоящий ливень, с громом, молниями и резкими, как положено, порывами ветра. Вставшая стена дождя занавесила полупрозрачной пеленой далекий корпус с размахом возведенного строения, полностью скрыв из виду крошечные фигурки отважно мокнущих под дождем часовых.

– Пошли, лучшего случая может не представиться, – скомандовал Керон обращаясь к Стацу, – а вы двое оставайтесь здесь. Роберт, держи все под контролем и смотри в оба. Если кто-то из них что-то выкинет, вали обеих без разбору.

– Хорошо, – согласился Роберт.

Керон достал нож и перерезал ремни стягивающие руки Стацу. Тот бросил на него удивленный взгляд и принялся разминать затекшие кисти.

– Что ты на меня так смотришь, – вспыхнул Керон, – У меня нет другого выхода и поэтому я вынужден тебе довериться. В других обстоятельствах я бы никогда так не поступил, но учти, этот малый, – он кивнул на Роберта, – стреляет из своего плазмомета, так, что аж куски разлетаются в разные стороны.

– Я понял, – улыбнулся Стац, – давай к делу.

Они выползли из зарослей и бушующая под порывами ветра трава скрыла их. Керон и Стац промокли до нитки на счет «три», на счет «десять» они добрались до возвышения люка. Проклиная строителей, которые подняли свое творение над уровнем почвы для того, чтобы туда не попадала дождевая вода, Керон подтянулся на руках и заполз на импровизированный постамент. За ним последовал Стац. Надо сказать, что строители немного просчитались и сделали много лишней работы. Люк, как таковой отсутствовал, вместо него была установлена решетка, сваренная из толстенных прутьев и поток дождевой воды беспрепятственно проникал внутрь. Это ничего не меняло и ничему не могло повредить. Запах говорил сам за себя – они вышли на канализацию.

– Смотри, здесь замок! – Прокричал Стац в перерывах между раскатами грома. – Сложный, такой, что шилом не откроешь.

– Зато по всей видимости нет никаких сенсоров. Какой дурак будет ставить сенсоры на канализацию?

– По крайней мере я ничего подобного не вижу. Что будем делать с замком?

Керон бросил на наемника полный удивления взгляд.

– Снимай куртку, – сказал он, принявшись растегивать свою. На решетку люка он набросил сначала свою, а затем куртку Стаца. Включил плазмомет и выставив на минимальную мощность он просунул форсунку под куртки и упер ее в замок.

– Держи куртки! – Крикнул он Сатцу. – А то их может отбросить в сторону и они все равно засекут вспышку, только держи их ногами и забери подальше лицо, а то я не очень уверен, какой сильный будет удар.

Стац распластался на люке, по совету Керона прижав куртки сапогами. Керон выстрелил. Вспышки видно не было, вернее почти не было видно. Керон сдернул с люка слегка дымящуюся одежду. Замка на месте как не бывало.

– Хорошая работа, – похвалил его Стац, натягивая свою куртку, на спине которой, точно между лопатками, чернела оплавленными краями дыра, величиной с кулак.

На куртке Керона образовалась точно такая же, только у него она была раза в два больше.

Поднатужившись они налегли на тяжелую решетку, та скрипнув заржавевшими петлями, неохотно поддалась. Вниз вели осклизлые, ржавые скобы, закрепленные прямо в бетоне. Оригинальная лестница терялась в темноте провала узкого, около метра в диаметре, колодца.

– Спускайся вниз, – сказал Керон Стацу, а сам слегка приподнявшись, махнул Роберту и Книгтору.

Увидев взмах руки, не говоря друг другу ни слова, они вдвоем поползли к колодцу. Стихия расходилась во всю. Молнии сверкали одна за одной, казалось, они попадали совсем рядом. Роберту казалось, что это первая такая гроза, за все его время пребывания на Отстойнике, хотя может сказывалось сильное нервное напряжение, не отпускавшее уже несколько дней подряд.

Керон подождал, пока они доберуться до места и влезут внутрь. Затем он брезгливо морщась, сам спустился на несколько ступеней в колодец и закрыл за собой решетку. Совсем рядом, внизу, шумела вода.

– Осторожнее спускайся, – крикнул Стац из темноты, – одной скобы не хватает.

Действительно, через несколько метров Керон добрался до этого места. В темноте было трудно определить высоту, на которую пришлось спускаться, но по оставшемуся в верху светлому квадратику прикрытой решетки, можно было говорить о десяти-пятнадцати метрах. Вскоре уже все четверо стояли на площадке, размером около двух квадратных метров, в стороне от которой, с шумом проносилась вода. Отвратительный запах усилился до едва переносимых границ. Роберта мучили приступы тошноты, если бы у него в желудке хоть что-то осталось, то надолго бы оно там не задержалось.

– Хорошо, что начался дождь, – сказал Керон, – такая удача бывает редко. Если они не заметили, что мы забрались в их сток, то можно расслабиться и чувствовать себя в относительной безопасности. Дождь смыл все наши следы. Уже ни какие собаки им не помогут.

– Что вы собираетесь делать дальше? – Спросил Стац.

– Нужно что-то придумать, кстати можете в этом поучаствовать, – ответил Керон.

– Как я понял, вам теперь обратной дороги нет, хотя как знать… Давай сюда руки, – скомандовал он Стацу, – Роб, ты своего не развязывал?

– Нет. Пленник не сопротивлялся, даже сам протянул руки. Потом Керон поставил обеих пленников на один край крошечной площадки, а сам присел, стараясь определить глубину потока. Вспышки молний, не достигали до дна колодца. Тогда он встал и несколько раз выстрелил в воду. Красноватые вспышки обессиленной регулировками плазмы, выхватили у мрака поросшие какой-то мерзкой слизью стены каменного мешка. Поток оказался не таким страшным, каким его рисовало воображение. Как ни удивительно, но Роберт заметил даже дно желоба, по которому текла вода.

