6. ПОБЕГ.

У меня не было никакого плана. Мое положение было практически безнадежным, и единственное, что мне удалось сделать, так это отложить на некоторое время расправу над Деей Торис. Возможно условия для побега предоставятся сами по себе. Именно за такие неопределенные обстоятельства возлагал я остатки надежды.

Мои друзья по несчастью облегченно вздохнули и обрадовались моему возвращению к ним. Я кратко рассказал им обо всем, что произошло во дворце бандолиана. Ю Дан был крайне опечален известием о том, что Дея Торис уже похищена могорами и очень страдал от мысли, что именно он стал непосредственным виновником положения угрожающего нам бесчестием или смертью.

– Простое раскаяние не поможет нам спастись, – сказал я. – Оно не освободит нас из этого застенка. Оно не выпустит Дею Торис и Ваю из башни бандолиана. Забудем о нем. У нас есть над чем подумать.

Я повернулся к Вориону.

– Ты говорил о возможном побеге. Что ты предлагаешь?

Он не привык, чтобы представители низшей расы так безапелляционно говорили с могорами, но он засмеялся и воспринял эти слова доброжелательно. Могоры не умеют улыбаться. С рождения до смерти они могут делать лишь гримасу подобную холодному, застывшему оскалу мертвого черепа.

– Это всего лишь шанс, – ответил он. – Простой шанс. Первоначально он может показаться вполне реальным, но даже если нам не удастся воспользоваться им, мы не окажемся в худшем положении, нежели чем то в котором мы находимся сейчас.

– Расскажи нам о чем идет речь, – попросил я.

– Я смогу открыть дверь нашей камеры, – объяснил он. – Если нам повезет, мы сможем бежать из этого здания. Я знаю одну малоизвестную дорогу для побега, так как я долгое время был охранником этой тюрьмы.

– А что мы будем делать, когда окажемся на улицах города? – спросил Ю Дан. – Нас троих без труда можно немедленно арестовать.

– Не обязательно, – ответил Ворион. – На улицах достаточно рабов похожих на Зан Дара. Но, конечно, цвет кожи людей с Гаробуса может привлечь внимание, но это не может нас заставить отказаться от такой возможности побега.

– А после того как мы попадем на улицы города, что мы будем делать? – спросил Зан Дар.

– Я могу исполнять роль вашего хозяина. Я буду обращаться с вами как с рабами и я думаю, что это врядли привлечет внимание. Я буду достаточно груб с вами, но я думаю вы правильно истолкуете мое поведение. Я погоню вас на посадочную площадку, где стоит много наших кораблей. Там я скажу охраннику, что я привел вас для уборки одного конкретного корабля, так как на этом поле стоят только частные корабли самых влиятельных и богатых наших соплеменников. Я знаю один корабль, который очень часто используется для полетов. Если нам удастся добраться до корабля и сесть в него, уже никто не будет в состоянии помешать нашему побегу. И через час после этого, если удача нам будет сопутствовать, мы с вами уже будем в пути на Занор.

– При условии, что нам удастся захватить с собой Ваю и Дею Торис, – добавил я.

– Я совершенно забыл о них, – ответил Ворион. – Неужели вы будете подвергать риску свою жизнь ради двух самок?

– Конечно, – ответил Ю Дан.

– Вы странные существа, – пожал плечами Ворион. – Мы, могоры, никогда бы в жизни не подвергали бы опасности себя ради них. Единственная причина почему мы выносим их присутствие так это их способность восполнят ряды воинов. Попытка спасти этих двух самок может завершиться трагически для всех нас.

– Но в любом случае мы должны будем предпринять подобную попытку, – сказал я. – Ты согласен действовать с нами, Зан Дар? – обратился я к саватору.

– Да. Я буду с вами до самого конца, как бы не сложились обстоятельства, – ответил он.

– Как хотите, – поддержал его Ворион без особого воодушевления.

Он тут же принялся за замок, и вскоре дверь нашей темницы была открыта и мы вышли в коридор. Ворион тихо прикрыл за собой дверь и закрыл замок.

– Пусть это даст им пищу для размышлений.

Затем он повел нас в сторону противоположную той, откуда нас приводили и откуда подходили охранники к нащей камере. Чем дальше мы двигались по коридору тем более темным и пыльным становился коридор. Похоже, что этим коридором очень редко пользовались. В конце коридора мы остановились возле двери. Ворион очень быстро справился с замком на двери и через несколько секунд мы уже находились в узком переулке.

Наш побег протекал настолько легко, что очень скоро у меня возникли плохие предчувствия: такая удача не может сопровождать нас долго. Улочка, на которую мы в конце концов вышли тоже оказалась пустынной. Таким образом, с самого момента побега нас еще никто не заметил. Когда мы вышли из улочки и наконец повернули на широкий проспект, обстановка резко изменилась. Здесь было достаточно людно – могоры шагали по тротуару, рабы волочили ноги по обочинам, а по проезжей, мощеной камнем части дороги, сновали странные гужевые животные перевозившие грузы и пассажиров.

