Выбор решает все.

ПРОЛОГ.

По одной из улочек Сархейма, столицы Ренийской империи, неуверенной походкой неспешно двигалась мужская фигура. Черная одежда, сливающаяся с темнотой ночи, делала идущего почти неприметным. Человек не взял с собой факел, чтобы освещать путь, а потому ему приходилось ступать наугад, сбивая носки дорогих кожаных ботинок о выбоины мощения. Количество выпитого этим вечером вина отнюдь не облегчало задачу. Твердое покрытие из отшлифованных крупных булыжников, казалось, раскачивалось из стороны в сторону, как зыбкая палуба попавшего в шторм корабля, и так и норовила уйти из-под ног.

Ночь была необычайно темной — луна пряталась где-то за низко нависающими над землей тучами и лишь изредка проглядывала сквозь прорехи. Но дождя в ближайшее время не ожидалось; гроза, судя по прогнозам магов-погодников, должна начаться только утром. Если погодники, конечно, опять не передумают и не разгонят тучи… А накануне днем капли лишь слегка оросили землю, не оставив луж, в которые мог бы наступить неосторожный путник.

Человек добрел до перекрестка и тихо пробормотал, подбадривая себя:

— До конюшен осталось всего два квартала. Та-ак, надо собраться…

Фигура заметно распрямилась и, почти не шатаясь, преодолела целый квартал, после чего замерла на краю небольшой площади. Идущий явно морально готовился к предстоящему испытанию. Впереди нечеткими силуэтами виднелись хаотично расставленные алтарные камни всех семи богов. Наш путник недолюбливал такие места несмотря на то, что непосредственной угрозы они не представляли. Любое живое существо беспрепятственно может пройти рядом с любым из камней, главное — не касаться их даже краем одежды, чтобы не привлечь внимание божественных сил. Уж очень эти самые силы любят вмешиваться в жизнь простых людей. Не иначе как развлекаются, спасая себя от скуки вечной жизни.

Находились, правда, и такие, кто добровольно просил покровительства того или иного бога. Они использовали алтарные камни для возложения даров и для перемещения из одной точки мира в другую. Путешествовать подобным способом было легко, быстро и безопасно. Всего-то и требовалось, что обратиться к своему богу и мысленно представить то место, в котором хочешь оказаться, или произнести название города вслух.

Однако мужчина, бредущий по ночному городу, ни в трезвом, ни в подвыпившем состоянии категорически не желал связываться с высшими силами, предпочитая свободу и независимость. Боги частенько давали поручения посредством записок, которые материализовались на алтаре прямо на глазах у подопечного. И хорошо, если покровитель требовал по-быстрому сбегать за парой бутылочек хорошего вина «для пожертвования», а то ведь и на другой конец света мог отправить за каким-нибудь артефактом, изобретенным магами новейшим зельем или за головой невесть откуда взявшегося жуткого монстра. Особого внимания небожителей удостаивались не все, лишь единицы из сотни, но и такой статистики хватало, чтобы благоразумные люди держались от алтарей подальше.

Человек в черном, замерев, обдумывал, как ему лучше поступить: обойти препятствие вдоль стен домов по периметру площади или все же попытаться проскочить. Места вроде бы достаточно — огромные глыбы с плоскими вершинами разделены примерно полутора метрами пустого пространства; если сильно не махать руками и придерживать легкий прямой полуторный меч, неудобно болтающийся на поясе, то опасность задеть камни невелика. Друзья, услышав о намерении добираться до дома в одиночестве, буквально заставили его прихватить оружие, иначе грозились постелить ему в гостиной или выделить провожатого, от которого толку… Да он оказался самым трезвым из всех!

Приняв решение и наметив кратчайший маршрут, мужчина двинулся вперед.

Обдумывая маршрут, он учел, кажется, все… кроме того, что произошло дальше. Неожиданно на одном из алтарей материализовался подозрительный тип, лицо которого было скрыто под маской, и, не осмотревшись, быстро спрыгнул сверху прямо на него. Ни один из столкнувшихся явно не ожидал этой встречи. Оба коротко, но эмоционально ругнулись, рухнув на булыжники площади. Наш подвыпивший знакомец не придал бы этому инциденту особого значения, но тип в маске вскочил на ноги и без объяснений схватился за меч. В темноте сверкнул росчерк стали, покинувшей ножны. Не готовый к нападению ничем не повинный прохожий еле успел откатиться в сторону, избегнув встречи с острым клинком, предназначенным для нанесения колющих и режущих ударов. Холодный металл прошел буквально в миллиметрах от кожи, распоров широкий рукав черной рубашки.

Следующий выпад агрессивного незнакомца путник, направлявшийся к конюшням, встретил уже с оружием в руках из неудобной и невыгодной низкой стойки. Ведь при сражении прямым полуторником преимущество на стороне того, кто имеет возможность атаковать противника сверху, экономя свои силы. Правда, при условии, что поединщики приблизительно равны в мастерстве. Наш знакомец, несмотря на опьянение, неожиданно оказался довольно серьезным оппонентом в разговоре стали. Он поспешил исправить положение, хитрым маневром обведя меч напавшего.

— Кто ты?! — выкрикнул мужчина в маске, поняв, что дело принимает нехороший оборот. Он заметил, что на его плаще образовалось несколько прорех. — Тебе приказали убить меня?

Однако наш путник промолчал, полностью сосредоточившись на узоре, выплетаемом мечом. Он понимал, что не следует сейчас отвлекаться на пустые разговоры, ведь атакующий, похоже, является настоящим мастером боя. И второй рукав его рубашки оказался распорот стремительным движением клинка субъекта, принявшего покровительство кого-то из богов.

Припозднившийся прохожий дрался за свою жизнь твердо, без колебаний и попыток убедить человека в маске, что тот напал по ошибке, перепутав его с кем-то другим. Он обнаружил брешь в защите бандита и рубящим ударом попытался поразить его в бок, но не достал, зато срезал кошель, болтавшийся у пояса. Мешочек из плотной ткани со звоном свалился на землю, куда-то под ноги сражающимся. Мужчина в маске тут же попытался подобрать кошель, за что и поплатился. Меч противника глубоко вошел в его плечо, раздался крик боли. И это поставило точку в поединке. Один из оппонентов хоть и не был убит, но сражаться больше не мог и, похоже, прекрасно это понимал.

Человек в маске сделал резкий рывок в сторону, рухнул на один из алтарных камней и исчез из виду, как будто его тут и не было. Лишь неразличимые в темноте капли крови на булыжниках мощения и кошель свидетельствовали о том, что подвыпившему прохожему ничего не привиделось и что несколько мгновений назад он реально должен был защищать свою жизнь с оружием в руках. Да и испорченная рубашка явно не могла привидеться в пьяном бреду.

— Ну и что это было? — тихо задал в пустоту риторический вопрос припозднившийся гуляка. В голосе слышалось недоумение.

Он вытер меч о лохмотья собственного рукава и наклонился, чтобы поднять кошель, оказавшийся неожиданно легким. Внутри обнаружилось только четыре золотых империала и какой-то эластичный прочный шнурок вроде удавки. При виде всего этого «богатства» подвыпивший прохожий ощутил еще большее недоумение. Не заботясь более о чистоте одежды, он уселся прямо на землю и задумался, пытаясь выхватить хоть одну дельную мысль из тумана в голове. Его руки машинально начали завязывать узелки по всей длине шнурка, замысловато сплетая концы. Мужчина нахмурил лоб, но это не помогло ему понять случившееся. Он устало вздохнул и расслабился, решив, что утро вечера мудренее. Кошель с монетами мужчина затолкнул в карман своих брюк, а шнурок, подумав, закрепил на правом запястье с помощью серебряной запонки, снятой с рукава. Все равно вторую он потерял во время боя. Если утром будет время и настроение, он изучит добычу и решит, что со всем этим делать: выбросить, отдать слугам или передать подчиненным для расследования…

Да-а, празднование дня рождения друга закончилось весьма оригинально. Последовавшее за весельем происшествие напомнило о том, что никогда нельзя полностью расслабляться.

Глава 1. СТЕЧЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ.

Второй месяц весны, родовое поместье Арито

— Алани[1] Ройсвен, к вам курьер с письмом, — раздался с порога голос слуги. — Вы его примете?

Алани Ройсвен, молодой человек лет двадцати пяти, глухо простонал, сел на широкой постели и, прищурившись, посмотрел в сторону окна с неплотно завешенными шторами. Судя по тусклой полоске света, солнце едва показалось из-за горизонта. Молодой господин широко зевнул, прикрыв рот ладонью, как приличествовало воспитанному, уважающему себя аристократу, и попытался пригладить взлохмаченные русые вихры волос.

— Эх, Дартис Меткий, чтоб тебе пусто было! — ругнулся он. — В такую рань этот курьер приперся!

— Шесть часов, — невозмутимо уточнил слуга.

— Найди мне какую-нибудь рубашку, а то моя куда-то задевалась, — приказал алани, поднимаясь и быстро натягивая брюки.

— Вы изволили потерять последнюю чистую рубашку, — сообщил слуга и укоризненно добавил: — А визит к портному два дня назад отменили, не объяснив причины. Так что могу принести вам халат покойной тетушки и послать кого-нибудь в лавку готовой одежды, но ничего подобающего не обещаю.

— Давай хоть что-то, главное — быстро. А перед курьером тем более незачем красоваться, лишь бы прикрыться для приличия.

— В саду он их по ночам закапывает, что ли? — проворчал камердинер себе под нос, направляясь к выходу.

Он выскользнул за дверь и, вернувшись через минуту с простым шелковым халатом небесно-голубого цвета, помог господину облачиться.

Курьер дожидался алани Ройсвена в кабинете, застыв, словно изваяние, перед массивным столом с множеством выдвижных ящиков. Без разрешения хозяев дома он не посмел присесть даже на простенький стул, примостившийся в одном из углов комнаты справа от двери.

— Доброе утро, — склонившись, произнес курьер. — Мне поручено передать вам лично в руки конфиденциальное письмо. Конверт, как вы знаете, защищен магией моего ведомства, так что никто посторонний прочесть написанное не сможет.

— Так что незачем было будить и отдавать в руки, — тихо пробормотал Ройсвен с досадой. — Еще пару часов спокойно дождалось бы меня на столе.

— Вы что-то сказали? — вежливо переспросил посыльный, до которого донеслись только бессвязные обрывки слов.

— Нет-нет, это я зевнул, — нагло соврал парень.

— Мне подождать, пока вы будете читать послание и писать ответ?

— Да, посиди, как всегда, в гостиной.

Курьер в очередной раз поклонился и вышел за дверь. Он и его коллеги прекрасно знали расположение комнат в доме, так как наведывались сюда по работе по нескольку раз на дню. Впрочем, им за это хорошо платили. Молодой алани и его товарищи по переписке никогда не скупились на деньги и входили в число лучших клиентов почтового ведомства.

Оставшись один, парень для начала обвел тоскливым взором знакомую обстановку просторного кабинета и замер, всматриваясь в зеленеющий за окном луг. Частично пейзаж загораживали близко нависающие ветви мощного дерева, вымахавшего гораздо выше второго этажа, на котором находилась комната. В детстве Росвейн частенько забирался на крепкий сук и наблюдал за дядей во время его редких визитов в поместье. Тогда мальчику было очень одиноко после смерти родителей и он был очень огорчен тем фактом, что близкие люди его покинули, оставив на воспитание человеку, который почти не уделяет ему времени…

Молодой человек вздохнул и неохотно обратил внимание на конверт, оставленный на столе. Сверху указывалось только имя адресата и ни намека на имя отправителя, так что заранее предугадать содержание письма было сложно. Молодой человек плотно прижал палец правой руки к рельефному изображению голубя на круглой печати конверта, давая возможность наложенной магии идентифицировать его особу. Без этой процедуры он найдет внутри только чистый лист бумаги. Не зря ведь почтовое ведомство, обслуживающее почти весь мир, считается абсолютно надежной структурой для передачи любой, даже самой срочной и секретной информации, на него работают лучшие маги, каких только можно найти.

Печать с тихим шипением испарилась, признав, что Ройсвен имеет полное право ознакомиться с содержанием письма.

Молодой человек вскрыл конверт и достал лист бумаги с корявыми темными строчками. Написано было не много, но и этого хватило, чтобы вызвать раздражение алани.

— Справился — и хорошо. Зачем мне-то сообщать?! — возмущенно пробормотал он вслух, не смутившись отсутствием собеседника. — Ну, я ему устрою!

Парень вынул из верхнего ящика стола чистую бумагу, перо и потянулся к чернильнице, но передумал — ему в голову пришла более интересная идея. Покопавшись в самом нижнем ящике, он выудил оттуда прозрачную склянку с широким горлышком, на дне которой плескалась капля ярко-красной жидкости. Необычные чернила принадлежали покойной тетушке Ройсвена, тело которой уже три года как лежало в семейной усыпальнице рода Арито. Крышка склянки присохла к горлышку и с трудом поддалась усилиям молодого человека.

Он порвал доставленное курьером послание на мельчайшие кусочки, выкинул их в мусорное ведро и со злорадной усмешкой обмакнул перо в «женские» чернила. Он очень надеялся, что супруга получателя засечет цвет написанных строчек и закатит муженьку грандиозный скандал. А нечего беспокоить по пустякам! Он, конечно, объяснит потом, что это была шутка, если приятель сам не выкрутится…

Ройсвен старательно нарисовал в углу чистого листа ровное сердечко и плотно его затушевал, а чуть ниже начал торопливо писать: «Мой ненаглядный, я рад, что эта ночь прошла для тебя так великолепно…».

На последнем слове парень слишком сильно нажал на перо, и оно сломалось, оставив жирную кляксу. Молодой аристократ поморщился, смял испорченную бумагу и принялся заново сочинять двусмысленное послание.

«Драгоценнейший, — вывел он, не забыв изобразить сердечко в левом верхнем углу, — спасибо, что этой ночью ты так замечательно все исполнил, я остался доволен…».

— Хм, нет, — пробормотал парень, — он меня разбудил, а я его хвалить буду?!

Ройсвен скомкал начатую записку и задумался. Может, не мелочиться и оставить эту глупую месть? Он ведь прекрасно понимает приятеля, просто немного раздосадован из-за того, что не удалось выспаться.

Чернила не сменил, но стал на порядок серьезнее и сдержаннее в выражениях: «Крис, я рад, что ты справился. Отслеживай ситуацию и дальше. Если масштабы…».

— Ройс! — неожиданно раздался за дверью голос дяди, и донеслось быстро приближающееся лязганье шпор. — Мне сказали, что ты уже встал!

— Нет! — выкрикнул парень, торопливо пряча недописанное письмо за отворотом халата. Ничего особенного в послании не было, просто сработал рефлекс. Да и не хотелось отвечать на вопросы дяди, которого он, по сути, почти не знал, так как видел редко — раз в год, а то и в три года. К тому же, кажется, алани Мариот Арито привел с собой гостей, хотя те бренчали несколько тише.

— Ройс, я вернулся с границы раньше, чем планировал, — сообщил дядя с порога. — Как ты тут без меня, не скучал?.. А что это на тебе надето?!

— Э-э-э… халат. Он мне случайно под руку попался. Давай не будем обсуждать при гостях мой внешний вид. Честно говоря, я сейчас никого не ждал.

Алани Мариот неодобрительно нахмурился, скинул тяжелые наручи в угол дивана рядом с дверью и укоризненно покачал головой:

— Настоящий мужчина никогда не должен надевать подобную шелковую тряпку. Выкинь ее!

— Да, дядя, — процедил Ройсвен сквозь стиснутые зубы. Вот, как всегда, родственничек пропустил все его слова мимо ушей!

— Друзья, — обратился алани Мариот к четверым своим спутникам, — не судите мальчика строго, он просто нуждается в твердой руке. Я не имел возможности лично проследить за его воспитанием…

— Да все нормально, — попытался сгладить ситуацию один из вояк, прибывших вместе с дядей — командующим имперской армией. — Пойдем отдохнем после ночного переезда.

— Погодите, должен же я поинтересоваться делами мальчика, — попросил Мариот. — Ведь уже в полдень мы должны выехать на доклад к императору.

Однако ни Ройсвен, ни гости не предполагали, каким именно способом армейский командующий будет интересоваться делами племянника. Алани Мариот вплотную подошел к столу и схватил с его поверхности один из смятых листков бумаги. Парень не успел среагировать и помешать родственнику.

— Дядя, это конфиденциальное письмо, — холодно произнес Ройсвен. Происходящее возмутило его до глубины души. Какое имеет право эпизодически появляющийся родственник вмешиваться в его налаженную жизнь?! Ну и что с того, что он старше?!

— А я надеялся, что письмо деловое, — тяжело вздохнул алани Мариот, комкая в руках и без того мятую бумагу. — Ройс, конечно, похвально, что ты встал так рано, а не валяешься до полудня по примеру других аристократов, но все равно так жить нельзя. Как я ни приеду на доклад к императору, так ты либо спишь…

— Ночь же! — вставил парень.

— …либо сидишь в душном кабинете с пером в руке. Насколько я знаю, управление поместьем тебя не интересует. Ты ни разу не заглянул в бухгалтерские книги, не отдал ни одного распоряжения, касающегося хозяйственных дел. Чем ты занимаешься целыми днями?! Твои сверстники под моим началом уже вовсю патрулируют границу с Триитом, а уж как сражаются… Любо-дорого посмотреть! Моя вина, что я слишком подолгу отсутствую и так и не смог выкроить время, чтобы лично научить тебя владеть мечом. Но ведь помимо меня в поместье живет куча народу, и любой с удовольствием даст тебе пару-тройку уроков! Наши земли охраняют самые лучшие воины, вышедшие в отставку. Да, может, возраст у них уже и не тот, зато есть опыт, которым они с радостью поделятся с моим единственным наследником!

— Дядя, они…

— Да, я понимаю, что забросил тебя, предоставил твое воспитание слугам. Мой брат и его жена скончались слишком рано, а из меня получился не очень хороший опекун, — повинился алани Мариот. — Но и ты пойми, племянник, что армия и его императорское величество нуждаются во мне!

Ройсвен терпеливо кивнул, глядя на распалившегося родственника и надеясь, что хоть теперь-то ему дадут высказаться. Откровенного разговора не получится, так как в комнате находятся незнакомые ему вояки, но немного прояснить ситуацию вполне можно.

— Дядя… — опять начал он, вклиниваясь в паузу.

Вот только алани Мариот, как всегда, не дал договорить. Он привык командовать, привык, что молодые воины внимают его рассуждениям и молча слушают распоряжения, чтобы потом выполнить их должным образом. Лишь офицеры, к которым он испытывал уважение, могли рассчитывать быть услышанными. Глава рода Арито являлся хорошим стратегом, опытным командиром, но придерживался мнения, что молодежь должна сначала заслужить право голоса.

— Ройс, пойми, на мне ответственность за безопасность всей нашей империи, это очень важно. Наверное, тебе трудно это осознать, ведь у тебя нет достойного занятия. Ты с моего попустительства живешь праздной жизнью — ешь, спишь, что-то корябаешь красными чернилами… Погоди! Откуда ты взял эту мерзость? Я думал, что после смерти моей жены не осталось ни капли.

Алани Мариот приблизился к столу, двумя пальцами поднял склянку с красными чернилами, поморщился, закрутил крышечку и бросил сосуд вместе с содержимым в мусорное ведро.

Молодой человек бесстрастно проследил за его действиями, не желая неосторожным жестом или неподобающим выражением лица спровоцировать дядю на еще одну речь воспитательного характера. Он с тщательно скрываемым беспокойством наблюдал, как сильные руки главы рода комкают лист начатого письма. Давно он не попадал в такое сложное и щекотливое положение. Ройс не привык, чтобы его отчитывали, как мальчишку, да еще и при посторонних людях! Однако от дяди бесполезно ждать деликатности, он всегда был резким и прямолинейным человеком, преданным своему делу и своим идеалам. Сейчас без толку объяснять алани Мариоту, что его племянник уже вырос и имеет полное право сам принимать решения по любым вопросам.

— Ройс, я не понимаю твоего странного вкуса, — сурово произнес командующий армией. — Думаю, мне стоит подыскать тебе какое-нибудь занятие, чтобы у тебя не осталось времени на глупости. Что ты тут строчил? Любовный памфлет?

И прежде чем молодой человек успел что-либо предпринять, алани Мариот ловко расправил в руках скомканный лист бумаги. По мере прочтения его лицо все больше и больше багровело, нижняя челюсть закаменела и выдвинулась вперед. Во взгляде командующего сквозили растерянность и гнев, постепенно набирающий силу. Алани Мариот попытался оттянуть от горла ворот тяжелой кольчуги, как будто тот его душил.

— Ты… ты… — хватая воздух ртом, силился произнести что-то глава рода Арито. — Ты мужеложец?!

Дядя сделал вполне обоснованный вывод, Ройс это понимал, хотя надеялся, что у родственника хватит благоразумия не озвучивать домыслы при гостях. К тому же, если Ройса не подводит память на лица, один из воинов, прибывших с алани Мариотом, является командующим армией Оратрии, их союзника. Не следовало давать волю чувствам при подданном другого государства.

— Это просто письмо-шутка, дядя, — спокойно попытался оправдаться парень. — Не принимай близко к сердцу.

Ройсу совершенно не нужен был скандал и слухи о его нестандартной ориентации, распространяющиеся в высшем обществе Ренийской империи. Но, честно говоря, он оказался застигнут врасплох и не знал, как убедить импульсивного дядю в своей правоте. Представить бывшей подружке, с которой он расстался месяца три назад из-за излишней докучливости этой особы, возжелавшей получить статус жены?

— Я не верю! — рявкнул командующий. — Этот халат, эти чернила, эти мерзкие сердечки, в конце-то концов! Прибыв ночью домой, я ни разу не застал тебя в постели со служанкой… Где твоя невеста?!

— Дядя, у меня нормальная ориентация, просто мне еще рано жениться. У меня куча других дел, я не могу тратить время на глупый флирт! — тоже немного вспылил Ройсвен.

— Дел?! Какие у тебя могут быть дела, бездельник?! — громко, на весь дом, завопил алани Мариот. — Выбор цвета рубашки для прогулки в город или марки вина для ужина?! Твои сверстники в моей армии несут ответственность за безопасность нашей границы от этих мерзких триитцев, а за что отвечаешь ты?

Глядя на багровое лицо дяди и его горящие гневом глаза, Ройс абсолютно четко понял, что сейчас спорить с родственником бесполезно. Дядя не станет слушать оправданий, доводы разума просто не дойдут до него. Можно сколько угодно сотрясать воздух убедительными словами, но все окажется напрасно.

Молодой человек до боли закусил нижнюю губу, чтобы ничего не ляпнуть и еще больше не усугубить ситуацию. Он не станет вступать в словесную перепалку на радость некоторым гостям. У него и так не возникало сомнений, что подробности сегодняшнего скандала дословно передадут правителю союзной державы, которая не прилегает к территории Ренийской империи, однако имеет общую границу с враждебным Триитом.

— Ну ничего, я все исправлю, — тем временем произнес алани Мариот, расхаживая взад-вперед по комнате. — Ты у меня быстро станешь мужчиной, твоим перевоспитанием займутся лучшие воины империи!

— В принципе я не против несколько месяцев провести на границе, — с целью умиротворить разбушевавшегося родственника сказал Ройсвен. — Дядя, если тебя это успокоит, я готов послужить в армии наравне с теми молодыми людьми, которые постоянно ставятся мне в пример.

— Нет! Я не допущу позора! Чтобы мои заместители увидели, как ты роняешь меч себе на ноги?! Ни за что! Сын моего адъютанта считается лучшим мечником армии, а ты…

— Не уроню я ничего.

— Значит, покалечишься или заденешь кого случайно!

— Дядя, когда мне было лет двенадцать, твой пожилой наставник дал мне несколько уроков и научил держать меч в руках.

— Деревянный? — хмыкнул алани Мариот. — Я припоминаю одно из таких занятий, когда застал тебя во дворе, беспорядочно размахивающего какой-то хлипкой дубинкой. Нет! В армию на границу я тебя не возьму, там быстро заметят твои наклонности, наше внешнее сходство, сопоставят имена — и это выйдет мне боком. Ты немедленно отправляешься в АТеР!

— Куда? — в шоке переспросил парень, надеясь, что он просто ослышался. — Да ни за что на свете! Обучение в Ассоциации телохранителей Рении рассчитано на целый год. Я не могу!

— Немедленно! — отрезал глава рода Арито и вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью и таким образом поставив жирную точку в споре с племянником.

Его гости гуськом удалились следом, скромно глядя в пол.

Ройс так и не успел разобраться, как дядины друзья отнеслись к семейному скандалу. Следует ли ждать распространения слухов или командующий союзной армией будет молчать, щадя его репутацию, поскольку речь шла не о политике? В принципе дальним державам должны быть безразличны наклонности Ройса, тем более учитывая тот факт, что он не слишком близок с дядей.

Невыспавшийся аристократ торопливо дописал письмо другу, сообщив обо всех событиях раннего утра. Потом он вызвал слугу и пригласил в кабинет курьера, который при нем запечатал послание в конверт, пообещав доставить его адресату в целости и сохранности. Если служащий почтового ведомства и слышал крики, то не подал виду. Ройс знал, что с этой стороны можно не беспокоиться о распространении слухов, так как курьеры зря не болтают. Молодой аристократ отправился к себе в комнату, где переоделся в рубашку, доставленную из лавки. Как и предупреждал слуга, качество обновки оставляло желать лучшего. К тому же рубашка оказалась широковата в плечах и немного длинновата, да и ярко-зеленый цвет Ройсу совсем не понравился. Но альтернативы не было, а потому пришлось смириться. Да и не на прием к императору он пойдет в таком виде. А портной — пожалуйста, пусть любуется. Может, это уродство подогреет его трудовой энтузиазм.

Ройс решил дать дяде время остыть, а потом попытаться откровенно поговорить с ним с глазу на глаз. Ехать поступать в АТеР он точно не собирался, жизнь телохранителя его не привлекала. Зато было бы неплохо побывать на границе с Триитом и посмотреть, так ли все там плохо, как о том толкуют. В течение многих лет между сторонами происходили вооруженные столкновения, хотя открыто объявить войну никто не решался. Надо как-то налаживать отношения с ближайшим родственником, хотя, честно говоря, парень не представлял, с чего лучше начать. Сколько он себя помнил, диалога с дядей не получалось никогда. Чтобы заставить себя выслушать, главу рода как минимум придется связать, не забыв вставить кляп в рот.

Несмотря на задумчивое состояние, Ройсвен сразу насторожился, услышав шум в коридоре. Такое ощущение, что к его комнате движется небольшая, плохо вымуштрованная армия солдат, шаркающих обувью по полу. На дядю и его гостей-вояк не похоже. Хотя звон шпор алани Мариота тоже присутствует в общем шуме.

Дверь распахнулась без предупреждения — визитеры Ройсвена и не думали стучаться. В комнату один за другим начали входить слуги со смущенными лицами, а за ними — несколько солдат гарнизона поместья. Женщин не было, детей и подростков — тоже, только крепкие мужчины с веревками в руках…

Парень понял, что влип. Он не прорвется к выходу сквозь такую толпу. Тем более что на пороге, широко расставив ноги, замер алани Мариот собственной персоной. Выпрыгнуть в окно ему не дадут, да и шпингалет у створок заедает. Ройс не самоубийца, чтобы выбивать стекло собственным телом и падать со второго этажа.

— Алани, нам приказано связать вас, — робко сказал один из слуг, не торопясь кидаться вперед, чтобы задавить грубой силой.

— Прости, Ройс, — отрывисто извинился начальник гарнизона. — Надеюсь, ты не будешь сопротивляться и калечить моих парней. Дядя не желает тебе зла.

— Хватит разговоров! — прогромыхал глава рода Арито, с силой ударив кулаком по косяку двери. — Через полчаса мы должны выехать.

— Дядя, могу я поговорить с тобой наедине? — сделал попытку оттянуть время Ройсвен.

— Не сейчас! — отрезал алани Мариот с непреклонным выражением лица.

Ройс почувствовал, как его все больше и больше охватывает тревога. Ну не может же он лезть в драку со слугами, которые его воспитали и заменили нянек и семью! У него просто рука не поднимется! Может, чуть позже дядя смягчится и выслушает его? Ройсвен безропотно сложил руки за спиной и дал себя связать, не оказав никакого сопротивления. Хотя дядя и это наверняка расшифровал как слабость и трусость с его стороны…

— Грузите парня в карету, — приказал командующий слугам. — И соберите ему какую-нибудь одежду в дорогу, только без излишней роскоши, по минимуму. Парадные камзолы для выхода в свет не брать, бриджей и чулок тоже не надо.

Личный камердинер Ройсвена побледнел и бестолково засуетился, заглядывая во все шкафы подряд. Он лучше кого бы то ни было знал, что бриджей у молодого господина отродясь не водилось, впрочем, в настоящий момент рубашек тоже не наблюдалось. Он умоляюще посмотрел на других слуг, прося хоть как-то помочь. Камердинер правильно рассудил, что проблемы с гардеробом племянника отнюдь не обрадуют алани Мариота. Да ведь это грозит увольнением! Если не убийством на месте за халатное отношение к работе…

Слуги переглянулись, а потом один из них нерешительно произнес:

— Мы сейчас принесем вещи молодого господина.

— Разве они не в шкафах? — нахмурился командующий, недоумевая.

— Нет, э-э-э… вещи немного не влезли в шкаф, — с жалким видом пробормотал другой слуга, пятясь к выходу, подальше от грозного хозяина дома, соизволившего пройти в комнату, чтобы осмотреть узлы на веревках, стягивавших запястья Ройса, и убедиться в их надежности.

Камердинер достал из шкафа пару сумок разного размера и трясущимися пальцами кое-как открыл замки. Затем он принялся укладывать обувь, брюки и белье господина. Все вещи были дорогие и добротные, но не слишком вычурные и не кричащие о знатном происхождении владельца.

Минут через пять в комнату вернулись другие слуги, ушедшие за «одеждой алани Ройсвена». В руках они несли аккуратно сложенные разноцветные рубашки, которые передали камердинеру молодого человека, опасливо косясь на командующего.

Ройсу вся эта одежда была прекрасна знакома. Что-то он видел на дворецком, что-то на лакеях, а что-то и вовсе на конюхе во время работы… Но парень промолчал, не желая подводить бедных испуганных слуг и навлекать на них необоснованный гнев дяди. Как только он поговорит с родственником и прояснит ситуацию, то обязательно возвратится в поместье и вернет чужие рубашки.

Алани Мариот, не дожидаясь, когда закончат паковать сумки, приказал солдатам гарнизона отвести молодого человека в карету. Но, проявляя излишнюю предосторожность, он пошел позади конвоируемого племянника, чтобы не дать ему сбежать. Ройсвен вполне мог передвигаться самостоятельно, правда, мелкими шагами. Веревки, опутывающие щиколотки, гарантировали, что парню не удастся далеко удрать, даже если он надумает это сделать.

Семеня между знакомыми солдатами, Ройс досадовал на судьбу, на обстоятельства, сложившиеся не в его пользу, на собственную беспечность, из-за которой у него теперь и самого маленького ножичка с собой не оказалось. Молодой человек очень надеялся, что за час-полтора, пока процессия будет добираться до Сархейма, дядя остынет и все же выслушает его. А возможно, удастся поговорить в карете во время пути. Ройс старался сохранять спокойствие, хотя на душе было тревожно. У него возникло стойкое ощущение, что сегодня он встал с левой ноги.

Внизу, у парадного входа, ожидала своих пассажиров закрытая карета с кучером на облучке. Две гнедые молодые лошадки нетерпеливо перебирали копытами, топчась на месте и как бы проверяя, насколько ограничивает их свободу неповоротливое сооружение за спиной и человек с кнутом. Выносливые, проверенные в боях жеребцы дядиных гостей стояли как вкопанные. То ли муштра сказывалась, то ли за ночь они слишком устали и теперь берегли силы для дороги.

Но больше всего внимание Ройса привлекла не карета, в которой ему предстояло ехать, а вороной конь алани Мариота, оседланный и готовый к скачке. Парень с волнением понял, что беседа с дядей откладывается. Родственничек явно поедет на вороном, предоставив племяннику возможность в одиночестве скучать в закрытом душном экипаже.

— Садись, Ройс, располагайся удобнее, — приказал глава рода Арито.

— Дядя, я прошу тебя, составь мне компанию, — попробовал исправить положение парень.

— Нет, — наотрез отказался алани Мариот без всяких объяснений. Он направился к своему вороному и устало взгромоздился в седло.

— Нам надо поговорить, — настаивал Ройс, подталкиваемый слугами к карете.

— В столице я тебя выслушаю, — пообещал командующий.

Его друзья тоже спустились и сели на лошадей, с тоской в глазах рассматривая второй этаж особняка, где располагались удобные гостевые спальни. Задержка случилась только из-за слуг, старающихся надежно закрепить багаж молодого господина на крыше кареты. Ройсвен сквозь оконце видел, как они суетятся вокруг, пытаясь управиться побыстрее. Парень устроился поудобнее на мягких сиденьях, как и было предложено, откинул голову назад и… почти тут же уснул. Раз он пока не в состоянии что-либо предпринять, стоит ли волноваться? Ему понадобятся все силы для разговора с дядей, лишь бы тот не забыл про свое обещание.

Кучер стегнул лошадей, и карета, резко дернувшись, двинулась вперед. Но и это не разбудило молодого человека, решившего воспользоваться возможностью выспаться. Вот если бы кто-то его окликнул или открыл дверцу… Но мрачный, как грозовая туча, алани Мариот не горел желанием общаться с родственником, не оправдавшим его надежд. Он корил себя за то, что пренебрегал воспитанием племянника, и чувствовал за собой вину перед покойным братом. А еще командующему очень хотелось гордиться Ройсвеном, иметь возможность похвастаться его достижениями перед друзьями, сослуживцами. Только, к сожалению, парень не демонстрировал никаких значительных талантов. Он ни разу не попросил взять его в войско и, похоже, совсем не интересовался военной службой.

Впрочем, надо признать, до недавнего времени алани Мариоту не было никакого дела до интересов и устремлений племянника. Только три месяца назад, когда сын его адъютанта был признан на общевойсковых состязаниях лучшим мечником, командующий вспомнил, что и у него есть родственник примерно такого же возраста. Он очень надеялся, что после обучения в АТеРе Ройсвен если не изменит свои склонности, то хотя бы перестанет быть бездельником и научиться держать меч в руках. Совсем недавно вояка понял, что, если бы он спохватился пораньше, из племянника мог бы выйти хороший преемник.

Теплое весеннее утро совсем не радовало главу рода Арито. Сейчас он мечтал о буре, которая отразила бы чувства, кипящие в его душе, о напряженной схватке, чтобы можно было выплеснуть свой гнев. Командующий боялся, что окажется не в силах выслушать парня, когда они доберутся до Сархейма. Наставить мальчишке синяков — не лучший выход. Он был благодарен племяннику, что в сложившейся ситуации тот повел себя достойно и не устроил истерику перед его друзьями. Из кареты не слышалось криков, Ройс не требовал немедленно выпустить его, хотя поступать в АТеР явно не хотел.

Алани Мариот окликнул своих друзей и дал знак приблизиться к нему и выслушать. Они все специально замедлили аллюр лошадей и немного отстали от кареты, чтобы спокойно пообщаться, не напрягая голосовые связки.

— Я могу рассчитывать на ваше молчание относительно моего племянника? — прямо поинтересовался командующий армией Ренийской империи. — Мне бы не хотелось, чтобы среди солдат и офицеров поползли слухи…

— Конечно, — сказал один из офицеров. — Мариот, не волнуйся, мы не станем разносить новости, как болтливые бабы.

— Это чисто твое семейное дело, — подтвердил командующий союзной армии. — Так что я буду молчать, во-первых, из уважения к тебе, а во-вторых, потому, что инцидент не затрагивает интересы моей страны.

Еще один офицер коротко сообщил:

— Я — могила.

Заверения друзей немного успокоили главу рода Арито, хотя день для него все равно был полностью испорчен. Он пришпорил лошадь и галопом нагнал карету с нерадивым племянником внутри, пристроившись слева, прямо возле дверцы. Ширина дороги вполне позволяла ему осуществить этот нехитрый маневр. Друзья командующего продолжали плестись где-то позади, умудрившись даже немного подремать в седле, припав к шее лошади. Такой процессией они и держались до самых ворот Сархейма.

В городе командующего прекрасно знали в лицо, так что даже не потребовали въездную пошлину, да она и не налагалась на военных. Кучер кареты без напоминания свернул к северной окраине столицы, где располагалась Ассоциация телохранителей. Алани Мариот поскакал следом, а его друзья двинулись в центр, чтобы снять номер в гостинице и хоть немного отдохнуть и привести себя в порядок перед аудиенцией у императора, запланированной на вторую половину дня.

Карету нещадно затрясло из-за неровностей мощения, колеса загрохотали по брусчатке. Ройса подкинуло на сиденье на очередном ухабе и хорошенько приложило затылком о заднюю стенку. Естественно, ни о каком дальнейшем сне не могло быть и речи.

— Да чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! — выругался парень. — Не привык я передвигаться по городу подобным образом.

Молодой человек напрягся и сгруппировался, чтобы повторно не удариться. Он попробовал пальцами нащупать узлы веревок, стягивающих его запястья, но не преуспел в этом деле. Солдаты гарнизона поместья были профессионалами и не допустили промаха, хотя Ройс надеялся, что они сделают ему послабление по старой дружбе. Но, похоже, чувство долга и привычка повиноваться приказам оказались в них сильнее. Все солдаты гарнизона когда-то начинали служить под командованием алани Мариота, знали силу его гнева и предпочли не рисковать.

Парень еще немного подергался в путах, проверяя их на крепость, после чего решил на время смириться со своим положением. Он чуть закусил нижнюю губу и мрачно уставился в окошко на меняющиеся пейзажи. Ройс неплохо знал город, а потому прекрасно видел, что совсем скоро процессия доберется до единственного входа на территорию Ассоциации телохранителей. Последний набор туда закончился два месяца назад, но, если алани Мариот Арито попросит, ему наверняка пойдут навстречу и возьмут нового ученика сверх набора.

Ну почему дядя не может оставить его в покое и заниматься своими делами?! Ройсвен считал себя взрослым, самостоятельным человеком, мужчиной, не обязанным ни перед кем отчитываться, кроме императора, разумеется. А тут родственничек решил повоспитывать его, будто малолетнего мальчишку! И как же не вовремя все это случилось: интуиция во весь голос вопит, что скоро должно что-то произойти, в воздухе чувствуется нечто настораживающее. Ройс привык доверять своему внутреннему чутью, а потому предпочел бы сохранить свободу передвижения. Или это у него все же нервы расшалились?..

Парень увидел за стеклом четырехметровый мощный забор, сплошным монолитом тянущийся на целый квартал вперед, и понял, что они уже на месте. Сердце сжалось в неприятном предчувствии. Лошади, запряженные в карету, замедлили аллюр, прошли еще несколько метров и остановились как вкопанные перед массивными металлическими воротами, украшенными коваными элементами. Ройс занервничал, гадая, помнит ли дядя о своем обещании. Необходимо объяснить ему ситуацию до того, как они войдут на территорию АТеРа, а то ходят слухи, что оттуда выбраться посложнее, чем из тюрьмы. Не все младшие отпрыски аристократических семей добровольно избирают для себя стезю телохранителя… Да, эта профессия позволяет хорошо заработать и сделать сбережения, но ведь к большим деньгам прилагается и большой риск.

— Выходи, Ройс, — приказал алани Мариот, распахивая дверцу кареты. — Мы прибыли, и сейчас я постараюсь устроить тебя в АТеР. Тебе не придется выдерживать вступительные испытания на силу, ловкость и выносливость.

— Дядя, ты же обещал поговорить со мной в городе с глазу на глаз, — напомнил молодой человек.

— Так выкладывай, что там у тебя, — раздраженно буркнул командующий. — Здесь только мои друзья, а они не будут болтать.

— Я не могу разговаривать посреди улицы! — в отчаянии сказал Ройсвен.

— Как хочешь, — пожал плечами алани Мариот и, поддев веревку, стягивающую плечи племянника, как на буксире потащил его к воротам.

Парень запротестовал и попытался упереться ногами, чтобы не допустить катастрофы. Но тут один из прохожих со смешком подтолкнул его в спину, и Ройс не смог противостоять двойному напору. Вслед за дядей он залетел в вовремя открывшуюся — как будто их здесь ждали — калитку АТеРа. Следом кучер занес сумки и поставил рядом на землю.

— Лишним покинуть территорию, — прогромыхал огромный мускулистый привратник с повязкой, прикрывающей один глаз. — Остаются только молокосос и его поручитель!

Кучер без возражений вышел за ворота, хотя напоследок оглянулся и с любопытством осмотрел двор известного закрытого заведения. Немногие могли похвастаться тем, что видели АТеР изнутри. Калитка захлопнулась, и тяжелый засов с лязгом опустился в пазы. Привратник приложил ладонь к символу со скрещенными мечами на металлическом брусе, запустив охранную магию. На секунду высокий забор с воротами окутало неяркое желтоватое сияние, оповещающее, что все работает как надо.

Ройс с растерянностью понял, что оказался надежно заперт на территории Ассоциации телохранителей, имея при себе лишь чемодан, набитый одеждой с чужого плеча… Причем, судя по поведению привратника, церемониться с ним здесь не собираются. Кажется, разговор с дядей уже не поможет. Ройсу очень не понравился плотоядный взгляд, коим привратник рассматривал новобранца: так гурман изучает деликатес. А вот парня больше устроило бы, если бы его признали несъедобным отбросом… Пусть это нелестно, зато выгодно.

— Хороший материал, — поцокал языком привратник, обходя Ройса кругом. — Ведите его к директору в центральный корпус. Хотя весенний набор уже прошел, я думаю, он не откажется взять на обучение еще одного молокососа, особенно если за него просит сам командующий армией.

— Вперед, Ройсвен, — попросил алани Мариот. Впервые за все утро в его голосе послышались мягкие нотки. — Не сопротивляйся, это бесполезно — я твердо решил, что ты отсюда выйдешь только вместе с клиентом. Упрямство не поможет, ты лишь поставишь меня в неловкое положение перед директором этого заведения. Вспомни, что, будучи главой рода, я имею полное право приказывать тебе.

Ройс, стиснув зубы, неохотно подчинился. Ему не нравилось, что его тащат связанного, как бессловесную скотину на бойню, и бессовестно распоряжаются его судьбой. Формально он действительно не вправе возражать и сопротивляться. Но гордость молодого человека была сильно задета, он чувствовал себя преданным и обманутым. Как ни странно, Ройс не возненавидел родственника, поскольку вполне отчетливо представлял ход его мыслей, однако был сильно сердит и на дядю, и на себя. Влип, как глупый, мальчишка!

Не оглядываясь, Ройсвен медленно семенил по каменной дорожке к небольшому двухэтажному зданию, где должен находиться директор АТеРа. Сзади клацали дядины шпоры и тихо позвякивали звенья кольчуги, надетой поверх рубахи. Чуть повернув голову, парень рассмотрел, что командующий несет в руках одну из его сумок с вещами. Вторую помогал тащить шкафообразный охранник, который двигался слишком легко и грациозно для своей комплекции. Ройс понимал, что стоит попытаться сделать хоть шаг в сторону — и ему несдобровать. Амбалу, охраняющему ворота, явно не привыкать «уговаривать» будущих коллег дойти до центрального корпуса и оформить документы. Ему вполне хватит сил, чтобы донести потерявшего сознание новичка, якобы проникшегося важностью такого события, как поступление в Ассоциацию, но немного замлевшего по дороге от распирающей его радости…

Помимо воли Ройсвен с интересом осматривал территорию заведения, о котором ходило много нелепых слухов. Изучить изнутри Академию магии было проще, чем достоверно узнать хоть что-то о делах, творящихся в АТеРе. Ассоциация выпускала лучших воинов империи, но методы их тренировки оставались тайной для всех, кроме посвященных.

По бокам от центральной аллеи простиралась голая утоптанная земля без намека на растительность. Обширные поля тянулись до самых бараков, виднеющихся вдали. Назвать эти здания как-то иначе просто язык не поворачивался. Грубые каменные прямоугольные коробки с небольшими окошечками под черепитчатой кровлей производили тоскливое впечатление. По сравнению с загородным поместьем, где Ройс провел большую часть своей сознательной жизни, здания казались сараями. Зато центральный корпус напоминал миниатюрный дворец, украшенный вычурной лепниной и скульптурами. Вокруг него были высажены деревья и немногочисленные кустарники. На невыразительном сером фоне это было единственное, что радовало глаз. Административное здание с украшающей его растительностью напоминало оазис среди пустыни, если не по внешнему виду, то по вызываемым чувствам.

Планировка АТеРа абсолютно не понравилась Ройсу. Организация местности как будто прямым текстом говорила: «Твое место в грязи, мальчик, ты никто». Молодой человек решил, что ни за что на свете не останется тут на долгий срок. Крис должен понять, что случилось, и вытащить его отсюда в ближайшее время. Главное, продержаться здесь пару дней, ни во что не ввязываясь и не показывая характера.

Внутренняя обстановка центрального корпуса соответствовала внешнему виду: здесь изобиловали скульптуры мускулистых воинов в разных позах и изящных полуобнаженных нимф. На стенах холла висело несколько огромных зеркал, что зрительно увеличивало пространство.

— Дверь в кабинет директора прямо по центру, — подсказал привратник, ставя сумку с вещами Ройса возле порога. Правильно, а чего тащить ее дальше? Все равно парня определят на поселение не сюда, а вместе со всеми в барак.

Алани Мариот кивнул и подтолкнул Ройса в нужную сторону.

Избежать неприятного общения молодой человек не мог, так как и закон, и физическая сила находились на стороне дяди, решившего устроить его судьбу. Он, не сопротивляясь, приблизился к нужной двери, решив вести себя примерно до той поры, пока друзья не вытащат его отсюда. Жалобами и мольбами дело не исправить, зато опозорить себя можно запросто.

Командующий недрогнувшей рукой решительно забарабанил по косяку, как будто ломился к себе домой.

— Кто там? — с ленцой поинтересовались из-за двери, не торопясь гневаться.

Наверное, алани Мариот не единственный, кто позволил себе подобный напор. Вряд ли наставники юношей, будучи прирожденными воинами крепкого сложения, скреблись как мышки, готовые в любой момент сорваться с места и бежать от недовольного начальства.

— Мерток, я привел к тебе для знакомства еще одного подопечного, — отозвался привратник, опередив алани Мариота. — За него просит сам командующий.

— Пусть войдет, — разрешил директор.

Алани Мариот вместо племянника, не способного сейчас двигать руками, предусмотрительно повернул дверную ручку.

Ройс, чувствуя себя не очень уютно, медленно сделал несколько мелких шажков вперед, постаравшись придать лицу безразличное выражение. Под его ногами мягко пружинил ворс бордовой ковровой дорожки, простирающейся от дверей до рабочего стола. В комнате не наблюдалось ни шкафов, ни свободных стульев, ни диванов для посетителей. Да их, собственно говоря, и поставить было некуда, так как ширина кабинета директора была раза в два, а то и в три меньше, чем длина. Единственным украшением служили многочисленные картины вдоль стен. Однако в настоящий момент изображения пейзажей не интересовали Ройса. Он с любопытством пытался рассмотреть директора Ассоциации, чтобы хоть немного понять, чего стоит от него ожидать. Вот только взгляду молодого человека предстал лишь силуэт на фоне огромного окна, занимающего весь торец комнаты. Свет бил прямо в глаза, мешая определить даже возраст некоего Мертока. Все, что Ройсвен мог сказать, — перед ним был воин. Ясно, что директор знает о работе телохранителя не понаслышке.

— Так-так-так, кто это у нас тут? — с едва заметной усмешкой в голосе произнес Мерток. — Неужели еще один молодой бездельник, желающий добыть себе славу и состояние?

— Не совсем. Вы бы сторожили его получше, а то он может попытаться сбежать, — счел своим долгом предупредить командующий. — Мне бы хотелось, чтобы вы воспитали из него настоящего мужчину, а то сейчас у него несколько… э-э-э… странные интересы.

— Странные? — переспросил директор звонким голосом, утвердив Ройсвена в мысли, что перед ним отнюдь не пожилой человек.

— Ну, нетрадиционные, — смущаясь, уточнил алани Мариот.

Его племянник закусил губу, но промолчал. Какой смысл спорить, если он не может ничего доказать?

— Занятно, — немного озадаченно произнес директор. — Командующий, при всем уважении к вам, я не могу гарантировать, что парень избавится от странных предпочтений. А вот научить его отлично владеть мечом, укрепить тело и дух — можем запросто.

При этих словах Ройс непроизвольно хмыкнул и тут же снова закусил губу.

— Вы в чем-то сомневаетесь, молодой человек? — поинтересовался у него Мерток. — Зря. Наши методы дают поразительные результаты. Я вам не советую пытаться удрать с территории Ассоциации, да это и невозможно без добровольной помощи привратника.

— А я никого не собираюсь выпускать ни за «пожалуйста», ни за большие деньги, — усмехнулся одноглазый гигант. — Зато с удовольствием накажу, если будешь крутиться возле периметра и тревожить замкнутую на меня охранную магию.

— Ройс, веди себя благоразумно, — попросил дядя. — Мне, конечно, не нравится, что тебе придется просить покровительства кого-то из плеяды богов, но преимущества твоего обучения здесь неоспоримы. Советую выбрать Мергатока Воинственного или, в крайнем случае, Ароя Справедливого. Он тоже благоволит воинам, если те не забывают о чести и достоинстве. Не иди на поводу у своей обиды и обдумай выбор, так как от этого будет зависеть твоя дальнейшая судьба…

— Алани, — перебил дядю Мерток, — мы сами разъясним новому ученику ситуацию, можете не стараться. Хотя у нас бывают и такие личности, кто просит покровительства Фехаты Коварной или Терры Кровавой. В некоторых вопросах Ассоциация предоставляет полную свободу выбора.

Командующий с сомнением посмотрел на Ройсвена, не доверяя ему в принятии самостоятельного решения. С племянника станется просить покровительства богини искусств, а не бога войны!

— Нам внести парня в списки под настоящим именем? — поинтересовался директор.

— Пожалуй, не стоит, — попросил алани Мариот. — Нельзя ли не упоминать в бумагах род Арито?

— Редко, но мы идем на такую уступку, — произнес Мерток. — Обычно, конечно, аристократы предпочитают не скрывать свое знатное происхождение, ведь членство в АТеРе — дело почетное.

— И все же давайте запишем его просто как Ройса Аритона, — решил командующий.

— Даже без приставки «алани»? — уточнил директор. — Вполне можно выдать его за бастарда, признанного семьей. Это значительно облегчит ему жизнь в Ассоциации во время обучения, а то, знаете ли, сословные предрассудки, к сожалению, существуют и в наших стенах.

— Не стоит давать ему послабление! — решительно отказался алани Мариот. — Я хочу получить в итоге умелого воина, не пасующего ни перед какими обстоятельствами. Воина, привыкшего надеяться только на себя, на свои знания и умения, а не на родовое имя и деньги семьи. Хм… Я ведь еще не проверил, сколько доходов от поместья он успел растратить.

— Я ничего не брал! — возмущенно оповестил дядю Ройсвен, не сдержавшись в очередной раз.

Сегодня его выдержка подверглась нешуточному испытанию. Недоверие дяди причиняло боль, хотя парень уже должен был смириться, что они никогда не станут достаточно близки. Своей лошади алани Мариот и то уделял гораздо больше внимания. А единственный раз, когда он всерьез решил поинтересоваться делами Ройса, в итоге обернулся настоящей катастрофой!

— За деньги я не переживаю, император хорошо оплачивает мой труд и наверняка позаботится о безбедной старости для своего преданного вояки, — небрежно заметил алани Мариот. — Ройс, не подведи меня, стань лучшим! Когда ты закончишь АТеР, я обязательно найду тебе хорошего нанимателя. Отслужишь у него год или два по контракту — и будешь полностью свободен для беззаботной светской жизни, если она все еще окажется привлекательной для тебя.

Но речь дяди отнюдь не успокоила Ройса, только четче разъяснила, в какую западню он попал.

«Да чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий!» — мысленно по привычке выругался молодой человек. Его губы слабо шевелились, намечая слова.

— Ну, Ройс, ты ничего не хочешь мне сказать напоследок? — любезно поинтересовался командующий.

— Дядя, сегодня ты совершил крупнейшую ошибку в своей жизни, — вздохнув, спокойно сообщил парень.

— Наоборот, я ее исправил, взявшись наконец за твое воспитание, — опроверг алани Мариот слова племянника. — Учись отвечать хотя бы за жизнь кого-то одного, если не можешь нести ответственность за безопасность всей империи, как это делаю я!

Высказавшись, командующий размашистым шагом двинулся к выходу из кабинета.

— Я провожу гостя, — обращаясь к Мертоку, сказал привратник.

Ройсвен остался с директором наедине. Парень принципиально старался не смотреть в сторону типа, охотно согласившегося испортить ему жизнь. Да и что толку, если все равно виден лишь темный силуэт Мертока на фоне окна? Зато Ройс подозревал, что в установившейся тишине глава Ассоциации внимательно за ним наблюдает.

— Может, развяжете? — поинтересовался молодой человек, постаравшись, чтобы его голос звучал безразлично, не выдавая эмоций.

— А самому слабо? — вопросом на вопрос с ленцой ответил директор, даже и не подумав подняться со стула. — Хороший телохранитель всегда должен иметь при себе что-то острое.

— А нормальный аристократ в здравом уме не таскает в собственном доме оружие в рукавах, — с едва заметной ехидцей парировал Ройс. — Это прерогатива параноиков и маньяков.

— Не советую дерзить, — предупредил Мерток. — Учись: телохранитель должен держать язык за зубами, как бы ему не хотелось высказаться. Клиенты не любят болтливых, да еще и дерзких. А по контракту после окончания АТеРа ты душой и телом будешь принадлежать тому, кто согласится платить за твои услуги. Учти: умрет наниматель — умрешь и ты, не успев сделать и лишнего вдоха. Магическая печать на контракте гарантирует, что выпускники моей Ассоциации будут заботиться о жизни клиента, как о своей собственной, не имея возможности предать или струсить. Хотя, конечно, бывают случаи, когда телохранитель не виноват в гибели клиента, он сделал все, что мог. Но такие оставшиеся в живых неудачники теряют уважение коллег и вынуждены осваивать другую специальность.

Ройса отнюдь не обрадовали все эти сведения. Он предпочитал по возможности не связываться с магией, так как был перед ней почти беззащитен. Хотя ему приходилось в быту пользоваться заговоренными вещами, такими как печать почтового ведомства, например. Он несколько раз обращался к магам за услугами, но сам талантом был обделен, как и остальные девяносто процентов населения.

— Каков твой уровень владения мечом? — спросил Мерток. — Метать ножи умеешь?

— Я мирный аристократ, — с тщательно скрываемым злорадством обтекаемо ответил Ройс, предпочтя ничего не уточнять.

— Хм, надеюсь, командующий нанимал хороших учителей, а то здесь тебя будет ждать нелегкая жизнь, — то ли пригрозил, то ли предупредил директор Ассоциации. — Чуть позже наставники проверят твою физическую форму, а сейчас самое главное — выбрать тебе покровителя. Для телохранителя очень важна помощь богов и возможность свободно перемещаться из одной точки города в другую.

Ройсвен сглотнул и мысленно с беспокойством начал гадать, что Мерток подразумевал под словом «сейчас». Парень надеялся, что до того момента, когда придется выбрать покровителя, у него будет возможность сбежать. Крис обязательно должен вытащить его отсюда, даже если для этого ему придется напрямую обратиться с просьбой к императору.

Взволнованный парень услышал позади себя легкие, почти бесшумные шаги. Ройс догадался, что это возвращается привратник, провожавший дядю. Однако он не повернул голову и ничем не выдал, что услышал приближение человека.

— Я закинул шмотки молокососа в барак! — громогласно доложил привратник.

Ройсвен вполне естественно дернулся, чуть подпрыгнул, неловко приземлился левой ногой на собственную правую брючину и с грохотом рухнул на ковер прямо перед подкравшимся одноглазым амбалом.

— Нервный он какой-то, — ехидно ухмыляясь, заметил привратник.

— Арр, прекращай развлекаться и займись делом. Найди наставника Лестока, и отведите новичка к алтарным камням, затем пусть присоединяется к остальным ученикам.

— Пошли! — Рывком, не прикладывая, кажется, никаких усилий, привратник вздернул Ройса с ковра и вытолкал в коридор.

Молодой человек просто не успевал перебирать связанными ногами, чтобы двигаться наравне с Арром, а потому расслабился, решив, что если амбалу так надо его куда-то доставить, то пусть тащит. Было очень неудобно, но молодой аристократ, сжав зубы, терпел. Он не собирался облегчать жизнь никому из наставников, пусть даже не ждут от него прилежания. Напротив, он сделает все возможное, чтобы доказать им свою непригодность к службе.

Глава 2. ВЫБОР ПОКРОВИТЕЛЯ.

Привратник распахнул одну из дверей, выходящих в холл административного здания, и затолкнул Ройса в огромный зал, занимающий все левое крыло первого этажа. Внутри не оказалось ни души, а потому пространство немного давило. Помещение явно было рассчитано на многолюдные собрания.

— Жди здесь! — бросил привратник и захлопнул дверь.

Хотя Ройс не услышал удаляющихся шагов, интуиция подсказывала ему, что Арр ушел искать некоего наставника Лестока. Парень для порядка покрутил дверную ручку кончиками пальцев, чтобы убедиться, что его заперли, и лишь потом приступил к более детальному осмотру зала. Но натертый до блеска паркет из нескольких пород дерева, арочные окна, прикрытые воздушными белыми портьерами, и огромные, свисающие с потолка люстры недолго удерживали его взгляд. Вниманием Ройса всецело завладели скромные, серые, ничем не примечательные камни, цепочкой выставленные на значительном расстоянии один от другого вдоль длинной стены. От их вида мороз продрал по коже. Ройс совсем не хотел становиться чьей-то игрушкой, покорным рабом, за жизнью которого будет пристально наблюдать кто-то невидимый. Парень с тоской задумчиво взглянул на окно, но тут же понял, что не станет вылезать через него. Он надежно заперт на территории АТеРа, и поддаться сейчас своему страху — значит только продлить агонию. Часом раньше или позже, но его все равно притащат обратно в этот зал и заставят сделать выбор. Владения Ассоциации — это небольшой замкнутый мирок со своими законами, а воевать против всего мира, надеясь на победу, могут только сумасшедшие, одержимые манией величия. Ройс не считал себя идиотом, а потому принялся обдумывать ситуацию, стараясь по возможности сохранять спокойствие. Выходит, от выбора покровителя ему никуда не деться.

Ройсвен мрачно посмотрел на крайний камень и с опаской приблизился к нему. На плоской верхушке рельефным узором был изображен нож. Каждый житель Ренийской империи знал, что это символ Терры Кровавой, покровительницы наемных убийц, палачей и тех, кто считал жестокость лучшим средством достижения своих целей. Парень отшатнулся от отвращающего его камня. Это явно не его выбор, с этой богиней ему совсем не по пути. Он не сможет выполнить волю Терры, если та потребует совершить какое-то бесчинство. Да и возлагать на ее алтарь требуется отнюдь не фрукты и цветочки, а кровавые жертвы — животных или даже людей.

Ройс добрел до следующего камня и всмотрелся в немного обтертый барельеф. По вершине этого алтаря, скорее всего, довольно часто топтались подопечные бога, желающие переместиться в другое место или же стремящиеся попасть сюда. Изображение уравновешенных весов указывало на то, что многие сделали выбор в пользу Ароя Справедливого — покровителя судей, правителей, чиновников высокого ранга и просто тех, для кого слово «честь» — не пустой звук.

Парень взял на заметку местоположение этого камня и, раздумывая, направился дальше. Он не хотел пороть горячку, чтобы потом всю жизнь об этом сожалеть. Насколько Ройс знал, Арой частенько возлагал на своих подопечных миссии по восстановлению справедливости в разных уголках мира. Хочет ли он всю жизнь этим заниматься, бегая по указке бога?

На третьем камне красовалось рельефное изображение неведомой птицы, укрывающей крыльями детенышей. На сей раз птенцов было всего два, хотя молодой человек в своей жизни видел и иные варианты. Он понял, что приблизился к алтарю Элота Доброго, опекающего лекарей и прочих безобидных личностей, считающих своим долгом бескорыстно помогать другим. Ройс, конечно, не считал себя черствым циником, но хорошо осознавал, что не сможет искренне разделить мировоззрение этого бога и проникнуться его идеями. Так что он без раздумий двинулся дальше.

Следующий алтарь тоже недолго удерживал внимание молодого человека, ведь он принадлежал Унаре Прекрасной — покровительнице искусства. В камне был выбит бутон невиданного цветка, отдаленно напоминающего розу. Каждый мастер старался сделать символ более необычным и отличиться от своих предшественников, но, по мнению Ройса, уж лучше бы они придерживались реальности. Хотя не ему судить и что-то советовать подопечным Унары. Если богине так нравится, то никто не вправе возразить.

В общем, Ройс не собирался ни учиться рисовать, ни осваивать игру на музыкальных инструментах, ни заниматься резьбой по дереву, ни терзать кого-то пением… Да что там, он ведь даже сочинительством стихов не баловался, хотя дядя среди прочих обвинений выдвинул и такое! Молодой человек не считал себя способным на возвышенные чувства, которые требовали быть излитыми на бумагу.

Парень поспешил отойти от камня Унары Прекрасной, чтобы ни дыханием, ни кончиком одежды или поднятой при ходьбе пылью не коснуться его. Он не желает потом по указке богини брать в руки арфу или срочно отыскивать в себе иной талант в области искусства.

На пятом камне была изображена обыкновенная театральная маска с узкими щелями на месте глаз и губами с приподнятым в ироничной усмешке уголком. Символ казался простым, незамысловатым и не предвещающим ничего особенного, если не знать, что он принадлежит Фехате Коварной. Этой богине часто возлагали дары воры, шпионы и даже некоторые придворные его императорского величества Никора Второго… Те, кто искал в жизни богатства и выгоды, всегда могли рассчитывать на поддержку Фехаты, стоило лишь уважить эту капризную даму и уделить ей внимание. Правда, снисходила она не до всех, а лишь до тех, кто отличался живостью и изворотливостью ума и был способен строить многоходовые интриги, или до заядлых лжецов и подлецов, склонных присваивать чужое.

Этот алтарь показался Ройсу довольно привлекательным: он считал, что не обделен умом, хитростью и смекалкой. Его смущало одно — сегодня-то он повел себя как последний дурак и не предусмотрел, что дядя может прибегнуть к власти и грубой силе. Ройсвен немного колебался: окажется ли он достоин внимания богини? Или все же лучше избрать Ароя Справедливого? Сравнивая преимущества и недостатки, выявляя трудности, которые могут возникнуть при служении одной или другому, парень двинулся дальше.

Барельеф на последнем алтаре истерся гораздо сильнее, чем все предыдущие, вместе взятые. Контуры раскрытой ладони почти слились с поверхностью камня. Мирный на первый взгляд символ привлекал многих, ведь он означал, что выбравший его вручал свою жизнь Мергатоку Воинственному. Хотя в простонародье в обиходе в качестве знака этого бога часто использовали скрещенные мечи. Но если задуматься, это действительно неправильно, так как воин сам по себе, даже с голыми руками, должен быть смертоносным оружием. А ладонь как раз может или обхватить рукоять меча, или свернуться в кулак и врезать обидчику, или взяться за алебарду… Да мало ли еще способов самозащиты или нападения выдумало человечество!

Вполне естественно, что большинство будущих телохранителей предпочитало оказаться под опекой Мергатока. Ходили слухи, что бог частенько предупреждает подопечных о смертельных опасностях, засадах, а иногда даже отводит от них прорвавшийся сквозь защиту меч противника или испепеляет на лету стрелу… Многие находили помощь Мергатока неоценимой и своевременной.

Умом Ройс тоже понимал неоспоримую пользу от служения этому богу, но душа противилась. Он не хотел потакать приказам дяди! Парень не желал делать очевидный выбор, чтобы потом получить снисходительную похвалу. Однако если в ближайшие пару лет по недоразумению ему все же придется изображать телохранителя, то сейчас лучше смирить гордыню и сделать верный выбор, подумав о выгоде. Только дурак в таком ответственном вопросе будет действовать из противоречия.

Молодой человек с задумчивым видом доковылял до последнего алтарного камня, бросил беглый взгляд на изображение лука и направился к противоположной стене, чтобы спокойно принять решение. Дартис Меткий перестал помогать своим подопечным лет двести назад, а потому в настоящее время, насколько Ройс знал, во всем мире не нашлось бы ни одного его приверженца. Даже дары верховного жреца Храма Всех Богов оставались сиротливо лежать на плоской вершине камня во время ежегодного праздника подношения. Практичные прихожане решили, что если Дартис не обращает на них внимания, то и они вполне могут ответить ему тем же. Других богов хватает, так что в накладе никто не останется. Даже лучники предпочитали выбирать тех, на чью помощь реально могли рассчитывать. Ну а что об этом думает сам Дартис Меткий, никто, естественно, не выяснял. Но, судя по отсутствию претензий, громов и молний с его стороны, он не был в расстройстве от народного пренебрежения. В последнее время наиболее смелые шутники, подбиваемые товарищами, все чаще оставляли на алтарном камне Дартиса остроумные, как им казалось, таблички: «Никого нет дома», «Я в зимней спячке», «Убыл в другую вселенную» или просто: «Начхать на всех хотел». Власти штрафовали за подобные выходки, но это не охлаждало подвыпивших авантюристов.

Поговаривали, что раньше богов в этом мире было больше, выбор у людей был шире, но за тысячелетия многие могущественные существа куда-то исчезли. Предполагали, что они просто устали от всего и ушли. Куда? Никто о том не знал и не догадывался. Их просто постепенно забывали, убирали алтари, образы стирались из памяти. Их имена растворялись в веках. Желающих служить тому, кто долгие годы не отзывается на воззвания, не было. Последней канула в неизвестность богиня любви. О ней еще сохранились записи в книгах и летописях, еще передавались из уст в уста легенды о ее помощи в деле соединения любящих сердец.

Сейчас боги уже не так часто и многообразно вмешивались в жизнь обитателей этого мира. В прошлом покровитель был у каждого, а теперь — у единиц. Но боги никого не неволили, им не пристало играть роль зазывал, хотя они частенько пользовались тем, что неосторожные прохожие легонько задевали их алтарь… Тут уж отвертеться было просто невозможно.

Ройс прислонился к продольной стене напротив семи камней и прикинул преимущества и недостатки поклонения Арою Справедливому, Фехате Коварной и Мергатоку Воинственному. Душа у него больше лежала к богине, но разум подсказывал, что служить Мергатоку выгоднее. Вот если бы ему не предстояло следующие несколько лет работать телохранителем… Но лучше проявить дальновидность и просчитать возможность того, что удрать с территории АТеРа не удастся и придется пройти полный курс обучения. Ройсу не нравилось то мрачное будущее, которое рисовалось в его воображении, но он пока был не в силах самостоятельно скорректировать ситуацию. Молодой человек переводил задумчивый взгляд с одного камня на другой, пока не остановился на предпоследнем. И будь что будет! В этой жизни всегда есть место риску, а оправдан ли он, покажет будущее. Если тебе необходимо двигаться только вперед, ни на миг не останавливаясь, а под ногами оказывается расщелина, то уж лучше попытаться перепрыгнуть, пока тебя просто не сбросило вниз… Но оценить правильность выбора своего решения — допрыгнул ты или все же свалился и сам этого не понял — удастся намного позже, когда куда-то приземлишься…

Когда повернулась дверная ручка, возвещая о приходе привратника Арра и наставника Лестока, Ройс уже принял абсолютно твердое решение и был непоколебимо уверен в его правильности. Он готов был спокойно встретить свою судьбу, раз уж особого выбора не осталось.

— Ну что, молокосос, не заскучал? — громогласно поинтересовался Арр, заходя в зал. — А то ведь, цени, это были последние минуты твоей спокойной жизни на несколько лет вперед.

— Не пугай пацана заранее, — гораздо более тихим голосом сказал незнакомый мужчина, пихая привратника локтем в бок. — И не говори, что хотел приободрить его этим заявлением.

Лесток оказался на полголовы ниже Арра и на его фоне смотрелся чуть ли не хрупким. Но это впечатление было обманчивым, потому что при внимательном взгляде на руки наставника обнаруживались стальные мускулы, перекатывающиеся под кожей при каждом движении. В темных волосах мужчины серебрились седые пряди, но его физической форме могли позавидовать многие молодые парни. Внешний вид Лестока немного портила белая полоса шрама, тянущаяся от виска через скулу к подбородку. Наставник был одет в свободные серые брюки и рубашку с закатанными выше локтя рукавами. Настоящий воин, еще крепкий и очень опытный, это видно с первого взгляда. Хотя немного удивляло отсутствие меча у него на поясе или иного режуще-колющего оружия. Зато мужчина держал в руках пустой кубок. От еды наставника оторвали, что ли?

Лесток, как и Арр, двигался абсолютно бесшумно, с кошачьей грацией. У Ройса он ассоциировался с опасным хищником, которого лучше не дразнить. Но сейчас у наставника вроде было благодушное настроение.

Племянник командующего Ренийской армией мысленно посоветовал себе не расслабляться и быть начеку. Многие люди даже в повседневной жизни носят на лице маску, надежно скрывающую истинные чувства, и Лесток вполне может оказаться из таких.

— Я принял решение относительно выбора покровителя. Может, хоть теперь развяжете? — спросил Ройсвен, пытаясь не допустить в голос и намек на слабость. — Подумайте сами, куда я денусь с территории Ассоциации?

— Ладно, сейчас, — неохотно пообещал Арр и двинулся к Ройсу, на ходу доставая нож из чехла на поясе. Подойдя к парню, он попросил: — Повернись спиной, узел находится там.

— Да, пожалуйста, — сказал молодой человек, отлепляясь от стены и поворачиваясь.

Он бы не был так покладист, если бы знал, что произойдет в следующий момент…

Нож привратника, вместо того чтобы разрезать веревки, полоснул прямо по левому запястью Ройсвена, глубоко распоров кожу.

— Что вы делаете?! — дернулся парень, пытаясь развернуться к Арру лицом, но это ему не удалось.

Навалившись всем телом, амбал притиснул его грудью к стене, подавляя сопротивление. Щека Ройса плотно прижалась к шероховатой штукатурке, окрашенной в светлый золотисто-желтый тон. Парень изо всех сил трепыхался, но вырваться не мог.

— Давай кубок, — попросил привратник у Лестока. — Подноси к руке, живо.

— Парень вполне мог сделать это сам, — проворчал наставник, заходя со спины.

Ройс почувствовал, как его распоротое запястье с силой сжали, чуть не вывихнув кисть. Рана защипала еще больше, и к этому ощущению добавилась боль.

— Зачем вам моя кровь? — прошипел молодой человек, хотя и не сильно надеялся получить ответ от двоих садистов.

— Для процедуры выбора покровителя, естественно, — соизволил ответить Арр веселым тоном. — А ты что, не знал, каким способом лучше всего проводить процедуру выбора?

— Да, с помощью крови твоя связь с богом будет полнее, — добавил Лесток. — Хотя некоторые люди искусства, например, предпочитают возлагать на алтарь Унары Прекрасной салфетку, которой они промокнули кровь с пальца, проткнутого иголкой, или даже локон своих волос.

— Но то — трусливые сопляки, — презрительно сказал Арр, наконец ослабляя хватку. Он отодвинулся от Ройса, сжимая в одной руке кубок, наполовину наполненный красной густой жидкостью.

Парень почувствовал, что снова может дышать полной грудью. Он сделал маленький шажок от стены и обнаружил, что веревки свободно спадают с него, разрезанные ножом привратника. Кое-где на них виднелись пятна крови.

— Только в обморок не грохнись, а то были тут гер-рои, — протянул Арр. — Я уставал ждать, когда они решатся проделать в своем драгоценном теле хоть одну ма-аленькую дырочку.

Едва Ройс успел окончательно выбраться из пут, как Лесток кинул ему кусок какой-то мягкой, но плотной и чистой ткани и приказал:

— Перевяжи рану. Надеюсь, ты не левша, потому что уже завтра тебе предстоит во всей красе показать свои навыки и физическую форму.

— А раньше спросить не могли?! — возмутился Ройс.

— Так мне без разницы. Телохранитель должен уметь сражаться, превозмогая боль!

Парень, как мог, одной рукой перетянул рану, ведь помощь ему не предложили. Он был возмущен и разгневан, но решил ничем не выказывать своих чувств. Каждое проявление эмоций — это его слабость, на которой может сыграть противник. Эту простую истину Ройс усвоил уже давно, ведь он вращался в высшем обществе — скопище отменных интриганов при дворе императора. Так получилось, что через кучу браков и через пару поколений молодой человек являлся родственником Никора Второго и стоял шестнадцатым в очереди на престол. Он, может, фигура и мелкая, но важная. Каждый прекрасно понимает, что корона Ройсу не светит, но ведь у других еще меньше шансов ее получить… Да и в заветном списочке всего тридцать четыре кандидата. И согласитесь, шестнадцатый — это не тридцать третий, место вроде как попрестижнее будет.

В общем, Ройс и не подумал кричать, бросаться на своих обидчиков с кулаками или браниться. Со стороны садиста Арра станется перевернуть кубок вверх дном, разлив кровь, и предложить повторить процедуру в качестве дисциплинарной меры.

— Лесток, — хлопнул привратник наставника по плечу, — смотри-ка, какой нам пофигист попался. Эй, малыш, чего у тебя рожа такая постная?

— Лицо как лицо, — спокойно проговорил Ройс, старательно следя за тем, чтобы все видимые мышцы тела оставались расслабленными. — Говорят, если нервничать, кровь плохо останавливается.

— Дерзишь? — недовольно уточнил Арр.

— Нет, что вы. Просто сообщаю общеизвестный факт.

— Ну-ну, — хмыкнул привратник. — Я посмотрю, как ты на тренировках будешь проявлять выдержку. Давай, парень, хватай кубок, выльешь его на понравившийся алтарь, вслух призовешь бога и попросишь о покровительстве.

Ройс осторожно, чтобы не разлить, принял из рук Арра средних размеров металлический сосуд, украшенный кусочками цветного стекла. Безусловно, кубок выглядел красиво, но дешево. Правда, молодой человек не счел необходимым озвучить свою мысль, предпочтя благоразумно промолчать. Вместо этого он с решительностью, какой на самом деле не обладал, двинулся к алтарному камню Мергатока Воинственного.

Лесток и Арр пошли следом, однако соблюдая значительную дистанцию. Действительно, вдруг будущему покровителю Ройса не понравится их мельтешение рядом? Вдруг бог решит, что они чем-то мешают? Да и остальные, обойденные выбором, могут вообразить, что на парня оказывали давление и именно потому он минул их алтари… Кому охота заполучить гнев богов на свою голову из-за простого недоразумения?

Подневольный ученик АТеРа встал на расстоянии чуть больше вытянутой руки от алтаря и сделал глубокий вдох, морально готовясь к предстоящему кошмару. Его надсмотрщики сзади не издавали ни звука и, казалось, вообще затаили дыхание. То есть старательно делали вид, будто их нет в комнате. Ройс немного отвел локоть правой руки назад, замахиваясь, чтобы выплеснуть кровь. Почему-то в тот момент ему и в голову не пришло, что можно просто подойти вплотную, нависнув над камнем. Наверное, сыграла свою роль привычка держаться от подобных глыб как можно дальше — так поступало большинство горожан. Ройс резко выбросил руку вперед, намереваясь выплеснуть содержимое кубка на алтарь Мергатока. Но в последний момент он почувствовал, что запястье непроизвольно дернулось. В этом не было его вины — у Ройса возникло ощущение, что нечто невидимое самым бессовестным образом толкнуло его руку в сторону.

По всем физическим законам мира кровь должна была выплеснуться на натертый до блеска паркет и растечься лужицей, оповещая, что молодому человеку предстоит терпеть боль от второй раны. Однако существовал еще один неучтенный фактор, и звался он законом подлости… Или, может, это было божественное провидение? Ройс не знал, но произошедшее однозначно ему не понравилось.

Алые капли описали в воздухе высокую дугу и редким, но метким дождем окропили алтарь Дартиса — покровителя лучников. Парень недоуменно замер, созерцая яркие кляксы на сером фоне и пытаясь сообразить, как такое могло случиться.

— Криворукий придурок! — экспрессивно прокомментировал сзади Арр. Даже ему было понятно, что Ройс не специально туда целился. — Придется все повторить.

Услышав человеческий голос, племянник командующего вновь обрел дар речи.

— Да чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! — привычно тихо выругался он.

Пару секунд ничего не происходило, а потом алтарный камень очень слабо, еле заметно для глаз в дневную пору засветился, и капли крови начали исчезать с его поверхности, впитываясь. И хотя Ройс очень мало знал о богах и церемониях, но без подсказок и объяснений он четко уяснил, что крепко влип. Подношение принято! Теперь Дартис — его покровитель, и ничего уже нельзя переиграть. Вряд ли он сможет надеяться на внимание со стороны бога, но всю оставшуюся жизнь будет считаться его верным служителем.

— Я же не просил покровительства вслух, — растерянно заметил парень. — Это неправильно! Подобного не должно было случиться!

— Угу, — весьма коротко подтвердил Арр, и Ройсвен понял, что привратник тоже, мягко говоря, удивлен.

— А чего вы хотели? — подал голос Лесток. — Имя все же было произнесено вслух, что вполне могло спровоцировать соответствующую реакцию. Иногда боги берут человека под свое покровительство, если он просто имел неосторожность вскользь прикоснуться к камню.

— Так то Фехата, Терра и Элот! — воскликнул Арр. — Остальных богов не только просить, а еще и уговаривать приходится! Унара — та вообще может отказать, если ей неинтересен талант конкретной особы. Да и Арой редко, но отказывается от подопечных, когда считает, что те не обладают нужными качествами. Это только Элот Добрый придерживается мнения, что перевоспитать можно любого, было бы желание.

— Арр, к чему эти разговоры? — недовольно поинтересовался Лесток. — Ты хочешь попытаться оспорить желание богов? Хочешь сказать, что лучше знаешь их нужды? Раз уж так случилось, что парень каким-то образом окропил алтарь Дартиса, то словами теперь ничего не изменить. Он будет служить тому богу, которого уготовил ему случай или, быть может, судьба. И не нам беспокоиться, если Дартис не будет обращать внимания на своего случайного подопечного!

— Некоторые алтари, похоже, работают сами собой, как ловушки, хватая всех подряд даже без ведома бога, — проворчал Арр.

— Тише ты! — шикнул Лесток. — Нашел, о чем рассуждать!

— А могла кровь впитаться в алтарь в качестве простого жертвоприношения? — робко поинтересовался Ройс, дождавшись конца отповеди наставника. — Терра и Мергаток принимают такие дары, а ведь Дартис — тоже не мирный бог. И в таком случае речь не идет о покровительстве над жертвой! Я точно знаю, что Мергатоку Воинственному иногда приносят на алтарь кровь своих врагов, убитых в бою.

— Вряд ли это тот случай, — усомнился Лесток.

— А вдруг? — встрепенулся Арр. — Надо посмотреть, ведь если Дартис принял парня, то у посвященного на груди должна появиться татуировка с первой буквой имени бога.

Привратник шагнул к Ройсу, но тот уже сам торопливо расстегивал рубашку, чтобы прояснить ситуацию. Молодой человек от спешки чуть не выдрал с корнем верхние пуговицы. Он успел слегка распахнуть полы рубашки буквально за долю секунды до того, как это собрался сделать привратник. И уж Арр бы точно не церемонился с тканью. Ройс склонил голову и четко увидел на левой стороне груди, прямо над сердцем, довольно крупную, изящно прорисованную букву «Д». Татуировка оказалась темно-зеленого цвета и хорошо выделялась на коже, еще не успевшей загореть после зимы. Наверняка она будет видна с большого расстояния, если Ройс решит пройтись где-нибудь без рубашки. Возможно, кто-то из посвященных чрезвычайно радовался получению подобного знака, но племяннику командующего армией стало не по себе. Татуировка напоминала ему клеймо, каким метят скот в поместье. Для него это был знак принадлежности, знак рабства.

Где-то в глубине души Ройса возник протест, который, нарастая, пробуждал гнев. Чувствуя, что вот-вот сорвется, парень с трудом заставил себя немного успокоиться. Он сделал несколько глубоких вдохов и представил, как все мышцы в его теле медленно расслабляются. Сейчас не время поддаваться переживаниям!

Сильный подзатыльник, отвешенный рукой Арра, окончательно охладил пыл Ройса. Он внезапно осознал, что обретенный покровитель сейчас не самая его большая проблема. Может, это и хорошо, что его рука дрогнула в последний момент? Конечно, с одной стороны, будет досадно остаться без необходимой божественной помощи в сложный момент, но, с другой стороны, если Дартис уже многие годы не обращает на людей внимания, то это означает полную свободу! Не надо ломать голову над тем, что возложить на алтарь в качестве пожертвования. Можно не ждать в любой момент приказа отправиться на другой конец империи и что-то там сделать. Нет необходимости нервничать, что какие-нибудь неосторожные слова или привычные действия вызовут гнев покровителя. Получается, Ройс так и остался предоставлен самому себе. Он, как и раньше, может надеяться только на себя. Но разве же это плохо? Почему он должен расстраиваться?!

— Олух! — рыкнул Арр, отвесив еще один тяжелый подзатыльник.

Ройс и не пытался отклониться. Скорее всего, его сопротивление только раззадорило бы привратника. Вместо этого, неожиданно для всех, парень, будто от тяжести руки обидчика, рухнул на пол, попутно приземлившись локтем прямо на стопу Арра. И со злорадством услышал, как воздух с шумом вышел из груди амбала.

— Слабак! Неловкий кретин! — прорычал тот, прихрамывая, чуть отступив от Ройса. — Кисейная барышня, валящаяся с ног от одного легкого прикосновения!

Ройсу подзатыльник таковым не показался, но он смолчал и поспешил подняться, пока привратнику не пришло в голову в отместку пнуть его. Парень аккуратно застегнул рубашку, стараясь сохранять на лице расстроенное, подавленное выражение.

— Эй, несчастье ходячее, ты хоть из лука-то стрелять умеешь? — задал Лесток вполне резонный вопрос. — Или, может, ножи хорошо метаешь?

— Ни то ни другое, — предельно честно сознался Ройс. — Единственное дело, в котором я могу похвастаться меткостью, — это забрасывание смятых бумажек в мусорную корзину.

— Я смотрю, Дартису неслыханно повезло с новообретенным подопечным, — едко заметил привратник.

— Арр, а может, это и к лучшему, что парень не выбрал Мергатока? — сказал Лесток. — Мускулы у него точно есть, но он наверняка слепил их для красоты с помощью магии. Вряд ли его тело подвергалось реальным нагрузкам и, наверное, уже основательно заплыло жирком от бездействия. Некоторые молодые аристократы выбрасывают на подобное преобразование целое состояние. Для воина он что-то хлипковат, совсем не держит удар и, скорее всего, без многолетних изнурительных тренировок не станет достойным противником в ближнем бою. Хотя я приложу все силы, чтобы показать ему, как надо владеть мечом и телом, и помогу привести себя в нормальную форму. В дистанционном поединке в следующие год-два у него больше шансов. Если он, конечно, научится стрелять…

Ройс тяжело вздохнул и порадовался, что Дартис давно ни на кого не обращает внимания. Пусть наставники тешут себя надеждой, но сам-то парень точно знал, что лук — это не его оружие. Впрочем, с арбалетом дело обстоит не лучше.

— Ладно, Лесток, тащи этого обормота к нашим воробушкам, там посмотрим, что из него выйдет, — сказал Арр.

Наставник кивком указал Ройсу на выход из зала, и тот послушно пошел. В душе молодого человека теплилась надежда, что его скоро выставят из АТеРа, признав непригодным к работе телохранителя. Он точно знал, что подобное нечасто, но случалось.

Ройс под конвоем Лестока вышел на улицу и пересек голый пустырь, приблизившись к бараку. Из здания не было слышно ни звука, и это немного удивляло. Послеобеденный сон у них там, что ли? Молодой человек, не дожидаясь указания, распахнул дверь и заглянул вовнутрь.

Двадцать пять мужчин, одетых кто во что горазд, с разной степенью роскоши, неподвижно стояли в полутемном помещении между рядами аккуратно застеленных постелей. На их лицах читалось напряжение и сосредоточенность. У некоторых, правда, был совершенно отсутствующий вид, как будто их разум сейчас блуждал где-то далеко отсюда. В сторону вошедших Ройса и Лестока никто даже головы не повернул. Спертый воздух был наполнен запахом пота, что вызывало отвращение. Условия обитания, мягко говоря, казались неприемлемыми, да и компания выглядела странной.

— Алани Кириано Сьерро, доложите о происшествиях! — громко и четко, но уважительно приказал Лесток, обращаясь к кому-то из своих учеников.

— Эстив двигался, наставник! Он уснул стоя и чуть не упал! — сдал кого-то парень примерно одного с Ройсом возраста.

Аристократ был одет в белоснежную рубашку, прошитую золотой нитью по воротнику и манжетам. Можно было только подивиться, как он не насажал пятен на свой наряд в такой обстановке, это уметь надо. Одежда Кириано ярким пятном выделялась на фоне серой толпы. Его светлые волосы длиной чуть ниже плеч были нарочито небрежно стянуты у шеи в хвост, несколько прядей свободно свисали у висков, обрамляя узкое лицо с изящными чертами. Аристократ был красив, но никто не спутал бы его с дамой благодаря волевому подбородку и резко высеченным скулам.

Вот только, несмотря на довольно привлекательную внешность, блондин почему-то сразу не понравился Ройсу. Наверное, племяннику командующего пришлось не по душе то, с какой охотой парень выдал промашку своего товарища, совершенную во время отсутствия наставника. Была ли в этом необходимость? А как же взаимовыручка и дружеская поддержка?

Лесток посмотрел куда-то в глубь помещения, сосредоточив взгляд на худеньком веснушчатом парнишке лет семнадцати. Один глаз у юноши был закрыт, второй слезился и так и норовил тоже сомкнуться.

— Эстив, три ночи уборки территории! Через одну! — строго приказал наставник.

Мальчик издал еле слышный стон и попытался возразить:

— Но я не один двигался! Алани Кириано во время вашего отсутствия даже присел!

— Кто-нибудь может это подтвердить? — нахмурился Лесток. Он по очереди обратился к четверым ученикам, стоящим ближе всех к названному аристократу, но те без раздумий опровергли слова Эстива.

— Будешь мести территорию и рыхлить землю вокруг деревьев четыре ночи до самого утра за клевету! — изменил наказание наставник. — Сейчас еще только вторые сутки испытания идут, а ты уже сорвался и готов на все ради нескольких минут сна. Телохранитель не должен потакать желаниям своего тела! Я воспитаю в вас силу духа!

Под гневной отповедью Лестока рыжий мальчишка чуть покраснел, веснушки, казалось, стали еще ярче. Он переводил взгляд с одного своего товарища по учебе на другого, словно что-то выискивал на их лицах, но не находил.

Для Ройса было загадкой, кто захочет нанять этого выпускника АТеРа, уж больно несолидный вид тот имел. Хотя, возможно, кому-то понадобится неявная охрана…

— Ты провалил испытание, до ночи свободен, — сообщил наставник Эстиву.

Мальчишка тут же рухнул на кровать, примяв безукоризненно разглаженное покрывало, и уже через пару секунд сонно засопел. Остальные будущие телохранители остались стоять статуями, только у некоторых в глазах засветилась зависть и лица приобрели еще более задумчивое выражение.

— Парни, — обратился Лесток ко всем, — я тут вам новенького привел. Зовут Ройс Аритон, но познакомитесь позже. Для первого раза вам еще так неподвижно, не поддаваясь сну, надо до этой полуночи продержаться.

По огромному помещению пронеслись еле слышные стоны. Может, кто-то из учеников и промолчал, будучи уверенным, что телохранителю несолидно столь откровенно демонстрировать свою слабость, но большинство, кто умнее, не скрывали усталости. Ведь если подумать, то для наставника отсутствие жалоб со стороны учеников, скорее всего, будет означать, что они способны на большее!

— Ройс, перенеси свои сумки от входа, встань возле свободной койки и замри, вещи сложишь в тумбочку чуть позже, — приказал Лесток. — Это обыкновенная тренировка выдержки, выносливости и умения ждать. Занятия с оружием начнутся завтра.

Племянник командующего давным-давно вычислил, что свободные кровати остались только в глубине помещения, подальше от двери. Аристократ Кириано и еще несколько парней, одетых побогаче остальных, устроились поближе к выходу, а значит, и свежему воздуху. И, как заподозрил Ройс, такое размещение давало им несколько дополнительных секунд на сборы в случае любых срочных построений на вытоптанной земле.

Новый подневольный ученик Ассоциации осторожно, чтобы никого не задеть и не толкнуть, прошел к свободному месту. Это был угол рядом со спящим Эстивом. Ройс встал в изголовье кровати таким образом, чтобы в поле его зрения оказалась большая часть помещения, и замер, как приказали. Тело не двигалось, зато глаза бегали, внимательно изучая все, вплоть до потолочных балок. Для начала Ройсвен осмотрел зал, а затем перешел к разглядыванию находящихся в нем людей. Он старался по позе, по выражению лица и одежде составить краткое представление о каждом. Конечно, недальновидно было давать характеристики, не пообщавшись, но ведь в ближайшие десять-двенадцать часов другого развлечения не предвиделось…

Возраст учеников колебался от юного, как у Эстива, до примерно тридцати. Встречались накачанные парни с развитой мускулатурой и худые, жилистые, в которых с первого взгляда ни за что не заметишь физическую силу. Ройс прикинул, что среди присутствующих пятеро явно являются аристократами. Еще трое, что постарше, скорее всего, бывшие солдаты. У них и выправка особая, и шрамы на руках есть, и держатся они особняком, своей группой. Даже встали поближе друг к другу, как будто им места свободного для испытания не хватило. Наверное, раньше вместе сражались плечом к плечу или спина к спине.

Темненький неприметный паренек, один из тех, которые окружали Кириано, вполне может быть завязавшим вором, пойманным с поличным и отправленным сюда на перевоспитание. Едва ли Ройсвен сумел бы объяснить, почему он так решил, просто о том нашептывала его интуиция. Слишком уж специфический взгляд у юноши — отсутствующий, нарочито скучающий, но периодически на доли мгновения становится цепким и внимательным. Так смотрят уличные воришки, выискивая добычу — кошелек потуже или раздутый карман с хозяином порассеяннее.

Но за свое имущество Ройс не переживал, у него сейчас и красть-то было нечего. Ну не рубашку же с чужого плеча! Ведь дядя при сборе сумок ничего не говорил про деньги, а слуги сами наверняка не додумались. Так что сейчас Ройс, наверное, самый бесперспективный объект для воров.

Подневольный ученик Ассоциации прикинул, к кому он может примкнуть. В группе аристократов главным явно был Кириано. Ройс сомневался, что сумеет наладить с ним отношения. Чутье подсказывало, что блондин презирает всех, кто не имеет приставки «алани» к имени. Терпеть снисходительное отношение и пресмыкаться, будучи отпрыском более древнего и знатного рода, не хотелось. От него, конечно, не убудет, но лучше без нужды не связываться с неприятным субъектом.

Хотелось бы поближе познакомиться с бывшими солдатами, сразу видно, что на них можно положиться. Но только вряд ли они примут в свою компанию незнакомца, не проверенного в бою. Значит, для налаживания приятельских отношений придется искать кого-то из одиночек. Надо же узнать у товарищей по несчастью здешний уклад, правила поведения, возможные лазейки для ухода отсюда…

Можно, конечно, попробовать расспросить наставника, но сомнительно, что он станет рассказывать ученику все, да еще и делиться слухами. Самое интересное наверняка пропустит, если вовсе не откажется уделить ему время. Ройсу хотелось получить всю информацию об Ассоциации, а не только официальные сведения, доступные каждому обывателю.

Так, прикидывая свои возможности и строя планы на ближайшее будущее, племянник командующего без всякого напряжения неподвижно стоял до темноты, периодами чувствуя на себе внимательный взгляд наставника. Лесток, удобно устроившись на единственном в помещении стуле, старательно точил пару кинжалов и чем-то полировал лезвия. Но никто не обманывался его видимой увлеченностью и не пытался двинуться с места, понадеявшись на то, что наставник ничего не заметит.

Про ужин все как будто забыли, про естественные нужды — тоже. Возможно, будущие телохранители по одному отлучались в туалет хотя бы раз в двенадцать часов, просто новый ученик пропустил этот момент. Ройс не был глупцом, чтобы нарываться, задавая вопросы без острой на то необходимости. Он хотел этой ночью нормально выспаться, а не бегать по двору с метлой и лопатой, а потому терпел по примеру остальных, мысленно ругая садистов, которые придумали подобную тренировочку. От безделья он внимательно наблюдал за наставником, пока тот ходил по огромной комнате и зажигал свечи в разных ее уголках. Дыма от огоньков почти не было, но Лесток все равно распахнул одно окно. Он как будто специально решил с ленивой грацией пройтись по проходам, чтобы вызвать зависть у учеников, усугубить то нетерпение, с которым парни ждали полуночи.

После наступления темноты для Ройса время тоже, казалось, потекло в два раза медленнее. Он очень хотел получить возможность расспросить кого-нибудь о боге, служителем которого стал. К собственному смущению и неудовольствию, парень обнаружил, что знает о Дартисе невероятно мало. Он не помнил ни легенд, ни правдивых историй, связанных с подопечными своего покровителя. Чаще всего имя Дартиса употреблялось в ругательствах. Сначала подобным образом его начали поминать расстроенные невниманием лучники, а потом эстафету подхватили и обыватели — от простых горожан до утонченных аристократов.

Ни у кого из учеников не было часов на запястье, но когда Лесток в очередной раз поднялся со своего стула, все интуитивно поняли, что дождались окончания мучений. И действительно, наставник медленно подошел к входной двери и оттуда, занося ногу над порогом, оповестил:

— Время вышло. У вас есть пятнадцать минут, чтобы справить естественные потребности и лечь спать. После указанного срока никакого шума и огня! И не опаздывайте завтра на утреннюю разминку.

За спиной Лестока еще не успела закрыться дверь, как ученики дружно попытались устремиться в глубь помещения к туалету. Послышались стоны и кряхтение. Бедолаги поняли, что тела, онемевшие от долгих часов неподвижности, плохо их слушаются. Так получилось, что первым в нужную комнату попал Ройс. Он простоял меньше остальных, к тому же оказался ближе всех к соответствующей двери.

Выйдя, парень поймал на себе злобный взгляд Кириано. Кажется, он нарушил сложившуюся очередность и невзначай приобрел врага…

Пока аристократы и примкнувший к ним воришка по очереди скрывались в туалете, Ройс разбирал свои вещи, укладывая их в небольшую тумбочку. В это время некоторые гасили свечи или расстилали кровати, самые нетерпеливые просто стояли, переминаясь с ноги на ногу возле заветной двери. На улицу не вышел никто. Наверное, было не положено.

Племянник командующего как раз собрался лечь спать, когда к нему, окружая кровать, подошла банда Кириано в полном составе.

— Советую быть почтительнее к тем, кто выше тебя по происхождению, — высокомерно посоветовал белокурый аристократ. — Соблюдай правила, принятые в обществе, и у тебя не будет проблем.

— Кир, не кипятись, нас же не представили, — подал голос кто-то из его компании.

— Я алани Кириано Сьерро, — холодно сообщил блондин.

— Ройс Аритон, — буркнул племянник командующего, поняв, что промолчать будет грубостью.

Он не стал назло дяде и директору открывать свое истинное имя. Да и вполне возможно, что ему не поверят, только посмеются над самомнением.

Вслед за Сьерро представились остальные аристократы. Последним назвал себя вор. Как это ни странно, но он сам честно подтвердил догадки Ройса, уточнив, каким образом очутился в АТеРе. Его действительно поймали на краже кошелька, что усугубилось попыткой оказать сопротивление стражам порядка.

— Я попал сюда не по своей воле, — подчеркнул воришка, — так что, если не хочешь лишиться всего имущества до последней нитки, советую не обсуждать результаты моих учебных поединков и не обгонять меня в рейтинге Ассоциации. И еще учти, кто стал моим покровителем!

«Многовато советчиков на одного развелось», — иронично хмыкнул про себя Ройс. Но его лицо при этом осталось абсолютно бесстрастным. Уж наукой скрывать чувства он владел, можно сказать, в совершенстве.

— Ты избрал Мергатока? Или Фехату? — попытался угадать племянник командующего.

— Он попросил меня позаботиться о его благополучии и помочь с занятиями! — горделиво выпрямив спину и чуть подняв подбородок, с нажимом пояснил Кириано.

Ройс еле сдержался, чтобы открыто не фыркнуть. Да этот аристократ, никак, себя с всемогущими и всезнающими богами сравнивает!

— Если хочешь, за несколько мелких услуг я и тебя устрою поближе к двери, — снисходительно предложил Кириано. — Согласен? Мне как раз необходимо починить одну из рубашек, а то ведь новую одежду здесь негде достать. Передачи от родственников пропускают очень редко, в исключительных случаях.

Ройс понял, что его хотят использовать фактически как слугу. Это предложение не задело его гордость, но вот здравый смысл советовал наотрез отказаться, и побыстрее. Даже просто подав Кириано рубашку, в глазах остальных учеников он может превратиться в слабохарактерного, угодливого прихлебателя, недостойного их внимания и уважения. Раз аристократ обратился к нему, то другие явно давно отказались, ведь товарищи по оружию должны быть равными, среди них не может быть господ, только старшие по званию. Ройс понимал, что отказом приобретет себе как минимум недоброжелателя, а как максимум — врага. Оставалось надеяться, что Крис быстро вытащит его отсюда, и ему не придется «наслаждаться» сомнительными прелестями противостояния характеров в замкнутом пространстве.

— Извини, Кириано, меня не интересует твое предложение, — твердо, глядя аристократу в глаза, отказался Ройс. — К тому же, должен заметить, что у меня уже есть покровитель. Моя преданность и мои услуги отныне должны принадлежать ему. Боюсь, бог не потерпит конкуренции.

Последняя фраза парня была явной подколкой, намеком на слишком большие амбиции блондина, которые следовало урезонить. Но почему-то больше всего аристократа задело другое.

— Алани Кириано, — с шипением поправил он, подчеркнув свой высокий статус. — Только равные могут называть меня по имени!

— Нанимателю, если он окажется купцом, ты тоже будешь делать подобные замечания? — не удержался от вопроса Ройс.

— Мой объект охраны будет знатен! — уверенно вскинул голову аристократ. — Я лучший в этом наборе! Я первый в рейтинге учеников! Мне отдадут самую выгодную заявку на телохранителя. Таким, как я, направление на работу дает сам император!

— Ну-ну, — пробормотал Ройс, отказываясь спорить дальше. — Желаю удачи.

Однако Кириано почему-то не поверил в его искренность.