– Я пойду первым, – сообщил Керон, – вы двое, пойдете следом за мной, а Роберт пойдет последним. У нас нет фонаря, а чтобы пробраться глубже в комплекс, прийдеться время от времени стрелять, а это немного шумно. Я хочу чтобы мы успели куда-то добраться, пока не кончилась гроза.

– Я туда не полезу, – заявил Книгтор.

– Ты не в той ситуации, чтобы крутить носом, – поставил его на место Керон, – полезешь, как миленький.

Дискуссия продолжения не имела. Керон спрыгнул в воду. Вода доходила ему до колен. Ее напор оказался несколько сильнее, чем он ожидал, но держаться на ногах было вполне можно. Скрывшись в трубе, он крикнул оттуда Роберту:

– Спихивай этих двоих и давай за мной.

– Вперед, – скомандовал Роберт, – для убедительности подталкивая пленников форсункой плазмомета.

Бетонный желоб стока имел расширявшийся к низу овал. Согнувшись в три погибели, по нему вполне можно было передвигаться. Время от времени сплошную тьму канализационного коллектора, на короткие мгновенья озаряли вспышки плазмомета Керона. Сколько они прошли и как далеко продвинулись сказать было невозможно. Обычный опыт в этих условиях терял всякий смысл. Едва слышные звуки грозы и бушующего под ветром леса, остались далеко-далеко позади и казались не более, чем бледным воспоминанием почти забытого сна. Из странного состояния всех вывел голос Керона:

– Здесь решетка. Плазмомет часто запульсировал в его руках. Раскаленные до бела искорки металла полетели в разные стороны, с шипением кончая свою яркую но короткую жизнь, в отвратительном потоке дурно пахнущих нечистот. Через минуту решетка с шумом упала в воду.

После первой преграды, желоб сворачивал под прямым углом вправо. За поворотом брезжил бледный, желтоватый свет. Сразу за поворотом, покорителей подземных коммуникаций, ждала еще одна решетка. За ней начиналось небольшое, прямоугольное помещение, освещенное единственным, бледным светильником. Керон подобрался поближе и осмотрел каморку. Ничего подозрительного не наблюдалось, обыкновенный канализационные коллектор. Стоки видимо нескольких корпусов, собирались в этом месте в один поток и выводились куда-то к побережью. Из некоторых труб, диаметром около полуметра, вытекали тоненькие струйки воды, зато из других с шумом вырывались потоки, заполнявшие все их сечение. Судя по нетронутому налету слизи, на смотровой площадке, здесь давно никто не бывал. В верху, на высоте около пяти метров, было некое подобие люка, к которому от смотровой площадки вела лестница, грубо сваренная из поржавевших полос металла.

Преграждающая дорогу решетка, сдерживала напор не больше двух минут, после чего смирилась с неизбежным и рухнула.

Все выбрались на сухое. Стац затопал громко ботинками, стараясь стряхнуть с обуви налипшие комья мерзкой жижи.

– Не шуми! – Цыкнул на него Керон. – Сидите тихо, а я посмотрю, куда мы попали. Роберт, не своди с них глаз.

Забросив оружие себе за спину, он полез вверх к люку. В противоположность тому, через который они попали в систему канализации, этот был отлитый за один прием, цельный металлический кругляк. У массивной петли, на которой он удерживался в открытом состоянии, был установлен поршень гидроподъемника, отпиравший люк после нажатия соответствующей кнопки, установленной где-то за этой преградой. Зацепившись как следует за верхнюю перекладину лестницы, Керон изо всех сил надавил на люк, но тот даже на миллиметр не сдвинулся с места.

Роберт и пленники снизу следили за тем, что он делает. Керон отдохнул и попробовал еще раз, но результат оказался таким же. Тогда он достал нож, и с трудом перерезал один из шлангов высокого давления, подведенных к гидравлическому поршню. Из него тоненькой струйкой потекла вниз желтоватая, маслянистая жидкость. Подождав, пока струя жидкости станет дробиться при падении в капли, Керон еще раз попробовал нажать на люк. Тот на удивление легко поддался и с тихим ударом встал с другое крайнее положение.

Осторожно высунувшись из образовавшегося проема, Керон осмотрелся. Он оказался в каком-то технологическом зале корпуса. Людей не наблюдалось. Все пространство зала, за исключением узких проходов, занимало непонятное оборудование. Цистерны внушительных размеров, соединялись между собой витиеватым переплетением труб, самых разных диаметров и окраски. Где-то рядом завывали центробежные насосы.

Взяв на изготовку оружие, Керон выбрался из люка и стараясь не шуметь, вернул крышку в прежнее положение. Готовый к любым неожиданностям, он двинулся по одному из проходов между оборудованием. По дороге ему попалась электронная панель управления, рядом с которой находился целый набор задвижек и вентилей на любой вкус. Надписи на клавишах и индикаторах были выполнены на языке, символы которого он видел первый раз в своей жизни. По некоторым трубам, возле которых он проходил, с журчанием прокачивалась какая-то жидкость. В зале было жарковато, да и влажность превышала все допустимые пределы.

«Не удивительно, что здесь никого нет, – подумал он про себя, – при такой влажности и температуре долго никто не выдержит. Да это же опреснитель! – Осенила его неожиданная мысль. – Должны же они где-то брать воду. Здесь же им нужна прорва воды».

Он не ошибся. Это действительно был опреснитель, один из трех опреснителей, обеспечивающий комплекс пресной водой. Хозяин не стал искать воду в ближайшем горном массиве, а бурение не дало ожидаемых результатов – глубинные слои воды оказались не способны обеспечить потребностей. До реки было в несколько раз дальше, чем до побережья, так что не мудрствуя лукаво, Эртим Крат, решил использовать океанскую воду. Через неделю, после принятия этого решения, на Отстойник К3/09, привезли настоящий землеройный комбайн, который в течении месяца, соединил комплекс с побережьем, за один проход проложив и заборную трубу и коллектор канализации.

Около получаса потребовалось на то, чтобы обследовать весь зал. Ничего толкового обнаружить не удалось. За это время Керону на глаза попались несколько плотно закрытых люков, ведущих из помещения, но у него даже не возникло мысли, попытаться отпереть один из них.

