Авантюры в пустоте.

ЧАСТЬ 1. ЗА ЧТО ВОЮЕМ, ПРИЯТЕЛЬ?

ГЛАВА 1. Труба зовет.

В темноте переулка звякнула сталь. Павел прижался спиной к обшарпанной стене, стараясь как можно тише вынуть из ножен дагу. К сожалению, сутки без сна, проведенные им за решеткой, не прошли даром, и дага скрежетнула по серебряной окантовке ножен. В следующее мгновение на Павла налетел вихрь клинков. Точнее, на то место где он только что находился, так как Капер уже перекатился в сторону. Слева от нападающих вспорхнула стальная бабочка чиавоны, и в ту же секунду два темных силуэта с хрипом осели на промерзлую землю. Еще двое незнакомцев одновременно атаковали Павла, оттесняя его вглубь переулка. С другой стороны которого…

– Эй, ребята, огоньку не найдется? – непонятно откуда взявшийся здоровяк, с любопытством смотрел на троих парней сжимающих обнаженные клинки и внимательно прислушивающихся к отзвукам боя в переулке – Алё, хлопцы, вы не оглохли?

Один из парней, видно заправила, кивнул в сторону надоедливого мужика, и провел рукой по горлу. Это был его последний жест. Два его товарища, изумленно, уставились на изящное навершие, торчащего из переносицы их вожака, стилета. Их удивление было недолгим. Здоровяк, одним движением, вытащил из ножен пару метательных ножей, и еще две души отлетели на встречу с Всевышним.

Оставшийся в одиночестве, метатель ножей покачал головой, и прислушавшись к звону стали, неслышно скользнул вперед, на ходу возвращая на место свои клинки. Бой шел, буквально, за поворотом.

– Ну вот, опять он вляпался! – здоровяк хмыкнул, и медленно двинулся в темноту переулка, на ходу вынимая из ножен тяжелую чиавону. Это оружие не имело ничего общего с теми фехтовальными зубочистками, которые так любят изображать в исторических голофильмах. Тяжелая, с трехфутовым клинком шириною в два дюйма, снабженная не свойственной для подобного оружия изгибающейся к клинку дугой-ловушкой, чиавона вызывала уважение у знатоков, удивление у обычных людей, и нешуточные опасения у противников. Мастер, ковавший этот клинок, в голос материл заказчика, поскольку считал ловушку на чиавоне, полным извращением всех канонов и устоев оружейного искусства.

Антон фыркнул, отгоняя ненужные мысли, и вынув из черепа предводителя шайки свой стилет, осторожно заглянул за угол.

Павел устал. Один из противников уже распахал ему левое предплечье, а второй так и норовил зайти со спины, не давая обороняющемуся прислониться к стене. Бедняга выматерился, заметив невдалеке блеск еще одного клинка. Его заманили в простейшую ловушку.

– Павел, что ж ты меня не пригласил на вечеринку? – раздался насмешливый, и до боли знакомый голос. – Господа, ангард!

Этого нападающие, явно не ожидали. За что и поплатились. Павел, хмыкнув, рванул вперед. Шпага загудела рассерженным шмелем, раздался хруст позвоночника, и вот из спины одного из противников уже торчит, добрых восемь дюймов синеватой новотоледской стали. Павел уперся коленом в грудь убитого, и выдернул еще дымящийся на морозном воздухе клинок. Откуда-то слева раздавался насмешливый матерок старого приятеля, и хлесткие удары, сопровождавшиеся судорожными всхрипами незадачливого агрессора. Наконец раздался звучный шлепок, словно кто-то уронил кусок отбивной на каменный пол. Собственно, почти так оно и было. Верхняя половина второго нападавшего соскользнула на пол, измочаленная до такой степени, что понять, где заканчивается одежда и начинается плоть, было уже невозможно. Ноги судорожно дернулись, и рухнули следом. С противниками, ни Антон, ни его чиавона никогда особо не церемонились, и если позволяли обстоятельства, здоровяк с удовольствием сопровождал удары клинка нехилыми ударами ногами и свободной рукой.