— Даже думать не смей о том, чтобы опередить меня в рейтинге! — сузил он глаза. — Лучше сразу засунь свои амбиции…

Ройс заинтересованно посмотрел на аристократа, гадая, позволит ли тому воспитание закончить фразу. Уж у самого племянника командующего, выросшего среди солдат, вышедших в отставку, и слуг, никаких проблем с произнесением ругательств не было. Он, конечно, никогда не прибегал к ним, находясь в императорском дворце, поскольку понимал, что его поведение не одобрят, но морально был свободен и мог на равных поговорить с любым грубияном.

Как и ожидалось, высокомерный блондин остановился на самом интригующем месте и не уточнил, куда именно Ройс должен девать свои несуществующие амбиции.

— Уже засунул, закрыл на замок и ключ выбросил, — чуть насмешливо сказал племянник командующего, поняв, что как бы он ни старался, а с Кириано поладить не сможет. Тот, похоже, заранее для себя решил, что если новичок не согласится стать союзником и слугой, то будет врагом.

Аристократ разгневанно покраснел и сжал кулаки.

— Бесстыжий смерд! — процедил он.

Ройс в ответ вполне мог бы назвать его высокомерным павлином, но сдержался и предпринял еще одну попытку сгладить ситуацию:

— Спокойнее, я ни на что не претендую. Мне нет никакого дела до вашего рейтинга. Я вообще не хочу становиться чьим-то телохранителем. Даже если придется охранять высокопоставленного вельможу, которому ничто не угрожает, и получать деньги за безделье, служа средством для подтверждения высокого статуса.

— Не заговаривай мне зубы! — рассерженно рявкнул Кириано. — В итоге даже те, кто, в отличие от меня, попал сюда не по своей воле, хотят подняться в рейтинге выше. От уготованной судьбы не уйдешь, так лучше встретить ее во всеоружии!

— Ты как будто уговариваешь меня составить тебе конкуренцию, — усмехнулся Ройс. — Вот только не дождешься, я на эту провокацию не попадусь. Я же уже сказал, что не собираюсь никого опережать!

Ставя точку в споре, племянник командующего растянулся на кровати и отвернулся лицом к стене. Сзади раздался звук, похожий на шипение разозленной гадюки. Но аристократ не стал ничего предпринимать, позволив высокородным друзьям утащить его к кровати, так как время, выделенное Лестоком для удовлетворения личных нужд перед сном, истекло.

Несмотря на терзающие его тревоги и надежды, Ройс довольно быстро уснул глубоким сном. У него сегодня был слишком сложный день, чтобы пренебрегать возможностью отдохнуть несколько часов. А то ведь кто знает, что его ждет завтра?

Дартис-то, может, и знает, но вряд ли соизволит сообщить…

Глава 3. ПЕРВОЕ ЗАНЯТИЕ.

Проснулся Ройс на рассвете от противного дребезжания колокола во дворе. В голове сразу же всплыли события вчерашнего дня, и он поспешил подняться с кровати, решив, что ни к чему слишком нагло демонстрировать свое нежелание учиться в Ассоциации. Наблюдая за другими, парень быстро переоделся, ибо накануне лег, даже не сняв рубашки, аккуратно застелил койку, улучив момент, на полминутки заскочил в туалет и побежал к выходу из барака. Он пристроился где-то в середине процессии сонных, неумытых учеников, молчком бредущих во двор, как на заклание. Возглавляли шествие трое подтянутых воинов, которым, кажется, шести часов вполне хватило на отдых после пары суток вынужденного бодрствования. Последними шли выглядящие не менее опрятно, но несколько квелые аристократы.

Подумав, Ройс старательно изобразил на лице утомление, скопировав мимику случайного соседа. Настороженно зыркнув исподлобья по сторонам, парень осторожно расстегнул рубашку снизу и продел предпоследнюю пуговицу в последнюю петлю. Вот теперь он вроде не слишком выделялся из толпы и ничем не напоминал ни воинов, ни аристократов, стремящихся к первенству.

Ученики АТеРа цепочкой выстроились возле колодца и по очереди начали умываться. Откуда-то сбоку за этой процедурой наблюдал Арр, криками подгоняя мешкающих.

Ройс тоже плеснул себе в лицо пригоршню воды и поспешно отошел в сторону. Полотенца, естественно, никто не предложил. Парень не стал огорчаться этому обстоятельству и спокойно утерся рукавом, как поступили большинство учеников. Однако его жест привлек внимание Кириано, аккуратно промокнувшего лицо носовым платком.

— Ты смотри-ка! Наш предусмотрительный новичок специально заказал портному вшить полотенца в рукава! А может, я ошибаюсь и ношение рубашки на пару размеров больше связано с тем, что он хочет казаться значительнее? — поддел блондин, пользуясь моментом, пока привратник был занят и не следил за дисциплиной отошедших от колодца людей. — Эй, Аритон, или это пространство для будущих впечатляющих бицепсов?!

Аристократы дружно заржали, забыв о приличиях. Ройс сделал вид, что не расслышал, будто бы обращались не к нему. Он не собирался никому объяснять, почему одежда висит на нем бесформенным мешком. Если им хочется — пусть смеются. Словесные оскорбления он стерпит, постарается быть выше склок с неприятными ему людьми. Главное, чтобы аристократы не перешли к действиям и не попытались с помощью кулаков заставить прислушаться к их словам. Вот ведь нашли объект для упражнения в остроумии! К несчастью для них, Ройс искренне считал, что не на всякое оскорбление стоит обижаться. Если его в пылу ссоры произнес друг или уважаемый человек — то да, а вот на эпитеты недругов и недоброжелателей лучше не реагировать, надо просто выслушать их и мысленно спросить себя: «А правы ли они в чем-то?».

Возможно, Кириано с приспешниками выдумали бы что-то еще, но тут раздался зычный голос Арра:

— А ну, бездельники, всем строиться! Для начала мы с вами побегаем!

Ученики тут же встали по двое в ряд и по команде одноглазого гиганта довольно резво помчались в сторону ворот. Кириано составил пару самому тренеру. Ройс сознательно как бы невзначай очутился в паре с Эстивом где-то третьим с конца. Он со всем возможным старанием повторял действия семнадцатилетнего рыжего мальчишки — запинался о собственные брючины, хватался за бок, спотыкался. К тому времени, когда бегущие достигли ворот и двинулись вдоль стены, последним парам надоело налетать на Ройса и Эстива и они пошли на обгон. Никто не запретил им провести подобный маневр. Племянник командующего с напарником еще немного понаступали бедолагам на пятки, а потом начали отставать. Оба тяжело дышали. Эстив ужасно раскраснелся и держался за левый бок. Ройс, хоть и остался бледен, тоже прижимал ладонь к нижним ребрам. Правда, он для удобства хватался за правый бок, решив, что выбор стороны не принципиален.

— Поднажали, лентяи! — прикрикнул Арр, вместе с лучшим учеником бегущий впереди колонны и задающий темп. — Ройс и Эстив, а ну, не строим из себя дохлых букашек! Я все вижу!

Процессия нарезала еще один круг, во время преодоления которого племянник командующего с напарником отстали от остальных метров на десять, а то и больше. Ройс, делая вид, что вытирает с лица пот, пощипал себя за щеки, вызывая краску, и приготовился эффектно свалиться по команде: «Стоп!» Но от этой идеи, к сожалению, пришлось отказаться, так как ее с блеском осуществил Эстив. Ройс подумал, что его приземление носом в землю может оказаться не столь зрелищным. Сейчас он немного жалел о выборе напарника, не позволившего ему показать себя во всей красе. «Эх, надо было работать на контрасте», — мысленно посетовал парень, тяжело и часто дыша, как выброшенная на берег рыба. Он ловил на себе презрительные взгляды аристократов, сочувствующие — со стороны воинов, как это ни странно, и безразличные — от всех остальных. Лишь Арр посмотрел многообещающе и сердито и поспешил рывком поднять Эстива за руку и отвесить ему подзатыльник. Мальчишка опять неуклюже упал, даже не делая самостоятельной попытки встать на ноги. Бег дался ему тяжело, и оставалось только гадать, какой умник решил, что телохранитель — подходящая для мальца профессия. У Эстива совершенно не было необходимой выносливости.

— К турнику, слабаки! — скомандовал Арр, повторно поднимая обессилевшего ученика. — По двадцать подтягиваний каждому! Желательно уложиться в тридцать секунд!

Турников было всего два. Они скромно примостились возле стены, по дороге от ворот к правому углу территории. Естественно, первыми к снарядам вышли Кириано и один из бывших солдат. Оба, казалось, без суеты, с легкостью выполнили упражнения, но аристократ управился на семь секунд быстрее. Надо признать, он был в великолепной физической форме и не зря гордился собой. С его стороны было не пустым бахвальством заявлять, что он лучший.

Ройс честно отдал должное блондину, восхитившись его результатом. Он четко знал, что не умеет так подтягиваться — быстро, легко и изящно. У племянника командующего в этом деле не было особой сноровки.

Один за другим будущие телохранители сменялись у турников, четко выполняя задание. Некоторые вполне успевали за отведенное время опустить подбородок к планке все двадцать раз, иные запаздывали на несколько секунд и зарабатывали насмешливый укор и беззлобный эпитет от привратника, который по совместительству почему-то отвечал за разминку. Ройс еще не разобрался в здешней системе распределения обязанностей.

Эстив кое-как уложился в сорок две секунды. Но, надо заметить, на этот раз он показал не худший результат. Были ребята, которым подтягивание давалось тяжелей, ведь многие еще два месяца назад считались обычными горожанами.

Ройс задумчиво наблюдал за происходящим, пока не оказался последним в паре с каким-то жилистым парнем. Мысленно готовясь к насмешкам, он вышел к турнику, подпрыгнул и повис на перекладине, с силой обхватив ее пальцами так, что те побелели. Металл приятно холодил разгоряченную после бега кожу, ноги болтались где-то на расстоянии трех-четырех ладоней от земли. Ройс напряг руки и один раз положил подбородок на перекладину, затем расслабился и пару раз дернул правой ногой, словно пытаясь себе помочь. Он снова напряг руки в попытке подтянуться и… обессиленно обвис.

— Чего застыл-то?! — рявкнул Арр. — А ну-ка, докажи нам, что маги увеличили тебе мышцы не для красоты. Да пропади оно все пропадом! Вот заплатят бешеные деньги за создание рельефных бицепсов, а как их потом поддерживать в форме и использовать, не думают. Подтягивайся, дурень!

Ройс еще немного повисел, сделал попытку согнуть сначала левый локоть, потом правый и опять опал, тяжело отдуваясь. Он с любопытством непроизвольно скосил глаза на Кириано, изучая его реакцию. Аристократ презрительно кривил губы, его приспешники, не претендующие на подобное мастерское владение мимикой и высокомерными жестами, просто усмехались.

«Кажется, я наконец произвел впечатление и стал гвоздем сезона», — подумал Ройс. Его руки как будто непроизвольно разжались, он неловко приземлился на прямые ноги, чуть не упал, сделал шаг вперед и повис, вцепившись в плечи воришки, оказавшегося у него на пути. Конечно, лучше было бы повиснуть на Кириано… Но придется довольствоваться тем, что есть. Блондин все-таки далековато от турника отошел.

Сильная рука Арра схватила Ройса сзади за воротник, как хватают за шкирку нашкодившего котенка, оттащила чуть в сторону и зафиксировала в пространстве. Затем парень ощутил увесистый подзатыльник, щедро подаренный привратником. Племянник командующего подумал, а не сделать ли ему вид, что эта воспитательная мера выбила из него дух, но решил не переигрывать. Он точно не мощный бугай, но, скорее всего, по комплекции выглядит покрепче того же Эстива. Хотя гордость Ройса все равно бунтовала против того, что его безнаказанно бьют. Но это было простым проявлением чувств человеческой натуры, а не аристократическим высокомерием.

— Все на завтрак! — скомандовал Арр.

Толпа с радостным ревом, без соблюдения какого бы то ни было порядка, понеслась к зданию, расположенному через поле напротив жилого барака. Ройс тоже поспешил, неловко запнулся о чью-то ногу и растянулся на земле. Его локоть ну совершенно случайно приземлился прямо в сочленение стопы и щиколотки привратника…

Парень быстро буркнул извинение и скрылся среди других учеников, держась подальше от Арра.

— Вислоухий щенок, путающийся в собственных конечностях! — донеслось ему вслед.

Ройс лукаво улыбнулся, подняв лицо к солнцу. Что ж, у него есть неплохое развлечение до тех пор, пока Крис не соизволит его отсюда вытащить.

Остывшая еда уже ждала будущих телохранителей на длинном, ничем не покрытом столе. Количество тарелок, стаканов и столовых приборов соответствовало числу учеников — то есть никакой лишней посуды. Салфеток не полагалось даже Арру, севшему со всеми за общий стол.

Племянник командующего устроился между двумя незнакомыми парнями, зато напротив по неудачному стечению обстоятельств оказалась компания аристократов. Преследуют они его, что ли? Сам Ройс изо всех сил старался не ввязываться в конфликты, а просто дожидался, когда его признают негодным к службе телохранителя или когда Крис объявится. Ройс хоть и решил немного повалять здесь дурака, но вел себя осмотрительно.

Завтрак оказался не слишком вкусным и питательным — сваренная на воде раскисшая овсянка, подернутая непонятной пленочкой, небольшой кусок мяса, приправленного чесноком, и стакан чего-то малиново-красного, тягучего и кислого. Наверное, по мнению здешнего повара, это был кисель. К сожалению, Ройс его мнение не разделял. Он был в корне не согласен с тем, чтобы вообще признать содержимое стакана пригодным к употреблению в пищу. И, судя по лицам, не он один так думал. Остальные аристократы смотрели на свои стаканы с таким же недоумением и опаской, без особого восторга, и пить не торопились, хотя после бега и подтягиваний очень хотелось чего-нибудь глотнуть. С ностальгией вспоминался колодец во дворе. Вода, не испорченная поваром, была гораздо привлекательнее.

— Хотел бы я знать, из чего это приготовлено, — пробормотал Кириано, крутя в руках свой стакан.

— А вы уверены, что вам оно надо? — поинтересовался воришка, без всяких колебаний отхлебывая холодную склизкую жидкость.

— Как ты пьешь эту непонятную гадость? — сморщился блондин.

— Так я не рассматривал, гадость там или нет, просто глотнул, — пояснил вор. — Все так поступили.

И действительно, полные стаканы остались только у привередничающих аристократов… и у Ройса.

— Эй, Аритон, как компотик? — насмешливо, но с искренним интересом спросил Кириано.

Племянник командующего затравленно посмотрел по сторонам, понял, что начал выделяться, и одним махом осушил стакан.

— Вкуснота, — пробормотал он, прилагая все свои актерские способности к тому, чтобы никто не догадался, что непонятная склизкая субстанция встала комом в горле и просится обратно.

— Да? — с сомнением и разочарованием произнес Кириано, не торопясь пить. Видимо, полный стакан в руках новичка был ему как бальзам на сердце. Ведь это было явным свидетельством того, что это не он слишком избалован хорошей едой, а просто блюдо попалось малосъедобное.

Ройс тяжело сглотнул и расплылся в блаженной улыбке. Он готов был пойти на такое, лишь бы хоть по мелочи досадить неприятному типу.

— Вот бы всегда так поили, — мечтательно произнес он, наблюдая за тем, как мрачнеют лица аристократов.

«Не дай боги», — про себя с ужасом подумал парень, пытаясь усилием воли успокоить бунтующий желудок. Пожалуй, на еде он может сильно спалиться и выйти из образа простолюдина, так как не привык есть все подряд. Хотя с какой стати это должно его волновать? Ну да, дядя решил, что так будет лучше, и директор Мерток с ним согласился. Но его, Ройса, они ведь не спрашивали! Однако действительно будет нехорошо, если в неловком ученике АТеРа опознают шестнадцатого претендента на трон… Так что придется, наверное, и дальше разыгрывать из себя всеядного, вечно голодного простолюдина, которому неважен вид блюда, лишь бы брюхо набить. А еще Ройс понял, что старается все сделать в пику Кириано. Его все-таки задело поведение блондина. Но дело не в личных оскорблениях и насмешках, а в том, что тот дискредитирует всю аристократию в глазах будущих товарищей по цеху. А ведь Ройс, например, не привык кичиться своим положением, он всегда относился к простым людям как к равным, уважал их жизнь и труд. Неприятно, что потом выпущенные в свет телохранители, заслышав приставку «алани» перед чьим-то именем, будут готовиться к встрече с весьма неприятной личностью.

К тому времени, когда Арр подал знак встать из-за стола, Кириано так и не допил свой кисель. Его приятели — тоже. Ройс испытал небольшую гордость за собственную выдержку и силу воли, хоть и признавал, что с его стороны это какое-то ребячество. Вон Арр, например, явно сильный мужчина, закаленный в битвах, но к стакану даже не притронулся, будучи живым доказательством того, что и хорошему воину ничто человеческое не чуждо.

На пустынном дворе перед столовой будущих телохранителей уже ждал наставник Лесток, одетый во вчерашнюю одежду. Он по-прежнему был без меча, зато с двумя ножами — теми самыми, которые затачивал в жилом бараке во время испытания.

Ученики привычно окружили его, выстроившись широким кольцом, и приготовились внимать наставлениям. Похоже, после завтрака всегда шла теория, дабы еда могла улечься.

Ройс снова выбрал место между незнакомыми парнями. Через одного человека слева от него устроились бывшие солдаты. Зато аристократы опять оказались точнехонько напротив! Рядом с ними с несчастным видом стоял Эстив, весь его облик свидетельствовал о том, что он не рад подобному соседству. Но отойти рыжий пацан не посмел, ведь Кириано запросто может счесть это оскорблением.

— Внимание! — начал Лесток. — За прошедшие два месяца мы изучили строение скелета человека, связки и сухожилия, мышцы и органы. А сегодня я буду показывать, куда вы должны метить, в какое место и между какими костями стремиться попасть. Итак, лучше всего, конечно, направлять клинок в сердце. Такой удар будет смертелен как для человека, так и для эльфа, гнома, орка, инкуба и даже для вампира, если у вас на лезвии есть специальные серебряные полосы. Надеюсь, все знают, где у противника находится сердце?

Будущие телохранители нестройным хором поспешили подтвердить, что не ошибутся. Никто не смеялся, все слушали внимательно и сосредоточенно.

— Прекрасно. В таком случае переходим ко второй уязвимой зоне, — продолжил наставник. — Это шея и особенно проходящие по бокам артерии. Мечом вы точно не промахнетесь, а верный удар ножом я вам сейчас покажу. Добровольцы для участия в демонстрации есть?

— Вот! — выкрикнул Кириано, с силой выталкивая вперед Эстива.

Не зря мальчишка опасался соседства с аристократом…

Лесток обернулся и с ободряющей улыбкой попросил пацана еще немного продвинуться к центру круга. Если он и заметил, каким образом Эстив оказался выдвинут из рядов товарищей, то не подал виду. А может, ему просто все равно, как определилась кандидатура для наглядной демонстрации и кто ею стал. Какая разница? Подойдет любой ученик.

Эстив, поняв, что отступать поздно, сделал пару шагов вперед и замер, настороженно следя за ножом в руках наставника. Второй тот убрал за пояс, чтобы исключить возможность порезаться.

— Замри! — попросил Лесток и тут же продемонстрировал быстрый выпад, остановив острый кончик лезвия почти у самой кожи ученика.

Крови не было, но лицо Эстива побледнело. Однако никто из будущих телохранителей, судя по взглядам, не собирался обвинять его в трусости. Так недолго и на его месте оказаться… И вряд ли в этот раз даже у Кириано хватит наглости позже попрекнуть мальчишку. Любому станет не по себе, если к его шее, ничем не защищенной, прижмется холодный, смертельно опасный металл.

А между тем наставник поменял положение, чуть сместившись за спину Эстива, и показал, как бить при такой расстановке сил.

— Не смущайтесь нападать сзади, — предупредил Лесток. — Я готовлю вас не к благородной дуэли. Ваша задача — не отстоять свою честь, а любой ценой защитить клиента! А все знают, что лучшая защита — это нападение, то есть заблаговременное устранение опасности. Алани, надеюсь, я ясно объясняю? А то пока вы возитесь с одним противником, занимая позицию лицом к нему, другой убьет клиента, чью жизнь вы обязаны спасти!

Наставник медленно обходил Эстива по кругу, вновь и вновь демонстрируя, как следует втыкать нож. Кириано с усмешкой наблюдал за этим процессом. Глядя на выражение его лица, Ройс понял, что Лесток зря так уговаривает забыть о благородстве. Вряд ли у блондина возникнет противоречие между честью аристократа и задачей телохранителя. Уж этот тип, не задумываясь, ударит из любого положения, а потом скажет, что просто не разобрал, где было лицо.

— Теперь переходим к уязвимым зонам на торсе, — спокойным тоном, но так, чтобы было слышно всем, продолжил наставник. — Пока мы рассматриваем наилучшие условия, если противник без доспеха и без кольчуги. Лучше всего метить под последнее левое ребро в печень.

— А не проще просто в живот? — подал голос кто-то из бывших солдат. — Все равно летальный исход обеспечен. Никто не выживет, если ему выпустить кишки!

— Проще, но не лучше! — резко возразил Лесток. — Если повреждена печень, то организм перестает очищаться от токсинов и это влечет быструю смерть. А с мечом в животе противник может мучиться еще сутки. Но в данном случае речь идет не о милосердии. Просто у раненого врага будет возможность, например, подобрать арбалет и пристрелить вашего клиента или кинуть в него отравленный дротик. Так что метим, куда я сказал, — под ребро! Если вы попали в печень, то кровь хлынет темная, почти черная.

Наставник перехватил нож поудобнее и опять произвел целую серию ударов из разных положений. Ройсу пришла в голову мысль, что точно так же, наверное, готовят наемных убийц. Задачи у них с телохранителями разные, но методы работы жутко похожи. И тем и другим необходимо одним точным ударом устранить мешающих, угрожающих клиенту особ. И поди пойми, у кого при этом работа более законная… А вдруг телохранителя наймет подлинный негодяй, с которым захотят свести счеты честные люди, обманутые им? Ройс окончательно уверился, что из Ассоциации необходимо удирать. Он не сможет действовать не рассуждая, у него не такой склад ума. Мысль об убийстве не ради самозащиты или отстаивания чести, а из-за денег, заплаченных клиентом, вызывала отвращение. Ройс, конечно, испытывал уважение к опытным телохранителям, но сам пополнять их ряды не желал.

— Еще можете бить сюда, — показал Лесток область на боку сзади. — Если все сделаете правильно, то попадете в почки. Как и в случае с печенью, кровь будет темной, так что вы сразу сможете оценить степень своей меткости и мастерства нанесения удара. Однако если уж вы подобрались к противнику со спины, то лучший вариант — все равно шея! Смотрите не сделайте глупость и не метьте в этом случае в сердце. Напоминаю, что оно под третьим ребром, тогда как сзади между вторым и пятым ребрами его защищает лопатка. Так что если понадобится, нож нужно втыкать снизу вверх под приличным углом, это не совсем удобно, требуется сноровка.

Ройс слушал, преодолевая внутреннее сопротивление. Ему претило учиться хладнокровно и грамотно лишать человека жизни. Одно дело, если демонстрируют обычные приемы фехтования, с помощью которых можно защищаться, и совсем другое — подобные знания. Племянник командующего с опаской прикинул, что только в этом году Ассоциация выпустит аж двадцать шесть потенциальных наемных убийц! И единственное, что может их остановить, не дать свернуть с истинного пути — это воля бога-покровителя. Вряд ли Арой или Мерток позволят своим подопечным уподобиться тем, кто служит Терре Кровавой. Но среди учеников последнего набора наверняка найдутся хотя бы двое, выбравшие жестокую богиню…

Прикидывая возможности и ограничения обученных телохранителей, Ройс почти не слушал Лестока, только глаза неотрывно фиксировали движения наставника. А тот между тем от методов быстрого убийства перешел к способам обездвиживания противника, перерезая сухожилия. Так незаметно и пролетело часа два-три.

Оставшееся до обеда время было посвящено бегу на время, прыжкам в длину и высоту, растяжкам, отработке кувырков и каких-то немыслимых сальто. Ройс умудрился отличиться везде. Нет, не идеальным исполнением заданий, а как раз тем, что добежал последним, в длину не допрыгнул даже до первой отметки, при подлете в высоту — упал вместе с шестом, который и без того низко располагался, а своим кувырком парень сбил трех товарищей.

Когда наступил обед, Лесток очень удивлялся, как новый ученик вообще умудряется ходить, не запинаясь. Он открыто жаловался, что в первый раз видит до такой степени неловкого ученика. Племянник командующего даже услышал фразу о том, что наставник побаивается доверять ему в руки меч.

После холодной и не слишком роскошной трапезы всем ученикам дали час свободного времени. Его можно было использовать для стирки вещей колодезной водой, починки одежды и других личных или хозяйственных нужд. Правда, большинство все равно предпочло перебраться в барак и немного полежать. Волей-неволей, а, следуя выбранной роли, Ройсу тоже пришлось устроиться поверх покрывала.

— Эй, Аритон! — услышал он ставшее уже привычным обращение Кириано. — Я хотел поинтересоваться, а кого же ты выбрал в покровители. Случайно не Унару Прекрасную?

Компания приспешников угодливо дружно рассмеялась, а блондин между тем продолжил развивать мысль:

— А что? Тебе даже не обязательно уметь играть на флейте, или петь, или быть искусным акробатом, твое мастерство падать на ровном месте просто потрясает! Перед ним блекнут все другие таланты!

— Алани, оставили бы вы бедного парня в покое, ему и так несладко придется следующую неделю-две, — неожиданно заступился за Ройса кто-то из солдат. — Мы уже пару месяцев тренируемся с постепенным увеличением нагрузки, а он в первый же день получил по полной программе.

— Так я его не бегать заставляю, — отмахнулся в ответ Кириано. — Не перетрудится, если просто скажет, кто его покровитель. Витор, огласи, какое у нас сейчас соотношение между выбранными богами.

Один из аристократов — и, похоже, близкий друг высокомерного блондина — с готовностью выложил:

— Четырнадцать человек служат Мергатоку. Это мы, отставники и еще кто-то, не помню точно. Семеро обратились к Арою, трое — к Терре. Наш воришка и сосед Эстива избрали Фехату.

— Ну так, Аритон, тебя к кому добавлять? — продолжил настойчиво выяснять Кириано. — На молодца с буквой «М» на груди ты не похож… Покажи-ка татуировку.

— Какая разница, на чей алтарь я плеснул кровь, — попытался выкрутиться Ройс. Ему было понятно, что если он откроет правду, то насмешек не избежать.

— Любопытно, — объяснил Кириано. — У нас есть так называемые молодцы, аскеты, тираны и фокусники. А ты кто? Умник?

— Так по букве татуировки аристократы называют служителей Унары Прекрасной, — с немного отрешенным видом объяснил утомленный Эстив с ближайшей кровати.

— Да, — подтвердил Витор. — Аскеты — так как подопечные Ароя отказываются от исполнения своих желаний и стремлений в угоду установлению справедливости, как ее понимает бог. Тиранами мы называем любителей крови и жестокости. А фокусники — это ловкачи, подопечные Фехаты. Умники же всегда устраиваются в безопасном месте и без всякого риска и волнений живут в довольстве, погруженные в любимое дело.

Ройс прикинул, что, судя по логике этой высокородной компании, он просто дурак… Но самое обидное, что парень и сам абсолютно с этим согласен. Он ведь теперь не знает, чего ожидать от Дартиса.

Племянник командующего расстегнул одну пуговицу рубашки и в образовавшуюся прореху показал Кириано татуировку. Все равно рано или поздно ее увидят, если он задержится в АТеРе. А в том случае, если Крис вскоре вытащит его отсюда, мнение несостоявшихся коллег все равно не будет иметь никакого значения.

Кириано с интересом рассмотрел зеленую букву, а потом удивленно спросил:

— Ты что, дурак?

— Ага, — не стал отпираться Ройс.

— Оставьте парня в покое, — повторно попросил один из воинов в отставке. — Может, он стреляет хорошо, а потому решил, не кривя душой, выбрать того, кто ему действительно ближе по духу.

— Посмотрим, — хмыкнул Кириано. — Сейчас Арр как раз устанавливает для нас во дворе мишени. Похоже, намечается урок по стрельбе.

— Сегодня самый несчастливый день в моей жизни, — тяжело вздохнул Ройс, не видя необходимости скрывать свою мысль от других.

— Не зарекайся, — многообещающе сказал блондин. — Эта ночь или завтрашнее утро могут оказаться гораздо хуже. Зря ты отказался от моего покровительства.

Ройс понял и принял к сведению завуалированную угрозу. Похоже, аристократу не понравилось, что его предложением пренебрегли. Парень решил быть начеку и впредь стараться избегать блондина и не отвечать на его подначки. Только, к сожалению, конфликт уже возник.

Со двора послышалось короткое дребезжание колокола, возвестившее о том, что отведенный на личные дела час закончился и пора возвращаться к учебе и тренировкам. Естественно, аристократы тут же сорвались с места, спеша во двор. Ройс тоже подскочил, быстро поправил одеяло и бегом кинулся вдогонку. Позади него сопел Эстив, замешкавшийся возле койки, так как не смог быстро разгладить складки на примятом покрывале.

Племянник командующего и рыжий пацан последними заняли свои места в строю. Арр окинул их недовольным взглядом, но отчитывать не стал. Вполне нормально, что в группе бывают первые и последние, это деление неизбежно.

— Так, птенчики, — начал привратник, — сейчас каждый из вас получит по десять остреньких перышек и продемонстрирует мне свою меткость. Мишеней, как видите, всего пять, так что стрелять будете по очереди. Все, кроме новичка, теорию знают, значит, с луком ни у кого проблем возникнуть не должно. Для вас сейчас главное — больше практиковаться.

— Так давайте по двадцать стрел, — подал голос Кириано.

— Через пару дней я вам покажу, как их делать. Вот тогда и будете стрелять столько, сколько захотите! А пока я сказал — по десять! — отрезал Арр. — Нечего разорять Ассоциацию.

Привратник развязал горловину огромного мешка, стоящего возле его ног, и достал одну связку стрел с белым оперением. Колчан к ним не полагался.

— Подходи по очереди, — приказал Арр.

Ученики с энтузиазмом принялись разбирать стрелы. Многие откровенно радовались предстоящему заданию, ведь оно не предполагало большого напряжения мышц, после него руки-ноги болеть не будут.

Ройс одним из последних тоже получил свою связку. Стрелы оказались сделаны на совесть, очень аккуратно. Молодой человек хоть и не был специалистом, но оценил хорошо выровненные древка, точно отцентрированные острые наконечники и гладкие перья.

— Рассредоточиться по мишеням! — зычно скомандовал Арр.

Ученики быстро выстроились в небольшие колонны по пять человек. Было видно, что им уже не впервой проделывать такое. Лишь Ройс и, как ни странно, Кириано оказались лишними и вынуждены были пристроиться шестыми. Племянник командующего понял, что блондин хочет посоревноваться с ним в меткости и именно поэтому задержался с выполнением команды. Его приятели оказались возле мишеней в первых рядах.

Конечно, Ройс сам запланировал показать себя как неуклюжего, слабого, ни на что не способного ученика, но сейчас возле мишеней ему почему-то жутко не хотелось позориться. Случайно это произошло или нет, но он выбрал Дартиса. Как бог отнесется к промахам своего единственного подопечного? Парню стало немного не по себе. Он решил, что должен приложить все силы и продемонстрировать достойное обращение с луком. Никуда не годным искусством стрельбы он нанесет урон не только собственной репутации!

Будущие телохранители один за другим брали в руки лук и расходовали свой запас стрел. Ройс был очень удивлен тем, что никто не промазал мимо мишеней, хоть в край, но попадали. А ведь выкрашенные белой краской деревянные кругляши с красной точкой посередине располагались на расстоянии не менее тридцати шагов! Даже Эстив, оказавшийся плохим бегуном, показал себя с лучшей стороны. Все его десять стрел кучно вошли в «яблочко», которое было не крупнее мужского кулака.

— Отлично, рыжий! — прокричал Арр, который без страха ходил позади мишеней.

Во-первых, гиганту так было проще оценивать успехи учеников, а во-вторых, сподручнее выдергивать или обламывать стрелы, чтобы они не мешали следующему в очереди. Под выстрелы мужчина не бросался, действовал с умом, приближаясь к целям только в те моменты, когда будущие телохранители опускали лук. В общем, опасность быть подстреленным ему не грозила.

Хотя на поле и витал дух соперничества, большинство парней искренне радовались удачным выстрелам, подбадривая товарищей. Аристократы и бывшие солдаты в основном вели себя тихо, не кричали и открыто не переживали за результаты. Алани считали ниже своего достоинства слишком активно поддерживать простолюдинов, поэтому их волнение отражалось только в суетливых поворотах головы. Они пытались успеть рассмотреть ситуацию возле каждой мишени и оценить, не обогнал ли их кто-то по очкам. А воины вели себя спокойно, так как понимали, что шумом скорее отвлекают товарищей, а не помогают им.

Ройс увлекся занимательным зрелищем и даже не сразу осознал, что подошла его очередь. Просто внезапно оказалось, что между ним и мишенью больше не мельтешит ни одна голова, зато сбоку какой-то мускулистый крепыш передает ему лук. Оружие было простое, самодельное, явно не эльфийской работы. Племянник командующего осторожно попробовал пальцем тетиву, примериваясь. Впрочем, он не надеялся, что это сильно ему поможет.

Пока Ройс рассматривал лук, крутя в руках, к нему успел подбежать Арр. Да и блондин предпочел не начинать стрельбу один. Ждал, когда можно будет посоревноваться с подопечным Дартиса Меткого.

— Так, Аритон, из лука когда-нибудь стрелял? — поинтересовался одноглазый гигант.

Ройс нерешительно кивнул. Он на месте привратника сформулировал бы вопрос по-другому. Например, а попадал ли ученик когда-нибудь в цель, даже если та находилась в двух шагах от него…

Но Арр опрометчиво посчитал, что все замечательно. Воспоминание о татуировке в виде буквы «Д» на груди Ройса явно ослабило его бдительность.

— Значит, сейчас вот так, — показал привратник, — наложишь стрелу и натянешь тетиву, стараясь не сильно напрягать плечи, а то руки будут подрагивать. Затем дождешься затишья между порывами ветра или просто прицелишься с учетом возможного отклонения стрелы за счет воздушных потоков и на выдохе произведешь выстрел.

Арр не ограничился одними словами. Он действительно спустил тетиву, и буквально через пару мгновений оперение его стрелы затрепетало прямо по центру мишени, кажущемуся с такого расстояния просто небольшой точкой.

— Вот так, — довольно сказал привратник. — Все понял? Повтори, что я сказал.

Ройс слово в слово воспроизвел инструкцию — на память он никогда не жаловался.

Арр остался доволен и поспешил к мишени, чтобы лучше оценить искусство ученика.

— Стойте! — вдогонку крикнул парень. — Может, вы лучше постоите у меня за спиной?

Но одноглазый гигант никак на это не отреагировал. Он молча устроился где-то между двумя мишенями, находящимися на расстоянии не менее десяти-пятнадцати метров друг от друга. На первый взгляд, дистанция была довольно значительной, только племянник командующего так не считал, ведь он лучше знал свои возможности… Но он честно предупредил, так что несчастный случай будет не на его совести!

Ройс кинул взгляд на свои чуть подрагивающие руки и понял, что волнуется. Давненько он так не нервничал. Молодой человек сделал глубокий вдох, пытаясь унять дрожь, и наклонился, чтобы взять с земли первую стрелу. Очень медленно и обстоятельно он начал накладывать ее на тетиву.

— Стреляй, сопляк! В бою тебя так долго ждать никто не будет! — потерял терпение Арр.

Молодой человек сосредоточился на мишени, стараясь не отвлекаться на зрителей и Кириано, приступившего к стрельбе. Он тщательно прицелился, переждал порыв ветра и… затаив дыхание, спустил тетиву.

Оперение белой молнией сверкнуло в воздухе, наконечник нырнул в землю в паре мелких шажков от ноги привратника.

— Да чтоб тебе пусто было! А ну стой, придурок! Ты куда целился?! — эмоционально завопил тот.

— Извините, я, кажется, выдохнуть забыл, — повинился Ройс. — Я не нарочно, просто давно не практиковался.

— Подожди, лучше мне отойти, — бросил Арр.

Молодой человек, досадуя на свою неловкость, наклонился за второй стрелой. Краем глаза он попытался оценить реакцию окружающих. Лица у его соучеников были напряженные, но не выражали и тени осуждения. Скорее всего, они сочли этот промах случайностью, пробой оружия или простой шалостью с его стороны. Кириано за это время успел всадить весь свой десяток стрел в самый центр мишени, буквально не оставив зазора между древками, и теперь привычно презрительно кривил губы. И только Эстив заметно волновался за новичка.

«Эх, Дартис, чтоб тебя! — мысленно ругнулся Ройс, еще не привыкнув к тому, что имя покровителя лучше без нужды не поминать, тем более в отнюдь не благодарственной речи. — Где же я сделал ошибку? Я не должен промазать!»

Со всем возможным старанием парень снова приготовился к стрельбе. На этот раз он не забыл выдохнуть, сделав все так, как полагалось по теории. И действительно, можно было сказать, что его результат улучшился… Наконечник впился в землю уже в пяти-шести шагах от Арра. Все бы хорошо, но ведь тот отошел от мишени гораздо дальше, чем эти несчастные пять шагов…

— Сопляк! Ты что, издеваешься?! — возмущенно взревел одноглазый гигант. Он буквально за секунды домчался до Ройса и тут же ударил его кулаком в живот, не надеясь на слова.

Со стороны, наверное, удар казался стремительным, однако племянник командующего еще успел подумать: уклоняться ему или нет? Подставляться под огромный кулачище ужасно не хотелось, тело рефлекторно рвалось уйти в сторону, но парень заставил себя остаться на месте. Он глухо ухнул, когда удар достиг цели, и тут же, согнувшись, упал на голую землю. Его локоть, можно сказать, по чистой случайности врезался в стопу Арра…

Привратник, отскочив, разразился целой тирадой нецензурных выражений, ничуть не смущаясь окружения. В конце-то концов, тут воспитывали воинов, будущих телохранителей, а не изнеженных аристократов. Он легонько пнул под коленку все еще валяющегося на земле парня, пытающегося отдышаться и прийти в себя, и, прихрамывая, отошел подальше.

— Встань и подбери лук! — резко приказал Арр. — Ты все равно сейчас закончишь тренировку. Я постою сбоку и проконтролирую, чтобы ты все сделал правильно.

Ройс медленно поднялся с мрачным лицом и начал готовиться к третьему выстрелу. «Будут синяки, — мысленно посетовал он, — и на животе, и под коленкой. Ох, да что же я делаю не так? Эй, Дартис, ау? Я ведь действительно стараюсь, а не просто валяю дурака».

Но, очевидно, богу было не до своего новоявленного подопечного, так как третья стрела опять улетела куда-то в пространство между мишенями. Ройсу даже пришло в голову, что камнем или иным каким-нибудь снарядом он бы попал в «яблочко» уже с первого броска. Наверное. Полной уверенности у него не было, но надежда утешала. Нет, все же лук — явно не его оружие. И арбалет, и дротики, и праща…

Сбоку от себя племянник командующего услышал озадаченное хмыканье своего наставника по стрельбе.

— Странно, — пробормотал Арр, — вроде все делаешь правильно, и я даже готов поклясться, что целишься точно, но не попадаешь! И ладно бы на пару ладоней, но ведь речь идет о метрах!

— А может, Дартис Меткий таким образом выражает свое недовольство чем-то? — нерешительно предположил Эстив.

— Вполне возможно, — согласился Арр. — Да, скорее всего, бог действительно наказывает Ройса, например, за то, что потревожил своим выбором, или за ругательства.

— Он, наверное, не принес дар, — предположил еще кто-то. — Или его подношение было не от чистого сердца или плохого качества.

Ройсу хотелось бы думать, что это так, но он-то точно знал, что бог тут ни при чем. Однако молодой человек не перебивал говорящих, пусть гадают.

— Все равно, Аритон, заканчивай стрельбу! — приказал Арр.

Так что племяннику командующего пришлось продолжить взрыхлять землю вокруг мишени. При этом чувствовал он себя до невозможности глупо. Ни он, ни окружающие больше не ждали от него попадания, нетерпеливо карауля лишь тот момент, когда новичок выпустит последнюю стрелу. Им не терпелось перейти к следующему упражнению.

После стрельбы из лука был урок метания ножей и дротиков. Никто не удивился, когда Ройс, истратив все несколько попыток, угодил мимо. Самым его лучшим броском можно было назвать тот, при котором хорошо сбалансированный и вроде бы удобный для ладони нож рукояткой задел край деревянного щита и отскочил в сторону. Но парень сам чувствовал, что со временем, после нескольких дней тренировки, у него это будет получаться не хуже, чем у остальных. Вот тогда, наоборот, придется постараться, чтобы ни разу не попасть в центр.

Вряд ли Арр остался доволен последним пополнением группы будущих телохранителей. Он больше не срывался и ни разу не ударил Ройса, прикрикивал умеренно, но смотрел с недоумением и разочарованием.

Привратник и наставник в одном лице поужинал со своими подопечными и удалился, уступив место Лестоку. Сначала при свете догорающего дня, а потом при огнях нескольких факелов, споро врытых в землю, тот показывал приемы рукопашного боя и тут же следил за их отработкой.

Совершенно неожиданно в напарники Ройсу достался не кто иной, как Кириано. Аристократ как-то незаметно оказался рядом, когда пришла пора на практике правильно исполнить то, что наставник объяснял в теории. Ну не скандал же устраивать, требуя без объяснения заменить блондина на кого-то другого! К тому же племянник командующего, конечно, не доверял Кириано, но не видел причин открыто его избегать.

— Так, — инструктировал Лесток, — если противник бьет вас кулаком в лицо и он правша, то обычно целится в левую часть. В глаз или в челюсть — неважно. Вам надо свою правую руку завести влево и отклонить удар, толкнув кисть недруга в сторону от себя. Инерция замаха противника поможет вам осуществить прием. Следом вы можете сделать шажок влево и вперед, то есть по диагонали, и, пока нападающий немного дезориентирован, ребром левой руки ударить его по гортани или по шее ниже уха. Тренируемся!

— Бей, — ухмыляясь, подозрительно любезно предложил Кириано.

По его лицу Ройс понял, что именно сейчас должно произойти. Блондин, мстя за отказ от покровительства, просто не рассчитает силы и «случайно» не остановит вовремя удар, по-настоящему приложив новичка. Но ведь не вопить же заранее из-за этого?! Ройса сочтут трусом и паникером. С одной стороны, это хорошо и не противоречит выбранной роли человека, не умеющего за себя постоять, но ведь гордость протестует! Молодой аристократ все же решил не показывать своей проницательности и с готовностью сжал кулак. Эх, пусть блондин бьет по-настоящему… Хотя рефлексы и чувство самосохранения вовсю возмущаются против подобного мазохизма.

Ройс размахнулся и резко выкинул руку вперед, прямо в улыбающееся лицо блондина, ожидающего атаки. Кириано среагировал мгновенно, перейдя от полной расслабленности к ответным действиям. Племянник командующего почувствовал касание, отклонившее кулак, а потом боль, когда ребро ладони аристократа врезалось ему в шею. К счастью, не столь сильно, как он ожидал. То ли у блондина все же имелись зачатки совести, то ли у него просто плохо поставлен удар левой рукой.

— Ой, Аритон, я тебя задел, да?! — воскликнул Кириано с нарочитым беспокойством, не вяжущимся с наглым, вызывающим взглядом. — Что же ты в последний момент так дернулся и сам напоролся на мою руку?..

— Алани Кириано, поосторожнее с новичком! — прикрикнул Лесток. — Смотри не покалечь!

— Что вы, как можно, — елейным голосом произнес аристократ.

— Поменялись ролями! — приказал наставник.

— Защищайся, великий лучник, — с ухмылочкой сказал блондин.

Он замахнулся, а Ройс, хоть сначала и решил сделать вид, что прием ему не удается, отклонил кулак Кириано в сторону. На сей раз тот действовал без фанатизма, так что пришлось воспользоваться не только его инерцией, но и толикой своей физической силы. Алани сделал все возможное, чтобы затруднить Ройсу выполнение задачи. Наверное, не стоило, но племянник командующего сам замахнулся, чтобы дать аристократу по шее… и ушиб ребро левой ладони о невидимую стенку буквально в миллиметрах от кожи противника. Со стороны все выглядело нормально, а на самом деле противник остался невредим отнюдь не стараниями подопечного Дартиса.

— Что, опять ушибся, дорогой? Ай-ай-ай, — с притворным сочувствием произнес Кириано. — Забывчивый я человек, однако, совсем упустил из виду, что защитный амулет магов надо отключить… Ну не расстраивайся, дорогой, в следующий раз вспомню.

Ройс очень в этом сомневался. Но ябедничать не стал, только прикусил от расстройства нижнюю губу и мысленно приказал себе терпеть. Пусть блондин потешится.

При отработке еще четырех приемов все повторилось. Кириано никак не удавалось вовремя остановить то руку, то ногу, зато Ройс и пальцем не задел наглого аристократа. Тот вовсю пользовался преимуществами жутко дорогого и сложного амулета, которых на всю империю насчитывалось не больше десятка.

А чуть позже вообще началось откровенное избиение. Наставник назвал это тренировкой и укреплением пресса… Один человек должен был напрячь мышцы живота, а второй — бить, но не слишком сильно. Естественно, Кириано при этом решил не ограничивать себя и не соизмерять силу, вынуждая Ройса раз за разом сгибаться. Он с невинным видом громко ворчал, что у новичка совсем слабый пресс. «Я же едва касаюсь!» — жаловался аристократ, и ему верили.

Племянник командующего не возражал, просто молча хватал воздух ртом и терпел. Уф, дорого ему, однако, обходится репутация слабака, не способного стать телохранителем… «Попадешься ты мне в темном переулке», — мечтательно повторял он про себя. Хотя на самом деле, конечно, и не собирался никого подкарауливать. Если он отсюда выберется, то ему и так найдется, чем себя занять.

Когда наставник скомандовал ученикам поменяться ролями, тоже ничего хорошего не произошло. Ройс осторожно, чтобы не разбить костяшки пальцев о неожиданно твердую невидимую преграду, молотил кулаками в направлении Кириано. Со стороны, наверное, его удары выглядели вялыми и неумелыми, а аристократ, встречающий их с улыбкой на устах, — сильным и несгибаемым.

— Аритон, плохо замахиваешься, — сделал замечание Лесток, подтвердив опасения подневольного ученика АТеРа. — Алани Кириано, так держать! Не зря вы стоите первым в нашем рейтинге успеваемости.

— Съел? — шепотом ехидно произнес блондин. — Со мной надо поддерживать хорошие отношения — глядишь, и выплывешь. Например, окончишь Ассоциацию не последним в рейтинге, а предпоследним, — хохотнул он.

Ройс опять промолчал, хотя мог бы и просветить блондина, что его не устроит ни один порядковый номер. Он вообще не хочет числиться в этом рейтинге!

Мучения молодого человека закончились только в одиннадцатом часу, когда все ученики были отправлены в барак спать. После целого дня различных тренировок, казалось, в теле не осталось ни одной мышцы, которая бы не ныла. Ройс жутко устал с непривычки, а потому отключился, едва его голова коснулась подушки. Перед сном он едва успел снять рубашку и даже не дождался своей очереди в туалет. Может, у Кириано был запланирован разговор с ним или очередная разборка, но Ройс с успехом сорвал эти мероприятия. Хотя как бы аристократ не пыжился, но и он наверняка чувствовал себя обессиленным и не рвался совершать подвиги. Племянник командующего этого не видел, но в бараке установилось безмолвие и полная неподвижность буквально через десять минут после отбоя. Никто не хотел упустить и секунды времени, отведенной на отдых суровыми наставниками.

Глава 4. УБИЙСТВЕННАЯ НОЧЬ И ТРУДНЫЙ ДЕНЬ.

Ройс стоял возле ствола небольшого дерева с низко нависающей кроной, прижимаясь к нему спиной. Вокруг было не слишком темно. Кажется, близился рассвет, да и луна светила ярко. Его руки были больно заломлены назад, обхватывая ствол в кольцо, и стянуты на запястьях. Ноги оказались примотаны к толстому отростку корня, выбравшемуся на поверхность, видимо, из-за нехватки влаги. Во рту ощущался кляп — крепкая полоса ткани, разорвавшая углы губ и завязанная где-то на затылке. Почему-то на тело была надета совсем незнакомая белая рубашка хорошего качества и модные в этом сезоне бриджи с лентами под коленями. Обычно Ройс не носил ничего подобного, наоборот, осторожно подкалывал аристократов, рискнувших выйти в таком виде из дома.

Молодой человек не помнил, как он здесь очутился, связанный и беспомощный. Хотя сейчас его больше волновали отнюдь не странная одежда и подозрительный провал в памяти. Беспокойство вызывала группа фигур, одетых в серые неприметные плащи, столпившаяся вокруг огромного булыжника, напоминающего алтарь бога. Лица таинственных личностей скрывались под низко надвинутыми капюшонами, покрывающими головы. В предрассветной мгле фигуры больше всего напоминали грязных призраков. Они что-то заунывно напевали, растягивая слова. Язык был незнаком Ройсу, парень не понимал ни смысла их песни, ни смысла их действий.

Одна из фигур выудила откуда-то из складок одежды длинный, слегка изогнутый нож и решительно полоснула себя по ладони. Обмакнув палец в обильно выступившую кровь, этот сумасшедший начал что-то выводить на камне. Ройс интуитивно почувствовал, что ничего хорошего это не сулит. Чем больше он наблюдал за происходящим, тем больше его охватывала оторопь. К кому он попал? К поклонникам Терры Кровавой? Или это шутка Кириано, решившего запугать новичка и заставить его подчиняться и безропотно исполнять роль слуги? Однако у Ройса не было сомнений, что он находится в настоящем лесу и надежно привязан к дереву на краю небольшой вытянутой полянки, окруженной густыми зарослями кустарника. Это совсем не похоже на двор Ассоциации! А с территории его не могли вынести без согласия Арра. И пусть количество фигур в сером — пять, как раз по числу учеников-аристократов, но ему не верится, что это они!

Ройс был в полном недоумении на предмет того, зачем он понадобился незнакомцам, прячущим свои лица. Почему-то мысли с трудом ворочались в голове, как будто его опоили дурманом. Парень пытался сообразить, кому принадлежат эти пять безликих фигур, отличающиеся только ростом. Врагам империи? Его личным недругам? Или желающим проредить список претендентов на трон и получить более престижный номер ближе к началу? Так почему начали именно с шестнадцатого?!

Хотя намерения похитителей Ройс пока не знал, он не переставал двигать запястьями, пытаясь ослабить путы и освободиться. Судя по ощущениям, веревки до крови стерли кожу и теперь вгрызались в мясо. Но боль не останавливала парня. С упрямством, достойным лучшего применения, он стремился обрести свободу.

Ройс сосредоточился и слишком увлекся, поэтому даже не сразу осознал, что незнакомцы закончили песнопение. На поляне стало очень тихо. Казалось, заодно смолкли и все шорохи ночного леса. Одно слово, сказанное охрипшим голосом фигурой с ножом, прозвучало просто как крик.

— Арбалеты, — произнес он, наполовину вогнав лезвие в камень, как в масло. Его ладони остались лежать на рукояти, одна поверх другой.

Остальные четверо незнакомцев выудили из-под плащей названное оружие и деловито зарядили. Они выстроились шеренгой шагах в пятнадцати от Ройса, словно собираясь стрелять по мишеням. Вот только на полянке не было деревянных щитов с разметкой. Племянник командующего безошибочно понял, что роль мишени уготована ему…

Молодой человек замотал головой, надеясь заставить врагов вынуть кляп. Он желал хотя бы поинтересоваться, в чем дело, ведь не могут же его просто молча расстрелять без всяких объяснений! Что тут вообще происходит?! Ройс хотел знать, за что он умрет. А еще лучше — потянуть время и все же освободиться от веревок, которые, кажется, немного ослабли.

Однако безликим фигурам не было никакого дела до телодвижений пленника. Не удирает — и хорошо. Они невозмутимо замерли, ожидая команды от типа с ножом.

— Цельтесь в плечи и бедра, — дал указания главарь, которого тоже не волновали чувства и желания Ройса.

— Левое плечо, — произнесла одна из фигур в плаще.

— Правое, — тут же заговорила вторая.

— Бедро, левое, — спокойно занял цель третий тип.

— Понял, — просто сказал четвертый.

Они вели себя так, будто собирались метить не в человека, а в бездушные сучки дерева. От их деловитости Ройса мороз продрал по коже.

Серые фигуры немного приподняли головы, целясь, и взгляду парня открылись подбородки без следов растительности и даже кончики носов. К сожалению, по этим приметам никого нельзя было опознать. Достоверно стало известно одно: перед пленником, несомненно, стояли мужчины. Но это он уже и так понял ранее по голосам.

— Залп! — коротко и резко скомандовал главарь, продолжая обеими ладонями сжимать рукоять ножа, воткнутого в алтарь.

Ройс услышал четыре тихих щелчка, почти слившиеся в один, раздался короткий свист, а потом почувствовал обжигающую боль. В глазах потемнело, парень издал гортанный звук, которому только кляп помешал перерасти в полноценный крик. Тут же накатилась слабость. Превозмогая себя, Ройс скосил глаза и увидел совсем близко от подбородка засевшие в плечах арбалетные болты. Кажется, один из них сломал ключицу. Ниже виднелись два других болта, тоже безошибочно нашедшие свою цель. Один вошел в бедро где-то над коленкой, а другой, тот что справа, почти у таза.

Подступающая со всех боков темнота туманила разум, не давая ясно мыслить и искать выход. С одной стороны, был огромный соблазн поддаться тьме и позволить поглотить свою боль и тревоги, подарить тишину и покой страдающему организму. Но это значило сдаться и смириться с неизбежностью смерти! Ройс не хотел трусливо плыть по течению, усилием воли он пытался удержать себя в сознании и не перейти ту грань, за которой он перестанет что-либо чувствовать. Парень сам не понимал, зачем ему это. Просто знал, что так надо. Он, как настоящий мужчина, должен встретить смерть лицом к лицу, не отводя взгляд. Если сегодня ниточке его жизни суждено оборваться, то он лично проследит за тем, как ее рассекают беспощадные арбалетные болты.

— В лоб между глаз, в горло, в сердце, в гениталии, — снова бесстрастно перечислил тип с ножом. — Желательно попасть одновременно.

— Понял, — за всех подала голос четвертая фигура.

Ройс похолодел. Вот и настал его конец. Так просто, нелепо и непонятно. А ведь он еще и не пожил толком, не помирился с дядей, не попрощался с друзьями… Столько всего недоделано на этом свете, а сейчас один из четырех кусков металла отправит его на тот свет. И парню было как-то все равно, какой из болтов в какую часть тела вонзится первым…

В ожидании конца Ройс гордо поднял голову и посмотрел на строй из четырех фигур в сером. «Да чтоб вам пусто было!» — мысленно пожелал он. На более крепкие выражения не хватало энергии. Организм быстро слабел от потери крови, заливающей белоснежную рубашку и светлые бриджи, а мозг цепенел в предчувствии близящейся пустоты.

— Залп! — услышал Ройс холодный голос с хрипотцой.

Четыре коротких болта сорвались с арбалетов и понеслись вперед. Кажется, первым летел тот, что должен был угодить ниже живота. Ройс почувствовал короткую боль и, не удержавшись, все-таки погрузился в спасительную темноту…

— Ройс! — Кто-то осторожно потряс его за плечо.

«Неужели стрелки промазали?» — мелькнула удивленная мысль где-то на дне сознания.

— Ройс, очнись, я не могу тут орать, — проник в его уши настойчивый шепот.

Племянник командующего сделал попытку открыть глаза, и совсем неожиданно это ему удалось. В предрассветной мгле он рассмотрел нависающее над ним обеспокоенное лицо своего лучшего друга Криса. Парень осознал, что лежит в своей койке в жилом бараке Ассоциации и к нему, похоже, тайком пробрался одетый во все черное визитер. Все еще чувствуя себя немного потерянным и дезориентированным, он откинул одеяло и изучил голую кожу на плечах без ран и шрамов.

— Давай отойдем в туалет, — попросил Крис. — Я открыл здесь флакон со снотворным газом, но кто-то мог оказаться невосприимчив. Еще проснется от нашего шепота. Да и наставники могут зайти, чтобы проверить, все ли спокойно.

Ройс кивнул и быстро поднялся. Как был в одних брюках и босиком, он тихо двинулся в нужном направлении. Тем более что дверь располагалась буквально в нескольких шагах от его постели, а не на другом конце барака. Крис бесшумно последовал за ним.

В огромном помещении со всех сторон слышалось сонное сопение и даже похрапывание. Никто не окликнул двоих товарищей, крадущихся к туалету. Да и, если подумать, что в этом необычного? Ну встал кто-то из учеников по нужде. Дело житейское.

Друзья спокойно вошли в небольшую комнату и закрыли за собой дверь на засов.

— Привет, старина, — радостно поприветствовал друга племянник командующего.

— Доброй ночи, страдалец, — ответил Крис, и парни обменялись крепким рукопожатием и похлопали друг друга по спине. Хотя место встречи и обстоятельства оставляли желать лучшего, оба искренне улыбались, радуясь встрече.

— Ройс, как ты себя чувствуешь? Ты стонал во сне, — с тревогой поинтересовался Крис.

Он был лет на пять старше племянника командующего и имел простую, ничем не примечательную внешность. Средний рост, жилистая фигура без рельефной мускулатуры, коротко стриженные темно-русые волосы, карие глаза на простоватом лице, не блещущем красотой, не позволили бы выделить его из толпы. Крис не мог похвастаться приставкой «алани» к своему имени. Он родился в семье потомственных военных и приходился сыном одному из офицеров, служившему ранее под началом главы рода Арито, а ныне вышедшему в отставку.

— Забудь, я в порядке, — отмахнулся Ройс от тревоги друга. — Просто приснился необычайно плохой и реалистичный сон, в котором меня убивали.

— Это явно от нервов, — усмехнулся Крис. — Бесишься, небось, что дядя запер тебя здесь?

— Не без этого, — согласился подневольный ученик Ассоциации. — Ты сможешь сегодня-завтра вывести меня отсюда?

— Извини, но не рискну без распоряжения императора, — покачал головой друг. — Если дело получит огласку, нам обоим влетит по первое число. А так как Никор Второй сам лично курирует АТеР, то об исчезновении ученика ему непременно доложат и имя твое назовут. Тебе-то, может, простят самоуправство, лишь немного пожурят, а вот меня, безродную сошку, заставят ответить в полной мере, чтобы другим неповадно было лезть на закрытую территорию.

— Ладно, я все понимаю и буду ждать, — с тяжелым вздохом согласился Ройс. — А как ты вообще сейчас сюда просочился?

— Через алтарь моей богини Фехаты Коварной. Она была столь любезна, что разрешила мне переместиться в АТеР. Ты же знаешь, что это в ее характере — наплевать на все договоренности с остальными богами и тайком их нарушить. На то она и Коварная, чтобы строить планы за спинами других.

— Ничегошеньки я про богов не знаю, — пожаловался племянник командующего. — У меня была мысль выбрать Фехату, Ароя или Мергатока, а вышло…

— А кто тебе помешал? — удивился Крис. — В таком деле никого не неволят. Мало не покажется, если кто-то из богов будет разгневан чужим вмешательством.

— Но с судьбой не поспорят даже боги, — заметил Ройс. — Я просто неудачно дернул рукой и выплеснул свою кровь на соседний алтарь. Теперь мой бог — Дартис.

— Да ты же из лука в стену дома с двух шагов не попадешь! — тихо воскликнул ночной визитер.

— Сам знаю, хоть ты не сыпь мне соль на рану. И надо же мне было выругаться именно именем Дартиса в тот момент!

Со стороны Криса послышалось сдавленное фырканье. Он очень старался не рассмеяться, чтобы не шуметь и не обижать приятеля.

— А я тебе давно говорил, что это нехорошая привычка и до добра она не доведет, — нравоучительно напомнил Крис.

Ройс вздохнул, не собираясь оправдываться и спорить. Сам знает, что оплошал. Винить в случившемся некого.

— Значит, пока я добиваюсь аудиенции у императора, тебе придется немного потерпеть. Ничего страшного не произойдет, если ты чуть улучшишь свои навыки самозащиты, — сказал Крис.

— У-у-у, — разочарованно протянул Ройс. — Учитывая занятость Никора, ты можешь просить встречи с ним и месяц, и два. А то и все полгода! Это же пока секретари внесут тебя в очередь, пока она подойдет…

— Может, он сам раньше спохватится о твоем отсутствии, — неуверенно предположил Крис.

— С чего бы это? Решит, что раз я не появляюсь, значит, так надо, значит, новостей нет. Я же отнюдь не каждую неделю наношу Никору визиты!

— Да-а… А если он и заметит, что ты давно не появляешься, то никак не свяжет это исчезновение с моим ходатайством о встрече, — начал рассуждать Крис более приземленно. — Пока император серьезно обеспокоится, пока свяжется с твоим дядей…

— И все это время тебе придется меня подменять, — прервал Ройс.

— А как я вскрою твою корреспонденцию?! Магическая защита настроена только на тебя!

— Проблемка, — протянул Ройс.

— Конечно, я могу иногда навещать тебя по ночам, думаю, богиня не откажет. Но это не лучший выход! — сказал Крис.

— Сам знаю. Однако не могу предложить ничего другого. Все сводится к неосведомленности Никора.

— Ладно, Ройс, не нервничай. Может, ничего страшного и существенного, пока ты застрял здесь, не произойдет.

— Будем надеяться. А что слышно про тех пятерых аристократов, пропавших без вести на этой неделе? Их нашли? — поинтересовался племянник командующего.

— Пока только тело одного из них. Но подробности мне неизвестны, извини, — пожал плечами Крис.

— Я был знаком с одним из пропавших, — зачем-то сообщил Ройс. — Нормальный парень, только немного франтоватый и манерный. Кажется, он был последним кандидатом на престол.

— Думаешь, его исчезновение как-то связано со списком? — поинтересовался служитель Фехаты.

— Пока не знаю. Остальные-то пропавшие аристократы там не значились, — ответил Ройс.

— А если их прихватили для отвода глаз? — предположил его друг.

— Исключено. В том, чтобы устранить последнего кандидата, нет никакого смысла. Да и слишком жирно с каждым убивать по четыре посторонних лица, — высказался Ройс.

— По-моему, ты прав. Хотя кто знает этих сумасшедших, рвущихся к трону? — вздохнул Крис. — Ладно, Ройс, рад был поболтать, но, боюсь, мне надо идти, а то светает. И без того, наверное, будет сложно незаметно обойти какого-то рыжего, которому приспичило именно ночью обкапывать кусты! А во дворе и спрятаться негде.

— Конечно, старина, беги и не забывай про меня, — хлопнул его по плечу Ройс. — И полегче там на улице с Эстивом, он просто отрабатывает наказание.

— Не волнуйся, все будет хорошо, мы вытащим тебя отсюда, ты и глазом моргнуть не успеешь, — приободрил друга Крис.

Мужчины крепко обнялись напоследок, а потом один за другим тихо выскользнули обратно в общий зал, где все еще слышалось сонное сопение. Правда, за время их беседы в бараке стало значительно светлее, и теперь фигура ночного визитера не сливалась с мраком. Оставалось надеяться, что после дневной нагрузки страдающих бессонницей или желающих встать пораньше не окажется.

Ройс нырнул обратно в кровать, укрывшись от утренней прохлады, и взглядом проводил друга до двери. На душе стало немного тоскливо, но, вспомнив необычайно реалистичный сон, парень почувствовал даже легкую радость. Главное, он жив, хоть и попал в переделку. Да и новые переживания после разговора с другом помогли немного притупить воспоминания о невыносимой боли и испытанном страхе. До сих пор как-то не верилось, что на нем нет ни царапины. Он и не знал, что сон может быть таким четким и подробным: ты словно находишься в полном сознании и веришь в происходящее. Хорошо, что Крис его разбудил до того, как Кириано услышал стоны.

Парень сам не заметил, как снова уснул. К счастью, на этот раз обошлось без кошмаров.

Казалось, он только смежил веки, как в уши тут же проникло противное настойчивое дребезжание колокола, оповещающего, что пора вставать. Ройс с трудом разлепил глаза и сел. Тело вроде вполне отдохнуло, а вот сознанию требовалось еще пару часиков благословенной тишины и покоя. Ночная беседа не пошла на пользу его самочувствию. Однако надо признать, что он не один выглядел сонным и квелым, даже Кириано очень неаристократично зевал во весь рот, забывая прикрывать его ладонью. Наверное, так проявлялись последствия применения сонного газа.

Племянник командующего резко вскочил на ноги и потряс головой, прогоняя из мыслей туман. Пока остальные пытались проделать то же самое, Ройс первым прошмыгнул в туалет. Он уже не видел возмущенно перекосившего лица Кириано за своей спиной. С блондина разом слетели остатки сна, так как какой-то безродный новичок опять посмел нарушить очередность. Сначала все должны пропустить аристократов!

Выйдя, Ройс нос к носу столкнулся с высокомерным блондином, считающим, что происхождение дает ему больше прав, чем остальным.

— Опять борзеешь, птенчик, — процедил Кириано, похоже, перенявший это обращение у Арра. — Я уже говорил, что твоя очередь — последняя!

— Правильно, — спокойно согласился парень. — Но очередь я занял еще с вечера и считаю, что как раз сейчас она подошла.

Со стороны единственного подопечного Дартиса это была откровенная наглость, но сегодня его настроение оставляло желать лучшего и он не хотел пресмыкаться. К тому же Кириано все равно найдет, к чему прицепиться, так зачем отказывать себе в небольшом удовольствии задеть его хотя бы словами? По крайней мере, Ройс будет знать, за что получает на тренировке.

— Посмотрим, как эта логика поможет тебе в спарринге со мной, — подтвердил его опасения аристократ. — Выбирай, пока я добрый, где ты хочешь получить шрам: левое запястье, правое или, может быть, щека?

Предложение блондина всколыхнуло в Ройсе воспоминания о ночном кошмаре. Он с трудом сохранил невозмутимое выражение лица.

— Алани, оставьте парня в покое, — опять вмешался кто-то из бывших солдат. — Это недостойно аристократа — обижать тех, кто заведомо слабее вас!

Кириано гневно сверкнул глазами, но грубить в ответ не стал. Понимал, что лучше не связываться с компанией хорошо вымуштрованных солдат, дабы избежать постоянного противостояния с довольно-таки сильными соперниками. Да и, честно говоря, он испытывал к ним невольное уважение за великолепную физическую форму и мастерство владения оружием. Так получилось, что блондин презирал слабаков, но умел искренне восхищаться достойным соперником, пусть и не дотягивающим до его уровня.

— Не собираюсь я калечить этого недотепу, — фыркнул Кириано. — Что с ним, дураком, связываться? Он и без моей помощи набьет столько шишек и синяков, сколько не снилось никому из нас. Зачем его вообще приняли в Ассоциацию спустя два месяца после окончания набора? За какие такие впечатляющие успехи?

— Это действительно неясно, — согласился бывший солдат. — Да только не нам рассуждать о целесообразности. Раз директор Мерток решил взять его на обучение, значит, на то были причины.

— Видимо, родственнички хорошо заплатили, чтобы избавиться от этого растяпы, — встрял воришка.

— Скорее всего, — презрительно усмехнулся Кириано и, оттеснив Ройса плечом, скрылся в туалетной комнате.

А племянник командующего поспешил к койке, чтобы заправить ее и одеться. Он намеренно немного потянул время и снова пристроился где-то в середине процессии, двинувшейся во двор для умывания. Далее все последовало по накатанной колее. Сначала Арр заставил учеников пробежать несколько кругов вдоль забора, затем проследил, как они подтягиваются, после чего погнал на завтрак. Эстив откровенно зевал и так и норовил уснуть то стоя, прислонившись к чему-нибудь, то сидя. Но надо сказать, что Арр относился к нему сегодня гораздо снисходительнее, чем к новому ученику.

Ройс продемонстрировал результаты не лучше вчерашних, зато холодный и мерзкий на вкус компот на этот раз безропотно выпил первым. Надо так надо. Не яд же разливают по стаканам, следовательно, вреда точно не будет. Хотя и польза сомнительна…

После еды настало время теоретического урока. Этим утром наставник Лесток ждал их с изящным, чуть изогнутым полуторником в руках. Рядом с ним беспорядочной кучей были свалены мечи похуже.

— Разбираем оружие! — вроде спокойно сказал Лесток, но его голос разнесся по всему двору.

— Металлолом, вы хотели сказать, — проворчал Витор, сверля кучу с оружием скептическим взглядом. Похоже, он даже не надеялся найти там что-то подходящее для себя.

— Отставить разговорчики! Запомните: любое оружие, даже самое плохонькое, требует уважения и досконального изучения. Даже плохоньким мечом, выкованным человеком, а не гномом, можно сражаться получше многих! Исход поединка на девяносто девять процентов зависит от вашего мастерства, а не от качества стали и красоты гарды, — терпеливо объяснил наставник.

— Но все равно — нам ведь обычно давали возможность тренироваться на собственных мечах, — заметил Кириано с легко читаемым разочарованием на лице.

— И если помните, в последний раз я вас предупредил, что до конца обучения вы их больше не увидите. Наша задача — научить вас приспосабливаться к любому оружию и качественно сражаться с любым мечом, а не только с привычным и хорошо знакомым, — ответил Лесток. — Ну что стоите? Я сказал: разбирайте!

Ученики нерешительно двинулись к куче. Естественно, первыми приблизились аристократы, и каждый вытянул себе экземпляр, показавшийся более-менее приличным. Следом и остальные принялись хвататься за рукоятки, действуя уже не так вдумчиво, как дружки Кириано.

Ройс не пытался никого обойти и побыстрее сделать выбор. Он спокойно стоял за спинами товарищей и ждал, собираясь взять тот меч, который ему оставят. Честно говоря, он вообще не понимал поднявшегося ажиотажа. Им ведь не в реальный бой идти с этими полуторниками, а просто несколько часов продержать их в руках, слушая теорию и пытаясь повторить некоторые стойки и замахи. Они будут учиться, приспосабливаться к новому оружию, а не сражаться насмерть.

— Хватай, птенчик, тебе достался самый шикарный экземпляр, — раздался чуть насмешливый голос Кириано. — Им, наверное, дрова рубили в последнее время. Меч мало того, что с ржавчиной возле гарды, так еще и тупой.

Блондин поднял ботинком рукоятку оставшегося полуторника, подпихнув его к Ройсу.

— Мне все равно, — равнодушно пожал плечами племянник командующего. — И такой сгодится.

— Ага, такой безопаснее ронять себе на ногу, — хохотнул кто-то.

Однако столь экстремально демонстрировать свою непригодность к профессии телохранителя парень не собирался. Хотя раз уж Кириано утверждает, что меч чересчур тупой… Надо подумать, как этим воспользоваться. Наверное, все же придется несколько раз выпустить его из рук.

Ройс с невозмутимым выражением лица подобрал оружие и встал рядом с Эстивом, подальше от аристократов. Незачем провоцировать их лишний раз.

— А теперь проверьте, подходит ли вам клинок по размеру, — дождавшись, когда ученики снова выстроятся полукругом, подал голос Лесток. — Хороший меч должен быть не длиннее руки. Не думайте, что лишних пять сантиметров дадут вам какое-то преимущество над противником, скорее наоборот, помешают выиграть, так как вам будет тяжелее им орудовать.

— А у меня короче на целых полторы ладони, — огорчился Эстив. — Это тоже плохо, да?

— Лучше уж так. Хотя более короткие мечи в основном используют в паре со щитом или кинжалом, — пояснил наставник. — Длинные руки и хорошо подобранный полуторник — это большой плюс для бойца. Алани Кириано, как у вас?

— Полный порядок, — бодро отрапортовал блондин.

— Витор? — вопросительно произнес Лесток.

— Как раз, — отозвался аристократ.

— Дерек, что у тебя?

— Все нормально, мне не впервой самостоятельно подбирать себе меч, — ответил один из бывших солдат, который вечно вступался за новичка.

— Хорошо. Аритон, а ты что скажешь?

— Короче почти на ладонь, — произнес Ройс на вопрос наставника.

— Ну ладно, ты все равно взял то, что осталось, — махнул рукой Лесток. — На первых порах так тебе будет даже удобнее. И мне спокойнее, — чуть тише добавил он.

Опрашивать всех наставник не стал. Очевидно, он назвал имена только первых в рейтинге телохранителей этого выпуска и Ройса как новенького и пока отстающего.

— Присмотритесь к своему оружию, — попросил Лесток. — На прямом обоюдоостром клинке почти всегда идут желобки. Но они предназначены не для стекания крови, как могут подумать некоторые, а для облегчения веса. Обычно он составляет чуть больше килограмма — примерно килограмм и двести — четыреста граммов. Крестообразная рукоять имеет эфес около пятнадцати сантиметров, то есть во время боя вы легко можете удерживать меч как одной рукой, так и двумя.

— Мы это уже знаем, — нетерпеливо заметил Кириано, которому хотелось услышать что-нибудь новенькое и полезное.

— Алани, не говорите за всех, пожалуйста, — попросил наставник. — Некоторые из вас научены только повторять усвоенные когда-то приемы, не осознавая, на чем строится их эффективность. К тому же я предпочитаю перестраховаться и убедиться, что недавно присоединившийся к нам Аритон тоже знаком с характеристиками оружия.

Блондин кинул на Ройса злой, многообещающий взгляд и постарался снова изобразить внимание. Желая и дальше оставаться лучшим, он не пренебрегал ни единой крупицей информации. Выгоднее в очередной раз выслушать знакомые сведения, чем пропустить хоть один новый факт.

— Итак, запомните, что у полуторника центр тяжести смещен к гарде, — продолжил рассказывать Лесток. — Именно это облегчает нам управление оружием и утомляет меньше, чем, скажем, махание дубиной. Меч предназначен для нанесения рубящих, режущих и колющих ударов. Причем большинство из них осуществляется с помощью инерции. И вы должны научиться правильно гасить инерцию своего удара о меч или, если повезет, о тело противника, а не с помощью собственных мышц. Для этого в первую очередь стоит помнить о том, что выгоднее атаковать с верхней позиции, вынуждая оппонента прикладывать силы, чтобы блокировать клинок снизу. Отбросьте самоуверенность и, каким бы неловким ни выглядел враг, никогда не надейтесь, что справитесь с ним с одного удара. Мыслите, выстраивайте стратегию. Но учтите еще то, что работать в верхней зоне можно, лишь хорошо выучив защиту, так как ваш торс и ноги в этом случае оказываются открыты для атаки. Аритон, — неожиданно отошел от темы Лесток, — как у тебя обстоит дело с владением полуторником?

Ройсу не хотелось открыто врать на прямой вопрос, а потому он ответил весьма обтекаемо:

— Лучше, чем со стрельбой из лука.

— Сейчас будет практическая отработка некоторых ударов, связок и шагов, — предупредил наставник. — Сосредоточься, пожалуйста, и покажи все, на что ты способен. Пока не будет ничего сложного. Главное, старайся контролировать меч всем запястьем, а не двумя пальцами. Это самая распространенная ошибка новичков. Даже мизинец должен вносить свою лепту, обеспечивая надежный обхват рукояти.

— Я постараюсь, — сказал парень.

Внешне он оставался спокоен, а на самом деле лихорадочно размышлял, как ему сейчас лучше поступить. Может, действительно попробовать держать меч двумя пальцами? Надо, чтобы его ошибки выглядели естественно.

Он так и не успел ничего решить, когда Лесток скомандовал всем рассредоточиться по полю и повторять за ним, атакуя воображаемого противника. Наставник начал с простейших ударов и блоков, при этом уделяя основное внимание правильной работе ног.

Ройс, как и все, выполнял команды, только немного вносил коррективы… Если следовало сделать шаг по диагонали, он двигался в сторону. Если говорили поставить ноги на ширину плеч и чуть присесть, он больше требуемого сближал стопы и едва сгибал одну коленку. К сожалению, он не успевал при этом чем-нибудь испортить замах мечом. У него не получалось одновременно обдумывать сразу две ошибки. К обеду он вымотался так, словно сутки махал полуторником, идеально выполняя упражнения. Общее состояние усугублялось еще и тем, что Ройс чувствовал, как нарастает его раздражение. Идти против своих рефлексов оказалось чрезвычайно трудным и нервным занятием.

Сегодня после еды Ройс упал на кровать, уже не изображая утомление. Давали о себе знать тяжелая ночь и не менее тяжелое утро. Парень как-то без энтузиазма воспринял информацию о том, что через час пытка продолжится в таком же ключе. Только Лесток пообещал усложнить приемы и провести несколько спаррингов ближе к ужину. Меньше Ройса радовался предстоящему, пожалуй, один только Эстив, мгновенно отключившийся, едва успев лечь.

— Никто не зарится на выбранный мною меч. Я его положил чуть в стороне от остальных! — громко предупредил Кириано.

— Мой тоже не трогать! — подал голос Витор.

— Да, не хочу махать ржавым железом, как наш новичок, — отозвался еще один аристократ.

— Алани, помните, что вы обещали не причинять парню вреда при спарринге, — к слову вставил бывший солдат по имени Дерек.

— Нужен он мне, — опять фыркнул Кириано. — Нас теперь нечетное число получилось, а это значит, что кому-то не хватит пары среди учащихся. Чур, я скрещиваю меч с самим Лестоком!

Открыто оспаривать это право никто не посмел. Хотя, наверное, многие мечтали отработать удары под личным присмотром наставника.

Час отдыха прошел как одно мгновение. Ройсу показалось, что он только лег, а уже и колокол зазвенел. Парень поднялся и поспешил к выходу. Аристократы любезно пропустили всех вперед, так как хотели полежать лишнюю минутку. Они встали как раз тогда, когда с их койками поравнялся племянник командующего, выбирающийся из своего дальнего угла. Совершенно неожиданно Витор подбил бедного парня под колени, спровоцировав падение. Ройс ткнулся лбом куда-то в район поясницы воришки и заметил, как тот ловким движением натягивает на руку кастет, припрятанный за отворотом брючного ремня.

«Терпи!» — строго приказал себе парень перед тем, как его пнули под дых. Кастет воришки врезался куда-то в область горбушки. От этого удара Ройс упал носом в пол, до крови прикусив нижнюю губу, так как старался сдержать ругательства.

— Не смей оттягивать внимание наставника на себя, — с расстановкой произнес Кириано где-то над головой.

А в следующий момент Ройс почувствовал, как аристократ наступил ему на спину, после чего пошел к выходу. Витор последовал примеру вожака и заводилы, он тоже с удовольствием протоптался по плечам и пояснице упавшего парня. Приподняв голову, Ройс увидел, как Кириано пожал руку своему приятелю и шагнул из барака. Похоже, они обо всем договорились заранее.

Воришка и остальные аристократы просто обошли распластанное на полу тело. Но Ройс отнюдь не испытал к ним за это благодарность. Ему страшно хотелось вскочить и хорошенько начистить эти наглые высокородные морды. Небось, если бы они опознали в нем шестнадцатого кандидата на трон, то и слова плохого не смели бы сказать, даже при полной его неспособности поднять меч. Эх, выйти бы на свободу… Уж тогда Ройс лично подобрал бы им нанимателей из среды каких-нибудь мелких торговцев. Телохранители не имеют права сами отказываться от предложения о работе.

Новоявленный служитель Дартиса встал на ноги, вытер кровь с прокушенной губы и отряхнул рубашку. Вроде никаких следов побоев заметно не было, банда Кириано не оставила ему на память синяков, видных невооруженным глазом и сразу привлекающих внимание. Ройс и не собирался никому жаловаться. С одной стороны, это пошло бы на пользу его репутации слабого и беспомощного существа в глазах директора Мертока, однако он не мог переступить через себя и стать ябедой, даже для пользы дела. Сильно перегибать палку, стараясь вылететь из АТеРа, парень не хотел. Хватит уже и того, что он не дал сдачи.

Парень поспешил во двор, чтобы присоединиться к другим ученикам Ассоциации телохранителей. Он подошел, когда все уже разобрали полуторники и рассредоточились по полю. Лишь один его меч, не иначе как по недоразумению носящий столь грозное название, оставался сиротливо лежать на голой земле.

— Опаздываешь, Аритон! — нахмурился Лесток. — Наверняка бессовестно валялся на кровати до последнего удара колокола. И чтобы в следующий раз ты был расторопнее и не считал, что у тебя как у новичка есть какие-то поблажки, этой ночью будешь мести территорию и подстригать кусты при свете факела! Эстив покажет, где инструменты.

— Есть! — вздохнув, отозвался Ройс.

— Не расстраивайся, метла всяко легче меча и вообще больше тебе подходит, — хохотнул Кириано, специально подобравшись поближе.

Ройс молча поднял чуть ржавый полуторник и отошел в сторону. Не будет он в ответ огрызаться, провоцируя блондина. Может, так ему скоро надоест задирать Ройса, покажется неинтересным ситуация, когда жертва почти не реагирует?

Лесток принялся объяснять связки ударов, заставляя тут же отрабатывать их на воображаемом противнике. Он сам стоял на месте, но, казалось, замечал все, что происходило на поле. Ни одна ошибка учеников не укрылась от его глаз. Естественно, что чаще всего замечания адресовались Ройсу. Хоть парня и предупредили, чтобы не оттягивал внимание наставника на себя, он не мог действовать иначе. Ему нельзя изображать прилежного ученика. Можно, конечно, надеяться, что Крис в ближайшее время сумеет удостоиться аудиенции у императора Рении и объяснить ситуацию, но лучше бы убраться из Ассоциации раньше и своими силами.

От атак Лесток вскоре опять перешел к защите. Он старался единовременно давать ученикам всесторонние знания, не сосредотачиваясь на чем-то одном.

— Блок мечом — это наихудший выбор защиты, — тем временем принялся объяснять наставник. — Гораздо предпочтительнее парировать, уйти с линии атаки или контратаковать. К сожалению, часто выбора не остается. Блок — это самый простой, быстрый и интуитивно понятный прием, который можно и нужно применять, когда на остальные варианты уже не остается времени. Однако не злоупотребляйте видимой легкостью, такая тактика защиты быстро выматывает, ведь вам каждый раз придется гасить инерцию удара противника. Да и блок тоже надо ставить грамотно, поскольку вражеский клинок легко может соскользнуть с вашего и ранить, а то и убить такого неумеху.

Ближе к ужину Лесток попросил всех разбиться на пары, чтобы на практике проверить усвоенный учениками теоретический материал. Ройс двинулся было в сторону Эстива, надеясь, что рыжий пацан, будучи не слишком умелым мечником, снисходительно отнесется к его ошибкам и не станет злиться. Однако на пути парня неожиданно встал Дерек.

— В позицию, — улыбнулся бывший солдат. — Посмотрим, как у тебя обстоят дела в спарринге.

— Но я… — начал Ройс.

— Не возражай. Ты же не хочешь получить в противники кого-то из этих кичливых, напыщенных аристократов?

— Ладно, — неохотно согласился молодой человек, принимая какое-то жалкое подобие стойки. Кончик меча он наклонил куда-то за спину, а ноги поставил на одном уровне, что просто недопустимо, если мечник хочет сохранить равновесие.

— Расставь ноги пошире, — попытался исправить ситуацию Дерек.

— Аритон, переверни меч! — раздалось следом приказание Лестока. — Ты не дрова колоть собрался!

После того как его промахи заметили, Ройс с облегчением чуть исправил стойку. «С такими занятиями я через месяц вообще разучусь фехтовать!» — мысленно посетовал он, с завистью и невольным уважением проследив за тем, как Дерек идеально встал в позицию и мастерски навернул горизонтальную восьмерку, разминая запястье. Особой необходимости разогревать связки не было, просто воин, очевидно, получал удовольствие от обращения с мечом.

— Один атакует, используя любые удары, рассчитанные на поражение среднего уровня, второй отрабатывает показанные мною блоки, — скомандовал наставник, становясь напротив Кириано. — Напоминаю, что средний уровень — это весь корпус от пояса до ключиц. Ключицы, плечи и голова составляют уже верхнюю зону.

— Ты как? — поинтересовался Дерек у Ройса. — Будешь нападать или защищаться? Выбирай.

— Пожалуй, я блокирую, — решил парень.

Он рассчитывал для начала посмотреть, с помощью каких приемов его партнер будет атаковать, а потом повторять простейший из них. Иначе он рискует показать свою излишнюю осведомленность. Вдруг что-то из приемов Ройса окажется незнакомо Дереку? Не хватало еще прилюдно получить предложение показать, как он бил.

Воин сделал простейший выпад по направлению к младшему члену рода Арито, пробуя защиту. Для начала Ройс нормально отбил удар, отклонив его в сторону. Не стоит слишком уж явно строить из себя неумеху и давать повод заподозрить, что он играет. Дерек усложнил атаку, предварив ее обманным движением. Парень подставил свой меч, но постарался создать впечатление, как будто он еле успел. Далее бывший солдат продолжил нападать, а Ройс — уклоняться или парировать. Иногда кончик клинка искушенного воина останавливался в миллиметрах от одежды или кожи племянника командующего. Хотя партнер Ройса по спаррингу и так старался двигаться медленнее.

— Странно, — через некоторое время заметил Дерек. — Ты очень четко и грамотно начинаешь все движения, но в последний момент портишь их каким-нибудь совершенно неуклюжим финтом, а то и просто теряешь равновесие.

— Это тебе кажется, — быстро опроверг парень слова напарника. — Ты просто совершенно не хочешь видеть очевидного: у меня нет никаких способностей к фехтованию, я не гожусь в телохранители.

— Я бы не был столь категоричен, — мягко сказал Дерек, продолжая двигаться. Разговор совсем не мешал ему, дыхание оставалось ровным и почти незаметным. — Просто, наверное, у тебя нет таких навыков, как у остальных. Здесь в основном собрались люди, уже имеющие опыт обращения с различным оружием, они готовились к поступлению сюда. И нас, и простых горожан манит высокая оплата. За несколько лет работы можно сколотить целое состояние и безбедно жить дальше, освоив какую-нибудь мирную профессию, чтобы не скучать. А лучшие в рейтинге вообще часто обогащаются, даже не рискуя жизнью, просто пару лет таскаются тенью за нанимателем-аристократом по великосветским приемам.

— А у тебя какой номер? — решил поинтересоваться Ройс, отбивая очередную атаку.

— Я третий в рейтинге. Передо мной только алани Кириано и алани Витор. Несмотря на характер, оба хорошие бойцы.

— Поменялись ролями! — раздалась команда Лестока.

Голос наставника заставил Ройса вспомнить, что он отвлекся на разговор и забыл испортить последние три блока. Чтобы исправить свое упущение, он «эффектно» начал атаку, замахнувшись на Дерека мечом сверху вниз, как дубиной. На используемый в фехтовании коронный удар это не походило, так как в движении не было силы и резкости. Бывший солдат легко ушел в сторону, даже не став блокировать, и укоризненно цокнул языком.

— А я только было подумал, что ты вошел в ритм, — вздохнул он.

— Аритон! — одновременно раздался окрик Лестока. — В твоем выпаде нет ничего от благородного искусства фехтования! Вспомни, что ты держишь в руках меч, а не булаву! И я ведь попросил метить в торс!

Ройс медленно и как будто неуверенно попытался поразить Дерека колющим ударом, припав на правую, выдвинутую вперед ногу и до конца выпрямив локоть. Естественно, на линии движения его клинка воина уже не оказалось, он опять сместился в сторону и попросил:

— Бей резче и в полную силу. Если ты боишься случайно задеть меня — зря. Постарайся думать о том, что делаешь, а не отвлекаться на ненужное беспокойство.

Молодой человек ощутил уважение к бывшему солдату, который искренне старался ему помочь, терпеливо объяснял ошибки и советовал. Из Дерека, наверное, получился бы хороший наставник. К сожалению, сейчас все его слова немного раздражали Ройса, вынужденного валять дурака. Он чувствовал себя просто неблагодарной свиньей, так как намеренно не следовал советам.

Парень чередовал быстрые, но незатейливые и легко отражаемые атаки с более сложными приемами, испорченными неловким жестом или излишней плавностью и медлительностью. В промежутках между выпадами он частенько слишком круто опускал кончик меча вперед и вниз, к земле, раскрываясь, что было нежелательно в обычном бою. Конечно, и при таком положении полуторника можно было осуществлять многие удары, блокировать или парировать клинок противника гардой, но сделать это было сложнее. А Ройса никто бы не заподозрил в излишнем мастерстве. Для сторонних наблюдателей он выглядел неумелым мечником, чья рука устала от веса оружия.

Поначалу Лесток постоянно делал замечания, указывая на ошибки новичка, а потом утомился и махнул на все рукой. Наставник вел тренировочный бой с Кириано, попутно показывая лучшему ученику новые, более сложные и эффективные приемы и поправлял других, оказавшихся в поле его зрения. Можно было только восхититься четкостью движений Лестока и способностью замечать происходящее вокруг, не сосредотачивая все внимание исключительно на сопернике.

Надо сказать, белокурый аристократ выглядел ему под стать. У Кириано, конечно, было меньше опыта ведения настоящего поединка не на жизнь, а на смерть, зато имелась превосходная техника, дополненная природной ловкостью и реакцией.

Ройсу и играть не приходилось, будто он изредка отвлекается, любуясь парой великолепных мечников. Дерек и сам иногда заглядывался, правда, не столь откровенно. Воин всегда был готов отразить нападение. Естественно, племянник командующего ни разу не пробил его защиту. Ройс в итоге даже не знал, кто больше огорчается его неудачам — он сам или бывший солдат. Кажется, Дерек все же переживал сильнее.

Перед ужином всех заставили сдать мечи и проделать несколько дыхательных упражнений, чтобы скинуть напряжение и возбуждение после дружеских боев. Ученики в пропитанных потом и прилипших к телу рубашках только после этого немного успокоились и стали вести себя тише. Некоторые ежились от порывов холодного вечернего ветерка, обдувающего мокрые спины.

— А что нам предстоит после еды? — пользуясь хорошим отношением к себе наставника, поинтересовался Кириано.

— При свете факелов под руководством Арра будете поражать мишени стрелами с подожженной паклей. Это на тот случай, если ваш наниматель затеет атаку на какое-нибудь поместье или поселок, — ответил Лесток. — Еще с арбалетом позанимаетесь, а заодно и отдохнете немного. Для стрельбы из него не надо прилагать физическую силу, главное — глазомер.

«Чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий!» — мысленно выругался Ройс, отнюдь не обрадованный предстоящим мероприятием. С большей охотой он бы опять позволил Кириано полупить себя по прессу.

Бог никак не отреагировал на пожелание, даже если и прочел его в голове своего единственного подопечного. То ли не мог читать мысли, то ли ему было все равно, то ли Дартис вообще прекратил свое существование…

Глава 5. ПОСЛАННИК ИМПЕРАТОРА.

Третий месяц весны, Сархейм

Худощавый мужчина лет тридцати пяти-сорока сидел на троне в огромном зале и нетерпеливо барабанил пальцами по подлокотнику. По обе стороны от него выстроились многочисленные придворные и фрейлины, неимоверно раздражающие своей бесполезностью для Ренийской империи. К сожалению, каждому правителю по неизвестно кем и когда выдуманным правилам необходимы были все эти высокородные бездельники, чтобы поддерживать высокий статус на должном уровне. Те же эльфы или оборотни начали бы фыркать, если бы Никор разогнал всех алани, вечно ошивающихся во дворце, как будто аристократам нечем заняться. Конечно, другим расам его не понять. У них в государствах придворные не просто шатаются без толку, а выполняют какие-то обязанности, за что-то отвечают, проводят реформы под контролем своих правителей. В общем, там долгоживущие аристократы, заработав большой жизненный опыт, имеют голову на плечах и могут ею пользоваться. И не только могут, но и хотят! А куда им, несчастным, деваться от скуки? Тут поневоле ухватишься за любое новое и интересное для себя занятие.

А что можно доверить этим людям-придворным, которые поголовно утверждают, что высокородным алани не пристало заниматься торговлей?! Эх, распустили их предки, распустили. Вон у тех же вампиров даже сыновья правителя не гнушаются зарабатывать деньги, управляя собственными рудниками и продавая руду и медь соседям. А тут? Просишь: «Алани Сьерро, присмотрите за карьером на северо-западе. Десятая часть доходов будет ваша». А этот сноб интересуется: «Золото добывают?» «Нет», — отвечаешь. «Драгоценные камни?» «Камень для строительства», — терпеливо поясняешь ему, закрывая глаза на безграмотность. Ведь должен же знать, что нет у нас ни того ни другого, все от гномов поступает. «Ваше императорское величество, да как же можно мне, высокородному алани, лично следить за кучей оборванцев?! Помилуйте!» — с возмущением в голосе завывает аристократ, и его тут же поддерживают несколько подпевал, подозревающих, что таким образом и на их долю скоро найдется работенка.

Вот почему, интересно, императору заниматься торговлей и лично следить за всем можно, а им нельзя? Неужели они выше своего правителя по происхождению и древности рода? Вообще странная у них логика. Управлять добычей тех же алмазов — не зазорно, а простой дешевый камень испортит их репутацию. И ведь надавить нет никакой возможности — тут же весь двор взбунтуется и решит устроить переворот. Встречаются, конечно, и среди алани здравомыслящие люди, понимающие, что деньги и благополучие с неба не падают, их еще заработать надо. Алани Мариот Арито, например, просто находка для армии. Он честно зарабатывает себе на жизнь, не то что остальные бездельники, раз в три-четыре поколения женящие своих сыновей на дочерях купцов с богатым приданым…

Никор раздраженно отвернулся от какой-то придворной красотки, строящей ему глазки, и вперил взор в ярко-красную ковровую дорожку, устилающую пол от самых входных дверей до трона. Претендентки на роль жены или хотя бы любовницы уже порядком его достали. Никор не любил связываться с аристократками, так как от этих женщин потом просто невозможно было откупиться или доказать, что единственный ужин наедине — это не залог совместной жизни до гроба и не обязательство ежемесячно обеспечивать дорогими подарками. А жениться, ни разу толком не побеседовав с претенденткой без опеки назойливых родственников, как-то не хотелось. Вдруг мегерой окажется?

Император решил, что уже достаточно созерцает ковер и ничего интересного на нем нет, а потому громко поинтересовался:

— Ну? Долго я еще буду ждать? Магистр Элиот, учтите, если через пять минут стража не разыщет вашего ученика, вы сами отправитесь в дорогу вместо него!

— Да как же можно?! — воскликнул названный человек, и его губы даже подрагивать начали от обиды. — Я старый, больной человек! Мне шестьдесят семь лет!

Никор скептически хмыкнул. Этот «старый» человек внешне выглядел моложе его. И император подозревал, что магистр здоров, как бык, еще и его переживет. Даже маги послабее дотягивали лет до ста пятидесяти — двухсот. А этот, чуть что, так сразу стонать про свой возраст и жаловаться на ревматизм. Думает, что Никор не подозревает, где он его заработал?! Меньше надо было зимой любовницу, младшую дочь одного из придворных, в саду на скамье поджидать! Элиот, конечно, хорошо пристроился. Толку от него почти нет, легче кому-то на стороне заплатить. Вот же наследство от папеньки досталось! Собутыльник его вечный. Скорее бы магистр закончил обучать преемника. Элиот — чрезвычайно сильный и толковый маг, но лень и хитрость бегут впереди него. Вечно он ищет выгоду там, где должен работать хотя бы из патриотизма, из чувства долга перед империей, доверившей ему высокий пост. А магистр за довольно-таки приличную ежемесячную плату, положенную придворному магу, готов расщедриться разве что на совет.

Чем старше становился Никор, тем больше его раздражали бездельники, плюющие в потолок, пока он пытался вывести империю из той ямы, в которую ее столкнул любивший выпивку отец. В людях нынешний правитель ценил деловые качества, ум и готовность послужить на благо государства. Вроде бы ученик Элиота неплохой парнишка, не лентяй. Но вечно как забьется с книгой в какой-нибудь укромный уголок — не дозовешься! Сам Никор как-то заметил его через приоткрытую дверь удобно расположившимся в хозяйственной кладовке на перевернутом тазу. А еще как-то раз застукал в саду на ветке дерева метрах в четырех над землей. Эх, ведь свернет же себе шею, как предыдущий ученик Элиота! Вот зачитается однажды — и точно свалится. Предыдущий, правда, с башни упал, когда выслеживал ночью выдуманного каким-то гадом призрака…

— Ваше императорское величество, сейчас я сам найду этого негодного мальчишку, — между тем сказал обеспокоившийся магистр. Никор временами бывал довольно крут на расправу.

Элиот тихо прошептал несколько слов, вытянул вперед руки, соприкоснувшиеся кончиками пальцев, и медленно, очерчивая полукруг каждой ладонью, завел их за спину, где снова соединил. Подобный акробатический номер не каждый молодой человек мог выполнить. Руки магистра оставили после себя в воздухе сияющее кольцо, от которого в восемь сторон света протянулись тоненькие нити. Через минуту семь из них постепенно потускнели и затухли, а одна засветилась ярче и стала намного толще.

Вот так бы раньше и без понукания! Никор с интересом следил за действиями магистра, который соизволил продемонстрировать свою силу. А то только стражу зря гонял с советами посмотреть то в одном, то в другом месте. В отличие от Элиота, те не ленились и исправно бегали по этажам, выкрикивая имя Джера.

Император очень надеялся, что, получив звание придворного мага, молодой человек станет более ответственным и не будет исчезать в неизвестном направлении. Это сейчас он знает, что помимо учителя никто не кинется его искать. На него пока не возложено серьезных обязанностей, и он вправе по своему усмотрению распоряжаться свободным временем. Император еще не сообщил ни Элиоту, ни Джеру новость, касающуюся их будущего. Один отправится на покой, куда-нибудь в поместье возле границы с Триитом, а второй займет место придворного мага.

— Сейчас мальчишка сам прибежит, — сообщил магистр. — Почувствует, как натянулась нить между нами, — и прибежит. Если хотите, можно для верности отправить стражу навстречу.

— Нет уж. Они и так сегодня хорошо побегали, — отказался Никор. — Джер сам прекрасно дойдет, не заблудится. Ты пока лучше позаботься о защитных амулетах для мальчика. Ему придется преодолеть солидный путь в компании всего одного телохранителя. Ученики последнего набора в АТеРе еще не доучились, но ничего, мы выберем для него лучшего. Ему будет безопаснее двигаться в сопровождении кого-то одного, нежели в составе большого каравана. Войско я послать не могу, да и значительная охрана привлечет внимание и заставит всех окрестных разбойников решить, что Джер везет не дипломатическую почту, а нечто весьма ценное.

— Так почему нельзя послать обычного курьера нашего почтового ведомства? — удивился кто-то из придворных. — На их бумаги точно никто не позарится, все абсолютно надежно.