Вернувшись обратно и осторожно приподняв канализационный люк, первое, что он услышал, это звуки возни. Он заглянул внутрь и увидел такую картину. Книгтору удалось набросить Роберту на шею петлю своих связанных рук и он изо всех сил его душил, с силой сводя вместе свои предплечья. Стац находился спереди и старался вырвать плазменник Роберта. Тот отчаянно сопротивлялся, отбивался ногами, отталкивал наемника-ветерана, но различие весовых категорий, не оставляли ему ни каких шансов. Его лицо покраснело, он делал сипящие попытки глотнуть воздуха.

Керон бросился вниз.

– А ну отпусти его! – Крикнул он.

Ветеран сделал еще один сильный рывок и оружие осталось в его связанных руках. Он успел только развернуться, когда Керон выстрелил. Завернутый в шар сгусток плазмы влетел ему точно в грудь. Резкий хлопок резанул по ушам. Его обе связанные руки взмахнув обрубками плечей полетели к Керону, голова с сохранившимися частями шеи, подлетела вверх не меньше чем на метр и упала на бетон пола со стуком бильярдного шара. Рядом с лязгом упал плазмомет Роберта. Дольше всего оставались в прежнем состоянии ноги, по которым стекали развороченные потроха, но через несколько секунд упали и они. Все вокруг, Стены, потолок, да и сами люди были в кровавых брызгах и маленьких кусочках еще живой плоти.

Книгтор мгновенно побелел, да так и застыл на месте, лишь едва ослабив захват. Перепрыгнув через обрубки рук, Керон подскочил к Роберту и оттащил от него ничего не соображающего от страха новобранца. Не говоря ни слова, он оттащил пленного за шиворот на край смотровой площадки, сам отошел на пару шагов назад и хладнокровно сделал несколько выстрелов. От Книгтора осталось еще меньше, чем от его напарника.

Роберт сидел на грязном, залитом кровью полу, прислонившись к стене, жадно хватая ртом воздух.

– Как ты? – Спросил Керон.

Роберт был еще не в состоянии говорить, лишь кивнул в ответ, с трудом выжав из себя жалкое подобие благодарной улыбки.

– Зря ты застрелил второго, – отдышавшись сказал Роберт.

– Ну ты даешь! Он сам сделал свой выбор, – возразил Керон холодно, – а я только сделал то, что должен был сделать. Так хорошо, что я вернулся во время, а то накрылись бы все наши планы. Дураки. Они бы могли уйти с нами. Их рассказы с удовольствием бы послушали на любой из соседней территории. А от тебя я такого не ожидал. Его только что чуть не придушили, а он начинает строить из себя гуманиста.

– Нет, я бы так не смог, – задумчиво произнес Роберт.

– Поживешь с мое и не такое сможешь. То же мне, моральное затруднение. Плевать я на них хотел. Если тебя хотят отправить к праотцам, то пусть заткнется эта самая мораль и помолчит. Мертвым она не нужна.

В его словах была железная логика, это расстроило и озадачило Роберта еще больше, открыв целый ряд вопросов, на которые он до сих пор не нашел для себя определенного ответа.

– Пошли на верх. Там у них опреснитель. Персонала не видно. Может удастся помыться.

Роберт снял с одной из валяющихся рук Стаца хронометр, ополоснул его в стоке и отправил себе в карман.

– Надо же нам как-это следить за временем – две недели не маленький срок, – объяснил он свое мародерство.

Оставшиеся на смотровой площадке части врагов, Керон брезгливо сбросил ногой в сток, а затем используя кепку одного из воинов удачи, смыл канализационной водой залитую кровью площадку.

В зале опреснителя по прежнему никого не было. Скорее всего хлопки выстрелов никто не услышал за шумом оборудования. Подходящий вентиль обнаружили почти сразу. Смыв с себя кровь и почистив одежду стали решать что делать дальше.

– Если честно, – начал Роберт, – мне не очень хочется идти дальше этого зала.

– Да это очень опасно, но не сидеть же нам здесь две недели подряд. У нас почти не осталось еды. Только бы пришел этот катер. Может выйдем, посмотрим, что делается дальше? Судя по этому хронометру, на улице уже ночь. Как ты думаешь, на ночь здесь хоть немного затихает деятельность или нет?

– Думаю, что на это даже не стоит надеяться. Здесь же беспрерывное производство, просто меняются смены и все.

– Наверное ты прав, тем более, что как сказала та сволочь, с персоналом у них нет никаких проблем. Это их полная собственность, даже с юридической точки зрения…

– Давай сначала немного отдохнем, а там может и идеи какие появятся.

– Хорошее предложение, – согласился Керон.

Напоминание об отдыхе, вызвало во всем его теле ощущение внезапно нахлынувшей усталости. Последний раз он толком спал двое суток назад еще на борту рейдера, погребенного под толстым слоем болотного ила.

Немного поискав подходящее место, они обнаружили цилиндрическую емкость, установленную вертикально. На верх вела аккуратная лесенка, прихваченная прямо к металлу конструкции. Цистерна была тепловатой на ощупь, видимо в ней собиралась вода после перегонки или что-то в этом духе. Взобравшись на верх они осмотрелись. Лучшего места было трудно придумать. Снизу ничего не было видно, а по толстому слою пыли на перекладинах лестницы и на верху цистерны, Керон сделал вывод, что ею уже давно никогда не пользовался. Роберт сразу повалился в пыль, Керон тут же последовал его примеру.

В кресло пульта технологического контроля второго корпуса сел только что заступивший на смену дежурный. Вывев на экран монитора сводку основных систем он равнодушно пробежал по ней глазами. Найдя показатели вполне удовлетворительными, он сделал отметку в журнале и принял смену. Бросив быстрый взгляд на мониторы, расположенные за контрольным пультом в несколько рядов он так же не обнаружил ничего подозрительного, все было как обычно. На них визуально отображались все жизненно важные системы жизнеобеспечения второго корпуса.