Павел устало улыбнулся, вытирая клинок своей шпаги, смотревшейся как двоюродная модница-сестричка клинка Джин-Тоника. Небольшая, но хорошо прикрывающая кисть руки, гарда, клинок почти трех футов длинной, и шириной в полтора дюйма.

Бухой Святоша покачал головой, и шагнул навстречу другу.

– Ну, здорово, что ли, Джин-Тоник. – Павел протянул здоровяку руку.

– Здоровеньки булы, пан Павло. – Джин-Тоник аккуратно пожал протянутую руку. – Может объяснишь, на кой ляд ты ломанулся в комендантский час на улицу? Делать тебе не чего, или давно в участке не отдыхал?

– Джин-Тоник, знаешь, есть такое слово на букву «ч». Чи ни пишлы бы вы, дядьку? – улыбнулся Павел, закрепляя на раненом предплечье нанопластырь – Я только-только оттуда. Идем лучше выпьем чего-нибудь покрепче.

Здоровяк возвел очи горе, кивнул. Друзья вышли из переулка с той стороны, где Джин-Тоник в первый раз за сегодняшний день воспользовался своим арсеналом. Трупов не было, только легкий запах миндаля рассеивался в воздухе.

Павел принюхался.

– Так-так, это кто же у нас дезинтеграторами пользуется, а, Тоша? – ухмыльнулся он, ныряя в очередную подворотню. Здоровяк хмыкнул.

– Да ладно, одной статьей больше, одной меньше… – отмахнулся он. – Тем более, что никто ничего не видел.

– Ха, Джин-Тоник, читает мне лекции о правилах поведения во время комендантского часа! Ребята с моей лоханки загнутся от смеха. – Павел открыл мембрану входа в какой-то дом. Внутри оказался очень неплохой бар.

Джин-Тоник тут же оказался у стойки.

– Хозяин, комната в твоей харчевне найдется, так, чтоб получше и поспокойней?

– А почему бы и нет. Для флотских, двери моего дома всегда открыты, а уж для Вас тем более, господа капитаны. – Хозяин расплылся в искренней улыбке. Джин-Тоник удивленно посмотрел на своего старого приятеля.

– И чего ты на меня уставился? Я здесь ошиваюсь уже три месяца. Естественно, что в этом маленьком городке меня знают. – Павел пожал плечами. – Хозяин, будь так любезен, принеси нам в комнату чего-нибудь пожрать и выпить.

– Будет сделано, капитан. – Хозяин брякнул на стойку бара ключ от комнаты. – Второй этаж, третья дверь слева. Прошу.

Комната оказалась небольшой, но достаточно удобной. Впрочем, для пустотников, проведших половину жизни в карликовых каютах боевых кораблей, размеры комнаты не играли никакой роли.

– Ну, рассказывай, как дошел до жизни такой? – Антон развалился в жалобно скрипнувшем под его немаленьким весом кресле. Павел недоуменно посмотрел на старого товарища. – Ой, только не надо вот этого. Ты еще оскорбленную невинность изобрази. Очень эффектно будет сочетаться с твоей рыжей бородой!

Приятели заржали так, что со стен штукатурка посыпалась.

– Ну, так поделишься со мной информацией? – Антон протянул руку к бокалу с вином. – Должен же я знать, за что прирезал четырех человек, всего через час после прибытия на эту планетку?

– Да ерунда это все. – Отсмеявшийся Павел махнул рукой. – Мелкий уголовный элемент шалит.

– Колись давай. Я первый раз видел таких «элементов» – с мечами штучной работы в руках. Кстати, почему мечи? Мы же, вроде, не в космосе. – Антон залпом выпил вино и встал за добавкой. Павел пожал плечами.

– Здесь кругом полицейские фиксаторы. Да и плазмобои с игольниками к ношению запрещены.

– А мечи?