Никор нахмурился. Значит, у кого-то из его придворных хоть капля мозгов все-таки имеется, только вот сейчас это совсем не к месту. Ну да ладно, все равно если не они, так шпионы соседних государств точно бы задумались и задались таким же вопросом. Так что Никор без запинки ответил:

— Это среди простых людей принято обмениваться только письмами с необходимой информацией, а правители должны засвидетельствовать друг другу почтение с помощью подарка, причем не безделушки какой-то. И что мне делать? Написать: «Извините, ничего крупнее этой запонки в конверт не влезло»?! Вот и придется переправить главе инкубов несколько золотых вещиц и тетиву для любимого лука.

Император поймал себя на мысли, что он как будто оправдывается. К счастью, от дальнейших объяснений его избавило появление Джера на пороге тронного зала. Юноша нерешительно топтался на месте, не зная, чего от него ждут. То ли он просто должен занять место за спинами других придворных и послушать, о чем пойдет речь, то ли немедленно подойти к учителю, стоящему справа от трона.

На вид Джеру было лет двадцать. Он не отличался атлетическим сложением и рядом с некоторыми разъевшимися аристократами выглядел скорее тощим. Бледное лицо с тонкими губами и хорошо очерченными скулами, достигающие плеч светлые волосы, перетянутые на лбу кожаным шнурком, не придавали его виду здоровья. Для многих из здесь присутствующих единственным достоинством Джера был его несомненно большой дар к магии. Хотя Никор еще ценил необычайную серьезность парня и стремление к новым знаниям. Император лично выбрал понравившегося кандидата на должность придворного мага из сотни других, зачисленных в Академию магии.

Джер, как и положено представителям его профессии, был одет в необъятный балахон, перехваченный на поясе кожаным ремнем. Магам дозволялось выбрать только цвет ткани. Под верхнюю одежду они при желании могли напялить на себя все что угодно — рубашку, брюки, камзол… Хоть шубу, если лень использовать силы для обогрева! Все равно из-под балахона торчат только носки ботинок. Джер предпочитал одеваться в серые тона, чем еще больше подчеркивал собственную бледность. Наверное, те, кто был с ним не знаком, могли бы подумать, что парень болен.

Ученик Элиота прекрасно управлял стихиями огня, воздуха и воды и как раз пытался получше освоить магию земли. Он знал основы некромантии, хотя в совершенстве овладевать этой наукой наотрез отказывался. Впрочем, никто и не настаивал. Главное, что он немного ориентируется в теории и может понять, чем его собираются атаковать. То есть юноша усвоил все то, что положено знать каждому уважающему себя выпускнику Академии магии, если он хочет найти хорошую работу. Единственное, что требовало еще пары лет обучения, — это основы создания амулетов и артефакторика.

— Проходи, Джер, — обратился император к парню, мнущемуся на входе между двумя алебардами гвардейцев. — У меня есть для тебя поручение.

Молодой человек торопливо приблизился к трону по яркой ковровой дорожке и склонился в глубоком поклоне.

— К вашим услугам, мой император, — произнес он довольно низким голосом.

— Надеюсь, ты умеешь ездить верхом? — поинтересовался Никор.

— Да, конечно, — ответил Джер с любопытством, заметно обрадованный тем, что не огорчил правителя.

— В таком случае укладывай вещи для долгого путешествия. Завтра на рассвете ты с запасной лошадью заедешь в АТеР, подберешь себе телохранителя и отправишься с письмом и подарками ко двору высшего инкуба. Учитель даст тебе амулет, защищающий от очарования женщин их народа, — сказал император. — Маршрут будешь выбирать по своему усмотрению, никому не докладывая, почему решил обогнуть одну деревню и заехать в другую. Главное, вовремя выходи на мысленную связь с магистром и отчитывайся, все ли у тебя в порядке.

— Извините, а можно вопрос? — спросил Джер без тени смущения, чем удивил многих из окружения правителя. Просто юноша понимал, что для успешного выполнения задания надо досконально знать все детали — так будет меньше шансов совершить ошибку.

— Задавай, — милостиво разрешил император.

— Почему вы не пошлете любого доверенного человека, имеющего покровителя среди богов, через алтарный камень? Так выйдет намного проще, быстрее и безопаснее, — пояснил Джер причину своего непонимания.

Император снова выбил нервную дробь по подлокотнику трона и пожалел, что избрал столь демократичный стиль общения. И надо же было парню найти самое уязвимое место в его плане! Разумеется, позже, оставшись с Джером наедине где-нибудь в кабинете, он честно объяснит причины. Но придворные не должны догадываться о том, что ученик Элиота повезет нечто важное. Он не может доверить информацию никому из посторонних! Даже сам магистр не в курсе.

Но император недолго собирался с мыслями. Он довольно быстро сориентировался и придумал вполне правдоподобную версию:

— Джер, я хочу проверить тебя в деле. Хочу, чтобы, преодолевая долгий путь, ты сам реально оценил, чего добился за последние годы. На практике, при наличии угрозы для жизни испробовал свои силы и знания. Это экзамен на профпригодность.

Услышав слова Никора, магистр нахмурился. Почему он об этом намерении узнает только сейчас? Император раньше не обсуждал с ним вопрос о необходимости испытать ученика! Еще бы суметь правильно оценить, выгодно ли это ему, Элиоту… Хорошо, если мальчишка сгинет где-нибудь в лесу Потерянных Душ, а если вернется уверенный в себе и усвоивший нечто новое? Да этого безродного щенка тут же назначат на его непыльную и доходную должность придворного мага! Против кого-то со стороны он может выступать открыто, а вот если его попробуют заменить собственным учеником… плохо дело. Этика магов не позволит и слова наперекор сказать. Это же все равно что от сына отказаться!

Элиот хоть и не подал виду, но серьезно обеспокоился за свою дальнейшую судьбу. Он тут же начал обдумывать, как обеспечить ученику провал миссии, чтобы подозрение не пало на учителя. Или лучше ничего не предпринимать, надеясь на судьбу? Надо лишь слегка ей помочь…

— Сгубите мальчика, — со скорбным видом обратился магистр к императору. — Ему еще учиться и учиться!

— Теория хорошо, но парню надо и на практике тренироваться, — не согласился Никор.

Теперь он не просто отстаивал первое пришедшее в голову объяснение, а был твердо уверен в своей правоте. Ученику Элиота действительно не помешает практический опыт и закалка характера в настоящем противостоянии. Да и свежий воздух пойдет ему на пользу, а то вампиры — и те румянее выглядят!

— Я постараюсь не подвести вас, — произнес Джер, приложив правую руку к сердцу и отвесив еще один, но более легкий поклон.

— Рад, что ты не возражаешь и не трусишь, предпочитая отсиживаться за безопасными стенами города, — похвалил император. — Письмо и дары для высшего инкуба получишь завтра за час до рассвета в моем кабинете. Деньги на дорогу можешь взять у казначея уже сегодня, он предупрежден.

— И зайди ко мне после этого, надо будет подогнать амулет под тебя, — добавил Элиот. — Сам знаешь, что подобные вещи при индивидуальных настройках работают намного лучше. Вот и займешься под моим присмотром.

— Да, учитель, — ответил Джер.

— На рассвете я тебя провожу до Ассоциации телохранителей, — сообщил магистр. — Не уезжай без меня, не попрощавшись.

Бледный парень наклонил голову, соглашаясь, и тут же развернулся к выходу. Времени на сборы действительно было очень мало — лишь один этот вечер.

Прилюдно отдав необходимые распоряжения, Никор поднялся с трона и тоже удалился в личные покои отдыхать. Он твердо верил, что Джер справится с задачей. Хотя на периферии сознания все равно мелькала мысль, что он упустил нечто важное. То ли это было простое беспочвенное волнение перед важным делом, то ли для беспокойства существовала причина…

А вот кто ни капли не тревожился, а только радовался предстоящему путешествию, так это Джер. В последнее время стены дворца все больше и больше давили на него, а поведение учителя вызывало опасения. Нет, магистр по-прежнему вел себя вежливо, корректно, голос не повышал, не требовал невозможного, но день ото дня становился все менее дружелюбным. Между ними непреодолимым препятствием возникла ледяная стена. Вместо вполне закономерного сближения после нескольких лет тесного общения они все постепенно всё отдалялись друг от друга. Элиот наглухо закрыл от него свою душу.

К тому же Джер, как и всякий молодой человек его лет, был любопытен. Ему хотелось посмотреть на другие государства, познакомиться с другими расами, почувствовать себя самостоятельным и помагичить без присмотра учителя. Во дворце парень чувствовал себя одиноким. Для слуг он был важной персоной, его считали чужим и не принимали в свой круг. Но и среди аристократов Джер не смог найти друзей. Его статус при дворе императора был для всех слишком неопределенным. Вот придворный маг — тот да, фигура! А его ученик то ли останется во дворце и будет пользоваться благосклонностью императора, то ли будет отправлен куда-то на границу… Он у Элиота вообще не первый, а может, и не последний!

Статус Джера ставил всех алани в тупик. Следует ли считать его равным и соответствующе держаться или надо осторожничать и корчить высокомерную рожу, так как недоброжелатели все подметят и выставят в неприглядном свете? Кому-то из молодых аристократов запрещали общаться с учеником магистра отцы, а кто-то и сам без видимой выгоды не хотел заводить новые связи. При дворе состояли отнюдь не самые простодушные и доброжелательные люди. Только наиболее расчетливые и изворотливые, сильные духом и умеющие найти выгодный компромисс прочно обосновывались в высшем обществе столицы Ренийской империи.

Родители Джера были простыми людьми, служащими в городской управе на мелких должностях. Они не смогли бы оплатить обучение сына в Академии магии, если бы он сам не добился одного из десяти бесплатных мест, выдержав сложный конкурс и показав несомненный талант. Деньги на оплату образования десятка лучших поступающих шли из казны Никора. Император не хотел терять ценных для будущего Рении магов только потому, что у них нет средств. Ему было все равно, кто войдет в десятку — дети бродяг, горожан или аристократов, — главное, что у них есть дар. Никор очень заботился об обороноспособности империи и лично курировал Академию магии и Ассоциацию телохранителей в столице и Военную школу возле границы с враждебным Триитом — еще одним государством людей.

Вроде Джеру повезло, что на него обратил внимание сам правитель, но иногда ученик придворного мага начинал сомневаться в этом и завидовал тем, кто не попал во дворец, а стал простым ремесленником, как его друзья детства. Да, в будущем его ждет престижное звание и благосостояние, но принесет ли оно счастье или хотя бы удовлетворение? Парень пока и сам не знал, к какому слою общества отнести себя, к кому приравнивать. Все было бы намного проще, останься он в Академии магии.

Во дворце Джеру выделили комнаты рядом с огромными покоями придворного мага. Так что за амулетом к учителю далеко идти не придется, есть время порыться в шкафу и завернуть к казначею, чем Джер и занялся.

Деньги ему действительно выдали без вопросов, причем деньги немалые. Целых два туго набитых кошеля, приятно оттягивающие руки. Он никогда не держал столько империалов сразу, а потому даже заволновался за их сохранность. Вернувшись в комнату, молодой человек наложил на кошели заклинание неприметности и, подумав, добавил зловредное проклятие тому, кто все же покусится на его богатство. Только после этого он достал из-под кровати небольшую, но вместительную сумку, улучшенную с помощью магии, и принялся ее наполнять. В принципе ему надо было взять с собой не слишком много вещей. Впереди лето, жара, так что теплые кафтаны в путешествии ни к чему. Пара рубах, запасные брюки, мантия и белье — вот и вся одежда. Если на обратном пути что-то прохудится, то можно прикупить еще один новый серый балахон, который скроет все недостатки.

Не намного меньше места, чем одежда, занял справочник по нежити. Том был довольно толстым и увесистым, но без него отправляются в дорогу только очень легкомысленные особы и, как правило, уже не возвращаются, если с ними нет целой армии телохранителей. Мало ли где придется срезать дорогу?

Прежде чем идти к учителю, Джер еще успел забежать на кухню и предупредить слуг, что завтра на рассвете ему понадобится небольшой запас еды в дорогу на двоих. Парень с волнением ждал знакомства со своим попутчиком и очень надеялся, что они сойдутся характерами. Сам он совершенно не умел обращаться с холодным оружием, так как все время посвящал занятиям магией, изучению справочников по созданию амулетов и книг заклинаний. Ему действительно пригодится опытный воин, умеющий обращаться с мечом и арбалетом или луком. К сожалению, против некоторых видов нечисти магия была совершенно бессильна, а маг для них являлся просто-таки лакомством. Как бы ни печально было это сознавать, но может случиться так, что жизнь Джера будет зависеть только от телохранителя.

Переступая порог апартаментов учителя, парень, несмотря на все усилия, думал не о настройках амулетов, а о будущем попутчике. Каким он окажется?

Кириано ловко махал в воздухе сразу двумя короткими мечами, ни разу не сбившись и не запутавшись в собственных конечностях. Движения были отточенные и грациозные. С губ аристократа не сходила усмешка. Она как будто вопрошала у окружающих: а ты способен на такое? Но он без слов знал, что мало кто сможет с ним сравниться. Этим вечером Кириано еще раз продемонстрировал, что он лучший! Пусть попробуют повторить хоть часть его движений!

Впрочем, открыто никто и не оспаривал его первенство в рейтинге, ни один из учеников не стал так же показывать свое умение. Будущие телохранители терпеливо ждали указаний наставника Лестока и замечаний Арра, помогающего коллеге проследить за толпой.

Наверное, Дерек тоже смог бы удивить товарищей, но он скромно стоял с опущенным оружием, экономя силы. День и без того был довольно сложным и утомительным, а он не тот человек, чтобы напрягаться ради восторженных и завистливых взглядов. Бывший солдат предпочитал использовать свое мастерство в настоящем бою, а не затем, чтобы покрасоваться.

Дерек все время старался держаться недалеко от Ройса, так как симпатизировал новичку и не мог допустить безнаказанных издевательств со стороны алани. Неловкий парень, так и не сдвинувшийся с последней строчки рейтинга, по его мнению, ничем не заслужил презрения, которым обливали его аристократы. Он не виноват, что воинское искусство тяжело ему дается.

Однако сам Аритон избегал пользоваться заступничеством Дерека. Он вообще старался ни с кем не сближаться, чтобы не навлечь на хорошего человека неприятности и косые взгляды. Причина была в том, что, откуда ни возьмись, среди учеников поползли слухи о нетрадиционной ориентации Ройса. Хотя парень ни разу никому не дал повода так о нем думать. Он предполагал, что кто-то подслушал разговор между Арром и Лестоком. Уж наставники точно должны быть в курсе подозрений Мариота Арито, директор наверняка их предупредил.

Ройс по-прежнему бегал по утрам рядом с Эстивом, ориентируясь на него, но в остальное время предпочитал вставать в пару с кем-то из алани или с воришкой. Рыжему пацану и так перепадало от банды Кириано, не хотелось давать им еще более серьезный повод для подначек. Он лучше сам невозмутимо выслушает оскорбления, так как знает, что все инсинуации аристократов — ложь.

За прошедший месяц Эстив и так уже несколько раз срывался и бросался на наглецов с кулаками, но их объединенными усилиями сам был бит. И ведь банде Кириано за это не назначили никакого наказания! Наставник Лесток выяснил, что пацан напал сам, и наказал именно его. Ну а в том, что заработал разбитый нос и синяк под глазом, сам виноват. Алани просто защищали товарища и малость перестарались. А если Кириано действительно словами как-то задел Эстива (во что наставник отказывался верить), так не надо было реагировать на провокацию! Тут Лесток привел довольно веский довод, объясняя свою позицию. Какой же телохранитель получится из человека, если его легко разозлить? Это значит, что, ослепнув от гнева, он может погнаться за собственным обидчиком вместо того, чтобы хладнокровно и обдуманно защищать клиента!

В общем, Ройс держался особняком, чтобы никого не подставлять, и был главным объектом для упражнений аристократов в остроумии. Наверное, их еще очень злило безразличие единственного подопечного Дартиса к насмешкам. Попытки подкараулить его в одиночестве, окружить и надавать тумаков и затрещин тоже вряд ли приносили алани моральное удовлетворение. Новичок не выказывал страха, не ныл, никому не жаловался и вообще как-то вяло реагировал на боль.

А Ройс при всем своем желании не мог воспринимать эти стычки более остро и отвечать на обиды более эмоционально. Сейчас он относился к аристократам, как к мелким назойливым насекомым, пытающимся побольнее ужалить. Неприятно, но не смертельно. Его волновали совершенно другие проблемы, а не эти игры в крутых лидеров и униженного рохлю. Во-первых, по ночам Крис приносил тревожные новости. В разных уголках Ренийской империи пропало несколько аристократов, с двоими из которых Ройс был знаком. Их трупы так и не нашли, но маги точно установили, что они мертвы. Один из таинственно исчезнувших являлся двадцатым претендентом на трон в сильно сократившемся списке. А во-вторых, за минувший месяц Ройса неоднократно мучили ужасно реалистичные кошмары. И боль, которую он испытывал во сне, не шла ни в какое сравнение с той, что ему пыталась причинить днем банда Кириано. Уже семь раз парня истязали серые фигуры в плащах и капюшонах, используя луки, арбалеты или метательные ножи. И как он ни старался проснуться, кошмар заканчивался только тогда, когда мучители производили смертельный выстрел или бросок, не раньше.

Сколько Ройс ни думал, он не мог обнаружить никакой закономерности между своими дневными впечатлениями и ночными видениями. Иной раз приходилось махать мечом с раннего утра до позднего вечера, но, засыпая, он видел в руках серых фигур именно лук! Парень просто возненавидел это оружие, хотя и до этого не сильно любил.

В душу закрадывалось подозрение, что его мучения как-то связаны с неудачным выбором покровителя. Ройса так и подмывало попроситься к алтарному камню Дартиса и выговориться. Может, тот хоть на ругань среагирует и явится лично посмотреть на оскорбляющего его наглеца, если уж игнорирует даже дорогие подношения в Храме Всех Богов. Заодно и на вопросы ответит. За что он мучает своего единственного служителя?! Или бог здесь абсолютно ни при чем?

По просьбе Ройса Крис нашел сведения о последних подопечных Дартиса, собрал все, вплоть до слухов. К сожалению, в ворохе всевозможной информации ничего полезного не обнаружилось. Бога перестали избирать не из-за случаев участившихся ночных кошмаров, а просто потому, что не видели от него помощи. Через алтари Дартиса стало невозможно перемещаться из одного города в другой, он перестал давать советы, направлять руки лучников. А люди хотели знать, что их молитвы услышаны, что о них заботятся, что за ними присматривают, что их оберегают.

— Аритон, о чем замечтался?! — прикрикнул Лесток. — Вставай в позицию и внимательно слушай, иначе оттяпаешь себе нечто жизненно важное, начав работу с двумя мечами.

Ройс встряхнулся, сосредоточил взгляд на наставнике и чуть приподнял мечи, изображая пародию на правильную стойку. Вряд ли это удовлетворит Лестока, но большего он от него не дождется. В последнее время парень частенько ловил обрывки фраз из разговоров двоих учителей, в которых выражалось сомнение в целесообразности дальнейшего пребывания в Ассоциации неожиданно свалившегося на их головы новичка. Побыстрей бы уже решились его изгнать!

— Алани Кириано, вас моя просьба тоже касается. Если все умеете, то хоть не мешайте остальным, не отвлекайте окружающих, — сделал замечание Лесток. — Будете повторять упражнения вместе с товарищами, лишняя практика и оттачивание ударов еще никому не вредили.

Блондин с недовольным видом остановился и окинул выстроившихся на пустыре высокомерным взглядом. Пусть его и вынудили исполнять азы двухмечного фехтования с неумехами, но теперь никто не сможет усомниться в том, что он способен на большее! Он и здесь лучший!

— А ну, птенчики, не злим наставников, — подал голос Арр, тоже вооружившийся двумя мечами, чтобы показывать будущим телохранителям, как надо правильно двигаться. Он хоть и числился привратником, следящим за охранной магией забора, но являлся таким же полноправным преподавателем АТеРа, как и Лесток.

Правда, ученики по-разному относились к обоим мужчинам. Лестока уважали за хладнокровие, терпение, умение четко объяснить, что требуется сделать. А вот Арра немного побаивались, так как он не гнушался использовать свои пудовые кулаки для вразумления невнимательных и неловких. Частенько этим неловким оказывался Ройс…

— Внимание! — громко произнес Лесток. — Самый простой для вас способ не запутаться в собственных конечностях — это мысленно разделить вашего противника вертикальной линией пополам и атаковать каждый бок только одной рукой. В таком случае мечи точно не будут мешаться. Желающие усложнить себе задачу могут провести горизонтальную черту где-нибудь на уровне нижних ребер.

— А еще лучше делить врага пополам в реальности, — громко хмыкнул Витор.

— Вряд ли вам с ходу это удастся, если он будет защищаться, да еще и обеими руками, — строго осадил Лесток. — Отнеситесь к занятию серьезнее!

— Вам же сказали — мысленно! — взревел Арр. — Так что замолкли и слушаем дальше!

— Удары можно наносить, например, поочередно то одной, то другой рукой, — продолжил Лесток. — Это не самый эффективный способ, но для начала будет хорошо, если вы освоите хотя бы его. Можно атаковать зеркально обоими мечами, пока немного не освоитесь. Но, конечно, лучше использовать разноименные удары для левой и для правой руки, причем в хорошо продуманной и отработанной последовательности. Именно такую технику нам только что демонстрировал алани Кириано, именно к этому вы должны стремиться.

— Неужели подобное можно повторить? — где-то довольно далеко от Ройса и преподавателей сдавленно охнул Эстив.

— Это нужно повторить, — с нажимом сказал Арр. — В двухмечном фехтовании нет ничего сложного, главное — навык и постоянные тренировки.

— Кто чувствует себя довольно уверенно с оружием в обеих руках? — решил поинтересоваться Лесток. — Прошу вас встать по левую руку от меня. Будете заниматься по усложненной программе, чтобы не терять время зря.

В нужную сторону тут же заторопились Кириано, Витор, Дерек в компании других бывших солдат, еще несколько парней, чьи имена Ройс так и не узнал, и, как ни странно, воришка.

— Я, правда, больше с длинными ножами баловался, — немного смущенно пояснил подопечный Фехаты Коварной. — Но, думаю, и с мечами справлюсь, ведь тактика-то одна…

— Ну попробуй, — ободряюще улыбнулся Лесток. — Сам подгоняй диапазон задач под свои возможности, чередуй простые и сложные атаки, чтобы определить оптимальный уровень сложности упражнений.

— Я присмотрю за обормотами, вообразившими себя опытными воинами, а ты объясняй дальше этим соплякам, — сказал Арр коллеге.

— Договорились, — согласился Лесток.

Одноглазый гигант тут же занял позицию лицом к отобранной группе и принялся быстро показывать связки ударов, требуя их повторить. Вскоре воздух наполнился свистом доброй дюжины мечей, выплетающих замысловатые узоры. Изредка слышался звон, когда кто-то путался в движениях и попадал одним своим мечом по другому. Тогда Арр спешил к проштрафившемуся, чтобы грубовато, но беззлобно объяснить ему ошибку и дать совет.

А Лесток тем временем продолжил просвещать оставшихся учеников, которые теперь так и норовили отвлечься. Они, несомненно, слушали наставника, но смотрели в это время отнюдь не на него.

— Тот, кто совсем сомневается в своих силах, — сказал Лесток и почему-то посмотрел при этом на Ройса, — может вести атаку одной рукой, как обычно, однако иногда наносить отдельные удары другой! Такой способ тоже позволяет постепенно освоить двухмечное фехтование. В общем, если видите возможность, если противник открылся, отражая замах вашей ведущей руки, то бейте!

— А можно я тоже буду так действовать вместе с Аритоном? — нерешительно поинтересовался Эстив, подтверждая, что все правильно истолковали взгляд наставника в сторону новичка.

— Конечно, — разрешил Лесток. — Итак, повторяем за мной и пытаемся импровизировать сами. Только не торопитесь и думайте! Пока для вас главное — не скорость, а правильность и понимание техники.

И Ройс принялся импровизировать… Только он ставил своей задачей не избежать скрещивания пары мечей, а звякнуть ими на каждом тридцатом ударе сердца. Со стороны вряд ли кто-то мог заметить систему в его промашках. Он выглядел таким же неловким, как остальная масса учеников, не лучше и не хуже. Мало кто сразу сумел более-менее освоиться и не путаться слишком часто. Хотя живого противника ни у кого не было, в воздухе стоял звон мечей. Каждый сражался сам с собой, стараясь победить въевшуюся в кровь привычку делить руки на ведущую и вспомогательную.

— Стоп! — скомандовал Лесток где-то в одиннадцатом часу, когда ученики уже без всякого энтузиазма вяло махали мечами, раз за разом повторяя простейшие приемы, лишь бы изобразить старание.

Одновременно и Арр отдал приказ закончить тренировку. Хотя, надо сказать, его группа не так явно филонила и все еще выглядела впечатляюще.

— У нас в рейтинге произошли изменения, — объявил Лесток, заставив сердца некоторых учеников забиться в два раза чаще в надежде, что их имена передвинут на строчку выше. — Первым так и остался алани Кириано.

Аристократ при этих словах самодовольно усмехнулся и отсалютовал наставнику одним из мечей.

— А вот вторым теперь идет Дерек, а не алани Витор, — продолжил Лесток. — По результатам сегодняшнего занятия и вчерашних рукопашных поединков я меняю их местами.

Этой новости не обрадовались ни один, ни второй из названных парней. Дерек заранее предвидел неприятности со стороны обиженного высокородного. Если Витор не захочет отомстить сам, то Кириано наверняка что-нибудь придумает.

Друзья бывшего солдата, как будто почувствовав его напряжение, подошли поближе и встали вокруг. Всем своим видом они намекали, что не дадут боевого товарища в обиду и что с ними лучше не связываться.

Лесток, не обращая внимания на реакцию учеников, не останавливаясь, называл одно имя за другим. Но повод для радости обнаружился только у воришки, поднявшегося сразу на три пункта выше. Предпоследним так и остался Эстив. Последним, как всегда в этом месяце, прозвучало имя Ройса.

— А теперь, воробушки, всем спать! — объявил Арр. — И чтобы уже через десять минут я не слышал с вашей стороны никакого чириканья!

— Только мечи сдайте, — поспешил добавить Лесток.

Будущие телохранители без сожаления расставались с выданным им оружием и резво, на время забыв об усталости, неслись к бараку. Никого не тянуло разговаривать и шуметь. Все быстро и четко зажигали свечи, расстилали кровати, раздевались и по очереди ныряли в туалет. Даже утомленные аристократы вели себя тихо, оставив разборки с неугодными людьми на завтра. Естественно, ни Ройс, ни Эстив, ни Дерек сами к ним не лезли.

По установившейся привычке племянник командующего завалился спать, не дожидаясь своей очереди. Каждый вечер, когда он закрывал глаза, свечи на тумбочках некоторых учеников все еще горели. Вот и сегодня Ройс моментально провалился во тьму, отрешившись от окружающего мира.

К сожалению, сознание недолго пребывало в блаженной неге. В какой-то момент единственный служитель Дартиса как будто очнулся и в очередной раз обнаружил себя привязанным к дереву. Одежда опять оказалась чересчур модной и роскошной, а в отдалении мельтешили три фигуры в серых балахонах, заканчивая песнопение. Обстановка была до боли знакомой, события развивались по привычной схеме. Молодой человек знал, что должно сейчас произойти, и это ему не нравилось. Ройсу очень хотелось выругаться, но в рот, как всегда, была засунута какая-то тряпка, позволяющая только мычать. Стянутые запястья саднило, и он уже знал, что пытаться их освободить бесполезно. Ему никогда не хватало на это времени, хотя юноша каждый раз пробовал, не желая безропотно принимать мучения и смерть.

Ройс прекрасно осознавал, что это его очередной кошмар, что сейчас он спит в бараке Ассоциации, но сделать ничего не мог. Все ощущения были как реальные. Он даже улавливал слабый аромат толстой свечи, зажженной на алтарном камне, и легкий прохладный ветерок, треплющий волосы на макушке. На этот раз до рассвета было еще далеко.

Фигуры закончили песнопение на высокой протяжной ноте и развернулись в сторону Ройса.

— Доставайте ножи, — раздался приказ из-под одного капюшона.

— Темновато, — коротко пожаловался другой мучитель.

Высокая фигура, которая, очевидно, была здесь за главного, махнула рукой, неразборчиво буркнув что-то под нос, и тотчас же над Ройсом разлилось слабое магическое сияние.

— Теперь не промажете, — без всяких эмоций констатировал мужчина, распоряжающийся ритуалом убийства. Он сам вытащил из рукава кинжал и с напевом вонзил его в камень.

Холодный тускло-желтый свет совсем не слепил Ройса. Парень прекрасно рассмотрел, как фигуры подняли с земли по футляру с набором метательных ножей и приготовились к броску. На этот раз команд, куда метить, не было. Очевидно, выбор оставался за истязателями.

Ройс во все глаза наблюдал за фигурами, гадая, чего сейчас стоит ожидать. Может, его хоть раз убьют быстро и безболезненно? За что ему вообще такое наказание? Неужели Дартис таким образом намекает, что не потерпит у себя на службе плохого лучника?

Парень заметил два взблеска в воздухе, когда ножи отправились в полет, а потом глаза пронзила острая боль. По щекам потекло что-то горячее, капая на прохладную кожу груди, не защищенную рубашкой из-за оторванных верхних пуговиц. Голова как будто взорвалась. Ройс с ужасом понял, что его ослепили, и с надеждой ждал благословенной всеобъемлющей пустоты. Но беспамятство не приходило.

Длины миниатюрных ножей явно не хватило, чтобы повредить мозг. Ройс продолжал все ощущать, мысли вспугнутыми птицами беспорядочно метались в голове. Парень резко рванул запястья, пытаясь освободиться от веревки, но та еще глубже врезалась в кожу. Из горла вырвался хрип. Хоть это и был сон, но Ройсу стало по-настоящему страшно.

— Хорошее попадание, — похвалил холодный голос главаря. — Вон как жертва задергалась.

— Сейчас будет не хуже, — последовала многообещающая фраза, что заставило Ройсвена обмереть в дурном предчувствии.

Слепота сводила с ума. В глазницах словно возник пожар, который с каждой минутой разгорался все сильнее. Ройс чувствовал себя беспомощным и уязвимым. Если бы мог, он бы сейчас ругался и кричал, забыв о гордости. Но по иронии судьбы мучители сами позаботились о том, чтобы жертва переносила все, не роняя чести. Теперь ни в голосе, ни в глазах они не могли прочесть терзающий душу страх.

Ройсвен обострившимся чутьем услышал приближение следующей пары коротких, но острых ножей. Лезвия симметрично пропороли щеки и между зубами проникли в рот, мгновенно наполнившийся солоноватой кровью. Он начал захлебываться, с трудом глотая горячую влагу. Ройс мечтал проснуться, но разум нашептывал, что так просто все для него не закончится, эту чашу придется испить до дна.

Третья пара ножей вонзилась куда-то под ключицы, четвертая, пятая и шестая — в бедра. Остальные Ройс, стремительно теряющий кровь и слабеющий, ощущал не так остро. Боль притупилась, сознание все глубже и погружалось в темноту и забытье. Смертельный удар он уже не зафиксировал.

Глава 6. НАНИМАТЕЛЬ ДЕЛАЕТ ВЫБОР.

Джер поднялся, когда в комнате было еще совсем темно. Но он чувствовал себя вполне бодрым и выспавшимся, готовым к долгому путешествию. Душу снедало томление и желание быстрее отправиться в путь. Ученик придворного мага быстро умылся, надел чистую рубашку, хоть под мантией этого никто и не увидит, захватил сумку и пошел к кабинету императора. Пусть секретарь Никора видит его полную готовность выполнять приказ. Сумка получилась отнюдь не объемная благодаря особому заклинанию, зато увесистая. Джер не успел закончить работу над ней, а потому придется потерпеть, изображая легкость перед лицом императорского помощника. Все равно он ничего не может выложить, чтобы потом не жалеть, кусая локти. К тому же самая тяжелая вещь — это справочник по нечисти, который он ни за что не оставит здесь. Пригодится ведь, если не для чтения, то хотя бы в качестве метательного снаряда для уменьшения прыти особо наглых и опасных видов существ.

Серая мантия Джера развевалась при ходьбе, ее украшали только привычный широкий пояс и многофункциональный амулет личной защиты, свисающий на цепочке на грудь. Еще один похожий амулет, но чуть послабее, поскольку не подлежал настройке на определенного человека, пока лежал в кармане. Учитель выдал его весьма неохотно, заставив Джера пообещать, что он присмотрит за тем, чтобы будущий телохранитель не посеял эту дорогую и весьма трудоемкую вещь. Элиот, можно сказать, от сердца оторвал оба изделия. Но его поведение было вполне объяснимо, ведь на создание одного такого амулета требовалось лет пять. Немногие могли с должным умением и терпением в определенном порядке накладывать заклинания, напитывать заготовку своей силой и соблюдать все условия хранения.

Недалеко от кабинета правителя Джер остановился, давая возможность подозрительно бодрым для этого времени суток гвардейцам внимательно рассмотреть себя. Он не хотел с разгона налететь на скрещенные алебарды, отгородившие дверь от коридора.

— Мне назначено, — немного робея, пояснил маг.

Ему заранее было неудобно, что секретарю, пожилому человеку, пришлось встать и дожидаться его в столь ранний час. Солнце еще не успело взойти, и дворцовые слуги не погасили свечи в канделябрах.

— Проходи, — сказал один из гвардейцев, и оба стража вернули алебарды в вертикальное положение.

Джер поудобнее пристроил лямки походной сумки на плече, приблизился к двери и пару раз постучал.

— Впустите! — прозвучал изнутри властный голос. Команда предназначалась гвардейцам.

Маг едва успел потянуться к ручке, как дверь перед его носом сама распахнулась. Джер поднял взгляд и рассмотрел близко от себя лицо императора.

А вот и причина небывалой бодрости гвардейцев открылась…

— Доброе утро, — тут же склонился парень перед правителем, немного занервничав. Он не ожидал подобной встречи. Неужели путешествие отменяется? Или возникли непредвиденные обстоятельства?

— Ты вовремя, проходи без церемоний и садись, — пригласил Никор, отступая чуть в сторону.

Маг скользнул в комнату, постаравшись не задеть императора. Он всего во второй раз удостаивался подобной аудиенции без кучи свидетелей из числа придворных. Первый был, когда его выбрали на роль ученика Элиота.

Дверь за спиной Джера захлопнулась, направляемая твердой рукой Никора. Правитель поспешил отгородиться от коридора, чтобы никто из проснувшихся пораньше слуг не заметил, что он решил лично побеседовать с магом в столь неурочное время, пожертвовав сном. Если они начнут болтать, то возможные шпионы других государств ни за что не поверят в обычный экзамен для бедного парнишки.

— Расслабься, — чуть раздраженно попросил император. — Я такой же человек, как и все, просто у меня чуть больше власти и возможностей. Располагайся в кресле.

Сам Никор дошел до огромного массивного стола, заваленного бумагами, и встал, опершись руками о край столешницы.

— Но я ведь не имею права сидеть в вашем присутствии, — замялся Джер.

— Сядь! — рявкнул император, поняв, что еще долго может препираться таким образом с благовоспитанным парнем, которому не свойственна аристократическая наглость. Это алани частенько дерзят и без разрешения позволяют себе некоторые вольности.

Маг, опасаясь еще больше рассердить правителя, тут же послушно опустился в глубокое кресло, поставив сумку рядом. Прямой и безоговорочный приказ пересилил вбитые в его голову правила поведения.

— Теперь слушай внимательно и мотай на ус. Наш разговор должен остаться в тайне от всех. Даже учителю, если он спросит, скажешь, что тут тебя встретил секретарь. Уяснил? — спросил Никор.

— Да, клянусь, я буду нем как рыба, — прижав руку к сердцу, ответил Джер.

— Вот и хорошо. Я тебе верю, парень, — улыбнулся император. — Я считаю, что ты уже довольно хорошо подготовленный маг и не нуждаешься ни в каких экзаменах.

— Но как же… — начал Джер.

— Тихо, тихо, — перебил Никор. — Просто на самом деле твоя поездка к инкубам затеяна мной совсем по другой причине, о которой не должна знать ни одна живая душа. Пусть придворные и шпионы других государств думают, что я тебя проверяю. Надеюсь, большинство купится на эту дезинформацию.

Сердце Джера забилось чуть быстрее от волнения. Он пока не знал, то ли чувствовать себя польщенным доверием императора, то ли готовиться к крупным неприятностям.

— Парень, ты знаешь, что у нас в Сархейме есть Храм Всех Богов? — неожиданно задал вопрос Никор.

— Конечно, я там даже бывал несколько раз.

— А отряд гвардейцев видел?

— Да, — подтвердил Джер. — Столько человек в форме сложно не заметить.

— Как думаешь, что они там делают? — продолжил допрашивать император.

— Ну-у… Наверное, несут почетный караул, — очень неуверенно предположил маг. Он уже понял, что раз правитель интересуется, значит, дело там нечисто. Ответ явно не столь банален.

— Гвардейцы охраняют одну ценную вещь, — интригующе сказал Никор. — Может, до тебя доходили какие-нибудь слухи или невероятные истории из разряда тех, что считают глупой выдумкой?

— Нет вроде. Хотя… Когда я жил с родителями, в городе болтали, что один купец разбогател, вынося по кусочку и продавая позолоту, украшающую стены и колонны Храма, — припомнил Джер.

— Это уж действительно глупости, — отмахнулся император. — Ни один рениец, если он не самоубийца, не пойдет на подобное. Это же прямое оскорбление богов! И если Элот Добрый еще как-то снесет наглую кражу, то Унара Прекрасная и Терра Кровавая просто испепелят вора на месте. Все гораздо проще. Гвардейцы неприметно охраняют тайник, созданный в алтарном камне одного из богов.

— А зачем вы мне это рассказываете? — настороженно поинтересовался маг. Он никак не мог связать воедино полученную информацию и предстоящую поездку к инкубам.

— За тем, что вещь, хранившуюся в том тайнике, тебе и надо вывезти из империи, — четко пояснил Никор. — Она сейчас здесь, вот в этой шкатулке.

Правитель поднял со стола небольшой деревянный ящичек без инкрустации и резьбы и показал парню. На крышке виднелось отверстие для обычного ключа. Следов запирающей магии Джер не обнаружил, хотя сильно и не присматривался.

— Береги лежащий здесь артефакт как зеницу ока, пуще своей жизни, — предупредил Никор. — Эта вещь когда-то принадлежала богу, а ныне мы назначены ее хранителями. Сам шкатулку не открывай, а то любой находящийся поблизости маг почувствует эманации силы. Все народы этого мира осведомлены о том, что в начале лета мы должны передать артефакт инкубам. Я отвлеку от тебя внимание, выслав разными путями множество отрядов воинов и группы чиновников к границе леса Потерянных Душ, но ты тоже не зевай и будь настороже. Мало ли кто захочет его похитить.

— А если на меня нападет небольшое войско? — заволновался Джер. — Боюсь, моих сил и мастерства одного телохранителя может не хватить. Зачем вообще вывозить такую ценную вещь?

— Большое скопление вооруженных лиц, особенно если они иной расы, слишком привлекает внимание. Ни одно государство не рискнет так себя компрометировать, — успокоил мага император. — На нашей территории и у инкубов стоит опасаться лишь какой-нибудь хитрости. А в лесу Потерянных Душ, сам понимаешь, засаду никто устраивать не будет. Ни по приказу, ни за огромные деньги воины не согласятся ждать вас там. В этом гиблом месте издревле действует закон всеобщего перемирия. Там на вас свои охотники найдутся.

Джер в очередной раз подумал, что не зря взял справочник по нечисти. И как хорошо, что у него есть защитный амулет! Без мага и отряда наемников ни один даже самый жадный купец в лес соваться не рискует. И вообще большинство предпочитают обходить его кружным путем через Гряду гномов на юго-востоке, по землям вампиров. К сожалению, лес слишком разросся, сплошной стеной отрезав Ренийскую империю от владений светлых эльфов, инкубов и оборотней на востоке и северо-востоке. Он простирался от самого подножия Гряды гномов до океана, и пересечь его можно было, если повезет, только за три недели.

— Тщательнее выбирай дорогу и не переживай, — попросил Никор. — Собственно говоря, в шкатулке не весь артефакт, а только его половина. Вторая сейчас хранится у вампиров. Много лет назад представители разных народов решили, что артефакт лучше разделить на части, чтобы никто не смог им воспользоваться. Так всем было гораздо спокойнее. Каждое государство присматривает за божественной вещью ровно двадцать лет, а потом передает следующему в очереди. Наш срок выходит в начале лета, а у вампиров есть еще пара месяцев. И нам нельзя задерживаться с передачей! Кто-то может решить, что мы разгадали секрет, как воспользоваться своей частью артефакта, и теперь не хотим делиться могуществом. Нам просто объявят войну!

— Я прекрасно понимаю важность того, чтобы шкатулка вовремя попала в руки инкубов, — серьезно кивнул Джер. — А все-таки, может, бог сам примет участие в переправке своей вещи?

— Нет, — покачал головой император. — Даже если бы у меня на примете был служитель Дартиса, то его алтари все равно не работают. А к другим богам по такому делу обращаться нельзя, насчет этого оставлены четкие указания. На стороннюю помощь рассчитывать тоже не приходится. Светлые эльфы принесли нам артефакт сами, прямо в Сархейм, и теперь все ждут от нас той же любезности по отношению к инкубам. Парень, передачу шкатулки будут отслеживать множество народов, вплоть до необщительных и обычно не интересующихся делами внешнего мира гномов. Их очередь, кстати, сразу за вампирами. Так что готовь самые убойные заклинания, выбирай лучшего телохранителя, какого найдешь, — и в дорогу! Вдвоем вы действительно привлечете меньше внимания.

— Я постараюсь не подвести вас лично и народ Рении, — сказал Джер.

— Держи шкатулку и письмо к высшему инкубу, — подал Никор.

— Мне передать их на аудиенции при всех? Или стоит как-то намекнуть правителю на необходимость уединиться?

— Чем больше придворных будет вокруг при вашей встрече, тем лучше, — покачал головой император. — Свидетели — это хорошо. А дальше пусть у высшего инкуба голова болит, как обеспечить сохранность артефакта на все положенные двадцать лет. Твое дело — снять с нас обязательства и передать очередность.

— Ясно, — кивнул Джер. Он нагнулся, открыл замок своей волшебной сумки и на глазах Никора осторожно уложил туда и письмо, и драгоценный артефакт. — Наверное, инкубы сами догадаются, что я не зря собираюсь беспокоить их правителя. Думаю, они начнут присматривать за мной от самой границы леса Потерянных Душ.

— Молодец, соображаешь, — похвалил император. — Только все равно не доверяй даже тем, в ком заподозришь доверенных лиц высшего инкуба. И лучше возьми с собой хотя бы легонький меч.

— Но я не умею владеть оружием, — запротестовал Джер. — От него не будет никакого толка.

— Попросишь телохранителя, он покажет несколько простейших приемов. Лучше не пренебрегай защитой.

— Хорошо, мой император. Я сейчас спущусь в оружейную и что-нибудь присмотрю.

— Не надо. Я взял на себя смелость подобрать тебе подходящий меч, — не оставил магу выбора Никор. Он подошел к подоконнику и откуда-то из-за портьеры выудил короткий клинок в простых ножнах.

Джер был уверен, что ему достанется меч превосходного качества, несмотря на непритязательный вид. Жаль, что он не сможет полностью оценить его по достоинству. Парень был тронут заботой императора и восхищен его предусмотрительностью. Такой знатный и занятой человек, а думает даже о мелких деталях и не гнушается лично давать инструкции.

Ученик Элиота почтительно принял меч из рук императора и тут же закрепил на своем поясе. Ощущение тяжести на боку было непривычным, но вроде не должно мешать двигаться.

— Благодарю, — склонился маг.

— Не стоит. Еще неизвестно, кто кого должен благодарить, — тепло улыбнулся император. — Ну, пусть боги тебя берегут, парень. Докладывай учителю иногда, как у тебя идут дела, а он будет передавать мне. Только без подробностей и названий мест.

— Обязательно, — улыбнулся в ответ Джер.

У него осталось очень хорошее впечатление от этой беседы. Он так и выходил из кабинета с приподнятыми уголками губ.

Впрочем, в коридоре все равно не было никого, кто мог бы заинтересоваться выражением его лица. Слуги в эту часть дворца пока не забредали, предпочитая на рассвете держаться ближе к кухне, а гвардейцы на службе повидали всякое. Отборные солдаты никогда не осмеливались комментировать поведение знатных вельмож и приближенных к ним лиц. На службе они вообще предпочитали изображать из себя неприметную мебель. Гвардейцы открывали рот только по делу, сохраняя невозмутимость и видимость беспристрастности ко всем.

Джер бросил беглый взгляд в окно, определяя, настал ли рассвет и не пора ли звать учителя в АТеР. По всему выходило, что он провел у императора довольно много времени, значит, магистр должен был уже проснуться и ждать его. Парень поспешил, как мог, чувствуя тяжесть меча с одной стороны и вес сумки на плече — с другой. Он почти бежал по коридору и даже умудрился немного запыхаться. Джер быстро достиг апартаментов учителя и тихо позвал:

— Магистр Элиот, это я. Уже рассвело, и мне пора отправляться в Ассоциацию телохранителей. Вы со мной?

— Сейчас! — отозвался тот и действительно буквально через пару минут вышел полностью одетый и готовый сопровождать ученика. На магистре красовалась небесно-голубая мантия, отделанная вышивкой по рукавам и вороту.

— Доброе утро, — поприветствовал Джер.

— Да-да, доброе. А где тебя так долго носило? Я еще минут пятнадцать назад приказал оседлать наших лошадей, — проворчал Элиот. — Ты письмо и дары для высшего инкуба получил у секретаря?

— Конечно, — коротко ответил ученик, ничего не уточняя, чтобы не лгать.

— Та-ак, а зачем ты тащишь с собой меч? Ты умеешь им пользоваться? — почему-то недовольно прищурился магистр.

— Нет, что вы. Просто его императорское величество настаивал, чтобы у меня было с собой оружие помимо магии.

— Но я ничего подобного вчера не слышал! Когда это Никор успел? — заинтересовался Элиот.

— Так он не лично сказал, а передал через секретаря, — пришлось соврать парню. При этом он нарочито внимательно рассматривал ножны, как будто только что увидел их в первый раз. Джер боялся, что по его глазам магистр заподозрит ложь.

Маги прошли по широким коридорам, все еще освещенным редкими колеблющимися язычками свечей, вдетых в канделябры на стенах, спустились на первый этаж дворца и вышли через парадную дверь высотой чуть ли не в два человеческих роста. Из-за тяжести створок возле двери денно и нощно дежурили слуги. А то ведь аристократы могли и не справиться с открыванием. Да и их чувство собственного достоинства пострадало бы, если бы пришлось наваливаться всей тяжестью тела на строптивую дверь, вместо того чтобы с важным видом прошествовать в проем.

Во дворе путников уже ждал заспанный конюх, держа под уздцы оседланных лошадей. Одна из них была вороной с белым чулочком на правой передней ноге, а вторая — невзрачного мышастого цвета, с несимметричными белесыми пятнами. Нетрудно было догадаться, что конь благородной расцветки принадлежал магистру, а нечто явно беспородное — его ученику. Да и сбруя сильно отличалась по внешнему виду, качеству и цене.

Наверное, Джер мог бы попросить подобрать ему другого жеребца, но он не хотел. Пусть конь и не столь красив, как у Элиота, зато вынослив и к тому же обладает еще одним неоспоримым достоинством — его точно не сведут на ближайшем постоялом дворе. Мало найдется охотников рисковать из-за беспородного животного, за которого не выручить хорошей прибыли.

— Еда для вас и овес для лошадей в седельной сумке, — доложил конюх подмастерью магистра. — Сейчас мой помощник приведет еще одного коня. Извините, запоздали, пока искали свободного. Вон он, кстати, уже ведет рыжего жеребца. Конь, может, и неказист на вид, но в хорошем состоянии. Телеги таскал с легкостью… Ой, я хотел сказать «кареты»!

Но Джер спокойно пропустил эту оговорку мимо ушей. Он не был столь высокомерен, чтобы почувствовать себя оскорбленным. Может, иной аристократ или чиновник устроил бы скандал, узнав о прошлом лошади, но не ученик придворного мага. Главное, что конь не хромой и не больной.

Оба мага с легкостью людей, привыкших к верховым прогулкам, взгромоздились в седла и быстрым шагом направили скакунов к воротам. Пускаться в галоп было опасно, ведь столица медленно просыпалась. По улицам куда-то целенаправленно торопились скромно одетые люди, кое-где мелькали яркие ливреи. В отличие от высокородных алани, простые горожане не могли прохлаждаться до полудня. У аристократов вся суета начиналась только ближе к вечеру, когда император освобождался от дневных забот и появлялся шанс попасться ему на глаза. К сожалению для многих высокородных, Никор, не в пример отцу, был скуп на похвалы и награды, с ним нельзя было сблизиться за трапезным столом, совместно распивая хмельные напитки. Но алани не теряли надежды на благосклонность правителя, особенно дамы и те вельможи, кто имел дочерей или сестер на выданье.

Зато любой горожанин знал, что император высоко ценит хороших воинов, магов и купцов. Никор в сопровождении гвардейцев частенько наведывался в простые лавки, на состязания по рукопашным поединкам и фехтованию, лично осматривал ремесленные цеха. В столице не понаслышке знали, что, хорошо исполняя свою работу, можно получить высокий пост, денежную премию или иное поощрение от императора, а потому старались.

На дорогу до Ассоциации телохранителей ушло не слишком много времени. Опознав во всадниках магов, люди неохотно, но уступали дорогу. Мало ли какая беда приключилась, раз представители довольно привилегированного сословия встали в такую рань и явно куда-то спешат? Естественно, никто не узнавал Джера и Элиота в лицо. Просто профессия мага и без должности при дворе Никора сама по себе считалась почетной.

Стена АТеРа в очередной раз напомнила юному магу тюремные застенки — слишком высока, невыразительна и хорошо защищена множеством заклинаний, в плетении которых он не может до конца разобраться. Явно кто-то очень опытный постарался, не недоучка вроде него. Перед воротами не было места, чтобы привязать лошадей, а потому Джер подъехал поближе и уверенно стукнул несколько раз по правой створке. Бил он несильно, больше рассчитывая не на то, что обитатели закрытой организации услышат стук, а на сигнал, который непременно подаст охранная магия.

И действительно, его расчет оказался верен. Минуты через две небольшая калитка распахнулась во всю ширь, а в проеме показался мускулистый гигант с повязкой на одном глазу. Огромный, крепкий мужчина не был вооружен, но, несмотря на это, любой с первого взгляда понял бы, что он опасен.

— Чего надо? — не слишком дружелюбно, зато громко рыкнул воин. — Прием учеников окончен три месяца назад! Так что не надейтесь сплавить нам этого бледного дохлого юнца.

Гигант не слишком вежливо ткнул пальцем в Джера и хмуро посмотрел на магистра Элиота. Весь его вид свидетельствовал о том, что он не изменит своего решения, даже если ему посулят золотые горы.

— А мне надо не сдать вам этого оболтуса, а получить ему для компании второго, — не растерявшись, усмехнулся придворный маг.

— Ишь чего захотел! — в ответ хмыкнул Арр, который, собственно говоря, и открыл калитку, выполняя свои прямые обязанности. Для этого ему без объяснений пришлось покинуть учеников, приказав добежать круг самостоятельно. Неожиданные посетители явились как раз во время проведения утренней разминки.

— Это не я захотел, а император так решил. Вот его предписание, — сказал Элиот, доставая из кармана мантии туго скрученный свиток с личной печатью Никора Второго. Правитель Рении еще вчера с вечера позаботился составить документ с просьбой к директору.

Арр вышел на улицу, прикрыл за собой дверку и взял из рук магистра бумагу, затем неспешно принялся срывать печать. Надо сказать, он сразу узнал придворного мага, так как уже несколько раз видел его в свите императора, но ничем не выдал своей осведомленности. Моложавый тип в мантии почему-то не вызывал у него симпатии. И, согласитесь, всегда доставляет удовольствие немного нагрубить неприятной личности, безнаказанно досадить чем-то, а потом сослаться на тот факт, что на лбу собеседника отнюдь не написано о высоком положении!

Один из наставников АТеРа развернул свиток и внимательно прочитал текст, хотя у него и так не было сомнений в истинности приказания. Особа, доставившая эту бумагу, сама по себе являлась весомым гарантом от подделок. Просто императорская воля была несколько неожиданна для Арра, ведь обучение телохранителей еще не закончено. Конечно, некоторые и сами по себе хороши как воины, но за оставшиеся девять месяцев стали бы неподражаемы! Жаль отдавать не до конца обработанный материал.

— Мне надо показать бумагу директору Мертоку, — буркнул одноглазый гигант, мысленно пытаясь угадать, что побудило императора отдать столь неурочный приказ.

— Пожалуйста, только откройте ворота и впустите нас на территорию, — выдвинул условие Элиот. — Я не хочу стоять тут, как попрошайка!

«А кем же вы еще являетесь?» — можно было прочесть во взгляде Арра, хотя мужчина молчал.

Наставник нырнул в калитку и загремел засовами, все же признав право императорских посланников на гостеприимство их учреждения.

Вскоре высокие створки ворот без скрипа легко распахнулись перед Джером и его учителем. Маги тронули коней, шагом заводя их внутрь, на слишком хорошо охраняемую территорию. Оба не понаслышке знали, что в имперские казематы попасть куда проще. Им доводилось иногда присутствовать на допросах и конвоировать особо опасных политических узников. Но туда их пропускали с уважением, хотя тоже требовали бумаги, а в АТеР — с неуместной подозрительностью и явным раздражением.

Их взору открылись огромные, хорошо вытоптанные поля, разделенные примерно на две равные части прямой широкой дорожкой, выложенной из плотно пригнанных камней. Где-то вдалеке мелькнула, скрываясь за небольшим зеленым оазисом, группа бегущих парней в разношерстной одежде.

— Ждите здесь, — бросил Арр. — Я сейчас построю телохранителей и оповещу директора Ассоциации.

И привратник очень резво для его грузной фигуры рванул за зеленые насаждения навстречу своим ученикам.

— Придержи моего коня, — попросил Элиот, передавая ученику поводья, а потом, к его большому удивлению… с не меньшим проворством понесся за одноглазым гигантом.

Парень только и мог, что, открыв рот, смотреть вслед учителю, который вечно жаловался на возраст. Зрелище было беспрецедентное, так как во дворце магистр исключительно медленно и важно шествовал, вышагивал, плыл и никогда не допускал в движениях даже намека на спешку! Наверное, случилось что-то действительно из ряда вон выходящее…

Элиот нагнал наставника за административным зданием, когда тот инструктировал остановившихся по его приказу учеников:

— Птенчики, сейчас вы сделаете глубокий вдох, успокоитесь и, закрыв рты, построитесь во дворе. На гостей никто беззастенчиво не таращится! Всем вести себя тихо и прилично. Я ясно выражаюсь? Строиться строго по рейтингу, а не дружескими компаниями. Алани Кириано, вы как первый и лучший возглавите колонну.

— Есть, наставник, — четко отрапортовал аристократ.

Выполняя команду, он двинулся по дуге, обходя Арра, в сторону двора. За его спиной тут же пристроился Дерек — номер два в рейтинге. Следом стали занимать свои места и остальные ученики, образуя цепочку. Каждый без напоминания знал, за кем ему надлежит встать и кто окажется позади.

— Эх, последнего растяпу куда-нибудь спрятать бы от греха подальше, — вздохнул гигант, ни к кому конкретно не обращаясь. — Ведь грохнется, запнувшись, а мне потом перед гостями стыдно будет!

Арр обернулся, чтобы проконтролировать шаг будущих телохранителей, и заметил магистра, неподалеку наблюдающего за происходящим. Высокий, хорошо разросшийся куст наполовину скрывал фигуру Элиота. Создалось такое ощущение, что он специально остановился именно там, в надежде спрятаться и подслушать что-нибудь интересное. Ученики, как и было приказано, старались не смотреть в сторону гостя.

— Что вам здесь надо? — не скрывая раздражения, поинтересовался Арр. — Я же просил подождать во дворе возле ворот!

— А я вам не подчиненный, чтобы безропотно выполнять команды, — высокомерно вздернул нос Элиот. — Где хочу, там и хожу.

Взгляд придворного мага случайно выцепил презрительно-осуждающее выражение лица паренька, бредущего последним в цепочке. Он показался Элиоту смутно знакомым. Хотя, подумав, магистр решил, что ему померещилось. Не может он быть знаком с личностью в мешковатой рубашке из плохонькой, немного выцветшей ткани! Это явно какой-то оборванец! Но лицом все равно кого-то ему напоминает…

Не став мучиться предположениями, Элиот выбросил из головы мысли о наглеце, посмевшем осудить его поведение. Ему сейчас не до бродяжек, мечтающих озолотиться на должности телохранителя богатенького бездельника! Он занят, помогая судьбе и направляя будущее в правильную колею. И он только что узнал один весьма важный для этого факт…

— Магистр, вернитесь к своему ученику, — между тем попросил Арр, стараясь быть вежливым.

— Нет, я хочу пойти к директору вместе с вами и лично выслушать, что он скажет. Моя задача — в случае отказа постараться переубедить его, таково распоряжение, — заявил Элиот.

— Дартис с вами! — с чувством произнес Арр. — Идемте.

Раньше подобное упоминание бога меткости означало, что говорящий призывает Дартиса помочь человеку, благословить его. Теперь же эта фраза применялась как ругательство, хоть и благообразное и безобидное. Все прекрасно понимали намек на то, что собеседник таким образом хочет послать тебя куда подальше. Однако демонстративно обижаться на это было невозможно! Ни один суд не признает, что обвиняемый пожелал тебе чего-то плохого. Этим обстоятельством частенько пользовались доведенные до эмоционального накала подчиненные, чтобы обругать начальство, а также горожане по отношению к высокородным, оскорбившим их.

Арр и Элиот, больше не сказав друг другу ни слова, добрались до входа в административный корпус, петляя по дорожкам между окружающими здание деревьями и клумбами, и вошли внутрь. Наставник постучал в дверь кабинета директора и тут же открыл ее, не дожидаясь приглашения.

— Мерток, к нам явились гости за одним из воспитанников, — с порога начал объяснять одноглазый гигант. — Император лично подписал просьбу выдать телохранителя ученику придворного мага. На моей памяти это первый случай, когда Никор готов сам оплатить наем из казны. Да и в неурочное время он что-то обратился. Ты попытаешься отказаться или позволим нанимателю сделать выбор?

— Арр, все в порядке, — ответил директор. — Скоро истечет двадцать лет одного срока… так что я ожидал подобного. Думаю, любой воспитанник из первой пятерки достойно справится с поставленной перед ним задачей. Никаких сверхъестественных способностей кандидату в телохранители мага не понадобится, это я точно могу сказать. Но советовать нанимателю мы не вправе, пусть сам подыщет того, кому доверит свою жизнь.

— А если он ткнет пальцем в десятого или двенадцатого? — неодобрительно нахмурился Арр.

— Значит, выдай ему двенадцатого, — невозмутимо сообщил Мерток. — Наниматель должен сам нести ответственность за свой выбор. Если ему впоследствии покажется, что телохранитель слабоват, или они просто не сойдутся характерами, то мы здесь ни при чем, это не наша вина. Умный человек подойдет к решению правильно, а жизнь глупцов, которые любят рисковать почем зря, мы спасать не нанимались. Одним больше, одним меньше…

— Кхм, — кашлянул Арр. — Здесь же учитель нанимателя!

— Ну и что? Пусть слышит, — с явным смешком в голосе сказал директор. — Я не скрываю свою позицию. К тому же, если человеку действительно суждено погибнуть, то его не спасут ни телохранители, ни даже боги.

— Покровители частенько вытаскивают своих служителей из лап смерти, — вмешался Элиот. — Вы не правы.

— Как сказать, как сказать… Иногда это всего лишь временная отсрочка, — задумчиво, еле слышным голосом произнес Мерток.

Магистр фыркнул, но спорить не стал. Ни к чему тратить время, переубеждая какого-то фаталиста, верящего в неизбежность судьбы. Да и позиция директора на данный момент полностью его устраивает… Единственное, что сейчас не нравилось Элиоту, — это бьющий в глаза солнечный свет, мешающий рассмотреть хозяина Ассоциации. На фоне окна вырисовывался только безликий темный силуэт. Впрочем, магистра не сильно интересовала внешность Мертока и выражение его лица.

— Императору выставить обычный счет за наем или снизить оплату из-за незавершенности обучения телохранителя? — продолжил деловито допытываться Арр.

— Мы не будем брать деньги из казны, — ответил директор. — Никор и так вложил в наше заведение немало средств, избавил от части налогов, нашел уйму клиентов. Нам император ничего не должен, а вот на ежемесячную оплату телохранителю ему придется выделить какие-то средства. Но это будет зафиксировано в договоре между нашим учеником и нанимателем. Выясни сумму и впиши в стандартный бланк.

Одноглазый наставник кивнул, развернулся и двинулся к выходу, подталкивая впереди себя магистра. Хотя Элиот и не сопротивлялся его напору. Придворному магу незачем было оставаться в кабинете, ведь важнейшее событие должно произойти во дворе, как раз там, куда его выпроваживали. Надо успеть дать Джеру хороший совет… выгодный совет.

Мужчины спокойно вышли в холл, украшенный статуями. Арр явно что-то обдумывал. А Элиот, прокручивая в голове состоявшийся разговор с директором, вспомнил об одной странной фразе…

— Не могли бы вы кое-что уточнить для меня? — вежливо, но напористо поинтересовался он у наставника.

Арр посмотрел ему в лицо, давая понять, что внимательно слушает. Он не собирался ничего обещать заранее.

Правильно истолковав его взгляд, магистр перешел непосредственно к вопросу:

— А что за срок в двадцать лет упоминал ваш директор?

— Кто его знает, я не в курсе, — отмахнулся Арр. — Вы сейчас не о том думаете. Хотите, я неофициально, так сказать, дам вам совет относительно моих птенчиков?

Магистр понял, что наставник, в отличие от своего начальника, в судьбу не верит и волнуется из-за предстоящего выбора. Он хочет, чтобы Джер взял действительно хорошего телохранителя, способного его защитить, а не абы кого. Проблема была только в одном: желание одноглазого воина совершенно не совпадало с желанием Элиота!

— Мой мальчик сам разберется, не дурнее ваших! — высокомерно заявил придворный маг. Он специально так построил фразу, чтобы собеседник оскорбился и больше не предлагал помощь. За прожитые годы Элиот научился виртуозно влиять словами на чужое мнение, добиваясь нужной реакции.

Расчет магистра оказался верен. Арр фыркнул и решил ни во что больше не вмешиваться этим утром. «Наверное, Мерток был прав относительно ответственности нанимателя», — подумал он, раздраженно сверля взглядом невозмутимый профиль придворного мага.

Мужчины прошли вдоль ряда выстроившихся учеников Ассоциации и приблизились к ожидающему их Джеру. Юный маг внимательно присматривался к людям в строю, но никаких активных действий не предпринимал. Он не знал, как будет осуществляться выбор телохранителя. То ли здешние наставники сами кого-то предложат, то ли ему разрешат поговорить с кандидатами и указать на понравившегося, то ли устроят показательные бои…

В свою очередь и ученики исподтишка, косыми взглядами изучали неожиданного гостя. Им не сообщили о цели визитеров, и теперь каждый строил догадки самостоятельно. Однако, скорее всего, истину не смог угадать никто.

— Парни, — обратился Арр к ученикам, — сегодня для кого-то из вас настал знаменательный день! К нам прибыл первый наниматель.

— Но еще рано, — раздался робкий комментарий Эстива. — Нам еще девять месяцев до выпуска.

— Знаю. Тем не менее по личной просьбе императора сейчас один из вас подпишет договор о найме с прибывшим учеником придворного мага.

— Всего-то, — презрительно фыркнул Кириано, имея в виду общественное положение предполагаемого клиента.

— Отставить разговорчики! Вам же неоднократно объясняли правила поведения! Алани Кириано, от вас я подобного не ожидал, — укорил наставник.

— Я тоже не ожидал, что первый наниматель, да еще и от самого императора, окажется такой мелкой сошкой! — скривившись, смело заявил блондин.

Он был разочарован и не считал нужным скрывать это. Аристократ прекрасно осознавал, что, по логике, заключить договор должны предложить именно ему. Он лучше остальных подготовлен к работе телохранителя, он первый в искусстве фехтования как одним мечом, так и двумя. Только Кириано совсем не хотел работать на простолюдина, да к тому же еще не получившего постоянную должность при дворе. К сожалению, обучающийся в Ассоциации телохранитель сам не мог отказаться от договора с клиентом. Любой, кто выразит готовность возместить расходы, связанные с его обучением здесь, без обсуждения становится нанимателем. Обычно мнение выпускника не учитывается. Кириано не мог открыто сказать «нет», зато в его силах было заставить ученика мага обратить более пристальное внимание на второй номер в рейтинге, разочаровавшись в первом.

Лучший ученик не учел только одной детали: Джер понятия не имел ни о каком рейтинге. В отличие от многих придворных, он никогда не мечтал о личном охраннике, подчеркивающем его знатность и статус в обществе. Парень не знал, почему предлагаемые ему в телохранители кандидатуры выстроились именно в таком порядке, а не по росту, скажем. Он пока никого не выделил для себя из этой цепочки.

Зато Арр изрядно разозлился из-за бестактного замечания ученика, на которого он больше всего хотел обратить внимание нанимателя. Наставник подскочил к аристократу и в воспитательных целях отвесил хорошую затрещину. Еще никто и никогда не поднимал руку на Кириано в стенах АТеРа. В другой раз алани был бы оскорблен и немедленно принялся бы строить планы мести, однако сейчас только криво усмехнулся. Он понимал, что заслужил, что сам спровоцировал гнев наставника. К тому же неприглядная взбучка наверняка дискредитировала его в глазах ученика мага, а ради этого можно простить рукоприкладство.

— Молчать, птенчики! — зычно рыкнул Арр для всего строя. — Право выбора принадлежит не вам!

Впрочем, кроме алани Кириано, никто столь явно не показывал свое отношение к возможному клиенту. Для большинства и этот являлся верхом мечтаний: не авантюрист, за которым придется лезть в самые опасные места, вхож в императорский дворец и, обладая магическим талантом, своими силами в состоянии устранить большинство угроз.

— Мы теряем время, — нерешительно напомнил Джер.

Он неосознанно начал немного побаиваться одноглазого гиганта. С одной стороны, у здешнего наставника наверняка довольно тяжелая рука, под которую лучше не попадаться, с другой же — воин не выглядит злым и противопоставлять ему оборонную магию глупо и жестоко.

— Так выбирай, малыш, — сказал Арр, — дело за тобой. Можешь посоветоваться с магистром Элиотом, прежде чем укажешь на кого-то.

Джер растерянно моргнул. Вот так просто взять и выбрать кота в мешке?! Он не знает способностей каждого и просто не в состоянии по внешнему виду определить, сойдутся ли они характерами.

— Учитель, — шепотом позвал Джер, — как вы думаете, кто из этих людей лучше владеет мечом?

Юный маг решил перво-наперво подумать о деле и об обеспечении безопасности. Так и быть, если лучший воин из предложенных окажется неприятным и высокомерным типом, он потерпит. Договор-то будет заключаться не на всю жизнь, а только на время пути до государства инкубов и обратно.

— Не знаю, мой мальчик. Я старый, больной человек, мне ли разбираться в таком вопросе? — с самым честным видом пожаловался Элиот. — Но если ты спросишь мое мнение…

Джер заинтересованно подался вперед. Опыту учителя он доверял, несмотря ни на что. Да и боязно было ошибиться в выборе.

— Телохранители должны стоять по номеру в рейтинге: от лучшего к худшему, — громко выложил Элиот достоверную информацию, а чуть тише продолжил только для ушей ученика: — Ассоциация явно не заинтересована в том, чтобы отдать тебе первого, но ты сам определи, кто он. Как правило, неудачники больше всех показывают свое бахвальство.

Глубокомысленно кивнув, Джер кинул взгляд на крайних парней в строю. Справа стоял хорошо одетый блондин, которому ученик мага не понравился в качестве нанимателя. Судя по прозвучавшему имени, это аристократ, причем очень самодовольный. С таким намучаешься в пути, обеспечивая достойное, по его мнению, проживание, питание, называя исключительно по титулу… Бр-р. Парень с левого конца ряда вроде попроще будет. Взгляд немного отсутствующий, но не высокомерный. Одежда явно с чужого плеча, то есть скандалов и жалоб из-за какой-нибудь дырки на рукаве точно не будет. Знает он этих аристократов… Навидался!

Джера смущало только то обстоятельство, что рыжий юноша, стоящий рядом с тем, которого он принял за лучшего ученика, не походил на второй номер. Хилый он какой-то по сравнению с остальными. Хотя кто его знает… Может, в нем течет частичка крови оборотней или он стреляет метко.

Ученик магистра задумчиво рассматривал строй, колеблясь. Спросить, что ли, кто здесь первый? Ну так могут соврать, учитель прав. Кто же отдаст лучшего телохранителя какому-то ученику мага? Явно для аристократов приберегут. Ткнуть на кого-то в середине и надеяться на лучшее?..

— Так что вы решаете? — поторопил магов наставник. — Говорите, время-то идет.

— Этот, — указал Джер на парня в рубахе с чужого плеча.

У Арра вытянулось лицо, а брови полезли на лоб. Ошарашенный решением нанимателя, он переспросил:

— Малыш, ты уверен? Может, еще подумаешь? Ты точно понял то, что учитель рассказывал про наш рейтинг успеваемости?

Джер кивнул, уверившись, что не ошибся. Наверняка считают, что с его стороны нагло требовать лучшего телохранителя из всех, вон как амбал обеспокоился. Да и учитель своими рассуждениями тоже явно намекал на этого же кандидата. А магистр никогда и ничего не выберет себе во вред!

Одноглазый наставник тяжело вздохнул и объявил:

— Аритон, останешься здесь! А остальные марш на турники, и чтобы без меня никто не халтурил. Алани Кириано, проследите!

Немного озадаченные ученики АТеРа быстро отошли к планкам, хотя дальнейшее им тоже было интересно. Они не знали, как относиться к произошедшему: то ли радоваться, что им дадут закончить обучение, то ли огорчаться, что клиент выбрал не их.

— Можете пока познакомиться, а я схожу за бланком договора и сам принесу вещи Ройса, которые понадобятся в дороге, — нехотя сказал Арр и быстрым шагом двинулся к административному корпусу.

Никто не заметил, что магистр Элиот занервничал. Ему бы не хотелось, чтобы телохранитель разговаривал с учеником до того, как будут поставлены все подписи. Он напрягся, готовый вмешаться, если возникнет необходимость.

— Меня зовут Джер, — улыбнулся бледный светловолосый маг и протянул руку для пожатия.

— Ройс, — представился телохранитель, едва коснувшись его ладони своей.

Оба парня настороженно изучали друг друга, бесцеремонно рассматривая с ног до головы. Джер никак не мог понять чувства своего будущего попутчика. Рад он покинуть стены АТеРа или огорчен, злится или предвкушает интересную работу? Лицо телохранителя оставалось бесстрастным, как маска, хотя взгляд не был пустым, в нем отражался напряженный мыслительный процесс.

— На какой срок рассчитан контракт? — по-деловому поинтересовался Ройс, не дожидаясь вопросов от нанимателя.

— Не знаю, — развел руками Джер. — Может, месяца два-три, вряд ли больше. Все зависит от того, как скоро мы сможем добраться до столицы государства инкубов и вернуться обратно в Рению. Думаю, в договоре не будет конкретной даты, а только условие: обеспечить мою безопасность по маршруту Сархейм — Илас — Сархейм, стараясь уложиться в кратчайшие сроки.

В первый раз за время знакомства лицо Ройса осветилось теплой улыбкой. Он, не скрываясь, начал благожелательно смотреть на Джера.

Маг решил, что телохранителя вполне устроили условия работы, и обрадовался. Русоволосый будущий попутчик стал выглядеть не таким суровым, и появилась надежда свести с ним дружбу за время путешествия. Он явно не будет цедить слова сквозь зубы и пытаться командовать, как это обязательно делал бы высокомерный блондин-аристократ.

— Думаю, потом ты легко найдешь другого клиента или вернешься сюда, чтобы доучиться вместе со всеми, — поспешил закрепить успех Джер, обратив внимание Ройса на положительные стороны договора с ним. — Или ты и так можешь похвастаться превосходным искусством владения мечом?

— Ты забыл упомянуть о ежемесячной плате, — неожиданно вмешался магистр Элиот, не дав телохранителю ответить. — Император выкладывает по сто империалов за тридцать календарных дней, это очень хорошая сумма. Целое богатство даже для аристократа!

Немного удивленный, Ройс кивнул, соглашаясь. Император действительно не поскупился на охрану для ученика придворного мага. Да за эти деньги можно было нанять двоих опытных телохранителей, уже исходивших близлежащие земли вдоль и поперек! За что же такая честь? Обычно столь большую сумму предлагают, если надеются и вовсе не заплатить…

— Джер, а что, так много желающих отнять твою жизнь? — настороженно спросил Ройс.

— Да вроде ни одного, — не задумываясь, ответил подмастерье. — Реальная опасность грозит нам обоим только в лесу Потерянных Душ. Мы должны будем его пересечь, чтобы быстрее управиться, и это непременное условие. Кружной путь через Гряду гномов и земли вампиров нам не подходит.

— Ну риск понятен. Хотя сумма все равно странная, — задумчиво протянул Ройс.

— А ведь действительно, — спохватился магистр. — За сопровождение в простой поездке с дипломатической миссией — такое богатство!

Джер осознал, что и учитель и телохранитель почувствовали неладное, и решил их успокоить, немного приврав:

— Ничего странного! Просто император очень расстроен смертью двух предыдущих учеников уважаемого магистра и стремится не допустить, чтобы я сгинул в лесу. Он велел нанять лучшего телохранителя, который тут только найдется. А деньги пойдут в качестве стимула для хорошего исполнения своих обязанностей.

Выслушав объяснения Джера, Элиот так разволновался при мысли, что сейчас выяснится истинное положение Ройса в рейтинге, что даже забыл ненадолго о небывалом расточительстве Никора. Ведь ему, первому магу империи, платят всего девяносто империалов в месяц!

Однако, как оказалось, придворный маг нервничал зря. К его удивлению, телохранитель промолчал, позволив своему будущему клиенту и дальше оставаться в счастливом неведении относительно реального положения дел. Естественно, сам Элиот не собирался вмешиваться и просвещать ученика. Вот если бы ему надо было, чтобы Джер вернулся из этой поездки…

— Так ты, получается, на хорошем счету у нашего императора? — усмехнулся Ройс, глядя на юного мага.

— Наверное, да, — смущенно кивнул Джер.

— Он действительно талантливый мальчик, плетение заклинаний схватывает буквально на лету, — расщедрился на похвалу магистр.

Почему бы не сделать человеку приятное перед смертью… Немногие решались ходить через лес Потерянных Душ, и мало кого из них потом видели живыми. По мнению Элиота, шанс вернуться из такого путешествия был только у хорошо сработавшихся групп из магов и отличных воинов. А как он понял из случайно вырвавшейся у наставника фразы, Ройс и по ровному полю без происшествий пройти не может.

Приятные для Джера мгновения были прерваны возвращением Арра с бумагой в одной руке и перевязью с мечом и арбалетом — в другой. На его мощном плече висела сумка с тощими боками, принадлежавшая Ройсу. Оружие и вещи гигант без слов отдал телохранителю, а договор протянул ученику мага.

— Заполни строчки, где надо указать ваши имена, срок найма и оплату, — буркнул наставник.

Джер понятливо кивнул, достал походную чернильницу и, попросив учителя подержать ее, принялся писать прямо на весу. Управился он довольно быстро, хотя при этом не мог похвастаться аккуратностью. Поставив в конце документа дату, подмастерье размашисто расписался, оставив на кончике выведенной линии небольшую кляксу.

— Аритон, твоя очередь, — сухо сказал Арр, ставший необычайно серьезным и сдержанным.

Пожалуй, Ройс впервые видел его таким: собранным, деловым и довольно вежливым. В общем, настоящим хладнокровным телохранителем.

Племянник командующего без возражений взял из рук Джера перо, обмакнул его в чернила и, уложив договор на левое запястье и пробежав глазами, подписал.

— Печать требуется? — уточнил Ройс.

— Печати есть только у аристократов, — прошипел Арр. — Давай сюда бумагу, я заверю ее как свидетель. Магистр, можно и вас попросить принять участие в небольшой формальности?

— Конечно, — охотно согласился Элиот, от которого требовалось окончательно закрепить заклинанием связь между своим учеником и его новым телохранителем.

Состоявшейся сделкой по найму, похоже, были довольны все, кроме Арра. Наставник терзался угрызениями совести из-за того, что от имени уважаемой организации, уже заработавшей великолепную репутацию, отдает клиенту заведомо плохого телохранителя, ни на что не способного. Но он не вправе возражать и вступать в спор. Если мальчишка, еще не освоивший всех премудростей своей профессии, уверен, что с помощью магии сам справится с опасностями, поджидающими в дороге, то пускай попробует. Желание клиента — закон. Это знают все, кто хоть как-то связан с торговлей и наймом. Арр подозревал, что после путешествия все равно некому будет предъявить им претензии лично. Хотя император не преминет высказать недовольство. Эх, как бы он сгоряча не принял решение о закрытии АТеРа…

«Чтоб тебя… Мерток, фаталист несчастный! — промелькнула в голове Арра весьма эмоциональная мысль. — Ты же лучше многих представляешь размеры возможной катастрофы, но даже не попытался вмешаться и предотвратить ее! И мне не позволил!»

Подув на чернила, и без того моментально высохшие, одноглазый наставник объявил с мрачным лицом:

— Договор заключен по всем правилам. Аритон, надеюсь, ты хорошо прочитал пункты со своими обязательствами. Не будешь их добросовестно исполнять — и тебя покарает магия, заверившая сделку. Джер, в случае… то есть, когда вы вернетесь, не забудь расплатиться. Договор теряет силу, едва вы ступите на улицы Сархейма, оказавшись внутри городских стен. Приятого путешествия и удачи.

Арр резко развернулся и пошел открывать ворота, у него окончательно испортилось настроение. Да и не знал он, как надо провожать смертников, которые сами не хотят видеть очевидного!

— Ройс, забирайся в седло на того рыжего жеребца, мы немедленно отправляемся в путь, — сказал Джер. — Магистр Элиот, вы нас проводите до восточных ворот?

— Нет, я старый человек и не могу долго трястись на лошади, — отказался тот. — Да и не хочу мешать молодежи знакомиться…

На самом деле опытный интриган намеревался оказаться как можно дальше от своего ученика, когда тот выяснит правду. Он желал избежать открытого конфликта, ведь был шанс, хоть и мизерный, что Джер вернется, справившись с заданием. Лучше не раскрываться раньше времени и как можно дольше оставаться для него умным, заботливым наставником.

Подмастерье не стал упорствовать. Хотя он мог бы напомнить учителю, что его частенько видели часами гарцующим на лошади в парке то с одной, то с другой придворной красоткой. Но магистр неисправим, пусть едет отсыпаться, если хочет.

Джер подождал, пока его телохранитель устроится в седле, и тронулся к воротам из АТеРа. Одноглазый наставник уже успел распахнуть обе створки и ждал их отъезда. Три лошади легко прошли рядом в образовавшийся проем и застучали копытами по мощеной улице, удаляясь. Магистр Элиот сразу же пошел в отрыв, торопясь обратно во дворец.

— Эй, Джер, совсем забыл! При приеме Ройса к нам директор просил не забыть предупредить нанимателя о нетрадиционной ориентации парня. Хотя, по-моему, глупости это все! — окликнув, преподнес Арр прощальный сюрприз.

Глава 7. НАЧАЛО СОВМЕСТНОГО ПУТЕШЕСТВИЯ.

До восточных ворот маг и его телохранитель добрались молча, лавируя между людьми, заполнившими улицы проснувшейся столицы. Обе лошади, привыкшие к шумному городу, проявляли чудеса ловкости. Они и без понукания знали, как им лучше огибать препятствия, с какой стороны. От всадников требовалось только держаться в седле и изредка уздечкой указывать необходимые повороты. Копыта звонко цокали, соприкасаясь с булыжниками, отшлифованными тысячами ног. Обоих парней ритмично подбрасывало в седле, кидало из стороны в сторону. Лошади то шли рядом, то выстраивались цепочкой, то вообще расходились, разделенные особо неповоротливыми горожанами, решившими пройтись по самой середке улицы. Разговаривать в таких условиях было возможно, но неудобно, так как частенько пришлось бы кричать.

Ройс ехал, наслаждаясь свободой. По эту сторону стены даже воздух казался особым, родным. Ситуация его полностью устраивала, так как неожиданный наем позволил вырваться из замкнутого мирка АТеРа намного раньше намеченного и, главное, без сознательного вмешательства императора в его судьбу. Пара месяцев путешествия — это не страшно, наоборот, увлекательно. Он немного развеется, отдохнет от столицы, самостоятельно поучится стрелять из выданного казенного арбалета… Ройсу очень хотелось избавиться от ночных кошмаров, но пока он не мог понять их причины. Парень не верил в божественное происхождение насылаемых снов. Вот если бы его покровительницей стала Терра Кровавая — тогда да, возможно. Но Дартис никогда не считался злым и жестоким богом, он в последнее время вообще не обращал внимания на людей. Покровитель мог бы являться во снах и доводить его наставлениями и ворчанием, но никак не устраивать кровавые представления, сопровождающиеся невыносимой физической болью. Мучить единственного служителя вообще глупо!

Ройс решил, что ближайший месяц вполне может посвятить тому, чтобы разобраться в собственных проблемах. Конечно, лучше было бы порыться в Королевской библиотеке — уж точно проще, — но и в дороге можно узнать немало, если постараться. Подмастерье магистра Элиота не станет помехой для поиска ответов. Во-первых, существует почтовая служба, вместе с курьерами которой он может выслать запрос. Как родственнику императора, хоть и дальнему, ему не откажут в информации, библиотекари найдут все, что у них есть. А во-вторых, поспрашивать людей, собрать слухи и народные предания тоже весьма полезно.

Сейчас племянника командующего не огорчил даже тот факт, что ему перед отъездом так и не выдали именной медальон, удостоверяющий принадлежность к цеху телохранителей, окончивших АТеР. Он обойдется и без этой железяки. Главное, что после первого найма, как бы рано он ни состоялся, по закону и по правилам Ассоциации уже никто не сможет отправить телохранителя доучиваться обратно. Лишь бы дядя Мариот не придумал что-нибудь новенькое и еще более каверзное…

Настроение у Джера было уже не столь радужное. Чем дальше он отъезжал от ворот АТеРа, тем больше сомневался в правильности выбора и волновался. В голове теснилось несколько десятков вопросов, которые ученик мага хотел бы задать своему новому попутчику, но пока не мог. Не выйдет ли ему боком такая поспешность? Может, стоило задержаться в Ассоциации чуть дольше и подойти к выбору основательнее, а не доверять слепо опыту магистра?

Единственное, о чем Джер предпочел бы не спрашивать, — это о нетрадиционных предпочтениях телохранителя. Наверное, будет лучше промолчать и не поднимать этот вопрос вовсе. Несколько лет проживания во дворце научили его не осуждать и не обсуждать чужие вкусы. Сообщение наставника АТеРа немного насторожило Джера, но не особо обеспокоило. Он не верил, что Ройс от нечего делать начнет приставать именно к нему. Во дворце у подмастерья никогда не возникало проблем при общении с подобными людьми. Для себя Джер решил, что было бы хуже, окажись телохранитель неисправимым бабником. Тогда в дороге точно возникла бы куча проблем.

Джер исподтишка, как ему казалось, бросал на Ройса изучающие взгляды, прикидывая, поладят ли они. На дружеские отношения ученик придворного мага уже не претендовал, нельзя требовать от судьбы слишком многого. Сейчас главное — не подвести императора и справиться с поставленной задачей.

В животе у Джера начало немного бурчать от голода, но он твердо решил, что перекусить лучше всего в полдень на первом привале, иначе его растрясет при полном желудке. Учитель вечно твердил, что воздержание от пищи телесной проясняет ум, помогая усваивать пищу духовную, обостряя внимание и улучшая память. При этом в голове Джера не укладывалась только одна мысль: как при такой философии магистр Элиот умудряется не только не худеть, а даже раздаваться в талии?

Возле восточных ворот, к счастью, не было очереди из желающих покинуть город, зато значительная толпа людей с повозками и лошадями ждала разрешения на въезд. Так сложилось, что в Сархейме впускали через одну створку, а выпускали — через другую, чтобы потоки не мешали друг другу. Большинство обитаемых земель, дружественных Ренийской империи, лежали именно на востоке за лесом Потерянных Душ. Там жили инкубы и суккубы, светлые эльфы, дриады и разнообразные оборотни, кланы которых образовали шесть самостоятельных и независимых стран со своими правителями. Ну и еще на юго-востоке существовал узкий проход в Гряде гномов, позволяющий пройти на территорию Тансора — владений вампиров. По суше Рения граничила также с подвластной ей Верданией (еще одним государством людей) — на северо-западе, враждебным Триитом — на западе и землями орков — чуть южнее. Где-то далеко за океаном, на другом материке чуть поменьше этого, устроились ледяные драконы. Пара больших островов на северо-востоке принадлежала темным эльфам. Когда-то давно они отмежевались от светлых и, объявив о своей независимости, перебрались за море. Зато на мелких островах, в изобилии усеивающих океан между двумя материками, образовались государства из смешанных рас.

Стража, охраняющая ворота, совсем не заинтересовалась магом (судя по мантии) и его спутником, никто даже документы не спросил. Едут себе два парня куда-то налегке — и пожалуйста. Это же не купцы с баулами, пытающиеся вывезти из столицы контрабанду, не уплатив пошлину. Рыться в личных вещах молодых людей — никакого интереса. К тому же маги обычно состоят на службе у всяких шишек и частенько носят с собой грамоты, согласно которым на них и взглянуть косо нельзя, не то нарвешься на проблемы. В последнее время даже студенты Академии магии идут у аристократов нарасхват. Мода, что поделать.

Мантия Джера, пусть и неброская, без богатой отделки, задравшаяся чуть ли не до талии, защищала хозяина от излишнего внимания не хуже доспехов. Стража ведь тоже была с понятием, соображала, что в роскошных одеяниях в дорогу отправляются только совсем неприспособленные люди вроде аристократов.

Джер и Ройс как раз выехали за стены и намеревались по краю дороги обогнуть толпу, ожидающую разрешения на въезд, когда им наперерез метнулся курьер почтовой службы. По своему положению в обществе он занимал более низкую ступеньку, но его конь чистокровностью и статью оказался намного лучше, чем клячи парней. Вороной красавец непреодолимой преградой встал на пути новоявленного телохранителя.

— Ала… — начал курьер хорошо поставленным голосом.

— Не так громко! Это мне? — перебил его Ройс.

— Да, господин, — выкрутился курьер, подавая молодому аристократу два запечатанных конверта, которые перед этим осторожно извлек из специальной сумы на поясе. Ему не составляло труда свободно держаться на лошади, не цепляясь руками за сбрую и луку седла. — Тут стоит одно ваше имя, а не два, как частенько бывало в этом месяце. На этот раз некий Крис в адресатах не значится.

— Хорошо, спасибо, — поблагодарил Ройс, пряча конверты в сумку, притороченную к седлу, подальше от любопытных глаз своего попутчика.

Курьер на мгновение склонил голову, а потом практически на месте развернул лошадь и с ошеломляющей скоростью скрылся в облаках пыли, удаляясь от города.

— Что такого срочного он доставил? — не выдержал Джер. Этот вопрос был отнюдь не самым важным из тех, что мучили его на улочках Сархейма.

— Любовные послания, — с усмешкой, не моргнув глазом, соврал Ройс. — Интересуетесь?

— Нет, что ты, — смутился Джер. Он уже и сам понял неуместность своего вопроса. — А почему ты обращаешься ко мне во множественном числе? Можно ведь проще и на «ты».

— Не буду спорить, Джер. Так действительно будет лучше и удобнее, — согласился Ройс. — Но только, извини, читать вслух свою личную корреспонденцию не хочу. Ты, конечно, теперь мой наниматель, но ведь не хозяин, наши отношения не отменяют свободу личности.

— Я ни на что и не претендовал, — уверил ученик мага. — Просто удивился, ведь услуги курьеров почтовой службы Рении весьма дороги и не каждому по карману. Даже аристократы предпочитают отправлять в качестве посыльного кого-то из слуг.

— С дороги, дартисовы охламоны! — прервал их беседу рассерженный голос кучера, восседающего на облучке богатой кареты, намеревающейся выехать из города.

За экипажем ехала многочисленная охрана в одинаковых черных камзолах. Очевидно, такой кавалькаде сложно пришлось на улицах города, ведь нигде в законах не значилось, что люди должны пропускать прогуливающихся аристократов. Специально никто не бросался под колеса, но и не разбегались при одном только виде кареты с гербом.

Ройс и Джер вроде и так стояли на обочине, но все равно съехали с дороги, чтобы ни с кем не связываться, и по травке поскакали прочь, взяв хороший темп. Снова стало не до разговоров. Соскучившийся по природе в стенах дворца ученик мага наслаждался простором и живописными пейзажами. Парк с четкой планировкой и экзотическими растениями был не в счет. Ройс же кинул взгляд на отрешенное лицо спутника, зацепил поводья за край седла и, направляя коня только коленями, потянулся к сумке за первым письмом. Проделав стандартную процедуру для опознания личности получателя, он вынул небольшой листок бумаги, сложенный вдвое, и принялся читать.

«Ройс, мне только что сообщили новость о твоем найме. Не знаю, то ли радоваться этому, то ли огорчаться. Сейчас, по моим сведениям, ты должен выехать из города и удаляться куда-то на восток. Если попадете в окрестности поместья рода Ровсхолов, будь другом, проясни для меня пару обстоятельств. А точнее: осмотри недавно найденное в овраге тело некоего алани Варда. Родственники предупреждены, тебя впустят в склеп даже среди ночи, если понадобится. Столичные сыскари стоят на ушах, однако не могут добиться разрешения, так как глава рода твердо заявил, что позволит провести осмотр только равному. Он дал слово, не думая, что кто-то из аристократов согласится на подобное. Жду твоих впечатлений. P. S. Ройс, Дартис тебя возьми! Возвращайся быстрее. Я уже по уши закопался в бумаги и начинаю тонуть. У меня голова идет кругом! Доступа к императору по-прежнему нет, придумать ничего не могу».

Под текстом в уголке листа скромно стояло имя Криса.

Новоявленный телохранитель разорвал письма на мельчайшие клочки, пустил их по ветру и потянулся ко второму конверту. На весу он приложил палец к печати и, лишь когда она испарилась, принялся доставать содержимое. Внутри оказался даже не лист, а так — клочок бумаги, но с ровными краями. Убористым почерком там было выведено с ошибками:

«У инкубав на границе с лесом наблюдаится странное шевиление. Вдоль дороги в полях вместе с крестьянами бегаит чуть ли не цельный полк в драных рубахах».

Отправитель не назвал себя, хотя это обстоятельство ничуть не озадачило Ройса. Он нахмурился, обдумывая смысл сообщения. Это ж выходит, что у инкубов что-то затевается, а он едет в самый эпицентр?! Не их ли с магом там, случаем, ждут? Надо бы расспросить Джера, зачем его понесло в Илас именно сейчас и не везет ли он чего чрезвычайно ценного. Обычную дипломатическую почту так не встречают! Как бы прогулка, во время которой хотелось просто отдохнуть и собрать информацию, не обернулась неприятностями.

До полудня оба парня были погружены в собственные мысли: обдумывание проблем и строительство планов. По бокам от них простирались поля, позади оставались небольшие, на пару десятков домов, деревеньки, где жили пахари и другие люди, присматривающие за ростом посевов и сбором урожая. Изредка попадались трактиры, одиноко стоящие прямо возле дороги. В одном из таких заведений Джер и решил пообедать, чтобы не расходовать зазря собранный слугами провиант. Копчения и сухари больше пригодятся в пустынных местах, вдали от человеческого жилья.

— Эй, Ройс, сворачивай к той деревянной хибаре, где на вывеске изображено нечто, напоминающее гуся, — встрепенулся ученик придворного мага, которого яркое пятно вывески вкупе с крепчающим чувством голода вывели из состояния задумчивости.

Племянник командующего не возражал, так как вообще сегодня не завтракал. Правда, денег у него с собой не было, даже самой захудалой монетки, но ведь для оплаты счета у него теперь есть наниматель… Так что Ройс покладисто приблизился к придорожной таверне и спешился. Он не стал снимать со спины рыжего жеребца меч и арбалет, выданные ему Арром, и передал поводья подбежавшему мальчишке лет двенадцати. Это не означало, что молодой человек совсем забыл про возложенные на него обязанности, просто он не ожидал найти здесь неприятности. По опыту посещения столичных таверн Ройс знал, что если ты не собираешься драться, то лучше выглядеть как можно более неприметным и безобидным. Те же наемники никогда не полезут задирать крестьянина или скромного горожанина — неинтересно, зато собрата по профессии или иного опасного на вид человека подостают с удовольствием.

Джер не захотел расстаться с сумкой, где лежали его личные вещи и драгоценный артефакт, а потому повесил ее себе на плечо. За содержимое седельных сумок он не волновался и спокойно позволил увести к навесу с коновязью своего мышастого жеребца. Так близко от столицы маг не ожидал нападения, однако предпочитал перестраховываться от воров. Сейчас он немного волновался по другому поводу: юноша в первый раз за всю свою недолгую жизнь собирался войти в столь сомнительное заведение. Живя с родителями, а потом во дворце, Джер не видел необходимости в одиночку искать неприятности в тавернах. Туда обычно ходят с друзьями, а у него не имелось компании, к которой он мог бы пристроиться. Во дворце он так и не обзавелся приятелями, а до этого был слишком юн и не помышлял о посиделках с кружечкой чего-то крепкого или о простой праздничной попойке.

Ученик мага оглянулся на Ройса, черпая уверенность в его присутствии за спиной, и толкнул дверь. Крепкое деревянное изделие не поддалось. Джер еще раз надавил ладонью возле ручки, а потом даже плечом навалился.

Сзади за его потугами с интересом наблюдал Ройс. Он проследил за тем, как маг-недоучка безуспешно попробовал помочь себе коленом.

— Кажется, закрыто, — с некоторым недоумением констатировал Джер.

— А ты на себя потяни, — невозмутимо посоветовал Ройс. Хотя разница в возрасте у них была небольшая, племянник командующего ощущал себя гораздо более взрослым и опытным, словно их разделяло десятилетие.

— Тут же на двери четко написано: «Ничего не тягать! Побью», — запротестовал ученик мага.

— Однако не уточнено, о чем идет речь, — с улыбкой заметил Ройс. — Простой народ пишет, как может. Подозреваю, что этим объявлением хозяин хотел запретить вынос посуды. Ты на тавернах еще и не такие надписи увидишь, привыкай. Чем дальше от столицы, тем неграмотнее и косноязычнее будет народ.

Джер что-то неразборчиво буркнул и последовал совету телохранителя. Дверь без скрипа открылась наружу, выпустив спертый воздух, наполненный запахами жаркого, пряностей и лампадного масла. Ученик мага сделал шаг вперед и остановился, давая глазам привыкнуть к полумраку, а затем осмотрелся.

Помещение оказалось небольшим и к тому же не пустовало. За столиком в углу возле дверей сидели двое пьянчужек с отекшими лицами и, несмотря на ранний час, разливали по кружкам что-то хмельное из бутыли немалых размеров. Возле самой стойки в дальнем конце таверны расположилась большая компания из шести человек. Предположительно, наемники. Недалеко от них обнаружились и наниматели: два солидных человека в добротной одежде, без излишних украшений. Они были заняты степенной беседой и неспешным поглощением пищи. И, судя по количеству заказанных блюд, объесться им все равно не грозило. С первого взгляда в них можно было узнать опытных купцов, привыкших странствовать в погоне за выгодой.

А вот посреди помещения устроились поистине необычные посетители: три женщины в брюках, свободных рубашках и кожаных жилетках. За левым плечом у каждой торчала рукоятка явно не игрушечного меча. Женщины отличались крепким телосложением, но на лицо были довольно миловидны. Их возраст колебался примерно от двадцати до двадцати пяти лет.

Джер во все глаза уставился на дам в невероятных вызывающих нарядах. В Ренийской империи брюки считались неприличной одеждой для женщины даже в пути, а эти еще и оружие на себя нацепили! Ни одна горожанка, не говоря уже об аристократке, не высунулась бы в таком виде из дома.

— Проходи, чего замер, — чуть подтолкнул мага Ройс.

В отличие от спутника, он ничему не удивлялся. Парень остался бы спокоен, даже если бы увидел здесь группу вампиров, обедающих средь бела дня. Он сам был зверски голоден, и другие чувства отошли на задний план, сделавшись несущественными.

— А куда лучше сесть? — спросил Джер, колеблясь между двумя свободными столами. Один был рядом с наемниками, а второй — где-то между выпивохами и вооруженными дамами.

— Какая разница, — чуть раздраженно сказал Ройс и первым двинулся занимать место. Он сел спиной к дамам, зато лицом к дверям.

Джер опустился на стул напротив и положил на столешницу свою сумку, прижав ее лямки локтем. Такое положение его вполне устроило, так как позволяло незаметно и не привлекая к себе внимания рассматривать необычных посетительниц таверны. Да и от наемников действительно лучше на всякий случай держаться подальше, хотя тут есть кому их приструнить.

Тем временем из-за стойки вышел полноватый мужчина средних лет и, прихрамывая, направился в их сторону, продолжая на ходу полировать поверхность кружки на удивление белым и новеньким полотенцем. Он не торопился и внимательно рассматривал Ройса и Джера, будто прикидывал их платежеспособность.

— Что будете заказывать? — поинтересовался мужчина, сосредоточившись на маге.

— Нам бы пообедать, но не слишком плотно, — ответил Джер.

— Могу предложить запеченную с луком рыбу, овощное рагу и пирожки. Жаркое, к сожалению, закончилось, — развел руками хозяин таверны.

— Несите, — согласился маг.

— И квас, чтобы все это запить, — вмешался Ройс. Он просто не вынесет, если спутник закажет ему молоко!

— Нету, — буркнул мужчина, недовольно зыркнув на парня. Что за неуместные желания? — Хотите эля или вина?

— Никакого хмеля, — запротестовал Джер. — Нам еще полдня на лошадях трястись.

— Ну… кисель есть, — неуверенно начал хозяин таверны.

Ройс сморщился и состроил такое мученическое выражение лица, что у его нанимателя полностью отпало желание настаивать.

— Тогда компот из сухофруктов, — предложил хозяин.

Джер торопливо кивнул, не дав телохранителю возможности выразить отношение и к этому напитку. Ученику мага не хотелось, чтобы его сочли капризным клиентом, перегибающим палку. Он вообще привык держаться как можно тише и незаметнее, чтобы не привлекать к себе внимания и держаться подальше от интриг. Дворец и личности, проживающие в нем, подавляли своим высокомерием. Там даже слуги обладали чрезмерной гордостью и имели свои понятия о достойном поведении.

