Серая нить.

Запах мокрой пожухлой листвы навевал мысли об осени. Грязно-желтые чащи тянулись в бесконечность.

Холодный мелкий дождь колол лицо Арвида. Быстрые росчерки далеких молний отражались в его глазах. Ветер шумел в облетающих кронах… Капли стучали по вытертой коже куртки.

Бесконечные Леса… Один из пластов бытия, как говорил его наставник, или «сопряженных миров» – как сказали бы ученые. Третий раз в своей долгой, даже по меркам, гару жизни маг московской Стаи Арвид Браткалнис, по прозвищу Эльф, был тут.

Здесь всегда дождь и полумрак. Можно пройти километр или тысячу, можно ждать день или год – ничего не изменится. Мало кто из магов и жителей Земли тут бывал. Еще меньше – бывали дважды или трижды. Но ни один не мог сказать, что это за мир, и кто его создал, и зачем.

Знали только, что мир этот (как, впрочем, и многие другие) лежит вне времени, он везде и нигде и именно через него проходит путь в прошлое и будущее для тех, кто умеет и знает как…

А уметь важнее, чем знать, – вот главный принцип мага и магии, благодаря которому она достигла великих вершин, а затем выродилась, уступив место науке.

И еще: если маг попал сюда без обрядов и особых эликсиров, значит, он стоит очень близко от смерти. Может быть, просто пришел его час? Может быть, ему не стоит возвращаться?

Ему уже почти сто восемь – для гару возраст очень почтенный – в Стае лишь Старейшина превосходит его годами и то не сильно. В сущности, это прекрасный вариант для колдуна – покинуть свое тело и свободным духом скитаться по мирам. Ведь неведомо – что происходит с гару, а тем более с их магами после обычной смерти.

Чтобы отвлечься от предательских мыслишек, Арвид огляделся – и присвистнул.

Судьба занесла его туда, где он проходил инициацию. Именно тут, в туманах этого урочища, среди зыбких топей, он и стал настоящим магом.

Хотя Бесконечные Леса почти одинаковы, куда ни пойдешь, но вот именно – почти.

Его наставник выбрал это место не случайно. Здесь (но не только) находился выход одного из тех миров, жители которых, попадая на Землю, вынуждены принимать человеческий облик – ибо собственной внешностью вызовут ужас и ненависть.

Уж больно знакомый тут запах …

Арвид двинулся сквозь влажный лес и вскоре убедился, что чутье его не обмануло.

Перед ним стоял дом, сложенный из валунов и крытый черепицей, с замшелыми стенами, высокой мансардой, мутноватыми окнами в свинцовых переплетах и массивным крыльцом с коновязью. Таких домов раньше было много в его родных краях.

Дом длинный, приземистый, навевающий мысли о поколениях, тут живущих, и тайнах, навсегда скрытых его стенами.

Арвид сделал то, что любой человек на его месте, – поднялся на крыльцо и толкнул дубовую дверь. И она послушно распахнулась.

И сразу угрюмый холл осветился сиянием вечной лампы, секрет которых погиб вместе с последними жрецами древнего Египта.

«А тут ничего не изменилось…» – отрешенно подумал гару.

И в самом деле – с момента, когда его и Наставника встретил на пороге дома высокий седобородый мужчина в старомодной треуголке и полукафтане, ничего не изменилось. Даже пыли не было на дубовых, источенных червем панелях – словно люди покинули дом вчера.

Возможно, так оно и было…

Убедившись, что в доме никого нет, Арвид прошел в библиотеку и устроился в уютном кожаном кресле.

На столе перед ним в беспорядке лежали древние книги. Поблекшие листы были заполнены извивами алого и зеленого рукописного шрифта и непонятными даже ему магическими формулами. Рисунки на дышащих древностью страницах изображали причудливых существ, неведомые механизмы и приборы, словно созданные безумными механиками, и города со странной, как будто даже нечеловеческой архитектурой. Люди летели куда-то, оседлав исполинских птиц с человечьими головами. Карты изобиловали извилистыми очертаниями неведомых материков и островов.