На третьем слева мониторе, расположенном в первом ряду, с поразительной четкостью был виден почти весь зал опреснителя. В правом нижнем углу экрана, были хорошо заметны две крошечные фигурки спящих людей, одетых в пятнистую военную форму. Как раз этот угол обзорного экрана закрывал от глаз дежурного давным-давно высохший цветок, поставленный кем-то яркую консервную банку. К нему привыкли, он уже стал деталью интерьера, а вернее будет сказать, что до него просто никому не было никакого дела.

Не заметив ничего подозрительного, дежурный отодвинул подальше от пульта кресло, откинулся в нем, положив скрещенные ноги на рабочую панель пульта, закрыл глаза и приступил к дежурству.

Проснувшись, Керон взглянул на хронометр. Выходило, что он проспал не просыпаясь около четырнадцати часов. Роберт раскинувшись во сне, сильно сопел и не думал просыпаться. Керон лег на спину и из-за отсутствия более достойный объектов, стал изучать фигурный рисунок панелей перекрытия. Вдруг его отстраненный взор наткнулся едва бликующую точку. Он присмотрелся. В упор на него с потолка глядела маленькая видеокамера. Остатки сна мгновенно унеслись прочь. Он бросился будить Роберта. В следующее мгновенье они уже были внизу, в тени оборудования.

– Что случилось, – спросил перепуганный Роберт.

– У них на потолке камера и скорее всего они нас видели.

– Если бы они нас видели, то уже были бы здесь, – здраво рассудил Роберт.

– Действительно, – согласился Керон, скорее всего так оно и есть.

Прошло несколько долгих, как жизнь часов, но никто не приходил. Керон за это время внимательно обследовал зал, но больше наблюдательной аппаратуры так и не обнаружил. Обзорная камера оказалась единственным инструментом наблюдения.

– Надо же было быть таким простаком, – корил себя Керон, – первым делом в зале нужно было искать камеры, а не теплое место для сна.

– Ничего, похоже нас действительно не заметили. В следующий раз будем осторожнее. Экскурсию будем делать или потерпим?

– Если мы ее не сделаем сегодня, – переключился на другую тему Керон, – то мы ее не сделаем никогда. С каждым часом у меня все больше и больше сомнений по этому поводу.

– Тогда пойдем, попытаем удачу.

Они выбрали внешний люк, вид на который был скрыт оборудованием. Ничтожный пультик управления состоял всего из четырех разноцветных клавиш.

– «Открыть», «Закрыть», «Заблокировать» и «Разблокировать» – продемонстрировал Керон свои познания в технике. Ну что, идем?

– Давай, – выдохнул Роберт, начиная понимать весь идиотизм их с Кероном наглости.

Керон ткнул в нужный клавиш. Что-то тихонько щелкнуло и люк плавно открылся. Сразу за ним начинался узкий коридор, освещенный рядом ртутных светильников, вытянувшихся на потолке в одну ровную линию света. Коридор был пуст. Вдалеке виднелись еще пара точно таких же люков, по одному на каждую стену. Через метров пятьдесят коридор сворачивал вправо под прямым углом.

– Идем дальше? – Спросил Керон.

– Попробуем. Керон пристроил возле нижней петли конфискованную флягу. На вопросительный взгляд Роберта он ответил:

– Видишь, – показал он на узкую щель какого-то устройства, расположенную с наружной стороны, рядом с люком, – это приемник карточки доступа. У нас нет такой карточки и мы не сможем попасть обратно, если этой железяке вздумается закрыться. Фляга помешает ему это сделать. Конечно она не сможет заблокировать его на месте, но я надеюсь, даже если она деформируется, то все равно останется щель, через которую мы сможем попасть обратно.

Только как следует примостив флягу, Керон с опаской пересек воображаемую линию порога. Роберт последовал его примеру. Ничего страшного не случилось. Плита люка осталась в открытом состоянии, даже не сделав попыток встать на место. Надо сказать обыкновенное открытие простого люка, ввело в тягостные раздумья всю систему управления переходами во втором корпусе комплекса. Она на умопомрачительной частоте, уже вторую минуту анализировала ситуацию, но к определенным выводам так и не могла прийти. До нее просто не доходило, что кто-то может выйти из помещения, предварительно в него не войдя.

Друзья медленно продвигались по коридору, стараясь поднимать при этом как можно меньше шуму, но идеальный, залитый каким-то серым пластиком пол, гулко реагировал даже на самые их осторожные шаги. Грубые, армейские ботинки изначально не проектировались для прогулок по подобным коридорам. Камер наблюдения не наблюдались, хотя Керон смотрел больше на потолок, чем себе под ноги. Два боковых люка оказались запертыми и без карточки, не подняв шума, не стоило даже стараться их открыть.

За поворотом они обнаружили лифт и еще несколько дверей, обыкновенных двухстворчатых дверей.

– В лифт мы точно не пойдем, – сказал Роберт.

Керон в этом был полностью с ним согласен, а вот двери его заинтересовали. Он осторожно приоткрыл одну из них и заглянул внутрь. Небольшая, по здешним масштабам комната, была заставлена узкими, койками, покрытыми вместо простыней, белым, блестящим пластиком. Больше половины из них были заняты. Роберт то же просунул голову в щель. На практичных, но полностью не отвечающих нормам гигиены постелях, отдыхали молодые женщины, одетые в легкое подобие пижам. О существовании одеял или простыней в этом месте вероятно даже не подозревали. Непривычно было наблюдать столько народу, лежащего в одной и той же позе – все без исключения лежали на спине, вытянув руки вдоль туловища. Керон пробежал глазами по лицам. У него закружилась голова. Все женщины были абсолютно одинаковы. Цвет волос, стрижки, все без исключения. Некоторые лежали с открытыми глазами, бессмысленно уставившись в потолок. В узких, открытых шкафчиках висела аккуратно повешенная одежда.