Ворион, гордо шагающий по тротуару, сейчас же начал ругать и тумаками подгонять нас, бредущих по обочине. Он направлял нас все дальше и дальше от центральной пложади города и наконец мы вступили на менее людные улицы, хотя вокруг проходило еще много могоров. И в любой момент кто-нибудь из них мог обратить внимание на необычный цвет кожи Ю Дана и моей. Я посмотрел на Зан Дара для того, чтобы сравнить, насколько отличался цвет моей кожи и был поражен увиденным. Кожа Зан Дара имела голубой цвет. Но сейчас она была пурпурной! Я очень быстро сообразил, что подобное изменение связано с розовой подсветкой пламенем вулканов превращающей природный голубой цвет кожи Зан Дара в пурпурный. Мы едва прошли в безопасности несколько ярдов, когда один из проходивших могоров бросил на нас подозрительный взгляд. Он позволил нам пройти, а затем остановился и позвал Вориона.

– Кто эти двое? Они не саваторы.

Ворион взглянул на него и ответил:

– Они перенесли очень тяжелую болезнь и поэтому цвет их кожи изменился.

Я был поражен сообразительностью нашего друга.

– Хорошо, а ты кто такой? – спросил могор. – Почему ты сопровождаешь рабов без оружия?

Ворион сделал удивленную гримасу и начал осматривать себя со всех сторон.

– Почему? Не знаю, я наверное где-то оставил свое оружие, – ответил он.

– Я думаю, что ты обманываешь меня, – резко произнес могор. – Следуйте все за мной.

Похоже все наши надежды обрести свободу были под угрозой. Я бросил взгляд вверх и вниз по улице. Мы находились на тихой улочке жилого района. Возле нас никого не было. У обочины тротуара возле мрачных коричневых домиков стояло несколько маленьких воздушных кораблей. Нас никто не видел. Я вплотную приблизился к могору, который так опрометчиво стал на моем пути по спасению Деи Торис. В удар, который я обрушил на него я вложил всю мою силу. Могор рухнул как колода.

– Ты убил его! – воскликнул Ворион. – Это был один из наиболее доверенных офицеров бандолиана. Если нас схватят, нас ждут пытки, прежде чем мы умрем.

– Нас не должны схватить, – ответил я. – Давайте возьмем один из кораблей, стоящих на обочине. Зачем себя подвергать лишнему риску, продолжая путь пешком?

Ворион покачал головой.

– Мы не сможем улететь на таком корабле. Радиус полета такого корабля в пределах города. Эти корабли не могут летать на больших высотах и не смогут преодолеть даже низкие горы. Но самое важное они не могут становиться невидимыми. Мы должны продолжать наш путь на посадочную площадку о которой мы говорили.

– Может будет лучше, если мы возьмем один из этих кораблей для того чтобы хотя бы без риска добраться до окрестностей посадочной площадки, – предложил я.

– Я думаю, что кража корабля не сделает наше положение худшим, чем то в котором мы находимся после убийства офицера, – заметил Зан Дар.

Ворион согласился и через некоторое время мы находились внутри маленького корабля летевшего над улицей. С любопытством и интересом я наблюдал как Ворион запускал двигатель и управлял кораблем. Для того, чтобы понять принцип управления мне потребовалось задать лишь несколько вопросов, такт как у меня были прекрасные навыки управления воздушными кораблями двух других миров. Возможно мне больше никогда не прийдется управлять кораблями подобными этому, но знание принципов его управления мне не помешает.

Оставив наш летательный аппарат вблизи от нашей цели, мы продолжили наш путь пешком. Как предсказывал Ворион, часовой остановил нас и спросил его о цели нашего визита. С этого момента удача нашего предприятия была на весах фортуны. Охранник оказался существом дотошным, а причиной вызвавшей дотошность часового была та же из-за которой поплатился своей жизнью офицер – соответствие Вориона исполняемой им задаче, так как Ворион не имел оружия. Часовой попросил нас подождать, пока он вызовет офицера. Для нас такая развязка могла стать роковой. Я уже начал подумывать о том как убить этого часового, но я не знал как это сделать, так как вокруг, на поле, было много могоров.

Положение спас Ворион.

– Стой! Стой! – раздраженно крикнул он часовому. – Я не могу сидеть здесь целый день и ждать, пока прийдет вызванный тобой офицер. Я очень тороплюсь. Разреши мне отвести этих рабов и пусть они начинают работать. Офицер может подойти к кораблю и допросить меня там.

Охранник согласился с его доводами и, после записи названия и расположения корабля, на который мы якобы прибыли для уборки, он разрешил нам пройти. Я облегченно вздохнул. После того как мы отошли от охранника, Ворион сказал, что дал ему имя и название другого корабля, а не того, который мы собирались захватить. Ворион оказался не глупым малым.