Чем не жизнь для старого мага – поселиться в таком доме, разгадывая тайны собранных тут манускриптов? Не таков ли был знакомый его Наставника? Как знать, может, у него появятся ученики – из многих мест и из многих эпох.

Ведь этот мир вне времени…

Интересно, а есть ли отсюда выход в прошлое? Ведь тогда можно будет предупредить людей о многом. О Первой мировой войне и ее последствиях. О Второй мировой. О том, что родная Стая Арвида будет уже в мае 1945-го в Курляндии истреблена до последнего волчонка ягткомандой СС, носившей по жуткой иронии судьбы название «Вервольф». О…

Браткалнис отвлекся от размышлений, потому что от одного из хрустальных шаров начал исходить какой-то непонятный звук. Внутри разгоралось трепетное свечение, отчего казалось, что шар увеличивается в размерах. Маг отметил и свечение другого оттенка, вибрировавшее в такт с негромким жужжанием – как будто где-то билась о стекло пчела.

Звук становился все громче, комнату заполнило лиловое сияние, растекшееся волнами, в которых крутились темные пятна. Пятна эти сливались, делились и объединялись вновь.

Потом все исчезло.

Маг не почувствовал ничего, кроме слабых вибраций того, что профаны и глупцы именуют астралом. Отголосок события, приходившего где-то и когда-то …

Зато звук за спиной был слышен здесь и сейчас.

А затылком Арвид ощутил потустороннее веяние.

Он оглянулся – и впервые с момента прибытия сюда встревожился.

Некое существо пыталось влезть в окно. Скрюченные перепончатые пальцы скользили по толстому стеклу. Сумрак за окном не позволял определить – кто это такой.

Но зловещий взгляд из-за стекла давал понять, что создание это не слишком приятно в общении. Арвид осмотрелся в поисках оружия, одновременно вспоминая подходящие чародейские формулы.

И, словно почуяв это, жуткий гость отпрянул и скрылся в здешнем вечном сумраке.

Выходить наружу для выяснения Браткалниса совсем не тянуло.

«В Бескрайних Лесах ты можешь столкнуться с чем угодно», – предупреждал его Наставник.

Судьба давала ему недвусмысленный знак: если ему и суждено поселиться здесь, то не сейчас. Тем более оставался невыполненным долг перед Стаей и перед сражавшимися рядом с ним. Значит, нужно возвращаться, чем бы это ни грозило.

Он пришел сюда сам, один – без должного обряда и Магического Маяка, указывающего обратный путь. Значит, прямая дорога ему закрыта. Но за почти десять десятилетий с тех пор, как он последний раз бывал тут, Эльф многому научился.

В том числе тому, что прямые дороги – не всегда самые короткие.

Он сосредоточился, вспоминая нужные формулы.

Если этот мир находится везде и нигде, то, по Закону Симметрии, нерушимому магическому правилу, выход из него тоже нигде – и везде.

Пожалуй, тут пригодится заклятие Малых Врат. Разве что в последнем катрене заменить руну «кхха» на «сол».

Губы его шептали нужные слова, пальцы складывались в хитрые знаки.

А потом он пошел длинным коридором, останавливаясь возле каждой двери и внимательно прислушиваясь. Нужную он нашел на второй минуте. Обычная дверь, только украшенная многократно повторенными символами – крючковатыми, болезненно изломанными, даже у непосвященного вызывающими глухую тревогу.

Арвид знал, что это знаки, открывающие порталы в иные миры. Была ли дверь тут раньше или появилась в результате его заклятия – кто скажет? Да и неважно это сейчас.

То, что он собирался делать, было очень опасно.

Будь он человеком, он бы колебался. Но для гару невозможно бросить своих в схватке – это инстинкт.

Он открыл дверь, за которой стоял непроницаемый черный мрак, пронизываемый где-то в бесконечной дали бледными сполохами.

И смело шагнул за порог, представляя себе цель: свой мир и свое тело.

Началось его скольжение – по мирам и между.

Он обогнул сияние над курганом, в котором был погребен Жезл Колодца, что открыл когда-то дорогу проклятым древним богам через Черные врата.