Заказ принесли довольно быстро. Дородная женщина в летах опустила тяжелый поднос на стол и выставила несколько блюд, кружки и графин.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил Джер и аккуратно выложил на край столешницы один империал.

— Сдача идет на корм и воду вашим лошадям, — тут же сориентировалась разносчица, с живостью подхватывая золотую монетку.

Ройс знал, что это слишком щедрая плата, но вмешиваться и спорить не стал, ведь деньги-то, в конце концов, не его. Хотя будет худо, если им не хватит на обратную дорогу. Но он все же надеялся, что у парня, несколько лет прожившего во дворце, где процветает расчетливость, есть голова на плечах. Единственный служитель Дартиса без смущения подвинул к себе блюдо с рыбой и начал есть, для порядка иногда посматривая на входную дверь. За свой тыл он был спокоен: верданские амазонки никому не позволят напасть со спины на незнакомого человека, пусть и мужчину, не сделавшего им ничего плохого. Да и кому может понадобиться жизнь простого ученика придворного мага? Ройс, конечно, слышал про несчастные случаи, произошедшие с его предшественниками, только не считал это поводом для волнения. До леса Потерянных Душ жизнь его клиента вряд ли подвергнется опасности, так что пока у него есть время спокойно разобраться со своими проблемами, чтобы потом вплотную приступить к выполнению прямых обязанностей, предписанных контрактом.

Телохранитель следил за дверью, за пьянчужками неподалеку от стола, но совсем упустил из виду самого Джера. Для него стало полной неожиданностью, когда маг-недоучка резко подскочил с места и метнулся куда-то в сторону стойки.

— Позвольте вам помочь, юная леди. Этот поднос слишком тяжел для ваших хрупких ручек, — услышал Ройс голос нанимателя за спиной.

«Кому это он? Неужели пожилой дородной разносчице?» — удивленно подумал молодой аристократ, ничуть не обеспокоившись ситуацией. Но потом он отчетливо услышал звук удара.

Обернувшись, Ройс успел увидеть, как Джер, сбитый с ног оскорбившейся амазонкой, летит на пол. «Дурак, ой дурак…» — мысленно простонал телохранитель, но даже не сделал попытки подняться и помочь магу. Вместо этого он зачерпнул очередную ложку овощного рагу и невозмутимо отправил ее в рот. Парень решил ни во что не вмешиваться, если не возникнет крайняя необходимость. У него вообще отпуск после каждодневного изнуряющего махания мечом в АТеРе! Клиент жив, на него никто не нападает со злостными намерениями, а от синяков и шишек пусть сам спасается.

Амазонка тем временем спокойно перешагнула через ноги Джера и, легко держа громоздкий поднос одной рукой, с достоинством продолжила путь к своему столу. Несколько наемников проводили ее спину восхищенными взглядами, но, как и Ройс, даже не оторвались от еды. Понимали, что любой комментарий может быть плохо воспринят рассерженной женщиной.

Краем глаза телохранитель проследил за тем, как маг с недоуменным выражением лица поднялся с пола, потряс головой, стараясь прояснить мысли, и медленно двинулся на место.

— Почему ты не вмешался? — возмутился Джер. — Ты ведь должен был перехватить руку девушки, предотвратив удар. Это твоя обязанность!

— Вот если бы в руке был зажат нож, тогда да, — возразил Ройс, уплетая рагу. — А так, откуда я знаю, может, тебе просто подраться захотелось, чтобы снять напряжение.

— Подраться с девушкой?! Да за кого ты меня принимаешь? — обиделся маг. — Я ей просто помочь хотел, а она…

— Джер, — серьезно начал телохранитель, решив все объяснить на будущее, — у меня за спиной не просто девушки, а верданские амазонки! На границе с Триитом их подразделение сражается наравне с мужчинами, защищая империю от войсковых подразделений, прикидывающихся простыми бандитами для отвода глаз. Ты не мог придумать худшего оскорбления, чем назвать одну из них хрупкой! Ты хоть знаешь, что в Вердании матриархат?

Чуть порозовевший Джер утвердительно кивнул.

— Я просто не понял, кто они, — начал оправдываться он. — Вердания слишком далеко от столицы, а ее жительницы не любят бывать у нас. К тому же мы едем в противоположную от этого государства сторону!

— Суккубы, оборотни и вампиры тоже не ходят с табличкой, указывающей на их расовую принадлежность, — буркнул Ройс с набитым ртом.

— Хочешь сказать, что ты сам легко отличишь их от людей? — усомнился ученик придворного мага.

— Только вампиров — по излишней бледности, — честно сознался племянник командующего.

— Наверное, я тоже, — согласился Джер. — Ройс, пойдем отсюда.

— Ты же еще не поел, — заметил телохранитель.

— Мне что-то расхотелось, — сказал маг, которому казалось, что все присутствующие в таверне теперь шепотом обсуждают его промах и потешаются.

— Спокойно, до нас никому нет дела, — улыбнулся Ройс, стараясь приободрить Джера.

Он за последний месяц столько раз сам выставлял себя дураком, превозмогая внутренний протест, что сейчас прекрасно понял чувства ученика магистра Элиота. Только ему в свое время удирать было некуда…

Джер с сомнением осмотрелся вокруг и убедился, что телохранитель прав. Даже нечаянно оскорбленная им амазонка была слишком увлечена разговором с подругами на какую-то серьезную тему. Она хмурилась, на лице не отражалось и тени улыбки. Маг придвинул к себе поближе блюдо с рыбой, положил левую руку на драгоценную сумку и начал торопливо есть, однако сейчас его подгоняло не смущение, а голод.

Ройс, расправившийся со своей порцией, молча ждал, наслаждаясь моментом покоя.

Вообще-то Джер намеревался на ближайшем привале хорошенько расспросить телохранителя о его умениях, познакомиться поближе, обсудить маршрут, но теперь решил отложить все на вечер, когда придет время устраиваться на ночевку. Он не хотел задерживаться в этом месте и, едва доев последний пирожок и допив компот, поднялся из-за стола.

На улице все тот же малолетний пацан привел уезжающим клиентам лошадей. По внешнему виду жеребцов нельзя было сказать, отдохнули ли они, сыты ли, так как мышастый конь Джера и рыжий — Ройса и до этого выглядели меланхоличными и несли седоков без особого желания. Маг заново тщательно прикрепил свою сумку к седлу и, найдя в кармане мантии мелкую монетку, кинул ее мальчишке. Вроде он правильно понял, чего ждал конюх, топчась на одном месте, так как тот сразу скрылся. В ближайшее время разорение императорскому посланнику все равно не грозило. Тех денег, что выдал казначей по приказу Никора, вполне хватит, чтобы смотаться к инкубам два раза, ни в чем себе не отказывая.

Ройс и Джер взгромоздились в седла и медленно двинулись в путь, выезжая обратно на восточный тракт. Но скорость обусловливалась отнюдь не их желанием, а желанием коней, которым неохота было переставлять ноги быстрее. Две наглые скотины совершенно отказывались слушаться хозяев, сколько те не били их ногами по бокам. Наверное, кони все же плотно поели.

Буквально через несколько минут парни услышали за спиной приближающийся стук копыт. Кто-то явно их догонял, следуя в том же направлении. Джер, нервничая за двоих, так как, в отличие от спутника, знал истинную цель путешествия, обернулся и, приложив руку ко лбу козырьком, посмотрел назад.

— Кажется, там курьер почтовой службы, — доложил он.

— К тебе? — спросил Ройс с надеждой, как показалось магу.

— Не знаю. Может, он вообще хочет просто нас обогнать. Остановимся? — неуверенно предложил Джер.

— Если надо, то и так обгонит и перегонит, — лениво отказался телохранитель. — По сравнению с ним мы сейчас просто топчемся на месте!

Ройс оказался прав: мужчина в узнаваемой ярко-зеленой форме быстро приближался. Курьер легко обогнал мага с телохранителем по краю дороги, но в нескольких десятках метров впереди остановился, развернул коня и застыл в ожидании. Сомнений, кого он искал, больше не возникало.

— Ала… — начал он, едва расстояние сократилось.

— Приветствую, Алан, — тут же перебил Ройс, радуясь, что имя знакомого ему курьера удачно оказалось созвучным со словом «алани». Но в дальнейшем с этой вежливостью надо что-то делать, если он не хочет подставлять дядю. Нехорошо будет, если до единственного родственника дойдут слухи до того момента, когда они открыто поговорят и решат все недоразумения.

— Добрый день, — ответил мужчина в форме. Ему явно было приятно узнать, что молодой алани, постоянный клиент их почтового ведомства, помнит его имя.

— Мне письмо? — прямо спросил Ройс.

— Скорее бандероль. Но она сопровождается обширной запиской, — доложил курьер, доставая из огромного кожаного футляра, прикрепленного к поясу на животе, конверт с чуть примятыми углами.

Племянник командующего подъехал ближе, и ему на ладонь опустилось весьма увесистое послание от неизвестного пока лица. Насколько он знал, это был первый раз, когда в конверте его ожидала не только бумага.

— Всего доброго. Приятно иметь с вами дело, — сказал курьер, чуть склонив голову. А потом осторожно объехал Ройса и подстегнул лошадь, торопясь обратно в столицу или, быть может, в другой населенный пункт, где у него есть возможность оставить лошадь и воспользоваться алтарным камнем одного из богов.

Единственный ныне служитель Дартиса приложил палец к печати с изображением голубя, дождался, когда она испарится, и надорвал конверт, чуть прикрывая его от взглядов любопытного попутчика. Внутри оказался круглый диск на толстой цепочке. На одной его стороне в центре была выбита крупная цифра «27», по дугам сверху и снизу от нее шло имя «Ройсвен Аритон» и текущий год, а на другой красовались скрещенные мечи в обрамлении венка из листьев. Парень безошибочно понял, что перед ним именной знак телохранителя. Он неоднократно видел подобные на воинах, следовавших по пятам за самыми высокопоставленными чиновниками и родовитыми аристократами во дворце Никора. Диск служил не только для опознания, но и в качестве маячка при магическом поиске. С его помощью Ассоциация в случае нужды могла проследить путь пропавшего воспитанника, выслать подкрепление, если клиент важен для империи.

Ройс зажал свой именной знак в кулаке и вытряхнул из конверта сопроводительную записку, решив быть последовательным и не цеплять сразу на себя вещь, не лишенную магии.

«Просить тебя не опозорить символ нашей Ассоциации бесполезно, знаю, — сдержанно, мелким почерком писал наставник Лесток. — Просто сделай одолжение, постарайся, чтобы никто не узнал о твоей принадлежности к нашим рядам. Вполне в твоих силах вести себя скромнее и не рассказывать каждому встречному, что ты окончил АТеР. Директор Мерток настоял, чтобы мы, как полагается, изготовили для тебя именной знак, но знай: мы с Арром были против! Спрячь его под рубаху и ни в коем случае не носи в открытую!».

А ниже совершенно другим почерком была сделана не менее обширная приписка:

«Птенчик, узнаю, что ты вышел из леса Потерянных Душ, а твой клиент — нет, найду и лично исправлю это упущение. Лучше сам сразу закапывайся рядом! Лопату, к сожалению, выслать не могу, размер конверта не позволяет, но ты и носом всегда прекрасно мог пропахать землю. Уж как-нибудь… Возвращайся с нанимателем, дартисов придурок! Арр».

Дочитав, Ройс рассмеялся и надел диск прямо поверх рубахи. Пусть, пусть встречные телохранители легко опознают в нем собрата, он им и имя с удовольствием подскажет, и номер в рейтинге. Здорово, если его наставники будут получать известия и метаться, терзаемые плохими предчувствиями. Их Ассоциация попортила ему немало крови, он целый месяц терпел. Теперь настала их очередь! Ройс не давал согласия учиться целый год вместе с авантюристами, мечтающими разбогатеть за короткий срок, и преступниками, запертый, как в тюрьме. Его не спросили, хочет ли он кого-то охранять!

Подопечный Дартиса свернул записку в несколько раз и прибрал в сумку, решив сохранить на память. Будет что в старости перечитать, вспомнить молодость, если доживет до преклонных лет.

— Хорошие новости? — полюбопытствовал Джер.

— Можно и так сказать, — согласился Ройс. — Видишь, мне из Ассоциации знак прислали. Теперь буду носить его на шее не снимая.

— Ой, а я ведь забыл отдать тебе охранный амулет, — спохватился ученик мага. Он тут же полез в карман мантии и достал оттуда полотняной мешочек.

— Зачем мне амулет? — насторожился Ройс. — Это весьма дорогая вещь и к тому же редкая. Опытные маги в основном изготавливают их для личных нужд.

— Магистр Элиот оказал любезность и отдал мне парочку, — уклончиво объяснил Джер.

Интуиция Ройса вопила, что с этим путешествием что-то не так, но он отмахивался от тревожных мыслей. Да и поздно метаться, путей к отступлению нет. Раз подписал контракт, без которого его не выпустили бы из АТеРа, надо соблюдать условия. Ройс взял из рук нанимателя небольшой кулон на тонкой цепочке и нацепил на себя, спрятав под воротник. Будет глупостью отказываться от дополнительной защиты, ведь амулет должен облегчить ему выполнение обязанностей.

Пока он возился с застежкой, Джер успел удалиться на приличное расстояние, решив наверстать упущенное время. Пришлось Ройсу поторопиться, хотя он был настроен еще поговорить о том о сем. После еды в погожий весенний денек не хотелось резво двигаться. Только, к сожалению, сейчас командовал не он.

До самого вечера Ройс больше не услышал от спутника ни слова. В уши проникал только назойливый стук копыт и свист ветра. Телохранитель предоставил магу выбирать путь, ориентируясь на дорожные столбы на развилках, а сам ехал позади. Он легко держался в седле и не чувствовал усталости, ежедневные изнуряющие тренировки хорошо подготовили его к путешествию. А вот неожиданная выносливость Джера удивляла.

Дороги, по которым они двигались, были довольно оживленными. То и дело приходилось смещаться на край и пропускать повозки, телеги и кареты, даже целые караваны, стремящиеся к столице. Встречались и пешие люди в стоптанных башмаках и поношенной одежде. Гораздо реже Ройса и Джера обгоняли всадники на тонконогих породистых лошадях. К счастью, курьеры почтового ведомства телохранителя больше не тревожили. Местность была ему знакома, он за свою жизнь успел объехать все окрестности Сархейма в радиусе двухдневной доступности, хоть дядя и считал его домоседом. Парень надеялся, что Джер тоже знает, куда сворачивает…

Для первой ночевки вне стен столицы маг выбрал аккуратное двухэтажное здание в небольшом поселении, раскинувшемся неподалеку от восточного тракта. К нему вела неширокая, но ухоженная дорога, а прибитый к столбу указатель обещал низкие цены и вкусную еду.

Ройс не был склонен доверять этим надписям, ведь предприимчивые люди, вывесившие рекламу, наверняка высоко оценивают свои труды. Но он безропотно поехал вслед за магом. Ночевать все равно где-то надо, так почему бы не здесь? Солнце уже почти скрылось за горизонт, стало заметно прохладнее, да и лошади порядком устали. Не носиться же сломя голову по округе, ища, где дешевле, эдак и до утра можно не найти пристанища.

Парни спешились возле крыльца, сняли свои сумки и оружие и отдали лошадей пожилому конюху, пообещавшему «дорогим гостям» обо всем позаботиться. Внутри общий зал оказался абсолютно пуст, там находился лишь хозяин постоялого двора. Мужчина сидел возле стойки на трехногом табурете и занимался странным делом: большим острым ножом выстругивал деревянный кол длиной в пол-локтя. Судя по стружкам, разлетевшимся по полу, это было отнюдь не первое его изделие.

При скрипе двери хозяин кинул на вошедших быстрый изучающий взгляд и вновь сосредоточился на своем деле.

— Кхм-кхм, — нарочито откашлялся Джер, пытаясь привлечь к себе более пристальное внимание.

— Комнат нет, — равнодушно бросил мужчина, тщательно обтачивая кончик деревянного кругляша.

— Как это? — удивился ученик мага. — Даже в столице всегда, кроме ярмарочных дней, есть места.

— Наплыв посетителей. Чтоб их Дартис забрал с собой в неизвестность! — высказался хозяин. — Осталось как раз две свободные кровати в большой комнате на четверых, но вряд ли вы захотите провести там ночь.

— Это еще почему? — решил прояснить ситуацию Джер.

Он страшно устал, хоть и не показывал своей слабости. Помогала лишь выучка, так как магистр Элиот частенько гонял его целыми днями по разным поручениям, не давая присесть. К вечеру хотелось просто свалиться с ног! А учителю, как назло, именно грядущей ночью приспичивало тащить его на парапет башни рассматривать и изучать звезды! Джер сам иногда удивлялся, как он выдерживал и находил в себе силы изображать интерес. Но ему очень не хотелось, чтобы император разочаровался в своем выборе, парень стремился быть действительно достойным оказанной ему чести.

Хозяин постоялого двора тяжело вздохнул, оглянулся на лестницу и коротко пояснил ситуацию:

— Вампиры у меня. Ведут себя вежливо, клыки не демонстрируют, но кто знает, что у этих кровососов на уме.

— Ройс, похоже, придется искать другое место для ночлега, — огорченно сказал Джер.

— Да вы что! — всплеснул руками хозяин. — В округе больше нет ни одной гостиницы, ни к чему здесь столько подобных заведений. Чай, не столица у нас. А местные вас сегодня на постой не пустят даже за десять империалов. Вон, солнце уже почти зашло. Народ тоже знает о вампирах и просто не откроет дверь, а сквозь преграду свой цвет лица и зубы не предъявишь!

— Значит, решено, остаемся здесь, — твердо заявил Ройс. — Джер, ты ведь сможешь как-то незаметно поставить вокруг наших кроватей защитный полог?

— Ага, скажу, что закорючки на полу я просто для красоты рисую, вдохновение напало на ночь глядя, — язвительно отозвался ученик мага.

— А амулеты не помогут? — продолжил допытываться Ройс.

— Помогут, — ответил Джер, но, выдержав пару секунд, добавил: — Если у вампиров будут металлические клыки или они будут приближаться, готовя атакующее заклинание. Защита без сознательного управления не может срабатывать просто на живых существ, даже самых опасных. Обычно зубы оружием не считаются!

— Ну, значит, обойдемся без дополнительных мер безопасности, — пожал плечами Ройс. — Вампиры ничем не хуже многих людей. Вряд ли они решат накинуться на нас вот так, в открытую, посреди населенного места, это попахивает дипломатическим скандалом. Да и ходят же как-то купцы через их земли!

— Угу, — кивнул Джер, — только не говори, что ничего не слышал о так называемой «кровавой пошлине». За проход вампирам платят отнюдь не деньгами!

— Но заметь, купцов никто не кусает. Просто каждый без исключения должен проделать на руке небольшую ранку и выдавить в чашку буквально чайную ложку крови. Можно просто иголкой палец проткнуть! — попытался успокоить мага племянник командующего.

— Ройс, а ты сам-то сможешь уснуть при подобном соседстве? — поинтересовался Джер. — Давай хоть дежурство установим. Я понимаю, что один ты всю ночь бодрствовать не сможешь, ведь тебе потом весь день, как и мне, трястись в седле.

— Лучше выспимся, — отказался телохранитель. Прошлой ночью, мучимый очередным кошмаром, он совсем не отдохнул. — Не загрызут нас эти вампиры! Они не сумасшедшие. А от пары капель крови от нас не убудет. Ну представь, что в комнату просто залетела парочка комаров! Или рой…

— Но от них, как от комаров, свитком с заклинанием не отмахнешься, — трагически, с надломом в голосе сказал ученик мага.

— Так вы берете кровати или нет? — не выдержал долгих препирательств хозяин постоялого двора. Ему, конечно, было выгоднее взять на постой путников-людей, так как это уменьшает шансы на то, что кровососы заинтересуются им и его семьей. — Прошу недорого, всего пол-империала за двоих вместе с ужином, завтраком и кормом для лошадей.

— Берем, — неохотно согласился Джер, решив, что в случае явной угрозы для себя вполне может применить какое-нибудь заклинание. Должен же он проснуться, если вампир его укусит!

— Замечательно, — оживился хозяин и даже отложил в сторону нож и недоделанный кол из осины. — Может, все и обойдется, вампиры у меня тихие. Как сегодня до рассвета еще въехали, так до сих пор ни разу из комнат не высунулись. Спят, наверное.

— В тихом омуте русалки водятся, — пробормотал Ройс и осторожно стянул со стойки хозяина деревянный кругляш, который тот не успел еще должным образом заострить, лишь едва прошелся, сняв стружку на конце. С колом под подушкой он явно быстрее заснет и лучше выспится.

— Выбирайте любой стол, я сейчас ужин принесу, — любезно предложил мужчина.

Джер и Ройс не заставили себя упрашивать. Они сложили сумки и оружие на одну лавку, а сами пристроились на скамье напротив. Обычная сталь против вампиров ничем не поможет, так что они, понимая это, не цеплялись лихорадочно за рукояти мечей. Телохранитель больше надеялся на кусочек осины и Джера, а тот — на свою магию и… на Ройса.

Ужин им принесли буквально через несколько минут. Еда была простая, но обильная и хорошо сдобренная чесноком. В другое время парни, возможно, пожаловались бы на навязчивый вкус всех блюд, но не сегодня. Оба уплетали так, что только ложки сверкали в воздухе.

Хозяин постоялого двора, обслужив гостей, вернулся к стойке, поискал свой недоделанный кол, но не нашел. Учитывая, сколько он их настрогал за вечер, мужчина не расстроился. Он притащил откуда-то из кладовки мешочек с чесноком и деловито начал чистить зубчик за зубчиком. Что-то тут же съедал, что-то откладывал. Конечно, вампиры его пока не тронули, но страх перед опасной для всего человечества расой был слишком велик и напрочь заглушал доводы разума.

А телохранитель с нанимателем между тем приступили к более плотному знакомству. Каждый и так слишком долго копил в себе вопросы.

— Ройс, скажи, пожалуйста, я ведь не ошибся в выборе? Ты стоял с краю, возглавляя строй, и я решил, что ты первый. Это так? — путаясь в словах, с волнением спросил Джер.

Для племянника командующего настал очень сложный и щекотливый момент. Он не хотел жестоко огорчать юношу, доверившего ему свою жизнь, но, похоже, придется. Главное, помягче все преподнести.

— Да, я стоял с краю. Но, Джер, извини, у строя два конца! Первым у нас в АТеРе считался алани Кириано Сьерро, — ответил Ройс.

— То есть ты… — внезапно севшим голосом начал ученик мага и замолк, не желая озвучивать ужасную истину.

— Двадцать седьмой из двадцати семи, — спокойно признал телохранитель.

— Это катастрофа, — простонал Джер. — Нам не суждено дойти даже до середины леса Потерянных Душ!

— Да не переживай ты, — попытался подбодрить его Ройс. — Последний — это не всегда худший. Прорвемся!

— Неужели ты считался лучшим мечником Ассоциации? — недоверчиво, с язвительностью спросил ученик придворного мага, решив внести ясность.

— Нет, но это неважно. Может, до звания мастера я и не дотягиваю, но меч держать умею.

— Ага, когда он в ножнах, — горько усмехнулся Джер, не поверив. — Но подожди, возможно, у тебя есть другие таланты? Или, скажем, тебе активно помогает бог-покровитель?

— Это Дартис-то? — фыркнул Ройс. — Не смеши меня. Чем я лучше верховного жреца, дары которого каждый год так и остаются лежать на алтаре?

— Значит, ты хотя бы стреляешь хорошо, — обрадовался Джер. — Не зря тебе дали арбалет в дорогу!

— Ну да. В качестве дубинки очень пригодится, — буркнул Ройс, мрачнея. Он понимал, что в глазах нанимателя наверняка сейчас выглядит последним неудачником, но ничего сделать не мог. «Какое мне дело до его мнения, — попытался успокоить себя новоявленный телохранитель. — Через пару месяцев наши дорожки разойдутся, и он обо мне даже не вспомнит. Да и время расставит все по своим местам».

— Как же так? — простонал Джер. По бледности лица он, наверное, легко сейчас сошел бы за своего среди вампиров. — Неужели магистр Элиот ошибся, давая мне совет относительно выбора телохранителя?! Я должен вернуться в столицу! Я не смогу при таких условиях выполнить поручение императора. Вдвоем мы нидокуда не доберемся!

Громкость последних фраз заставила хозяина постоялого двора отвлечься и бросить взгляд на разошедшихся гостей.

— Да успокойся ты! — прикрикнул Ройс. — Все в порядке. А контракт со мной тебе уже не разорвать, бумаги подписаны и заверены магией.

— Ты просто подлец, — с горечью сказал ученик придворного мага.

— Ну да, я выкручивал тебе руки, заставляя ткнуть пальцем именно в меня! — не выдержав, огрызнулся в ответ Ройс.

Джер, хоть и был сильно расстроен, все же осознал, что недоучившийся телохранитель ни в чем не виноват. Он не напрашивался в попутчики, просто подписал договор, как и требовалось по правилам.

— Извини, — с тяжелым вздохом произнес ученик придворного мага. — Идем спать. А с утра на свежую голову я решу, как нам лучше поступить: вернуться в столицу или нанять отряд охраны.

— Подожди, я хотел задать несколько вопросов о нашем предполагаемом маршруте, — сказал Ройс.

— Завтра, все завтра, — устало пробормотал Джер.

Телохранитель, подумав, предпочел оставить эту тему и не настаивать — для нанимателя и так было многовато потрясений на сегодня. А вот с утра он позаботится о том, чтобы парень и думать забыл о возвращении в Сархейм. Это ничуть не приблизит Ройса к освобождению от договора о найме, не хочется зря метаться туда-сюда. Зато несколько хороших воинов действительно лишними в отряде не будут. Хоть Ройс и успокаивал Джера, но дать гарантию, что они дойдут до леса без происшествий, не мог.

Парни подхватили со скамьи свои вещи и направились к подножию лестницы. Если подумать, то ночевать здесь, в общем зале, еще опаснее, чем в комнате наверху. Ведь там их ждут всего два вампира, а сюда в любой момент могут спуститься абсолютно все кровососы, остановившиеся на постоялом дворе. Да и опять же, политика и перемирие между народами…

— Хозяин, показывай, где комната, — окликнул Ройс мужчину за стойкой.

— Сами не заблудитесь, — отозвался тот. — Третья дверь по коридору справа. Только тише, вампиров не перебудите.

— Пойдем, — сказал телохранитель Джеру, кладя руку на недоработанный кол, спрятанный под рубашку за поясом брюк. Пускать его в ход без крайней необходимости Ройс не собирался. В здании, полном вампиров, глупо было бы махать осиной в сторону одного, надеясь, что другие не вмешаются.

Глава 8. ВАМПИРЫ.

— Пирс, сколько можно ждать этих олухов? — с раздражением спросил своего сородича бледный, худой вампир, развалившийся на кровати в углу номера. — Что они там внизу делают столько времени? Помогают хозяину строгать эти дурацкие колья, думая, что мы вот так просто позволим проткнуть нас? Или чеснок чистят? Так это еще более идиотское занятие! И кто только придумал глупость, будто вампиры на дух его не переносят? Меня, конечно, мутит от запаха чеснока, но не настолько сильно, как они надеются.

— Да заткнись ты хоть на минутку, — простонал второй вампир с более приятными чертами лица, хоть и такой же худой.

Среди представителей их народа толстяки или просто упитанные особи вообще не встречались. Все уже приспособились потреблять только то количество крови, которое было необходимо для нормальной жизнедеятельности, не переусердствуя. Что бы там ни придумывали люди, но вампирам не нужна была война. Они хотели жить мирно и получать живительную влагу понемногу, однако регулярно и без особых хлопот. Кровь оборотней, эльфов и орков, к сожалению, не подходила. А вот гномья или инкубов — вполне.

— Пирс, но они действительно не укладываются в наши расчеты, — обиженным тоном заметил вампир, валяющийся на кровати. Он занимался довольно-таки странным делом: ножом внушительных размеров разделывал на дольки яблоко. — Да и сколько можно болтаться внизу? Эти двое должны были устать. Они точно останутся здесь? Не сбегут искать ночлег в другом месте? Может, стоило приехать чуть позже и застать их врасплох?

— Ты мешаешь мне прислушиваться, не идет ли кто, — прошипел Пирс, стоящий у входной двери. — Никуда они не денутся! Маг, обучающийся во дворце императора, и лучший телохранитель их Ассоциации не испугаются нас! Ну, может, нагло начертят в комнате охранный круг. Тогда делай вид, что ничего не замечаешь: смотри в другую сторону, спи, в конце-то концов! Главное, не провоцировать их на открытый конфликт.

— Что ты, Пирс, где люди будут круг-то чертить? Для этого надо хотя бы кровати от стены отодвинуть! А они, вон, чугунные, как минимум полтонны весят. Хозяин явно расстарался и заказал такие, чтобы никто не спер и мебель служила веками.

— Так сделай вид, что у тебя под их кровати закатилась монетка, и помоги! — рявкнул Пирс.

Он несколько раз глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Еще с утра этот метод помогал, а сейчас — уже не очень. Вот же выделили напарничка! У него хоть иногда рот закрывается?! Начальство посчитало, что простодушная болтовня этого остолопа успокоит людей, посланных императором Никором к инкубам, заставит расслабиться, почувствовать доверие… Но Пирс что-то очень сомневался. Лично его больше всего тянет повыбивать напарничку клыки. Еще немного, и он точно не откажется подержать его покрепче, пока люди будут вбивать кол!

— Пи-и-ирс, — опять протянул вампир с кровати после непродолжительного молчания.

— Ну что тебе?!

— А у них тут яблоки кислые и с червями!

— Да какого… ты вообще решил его съесть?!

— Заняться все равно нечем и в сон клонит, — вздохнул разговорчивый вампир, переворачиваясь на бок.

— Ну и спи, тебе ведь никто не запрещал.

— Но я пропущу появление гостей! А мне надо произвести на них благоприятное впечатление. Улыбнуться, там, поздороваться…

— Улыбаться ты будешь только через мой труп! — рыкнул Пирс. — Если люди увидят хоть край твоих клыков, я их тебе лично повыдергиваю! Уверяю, больше всего ты понравишься людям, если прикинешься спящим.

— Но это невежливо. А левый клык у меня и так шатается после того, как ты в обед попал по нему локтем. Ума не приложу, как можно было так махать руками?! И мало того что ты треснул меня по челюсти, так еще и обе ноги случайно умудрился оттоптать!

— Ага, случайно, — усмехнулся Пирс, уткнувшись лбом в дверь, чтобы напарник не увидел выражения его лица.

— Шеф, а не могли наши фигуранты свернуть в другую комнату? — поинтересовался лежащий вампир, пальцем щупая левый клык. Он явно не понимал, чем сородичу не понравились его зубы и почему ему нельзя изобразить вежливую улыбку.

— Угу, люди всегда мечтали провести ночь в обнимку с вампиром, деля одну узкую кровать на двоих, — язвительно отозвался Пирс. — Нам дали целый отряд как раз для того, чтобы исключить возможность ночевки курьеров где-либо еще! Наша встреча должна казаться случайностью!

— Ше-э-эф, — в очередной раз протянул напарник скучающим тоном.

Терпение Пирса иссякло после пребывания с этим болтуном в четырех стенах в течение пятнадцати часов, и он не выдержал. Прошипев ругательство, вампир стукнулся лбом об дверь, но легче не стало. По-прежнему невыносимо хотелось свернуть шею сородичу или выкинуть его из окна прямо через стекло. Пирс легонько боднул дверь еще раз и еще… В какой-то момент ему показалось, что стук отдается даже в ушах. Но мало ли что может почудиться после такого кошмарного дня… Он еще раз склонил лоб к двери, но та внезапно исчезла, и голова Пирса встретилась с костяшками кулака чьей-то руки. Больно не было, но вампир от неожиданности немного растерялся.

Пирс поднял лицо и уставился прямо в глаза очень бледного человека по другую сторону порога. Он даже заподозрил в парне толику вампирской крови.

— И-изви-ините, — заикаясь, пробормотал маг, поспешно отшатнувшись назад и убрав руку за спину, как будто кто-то мог ее откусить. Бедняга явно не ожидал, что, решив постучаться, заедет кулаком прямо вампиру в лоб.

— Ничего страшного, — стараясь успокоить гостей, улыбнулся Пирс во всю ширь, как привык это делать на родине. Про инструкции, которые сам только что давал напарнику, он в этой щекотливой ситуации позабыл.

Человек в мантии быстро сделал еще шаг назад и уперся спиной в противоположную стену узкого коридора, скупо освещенного масляными лампадами. Спутник мага тут же загородил его собой, из-под подола рубахи показался край деревянного кола. Но хоть нападать не стал, и то хорошо.

«Ох ты ж, какого Дартиса я творю?! — мысленно отчитал себя Пирс. — Дать бы себе по лбу… хотя… и так, вон, уже дали».

— Мы насчет свободных кроватей в вашей комнате, — подал голос русоволосый мужчина, который казался старше мага.

— Занимайте, пожалуйста, — прошипел Пирс, стараясь говорить, не показывая клыков. Получалось, правда, плохо. Он же не был чревовещателем!

Русоволосый телохранитель его стараний не оценил и напрягся еще больше, готовясь защищаться.

— Хозяин предупредил, что сдает нам только полкомнаты, — заверил Пирс, нагло приврав.

Владелец постоялого двора боялся и слово лишнее сказать, не то что оспаривать право вампиров жить одним в большом номере. Мужчина даже цену им не сказал, хотя должен был завести об этом речь, едва они ступили на порог.

— Мы точно не помешаем ни вам, ни вашему сородичу? — на всякий случай уточнил телохранитель, не торопясь входить.

— Нет, совсем нет. Я тут как раз ужинаю, — простодушно ляпнул с кровати напарник Пирса, почему-то забыв договорить, что под ужином подразумевает несколько яблок, стянутых по дороге сюда на рынке со срочно покинутого торговкой прилавка.

Человеческая еда для вампиров не несла никакой пользы, но и не была вредна. При желании они могли питаться чем угодно, хотя эти продукты совершенно не насыщали и не приглушали голод. Их можно было потреблять просто для разнообразия вкуса и развлечения.

Люди в коридоре как по команде сделали маленький шажок в сторону лестницы, готовясь уносить ноги. Не имея заговоренных мечей и болтов с серебряными наконечниками, связываться с вампирами весьма опасно. Применение магии требует времени на подготовку, а применение осинового кола — изрядной удачи, на которую можно, конечно, надеяться, но никак не рассчитывать с полной уверенностью.

— Мы сыты, честно, — поспешил исправить ситуацию Пирс. — И у нас с собой есть запас крови, которого хватит на целый месяц! А потом нам пришлют еще. Мы мирные путешественники.

— Да? И куда же вы направляетесь? — осмелился спросить маг с подозрительностью в голосе.

— Ребята из соседних номеров едут в Сархейм и его окрестности, — начал Пирс. Правда, не стал уточнять, что это разделение необходимо для подстраховки на случай, если лорд вампиров неверно вычислил курьеров с артефактом. — А я с приятелем хочу рискнуть прогуляться через лес Потерянных Душ. Недавно умудрился проспорить, что выберусь из него живым и невредимым. Вот теперь сижу здесь, рассчитывая найти наемников, которым тоже надо на восток. К сожалению, все очень неадекватно реагируют на предложение разделить с нами дорогу, а ведь в лесу действует всеобщий закон взаимопомощи…

Неудачно начав знакомство, Пирс теперь осторожничал, действовал намеками, пытаясь подвести людей к мысли самим предложить им ехать вместе. Он понимал, что его легенда звучит глупо и невероятно. Да и лорд вампиров, который разрабатывал план внедрения в компанию курьеров, тоже это осознавал, ведь представители их расы теперь редко удалялись от границы, тем более без серьезного повода. Но у них была надежда, что люди не станут придираться к словам, а просто примут их помощь в путешествии. Должны же они оценить очевидную выгоду! Пусть подозревают в них шпионов, пусть держатся настороже, главное — все равно будут рядом и на виду.

И Ройс, например, действительно склонен был согласиться продолжить дорогу в необычной компании. Он знал, что случаев нападения вампиров на людей уже давно не отмечалось, их боялись по старой памяти. Телохранитель понимал, что ситуация подозрительна и что-то тут не так, но, по его мнению, повода для беспокойства не было. Ну встретились им те, кого они меньше всего ожидали увидеть, ну попытались мягко напроситься в спутники, так не напали же и ведут себя очень сдержанно. Хотели бы убить и выпить всю кровь — устроили бы засаду. Ройс прикидывал, что явный интерес вампиров может быть как-то связан с дипломатией и с тем письмом, что везет к инкубам Джер. Но конверт в дороге уберечь гораздо легче, чем их жизни в лесу, а ведь там он в любой момент может вырубиться из-за ночного кошмара. Ройс, конечно, тоже испытывал иррациональный страх при виде белых клыков, торчащих из-под верхней губы бледных худощавых существ, но изо всех сил пытался бороться с эмоциями. По идее, вампиры ничуть не хуже тех же инкубов или оборотней и уж тем более держатся гораздо проще, нежели высокомерные светлые эльфы.

— Джер, — тихо обратился Ройс к ученику придворного мага, — они лучше, чем наемники, надежнее. Редкий воин-человек может сражаться с ними на равных.

Парень с удивлением посмотрел на телохранителя. «Лучше?! — читалось в его взгляде. — Это чем же?» Он явно не мог поверить, что Ройс серьезно предлагает ему провести несколько недель бок о бок с существами, для которых люди — это всего лишь сосуды с едой. Да и император предупреждал, что в дороге ни на кого нельзя полагаться. Ему же неизвестны истинные цели вампиров! В глупое пари как-то слабо верилось.

— Ладно, пойдем обсудим все в комнате, — сказал телохранитель, подтолкнув Джера прямо к дверному проему.

Вампир любезно отошел в сторону, давая людям пройти. Всем своим видом он демонстрировал дружелюбие и честные намерения.

Ройс все еще придерживал рукой не до конца заточенный кол, хотя понимал, что открытого нападения ждать не стоит. Вслед за магом он вошел в комнату и осмотрелся, насколько позволял царивший полумрак.

Помещение оказалось не слишком просторным — примерно шестая часть его спальни дома, в поместье. По четырем углам стояли массивные, но узкие кровати, застеленные темными, немаркими покрывалами. Точно определить цвет при столь скудном освещении аристократ не взялся бы. Кровати по правую сторону от входа явно были заняты вампирами, так как рядом лежали сумки, со спинок свисала какая-то одежда. Да и слабо видимая фигура на покрывале в правом углу говорила сама за себя. Шторы на единственном окне были раздвинуты до упора, впуская свет первых звезд. Вровень с подоконником блестела столешница, нагруженная единственной стеклянной бутылкой. Что там внутри, Ройс и гадать не хотел.

Внезапно его ослепила яркая вспышка света. Источник оказался где-то впереди, недалеко от лица.

— Чтоб тебе пусто было, Дартис! — непроизвольно ругнулся телохранитель, рывком уходя с места в сторону и нащупывая кол.

Он с удивлением услышал, что где-то сбоку его фразу продублировали на языке вампиров, причем дважды и на разные голоса. Нападения так и не последовало.

— Чего это вы все так странно дергаетесь? — недоуменно спросил Джер. — И зачем сразу падать с кровати? Я всего лишь создал шар света, чтобы не запнуться. Он вполне безопасен для всех, в том числе и для вампиров.

Ройсу захотелось самому придушить нанимателя, никому не уступая подобную честь. Вот уж устроил сюрприз! И ведь не скажешь, что приятный, лучше было и дальше пребывать в полумраке.

Вампиры тоже не выглядели довольными. Они оба молчали, но на бледных лицах ясно читалось, как много им хотелось бы озвучить. И телохранитель был уверен, что цензурными в их речи могли оказаться только предлоги. Очевидно, вампиры тоже опасались нападения, так как за мгновения временной слепоты успели сместиться. Тот, который впустил их в комнату, сейчас прижимался к стенке между кроватями справа. Его сородич вообще поднимался с пола, куда вынужден был упасть, уходя с линии возможной магической атаки. Он машинально потирал отбитый бок.

— Правда же со светом лучше? — неуверенно спросил Джер, ощущая разлившееся в воздухе напряжение. До него с запозданием дошло, что он сам чуть не спровоцировал конфликт. Маг ощутил, как сердце в груди забилось в удвоенном ритме.

Ни вампиры, ни телохранитель ничего не ответили.

Телохранитель боялся, что не ограничится простым согласием. Давая себе время успокоиться, он осторожно отодвинул Джера с прохода и проследовал к пустой койке возле окна. Ройс сгрузил выданные ему меч и арбалет прямо на край столешницы, а сумки бросил на покрывало, оказавшееся темно-серым с тонкими коричневыми полосками.

— Давайте познакомимся? — предложил он и, не дожидаясь реакции вампиров, представил себя и ученика придворного мага.

Один из обитателей комнаты тоже назвал себя. Но сородич Пирса почему-то промолчал, хотя, вполне возможно, он до сих пор просто не доверял своему голосу.

Стараясь разрядить обстановку, Ройс начал многословно жаловаться на усталость, изрядно преувеличивая. В этот момент парня мало заботило, что наниматель может принять все за чистую монету и счесть его слабаком. Главное, пустая болтовня сделала свое дело — вампиры начали расслабляться и даже присели на краешки кроватей.

— Джер, устраивайся уже, не торчи столбом посреди комнаты, — через некоторое время буркнул Ройс.

Маг с удивлением увидел, как телохранитель растянулся на покрывале и несколько раз подпрыгнул, пробуя мягкость матраса. Он искренне недоумевал, как Ройсу удается так беззаботно себя вести в подобной ситуации. Самому Джеру отчаянно не хватало хладнокровия. Несмотря на хороший уровень магической подготовки, парень чувствовал себя неуютно. Ему недоставало жизненного опыта и привычки сталкиваться с опасностью, отражая угрозу. Наверное, император был прав — путешествие пойдет на пользу и многому его научит. А то ведь Джер привык создавать защитные и атакующие заклинания, не торопясь, стоя в безопасном месте, где условными врагами являлись всего лишь деревья, столбы, чучела, фантомы, мебель, от которых не стоило ждать сопротивления.

Сейчас, стоя посреди мрачного номера постоялого двора, он четко осознал, что не подготовлен к работе боевого мага. Учитель дал ему теорию, но этого мало. Может, и достаточно для обычного городского мага, занимающегося наложением охранных чар на дома и ограды, созданием мелких амулетов, выполнением прихотей аристократов и устройством праздничных салютов, но ведь его готовили как всестороннего универсала!

Джер аккуратно поставил свою сумку между подушкой и стеной, опустил короткий меч на пол возле кровати и сел с задумчивым видом. Этим вечером решалась его судьба. Сейчас от его выбора зависела вся дальнейшая жизнь. Что будет, если завтра ученик мага вернется в Сархейм за дополнительной охраной: навлечет ли он на себя гнев императора или, наоборот, заслужит похвалу за благоразумие? А если согласится на компанию вампиров, которые могут оказаться шпионами или охотниками за драгоценным артефактом? Ученик придворного мага не должен допустить ошибки, это будет крахом не только для него, но и для Ренийской империи. Больше всего Джер опасался вампиров, так как у них хранилась вторая часть артефакта.

Очень некстати ученику придворного мага вспомнилась народная мудрость, гласящая, что врагов лучше держать поближе к себе, не выпуская из поля зрения.

— У меня есть предложение, — подал голос Джер.

Он не заметил, как напряглись вампиры, ожидая решения, зато уловил явную заинтересованность своего телохранителя.

— Давайте до леса каждый доберется сам в удобном темпе, а там встретимся и поедем вместе? Можно сейчас назначить время и место, где мы будем ждать друг друга, — высказал мысль ученик придворного мага.

— К чему такие сложности? — делано удивился Пирс. — Мы тоже вполне можем ехать днем при свете солнца. Да, это не доставит нам особого удовольствия, но и вреда не причинит. А иначе как бы мы, по-вашему, выжили на юге, куда нас вытеснили много лет назад во время последней войны?

Под грузом полученной информации Джер немного растерялся. В империи почему-то считалось, что солнце губительно для вампиров. Не похожи они на любителей позагорать. Вон лица какие белые. Из вежливости купцы даже планировали свои поездки так, чтобы приближаться к границе с вампирами ближе к ночи. Вот кровопийцы, наверное, ругаются, когда их в очередной раз вытаскивают из постелей…

— Извините, но нам необходимо по дороге заехать еще в несколько мест, — пришел на помощь магу Ройс, которому только что пришла в голову новая идея. — Нас ждут в гости, и, боюсь, посторонние могут оказаться лишними.

Джер облегченно перевел дыхание. Теперь точно никто не станет напрашиваться! Он готов терпеть неприятное соседство в лесу, где никто не вправе нарушить перемирие, но на территории империи предпочитает путешествовать без сомнительной компании.

— А к кому вы едете, если не секрет? — подозрительно прищурился Пирс. У вампира было такое ощущение, что их пытаются надурить. Какие могут быть светские визиты с драгоценным артефактом в руках?!

Ученик придворного мага растерянно моргнул. Он не знал ни одного имени, чтобы удовлетворить любопытство наглого собеседника. К кому он может ехать?

— Нам надо попасть в поместье Ровсхолов, — снова вмешался Ройс. Он решил воспользоваться ситуацией, чтобы избавить нанимателя от неловкого положения, в котором тот оказался, и заодно выполнить просьбу своего друга Криса. — Там недавно случилось страшное несчастье, и мы должны передать соболезнования главе рода.

Пирс нахмурился. Он был не в курсе здешних дел и не мог сразу определить, насколько люди с ним честны. Однако информацию совсем несложно проверить. Он кинул строгий и выразительный взгляд на напарника, и тот неохотно поднялся, извинился и вышел якобы по нужде. На самом деле сородич должен был связаться с начальством и попросить разузнать о роде Ровсхолов.

Сейчас напарник был до странности молчалив и этим ставил Пирса в тупик. Куда делось его невыносимое красноречие? Кто из них должен бы их пытаться сблизиться с людьми, в конце-то концов?! Пирса немного бесило, что ему приходится работать за двоих, вылезая из кожи вон, чтобы завоевать хоть толику доверия настороженных ренийцев. Или сородич горазд доводить пустой легкомысленной болтовней только своих?

Джер тоже кидал на Ройса долгие вопросительные взгляды, которые телохранитель при всем своем желании не мог расшифровать. Откуда ему было знать, что маг хотел выяснить, где именно находится названное поместье и не слишком ли они отклонятся от пути, если для достоверности направятся на земли Ровсхолов? Собственно говоря, племянник командующего и сам не представлял без карты, где находится искомый объект.

В комнате установилась напряженная тишина. Никто из присутствующих не доверял даже собственной тени, у каждого были свои секреты и свой повод для нервов. Ройс волновался, что, выясняя отношения с вампирами, опять не выспится. Более крупных проблем на данный момент он не видел. Джеру очень хотелось наплевать на вежливость и нагло начертить вокруг своей кровати защитное кольцо. Он переживал, что его решение продолжить путь с телохранителем, занимающим двадцать седьмое место в рейтинге АТеРа, может быть ошибочным. И действительно ли вампиры помогут пересечь лес? Пирс, в свою очередь, нервничал, осознавая, что не справляется с заданием начальства. Ему не удалось установить приятельские отношения с фигурантами, он едва-едва сумел набиться в сопровождающие на самом опасном участке пути!

Ройс умудрился задремать, когда в комнату вернулся второй вампир, поэтому парень не заметил молчаливого обмена информацией между сородичами. Один вопросительно приподнял брови, второй кивнул, что-то подтверждая.

Пирс сразу заулыбался и, глядя на мага, предложил:

— Может, пока никто никуда не торопится, выберем место встречи? У меня и карта с собой есть.

— Ройс, — позвал Джер, не желая при обсуждении оставаться в одиночестве. Эдак его могут обвести вокруг пальца, а он и не заметит. — Иди сюда, будем смотреть маршрут.

— Мне все равно, — пробормотал телохранитель, не открывая глаз. — Я всего лишь должен следовать за тобой.

При этом Ройс нащупал край одеяла и накинул его на себя. Утомленный тренировками и кошмарными видениями, не дающими как следует выспаться, парень не удосужился даже расстелить постель и снять с себя рубашку. Он обеспечил посещение поместья Ровсхолов, это главное, а остальное его действительно не волновало. Пусть Джер сам выбирает любой маршрут и договаривается с вампирами о времени. Он все равно не знает, сколько дней маг способен двигаться в том же темпе, что и сегодня.

Через лес Потерянных Душ, тянущийся на многие километры, пролегает всего три дороги, берущие начало возле трех крупных торговых городов в Рении. Хотя, конечно, гордым словом «дороги» их можно назвать с большой натяжкой. В реальности это были чуть ли не тропинки, по которым с трудом могла протиснуться телега. Но лучше уж узкая полоска едва притоптанной земли, чем перспектива продираться через чащобу в любом другом месте.

Дороги располагались кучно, на расстоянии всего в четыре-семь дней пути одна от другой. Их называли просто: Левая, Правая и Центральная. Выбор зависел в основном от личных предчувствий и желаний того, кто собирался на восток, из-за суеверий никто не пользовался просто ближайшей, все чего-то выгадывали. Многие верили, что крайняя к ним дорога принесет смерть, а вот если они не поленятся и дойдут до дальней, то путешествие будет легким. Но подтвердить это и возвести в ранг закономерности либо опровергнуть никто так и не смог. Наверное, все зависело от удачи. Кто-то пересек лес десятки раз, оставшись целым и невредимым, а кто-то не одолел и путь в один конец… Причина исчезновения последних оставалась полнейшей загадкой, разгадать которую с каждым годом находилось все меньше желающих. Счастливо проделавшие путь через лес рассказывали только о мелких опасностях, с которыми оказалось легко справиться.

Однако наибольшей популярностью пользовалась Центральная дорога. Считалось, что на ней караваны пропадают реже. Только вот Джер не видел отчетов статистики с конкретными цифрами, а потому не торопился принимать слухи на веру. За день пути он так и не определился, к какому городу и к какой дороге надо ехать. Он успокаивал себя мыслью, что до развилки можно еще подумать.

На карте, выложенной вампиром на покрывало одной из коек, Джер в первую очередь попытался найти поместье Ровсхолов. Однако при этом он старался не упускать из виду своих возможных попутчиков. Маг опустил шар света пониже, но сам не сильно наклонялся, предпочитая щуриться на надписи, чтобы успеть заметить любое движение соседей. Вампиры, словно понимая его опасения, отступили и держались на расстоянии, давая спокойно принять решение.

Поместье оказалось совсем недалеко от поселка, где они сейчас ночевали, и лежало почти на пути к нужной развилке. То есть им с телохранителем не составит труда посетить это место для отвода глаз.

Чувствуя нервозность из-за отсутствия как моральной, так и физической поддержки со стороны Ройса, Джер еще раз скосил глаза на мертвенно бледные лица и обманчиво хрупкие фигуры существ, о которых немало слышал. И пусть байки о светящихся в темноте ярко-алых глазах оказались ложью, но ученик придворного мага никак не мог поверить в безобидность кровопийц. Теперь он снова задумался над тем, что будет верхом глупости указывать возможным врагам лучшее место для засады вдали от города. Совершенно неожиданно Джер решил пустить вампиров по ложному следу. Пожалуй, он назовет им место и время встречи, но сам войдет в лес раньше и по другой дороге. И пусть, по мнению Ройса, он поступит глупо, зато на душе будет спокойнее. А наемников можно найти непосредственно в одном из трех торговых городов: Тесельхоре, Кернаке или Армитаре.

— Где назначим встречу? — спросил Пирс, не выдержав слишком долгого ожидания. Маг стоит над картой с таким видом, словно рассматривает впервые в жизни! Как будто и не планировал дорогу загодя!

— Давайте ровно через пять недель встретимся в Армитаре на постоялом дворе, который будет ближе всего расположен к восточным воротам, — предложил Джер. Он назвал самый дальний город, возле которого начиналась Левая дорога.

— А зачем так далеко идти? — удивился Пирс. — Правая дорога вроде ничем не хуже.

— У меня предчувствие, — потупив взгляд, чтобы не выдать себя, соврал юный маг.

— Тогда ладно, — согласился Пирс. Его, правда, смутил названный срок, но он не стал требовать пересмотра. Может, люди планируют немного погостить в поместье Ровсхолов и дождаться там кого-то еще или просто не в состоянии двигаться быстрее.

— Я, пожалуй, ложусь спать, — сообщил Джер, чувствуя страшную усталость, и двинулся к своей кровати, стараясь не поворачиваться к вампирам спиной. Он отвлекся только один раз — чтобы бросить раздраженный взгляд на Ройса. Хорош телохранитель, нечего сказать! Оставил его наедине с опасностью, а сам без зазрения совести спокойно дрыхнет!

Джер разобрал постель, не раздеваясь, как и Ройс, улегся на латаную, застиранную простыню, которую лишь условно можно было назвать белой, и закутался в одеяло по самый подбородок. Для надежности, чтобы никто не смог подобраться к его шее, подоткнул уголки под плечи. Развеяв шар света, он напряженно, с замиранием сердца уставился во тьму. До его слуха, обострившегося, как никогда, донеслось шебуршание одеяла на кровати напротив. Чуть повернув голову, Джер с удивлением рассмотрел, что вампиры, похоже, тоже собираются спать.

— Добрых снов, — как будто издеваясь, тихо пожелал Пирс.

Рядом с ними?! В темноте?! Да такое просто невозможно!

Джер некоторое время лежал во мраке ночи с закрытыми глазами, чутко вслушиваясь. С соседних кроватей довольно быстро стало доноситься размеренное дыхание Пирса и тихое сопение его сородича. Но парень не мог понять, действительно ли они спят или притворяются. Понимая, что надо хорошо отдохнуть перед дорогой, Джер постарался успокоиться. Однако в подсознании все равно засела, как заноза, мысль об опасности. Всю ночь юный маг мучился, ворочаясь, то проваливаясь в сон, то резко приходя в себя под бешеный стук сердца. Рассвет он встретил с накатившей обидой на весь мир. Ну почему вампиров совсем не волнует соседство с магом?! Почему только он испытывает дискомфорт и беспокойство?!

Ройс проснулся сам, но не от шума и не от ощущения грозящей опасности, а потому что наконец-то выспался. И мышцы впервые за этот месяц болели не так остро, не чувствовалось скованности в теле. Парень открыл глаза и обнаружил, что комната едва озарилась первыми робкими лучами весеннего солнца. Свет небольшими бликами играл на оружии, сложенном на столе, и вовсю изобличал скопление пыли на давно не мытом полу. Да-а, ночью комната выглядела приличнее…

Телохранитель бодро вскочил на ноги и увидел, что ученик придворного мага как раз выпутывается из одеяла, немыслимым коконом обернувшегося вокруг его тела. Лицо у Джера было помятое, осунувшееся и раздраженное. Но Ройс не нанимался потакать перепадам настроения клиента, а потому и не подумал согнать с губ непроизвольную улыбку. Как оказалось, человеку для счастья может потребоваться сущая «мелочь» — всего лишь ночь без реалистичных кошмаров, без раздирающей боли и ожидания близкой смерти. Даже если бы Ройс обнаружил сейчас ранку от укуса — да хоть две, — не расстроился бы и не испугался. Не разбудили при этом, не убили — и ладно. Каждый выживает, как может.

— Доброе утро, — не слишком громко сказал Ройс, чтобы не побеспокоить Пирса и его сородича, имени которого так и не услышал.

Парень осторожничал, понижая голос, но отнюдь не из страха. Вампиры при свете солнца вообще выглядели не так чужеродно и таинственно. Их на первый и не слишком внимательный взгляд можно было принять за обычных людей, только бледноватых и изможденных. Ройс просто находился в хорошем настроении и не желал никому портить удовольствие от блаженной утренней неги, особенно если соседям по комнате нет необходимости подниматься в такую рань.

В ответ на пожелание телохранителя Джер буркнул что-то неразборчивое про всеобщий заговор и несправедливое устройство мира.

Ройс так и не понял, к чему это было сказано, но уточнять не стал. Он небрежно поправил покрывало, подхватил сумку и оружие и пружинящей походкой двинулся к дверям.

— Я умываться, догоняй, — сообщил Ройс и неожиданно стал свидетелем небывалой прыти.

Весьма сонный и медлительный до этого Джер моментально сунул ноги в ботинки, нацепил на плечо лямку сумки, поднял с пола меч и вылетел вперед него! Телохранитель еле успел подставить руку, чтобы закрывающаяся дверь не врезала ему по лбу. Причина поспешности клиента осталась неясна. Ройсу и в голову не пришло, что после ночи, проведенной в одной комнате с кровопийцами, их можно бояться поутру.

— До встречи в Армитаре, — раздался ему вслед голос Пирса.

Ройс догнал ученика придворного мага только на лестнице и сразу же решил уточнить:

— Я правильно понял, мы действительно пойдем к Правой дороге?

— Да, так надо, — не сказал правды Джер, опасаясь лишних ушей. — Это не обсуждается! Ты же сам ворчал, что должен всего лишь сопровождать меня, а не прокладывать маршрут.

Телохранитель припомнил нечто подобное, произнесенное вчера под влиянием усталости, и молча проглотил отповедь. Ну прогуляется чуть дальше — пожалуйста, без проблем. Кратчайший маршрут не всегда самый быстрый.

Ройс и Джер умылись во дворе, съели легкий, но сытный завтрак и пустились в дальнейший путь.

Лошади как будто почувствовали, с кем пришлось столкнуться их хозяевам, учли желание мага убраться подальше от постоялого двора и двигались довольно резво, местами без понукания переходя в галоп. Телохранитель, несмотря на тряску, пытался что-то насвистывать, хотя ужасно фальшивил. Маг был угрюм и одним своим видом отбивал желание к общению.

В последующие четыре дня Джер разговорчивее не стал, обходясь только самыми необходимыми фразами. Впрочем, телохранитель и не пытался лезть ему в душу, расспрашивать о жизни, о знакомых. Зато с каждым встречным Ройс старался завести речь о Дартисе. Однако, как оказалось, народ в округе знал об этом боге не намного больше, чем аристократ. Крестьяне, купцы и их охрана, а также наемники-одиночки лишь пожимали плечами, им и дела не было до чужого покровителя. Воины тут же переходили к обсуждению достоинств Мергатока, торговцы жаловались на рост популярности Фехаты Коварной, из-за чего на рынках приходилось держать ухо востро… Дартис никого не интересовал. Люди привыкли во всем искать выгоду, а бог меткости ни в чем не мог быть полезен.

Но Ройс не отчаивался. Он был ужасно рад уже тому, что на удивление спокойно и без кошмаров спал на постоялых дворах, где им приходилось останавливаться. Хотя за все эти дни ему, к сожалению, ни разу не удалось потренироваться в стрельбе из арбалета: мешали то усталость, то темнота, то спешка и нехватка времени. Маг двигался к лесу уж очень целеустремленно, не давая передышки. Ройса пока все устраивало. Он наслаждался воздухом, наполненным ароматами весны, любовался пейзажами и отдыхал душой вдали от столичных интриг и лицемерия.

А к вечеру пятого дня путешественники наконец добрались до поместья Ровсхолов. На горизонте за чертой распаханных полей появился силуэт небольшого замка, немного смахивающего на крепость. На фоне синевы неба хорошо различались зубцы высоких стен и остроконечные надвратные башни с амбразурами. Проживающие здесь аристократы как будто готовились отражать атаки чьих-то войск. Джер даже засомневался, пустят ли их хотя бы на порог. Нет, он, конечно, не последняя фигура в столичной иерархии, но ведь и не придворный маг! Снизойдут ли хозяева поместья до того, чтобы оказать гостеприимство какому-то подмастерью? По правде говоря, ему ведь и сказать главе рода Ровсхолов нечего, поручения относительно здешних аристократов Джеру никто не давал. Можно только надеяться на снисходительность незнакомых алани и на желание узнать последние новости из Сархейма.

По мере того как миниатюрная крепость становилась все ближе, ученик придворного мага ехал все медленнее, пребывая в сомнениях. Однако деваться было некуда. Четко очерченный темно-оранжевый, уже не такой яркий, как днем, диск солнца должен был вот-вот скрыться за горизонтом. Они просто не успеют до темноты добраться до какого-нибудь населенного пункта, где есть постоялый двор. Не в поле же им ночевать! А брести вслепую, не зная дорог, рискуя свалиться в не замеченный вовремя овраг, просто глупо. Да и лошади устали и запросто могут переломать ноги. Если они просто заблудятся, избежав травм, это уже будет везением.

В отличие от Джера, Ройс не переживал, гадая, пустят их в поместье или нет. Телохранитель точно знал, что, стоит ему шепнуть свое имя, как перед ним откроются любые двери. И дело даже не в дальнем родстве с императором, просто ни один алани не посмеет отказать в гостеприимстве равному, если перед ним, конечно, не кровный враг. Да и статус Джера как императорского посланника тоже должен сыграть свою роль.

Недалеко от ворот Ройс обогнал нанимателя и еще подстегнул коня, чтобы добраться первым.

— Я пока постучусь! — крикнул он Джеру.

Маг с облегчением уступил инициативу телохранителю. Пусть он объясняется с охраной, авось легче найдет с воинами общий язык.

Перед самой створкой Ройс спешился и, зажав поводья в левой руке, правой с силой постучал по окошечку, закрытому изнутри деревянным щитом. Моментального ответа, на какой он рассчитывал, не последовало. А потому телохранитель, торопясь разобраться до приближения мага, без зазрения совести несколько раз ощутимо пнул калитку. Громадные ворота сотряслись, откуда-то сверху с возмущенным карканьем сорвалась ворона и устремилась прочь. Бесспорно, Ройс сделал все возможное, чтобы привлечь внимание охраны.

— Кто там на ночь глядя? — вежливо поинтересовались изнутри. Воины местного гарнизона оказались людьми дальновидными и не спешили грубить неизвестным лицам.

С тихим стуком открылось окошко калитки, и в нем, предусмотрительно соблюдая дистанцию, мелькнула чья-то голова. Охранники показали таким образом, что незваные гости услышаны, но активного интереса не проявили. Воины действовали по принципу: если кому-то надо, сам расстарается, чтобы убедить их открыть ворота. То ли это будет гневный оклик лица, облеченного властью и наделенного высоким положением, то ли уговоры и слезные мольбы нищей голытьбы. У них есть возможность принять взвешенное решение, не рискуя получить кулаком в глаз через отверстие в калитке.

— Алани Ройсвен Арито, ваш хозяин должен быть предупрежден о моем визите, — спокойно сказал телохранитель. — Но я здесь инкогнито! И сейчас подъедет мой спутник, ученик придворного мага, который не в курсе дел.

— Да, вас ждали, — послышалось подтверждение изнутри, и ворота с противным скрипом начали открываться. Все равно протащить лошадей в маленькую калитку было невозможно.

Глава 9. РЕАЛЬНОСТЬ, ПОХОЖАЯ НА СОН.

Гостям выделили для отдыха довольно большую комнату на втором этаже левого крыла замка, подальше от хозяйской половины. Слуги выразили готовность исполнить любую их прихоть, однако сам глава рода на глаза не показался даже для знакомства. Секретарь вежливо извинился и пояснил, что хозяину нездоровится, а его жена и дочь уехали в Верданию, желая на время сменить обстановку.

Ройс прекрасно понимал, что в поместье его принимают очень неохотно, однако собирался исполнить просьбу Криса, несмотря ни на что. Вот только посвящать в это дело Джера он не хотел. Поэтому для начала телохранитель спокойно поужинал вместе с магом в комнате, а уж потом выразил желание прогуляться по замку в компании секретаря.

— Ройс, не беспокой ты бедного парня, зачем оно тебе надо? — попытался отговорить его Джер. — Нас, конечно, не выставят, но ты же видишь, что здесь не рады незваным гостям.

— Ну и что, — безразлично пожал плечами служитель Дартиса. — Я, может, в первый и последний раз нахожусь в подобном замке. А секретарь не надсадится, если покажет мне пару комнат.

— Как хочешь, но только я с тобой не пойду, — заявил маг. — И вообще, мне раньше казалось, что телохранитель должен вести себя скромнее и не бросать клиента одного в незнакомом месте!

Ройс спокойно воспринял упрек. Ну не ощущал он себя настоящим телохранителем! Нет, конечно, убить ученика магистра Элиота он никому не позволит, однако не собирается при этом пару месяцев вести себя, как простая тень! Молодой человек сочувствовал Джеру, вынужденному его терпеть, но менять свое поведение был не намерен. Он заранее предвидел, что маг не увяжется за ним следом, а останется в комнате. Во-первых, судя по виду, он очень устал, а во-вторых, явно чувствовал себя неуютно в доме незнакомого аристократа. Втайне Ройс очень удивлялся, как можно так мало ценить себя и свое положение ученика придворного мага. Другой бы на месте юного скромника всячески подчеркивал при случае, что живет недалеко от императорских покоев и видит Никора почти каждый день. В устах более наглого человека должность подмастерья звучала бы солиднее, чем имя иного высокородного!

— Ложись спать, я скоро приду, — пообещал Ройс, прикидывая, что осмотр тела алани Варда много времени не займет. Он же не некромант, чтобы долго и трепетно изучать труп, да еще и на ночь глядя.

Телохранитель вышел из комнаты с пустыми руками, не взяв с собой оружия, даже ножа. Где искать секретаря, он не представлял, но это не могло его остановить. Побродит пока один. Уж наверняка что-нибудь да обнаружит: или секретаря, или склеп.

Коридор был освещен плохо. Тусклые масляные лампады, редко развешанные на бронзовых кронштейнах на высоте головы, едва разгоняли мрак. Но стены рассмотреть можно, и это главное. Здесь же не императорский дворец, чтобы палить сотни свечей.

Едва Ройс успел определиться с направлением, как из мрака ему наперерез шагнула человеческая фигура. Похоже, секретарь специально находился поблизости, ожидая его.

— Я готов вас сопровождать, алани, — сказал очень юный, лет восемнадцати, вежливый, серьезный парень. Он немного щурился, так как плоховато видел, и нервно мял край собственного аккуратного камзола строгого черного цвета. То ли траур обусловил его выбор одежды, то ли желание выглядеть старше и солиднее.

— Ты в курсе, куда мне надо? — уточнил Ройс.

— Да, алани. Я провожу вас к склепу, но, извините, спускаться вниз не буду. Вы уж как-нибудь сами там сориентируйтесь, пожалуйста.

— Ладно, только дорогу покажи, — согласился Ройс.

Он понимал, что многие люди находятся во власти суеверий и страха перед видом смерти. Ройсу же было абсолютно все равно, день сейчас или ночь, идет ли дело к полудню или к полуночи. Дядя частенько говаривал, что бояться надо живых, а не мертвых. Живые гораздо хитрее, ловчее и опаснее, чем медлительный зомби или бестелесный призрак. Наверное, алани Мариот Арито был бы польщен, узнав, что племянник разделяет его мнение… Так уж получилось, что молодой человек относился к смерти без всякого пиетета и не боялся мертвецов. Раз у него именно сейчас есть силы и время, то надо ими воспользоваться, не откладывая до утра. А то с рассветом Джер опять будет торопиться отправиться в путь и не оставит ему возможности выполнить просьбу Криса. Да и, честно говоря, Ройсу самому было интересно узнать, что случилось с аристократом, почему его тело отказались показать столичным сыскарям.

Секретарю и незваному гостю не встретилось ни души, в замке царили тишина и покой. Возникало ощущение, что двое бредущих по коридорам людей — одни в целом мире.

— Послушай, парень, — начал Ройс, — а расскажи мне, пока идем, каким образом исчез алани Вард. Кто и когда последним видел его живым? Где обнаружили тело? В общем, постарайся вспомнить все подробности.

— Хозяин предупреждал, что вы будете интересоваться, — вздохнул секретарь.

— И надеюсь, не запретил рассказывать? — уточнил Ройс.

— Нет, что вы. Велел ничего не скрывать. Он будет рад, если убийц найдут и покарают, хотя сына ему ничто уже не вернет.

— А это точно было убийство?

— Конечно! Когда вы увидите тело, то сами поймете, что ничем иным это быть не могло. Люди теперь боятся по вечерам выходить из дома. Даже наши наемники сейчас делают обход территории вчетвером, не решаясь патрулировать местность поодиночке. Ужасное зрелище, я вам скажу. Молодого хозяина не просто убили, а замучили до смерти, медленно истязая. Бр-р, — передернулся секретарь как будто от внезапного холодного порыва ветра.

— Значит, я хотел бы еще знать, были ли у рода Ровсхолов враги, — тут же усложнил задачу Ройс. — Может, Вард перед исчезновением поссорился с девушкой или кого-то оскорбил?

— Я уверен, что личные отношения нашего покойного алани здесь ни при чем, — твердо сказал секретарь. — Он, по сути, был очень простодушным и незлобивым молодым человеком, даже иногда чересчур легкомысленным. На него нельзя было всерьез обидеться. Извините, я вас попрошу не передавать эти слова никому другому, но он был эдаким мотыльком без серьезных привязанностей и забот, без принципов, которые мог бы отстаивать в споре. Найти постоянную девушку не успел, только периодически посещал гулящих в деревне и с приятелями хорошо ладил. Да и его отец врагами не обзавелся, живет тихо, вдали от столицы, обожает охоту, конные прогулки и рыбалку, разводит ловчих птиц.

— Хорошо, тогда расскажи, чем занимался алани Вард непосредственно в день своей смерти, — перевел тему Ройс.

— Да как всегда: встал около полудня, позавтракал, почитал в кресле в гостиной газеты с последними новостями, хотя больше внимания уделял светской хронике. Затем еще раз перекусил вместе с отцом и матерью, которые как раз сели обедать. Сестра алани Варда в это время навещала подругу в соседнем поместье. Позже мужчины выпили у камина, но умеренно, буквально по бокалу коньяка. У них такая традиция… была: после обеда разговаривать по душам, планировать совместное времяпровождение. В этот раз речь шла о запланированном мероприятии: отец хотел отослать сына в столицу ко двору, — как по писаному торопливо рассказывал секретарь.

Очевидно, ему не впервой приходилось отвечать на подобный вопрос, и он смело добавлял к своим наблюдениям то, что не видел собственными глазами, но знал со слов хозяев и других слуг.

— А часа в три-четыре алани Вард решил отправиться на верховую прогулку, да так и не вернулся до темноты. Тут уж отец обеспокоился и велел выслать наемников на поиски сына. Думал, может, конь охромел или парень уснул где на нагретой солнцем полянке, о настоящей беде в тот момент никто и не догадывался.

Слушая секретаря, Ройс вышел из замка через одну из боковых дверей, пересек небольшой дворик и очутился перед святилищем, увенчанным небольшим полукруглым куполом. Витраж над входом напоминал стилизованную мишень. Секретарь запалил хранящийся в стенной нише факел, и телохранитель четко рассмотрел, что выложенные кусочками кольца кроваво-красного стекла чередовались с молочно-белыми. Скорее всего, родоначальник семьи, приказавший построить это здание, был служителем Дартиса Меткого.

— В подвале под святилищем находится усыпальница, — пояснил очевидное провожатый Ройса. — Как войдете, увидите алтарный камень, размещенный ближе к противоположной стенке, а за ним — статую бога меткости. По обе руки от него в стене есть небольшие дверки. Та, что слева, ведет в женскую часть, та, что справа, — в мужскую. Возможно, первый из рода Ровсхолов не слишком любил свою супругу, раз приказал так устроить склеп, но это разделение стало традицией и соблюдается и поныне.

— Спасибо, я понял, — отозвался Ройсвен Арито. — Сейчас дослушаю ваш рассказ — и буду спускаться. Надеюсь, вы одолжите мне факел?

— Да, конечно, — торопливо кивнул молоденький секретарь. — Но неужели вы действительно, без шуток, собираетесь туда в такое время?

— А что такого? — пожал плечами телохранитель. — Под землей что день, что ночь — все равно.

Секретарь не стал спорить, хотя, судя по виду, был абсолютно не согласен с подобным суждением. Он под влиянием пережитого ужаса быстро осмотрелся по сторонам и поднял факел повыше. Язычки живого пламени заплясали над головами людей, как будто стараясь дотянуться до неба. Зато Ройс перестал так остро ощущать жар, исходящий от огня. По лицу его собеседника заскользили переменчивые тени, маскируя проявление чувств.

— Так кто и как обнаружил тело? — напомнил о недосказанном единственный ныне служитель Дартиса.

— Ах да, — спохватился секретарь. — Наемники прочесывали окрестности до утра, опрашивали местных, объезжали всех приятелей алани Варда. Всю ночь никто из членов семьи не сомкнул глаз. Такое внезапное исчезновение было совсем не в духе молодого хозяина. Уже никто не сомневался, что с ним случилась беда. А часов в девять-десять — извините, точнее никто не запомнил — к воротам замка прибежал испуганный запыхавшийся дровосек, вымазанный в крови…

Юноша сглотнул образовавшийся в горле комок и прижал свободную руку к шее, будто борясь с тошнотой. Ройс понял, что паренек лично видел эту сцену и воспоминание было не из приятных. Но он хотел услышать все и до конца, а потому не мог пожалеть секретаря. Да и самому надо морально подготовиться к виду истерзанного тела…

Паренек взял себя в руки и продолжил рассказывать:

— Дровосека-то сначала, не разобравшись, чуть самого не убили. Отец алани Варда еле успел остановить наемников, проявивших излишнее рвение. Помяли мужика знатно, руку сломали, без передних зубов оставили. Но вы не извольте беспокоиться, дровосек остался не в обиде и зла на алани не держит, ведь ему выплатили весьма щедрую компенсацию за моральный и физический ущерб.

— Да не собираюсь я вникать во взаимоотношения твоих хозяев с местными, — отмахнулся Ройс. — Меня только убийство интересует.

— А-а-а, ну так столичные сыскари все грозились дело завести и привлечь кого-нибудь к ответственности за побои, — пояснил секретарь свое беспокойство. — Говорили, что всех, кто там присутствовал, в тюрьму упекут.

— Наверняка взятку хотели, — поморщился Ройс. — Но какая может быть тюрьма, если претензий у пострадавшего нет? Да и обстоятельства просто сложились не в его пользу, понять наемников и главу рода можно.

— Вот-вот, — кивнул секретарь. — Вы не видели, сколько кровищи было на одежде дровосека, когда он прибежал к воротам. Ужас! Поневоле заподозришь его самого в зверском убийстве. В общем, когда он немного оклемался и пришел в себя, то сообщил, что нашел в овраге в лесочке тело нашего молодого хозяина. Сказал, что по нужде туда спустился, гадить в просеке ему, видите ли, было неудобно. А дальше дровосека взяли под конвой и настоятельно попросили проводить к месту. Лошадей, уставших и покалеченных за ночь, брать не стали, так все толпой и бежали пару километров до леса. А хозяин-то наш впереди всех несся, хоть и понимал, что уже поздно.

Голос парня дрожал, он заново переживал случившийся кошмар. Ройсу казалось, что еще чуть-чуть — и секретарь пустит скупую слезу. У него даже возникло желание поторопить юношу с рассказом, чтобы побыстрее узнать, что именно произвело на очевидца такое неизгладимое впечатление. Да и хотелось уже скорее покончить с делом и отправиться отдыхать, пока Джер его не хватился.

— Тело алани Варда лежало на дне оврага, не слишком далеко от кромки леса. Весь правый бок и трава вокруг были сожжены дотла фаерболом. Очевидно, кто-то хотел замести следы, полностью уничтожив труп, да промахнулся с высоты склона. А на повторное применение магии то ли сил не хватило, то ли дровосек спугнул, то ли преступник просто проявил халатность. Сверху все равно кусты обзор перекрывают, да и место нехоженое, туда редко кто забредает, — подробно объяснил парень и ненадолго замолк, чтобы сделать пару судорожных вдохов.

— Про вид левой половины тела я вам лучше рассказывать не буду, сами посмотрите, — категорично заявил он чуть погодя.

— Хорошо, хорошо, — согласился Ройс. — Ты лучше мне еще раз про место расскажи. Какие-нибудь следы нашли? У вас же наверняка есть хорошие охотники и следопыты.

— А толку-то от них! — с досадой махнул свободной рукой секретарь. — Если и были какие-то следы, так мы их тогда по недомыслию все затоптали. Нас же человек двадцать-двадцать пять по оврагу и его краям носилось — толпа целая. И еще наемники тут же от излишнего усердия окружающий лес быстренько прочесали, преступника искали. А может, просто нашли предлог, чтобы рядом с изувеченным телом не топтаться. Вон, начальник гарнизона оскандалился перед подчиненными — его прямо там, в овражке, и вывернуло. Он не один такой со слабым желудком оказался, но из-за должности народ долго еще вспоминать будет.

— Так вы хоть пробовали позже пустить следопытов или нет? — уточнил Ройс.

— Пробовали. Алани Ровсхол обещал огромную награду тому, кто хоть что-то обнаружит, только ведь деньги тоже не все решить могут.

— А магов у вас здесь много живет? Хоть слабеньких?

— Ни одного, — уверенно сказал секретарь. — Нечего им у нас делать — столица рядом, место тихое. Последний работавший здесь маг-погодник четыре года назад отпросился ненадолго съездить навестить родственников, да так и не вернулся. Слухи только дошли, что он устроился в Кернаке, возле Центральной дороги через лес Потерянных Душ.

— Н-да-а… — задумчиво протянул Ройс. — И ведь без обучения ни один, даже самый талантливый человек не может создать фаербол. Таким смертоносным заклинаниям только боевых магов Академии учат, да и то не на первом курсе. Надо же убедиться, что у студента психика в порядке, что он не начнет тренировать навыки на простых, ни в чем не повинных людях.

— А вы, стало быть, в магии разбираетесь? — заинтересовался секретарь.

— Нет, я имею только общие сведения, доступные любому жителю столицы, — честно ответил Ройс.

— Ну да, у вас маг для охраны есть, — кивнул юноша.

— Это я его охраняю! — решил внести ясность Ройс. — Разве ты не рассмотрел знак Ассоциации телохранителей? Вот он, на виду.

— Но вы держитесь увереннее, слугами распоряжаетесь со знанием дела, кто ж тут разберет? Не похож ваш спутник на хозяина телохранителя! — запротестовал секретарь, а потом, сообразив, что ведет себя нагло, добавил: — Впрочем, это ваше дело, я всего лишь должен был проводить вас к склепу и ответить на все возникшие вопросы.

— Вот и скажи мне, а не видел ли кто в окрестностях чужаков? — продолжил допытываться Ройс. — Может, к кому-то родственники приезжали, друзья, знакомые? Может, кто наемных рабочих приглашал, чтобы распахать поле?

— Таких заезжих в первую очередь искали по приказу алани Ровсхола. Однако обнаружили всего двоих: к старосте деревни дочь с мужем приехали погостить. Оба люди простые, к магии отношения не имеют. Она шьет на дому для богатых горожан, а муж — служит поваром у какого-то аристократа, недавно отправившегося в небольшое путешествие, — доложил юноша. — Столичные сыскари уже опросили всех жителей деревни и поместья.

— А лошадь алани Варда нашли? — поинтересовался Ройс.

— Нет, как в воду канула, — вздохнул секретарь. — Хороший жеребец был, снежно-белый, без единого темного пятнышка. Отец подарил сыну на двадцатипятилетие. В общем, ни улик, ни следов, ни свидетелей…

— Хоть тело пойду осмотрю, — сказал Ройс. — Можно мне факел?

— Сейчас зажгу еще один, — засуетился секретарь, которому, очевидно, не хотелось остаться ночью возле склепа в полной темноте. Он подал гостю новый факел, а себе оставил немного прогоревший. — Алани, вы бы хоть меч посеребренный с собой взяли, что ли…

— Ни к чему он мне, — отмахнулся Ройс. — Лучше скажи, на какую часть склепа мне нужно обратить внимание. Там одно помещение?

— Не знаю, — отчего-то смутился юноша. — Вам придется самому поискать табличку с именем и датами.

Подобное мелкое неудобство ничуть не смутило Ройса. Ничего, найдет. Не сотни же там покойников! Тем более что логичнее будет искать с краю, а не где-нибудь в глубине.

Телохранитель решительно поднялся на широкое, но невысокое крылечко и потянул на себя потемневшую от времени деревянную дверь. Раздался еле слышный скрип, который при дневном шуме вообще вряд ли был бы слышим. Ройс сунул вперед в проем факел и осторожно перешагнул через порог. В колеблющемся свете пламени он рассмотрел, что плиты пола тоже выложены в виде мишени, как и витраж над входом. Белые круги чередовались с грязно-красными и сходились в одной точке как раз под алтарным камнем. Помещение оказалось маленьким и явно не рассчитанным на толпу. Вдоль боковых стен стояли старинные резные скамьи, на стенах темнели пятна картин в начищенных до блеска, испускающих блики рамах. Здесь не было показной роскоши, изящных украшений, богатой отделки. Ройс назвал бы это место… уютным, если такое вообще возможно.

Более внимательно изучать все стены он не стал, зато присмотрелся к алтарному камню. Судя по гладкой, отполированной поверхности, раньше им частенько пользовались для перемещений в иные места. Ройс провел пальцем по остаткам вытертого барельефа и со смесью скептицизма, надежды и озорства поинтересовался шепотом:

— Эй, Дартис, ты меня слышишь? Отзовись!

Он немного постоял, давая богу время на ответ, но покровитель не снизошел до общения со своим единственным служителем. Вокруг царили тишина и покой, Дартис никак не показал, что услышал воззвание. Ройс тихо хохотнул сам над собой и убрал руку подальше от камня. Не получилось — и ладно! Прожил же он все эти годы без божественного надзора и помощи. Большинство людей до самой старости надеются только на себя. К тому же что бы он делал, если бы бог ответил? Ройс ведь не хочет чужого вмешательства в свою жизнь, а тем не менее нарывается… Ведет себя как безмозглый юнец, которому море по колено.

Молодой человек обошел алтарный камень и очутился перед деревянной скульптурой, поставленной на небольшой каменный карнизик, выдвинутый из стены, чтобы бог возвышался над посетителями святилища. Макушка телохранителя была где-то на уровне груди статуи, выполненной в натуральную величину. Хотя Ройс и не желал связываться с Дартисом, а все равно поддался любопытству и поднял голову, чтобы рассмотреть своего покровителя. На первый взгляд тот казался обыкновенным человеком-охотником с опущенным луком в руках. И только внимательнее присмотревшись к лицу, можно было заметить необыкновенно мудрый и проницательный взгляд на молодом лице и одухотворенность облика. Казалось, существо, запечатленное в дереве неизвестным резчиком, выше мелких дрязг и проблем, выше мирской суеты.

Ройс убрал факел подальше от статуи, чтобы ненароком не сжечь ее случайной искоркой. Ведь эта скульптура — настоящее произведение искусства, как живая, да и… Дартис может разгневаться. Молодой человек не любил зря рисковать, если этого можно избежать.

По правую руку от бога меткости, слева от себя, он рассмотрел контуры двери, сливающейся со стеной. Кажется, это была даже не дверь, а цельная каменная плита, причем без ручки. Оставленные щели вырисовывали четкий неширокий прямоугольник около двух метров в высоту. Проход отнюдь не пытались замаскировать хитрым приемом, скорее это была задумка создателя святилища. Если бы не подобный фокус, Дартис казался бы зажатым в узком простенке дверями.

Ройс подошел поближе к каменной плите и навалился на ее край плечом. Похоже, способ открывания он избрал верно, так как щель слева начала медленно увеличиваться. Полностью распахивать дверь он не стал, ограничившись проходом, достаточным, чтобы протиснуться внутрь. Нет смысла понапрасну напрягаться, ему не процессию в склеп вести. На открывшейся лестничной площадке оказалось немного прохладнее, но было относительно сухо. Как подозревал Ройс, дальше от входа температура будет еще ниже, что заставит пожалеть об отсутствии теплой одежды. Но отступать телохранитель не собирался. Если понадобится, он немного померзнет, авось простуду не подхватит.

Пламя факела чуть колебалось, но исправно освещало путь, пока Ройс спускался в подвал. Он не торопился, не желая оступиться на старенькой неровной лестнице, которую, наверное, еще ни разу не ремонтировали со времен сотворения. Кое-где каменные плиты оказались разрушены или немного сдвинуты с места, обнажая рыжую глинистую почву с втрамбованной в нее мелкой галькой. Но в принципе идти было удобно, Ройс даже нигде не споткнулся.

Ступеньки привели к простой каменной арке, сложенной из мелких блоков. Раствор в широких простенках местами облупился, обнажая аккуратные швы одинакового размера. Ройс перехватил факел поближе к незажженному концу и посветил вперед, осматриваясь. За аркой виднелся только пол из серых плит, а стены терялись во мраке. Очевидно, дальше было довольно большое помещение, и интуиция подсказывала ему, что это как раз и есть искомый склеп. Молодой человек смело сделал несколько шагов в неизвестность и снова осмотрелся. На этот раз он различил справа от себя пустую нишу в стене, а впереди — каменный постамент под гроб. Значит, он действительно дошел до нужного места и теперь ему предстоят поиски конкретного покойничка. Ройс немного поежился от царящей здесь прохлады и приступил к делу.

Для начала он проверил центр помещения, но там обнаружились только пустые каменные плиты, не занятые телами усопших. А вот при осмотре стен ему повезло больше, если подобную находку можно назвать везением… В неглубокой нише в дальнем конце склепа лежало иссохшее, мумифицировавшееся тело в истлевшем саване. Похоже, когда-то род Ровсхолов предпочел обойтись без гроба, похоронив покойника по-простому, без излишеств. Ройс понял, что ему надо двигаться вдоль стены обратно к дверям, если он хочет найти место упокоения алани Варда.

Тела лежали в нишах в один-два яруса в зависимости от прихотливого размещения полок. Где-то останки были заколочены в гроб, где-то — едва прикрыты лохмотьями или хорошо сохранившейся старомодной одеждой. Ройс без трепета проходил мимо, хотя и не всматривался особо в черепа, обтянутые серой высохшей кожей. Прогулка по подземелью удовольствия не доставляла, но и ужаса, заставляющего сломя голову нестись к выходу, не вызывала. Он спокойно дошел до последнего захоронения и, приблизив факел, прочел надпись на табличке на стене рядом с нишей. Да, похоже, он попал по адресу, так как здесь красивыми буквами с вензелями было выбито: «Вардан Ровсхол», а чуть ниже стояли даты жизни. Всего каких-то двадцать семь лет.

В нише был только один ярус, находящийся примерно на уровне пояса. Само тело покоилось без гроба, прикрытое с головой дорогим светлым покрывалом. Край, отделанный бахромой, чуть свешивался с каменного постамента. Ройс переложил факел из правой руки в левую и осторожно потянулся, чтобы откинуть ткань с останков. Он осуществил свое намерение, бегло глянул на открывшееся зрелище и непроизвольно вскрикнул. Молодой человек настраивался на то, что увидит тело в ужасном состоянии, однако оказался не готов к тому, что вид повреждений окажется ему знаком! На избегнувшем попадания фаербола левом запястье зияла глубокая рана от врезавшейся в кожу веревки. Чуть выше задравшийся свободный рукав обнажал неаккуратно обломанное древко стрелы. Еще одно торчало в горле. Ройс торопливо сдвинул край рубашки и убедился, что и на животе есть следы от застрявших наконечников…

Он отдернул руку и зажмурился. Нет, такого просто не может быть! Неужели кто-то воплотил в реальность его худшие ночные кошмары?! Ройс лично изведал, что испытывает человек, когда его медленно убивают, нашпиговывая стрелами. Из глубины души поднялась волна сочувствия к бедному парню и обжигающая ненависть к тем, кто измывался над ним. Новоявленному телохранителю захотелось непременно найти убийцу и проследить за тем, чтобы он не избежал кары. Но, к сожалению, в ближайшие пару месяцев Ройс не принадлежал себе и не волен был распоряжаться своим временем. Левой рукой он судорожно сжал факел, пытаясь успокоиться. Надо сказать, вид вампиров пять дней назад произвел на него куда менее сильное впечатление. Кто-то связал алани Варда и хладнокровно выпустил в него кучу стрел! Ройс вполне представлял, сколько при этом должно было пролиться крови и в каком отчаянии находился еще живой парень, пытаясь высвободить руки и как-то спастись. Такой пытки и такой смерти и врагу не пожелаешь!

Теперь Ройс понимал, почему алани Ровсхол не хотел показывать сыскарям тело сына. Подобную смерть не назовешь достойным окончанием жизни, особенно для гордого аристократа. Правда, было бы еще хуже, если бы неизвестный маньяк выбил парню глаза… Ройс отчетливо вспомнил свой последний сон и содрогнулся, и на этот раз отнюдь не от холода.

Он тщательно поправил одежду на теле алани Варда, стараясь не касаться обугленной половины. Тем более что правая рука, часть бока и нога начисто отсутствовали. Затем Ройс вернул на место покрывало и, переполненный тяжелыми впечатлениями, сделал шаг назад. Ладно, Крис обойдется без детального описания каждой из многочисленных ран с вывернутыми посиневшими краями. Ему и так будет над чем поразмыслить и что передать столичным сыскарям…

Ройс примерно определился с направлением и двинулся к выходу напрямик через зал, чтобы не передвигаться по стеночке. Теперь ему не терпелось вернуться на свежий воздух, отогреться, увидеть перед собой хоть одно живое лицо, можно даже спящего человека.

Он обходил каменные постаменты, стараясь не сбиться с пути. Не хотелось провести в склепе даже одну лишнюю минуту! Ройс вполне уверенно вышел к арке и начал подниматься по лестнице. На этот раз он перешагивал через ступеньку и не так тщательно смотрел под ноги, что, впрочем, не помешало ему выбраться наверх без происшествий. Плита, выполняющая роль двери, так и была сдвинута вовнутрь, как он ее оставил. Молодой человек бочком выбрался в более светлое помещение святилища и позволил себе немного перевести дыхание. Для замерзшего тела перепад температур показался просто огромным. Ройс почувствовал, как по его коже побежали приятные мурашки. Но расслаблялся он только до того момента, пока за его спиной самопроизвольно, с грохотом, кажущимся оглушительным, не встала на место каменная плита, скрыв проход в склеп…

Телохранитель вздрогнул, а потом… сам не заметил, как оказался возле выхода. Он толкнул дверь и поспешно вышел на крыльцо под свет сияющих на небе звезд. Нервы у него были напряжены до предела, хотя лицо, как он надеялся, сохраняло маску невозмутимости. Не хотелось бы напугать секретаря, тому и так было не по себе, когда Ройс уходил.

— Алани, это вы? — раздался откуда-то сбоку напряженный голос юноши.

— Да, а что, не видно? У меня же факел в руках!

— Ну мало ли… А почему у вас лицо такое бледное?

— Я замерз в этом подземелье, — назвал Ройс одну из причин. Если секретарь не дурак, то сам поймет вторую причину.

— Ладно, но вы-ы… точно живы? — задал юноша совсем уж глупый вопрос.

— Трупы не разговаривают! Даже зомби, — заверил Ройс. — Может, мы пойдем уже обратно в дом? Мне надо написать другу в столицу и рассказать обо всем, что я здесь увидел.

— Хорошо, только курьера почтового ведомства я смогу достать сюда не раньше наступления утра. Их пост находится в деревне, до которой по темноте ни один наемник поместья после случившегося не пойдет. А вот когда рассветет, я обязательно пошлю туда кого-нибудь, — настраиваясь на деловой лад, сообщил секретарь.

— Меня вполне устроит такой вариант. Но письмо я бы хотел составить именно сегодня, пока еще свежи воспоминания, — сказал Ройс.

— Вы можете воспользоваться кабинетом хозяина, он не будет против. Алани Ровсхол предпочитает решать вопросы в гостиной, удобно устроившись на диване. Следуйте за мной, я покажу дорогу, — заторопился к дому юноша.

Молодые люди быстро пересекли небольшой пустынный дворик в обратном направлении. Секретарь вроде более-менее успокоился, но все равно загасил свой факел, воткнув его в разрыхленную почву газона, только перед самой дверью, так как опасался бродить в темноте. Ройс последовал его примеру, мысленно прикидывая, как бы лучше спросить про входную плиту склепа, чтобы снова не накалять атмосферу. По всему выходило, что о захлопнувшейся двери лучше и не заикаться, а то бедолага-секретарь сегодня явно не сможет уснуть. Впрочем, Дартис с ним, с этим вопросом. Было любопытно, но Ройс вполне понимал, что обойдется без подобной информации.

Парнишка пропустил высокородного гостя вперед и следом вошел сам. Они опять погрузились в сумрак и тишину коридоров, пропахших лампадным маслом. Ройс послушно сворачивал, куда ему указывали, не пытаясь сориентироваться и запомнить дорогу, он ведь не собирался оставаться здесь надолго.

Секретарь довольно быстро довел его до огромной гостиной и распахнул дверь в кабинет. В поместье Ровсхолов эти комнаты оказались смежными, не как в доме командующего Мариота Арито. На сей раз юноша проскользнул впереди столичного гостя. Ройс услышал звон и щелчок, после чего кабинет осветился язычком пламени, пляшущим под стеклом в лампаде на столе.

— Проходите, располагайтесь, — пригласил секретарь.

Обстановка выглядела весьма скромной, хотя и чувствовалось, что комнатой пользуются. Нигде не было следов запустения и грязи, на столешнице аккуратными стопочками лежали бумаги, хрустальная чернильница оказалась полупустой, но не засохшей.

Ройс устроился за столом, взял одно из многочисленных перьев со специальной подставки и убедился, что оно весьма хорошо заточено. Нажми он пером на кончик пальца сильнее, и наверняка образовалась бы небольшая кровоточащая ранка.

— Я здесь работаю, документы составляю, — пояснил секретарь, хотя телохранитель ученика придворного мага ни о чем не спрашивал. — Только, извините, бумага у меня не самого хорошего качества, вы, наверное, к такой не привыкли.

— Ничего страшного, я не привередливый, — улыбнулся Ройс.

Он положил перед собой чистый лист и выразительно посмотрел на юношу. Писать при свидетелях, способных прочитать текст, ему не хотелось.

Секретарь намек понял и удалился в гостиную, тихо прикрыв за собой дверь. А единственный служитель Дартиса принялся четко излагать полученные в поместье сведения и свои наблюдения. Но это было не все из того, чем он хотел поделиться с другом. Ройс подробно описал свой последний сон, попросил интенсивнее поискать информацию о боге меткости и лично проследить за тем, чтобы убийца алани Варда не избегнул возмездия. Чуть ниже он добавил на всякий случай:

«Мы с нанимателем будем и дальше двигаться на восток с целью пересечь лес Потерянных Душ. Едем быстро, нигде не задерживаясь. Немного беспокоит встреча с вампирами пять дней назад. Никак не пойму, что они потеряли так далеко от границы своего государства. Прикидывались простыми прожигателями жизни, но, как ты понимаешь, вышло неубедительно. Вроде нам ничем не угрожали, даже предложили свою компанию до Иласа. Но не мог бы ты навести справки и выяснить, что происходит?».

На этой ноте Ройс и решил закончить письмо. Неожиданно для себя он исписал целых два листа, хотя обычно предпочитал укладываться максимум в пять строчек. Крис глазам своим не поверит, когда получит корреспонденцию! На всякий случай Ройс подписался, подул на последний лист, давая чернилам высохнуть, и свернул бумаги пополам. На краю стола он обнаружил пару чистых конвертов и воспользовался одним из них.

Но телохранитель не стал отдавать готовое письмо секретарю. Он решил лично вручить его курьеру из рук в руки, а потому спрятал пока в карман рубахи. Не то чтобы он совсем не доверял пареньку… просто так спокойнее. С чувством исполненного долга Ройс вышел из кабинета, взглядом нашел своего провожатого, устроившегося в кресле, и попросил отвести его в спальню. Джер, если не спит, ужасно нервничает, наверное, недоумевая, куда он мог так надолго пропасть.

Утро у Ройса выдалось суматошное, но он вполне успел и поесть, и отдать письмо, и еще раз сходить в святилище Дартиса при свете солнца. Телохранитель сам не понял, почему его так тянуло постоять перед алтарем и статуей. Он опять был здесь один, но на этот раз воздержался от призыва покровителя, просто осмотрелся. Скорее всего, ему все же хотелось увидеть бога и спросить, что происходит, отчего его мучают кошмарные сны, чем он заслужил немилость. Да, так получилось, что Ройс не умеет стрелять, но ведь хотя бы ножи мечет вполне прилично! Вернее, метал бы в АТеРе, если бы специально не старался промазать… Он был готов встретиться с разгневанным покровителем, лишь бы прояснить ситуацию, а не гадать дальше. К сожалению, Дартис абсолютно не считался с желанием своего единственного подопечного.

Перед алтарем его вскоре разыскал Джер, уже собравшийся в дорогу. Маг выглядел посвежевшим, но, как всегда, бледным и худощавым. Сумку он так и таскал с собой, не выпуская из рук, хотя было видно, что ноша тяжеловата.

— Ройс, нам пора! — окликнул наниматель от порога. — Давай быстрее клади свое подношение и поехали, а то рассвет наступил еще час назад.

— Какое подношение? — пришел в недоумение Ройс. — Я просто зашел постоять, статую рассмотреть. А то, стыдно сказать, я даже лик Дартиса раньше не представлял.

— Но вам же положено как-то задабривать своих покровителей? — озадачился маг. — Нельзя же перед трудной дорогой приходить к алтарю с пустыми руками!

— Дартис все равно ничего не принимает, — пожал плечами телохранитель. — Да и что я могу ему предложить? У меня с собой только рубашки с чужого плеча и казенное оружие! И пусть меч и арбалет мне выдали не самые плохие, но оставлять их здесь, на камне, я не буду. Они мне еще в дороге могут очень пригодиться!

— Я и сам против того, чтобы ты жертвовал оружием, — сказал Джер. — Но ведь можно, например, хотя бы цветочек богу предложить.

— Дартису?! — воскликнул Ройс.

— А что такого? Ему тоже наверняка не чуждо чувство прекрасного. К тому же богу важна не ценность твоего подарка, а внимание и проявленное уважение. Или ты думаешь, что Терре Кровавой нравится коллекционировать трупы? — очень убедительно выразил свое мнение маг.

Ройс задумался и решил, что Джер действительно прав. Богам ведь преподносят не только драгоценности и произведения искусства. Элоту Доброму, например, кладут на алтарь редкие лекарственные травы, Фехате Коварной — пустые срезанные кошельки. Ворам вообще жалко отдавать награбленные деньги, но ведь богиня на них не обижается! Тут все логично: бандиты и шпионы коварно обирают и обманывают наивных граждан, врут, изворачиваются, это в их природе. Так почему они должны вести себя честно по отношению к Фехате? Вот они и показывают, что помнят о покровительнице, но добром делятся редко, лишь в особых случаях. Богиня же не глава шайки, не наводчик и не «крыша», чтобы ей отстегивали процент.

— Ладно, в следующий раз обязательно присмотрю Дартису какой-нибудь цветочек, — пообещал магу Ройс. А что? Если не забудет, то ему не составит труда. Боги, как и дамы, нуждаются в постоянном внимании.

— Зачем откладывать на потом? — риторически спросил Джер. — Подожди минутку, я сейчас что-нибудь принесу. Тут совсем недалеко как раз есть подходящая клумба.

И прежде чем Ройс успел его остановить, маг скрылся с глаз. Видимо, он очень хочет, чтобы в этом путешествии бог позаботился о телохранителе и о нем заодно.