– Стац говорил правду, – ошеломленно прошептал Керон, прикрывая дверь,

– они здесь действительно даже персонал делают себе сами. Я себе только могу представить, какую информацию они залили им в мозги…

Дальше коридор обрывался, переходя в большой зал, плотно заставленный каким-то оборудованием, составляющим, вероятно, одну технологическую линию, или даже небольшую ее часть. В глаза сразу бросалась идеальная чистота в помещении. Все блестело и сверкало. Бесконечные, узкие проходы были педантично расчерчены широкими, красными полосами, проведенными точно по центру проходов. Едва уловимый шум не оставлял никаких сомнений в том, что производство идет даже в эту минуту.

Роберт ожидал увидеть что-то наподобие пробирок и реторт, из-за стекла которых на него бы смотрела большими глазами только что народившаяся жизнь, но ничего подобного не было. Непонятно, какие именно процессы здесь протекали, но вся линия была закрытого типа, и как они вдвоем с Кероном не присматривались, ничего достойного внимания не обнаружили. Порытый хромом и белой эмалью металл, надежно скрывал таящиеся в его потрохах, извечные таинства рождения и развития новой жизни.

Вдруг Роберт уловил едва различимый шорох шагов. Он рванул Керона за плечо и они оба затаились за массивным агрегатом. По соседнему проходу шла женщина, точная копия тех, что отдыхали сейчас в недавно обнаруженной друзьями комнате, только на этой сейчас был нереально белый комбинезон. Она передвигалась легко и практически бесшумно.

– Здесь надо быть поосторожнее, – прошептал Керон.

– Это тебе не наши ботинки. Мне кажется она нас видела, просто не могла не видеть. Когда мы приседали, я видел, как она смотрела прямо на нас.

Керон привел оружие в боевое положение.

– Ты что, ее то же пристрелишь? – Если надо будет, то да, – не поколебавшись ни мгновения ответил Керон.

Между тем женщина спокойно прошла возле того места, где они прятались, задержавшись на секунду возле небольшой панели управления и пробежав пальчиками по кнопочкам, продолжила свой обход.

– Ху, не заметила, – облегченно вздохнул Керон.

Он только собрался высунуться, как совсем рядом приглушенно хлопнул заперевшийся люк и послышалась еще одна дробь шагов. Кто-то шел уверено и быстро. Роберт выглянул из укрытия. На этот раз это был невысокий парень, скорее всего техник. Лишним доказательством его профессии, служил его ремень, густо увешанный непривычным на вид, хромированным инструментом. При каждом шаге эти железки издавали мелодичный звон хорошо закаленного металла.

Техник нагнал женщину, остановился. Та изучала показания каких-то индикаторов, не обращая на него никакого внимания. Постояв немного он набрался храбрости полез обниматься. Женщина никак не реагировала на ласки, продолжая заниматься своим делом. Парень распалился не на шутку. Его руки уже судорожно продвигались вниз по застежкам ее комбинезона, когда она наконец соизволила отреагировать. Последовавшая реакция оказалась быстрой и действенной. Она резко развернулась и хлестко ударила энтузиаста производственного секса в пах. При этом на ее лице не отразилось ни одной эмоции. Парень перегнулся пополам да так и повалился на сверкающий чистотой пол. Женщина поправила комбинезончик и опять склонилась над своими приборами. Ее тело приняло при этом не менее сексуальную позу, чем была та, которая и сбила с праведного пути служителя культа крестообразных отверток.

– Сука! – Закричал парень, как только к нему возвратилась возможность полноценного вдоха.

Что не говори, а получить с ноги по самому интересному месту, да еще и в состоянии крайнего возбуждения, не самое приятное для мужчины впечатление.

– Видишь, и здесь с развлечениями проблема, – глубокомысленно подметил Керон.

Через несколько минут молодой организм неудачливого страдальца восстановился до такой степени, что тот смог поднятся на ноги. Больше не говоря ни слова, он подобрал несколько вылетевших из зажимов инструментов и поплелся дальше переживать конфликт интересов, с одной стороны которого стояло растертое по полу мужское достоинство, а с другой строгий кодекс внутрекорпусного распорядка.

– Где же у них тут может быть еда? – Заволновался Керон. – Мы найдем что-то съедобное или нет? Пошли в другое место.

– А если мы на на кого-то напоремся? Да здесь же будет настоящий переполох. Живыми нам уйти не дадут.

– Ладно, ладно, – Керон сделал вид, что согласился, – вот посмотрим что у них здесь еще есть поблизости и возвращаемся.

Не пересекая зал, по которому все еще бродила воинствующая амазонка, незаметно можно было добраться только до двух выходов. Через один из них в зал и попал несчастный техник.

Стараясь не высовываться, на корточках, они добрались до приглянувшегося люка. Керон дотянулся до панели управления. Люк, лишенный устройства парольного доступа, гостеприимно открылся. На друзей пахнуло холодом. В этом помещении, было заметно холоднее, чем во всех остальных местах, в которых им удалось сегодня побывать. По периметру небольшого зала шли ровные ряды одинаковых холодильных агрегатов.

– Вот это другое дело, – обрадовался Керон.

Вид холодильника у него всегда вызывал прилив самых теплых чувств. Вот и сейчас, это давно забытое состояние, быстро переносилось мозгом из раздела «Сны и мифы» в раздел «Реальные события».

Он только взялся за ручку ближайшего холодильника, как только что закрытый им люк тихо шипя опять открылся и в зал вкатилась покрашенная в идеальный белый цвет, грузовая тележка. В высоту аппарат не удался, но зато его грузовая платформа была широкая и вместительная. Отлитые из серой резины колеса не производили никакого шума. На платформе раздражающе часто вспыхивал ярко-красный, проблесковый маячок. За платформой в холодильное отделение вошла еще одна представительница местного персонала. Если бы не оранжевые хирургические перчатки, в которых ее руки выглядели так, будто она только что побывала на вскрытии, то можно было подумать, что это та, что осталась в зале.

Керон с Робертом застыли на месте, как вкопанные. Прятаться было поздно, да и некуда.