– А мечи, часть национального костюма. Как кинжалы у горцев, или скарамасаксы у шотландцев.

– И все же, с чего это они на тебя наехали? Непохоже, что из-за денег. Да и засада была достаточно толково продумана. Ведь явно же не банальный гоп-стоп.

– Джин-Тоник, какой же ты нудный… Когда трезвый, – фыркнул Павел, наливая приятелю вина. – Ладно, черт с тобой. Слушай.

В кои-то веки, Бухой Святоша пошел в кабак, не водку пьянствовать, а на свидание с очередной пассией. На отсутствие денег, Павел уже давно не жалуется, а посему выбрал самое шикарное заведение, какое только можно найти на планете Рона. При входе, два дюжих молодца, как они сами представились- «типа, секьюрити», потребовали от него оставить оружие в гардеробе, дескать, правила хорошего тона и техники безопасности требуют… Как они смогли воспроизвести такую мудреную фразу, одному Богу известно. Капитан по достоинству оценил их умственные усилия, и не стал перечить, сдав шпагу их же собрату по разуму, честно предупредив, что бы не вздумали вытаскивать ее из ножен, если не хотят огрести проблем со здоровьем. «Гардеробщик» хмыкнул, но в голос ржать не стал.

Павел прошел в зал, где его встретил метрдотель ресторана, расточавший любезные улыбки направо и налево.

– Мессир желает столик, или ему по душе кабинет?

– Лучше столик, и, милейший, вот-вот должна подойти дама, проводите ее ко мне. – Павел протянул метрдотелю несколько кредиток.

– Благодарю вас, мессир. Как я ее узнаю?

– Она спросит капитана.

– Обязательно, мессир. – Метрдотель изобразил на ходу легкий поклон, провел Павла к одному из столиков, и растворился в глубине зала. Бухой Святоша вздохнул, уселся в кресло, и в ожидании своей дамы и официанта, стал разглядывать интерьер. Собственно, особо разглядывать-то было нечего. Тяжелые драпировки, потемневшие зеркала, мраморные колонны, и небольшой фонтан в центре зала. Провинциальная идиллия.

Правда, длилась она недолго. В какой-то момент, в зал ворвалось человек пять в масках и с мечами. Банально до ужаса. Обычный грабеж, и ничего личного. Возможно, Павел бы даже не стал сопротивляться, если бы у него, просто попытались отнять деньги… Но угрожать заслуженному пирату его же оружием! Словом, Павел озверел, отнял у этих горе-грабителей свою любимую шпагу, после чего устроил им «похохотать». Несчастных преступников, живых, но не очень-то здоровых, местные стражи правопорядка, вызванные метрдотелем, доставили в участок, прихватив на всякий случай и Павла. Всякий случай пустотнику вскоре подвернулся, поскольку обезьянник в участке оказался всего лишь один, что и привело к очень тесному общению рук и ног Павла с лицами, ребрами и прочими частями тела оставшихся в сознании грабителей.

К счастью для Капера, на этой планете отношение к холодному оружию, сильно напоминает отношение ниппонцев к своим мечам. Так что, здесь его ярость была вполне понятна любому человеку. А уж, когда на следующую ночь, на допросе, некий сержант, увидел, на принесенной в качестве улики шпаге, широкую кайму наносостава, что сразу превращало древнюю железку, в эффективное и очень дорогое оружие для боя в замкнутых пространствах кораблей… Короче, клинок Бухому Святоше вернули в тот же момент, заставили заплатить штраф «За неподобающее поведение», после чего вежливо пожелали доброго утра и отпустили на все четыре стороны. Правда, вместе с грабителями, поскольку те, так и не успели никого ограбить, а значит, схлопотали по такому же штрафу, что и Павел. Так что засада в переулке, была всего лишь попыткой страшно отомстить.

Павел закончил свой рассказ, и торопливо налил полный бокал вина, поскольку Антон опережал его уже бокалов на пять…

Лишь на утро, окинув друг друга тяжелым взглядом, и поправив здоровье местным пивом, они перешли к решению насущных проблем и вопросов.