Вернулся Джер буквально через минуту, неся в руках единственный, но довольно крупный и свежий цветок. Он вошел в святилище и протянул добычу Ройсу. Отвертеться от возложения дара своему покровителю телохранитель уже просто не мог.

— Удачи попроси, — все никак не успокаивался маг, продолжая давать советы.

Ройс еле удержался от язвительного комментария. У кого просить-то? У пустоты?! Глупо и бесполезно! У молодого человека вообще были огромные сомнения, что Дартис хоть что-то слышит и проявляет к людям интерес. Да что там… Ведь другие расы тоже не могли дождаться ответа от бога меткости.

Но, решив сделать приятное нанимателю, последний в рейтинге телохранитель аккуратно опустил цветок на плоскую вершину алтаря и послушно произнес:

— Дартис, прошу, даруй мне удачу в пути, позаботься, пожалуйста, о своем скромном служителе и его спутнике.

Парни немного постояли, глядя на нежные ярко-красные лепестки цветка на грубой серой поверхности камня. Джер ждал чуда с замиранием сердца, Ройс был спокоен и относился к ситуации с иронией. Он совсем не почувствовал разочарования, когда ни через минуту, ни через две подношение не исчезло с алтаря. Зато маг выглядел огорченным и не скрывал этого.

— Я сделал все, что мог, пошли отсюда, — сказал телохранитель. — Нам пора в дорогу.

Маг вздохнул и побрел к выходу. Чуда так и не случилось. Ройс из уважения к древности строения аккуратно прикрыл за собой дверь, не произведя даже легкого стука. Он с легким сердцем сбежал по ступенькам вниз, ободряюще хлопнул нанимателя по плечу, подхватил его под руку и потащил в сторону конюшни. Ну не ответил бог, так стоит ли из-за этого огорчаться? Ройс ведь не единственный, кого Дартис игнорирует. Зато, как он и хотел, никто не вмешивается в его жизнь, не раздает приказы, не диктует условия. Телохранитель не признался в этом вслух, но он почувствовал облегчение, проведя небольшой эксперимент и убедившись, что в ближайшем будущем можно не ждать сюрпризов от покровителя.

Ройс не был бы так спокоен, если бы сейчас развернулся и повторно вошел в святилище Дартиса… Его глазам предстало бы очень интересное действо, которое могло бы взволновать молодого человека до глубины души. Он не видел, как вокруг алтаря медленно, словно нехотя, начало разливаться слабое золотистое свечение. Казалось, камень засиял изнутри, но еле-еле, едва заметно. Все можно было принять за обман зрения, за упавший сквозь витраж луч солнца. Вот только проваливающийся в камень, как в трясину, цветок явно выдавал необычность происходящего. Сначала исчез из виду стебель с маленькими листочками, на поверхности остался лишь бутон, развернувшийся чашечкой к потолку. Он словно не мог вот так сразу пройти в узкое отверстие и застрял. Но постепенно дело двигалось с мертвой точки. Камень все больше и больше поглощал нежные ярко-алые лепестки. Однако сияние потухло, скорость погружения падала. Наверное, часть бутона так и осталась бы лежать на алтаре… но цветок словно дернули снизу за стебель, и он полностью исчез. На сером камне остался сиротливо алеть только один лепесток…

Глава 10. НАЧАЛО БОЛЬШИХ НЕПРИЯТНОСТЕЙ.

Маг и телохранитель коротко простились с секретарем, поблагодарили за гостеприимство и отправились в дальнейший путь. Лошади, поняв свою задачу и войдя в ритм, бежали довольно резво, но не сломя голову. Джер прямо в седле пытался изучать карту, чтобы не пропустить нужную развилку дороги. Ройс, изображая праздное любопытство, осматривал окрестности. Ему совсем не хотелось попасть в руки тем, кто зверски убил алани Варда. На нем, конечно, не написано, что он тоже аристократ, но мало ли… Нынче высокородным надо быть настороже, а то вон уже второй десяток пропавших набегает. И, несмотря на отсутствие фактов, Ройс был уверен, что все пропавшие тоже убиты, как и алани Вардан. На всякий случай он пристроил меч возле седла так, чтобы до него в любой момент можно было запросто дотянуться. Еще бы проверить, как поведет себя в бою Джер… Все-таки хотелось бы войти в лес, твердо зная, на что способен твой спутник и клиент.

Ученик придворного мага весьма неожиданно для Ройса остановил лошадь посреди дороги и начал спешиваться. Вокруг, куда ни кинь взгляд, были распаханные поля и не отмечалось ничего достойного внимания.

— Что случилось? — натягивая поводья, поинтересовался телохранитель.

— Со мной учитель пытается связаться, — напряженным голосом ответил Джер и опустился на колени прямо на хорошо утоптанную дорогу, правда с краю. — Помолчи немного, не мешай.

Конь Джера без привязи спокойно стоял рядом и не убегал, но Ройс все равно решил пока его придержать вместе со своим. Он крепко сжал в руке поводья обеих лошадей и проследил за тем, как маг прикрыл глаза и замер. Между его бровями пролегла небольшая складка, ладони уперлись в землю. По-видимому, процесс требовал большой сосредоточенности.

Ройс терпеливо ждал, рассматривая горизонт. Хотя ему с трудом верилось, что здесь на них кто-то может напасть, ведь спрятаться абсолютно негде, любая опасность будет заметна загодя. Наконец телохранителю надоело стоять без дела. Он стреножил коней, отстегнул от седла арбалет, наложил болт и принялся тщательно целиться в воткнутый в землю шест шагах в десяти-пятнадцати от себя. Тренькнул спусковой механизм, повинуясь его желанию, в воздухе мелькнул болт, отправившийся в полет, и врезался в рыхлую землю, наполовину в нее погрузившись. Впрочем, телохранитель и не ждал попадания с первого раза. Если бы он рассчитывал легко угодить в цель, то, наверное, не стал бы так упражняться. Тренировка нужна всем, но не в пути, когда человек рискует истратить боезапас зря, а потом попасть в переделку с пустыми руками. Но Ройс точно знал, что не повредит наконечник болта о твердую древесину, так как стрелок из него по-прежнему неважный.

Немного протопав по перепаханному полю, служитель Дартиса вынул болт и повторно попытался поразить шест. Однако его опять постигла неудача. Ройс никак не мог взять в толк, что он делает не так, почему стрельба ему не дается. Он успел четыре раза продырявить землю вместо мишени, когда краем глаза уловил движение со стороны погруженного в себя мага. Джер покачнулся, словно хотел припасть лицом к дороге или резко поклониться, но тут же моментально выпрямился и открыл глаза. Ройс понял, что разговор с учителем закончен. Пока маг поднимался на ноги и отряхивал запачкавшийся край мантии, аристократ поспешил пристегнуть арбалет обратно к седлу. Ему было любопытно, о чем вели разговор магистр Элиот и его ученик, но он не стал спрашивать так сразу, давая юноше время прийти в себя.

— Ох, — выдохнул Джер. — Кажется, учитель беспокоится обо мне. Я хорошо уловил тревогу, хотя мысли магистра как-то быстро и сумбурно перескакивали с одного на другое. Обычно подобные сеансы связи даются мне легче. Хотя, может, все дело в увеличившемся между нами расстоянии?

— А что учитель хотел от тебя? — задал Ройс вертевшийся на языке вопрос.

— Император попросил его узнать, все ли у меня в порядке. В дальнейшем, когда мы подойдем к лесу Потерянных Душ, сеансы связи будут происходить строго по времени, а пока и так сойдет, — сказал Джер.

Телохранитель нахмурился. Ему совсем не понравилась новость, что в перспективе маг будет подобным образом сидеть в одном из самых опасных мест этого мира, отрешившись от всего.

— Надеюсь, вы будете общаться не каждый день? — скрывая волнение, спросил он.

— Нет, наверное, — пожал плечами Джер. — Мне бы этого не хотелось, и так голова начала болеть. Хотя я уловил мысль, что в лесу учитель желает проверять меня почаще…

— Перебьется! — отрезал Ройс. — Ты не в парке на прогулке будешь.

— Я постараюсь объяснить это магистру, — смиренно согласился подмастерье, круговыми движениями массируя виски.

— Император наверняка понимает опасность слишком частого мысленного общения в лесу, — заметил Ройс.

— Я тоже так думаю. Кажется, это личная инициатива учителя, который хочет контролировать каждый мой шаг. Он любопытствовал, докуда я успел добраться за эти дни, а узнав, недоумевал, почему мы так отклонились от прямой короткой дороги.

— Ты ему и про вампиров рассказал? — уточнил телохранитель.

— Да, конечно. Я интересовался, что из заклинаний лучше всего применять против представителей их расы в случае нападения, — кивнул Джер.

— И как? Магистр присоветовал тебе что-то дельное?

— Сказал не заморачиваться, так как из опасения накалить политическую обстановку между нашими народами нас никто и пальцем тронуть не посмеет на территории империи. Мы же не собираемся лезть на земли вампиров. Учитель посоветовал без опасения поворачиваться к ним спиной.

— В принципе я тоже так считаю, — кивнул Ройс. — Хотя подстраховка лишней никогда не бывает.

Маг, промолчав, взял из его рук поводья, приподнял правый край мантии, чтобы не мешал, и взгромоздился на коня. Похоже, Джеру больше не хотелось обсуждать вампиров, он все еще не мог пересилить себя и начать воспринимать кровопийц спокойнее.

Телохранитель тоже не счел нужным продолжать тягостный для клиента разговор. Вместо этого он несколько раз притопнул ногами, пытаясь избавиться от налипшей на ботинки земли. Ходьба по перепаханному полю не прошла для него бесследно.

— Ройс, поторопись, — попросил ученик придворного мага. — Я тут на досуге изучил карту и наметил, что сегодня мы должны доскакать до поместья Гардияров, где можно попроситься переночевать. Если ты, конечно, не хочешь спать под открытым небом на сырой земле. Постоялых дворов и сел в округе нет.

— Успеем, — сказал телохранитель, но тем не менее оставил ботинки в покое и вскочил в седло.

Они снова двинулись в путь, держась бок о бок. Так лошади, проникшись духом соперничества, скакали резвее. Да и Ройс понимал, что, пристройся он сзади, придется глотать пыль из-под копыт мышастого коня мага.

Под вечер молодые люди добрались до развилки. Впереди дорога раздваивалась и отдельными рукавами постепенно расходилась в стороны, чтобы в разных местах нырнуть в рощу или редколесье на горизонте.

— Куда нам? — заранее поинтересовался Ройс, вглядываясь вдаль.

— Вроде направо, если мне не изменяет память, — ответил Джер, хотя полной уверенности в его голосе не было.

Ройс немного вырвался вперед, присмотрелся к дорожному столбу с указателем и поправил:

— Нет, все же налево, если мы действительно хотим попасть в поместье Гардияров. Здесь свеженькая табличка висит и, по-моему, даже краска не совсем просохла.

— Странно, — задумчиво произнес маг. — Может, это какая-то объездная дорога, ведущая все к тому же поместью? Мне почему-то врезалось в память, что нам направо… Но не будем рисковать, в конце концов, местным жителям лучше знать, в какую сторону направлять указатель.

Ученик придворного мага чуть развернул лошадь и первым выехал на правую дорогу. Ройс еще раз оглянулся на деревянную табличку с яркими, аккуратно прописанными буквами и двинулся за ним. Он тоже больше доверял указателю, чем памяти нанимателя. По его мнению, человек, который умудрился все радикально перепутать и выбрать последнего в рейтинге телохранителя вместо первого, не заслуживает безоговорочного доверия.

Вскоре молодые люди добрались до редколесья. Воздух здесь был более сырой, так как деревья удерживали влагу и их раскидистые кроны не давали солнечным лучам нормально прогревать землю. Но непроходимых зарослей Ройс не заметил. Если они вздумают сойти с дороги, то не рискуют немедленно завязнуть в густом переплетении ветвей кустарников. Хотя, надо сказать, телохранителю все равно не очень понравилась подобная смена пейзажа. Он предпочел бы и дальше рассекать бескрайние просторы полей, хорошо просматривающиеся во все стороны. В последнее время Ройс просто возненавидел лес и деревья, ведь в кошмарах таинственные фигуры в серых балахонах всегда выбирали для его истязания тихие полянки. Он, наверное, никогда не забудет ощущение шероховатой коры, врезающейся в спину… Почему-то еще ни разу его не расстреливали ни в чистом поле, ни в городе в темной подворотне, ни в помещении.

Телохранитель непроизвольно покрепче сжал поводья и напрягся, чутко вслушиваясь в окружающие звуки. Не раздастся ли где-нибудь заунывное песнопение, предшествующее каждой смерти? Глупо, конечно. Но весьма сложно было убедить себя, что реальной опасности среди деревьев нет. Может, его кошмары и не оживут, зато есть вероятность столкнуться с теми, кто так жестоко убил алани Варда, ведь поместье Ровсхолов все еще рядом.

Ройс старался поминутно не озираться по сторонам, чтобы не выдать магу своего волнения. Он старательно удерживал скучающее выражение лица, хотя это была всего лишь маска, искусно скрывающая истинные чувства. Мысленно парень на разные лады костерил себя. Дожил, называется. Один только вид деревьев заставляет его нервничать! Скажи ему кто полгода назад, что такое случится, высмеял бы, не поверил.

В вышине деревья тихо шелестели молодыми листьями, где-то заливались, выводя трели, птицы. Вроде все было спокойно, но Ройс никак не мог расслабиться. Он сдерживался и не крутил головой из стороны в сторону, зато его глаза так и вращались, исследуя окрестности. Наверное, только благодаря этому молодой человек увидел в кронах деревьев впереди какое-то подозрительное шевеление, которого там не должно было быть.

— Джер, — позвал Ройс, стараясь не слишком повышать голос, — не спеши, кажется, дальше по дороге кто-то устроил засаду.

— Где? — тут же отреагировал маг, немного натягивая поводья, но не останавливаясь, чтобы не спровоцировать нападение.

— Среди листвы двух дубов по краю дороги посмотри, — посоветовал телохранитель. — Давай сбей их чем-нибудь, пока они не начали в нас стрелять.

— А ты? — возмущенно прошипел маг, начав нервно мять поводья.

— Я же говорил, что плохо стреляю. Не тяни! — досадуя на себя, поторопил Ройс.

Джер ругнулся и один за другим швырнул вперед два фаербола размером с голову каждый. То ли он специально так целился, поддавшись приступу человеколюбия и нежеланию никого убивать, то ли просто промазал, однако огненные шары только обуглили ветки, не причинив вреда бандитам. Первый рухнул, когда опора под его ногами превратилась в пепел, а второй успел сам спрыгнуть с дерева, рискуя переломать ноги. Но, к сожалению для путников, никто из устроивших засаду не пострадал. Бандиты резво пустились наутек, не желая вступать в открытую схватку.

Ройс моментально спрыгнул с седла, накинул поводья лошади на ближайший куст и рванул за мелькающей между стволами фигуркой в зелено-серой пятнистой одежде. Меч он брать не стал.

Ученик придворного мага поддался примеру телохранителя и с небольшой задержкой кинулся за вторым бандитом в противоположную сторону. Наверное, в тот момент он и сам не смог бы сказать, зачем это сделал. Не иначе как действуя по принципу: все побежали — и я побежал. Но Джер не совсем потерял голову в этой суете, он тут же начал произносить обездвиживающее заклинание, задыхаясь и глотая звуки. Все-таки его оружие — именно магия, а не кулаки и металл.

Ройс, прошедший хорошую тренировку в АТеРе, довольно быстро нагнал своего противника и при этом даже не запыхался, в то время как бандит дышал очень тяжело и шумно. Телохранитель даже немного удивился и обиделся, когда ему легко удалось оглушить врага, стукнув его кулаком в солнечное сплетение. Мужчина, не издав ни звука, рухнул как подкошенный к ногам служителя Дартиса. Ройс, не ожидавший легкой победы, чуть об него не споткнулся! Что делать с бандитом дальше, он не представлял. Привести в чувство и допросить здесь? Или попытаться доставить на дорогу и заняться делом там, чтобы не заставлять ученика придворного мага нервничать, ожидая его? И как отнесется к ситуации Джер, если Ройсу придется буквально выбивать правду из обездвиженного, а потому беззащитного мужика? Эх, ведь не даст же ничего узнать…

Сомнения телохранителя разрешил донесшийся до него крик нанимателя:

— Ро-о-ойс, отзовись! Ты в порядке?

Судя по голосу, Джер очень волновался. Причем не за свое здоровье, хотя остался на дороге один-одинешенек, а именно за жизнь собственного охранника!

Служитель Дартиса тихо хохотнул, поняв глупость происходящего. Подумать только: овечка беспокоится о волке! Тихий, скромный домашний мальчик думает, что человек, всю сознательную жизнь сам заботившийся о себе, нуждается в его помощи! Да Ройс годами не видел дядю и вынужден был единолично решать возникающие проблемы. А они были, ведь столица и императорский двор — это просто скопление змей, так и норовящих ужалить. Хотя, несомненно, приятно, что ты и твоя жизнь кому-то небезразличны…

Молодой человек так и не смог определиться: обижаться на Джера за подобное недоверие к его способностям или просто посмеяться над невинным заблуждением. В конце-то концов, это очень неплохо, если клиент и сам будет настороже, не надеясь исключительно на телохранителя. А то ведь другие выпускники АТеРа могут рассчитывать на помощь своего бога-покровителя, а Ройс — только на себя, как всегда. Даже некоторые бандиты — подопечные Фехаты Коварной, Терры Кровавой и Мергатока Воинственного — и те будут изначально в более выигрышной позиции. Если, конечно, боги снизойдут до советов в таком деле, как убийство вроде бы никому не нужного простого ученика придворного мага.

В общем, Ройс понял, что спокойно допросить захваченного он все равно не сможет, так как если Джер вскоре не получит ответа, то сам пойдет его искать. И ведь найдет! Может, парень не слишком опытен и не является следопытом, но эти качества ему легко заменит магия. Телохранитель не любил заклинания и не понимал, как они работают, но ни в коем разе не позволял себе недооценивать их пользу или опасность.

Тяжело вздохнув, Ройс схватил пребывающего в беспамятстве мужчину за руку и, поднатужившись, потащил за собой. Это был не слишком гуманный способ доставить бандита на дорогу, но на иные молодой человек был не согласен. Почему он должен заботиться о здоровье того, кто явно с преступной целью устроил им засаду? На первый взгляд у мужчины в неприметной серо-зеленой одежде не было с собой никакого оружия — ни лука, ни арбалета, ни меча. Но ведь не для удовольствия он забрался на дерево в таком виде!

— Ро-о-ойс! — повторно позвал беспокоящийся Джер.

— Да иду уже! — чуть раздраженно крикнул в ответ телохранитель и оглянулся назад, чтобы посмотреть, как там его пленник. Не хватало еще, чтобы он неожиданно пришел в себя и попытался, например, пырнуть его припрятанным ножом.

Ройс упорно волочил бандита за собой, оставляя позади полосу примятой травы. Он не собирался отпускать пойманного просто так. Что удивительно, парня больше волновало не несостоявшееся нападение на них, а возможная причастность этого мужчины к зверскому убийству алани Варда. У него до сих пор стоял перед глазами изуродованный труп аристократа.

— Тебе помочь? — громко поинтересовался Джер, едва они с телохранителем оказались в пределах видимости друг друга.

— Сам справлюсь, — буркнул служитель Дартиса и поторопился, случайно приложив своего пленника головой о выступающие мощные корни какого-то дерева.

Ройс с удивлением увидел, что у ног ученика придворного мага лежит, уставившись в небо широко открытыми глазами, второй бандит. Он принял его сначала за труп и лишь потом, присмотревшись внимательнее, понял, что грудь мужчины едва заметно поднимается и опадает в такт дыханию.

— А я тут тоже одного поймал, — смущенно потупившись, произнес Джер. — Спеленал заклинанием, только теперь не знаю, что с ним делать.

— Надо бы допросить, — медленно произнес телохранитель, наблюдая за реакцией мага. И, не дождавшись протеста, добавил: — С пристрастием.

— Да, конечно, — согласился Джер, мучимый сомнениями и беспокойством. Юноше хотелось знать точно, за чем охотились бандиты: за бесценным артефактом, доверенным ему императором, или за их кошельками, оружием и лошадьми.

— У тебя веревка есть? — спросил Ройс, подтаскивая своего пленника поближе к пленнику мага.

— Я не брал, не в горы ведь собирался, — развел руками Джер. — Но могу и твоего обездвижить с помощью магии. Правда, это мера временная — как только я отдалюсь отсюда, заклинание развеется.

— Нет, я уж лучше по старинке, — отказался телохранитель и принялся снимать с мужчин ремни.

Джер не мешал ему, хотя и помощи не оказывал. Он просто топтался на месте, так как сам не знал, что делать, а от Ройса приказаний не поступало. Умом юноша понимал, что перед ним враги, но сердце протестовало против бесцеремонного обращения с человеческими существами, ничем им не навредившими.

Телохранитель подтащил бандитов к стволам не слишком крупных деревьев, кора которых не успела заматереть и растрескаться, и привязал ремнями так, как во снах неоднократно поступали с ним. Однако он не задавался целью причинить мужчинам боль, как можно сильнее вывернув руки. Ройс не стал уподобляться фигурам в серых балахонах из своих кошмаров. Обездвижил, лишил возможности сопротивляться — и хорошо, незачем измываться, даже не задав интересующих вопросов.

Для начала телохранитель тщательно обследовал карманы и складки одежды обоих пленников. Результатом его поисков явились две короткие полые трубки, жестяные коробочки с набором длинных тонких игл, предназначенных явно не для шитья, и девять золотых империалов. Деньги были местные, а вот оружие — явно нет.

— Что это? — спросил Джер, указывая на тонкие трубочки, похожие на детские самодельные свирели. — А иглы смазаны ядом, да? Или просто снотворное? Можно как-то определить, намеревались ли нас убить или просто усыпить на некоторое время?

Так получилось, что Ройс знал ответы на все эти вопросы. Подобный набор пару лет назад привез дядя с места службы, желая разнообразить свою коллекцию оружия. Военный трофей, как пояснил он. И конечно, алани Мариот Арито не преминул похвастаться приобретением перед племянником.

— Трубка — это триитская каэфа, — пояснил Ройс. — Очень редкое и специфическое оружие, используемое в основном военными стрелками Триита и некоторыми наемными убийцами. Если честно, я очень удивлен, что вижу каэфу здесь, в центре Ренийской империи. Теперь мне еще больше хочется допросить этих людей!

Джер на всякий случай внимательно осмотрелся по сторонам и даже прочитал какое-то короткое заклинание, пытаясь обнаружить бандитских подельников, если они есть.

— А какая дальность выстрела у каэфы? — уточнил он.

— До пятидесяти метров, если стрелок профессионал, — с несколько отсутствующим видом ответил Ройс, так как тоже изучал окрестности. Пусть дураки надеются только на помощь богов и счастливый случай, а он лучше сам позаботится о своей безопасности.

— Не может быть! — не поверил Джер. — Да игла просто не пролетит такое расстояние!

— А ты присмотрись, — посоветовал Ройс. — Здесь как-то магия замешана.

Джер сконцентрировался на трубке в руках телохранителя, изучая каэфу одному ему известным способом, после чего признал:

— Ты прав. Я вижу плетение заклинания сродни тем, что применяют для амулетов, но оно мне неизвестно. Это — нечто чуждое, созданное совсем другой магической школой и по другим принципам. Хм… и вокруг игл похожее, но попроще.

— Да, каждая игла изготавливается индивидуально, обрабатывается определенным ядом и хранится строго в предназначенной для нее ячейке короба, — кивнул Ройс. — По краям триитцы держат по два экземпляра со снотворным с разными периодами срабатывания. Остальные могут прикончить и человека, и эльфа, и оборотня, и даже, говорят, вампира! Здесь есть яд для любой цели, а противоядия в войсках Рении разработаны хорошо если для половины веществ!

— А ведь нас хотели убить, — чуть сдавленным голосом вынес вердикт Джер, рассматривая пустые ячейки где-то в середине короба для игл.

— Похоже на то, — согласился Ройс. — Причем в этот лесок нас заманили специально. Обрати внимание на следы ярко-красной краски на руках того бандита, которого поймал ты, и вспомни свеженький, еще не просохший указатель.

— Выходит, это мы свернули не туда?! — тут же встрепенулся маг.

— Скорее всего, — не стал его обнадеживать телохранитель. — Но ты лучше по карте проверь, а то не хватало нам еще заблудиться!

Джер полез в сумку, а Ройс тем временем принялся хлопать схваченного им мужика по щекам, пытаясь привести в чувство. Второго, обездвиженного спутником, он решил оставить на потом. Телохранитель не стал пугать клиента, но полагал, что от игл каэфы амулеты их не спасли бы. Магия Ренийской империи столкнулась бы с чужеродными заклинаниями, и неизвестно, что при этом одержало бы верх.

Ройс еле дождался, когда его пленник откроет глаза и осознает свое положение. Едва во взгляде бандита появилась осмысленность, телохранитель тут же задал первый пробный вопрос:

— Кто вы?

Мужчина средних лет с неприметной внешностью посмотрел ему прямо в глаза, усмехнулся, будто потешаясь над чем-то, и неожиданно обмяк. Даже не щупая пульс, телохранитель сразу понял, что бандит окончательно и бесповоротно мертв.

— Эх, Дартис тебя возьми! Да что тут происходит?! — не сдержавшись, ругнулся Ройс.

Услышав весьма эмоциональное высказывание, Джер поднял голову от карты и в растерянности застыл.

— Это ты его?.. — осторожно спросил он у телохранителя, так и ни произнеся слово «убил».

— Если бы хотел, свернул бы шею еще в лесочке! — буркнул Ройс без всяких сантиментов.

Ему было совсем не жаль несостоявшегося убийцу, зато он сожалел об упущенной возможности хоть что-то узнать. Простые грабители с большой дороги так себя не ведут. Телохранитель осознал, что дело приобретает скверный оборот.

— А отчего он скончался? — подошел поближе Джер.

— Скорее всего, раскусил капсулу с каким-нибудь быстродействующим ядом, — предположил Ройс. — Только, интересно, зачем?

— Может, второй нам пояснит? — спросил Джер с надеждой.

Телохранитель внимательно посмотрел на оставшегося в живых второго пленника, встретился глазами с его решительным взглядом и понял, что беседы не получится. Если ученик придворного мага снимет заклинание, то они получат еще один труп, а не ответы на свои вопросы. Им попались настоящие фанатики, готовые без колебаний уйти из жизни, лишь бы не произнести ни слова. Ройс молча покачал головой, отвечая на вопрос Джера.

— Ну хотя бы их подданство установить можно? — продолжил выяснять маг. — Это все-таки ренийские наемные убийцы или триитцы?

Джеру важно было знать, не является ли устроенная засада происками другого враждебного государства, ведь император явно заинтересуется. Он точно должен знать, о чем докладывать Никору!

— Триитцы, — уверенно сказал Ройс и по виду пленника тут же понял, что угадал. — Наемные убийцы хотя бы высказались перед смертью, им незачем опасаться открыть рот и выдать тем самым свой акцент.

— Началось, — выдохнул Джер.

— Что именно? — ухватился за неосторожное слово телохранитель.

Он хотел точно знать, чего ожидать, к чему готовиться. Ройс рассчитывал на легкую, приятную прогулку до леса — триитцы, которым зачем-то понадобилось убить ученика придворного мага, никак не вписывались в его планы!

Джер тут же сообразил, что не должен откровенничать, хотя и скрывать опасность их дальнейшего пути нельзя. Однако он моментально нашел выход.

— Император предупреждал, что другие государства могут заинтересоваться письмом, которое я везу в Илас, — глядя в землю, соврал юноша. — И вот, как видишь, он был прав.

— Да чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! — по привычке выругался Ройс. — Кто ж так переправляет важную дипломатическую почту?! Не верю, что Никор поступил столь опрометчиво. Он бы воспользовался услугами нашего почтового ведомства или передал бы письмо через алтари богов с кем-то из доверенных лиц.

— Это проверка меня на пригодность к должности мага-универсала и отвлекающий маневр еще для чего-то, — подкорректировал версию Джер. — Но я не имею права попасться в руки врагов, если не хочу подвести императора! Именно поэтому мне поручили нанять самого лучшего телохранителя, какого только найду…

Ройс еще раз ругнулся и поднялся с корточек, так как больше не собирался вести допрос. Он не хотел сейчас тратить оставшееся до темноты время, вникая в замыслы Никора, все равно реальное положение вещей наверняка знает только сам император. А если и Джер в курсе, то явно будет молчать, не зря же он так пристально сверлит взглядом землю под ногами!

— Ладно, поехали отсюда, — скомандовал Ройс, направляясь к своему рыжему коню, спокойно стоящему в ожидании всадника и больше ни на что не обращающему внимания. Жеребец за все это время даже не попытался высвободить поводья из ветвей кустарника и ускакать.

— А труп? А второй триитец?! — крикнул ему вдогонку Джер.

Ройс четко знал, что по правилам, вбиваемым в Ассоциации, должен сейчас убить и второго мужчину, чтобы не оставлять опасность за спиной. Однако он не мог вот так хладнокровно лишить неподвижного человека жизни. Он не палач и еще недостаточно заматерел для этой роли, не ожесточился. Видимо, за месяц обучения его так и не убедили как следует, так и не смогли заставить пересмотреть принципы. У Ройса до сих пор веления сердца и души превалировали над целесообразностью, и он прекрасно осознавал этот недостаток для его должности.

— Когда спадет твое обездвиживающее заклинание и оставшийся в живых триитец сумеет освободиться от ремня, то пусть сам позаботится о захоронении трупа напарника, — решил телохранитель. — Их оружие я забрал, и, надеюсь, без каэфы нас больше никто не будет преследовать.

Джер не стал возражать. Дураком он не был и тоже понимал, что бандита нельзя оставлять за спиной. Юноша был уверен, что тот же магистр Элиот на его месте без колебаний испепелил бы триитца фаерболом и спокойно, не терзаясь угрызениями совести, отправился дальше. Но Джеру претило убийство, особенно если человек перед ним не мог защищаться. Он понимал, что в этом путешествии, скорее всего, придется запачкать свои руки чужой кровью, но откладывал страшный момент, как мог. Маг казнил себя за нерешительность и чувствительность. Его ведь готовили к битвам, а не только к мирной жизни и безопасности!

Более циничный и хитрый человек на месте Джера наверняка потребовал бы от телохранителя привести приговор в исполнение, но юноша не мог приказать Ройсу сделать то, к чему не был готов сам. Это просто подло! Получится, что он останется чистеньким, а его грех возьмет на себя другой?!

Джер обновил заклинание, наложенное на триитца, и с сумрачным видом влез на лошадь. На душе было гадко. С одной стороны, он рискует и может подвести императора, а с другой — никак не желает повзрослеть, стать черствее и начать руководствоваться разумом и холодным расчетом. Выходит, это действительно не просто прогулка по приказу Никора, а самый настоящий экзамен для него! Но проверяться будет не только мастерство владения магией, но и сила духа. С каждым днем подмастерье магистра Элиота все лучше и лучше осознавал свои реальные возможности и понимал, как он был ослеплен видимостью своего могущества. Что толку уметь создавать боевые заклинания, если не хватает духу ими воспользоваться?! Мысленно Джер обругал себя на все лады и пообещал начать исправляться. Завтра…

В обратный путь к развилке телохранитель и его клиент отправились не в самом лучшем настроении. Оба понимали, что сглупили. Ройс тоже не мог найти себе оправдания. Джер-то еще мальчишка, что с него возьмешь, а он? Ведь как самый старший и опытный, он должен был решить проблему раз и навсегда. Маг вряд ли когда-то совершал убийство, а Ройсу доводилось на дуэли… Так получилось, что в Сархейме за ним числится три трупа молодых задир, чем-то позавидовавших шестнадцатому претенденту на трон или решивших самоутвердиться за его счет. Мир аристократов, к тому же приближенных ко двору императора, довольно жесток, слабых и жалостливых там быстро ломают. Но в этот раз телохранителю помешала не жалость, а честь воина. Ну не мог он бить безоружного, хотя в АТеРе их учили совсем иному! Не проникся он еще своей должностью, не был готов без раздумий и колебаний исполнять долг.

Лес постепенно погружался во тьму, видимость падала. Вскоре Ройс начал нервничать, везде подозревая засаду, но не в силах ее рассмотреть. Интуиция говорила ему, что триитец вряд ли так быстро освободился и раздобыл новое оружие, что эта местность просто не может быть наводнена сплошными грабителями и наемными убийцами, что пока им ничего не грозит, однако атмосфера темного леса давила и не давала успокоиться и расслабиться.

— Ройс, стой! — окликнул его Джер. — Надо спешиваться и устраиваться на ночлег. Сегодня мы уже точно не доберемся до поместья Гардияров, слишком много времени потеряли.

— Только давай сойдем с дороги, — попросил телохранитель. — Незачем облегчать задачу возможным преследователям.

— Хорошо, веди, — согласился ученик придворного мага, устало сползая с седла и беря лошадь под уздцы.

Ройс соскользнул на землю более легко и грациозно и тут же направился к ближайшему просвету между деревьями и редкими кустарниками. Под ногами у него пружинила трава. Конь хоть и не сопротивлялся хозяйской руке, но шел медленно, неуверенно и как будто нехотя.

— Может, подсветить? — спросил Джер. Он не решился создать огонек без разрешения телохранителя, так как помнил, что было в прошлый раз.

— Ни в коем случае, — запретил Ройс.

Сейчас хоть что-то можно рассмотреть вдали, а с осветительным шаром видимость будет всего несколько метров, пусть и хорошая. С одной стороны, это неплохо: пропадет риск свалиться в какой-нибудь овраг, но с другой — для возможных врагов они будут как на ладони. Окружающий лес заставлял телохранителя вести себя в два раза осторожнее.

Джер не настаивал на своем предложении. Он все еще находился под впечатлением от встречи с триитцами. Раньше, насколько он знал, никто и никогда не хотел его убить, а тут… Маг все еще радовался тому, что может быть полезен самому императору, но уже не испытывал такого восторга, энтузиазм немного померк.

— Давай расположимся здесь и не будем искать полянку, — через некоторое время предложил Ройс. — Вроде мы уже достаточно удалились от дороги, и, если лошади не будут ржать, нас никто не найдет.

Ученик придворного мага не возражал, доверив командование телохранителю. Раз они не собираются разжигать костер, то разницы, где мерзнуть — на прогалине или поддеревьями, — нет. Опасного зверья в этих краях, в центре обитаемых земель Ренийской империи, быть не должно, а вот чтобы не пропустить приближение людей, он воспользуется сторожевым заклинанием. Никто не сможет подкрасться незамеченным, не разбудив его. Хотя Джеру будет спокойнее, если они установят дежурство, мало ли как триитцы наловчились скрывать свое присутствие… Юноша честно признавался себе, что боится, как никогда в жизни. Он ни разу не попадал в столь опасные переделки, даже не становился объектом придворных интриг.

Ройс привязал коня к ближайшему кусту, снял с его спины сумки и оружие, расседлал и принялся искать овес, припасенный для подобного случая. Он решил, что утром жеребец, если не захочет пастись, на голодный желудок резвее доберется до обитаемых мест. Хорошо бы его еще напоить, но нечем. Проезжая по лесочку, молодой человек не заметил и следов ручья, реки или озера. Он и сам не отказался бы напиться, ведь воды во фляге в седельной сумке осталось всего на пару глотков. Но путешественнику не пристало роптать, он должен быть готов к некоторым неудобствам и лишениям. К тому же Ройс прекрасно осознавал причины вынужденного воздержания и понимал, что альтернативы все равно нет.

Телохранитель пошарил по земле вокруг, нашел клочок засохшей травы и кучку привявших листьев, скомкал их и небрежно обтер спину коня. В данной ситуации он все равно не мог сделать для своего четвероногого товарища больше. Ройс и сам был не слишком хорошо обеспечен вещами в этом путешествии, в его сумке не оказалось ничего теплого. Ему сейчас даже не во что было укутаться, но он ни секунды не винил в этом своего камердинера. Слуга старался, как мог, и был не в силах предусмотреть всего.

Рядом с Ройсом копошился Джер, тоже занимаясь своим конем, хотя и с меньшей сноровкой. Маг повесил сумку на плечо и не выпускал ее из рук. В остальном же он в точности копировал действия телохранителя. Мышастый жеребец получил свою небольшую порцию овса и благодарно заржал, весьма обеспокоив этим людей.

— Ройс, я разверну вокруг нас сторожевое заклинание, так что дальше пяти метров отсюда лучше не отходить, — предупредил Джер. — Оно засечет врагов в радиусе двухсот метров и подаст мне сигнал в случае опасности. И еще я хочу, чтобы этой ночью мы по очереди бодрствовали на всякий случай, а то мало ли какие сюрпризы нам может преподнести триитская магия. Доберемся до поместья Гардияров — и лучше там отдохнем лишнюю пару часов.

— Не возражаю, — сказал телохранитель.

Наоборот, он был даже рад такому предложению своего нанимателя. Значит, ему не придется уговаривать Джера быть настороже и не расслабляться этой ночью. Пожалуй, триитцы, намеревающиеся их убить, намного опаснее вампиров, не проявивших явной агрессии. Ройс и сам думал предложить спать по очереди или вообще не смыкать глаз. Целее будут.

— Тогда я первый дежурю, — вызвался маг.

Он считал, что сейчас все равно не заснет, так как до сих пор находится в состоянии нервного возбуждения. Надо бы успокоиться, проанализировать происшествие, а для этого как раз потребуется время.

Ройс не стал возражать. У него в жизни вообще было одно важное правило: спи, пока дают, ибо потом такой возможности может не представиться… Обучение в АТеРе еще больше утвердило его в этой мысли. Хотя существовало и другое обстоятельство, заставившее молодого человека промолчать: вероятность того, что триитцы найдут их, возрастет к утру. В момент опасности Ройс хотел бы быть бодрым и готовым ко всему, у него должны найтись силы хотя бы убежать и утащить с собой мага! На пересеченной местности у врагов больше шансов всадить в них отравленные иглы. Бегая по лесу с мечом и пытаясь найти за деревьями триитцев, телохранитель будет выглядеть глупо. Вот уж точно получится охота полевой мыши, вооруженной лишь зубами, на ловких и маневренных сов!

Ройс и Джер нашли в своих седельных сумках сухари и копчения и устроили легкий ужин, который пришлось проглотить почти всухомятку. Но они не жаловались, все равно здесь некому было им посочувствовать.

Поев, телохранитель подтащил седло, снятое со своего коня, к широкому стволу дерева. Оно и будет на сегодня его постелью. Чтобы не замерзнуть, Ройс нацепил на себя еще одну запасную рубаху с чужого плеча. Затем молодой человек удобно устроился на седле, привалился спиной к дереву, чуть повернул голову набок и моментально уснул. Сейчас его не волновало, что к утру затекшие шея и поясница будут ныть, это, может статься, будет не самая большая проблема…

Глава 11. ВОЗРАСТАЮЩИЕ АППЕТИТЫ ВРАГОВ.

Ройс помнил, что отключился в лесу, прислонившись к стволу, а потому ощущение впивающейся в спину шероховатой коры его не удивило. Но вот онемение в руках заставило телохранителя насторожиться. К тому же что-то стискивало грудь, мешая нормально вдохнуть. Ройс принудил себя открыть глаза и еле удержался, чтобы не застонать вслух. Это был очередной кошмар! Прямо перед ним на некотором отдалении лежал огромный камень с плоской вершиной, а вокруг него выстроились, чего-то ожидая, семь фигур в темных бесформенных балахонах. Трое незнакомцев держали в руках луки и стрелы с белым оперением, один бесцельно водил в воздухе ножом. Света луны и горящей на алтаре толстой свечи хватало, чтобы немного рассеять сумрак ночи, но было недостаточно, чтобы глаза Ройса могли рассмотреть детали. Однако он совершенно точно понял, что это очередная небольшая полянка, а не лес, где он спокойно уснул.

Телохранитель точно знал, что должно сейчас произойти, но по-прежнему не видел выхода из ситуации. Судя по ощущениям, он опять оказался крепко привязан к дереву в качестве живой мишени. И наверное, в первый раз за месяц кошмаров Ройс подумал, что его мучители — превосходные стрелки, так как умудряются в сумраке попасть в него с филигранной точностью. Еще не было случая, чтобы стрела, болт или нож этих изуверов улетели в пустоту, как случалось у Ройса.

— Заткните ему чем-нибудь рот, — хрипло и, как показалось молодому человеку, с легким акцентом приказала одна из фигур.

Было не видно, кто отдал распоряжение, но телохранитель почему-то не сомневался, что командует всем тип с ножом. Обычно в его кошмарах именно такие и были за главных.

С одной стороны, сейчас у Ройса был шанс позвать на помощь, но с другой стороны, он понимал, что это совершенно бесполезно. Вот только отчаиваться, оставив надежду, его заставлял отнюдь не темнеющий вокруг лес. Просто какое может быть спасение во сне, насланном ополчившимися высшими силами? Если Дартис Меткий хочет его помучить, то он явно позаботился о том, чтобы никто не прервал пытки. Вряд ли в кошмаре предусмотрены случайные путники, военные разъезды или решившие прогуляться под луной вооруженные наемники.

Ройс даже не пискнул, когда ему в рот заталкивали скомканный носовой платок с тончайшими кружевами, сразу защекотавшими небо. Впрочем, молодому человеку было все равно, даже если бы это была рваная грязная тряпка. Тут не до брезгливости и не до жалоб на сомнительную чистоту кляпа, когда не за горами страшная смерть от множественных кровоточащих ран…

Одним платком фигуры в балахонах не ограничились. С шеи Ройса сняли модный, совершенно незнакомый ему батистовый шарфик и, просунув между губами, крепко затянули на затылке. Мучители в первый раз так близко подошли к парню, когда он был в полном сознании. Телохранитель ожидал, что кожа существ в сером окажется холодной, как у трупов, или что фигуры будут неосязаемы, как призраки, но нет. К голой шее и подбородку Ройса, несомненно, прикасалась теплая плоть, обычные мужские руки с редкими шероховатыми мозолями от оружия или чего-то иного. Запаха, как такового, не было, сколько бы молодой человек ни принюхивался. Хотя чего он ожидал — вонючего смрада?

Лишив Ройса возможности кричать, фигуры снова вернулись к камню. Никто никуда не торопился, у них вся ночь была впереди. Мучители неспешно выстроились полукругом, чтобы не выпускать жертву из виду, и заунывно запели на разные голоса. Вряд ли у всех из них был хороший слух: некоторые запаздывали, умолкали, будто забыв слова, и вообще выбивались из общего хора.

Но телохранитель затруднялся сказать, чего ему хочется больше: чтобы песнь закончилась побыстрее или, напротив, длилась вечно. Он не хотел снова переживать невыносимую боль, разрывающую тело на части, и осознание смерти — мгновения полной и всеобъемлющей пустоты, после которых однажды ему, возможно, будет не суждено проснуться… Но ожидание казалось не лучшей перспективой, оно буквально изводило Ройса. Молодой человек, как всегда, извивался, пытаясь высвободить из пут хотя бы одну руку или ногу. Он боролся, несмотря на то что осознавал неизбежность финала. Шансов у него не было. Тело боролось, а мозг отстраненно соображал, что где-то в реальности вскоре его начнет будить Джер, причем безуспешно. Кошмарный сон просто невозможно прервать извне, пока тот не подойдет к логическому завершению. Уж сколько раз Крис, навещая Ройса в АТеРе, пытался растолкать друга…

Джер, сидя на своем седле, затаился возле развесистого куста, чтобы его сложнее было заметить, и лишь изредка позволял себе немного размять ноги. Впрочем, руками он тоже почти не двигал. Юноша надеялся, что таким образом обнаружит подкрадывающихся врагов быстрее, чем они его. Он также надеялся на свое сторожевое заклинание, но ни в коем случае не желал рассчитывать исключительно на магию. У триитцев, если и есть маг, то опытный небось, как магистр Элиот, а не новичок, только-только освоивший теорию. Не Джеру с ним тягаться. Юноша ни в коем случае не хотел переоценивать свои силы и умения. Он мысленно повторял всевозможные заклинания, делая упор на боевую магию, но при этом не увлекался. От его слуха не ускользал ни один звук, взгляд постоянно шарил между стволами, изучал кроны. Маг понимал, что не имеет права на невнимательность и на ошибку, второго шанса у него точно не будет.

От волнения в животе образовался тугой комок, Джеру было неуютно одному в мрачном и опасном лесу. Он невольно завидовал телохранителю, который сейчас спал, отрешившись от всех забот, вернее, переложив их на плечи собственного нанимателя! Юноша никак не мог понять, что это: доверие или простая беспечность. Он никак не мог разобраться, что собой представляет Ройс как личность. Временами телохранитель казался ему опытным человеком и надежным, ответственным товарищем, а иногда — разгильдяем, который не знает, с какой стороны взяться за меч. Вряд ли в АТеРе допустили ошибку в рейтингах. Да и честно говоря, хорошему телохранителю полагалось без колебаний убить пленного триитца, даже если бы сам Джер возражал и пытался помешать.

Странно, но мага совершенно не клонило в сон, он был бодр, как никогда. Однако юноша знал, что отдохнуть все же стоит, ведь утром потребуются свежие силы и ясная голова. В общем, конца своей смены юноша ждал с нетерпением и опаской. Будет ли Ройс его охранять столь же ответственно?

Время для Джера тянулось ужасающе медленно. Казалось, он уже целую вечность караулит, оберегая жизнь и покой спутника. Так что маг решился разбудить телохранителя минут на пятнадцать раньше положенного. Ему еще ни разу не доводилось спать сидя, да к тому же в таких условиях, когда конечности подмерзают и мантия не особо греет. Это только магам-лекарям никакие перепады температур не страшны, они могут легко перестроить свою физиологию так, чтобы не воспринимать холод. Но ничего, если уснуть не удастся, то он хотя бы проведет остаток ночи в обществе бодрствующего человека, все равно будет не так тоскливо и неуютно.

Джер подобрался к Ройсу и тихо тронул его за плечо. Он не страшился слишком бурной реакции телохранителя, так как меч его лежал рядом, но в ножнах, а арбалетом без болтов большого вреда не нанести.

Результата не последовало. Его охранничек сидел, как статуя, и, казалось, даже не дышал. Джеру стало немного не по себе, и он осторожно приложил пальцы к жилке на шее Ройса, выискивая пульс. Сердце билось, но очень медленно, едва заметно. Нервничая, маг хорошенько потряс телохранителя. Голова Ройса мотнулась из стороны в сторону, пару раз ощутимо приложившись о ствол дерева, однако парень не издал ни стона и было сомнительно, что он вообще что-либо почувствовал.

— Эй, ты жив? — тихо спросил Джер, помня, что шуметь этой ночью не рекомендуется. — Ройс, ты спишь?!

Маг еще немного потеребил телохранителя, недоумевая, что с ним могло случиться. Вроде дышит, отравленные иглы руками не трогал, на слабость и недомогание не жаловался. Просто спит? Так почему настолько крепко? Хотя Джер и раньше замечал, что Ройс с вечера отключается практически мгновенно и в любых условиях, но до сегодняшнего дня у него не было необходимости будить своего спутника. Юноша просто не знал, что ему предпринять, он чувствовал растерянность. Оставалось только ждать до утра и надеяться на лучшее.

Джер вернулся к облюбованному кусту и снова там затаился, мысленно костеря спутника, злую судьбу, нелепый случай и магистра Элиота, поспособствовавших его выбору охранника. Впереди было еще несколько долгих часов до рассвета. Стало совершенно ясно, что поспать этой ночью ему не суждено. Впрочем, ученику придворного мага было не привыкать. Если утром удастся отправиться в путь, то полдня до обеда он точно продержится, а там они авось доберутся до ближайшего жилья, где можно будет отдохнуть.

Маг, пристально отслеживающий любое движение в окружающем пространстве, сразу заметил, когда проснулся телохранитель. Ройс резко дернулся, поднял голову и открыл глаза. Во взгляде была пугающая пустота. Грудь часто вздымалась и опускалась, словно парень никак не мог надышаться. Он зачем-то ощупал свой живот и горло, оттянул ворот рубахи и изучил собственный торс, затем обмяк в странном изнеможении. Тело снова полностью расслабилось, тяжело привалившись к стволу дерева.

— Что это было? — выбрал момент Джер, чтобы задать вопрос.

— Где? — настороженно осмотрелся Ройс.

— Я не мог тебя разбудить! — воскликнул маг. — А между тем моя смена закончилась почти четыре часа назад!

— Я просто спал, — без всякого выражения, с непроницаемым видом сказал телохранитель. — Надо было лучше толкать.

Джер на время дар речи потерял. Лучше?! Да он его даже затылком о дерево приложил! Нормальные люди так не спят, особенно в походных условиях, когда над головой висит угроза насильственной смерти! Маг очень сомневался, что Ройс проснулся бы, начни он его, например, пинать.

— Ночью нас никто не тревожил? — тем временем с искренним интересом спросил телохранитель.

Ученика придворного мага опять захлестнула волна возмущения. Это должен был бы спрашивать он! В конце-то концов, кто кого нанимался охранять?!

— Все было спокойно, — процедил Джер.

— Вот и хорошо, — отозвался Ройс, после чего широко зевнул, словно абсолютно не выспался.

Вряд ли маг поверил бы телохранителю, но тот действительно чувствовал себя совершенно разбитым. Если бы он до утра торчал в седле, медленно двигаясь к поместью Гардияров, и то было бы лучше. Очередной кошмар не дал нормально отдохнуть, будто Ройс всю ночь в реальности служил мишенью, а не видел это во сне.

Парень с силой потер лицо ладонями, пытаясь облегчить тупую боль в голове, разгладить застывшие мимические мышцы. Затем внимательно осмотрел лес и встал.

Рядом тихонько заржал его рыжий конь, приветствуя хозяина и намекая на кормежку. Ему в унисон поддакнул мышастый Джера. Но выпрашиваемого овса и воды они так и не получили. Ройс мельком отметил, что под копытами лошадей растет вполне неплохая, свежая травка, и нагнулся за оружием. Если бы лошади так сильно хотели есть, то давно бы начали с подножного корма.

— Будем завтракать? — спросил Джер. — У нас осталось немного продуктов.

— Давай в седле что-нибудь перехватим, — предложил телохранитель. — Чем дальше мы уберемся от этого лесочка, тем будет спокойнее. За несколько часов от голода не помрем.

Маг не протестовал, он тоже хотел быстрее выбраться на открытую местность, где у врагов меньше шансов устроить хорошую засаду, спрятаться и исподтишка поразить их маленькой, практически незаметной, но смертоносной иглой. Джер сделал несколько наклонов вправо-влево, прогнулся назад, подняв руки над головой, чтобы размять мышцы, и принялся седлать жеребца.

Они довольно быстро и без приключений выехали к дороге, определились с направлением и двинулись к развилке. До границы леса Ройс честно держался настороже, а вот потом расслабился и прикрыл глаза. Ему невыносимо хотелось спать, все тело болело. Молодой человек решил, что пока их маленький отряд находится на открытом пространстве, он вполне может немного подремать, склонившись к шее лошади. Чтобы не злить Джера, Ройс пристроился позади. Упасть он не боялся, так как маг сегодня предпочел ехать медленно, издалека пристально рассматривая каждый столб и каждый куст, к которым они приближались. В общем, клиент проявлял бдительность за двоих.

Сквозь дрему единственный служитель Дартиса слышал, как Джер предупредил его:

— Возле указателя, нарисованного триитцами, какие-то две дамы крутятся, карту рассматривают. Наверное, тоже недоумевают, куда им свернуть. А красивые…

Но Ройс после ночных мучений был не в состоянии открыть глаза даже ради того, чтобы полюбоваться на женщин, получивших столь лестную оценку от ученика придворного мага. А ведь Джер, насмотревшись на придворных фрейлин, наверняка не стал бы расточать комплименты зазря. И уж больно голос у него мечтательный был.

— Вооружены? — заставил себя невнятно произнести телохранитель.

— У обеих к седлам приторочены короткие легкие мечи. Враждебной магии я от них не ощущаю, они обычные путешественницы. А их улыбки…

Джер опять замолк на какой-то восторженно-мечтательной ноте. Ройс про себя мельком отметил, что дамы явно очень понравились парню. Впрочем, пусть общается, если они не опасны. Движимый чувством долга, телохранитель все же приподнял голову и бросил беглый взгляд вперед. Он успел отметить, что женщины одеты в брючные костюмы и имеют огненно-рыжие шевелюры. Подобный цвет волос очень распространен у верданок, но совершенно не встречается в Триите. В общем, драться не с кем и можно продолжать дремать. Джер сам разберется, что ему делать, не маленький.

— Не подскажете, в какой стороне поместье Гардияров? — вскоре донесся до его затуманенного сознания приятный, мелодичный голос.

— Мы как раз туда направляемся, — отозвался маг. — Сами немножко заплутали, но теперь точно знаем, что надо поворачивать направо.

— Ой, бедняжки! — воскликнул еще один, не менее приятный голос. — Где же вы ночевали?

— В лесу, — вздохнул Джер. — Это был какой-то кошмар! Мы наткнулись на…

— На разбойничью засаду, — громко перебил Ройс, поняв, что наниматель собирается разболтать о триитцах.

Глаза он так и не открыл, но чуть-чуть пришел в себя и решил быть бдительным. А то вон как маг перья распустил, сейчас всю подноготную выложит.

К счастью, Джер решил не спорить и не уличать телохранителя во лжи.

— Но вы же справились, вы настоящие герои, — промурлыкала одна из дам. — Ты, наверное, сильный боевой маг?

— Ага, — не слишком уверенно отозвался Джер. — А вас как зовут?

— Инаса, — представилась одна.

— Фрея, — отозвалась вторая.

Маг назвал свое имя и как будто напрочь забыл про Ройса.

— Вы очаровательны, — вместо этого произнес он.

Телохранитель и сам чувствовал, что готов влюбиться в одни только голоса. Он не удивлялся тому, что Джер немного потерял голову. Молодой аристократ тоже с удовольствием пообщался бы, если бы не накатившая на него слабость. С самого утра и до сих пор тело, казалось, чувствовало боль от каждой раны, нанесенной стрелами. Пусть болело уже не так остро, но отрешиться от неприятных ощущений не получалось.

— Обожаю магов, — кокетливо произнесла Фрея. — Надеюсь, вы составите нам компанию до поместья Гардияров?

— Конечно, — с восторгом заверил Джер. — Я просто не могу допустить, чтобы столь красивые, хрупкие создания ехали в одиночку и подвергались опасности на дорогах.

— О, мой герой! — выдохнула Инаса. — Хочешь, я подарю тебе поцелуй? Но ты в ответ тоже должен кое-что мне преподнести…

— Все что угодно, душа моя! — пылко, с несвойственным ему жаром воскликнул Джер.

— У тебя случайно нет с собой одной ма-а-аленькой шкатулки с сущей безделицей внутри? — почти шепотом поинтересовалась Инаса.

— Есть!

— И ты отдашь ее мне?

— Э-э-э, — заколебался маг, ощущая внутренний протест.

Но сообразить, в чем дело, он не мог. Голова шла кругом, он с упоением любовался рыжеволосыми красавицами, слушая их завораживающие голоса. Губы самопроизвольно растягивались, складываясь в глупейшую улыбку. Джер ни разу в своей жизни не встречал девушек, вызывающих у него столь же сильные эмоции.

— За поцелуй, — проворковала Инаса.

— За два поцелуя, — уточнила Фрея. — И даже можешь оставить шкатулку себе, отдашь только ее содержимое.

— Не бойся, — продолжила уговаривать Инаса. — Ты не нарушишь приказ и выполнишь его дословно. Тебя ведь попросили доставить в Илас именно шкатулку?

— Решайся, — подхватила Фрея.

Ройс с какой-то отстраненностью слушал торг между девушками и магом, мечтая оказаться на его месте. Где-то на периферии сознания мелькала мысль, что все происходящее неправильно, что очаровавшие его одним только голосом создания ведут себя хуже расчетливых фрейлин и придворных дам Сархейма. Те тоже никогда ничего не предлагали просто так, по велению сердца — только преследуя выгоду. В душе Ройса боролись противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось преклонить колени перед двумя рыжеволосыми богинями, но с другой — следовало бы разобраться, откуда взялось это странное желание. Какими такими достоинствами эти дамы привлекли его? Красотой? Так он мало что успел рассмотреть, да и при дворе встречаются просто ослепительные красавицы, способные кому угодно составить конкуренцию. Ройс находился в полнейшем недоумении, которое все громче и громче пыталось заявить о себе.

— Я согласен! — словно сквозь туман, донесся до него голос мага. — Минуточку, сейчас найду.

Далее наступило молчание, прерываемое лишь редкими шорохами. Телохранитель даже собрался открыть глаза и посмотреть, что происходит, но не успел осуществить свое намерение.

— Ой, да где же она, Дартис ее возьми?! — воскликнул Джер.

И тут в голове у Ройса как будто взорвался фаербол. Имя бога неожиданно освежило память о каждой ране, полученной этой ночью, заставив заново пережить боль.

Молодой человек судорожно втянул в себя воздух сквозь стиснутые зубы и сам не заметил, что в это же время слишком сильно сжал ногами бока коня. Смирный до поры до времени жеребец, не привыкший к подобному обращению, взбрыкнул и… просто сбросил седока на землю. Ройс от этого не стал чувствовать себя лучше. Боль от мнимых ран исчезла, зато полученные в реальности ушибы давали о себе знать. Хотя переломов вроде не было.

Телохранитель смачно выругался, употребив сложные словесные конструкции с совершенно пошлым смыслом, и встал. Джер и дамы удалялись от него по дороге, словно ничего не заметив. Ройс еще понимал поведение женщин — они с самого начала почти полностью игнорировали его, но невнимание мага обижало и вызывало недоумение. Молодой человек вообще не мог взять в толк, с каких это пор он перестал быть привлекательным объектом для обольщения. Чудеса да и только.

Внезапно телохранителя осенило, что Джера просто-напросто околдовали! Не магией, естественно. С чего он вообще решил, что встретившиеся им дамы — верданки? Да они самые настоящие суккубы, беззастенчиво воспользовавшиеся своей властью! А сам-то он тоже хорош, попался, как мальчишка!

Разозлившийся Ройс схватил своего смирно стоящего коня за луку и, почти не касаясь стремян, просто-таки взлетел в седло. Сейчас он всем покажет, как морочить ему голову! Молодой человек ударил коня пятками по бокам и пустился вдогонку за клиентом, увлеченно роющимся в своей безразмерной сумке. Рыжие бестии, пристроившись с обеих сторон, как конвой, что-то ворковали, склонившись к магу.

— А ну, пошли прочь, гадины! — крикнул телохранитель, приближаясь к ним. — Отстаньте от парня, стервятницы!

Ни одна из придворных дам не назвала бы Ройса галантным кавалером, даже когда он пребывал в спокойном состоянии, а уж тут он и подавно не выбирал выражений. Сыпля ругательствами, чтобы не слышать голоса суккубок, и стараясь не смотреть в их сторону, молодой человек вклинился между одной из женщин и Джером. Он как можно ближе подобрался к магу и отвесил ему увесистую оплеуху. Одновременно, изловчившись, пнул по крупу лошадь коварной обольстительницы.

Клиент так и не пришел в себя, хотя от сумки отвлекся. Зато породистая кобылка, подстегнутая ногой Ройса, понесла свою хозяйку вперед. Следом устремилась и вторая дама, поняв, что на данный момент ситуация складывается не в их пользу. Вздымая по дороге пыль, суккубы скакали прочь, но телохранитель не стал их преследовать. Да и что он может им сделать? Побить? Убивать вроде не за что… А попытка просто задержать будет смахивать на огромную глупость с его стороны. Существует огромный риск опять попасть под их власть, и на сей раз без шансов вовремя очнуться.

Ройс вырвал поводья из безвольных рук мага и заставил его лошадь остановиться. Джер с мечтательной улыбкой смотрел вдаль и, похоже, совсем не замечал окружающего. Но хорошо, что хоть не рвался догонять женщин. Телохранитель стащил мага с седла и, удерживая на весу за ворот мантии, отвесил ему несколько пощечин.

Взгляд Джера приобрел более осмысленное выражение, он моргнул и с недоумением уставился на занесенную для очередного удара руку Ройса.

— Ты чего? — выдавил из себя маг. — Что здесь вообще происходит?

— Пришел в себя? — резко поинтересовался телохранитель. Впрочем, в данный момент он злился вовсе не на клиента.

— А я терял сознание? — удивился Джер.

— Можно и так сказать, — усмехнулся Ройс. — Сказать точнее — ты попросту потерял голову, суккубы совсем тебя заморочили.

— Суккубы? — переспросил маг, кажется начиная соображать. Он твердо встал на ноги и аккуратно высвободил свой воротник из хватки спутника.

— Да, те дамы, что встретились нам возле указателя на развилке. Ты хоть это помнишь?

— Ой, шкатулка! — встрепенувшись, охнул юноша и опять полез рыться в сумке. — Я ведь не отдал им ее содержимое?!

— Нет, — успокоил Джера телохранитель. — А что в ней такого ценного, позарез необходимого суккубам? Они ведь точно знали, что ты везешь. На простое ограбление не похоже, ведь не деньги они хотели взять.

Маг на мгновение растерялся, а потом сказал полуправду:

— В шкатулке дар для высшего инкуба, и я обязался доставить его в целости и сохранности! Конкретнее я и сам не знаю.

— Значит, не только триитцы заинтересованы в том, чтобы ты не добрался до Иласа, кто-то из инкубов тоже послал своих женщин, хотя и не со столь кровожадными планами, — сделал вывод Ройс.

Джер в это время наконец-то отыскал в сумке шкатулку, убедился, что его охранное заклинание на месте и никто чужой не касался артефакта, и облегченно перевел дыхание. Слова телохранителя — это, конечно, хорошо, но лучше во всем убедиться лично.

— Я не пойму только одного, — между тем продолжил рассуждать Ройс, — почему император так тебя подставил? Если он предполагал, что за содержимым шкатулки будут охотиться, то не в его стиле заставлять доверенное лицо так рисковать!

— Может, он не догадывался о всеобщем интересе, — поспешил Джер встать на защиту Никора. — Да и заметь, что на нас нападают такие же одиночки, как мы! По идее, маг и хороший телохранитель имеют все шансы живыми и невредимыми дойти до цели. Император был в этом уверен!

Ройсу оставалось только надеяться, что Никор не ошибся в своих расчетах. Джер ничуть не похож на опытного мага, а он — на хорошего телохранителя. Обоим не хватает опыта, чтобы с честью исполнять свои роли. В принципе, если бы Ройс сам не оказался втянут в это дело, то сказал бы, что правитель прав. Для далекого путешествия, где нет необходимости прорываться сквозь вражеские войска, такая компания наиболее оптимальна. Маленькая, подвижная группа, которая имеет возможность эффективно сочетать заклинания и оборону холодным оружием, где каждый должен выкладываться на сто процентов, не надеясь на товарищей, и всегда быть настороже, выгоднее большого отряда. Им легче уйти от преследования, затеряться, замаскироваться. Никто ведь не требует, чтобы два человека в открытую сражались с врагами, решившими их перехватить.

Просто надо признать, что Ройс и Джер с самого начала вели себя непростительно беспечно. Из-за недомолвок и скептицизма ни маг, ни телохранитель не верили в реальную угрозу.

— Чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! — в очередной раз выругался Ройс. — Кажется, я влип.

— Это твоя работа, — заметил Джер. — Тебе и платят за мою охрану, а не за простое сопровождение. Кстати, спасибо.

— За что?

— За то, что не дал мне совершить глупость.

— А-а-а, пустяки.

— Сам-то ты как избегнул их чар? — поинтересовался маг.

— Чудом… и милостью богов, — с заминкой хмыкнул Ройс.

Он с удивлением осознал, что ведь и правда: если бы не вовремя произнесенное имя покровителя…

Зато Джер расшифровал его слова по-своему. Он наконец-то вспомнил предупреждение наставника АТеРа о нетрадиционной ориентации телохранителя и решил, что тому нипочем очарование суккубок, зато надо держаться настороже с инкубами. Впрочем, даже хорошо для их миссии, что они такие разные.

— Ладно, нам надо ехать, — вздохнул Джер.

— Да, я уже зверски хочу есть и пить, — согласился телохранитель.

— Кажется, поместье Гардияров будет за этим фруктовым садом, виднеющимся вдали, — обнадежил его маг.

Они успели проскакать половину расстояния, когда за их спинами раздался стук копыт. Кто-то быстро приближался по дороге с запада. Оба, не сговариваясь, бросили взгляд назад и выяснили, что к ним несется курьер почтового ведомства в своей легко опознаваемой форме. Вскоре Ройс даже рассмотрел лицо и вспомнил имя этого человека. И на сей раз ни у мага, ни у телохранителя не было сомнений, к кому тот торопится.

— Я тебя догоню, — сказал аристократ рода Арито, не желая, чтобы маг оказался в курсе его титула и дел.

— Ну нет, — отказался Джер. — Вдруг суккубы еще не потеряли надежду и вертятся где-то поблизости? Не беспокойся, заглядывать тебе через плечо я не буду.

У Ройса не осталось выбора. Он решил отнестись к угрозе раскрытия инкогнито философски: если судьбе угодно, чтобы его настоящее имя сейчас всплыло, то так тому и быть.

Однако курьер не спешил окликать адресата письма, он приближался молча. Телохранитель даже приветствия не дождался. Мужчина в зеленой форме подъехал почти вплотную, протянул Ройсу плотный конверте магической печатью и кое-как прохрипел простуженным голосом:

— Вам!

После чего развернулся и начал быстро удаляться, даже не спросив, не нужно ли подождать и передать ответ. Похоже, бедолаге было сейчас не до того, чтобы угождать клиентам. Главное, оплаченную часть работы он выполнил, честь почтового ведомства не уронил, а теперь не желал в таком состоянии взваливать на себя новые обязательства.

— К лекарю поехал или просто дома отлежаться решил, — вынес вердикт Джер, глядя вслед курьеру.

— А ты лечить умеешь? — сразу озвучил Ройс пришедший ему в голову вопрос. Это умение было бы им очень полезно в дороге.

— Нет, что ты, — развел руками юноша. — Мне, конечно, давали всестороннее образование и учили всем направлениям магии, но кроме этого. Даже магистр Элиот не обладает столь ценными познаниями, ведь лекарей готовят в закрытой Ассамблее, входящей в состав Академии магии. И окончить ее могут только подопечные Элота Доброго, решившие всю свою жизнь посвятить лекарскому делу.

— Жаль, — вздохнул Ройс и, проделав положенные процедуры, вскрыл письмо.

«Спасибо за информацию, — было написано корявым почерком человека, не привыкшего часто держать перо в руках. — Я оповестил столичных сыскарей о характере повреждений алани Вардана, так что они усиленно ищут преступника. Будь осторожнее! Раз или два в неделю аристократы регулярно исчезают повсюду, а ты ведь у нас тоже не простолюдин. По интересующим тебя вопросам о Дартисе Метком пока ничего не нашел. Зато выяснил, что встреченный вами вампир по имени Пирс является одним из лучших агентов по деликатным поручениям в разведке своей страны. Второго, не зная имени и облика, идентифицировать не могу. Что они делают на нашей территории, пока неясно. Но мне было бы спокойнее, если бы ты присматривал за ними, не выпуская их из вида».

Ройсу даже не нужно было читать подпись, чтобы понять, кто опять решил его поэксплуатировать. Естественно, зараза Крис. И ведь не посчитался с тем фактом, что у новоявленного телохранителя нет с собой ни заговоренного меча, ни кольев из осины. В общем, возникает вопрос: кто за кем будет присматривать в случае совместного путешествия? И не слишком ли Ройс рискует своей жизнью и жизнью клиента? Хотя через лес Потерянных Душ с вампирами все равно ехать спокойнее…

— Плохие новости? — поинтересовался Джер.

— С чего ты взял?

— Ты хмурился.

— Это я так думал, — усмехнулся Ройс, измельчая письмо на почти невидимые глазу клочки.

Он не поленился слезть с лошади, аккуратно ссыпать бумажную труху на обочину дороги и поджечь.

— Ведешь себя так, будто тебе в этих письмах тайны империи открывают, — фыркнул Джер и отправил лошадь вперед.

До поместья Гардияров маг и телохранитель добрались без приключений и устроились в специальном гостевом коттедже с просто-таки кусачими ценами. Высокородные хозяева отсутствовали, а слугам было бесполезно доказывать, что посланники императора имеют право на бесплатное гостеприимство. У них имелся приказ брать деньги за жилье со всех, и они его неукоснительно выполняли. Вот если бы кто-то из приезжих оказался аристократом… Но путешествующий инкогнито отпрыск рода Арито и не подумал называть свое настоящее имя ради такого случая.

Когда молодые люди заселялись, время только близилось к полудню, но Джер слишком устал и хотел спать, чтобы учитывать это. Он решил, что может себе позволить отдохнуть один день, а с рассветом опять отправиться в дорогу. А то, если он отключится в седле и упадет, будет только хуже.

Ройс перекусил купленными продуктами, покормил и напоил обоих коней, вычистил, а потом и сам решил подремать пару часиков. Он был рад возможности отдохнуть. В коттедже им с Джером выделили одну комнату на двоих, так что молодой человек растянулся на соседней кровати, положил рядом обнаженный меч, а под подушку засунул каэфу и набор игл для нее. В общем, он решил быть начеку, раз уж выяснилось, что на нанимателя идет нешуточная охота. Хотя ему не верилось, что кто-то посмеет напасть посреди бела дня.

Разбудило Ройса неясное чувство тревоги. Ни с того ни с сего сердце внезапно замерло в груди, а потом забилось в ускоренном ритме. Он тут же сжал рукоять меча и бегло осмотрел комнату из-под прикрытых век. Однако все было спокойно, удлинившиеся за время сна тени не скрывали никакой опасности. Конечно, парню могло что-то почудиться со сна, но он решил проверить для успокоения себя. Ройс тихонько поднялся на ноги, подхватил плохонький казенный меч и босиком, как был, подкрался к дверям. Вроде в общем коридоре этого маленького пустующего гостевого дома не было слышно ни шороха. Другие постояльцы прибудут поздним вечером, а то и ночью, и больше в здании не должно быть ни души. Молодой человек все же осторожно приоткрыл дверь, вышел из комнаты и крадучись добрался до ближайшего поворота коридора. В воздухе сверкнула сталь, и Ройс едва успел увернуться от молниеносного выпада. Навстречу ему, обнажив клыки в самоуверенной улыбке, шагнул вампир — молчаливый напарник уже знакомого им Пирса.

Телохранитель быстро кинул взгляд назад. Он не искал пути к отступлению, просто хотел убедиться, что никто не рвется в комнату к магу, чтобы убить его. Ройс лихорадочно прикидывал в уме тактику и пытался найти хоть какой-то выход, ведь простым железным мечом вампира не убить. Беспокоило также то, что он не видел второго противника, этого самого Пирса.

Вампир снова атаковал, не слишком затейливо, но резво. Кончиком своего меча Ройс отвел удар и, перенеся вес на правую ногу, левой изо всех сил пнул клыкастого врага по коленной чашечке. Последовавший затем бурный поток слов на неизвестном телохранителю языке мало походил на комплименты. Однако вампир не упал и был в состоянии снова пытаться достать ренийца мечом. На парня обрушился град быстрых ударов. Телохранитель на пределе своей скорости увертывался, ставил блоки, но не успевал контратаковать. Хотя он уже понял, что вампир отнюдь не является мастером меча и знает только простейшие приемы. Можно сказать, парню повезло. Понять бы только, как этим везением воспользоваться…

Противники практически застыли на одном месте, не отступая, но и не имея возможности сделать шаг вперед. В воздухе стоял звон стали, и краем сознания Ройс очень удивлялся, как это Джер до сих пор не проснулся. Ему не помешала бы помощь мага, ведь вампир скоро просто истощит его физические силы! Ни один человек не может долго тягаться с представителем этой расы в скорости реакции. Для вампиров быстро двигаться — так же просто, как дышать, а вот людям приходится изрядно напрягаться.

Ройс решил рискнуть. Пропустив клинок противника над своей головой, он сделал шажок вперед и снизу вверх пронзил сердце кровососа, хотя этим нелюдя было не прикончить. Но он на то и не рассчитывал. Ройс не стал вынимать свой меч из раны, тем более что клинок начал плавиться и вряд ли пригоден к дальнейшему использованию. Вместо этого парень развернулся к врагу спиной, ухватил за руку, держащую оружие, и перекинул вампира через плечо. Проделано все было достаточно быстро, так что тот не успел даже рот раскрыть и примериться к шее человека. Ройс пнул противника в живот и одновременно выкрутил кисть с мечом. Оружие упало на пол, и тогда телохранитель ногой оттолкнул его подальше. Теперь ему надо было не дать вампиру вырваться из захвата и снова обрести свободу действий. Уж по силе-то они примерно равны, не то что по скорости.

Ройс, подогнув колени, прыгнул на кровососа, исторгнув из его груди болезненный стон. Внутренние органы явно оказались отбиты, хотя при отменной регенерации вампиров этого мало. Телохранитель врезал подмятому врагу кулаком в челюсть. Его очень интересовал вопрос, теряют ли кровососы сознание или затеянная им рукопашная ни к чему не приведет? Он принялся молотить вампира по лицу и груди, пока тот не попытался дать сдачи. А вот затем Ройсу пришлось просто вцепиться в руки противника, не давая ему замахнуться. Человек и вампир катались по полу коридора. Телохранитель пытался снова подмять кровососа под себя, ударить ногой в живот или ниже, приложить головой об стену. Но враг тоже не бездействовал, стараясь вцепиться клыками хоть в шею, хоть в руку, пусть и прикрытую одеждой, он изо всех сил брыкался, как норовистая лошадь. Пару раз вампиру удалось ухватить зубами рукав ренийца. Несмотря на довольно удачные удары телохранителя, кровосос совсем не утратил прыти и абсолютно не собирался терять сознание.

— Джер! — громко завопил Ройс. — Джер, Дартис тебя возьми! Просыпайся!

— Чего тебе? — раздался из комнаты сонный голос мага.

Похоже, он или не слышал звон мечей, или решил, что это сон, или подумал, что это его телохранитель тренируется. Джер не верил, что на них могут напасть среди бела дня, да еще и в поместье, а не на дороге.

— Под моей подушкой восьмая игла слева! Принеси, пожалуйста! — крикнул Ройс, едва успев отдернуть голову, чтобы вампирюга не впился в подбородок.

— А самому достать слабо? — громко поинтересовался в ответ ученик придворного мага.

Телохранителю на мгновение захотелось, чтобы на месте кровососа сейчас оказался Джер. В этот момент он как раз очутился на спине в невыгодном положении, но от злости решился ненадолго отпустить левую руку вампира, не ожидавшего подобного хода. Ройс быстро вцепился в волосы противника и ткнул его голову прямо об угол стены на повороте. Маневр оказался исключительно удачным, так как правый клык кровососа не выдержал такого вопиющего к себе отношения и… выпал. Ошарашенный вампир даже замер на пару секунд. На лицо телохранителя капнула его слюна из раскрытого рта, однако крови не было.

Воспользовавшись подвернувшимся шансом, телохранитель снова зажал левую руку врага и, крутанувшись, оказался сверху.

— На нас напали, тащи иглу! — повторно крикнул Ройс.

Он не тешил себя надеждой, что теперь кровосос стал менее опасен. У него еще один клык остался! Да и обычными зубами кожу можно прокусить ничуть не хуже, чем острым клыком. К тому же к этому времени казенный меч парня частично испарился, частично превратился в металлические потеки на одежде вампира, а рана успела полностью исчезнуть, оставив в качестве напоминания о себе небольшое кровавое пятнышко вокруг дыры с левой стороны груди.

Вампир зашипел и начал сопротивляться еще яростнее, пытаясь вывернуть хоть одну руку из хватки человека. Однако при этом он больше не допускал приближения к углу, об который ему выбили клык. Вряд ли кровосос знал, какую именно иглу просил рениец у мага, скорее просто не хотел оказаться один против двоих.

Но в коридоре уже послышался топот. Выглянув из комнаты и заметив сцепившихся на полу противников, Джер все-таки выполнил просьбу телохранителя и теперь спешил на помощь. На бегу он успел громогласно возмутиться:

— Ты что, с одним человеком справиться не можешь?!

— Это вампир! — рявкнул Ройс. — Ткни его иглой, только осторожно, в меня не попади.

— А что-то у него справа клыка нет! — уперев руки в бока и не воспринимая ситуацию всерьез, заявил Джер.

Он решил, что за пару секунд промедления телохранитель не скончается, ну получит раз или два кулаком от незнакомого человека.

Клубок из тел продолжал кататься недалеко от его ног. Противник действительно пытался укусить увертывающегося Ройса, весьма резво вытягивая шею вперед и клацая зубами. Проблема была в том, что маг не верил телохранителю и сомневался в его квалификации.

— Зато слева клык есть! — сердито рыкнул Ройс, прилагая все силы, чтобы сдерживать разъяренного вампира.

Джер с сомнением присмотрелся к противнику и ахнул. Клык действительно был!

— Куда ее ткнуть? — засуетился ученик придворного мага, выставляя иглу, зажатую в пальцах, перед собой. — Ты уверен, что это поможет?

— Да делай уже хоть что-нибудь! — простонал Ройс, которому начало казаться, что у него не осталось ни одного кусочка кожи, не покрытого синяками.

Все мышцы болели от напряжения. Рукава, истерзанные зубами вампира, большей частью превратились в лохмотья.

На этот раз Джер не колебался, ведь на кону стояла жизнь человека — его спутника. Он подгадал момент, когда враг окажется сверху, и решительно воткнул иглу ему в плечо, после чего живо отскочил подальше.

Противники перекатились еще пару раз, а потом тело вампира грузно обмякло и придавило Ройса. Но ни пожаловаться, ни облегченно перевести дыхание телохранитель не успел. Внезапно труп кровососа вспыхнул нестерпимо ярким светом и осыпался пеплом на вымотанного аристократа. Ослепнув, Ройс не видел, как все происходило, он только почувствовал, что давящий вес тела неожиданно куда-то пропал. Джер, не успевший отвернуться, тоже пытался проморгаться и восстановить зрение. Перед глазами плавали разноцветные круги, имеющие мало общего с реальностью.

— Ройс, ты жив? — напряженно поинтересовался ученик придворного мага.

— Не знаю, — после некоторой паузы отозвался телохранитель.

— Как это?

— Вот увижу хоть что-то, тогда и скажу, на том мы свете или на этом, — хохотнул подопечный Дартиса.

— Нашел время шутить, — немного обиделся Джер. — Вампир точно не успел тебя укусить? А то превратишься в безмозглого маньяка с единственным навязчивым желанием глотнуть чьей-то крови. Историю войн изучал?

— Не нервничай, я в порядке, — успокоил мага телохранитель. — А если удастся принять ванну, отдохнуть и достать где-то другой меч вместо моего, то буду чувствовать себя еще лучше! Учти, я сегодня остался без оружия. Арбалет не в счет.

— Хочешь — возьми мой меч, я все равно не умею с ним обращаться, — предложил Джер, аккуратно массируя закрытые веки.

— Нет уж, этой зубочисткой пользуйся сам, а мне нужен клинок подлиннее и с магическим заговором, чтобы можно было поразить им хоть вампира, хоть нечисть. В футляре, прилагаемом к каэфе, осталась всего одна игла против кровососов.

— А где второй вампир? — забеспокоился Джер.

— Пирса я не видел. Давай сейчас сходим за иглой и осмотрим весь дом. Только не отходи от меня далеко и морально приготовься без колебаний применять боевые заклинания, — попросил Ройс.

— Если что, я фаерболом воспользуюсь. Думаю, на сей раз в случае чего я могу действовать, не опасаясь задеть тебя. Главное, не лезь больше обниматься с вампиром, — сказал маг, а потом с напряжением спросил: — Ройс, а это нормально, что я только что убил живое существо и совсем не испытываю угрызений совести?

— Все в порядке, не переживай. Он первый напал! Очевидно, вампир тоже стремился заполучить шкатулку, но не столь мягким способом, как суккубы.

Джер ощупал свисающую с плеча сумку, будто мог таким образом проверить сохранность вещей в ней. Он немного нервничал, но держался хорошо, в панику не впадал.

Ройс был собран и напряжен, готовясь отразить новое нападение, если таковое последует. Он брезгливо стряхнул с себя пепел покойного вампира, восстановившимся зрением осмотрел пол, подобрал выбитый клык и спрятал в карман брюк. Затем молодой человек внимательно изучил оба конца коридора и, обогнув Джера, боком пошел к комнате.

Внутри никого не оказалось, все вещи лежали там, где их оставили. Телохранитель первым делом достал из-под подушки набор игл и выбрал смертоносную для вампиров. Остальные он, не вынимая из жестяного короба, положил в карман. Далее для надежности Ройс одолжил у мага короткий легкий меч и двинулся совершать обход. Джер пристроился чуть позади и не отставал ни на шаг.

Однако, тщательно осмотрев все помещения и коридоры, молодые люди не обнаружили ни души. То ли вампир пришел один, то ли второй успел сбежать. Спать путешественники больше не могли, а потому прогулялись пешком до близлежащей деревни, где за приемлемую цену купили Ройсу целых два неплохих меча и нож. Джер безропотно заплатил за покупки, так как его жизнь и порученная императором миссия были гораздо важнее, чем легко доставшиеся деньги. Если бы телохранитель попросил, маг купил бы хоть все имеющееся в лавке при кузне оружие.

Вернувшись к коттеджу, где их поселил распорядитель поместья, Ройс показал Джеру несколько простейших ударов и связок. Но полноценной тренировки не получилось, потому что непривычный к оружию ученик придворного мага постоянно путался в собственных руках и ногах, несколько раз просто ронял свой короткий меч, а под конец даже чуть разрезал мантию и оставил на бедре небольшую кровоточащую царапинку.

Темнело, а потому Ройс не стал дальше мучить нанимателя. За один раз он все равно не научится нормально держать меч в руках, тут нужна практика.

— Пойдем поужинаем и ляжем спать, — предложил телохранитель. — Тебе еще мантию надо зашить, не выбрасывать же хорошую вещь из-за одной небольшой дырочки. И странно, я думал, что амулет не должен допустить подобного казуса. А тут выходит, что против чар суккубок он бесполезен, в борьбе с вампирами ничуть не помогает и даже допускает, чтобы рядом с кожей его владельца летал меч… Неужели амулет как-то распознавал, что я не желаю тебе зла, а потому вовремя остановлю клинок?

— Как же так?! — охнул маг. На его лице ясно читалось недоумение. — Ройс, так не должно происходить! Я не понимаю, в чем дело. Неужели они испортились?!

— А такое возможно?

— Запросто. Магистр Элиот вполне мог что-то перепутать, он ведь тоже человек! Или я неправильно их настроил? — задумался Джер. — Понимаешь, у меня тогда мысли витали совсем в другой области… Да и на сборы было мало времени, так что мы с учителем не проверили работоспособность амулетов. Понять бы еще, они совсем не действуют или все же сработают, но при смертельной опасности, когда резко изменится эмоциональный фон?

— Неважно, — отмахнулся Ройс от этих рассуждений. — Главное, что на амулеты лучше не рассчитывать. Сработают — хорошо, а нет… тогда, надеюсь, у нас будет готов запасной план действий.

— Да, — согласился Джер с огорченным видом. — По сути, мы остались без универсальной магической защиты. Интересно, а нельзя где-нибудь в округе найти другие амулеты?

— Смеешься? Их вообще единицы магов производят. Да и продают отнюдь не в деревнях, а в столице!

— Знаю, но помечтать-то можно, — вздохнул ученик придворного мага.

Глава 12. ДУЭЛЬ.

Утром, учитывая неисправность амулетов, Джер принял решение на время для маскировки снять мантию и пристроится к какому-нибудь каравану, идущему на восток. Он считал, что так будет гораздо безопаснее, и Ройс согласился с этим. В окружении многочисленной охраны и лиц, сопровождающих караван, наемным убийцам будет сложнее подобраться. Да и вампиры с триитцами наверняка выслеживают сейчас на дорогах двух одиноких путников. У ренийцев появится возможность затеряться, ввести противников в заблуждение и хотя бы выгадать время, пока новые агенты враждебных держав разберутся, что к чему.

Ройс и Джер выехали из поместья Гардияров с рассветом и по дороге принялись высматривать подходящий караван. Вдруг попадется процессия повозок, двигающихся от Сархейма на восток, а не наоборот? Но, как назло, на дороге не наблюдалось рисковых купцов, решившихся гнать свой товар напрямик через лес Потерянных Душ. Путники натыкались только на крестьян, везущих сено и излишки собственноручно выращенных овощей на продажу в соседние деревни или продукты для кухонь аристократов-помещиков. Пару раз попадались такие же маленькие группки путешественников, которые не смогут обеспечить им прикрытие и надежную дополнительную защиту, зато сами окажутся в опасности. Джер ни в коем случае не хотел рисковать жизнями ни в чем не повинных незнакомых ему людей.

И только ближе к полудню маг и его телохранитель нагнали добротную, почти новую дорожную карету с отрядом личной гвардии аристократа, сидящего внутри. Это было не самое удачное решение их проблемы, но особого выбора у Ройса и Джера не наблюдалось.

— Я поговорю с начальником охраны и спрошу, можно ли пристроиться позади кареты, — сказал ученик придворного мага. — А может, и алани захочет выглянуть побеседовать.

— Стой! Знатные и важные люди сами такие вопросы не решают, — заметил телохранитель.

— Так я же не аристократ, а выше головы не прыгнешь, — спокойно констатировал Джер.

— Зато — приближенное к императору лицо! Надо делать акцент на этом, иначе ты ничего не добьешься. Поверь, среди аристократов и их доверенных лиц множество тех, кто не станет просто так оказывать услугу незнакомцам, даже самую пустячную. Они ценят только полезных людей с высоким положением в обществе. Сам должен знать, ведь не один год провел при дворе.

Джер засомневался, но взваливать переговоры на телохранителя ему показалось неправильным. Хотя, надо признать, после совместного убиения вампира, когда Ройс в одиночку вполне успешно оборонялся от опаснейшего существа, доверие мага к нему возросло. Теперь он чувствовал себя немного спокойнее. Но уж если Джер сам не сможет договориться, проведя несколько лет во дворце, то что требовать от телохранителя — по-видимому, бывшего горожанина? Правда, стоит заметить, вполне образованного и знающего.

Маг, одетый в одну только рубашку и брюки, без своей любимой мантии, выдвинулся вперед и спросил погромче:

— Эй, служивые, кто у вас здесь главный?

— Ну я, — отделился от отряда человек средних лет, сверля мага подозрительным взглядом.

Его рука открыто лежала на рукояти прямого полуторника. Это молодежь обычно хочет показать свою смелость, лихость и презрение к опасности. Человек опытный уже знает, что лучше лишний раз проявить бдительность, а потом, после прояснения ситуации, если его поведение покажется кому-то откровенно наглым и вызывающим, язык от извинений не отвалится. Начальник охраны, сопровождающий карету, прекрасно знал свое дело и должным образом выполнял доверенную ему работу.

Остальные всадники продолжали скакать впереди и позади от охраняемого объекта, хотя и подобрались, готовые к действиям. Мгновенно смолкли все разговоры, строй стал четким и выверенным.

— Дороги нынче опасны, — издалека начал Джер, но тут же по реакции понял, что ляпнул не то.

Глаза начальника охраны сузились.

— Что это ты имеешь в виду? — угрожающе спросил он. По причине юного возраста человека, окликнувшего его, мужчина обращался по-простому, без изящной словесности и вежливых оборотов.

— Я всего лишь хотел уточнить, не будете ли вы против, если мы с приятелем пристроимся позади вашего отряда и воспользуемся предоставленной защитой? — поспешил исправиться Джер. Правда, от волнения он изъяснялся немного витиевато.

— Хм, — нахмурился воин. — Да зачем вы нам сдались в арьергарде?! Я еще всякую подозрительную деревенщину за спиной не оставлял!

— Клянусь, я не злоумышляю против ваших господ, — торжественно сказал ученик придворного мага. — И вовсе я не крестьянин!

— А кто? Чей-то нерадивый слуга, отосланный с глупейшим поручением, лишь бы с глаз подальше?

— Да, слуга! — неожиданно подал голос Ройс из-за спины Джера. — Слуга его императорского величества Никора Второго, выполняющий его высочайшую волю. Извините, может, мой клиент не слишком ясно выразился…

— А ты кто таков будешь? — перебил начальник охраны. Он по-прежнему держал руку на мече, ни на миг не убирая, и старался двигаться между назойливыми незнакомцами и каретой.

— Простите мою бестактность, я телохранитель вот этого молодого человека. Ройс Аритон к вашим услугам. Недавний выпускник АТеРа, если вы слышали про такое заведение.

При этом молодой аристократ, по просьбе дяде скрывающий свое происхождение, выразительно поправил на груди медальон, болтающийся прямо поверх грубой, широковатой ему рубашки.

— О-о-о, — уважительно протянул начальник охраны. — Молодой человек с толком подошел к выбору сопровождения, не зря потратил средства.

— Мои услуги оплачивает казна, — вставил Ройс, старательно пускающий пыль в глаза.

Все равно вряд ли кто-то из этих людей, едущих по своим делам, опознает ученика магистра без мантии. А у императора и без него много разных посланников и колесящих просторы Рении доверенных лиц для поручений.

— Торсон, с кем это ты там разговариваешь? — раздался из кареты нарочито безразличный голос. Говорил явно солидный мужчина с чувством собственного достоинства.

— Извините, алани, здесь два путника просят разрешения ехать с нашим отрядом. Сами знаете, на дорогах нынче неспокойно. Вон, даже вампиры нагло разъезжают среди бела дня.

— Да почудилось тебе все! — раздался из кареты капризный женский голосок. Его обладательница, очевидно, не привыкла, чтобы с ней спорили, и, пользуясь своим более высоким положением в обществе, старалась оставить последнее слово за собой.

Начальник охраны скривился, но вслух возражать не захотел. Энергию, сэкономленную на бессмысленном споре, лучше потратить на повышение бдительности.

— Я, глава рода Сьерро, с удовольствием окажу услугу этим двоим молодым путникам, — заявил аристократ из кареты, не забыв ненавязчиво представиться. Надо, чтобы императорский посланник знал, кого благодарить и упоминать в докладе перед Никором Вторым.

Ройс нахмурился. Имя было ему знакомо, ведь Кириано, первый ученик в рейтинге АТеРа, получается, приходится аристократу сыном! Да и сам по себе мужчина был довольно известной личностью среди придворных, так как отличался спесивым, высокомерным характером и непомерными амбициями. Вот только все его чаяния сводились к тому, чтобы разбогатеть и стать влиятельнейшим человеком в Ренийской империи, не ударив для этого и пальцем о палец. Ройс слышал, что у главы рода трое сыновей от разных жен и одна дочь, нажитая на стороне, но официально признанная. Однако тут, скорее всего, сыграли свою роль отнюдь не родительские чувства, просто аристократ почуял выгоду. Он решил, что дочку, которая к тому же оказалась очень недурна собой, вполне можно выгодно пристроить замуж. Чем она не пара самому императору? Род Сьерро, конечно, не слишком древний и не самый почитаемый, но красота девушки с лихвой все компенсирует!

Впрочем, цель заполучить в зятья императора не мешала заботливому папаше старательно знакомить дочь с другими богатыми и влиятельными людьми. Поговаривали, что в последнее время пожилого алани чаще всего можно было застать при дворе в компании девушки на выданье, а не старшего сына. Наследник вопреки воле отца уже давным-давно женился, только этот брак ничуть не способствовал возвышению рода и абсолютно не принес богатства.

Встреча с главой рода Сьерро не сулила приятной дороги и не слишком радовала, но один плюс Ройс все же усмотрел. Он лично не был знаком с этим аристократом, а потому точно останется неузнанным. Очень хорошо, что у него появится возможность спокойно присмотреться к старому интригану, ничем при этом не рискуя. И если в карете вместе с ним едет дочка, то Ройсу тем более лучше сохранять инкогнито, ведь он — завидная добыча при дворе. А Джеру вроде ничего не грозит. Глава рода будет не против сам свести с ним знакомство, но сблизиться с дочерью не позволит. Случайные попутчики — птицы не того полета, не таких мечтает подбить амбициозный аристократ.

— Благодарствую, алани, — между тем произнес Джер. — Мы постараемся ничем вас не обременить и поедем позади кареты, пока наши дороги не разойдутся.

— А куда вы направляетесь? — поинтересовался пожилой аристократ.

Без подсказок с его стороны кучер замедлил ход кареты, чтобы хозяину было сподручнее разговаривать.

— На восток, — замялся Джер, не зная, можно ли назвать конкретное место.

Мужчина не походил на бандита, специально охотящегося на него и на драгоценную шкатулку, и вряд ли бы стал лично участвовать в разбое, а тем более тащить с собой на такое дело даму.

— В один из трех торговых городов? — уточнил алани.

— Да, — кивнул ученик придворного мага, хотя еще колебался, можно ли доверять случайным попутчикам.

После недавних событий он подозревал даже любую тень. Джеру доводилось слышать про главу рода Сьерро, но он не интересовался светской жизнью, а потому не помнил ничего конкретного.

— А-а-а, ну ясно. Наверное, еще не определились, какой дорогой воспользоваться, — протянул из кареты женский голосок. — Вот мужчины! Лучше бы собирались толпой и ходили по ближайшей дороге, а они протоптали три тропки и теперь гадают, где будет безопаснее!

В принципе дама была права. Но уж так повелось с незапамятных времен. И теперь даже император не решился бы приказать перекрыть две дороги из трех. Ведь если после подобного распоряжения в лесу сгинет очередной караван, то это запросто может поднять волну народного возмущения. Управление государством — дело сложное, не терпящее необдуманных действий и радикальных мер в мелочах. Обязательно найдутся те, кто предпочитал пользоваться исключительно одной из закрытых дорог.

— Тише, дорогая, — сказал мужчина, обернув лицо в глубь кареты. — Наши новые знакомые ни в чем не виноваты. Что они о нас императору скажут!

Но в ответ донеслось своевольное фырканье.

— Дочка чудит, — развел руками аристократ, высунувшись в окошко кареты. Но он не стал представлять молодых людей друг другу. Впрочем, мужчина и именем Джера не поинтересовался, оно ему было ни к чему. — Пристраивайтесь, где вам удобнее, вечером пообщаемся.

Ученик придворного мага склонил голову, принимая приглашение. Он немного робел перед самоуверенным аристократом, боясь сделать что-то не то. Джер пытался сообразить, что можно рассказать алани вечером, если тот спросит про цель его путешествия и про поручение императора. Соврать? Или напустить тумана и намекнуть, что это слишком секретные сведения? Эх, не вышло бы еще хуже…

Карета увеличила скорость, и маг с телохранителем оказались там, куда и напрашивались, — позади экипажа. По обе стороны от них ненавязчиво пристроились начальник охраны главы рода Сьерро и один из его подчиненных. Видимо, они хотели перестраховаться. У них не было полномочий оспаривать решение алани, но вряд ли охранники его одобряли. Солдаты личной гвардии аристократа видели Джера и Ройса в первый раз и не имели никаких оснований доверять им.

Ни маг, ни его телохранитель не возражали против этого негласного конвоирования. Если людям так спокойнее — пусть едут рядом. У путников была куда более важная задача — не отстать от кавалькады. Их лошади не шли ни в какое сравнение с лошадями охраны и тем более с теми, что были запряжены в карету. Да и получалось, что солдаты, сами того не подозревая, обеспечивали путникам надежное прикрытие.

Некоторое время все ехали молча, приглядываясь друг к другу. Ройс то и дело ловил на себе косые взгляды конвоиров. Начальник охраны исподтишка пытался оценить его физическую форму, оружие и степень опасности. Джеру уделялось чуть меньше внимания, так как бледный худощавый юноша без своей мантии, с одним только коротким мечом производил не слишком грозное впечатление. Ройс, в свою очередь, тоже рассматривал охранников, запоминал их внешность, манеру двигаться, одежду. Он должен быть уверен, что никто чужой не приблизится к кавалькаде и к клиенту в частности.

Наконец начальник охраны решил закончить визуальное изучение и перейти к завуалированному допросу. Ни с того ни с сего на полном ходу он неожиданно короткими выкриками поинтересовался, повернув голову в сторону Ройса:

— Давно работаете? Вы когда выпустились из АТеРа?

— Недавно, — одним словом ответил телохранитель на оба вопроса, не желая вдаваться в подробности.

— Замечательно. Моему заместителю будет приятно с вами пообщаться, вспомнить старые времена. Он ведь тоже обучался в Ассоциации и даже десять лет после этого состоял на службе у какого-то аристократа, а затем у купца, — несмотря на тряску, умудрился вполне разборчиво произнести командир личной гвардии главы рода Сьерро.

Если он думал смутить этим Ройса — зря. Молодой человек законно получил свой медальон выпускника АТеРа, хоть и признавал, что пока не заслужил его.

— Пусть ваш заместитель подходит — пообщаемся. Мне тоже любопытно, так ли отвратительно там кормили в его времена, как нынче, — стараясь удержаться от усмешки, произнес телохранитель.

— А как к вам, кстати, обращаться? — задал Торсон вопрос, не слишком важный при завуалированном допросе, но обязательный при общении.

Ройс назвал свое имя и представил нанимателя, не уточняя его профессию, положение при дворе и фамилию. Он не хотел прямо врать, просто недоговаривал. А то вдруг сам аристократ или его дочка, увидев Джера при другом освещении, неожиданно вспомнят, кто он такой. Это тут же повлечет недоверие и принесет проблемы, придется вновь что-то выдумывать, изворачиваться. Шанс, конечно, очень мал, так как подобные люди не привыкли присматриваться к нижестоящим лицам в иерархической лестнице, такие и собственного камердинера на улице без ливреи не узнают, но ничего нельзя заранее исключать. Вдруг в прошлом ученик придворного мага умудрился обидеть кого-то из этих высокородных, наступив на ногу или толкнув? Уж врагов и обидчиков мнительные и мстительные алани узнают в любом виде и при любом освещении.

Телохранитель внимательно наблюдал за Торсоном. Скажет ему о чем-то имя Джера или нет? Оно не слишком редкое в Ренийской империи, но кто знает…

Однако начальник охраны больше интересовался Ройсом и практически не скрывал этого.

— А оружие, я смотрю, у вас серьезное, с серебряными полосами и магической обработкой, вон и руна на рукояти. Дороговато для обычного путешествия по дорогам, — не унимался он, пытаясь разговорить подозрительного парня в великоватой рубашке.

— Ага, нам тоже вампир померещился, пришлось принять меры, — усмехнулся Ройс, удивляясь, когда это Торсон успел заметить руну.

Их лошади шли бок о бок, мужчины почти касались друг друга ногами. Телохранителя одновременно и забавлял, и раздражал настойчивый интерес к своей персоне.

— Померещился? — тут же, насторожившись, переспросил Торсон. — Где? Если что-то кажется двоим…

— Троим, — поправил Джер, прислушивающийся к разговору и притирающийся к Ройсу с другого бока. — Меня тоже учтите.

