ЭПИЛОГ.

Элис почти не участвовала в сборах и приготовлениях, и сейчас сидела в сторонке. Тигренок носился где-то, и Кель тоже носился, и Бог с ними, они иначе не могут.

Ее все еще тошнило. Она и раньше с трудом переносила обычные самолеты. И как это Мирс летает? Впрочем, вот за рулем машины, например, никогда не тошнит. А так, пассажиром… Элис чуть наизнанку не вывернуло.

Да еще эта беременность. Чего же удивляться, если ее каждое утро рвет и без всяких полетов?

Элис осторожно погладила собственный живот, еще не начавший расти. Мальчик. Имя еще надо придумать. Впрочем, мальчик, девочка - не все ли равно? Это же не последний их ребенок.

Подумать только - удивительно все так. Она в Космосе. На Тиккене. Если отойти к прозрачной задней стене купола - видны настоящие звезды, немерцающие, огромные, словно нарисованные на черном полотне яблоки. Не так, как через атмосферу. На Тиккене атмосферы нет, поэтому звезды - настоящие.

Она в Космосе.

Она увидит Квирин!

А думает только о своей тошноте, о том, что хочется пить, и куда же запропастился этот сорванец Маркус.

До последнего момента она не верила. Все это казалось несбыточной сказкой. Даже несмотря на то, что мама и Йэн давно на Квирине. Что Йэна спасли, у него новое сердце. Они присылали уже несколько раз записи-сообщения о своей жизни.

Но вот наконец построен и прибыл на Тиккен, маленькую луну, первый квиринский крейсер - огромный корабль, на котором уместится первая тысяча переселенцев. Кто-то остался на Эдоли - искать новых, поддерживать программу приютов для нищих, поддержки малоимущих и поиска тех, кто годится на то, чтобы жить в новом мире. Семья Элис попала в первую партию.

Ей нужно учиться - она станет врачом на Квирине. Кель - пилотом. Это его призвание и его мечта - не его вина, что пришлось бомбить линию фронта, потом бегать под пулями, потом сидеть в тюрьме, потом заниматься Бог весть чем…

Он будет хорошим пилотом и поведет космические экспедиции. Их дети вырастут на Квирине.

— Элис! Элис!

Это Агнес. Ну Агнес, оставь же ты меня в покое, мысленно взмолилась Элис. Не видишь - плохо мне… Не могу я сейчас помогать.

Они все летят на Квирин. Агнес и Басиль Лейнрот, Вильда и все остальные их дети, Тавита, Иост - теперь на Эдоли проектом руководит другой человек, и там остались еще несколько квиринцев - чтобы не повторилась ситуация, как с Йэном. Чтобы хоть своих сразу спасать в случае чего. Летят и Тарсий, и его жена Мари, и двое из их взрослых детей, и тетя Майта, и две тети - маминых сестры, и еще многие, многие…

Агнес подлетела к молодой женщине. Вслед за ней - девушка в квиринском скафандре, сером с оранжевыми квадратами. Эмблема спасателей и врачей на плече - красный крест.

— Элис Виран? Вы себя плохо чувствуете?

— Да ничего, тошнит только.

— Ну так что же вы не подошли?

— Так дело-то обычное… я беременна.

— Давайте руку… рукав выше.

Девушка прицепила ей на кожу прозрачный мешочек. Элис почувствовала, как тонкие иголочки впиваются в кожу - слишком тонкие, чтобы это было больно.

— Сейчас вам легче будет… вот так… легче?

… У них все иначе. Им можно просто сказать, что тебе плохо - и они сделают так, чтобы тебе стало легче.

Они пришлют за тобой целый огромный корабль, если ты будешь умирать - потому что жизнь человека важнее, чем деньги или какие-нибудь планы.

У них… то есть у нас… у нас действительно все будет иначе. Другой мир. Совсем другой. Светлый мир.

— Товарищи переселенцы! - молодой веселый голос, - шлюз подан. Проходите, пожалуйста, на посадку. Не торопитесь. Не забывайте надеть шлемы, вам придется пересечь открытое пространство…

— Элис!

Она обернулась. Кель держал за руку Тигренка. Он улыбался, черные глаза весело блестели.

— Элис, мы пойдем вместе.

— Да, - она взяла мужа за руку.

Толпа медленно колыхалась, стекаясь к узкому шлюзу. Элис было теперь легко, ее не тошнило, и Кель с Тигренком были рядом. А там, впереди, на Квирине ждали мама и Йэн.

А сзади…

Сзади осталось слишком многое. И оно болело. Не хотелось вспоминать - но ведь придет время, и они вспомнят все это, и постараются понять, и проанализировать. Позже - когда придет время. Они все поймут.

Прощай, Империя! Прощай навсегда. Прощайте, обломки великой страны. Все когда-нибудь кончается. Умирают империи, исчезают с лица земли целые народы и возникают новые.

Только Бог вечен. Только Христос существовал от начала времен и будет существовать всегда.

Элис и Кель уже почти дошли до выхода из купола. Элис надвинула на лицо шлем и загерметизировала его нажатием кнопки. Потом проверила, как это сделал Тигренок. Квиринец, стоящий у выхода, проверил их шлемы еще раз. Улыбнулся.

— Ну - чистого пути!

Дверь отползла.

И они зашагали вперед, к черной трубе шлюза, к застывшей в сероватой пыли громаде крейсера, вцепившегося словно когтями в лунную поверхность - по узенькой протоптанной уже тропинке, под черным небом с необыкновенно яркими холодными звездами.