– Зря ты сюда прилетел. Заказов нет. А конвой купцов, насколько я помню, тебя не устраивает. – Произнес Павел, тщательно очищая клинок. Антон улыбнулся.

– Хрен с ними, с заказами, ну их к уту в дупу. Ты мне лучше скажи, когда мы в последний раз собирались вместе?

– В смысле, мы вдвоем, или… – Павел испытующе взглянул на лыбящуюся физиономию Антона.

– Или, пан капитан.

Павел поперхнулся и тут же радостно потер руки. У него уже полгода не было ни одного стоящего заказа, и хотя казна его корабля не несла от этого особого ущерба, Бухой Святоша, вместе со своей командой, лез на стенку от скуки. Так что теперешнее его радостное возбуждение вполне понятно.

Правда, радость была недолгой. Если уж Джин-Тоник пришел к нему с предложением, и не просто пришел, а сумел отыскать на этой гребаной планетке, да еще заговорил о сборе их маленькой эскадры, значит заказ просто самоубийственен. Уж что-что, а эту нехитрую истину Павел постиг на собственной шее. Единственное, чего он никогда не мог понять, почему его старый друг не способен найти заказ попроще. Их эскадра, за все время своего существования, умудрялась влезать в самые что ни на есть смертельные передряги, но, то ли сдуру, то ли еще по какой-то причине, всегда выходила если не с прибылью, то при своих. Так что за двадцать лет русские подданные под каперскими флагами наворотили такого, что все их экипажи пора, или представлять к Ордену Славы, или упрятать в какую-нибудь психушку на окраине Вселенной, ради вящего спокойствия.

– Рассказывай, что ты задумал. – вздохнул Павел.

– Извини, не все сразу. Дело в том, что у меня пока нет заказа. Но есть приглашение на переговоры. И первым условием, которое выставил заказчик, было прибытие всех четырех капитанов, на встречу с ним. – Антон нацепил перевязь, и кивнул на дверь. – Думаю для дальнейшего разговора, нам следует найти место, потише этого кабака.

Через два часа, корвет Бухого Святоши ошвартовался на геостационарной орбите в паре миль от дрекки Джин-Тоника. Оба корабля зависли над единственным портовым городом на планете, начисто игнорируя истошные вопли системы предупреждения старой орбитальной крепости находившейся над ними.

Грузовые суда обходили Каперов по крутой дуге, на прощание, осыпая их отборным трехэтажным матом.

Еще через час боевые корабли снялись с орбиты, отправили в космос мощный сигнал-пакет, и ушли.

– Капитан, может, ты все-таки объяснишь, куда нас ведешь? – Раздался громовой голос канонира за спиной Павла. Бухой Святоша обернулся, и задавший вопрос канонир, невольно попятился. Лицо бывшего офицера Русской Империи, было почти малинового цвета от ярости, а сдерживать свои эмоции он никогда толком не умел, что и доказал, завернув руладу, в которой помянул беднягу канонира, Антона, заказчика, оба корабля, весь внешний Космос, и все человечество до седьмого колена, во всех позах и разными способами.

– Эй, Павло, охолони. – на огромном панорамном экране в рубке корабля появился улыбающийся Джин-Тоник, но тут же посерьезнел. – Будь добр, пригласи команду к мониторам.

Павел смерил взглядом своего старого друга, и нехотя произнес, – «Включить интерком».

– Тебе не кажется, что ты стал слишком недоверчивым, Антон? – Павел уселся в капитанское кресло. – Почему ты не указал точные координаты нашего места назначения? Почему идем каким-то левым зигзагом, как пьяный десантник от шлюхи? Мои люди волнуются, между прочим.

– И ты тоже, Павел. – Антон кивнул.

– Да, и я тоже! – Рявкнул Павел, и от души треснул кулаком по подлокотнику. – Я, знаешь ли, неуверенно себя чувствую, когда вынужден тащиться у тебя за кормой, не зная куда, зачем, и для чего!