Начальник охраны еще больше напрягся.

— Мы не готовились к встрече с вампирами, — озабоченно сказал он, оглядываясь по сторонам. — Вы уверены, что видели у подозрительных личностей клыки? А то и Джера, извините, можно принять за сотворенного или истинного кровососа.

Ройс прикинул, что им с магом будет выгоднее, если личная гвардия главы рода Сьерро будет настороже, а потому небрежно произнес:

— Могу и вам дать на клык полюбоваться. Тут один вампир его случайно… обронил.

В подтверждение своих слов он с трудом засунул кончики пальцев в карман брюк и вытащил выбитый об угол стены удлиненный острый зуб.

Конечно, при довольно быстрой езде внимательно рассмотреть его не представлялось возможным, однако начальник охраны к тому и не стремился. Уже одна готовность подтвердить факт встречи с вампиром вполне убедила.

— Он сам напал? — задал Торсон очень важный вопрос.

— Да, — подтвердил Джер, тоже просчитавший целесообразность и выгоду. Он и правда не знал точно, может, вампир просто хотел его крови и крови Ройса и вовсе не знал ни про какую шкатулку с артефактом.

— Один? — уточнил начальник охраны. Теперь акценты сместились, он больше опасался не двоих путников-людей, а куда более смертоносных, на его взгляд, противников.

— Напал один, но до этого мы видели нескольких его сородичей, — ответил Джер.

— Эх, как не вовремя алани понесло на восток, — вздохнул Торсон и, склонившись, принялся рыться в седельной сумке. — На дорогах творится нечто странное, крутятся небольшие группки из представителей всех рас. А у меня совсем мало серебряных наконечников для стрел, чисто случайно захватил!

— А какова цель вашего путешествия? — тут же воспользовался возможностью спросить Ройс.

— Зачем вам? — сверкнул глазами Торсон.

— Ну, может, недруги специально выманили алани из дома и наняли вампиров, — тут же выдумал версию телохранитель. — Надо же нам знать, не опаснее ли ехать с вами, чем одним. Мы-то мелкие сошки…

— Глупости вы говорите, — немного смягчился начальник охраны. — Хозяина сам император отправил в Кернак забрать и привезти финансовые отчеты мэра города. Бумаги, конечно, важные, но только для тамошнего градоначальника и Никора Второго. Наш император нынче вообще многих аристократов услал по восточным городам и поместьям, как будто отдохнуть от придворных захотел…

Джер улыбнулся. Он понял, зачем это было сделано. Никор, как и обещал, таким образом пытался организовать прикрытие для него. Прочим государствам теперь будет сложно понять, кто именно везет артефакт к инкубам. Все будут вынуждены строить догадки и распылять свои силы. Вот и встреченные недавно суккубы лишь спрашивали, не у него ли шкатулка, а не утверждали. Они всего-то прорабатывали возможность, причем грубо, раз не брали телохранителя в расчет.

А Ройс точно не знал, с чего император разогнал двор, но тоже догадывался, что неспроста и что у него было что-то на уме. Бумаги ведь могли переправить с помощью курьеров почтового ведомства или посредством алтарных камней, так нет же, Никор каким-то невероятным образом убедил аристократов оказать ему услугу и съездить лично… Наверняка прибегнул к грубой лести или даже выдумал еще одно «тайное» задание понаблюдать за кем-то. Ройс пытался сообразить, зачем это могло понадобиться, но у него были только догадки одна невероятнее другой.

— Ну, значит, появление вампиров — это просто стечение обстоятельств, — сказал он, сам ничуть не веря своим словам. В империи творилось нечто странное.

На этой ноте все погрузились в свои мысли, каждому было о чем подумать. Кавалькада без остановок неслась на восток, изредка до минимума замедляя ход, чтобы дать возможность лошадям хоть немного остыть и отдохнуть; высокородный придворный их совершенно не щадил. Пятиминутная задержка у ручья не в счет, так как скакунам даже не дали подойти к воде. Если бы Джер и Ройс ехали одни, то, наверное, сделали бы остановку в пути и нормально поели, но сейчас условия диктовали не они.

Вряд ли аристократы в карете голодали, оттуда пару раз вылетели какие-то объедки. Но о людях алани не заботились, гвардейцам и кучеру и перекусить было некогда. Глава рода Сьерро промучил всех допоздна и подал сигнал искать место для ночевки только тогда, когда солнце начало клониться к закату. Так что Торсону пришлось срочно изучать карту местности, выискивая в окрестностях подходящее здание, ведь в поле, без удобств, его хозяин останавливаться явно не пожелает.

К счастью, неподалеку обнаружилась крошечная придорожная таверна. Там сдавалась одна-единственная комната, которую, естественно, заняли аристократ с дочкой. Охране было предложено устраиваться внизу, в общем обеденном зале на широких лавках. Ройсу и Джеру досталось место на сеновале за смехотворно маленькую плату. Хозяин заведения был слишком рад наплыву посетителей, чтобы выторговывать побольше. А вот за горячую еду он брал полную цену, причем как в лучших столичных заведениях.

Но маг не пожалел денег, чтобы хоть раз за весь день нормально поесть. Так что они с телохранителем с удобством устроились за соседним от главы рода Сьерро столом. Алани пока не вспоминал о своем обещании побеседовать и не обращал на них внимания, зато его дочка нагло рассматривала обоих парней. Очевидно, ей было любопытно, но при отце она не решалась задавать вопросы. Два путника в простой одежде — это не те люди, общение с которыми будет одобрено амбициозным аристократом.

Ройс, пользуясь возможностью, тоже изучал «кандидатку в императрицы». Изящная девушка с длинными светлыми волосами, несомненно, была красива. Она выглядела хрупкой и беспомощной. Сразу даже не верилось, что именно этой особы опасается половина придворных. Дочка алани Сьерро не строила интриги, но ее неуместные вопросы и язвительные комментарии поставили в неловкое положение не одного высокородного и не за одним закрепили славу дурака. Среди них было и немало кандидатов в женихи, однако девушка даже ради отца не собиралась делать разграничений. К ней прочно прилипла репутация стервы. Шептались, что таким образом, через характер, в незаконнорожденной проявляется плебейская кровь. Аристократы предпочитали подыскивать в жены более кротких и послушных особ, иногда кокетливых и жеманных, но не таких навязчивых и наглых. А эта невеста на выданье имела обыкновение практически в лоб заявлять кандидату в женихи, что хочет за него замуж, и буквально преследовать по пятам, не давая ни минуты передышки. Многим поначалу льстило ее внимание, но через неделю, не имея возможности даже с друзьями поговорить наедине в стенах дворца, они задумывались, а через месяц и вовсе сбегали в дальние поместья по якобы неотложным делам. По возвращении аристократы опасливо шарахались от хищницы, с удовольствием знакомили с ней своих недругов, расписывая их богатство, срочно заключали другие брачные союзы…

— Ройс, — отвлек молодого человека голос Джера, — проследи за обстановкой. Я немного посижу с закрытыми глазами — учитель хочет узнать, как у нас дела.

От телохранителя в принципе ничего не требовалось. Он должен будет вмешаться только в том случае, если к магу кто-то попытается обратиться с вопросом, так что Ройс спокойно придвинул к себе еду и взялся за ложку.

На Джера не обращали внимания. Подумаешь, путник устал с дороги и на несколько минут прикрыл глаза, прислонившись спиной к затертой стене с грязными разводами. Зато Ройс, похоже, по-прежнему не давал покоя охране аристократа. Не успел он насытиться, как к нему подошел Торсон в сопровождении крепкого моложавого мужчины лет сорока, двигающегося с грацией хищника семейства кошачьих.

Ройс сразу понял, кого к нему привели, и в восторг не пришел. Он не хотел разговаривать об Ассоциации телохранителей и ее выпускниках, ему и наедине с тарелкой было неплохо. Это, может, заместителя начальника охраны ностальгия замучила, а он вовсе не желал вспоминать подробности о черной полосе своей жизни. Ночные кошмары, тренировки до изнеможения, дрянная еда и изоляция от остального мира оставили у него не самые приятные воспоминания. Алани Кириано по сравнению со всем вышеперечисленным — наименьшее зло. Все-таки в чем-то Ройс был сильно избалован, он не привык выполнять чужие распоряжения, жить по графику и терпеть лишения.

— А вот и твой коллега, — обратился Торсон к своему заместителю. — Ройс недавно закончил АТеР.

— Как насчет того, чтобы немного размяться? — тут же предложил мужчина, даже не представившись.

На его шее висел точно такой же диск, как у племянника командующего. На виду было изображение скрещенных мечей, а выгравированное имя и место в рейтинге скрывались на другой стороне. Однако и так можно было предположить, что в центре знака стоит число не больше десяти, а то и пяти.

— Спасибо, но я уже ем, — попытался вежливо отказаться Ройс.

— Да ну, вы и забросили-то в рот всего пару ложек, — свел его усилия на нет Торсон.

— Может, в другой раз? Мы ведь весь день провели в седле, устали, — сказал Ройс, начиная раздражаться. Ну что они к нему пристали? Заняться нечем, что ли?

— Выпускник Ассоциации — и жалуется на усталость? — приподняв одну бровь, изобразил удивление заместитель начальника охраны. — Не смешите меня! Молодой человек, уж окажите любезность и скрестите со мной меч, а то я давненько не тренировался с мастерами. Эдак недолго все навыки растерять!

Собственно говоря, особого выбора у Ройса и не осталось. Категорический отказ в подобной ситуации будет расцениваться как откровенная грубость, а портить отношения, когда предстоит еще не один день ехать вместе, совсем ни к чему.

— Джер, — тихо позвал он, — а ты что скажешь?

У молодого телохранителя была надежда, что маг под благовидным предлогом запретит подобную небезопасную для участников забаву. Он-то считает, что Ройс не слишком профессионально владеет оружием.

Но Джер на несколько секунд приоткрыл мутные глаза и с отсутствующим видом махнул рукой:

— Делай что хочешь.

Ройс с тоской посмотрел на стол, ломящийся от блюд со свежеприготовленной горячей едой, ему совершенно не хотелось вставать и участвовать в ненужном поединке. Это ведь будет даже не тренировка, а проверка способностей, в ходе которой его попытаются поставить на место, чтобы он уважал опытных воинов и прислушивался к ним в дороге. Да и не любил парень драться просто ради того, чтобы выяснить, кто сильнее…

Заметив его взгляд и колебания, дочь главы рода Сьерро ехидно заметила:

— Да вы не волнуйтесь, это ненадолго, минуты на две-три. Обычно один на один против Окланда дольше никто не выдерживает. Отец брал его в учителя моему брату не за красивые глаза.

— Виола, что ты себе позволяешь? — шикнул пожилой аристократ. — Это невежливо — указывать мужчине, что он слабее кого-то… даже если ты права. У императорского посланника сложится о нас превратное мнение.

Судя по виду, алани и сам с интересом ждал предстоящего поединка. Но он предвкушал удовольствие вовсе не от хорошей схватки, а от очередной победы своего человека.

— Молодая госпожа преувеличивает мои способности, — скромно сказал заместитель начальника охраны. — Я был всего лишь третьим в своем выпуске. Признаю, что теперь на моей стороне многолетний опыт, но ведь вы, должно быть, шустрее.

Ройс считал, что Окланд прибедняется, но в спор ввязываться не стал. Ни к чему без пользы сотрясать воздух, если все уже решено. Он поднялся на ноги и потянулся к оружию.

— Берите оба клинка, — попросил заместитель начальника охраны.

Племянник командующего молча выполнил это пожелание. Внутри кипело раздражение, но он не давал воли чувствам. Ройс чуть закусил нижнюю губу и вслед за опытным телохранителем, недавно сменившим профессию, прошел во двор. Света звезд едва хватало, чтобы можно было рассмотреть окружающее пространство, но, казалось, это ничуть не смущает Окланда. Он отошел от таверны, занял свободный участок двора, усмехнулся и на полминуты превратился в вихрь сияющей стали. Мужчина легко демонстрировал веерную технику с двумя мечами. Клинки так и порхали в его руках по непрерывным замкнутым траекториям, описывая замысловатые фигуры.

«Позер», — хмыкнул про себя Ройс. Он признавал, что Окланд великолепно движется, но ему претило бахвальство. А это была именно демонстрация силы, его пытались деморализовать. К сожалению для заместителя начальника охраны, молодой человек не испытал ни удивления, ни восхищения, ни страха. Он и раньше видел подобные номера в исполнении воинов гарнизона и… циркачей. К тому же Ройс не усматривал необходимости в подобных усилиях со стороны вызвавшего его на тренировку мужчины. Веерная техника хороша против превосходящего числа противников, когда тебя окружают, а так это напрасная трата сил. В поединке один на один Окланду подобная техника все равно не понадобится.

Молодой телохранитель, не делая лишних телодвижений, встал в среднюю стойку, развернувшись боком к номинальному противнику. Так он уменьшил площадь поражения и обеспечил себе возможность быстро парировать удары на любом уровне. Ройс сосредоточил взгляд на груди учителя алани Кириано и замер. В реальном поединке он сразу начал бы атаковать, так как нападающий всегда находится в более выигрышной позиции. Однако сейчас парень выжидал, не желая первым сломя голову окунаться в предстоящий фарс.

Кто-то из гвардейцев зажег пару факелов, хотя об этом не просили. Возле таверны выстроились зрители — хозяин заведения, сам глава рода Сьерро с дочкой, Торсон и еще несколько его подчиненных. Зато Джер отсутствовал, занятый переговорами с учителем. По сути, бой нужен Окланду и алани Сьерро для повышения самооценки, зато совершенно бесполезен и нежелателен для Ройса. Молодой человек никак не мог для себя решить, что лучше — быстро поддаться, назвать свой реальный номер в рейтинге и пойти спокойно доедать ужин или же серьезно померяться мастерством владения холодным оружием? Не возникнут ли потом к нему претензии и вопросы?

— Да прибудет с нами Мерток, — торжественно изрек заместитель начальника охраны и мгновенно атаковал.

Один меч крестовым ударом попытался достать правый бок Ройса, а второй с небольшим опозданием скрюченным ударом тут же покусился на бедро. Окланд предпочел остановиться на средней дистанции. Мужчины не сравнивали специально, но оба для себя отметили, что длина мечей у них примерно одинаковая. Нет смысла держаться от противника подальше, преимущества ни у кого не наблюдается.

Подопечный Дартиса, не призывая своего бога взглянуть на поединок, легко блокировал один удар и отпарировал второй. Тело двигалось автоматически, на рефлексах. На этот раз Ройс не сдерживал себя. Молодой человек решил, что сейчас, когда выбрался из АТеРа, он не позволит никому развлекаться за свой счет. И уж если ему на пути попался учитель алани Кириано, то надо воспользоваться шансом и восстановить свою самооценку, а то он так действительно скоро забудет, как надо сражаться. Теперь у него нет необходимости терпеть и строить из себя неловкого неумеху, который путается в собственных конечностях. И Дартис с ними, с теми вопросами! Зададут — он ответит. И не его проблемы, если эти ответы кому-то не понравятся! Ему, например, тоже не понравилось принудительное зачисление в Ассоциацию телохранителей, но ничего, терпел.

Ройс позволил Окланду замахнуться еще раз, а потом, чуть ускорившись, сам попробовал атаковать, но пока просто, без затей. Он попытался из полузакрытой стойки одним мечом, зажатым в правой руке, колющим ударом достать горло противника. Попасть парень не рассчитывал, скорее таким образом отвлекал внимание. Второй его меч с небольшим запозданием устремился под правую руку и рубящим ударом нацелился на ногу опытного телохранителя.

Однако его действия отнюдь не привели Окланда в замешательство. Он легко уклонился от первого выпада, прикрывшись своим клинком, и блокировал второй.

Но единственный подопечный Дартиса на этом не остановился, а продолжил весьма агрессивно нападать, решив не отдавать инициативу в руки заместителя начальника охраны. В ход пошли различные финты, чередующиеся с комбинациями мощных и незатейливых ударов. Окланд действительно был мастером, но ведь и Ройса тренировали не случайные люди, а воины, жизнь которых на службе напрямую зависела от выучки.

Мужчины сражались без всякой защиты, рискуя и вполне допуская, что противник может не успеть сдержать удар. Но обоим было не впервой так подставляться. В жизни много случайностей, от всех не убережешься. Да и не новички они, знают, что делают.

Через некоторое время каждый из поединщиков осознал, что нарвался на достойного оппонента. Не сразу, но оба пришли к этой мысли. Окланд понял, что быстрой победы не получит, и настроился на долгий и изматывающий бой. Опытный телохранитель попытался контролировать мечи Ройса, постоянно прижимая свои клинки к клинкам молодого человека, повторяя их траекторию. Но технически это было чрезвычайно трудно делать при сражении двумя мечами, внимание рассеивалось, так что вскоре он вернулся к простому парированию, блокам и попыткам контратаковать.

Наконец Ройс начал уставать, а потому решил изменить тактику. Правой рукой он атаковал верхнюю зону противника рубящим ударом и, пока тот отвлекся, перехватил меч в левой руке обратным хватом. Шаровидный набалдашник гарды оказался со стороны большого пальца. Практически тут же он сделал диагональный шаг — вперед и вправо — и с помощью прохода достал бок и живот воина. В настоящем бою он бы хорошо разрезал врага, а так парень в последний момент чуть повернул лезвие, и оно скользнуло плашмя, не причинив Окланду серьезного вреда. Уж если что и пострадало, так это гордость заместителя начальника охраны.

Оба тут же остановились, понимая, что поединок закончен и победитель выявлен. После подобного пропущенного удара любого больше будет беспокоить состояние собственных кишок — ведение дальнейшего боя на том же уровне просто невозможно.

Окланд на всякий случай ощупал живот и бок и, задыхаясь после напряженной схватки, отрывисто произнес:

— Поздравляю. Хорошо дерешься.

— Спасибо, — ответил Ройс, делая глубокий вдох, чтобы выровнять дыхание.

— Ты, наверное, был первым или вторым в рейтинге своего выпуска? — предположил заместитель Торсона. Он достойно принял поражение и не вопил, требуя реванша, не цедил слова сквозь зубы и не злился.

Молодой телохранитель выдержал небольшую паузу, интригуя, а потом, усмехнувшись одним уголком губ, признался:

— Двадцать седьмым из двадцати семи.

— Ничего себе! Ты шутишь?! — не поверив, воскликнул Окланд.

Глава рода Сьерро просто хватал воздух ртом, не в силах облачить мысли в слова.

— Ты бьешься лучше моего брата, а он сейчас первый в своем выпуске, отец узнавал, — подытожила девушка, тоже бросая неявное обвинение во лжи. — Кириано ни разу не задел Окланда.

— Можете спросить у моего нанимателя, он подтвердит, — сказал Ройс.

Конечно, парню было бы проще перевернуть свой именной знак обратной стороной и показать недоверчивым зрителям цифру, но не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел год. Молодой человек сделал вид, что забыл про болтающийся на шее диск. Ему казалось не слишком хорошей идеей признаваться, что он учился вместе с алани Кириано.

— Ну и спросим! — пригрозила Виола с многообещающим видом.

Как будто этим можно было испугать Ройса! Парень спокойно улыбался. Забавно было видеть подобную реакцию окружающих. Это он знал, что цифрам доверять не стоит, для остальных же людей сейчас произошло нечто невероятное.

— Лучше, чем в АТеРе, учителей нет! — уверенно заявил Окланд. — Я не понимаю, где можно было до такой степени улучшить свою технику! Наставники Ассоциации за год должны были по максимуму раскрыть ваши способности в фехтовании или предложить остаться еще на один срок. Они не могли выдать потенциальному мастеру последний номер в рейтинге и выставить за ворота.

— Ну… я немного не доучился, меня наняли раньше, — нашел оправдание Ройс. — Были чрезвычайные обстоятельства… Но если бы я пожелал, — выделил для себя слово парень, — пройти полный курс тренировок, возможно, номер был бы другим, ближе к началу списка.

— Недоучка, — с усмешкой хмыкнула девушка.

Однако остальные ее подколку не поддержали. Все были предельно серьезны и находились под впечатлением от произошедшего.

Зрители начали расходиться, возвращаясь к своим обязанностям или к еде. Солдаты личной гвардии алани Сьерро затушили факелы и направились по местам. Ройс тоже поспешил обратно к столу, надеясь, что Джер оставил ему хоть что-то съедобное. Конечно, все немного остыло, но это не беда. Главное, что на вкус все равно лучше, чем кормежка в АТеРе.

Маг действительно спокойно сидел на своем месте и работал ложкой, вилкой и ножом с ловкостью бывалого аристократа, побывавшего за сотней хорошо сервированных столов, и скоростью жутко голодного простолюдина. Похоже, очередной разговор с учителем он уже закончил, но решил не выходить полюбоваться на «позор» нанятого им телохранителя. Ничего хорошего от поединка Ройса с опытным воином он не ждал и, наверное, уже жалел, что не вмешался и не запретил бой. Но вряд ли тогда у ученика придворного мага было время подумать, он сказал первые пришедшие на ум слова, чтобы от него отстали.

Джер даже не поинтересовался, как все прошло, просто окинул телохранителя внимательным взглядом и удостоверился, что с ним все в порядке — руки-ноги на месте, ни колотых ран, ни порезов, ни иных травм нет. Может, он боялся задеть гордость спутника… Или же сам не хотел возвращаться к мысли о неудачности выбора, а потому предпочел не вникать.

Ройс сел на лавку и принялся уплетать еду. Если Джеру неинтересно, сам он не станет ничего насильно рассказывать, а то получится какое-то хвастовство. Будущее и так расставит все по своим местам. К тому же Ройс не считал себя непревзойденным мечником — и на него наверняка найдется управа. Просто оказалось, что техника Окланда — чуть-чуть хуже, а его опыт — не так полезен, как тот опыт, что племяннику командующего передали ветераны, чьи способности позволили им дожить до отставки.

Алани Сьерро некоторое время задумчиво поглощал пищу, а потом неожиданно поинтересовался:

— Ройс, а когда у вас заканчивается срок службы?

— Через несколько месяцев, — без задней мысли неопределенно сказал молодой телохранитель.

— А вы бы не хотели после этого поработать на меня? Личным охранником, по прямой специальности, — предложил аристократ, который никак не желал смириться с тем, что какому-то простолюдину, пусть и императорскому посланнику, достался мечник лучший, чем ему.

Ройсу и так было дико слышать вежливое обращение к себе от надменного аристократа. А когда он понял смысл полученного предложения, то вообще чуть с лавки не упал.

— Извините, у меня другие планы, — поспешил он разочаровать алани Сьерро, пока тот не счел, что молчание — знак согласия. Или что парень онемел от радости…

— Я вам буду платить больше, — не отстал высокородный.

— Спасибо, не нуждаюсь. Наймите лучше своего сына.

— Ты отказываешь мне? — возмутился аристократ, подчеркнув последнее слово так, будто он как минимум стоял наравне с богами.

«Видимо, высокое самомнение — это у них в роду наследственное», — тут же решил про себя Ройс. И, чтобы не спровоцировать ссору с аристократом, решился на небольшое вранье:

— Алани Мариот Арито лично хотел подыскать мне следующего клиента. Так что все вопросы к нему.

«Надеюсь, я все же успею объясниться с дядей до того. Должен же он меня хоть когда-нибудь выслушать! — подумал парень. — Да и вряд ли дядя одобрит кандидатуру алани Сьерро, ведь я буду вынужден ходить за ним по пятам на приемах, а это полностью перечит его задумке».

Джер с удивлением посмотрел на Ройса и перевел взгляд на сошедшего с ума, по его мнению, аристократа. С чего это алани решил выкидывать деньги на последнего в рейтинге телохранителя?!

Аристократ между тем недовольно поджал губы. Кажется, его не радовала перспектива обсуждать что-либо с командующим армии, к которому открыто благоволил император. Так что настаивать дальше и делать оскорбленный вид он не решился. С властями лучше не ссориться, хотя и неприятно осознавать, что помимо императора есть и другие вышестоящие персоны.

А ученик придворного мага так и не выяснил причины, по которым высокородный воспылал желанием нанять Ройса…

Глава 13. НЕОЖИДАННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ.

За пару недель пути позади кареты жизнь Ройса и Джера больше ни разу не подверглась опасности, зато рассудок… Алани Сьерро был вежлив — и только. Он почти не обращал внимания на молодых людей, считая обоих простолюдинами, хотя и, возможно, полезными. Аристократ не приглашал их разделить с ним вечернюю трапезу, не вызывал на разговор, не заботился о том, чтобы в попадающихся по дороге тавернах оставить им комнату для ночлега. Любопытство прошло, ответов на свои вопросы он так и не получил, полезных откровений — тоже. Но алани и не гнал путников, все еще надеясь на выгоду в будущем.

А вот его дочь после памятного спарринга с Окландом сделала молодого телохранителя объектом для всяческих подколок и упражнений в остроумии. К Джеру Виола обращалась по имени, а к Ройсу — не иначе как «доблестный воин», сопровождая слова улыбкой. Парень ее сторонился, старался не обращать на девушку внимания. Ему уже осточертело, что каждый пытается самоутвердиться или развлечься за его счет, терпение было на исходе еще в АТеРе.

Стоило телохранителю пожаловаться на усталость, как девушка заботливым тоном интересовалась, не заболел ли он. Если Ройс говорил, что хочет есть, дочь алани тут же обращала внимание на арбалет и спрашивала, почему он в таком случае не подстрелит по дороге дичи. Как будто это было в его силах! Не собирался он позориться при всем честном народе! Если молодой человек пытался показать Джеру несколько блоков и простейших атак, то Виола тут же ехидно выясняла, а не рановато ли ему готовить преемника и каков его возраст. Ройс злился, не хотел связываться с общепризнанной стервой и потому отделывался односложными вежливыми ответами. Он держался подчеркнуто любезно и холодно, но девушку почему-то злило его поведение…

Парень был в недоумении, почему эта высокомерная пиявка, уже второй год пребывающая в поисках богатого мужа, так взъелась именно на него, скромного телохранителя императорского посланника. Это что, попытки заигрывать?! Так она не по адресу! У него же нынче с собой ни одного империала нет. А если она таким образом пытается привлечь внимание Джера, то действует очень странно, да и маг тоже ей не пара! Хотя самой вероятной ему казалась версия, что девушка просто пытается мстить отцу за вынужденный отъезд из столицы. Ройс не понимал, что задумала Виола, и потому необходимость постоянно держаться настороже изрядно раздражала.

Зато охранники алани Сьерро, в том числе Окланд с Торсоном, вели себя вполне дружелюбно и доброжелательно. Они не раз предлагали Ройсу совместную утреннюю или вечернюю тренировку, от которых тот неизменно отказывался. Молодой человек понимал, что воины хотят перенять что-то из его техники, но не считал себя вправе давать уроки профессионалам, ему вполне хватало Джера в качестве ученика. Вот только успехи мага в освоении короткого меча были весьма сомнительны. За день скачки он уставал и не всегда был в силах уделить фехтованию хотя бы полчаса своего времени.

Да и Ройс не единожды буквально засыпал на лошади, намучившись ночью. Кошмары так и не прекращались. Еще пять раз за две недели парня вполне реалистично убивали из луков, арбалетов или закалывали ножами. И, что самое странное, оправляться после воображаемых ран было все сложнее. В последний раз он промучился пару часов, прежде чем боль в простреленных ночью участках тела отступила.

Иногда перед сном при ясном небе Ройс брал свой арбалет и крался подальше от людей, чтобы потренироваться. Но значительных успехов он за собой не замечал. Болты с огромным разбросом улетали в темноту, вынуждая парня к долгим поискам в кустах. И если кошмары насылал именно Дартис, то он совсем не ценил прилежание своего единственного служителя. Ройс все больше и больше беспокоился и приходил в отчаяние. Иногда он поднимал лицо к звездам и, не смущаясь, молил покровителя сказать, что он делает не так, в чем провинился? Но бог молчал и не являл никаких знаков, что услышал воззвания. А между тем привыкнуть к смерти, к черной воронке, поглощающей сознание, было просто невозможно. Знание того, что должно произойти в очередной раз, ничуть не помогало бороться со страхом, было только хуже.

В то же время Ройс совершенно не представлял, где искать объяснения тому, что с ним происходит. Ему трижды приходили письма из столицы от Криса, но ничего утешительного в них не было. Ни Окланд, ни Торсон, ни их люди ничего не знали о Дартисе, за последние годы этим богом мало кто интересовался.

Ройс пока крепился и скрывал свои проблемы от Джера, но чем ближе они подбирались к лесу Потерянных Душ, тем яснее парень осознавал, что придется все рассказать магу. Иначе в одну из ночей оба сильно рискуют не проснуться. Он не сможет в полном объеме исполнять свои обязанности телохранителя, периодами наниматель будет предоставлен сам себе и окажется беззащитен перед угрозой быть убитым лесной тварью, на которую не действует магия. Гордость Ройса протестовала, очень не хотелось признаваться в своей слабости, но промолчать — нечестно. Молодой человек надеялся, что до торговых городов разберется со своей проблемой, но не вышло. Бог как будто мстил ему одному за все человечество, годами поносившее его имя. Хорошо хоть Крис помог найти очень интересные данные, которые наверняка немного успокоят нанимателя и примирят с мыслью о не совсем дееспособном охраннике.

Ройс все тянул и тянул с признанием, пока в один ничем не примечательный вечер не осознал, что пришел крайний срок. На горизонте показались стены и башни крупного города. Это был Тесельхор — ближайший к Сархейму населенный пункт, от которого начиналась Правая дорога через лес Потерянных Душ.

Едва охранники заметили город, как Торсон подскакал к окошку кареты и громко обратился к сидящему внутри аристократу:

— Алани, на горизонте Тесельхор. Мы, как всегда, двинемся в объезд или все же переночуем там?

— А чем он отличается от других? — ворчливо поинтересовался высокородный, которому название города поначалу ни о чем не сказало. — В пригороде дешевле будет. Или ты предлагаешь мне переплачивать целое состояние за комфорт для вас, бездельников?!

Оскорбление Торсон, как обычно, пропустил мимо ушей. Он уже привык к грубым и бестактным манерам работодателя по отношению к себе и к своим людям и не обижался. Начальник охраны спокойно объяснил, чем примечателен показавшийся вдали город.

Судя по паузе, аристократ обдумал новость, что-то вспомнил, а затем приказал:

— Сворачиваем к воротам! Мы с Виолой хотели бы осмотреть город и в особенности особняк алани Тельсато, здешнего мэра. Говорят, он довольно состоятелен, и, думаю, не откажет нам в гостеприимстве на день или два.

— Отец, может, не надо? — раздался звонкий просительный голос девушки. — Давайте сразу отправимся в Кернак!

— Молчи, дочка. Тамошний мэр уже женат! — довольно громко заявил пожилой аристократ.

— А здешнему мэру под шестьдесят! — воскликнула Виола.

— Какая тебе разница? Главное, что его город процветает и жених богат, — раздраженно заметил алани Сьерро, а потом опять повернулся к начальнику охраны и уточнил: — Я не передумал. Двигаемся в город.

— Слушаюсь, — четко ответил Торсон с невозмутимым выражением лица.

Похоже, ему уже не раз доводилось становиться свидетелем перепалки между хозяином и его дочерью. Мужчина кивком засвидетельствовал аристократу почтение и придержал лошадь, снова пристраиваясь позади кареты.

Ройс и Джер чуть посторонились, давая ему место справа от себя. В принципе им было все равно, куда сдвигаться, так как пыли везде хватало. Но уж лучше немного потерпеть, чем рисковать в одиночку напороться на засаду вампиров, триитцев или суккубок. Что-что, а на охране своей драгоценной персоны алани Сьерро не экономил, нанял целый отряд профессионалов.

— А вы тоже поедете с нами осматривать город? — поинтересовался Торсон у Ройса.

— Ну уж никак не особняк здешнего мэра оценивать, — ехидно ответил телохранитель. — Думаю, нам с Джером непременно стоит побывать в Тесельхоре. А?

— Конечно, — согласился ученик придворного мага. — Хоть буду знать, как выглядят пограничные торговые города. Покрутимся на улицах, осмотрим кромку леса, а там можно будет и решение принять, какой дорогой воспользоваться.

— Рисковое вы дело задумали, — неодобрительно сказал начальник охраны. — Вам бы тогда мага нанять надо, а то сгинете ни за что ни про что. Втроем авось как-нибудь прокрадетесь, не потревожив зло, дремлющее в лесу Потерянных Душ. А вот с караваном отправляться не советую, это здорово уменьшит ваши шансы выбраться живыми. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Мой дед с двумя товарищами, один из которых был боевым магом, всю жизнь туда-сюда почти без приключений шастали с мелкими, но ценными грузами, какие можно унести на себе. Зато отец только раз и прошел по лесу, сопровождая купцов, а потом оставил меня сиротой. Да и друзья его позже ходили с большими отрядами, и так никто и не вернулся.

— Спасибо, мы учтем, — поблагодарил Ройс за совет.

А Джер еще раз убедился, что император был прав, правитель все продумал и учел, сведя риск к минимуму. Хотя при разговоре в кабинете он так и не раскрыл до конца все карты, очевидно надеясь, что так его посланник будет вести себя осмотрительнее.

Перед воротами Тесельхора не было ни души. Четверо утомленных стражников пытались незаметно друг для друга прислониться спиной к стене, ведь сидеть при несении караула тем более не положено. Они явно не ждали нападения или неприятностей и заметно расслабились. В такое позднее время желающих выбраться из города не было, а въезжали все в основном со стороны леса Потерянных Душ. Так что кавалькада из экипажа алани Сьерро, его охраны и двух пристроившихся к ним путников явилась для стражи сюрпризом, хотя, наверное, все же приятным. Прибытие гостей с этой стороны — это какое-никакое, а развлечение.

Как и положено, авангард из солдат гвардии аристократа остановился перед воротами, чтобы сообщить о цели прибытия и заплатить пошлину, если потребуют. К тому же караульным полагалось внести в специальный журнал время прибытия незнакомцев в город, их количество и имя главного, кто будет отвечать за всех в случае чего. Ради такого дела сам алани Сьерро приоткрыл дверцу кареты и высунулся наружу.

— Цель визита? — оживившись, спросил один из стражников, тут же выдвигаясь вперед, пока его не обогнали товарищи.

— Проездом, ищем ночлег, — ответил Окланд, который возглавлял авангард. — Вас почтил своим визитом глава рода Сьерро, направляющийся в Кернак с инспекторской проверкой по приказанию его императорского величества Никора Второго.

— А-а-а, — протянул стражник. — Наш мэр, алани Тельсато, тоже на днях ждет кого-то за бумагами. Эй, ребята! — крикнул он своим коллегам. — Запишите кто-нибудь в журнал, я людей пересчитаю.

— Эх, а брать пошлину с императорских посланников не положено, — вздохнул самый молодой из воинов, охраняющих ворота.

Гостей города быстро пересчитали по головам, причем не постеснялись с извинениями заглянуть в карету. Ройса и Джера тоже отнесли к охране алани, и парни, само собой, абсолютно не противились. Из соображений безопасности обоим не хотелось ни называть имена, ни раскрывать свой статус, ни рассказывать о намерениях. Это даже хорошо, что они въедут в город в составе большой группы.

Торсон и Окланд тоже промолчали, хотя в первую очередь, случись что, неприятности грозили именно им. Но за время совместной дороги они неплохо узнали Ройса и Джера, чтобы начать доверять им и не считать вопрос об ответственности слишком принципиальным. Начальник охраны и его заместитель уверились, что парни ехали на восток не с целью грабежа или убийства, в них нет подлости.

В городе Торсон остановил первого же горожанина, встреченного неподалеку от ворот, и попросил указать дорогу к особняку алани Тельсато. Но так как это оказалось далековато и запомнить все указания не представлялось возможным, ему пришлось заплатить мужчине империал, чтобы тот сел рядом с кучером и указывал повороты. Естественно, местный житель от золота не отказался, тем более что как раз шел в центр.

— Торсон! — позвал Джер. — А мы, наверное, остановимся на постоялом дворе где-нибудь на окраине. Чем глубже в город, тем, скорее всего, выше расценки.

— Нет, давайте с нами, — предложил начальник охраны. — Пока вы в городе, за вас отвечает алани Сьерро и, следовательно, я. Только не спешите плохо обо мне думать. Я вам, конечно, доверяю, но все же хотелось бы, чтобы вы были перед глазами. А в конюшне, в общем зале дома или в казармах гарнизона у мэра наверняка хватит места для всех.

— Ройс, ты как? Не против? — поинтересовался Джер.

— Я не возражаю, не хочется попасть в сомнительное заведение, где любой может предпринять попытку обчистить нас, — с намеком ответил телохранитель.

Из его речи маг должен был понять, что он опасается за сохранность шкатулки. В городе нападения могут возобновиться, их здесь могут поджидать те, кто не справился с задачей по дороге.

— Тогда едем, — решился Джер. — Главное, чтобы у нас была возможность самостоятельно осмотреться в Тесельхоре и изучить подходы к лесу.

— Только на ночь глядя туда не суйтесь, — предупредил Торсон.

— Да нас и не выпустят из города в темноте, — успокоил его Ройс.

Кавалькада новоприбывших медленно, приспосабливаясь к городской толчее и тесноте, двинулась к особняку мэра. Здесь было уже не разогнаться, ведь существовал огромный риск наехать на прохожих или столкнуться с какой-нибудь повозкой. Это не пустынная дорога среди полей или садов империи, где ничто не мешает подстегивать лошадей. Зато улицы были вымощены ровненькими, плотно пригнанными камнями без изъянов. На таких и карету трясет не сильно, и кони не рискуют попасть ногой в выбоину и охрометь. Мэр явно заботился о том, чтобы свести поломки повозок с товарами к минимуму, ему не резон ссориться с купцами и разбирать жалобы.

Торговый город оказался не менее шумным, чем столица. Но если в Сархейме люди в основном шли с пустыми руками, с сумками, с небольшими заплечными мешками, то тут всюду попадались различные телеги, навьюченные лошади, а то и простые носилки с длинными шестами-ручками. Да и обитатели Тесельхора тоже отличались от столичных. Здесь легко было встретить эльфа, шествовавшего по своим делам. Ройс подозревал, что среди попадающихся им навстречу особ и инкубов вполне достаточно, только не знал, как их можно отличить от людей, ведь внешних различий между представителями двух рас нет. Вот с опознанием суккубок гораздо проще… Если он в какой-то момент очнется и поймет, что совсем потерял голову, что ни с того ни с сего до беспамятства влюбился, то, значит, мимолетный межрасовый контакт — буквально обмен взглядами — состоялся. Однако может статься и такое, что в памяти возникнет провал, он просто не сможет воссоздать события последних минут, а то и часов. Тогда это будет означать, что кто-то из суккубок обратил на него более пристальное внимание, случайно из обычной симпатии или специально для того, чтобы отвлечь от выполнения обязанностей по охране мага. Обидно, но с этим Ройс ничего не мог поделать, все зависело от удачи и от планов коварных представительниц расы. Проверено, что амулет Джера ничуть не помогает.

Кавалькада остановилась напротив огромного двухэтажного здания с высокой скатной крышей из фальцованного нержавеющего металла и широкими окнами, разрезанными переплетами на мелкие квадраты. Снаружи ничто особо не кричало о богатстве владельца, фасад был очень скромный, без излишеств. Видимо, алани Тельсато не любил дразнить воров и бросать вызов обществу. Но и без того никто из столичных гостей не обманулся относительно денег и влияния мэра, так как земля слухами полнится… Местный аристократ-градоправитель не чурался сам принимать участие в торговых делах, хорошо зарабатывал и пользовался особым расположением императора. Мэр с умом и с толком руководил городом, где в любой момент мог вспыхнуть межрасовый конфликт, где приходилось регулярно устраивать рейды против грабителей, решивших поживиться за счет купцов, расслабившихся после возвращения из леса Потерянных Душ. Он вполне успешно справлялся со всем, работал на совесть, хотя и про себя не забывал. Конечно, всякое бывало, но произвол не поощрялся, любые проблемы тут же устранялись, если это было возможно. Должность мэра в подобном торговом городе была чрезвычайно ответственной, но алани Тельсато ей соответствовал. Никор Второй не зря оказал доверие именно ему, хотя желающих хватало.

В общем, это был вполне неплохой кандидат в мужья для Виолы. И знатен, и богат, и с императором ладит. Возраст алани Сьерро за недостаток не считал.

Все устроилось довольно быстро. Аристократа с дочерью, как они и рассчитывали, пригласили остановиться в особняке. Их охрану, в том числе Ройса и Джера, разместили в специальном небольшом домике на заднем дворе. Не хоромы, конечно, всего одна общая комната без сеней и твердые деревянные лежаки без матрасов, но переночевать можно. Алани Сьерро не воспринимал Джера как ровню, а потому словечко за него не замолвил. Он и так бесплатно обеспечил парню безопасность! Хотелось бы верить, что император это оценит, когда узнает… Сделать больше было уже не в силах пожилого аристократа. Он был морально не готов принять большее участие в судьбе случайного попутчика и считал ниже своего достоинства жить в гостевых комнатах по соседству с простолюдином.

Однако маг абсолютно не огорчился непритязательным условиям. Главное, что их хорошо покормили на кухне вместе с охраной. Ему не жалко было денег на съем жилья в городе, просто он ценил хорошую компанию, ведь в окружении гвардейцев можно было не так волноваться за сохранность артефакта.

Получив передышку, пока наниматель поселился в большом доме и не нуждался в их услугах, воины расслабились. Строгая форма черного цвета сменилась разноцветными рубахами, фривольно распахнутыми на груди. У многих над сердцем красовалась ярко-красная буква «М», один раз мелькнула синяя татуировка адепта Ароя Справедливого. В разных уголках комнаты слышались громкие разговоры и смех. Но напиваться никто не стал, люди собрались серьезные и ответственные. Не дело с утра страдать от похмелья в пути, это ослабит их бдительность. Время было еще не позднее, но многие просто завалились спать, пользуясь возможностью.

Ройс тоже решил немного вздремнуть, ведь неизвестно, не ждет ли его и этой ночью кошмар. Он растянулся на своем узком деревянном лежаке, подложив сумку под голову и пристроив рядом на полу оба своих клинка. Место ему досталось недалеко от входной двери. В компании охранников, когда кто-то постоянно выходил облегчиться, подышать воздухом, а то и просто проверить обстановку снаружи, это был не самый удачный вариант. Буквально тут же мимо него прошествовали Окланд и Торсон, которым захотелось устроить короткий спарринг, чтобы не растерять навыков. А вот Джер расположился на соседнем лежаке и внимательно рассматривал свой амулет, крутя его в руках во все стороны. Видимо, пытался понять, как его можно исправить. Но телохранитель уснул прежде, чем маг успел что-то придумать.

Проснулся он через пару часов, когда громко хлопнула входная дверь, впустив с улицы прохладный вечерний воздух. Это Торсон и Окланд соизволили вернуться после своей тренировки. Хотя вполне возможно, что они еще гуляли вокруг особняка, осматривая окрестности, чтобы иметь возможность грамотно строить защиту в случае нападения.

— Ребята, — чуть приглушенным голосом позвал начальник охраны, — придется нам по двое по очереди подежурить возле входов и выходов. Алани Тельсато решил устроить небольшой прием в честь гостей. Мало ли что может произойти…

— Эх, — тяжело вздохнул кто-то в глубине помещения. — Сами не спят и другим отдохнуть не дают. А наш хозяин мог бы сослаться на усталость! Ему же завтра тоже целый день в дороге придется провести, если мэр не клюнет на Виолу.

— Сравнил! — хмыкнул Окланд. — Он и в карете прекрасно отдохнет, пока ты будешь трястись в седле. Алани не упустит возможность дать дочке покрасоваться перед гостями. Здесь, как и в столице, неплохая рыбка водится. Нескольким поколениям на безбедную жизнь хватит!

— Тише вы! — шикнул Торсон. — Нашли время и место распускать языки.

— Так здесь все свои, никто закладывать не побежит, — отмахнулся Окланд.

— На мой счет можете не переживать, — подал голос Джер, который, очевидно, все это время не спал и бился над своим амулетом.

— Извини, я не имел в виду конкретно вас с Ройсом, — произнес Торсон. — Просто в любом деле страховка не помешает.

— Наверное, алани Тельсато разделяет твое мнение, раз не решился этим вечером остаться наедине с нашим нанимателем и его очаровательной дочуркой, — хохотнул Окланд. — Здешний мэр не глуп, чтобы не сопоставить репутацию Виолы и свое холостяцкое положение.

— Ну да, кажется, алани Сьерро не приобретет тут зятя, — соглашаясь, кивнул Торсон. — Тут не столица, место более опасное и беспокойное. Богатые пустоголовые хлыщи в подобной обстановке не водятся, они либо резко умнеют и берутся за дело, либо удирают обратно, поджав хвост. В городе, где каждый второй — купец или торговец, наперед просчитывающий выгоду, зевать нельзя, а то без последних штанов останешься.

Ройс с интересом прислушивался к разговору, притворяясь спящим. Он и сам не мог понять, почему так вникает в дела главы рода Сьерро. Из-за недавней вражды с одним из его сыновей? Так это пустое. Их дорожки разбежались, можно плюнуть и забыть. Он не тот человек, чтобы несколько месяцев с удовольствием строить планы мести и по приезде, дождавшись выпуска, осуществить их. Ну помечтал пару раз, как подкарауливает высокомерного блондинчика в темном пустом переулке, чтобы задать трепку, проучить и заставить впредь относиться к людям с большим уважением. Но в реальности Ройс не собирался делать ничего подобного, надо уметь прощать неразумных, если они не совершили истинной подлости или преступления. А то целой жизни не хватит, чтобы отомстить тем, кто тебя толкнул на улице, обругал последними словами из-за плохого настроения или немного облапошил. Да, аристократы в АТеРе устроили себе не очень благородное развлечение, только Ройс был далек от того, чтобы на всю жизнь их возненавидеть. Его больше интересовали убийцы алани Вардана, те, кто в последнее время убивал аристократов, и враги Джера, которые могут помешать ему, телохранителю, выполнить свою работу и освободиться от тяготивших обязательств.

Молодой человек чуть подумал и наконец честно себе признался, что его все-таки заинтересовала девушка. Он никак не мог понять Виолу, до конца разобраться в ее характере. Временами ему казалось, что она довольно мила и чего-то ждет от него, а иной раз удивлялся, как подобную язвительную стерву еще не прикопали где-нибудь. Все эти две недели пути девушка уделяла ему повышенное внимание, уж тут он ошибаться не может. Виола действительно пыталась его разговорить, обратить на себя внимание, а не просто вызывала ревность у мага. Да бедный Джер ее боялся, как огня! Он тоже много чего слышал и прекрасно знал, на что способны придворные красотки.

Вот только Ройс ничуть не заблуждался и не путал свой интерес с влюбленностью. Он был не прочь еще немного пообщаться с девушкой, узнать ее поближе, разгадать причину противоречий в характере, но ни в коем случае не желал объявить невестой. Виола была загадкой, в которой хотелось разобраться. Жениться в ближайшие десять-пятнадцать лет Ройс совершенно не собирался.

Он послушал, как люди Торсона живо распределяют между собой смены и позиции для охраны алани Сьерро с дочерью. Буквально тут же воины придумали для времяпровождения на воздухе несколько простых занятий, не поглощающих все внимание, и легенды, по которым выходило, что они просто отдыхают, а отнюдь не несут службу, находясь в карауле. Не стоит обижать гостеприимного хозяина недоверием. Было очевидно, что Торсону не впервой организовывать ненавязчивую охрану нанявших его людей, профессионал знал свое дело. Хотя Ройс считал, что это уже излишняя страховка. Ну что может случиться в самом центре города за крепкими стенами, в доме всеми уважаемого мэра? Воры и убийцы тоже не дураки, чтобы ворошить осиный улей. Если они хотят расправиться с алани Сьерро, то проще сделать это в дороге, сведя негативные последствия к минимуму.

Но Ройсу было лень открывать рот и что-либо говорить Торсону. Да и кто он такой, чтобы учить начальника охраны делать свою работу? Парень развернулся на лежанке лицом к стене и снова спокойно уснул.

Однако долго блаженствовать ему опять не дали. Судя по ощущениям, примерно в полночь его легонько тронули за плечо.

— Ройс, — тихо позвал Окланд.

— Что случилось? — тут же отозвался парень, моментально просыпаясь.

Первым делом он нащупал воткнутую в манжет рубашки иглу с ядом из набора, прилагаемого к каэфе, и лишь затем сел на лежанке. Ройс ничуть не рисковал напороться на острие. Кончик иглы благополучно упирался в браслет из эластичного шнура на запястье, какой и не всяким ножом сразу перережешь.

— С тобой тут поговорить хотят, — отчего-то немного смущенно пояснил Окланд.

— Кто?

— Увидишь. Выйди, пожалуйста. Здесь за правым углом домика есть небольшая беседка.

Почему-то первым делом Ройс подумал про Криса. Но что его лучшему другу здесь делать? У него и в столице куча неотложных дел найдется, ему нельзя ни на секунду оставить Сархейм. Но потом парень решил, что все это подозрительно смахивает на ловушку. Вон, Окланд сам на себя не похож. Да и кто может вызвать его на разговор среди ночи, вдали от столицы, вдали от всех знакомых?

Ройс поднялся на ноги и первым делом прицепил на пояс ножны с двумя мечами. Рукояти удобно устроились под ребрами с обоих боков. Ради небольшой прогулки молодой человек не стал надевать перевязь с заплечными ножнами. Тут или мирная беседа, или сразу схватка выйдет.

— Это лишнее, — тихо, чтобы не разбудить товарищей, заметил Окланд, указывая на оружие.

— А мне так спокойнее будет, — отозвался Ройс.

Он внимательно осмотрелся вокруг и убедился, что все хорошо. Воины мирно спят на своих лежанках, Джер на месте, нет никаких следов готовящегося нападения. Скорее всего, это алани Сьерро взбрело в голову сделать последнюю попытку убедить его поступить на службу. Все же аристократ остался недоволен категоричным отказом. Но если Ройс сам добровольно не примет его предложение, то потенциальный наниматель вряд ли пойдет к командующему армией с прошением, не в тех они отношениях.

Ройс тихо подкрался к двери, чуть приоткрыл ее и напряженно всмотрелся во тьму снаружи. Со стороны особняка мэра слышалась громкая музыка, в том краю среди деревьев все еще светились окна. Очевидно, прием был в самом разгаре. Но парень не сожалел, что не может попасть в число приглашенных, он получил гораздо больше удовольствия от спокойного отдыха среди воинов. Молодой человек еще раз подумал и окончательно отринул мысль о возможном нападении. Тогда бы уж сразу мага разбудили и услали на мнимую встречу или попытались бы прирезать обоих по-тихому во сне. А так незачем кому-то убивать именно его, простого телохранителя по фамилии Аритон…

Парень вышел в сумрак ночи и прикрыл за собой дверь. Что ж, он поговорит с кем бы то ни было. Осторожно ступая, чтобы шаги его не выдавали, он добрался до угла дома и высмотрел небольшую деревянную беседку с легкой конической крышей из переплетающихся ветвей. Не слишком надежная защита от непогоды в случае чего. Так ведь никто и не станет сидеть и мокнуть в нескольких десятках шагов от особняка.

Интуиция Ройса молчала, он не чувствовал опасности. Так что парень спокойно, с уверенным видом двинулся к беседке, печатая шаг. Топотом он хотел предупредить ожидающего его человека о своем прибытии, а то мало ли что… Не хотелось бы, чтобы, имея мирные намерения, желающий побеседовать от страха и неожиданности встретил его ножом или арбалетным болтом. Но все равно из предосторожности Ройс держал руки недалеко от рукоятей мечей, готовый отразить любую атаку. Кроме магической, разумеется.

Но все страхи оказались напрасны. Когда до беседки осталось рукой подать, изнутри навстречу шагнула миниатюрная фигурка, облаченная в пышное красное платье. В свете звезд на шее переливались драгоценности, спускаясь в глубокий вырез на груди. Белокурые волосы были собраны в аккуратную элегантную прическу.

В первые мгновения у Ройса перехватило дыхание, такой он Виолу еще ни разу не видел. Но телохранитель тут же постарался взять себя в руки, чтобы не выдать обуявших его чувств. Ничего хорошего не выйдет, если он заведет интрижку с дочерью высокородного аристократа, да и сама девушка явно чего-то добивается… Как бы не угодить в ловушку! А вдруг неподалеку караулит отец, устроивший компрометирующую ситуацию, чтобы выбить из него согласие на службу?

— Алани, вы что-то хотели? — холодно поинтересовался телохранитель.

Ситуация ему не нравилась, так как он не понимал происходящего.

Девушка довольно долго не отвечала, будто колебалась и была выбита из колеи тоном Ройса. Наконец она решилась, сделала еще один небольшой шажок вперед и, вскинув голову, ответила:

— Я бы хотела откровенно с вами поговорить. Надеюсь, вы сохраните все, сказанное тут, в тайне, если мы не придем к согласию.

— Слушаю вас, — произнес телохранитель, избегая давать опрометчивое обещание. Если это будет в его силах, он конечно же будет молчать. Но только не себе во вред!

— Знаете, Ройс, я наблюдала за вами всю дорогу и решила, что из вас выйдет замечательный муж, — огорошила парня Виола. Голос у нее чуть дрожал от волнения. — Вы мне нравитесь, и у вас достаточно сильный характер, чтобы суметь противостоять давлению моего отца. Понимаете, я довольно долго росла среди простых людей, и теперь мне претит быть переданной первому же аристократу, который сделает предложение и сможет доказать свою финансовую состоятельность. И отец не отступит от своих намерений, он не станет учитывать мнение незаконнорожденной дочери. Я для него всего лишь товар, который надо выгодно пристроить, чтобы получить доход.

— Вы делаете мне предложение? — удивленно уточнил телохранитель, желая внести ясность.

Он не знал, что ему теперь делать, ведь речь немного выпившей для храбрости аристократки не походила на шутку. Ситуация оказалась чрезвычайно деликатной и сложной.

Но Виола проигнорировала прямой вопрос и продолжила объяснять, словно ничего не услышав:

— Приданое мне, конечно, не дадут, но у меня сейчас достаточно драгоценностей и подарков поклонников, чтобы можно было их продать и безбедно жить, пусть и не на широкую ногу. Мы ни в чем не будем нуждаться. Да и отец, возможно, вскоре смирится с зятем-телохранителем, он заинтересовался вами и не хотел бы упускать. Я — вполне выгодная партия и могу быть очень покладистой. Если до вас и доходили какие-то сплетни, забудьте, — умоляющим голосом попросила девушка. — Я могла бы познакомить вас с влиятельными, состоятельными аристократами и помочь сделать карьеру!

— Вы с ума сошли?! — приглушенно воскликнул Ройс, помня, что совсем недалеко спят гвардейцы.

— Я вам совсем не нравлюсь? — всхлипнула Виола.

У Ройса сложилось впечатление, что она вот-вот разрыдается. Но он был не готов принять столь дикое и неожиданное предложение, лишь бы успокоить девушку. Парень лихорадочно пытался сообразить, как бы поделикатнее отказаться. Очень лестно, конечно, но он не собирается вот так, ни с того ни с сего, жениться, да еще и приобретая тем самым врага в лице алани Сьерро. Хотя, скорее всего, папаша будет даже рад, а вот сам Ройс окажется единственным пострадавшим в этой авантюре.

— Виола, поймите, нельзя же так, — мягко начал телохранитель, приближаясь к девушке. — Вы, наверное, сейчас просто чем-то слишком огорчены. Возможно, поссорились с отцом…

— Не ссорилась я с ним! — громко запротестовала внебрачная дочь главы рода Сьерро. — Просто я устала делать гордый и независимый вид, пока меня предлагают, как лошадь на торгах! Папенька этим вечером ни от кого не скрывал своих намерений, он же в открытую навязывал меня алани Тельсато, пока остальные гости посмеивались по углам!

— Он заботится о вашем будущем.

— О кошельке он о своем заботится!

— Виола, послушайте, я очень польщен, что вы выбрали именно меня, но…

— Но вы не согласны?! Конечно! — уже открыто рыдала девушка.

Очевидно, прием у мэра окончательно ее подкосил. Душевные силы иссякли, и она не могла больше сдерживаться. Ее руки комкали несчастный подол бального платья, а плечи сотрясались.

Ройс сделал еще шаг вперед, чтобы обнять девушку и попытаться успокоить, но Виола резко отшатнулась:

— Не приближайтесь ко мне! Я думала, вы благородный человек, а вы…

Она быстро развернулась, подхватила подол платья, подняв его чуть ли не до колен, и бросилась прочь по дорожке, петляющей между кустами. Виола неслась к особняку, а потому телохранитель не стал ее преследовать. Он все равно не знал, что тут можно еще сказать. Ройс вообще недоумевал, при чем здесь благородство и его ответ. Где здесь логика? Он должен был испортить свою жизнь, чтобы спасти ее жизнь? Что за глупость!

Тихо ругая взбалмошных особ, не дающих покоя нормальным людям, телохранитель отправился обратно в дом. В его монологе досталось всем: и непосредственно Виоле, и ни в чем не повинному Дартису, и столичной аристократии в целом. Ройс не мелочился и не выбирал выражения, ведь его все равно никто не слышал. Лишь перед самой дверью в выделенное охранникам помещение он немного успокоился, натянул на лицо маску невозмутимости и постарался ничем не выдавать обуревавших его чувств. Окланд наверняка будет присматриваться.

Молодой телохранитель оказался прав в своих предположениях. Едва скрипнула дверь, как заместитель начальника охраны поднял голову от своей лежанки, а потом и вовсе сел. Он явно был настроен на допрос:

— Быстро ты. Поговорил?

— Да, — кивнул Ройс.

— Только поговорил? — с нажимом уточнил мужчина.

— А нужно было делать что-то еще? — чуть огрызнулся в ответ телохранитель.

— Ты дурака-то из себя не строй, — шепотом попросил Окланд. — Девица-то на тебя явно запала. Не хотелось бы мне докладывать алани Сьерро, что мы не уследили…

— Да не было ничего! Я даже близко не подходил, клянусь. И пусть Дартис будет тому свидетелем!

— Покровителем поклянись. Что это ты тут мне бога меткости не к месту вспоминаешь? — сурово произнес заместитель начальника охраны.

— Так это и есть мой покровитель, — сказал Ройс и в доказательство распахнул рубашку на груди.

— Ну извини недоверчивого вояку, — улыбнулся успокоенный Окланд. — Просто алани Сьерро с нас головы снимет, если окажется, что его дочка до свадьбы успела с кем-то побывать. О чем хоть говорили?

— Да скучно ей было, жаловалась, что новый жених не по нраву пришелся, — нарочито безразлично ответил телохранитель. — Может, еще и выпила лишку…

— И больше ничего?

Ройс на мгновение задумался, что бы такого правдоподобного сказать, а потом добавил:

— Уговаривала поступить на службу к отцу личным телохранителем.

Окланд окончательно успокоился и присел на лежанку рядом с парнем.

— Это понятно, что тебя отпускать не хотят, — похлопал он по плечу молодого коллегу. — Но ты смотри не ведись на уговоры, сам решай, как тебе будет лучше. Служба под началом высокородного аристократишки, знаешь ли, не сахар, но плата на уровне. Я буду рад увидеться с тобой через несколько месяцев, но и если откажешься — пойму.

— У меня другие планы, — твердо сказал Ройс.

— Значит, так тому и быть, — заключил заместитель начальника охраны. — Ладно, не буду больше приставать с разговорами и мешать отдыхать, ложись спать.

Он поднялся и крадучись отправился к своей лежанке. В темном помещении, освещенном лишь одной одинокой свечой, еле слышно заскрипели половицы под его ногами. Воины оставили огонек, чтобы товарищи, вернувшись из караула, могли нормально устроиться, ни на кого не натыкаясь. А Окланд, очевидно, или пока присматривал за помещением, ведь время было не столь позднее, или ему просто не спалось. С его выучкой это немудрено. Телохранителю вообще не полагается много дрыхнуть, оставляя клиента без присмотра. Это только Ройсу с его неоконченным обучением и постоянными изматывающими кошмарами приходилось надеяться на свое шестое чувство и на способности самого нанимателя. И пока это сходило с рук.

Молодой человек отстегнул от пояса оружие, аккуратно уложил оба меча на лежанку возле стенки и сам растянулся рядом, попытавшись выбросить из головы все проблемы. В конце-то концов, он не виноват, что Виола не может найти общий язык с отцом. Да, он отказался ей помочь, но девушка требовала слишком многого! Конечно, Ройс теперь лучше понимает мотивы ее стервозного поведения при дворе, только все равно не хочет вешать себе на шею жену. Он польщен предложением, сочувствует, но это не причина для заключения брака. Да ведь он никогда и не давал Виоле повода думать, что заглядывается на нее и как-то симпатизирует!

Постепенно телохранитель полностью расслабился и задремал. Не так уж и кошмарно было произошедшее, начавшийся сон оказался гораздо хуже…

Ройс услышал протяжное песнопение и в очередной раз испытал малодушное желание не открывать глаза. Он знал, что увидит: огромный камень и несколько безликих фигур в серых балахонах с капюшонами, натянутыми до самых кончиков носов.

«Да сколько можно?! — мысленно возопил парень. — Дартис, за что мне все это?!»

Но никто не спешил объяснить ему происходящее. События развивались своим чередом, песнопение не смолкало, наоборот, набирало силу. Ройс с внутренней усталостью и безнадежностью ощутил на запястьях веревку и слегка подергал руками, проверяя ее на крепость. Странно, но парню показалось, что он стал слабее…

Глаза все-таки пришлось открыть. Негоже встречать смерть, трусливо зажмурившись, это недостойно настоящего мужчины, да к тому же аристократа! На мгновение он оказался ослеплен ярким магическим огоньком, висящим где-то в воздухе прямо над ним. Молодой человек был вынужден часто-часто поморгать, пытаясь быстрее восстановить зрение. Хотя лично ему торопиться было некуда.

— Девка пришла в себя, — услышал Ройс чей-то глухой голос с акцентом и удивился.

Неужели на сей раз он оказался не единственной жертвой в лапах ненавистных мучителей? Это действительно что-то новенькое, только парень не был уверен, что оно ему понравится…

Ройс обвел взглядом лесную полянку, выискивая ту несчастную, которой не повезло оказаться второй жертвой. В то же время он двигал запястьями, пытаясь ослабить путы. Как всегда, он не мог сдаться просто так и покорно ожидать смерти, такое поведение ему претило. Парень насчитал аж девять фигур в балахонах, но девушку не заметил ни сбоку, ни по другую сторону камня. Оставалось логично предположить, что незнакомку привязали позади него вне поля зрения. Ройс опустил взгляд вниз, чтобы посмотреть, надежно ли ему спутали ноги, и непроизвольно ахнул. Впору было ощупать себя, так как глазам молодой человек верить отказывался. Тело было не его! Оно явно принадлежало девушке, причем хорошо знакомой Ройсу. Он запомнил это ярко-красное платье, надетое на Виоле во время последнего разговора. Ткань плотно обтягивала стройную талию и волнами спускалась по ногам, расширяясь книзу, где подол оказался немного оборван. Лодыжки под ним, как и всегда, были туго примотаны к толстому корню, выступающему из земли. Единственное послабление — сегодня не было кляпа.

Парень в полном ошеломлении взирал на непривычную нижнюю часть тела, в глазах начало расплываться. Сейчас он легко и без излишних ухищрений мог бы рассмотреть грудь в глубоком декольте платья, но подобное желание начисто пропало. Он лихорадочно прокручивал в памяти другие свои сны, вспоминал незнакомую одежду и прочие странности. И неожиданно телохранитель пришел к довольно интересному выводу: все тела в кошмарах принадлежали не ему! Раньше он не замечал, не придавал этому значения, но иногда он казался сам себе выше или ниже, полнее или стройнее. Просто, когда в тебя прицеливаются из луков с близкого расстояния, как-то не до размышлений о том, откуда вдруг появился небольшой животик или почему земля стала чуть дальше от глаз. А боль и подавно убирала все лишнее из головы. Ситуация стала казаться Ройсу еще более запутанной, он не понимал ни смысла происходящего, ни целей того, кто стоял за этими кошмарами.

— Кричи, красавица, здесь никто не услышит, — невнятно обратилась к нему одна из фигур хрипловатым голосом.

Естественно, Ройс этому совету не последовал. Может, сейчас во сне по чьей-то прихоти он и выглядит как хрупкая, беззащитная девушка, но ощущает себя мужчиной!

Глава мучителей между тем легко воткнул в камень, как в масло, длинный нож и скомандовал:

— Приготовить луки!

Телохранитель затрепыхался яростнее и сильнее, стараясь освободиться. Было что-то неправильное и ужасное в том, что стрелы воткнутся в хрупкое тело Виолы. Той самой девушки, которая только что с отчаянием уговаривала Ройса взять ее в жены. В этот момент он бы без колебаний согласился, лишь бы не увидеть стрел, пронзающих плоть, лишь бы горячая кровь никогда не пропитала ярко-красную ткань платья. До этой ночи молодой аристократ считал себя более циничным и не таким сентиментальным, ведь стрелы будут убивать Виолу понарошку. Но душа все равно тревожно ныла и протестовала, кажется, устроитель кошмаров все-таки знал, что делать, чтобы еще больше задеть жертву.

Только двое в балахонах наложили стрелы на тетиву, но молодой человек уже знал, что это намного хуже, чем если бы стреляли все. Это значит, что он будет умирать гораздо медленнее и мучительнее. Истязание явно затянется до самого рассвета.

— Постарайтесь попасть в ступни, — скомандовал главный.

— Правая, — протянул один стрелок.

— Левая, — согласился его коллега, оставшийся без права выбора.

Они не торопились, не нервничали и, похоже, были просто уверены в своей безнаказанности.

Ройс напрягся, приготовившись развернуть ступни, чтобы хоть немного досадить стрелкам. Дергаться заранее было бесполезно.

— Залп! — тихо огласил главарь.

Раздалось едва слышное треньканье тетивы. Телохранитель тут же осуществил свое намерение, но немного не рассчитал. Правую ногу пронзила боль, ступня оказалась намертво пришпилена к холмику земли. Ройс закусил нижнюю губу, чтобы не застонать, он не желал доставлять мучителям лишнее удовольствие. Но все равно вторая стрела благодаря его усилиям чуть ли не по касательной воткнулась в корень, даже не задев цель. И это совершенно не понравилось стрелку.

— Извините, сейчас исправлю, — произнес он и двинулся в сторону Ройса.

Крепкая мужская рука с длинными пальцами легко выдернула застрявший наконечник из рыхлой коры, попутно содрав изрядный ее кусочек. Изуверу повезло, что он попал не в середину корня, а угодил именно в край. Но что для одного счастье, для другого — беда… Телохранитель ведь понимал, где стрела окажется в итоге. Он попытался резко согнуть колено и ударить мужчину по руке, но не преуспел. Неудачливый стрелок, глядя на его движение, лишь издал сдавленный смешок, а потом, не поднимая головы, резко воткнул затупившийся наконечник на толстом прямом древке в изящную левую ступню строптивой жертвы.

Ройс до крови прикусил губу, терпя боль. С каким удовольствием он сам сейчас пустил бы кровь хоть кому-то из жестоких гадов! К сожалению, у него не было ни единой возможности.

Стрелок осторожно подергал древко вправо-влево и замер, явно ожидая криков. Но телохранитель гордо молчал. Боль в запястьях, до мяса стертых веревками, изводила ничуть не меньше. Ройс весьма некультурно сплюнул кровавый сгусток прямо на капюшон присевшего возле него мужчины и на мгновение ощутил моральное удовлетворение. Он знал, что радость будет недолгой.

Фигура в сером балахоне мгновенно взвилась вверх, выпрямляясь. Стрелок эмоционально бросил несколько слов на другом языке, явно ругался. Да только подопечный Дартиса все равно не понял ни слова. Однако в следующий момент изверг решил объяснить свое недовольство доходчивей, и голова Ройса мотнулась в сторону от сильного удара по щеке. Сам он ни за что не вывернул бы шею так, как получилось. Краем глаза пленник кошмара успел заметить позади себя хорошую, ровную дорогу и засохший куст с голыми, причудливо изогнутыми ветвями. Если бы все происходило в реальности, он подивился бы наглости мучителей и их вере в безнаказанность, ведь в любой момент там мог кто-то проехать. Но додумать мысль до конца не получилось, так как парня захлестнула жуткая боль. Разозленный стрелок со всей силы топнул по его израненной ступне и, удовлетворившись, отступил.

— Молчит, сучка, — зло произнес он.

— А по виду не скажешь, что подобная холеная дамочка способна сдерживаться, — не скрывая досады, ответил главарь. — Заряжай по новой!

Фигуры в балахонах старательно выговаривали слова на неродном языке. Вряд ли это было для них удобно, скорее понятные приказы являлись средством деморализации жертвы. Им зачем-то нужны были долгие страдания, крики страха и боли и конвульсии, но они добились лишь сдержанных стонов.

— Зачем вы это делаете? — пользуясь возможностью, спросил Ройс мелодичным женским голосом. — Кто вы?

— Твоя медленная и мучительная смерть, — хохотнул кто-то.

— Продырявьте-ка ей лодыжки, — скомандовал главарь, как будто приклеившийся к ножу в камне. — Мне нужны ее вопли, она должна выть от боли и просить о пощаде.

Похоже, серьезно отвечать на вопрос Ройса никто не собирался. Хотя действительно глупо беседовать с будущим трупом и объяснять свои мотивы.

Лучники встали на изготовку и сосредоточились, ловя команду главаря. Телохранителю оставалось только смиренно ждать новой крови и новых вспышек боли. Веревки совершенно не поддавались, увернуться с траектории полета стрел не представлялось возможным. В душе он уже абсолютно точно знал, что этот кошмар закончится для него очередной смертью, и только разум все еще пытался искать пути к спасению.

С оглушительным, как казалось Ройсу, противным чавкающим звуком две стрелы почти одновременно вонзились в ноги. На сей раз не было спасительного кляпа, а потому телохранитель не удержался от вскрика. Он начал ловить ртом воздух, стараясь справиться с кошмарными ощущениями.

— Предплечья, — живо скомандовал главарь. — И оставьте место для второй стрелы, в артерии не попадите.

— К чему все это? Вы выполняете приказ Дартиса или просто получаете удовольствие, мучая жертвы? У вас есть цель? — предпринял Ройс очередную попытку узнать о причинах кошмаров.

— Наша цель — не твоего ума дело, красотка, — хмыкнул стрелок, промазавший по ступне. — Задумчивые морщинки на лбу будут плохо смотреться на твоем трупике.

«Как будто стрелы в теле — это украшения!» — хотелось воскликнуть телохранителю, но он промолчал. Ему не нужен пустой треп с мучителями. Попытки огрызаться лишь позабавят фигуры в балахонах, но не принесут Ройсу никакой пользы.

— Залп! — приказал главарь, и телохранитель почувствовал, что в его мнимом теле стало на два инородных предмета больше.

Глухие стоны почему-то опять не удовлетворили мучителей. Несмотря на происходящее, глаза Ройса оставались сухими, он держал себя в руках благодаря силе воли и не раскисал.

— Где рыдания, где крики о помощи?! Бесчувственная эта кукла, что ли?! — в сердцах высказался главарь.

— Так вы вспомните, что и предыдущие тупицы вели себя чересчур сдержанно, — сказал кто-то из фигур в сером. — А по этим изнеженным, франтоватым пародиям на мужчин казалось, что и порез пальца ножом для них просто невыносимая вещь.

— Ничего не понимаю. На алтаре до сих пор нет ни одной капли крови! — расстроенным голосом рыкнул главарь. — Старайтесь лучше! Пусть ей будет больно. Заряжай!

Ройс с тоской посмотрел на бескрайнее небо с яркими точками звезд и понял, что до рассвета еще минимум два часа. Два часа слабости, боли и страданий и, возможно, не один десяток выпущенных стрел. Так мало в масштабах вселенной и в то же время так много, ведь бывает, что и один миг кажется вечностью…

Глава 14. ИСТИНА ВО ВСЕМ.

— Давайте просто подождем, — донесся до Ройса взволнованный, но твердый голос Джера.

Телохранитель с огромным облегчением понял, что уже утро, что очередной кошмар закончился, что он по-прежнему жив. Хотя ощущение сырости его слегка встревожило. Неужто его пытались разбудить, облив ледяной водой? Рубашка прилипла к телу и, похоже, даже брюкам немного досталось. Интересно, кто это учудил?

Ройс с трудом, чувствуя сильную боль во всем теле, разлепил глаза и тут же наткнулся взглядом на ряд гвардейцев, выстроившихся возле его лежанки. Торсон стоял в изголовье, держа в руках его мечи, напряженный Окланд примостился рядом и имел такой вид, будто собрался с кем-то драться.

— Я уже не сплю, — подал голос телохранитель, чувствуя огромное смущение. Хорош охранничек — бревно бревном! — Что случилось? Я проспал?

— Рассвело уже, — тоном, в котором явно чувствовалось раздражение, отозвался маг.

— Куда ты дел алани Виолу, стервец?! — грозно рыкнул Торсон. — Говори! Отец рвет и мечет, обнаружив, что дочка не ночевала в отведенной ей комнате.

— Мы пока не сообщили ему, что ты, предположительно, видел Виолу последним, — сообщил Окланд.

— Она пропала? — тупо переспросил Ройс, еще не отошедший ото сна. Да и боль мешала сосредоточиться. Телохранитель никак не мог взять в толк, почему именно он должен знать о местонахождении девушки.

— Да, пропала!!! — в несколько голосов подтвердили ему хором.

— Рассказывай, куда ты ее спрятал! — потребовал Окланд, его глаза сияли опасным блеском.

Бывший телохранитель не привык терять нанимателей. Даже теперь, когда он стал простым наемником и не нес единоличную ответственность за алани, ситуация грозила обернуться серьезным ударом для его репутации.

— Она к особняку пошла, как только мы поговорили, клянусь, — тут же сказал Ройс, осознавший важность проблемы. — И ей ничто не грозило в саду, ваши посты были неподалеку.

— Парни ее заметили, но до входа в особняк Виола так и не дошла — резко развернулась обратно, — сказал Торсон. — Вы договорились снова где-то встретиться чуть позже?

— Нет, — возразил Ройс. — Я спать пошел. Не нужна мне эта взбалмошная девица!

— Не верю! — чуть ли не по слогам процедил Окланд. — Виола достаточно красива, чтобы вскружить голову любому. А тем более к тебе она всю дорогу проявляла излишний интерес.

— Но я-то старался не обращать на нее внимания.

— Старался?! Значит, все-таки обращал! — поймал его на слове Окланд.

— Не больше, чем на любую другую особу женского пола, — запротестовал Ройс. — Не знаю я, куда могла уйти Виола, честно. Кажется, она была расстроена и не слишком довольна кандидатурой нового жениха, алани Тельсато.

— Может, плачет где-то? Или сама спряталась, чтобы заставить отца и жениха поволноваться? — предположил Джер. — Мало ли причуд у высокородных девушек.

— Особняк от подвала до крыши обыскали, сад, все беседки и хозяйственные пристройки тщательно осмотрели, — сухо доложил Торсон.

— Ну тогда что вы от меня хотите?! — возмутился Ройс. — Не в карман же я ее спрятал!

— Пусть даст клятву на крови над алтарем Ароя Справедливого, — потребовал Окланд, глядя на начальника.

— Может, будет достаточно, если он призовет в свидетели своего покровителя? — выдвинул встречное предложение Торсон. — А то что это мы будем конвоировать парня к алтарям, как какого-то преступника? Бог не даст соврать. Если, конечно, ему не Фехата покровительствует.

— Нет! — резко возразил Окланд. — Я сомневаюсь, что Дартису есть дело до каких-то клятв! Какой из бога меткости свидетель?!

По лицам гвардейцев Ройс понял, что они полностью разделяют мнение заместителя начальника охраны.

— Чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! — выругался Торсон. — Парень, что ж ты себе такого покровителя выбрал?

Молодой человек просто пожал плечами, не желая объяснять. Не хотелось ни перед кем оправдываться из-за случайности, из-за одного неловкого движения, из-за простого стечения обстоятельств.

— Придется тебе все же прогуляться с нами до алтаря Ароя, — решил Торсон. — Поднимайся, чем скорее мы туда доберемся, тем скорее с тебя будут сняты обвинения. Да и нам каждая секунда дорога, ведь алани Виола сейчас может быть в опасности.

— Здесь недалеко, на главной площади есть камень, я уже узнал, — буркнул Окланд.

Ройс с безразличным видом, стараясь не делать резких движений, обулся и встал. Нужно было бы еще поменять рубашку, но он решил, что и так сойдет. Потерпит пока, а там, глядишь, одежда высохнет на солнце. Зато сейчас влажная ткань хоть немного отвлекает от боли во всех частях тела.

— Ведите, — сказал племянник командующего, не торопясь сходить с места, чтобы лишний раз никого не нервировать.

Он не возражал против похода к алтарю Ароя, потому что это раз и навсегда снимет с него все подозрения. Неприятно, конечно, ведь обычно к камням бога справедливости конвоируют только опасных преступников, замешанных в убийствах или политических заговорах, но он потерпит. Дело происходит не в Сархейме, здесь его никто не узнает в лицо, а потому скандал на пустом месте не возникнет.

В душе молодой телохранитель немного сердился на Виолу, из-за которой попал в неприятную ситуацию. Девчонка сбежала с кем-то из дома, а виноват оказался он!

Торсон возглавил процессию, не побоявшись повернуться спиной к подозреваемому. Это был единственный приятный момент за все утро. Окланд, не отдавая мечи обратно владельцу, пристроился позади, хорошо хоть не предложил связать Ройсу руки. Гвардейцы рассредоточились по бокам. В окружении высоких, крепких мужчин, придирчиво отобранных алани Сьерро для охраны своей семьи, молодой человек пошел на площадь.

Джер не вмешивался, затерявшись где-то за спинами воинов. Он не верил обвинениям, но не желал напрасно ссориться с высокородным и привлекать к себе внимание. Ведь с Ройсом ничего не случится, если он произнесет клятву над алтарем Ароя.

В центре просыпающегося торгового города было немноголюдно, в столь ранние часы жизнь бурлила в основном на окраинах — кто-то готовился покинуть город через западные или восточные ворота, кто-то только грузил товары или открывал лавки. Перекупщики старались успеть провернуть сделки поутру, чтобы добраться до рынка к пробуждению большинства горожан или выйти в дорогу. То, что продавали в Тесельхоре по небольшой цене, в столице могло стоить намного дороже. Кому-то нравилось получать прибыль, а кто-то испытывал удовольствие от простой, но опасной игры с судьбой при доставке товаров. Авантюристов, по той или иной причине желающих проехаться через лес Потерянных Душ, всегда хватало.

Ройс мало что успел рассмотреть над головами гвардейцев. В основном фасады некоторых особняков, крыши и деревья. У него совершенно не было настроения любоваться красотами города, и он не жаловался на отсутствие обзора. Все тело мучительно пылало, хотелось свернуться где-нибудь на мягкой кровати и подождать, пока боль пройдет или хотя бы немного стихнет. К сожалению, ему не дали ни времени, ни возможности прийти в себя. Естественно, физические мучения, как и выдвинутые смехотворные обвинения, не поднимали настроения. Парень автоматически переставлял ноги, не запоминая дороги.

— Дошли. Какой из этих камней принадлежит Арою? — раздался впереди голос Торсона.

— Сейчас посмотрю, — вызвался кто-то из гвардейцев.

И через небольшой промежуток времени Ройса направили куда-то вправо, к одному из крайних алтарей с затертым барельефом на плоской вершине.

Молодой человек безбоязненно подошел к камню практически вплотную.

— Хоть нож дадите? — чуть иронично поинтересовался он. — Или предлагаете мне зубами прокусывать кожу?

— Вену резать не обязательно, — решил предупредить Торсон. — Достаточно небольшой царапины и одной капли крови.

— Мне это известно.

— Ты должен поклясться собственной кровью, что не имеешь никакого отношения к пропаже алани Виолы и что ты лично или через других лиц не причинил ей никакого вреда, — для надежности уточнил Окланд. — Если соврешь, то умрешь на месте. Частичная ложь будет караться невыносимой болью.

«Куда уж невыносимей», — про себя грустно подумал Ройс. Он начал подозревать, что заместитель начальника охраны все же симпатизировал Виоле, несмотря на немного резкие комментарии в ее адрес, отпускаемые, когда никто из посторонних не слышал.

— Готов? — участливо спросил Торсон, заметив немного потерянный вид парня.

— Да! Дартис возьми всю эту гадскую ситуацию! — воскликнул молодой телохранитель.

— Окланд, дай ему нож, — попросил начальник охраны.

Ройс заметил, как Джер, желая видеть все собственными глазами, мягко потеснил кого-то из гвардейцев. Так как маг в данный момент не был вооружен и не выглядел опасным, ему это позволили.

Телохранитель принял протянутый ему небольшой ножичек с деревянной рукояткой и легонько ткнул кончиком себе в ладонь. Ранка получилась неглубокой, но ее вполне хватило, чтобы пошла кровь. Не мудрствуя лукаво, Ройс плотно прижал руку к плоской вершине алтаря Ароя и довольно громко, но не напрягая голос специально, произнес:

— Прошу справедливого решения. Я клянусь кровью, текущей в моих жилах, что не причастен к исчезновению алани Виолы Сьерро и что никогда ни прямо, ни косвенно не злоумышлял против нее. Да будут мои слова услышаны тобой, Арой Справедливый!

Едва Ройс закончил говорить, как сияние охватило алтарный камень и руку парня. Достаточно яркое даже при свете разгорающегося солнца, но не слепящее глаз. Телохранитель почувствовал легкое покалывание в ладони, буквально на миг он чуть острее ощутил последствия от мнимых ран во всем теле, а потом боль схлынула, оставив после себя лишь легкость. Парень как будто заново родился. Сияние резко пропало, свидетельствуя о том, что Арой Справедливый потерял интерес к происходящему возле его камня.

— Жив? — хлопнул Ройса по плечу Окланд. — Ты извини мою подозрительность, работа у меня такая.

— Угу, — промычал молодой телохранитель, убирая руку с алтаря. Он с удивлением увидел, что на ладони не осталось и следа от ранки.

Этот факт не ускользнул и от глаз Торсона, Окланда, Джера и еще нескольких гвардейцев. Маг, в первый раз наблюдавший проявление божественной силы, вообще подобрался ближе и склонился к ладони Ройса, чуть не врезавшись лбом ему в висок.

Молодой телохранитель совершенно перестал обижаться на Окланда и с некоторым удивлением понял, что отчасти даже благодарен ему за излишнюю подозрительность! Теперь Ройсу не придется пару часов терпеть затихающую, но все равно сильную боль.

— Держи свое оружие, — протянул ему мечи давний выпускник АТеРа. — Еще раз прошу прощения.

— Не за что, — искренне сказал парень.

Он был в небольшом замешательстве относительно истолкования случившегося. С одной стороны, на очень краткий миг его парализовала почти нестерпимая боль, а с другой стороны, она слишком быстро и бесследно исчезла. Ройс не знал за собой вины, да и избавление от физических страданий и ранки на руке ясно показывало, что он заслужил милость и симпатию Ароя Справедливого.

— С моего телохранителя сняты все подозрения? Мы можем идти? — поинтересовался Джер у Торсона. — Я планировал этим же утром отправиться в дальнейший путь.

— Да-да, конечно, — подтвердил начальник охраны, — вы можете быть свободны. Хотя… Джер, а ты ничего не слышал этой ночью?

— Увы, — развел руками маг. — Я даже из домика ни разу по нужде не вышел. У ваших людей и то было больше шансов что-то заметить. Я склоняюсь к мысли, что Виола могла сама сбежать с молодым, симпатичным аристократом, предпочтя ему пожилого мэра.

Торсон задумался, а Ройс поспешил еще добавить масла в огонь.

— Может, у нее помимо меня еще с кем-то встреча была назначена, только на более позднее время, — сказал он.

— Не исключено, — вздохнул начальник охраны. — Эй, парни, из особняка ночью примерно в полночь никто не выходил?

— Да просто уйма аристократов передвигалась туда-сюда, — отозвался кто-то из гвардейцев. — Одни выходили, другие входили. Часть возвращалась, часть исчезала с концами. Всех и не упомнить!

Ответ сильно не понравился начальнику, так как не давал никакой зацепки.

— Из сада на улицу точно не выходила девушка с прикрытым лицом или, может, кто-то пытался вынести объемный тюк или сундук? — не успокоился Торсон.

— Точно нет, — отозвался другой гвардеец. — Мы же не идиоты, чтобы допустить подобное!

— Тогда куда, куда могла подеваться Виола? — потребовал ответа Окланд.

— Могла и через забор сигануть, — вздохнул Торсон, — причем сама и без чьей-либо помощи. А то ты не знаешь ее характер! Алани Сьерро поздно признал дочку, так что временами рамки поведения высокородных становятся ей просто невыносимы. Помнишь, она уже не раз сбегала из дома, чтобы без надзора прогуляться по столице? Но там ей был знаком каждый камешек, а тут… Не верится мне в подобное безрассудство!

— Ройс, пожалуйста, — попросил Окланд, — вспомни, Виола вскользь, намеком ничего тебе не предлагала? Ну, там, ночной город посмотреть, по улицам побродить…

Телохранитель собрался было ответить отрицательно, но задумался. Обещание молчать он девушке так и не дал. Вдруг с ней и правда случилось что-то плохое? Вдруг она не под венец с другим кандидатом сбежала, а попала в городе в беду, опрометчиво гуляя одна?

Несмотря на то что на лице Ройса не дрогнул ни один мускул, Окланд все равно уловил его колебания.

— Говори, — еще раз попросил заместитель начальника охраны.

— Мы можем отойти в сторону? — попросил молодой телохранитель.

— Конечно, — сказал Окланд, подхватил Ройса под локоть и быстро потащил к глухой стене в десятке шагов от остальных гвардейцев.

Следом увязался и Торсон, который не желал упускать инициативу из своих рук и перекладывать полноту власти по расследованию пропажи на заместителя. Он виноват, отвечать в первую очередь тоже ему.

Ройс остановился лицом к стене, чтобы опытные гвардейцы и иные посторонние лица, заинтересованные в деле, не смогли ничего прочитать по губам, и высвободил свой локоть. А потом немного нерешительно и почти шепотом начал свою исповедь:

— На самом деле Виола действительно кое-что предлагала… Вы, конечно, можете считать все это выдумкой, но мне нет смысла лгать.

— Ну? — поторопил его Окланд.

— Она предлагала взять ее замуж, — решившись, выпалил молодой человек.

— Что?! — почти хором воскликнули мужчины, в изумлении уставившись на парня.

— Я понимаю, что это звучит невероятно, — терпеливо, как привык объяснять вспыльчивому дяде, начал Ройс, — но Виоле очень надоели попытки отца подороже ее продать. Похоже, она совсем отчаялась.

— И ты согласился?! — схватил его за грудки Окланд.

Швы рубашки затрещали, но выдержали столь вопиющее обращение, однако вторая от верха пуговица расстегнулась. Хорошо, что совсем не оторвалась.

— В мои планы на ближайшие десять лет подобное мероприятие не входит, — не вырываясь, чтобы лишний раз не нервировать вояку, сказал Ройс. — Я попытался мягко отказаться, но девушка все равно приняла такой ответ близко к сердцу и расстроилась.

— Что ж ты раньше молчал?! — воскликнул Торсон.

— Извините, это не та вещь, о которой можно болтать направо и налево, — с достоинством ответил телохранитель, хотя подобное и было тяжело проделать в его положении.

— Ты прав, — вздохнул Торсон.

— Я даже не предполагал, что Виола может не дойти до особняка. Везде стояла охрана, да и она не малый ребенок, чтобы заблудиться в нескольких десятках шагов от дома. Я подумал, что девушке будет лучше остаться наедине с собой и выплакаться, — сказал молодой телохранитель. — Я был не в том положении, чтобы навязываться и предлагать проводить ее к отцу.

— Ладно, парень, мы ни в чем тебя не обвиняем. — С этими словами Окланд медленно разжал пальцы и выпустил рубаху Ройса из рук.

— Будем просить мэра объявить в городе всеобщий поиск, — решил Торсон. — А ты, Ройс, действительно лучше молчи, не порть репутацию алани Виолы. Ее отцу мы сами сообщим, что сочтем нужным для дела.

— Хорошо, — кивнул телохранитель мага.

— За мной к особняку, — приказал Торсон гвардейцам и спешно двинулся по площади к одной из улиц.

За воином пристроились не только подчиненные, но и Джер с Ройсом. Им надо было забрать свои вещи и коней из владений мэра и убраться подальше, пока их не потащили к алтарю по второму кругу. Вскоре станет совсем нежелательно находиться возле особняка, особенно если алани Сьерро пригласит сыскарей. Джер не хотел быть втянутым в чужие проблемы, ему следовало торопиться, и поэтому он твердо решил заехать на рынок, купить провизию и сразу отправиться в путь.

Прощание с гвардейцами вышло скомканным. Парни пребывали не в самом лучшем расположении духа, их мысли витали далеко отсюда. Джера, например, мучило воспоминание об утренней попытке разбудить Ройса. Ему хотелось надеяться, что в опасной обстановке телохранитель будет спать более чутко, но он не испытывал и грамма уверенности на этот счет. Ученик придворного мага колебался: то ли поторопиться и ехать из Тесельхора на восток через лес Потерянных Душ, то ли добраться до Кернака, а по дороге для надежности еще присмотреться к Ройсу… От этого решения зависело слишком многое.

Так что по пути на рынок Джер был молчалив и задумчив. Он уточнял направление у местных жителей, но не слишком внимательно выслушивал ответы и в итоге предоставлял спутнику возможность вести их обоих. Во время нападения вампира маг убедился, что телохранитель знает свое дело. С другой стороны, как быть по ночам? Он глаз не сомкнет, если все же не выяснится, что в последние дни Ройс просто валял дурака и притворялся.

Джер пришел к выводу, что ему нужно серьезно поговорить с телохранителем и расставить все точки над «i». Но только он собрался открыть рот, как телохранитель сам, рискуя вылететь из седла, наклонился поближе и произнес:

— Мне необходимо кое-что тебе сказать, пока не поздно. Я и так сильно затянул с признанием.

— С каким признанием? — поинтересовался маг, придерживая коня, чтобы можно было нормально побеседовать.

— Джер, так получилось, что после выбора покровителя в АТеРе у меня возникла проблема… Несколько раз в неделю, без четкого графика, мне снятся кошмары, которые ничем нельзя прервать. Как правило, сон заканчивается перед рассветом. А до этого бесполезно кричать, обливать меня водой, трясти, пинать — ничего не помогает. Если во время нападения в лесу Потерянных Душ буду дежурить я — все в порядке. Но если придет твой черед, а я окажусь во власти кошмара, дело примет нехороший оборот. Извини, это происходит помимо моей воли. Наверное, я совсем не пришелся Дартису по душе, лучник из меня никудышный.

Хоть Джер и был чересчур воспитанным и сдержанным парнем, но на сей раз позволил себе весьма длинно и цветисто выругаться вслух.

— И ты говоришь об этом только сейчас?! — возмутился маг в конце своего монолога.

— А мои слова могли что-то изменить? Мы все равно надежно связаны контрактом, разорвать который не в наших силах, — спокойно сказал телохранитель. Он не оправдывался, не лицемерил, делая виноватый вид, просто констатировал факты. — Да и я раньше считал, что легко разберусь со своими проблемами еще до леса, едва вырвусь из АТеРа в большой мир. Мне казалось, что в дороге тебе ничего не грозит, а мой наем — просто подстраховка. Тем более ты боевой маг, пусть и неопытный, и способен успешно устранить практически любую проблему без чужого вмешательства. Хотя после покушений я согласился, что нам не стоит продолжать путь одним, и мы пристроились к кортежу алани Сьерро. Риск был сведен к минимуму!

— Ты мне лучше скажи, как ты теперь планируешь живым миновать лес с этими снами?! — не поддался Джер на похвалу своим способностям.

— Один мой друг собрал весьма интересные сведения, — издалека начал Ройс.

— Ты это к чему? — нетерпеливо спросил ученик придворного мага.

— По статистике, за последние десять лет одиночки и группы до трех человек пропадали в лесу Потерянных Душ всего дважды. Согласись, цифры обнадеживают. А вот группы из четырех и более лиц исчезают с заметной регулярностью, проценты даже приводить не буду, — выложил свой козырь телохранитель.

— Да? — заинтересовался Джер. — Про два случая — это точно? Или сведения неполные?

— Точнее некуда!

— А что пропавших людей отличало от остальных, от тех, кто прошел?

— Ну ты уж таких подробностей не требуй, — попросил Ройс. — В архивах журналов с восточных ворот городов остались только их имена. И нет смысла затевать подробное расследование. Абсолютно ясно, что их исчезновение — редкое исключение. Но ты не расслабляйся раньше времени, мы все равно рискуем.

— Это понятно, — отмахнулся маг. — Можно избежать встречи с местной нечистью, зато просто-напросто свалиться в овраг.

— Джер, я не всегда буду в отключке. Да и на крайний случай у тебя есть магия и меч, — постарался закрепить достигнутый успех телохранитель. — Уверяю, тащить с собой отряд наемников — гораздо более гибельная затея, чем путешествие вдвоем.

— Согласен я, — сказал ученик придворного мага. — Император не мог ошибиться, а он ничего не говорил про необходимость набрать дополнительную охрану для пересечения леса.

Ройс поморщился. Ему не нравилась бездумная вера в слова правителя, пусть и очень хорошего. Никор всего лишь обычный человек и имеет право на ошибки.

— А откуда ты решил двигаться: от Тесельхора или от Кернака? — уточнил телохранитель. — В Армитар, я так понимаю, мы совершенно точно не поедем, ведь там нас должны были ждать вампиры. Этот Пирс до сих пор, возможно, надеется перехватить нас неподалеку от назначенного места встречи.

— Незачем ехать в такую даль и делать огромный крюк, да еще и с риском напороться на кровопийц, — согласился Джер. — Особой разницы, откуда из двух ближайших городов отправляться, я не вижу. Илас на той стороне леса находится примерно напротив Кернака, так что лучше не тянуть время, откладывая неизбежное. Купим продукты — и вперед.

Телохранитель был абсолютно с ним согласен.

Парни быстро собрали провизию, отметились в журнале на восточных воротах города и выехали из Тесельхора. Уже буквально на расстоянии полета стрелы от стены начинался подлесок — пока еще совсем редкие заросли из кустарников и небольших деревьев. Никто и не пытался их вырубать, считая, что с этой стороны не обязательно иметь просматриваемую полосу земли на случай нападения. Враги и так не подкрадутся, ведь только сумасшедший может решиться вести подчиненных через одно из опаснейших мест мира, где до этого уже сгинули части войск разных держав.

Первое время дорога была ровная, как копье, а потом начала немного изгибаться. Ройс и Джер с внутренним нетерпением напряженно вглядывались вперед, ожидая, когда покажется деревянная арка, символизирующая границу. Под ней закончится территория Ренийской империи и начнется лес Потерянных Душ. Однако молодые люди оказались вовсе не готовы к открывшемуся им зрелищу…

Сначала они заметили вампира. Это был их старый знакомый Пирс. Не скрываясь, он прыгал и махал руками посреди дороги прямо под старой, потемневшей от времени аркой — двумя мощными вертикальными столбами и пристроенным сверху широким поперечным брусом с небольшим полукруглым вырезом. Но кровосос отнюдь не пытался таким образом привлечь внимание путников: он не смотрел по сторонам и явно не сгорал от нетерпения встретиться с Джером и Ройсом. Пирс всего лишь пытался согнать с поперечного бруса небольшую летучую мышку. Капюшон плаща уже давно свалился с его головы, открыв солнцу бледное лицо и темные волосы, треплемые ветром, но, похоже, лучи дневного светила не доставляли вампиру особого неудобства.

Пирс в очередной раз старательно подпрыгнул и попытался достать летучую мышь кончиком тонкого прута, зажатого в руке. Он был настолько серьезен и сосредоточен, словно для него это было делом чести и чрезвычайной важности. Однако вампиру не хватило буквально пары ладоней, чтобы дотянуться до бруса. К тому же очень длинная, а потому гибкая ветка искривилась под порывом ветра и тяжестью собственного веса.

— Сволочь! Недоразумение крылатое! — выругался Пирс.

Мышь ненадолго высунула острую мордочку из-под кожистого крыла, недоуменно взглянула на вампира и вернулась в прежнюю позу. Ее не волновали ни солнце, ни относительно большое и суетливое существо внизу. А что до ругательства… Это вообще спорный вопрос, кто из них недоразумение! Солнца-то оба не боятся.

Пирс погрозил вверх кулаком и попытался изменить тактику. Он откинул прут в сторону, обхватил один из столбов руками и ногами и постарался подтянуться. Но не тут-то было! Подобных навыков передвижения у него не было, поэтому он, не одолев и трети столба, соскользнул вниз.

Ройс и Джер, остановившись на некотором удалении, понаблюдали за мучениями кровососа, не привлекая к себе внимания. Оба гадали, что все это значит. Неужели вампир до такой степени проголодался, что уже и на мелких грызунов согласен?

Телохранитель ухватился пальцами за тупой конец иглы со смертельным для Пирса ядом и вслух посоветовал:

— А ты зубами, зубами цепляйся.

Увлекшийся вампир от неожиданности еле заметно вздрогнул, глянул на путников, но почему-то совсем не обиделся и не рассердился.

— Смешно, — с кислым видом сказал он. — Вы мне лошадь не одолжите на пару минут?

— Свою надо иметь, — ответил Ройс. — Или ты ее уже съел?

— Ага, вместе с костями! — съехидничал кровосос. И снова бросил злой взгляд наверх в сторону мыши.

— Правда? — немного попятился маг, не поняв шутки.

— Не будь идиотом, — раздраженно сказал Пирс. — Жива моя лошадь. Наверное… Просто какой-то гад в Тесельхоре свистнул ее у меня прямо из-под носа! У-у-у, ворья развелось! Теперь ваша империя мне должна.

— Так то империя, а не мы. Вот иди и с властей требуй, — попытался Джер сплавить вампира подальше.

— Мне некогда претензии предъявлять, я с вами пойду! — заявил Пирс.

Маг и телохранитель опешили от такой наглости. Они еще слишком живо помнили схватку с сородичем этого парня. Путешествовать бок о бок с вампиром? Ну нет!

— На тебя проклятие падет, если ты попытаешься убить нас в лесу, — напомнил Джер.

— Знаю я. Обещаю вести себя смирно. Еды у меня с собой более чем достаточно — по две нормы на день.

— И ты думаешь, мы будем терпеть тебя рядом, чтобы предоставить возможность немедленно напасть, едва лес окажется позади?! — возмутился Ройс.

— Я работаю на свое правительство, и у меня нет приказа убить вас! — открыл карты Пирс.

— Да? Ты еще скажи, что нападение на нас твоего напарника было всего лишь неудачной шуткой! — язвительно сказал ученик придворного мага.

— Я сам не знаю, какая муха его укусила, — скривился Пирс.

— Но ты не слишком удивился, узнав о его поступке. Значит, знал о намерениях? — попытался уличить вампира Ройс.