Платформа проехала мимо них, ориентируясь по своей красной разметке и остановилась возле одного из холодильных шкафов. Женщина скользнув по двум бродягам равнодушным взглядом, спокойно прошла мимо, больше не обратив на них никакого внимания. Вроде бы так было нужно и эти двое грязных и ободранных, вооруженных мужчин, неотъемлемая деталь этого стерильного интерьера. Подойдя к остановившейся платформе, она открыла ближайший холодильный шкаф, начала доставать оттуда коробки с какими-то препаратами и складывать их на платформу. В коробках позванивало стекло. Из открытой двери холодильника отвесно в низ заструился туман конденсирующейся из воздуха влаги. Достигая пола он растекался во все стороны, прикрывая его тонким слоем.

– Пошли отсюда, пока она не опомнилась, – прошептал Керон, и потащил Роберта к выходу.

На шум открывающегося люка женщина так и не повернулась.

– Ничего себе у них тут персонал, – стал удивляться Роберт, когда они преодолели большой зал и шли коридором, ведущим к опреснителю.

– Зато среди них не бывает недовольных. Конечно они работают без удовольствия, но лично я не видел людей, которые бы работали с удовольствием.

– Я то же, – согласился Роберт, – правда я не могу себе представить технологию, при помощи которой они так кодируют сознание.

– Ничего необычного, просто ты многого еще не видел…

Люк ведущий в опреснитель до сих пор оставался открытым. Система управления так и не смогла разрешить парадоксальной с ее точки зрения задачи, и до сих пор никак на нее не отреагировала. Предусмотрительно подставленная фляга, осталась целой и невредимой. Керон ее поднял и повесил себе на ремень.

Как только друзья пересекли линию входного проема, что-то щелкнуло рядом в стене и люк закрылся, высветив индикатор включения парольного доступа.

– Жалко, что еды так и не нашли. Наверное они все питаются в определенном месте, какой-то столовой или еще где-то. Ну ничего, – подбодрил себя Керон, – подумаешь, несколько дней не поедим, зато будем стройными и у нас не будет ничего лишнего.

Надо сказать, что ничего лишнего у них и так уже давно ничего не было.

Поиграв немного в прятки с видеокамерой, они нашли среди переплетения труб и нагромождения оборудования неплохое место, где можно было бы спокойно отсидеться. Никакому технику и в голову не пришла бы мысль залезать так далеко, тем более что при этом пришлось бы испачкать в пыли свой комбинезончик.

Время потянулось медленно, будто издевалось над ними. Единственной связью с реальностью был трофейный хронометр, который Керон буквально не выпускал из рук. Иногда он решался включать радиостанцию и недолго слушал эфир, здраво рассудив, что на объекте и так хватает всяких помех. Несколько дней подряд он действительно слышал, как продвигаются безрезультатные поиски беглецов, но на четвертый день все стихло и больше никто никого не искал, хотя может быть он и не попадал на нужный диапазон.

Остатки еды кончились уже на вторые сутки. Они перешли на дисцилированную воду, пить которую без отвращения было невозможно. После первого же глотка, желудок охватывали спазмы тошноты и только большим усилием воли можно было с этим справиться. В первые дни сильно действовало на нервы завывание насосов, но вскоре они привыкли к этому шуму. Сознание просто перестало его замечать.

Уже на пятый день они оба перешли в странное состояние постоянной дремоты. И не сон и не бодрствование, какое-то среднее неопределенное состояние, балансирующее на зыбкой границе нереальности и действительности.

В конце седьмого, по их подсчетам, дня, в зал опреснителя приперлись два техника. У одного в руках был какой-то прибор. Эти двое вскрыли одну из панелей контроля и около трех часов ковырялись в ее внутренностях. Керон с Робертом все это время не спускали с них глаз, впрочем их оружие то же. Техники и не подозревая с какой смертельной опасностью связана их обычная на первый взгляд работа, устранили поломку о настроив все как следует, убрались.

На десятый день Роберт заявил:

– Хватит сидеть в этой дыре. Еще немного и мы превратимся в настоящих крыс. Я думаю, что пора убираться отсюда.

– Пошли, – просто согласился Керон, и посмотрел на хронометр. – Действительно, нужно выйти немного пораньше, чтобы было достаточно времени найти место, куда приходит катер. Я не думаю, что бы нас искали до сих пор. Скорее всего уже все виновные наказаны и начальство успокоилось.

Цифры на индикаторе едва перевалили за полдень.

– Пойдем ночью. – Продолжил он уже уверенней. – До наступления темного времени суток осталось около семи часов – это я так себе думаю, посмотрим на месте. Ты хорошо помнишь дорогу сюда? Я имею в виду тот путь, по которому нас провел Стац. Сможешь ориентироваться ночью?

– Даже не знаю. Единственное, что мне хорошо запомнилось, это то шоссе в джунглях, а больше ничего конкретного.

– Вот и мне то же, – пожаловался Керон. – Ну ничего, пробрались же мы как-то сюда, может и выберемся.

Стали готовиться к выходу. Так как особо ничего делать было не надо, то подготовка носила скорее психологический эффект, чем обусловленную необходимость. Конфискованное у патрульных оружие решили бросить – к плазмометам было еще предостаточно зарядов, к тому же импульсники, хотя и штурмовые, им сильно уступали по мощности, а таскать лишнее просто так не хотелось. Из конфискованных всех вещей Керон оставил только хронометр.

Роберт сгонял к уже заветному вентилю и наполнил обе фляги свежей водой. Затем они сделали короткую разминку, надеясь дать понять мышцам, что от них скоро потребуют настоящей работы. Довершили подготовку, проведя регламент своему оружию. Времени было много и они разобрали свои плазмометы, вычистили всю грязь, узнав при этом много нового об устройстве оружия, которое уже долго служило им верой и правдой, не раз спасая их жизни.

За полчаса до предполагаемого наступления темноты, они покинули свое убежище. Отвратительный запах канализационного стока, как ни странно, в этот раз никак на них не подействовал. Организму, не получавшему пищи больше недели, было плевать на какие-то там запахи. Они спустились в коллектор. Ничто не напоминало о проишедшем здесь недавно побоище. Обыкновенное отвратительно-грязное место и все.