– Успокойся, Павел, не нервничай. Мы с тобой в одинаковом положении. – Мостики за спинами капитанов начали заполняться свободными от вахты пустотниками, не пожелавшими любоваться разборками своих капитанов по мониторам – Ну, раз все в сборе, можем начинать объяснения. – Антон хлопнул в ладоши, и на обоих кораблях установилась гробовая тишина.

– Давно пора, – послышался голос того самого невезучего канонира из команды Павла.

– Так вот, господа головорезы. Вас всех возмущает тот факт, что никто не знает точки назначения, к которой движется наш дуэт. Я только что пытался объяснить Павлу, что мы с вами находимся в одинаковом положении. Это не просто слова. Я тоже не знаю, где находится цель нашего путешествия, хотя не скрою, что догадываюсь, куда нас несет.

Абсолютная тишина сменилась недоуменными возгласами, а Павел просто-таки впился глазами в лицо Антона, пытаясь понять, что за чушь тот метет.

– Это правда, ребята. И это второе условие нашего заказчика. Он предоставил мне курсовой чип с какой-то совершенно охренительной степенью защиты. Информация с этого чипа загружена в компы наших кораблей, и десять минут назад была загружена в корабли Резвого Эстонца и Трезвого Казака.

Дальше весь эфир был заполнен самым убийственным флотским матом обеих команд, слушавших речь Джин-Тоника. А учитывая, что члены обеих команд отнюдь не были гимназистками, от этого словоизлияния, уши тех же гимназисток не просто могли свернуться в трубочку, но и осыпаться на пол.

Наконец, матросы выдохлись.

– Я не закончил. У меня есть к вам маленькая просьба. Мы уже достаточно давно мотыляемся по Вселенной, но я надеюсь, что вы еще не забыли, кто мы и откуда родом. Ну а если вы все же забыли, я напомню. Никто из нас не был освобожден от присяги данной Императору, несмотря на то, что не все из нас могут вернуться на родину. Я надеюсь, что вы со мной согласитесь, и мы продолжим наш путь. – Антон вытащил из-под колета лист дорогой синеватой бумаги, на которой была только одна надпись: «Маршрут на чипе. Надеюсь увидеть Вас еще до Дня Тезоименитства. Жду. Александр».

Корабли опять погрузились в тишину.

– Вот теперь, dixi.

Павел поднялся с кресла, кивнул.

– Двигатели на максимум, идем прежним курсом. Команда, по местам! Антон, объясни, на хрена такая конспирация?

– Очевидно, Император хочет предложить нам нечто, идущее вразрез с требованиями международного права. Тем более, что, судя по отметкам, мы идем к одной из планет-полигонов, где-то у созвездия Жемчужницы, если мне не изменяет память. – Джин-Тоник усмехнулся.

– Что он от нас хочет, ты знаешь? – хмыкнул Павел.

– Могу только догадываться.

ГЛАВА 2. Родные пираты.

– Внимание, капитанам обоих кораблей! Заглушить двигатели, отключить системы защиты, обозначить швартовочные точки. Приготовиться к принятию на борт десанта. При неподчинении, буду вынужден открыть огонь на поражение.

– Кшетусский, Вы нас, образно говоря, достали! – Джин-Тоник вышагивал по капитанскому мостику, исподлобья поглядывая на командор – лейтенанта русского флота на экране.

– Повторяю, заглушить двигатели, отключить системы защиты, обозначить швартовочные точки…

– Идите к дьяволу, лейтенант, следую своим курсом! – Антон хрястнул по хрупким перилам кулаком. – Генераторы на полную мощность! Включить системы подавления. Святошу, на связь! – На экране тут же сменилась картинка. Павел весело улыбнулся.

– Джин-Тоник, берем его в коробочку! Мои ребятки уже готовы.

– Давай.