Он проскользнул незримой тенью через затерянные уровни, где обитают Серые Отшельники, – и те не почуяли чужака. Он миновал Ледяные Провалы, в которых лишь живые мумии бродят под вечным снегопадом, скрежеща костями и проклиная жизнь и живых. Прошел сквозь мрак и туман Глубокой Преисподней, где лишь равнодушие отражается в бесконечно усталых глазах демонов. Через фиолетовые небеса еще одной Преисподней, едва избегнув схватки со стерегущими их гарпиями.

Случайный рыцарь Хаоса пытался вызвать его на поединок, но Эльф, сделав вид, что принял вызов, опять ускользнул, оставив оскорбленного слугу Безликих лишь грозно потрясать своим зловещим иззубренным мечом красной стали и в бессильной ярости размахивать огромным крысиным хвостом, торчащим из-под мантии…

Он скользнул зеркальными коридорами Великой Пустоты – призраки пытались отведать его кровь, но бежали в страхе. Покинутый храм гиперборейского бога-кальмара, когда-то стоявший там, где ныне плещутся волны арктических морей, а теперь пребывающий на Изнанке мира, чуть не заманил его в сеть вечного сна. Забытые духи, поднявшиеся из астральных могил, хотели сожрать мага, но и тут умения выручили Эльфа.

И много еще было такого, от чего у Арвида остались лишь мимолетные видения, отдающие бредовым ужасом.

Но он преодолел все и вернулся назад.

И когда спиной почувствовал ледяной холод прозекторского стола, лишь улыбнулся.

Он открыл глаза и осмотрелся. Так – лаборатория, а не больница. Спрашивать: «Где я?» – было бессмысленно; вернее всего было бежать. Бежать куда-нибудь в тихое место. Найти способ помочь Стае, зализать раны…

Но встать-то как раз он и не мог. Пока не мог.

Но ведь он маг! А маг, не владеющий своим телом, – это нонсенс, бессмыслица.

Тут в комнате появился человек – кажется, лаборант с набором мензурок. Так – он очень вовремя вернулся: не хватало еще, чтобы к нынешним кудесникам в белых халатах попали образцы его тканей – с их-то хромосомными методиками и анализами.

А уж тем более – бренное тело гару. Еще додумаются клонировать каких-нибудь суперсолдат!

Вспышка, яркая, бьющая по глазам – это все, что успел увидеть младший научный сотрудник НИИ морфологии и физиологии, что на Профсоюзной улице, Василий Крылышко, прежде чем лишиться сознания.

В помещении Эльф задержался ровно настолько, чтобы проверить лабораторный журнал и с помощью печки и набора кислот уничтожить взятые у него образцы тканей.

Заодно он собрал свою окровавленную одежду в пакет, порадовавшись, что его мобильник был тут же.

Затем спокойно облачился в снятые с бесчувственного служителя науки джинсы и футболку, надел белый халат и покинул здание через черный ход.

Когда мэнээс открыл глаза – оборотня уже не было, так же, как джинсов и новеньких туфель (хоть трусы оставил – и то ладно). Разлитые на полу ядовито пахнущие жидкости и битые пробирки означали одно: полный провал едва начатых исследований, обещавших сенсационные результаты…

Эльф сумел пройти около километра, прежде чем магическая подпитка стала исчезать.

Но все же он смог доползти до подвала пятиэтажки. Вскрыл замок, забился в угол и уснул. Нужно было восстановить силы.

– Аня, это что, шутка? Как – «убежал»? – Гуменник со злостью сжал кулак. – Да я понимаю… Да, конечно, вечером встретимся, я же обещал. И у меня просьба: принесите что-либо из личных вещей этого Градова. Да, хозяина квартиры. Нет, конечно, для дела! Или вы думает, я старьевщик? Это очень поможет в расследовании. Благодарю, до скорой встречи. Буду ожидать с нетерпением.

Гуменник с яростью пнул водосточную трубу.

Идиоты! Почему эти омоновцы все как один такие бараны безмозглые? Как можно было упустить оборотня?!

Отвезли его в какой-то гражданский НИИ на экспертизу, никакой охраны…

Демократия, блин, – работать разучились! И эта тварь теперь разгуливает по городу…

Гуменник наконец взял себя в руки и направился в ближайшее интернет-кафе. Надо было забрать досье на Градова.