– Слушай, давай закрепим шток поршня на всякий случай, – предложил Роберт.

– И то верно, пусть попробуют его тогда открыть.

Керон прицелился и выстрелил по гидравлическому поршню. Мгновенно схватившиеся брызги металла намертво прихватили подвижный шток к корпусу.

– Опять лезть в эту грязь, – покончив с делом пожаловался Керон и первым смело спрыгнул со смотровой площадки. Воды в коллекторе было больше обычного, по крайней мере ее уровень был выше, чем в прошлый раз, и доходил середины бедра.

Они перелезли через криво лежащую решетку и двинулись вниз по стоку. На этот раз все происходило в кромешной тьме. Шедший впереди Керон опасался стрелять из-за риска быть услышанными.

Вдруг взбесившееся сознание Роберта принялось рисовать картины, одна неприятнее другой. Ему чудилось, что вот-вот он наступит на разложившиеся остатки Стаца и Книгтора, или коснется рукой чего-то подобного, плавающего на поверхности. Только шум воды, производимые шедшим впереди Кероном, удерживал его от того, чтобы помчаться вперед, что есть мочи.

Впереди забрезжил слабо различимый свет. Керон повернулся и махнул Роберту, чтобы тот не очень шумел. Они выбрались на смотровую площадку люка, через который недавно попали в коллектор.

На верху что-то происходило. Была слышна незнакомая, торопливая речь. Резкие, короткие фразы фразы, заглушал пульсирующий, тонкий свист.

– Неужели они вышли на люк по следу, – прошептал Керон. – Это же невозможно.

– И я так то же думаю, но чего не бывает?

Он полез вверх по скобам лестницы. Остановившись на пол дороги, прислушался. Совсем рядом работало какое-то устройство. В зарешеченном квадрате тускнеющего неба, было видно несколько куцых облаков. Больше ничего видно не было.

Двое пожилых мужчин, одного из которых можно было с полной уверенностью назвать стариком, ходили по лугу и легкими, ручными косилками докашивали остатки травы, оставленные автоматическим роботом. Оба были одеты в побелевшую от частых химчисток военную форму. Старик как раз подчищал торчащие вокруг возвышения канализационного люка пучки травы, что-то часто выкрикивая своему напарнику, который чуть дальше подкашивал траву вокруг редко торчащих деревьев-двухлеток. Тот огрызался, не отрываясь от своей работы. Казалось его газонокосилка то же участвует в споре, так она завывала после каждого парированного выпада.

Скорее всего их поджимало время, и спор разгорелся именно по этому, но может быть это было и не так.

– Ну почему у нас нет коммуникатора? – Пожалел Керон и спустился вниз.

– Я предлагаю здесь не подниматься. Пойдем дальше по стоку. Должен же он когда-то закончиться?

– До моря больше двадцати километров, – напомнил Роберт.

– А до тех негодяев, – поднял Керон руку вверх, – всего несколько метров. Что ты выбираешь?

– Я выбираю море. – Я то же так думаю. Пошли.

Опять бурлящая, вонючая вода; опять непроглядная мгла; опять будоражащие воображение всплески воды. Сколько прошло времени Роберт не мог сказать, даже отдаленно. Он брел и брел с закрытыми глазами, прислушиваясь только к шагам впереди. Неожиданно он наткнулся на остановившегося Керона и открыл глаза. Впереди отбрасывая блики по поверхности воды мерцал желтоватый свет.

– Что-то рано для побережья, – пробубнил он. – Осторожно пошли дальше.

Через метров пятьдесят труба, по которой они двигались оборвалась, выведя их в довольно просторное помещение. Его освещала пара желтых светильников, поросших какой-то скользкой мразью. Сток, который вывел их в это место был не единственный, еще пара точно таких же труб, выносили свои нечистоты в некое подобие большого отстойника, который впрочем бездействовал. Весь отстойник видимо монтировался на месте из унифицированных, бетонных частей, посадочные места для нескольких больших компрессоров, удаляющих отстой, так и остались пустыми. Три потока соединялись в нем в один, который не пройдя даже грубой очистки, с шумом уходил в отводную трубу, имеющую около двух метров в диаметре. По одной из стен шла цепочка неизменных скоб, ведущая к закрытому люку.

– Да, у них тут размах даже шире чем я думал. Тот сток по которому мы шли, принадлежит только одному корпусу, а вот эти, – показал Керон на два соседних стока, – видно принадлежат остальным корпусам.

– Выберемся через люк?

– Я думаю не стоит. Хорошо, если это простой контрольный выход и мы попадем на лужайку, но судя по гидроподъемнику люка, там наверху какое-то помещение. Помнишь, то шоссе? Оно же обязательно должно к чему-то вести и мне кажется, это что-то находится как раз у нас над головами.

– Если так, то нам точно туда не надо.

Выбравшись на забранный шаткими перилами трапик, они стороной обошли чашу отстойника. Было бы безумием туда соваться. Можно было только догадываться насколько там глубоко. Обойдя по периметру самый большой зал этого подземного сооружения, они добрались до того места, где из овальной чаши отстойника вода переливалась в трубу основного стока. Подняв плазмомет над головой, первым в поток спрыгнул Роберт. Вонючая вода накрыла его с головой, только оружие осталось на поверхности. Он отплевываясь вынырнул и выдал на гора такое изощренное ругательство, которого даже Керон не ожидал от него услышать. Надолго он на месте не задержался, бурный поток его тут же унес во мрак трубы. Керону не оставалось ничего другого, как последовать примеру своего друга.

Передвигаться по основному стоку комплекса оказалось непривычно и одновременно легко, если конечно не обращать внимания на все особенности канализационного коллектора. Поток сам их быстро нес в нужном направлении. Друзьям приходилось только подпрыгивать на месте. Иногда, правда, ноги не находили твердой поверхности для очередного толчка, вернее находили, только гораздо ниже (то ли труба была с дефектами, то ли она уже начинала разрушаться), тогда непроглядную темень подземелья, оглушали отборные ругательства, захлебывающихся в нечистотах людей.