— Догадывался, что этот придурок неспроста исчез, — ответил Пирс. — Для надежности мы за вами следили. В поместье Гардияров я решил немного поспать, оставив вместо себя напарника. А когда проснулся, обнаружил, что он бесследно исчез! Пришлось писать доклад начальству.

Договорив, вампир снова бросил быстрый взгляд на летучую мышь, спокойно дремавшую прямо на солнышке на брусе, и убедился, что она на месте и никуда не собирается.

— Зачем мы сдались вашему правительству? — настороженно поинтересовался Джер, хотя и не слишком надеялся на правдивый ответ.

— Мне велели присмотреть, чтобы вы в целости и сохранности доставили артефакт к месту назначения, — прямо выпалил Пирс, решив действовать в открытую.

Вампир понимал, что доверие подорвано и теперь будет сложно наладить сотрудничество. Если он станет скрытничать и отмалчиваться, люди тем более не потерпят его рядом. Им и без того должно быть ясно, что он не просто так набивается в спутники.

— Какой артефакт? — тут же заинтересовался Ройс.

— Нет у меня ничего, — торопливо буркнул Джер, не решаясь признать факт перевозки столь ценного предмета.

Но так как за время совместного пути телохранитель успел довольно хорошо изучить своего нанимателя, то четко понял — маг врет.

— Дже-эр, — настойчиво протянул Ройс.

Если наниматель действительно везет с собой артефакт, то он хотел бы узнать об этом прямо сейчас, а не когда их окружит огромный отряд наемников или солдат другого государства. До леса они добрались — хорошо, но ведь потом еще и до Иласа надо будет как-то незаметно прошмыгнуть! Может, те самые солдаты, которые сейчас изображают крестьян на полях инкубов, и нападут на них. Чем лучше он будет ориентироваться в ситуации, тем больше у них обоих шансов выбраться из этой переделки живыми и здоровыми.

Но ученик придворного мага сделал вид, будто внезапно оглох.

— Не врите! Наши маги провели обряд и выяснили, что артефакт везете вы. От вас исходят эманации силы, — заявил Пирс. — Странно, что остальные государства не устроили такую же проверку, рыщут от Сархейма до Армитара, как слепые котята.

— Это ты врешь! — возмутился Джер. — Фон артефакта должен полностью гаситься шкатулкой!

Он не проговорился, просто решил перестать наконец скрывать очевидный факт. Все равно от его протестов никакого толку.

— Шкатулкой?! — чуть ли не простонал Ройс, поняв, что все это время его водили за нос, как наивного простачка.

Дипломатическая почта — как же! Да тем же триитцам явно ни к чему письмо Никора к высшему инкубу, зато они наверняка не против прикарманить артефакт.

— Это секрет императора, — насупился Джер. — Я вообще не должен был признавать даже само существование этой вещи.

— Можете не верить, я не обижусь, но от вас и правда идет фон, — примирительно сказал Пирс. — В таком важном деле наши маги не ошиблись бы.

Джер только открыл рот, собираясь еще раз опровергнуть слова вампира, но тут же закрыл его. Действительно, откуда он знает, что это не так? Император тоже сам не проверял. Им обоим сказали — они поверили. Находясь в непосредственной близости от артефакта, Джер никак не определит, кто прав. Для этого он должен как минимум попросить Ройса подержать шкатулку на расстоянии нескольких метров (что совершенно недопустимо), иначе собственный магический фон не позволит ему ничего почувствовать. Посланник Никора не собирался выпускать из рук доверенную ему вещь даже на несколько секунд. И если оболочка, несмотря на заклинания, действительно пропускает эманации силы, что ж, придется с этим смириться.

— Ладно, предположим, ты действительно не желаешь нам зла и всего лишь рвешься убедиться в нашей безопасности, — сказал Ройс. — Но что за комедию ты устроил на дороге?!

— Так этот гад крылатый донесение от начальства не отдает, — пожаловался Пирс. — Наверное, мыши приказали ждать меня на границе, вот она и выполняет распоряжение — буквально. Чем ей этот дурацкий знак приглянулся?! Безмозглый комок шерсти!

— Странный у вас способ доставки, — заметил Джер.

— Какой есть, — огрызнулся в ответ Пирс. — Курьеры почтового ведомства работают везде, кроме моей страны, Гряды гномов и леса Потерянных Душ!

— Ну так и не мучился бы, сбил бы мышь чем-нибудь — и дело с концом, — предложил Ройс.

— Порча казенного имущества — раздел «Нарушения», пункт два, — с кислой миной пояснил вампир. — И лучше вам не знать, что со мной после этого сделают. Я год на голодном пайке ходить буду!

— Тогда продолжай этот цирк, а мы посмотрим, — усмехнулся телохранитель. — Наши лошади все равно будут от тебя шарахаться, они, знаешь ли, не привыкли терпеть на своей спине вампиров.

— Чтоб тебя подкинуло, Дартис Меткий! — выругался Пирс. — А мне как раз должны были прислать новый план действий. И я еще немного информации о вашем артефакте запросил. Хотел быть в курсе, что это за вещица такая, принадлежащая Дартису. Надеюсь, пребывание рядом с ней не опасно для вампиров?

— Дартису? — тут же выделил для себя главное Ройс.

— Да, а что? — поинтересовался Пирс.

Он еще не понял своей удачи. Вампир и не подозревал, что его слова настолько заинтересовали одного из ренийцев, что тот решил оказать ему горячую поддержку в деле добывания послания.

— Знаешь, мне в голову пришла замечательная идея, — сказал телохранитель, проигнорировав вопрос. — А если я сделаю тебе одолжение и собью мышь камнем, а ты потом доложишь, что во всем виноваты местные хулиганы из Тесельхора? Не успел, мол, покалечили бедную зверушку. У тебя в городе все равно лошадь увели, так что преступлением больше, преступлением меньше на их совести… Ты же не должен отвечать за действия местного населения?

— Пожалуй, так я даже клятву на алтаре Ароя дать смогу, — сказал вампир, рыская взглядом по обочине дороги. — Главное, правильно все сформулировать.

Ройс соскочил с лошади, кинул поводья Джеру и тоже с энтузиазмом принялся за поиски подходящего снаряда. Но вокруг валялись только неудобные для метания сухие ветки.

Вскоре вампир понял всю тщетность их усилий и предложил с намеком:

— А давай хулиганы будут вооружены арбалетом?

Телохранитель с сомнением посмотрел на толстый горизонтальный брус и маленькое тельце на его краю. Попадет ли? Но тут вроде никто не запрещает подойти поближе, практически вплотную. Он отстегнул от седла арбалет, достал болт и аккуратно заправил его в спусковой механизм.

Старательно выбрав позицию, Ройс прицелился и произвел выстрел. Тренькнула пружина, болт прошил воздух, пролетел чуть левее цели и вонзился в дорогу где-то впереди. Летучая мышь высунула мордочку из-под крыла, недовольно глянула на шумных суетливых существ внизу, сдвинулась немного в сторону, мелко перебирая лапками по брусу, и снова замерла в прежней позе. Видимо, опасности для себя она не обнаружила. Ройсу впору было оскорбиться.

— Да не бойся ты! Письмо к нижней лапе примотано, так что ты свиток никак не повредишь, — неправильно понял его Пирс.

— Может, хулиганы лучше мечом столбы арки подрубят? — с надеждой предложил Ройсвен.

— Этим воротам уже не одна сотня лет. Не трогайте памятник культуры! — тут же вмешался Джер.

— Лучше болтом, — не согласился вампир.

Ройс и сам понимал, что так будет вернее. Да только у него не было уверенности, что он хотя бы со второго выстрела не промажет. Вампира только зря насмешит, Джер-то уже привык к его упражнениям.

И Пирс и Ройс пребывали в смущении. Телохранитель не хотел больше демонстрировать свою стрельбу, но, если он не объяснит ситуацию, второй попытки не избежать. А вампир понимал, что этот казус ему на руку для налаживания отношений с ренийцами, но все равно чувствовал себя глупо. Задание вообще с самого начала пошло наперекосяк. А тут еще какой-то маг дал мыши неточные указания!

Но так как оба — и человек и вампир — были хорошими актерами, то о смущении друг друга они не догадывались. Зато Джер со стороны мог бы заметить их состояние, если бы не был так напряжен и не готовился каждую секунду спалить кровососа фаерболом. До границы ведь несколько шагов осталось, закон всеобщего перемирия здесь не действует… Маг все еще не мог до конца поверить в честность Пирса, но пока не считал нужным нырнуть под арку, чтобы оказаться в безопасности. Если вампир планирует напасть, то лучше выяснить это сейчас, пока они не утратили бдительность и адекватно воспринимают его в качестве врага, а не спутника, с которым пройдено немало дорог. Ученик магистр Элиота не понимал только одного: с какой стати Ройс так охотно кинулся помогать Пирсу?

— Джер, а ты не желаешь попробовать стрельнуть? — поинтересовался телохранитель.

— Разбирайтесь сами, — отказался маг, стараясь не пропустить момент, когда кровосос захочет укусить Ройса.

— Давай быстрее, — попросил вампир. — Мы же время зря теряем.

«Чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий!» — мысленно ругнулся телохранитель, вновь заряжая арбалет. Так как дистанция до цели была совсем небольшая, он все еще надеялся попасть. Промазать с пяти шагов — это слишком даже для него! Он же все делает правильно, Арр не раз об этом говорил. Должно же ему хоть когда-то повезти?!

Но и на этот раз судьба оказалась на стороне крошечной летучей мыши, нагло дремлющей на солнышке. Болт Ройса снова описал красивую дугу и воткнулся в дорогу.

— Ты что, издеваешься?! — возмущенно поинтересовался Пирс, оскалив клыки от полноты чувств.

Но телохранитель не испугался, так как иголка с ядом была у него под рукой.

— Не могу я в нее стрелять! — заявил Ройс. — Лезь лучше на спину моего коня и доставай сам!

Других вариантов, из которых можно было бы выбрать, не нашлось.

— Ты хоть подержи его тогда, — попросил вампир.

Ройс подвел рыжего жеребца под арку и крепче ухватился за сбрую. Что бы там ни подумал Пирс, служитель Дартиса тоже страшно хотел побыстрее достать свиток. Он не меньше вампирского шпиона был заинтересован в содержащейся в послании информации. И надо ловить момент, пока кровосос согласен сотрудничать и честно отвечать на вопросы. Есть надежда, что он не откажется и переведет сведения, касающиеся бога меткости, на ренийский язык.

Пирс накинул на голову капюшон, будто хотел замаскироваться от взгляда жеребца, и, примериваясь, прошелся вокруг телохранителя. Ему надо было как можно скорее заскочить на спину коня и схватить мышь, пока ни одно из животных не занервничало.

— Готов? — поторопил его Ройс.

— Главное, держи крепче, — попросил вампир и внезапно стремительным скачком взлетел в седло.

Он успел встать в полный рост и зацепиться одной рукой за верхний брус, когда жеребец взбрыкнул и, таща за собой телохранителя, отбежал на пару метров в сторону. Пирс остался висеть, болтая ногами в воздухе и стараясь подтянуться из неудобной позы. У него были все шансы осуществить задуманное, если бы не досадная неожиданность: древняя конструкция просто не выдержала лишнего веса. Раздался громкий треск, и горизонтальный брус, разломившись на две неравные части, рухнул вниз. Летучая мышь успела взмыть вверх, избежав падения. Она сделала круг над пострадавшим адресатом письма и направилась на юг в сторону дома.

Ройс, не желая выпускать из рук ценные сведения, пару раз выстрелил из арбалета вдогонку летуну. Но если уж он не попал по неподвижной мишени, то тут и подавно только зря растерял болты, улетевшие куда-то в заросли.

— Чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! — выругался телохранитель, поняв, что летучую мышь уже не достать.

— Ты-то что расстраиваешься? — с кислым лицом спросил Пирс, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду. — Это меня теперь могут счесть пропавшим без вести или, еще хуже, перебежчиком и дезертиром.

— А почему ты решил, что я переживаю из-за твоего письма? — слукавил в ответ Ройс. — Мне арку жалко! Я, между прочим, только что помог наглому вражескому шпиону сломать культурное достояние империи!

— Ой-ой-ой. Да это мне впору жаловаться, что ваша рухлядь падает честным вампирам на голову и, того и гляди, покалечит, — с ехидством заявил Пирс.

— Если бы кое-кто на ней не висел…

— Если бы кое-кто умел нормально стрелять! — передразнил вампир, ставший невольным свидетелем двух последних выстрелов.

— Вы уж или начинайте драться, чтобы я мог со спокойной совестью испепелить кое-кого, или заканчивайте ругаться! — встрял Джер. — Мы время зря теряем. И так, судя по записям на воротах, самыми последними вышли.

— Извините, я постараюсь больше не провоцировать вас, — к глубокому сожалению для ученика придворного мага, сказал Пирс. — Сам не знаю, что на меня нашло, обычно я веду себя гораздо сдержаннее.

Ройс не стал любезно просить прощения в ответ, он не считал, что чем-то оскорбил вампира. К тому же эта легкая перепалка позволила ему невзначай проверить вспыльчивость нового спутника. Теперь он был на сто процентов уверен, что в лесу им не грозит опасность стать жертвами его клыков. Пока у Пирса нет приказа, он точно не тронет ренийцев. Да и судя по донесению Криса, этот кровосос не простой наемный убийца, ему не стали бы заказывать обычное устранение, у него явно задача посложнее.

Молодой человек быстро оттащил с дороги один из обломков арки и взобрался в седло своего рыжего жеребца. В принципе он не возражал против компании вампира. Это даже хорошо, что в случае, если нападение лесных тварей совпадет со временем его ночного кошмара, будет кому отбиваться. Да и хочется расспросить про Дартиса на досуге, вдруг Пирс знает что-то интересное? И если Джер откажется говорить про артефакт, можно вытянуть сведения из нового попутчика. Раз уж подосланный агент начал открывать карты, то вряд ли будет запираться на эту тему.

Джер первым проехал между столбами и ступил в границы леса Потерянных Душ. За ним направил коня Ройс, но, не переступив черты, обернулся к вампиру.

— А как же ты без лошади собираешься двигаться наравне с нами? — спросил он.

— Не волнуйся, я вполне успею за вами и пешком. Не думаешь же ты, что тут и дальше такая хорошая дорога? За ней некому ухаживать.

— Ухабы и кочки? — уточнил телохранитель.

— Всего понемножку. И разросшиеся кусты мешают, и обломанные коряги, и низко нависающие ветви деревьев, и просто размытые ямы в плохо утоптанном грунте. Вам будет даже сложнее обогнуть все препятствия, — предупредил Пирс. — Единственный плюс: не придется сумки тащить на себе.

— Ты так уверенно говоришь, как будто уже ходил этой дорогой, — заинтересовался Джер.

— Было дело один раз, — с нарочито безразличным видом пожал плечами вампир, хотя явно гордился этим фактом.

— И большой отряд у тебя тогда был? — задал вопрос маг.

— Я сам шел, в одиночку. Только не спрашивайте, при каких обстоятельствах! Этот секрет я вам открыть не могу, поскольку он относится к совершенно другому делу.

— А по дороге ты ничего странного или опасного не видел? — поспешил выяснить телохранитель.

— Случилось, напали на меня какие-то тварюшки, похожие на обросших чешуей волков, — пришлось отбиваться, — припомнил Пирс. — И еще раз довелось ночь на дереве отсидеть, спасаясь от более крупного хищника. Никак не мог найти на него управу! Хорошо, он утром сам убрался, не стал ждать, пока я устану, проголодаюсь и вынужден буду спуститься.

— Ладно, авось и мы вместе не пропадем, — решил Ройс и тронул коня.

Глава 15. ЛЕС ПОТЕРЯННЫХ ДУШ.

Они отдалились от рухнувшей арки на границе буквально на несколько сотен метров, когда взгляд Ройса зацепился за сухой куст на обочине дороги. Вид его причудливо изогнутых ветвей что-то всколыхнул в памяти парня. Он придержал коня и, нахмурившись, осмотрел куст внимательнее. Хм… Лес, дорога… «Да это же пейзаж из моего ночного кошмара! — осенило молодого телохранителя. — Очень похоже».

— Джер, минутку, я здесь задержусь, а потом вас догоню! — крикнул Ройс.

Вампир тоже остановился, осмотрелся, втянул носом воздух и с удивлением констатировал:

— Пахнет свежей кровью.

Так как Пирс отнюдь не шептал, то и Джер расслышал его комментарий. Ученик придворного мага развернул лошадь и вернулся обратно по своим следам к спутникам.

— Что случилось? — спросил он у Ройса. — Кто-то ранен?

— Здесь неподалеку меня убивали в ночном кошмаре, — честно сознался подопечный Дартиса.

— Ничего не понял, — помотал головой вампир. — Как тебя могли убить, если ты живехонек? И почему в ночном кошмаре, если тут действительно пролили кровь?

— Не бери в голову, — отмахнулся телохранитель. — Я и сам не знаю, как лучше объяснить.

Ройс спешился, привязал лошадь к толстой ветке куста и двинулся туда, где, судя по его воспоминаниям, была полянка. И хотя он никого не приглашал с собой, Пирс и Джер увязались следом. Если неподалеку случилась трагедия, ученик придворного мага не мог пройти мимо, не предложив помощь. Вдруг где-то требуется маг или просто человек, способный сделать перевязку и остановить кровь подручными средствами? А вампир не хотел пропустить какое-нибудь важное событие, которым позже может заинтересоваться его государство. Человека с артефактом он ведь легко догонит, если тот решит отправиться дальше в путь, не дожидаясь. Зато телохранитель не о всяком происшествии ему расскажет, не похож он на открытого простачка.

Сначала Ройс наткнулся на дерево, к которому был привязан в ночном кошмаре. А обследовав ствол, он обнаружил бурые пятна засохшей крови в трещинах коры. Но телохранитель не спешил делать выводы. Прежде чем заподозрить самое плохое, он присел и отыскал внизу, на выступающем из-под земли корне, след от стрелы. Вот тогда его взяла оторопь. Дальше было бы глупо отрицать очевидное: этой ночью здесь действительно произошло убийство, и жертвой стал не кто иной, как Виола Сьерро. Каким-то неведомым образом вытеснив сознание девушки, Ройс стал прямым свидетелем жуткого преступления.

— Значит, и в остальных случаях убийства тоже происходили в реальности? О Дартис… — прошептал молодой телохранитель, не найдя в себе сил даже нормально выругаться.

Он вспомнил о десятках пропавших без вести аристократов. Ведь его сознание не раз умирало вместе с их телами, утыканными стрелами или ножами. Но раньше он воспринимал все, как обычный кошмар, в наказание ниспосланный Дартисом Метким. Даже вид тела алани Вардана Ровсхола не насторожил Ройса. А ведь должен же был! Однако как все невероятно…

Телохранителю не хотелось верить, что его ночные сны так же реальны, как представшее перед ним дерево со следами крови. Но факты упрямо подтверждали существование неизвестных особ в серых балахонах.

Ройс оглянулся и посмотрел на камень, возле которого ночью проводился непонятный ритуал с его пассивным участием. При свете солнца тот выглядел как обычный, ничем не примечательный булыжник с плоской вершиной. Телохранитель подошел поближе, но не нашел барельеф с изображением божественного символа, который ожидал там увидеть. На ощупь камень тоже не имел никаких особенностей. Ройс даже достал нож и попробовал поковырять поверхность, вонзить его вглубь он при всем желании не мог.

Трава вокруг была значительно примята, на земле в двух местах виднелись глубокие следы, но они никак не проливали свет на личности неизвестных преступников. Ройс не являлся опытным следопытом, чтобы попытаться определить по вмятинам чей-то рост, вес и телосложение. Он мог сказать только одно — мучители были в нормальной обуви и никаких копыт или лап под своими балахонами не скрывали.

— Здесь недавно применяли магию, — заметил Джер где-то у него за спиной. — Я чувствую остаточный след заклинаний.

— А тело, тело девушки никто не видит? — встрепенулся Ройс.

— Откуда ты знаешь, что тут убили именно девушку? — с интересом, но без волнения спросил Пирс. — Даже я по одному только виду и запаху не могу сказать, кому принадлежит кровь.

— Я видел во сне произошедшее здесь. Джер, — обратился телохранитель к магу, — какие-то личности, закрывающие лица капюшонами, читали возле камня длинное заклинание. А потом они утыкали стрелами Виолу.

— Виолу?! — переспросил ученик придворного мага. — Дочку алани Сьерро?

— Да, именно.

— А что за заклинание?

— Я же не разбираюсь в магии! — воскликнул Ройс, после чего принялся тщательно осматривать каждый из кустов, растущих по периметру полянки.

Он искал следы конских копыт, остатки веревок, стрелы или любую иную мелочь, имеющую отношение к убийству.

Но первым находку совершил вампир.

— Ройс! — окликнул он. — Кажется, я труп нашел. Вернее, то, что от него осталось… Лучше магу на это посмотреть.

Бледнеть Джеру было уже некуда, а потому он позеленел. Юноша не мог похвастаться привычкой к подобным зрелищам, но чувство долга и обязательность не дали ему сейчас остаться в стороне. Медленно, борясь с собой и морально готовясь к худшему, он приблизился к Пирсу и заглянул за указанные заросли кустарника. И тут же Ройс услышал его облегченный вздох.

Телохранитель бегом пересек поляну, очень надеясь на чудо. Может, Пирс просто плохо пошутил и на самом деле нашел не Виолу, а останки какой-нибудь нечисти? Или, как ни цинично это звучит, другой девушки? Он раздвинул спутников, изучил находку и понял, что судьба не слишком к нему благоволит. За кустами виднелся клочок земли с выжженной травой. Поверхность была щедро усыпана серым пеплом, под слоем которого выделялись оплавленные кусочки металла. Это явно были наконечники стрел. Чуть в стороне, возле съежившейся высохшей травы валялся крохотный кусочек ярко-красной ткани. Ройс больше и не нуждался в доказательствах, чтобы точно сказать — тут преступники решили спалить тело. Фаерболом, судя по всему. Телохранитель уже связал воедино дело алани Вардана и то, что увидел сейчас.

— Пепел, — прошептал Джер. Он явно испытывал облегчение от того, что здесь не обнаружился обезображенный труп. — Поработал очень сильный боевой маг, возможно, даже парочка. Не могу сказать точно, так как все глушится остаточными следами более мощного и очень странного заклинания. Я такого не знаю. Не возьмусь предположить, чего хотели добиться преступники.

— Триитцы? — предположил Ройс.

Джер нахмурился, с сосредоточенным видом посмотрел на камень, подумал, а потом просто пожал плечами.

— Да кто угодно, — сказал он и, покосившись на Пирса, добавил: — Даже вампиры могли это сделать.

— Эй, минуточку! — возмущенно начал шпион. — Давайте обойдемся без голословных обвинений. Зачем нам нужно было убивать какую-то незнакомую дамочку? У нас сейчас абсолютно другие интересы. Я не самая мелкая фигура на родине, чтобы не знать о намеченном ритуале в таком опасном месте, как лес Потерянных Душ. Мои сюда без крайней необходимости даже не сунутся, да и не маньяки же мы, чтобы так просто зверствовать!

— До этого убивали, похоже, в обычных лесных массивах и рощицах, — заметил Ройс.

— А были еще подобные случаи? — с удивлением и огорчением во взгляде спросил ученик придворного мага.

— Да, например, в поместье Ровсхолов, куда мы заглянули по дороге, — не счел необходимым скрывать телохранитель. Хоть какой-то минимум информации он может им выдать. — Там тело сожгли не до конца…

— Ого, — присвистнул Пирс. — Только не пытайтесь подогнать на роль подобного злодея кого-то из моих сородичей. Заметьте, что из жертв не выпили всю кровь, а вылили и уничтожили, можно сказать, почем зря.

— Ну да, их расстреляли. Однако преступники действовали, руководствуясь странным ритуалом, а не инстинктами, — заметил Ройс.

Джер отодвинулся от Пирса и упрямо сказал:

— Значит, вампиры не исключаются!

— И все же их и гномов я бы не стал подозревать, — чуть разрядил обстановку телохранитель. — Рост у преступников был нормальный, бороды из-под капюшонов не торчали. Да и клыков я не заметил.

— А вообще эти убийства имеют хоть какое-то отношение к артефакту? — уточнил Пирс.

— Нет, пока это внутренние дела Рении, — ответил Ройс. — Хотя если ритуал связан с кем-то из богов, то другим государствам тоже стоит побеспокоиться. Джер, может, вернемся в Тесельхор и доложим о находке?

— Там и без нас наверняка справятся — обыщут окрестности, опросят людей, найдут свидетелей. Я слышал, что алани Сьерро грозился привлечь к поискам столичных сыскарей. Через алтарные камни они должны прибыть в город практически мгновенно. Ройс, неужели ты хочешь лично сообщить аристократу о смерти его дочери? Тебя ведь, несмотря на клятву перед алтарем Ароя Справедливого, опять возведут в ранг если не главного зачинщика, то хотя бы соучастника преступления. Замаешься доказывать свою невиновность!

Телохранитель задумчиво закусил нижнюю губу и признал, что маг прав. Нервов ему попортят изрядно, раскроют инкогнито, задержат до выяснения всех обстоятельств. И уж наверняка это нарушит его контракт с Джером, ведь сроки будут сорваны. А вдруг магия, заверившая договор, сочтет, что телохранитель таким образом уклоняется от своих прямых обязанностей, и убьет его? Ройс дал себе слово, что он напишет обо всем Крису, как только выберется из леса со стороны Инарии, пусть тот передаст информацию сыскарям. А сейчас ни к чему пороть горячку, убитых это не вернет. Пока маги доберутся до полянки, чтобы обследовать ее, все остаточные следы развеются. Больше, чем Джер, они не обнаружат. Ну разве что на пепел полюбуются собственными глазами… Что им действительно будет полезно, так это описание ритуала, но лучше, если маги и сыскари услышат его не из первых уст. Ройс ведь не в состоянии объяснить, почему именно он видит убийства в кошмарах. Не хочется, чтобы толпа чужаков узнала о его проблемах и лезла в душу, выспрашивая мельчайшие подробности.

Молодой телохранитель скорбел о смерти девушки, о смерти других аристократов, но в меньшей степени, чем можно было ожидать. Под прессом накопившейся моральной и физической усталости его чувства притупились. В АТеРе наставники наверняка рассчитали, что за время сна ученик прекрасно успеет отдохнуть от напряженных дневных тренировок. Но ведь Ройс часто не имел возможности набраться сил! Да и в дороге стало не намного лучше: от рассвета до заката приходилось трястись в седле, питаться на ходу и всухомятку, спать где придется.

— Поехали отсюда, — предложил подопечный Дартиса. — Я хочу как можно быстрее выбраться из леса.

— Согласен, надо двигаться подальше от этой поляны, — отозвался вампир. — А то сколько, ты говоришь, было этих маньяков в сером?

— По три на каждого из нас. И если среди них есть хотя бы два мага, то бандиты легко одержат верх. Все-таки стреляют они здорово.

— Нашел кого хвалить, — фыркнул Пирс. Он больше не старался скрывать клыки и надеялся на здравый смысл императорских посланников.

Джер, все еще не смирившись с присутствием вампира, с опаской покосился на него и припустил обратно к дороге, будто за ним гнались. Ученик придворного мага никак не мог определиться с поведением относительно неожиданного попутчика. И метнуть в него фаербол просто так нельзя, и доверять боязно.

Маг и его телохранитель отвязали лошадей и забрались в седла, а Пирс решил идти позади, одним своим присутствием подгоняя животных. Поначалу вампиру пришлось довольно тяжело. Периодически приходилось даже бежать, недобрым словом поминая неизвестных конокрадов. Ройс и Джер хоть и не торопились специально, но ждать его, натягивая поводья, тоже не намеревались.

Однако уже через пару часов Пирс получил возможность идти размеренным шагом, так как дорога становилась все хуже и хуже, как он и говорил. Всадники могли передвигаться быстрее, чем те же неповоротливые телеги купцов с товаром, но не резвее пешего вампира. Из-за задержки на рынке, на границе леса и на полянке они так и не нагнали никого из других рисковых путников, да и не стремились к этому. Ройс и Джер прекрасно понимали, что в их отряде уже и без того критическое количество лиц.

При свете солнца лес Потерянных Душ пока не оправдывал своего названия. Кругом было светло, пахло хвоей, травами и прелыми листьями, по краям дороги росли дикие цветы, между деревьями иногда виднелись необычные декоративные кустарники. В такой обстановке немудрено расслабиться и потерять бдительность, а после — и жизнь. Вряд ли дурная слава этого леса возникла на пустом месте.

После полудня ренийцы спешились и тоже решили пройтись, давая коням отдых. Они уже осознали, что передвижение верхом в лесу не дает им никакого преимущества, один лишь риск покалечить животных или самим вылететь из седла. Маг достал припасы, и люди принялись жевать на ходу. Лошади, избавившись от лишнего веса, тоже не смущались, пытаясь тянуться к сочной траве по обочинам, хотя съесть ее все равно не могли.

Вампир деликатно отстал от ренийцев и сделал глоток из фляги, пристегнутой к поясу. Вторая такая же была надежно прикреплена с другого бока. Для Пирса эти сосуды с живительной влагой сейчас были гораздо ценнее любого оружия, хотя у него имелся и меч, рукоять которого выглядывала из наспинных ножен. Конечно, шпион очень жалел, что остался без сменной одежды и других полезных в дороге мелочей, но он был не слишком избалован и привык к некоторым неудобствам. В его долгой жизни случались и не такие неприятности, как украденная лошадь. Нельзя зацикливаться на одной мысли и начинать жалеть себя. А за утерянное имущество, издевательство с посланием и выбор напарника он потом потребует со своего начальства компенсацию. Крупную.

Пирс облизнул губы языком, а для надежности еще и ладонью провел по подбородку, чтобы не оставить на лице следов чужой крови. Он понимал, что людям будет неприятен такой вид. И если телохранитель постарается не обращать внимания, то маг может сорваться. А вампиру как-то не хотелось под воздействием фаербола раньше времени превратиться в пылающую головешку или в мелкий пепел.

Только он решил ускорить шаги, чтобы догнать ренийцев, как неожиданно краем глаза заметил сбоку движение. Развернувшись, Пирс рассмотрел полупрозрачный силуэт полноватого благообразного мужчины. Сквозь фигуру просвечивал ствол ближайшего дерева, а ветка кустарника пронзала живот насквозь. Вампир потянулся рукой за спину к мечу, открыл рот, чтобы позвать людей, но так и не выполнил до конца ни одно из намерений. Моргнув в очередной раз, Пирс обнаружил, что призрачный человек бесследно исчез.

Вампир с опаской осмотрелся вокруг, решая, не привиделось ли ему все. Мало ли как мог исказиться солнечный свет, падая через листву. С ренийцев станется сказать, что ему от страха такое мерещится. Он ведь действительно толком ничего не рассмотрел, да и физической угрозы вроде нет.

Так что Пирс бегом догнал Джера и Ройса и молча пристроился за их спинами, практически дыша в затылок. Он был немного взволнован и терзался сомнениями, поэтому не сразу заметил, как маг занервничал.

— Я пока последним пройдусь, — буркнул бледный юноша, спешно занимая позицию за опасным, по его мнению, кровососом.

Возражать никто не стал. Смешно сказать, но и самому вампиру вопреки здравому смыслу так было спокойнее. Без повода Джер испепелять его не будет, да и спину собой прикроет… Ни спереди, ни сзади ни одна напасть не доберется, минуя людей! Жертвовать собой понапрасну ради выполнения миссии Пирс не собирался, уж лучше он потом, если ренийцев убьют, вместо них доставит артефакт высшему инкубу.

Ученик придворного мага, как это ни странно, тоже чувствовал себя на порядок лучше. Он сверлил взглядом широкую спину вампира и затылок, прикрытый капюшоном светло-коричневого легкого плаща, и спокойно шел вперед. В таком положении был один небольшой минус: коня приходилось тащить, напрягая руку, так как сам он торопиться вслед за Пирсом не желал. Но Джера это обстоятельство не сильно расстраивало. Пусть он и отстал немного от остальных, зато движется с той же скоростью, что и все.

Вокруг было тихо, только изредка раздавалось короткое чириканье каких-то птиц. Ни подозрительных шорохов, ни рычания зверей, просто благодать. От созерцания природы и спины вампира мага отвлек рывок лошади, упрямо потянувшейся мордой к особо сочному пучку зелени на краю ухабистой дорожки. Съесть его животина не могла, но хоть понюхать и заявить вредному хозяину о своем желании… Джер развернулся, чтобы высказать наглой скотине все, что он думает о подобном поведении, да так и замер. Позади, в нескольких метрах от себя, он увидел прозрачную фигуру молодого парня в рваной одежде. Маг среагировал мгновенно: создал довольно большой фаербол и швырнул в подкравшегося незнакомца. Да только огненный шар пролетел насквозь и затух где-то вдали, так и не встретив на своем пути преграды, которую можно было испепелить. Но призрачная фигура все равно исчезла.

— Нападение?! — мгновенно отреагировал Ройс, разворачиваясь.

Одной рукой он дернул вниз ремешок перевязи на груди, другой обхватил наклонившуюся вперед через плечо рукоять и обнажил клинок. На заговоренном металле заиграли блики солнца. Второй меч телохранитель пока приберег на случай совсем скверного положения. Он не хотел быстро выматывать себя, сражаясь сразу обеими руками, лучше сперва оценить количество противников и степень их опасности.

Вампир отреагировал молча, но на доли секунды быстрее. Он тоже вытащил меч и повернулся на шум гудящего пламени.

Однако противника так никто и не обнаружил. Ни на дороге, ни в кустах не было ни души, только Джер.

— Что случилось? — требовательно спросил Ройс, не торопясь расслабляться и объявлять ложную тревогу.

Его глаза продолжали шарить по округе, выискивая движение. Тело, готовое к любым действиям, напряглось, как струна.

Ученик придворного мага немного смутился, так как предъявить ему было нечего. Он вообще начал сомневаться, не привиделась ли ему странная фигура. Напряженные нервы и преломление света вполне могли сыграть с ним злую шутку. Уж отсутствием воображения Джер не страдал.

Он еще раз украдкой посмотрел за спину, естественно, не обнаружил никакого подозрительного фантома и ответил:

— Ничего страшного. Я решил потренироваться, а заодно проверить вашу бдительность.

— Тьфу ты! — сплюнул Пирс.

— Джер, не делай так больше, — попросил Ройс, возвращая меч за спину.

— Извините, — сказал маг, чувствуя себя неуютно под осуждающими взглядами спутников.

— Ладно, забыли, — махнул телохранитель свободной рукой.

В другой руке у него были зажаты поводья, хотя жеребец и не стремился убежать от хозяина. К вампиру он, как и Ройс, относился намного спокойнее, чем лошадь мага, хотя и старался близко не подпускать.

— Двигаемся дальше, — предложил Джер. — Чем быстрее мы выберемся из этого леса, тем лучше. Никто не будет против, если я теперь пойду впереди?

— Да, пожалуйста, — согласился Ройс, которому было все равно. Опасность может оказаться и впереди, и позади, и с боков. В таком маленьком отряде любое положение требует бдительности и не является гарантом большей защищенности. — Пирс, пойдешь последним.

— А давайте лучше вторым? — попытался поспорить вампир, который все еще чувствовал себя неуютно и не мог решить, как относиться к посетившей его галлюцинации. Воображение расшалилось, что ли?

— Не наглей. Ты же понимаешь, что Джер нервничает из-за твоей близости, — прямо сказал Ройс.

— Угу, — кивнул Пирс и с унылым видом занял положение за спиной Ройса.

В принципе он мог пойти и рядом, но никто не предлагал. Почему-то ренийцы предпочитали двигаться цепочкой. Наверное, так проще было обходить рытвины, огибать вылезающие на дорогу ветви кустарников и озираться.

Джер шел первым и задавал темп. Как и полагалось разведчику, он зорко смотрел по сторонам и был готов среагировать на любой подозрительный шорох. Однако кроме шагов спутников, тихого цокота копыт, звяканья сбруи и редкого пения птиц ничего не слышалось. Зато вскоре ему примерещилось красное пятно где-то слева. Маг мгновенно повернул голову и заметил нечто, похожее на силуэт миниатюрной стройной девушки. Но стоило ему опять моргнуть, как видение исчезло. Во второй раз в случайную игру света Джер уже не поверил. Он напрягся и настороженно ждал момента, когда еще раз сможет рассмотреть призрачную фигурку во всех подробностях. Юноша настраивался на то, чтобы даже не моргать некоторое время.

И вскоре его настойчивость была вознаграждена. Ученик придворного мага снова углядел красное пятно, но уже где-то справа. Он повернул голову и вперился взглядом в подозрительное явление. Поразительно, но между двумя стволами близко растущих деревьев он увидел призрачную фигуру красивой белокурой девушки в красном вечернем платье. Это была Виола! Маг замер как вкопанный посреди дороги.

Ройс чуть не налетел на круп его лошади и привычно ругнулся:

— Чтоб тебе пусто было, Дартис Меткий! Джер, что опять не так?

— Ты видел?

— Что именно?

— Там, справа, стояла Виола! — ткнул пальцем Джер.

— Она мертва, рассеяна в прах! Виолы здесь быть не может! Я как раз смотрел в ту сторону и ничего не заметил. Джер, ты просто переволновался, — принялся мягко успокаивать юношу телохранитель.

Маг нахмурился, снова засомневавшись. Может, и правда находка на поляне повлияла на него не самым лучшим образом? Сейчас день, светло, солнышко светит, вокруг все тихо. Какие могут быть призраки?

Джер решил, что, если ему еще раз что-то примерещится, он не будет обращать внимания. По крайней мере, пока не стемнеет. Маг ускорил шаги и мысленно принялся вспоминать страницы справочника по нечисти, встречаемой в безлюдных местах. Нет ли там каких упоминаний о подобном?

Ройс действительно не поверил Джеру, зато Пирс еще сильнее засомневался. Ну не может быть, чтобы два существа одновременно страдали похожими галлюцинациями! Он с опаской оглянулся назад, обшарил взглядом кусты по бокам и немного успокоился. Но в следующий момент посмотрел чуть выше, в крону ближайшего дерева, и заметил на ветке просвечивающуюся насквозь фигуру крепкого, мускулистого воина.

— Стойте! — закричал вампир. — Надо разобраться, а то мне тоже призраки мерещатся, и ведь я не нервничал! Горсткой пепла, оставшейся от тела человека, меня не напугать.

— Виола? — тут же спросил Джер, испытав облегчение. Он не сходит с ума, с ним все в порядке.

— Нет, наверное. Я видел двух мужчин, — признался Пирс. — Совершенно разных и незнакомых мне.

— А я — Виолу и еще какого-то юношу, — сказал ученик придворного мага.

— Почему тогда я никого не видел? — с толикой скептицизма поинтересовался телохранитель.

— Может, ты плохо осматривался? — обвинил его вампир.

— Не хуже вашего! Хотя признаю, что происходит нечто странное. Джер, эти фигуры нам чем-то угрожают? — спросил Ройс.

— Они даже не приближаются, только наблюдают, — подумав, ответил маг. — Но, в случае чего, я не знаю, как от них защищаться. Боевая магия рассчитана на уничтожение материальных противников, а не эфемерных привидений. Тут скорее нужны медики и служители Элота Доброго.

— Не останавливаемся. Если кто-то замечает призрак — показывает мне, — скомандовал Ройс.

Дальше Джер и Пирс то и дело тыкали пальцами по сторонам, привлекая внимание телохранителя, да только напрасно. Подопечный Дартиса так и не увидел ничего необычного, лишь светлый лес. Все трое злились. Сетуя на судьбу и на вселенскую несправедливость, маг и сам не заметил, как оказался рядом с вампиром. Просто, в отличие от телохранителя, тот его прекрасно понимал.

Ройсу уже начало казаться, что его дурачат, что спутники сговорились, хотя он понимал абсурдность этой мысли. Необычное замечали все, кроме него. Даже лошади время от времени шарахались в сторону по неизвестной причине.

На ночлег остановились прямо на дороге, едва начало темнеть. Телохранитель вызвался один сходить за хворостом, пока Джер будет делать приготовления, чтобы начертить на земле охранный круг. Странно, но Ройсу лес совершенно не казался враждебным, парень дышал чистым воздухом и наслаждался тишиной.

Путники разожгли в небольшой ямке костерок, перекусили и распределили очереди дежурства. Маг вызвался бодрствовать первым. Через три часа он должен был разбудить Пирса, ну а тот в свою очередь — Ройса. На таком порядке настоял Джер, так как он помнил о том, что накануне телохранитель не выспался, пребывая во власти кошмара.

В темноте тихо потрескивал костерок, вокруг которого вилась туча мошкары, не приближаясь, но и не улетая прочь. Причем вампир от мошек совершенно не страдал, а вот юный маг постоянно отмахивался и хлопал по рукам и лицу. Заклинаний против вредных насекомых не было, Академия не занималась разработкой подобных глупостей. А накидывать мантию юноша так и не стал, предпочитая оставаться в одной рубашке, чтобы холод помогал ему бороться со сном. Короткий меч Джер положил рядом с собой, но больше надеялся на замкнутый охранный круг и магию. Он чутко вслушивался в звуки леса и время от времени посматривал по сторонам. Едва солнце село, призраки перестали их беспокоить, и теперь маг чувствовал себя даже лучше, чем днем. Его спутники мирно спали, заняв места друг напротив друга возле огня. Привязанные, но не стреноженные лошади стояли сбоку у ближайшего куста. Джер бдел, но все-таки позволял себе изредка отвлекаться, рассматривая иллюстрации в справочнике по нечисти при сиянии совсем крошечного магического светильника. Он искал упоминание о призрачных фантомах, сводивших их сегодня с ума.

Через пару часов у него затекли ноги, и он встал, решив размяться. Границы круга терялись во мгле, но парень по положению деревьев помнил, за какие пределы ему нельзя выходить. Он сделал пять шагов вперед по дорожке, удаляясь от костра, и вдруг… застрял. Джер дернулся со всей силы, но это, похоже, оказалось ошибкой. Нечто липкое и раздражающе шероховатое облепило его с головой, запечатав рот, тут же накатила страшная слабость. Маг предпринял попытку вырваться, но неудачно. На мгновение его глаза, оставшиеся свободными, запечатлели в воздухе вспыхнувшую серебристую паутинку между деревьями. Вокруг Джера образовался целый плотный кокон из подобных липких нитей.

Однако паутина лишь на миг проявилась из небытия, позволив себя увидеть. Она сделала свое дело и теперь затаилась, как живая, ожидая следующую жертву. Джер не мог кричать, не мог колдовать, он оказался абсолютно беспомощен. Его угораздило наткнуться на совершенную по своей сути ловушку — сеть Терры, как окрестила паутину молва. Когда-то давно почитатели кровавой богини создали паутину для пленения жертв любых размеров и способностей. Ни один маг был не в состоянии почувствовать ловушку заранее, пока не прилипал к нитям, запутываясь в них. А дальше служители Терры могли убить жертву ножом во славу своей покровительницы, а могли и оставить мучиться, чувствуя, как паутина выпивает из несчастного физические силы и вместе с ними жизнь.

Обычно сети ставили в строго определенных местах, чтобы знать, где дожидаться жертвы. Но в лесу, похоже, ловушка была блуждающей. Кто-то запустил ее бесцельно перемещаться из одной точки в другую, подкарауливая невезучих путешественников. Впрочем, вполне возможно, она осталась с древних времен.

Джер всего полчаса назад читал о сети Терры в книге и помнил, что способа освободиться из нее не существует. Если способ и был когда-то, то создатели ловушки унесли его с собой в могилу. Жить ему осталось не более четырех-пяти часов. Он знал, что обречен, а потому старался охватить взглядом как можно больше, запечатлеть в душе пейзажи и далекое волнующее небо с мелкой россыпью звезд, запомнить живых существ, с которыми так и не успел подружиться, которых так и не успел даже понять.

Ожидание смерти было томительным, сердце в груди то стучало, как сумасшедшее, то замирало, поддавшись апатии. Джера начало клонить в сон, после которого, как он понимал, ему не проснуться. Но он надеялся, что Ройс не пострадает из-за связывающего их контракта и вместо него выполнит возложенную императором миссию. Ведь вины телохранителя в том, что ученик магистра Элиота случайно угодил в паутину, нет.

Пирса разбудило смутное чувство тревоги, что-то его беспокоило. Он сделал глубокий вдох, разгоняя остатки ночных грез, и открыл глаза. Вокруг было тихо. Взгляд сразу же наткнулся на практически прогоревший костер, от которого остались одни угли и парочка еле тлеющих головешек. Это ему не понравилось. Вампир мгновенно резким движением вскочил на ноги, подхватив с земли лежащий рядом меч. Но, как оказалось, надобности в оружии не было. Ройс мирно спал на своем месте, его грудь ритмично вздымалась и опадала, на шее билась жилка. Пирс прямо-таки чувствовал живую горячую кровь, движущуюся по венам человека. Но он уже давно вышел из возраста импульсивного ребенка, а потому умел себя контролировать и сдерживать голод. Агент вампиров приучил себя к мысли, что к понятию «еда» относится содержимое бокалов, фляжек, на худой конец — тарелок и ложек, но никак не жидкость в мыслящей, похожей на него личности. Пирса, как и многих других относительно молодых представителей вампирской расы, просто стошнило бы, доведись ему прокусывать чью-то кожу. При нынешнем установившемся менталитете это было сродни пожиранию себе подобных. Шпион и так являлся одним из немногих, кому довелось попробовать кровь прямо из надреза, — однажды другого выхода просто не было. Хотя далекие предки явно были бы в шоке, если бы узнали, к чему привело стремление к мирному сосуществованию.

Пирс осмотрелся в поисках мага, который, судя по внутренним ощущениям, так и не передал вовремя дежурство. Испугался довериться ему? Уснул?

Гадать вампиру пришлось недолго. Темный силуэт Джера, облаченного в рубашку его любимого серого цвета, виднелся прямо посреди дороги. Парень, застыв, стоял в одной позе спиной к Пирсу. Что он высматривает вдали, шпион так и не понял. Бдительного часового изображает, что ли? Тогда ну его, такого охранничка, ведь опасность легко может подкрасться с тыла!

Маг был юн и неопытен, а потому вампир решил сдержать себя и объяснить ему ошибку в более мягких выражениях. Вот с Ройсом он, пожалуй, не постеснялся бы. А Джер — примерный домашний мальчик, еще не битый жизнью. Это в телохранителе ощущаются скрытый цинизм, хладнокровие и хитрость, в случае чего, он может стать действительно достойным и опасным противником. Чувствуется, он рано повзрослел и постиг, что жизнь не похожа на сказку, а окружающие люди — на добрых, всегда готовых помочь героев. Но в равной степени с обоими надо держать ухо востро. Идеалист, еще не научившийся невозмутимо встречать трудности, а потому зачастую импульсивный, так же опасен, как хладнокровный циник, готовый идти на компромисс с совестью и судьбой.

Стараясь не шуметь, вампир подкинул в костер несколько веточек потоньше, чтобы лучше разгорались, оставил меч на земле и подкрался к Джеру. Он протянул руку, собираясь неожиданно хлопнуть мага по плечу, и приготовился при необходимости отскочить подальше. Не хватало еще получить фаербол в грудь ни за что ни про что! Однако дотянуться ему было не суждено. Рука увязла в чем-то липком, казалось, прямо в пустом пространстве. Пирс дернулся назад и чуть не завалился от приложенного усилия. Непроизвольно он махнул свободной рукой, пытаясь сохранить равновесие, и с тревогой почувствовал, что вторую конечность постигла та же участь.

— Что за… — громко произнес вампир, но так и не закончил фразу.

При звуке его голоса в воздухе поперек дороги засеребрилась густая сеть из эфемерных нитей. Они образовали плотный кокон вокруг его рук ниже локтей и держали крепче любых материальных веревок.

Ловушка была настроена реагировать на голос и становилась видимой, когда в ее тенетах оказывалась жертва. А иначе создатели рисковали сами же умереть во славу Терры Кровавой. К этому они явно были не готовы.

Пирс, чувствуя, как холодеет спина, с ужасом узнал сеть, описание которой некогда читал. Подробностей вампир не помнил, однако эта паутина прочно ассоциировалась у него с полной катастрофой. Несмотря на ситуацию, опытный шпион сохранил трезвость ума и не стал дальше дергаться. Он вовремя сообразил, что запутается еще больше, а значит, только хуже себе сделает.

— Джер? — позвал вампир, но ответа так и не дождался.

Пирс здраво рассудил, что если маг не отзывается, то или дело в нитях, или парень давно уже мертв. Ни один из вариантов ему не нравился.

— Ройс! — завопил тогда вампир во все горло. — Проснись, только с места не сходи.

А молодой телохранитель этой ночью спал глубоким сном, доверившись спутникам. Джер, по его мнению, был слишком объят страхом, чтобы потерять бдительность, ну а уж Пирс — тот вообще тертый калач. Мало того что он тоже чувствовал себя неуютно в лесу Потерянных Душ, так еще и должность обязывала быть начеку. Безответственных на посту тайных агентов государства не держат.

Сквозь сон Ройсу один раз показалось, что кто-то произнес имя ученика придворного мага. Но это его не насторожило. Может, как раз подошло время смены караула или вампир проснулся и захотел что-то узнать. Криков нет, а значит, совсем не обязательно прерывать благодатный отдых. Вдруг следующей ночью стоит ждать изматывающего кошмара? В последнее время Ройс начал чрезмерно ценить спокойный ночной сон. Его сознание опять унеслось в грезы… но было весьма грубо оттуда вырвано воплем вампира.

Телохранитель, еще даже не открыв глаз, нащупал рукояти обоих мечей и взвился в воздух, принимая удобную стойку. Он был готов отразить любую атаку, если таковая последует. От скуки его не стали бы звать среди ночи подобным голосом.

Вокруг не было никакого движения, лес застыл, только шуршание листьев немного оживляло обстановку. Джер и Пирс стояли рядом прямо на дороге, создавая странную композицию. Маг почему-то терпел близкое присутствие вампира и не пытался отодвинуться. Рубить мечом было некого. То ли спутники уже отогнали опасность, то ли уничтожили, то ли обоим опять что-то привиделось… Сразу истину и не определить.

— Что случилось? — спросил телохранитель.

— Здесь сеть Терры, и мы оба в нее угодили, — отозвался Пирс преувеличенно спокойным голосом. Похоже, он изо всех сил старался не поддаваться эмоциям. — Джер увяз намного раньше и полностью, а у меня только руки прилипли.

Ройс при первых же словах и сам рассмотрел паутину серебристых нитей, сверкнувших во тьме, и кокон вокруг нанимателя. Но, в отличие от спутников, он плохо представлял, что это такое, ведь парень не изучал магию и прожил на свете гораздо меньше вампира. Телохранитель не осознавал, с чем им довелось столкнуться.

— Как ее уничтожить? — поинтересовался Ройс, решив воспользоваться опытом Пирса. Тот плохого не посоветует, так как сам находится в ловушке.

Однако вампир изрядно его удивил и даже шокировал. В первый момент Ройсу даже показалось, что он ослышался.

— Это невозможно. Тебе придется добить Джера и отрубить мне руки, — сказал Пирс. Причем его голос в конце ощутимо дрогнул.

На шутку предложение совершенно не походило. Ни место, ни время, ни обстоятельства не располагали к юмору. Было бы понятно, если бы вампир просто попытался убить мага руками телохранителя, так ведь он еще и себя при этом просил покалечить! Слова прозвучали серьезно, и Ройсу от них сделалось дурно.

— Нет! Может, Джер знает решение? — не поверил парень в отсутствие приемлемого варианта спасения.

— Вряд ли, — грустно сказал Пирс. — Думаешь, мне легко такое предлагать?!

— Джер, ты слышишь меня? — с надеждой позвал телохранитель, делая несколько шагов по направлению кто проявляющейся в воздухе, то исчезающей паутине. Его давно начало беспокоить молчание мага.

— Возможно, он уже мертв, — сразил парня вампир.

Но Ройс опять не поверил, так как, по идее, должен был почувствовать смерть клиента. До окончания путешествия их жизни связала магия. И ведь он не уследил, проспал, не защитил, то есть виноват в произошедшем. Хотя что он мог сделать против явно магического творения? Вот если бы на Джера посреди ночи напали бандиты, дикие звери или нечисть с длинными когтями…

— Возле костра валялся справочник по нечисти и магическим ловушкам, толстый такой талмуд, — снова подал голос Пирс. — Джер его еще с вечера начал листать. Поищи ответ там.

Вампир говорил устало и отчужденно. Он не надеялся на чудо, а просто пытался доказать правильность единственного варианта спасения собственной жизни. Но ждать, стараясь не поддаться панике, было невыносимо. Он не хотел умирать в западне, но и не представлял, как сможет существовать калекой с обрубками вместо рук. И ведь в округе нет ни одного мага-лекаря, способного тут же остановить кровь. Хоть ее в организме вампира и так не слишком много, однако потеря каждой капли — это катастрофа. Возможен не только летальный исход, но и приступ сумасшествия и неконтролируемого голода, когда он постарается восполнить запас необходимой влаги за счет любого подвернувшегося под руку человека. А поскольку, кроме Ройса, никого поблизости больше нет… Относительно живым из этого леса выйдет только один из них, если не нарвется на другую ловушку.

Телохранитель подтащил справочник Джера поближе к костру, подкинул в огонь несколько веток и принялся торопливо листать плотные страницы. Он осознавал, что с его стороны будет глупо без разведки, без подготовки, без точных сведений с мечом кидаться на странные серебристые нити. Вряд ли они, будучи не совсем материальными, боятся стали или серебра. Импульсивными действиями Ройс не справится с напастью, лишь застрянет рядом со спутниками. И почему-то ему казалось, что они не обрадуются компании…

Книга была написана на ренийском, так что проблем с пониманием текста не возникло. Провозившись несколько минут, парень нашел нужную страницу, даже снабженную красочной иллюстрацией, и вдумчиво прочел. Да только картина действительно получилась безрадостная: спасения из сети Терры не было! Справочник давал однозначный ответ, без вариантов. Читателей успокаивали, что ныне и метод создания паутины утрачен, риск угодить в подобный капкан практически нулевой, поэтому и способ освобождения знать ни к чему. Если заклинания когда-то и существовали, то разработчики унесли их с собой в могилу. Но, честно говоря, даже будь заклинания написаны в книге, Ройсу они бы ничем не помогли. Еще одного мага, способного их прочитать и воплотить, у парня под рукой не наблюдалось.

Волной накатило отчаяние, которое Ройс попытался отогнать в дальний уголок души. Ему не хотелось верить, что карьера телохранителя закончилась для него так быстро и бесславно.

— К Дартису всю эту магию! — воскликнул он, захлопывая справочник и отшвыривая в сторону.

Ройс подхватил мечи и с решительным видом, печатая шаги, двинулся к вампиру.

— Чуть выше локтей, — подсказал Пирс и поднял глаза к небу.

Наблюдать за процессом ампутации он не хотел. И кто бы смог осудить его за это?

Но Ройс медлил. Если вампир смирился, то он морально был не готов хладнокровно разделать существо, с которым даже не ссорился. Телохранитель понимал, что это на благо Пирсу, но… Не выйдет из него лекаря. Вот если бы шпион напал, а не стоял беспомощным изваянием, покорно принимающим судьбу… Мечтать не вредно, как говорится, вредно думать, что реальность станет подстраиваться под твои желания.

— А если попытаться разрубить паутину заговоренным мечом? — спросил Ройс. — Он завязнет?

— Ты же должен был прочесть, что оружие бесполезно, — глухо ответил Пирс. — Клинок даже не встретит сопротивления. Не тяни уже, а? Пожалуйста.

Просить было тяжело, но вампир обладал должным мужеством. Он рассматривал звезды и ждал вспышки боли, после которой навсегда останется калекой.

— Эх, — тяжело вздохнул телохранитель, готовясь.

Мечом, зажатым в правой руке, он собрался выполнить просьбу вампира, а самым кончиком другого все же легонько ткнул в то место, где, как парень знал, был опутывающий Джера кокон. Клинок действительно не встретил преграды, как ему и говорили. Ройс тут же хорошенько размахнулся и, прицелившись, рубящим ударом опустил орудие для ампутации. Меч коронным ударом двинулся вниз. Правда, не так быстро и решительно, как хотелось бы.

Но рук Пирса на прежнем месте уже не оказалось. За доли секунды до этого произошло неожиданное: тело Джера буквально упало в объятия вампира, и тот под его весом грохнулся на землю, не удержавшись на подкашивающихся ногах. Кончик лезвия напоследок распорол рубашку мага в районе плеча, брызнула кровь, заливая серую ткань…

Но в тот момент Ройс совершенно не расстроился, что задел своего нанимателя. Вид крови, обильно вытекающей из раны, его только порадовал, ведь это означало, что Джер еще жив!

— Не понял… — откуда-то снизу подал реплику Пирс, и телохранитель больше не заметил серебристых нитей в воздухе при звуках его голоса.

Ройс для порядка еще немного потыкал мечами в разные стороны, а потом бросил их на дорогу и аккуратно стянул тело мага с вампира. Не хватало только, чтобы тот присосался к ране! Телохранитель бесцеремонно оторвал подол от рубахи пострадавшего нанимателя, помогая себе ножом, и с помощью этого клока ткани принялся останавливать кровь. Джер, похоже, находился без сознания и не чувствовал боли.

А Пирс между тем безучастно валялся на земле, не обращая на ренийцев никакого внимания. И лишь когда Ройс заканчивал обрабатывать собственноручно нанесенный глубокий порез возле ключицы мага, вампир начал двигаться. Первым делом он поднял руки к глазам и осмотрел их, затем ощупал себя и обнаружил на груди липкое пятнышко. Буквально капля крови Джера попала ему на одежду, но шпион недовольно скривился. Подобную субстанцию он любил в качестве еды, а не в виде грязи на рубашке.

Пока на него никто не обращал внимания, Пирс сел, чувствуя страшную слабость. То ли сеть Терры выпила все его силы, то ли это была естественная реакция организма после сильного стресса. Вампир не стал размышлять над причинами. Буквально на четвереньках, не волнуясь о том, какое впечатление при этом производит, он добрался до места у костра, где оставил свою фляжку. Глоточек живительной влаги ему совсем не помешает. Хорошо, что у него оказался еще и паек убитого ренийцами напарника, не думал, что он будет так благодарен кому-то за уничтожение соплеменника…

Телохранитель сам перенес мага поближе к костру и устроил поудобнее, подложив под голову седло. Он не стал тормошить юношу, пытаясь немедленно привести его в сознание. Из книги Ройс знал, что Джер обессилен и крепкий сон ему гораздо полезнее.

— Пирс, ложись и отдыхай, я сам покараулю до утра, — предложил телохранитель.

Он подобрал мечи, вытер кончик одного из них о траву и подбросил в огонь пару веток.

— Охранный круг, наверное, теперь не работает, — зевая во весь рот, предупредил напоследок вампир, заворачиваясь в свой плащ.

— Будем надеяться, что до рассвета больше ничего не случится, — сказал Ройс. — Не бойся, я постараюсь быть внимательным и разбужу тебя при малейших признаках опасности.

— Угу, — невнятно согласился Пирс, засыпая. Он решил отложить все вопросы на потом, когда будет чувствовать себя лучше. Шпион так и не понял, почему неожиданно исчезла сеть Терры, выпустив свои жертвы.

Кстати сказать, Ройс этого тоже не понял, хотя и радовался благополучному исходу дела…

Глава 16. НОВЫЕ СЮРПРИЗЫ ЛЕСА.

Над верхушками деревьев показался край солнца, птицы вдалеке подняли страшный гомон, возвещая о приходе утра, но телохранитель и не подумал будить своих спутников. Парень намеревался подождать, когда они выспятся и проснутся сами. И пусть Джеру это, возможно, не понравится, но ему придется смириться с обстоятельствами. Полноценный отдых для него сейчас важнее, чем бестолковая спешка.

Этой ночью Ройс решил, что хватит с него плыть по течению. Он слишком увлекся жалостью к себе. Собственные проблемы застили ему глаза и долго не давали увидеть, что и окружающие не меньше нуждаются в помощи. Раз уж он увяз в деле доставки шкатулки с артефактом к инкубам, то надо вникать во все детали. Придется постараться вытащить из мага и вампира побольше информации и приниматься действительно охранять Джера, а не строить из себя обиженного раба, исполняющего обязанности из-под палки. И пусть клиент ничего не замечал, но молодой аристократ не хотел и дальше врать даже себе. Он безбожно халтурил и надеялся на лучшее. Он и не старался реально быть хорошим телохранителем. Ройс волновался из-за кошмаров, а между тем пренебрежение обязанностями убьет его гораздо быстрее!

От созерцания местности Ройса отвлек слабый, еле слышный стон. Парень тут же поднялся на ноги и, прихватив оружие, подошел к Джеру. Он присел рядом с магом и приготовил флягу с водой, догадываясь, что раненому захочется пить.

— Ты как? — поинтересовался телохранитель, стоило только ученику Элиота открыть глаза.

— Где я? — хрипло выдавил из себя Джер.

— Не обольщайся, ты все в том же лесу Потерянных Душ, — ответил Ройс.

— А почему у меня так болит плечо? Разве я жив? Из сети Терры невозможно выбраться.

— Раз у тебя что-то болит, то, будь уверен, ты не умер. Пить хочешь?

— Давай, — сказал маг, протягивая руку и пытаясь приподняться.

— Про сеть подробнее, пожалуйста, — попросил со своего места Пирс, который проснулся, заслышав голоса. — Мне бы тоже хотелось знать, почему она так просто исчезла, не допив силы из пойманных жертв.

— Ты ведешь себя, словно остался в претензии, — усмехнулся телохранитель.

— Нет, конечно. Только мне любопытно, — спокойно отозвался вампир. — По всему выходило, что нам с Джером оставалось жить от силы пару часов.

— А ты… тоже? — нерешительно спросил маг.

— Тоже, тоже, — ворчливо признался Пирс. — Я ведь не ожидал столкнуться здесь с чем-то подобным. Повел себя, как беспечный дурак на прогулке в городском парке! Вот и поплатился.

Вампир и маг вперили в Ройса пытливые взгляды, ожидая объяснений. Все еще чувствуя слабость, они не торопились подниматься, хотя, безусловно, видели, что утро уже в разгаре.

— Я просто ткнул в нити заговоренным мечом, — сказал Ройс. — Сам не ожидал, что сеть Терры исчезнет.

— Ха! Да чем в них только не тыкали в свое время! Оружие было бесполезно, — выразил недоверие маг.

— Ну тогда я не знаю, — пожал плечами телохранитель. — Может, богиня вмешалась, так как вы зачем-то пока ей нужны в живом виде?

— Не мели чепуху! — резко возразил Пирс. — Терра никогда не отказывается от пойманных жертв, кем бы они ни были. Разве что своего служителя может пожалеть. А я принадлежу к числу подопечных Фехаты Коварной.

— Ладно, давайте пока оставим этот разговор и позавтракаем, — предложил Ройс. — Вам надо набираться сил. Может, на сытый желудок кто-то что-то сообразит.

— Нет, не здесь. Судя по карте, дальше по дороге должен быть ручей, там и остановимся ненадолго. А сейчас помогите-ка мне встать, — попросил Джер.

Путешественники собрали свои вещи, засыпали костер, а заодно и лишнюю яму на дороге землей, взятой с обочины, и медленно отправились дальше. Лошадей опять вели рядом, нагрузив их только сумками. Джер был задумчив, во все глаза смотрел по сторонам и поминутно шептал под нос какие-то заклинания, стараясь заранее обнаружить ловушки, если они есть. Выглядел он еще бледнее обычного. Стоило юноше сделать резкое неосторожное движение, и его лицо кривилось от боли в плече. Пирс выглядел куда более шустрым и здоровым, хотя и пожаловался, что из-за еще не прошедшей слабости ему лучше не попадать под прямые солнечные лучи. Он с головой кутался в светло-коричневый плащ и шел последним, предупредив Ройса, что капюшон сильно ограничивает ему обзор.

Телохранитель возглавлял отряд и был при этом предельно внимателен. Хотя он понимал, что западню наподобие сети Терры ему все равно не удастся обнаружить вовремя.

— А у нас опять компания, — через некоторое время тяжело вздохнул Джер.

— Кто? — не понял Ройс.

— Да призраки эти. Пирс, а ты ничего не замечаешь?

— Ну их, — пробурчал из-под капюшона вампир, — видеть не желаю, хотя на одного пару минут назад я чуть не налетел.

— Интересно, чего они от нас хотят? — поинтересовался телохранитель. — И почему мне не показываются?

Ройсу так никто и не ответил. Они в молчании дошли до ручья, под прямым углом перерезающего дорогу, умылись, напились воды и перекусили. Джер, реально оценивая свои возможности, сегодня никого не подгонял.

Ручей легко можно было перешагнуть без всяких усилий, но для удобства купцов с телегами через воду кто-то перебросил пару толстых досок не первой свежести. Сквозь медленно струящийся поток хорошо просматривалось дно, усыпанное мелкой галькой. Это явно было сделано чьими-то заботливыми руками в далеком прошлом, в природное происхождение камней посреди черноземного леса верилось слабо. Да и берега поражали четкостью линий.

Телохранитель даже заинтересовался, а на всем ли протяжении ручья на дне лежит галька? Пока маг заканчивал завтрак, а вампир мокрыми ладонями пытался оттереть пятна на рубашке, парень отошел на десяток шагов вниз по течению. Хотя гнало его не только любопытство, но и нужда. Ройс по возможности старался не упускать спутников из виду, ему совершенно не хотелось пережить еще раз нечто, подобное событиям этой ночи. Но он понимал, что от его желаний здесь ничего не зависит, лишь от случая и удачи.

Кинув очередной взгляд на воду, телохранитель с удивлением заметил посреди ручья плоский камень, на вершине которого выделялся выпуклый контур ладошки. Изображение очень напоминало символ Мергатока Воинственного. Только в качестве алтаря камень был все же маловат, на него и ребенок не всякий поместится, не говоря уже о взрослом мужчине. Ройс обследовал свою находку, даже потыкал в нее подобранной на бережке веткой, но лес не торопился открывать свои тайны. Так и не поняв назначение миниатюрного подобия алтаря, телохранитель вернулся обратно к спутникам, и они отправились дальше.

В этот день их небольшой отряд проделал не слишком длинный путь, но никто не роптал. Они уже убедились, что лес не так прост, как кажется на первый взгляд, ни к чему лететь сломя голову.

На ночлег опять остановились прямо посреди дороги. Ройс набрал сушняка и вызвался дежурить первым, охраняя сон спутников. Для себя он решил, что будет терпеть до последнего и лишь под утро разбудит Пирса, чтобы самому отдохнуть часа три. Ничего, ему хватит. Свои мысли он, естественно, вслух не озвучивал.

Вампир и маг уснули практически мгновенно, и для телохранителя потекли напряженные часы бодрствования. Ходить он не рисковал, просто сидел, устроившись на седле и изредка менял позу. Маленький костерок освещал небольшое пространство, а уже в нескольких метрах вокруг грозной стеной сгущался мрак. Иногда из-за далеких кустов доносились шорохи, но в принципе все было спокойно.

Как и собирался, Ройс сам отдежурил две смены, а потом потянулся и легонько тронул вампира за ботинок. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы Пирс отдернул ногу и сел.

— А где Дже… — громко начал шпион, встревоженный тем, что его будит не маг, как предполагалось.

— Тсс, — шикнул телохранитель. — Все в порядке. Он спит, я вместо него.

Пирс расслабился, зевнул во весь рот, не смущаясь клыков, и проворчал:

— Кто бы еще за меня покараулил…

— Даже не надейся. Сам напросился с нами.

— А что делать, работа у меня такая. Я не знаю, что именно мы везем, но этот артефакт очень важен для вампиров. Он не должен исчезнуть по дороге в неизвестном направлении.

— И при этом ты хочешь меня убедить, что ваш лорд так спокойно допустит его передачу инкубам? Не попытавшись прикарманить?

— Можешь удивляться, но это так, — серьезно ответил Пирс. — Наш лорд не дурак, чтобы коллекционировать у себя столь опасные вещи, ранее принадлежавшие богу. Я более чем уверен, что мой недавний напарник действовал не по его указке. Заплатить за ваше убийство мог любой, особенно если предложил кровь.

— Странно, но мне кажется, что ты говоришь правду, — признался Ройс. — Никогда не думал, что и среди вампиров попадаются нормальные ребята.

— Взаимно, — усмехнулся Пирс. — Ложись спать, человек, рассвет уже не за горами.

— Спокойного дежурства, — тихо пожелал телохранитель.

— Добрых снов, — отозвался вампир.

Ройсу показалось, что его голова только коснулась земли, когда он услышал громкий пронзительный вопль:

— Нападение! Подъем!

На самом деле за время его короткого сна стало значительно светлее. Видимость уже не была ограничена небольшим кругом, освещаемым костерком. Телохранитель подскочил с места, ощетинившись мечами, и тут же прекрасно рассмотрел приближающиеся к ним из леса фигуры, смутно похожие на человеческие. Сквозь кустарник нестройной толпой, без всякого построения, ломились невиданные существа, чья кожа, казалось, состояла из сплошной пыли, сухих листьев, мелких веток, переплетенных причудливым образом. Зато в руках у каждого были вполне хорошие мечи из настоящей стали. Сомневаться в намерениях лесных обитателей не приходилось.

Пока противники не подошли совсем близко, на расстояние выпада, и не окружили их поодиночке, Ройс поспешил занять позицию рядом с левым плечом проснувшегося мага. Пирс пристроился с другой стороны от Джера, понимая, что лучше держаться вместе.

— Кто это, Дартис их возьми?! — требовательно спросил телохранитель.

— Легионеры Мергатока, в простонародье — пылевики. Неуязвимы для магии. В далеком прошлом создавались божественной силой на основе душ лучших воинов, если кто-то из подопечных бога нуждался в помощи, — скороговоркой выдал ученик придворного мага, неуверенно обнажая короткий меч, подаренный императором. — Их появление ни разу не было зафиксировано за четыреста лет. Обладают собственной волей, так как личности умерших воинов сохраняются. Трудны для уничтожения.

Ройс пока вообще не представлял, что нужно сделать, чтобы распылить такое необычное существо. Сердец у них нет, и вряд ли легионеры почувствуют, если телохранитель перерубит их пополам, нарушив узор из веток. Непонятно, где их слабое место.

— Джер, держись позади, не лезь вперед, — предупредил Ройс, наблюдая за тем, как первое существо, не торопясь, уверенной поступью выбирается на дорогу.

Но мага и так не тянуло геройствовать. Маг реально оценивал свои способности и понимал, что не сумеет тягаться с воинами прошлого, ведь он только и успел отработать несколько блоков. Не хотелось бы мешать остальным, не вовремя подлезая под руки. Джеру было страшновато осознавать, что его любимые заклинания тут не помогут и магия бессильна, хотя он все равно намеревался оказывать любую посильную помощь телохранителю и вампиру, если появится возможность. Парень удобнее пристроил сумку на боку и замер в ожидании. Сердце тревожно ухало в груди.

Ройс не успел как следует рассмотреть искусно вылепленное из неодушевленных частиц леса лицо пылевика, так как их атаковали. Ему пришлось парировать удары сразу двоих существ, еще трое попытались его обойти, чтобы подобраться к магу. Пирсу тоже досталось не менее четырех противников, которые вполне согласованно и нагло нападали. Вампира спасала только замечательная реакция и скорость движений. Он орудовал мечом и длинным ножом, пока только защищаясь и изучая врагов, выискивая их слабые места.

— Пирс, встань спиной ко мне, Джер, присядь между нами, — скомандовал телохранитель, который беспокоился за мага.

Он ведь действительно начал привязываться к простодушному, чересчур правильному пареньку, не только контракт заставлял его проявлять заботу.

Вампир без споров чуть развернулся, с помощью массивного ножа отвел в сторону чей-то клинок, направленный ему в сердце, и крестовым ударом разрубил ближайшего пылевика пополам. Его меч горизонтальной чертой рассек одного из легионеров на уровне пояса, но, похоже, не причинил особого вреда. Существо, как ни в чем не бывало, тут же атаковало снова, его зыбкое тело ничуть не пострадало и не замедлилось из-за нескольких поврежденных веток, не распалось надвое. Это заставило Пирса занервничать, хоть он и продолжил сражаться с прежним мастерством и скоростью. Шпион лихорадочно искал выход.

Не легче приходилось и Ройсу. Молодой человек едва успевал блокировать или парировать все сыплющиеся на него удары. В нескольких местах грубая льняная рубаха окрасилась кровью от мелких порезов. Противники действовали слаженно и грамотно, не мешая друг другу. Телохранитель все четче понимал, что столкнулся с настоящими профессионалами, мастерами своего дела.

Джер тоже не сидел просто так, он пытался рубить пылевиков по ногам, только те не замечали его попаданий. Одной рукой он орудовал мечом, а второй торопливо листал свой справочник, надеясь найти управу на легионеров. Маг хотел выяснить, как их уничтожали в прошлом, в его памяти способ не сохранился.

Наконец Ройс исхитрился и проткнул одного из воинов насквозь в том месте, где у нормального человека находится сердце. И он даже не надеялся на тот эффект, который получился в итоге. Раздался негромкий хлопок, после чего легионер бесформенной кучей мусора осел на поверхность дороги. Ботинки телохранителя щедро припорошило пылью. Вверх, к небу, от образовавшейся горки поднялся тонкий белый дымок. Наверное, это душа покинула свое необычное вместилище.

— Пирс, держись, кажется, я одного уничтожил! — прокричал Ройс, кончиком своего меча отклоняя удар, направленный в живот. — Бей им в сердце!

— Уже пробовал, не помогает, — отозвался вампир. Он дышал гораздо спокойнее сражающегося ренийца, но кто бы только знал, чего ему это стоило!

Ройс тоже начал сомневаться, а все ли так просто, как можно было подумать. Он наметил себе следующую жертву и в голове начал разрабатывать стратегию и последовательность действий, с помощью которых получилось бы достать пылевика. Телохранитель чувствовал, что мышцы уже заметно заныли, так как бой шел чересчур интенсивный. Еще и Джер подлил масла в огонь, подав снизу голос:

— А в справочнике написано, что уничтожить легионеров можно только с помощью специального артефакта, хранящегося у гномов, или силой слов верховного жреца, или швырнув в этих существ осколок алтарного камня кого-то из богов. Обычные мечи бесполезны.

Вот обрадовал под руку! Будто у них тут хоть что-то из трех предложенных вариантов имеется! Император как-то не предложил взять с собой в дорогу верховного жреца. Да и гномы за это время их ни разу не обгоняли, чтобы силой и настойчивостью всучить им необходимый артефакт. И уж тем более у них из каждого кармана не торчит по свитку с разрешением Никора раздолбить любой понравившийся алтарный камень. Ага, осколки аж девать некуда!

— К Дартису все эти сведения! — зло выкрикнул Ройс и на одних рефлексах, ничего не планируя, проткнул особо наглого пылевика слева от себя.

И, как бы подтверждая, что нечего соглашаться со справочником, легионер мгновенно осыпался. Пыль брызнула на рубашку телохранителя и ненадолго затруднила обзор, повиснув в воздухе. Ройс едва не пропустил чей-то удар по ногам, лишь в последний момент успев его заблокировать. Оставалось только благодарить судьбу, что каждый пылевик вооружен одним мечом, а не двумя, иначе даже нормального боя не получилось бы. Это было бы натуральное избиение беспомощных младенцев, причем в роли последних были бы ренийцы и вампир.

— Я еще одного достал, — сообщил Ройс своему союзнику. Этим он пытался приободрить его и убедить держаться дальше.

— Эх, мне бы хоть один из твоих мечей, — посетовал Пирс. — Махнуться бы.

— Извини, не получится.

— Сам знаю.

Вампир понимал, что под градом ударов, сыплющихся на них со всех сторон, такой обмен смертельно опасен. Они просто не успеют. Каждый должен сражаться тем оружием, которое оказалось в его руках на момент боя. Ему придется только защищаться, тянуть время и надеяться, что сил Ройса хватит на то, чтобы поразить всех противников.

Телохранитель тоже прекрасно осознавал поставленную перед ним задачу и выкладывался по полной. Разобраться, чем его мечи отличаются от других, можно и позже. Хотя в глубине души Ройс и так сделал вывод — ничем. Их выковали совсем недавно, сталь обычная, а заклинание накладывал начинающий специалист, присланный учителями на практику в небольшую кузню, чтобы не испортил почем зря столичное оружие. При покупке парень на всякий случай выведал все эти сведения, ведь прежде чем брать оружие в руки, его надо досконально и всесторонне изучить, насколько это возможно.

Вскоре дорога перед Ройсом украсилась еще одной кучкой из пыли, листьев и веток. Стало значительно легче. Теперь на него нападало всего двое, а на Пирса по-прежнему наседало аж четверо! Легионеры все еще надеялись уничтожить вампира и, таким образом, оголить спину опасного человека, расправившегося с тремя их товарищами.

Телохранитель, не сходя с места, попытался удерживать противников на средней дистанции, хотя они так и норовили подобраться поближе. Впрочем, обниматься необычные воины не лезли, так как, по-видимому, и им был присущ инстинкт самосохранения. Прикосновение их искусственных тел смертельным не являлось, они тоже вынуждены были рассчитывать только на свои мечи. Ройс, воодушевленный уменьшением количества нападающих, мастерски провел очередной финт и ткнул в грудь еще одного пылевика. А уж последний после этого тем более продержался считаные мгновения. Куча мусора перед телохранителем стала значительно больше. Это еще хорошо, что внутри тела легионеров были полые, там находилась лишь призрачная душа, иначе образовавшийся вал вообще вышел бы чудовищным.

Так как пылевики не спешили перестраиваться и продолжали толпой нападать на вампира, Ройсу самому пришлось развернуться и встать плечом к плечу с Пирсом. Джер оказался надежно прикрыт их спинами. Дело пошло веселее, ведь соотношение сил получилось вполне приемлемым: два меча телохранителя на два меча легионеров Мергатока. Да и Пирс благодаря своей скорости и отменной реакции успевал отвлекать не только своих противников. Ройс довольно быстро пронзил очередного воина, пытавшегося зайти сбоку. А вот тот, что остался стоять с ним лицом к лицу, парня немного нервировал. Он был гораздо крупнее своих товарищей и отличался значительной силой, вкладываемой в каждый удар. У телохранителя никак не получалось его достать. Помучившись некоторое время, Ройс решил заняться пока остальными.

В следующие несколько минут боя молодой человек сделал для себя два важных вывода. Первый: он ни за что не хотел бы сойтись с Пирсом в смертельном поединке. В отличие от своего бывшего напарника, этот вампир не делал ставку лишь на необычайную скорость, он сражался действительно профессионально, применяя множество финтов, ложных выпадов и сложных связок. И второе: если бы была такая возможность, то самого крупного легионера Мергатока Ройс тоже с удовольствием оставил бы кому-нибудь другому. К сожалению, к его желаниям никто не прислушивался.

Едва телохранитель проткнул тех двух пылевиков, что были поменьше, Пирс вышел из боя и свалился прямо на травку на обочине дороги. Он счел, что с одним противником Ройс и сам, поднатужившись, справится. Вампир слишком вымотался в первые минуты боя, сдерживая превосходящие силы, даже с его отменной реакцией это было чрезвычайно сложно. А еще он прикинул, что будет только мешать человеку, крутясь сбоку, как назойливая муха, к месту и не к месту вмешиваясь со своими атаками. Все же вдвоем, не притершись друг к другу, сложно сражаться против одного мастера. Они обязательно запутаются, совершат пусть мелкую, но ошибку, которой тот может воспользоваться. Не всегда правильнее наваливаться толпой.

Ройс тоже все прекрасно понимал, только его мучил вопрос: почему он? Как так получилось, что лишь его мечи могут нанести вред опасным легионерам? Он чувствовал, что руки уже начинают дрожать от усталости; тело ныло, умоляя о передышке, дыхание сбивалось, а в голове стучали тысячи мелких молоточков. Зато оставшийся пылевик по-прежнему был свеж и бодр и не испытывал никаких неудобств. Продолжительность боя совсем не сказалась на его четких, выверенных движениях и силе ударов. Легионер легко обвел зажатый в левой руке Ройса меч и выбил его, откинув на несколько шагов в сторону.

Это должно было бы смутить и немного испугать парня, но он почувствовал лишь облегчение. Поудобнее перехватив оставшийся меч двумя руками, телохранитель приготовился сменить манеру фехтования.

Как бы ни был Ройс сосредоточен на сражении, он заметил, что Джер с его подобранным с земли клинком заходит легионеру со спины, стремясь помочь товарищу. Телохранитель постарался максимально занять противника и отвлечь от действий мага. Ройс понимал, что наниматель сильно рискует, но в тот момент ничего больше сделать не мог.

Джер быстро подскочил к пылевику, вонзил ему в спину меч, не заботясь о моральном аспекте, и тут же отбежал подальше. Понятия о чести он отбросил в сторону до того дня, когда столкнется с живыми людьми на дуэли, к примеру.

Клинок застрял в искусственном теле существа, кончик вышел из груди со стороны телохранителя. Ройс ожидал, что легионер рассыплется в пыль, но этого не произошло! Парень даже чуть не пропустил опасный выпад, лишь в последний момент успев уклониться, так как ни на что другое времени не осталось. Воин, казалось, не замечал никакого неудобства от засевшего в нем постороннего предмета. В сердце телохранителя закрался холодок…

Достать вооруженного противника Ройс никак не мог, так что он решил попытаться выбить меч из рук легионера. Проходящим батманом, например. Парень перехватил своим клинком кончик меча воина и тут же чуть расслабил кисть, поддаваясь. Оружие пылевика по инерции пошло дальше, не встретив незыблемой преграды, как ожидалось. А телохранитель тем временем обвел его меч снизу и с силой ударил «в спину» чуть ниже центра тяжести. Все прошло гладко. Как и следовало ожидать, инерция и вовремя нанесенный удар сделали свое дело. Меч, блестя стальными гранями и заточенными краями, улетел в ближайший куст, а Ройс, не собираясь упускать представившийся шанс, резко проткнул грудь легионера Мергатока.

Раздался тихий хлопок, и искусственное тело воина разлетелось на мелкие части, бесформенной кучей осев на поверхность дороги. Практически та же участь постигла второй клинок телохранителя, которым воспользовался Джер, пытаясь помочь, — он просто бесследно испарился. Но Ройсу было не жаль своего оружия, у него ни на что не осталось сил. Парень упал на спину прямо на холмики пыли, листьев и веток там, где стоял. Он все равно был весь в крови и грязи, так что одним пятном больше, одним меньше… Да и не к вампиру же под бок ему ползти!

— Ройс, ты серьезно ранен? — встревожился ученик придворного мага, подбираясь поближе.

— Жить буду, — слабым голосом ответил телохранитель, которому даже разговаривать не хотелось. — Царапины. Просто их много.

— А у меня в справочнике написано, что слюна вампира хорошо заживляет и обеззараживает ранки. Главное, чтобы кровосос при этом не увлекся. Может, попробуем?

— Нет! — раздалось с двух сторон дружное возражение. Хотя в устах Ройса оно звучало немного неуверенно, с колебанием, а у Пирса — с неподдельным ужасом.

Вампира передернуло от отвращения, когда он представил, что ему придется приложиться губами к припорошенному пылью, грязному телу человека. Еще и живого при этом! Хотя еще меньше было желание облизывать холодный труп… Шпион привык получать кровь в чистенькой фляжке и старался не задумываться, как она туда попадает. Наверное, предки были бы в шоке, узнав, как далеко зашла эволюция, но Пирс уже не мог по-другому. Конечно, среди представителей его народа и сейчас встречались поборники старого способа питания, только таких на государственную службу обычно не привлекали. Лорд вампиров понимал, что эти подданные не смогут нормально общаться и сотрудничать с людьми.

— Ну как хотите, — не решился настаивать на оригинальном способе лечения Джер. — Тогда надо добраться до ближайшего ручья, помыть вас, перевязать и переодеть. Поднимайтесь-ка, раз можете ходить сами.

Но человек и вампир и тут оказались на редкость единодушны.

— Дай мне пять минут, — попросил Ройс.

— Чуть позже, — заявил Пирс и не думая немедленно подниматься на ноги.

Ученик придворного мага немного покружил между ними, сбегал проведать лошадей, привязанных неподалеку, и полез в кусты. Через некоторое время он выбрался оттуда, волоча в руке сохранившийся меч последнего легионера Мергатока.

— Смотрите, что я нашел, — похвастался он. — Ройс, ты же сможешь им сражаться?

— Угу, — промычал телохранитель, неохотно скосив глаза на мага и его трофей. Все мышцы ныли, малейшее движение вызывало боль.

— Вот и хорошо, — обрадовался Джер. — В нашем положении оружие лишним не бывает. И, Ройс, что-то я начинаю сомневаться в приведенной тобой статистике. Ты говорил, что несколько человек без проблем пересекут лес Потерянных Душ, а тут уже две такие крупные напасти подряд! Мы выжили просто чудом.

— И мне бы очень хотелось узнать о природе этого чуда, — вмешался вампир, садясь, чтобы иметь возможность контролировать выражение лиц ренийцев. — Легионеры Мергатока рассыпались от руки Ройса, и его мечи тут совершенно ни при чем.

— Я не знаю, почему так получилось, — абсолютно честно сказал телохранитель, тоже принимая сидячее положение, но с огромной неохотой. И после паузы с небольшой ехидцей заметил: — А статистика, наверное, включала только людей, в ней ничего не говорилось про вампиров в составе группы.

— Может, твой покровитель как-то помог? — предположил ученик придворного мага, проигнорировав несерьезный выпад в сторону Пирса. — Хотя подношение в святилище он так и не принял. Но ты ведь у него один…

Ройс пожал плечами и поморщился, так как это неосторожное движение вызвало короткую вспышку боли в натруженных мышцах. Он с ужасом представлял, что сейчас придется вставать и куда-то идти.

— Учтите также, я не верховный жрец Храма Всех Богов, этого типа весь Сархейм в лицо знает, — решил уточнить единственный служитель Дартиса. — И уж тем более гномы не одалживали мне свой артефакт.

— Да уж, — хмыкнул вампир. — Это было бы слишком невероятно, ведь у прижимистых бородачей зимой снега не допросишься!

— Может, Ройсу помог знак телохранителя? Или у него в роду были верховные жрецы? — все еще пытался строить догадки Джер. — Или это последствия участия в странном ночном ритуале?

— Я буду очень благодарен, если ты сам найдешь ответы на вопросы, — отозвался подопечный Дартиса. — А сейчас, может, мы все-таки пойдем к ручью? Кровь, конечно, уже сама давно остановилась, но тем не менее раны необходимо промыть и обработать, да и вид со стороны у меня, должно быть, кошмарный. Вон, даже вампир кривится, вместо того чтобы облизываться!

— Я не ем грязные продукты, — признался Пирс.

— Так никто особо и не напрашивается на роль твоего завтрака, — усмехнулся телохранитель. — Надеюсь, пылевики не проткнули твои фляги с кровью?

— Смеешься? Я их берег, как одну из самых драгоценных частей своего тела!

Вампир огладил бок фляжки, потом отстегнул ее от пояса, деликатно отвернулся и сделал глоточек. После сложной битвы на грани возможностей он очень нуждался в подпитке сил с помощью этой живительной жидкости. Хоть Пирс и отменно защищался, успевая блокировать, парировать и увертываться от выпадов легионеров, но и его пару раз несильно задели. Вот только небольшие разрезы на предплечье и бедре давно уже затянулись сами собой, оставались только тонкие красные полосы, которые уже через пару часов побелеют, а потом и вовсе исчезнут. К огромному сожалению, одежда так же просто, без усилий с его стороны не восстановится. Ему придется попросить у спутников иглу с ниткой и заняться починкой, как какой-то белошвейке! Однако сейчас вампир был не способен огорчаться из-за мелочей, он слишком радовался тому, что остался жив после встречи с пылевиками. Вряд ли многие могли похвастаться подобным достижением.

Кряхтя, как столетняя старушка, Ройс неспешно поднялся на ноги и поковылял к своему рыжему жеребцу. Конь, как ни в чем не бывало, щипал травку, он будто и не заметил, какие монстры только что чуть не убили его хозяина. Вот ведь флегматичная скотина! Ничем его не проймешь. Хотя, может, это и к лучшему?

— Джер, далеко до ручья? — на всякий случай уточнил телохранитель.

— Судя по карте, рукой подать. Мы не дошли до него вчера вечером только потому, что здесь не рекомендуется спать возле воды. Говорят, в этом случае лесные обитатели нападают чаще всего.

— Ну-ну, — хмыкнул вампир. — Они и в других местах, я смотрю, не жмутся смущенно по кустам.

— Держитесь пока за мной и в оба смотрите по сторонам, — попросил телохранитель, возглавляя шествие по дороге.

До ручья небольшой отряд добрался без происшествий. Правда, Пирс где-то в арьергарде время от времени ворчал, что в гробу он видел такие правительственные задания, и жаловался, что кто-то из начальства его явно недолюбливает, если вновь отправил в этот жуткий лес. Но таким образом вампир просто выплескивал напряжение и заодно старательно пытался изобразить из себя бедное, несчастное и совсем не опасное существо. Хотя вскоре он заметил, что его никто не слушает. Даже Джер безропотно, почти не оглядываясь, терпел Пирса за спиной. Может, ренийцы наконец поняли, что он действительно не самый страшный в лесу?

Вспоминая недавний бой, вампир, например, засомневался, что в случае необходимости сумеет победить Ройса. На что же тогда способен до конца обученный телохранитель?! И при этом Пирс до сих пор был уверен, что мага охраняет первый номер рейтинга…

У ручья путники задержались чуть ли не на час, приводя себя в порядок. Спокойный поток воды без шума и журчания опять пересекал дорогу в углублении, перекрытом несколькими подгнившими досками, и скрывался в зарослях. Ройс не удивился, когда и тут заметил устланное мелкой галькой дно. Из интереса он сделал десяток шагов вниз по течению и снова увидел в воде небольшой, с пару мужских кулаков, плоский камень. Телохранитель обернулся к дороге, убедился, что со спутниками все в порядке, и склонился, стремясь рассмотреть изображение на верхушке. На этот раз вместо ладони перед ним предстал рельефно выдолбленный лук с наложенной на него стрелой, вот-вот готовой отправиться в полет. То есть перед Ройсом оказался символ его покровителя, Дартиса Меткого.

Обнаруженные камни заставили молодого человека призадуматься. Он никак не мог понять, кому и зачем понадобилось устанавливать в ручьях миниатюрные подобия алтарей. Но у него было слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы. Размышляя, телохранитель вернулся к магу и вампиру, и они продолжили путь.

— Джер, а ты заметил одну странность? — через некоторое время спросил у человека Пирс.

— А почему именно я? Ройсу полагается лучше всех смотреть по сторонам.

— Что я там должен был заметить? — вмешался подопечный Дартиса.

— За все утро возле нас не появилось ни одного фантома! — воскликнул вампир, очень довольный этим фактом.

— Точно! — подтвердил ученик магистра Элиота. — Испугались, что их постигнет участь пылевиков?

— Может, они просто обитают в строго определенном ареале, за границы которого мы уже выбрались? — высказал предположение телохранитель.

Он шел в свежей рубашке, так как старую пришлось постирать, хорошенько отжать и устроить поверх седла сушиться. Хоть на тряпки для перевязки да пригодится.

Вампир умудрился худо-бедно оттереть пятна на рубашке прямо на себе, даже прорехи зашивать не стал. Он практично решил, что мало ли еще будет возможностей заработать дыру на одежде. Чего зря мучиться с иголкой, если вещи, возможно, через несколько дней легче будет выкинуть, чем починить?

— Эх, хоть бы наша радость не оказалась преждевременной, — посетовал Джер.

— Но лучше уж они, чем легионеры Мергатока, — заметил телохранитель. — Если бы пылевиков было на одного-двух больше, то, боюсь, мы бы не справились. Я и так сражался на пределе сил и при этом вон сколько ран получил! А уж мышцы до сих пор болят.

— Ой, не прибедняйся, — фыркнул вампир. — Рукава тебе, конечно, знатно искромсали, но от твоей пары царапин просто крови много было, сами по себе они не опасны. Хорошо у вас в АТеРе учат. Хотя… ты ведь там первым номером в рейтинге был!

— Двадцать седьмым, — с ухмылкой поправил Ройс, уже предвидя реакцию.

Пирс сбился с шага и недоверчиво уточнил:

— Каким-каким? Издеваешься?! Думаешь, наша разведка ничего не знает о вашей Ассоциации и уровне подготовки там и мне можно запросто вешать лапшу на уши?!

— Джер, подтверди, — попросил телохранитель.

— Да, у него и знак с номером есть, — выполнил требуемое ученик придворного мага. — Сам на привале можешь посмотреть и убедиться. А что, неужели Ройс так хорошо владеет мечом? — уточнил юноша, так как не мог сам сравнивать. Хотя после утренних событий и он как-то начал сомневаться, что любой сумел бы отбиться от легионеров.

Вампир почувствовал, что еще немного — и он с этим заданием точно сойдет с ума. Сначала ему выделили ненормального болтливого напарника, который оказался предателем. Потом он сам чуть не провалил все дело, не сумев наладить отношения с фигурантами. А дальше понеслось: гибель сородича, кража лошади, упущенное донесение от начальства, сеть Терры, пылевики. И на закуску оказалось, что телохранитель у мага такой же подозрительно странный, как и его бывший напарник! Номер у него, получается, один из последних, наниматель не слишком высокого мнения о нем как о мечнике, а между тем сражается Ройс на уровне настоящего мастера! Загадка, однако.

Отвечать на вопрос мага и со стороны оценивать уровень подготовки телохранителя Пирс не стал. Он промолчал, сделав вид, что не расслышал, так как не хотел расточать похвалы человеку и признаваться, что впечатлен.

В полдень по просьбе Джера пришлось остановиться на дороге и сделать короткий привал, ожидая, когда магистр Элиот выйдет на связь со своим учеником. Время было оговорено заранее еще три дня назад. Юноша подогнул подол мантии и привычно устроился на коленях, закрыв глаза. Ройс в это время придерживал его мышастого коня, а вампир просто внимательно и с интересом наблюдал за происходящим.

Магистр оказался не слишком пунктуален, он запоздал с вызовом минут на пять, если не больше. И все это время Джеру пришлось терпеливо, в смиренной позе сидеть на земле с закрытыми глазами и ждать. Но едва связь наладилась, как лицо его сделалось очень сосредоточенным и исказилось легкой болезненной гримасой.

Ройс с огромным удивлением увидел, как за спиной коленопреклоненного парня соткалась призрачная картина: магистр Элиот расслабленно сидит в кабинете императора на стуле и спокойно попивает вино из бокала. А рядом с ним нетерпеливо постукивает по столешнице костяшками пальцев рука Никора с характерной, известной всей Рении печаткой… Полностью фигура правителя в представшую картину почему-то не вошла. Телохранитель промолчал, чтобы не спугнуть видение, и стал внимательно прислушиваться.

— Джер, мальчик мой, как ты там? — преувеличенно встревоженным тоном спросил магистр.

— Все хорошо, учитель.

— А где ты? Уже небось до леса Потерянных Душ добрался?

— Э-э-э, магистр, император просил меня не разглашать подобную информацию.

— Ой, да плюнь ты на это. Я же волнуюсь!

— Учитель, мы пока со всем справляемся, хотя временами приходится тяжело.

— Так-так, значит, вы уже в лесу… — будто сам себе пробормотал Элиот, что, впрочем, неудивительно, так как шел не простой разговор, а обмен мыслями. При подобном общении сложно что-то утаить, все сразу транслируется собеседнику: любая мысль, любая непроизвольная эмоция. — Джер, как насчет более регулярных сеансов связи? Я же старый, больной человек и очень волнуюсь из-за тебя!

Конец фразы немного корябнул слух Ройса, но телохранитель сразу и не понял, чем именно. Что-то неправильное было в построении предложения.

— Извините, учитель, но ведь разговоры с вами будут постоянно меня изматывать, тянуть силу! Лучше оставить все как есть. Раз в три дня я буду сообщать, что жив и здоров.

— Совсем здоров? Не ранен?

— Ну, одну царапину получил, ничего страшного.

— Эх, Дартис! — с явно читаемым на лице и в тоне недовольством выдал Элиот.

Проявленная эмоция показалась Джеру неуместной, а потому он уточнил:

— Магистр, вам что-то не нравится?

— Естественно! Мне не нравится твоя царапина. А вот если бы вместо нее была опасная рана…

— Я вас не понимаю!

— Это я говорю, что доведешь ты меня, своего старенького, больного учителя! Неуютно мне, когда я не могу за тобой присматривать. Амулеты так и не наладил?

— Нет, сообразить не могу, что в них неисправно.

— Великолепно!

— То есть? — удивился Джер вырвавшемуся у учителя слову.

— Это я иронизирую, не обращай внимания. Учил-учил я тебя… на свою голову.

— Я разберусь! Вот выкрою время и все налажу.

— Не надо!

— Почему?

— Мне так будет спокойнее. Есть надежда… То есть смотри еще больше не поломай! Я на их создание десяток лет угробил!

— Учитель, не нервничайте. Вот я вернусь и столько интересного и нового вам расскажу. Одна сеть Терры чего стоит!

— Где вы умудрились ее найти?! — В голосе магистра прозвучал неприкрытый интерес и чуть ли не восторг. — А кто именно в нее попал, твой телохранитель?

— Я. Ой, не волнуйтесь!

— И ты все еще жив?!

— Потом объясню. Император просил не докладывать подробности. Но со мной все хорошо, точно.

— Тьфу, Дартис! — в досаде скривился Элиот.

— Ну потерпите пока, смирите свое любопытство.

— Уже, — буркнул магистр с расстроенным видом и разорвал связь.

Зыбкая картинка за спиной Джера пропала, но Ройс так и остался стоять, рассматривая это место.

— Пирс, ты видел?.. — спросил он у вампира. Хотелось поделиться с кем-то своими впечатлениями и удостовериться, что это не плод его воображения.

— Что именно?

— Да магистра и кабинет императора!

— Ты бредишь?!

— Значит, это опять были фокусы мерзкого леса, — сделал вывод телохранитель. — Ау, Джер, ты уже пришел в себя?

— Да, — ответил маг и поморщился.

С болезненной гримасой на лице он помассировал виски и поднялся, отряхивая налипшую на одежду пыль.

Ройс подробно пересказал ему все увиденное и услышанное и убедился, что такая беседа один в один и имела место быть. Но они так и не поняли, почему возник подобный эффект, предоставивший телохранителю возможность стать третьим негласным участником беседы. Джер просто пожал плечами и сказал, что здесь он ничему не удивляется.

— А в словах магистра Элиота было нечто неправильное и настораживающее, — выразил свое мнение Ройс.

— Не обращай внимания, его всегда трудно понять, — отмахнулся маг. — Идем вперед, и если кто-то еще заметит нечто необычное, я хочу об этом знать.