Командор – лейтенант Флота Его Величества метался в рубке, наблюдая, как громады двух боевых кораблей, нависают над его хоть и не сильно уступающим им в боевой мощи, но все-таки катером, и чувствовал, как по спине побежал холодный пот. Казалось, что тысячетонные корабли висят всего в паре метров от обшивки его «Буга», и сейчас просто раздавят несчастный внутрисистемный патруль.

– Командор, мы не можем открыть огонь по Каперам. – Один из канониров вытянулся в струнку. – Они сдвоили поле подавления, и находятся на пределе резонанса.. Первый же выстрел приведет к тому, смещению силовых каркасов. И эпицентром будем мы. Эти сукины дети играют на дюзах, как Лагранж на рояле!!!

– В крайнем случае, нам придется пойти на это. БИЦ, рассчитать возможные повреждения всех трех кораблей при прямом бортовом залпе с «Буга». – Кшетусский уселся в кресле, и попытался успокоиться. То, что сотворили эти сумасшедшие, свидетельствовало только об одном: команде «Буга», вместе с командор-лейтенантом Флота Его Величества, Лукашем Кшетусским, до уровня этих ребят еще тянуться и тянуться.

– Лейтенант, – небольшой монитор в подлокотнике капитанского кресла засветился, выдавая изображение капитана одного из «задержанных» кораблей. – Свободный Капер Павел Бечетов, капитан Бухой Святоша, к Вашим услугам. Поверьте, лучше Вам даже не пытаться расстрелять наши корабли. От Вашей посудины не останется даже газового облака, а наши корабли получат, максимум, пятнадцатипроцентные повреждения.

– Ваши дальнейшие планы, господа пираты?

На экране появилось хмурое лицо Джин-Тоника.

– Командор-лейтенант, я прошу Вас впредь выбирать выражения. Мы – Каперы, и грабежом не занимаемся.

– По законам Русской Империи, любое вооруженное судно, не относящееся к Имперскому Флоту, является пиратским! – вскинулся Кшетусский.

– Эти законы действуют только в пространстве Империи! А в данный момент, мы находимся во Внешнем Космосе. Прошу Вас этого не забывать. – Павел лязгнул эфесом шпаги. – Отвечаю на Ваш вопрос: Мы движемся к Гамме Жемчужницы. Предположительно. Честь имею, пан Кшетусский. – Павел отключился.

– Лейтенант, весьма сожалею, но мы не видим возможности с Вами расстаться, а посему придется Вам путешествовать вместе с нами. Тем более, что цель у нас с Вами, похоже одна: целыми и невредимыми добраться до Гаммы.

Командор-лейтенант тихо выругался. Команда его корабля, хоть и не считалась самой лучшей в Приграничье, но и в лужу садилась крайне редко. Зато теперь, они могли смело рассчитывать на такие прозвища со стороны коллег, которые этим чертовым пиратам и не снились!

За спиной Кшетусского послышалось тихое покашливание. Лейтенант обернулся, и увидел у приборной панели навигаторов, своего старого приятеля, земляка и заместителя, лейтенанта Жандармского Корпуса, Андрия Ковальского.

– Лукаш, на пару слов.

Командор-лейтенант кивнул, и вышел вслед за Ковальским, под рев дежурного: «Командор покидает мостик!».

– Кажется мы в дерьме, лейтенант? – Андрий вопросительно взглянул на Кшетусского.

– По самые уши, лейтенант. – в тон ему ответил командор.

– Мне не хочется тебя расстраивать, Лукаш, но…

– «Но», что?

– Ты сам читал приказ о конвоировании этих пиратов на Гамму? – Андрий побарабанил пальцами по столу.

– Дежурный. – Лукаш непонимающе уставился на друга. – Райво.

– Ты сам приказ видел? – Андрий ухмыльнулся. И тут же ответил за командора, – Нет, не видел. А я вот полюбопытствовал.

– И что?

– На, прочти. – Андрий протянул лист распечатки командору.