Сколько продолжалась эта рискующая оборваться в любой момент гонка, сказать было трудно. У Роберта уже начинало сводить от перенапряжения ноги, когда по ходу движения он заметил призрачное пятно бледного света. Оно росло прямо на глазах. При таком тусклом свете, он в последний момент заметил решетку, перегораживающую поток. Сгруппировавшись, он выставил вперед ноги, едва скомпенсировав сильный удар. Через несколько секунд по решетке пробежала дрожь от еще одного удара. Керон только крякнул.

– Ну и повезло же нам, – пожаловался он, в перерыве вежду спазмами тошноты.

За решеткой труба обрывалась метров через десять. В бледном круге проема, темными пятнами чернели заросли. Покидая сток, вода с шумом обрушивалась куда-то вниз. Куда именно, видно не было.

Оба тяжело дышали. Недолго повисев на прутьях и прийдя в чувство, Роберт закрепился одной рукой и перевернув плазмомет, долго тряс его, стараясь вытряхнуть всю воду. Когда, как ему показалось, воды не осталось, он попробовал как действует оружие, выстрелив несколько раз во мрак трубы. Оно действовало безупречно.

– Подожди, – сказал Керон, – не стоит сейчас вскрывать решетку. Вспышки будет видно издалека, а мы не знаем есть здесь у них какой-то пост или нет. Нужно дождаться утра, тогда и испробуем свое счастье.

– Провисеть на ржавой решетке вонючего коллектора до утра – это же то, о чем я всю жизнь мечтал. Не стоит просто так отказываться от своих желаний.

Потянулись унылые часы ожидания. Спать не хотелось. Хотелось одного – просто расслабить руки. Держать тяжелое оружие, да у тому же и вес собственного тела, было заданием не для слабаков.

Ночь выдалась лунной. На счет ветра сказать было трудно, но судя по всему он отсутствовал. Едва занялась заря нового дня, Роберт тут же принялся за работу.

Прутья решетки, один за одним уступали под напором отрегулированных импульсов плазмы. Вырезанный решетчатый квадрат плюхнулся в воду. Оба, по очереди, перебрались на наружную сторону решетки, через образовавшуюся дыру.

– Слушай, у тебя случайно нет подходящей веревки? – Улыбнувшись пошутил Керон. – На краю трубы нам не удастся задержаться.

– У меня нет даже неподходящей, – отшутился Роберт, прислушиваясь к шуму падающей воды, пытаясь определить на слух высоту.

– Я не говорю за такую, которая бы могла выдержать нас. Там наверное глубоко, прийдеться плыть. Нужно что-то придумать с оружием, вместе с ним нам не выплыть. Мы здесь вообще никто, а без оружия мы долго не протянем.

Керон взвесил на руке свой плазмомет, весивший не меньше пяти килограмм в условиях этой планеты.

Минут сорок они провозились с тем, что резали на тонкие полоски собственные куртки. Покончив с этим безобразием, они связали эти полосы в некое подобие бечевок. Привязав к ним по отловленной тут же в потоке, пластиковой коробочке от каких-то концентратов, которые должны были сыграть роль сигнальных поплавков, в случае, если оружие все таки прийдеться бросить. Покончив с приготовлениями, Роберт сказал:

– Я прыгну первым и крикну тебе с низу что там такое.

– Ну тогда все нормально. Пробуй, все равно это нужно сделать.

Роберт набрал полную грудь воздуха и прижав оружие к груди отпустил прутья решетки. Мутный поток подхватил его и выбросил из стока. На мгновенье задержавшись в воздухе, Роберт увидел под собой небольшое озерцо, с бурлящей, будто кипящей водой. Он успел сообразить, что водяной котел, оказался намного меньше, чем это рисовало его воображение. Уже падая в низ, он отбросил плазмомет далеко в сторону, а сам подняв тучу брызг шлепнулся в воду.

Оказавшись в воде, Роберт отчаянно погреб вверх. С каждым неумелым гребком, все сильнее хотелось глотнуть воздуха. Он медленно, очень медленно, выбирался на поверхность. Мышцы грудной клетки, инстинктивно до боли растягивали легкие. Он наконец вынырнул, сделав отчаянно-глубокий вдох. Белая пена, полуметровым слоем покрывавшая воду, резко обожгла глотку. Дышать на поверхности было невозможно. Он не мог вынырнуть выше пенного слоя. Роберт отчаянно погреб к ближайшему по его мнению берегу. Преодолеть нужно было не больше пятнадцати метров, но это были самые мучительные пятнадцать метров за всю его жизнь.

В голове сильно шумело, перед закрытыми глазами пошли нереально-яркие, разноцветные разводы, сердце колотилось, как бешенное.

Наконец его рука наткнулась на камень. В последнем рывке он схватился за твердую опору и выполз на берег. Ничего еще не соображая, он жадно хватал ртом воздух, долго откашливаясь после каждого вдоха.

Немного прийдя в себя он крикнул:

– Керон! Крик получился совсем слабый. Десятиметровый водопад нечистот с легкостью его заглушил. Он позвал громче, но как не прислушивался, ответа не последовало. Сильно сощурившись он осмотрелся. Глаза сильно слезились.

Из довольно крутого откоса торчал обрубок бетонной трубы. Низвергающаяся вода отвесно падала в низ. Промыв себе дорогу в рыхлой почве, поток добрался до камня, образовав небольшое озерцо неправильной формы. Над ним нависали непривычно буйные, даже для джунглей этого пояса, заросли – видимо питательных веществ в сточной воде было в избытке.

Керона нигде не было видно. Роберт поискал глазами импровизированный поплавок, который Керон привязал к своему плазмомету, но в сплошной пене, было даже смешно надеяться его заметить.

Еще несколько раз Роберт звал по имени своего друга по несчастью, но ему лишь монотонно отвечал рокот падающей воды.