Корабль, который выбрал Ворион, оказался красивым летательным аппаратом созданным для полетов на больших скоростях. Мы без промедлений оказались на его борту и я вновь углубился в наблюдения за действиями Вориона, попутно расспрашивая его обо всем, что было мне неизвестно в управлении. Несмотря на то, что я провел на борту подобного могорского воздушного корабля восемнадцать дней, мне было практически ничего неизвестно об управлении корабля, мне даже не было позволено зайти в кабину управления корабля или, тем более, задавать вопросы по этой теме. Во-первых, Ворион произвел намагничивание корпуса корабля и распыление мелких частичек песка для достижения невидимости аппарата. Затем он запустил двигатель и плавно поднимать корабль в воздух. Я объяснил ему свой план и, как только наш корабль поднялся на небольшую высоту, он направил его в сторону дворца бандолиана. Через маленькие линзы, установленные в носовой части корабля можно было наблюдать за поверхность города подобно изображению получаемому в видоискателе фотокамеры. В рубке имелось несколько подобных оптических устройств и через одно из них я увидел квадратную башню дворца правителя, где находились в заточении Дея Торис и Вая.

– Я подведу корабль к одному из окон дворца, – объяснил Ворион. – Но ты должен действовать очень быстро, так как в момент когда мы открываем люк на корпусе нашего корабля, внутренняя часть корабля становится видимой. Кто-нибудь во дворце может заметить это и мы мгновенно будем окружены боевыми и патрульными кораблями.

– Я буду действовать быстро, – ответил я.

Я был взволнован, когда Ворион причалил корабль к широко раскрытому окну без решетки на одной из стен башни. Ю Дан и Зан Дар стояли у входного люка корабля и должны были открыть его для того чтобы я мог прыгнуть в окно и мгновенно закрыть его после того как я возвращусь на борт корабля с двумя девушками. Я не мог видеть окно пока Ворион приближался к башне и затем по команде Вориона Ю Дан и Зан Дар быстро открыли люк. Распахнутое окно оказалось передо мной и я молниеносно прыгнул внутрь комнаты.

К моему счастью и к счастью Ваи и Деи Торис мы правильно нашли комнату. Однако две девушки были в комнате не одни. Какой-то человек держал Дею Торис в обьятиях и пытался своими губами найти ее губы. Дея усилинно отбивалась от него, в то время как Вая яростно колотила незнакомца по спине.

Я схватил этого наглеца за горло и отшвырнул его в сторону. Затем я указал девушкам на окно и приказал им немедленно перейти на борт корабля. Второе приглашение девушкам не потребовалось. Они незамедлительно ринулись к указанному мной окну, а незнакомец поднялся на ноги и ринулся ко мне. Это был никто иной как Мултис Пар! Узнав меня, он моентально побелел, но затем проворно вытащил меч и закричал вызывая охрану.

Видя, что я без оружия, он двинулся на меня. Отступать к окну было уже поздно, да и мой противник отрезал мне дорогу к окну. Поэтому я двинулся ему навстречу. Это мое самоубийственное движение, похоже, привело его в замешательство и он споткнулся. Когда я был уже возле него, он замахнулся, но я правой рукой успел блокировать его взмах и вцепился ему в горло. От страха он выронил меч и тщетно пытался пальцами обоих рук разжать мою железную хватку сковавшую ему горло. Затем ослабил свой натиск, стараясь вырваться из моих рук.

Я бы прикончил его, если бы дверь в комнату не распахнулась и на пороге не предстала моему взору целая дюжина могоров. Я был в отчаянии! Надо же было случиться такому, после того как план был почти выполнен! Теперь все вновь было под угрозой срыва! Нет! Я не допущу этого!

Я крикнул Ю Дану:

– Закрывай люк и улетайте! Это приказ!

Ю Дан колебался, а Дея Торис стояла рядом с ним, протянув руки мне навстречу, выражение ее лица отражало всю безысходность моего положения. Она даже отступила на один шаг назад как бы приготовившись для прыжка в комнату. Ю Дан быстро оттянул ее внутрь отсека и корабль начал удаляться. Люк плавно закрылся и вскоре кораюль вновь стал невидимым.

Все это происходило в те считанные секунды, когда мои пальцы все еще сдавливали горло Мултиса Пара. Его глаза остекленели, язык вывалился наружу. В следующие мгновения он был бы уже покойником, но могоры навалились на меня и оттащили меня от моей жертвы.

Нападавшие могоры довольно грубо скрутили меня, и у них был для этого повод, так как в ходе свалки, прежде чем меня скрутили, я отправил троих из них в бессознательное состояние.

Эх, если бы у меня был меч! Я бы им показал кто я такой!

Но все равно я был счастлив, я улыбался, когда меня с синяками и избитого могоры волокли из башни. У меня был хороший повод для ликования. Моя Дея Торис вырвалась из когтей этих отвратительных скелетоидов и, пусть временно, была в безопасности.

Меня притащили в маленькую, темную камеру в подземелье башни. Здесь я был закован в кандалы и прикован к стене. Хлопнула дверь за моими тюремщиками и я услышал как повернулся ключ в массивном замке.