Небольшой отряд возобновил путешествие, по колдобинам пробираясь на восток, цепочкой огибая особенно глубокие ямы и упавшие на дорогу массивные сухие ветви деревьев, коих было немало. Им оставалось только молча удивляться, как в таких условиях купцы умудряются протащить здесь свои телеги. За несколько дней они так ни разу и не обнаружили хоть какие-то следы, свидетельствующие о том, что до них по узкой лесной дорожке прошли другие люди. Ни остатков кострищ, ни мусора, ни глубоких колей от колес на местами мягкой земле, ни чьих-либо тел…

На привал в этот день устраивались рано. Лошади, везущие только объемные седельные сумки с провизией, не слишком утомились, а вот идущие рядом существа — особенно Ройс с Пирсом — просто с ног валились. Они так и не пришли в себя после встречи с легионерами Мергатока.

— Сегодня первым караулить буду я! — заявил Джер. — А то кое-кто опять забудет меня разбудить.

— Это было для твоей же пользы, ты был ранен и истощен, — объяснил свое поведение Ройс.

— Теперь вы больше нуждаетесь в отдыхе. Сейчас наберем хвороста, перекусим — и ложитесь. Завтра мне опять может понадобиться бодрый и сильный телохранитель, а не квелый и зевающий. Не волнуйтесь, с места я теперь сходить не собираюсь и, если что, тут же разбужу вас!

Ройс кивнул, соглашаясь. Он вполне доверял магу. Сомнительно, что парень будет плохо выполнять свои обязанности, он ведь понимает всю степень опасности и вообще ответственно относится к любому делу. Просто в первую ночь Джеру сильно не повезло и он наткнулся на невидимую мигрирующую ловушку. На его месте мог оказаться любой из них, ведь это обычное дело — немного размять затекшие ноги, обходя лагерь по периметру.

— Я заступлю на стражу вторым, — вызвался вампир.

Возражений ни у кого не возникло.

Ройс, как всегда, сам сходил за дровами, оставив Пирса охранять мага. Все было спокойно, сильно он не удалялся, так как и в округе сушняка хватало. Лес не подкидывал новых неожиданностей или опасностей, словно на время затаился. Но все равно при очередном возвращении на стоянку телохранитель услышал жалобу Джера:

— Как мне здесь надоело! Хочется уже выбраться на просторы полей, где пространство просматривается на километры вперед. Я с ужасом думаю о том, что в этом лесу, полном сюрпризов, придется провести еще около двух недель! И что-то пока от моей магии не слишком много толку, даже охранные круги почти бесполезны и не способны предупредить о напастях вроде пылевиков. Эх…

— Не переживай, ты не одинок в своих мечтаниях, — успокоил его Ройс. — Я бы тоже с удовольствием сменил пейзаж — последние события мне совсем не нравятся. А применение своим заклинаниям ты обязательно где-нибудь найдешь, но позже.

— И все равно начерчу-ка я охранный круг, — встрепенулся ученик магистра Элиота. — За периметр больше никто не выходит! Я и так проведу контур с запасом, захватив близлежащие кусты.

После недолгой возни усталые путники легли спать. Нападения этой ночью так и не произошло, хотя случилась другая неприятность — до рассвета ни Пирс, ни Джер так и не смогли добудиться телохранителя. Ему снился очередной кошмар, пересказывать подробности которого он наотрез отказался. Сообщил только, что новой жертвой ритуального убийства стал парень, молодой аристократ.

Утро выдалось мрачное, на небе хмурились тучи, было темнее, чем обычно. После сообщения Ройса настроение у всех было подавленное, в воображении вампира и мага рисовались страшные картины. После увиденного на въезде в лес Потерянных Душ они легко могли представить, как развивались события. У телохранителя тем более не было повода для радости. Он чувствовал себя разбитым, тело опять терзала боль, двигаться совершенно не хотелось. А ведь приходилось! Прикусив нижнюю губу, он с трудом переставлял ноги в авангарде их небольшого отряда.

— Ужасное начало дня, — буквально через полчаса пожаловался Ройс и с пессимизмом предположил: — Кажется, сегодня надо с удвоенным вниманием ждать от леса неприятных сюрпризов.

Но он оказался не совсем прав, так как, пройдя еще буквально с километр, они увидели вдали очень знакомую им конструкцию из потемневших от времени и немного растрескавшихся брусьев…

Глава 17. ПРОСТО ОБЖИГАЮЩАЯ ВСТРЕЧА.

Ройс первым встал как вкопанный посреди дороги и даже не поленился протереть пальцами глаза. Однако видение и не думало исчезать, мощные столбы и перекинутый через них широкий, толстый брус с полукруглым вырезом незыблемо остались красоваться на том же месте.

— Э-э-э… а мы что, сами того не подозревая, идем в обратном направлении?! — озвучил Пирс терзающий всех вопрос.

В его голосе слышался плохо скрываемый ужас. Он не хотел задерживаться в лесу Потерянных Душ ни одного лишнего мгновения!

Но никто не стал упрекать его за проявленные эмоции, никто не попытался ехидно подколоть, Ройс и Джер чувствовали себя не лучше.

— Ту арку мы вроде развалили, — неуверенно сказал телохранитель и за подтверждением посмотрел на мага.

Он уже и в своей памяти начал сомневаться, ведь это событие могло ему просто привидеться, как призраки — его спутникам. Он не удивится подобному варианту, так как в таких зарослях возможно все. А вдруг конструкция, повинуясь неведомой магии, сама восстановилась? Или доброхоты из Тесельхора могли постараться и быстренько ее починить.

— Мы точно шли на восток, да и местность вокруг этой штуки, похожей на символическую границу с Ренией, совершенно другая, — уверенно заявил ученик Элиота. — Пока вы пытались сбить летучую мышь, я успел хорошо изучить окрестности. Там по бокам росли липы, а здесь — всего лишь хиленькие осинки. Наверное, арка просто очень похожа. Только кто и зачем соорудил ее прямо посреди леса?

Пока путники стояли и издалека рассматривали вызвавшее у них недоумение деревянное сооружение, на горизонтальный брус лениво приземлилось нечто маленькое, напоминающее птичку…

— Это она! — кровожадно оскалив клыки, прошипел Пирс.

Пожалуй, он в первый раз предстал перед спутниками в подобном угрожающем виде, его зевки и улыбки во весь рот до этого — не в счет.

— Кто? — поинтересовался Джер, немного попятившись от вампира — мало ли что ему привиделось. Лучше заранее обеспечить себе немного места для маневра.

А через мгновение выяснилось, что и Ройс поддался неведомому безумию. Телохранитель злорадно улыбнулся и сказал Пирсу:

— Ты слева заходи. На этот раз мы не должны ее упустить!

— Кого? — опять попытался выяснить ученик придворного мага, который так и не догадался присмотреться.

— Мышь! — хором ответили Джеру спутники.

— Та самая? — дотошно уточнил бледный паренек.

— Думаю, да, — отозвался вампир. — Послание-то она так и не передала, приказ не выполнила. Значит, спокойно вернуться домой не может! Ройс, только не спугни!

— Да эта зараза, похоже, опять вздремнуть собралась. Никуда она не денется, если мы не сломаем и эту арку.

— Смотри, если ты окажешься неправ, я пересилю свою брезгливость и все-таки укушу тебя! — в шутку пригрозил Пирс.

— Ха! Как будто я тебе позволю! Обрати внимание на симпатичные осинки по бокам дороги…

— На эти наполовину засохшие пеньки?!

— Тебе и половины за глаза хватит. Желаешь провести эксперимент и проверить?

— Задай мне этот вопрос, если я снова упущу мышь вместе с донесением от начальства.

Тихо пикируясь словами, вампир и телохранитель подбирались к деревянной конструкции. Ройс так и тащил за собой коня, намереваясь встать ему на спину, если понадобится. Пирс рыскал глазами по земле в поисках подходящего камня, который можно будет подсунуть ренийцу. Хотя он изредка отвлекался и бросал задумчивые взгляды на арбалет, но никак не решался воспользоваться им сам. Вампир уже понял, что просить Ройса подстрелить мышь бесполезно.

Мохнатый клубочек, обернувшись кожистыми крыльями, сидел строго на середине конструкции, словно линейкой отмерял. При приближении двуногих существ зверек ненадолго высунул острую мордочку из своего убежища, сверкнул бусинками глаз и опять спрятал голову. В общем, он снова вел себя независимо и безразлично, как будто сам не был заинтересован в скорейшем выполнении поручения и возвращении домой.

Охотники на мышь остановились почти под самой аркой, изучая дислокацию противника и прикидывая свои возможности. Подумав, Ройс отказался от намерения проявить инициативу, пусть она исходит от вампира. Вдруг конь под ним тоже взбрыкнет и ситуация повторится? Да и Пирс теперь не торопился, для начала он решил дать вредному зверьку последний шанс и мягко позвал:

— Тип-тип, иди сюда. — И менее решительно: — Кыс-кыс?

Джер тихо прыснул от смеха. Телохранителю тоже пришлось прикрыть рот ладонью, он не рискнул ржать прямо под боком вампира и летучей мыши. Или адресату, или почтальону это точно не понравится.

Идея Пирса успеха не возымела. Мохнатый посыльный с донесением на лапе даже не выглянул из-под крыла.

— Ну что, раз по-хорошему не получается, буду действовать по-плохому, — объявил вампир с угрозой в голосе, будто мышь без участия магов и дрессировщиков могла его понять. — Ройс, одолжи мне на минутку свой арбалет и один болт, пожалуйста.

— Вот ты монстр кровожадный, — прокомментировал Джер, остановившийся на некотором удалении от всех. — Оставь оружие в покое, я сам ее сейчас сниму.

Маг что-то тихо прошептал, и вокруг мыши тут же сомкнулось кольцо, отливающее голубым цветом. От него к Джеру тянулась тонкая нить типа поводка. Парень легко взмахнул рукой, словно что-то загребал к себе, и опутанный заклинанием зверек моментально сорвался с бруса и спикировал прямо ему на плечо. А дальше было еще проще: он осторожно придержал летучую мышь за тельце и быстро размотал с ее лапки узкую, но длинную и туго скрученную бумажку. Сначала маг сам повертел донесение в руке, вглядываясь в верхний край, но, похоже, ничего не понял.

Вампир не мешал ему и совершенно не нервничал из-за того, что документ оказался у представителя другой страны.

— Там шифр, — спокойно объяснил он. — Вы все равно не разберетесь.

Тогда Джер, скривившись, протянул ему бумажку, а зверька просто подкинул повыше в воздух и развеял свое заклинание. Мышь, естественно, тут же постаралась убраться подальше от наглого незнакомца. Живо махая крыльями, она скрылась где-то за верхушками деревьев и, скорее всего, больше не собиралась возвращаться обратно.

Пирс до конца проследил за действиями мага, а потом громко возмутился:

— И ты с самого начала мог так сделать?! А вместо этого заставил меня, как идиота, карабкаться на хлипкую древнюю арку?!

Джер неопределенно пожал плечами и пояснил свое поведение:

— Так ты был врагом, и мне было интересно понаблюдать за процессом…

От полноты чувств у вампира пропал дар речи.

— Не злись ты, лучше читай, — бесцеремонно хлопнул его по плечу Ройс. — Только вслух!

— Ну вас к Дартису! — сердито пробормотал Пирс, расправляя бумажную полоску. — Поизмывались — и рады?

— Если ты помнишь, я сам принимал активное участие в процессе снятия мыши с арки на границе с Ренией, — заметил телохранитель. — Читай.

Вампир сосредоточился на послании от начальства, написанном очень мелкими значками, и тут же начал его озвучивать. Видимо, не счел полученные сведения государственной тайной.

— «Пирс, у нас в Дампаре зафиксирована попытка украсть вторую часть артефакта. Полагаем, это была проверка для выявления слабых мест охраны. Береги посланников Рении и их часть божественной вещи. Другого напарника выслать пока не можем, участь предыдущего выясним позже. Сведения об артефакте и Дартисе засекречены на более высоком уровне, подробности сообщить не получится. Главное, помни: шкатулку лучше не открывать!».

Вампир умолк, рассматривая плотную бумажку, а потому Ройс поспешил уточнить:

— Это все? Или часть текста ты не озвучил?

— Я прочел дословно, ничего не скрывая, и сам сейчас в шоке. Где обещанная помощь? Где конкретные указания? Похоже, из-за заварухи в столице начальству сейчас не до меня.

— Тьфу, — сплюнул телохранитель. — Здесь информации о Дартисе — одно имя. Хотя и сведения о попытке украсть артефакт сами по себе довольно важны…

— Вряд ли у воров что-то получится, в Дампаре им ничего не перепадет, — уверенно заявил Пирс.

— Так что нам надо быть вдвойне внимательными, — вздохнул Джер. — Вот выберемся из леса — и там нападения могут возобновиться, едва мы пересечем границу. Ладно, нечего терять время, минуем арку — и снова в дорогу.

Маг, который неожиданно решил поторопить спутников, чуть отодвинул Ройса плечом и вопреки установившемуся порядку первым нырнул под древнюю деревянную конструкцию. И тут же замер, так как из-за ближайших кустов прямо на него устремился большой, ярко пылающий фаербол. Буквально в последний момент Джер успел выставить щит и с облегчением увидел, как огонь бессильно затух, столкнувшись с его защитой. Тогда из кустов раздалось несколько непонятных слов, после чего в небе грянул гром и сверху в ученика магистра Элиота ударила молния. Но парня окутала небесно-голубая сфера, отразив разряд. По иронии судьбы сверкающий луч угодил прямо в центр горизонтального бруса арки… Раздался треск, и два ровных обломка рухнули на землю.

Конь Ройса рвался убежать прочь, и телохранитель, напрягая мускулы, еле удерживал его. Зато жеребец Джера, очевидно привыкший за предыдущие годы к специфике занятий своего хозяина, стоял спокойно. Он лишь с опаской покосился на развалившуюся арку, зато световые и иные эффекты заклинаний начисто игнорировал. Видимо, ему еще ни разу не перепадало при тренировках магистра и его ученика, и он был не пуган.

Джер громко выкрикнул пару непонятных слов и махнул рукой в сторону кустов, в которых засел противник. С кончиков его пальцев сорвалось ядовито-зеленое облако и резво понеслось на невидимого врага. Но тот, похоже, был начеку. Часть куста пожухла, почернела и осыпалась пеплом, но другая половина, будто отделенная четкой незримой границей, оказалась нетронутой. И в качестве подтверждения того, что противник не пострадал, в Джера по дуге полетел черный шар, состоящий, казалось, из тонких, переплетенных между собой нитей. Он натолкнулся в воздухе на защиту юного мага, сплющился и по стенке голубоватой сферы соскользнул вниз, где впитался в землю. Трава в этом месте рассыпалась в пыль. В ответ Джер не стал мудрить, а запустил в кусты свой любимый фаербол, но ужасающе огромных размеров. В диаметре он, наверное, составлял около половины от роста своего создателя.

Может, противник и выставил какой-то щит, только пламя чудовищной силы это не остановило. В воздухе раздался короткий неопределенный крик, а потом шар проломил защиту и запахло паленым. От места засады врага и дальше в лес образовалась довольно большая выжженная просека. И посреди нее четко выделялась обугленная головешка, которая когда-то была живым существом, возможно, даже человеком… По останкам расу определить было невозможно. Наверное, если бы не амулеты и защита напавшего мага, то от него остался бы только пепел.

Джер, не двигаясь с места, с напряженным видом осмотрелся по сторонам, ожидая, не нападет ли кто еще. Совершив убийство, парень совершенно не мучился угрызениями совести, ведь он честно победил в схватке, отстаивая свою жизнь. Зря он раньше думал, что не сможет причинить вред разумному существу, что слишком мягок и не так воспитан. В пылу боя, когда вопрос ставится ребром: или ты противника, или он тебя — легко переступить через моральные запреты. Что вампир в поместье, что нынешний маг, проявив агрессию, сами предрешили свою судьбу, сами вынесли приговор. Джер лишь привел его в исполнение…

Телохранитель и Пирс как замерли в полушаге позади ученика придворного мага, так и простояли там все время, пока шел поединок. Хотя невидимую черту под аркой они так и не пересекли. Для них это была максимально удобная позиция: с одной стороны, оставаясь там, Ройс и вампир могли защищать спину сражающегося юноши, а с другой — сами избегали магических атак. Их надежно прикрывала от враждебных заклинаний защита Джера. Даже рухнувшая арка не заставила мужчин отступить.

— С востока к нам кто-то бежит на порядочной скорости, — сообщил Джер. — Не маги, так как коллег по профессии, особенно экранирующихся, с помощью моего заклинания не засечь. Лучше не отходите от меня далеко.

Путешественники втроем сгрудились между столбами поломанной древней деревянной конструкции и замерли. Вдали прямо по ходу из-за небольшого изгиба дороги действительно показалась разношерстная толпа в грязных латаных рубахах. Странность была только в одном: они бежали очень четким строем, практически в ногу, а потому на крестьян или обычных разбойников совсем не смахивали.

— Хм, я бы рискнул предположить, что это войска инкубов, — вслух высказал идею Ройс, основываясь на информации, известной ему одному. — Только неужели они рискнули налегке зайти в центр леса Потерянных Душ?! У них из оружия с собой только ножи и арбалеты.

— Нам и этого хватит, если они решат напасть, — занервничал Пирс. — Их же не меньше сорока голов! Нас задавят числом!

— Спокойно, в лесу действует закон всеобщего перемирия, — напомнил всем Джер. — Заверившая его магия представителей всех рас должна убить каждого, кто рискнет напасть здесь на другое разумное существо.

— Да? Только не говори, что у неизвестного, пытавшегося тебя укокошить, просто была долгая агония, — ехидно заметил вампир.

— А вам не кажется, что рухнувшая арка, у остатков которой мы стоим, все-таки и есть граница? — задумчиво высказал идею Ройс, примериваясь к рукоятям мечей, чтобы потом быстрее их обнажить. Сразу встречать толпу с оружием в руках он не хотел, так как пока не знал намерений бегущих.

— Да ну? — скептически начал Джер. — Нам, по всем расчетам, идти еще не менее недели, а то и двух! Не могла граница ради нас сама передвинуться поближе!

— А вот лес… — начал Пирс, однако так и не закончил свою мысль.

Но телохранитель и сам вспомнил, как маг высказал пожелание быстрее добраться до границы. И ведь у Джера с собой в шкатулке артефакт Дартиса, который мог поспособствовать этому! Если Ройс правильно догадался, то они вчера как раз вошли на территорию бога меткости, судя по камню в ручье. Хотя это всего лишь его предположение, ничем не подтвержденное.

Толпа тем временем четко остановилась шагах в двадцати от троих путешественников, и из нее вперед выдвинулся пожилой мужчина с косой в руках…

Ройс с интересом проследил за этим безукоризненно выполненным маневром. Никто ни на кого не налетел, все встали затылок в затылок, оружие как по волшебству исчезло в складках одежды. Безусловно, кто-то из командующих армией инкубов придумал замечательный план маскировки, но не учел последствий строгой муштры солдат. Для крестьян они двигались чересчур слаженно и действовали единым организмом, а не как отдельные разобщенные личности, каждый со своим мнением.

— Мы тут работали в поле и услышали шум, — с серьезным и непроницаемым выражением лица хорошо поставленным голосом, но с ужасным акцентом по-ренийски сказал мужчина с косой, которую он пытался устроить поудобнее на плече. — Что тут, Дартис вас возьми, произошло?! Господин ученик придворного мага Рении, потрудитесь объяснить, почему вы стоите над обломками нашей арки!

«Услышали?!» — мысленно усмехнулся Ройс. Это же какие должны быть уши? Да и до ближайшего поля явно не меньше километра по пересеченной местности добираться, ведь между деревьями даже просветов пока не заметно. А еще телохранитель обратил внимание, что мужчина с военной выправкой с ходу установил личность Джера, значит, ему явно сообщили приметы возможных посланников императора Никора Второго. Могли даже изображения показать, если у них тут хорошо налажена шпионская агентурная сеть. Ройс многое бы отдал, чтобы посмотреть своими глазами, как командир этого отряда один пытается косить что-то, пока его подчиненные ножами и арбалетными болтами ковыряют землю для посадки пшеницы… Уж очень толпа в крестьянской одежде похожа на элитный военный отряд, члены которого просто не представляют себе жизнь мирного населения. Маскировка никуда не годится! Лучше бы их попросили изобразить банду грабителей, и то достовернее было бы. Похоже, сюда отправили сильных воинов, но никудышных стратегов.

— Дилетанты, — тихо хмыкнул Пирс рядом с Ройсом, тоже, вероятно, сообразивший, что к чему.

— На нас кто-то напал, — тем временем ответил Джер мужчине с косой на плече. — И арку он же сломал! Я тут ни при чем… почти.

Но командир отряда уже и сам заметил образовавшуюся просеку с обгоревшим телом на переднем плане и взмахом руки направил двоих осмотреть место. Как раз в это время на дороге, протиснувшись между рядами «крестьян», показался сильно раскрасневшийся, тяжело дышащий парень, держащийся за бок. Он обвел недовольным взглядом открывшуюся ему картину и горестно вздохнул.

— О, кажись, мозговой центр этой операции добежал, — еле слышно хохотнул вампир, повернувшись лицом к телохранителю.

— Испортили бедолаге весь план, — тоже со смешком отозвался Ройс. — Но он сам виноват! Бегать надо лучше, чтобы иметь возможность лично за всем проследить, или объяснять толковее…

Паренек, не успевший как следует отдышаться и прийти в себя, развел пустые руки в стороны в знак мирных намерений и медленно подошел поближе к гостям их государства.

— Я младший советник высшего инкуба, — просто, без всякой лжи представился он. В речи сквозил небольшой акцент. — Наш маг, оставшийся неподалеку, утверждает, что кто-то из вас везет одну важную вещь… Ну так вот, мне поручено проследить, чтобы она не пропала по дороге!

— Вы действуете не по плану, — возмутился военный. — Это измена!

— Ай, — отмахнулся советник, — какой, к Дартису, план, если ваши подчиненные выстроились чуть ли не по линейке?! Я не думаю, что посланники императора слепые и тупые. Охранять их тайно уже не получится, так что будем действовать в открытую. Господин Джер, ученик придворного мага Элиота, я так понимаю? — перевел он взгляд на гостя в мантии. — Вы не против сотрудничества с нами? Это ведь в ваших же интересах.

— А где доказательства, что вы те, за кого себя выдаете? — отозвался Джер, изрядно озадачив этим инкубов.

— Э-э-э… — замялся весьма молодой и непосредственный советник, не ожидавший проявления недоверия. — Мы что, похожи на бандитов?! Перед вами официальное лицо Инарии! К сожалению, бумаги я с собой не взял, так как ждал вас гораздо позже, и в связи с этим, кстати, не успел нормально втолковать солдатам их задачу. Но зато теперь по ним сразу видно, что они военные, а не обычные проходимцы.

— Да? Но ведь не видно, чьи военные, — заметил маг. — Может, Триита!

— Вы что! — замахал руками советник. — Посмотрите на их лица, здесь же все сплошь красавцы, ни одного урода!

— Это и эльфы про себя могут сказать.

— Джер, заканчивай измываться над встречающими, — тронул сзади мага за плечо Ройс. — Сам понимаешь, что предатели или представители иных рас давно силой оттащили бы нас от арки, а тут спорят и доказывают.

— Спасибо за поддержку, господин телохранитель, — кивнул советник.

— Понимать и знать — разные вещи, — пробурчал Джер. — Вдруг потом кто-то передаст императору, что я чересчур халатно отнесся к охране артефакта?

Советник скептически хмыкнул и перевел выразительный взгляд на выжженную просеку, где уже деловито суетились двое воинов, изучая следы. Инкубы осторожно собирали в кучку куски оплавленного металла амулетов, руками просеивали пепел возле обгоревшего тела. Представитель высшего инкуба даже не стал ничего комментировать вслух. Вместо этого он поинтересовался:

— А кто ваш третий спутник? Мне о нем не докладывали, он не записывался на восточных воротах Тесельхора вместе с вами.

— Пирс присоединился к нам чуть позже, — пояснил Джер.

— Вампир?! — воскликнул советник с изрядной долей удивления и страха, когда присмотрелся внимательнее к скромно стоящему за спинами ренийцев худощавому бледному мужчине. Клыки не торчали напоказ, но по ряду других признаков легко определялась его раса.

— Я такой же провожающий, как и вы, — примирительно сказал Пирс. — Наш лорд тоже волнуется о сохранности артефакта, так как — открою вам тайну — вторую его половину недавно попытались украсть. Это я говорю, чтобы повысить бдительность и предостеречь, пока не поздно.

— До Иласа всего неделя пути, наши военные не подведут, — уверенно пообещал советник. — Тем более что в деревеньке в паре километров отсюда ждет еще одна отборная сотня солдат, лояльных и проверенных в боях. Предатели среди них исключены. Так что, Джер, если вы не против путешествия в центре многочисленной толпы… Надеюсь, вы не сочтете подобное сопровождение оскорбительным для себя, никто не сомневается в ваших силах и способности защищать божественную вещь.

— Я все осознаю и не собираюсь возражать. Наоборот, мне только спокойнее будет, — заверил маг. — Ни один враг даже близко не подберется к артефакту, охраняемому небольшой армией.

— Спасибо за готовность к сотрудничеству, — поблагодарил советник. — Пирс, а вы с нами или обратно пойдете?

— Понимаю ваше желание угробить меня в лесу Потерянных Душ, но, извините, потакать ему не буду, — с ехидцей поддел вампир. — До ближайшего алтарного камня Фехаты, боюсь, придется вам потерпеть мою компанию. Ведь Инария не откажет в гостеприимстве одному несчастному и совершенно безобидному путешественнику?

— А у вас по дороге не возникнут проблемы с питанием в наших тавернах? — очень дипломатично поинтересовался инкуб.

— Это исключено, — спокойно ответил Пирс и выразительно, как бы невзначай погладил фляжку по боку.

— Тогда милости прошу… если вас не смущает солнце, так как хотелось бы передвигаться днем.

— Меня и чеснок не сильно смутит, — усмехнулся вампир, обнажив клыки на всю длину.

— Командуйте, — предложил Джер, отходя от обломков арки.

Выполняя распоряжение советника, подгоняемые мужчиной с косой «крестьяне» споро разделились на два отряда и выстроились впереди и позади иностранных гостей. Теперь они совсем не пытались скрывать свою принадлежность к войскам Инарии, да и оружие перестали прятать. И даже без мечей инкубы выглядели довольно внушительной силой, с которой не каждый отважится связаться. Таким строем все, за исключением пары воинов, продолжающих осматривать местность, двинулись в путь. Советник пристроился рядом с Джером и принялся выспрашивать о происшествиях и впечатлениях. Однако маг сослался на то, что без дозволения своего императора не может ничего сообщить. Юноша не знал, нужно ли упоминать триитцев и коллегу Пирса и как преподнести и объяснить странности в лесу. В первую очередь полный доклад должен услышать Никор Второй. Ему решать, что можно обнародовать, а что лучше скрыть от чужих ушей. Да и, честно сказать, Джера очень беспокоил ритуал, остаточные следы которого они обнаружили на поляне возле границы Ренийской империи. Мало того что кто-то жестоко и безнаказанно убивает людей, так еще и непонятно, во что это может вылиться.

Несмотря на отказ мага рассказывать что-либо, телохранитель решил по-своему и все-таки коротко поделился с советником высшего инкуба воспоминаниями об одной попытке выманить у них артефакт. Ройс постарался как можно четче описать удравших суккубок, хотя он почти и не рассмотрел их. Разве что имена запомнил совершенно точно да голоса. Но и этого хватило, чтобы у советника испортилось настроение, парень разнервничался и принялся всех подгонять. Ему явно не терпелось быстрее добраться до обитаемых мест и поручить кому-нибудь расследовать преступление и найти изменниц.

Джер не стал ругать телохранителя за самоуправство, так как, подумав, счел его действия правильными. Он и сам постарался напрячь память и внести свою лепту в воссоздание образов суккубок. Вроде бы маг очень хорошо успел их рассмотреть и, казалось, должен был помнить, но… он с удивлением понял, что мало чем может помочь следствию. В мозгу всплывали весьма расплывчатые эпитеты: неземные красотки, очаровательницы, богини. А вот цвет глаз, форму лица, бровей и еще что-нибудь конкретное Джер так и не смог описать.

Добравшись до деревни, путешественники отдохнули, познакомились с магом-инкубом и лишь наутро продолжили путь. Будь Ройс и Джер одни, они предпочли бы переночевать в поле, подальше от обитаемых мест и женского населения в частности. Конечно, из-за того, что путников сопровождал советник, суккубы не пытались их обольстить и держались на расстоянии, но ренийцам все равно было неуютно. Только вампир ничуть не волновался: во-первых, девушки от него и сами шарахались, а во-вторых, Пирса защищал амулет. Инкубы не раз очень тонко и дипломатично намекали ему, что в деревне имеется алтарь Фехаты, только кровосос вполне достоверно изображал полное непонимание. Он не отказывался от своих слов, просто, как оказалось, его мнение и мнение советника о том, какой камень считать ближайшим, диаметрально расходилось.

По дороге в столицу Джер старательно пытался исправить свои амулеты, но у него ничего не выходило. Он очень надеялся, что телохранитель вовремя вмешается в случае нужды и приведет его в чувство. А сам Ройс… Ройс ни на что не надеялся! Он точно знал, что так же подвержен влиянию суккубок, как и его наниматель. Поэтому постепенно в мозгу подопечного Дартиса созрел «гениальный» план. С содроганием парень решил пока изображать из себя гея, чтобы ввести врагов в заблуждение. Возможно, разведка уже передала инкубам все слухи из АТеРа, так что они не заподозрят подвоха. А то ведь если он попадется в сети коварной инарийской дамы, работающей на местного правителя, то может наговорить такого… Начал телохранитель с того, что в последний день перед прибытием в Илас принялся старательно и неприкрыто флиртовать с доверенным лицом местного правителя. Советник оказался в затруднительном положении и был, мягко говоря, не в восторге.

К столице Инарии путешественники в сопровождении армии подъехали примерно к полудню, когда солнце ярко сияло высоко в небе, а его тепло ясно намекало, что лето уже не только по календарю. Ройсу даже пришлось закатать рукава своей рубашки, чтобы было не так жарко. Одно такое простое и логичное действие… А если бы он знал, как оно взволновало советника! Телохранитель счел, что просто обеспечил дополнительный приток воздуха к коже, ну а инкуб-то принял все за очередную попытку соблазнить его видом крепких мышц!.. Ройс и Джер открыто выражали желание побыстрее передать шкатулку и убраться из Инарии, и советник неожиданно горячо поддерживал их в этом стремлении.

— Пирс, смотри, это не твоя летучая мышка сидит над воротами в Илас? — несмотря на слепящее солнце, рассмотрел ученик магистра Элиота маленький комочек.

Он и его телохранитель одни из немногих медленно ехали верхом, тогда как большая часть инкубов из сопровождения шла пешком.

— Где? — тут же среагировал вампир, поднимая голову и чуть сдвигая капюшон назад. — Ох, она самая. Но неужели какой-то гад опять приказал ей ждать меня на воротах, а не в пределах города?!

— Спокойно. Вспомни, что вокруг тебя куча вооруженных луками или арбалетами инкубов и каждый вполне подойдет на роль хулигана, ненавидящего крылатых мышей, — подбодрил его Ройс.

— А в чем, собственно, дело? — вмешался советник.

Ответить честно Пирс не захотел, ведь инкубы могут и не отдать послание. Подмигнув Ройсу, он сказал с предельно простодушным выражением лица:

— Так это любимое развлечение некоторых представителей нашей расы — ловля летучих мышей.

— Зачем? — не поверив, с подозрением поинтересовался советник.

— Кушать! — зловеще оскалив клыки, отозвался вампир. — Вы не представляете, как разыгрывается аппетит, пока охотишься на подобную мерзкую тварь! Да и пополнение рациона никогда не помешает, так что это хороший запас еды в дорогу…

Инкубу сложно было усомниться в том, что Пирс мечтает попробовать звереныша на зуб, — уж очень плотоядно он изучал летунью. Разве что не облизывался. Похоже, в Инарии знали о вампирах столь же мало, как и в Ренийской империи, хотя жители Южного Тансора и не скрывали специально информацию о себе. Да, после войны они редко куда-то выезжали, но в гости всех принимали охотно. Иные расы сами уже давно не интересовались бытом опасных кровопийц, даже посольств в Тансоре не держали. К ним никто не хотел ехать надолго — в гости или на работу, все боялись оказаться в роли еды, а потому бывали если только проездом.

Вампир нагло протолкался к воротам сквозь ряды солдат Инарии, благо гости инкубов двигались ближе к голове отряда, и остановился буквально в двух шагах от караульных, задрав голову. И Пирса не волновало, какое при этом он произвел на охранников впечатление. Шпион снова был занят решением задачи: как достать послание от сородичей?

Долго раздумывать не пришлось, мышь сама охотно, без зазываний слетела вниз и вольготно устроилась у него на плече. Она терпеливо дождалась, пока вампир снимет с лапки совсем крошечную плотную бумажку коричневого цвета, и лишь затем быстро поднялась в воздух и скрылась в небе. Инкубы вообще не заметили исчезнувшее в кулаке шпиона послание. Для них все выглядело так, будто кровосос упустил зверька, спланировавшего ему прямо в руки.

Пирс вернулся на свое место в толпе солдат и только там, затаившись между конями Ройса и Джера, рискнул прочитать шифровку. При этом он старательно делал вид, что просто чешет ладонь или оттирает с нее грязь.

Внезапно вампир резко рванул к советнику, схватил его за грудки и прокричал в лицо:

— Берегите артефакт пуще своих жизней! Головой за него отвечаете! Мне только что сообщили, что нашу часть этой ночью украли, несмотря на все ухищрения! Мне срочно надо возвращаться домой в Дампар!

И Пирс на полной скорости, огибая инкубов покрупнее и расшвыривая тех, кто поменьше, опять устремился к воротам в город. Но возле караульных он резко остановился, хотя его никто и не задерживал. Солдаты узнали советника правителя и без его распоряжений не решались что-либо предпринимать против сопровождаемых им лиц, даже если они несколько… необычного вида и расы.

— Где здесь ближайший алтарь Фехаты? — требовательно спросил вампир на инарском с нетерпением в голосе.

Каждый миг промедления выводил его из себя, хотя все равно уже было поздно, артефакт украли. Но теперь все силы Тансора будут брошены на поиски драгоценной пропажи и поимку преступников, и Пирс жаждал лично во всем поучаствовать. Это был тот случай, когда его желания полностью совпадали с указаниями оплошавшего и разгневанного начальства.

Один из караульных, поняв, что случилось нечто нехорошее и непредвиденное, сжато объяснил, куда идти, и шпион тут же рванул за ворота и свернул куда-то направо. С Ройсом и Джером он даже не попрощался — ни на словах, ни взмахом руки, ни взглядом.

Советник застыл соляным столбом, осмысливая произошедшее и прикидывая возможные последствия. Джер лихорадочно рылся в сумке, прижав ее к животу, и успокоился, лишь заметив доверенный ему Никором драгоценнейший артефакт. Он проверил, несмотря на то что был полностью убежден в его сохранности. А Ройс тихо спешился и подобрал с земли крошечную, почти незаметную бумажку шифровки, оброненную Пирсом. Раз вампиру она не нужна, ему пригодится… В общем, никто не обиделся на невоспитанность тансорца, все были слишком заняты.

— Джер, а у Ренийской империи есть посольство в Дампаре? — наконец, скинув оцепенение, спросил советник.

— Кажется, нет, — неуверенно ответил маг, который совершенно не интересовался политикой, все его свободное время было занято учебой и освоением никак не дающейся науки по созданию амулетов.

— А у вас имеются представители в Тансоре? — вмешался Ройс, адресовав инкубу почти аналогичный вопрос.

Причем он умышленно не уточнил, каких именно представителей имеет в виду — дипломатов, торговцев или шпионов, надеясь, что немного дезориентированный советник выдаст что-то полезное.

Но молодой инариец только тяжело вздохнул и с расстроенным видом покачал головой. И в принципе телохранитель ему поверил. В последние годы никто из разумных рас не поддерживал отношения с Тансором и Триитом. В обоих государствах было довольно опасно, сохранность жизни приезжим никто не гарантировал. Вампиров чурались уже давно, со времен последней войны, и даже начали считать, что кровопийцы сами стремятся к практически полной изоляции и не хотят видеть у себя праздношатающихся путешественников. А вот с Триитом многие периодически пытались наладить связь, да только местные дикие нравы и коварство в любом деле отталкивали от себя, там хорошо действовал только один закон — закон сильнейшего и хитрейшего.

— Думаю, вампиры сами сообщат новости в столицы всех стран и будут держать правителей в курсе того, как продвигаются поиски, — предположил Джер. — Ройс, нам надо бы побыстрее передать артефакт и возвращаться обратно.

— Так я не против. Советник, мы можем входить в город или есть препятствия?

— Да, конечно, двигаемся, — сказал инкуб, подавая сигнал военным.

Ройс, решив размять ноги, так пешком и отправился дальше, незаметно прислушиваясь к разговорам солдат. Но он мало что понимал, ведь инкубы общались на своем языке, щедро сдабривая беседу жаргонными словечками. Постороннему было сложно уловить в их потоке речи хоть что-то. В отличие от советника и командира этого воинского подразделения, простые инкубы не знали ренийского языка и не могли служить источником информации. Да и не хотелось Ройсу заговаривать с кем-либо и признаваться, что он их понимает.

Огромный отряд заполнил собой всю ширину улиц, по которым они продвигались к дворцу. Жители столицы были вынуждены сворачивать на перекрестках и пережидать процессию. Инкубы сопровождения внимательно следили за окнами прилегающих домов, чтобы не допустить покушения на гостей. Только советник мало что замечал из окружающего, он слишком погрузился в свои мысли. Но на подходе к величественной резиденции правителя он повернулся к посланнику Никора Второго и неожиданно поинтересовался:

— Джер, а откуда вампир узнал о произошедшей краже? Каким образом ему передали инструкции?

Советник практически игнорировал телохранителя при обсуждении вопросов, не касающихся быта и путешествия, он считал мага более компетентным источником информации. И Ройс на это совершенно не обижался, ведь в большинстве случаев к его коллегам вообще относятся как к пустому месту, а в Ренийской империи высокородные считают зазорным даже слово сказать чужому охраннику.

— Я не знаю, — сосредоточив взгляд на гриве мышастого коня, соврал Джер. — У вампиров свои способы и свои секреты, но Пирс и раньше при нас получал весточки из Тансора, поэтому вы не надейтесь на то, что он просто все выдумал.

— Не буду, — пообещал советник.

И действительно, он ни на секунду не усомнился в достоверности сообщения, ведь подобная шутка совершенно неуместна. У него в голове не укладывалось, как могли украсть артефакт у одной из самых опасных рас этого мира, в глубь территории которой не суются даже вездесущие купцы. Разве что кто-то из местных совершил преступление, пойдя на предательство. Но новость, конечно, оказалась для советника чересчур неожиданной и ошеломляющей. Вряд ли кто-то мог предположить, что пока весь мир, затаив дыхание, ждет вести об успешной перевозке одной части артефакта, выкрадут вторую! Курьеров Никора Второго пытались вычислить все кому не лень, именно у них божественную вещь забрать было проще всего. Вот и высший инкуб распорядился встретить посланников и обеспечить им охрану в Инарии. Но вышло так, что ренийцы с доставкой справились, тогда как вампиры оплошали…

Советник с хмурым видом передвинулся поближе к своему магу, выделенному правителем в помощь для выяснения личностей посланников императора Рении, и заговорил с ним.

Закусив нижнюю губу, Ройс внимательно вслушивался в слова, стараясь уловить смысл речи, и, кажется, это ему удалось. Он примерно понял, о чем допытывается инкуб у своего сородича. Похоже, советник интересовался, а не могут ли все вампиры общаться между собой с помощью мысленной связи наподобие той, что применял при телохранителе Джер.

Но четкого ответа на вопрос он так и не получил, ведь маг тоже мог лишь гадать и предполагать.

В общем, Ренийская империя и Инария были примерно в одинаковом положении: они не имели о Тансоре никаких сведений, кроме обычных, ничем не доказанных слухов и страшных историй прошлого, приукрашенных и обросших выдумками.

Глава 18. ОКОНЧАНИЕ МИССИИ.

В резиденции высшего инкуба Джеру и Ройсу выделили одни апартаменты на двоих, ведь телохранителя нельзя разлучать с нанимателем. Да и советник теперь боялся, как бы артефакт не увели у него из-под носа. Он лично проводил гостей до дверей комнаты и для надежности поставил рядом в коридоре целых двадцать воинов охраны. А выглянув в окно, маг обнаружил еще не менее тридцати инкубов, вытаптывающих клумбу внизу, на уровне первого этажа. Впрочем, ренийцы все понимали и полностью одобряли предпринятые меры.

Советник предложил магу и его телохранителю вымыться, переодеться, отдохнуть, а сам побежал на доклад к правителю. Он пообещал, что постарается устроить аудиенцию как можно скорее, но не гарантировал, что высший инкуб прислушается к его словам и примет их сегодня же. Мало ли какие у него запланированы дела… У правителя, вполне возможно, есть свое мнение по поводу того, что считать первоочередной задачей, и процедура принятия послов с артефактом стоит отнюдь не в верхних строчках списка. По сути, ему даже лучше, если еще несколько дней драгоценную шкатулку будут оберегать ренийцы, с помощью инарийцев, разумеется. Правда, и тянуть слишком долго высшему инкубу нельзя. Дипломатия — штука тонкая, в ней тоже есть свои негласные правила и законы. Так, если правитель Инарии немного повременит с аудиенцией, то это легко простят, списав на занятость, а вот если отложит встречу надолго… начнут шептаться, что инкубы боятся брать на себя ответственность. Хороший политик всегда должен чувствовать грань, которую лучше не перешагивать.

Ренийцы с удовольствием выкупались в огромных дубовых бадьях и, замотавшись в предоставленные слугами полотенца, принялись разбирать гардероб. Ройс оделся первым, так как мог себе позволить показаться на людях в не слишком новой и модной, но чистой рубашке. Никому и дела нет до того, во что он облачен. А вот Джер колебался и никак не мог сделать выбор между грязной мантией, в которой он досюда добрался от леса, и второй, с зашитым боком, — юноша неаккуратно ткнул в нее мечом на тренировке в поместье Гардияров. Оба варианта имели недостатки.

— Что же делать? — озадаченно размышлял вслух ученик магистра Элиота. — Так не хочется напяливать грязную мантию, хотя… я же не на голое тело. Ройс, а пятна на подоле очень видны?

— Ага, — не стал скрывать телохранитель.

Спокойно развалившись на огромной кровати, он наблюдал за волнующимся Джером, который словно на свидание собирался. Хотя на его месте он, наверное, тоже имел бы озабоченный вид. Как-то неудобно представлять империю, стоя перед разодетыми инарийскими придворными в грязном рубище. Получается ведь, что посланникам дали вполне достаточно времени, чтобы привести себя в порядок. И даже если аудиенция состоится сегодня, никто не будет слушать оправдания, что они только с дороги, что взяли с собой мало вещей, что еще не успели купить ничего нового. Везде ведь встречают по одежке… И если Ройсу сейчас плевать на этот факт, он для публики — пустое место в роли телохранителя, то Джеру действительно есть из-за чего переживать.

Маг отложил грязную мантию в сторону и развернул вторую. На первый, не слишком внимательный взгляд она ничем не отличалась от предыдущей. Покрой, длина и цвет — светло-серый — были абсолютно идентичны.

— Ройс, а шов на бедре не слишком заметен? — поинтересовался маг, размышляя.

— Тебе какой ответ, честный или тактичный?

— Наверное, лучше честный.

— Тогда, да, прекрасно заметен, и вряд ли здешний правитель и его придворные слепые.

— А если тактичный?

— Плюнь и надевай, — посоветовал телохранитель.

— Где же в этом ответе такт? — озадачился Джер.

— Его надо будет искать в поведении местной знати, — усмехнулся Ройс. — Ведь если они сегодня заметят стежки на мантии, то деликатно промолчат, им совершенно не с руки ссориться с тобой.

Джер признал правоту телохранителя и быстро облачился в залатанную мантию, а его сумка, заняв свое обычное место на боку, прекрасно скрыла шов. Маг и в резиденции высшего инкуба ни на минуту не выпускал артефакт из виду, опасаясь наглой кражи. В отличие от него, Ройс не цеплялся за свои вещи, ведь ничего ценного среди них не было. Пожалуй, самое дорогое, что имелось у молодого человека, — это оружие, но с ним передвигаться по дворцу нельзя. По закону за порог апартаментов и с ножом крупнее столового выходить категорически запрещается. Телохранителю в таких условиях стоит надеяться только на свои физические силы, подручные предметы типа подсвечников, канделябров и стражу здешнего правителя.

Пообедать ренийцы так и не успели, за ними довольно быстро пришел советник Гейнс. Как оказалось, он уже и с правителем поговорил, и ванну принял, и переоделся, и даже перекусил на ходу. Вот что значит опытный чиновник, который ни на секунду не выпускает ситуацию из рук! И правильно: он ведь лично отвечает за гостей и артефакт, спрашивать будут с него. А при дворе найдется немало желающих его подсидеть и занять пусть и нервную, но хорошо оплачиваемую высокую почетную должность.

— Высший примет вас прямо сейчас, — сообщил младший советник ренийцам. — Джер, захватите с собой артефакт и сопроводительное письмо.

— Я с ними не расстаюсь, — сказал ученик магистра Элиота. — Могу я взять с собой сумку?

— Да, и следуйте за мной. Правитель решил разобраться с вами, а после уже спокойно обдумать, чем он и Инария могут помочь вампирам в известном вам деле.

— Разве что кровью — чтобы представители их власти двигались бодрее, — в шутку предположил Джер.

— Если надо, значит, и ею, родимой, поможем, — неожиданно согласился инкуб, правда, без особого энтузиазма в голосе. После чего значительно тише поделился своим мнением по данному вопросу: — Честно говоря, я лучше передам в Тансор пол-литра собственной крови, чем лично туда поеду. В таком случае я себе намного больше этой жидкости попорчу!

— Вполне может быть, — кивнул маг, пристроившийся рядом с советником и идущий нога в ногу. — Я тоже никогда не мечтал побывать в Дампаре.

Позади них почти вплотную двигался Ройс, а дальше следовали инкубы из охраны. Навстречу не попалось ни души, словно всех заранее разогнали и запретили появляться в этой части резиденции.

Вопреки ожиданиям, ренийцев проводили не в тронный зал, а в обычный просторный и светлый кабинет, где собралось не более десятка особ. Очевидно, только самые приближенные, находящиеся в курсе дела относительно артефакта. Как ни странно, среди них были и две женщины, скромно подпирающие одну из стен. Мужчины сгрудились напротив, что-то живо обсуждая между собой. Обстановка в комнате оказалась не слишком официальной, хотя сам высший инкуб восседал за столом, наблюдая за подданными. Это был красивый мужчина в летах, с немного резкими, но гармоничными чертами лица. На лбу у него поблескивал тонкий золотой обруч, в темных, чуть вьющихся волосах серебрилась седина.

Джер еще с порога начал отвешивать все положенные по этикету поклоны, а Ройс в это время спокойно стоял у него за спиной и изучал лица окружающих. Поверх рубашки у телохранителя хорошо выделялся кругляш именного знака, подтверждающего статус. По иронии судьбы подопечному Дартиса и не требовалось как-то заявлять о себе, словами или жестами выражать уважение, желать доброго дня. Он вообще присутствовал на правах мебели, которая вроде и есть в комнате, но специально обращать на нее внимание нежелательно, не принято это. Хорошая мебель должна стоять на своем месте и быть незаметна!

Высший инкуб дождался, когда посланник Никора выпрямится, и быстро-быстро заговорил на своем языке, обращаясь с пространной речью. Очевидно, он торопился закончить с формальностями и перейти непосредственно к тому, ради чего все собрались в кабинете. Джер молча стоял, не смея перебить, но почти ничего не понимая из сказанного. И наверное, его лицо при этом имело весьма красноречивое выражение.

К счастью, советник не знал о том, что оба гостя худо-бедно, на разном уровне владеют их языком, он именно поэтому целую неделю старательно общался с ними на ренийском. При Гейнсе ни Ройс, ни Джер даже слова не произнесли на инарском. Телохранитель не желал выдавать свои возможности и намеренно вводил в заблуждение встретивших их инкубов. А ученик Элиота полагал, что, если он перейдет на язык хозяев, это будет невежливо по отношению к вампиру и Ройсу, ведь вряд ли его спутники настолько хорошо образованны. Вот так и получилось, что маг тоже невольно обманул младшего советника.

— Я переведу, — вызвался Гейнс, обращаясь к молодым людям на ренийском. — Если коротко и по существу, то правитель приветствует вас в Иласе и выражает надежду, что путешествие прошло хорошо и не сильно утомило дорогих гостей. Или желаете полный вариант?

— Нет-нет, и так пойдет, — заверил Джер.

— Ну тогда я сейчас двину ответную речь от вашего лица, после чего сразу можете смело вручать высшему артефакт.

— Подождите, мне же, наверное, самому надо все сформулировать, — спохватился ученик Элиота.

— Зачем? Для создания видимости что-то вы мне и так сказали. Поверьте, правителю без разницы, мы только время теряем.

И советник бодро затараторил, глотая окончания и звуки. Складывалось ощущение, что у него или слишком хорошо подвешен язык, или ответ заранее заготовлен и выучен и применяется при приеме любых гостей, меняются только их имена. Джер и слов-то столько не успел произнести, сколько уже выплеснул на правителя Гейнс. Впрочем, если высший инкуб и заметил это, то тактично промолчал, ведь обмен приветствиями и любезностями — бесполезная формальность, которую приходится соблюдать ради придворных, ради истории, ради традиций. Да и на пару десятков нормальных, понимающих визитеров вполне может найтись один крючкотвор, зацикленный на дотошном соблюдении всех правил вежливости и приличия, так что отменить вступление нельзя.

Ни Джер, ни тем более Ройс не вмешивались в тщательно поставленный и отрепетированный спектакль. Роли давно уже были распределены, и все актеры прекрасно знали свои реплики. Импровизация только помешает, внесет сумятицу и отберет драгоценное время.

Посланник Никора Второго дождался тишины, в подтверждение слов Гейнса отвесил легкий поклон, почти кивок, и полез в сумку. Шкатулку и сопроводительное письмо он заранее положил сверху, так что обошлось без заминок. Держа драгоценные вещи на уровне груди, Джер сделал шаг вперед, к столу высшего инкуба, но был остановлен.

— Подождите! — сказал младший советник, прислушиваясь к словам, которые ему тихо нашептывал местный придворный маг. Его должность легко определялась по ярко-зеленой мантии, подол которой достигал самого пола. — Пусть телохранитель возьмет у вас шкатулку, откроет и отойдет с ней к окну для точности результатов проверки. Мы должны убедиться, что от переданной вами вещи действительно исходят эманации божественной силы, что это артефакт, а не ловкая подмена. Извините, но так положено, да и вам спокойнее будет.

— Хорошо, проверяйте, — согласился Джер.

Он передал Ройсу шкатулку, после чего снял с шеи ключ и тоже вручил телохранителю. Письмо маг решил пока оставить у себя, так как инкубы им не заинтересовались.

Телохранитель, повинуясь указанию пальца Гейнса, удалился к самому крайнему окну возле входа, поставил деревянный ящичек на подоконник и принялся отпирать.

— Ройс, только внутрь не заглядывать и держать артефакт на вытянутых руках, подальше от себя, — спохватившись, добавил советник, во имя момента соизволив даже напрямую обратиться к человеку подобной профессии при вышестоящих лицах.

— Понятно, — отозвался парень, откладывая ключ в сторону, так как замок уже тихо щелкнул. Правда, звук был слышен только ему.

Ройс развернул шкатулку таким образом, чтобы крышка открывалась на него, и повернулся лицом к столу высшего инкуба, хотя до этого стоял боком. Парень не собирался рисковать, он хотел дословно выполнить все указания. Конечно, интересно узнать, что такое миниатюрное, принадлежавшее раньше его покровителю Дартису, Никор передает правителю Инарии, но лучше при встрече спросить об этом своего дальнего родича. Телохранитель максимально отдалил от себя артефакт и лишь после этого кончиками пальцев медленно приподнял крышечку шкатулки.

Изнутри не показалось нестерпимое сияние, не распространился дивный аромат, ничего не вылетело. Событие прошло без всяких эффектов, которые можно было бы зафиксировать хоть одним из органов чувств обычного человека или инкуба. Только маги, судя по восторженным лицам, уловили нечто необычное. И Джер, и его инарийский коллега бормотали под нос заклинания, одновременно пожирая шкатулку жадными взглядами.

Наконец инкуб в ярко-зеленой мантии неохотно отвернулся и шепотом сообщил о своих впечатлениях советнику. Правитель вместе со всеми терпеливо ждал, когда его ознакомят с выводами. Или, возможно, просто не считал нужным просить словесного подтверждения тому, что понял по пантомиме.

— Артефакт на месте, — произнес Гейнс по-прежнему на ренийском. — Можете так же осторожно опускать крышку и передавать шкатулку и ключ от нее нашему магу, он сам запрет.

Ройс выполнил указания, а когда отвернулся от инкуба в мантии, то наткнулся… на хрупкого на вид, поразительно красивого юношу с накрашенными губами. Парнишка, улыбаясь, попытался томно заглянуть ему в глаза. В первый момент телохранитель не понял, в чем дело. Однако потом заметил, что, пока он стоял спиной к своему нанимателю, к Джеру с двух сторон подскочили красавицы суккубки и подхватили под руки. Жизни мага ничто не угрожало, однако его рассудок опять оказался ввергнут в пучину чувств, из которой было не выбраться без посторонней помощи. Посланник Никора глупо улыбался и вряд ли был способен нормально соображать.

Похоже, советник Гейнс учел ошибку предательниц Фреи и Инасы, о которой Ройс сам ему рассказал, сделал выводы и теперь попытался воздействовать сразу и на Джера, и на его телохранителя. Все было выверено и рассчитано, у ренийцев не оставалось шансов что-либо понять и воспротивиться власти существ, от природы обладающих особым даром. Инкубы не догадывались, что в их действия закралась одна небольшая промашка…

Телохранитель, напрягшись, замер на месте, оценивая ситуацию. Даже ради важного государственного дела он не был готов позволить лапать себя парню. Да и высший инкуб явно затеял это «соблазнение» с каким-то умыслом, а не чтобы доставить удовольствие посланникам венценосного коллеги. Ройсу хотелось выяснить подоплеку подленькой акции, но он не знал, как долго сможет водить присутствующих за нос. В любой момент его мастерства актерской игры может не хватить, и тогда сквозь тщательно созданную маску проступит реально испытываемое отвращение.

К счастью, страхи телохранителя оказались напрасны. Накрашенный и надушенный инкуб просто стоял поблизости и не лез обниматься. Он изо всех сил улыбался, изредка поглядывая на советника, будто ожидая его одобрения. Ройс в ответ тоже приподнял уголки губ и постарался скопировать глуповато-восторженный вид Джера. Ему не жалко, а людям приятно… Старались все же, планировали…

— Подействовало, амулетов на них точно нет, — подал голос высший инкуб.

Ройс с трудом, но все же разобрал и перевел его высказывание. За неделю пути он здорово подтянул инарский, хотя раньше думал, что подобное знание ему не пригодится в жизни.

— А что теперь делать? — с неожиданной паникой в голосе поинтересовался у правителя хрупкий инкуб-соблазнитель. — Я не готов целоваться с этим накачанным ренийцем. Я не гей, а переводчик!

— Молчи и не нервничай! С языковой проблемой мы и без тебя справились, а вот на роль девушки для телохранителя больше никого не нашлось, — отозвался правитель.

— И улыбаться не забывай, чтобы его рассудок плыл и дальше, — цыкнул на паренька советник. — Больше огня в глазах! А то что это ты смотришь, как пришибленный?!

Ройс, разобравшись в смысле иностранных слов, ощутимо расслабился и с облегчением перевел дыхание. Да здравствует произвол властей! В наступившей тишине, пока горе-соблазнитель пытался выполнить задачу, выдох телохранителя прозвучал довольно громко.

— Ой! — чуть ли не подпрыгнул на месте несчастный инкуб, не вовремя попавшийся под руку правителю и его младшему советнику. — Я не могу! Он еще и томные вздохи издает. Меня сейчас стошнит!

— Какие нежные у меня подданные, — проворчал высший. — И хоть бы один подходящий типаж среди них нашелся! А ну без истерики!

— Если что, справа есть подходящий вазон на случай острого приступа тошноты, — шепотом подсказал придворный маг Инарии и, прижимая шкатулку к груди, поспешил к выходу.

Ему надлежало надежно спрятать переданный артефакт и обеспечить ему хорошую охрану. Он не собирался участвовать в политических разборках, это не его специализация.

Больше желающих покинуть помещение не нашлось, да и повода не было, чтобы отвертеться от роли зрителя в некрасивом во всех смыслах спектакле.

Напоследок, перед тем как выйти, инкуб в зеленой мантии запросто приподнял крышку, полюбовался на спрятанную под ней вещицу и пообещал:

— Я позабочусь об артефакте. У меня он не пропадет, как у этих разинь вампиров!

Взмахом руки правитель поторопил своего мага, чтобы тот не мешал разбираться с ренийцами, после чего приказал советнику:

— Гейнс, начинай допрос. И поделикатнее, сильно не наглей, иначе они могут очнуться. Хотя не должны, ведь они уже больше пятнадцати минут находятся под нашим воздействием.

— Джер, — обратился советник и на ренийском поинтересовался: — У вас есть агенты, шпионы в Дампаре или вообще в Тансоре?

— Не знаю, — отозвался юноша с придыханием.

Улыбка не сходила с лица мага, ведь суккубы гладили его по плечам и спине, целовали шею и лицо, оставив свободным лишь рот для ответов, и прижимались своими телами. Они ничуть не смущались присутствием посторонних и правителя в частности.

Ройс еле находил в себе силы, чтобы отводить взгляд и не пялиться на происходящее. Он завидовал Джеру, хотя и понимал, что зря. Просто чувства плохо поддавались контролю, в присутствии суккубок он сам себя не узнавал и не понимал. Но трезвомыслящая частичка разума и сейчас твердила: хорошо, что женщины старались обольстить не его, а направили все свои усилия на ренийского мага.

— Что в империи выяснили про артефакт и его использование? — продолжил спрашивать советник.

— Не знаю, — повторил Джер. С ним действительно никто не делился подобными сведениями.

Гейнс досадливо поморщился, подошел поближе к допрашиваемому, забрал конверт с сопроводительным письмом и немного изменил формулировку:

— А что о пользе артефакта можешь сказать лично ты? Твои выводы?

— В лесу он… — живо начал говорить Джер, но прервал свою речь восклицанием: — Ай, Дартис!

Это Ройс, якобы желая подвинуться к советнику, которого предпочел накрашенному инкубу, запнулся и мимоходом ткнул мага в болевую точку на боку, чтобы не болтал лишнего. Ради дела телохранитель решил «вспомнить» о своей влюбленности в Гейнса. Если что, этот факт может подтвердить присутствующий здесь же, в кабинете, командир отряда охраны.

Джер забыл, что хотел сказать, и снова переключил все внимание на ласкающих его суккубок. Ройс, чтобы не испытывать свою силу воли, повернулся к магу спиной и из озорства принялся томно заглядывать советнику в глаза. Пример, как это делается, он получил совсем недавно и еще не успел изгнать из памяти…

Естественно, Гейнс почувствовал себя неуютно, занервничал и приказал переводчику, который должен был очаровывать телохранителя:

— Подойди сюда и постарайся снова привлечь внимание человека. Ну, там, рубашку расстегни, например.

— Чью? — дрожащим голосом уточнил бедный инкуб, нерешительно пристраиваясь под бок Гейнсу.

— Хоть его, хоть свою! — раздраженно ответил советник. — Ну не мою же!

— А почему бы и не вашу? — осмелился предложить парень. — Вы сами рассказывали, что рениец всю дорогу намекал на установление более близких отношений именно с ва…

Хрупкий инкуб не договорил, так как бессовестный сородич весьма профессионально, на взгляд Ройса, но незаметно для остальных присутствующих ткнул его в уязвимое место на шее, замаскировав движение под дружеское похлопывание. Гейнс явно специализировался не только в дипломатии…

— Та-ак, — подал голос правитель, которого не обманула заминка и недосказанность. — Советник, становись сам вместо этого молокососа, хватит искушать судьбу. Вдруг телохранитель сейчас очнется? Видишь же, что он тобой интересуется, а не худосочным переводчиком.

— Ваше вышество! Но я не по этому делу!

— Ну нет у меня под рукой геев, так что не капризничай, как барышня. Интересы державы требуют.

— Вазон для блевания справа, — чуть ехидно передал информацию переводчик и быстро убрался к стене, встав рядом с остальными мужчинами.

— Гейнс, продолжай допрос, — приказал высший инкуб.

Советник кивнул и обратился к магу:

— Джер, так что ты можешь сказать о полезных свойствах артефакта? Твои… А-а-а! Руки убери!

Это Ройс, стараясь отвлечь внимание инкуба и помешать сформулировать вопрос до конца, решил воспользоваться его же указанием. Представив, что перед ним манекен с одеждой, он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки Гейнса.

— Не отвлекайся, мы так никогда не закончим, — укорил советника правитель. Он хотел получить хоть какие-то результаты, оправдывающие их авантюру.

— Ройс, сделай мне приятное — отойди на два шага, — попросил Гейнс, постаравшись изобразить ласковую улыбку. Однако вышло больше похоже на оскал.

Но телохранитель уже почувствовал полную безнаказанность и решил и дальше доводить молодого советника. Он не мог позволить Джеру выболтать даже крупицу информации и очень надеялся, что инкубы первыми не выдержат и прервут сцену. Поэтому Ройс, усмехнувшись, переспросил:

— Приятное? Сейчас, дорогой. Вот избавлю тебя от лишних предметов одежды… — И он потянулся ко второй пуговице.

Гейнс мужественно попытался продолжить допрос, отступая к столу высшего инкуба. Он нервничал, но терпел, пока настойчивый рениец раз за разом стремительными наскоками высвобождал мелкие кругляши из петель. Но только, к сожалению, пуговиц было отнюдь не бесконечное количество. Когда Ройс, потешаясь в душе, двумя пальцами начал стягивать с советника рубашку, тот не выдержал. Он резко ткнул в болевую точку на руке телохранителя, проигнорировав последствия своего действия и возможное недовольство правителя. Гейнс оказался не готов унизиться, поправ свою гордость, на глазах у старших коллег и других высокопоставленных сановников, присутствующих в кабинете. Хотя он понимал, что высший инкуб и так не позволил бы делу зайти слишком далеко.

Ройс без всякой игры скривился от боли и, воспользовавшись возможностью, которой добивался с самого начала, сделал вид, что пришел в себя. Он быстро заморгал, а потом обвел комнату взглядом, пытаясь отразить в нем растерянность.

— Что здесь происходит? — поинтересовался телохранитель, задержав взгляд на суккубах, вьющихся вокруг мага.

— Вы… э-э-э… случайно временно потеряли сознание. Просим прощения, мы не учли, что вас не снабдили амулетами, — принялся объяснять советник. — А дамы, воспылав к вашему уважаемому магу взаимными чувствами, немного увлеклись.

— Ну да, ну да, — покивал Ройс, не желая раздувать скандал.

Повинуясь короткой команде Гейнса, произнесенной на инарском, суккубы отошли от Джера. До этого они не понимали, что происходит, а потому продолжали выполнять поставленную перед ними задачу.

Телохранителю пришлось изрядно постараться, чтобы привести нанимателя в чувство: неискушенный юноша совсем потерял голову и минимального воздействия оказалось недостаточно. Бить мага по щекам при правителе Инарии Ройс счел не лучшим решением.

— Ой! — схватился Джер за шею в том месте, куда пришлось легкое с виду, но точное и весьма болезненное нажатие пальца телохранителя. — Что случилось?

— Потом объясню, — коротко ответил Ройс, не желая вдаваться в подробности и пичкать мага той же ложью, которой пытались обмануть его. — Лучше подумай, может, нам уже пора в обратный путь?

— Конечно! Гейнс, правитель не очень обидится, если мы откажемся воспользоваться вашим гостеприимством и не будем задерживаться в выделенных апартаментах?

— Ничуть. Не волнуйтесь, я сам попрощаюсь за вас с правителем и даже провожу до ворот.

— Советник, ты уладил дело или нас ожидает дипломатический скандал? — не выдержав, поинтересовался высший инкуб на своем языке.

— Все в порядке, претензий к нам нет, но ренийцы хотят уехать сегодня же, как и собирались, — скороговоркой доложил Гейнс, так что Ройс едва сумел перевести его слова. — Разрешите сопроводить?

— Давай, но после ужина ты должен быть здесь, в кабинете. Надеюсь, ты сам понимаешь, что очень проштрафился, и теперь тебе придется постараться, добывая сведения из Тансора, чтобы загладить свою вину.

— Слушаюсь, — чуть поклонился правителю младший советник, а потом обратился к Джеру: — Все в порядке, мы можем идти.

Телохранитель сразу начал пятиться к двери, а магу пришлось проделать кучу положенных по этикету церемониальных движений, на которые высший инкуб взирал со скукой на лице. И лишь Гейнс как привилегированная персона нормально вышел в коридор, где и остановился, поджидая вверенных его заботам гостей.

Для начала он все-таки предложил потратить еще толику их драгоценного времени и нормально пообедать, а уж потом забрать вещи из комнаты и отправиться в путь. Джер согласился, да и Ройс не стал отказываться от еды. Даже если им удастся сегодня проехать всего пару часов — и то хорошо. Оба не хотели дольше необходимого задерживаться в Иласе, рискуя надолго потерять себя, поддавшись чарам местных женщин. К тому же тревожные новости из Тансора подгоняли. Маг ничего не помнил о последних минутах, проведенных в кабинете, но начал догадываться, что могло там произойти. Однако Джер не слишком волновался. Он надеялся, что Ройс не допустил непоправимой катастрофы, ведь вряд ли телохранитель нашел суккубок привлекательными. Да и какие секреты мог выболтать простой ученик придворного мага? Шкатулку с артефактом он передал, про нее инкубы и так знают. А других тайн ему никто не открывал и не просил хранить молчание. Хотя некоторые моменты из своего путешествия Джер и сам предпочел бы скрыть от посторонних, доверив только учителю и императору.

— Ох, — вздохнул посланник Никора, направляясь из столовой в апартаменты за вещами. — Как же не хочется опять идти через этот лес Потерянных Душ! Не представляю, как мы сами, без вампира, справимся с кем-то вроде пылевиков!

— Это кто такие? — встрял советник, заинтересовавшись новым словом.

— Легионеры Мергатока, — отмахнулся Джер. — Ройс, а ты уверен в своих силах? Может, еще одного охранника нанять?

— Даже не знаю. Вряд ли кто-то из простых наемников сравнится с Пирсом, а выпускника АТеРа ты здесь точно не найдешь. Придется рискнуть.

— Эх, через Тансор обходить слишком долго и, по-моему, тоже небезопасно. А может… мне выбрать покровителя и переместиться в Сархейм через алтарь бога? — задумался маг.

— Как хочешь, — не стал прямо отговаривать Ройс, хотя и был удивлен подобным желанием. — Только не спеши, взвесь свое решение, вспомни, что выбор принес мне…

— Я же не собираюсь связываться с Дартисом, а на Ароя и Мергатока никто из людей, встреченных нами по дороге, не жаловался. Вон, Окланд, Торсон и большая часть гвардейцев, находящихся под их командованием, живут себе и не тужат. Тебе просто не повезло.

— Все может быть, — признал Ройс, но в его голосе все равно слышалось сомнение.

— В лесу риск гораздо больше, теперь ты и сам знаешь, — принялся доказывать Джер. — Мало ли в какую еще ловушку прошлого мы можем угодить! А насчет нашего договора не стоит волноваться, он потеряет силу, едва я окажусь в Сархейме. Так что ты сможешь спокойно доехать через земли вампиров с каким-нибудь караваном.

— Лучше через лес махну, — не согласился молодой человек. — А что касается контракта… Я лично прослежу, как ты становишься на алтарь, чтобы переместиться в столицу. Известны случаи, когда телохранители и их клиенты добирались до необходимых мест через камни разных богов, и ничего, пока никого не убило. У нас ситуация не аналогичная, но весьма похожая. Все равно выйдет, что я помог тебе безопасно вернуться обратно, способ не столь важен.

Советник не вмешивался в этот спор, хотя и внимательно ловил каждое слово. Собственно говоря, ему было все равно, как ренийцы собираются действовать дальше, инкубов это уже не касается. Главное, чтобы они живыми и здоровыми переступили границу Инарии. Но уж если гости сумели пересечь лес, да еще и в рекордно короткие сроки, будто скакали сломя голову без отдыха, не останавливаясь ни днем ни ночью, то точно не пропадут в обжитых землях.

— Гейнс, где тут у вас ближайшие алтарные камни? — с решительным видом спросил Джер.

— На площади перед резиденцией, мы сегодня проходили мимо них, если вы помните.

— Проводите меня к ним, пожалуйста.

Ройс и Джер зашли в апартаменты, где осталось их оружие. Маг щедро отсыпал телохранителю империалов на обратную дорогу и попросил, чтобы тот, как только окажется в Сархейме, пришел к нему за окончательным расчетом. Племянник командующего и сам не собирался пренебрегать лишними деньгами, он не хотел поступать, как гордый глупец. Ничего, авось казна не разорится.

Покончив со сборами и приготовлениями, ренийцы последовали за Гейнсом на площадь. Ройс шел спокойно, испытывая облегчение от того, что немного тяготившая его связь наконец будет разорвана, договор ликвидируется и он снова станет свободен. Джер заметно волновался, хотя и пытался казаться беспечным. Но отступать от своего решения маг не собирался, за время путешествия он понял выгоду служения богам. Большинство продолжают жить своей жизнью, но получают возможность пользоваться алтарем. Просто надо сделать правильный выбор, который не доставит хлопот, и не забывать про подношения. Боги ведь не стремятся поминутно вмешиваться в дела своих подопечных, зато Джер сможет надеяться на помощь в том случае, если опять столкнется с древней ловушкой. Вот только он до сих пор не понял, то ли это Дартис присматривал за Ройсом в лесу, то ли это было что-то иное. А может, и артефакт, отданный инкубам, сыграл свою роль, помогая единственному служителю бога меткости?

— На роль подопечного Элота Доброго я не гожусь, — вслух логично рассудил ученик магистра Элиота. — Поклоняться Терре Кровавой, Мергатоку Воинственному или Фехате Коварной я не хочу, не люблю оружия, крови, хитрости и интриг. Унара Прекрасная, наверное, меня не примет, к Дартису обращаться бесполезно… и опасно. Значит, остается Арой Справедливый.

— Действительно, он лучше подойдет к твоему характеру и мировоззрению, — подтвердил Ройс, не желая остаться в стороне. Он не хотел, чтобы и Джер ошибся в выборе, а потом всю жизнь страдал, пожиная плоды. — Только ты возле камней осторожнее будь, соседние не задень. И палец лучше порежь прямо над алтарем, чтобы кровь, если будет капать, сразу попала в нужное место.

— Спасибо за заботу, я все учту, — ответил маг.

— А вон и камни показались, — подал голос младший советник. — Их здесь у нас восемь, но вы не обращайте внимания на лишний, он остался еще с незапамятных времен, когда богов было больше. Пережиток прошлого, так сказать. Судя по сердечку на вершине, этот алтарь принадлежал богине любви, наш народ дольше всех помнил о ней.

Ренийцы подошли ближе и действительно насчитали восемь громад, хаотично разбросанных в самом центре площади. Жители и гости столицы предусмотрительно огибали это место по широкой дуге, не рискуя подходить на расстояние вытянутой руки. Поговаривали, что раньше у каждого был свой покровитель, а ныне это стало уделом единиц. Кому-то условия диктовала профессия, кто-то решался сделать выбор из авантюризма, некоторые просто оказывались в отчаянии и надеялись, что бог им поможет.

— Ройс, помоги-ка мне найти алтарь Ароя, я никогда не интересовался богами и не разбираюсь в их символах, — попросил Джер.

— Ты точно не передумал? Уверен, что хочешь взвалить на себя дополнительные обязанности и позволить кому-то еще помимо императора вмешиваться в свою жизнь и командовать? Не обольщайся одними преимуществами, — в последний раз попытался воззвать к здравому смыслу мага единственный подопечный Дартиса.

— Курьеры, лекари и другие телохранители не жалуются, так что и я роптать не буду, — заявил Джер. — Я хочу побыстрее доложить императору о сам знаешь каком происшествии на поляне и рассказать учителю про ловушки леса.

— В таком случае удачи тебе, — пожелал Ройс и пошел рассматривать знаки на камнях.

Гейнс остановился чуть поодаль, не желая рисковать, петляя по узким проходам. Джер пока тоже остался рядом с ним, ожидая сообщения от телохранителя. Не хватало еще где-нибудь запнуться и неловко облокотиться об алтарь Фехаты Коварной! Ведь не успеешь очнуться, как окажешься навечно с ней связан!

Сначала Ройс наткнулся на камень своего покровителя, Дартиса, и с усмешкой подумал, что опять пришел с пустыми руками, без подношения. Видимо, судьба у бога такая: терпеть нерадивого служителя. С недавних пор парень начал немного сомневаться в том, что именно это могущественное существо, давно не откликающееся ни на один призыв, виновато в его проблемах. Какая-то связь точно есть, ведь мучители используют стрелковое и метательное оружие, но телохранитель все больше склонялся к мысли, что Дартис не стал бы уподобляться Терре Кровавой. Да и кем могут быть фигуры в серых балахонах, если бог давно забыт своими почитателями? Про других реальных, живущих в этом мире служителей Дартиса Ройс не слышал, и Крис бы раскопал, если бы таковые существовали.

Алтарь Ароя Справедливого обнаружился как раз напротив алтаря Дартиса. Затертый символ еле просматривался на вершине, но ошибка была исключена.

— Эй, Джер, тебе сюда, — позвал телохранитель, отходя к камню своего покровителя, чтобы дать магу больше места для маневров. Это он теперь может безбоязненно прикасаться к любой глыбе, а нанимателю лучше быть осторожным.

— Я тут подожду, — сказал советник, предпочтя держаться поодаль.

Ученик Элиота добрался до указанного алтаря, держась середины узких проходов. Предки не считали необходимым занимать лишнее место, если все можно расположить компактнее. Джер замер перед камнем, собираясь с духом для осуществления судьбоносного действия, в руках он вертел небольшой ножичек, примериваясь к пальцам.

— Н-да, оказывается, сложно решиться порезать самого себя, — констатировал маг. — Эх, зато минута легкой боли — и я в Сархейме.

— Хочешь, помогу? — предложил телохранитель.

— Нет, спасибо. Неизвестно, как на это отреагирует магия, заверившая наш контракт.

— Как хочешь, — пожал плечами Ройс, решив устроиться поудобнее в ожидании клиента.

Парень нагло уселся прямо на алтарь Дартиса, подумав, что сам ничем не хуже подношения… Все-таки он один такой дурак, избравший игнорирующего человечество бога.

— Ради быстрого возвращения домой, — сказал Джер, аккуратно ткнув самым кончиком ножа подушечку у основания большого пальца левой руки.

Этого вполне хватило, чтобы выступила кровь. Он рассудил, что целые пальцы ему еще для других дел пригодятся.

— Я тоже был бы не прочь мгновенно добраться домой, да только придется тащиться через лес, — пожаловался телохранитель… и вдруг исчез.

Джер резко обернулся и успел заметить лишь слабое затухающее сияние над камнем. Он неосмотрительно приблизился к алтарю Дартиса, заволновавшись о судьбе Ройса, даже не поленился оббежать вокруг, чтобы убедиться, что его не разыгрывают. Но телохранителя в обозримом пространстве не было!

— Лошадей я вам с караваном через Тансор перешлю, а сейчас мне срочно надо в резиденцию высшего инкуба, — вдруг громко заявил младший советник и со всех ног, с неприличной для его должности скоростью кинулся прочь. Докладывать о произошедшем побежал. Ведь только что на его глазах случилось невероятное — сработал алтарь Дартиса, который бездействовал несколько сотен лет!

Растерянный маг один остался стоять среди камней, испытывая легкое беспокойство. Он мог лишь догадываться, куда занесло Ройса, и очень надеялся, что это место — Сархейм.

Наконец он спохватился, что рискует мазнуть своей кровью камень совсем не того бога, которого выбрал, и быстро переместился к затертому изображению весов. Надо было довести начатое до конца, поздно уже идти на попятную. К тому же у Джера появилась еще одна причина поскорее оказаться в столице Ренийской империи. Парень желал удостовериться, что Ройс попал именно туда, и убедиться, что договор ничем ему не повредил. А если маг в ближайшие пару минут не окажется в стенах Сархейма, то в итоге обнаружит лишь хладный труп.

Джер быстро приложил кровоточащую ладонь к поверхности алтаря бога справедливости и четко произнес:

— Прошу помощи и покровительства, Арой. Отныне я буду служить твоим интересам.

Камень мягко засветился, по телу парня от руки прокатилась освежающая волна, а потом он почувствовал в груди легкое покалывание. Это татуировка заняла надлежащее ей место. Желая убедиться, Джер оттянул ворот мантии и рубашки и действительно рассмотрел синее пятно над сердцем. Порывшись в сумке, он вытащил очень слабенький, но дорогой его сердцу амулет, так как это был первый удавшийся образец собственного изготовления, и возложил подвеску на алтарь. Вещица не содержала драгоценных металлов, одну медь, могла только один раз отвести стрелу от своего владельца, но зато она работала! Джер изготовил ее около полугода назад под руководством учителя и, не пользуясь, просто возил с собой.

Арой принял подношение, амулет за считаные секунды будто впитался в камень. Хотя проследить за процессом ученик магистра Элиота не смог, уж слишком сильное сияние образовалось вокруг. Едва свет рассеялся, парень нерешительно забрался на плоскую вершину и робко, путаясь, попросил вслух:

— А можно мне в Сархейм? Или нет, лучше поближе к Ройсу, и хорошо, если он там.

И буквально через несколько секунд, сморгнув от вспышки света, он обнаружил, что пейзаж вокруг кардинально изменился… Вместо простора площади вокруг высились темные стены незнакомого святилища с четырьмя алтарями в центре, на одном из которых он теперь и стоял.

Глава 19. ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.

Рения, кабинет Никора Второго

По ковровой дорожке взад-вперед в сильном волнении и гневе метался император, чувствуя, что пространства большого кабинета ему уже не хватает. Перед ним, вытянувшись по струнке, стояли срочно вызванный с границы командующий алани Мариот Арито и некий Крис, а чуть поодаль, возле стеночки, пристроился хитроумный магистр Элиот, чтобы не попасть вместе со всеми под горячую руку. Лично он вообще случайно влез во все это дело, так как неудачно оказался в комнате, когда Никору доставили небольшое письмо, облепленное кучей всевозможных печатей. А иначе император вряд ли стал бы делиться с ним проблемой, потому что давно старался ни к чему не привлекать его лишний раз. Хотя сейчас дело немного касалось магии. И Элиоту теперь, как и остальным, было не по себе от масштабов катастрофы и от того, что к увеличению неприятностей он сам по незнанию приложил руку…

Наконец император резко остановился прямо перед Крисом и издал грозный рык:

— Где, где глава моей разведки? Почему о краже артефакта у вампиров я узнаю только через четыре дня и по официальным каналам?! Поувольняю всех! Как можно не знать, где находится собственное начальство?! Он же не иголка в стоге сена — фигура заметная. Даю минуту на размышления.

Оробевший перед правителем Крис даже рот теперь боялся открыть, не привык он получать нагоняй на столь высоком уровне. И что он может сказать? Большая часть агентурной сети создавалась не им и подчинялась не ему. Что-то он сейчас контролировал, но не все, ведь ему никто не успел официально передать дела, начальник и сам только недавно закончил наладку работы шпионской сети, оставшейся от предшественника, которого он сменил на посту. И, как назло, Крис действительно не мог выяснить, что случилось с отлучившимся шефом, вокруг его исчезновения развели сплошную секретность! Даже слухи, и те не просачивались к народу и чиновникам помельче.

Он уже хотел было честно покаяться, но тут дверь в кабинет открылась без стука и на пороге показались двое молодых людей. Тот, что впереди, пер в комнату, как к себе домой.

— О! А вот и начальство само пожаловало! — радостно воскликнул Крис.

— Тот бледный, хрупкий юноша? — удивился алани Мариот.

— Нет, рядом, — со счастливой и облегченной улыбкой поправил Крис.

Он был рад не только тому, что оказался частично избавлен от гнева Никора, но и тому, что глава разведки цел и невредим.

— Ройсвен! Где тебя носило?! Почему тебе на месте не сиделось?! Ведь даже не все агенты предупреждены, что ты временно выбыл из игры! — тут же накинулся император на новое лицо.

Ройс, совершенно не растерявшись под градом резких вопросов, с хитринкой покосился на изумленного подобной встречей дядю и четко отрапортовал:

— Согласно распоряжению старшего родича учился ответственности, осваивая профессию телохранителя.

— А ответственности за своевременное снабжение собственного императора и дальнего родственника нужной информацией тебе что, не хватило?! — возмутился Никор. — Какой идиот оставил меня без главы тайной канцелярии?! Ройс, кто там возглавляет твой род? А то, извини, запамятовал совсем, привык звать тебя неофициально, по имени. Бернолдс, кажется? Я этого алани сейчас самого в Ассоциации телохранителей запру!

— Боюсь, тогда у вас опять появятся проблемы, но уже с армией, — усмехнулся Ройс.

— Это еще почему?

— Потому что мой дядя, алани Мариот Арито, как раз ее возглавляет… А к роду Бернолдсов принадлежала моя мать.

Император с недоумением посмотрел на своего растерянного командующего. Вот от него он точно не ожидал подобного саботажа.

— Мариот, что все это значит? — поинтересовался Никор.

— Да ладно, ни к чему вам влезать в наши небольшие семейные разборки, — попытался Ройс защитить дядю. — Вышло у нас одно маленькое недоразумение, ерунда. Сейчас главная проблема — это наглая кража из-под носа у вампиров второй части некоего предмета.

— Ты уже знаешь? — удивился Никор.

— А Крис вам разве не доложил, что первую часть я сопровождал лично? Вот и ученика магистра Элиота целехоньким притащил обратно… или он меня.

— Не в том я был настроении, чтобы несущественные подробности выслушивать, — смутился Никор. — У меня сейчас все мысли об артефакте. Как сегодня с утра получил письмо, так до сих пор успокоиться не могу. Ума не приложу, что делать!

— Можно отправить в Тансор официальную делегацию, которая проследит за ходом расследования. Не съедят же наших там! Насколько я успел узнать, лорд вампиров и большая часть его подданных — вполне нормальные ребята. Вот Пирс, например, который сопровождал нас пару недель в качестве наблюдателя… Он был вынужден покинуть наш маленький отряд, узнав о краже.

— Рассказывай, — приказал Никор. — Все по порядку и ничего не пропуская.

— Э-э-э… а вы уверены, что хотите посвятить в некоторые деликатные дела всех присутствующих в комнате? — поинтересовался Ройс и выразительно посмотрел на магистра Элиота, который почему-то вызывал у него антипатию.

— Могу и выйти! — демонстративно фыркнул придворный маг. — Очень мне нужны ваши секреты! От них одна только головная боль!

— Ну-ну, не ссорьтесь, — сказал Никор. — Ройс, магистр все равно в курсе дела, да и тебя уже увидел, так что поздно таиться.

Единственный служитель Дартиса пожал плечами и сухо, без эмоций начал выкладывать одни только факты, начав с того момента, как сделал свой выбор покровителя в АТеРе.

Император слушал внимательно и задавал уточняющие вопросы, когда видел в этом необходимость. Крис тоже буквально ловил каждое слово, хоть и не перебивал. Джер в растерянности молчал с того момента, когда нагло вторгся в кабинет со своим бывшим телохранителем. Он был весьма удивлен должностью и положением своего спутника и теперь не знал, как себя вести, а потому решил держаться незаметнее. Правда, его хватило ненадолго. Уже к середине рассказа парень неожиданно начал вставлять комментарии и дополнения. И ведь его так же внимательно слушали! Юный маг осознал, что путешествие все-таки пошло ему на пользу, он стал гораздо самостоятельнее, смелее и увереннее в себе.

Элиот хмурился, рассматривая вернувшегося ученика и начальника разведки, вспоминая, не совершил ли где какую оплошность. Могут ли ему предъявить обвинения в том, что он пытался осложнить Джеру задачу? Удастся ли выкрутиться? Но сдаваться раньше времени придворный маг и интриган в одном лице не собирался, надеясь, что ученик ничего не понял. Элиот был весьма осторожен и вроде не оставил против себя улик, его даже заподозрить в чем-то неприглядном сложно. Амулеты он не сам вывел из строя, просто ненавязчиво помог в этом ученику и сделал вид, что не заметил неисправности. К тому же так вышло, совершенно неожиданно, что неправильный на первый взгляд выбор телохранителя даже помог Джеру в чем-то, хотя и жаль. Магистр корил себя за то, что оказался таким невнимательным и не вспомнил в нужное время, где видел лицо парня, стоящего последним в строю и в рейтинге АТеРа. Хотя вряд ли это помогло бы, ведь он раньше считал Ройсвена Арито таким же обычным придворным прихлебателем, как все.

Но, несмотря на раздумья, придворный маг пытался вникнуть во все, что говорил бывший телохранитель. Нельзя смешивать личные разборки с государственными делами, так тоже прокладывается прямой путь к потере должности. Воров надо немедленно выявлять и ловить, а то ишь на что покусились! Может, и ему, Элиоту, артефакт с божественной мощью не помешает… Обидно, однако, что драгоценность — в чужих руках. О ритуале и древних ловушках леса Потерянных Душ тоже интересно было послушать.

Алани Мариот Арито внимал каждому слову, не отводя глаз от Ройса. Сейчас он корил себя за то, что когда-то отказался побеседовать с племянником наедине. Хотя его до сих пор терзал вопрос: какова все-таки ориентация парня?! А еще он очень хотел поговорить с Ройсом и узнать, когда он успел получить столь важную и ответственную должность. И ведь сам же добился, за него некому было просить! Но частично глава рода и так понял, что Никор вполне мог обратить внимание на своего дальнего родственника, бывающего при дворе. К тому же в парне чувствовалась самостоятельность и рассудительность, все-таки он рос без родителей. А среди высокородных молодых бездельников подобные качества — огромная редкость.

Вопрос с ориентацией разъяснился сам собой, когда Ройс, ухмыляясь, начал рассказывать о допросе, устроенном инкубами. При этом он еще успел открыто подмигнуть дяде, понимая его волнение.

— Вот так все и было, — закончил рассказывать начальник тайной канцелярии, а потом добавил деловым тоном: — Дайте мне сегодняшний вечер и ночь, чтобы разобрать скопившуюся корреспонденцию, не имеющую срочного статуса, и вникнуть в дела. Завтра я постараюсь связаться с Пирсом, возможно, даже сам попытаюсь прогуляться к нему через алтарь, если он все-таки работает.

— Да уж, для тебя и для Джера это наверняка было большой неожиданностью, — усмехнулся Никор. — Да и для новых хозяев поместья твоих родителей!

— Хорошо, что они не видели, как мы с Джером выходим из святилища, — сказал Ройс. — Вообще-то, говоря «дом», я имел в виду поместье дяди, но…

— А я тебя уже потерял, — хлопнул Крис начальника и лучшего друга по плечу.

— Немудрено, я сам долго не мог сообразить, куда меня занесло. Пришлось покупать новых коней и во весь опор мчать в Сархейм. Еще раз встать на камень в тот момент я не решился.

— Кстати, Джер, поздравляю с успешным выполнением моего задания, — произнес император. — Рад, что ты справился.

— Но я ведь допустил кучу ошибок, — смутился юноша, который честно, ничего не скрывая, признавал свои промахи по ходу рассказа.

— Главное — результат. Запомни: победителей не судят.

Джер серьезно кивнул. Основную задачу он и впрямь выполнил, а что касается ошибок — так ведь никто не в силах предусмотреть всего.

— А сейчас слушайте список своих дел на ближайшие два дня — и будем расходиться, — постановил Никор. — Ройс, ты, как и хотел, вникаешь в ситуацию и ищешь полезную информацию среди писем, что скопились для тебя в почтовом ведомстве. Постарайся свести своих агентов и с Крисом, чтобы больше не было накладок.

— Сделаю.

— Магистр Элиот, Джер, ваша задача разузнать все о странном ритуале. Это больше по вашей части. Надо срочно разобраться, что происходит в моей империи, почему именно Ройса мучают кошмары и чем это грозит ему и всем нам. Преступники должны быть пойманы! Вероятно, они перемещаются через алтари, раз успевают совершить свой кровавый ритуал в разных уголках Рении. В общем, узнайте, чего они добиваются, ну а уж магистр Элиот поможет с задержанием.

— Хорошо, — ворчливо отозвался магистр, хотя и был заинтересован.

— Постараюсь, — улыбнулся Джер, обрадованный доверием императора.

— Алани Мариот, а вы усильте патрули на дорогах, выделите несколько подразделений для охраны крупных городов. Может, кто-то что-то случайно заметит.

— Будет сделано! — четко, по-военному отрапортовал командующий.

— Ну удачи всем, — пожелал Никор напоследок. — Увидимся завтра, часов в девять утра.

Ройс вышел из кабинета и пристроился рядом с дядей. Ему так много хотелось сказать и объяснить единственному родственнику! Просто поговорить по душам. Хотя для этого сейчас не было ни времени, ни возможности.

— Ройс, ты… это… — неуверенно начал командующий. — Прости меня, я не хотел, чтобы у тебя были неприятности.

— Пустое, дядя, — улыбнулся парень.

— Надеюсь, ты не откажешься как-нибудь выпить со мной в кабинете и рассказать, как получил свою должность? Теперь, когда мне для скорости перемещения пришлось выбрать Мергатока в покровители, я смогу бывать дома чаше.

— Обязательно, но позже. Дела, сам понимаешь.

— Знаешь, я осознаю, что никогда не смогу похвастаться твоими достижениями перед друзьями и боевыми коллегами, мне придется молча слушать дифирамбы их родственникам. Но ты должен быть в курсе: я горжусь тобой! — серьезно произнес командующий.

— Ты меня совсем засмущал, — засмеялся Ройс.

— Не верьте ему, — подал голос сзади Крис. — Я его знаю лучше и авторитетно могу заявить: эту бестию ничем не смутить!

— Будешь на меня наговаривать, уйду в отпуск на три месяца, — в шутку пригрозил Ройс.

— Только не это! Все, молчу. Я уже эти бумажки и донесения видеть не могу!

Они дошли до анфилады многолюдных залов и были вынуждены прервать разговор. Но в толпе и Крис, и алани Мариот старались не спускать глаз с Ройсвена, словно боялись, что он сейчас исчезнет.

А выйдя из дворца, мужчины разошлись в разные стороны. Командующий направился на площадь к алтарю Мергатока, а двое работников тайной канцелярии — в поместье главы рода Арито. Хотя добраться туда быстро и без остановок не получилось, потому что по дороге они были атакованы парочкой курьеров, вознамерившихся как можно скорее отдать Ройсу несколько писем. Десять, если точнее.

— Эх, куда ж так много сразу, — проворчал племянник командующего, пытаясь пристроить корреспонденцию за пазуху, потому как заталкивать все в седельную сумку нового коня опасался, там ведь еще продукты лежали.

— Это ты гору в кабинете на своем столе не видел, — «утешил» Крис. — Я попросил курьеров складывать туда все то, что ты отказался срочно читать. Все равно кроме тебя никто эти конверты не распечатает.

— Ох, — издал Ройс тяжелый вздох.

— Держись, я с тобой. Морально, — хмыкнул Крис.

Весь вечер и всю ночь единственному служителю Дартиса пришлось изрядно поработать, читая донесения, составляя ответы, вникая в дела. А утром, вернее, незадолго до рассвета опять прибыл очередной курьер и доставил ужасающее известие: в два часа ночи в Инарии случился переполох из-за весьма наглой кражи… Теперь тамошние власти рвут на себе волосы, стеная об утрате какой-то шкатулки…

Новость страшно взволновала парня. Получается, что преступники собрали обе части артефакта! Он не представлял, к чему это может привести, но предполагал, что спокойной жизнью это точно не грозит.

Наверное, он бы так не переживал, если бы узнал, что вторая часть артефакта на самом деле преступникам не досталась. Преодолев все трудности, они выкрали всего лишь обманку. Но Ройс и не подозревал, что настоящий артефакт вот уже третий месяц лично таскает небрежно на руке в качестве своеобразного браслета и трофея после одной памятной ночи, когда он, выпивши, возвращался в поместье со дня рождения одного из друзей и натолкнулся на какого-то чудика. Утром закрутилась вся эта история с его дядей и поступлением в АТеР, так что у Ройса просто времени не было в чем-либо разобраться. Сейчас, вспоминая о неожиданном нападении, парень больше всего корил себя за то, что выкинул испорченную рубашку. Ведь именно его одежда тогда здорово взбесила дядю. Ну и письмо, разумеется. Но, возможно, алани Мариот не стал бы его читать, будь Ройс подобающе одет…

Донесение с важным и трагическим известием начальник тайной канцелярии сразу же перенаправил Никору с тем же курьером почтового ведомства, что доставил конверт ему. Просто пришлось еще доплатить за новую печать, чтобы по дороге никто не смог прочесть содержимое. Затем парень растолкал Криса, задремавшего под утро на диванчике, и они вместе постарались составить хоть какой-то план действий. Но по всему выходило, что расследование кражи надо начинать с Тансора, там осталось больше всего следов. Нельзя все пускать на самотек. Не исключен вариант, что вампиры инсценировали кражу, решив оставить артефакт у себя, и тогда бесполезно ждать от них положительных результатов поисков. Да и инкубы запросто могли схитрить, посчитав, что если случилась одна кража, то почему бы и не произойти второй, аналогичной? В общем, не зная подробностей, можно было выдвинуть десяток версий, и не факт, что верной не окажется одиннадцатая…

Как и договаривались, Ройс и его заместитель оказались у дворца императора незадолго до того, как часы пробили девять. С собой у них был список агентов, которых они хотели бы официально направить в Тансор и Илас для расследования всех обстоятельств. Без согласования с Никором работники тайной канцелярии оформить бумаги не могли. А отсылать кого-то в Дампар просто так, под фальшивой легендой, чревато неприятными последствиями, ведь там все люди будут на виду.

Крис вызвался лично побывать в Инарии, да и племянник командующего был не прочь запастись амулетом и составить ему компанию, он уже примерно представлял расклад сил и обстановку при дворе высшего инкуба. Для отправки к вампирам они приберегли лучших, по их мнению, агентов.

В кабинете уже находились взволнованный Никор, меривший шагами комнату, и алани Мариот Арито. Магистр Элиот немного запаздывал, а вместе с ним и ученик, о чем заранее известили правителя. Но причина у них была серьезная: они раскопали в библиотеке что-то важное.

— Наконец-то! — Этими словами император вместо приветствия встретил едва успевших переступить порог Ройса и Криса. — У меня для вас есть задание!

Друзья переглянулись, во взглядах обоих читалась одна и та же мысль: «Так я и знал!» Император любил все перекраивать по-своему, хотя, надо признать, его предложения никогда не были простым самодурством облаченного властью человека.

— Я решил, что дело слишком важное, чтобы поручать его простым агентам, без присмотра людей, которым я доверяю, — заявил Никор. — Их могут перекупить, нарочно запутать, запутать. И мне будет спокойнее, если именно вы возглавите расследование. Крис, тебе придется побывать в Инарии, бумаги я уже подготовил. Если Ройс тебе доверяет, я готов прислушаться к его рекомендациям. Вот документы на тебя и любых сопровождающих, которых ты захочешь ввести в состав официальной делегации. — И правитель протянул ему небольшую папку.

— Через час я уже буду в Иласе, — пообещал заместитель главы тайной канцелярии.

— Не забывай хотя бы раз в два-три дня перемещаться в Сархейм и докладывать мне об успехах, караульные предупреждены и будут пропускать тебя в любое время дня и ночи. Или можешь писать шифром срочные донесения и отправлять с курьерами почтового ведомства, это тоже надежно. Амулеты, сколько надо, возьми у магистра, он вместе с Джером сейчас в библиотеке. Только пусть их лично проверит!

— Да, мой император, — четко отрапортовал Крис и поспешил к выходу.

— Ну а тебе, Ройс, придется прогуляться в Тансор, — «обрадовал» молодого человека Никор. — Извини, я понимаю, что это, наверное, не самое приятное и безопасное место, но у тебя там есть один знакомый, почти друг. К тому же я ведь знаю, что ты способен постоять за себя. И чтобы я был уж совсем спокоен, воспользуемся проверенной схемой. Ты возьмешь с собой телохранителя! Ну и других агентов на твое усмотрение, если ты думаешь, что они пригодятся и смогут хоть что-то сделать в обществе вампиров.

— Не смею вам возражать. Я немедленно подыщу в столице телохранителя, свободного для найма.

— Не стоит, я уже сам обо всем позаботился, — остановил его Никор. — Ровно в девять пятнадцать твой сопровождающий должен подойти сюда. Думаю, вы с ним хорошо сработаетесь. Он, как и ты, на удивление целеустремленный и ответственный человек.

— Посмотрим, вроде ждать осталось всего две минуты, — сказал Ройс со спокойствием, которого на самом деле не испытывал.

Теперь он очень хорошо понимал Джера, получившего кота в мешке. Но магу, если можно так сказать, позволили развязать горловину и одним глазком взглянуть на «товар», а ему вручат охранника втемную.

— Не сомневайся, я сделал хороший выбор, — дружески заверил Ройса император.

И почти тут же после его слов раздался уверенный стук в массивную дверь кабинета.

— Входите, — разрешил Никор.

На пороге показался крепкий симпатичный блондин с ужасно знакомым Ройсу лицом… Взгляд его глаз, полных чувства собственного достоинства, если не сказать высокомерия, безошибочно сразу же остановился на правителе. Прибывший телохранитель отвесил очень изящный поклон и выжидающе остановился, ожидая приказаний. Он пока не знал клиента в лицо, только прочел на контракте звучное, но неизвестное ему имя…

— Знакомьтесь, — предложил Никор, обращаясь в основном к начальнику тайной канцелярии. — Это алани Кириано Сьерро, великолепный мечник и стрелок, первый номер в рейтинге. Меня заверили, что уже сейчас, не завершив обучения, он полностью готов к миссии любой сложности. Впрочем, Ройс, ты ведь должен быть с ним знаком. Так что вы легко найдете общий язык.

Парни в оцепенении и ужасе уставились друг на друга, такой подлянки от судьбы они точно не ожидали.

— Ты?! — только и смог выдавить из себя удивленное восклицание высокомерный блондин.

— Да с таким телохранителем мне самый кровожадный вампир покажется просто душкой, — простонал Ройс.

— Я так и знал, что ты оценишь мой выбор, за ним ты будешь как за каменной стеной, — самодовольно сказал император.

Глава тайной канцелярии не стал его разуверять. Но он-то знал, что имел в виду совсем другое. Остается надеяться, что с вампирами он действительно легче найдет общий язык, чем с навязанным ему телохранителем. А что принесет выбор Никора: счастье или беду, удачу или проблемы — будущее покажет…

Примечания.

1.

Алани — вежливое обращение к аристократу в Ренийской империи.