14. НА ТУРИЮ.

Хотя я понимал, что нас в любой момент может обнаружить патрульный корабль, я все же надеялся, что мы выскользнем из города незамеченными.

Этого не удалось, и я понимал, что если мы не подчинимся команде, они начнут стрелять, и достаточно одного выстрела, чтобы положить конец моим планам поисков Деи Торис.

Вооружение корабля, если верить Фал Сивасу, давало мне преимущества, и я подумывал, не напасть ли мне первому, чтобы исключить случайное нападение вражеского корабля.

Фал Сивас хвастал огромной скоростью своего создания, и я решил, что самое благоразумное – попытаться убежать.

Занда прижалась лицом к одному из многочисленных иллюминаторов в борту корабля.

Вой сирены патрульного корабля продолжался – зловещий голос в ночи, который резал слух, как острый кинжал.

– Они догоняют нас, Вандор, – сказала она, – и созывают другие корабли на помощь.

– Вероятно, они заметили необычные очертания нашего судна и у них пробудилось не только любопытство, но и подозрения.

– Что мы будем делать?

– Проверим, на что годен двигатель Фал Сиваса. Я взглянул на безжизненный металлический шар над головой. «Быстрей! Увеличить нашу скорость! Надо уйти от патрульных кораблей!» – таковы были мои мысли, которые я направил искусственному мозгу.

Долго ждать не пришлось, тут же еле слышный гул двигателя подтвердил, что приказание исполнено.

– За нами больше нет погони, – взволнованно воскликнула Занда. – Мы намного обогнали их!

Звуки взрывов донеслись до нас и почти одновременно мы услышали в отдалении вой других сирен – прибыло подкрепление.

Свист разреженного воздуха Барсума за бортом нашего корабля свидетельствовал об огромной скорости. Огни города исчезли, патрульные корабли уже были не видны. Не знаю, с какой скоростью мы двигались, но, вероятно, она составила около тысячи трехсот пятидесяти хаадов.

Мы летели над дном древнего моря, которое лежит к западу от Зоданги. Минут через пять наша скорость резко упала, и я увидел маленький флайер, почти застывший в воздухе перед нами. Я понял, что это флайер, на котором меня ждет Джат Ор, и приказал подвести корабль к его борту и остановиться.

Реакция корабля на мои мысли была абсолютно точной. Когда наши корабли оказались рядом и невидимые руки открыли дверь, я испытал некоторое чувство ужаса, как будто находясь во власти некоего невидимого существа, и это несмотря на тот безусловный факт, что все действия корабля были лишь исполнением моих мысленных приказов.

Джат Ор стоял на узкой палубе маленького флайера, в изумлении глядя на странный корабль.

– Если бы я не ожидал увидеть тебя, – сказал он, – я тут же устремился бы к Гелиуму. Огромные «глаза» корабля и нечто зловещее в его облике делают его похожим на чудовище из другого мира. Ты хочешь, чтобы я взошел на борт?

– Да, – ответил я. – После того, как мы распорядимся твоим флайером.

– Что мне с ним делать? Может, просто оставить?

– Установи курс на Гелиум и направь его туда на средней скорости. Мы будем двигаться рядом и примем тебя на борт. Один из патрульных кораблей Гелиума подберет флайер и вернет его в мой ангар.

Он так и сделал. Немного погодя вступил в каюту Фал Сиваса. Оглядевшись, он заметил:

– Здесь удобно, старик, должно быть, любит комфорт.

– Да, но стремление к удобствам и любовь к роскоши так испортили его, что он, завершив постройку корабля, побоялся подняться на его борт.

Джат Ор осматривал каюту, глаза его задержались на двери в тот момент, когда я приказал закрыть ее. Он вскрикнул от удивления.

– Во имя моего первого предка! – вскричал он. – Кто закрыл эту дверь? Я никого не вижу, а ты не двигался и не касался ни одного прибора.

– Пойдем в контрольную рубку, – проговорил я, – и ты увидишь весь экипаж этого корабля, который помещается в металлическом шаре размером не больше твоего кулака.

Когда мы вошли, Джат Ор впервые увидел Занду. Он удивился, но не показал виду – он слишком хорошо был воспитан.

– Это Занда, Джат Ор, – сказал я. – Фал Сивас в интересах науки собирался снять ее череп, но я помешал ему. Бедная девушка вынуждена была выбирать меньшее из двух зол, и поэтому она со мной.

– Это утверждение не совсем верно, – возразила Занда, – даже если бы моей жизни не угрожала опасность и меня окружали бы комфортом и роскошью, я все равно пошла бы с Вандором, пусть даже на край Вселенной.

– Видишь, Джат Ор, – заметил я с улыбкой, – дама не очень хорошо знает меня, но когда узнает, ее намерения скорее всего изменятся.

– Никогда! – воскликнула Занда. – Посмотрим.

По пути от Гелиума в Зодангу я рассказал Джат Ору об удивительном механизме, который Фал Сивас назвал механическим мозгом. И теперь я видел, что глаза молодого падвара оглядывают помещение в поисках этого чудесного изобретения.

– Вот он, – сказал я, указывая на металлический шар.

– Эта маленькая штука движет корабль и открывает двери? – спросил он.

– Корабль летит за счет работы двигателя, – поправил я его, – многочисленные устройства открывают двери и выполняют другие обязанности на борту корабля. Механический мозг руководит их движениями.

– Эта штука мыслит? – поинтересовался он.

– Во всех отношениях она подобна человеческому мозгу, за исключением того, что не может мыслить самостоятельно.

Падвар молча смотрел на шар.

– У меня возникают странные мысли, – сказал он наконец. – Он внушает чувство безнадежности, как будто я во власти существа, одновременно всемогущего и бессильного.

– У меня то же самое чувство, – согласился я.

– Я ужасно боюсь этой штуки, – пожаловалась Занда, – может, Фал Сивас передал ей свою бессердечность и жестокость.

– Это его создание, а значит подобно хозяину.

– Тогда будем надеяться, что оно само не может мыслить.

– Это, конечно, невозможно, – сказал Джат Ор.

– Не знаю, – ответила Занда. – Фал Сивас работал над нею. Но я не знаю, удалось ли ему выработать у мозга способность мыслить самостоятельно. Я знаю даже, что он надеялся наделить это ужасное изобретение способностью говорить.

– Почему ты называешь его ужасным? – спросил Джат Ор.

– Потому что оно бесчеловечно и неестественно, – ответила девушка. – Ничего хорошего нельзя ожидать от Фал Сиваса. То, что вы видите, создано ненавистью и алчностью. Оно должно было удовлетворить эти страсти Фал Сиваса. Никакие благородные мысли или возвышенные чувства не двигали его создателем, и, значит, оно не сможет их порождать, даже если будет мыслить самостоятельно.

– Но наша цель возвышенная и благородная, Занда, – напомнил я, – и если мозг служит нам, он служит добру.

– Все равно я боюсь его, – возразила девушка. – Я даже ненавижу его, потому что он напоминает мне о Фал Сивасе.

– Надеюсь, мозг не задумается над этими искренними признаниями, – заметил Джат Ор.

Занда зажала рот рукой, в ее широко раскрытых глазах застыл ужас.

– Я не подумала об этом, – прошептала она. – Возможно, в эту минуту он уже строит планы мести.

Я не мог не рассмеяться.

– Если этот мозг причинит нам какой-нибудь вред, Занда, – сказал я, – то обвиняй меня, потому что мой мозг заставляет его действовать, пока мы владеем кораблем.

– Надеюсь, ты прав, – сказала она, – и он будет послушно выполнять твою волю.

– Допустим, мы благополучно доберемся до Турии, – сказал Джат Ор. – С тех пор, как ты сказал, что Турия – наша цель, я все думаю, как мы будем себя чувствовать на крошечном спутнике. Мы будем намного превосходить размерами все, что найдем там.

– Может, и нет, – сказал я и объяснил теорию компенсации массы, которую изложил мне Фал Сивас.

– Звучит нелепо, – высказался Джат Ор. Я пожал плечами.

– Мне тоже так кажется. Но как бы мы ни ненавидели Фал Сиваса, нельзя отрицать, что он великий ученый, и поэтому я ни в чем не уверен, пока мы не достигнем поверхности Турии.

– Во всяком случае, – сказал Джат Ор, – что бы мы ни нашли, похитители принцессы не будут иметь преимущества перед нами, если только мы найдем их там.

– Ты сомневаешься в этом? – спросил я.

– Это просто догадки, – ответил он, – но кажется невероятным, что два изобретателя, работая независимо один от другого, построили одинаковые корабли, способные преодолеть безвоздушное пространство между Барсумом и Турией и управляемые механическим мозгом.

– Но, насколько я знаю, – ответил я, – корабль Гар Нала устроен иначе. Фал Сивас не верил, что Гар Нал изобрел механический мозг. Можно считать, что кораблем управляет сам Гар Нал или другой человек.

– Тогда чей же корабль имеет больше шансов достичь Турии? – спросил падвар.

– Согласно уверениям Фал Сиваса здесь не может быть сомнений – механический мозг не делает ошибок.

– Если допустить, что это так, – сказал на это Джат Ор, – можно предположить, что человеческий мозг Гар Нала мог чего-нибудь не учесть.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Из-за ошибок в расчетах Гар Нал мог не достичь Турии.

– Я не подумал об этом, – согласился я.

Я был так поглощен мыслью о том, что Гар Нал и Ур Джан увезут свою жертву, что не подумал о том, что они могут оказаться просто не в состоянии сделать это.

Это предположение расстроило меня. Я понял, какими безнадежными станут поиски, если, достигнув Турии, мы обнаружим, что Деи Торис там нет.

Где мне тогда искать ее? Где я могу надеяться найти свою любимую в бесконечном пространстве космоса? Но вскоре я отбросил эти мысли: беспокойство имеет разрушительную силу, и я решил не допускать его в свою жизнь.

Занда удивленно смотрела на меня.

– Мы действительно летим на Турию? – поинтересовалась она. – Я не понимаю, зачем это нужно, но если ты хочешь, пусть будет так. Когда же старт, Вандор?

– Мы уже в пути, – ответил я. – В тот момент, когда Джат Ор ступил на борт, я тут же приказал мозгу на полной скорости идти к Турии.