«Командор-лейтенанту пограничного катера «Буг» Флота Его Императорского Величества. Приказываю: Сопроводить каперский корвет «Саблезубая Белка» капитана по прозвищу «Бухой Святоша», и каперский драккар «Солнечный Кот» капитана по прозвищу «Джин-Тоник», до внешнего рейда третьей планеты звезды Гамма созвездия Жемчужницы. Обеспечить безопасность как кораблей, так и их экипажей. Адмирал Стогов».

– Ни хрена… – Лукаш выпустил из рук приказ, и тот мягко соскользнул на пол.

– Райво уже в карцере, клянется и божится, что сам принял приказ о конвоировании пиратов на Гамму. А я начал проверочку, и вот что выяснил. Инфопакет с приказом пришел непосредственно с «Алексеевского равелина», и состоял из двух частей. Первая, это тот приказ, который зачитал Райво. А вот вторая часть – настоящая, требовала офицерского допуска, которого у Райво нет. Так что настоящего приказа он даже не видел.

Лукаш заметно расслабился, и даже улыбнулся.

– Ну вот, а ты говорил «расстраивать», – лейтенант хлопнул Андрия по плечу. – Видишь, мы уже распутали этот клубок. Осталось только связаться с этими пира… Каперами, и объясниться.

– Матка боска, как у вас, флотских, все просто! Лукаш, поверь жандарму, мы в дерьме, причем, даже не по мои уши, а по околыш твоей фуражки! – вздохнул низенький, но коренастый Андрий. Длинный и худой, словно версту проглотил, Лукаш, недоуменно пожал плечами.

– Да почему?

– Неужели ты думаешь, что вся эта кутерьма с приказами, просто случайность? Нас же подставить пытались, Лукаш, очнись! – Андрий ткнул друга кулаком в бок. – И ведь как красиво было задумано! Секретная информация шифруется, все чин чинарем. А сверху накладывается фальшивка с дежурными допусками, и маленький дополнительный шифратор, благодаря которому, секретка становится попросту невидимой для любого человека работающего без офицерского идентификатора. Вот так-то, Лукаш. В одном ты прав, надо связаться с Каперами, и объясниться начистоту. Мне почему-то кажется, что они нас прекрасно поймут.

– Мы опозорим флот, если эта история вылезет наружу.

– О, да ты никак начал соображать?! – деланно удивился Ковальский. – Ничего страшного, поверь, эти ребята видели столько грязного белья нашего грозного флота, сколько нам с тобой и не снилось. И не дай Бог, приснится. По крайней мере, за одного из этих капитанов, ручаюсь головой. – Лукаш удивленно взглянул на Андрия, тот в ответ расхохотался. – Я ведь наблюдал вашу беседу из своей каюты, лейтенант. Так вот, один из твоих собеседников, когда-то был правой рукой моего обожаемого шефа, до тех пор, пока не был отправлен в отставку, сразу после конфликта с Султанатом Шериф, двадцать два года назад.

И теперь выясняется, что мой хитро… мудрый коллега, господин Бечетов стал капером и продолжает мотаться по Вселенной, находя приключения на свою горемычную задницу.

– Ну-ну, много же ты о них знаешь, Андрий. – Лукаш хмыкнул. – Давай-ка попытаемся связаться с этими господами, а потом, ты подробно и в лицах расскажешь мне все, что тебе известно.

ГЛАВА 3. Откуда дровишки?

Через пятнадцать минут в кают-компании драккара отворились двери и на пороге появились оба поляка.

– Приветствуем красу и гордость русского флота! – Павел отсалютовал прибывшим, зажатой в руке рюмкой. Антон ухмыльнулся и указал офицерам на удобные кресла.

– Здравствуйте, господа. – Оба лейтенанта отвесили легкий полупоклон.

– Прошу к столу. Все разговоры, после обеда. – Павел разлил по уже приготовленным рюмкам водку.

Обед был недолог. Друзья выслушали рассказ поляков, и надолго замолчали.

– Антон, я иду на корвет. – Павел поднялся, поправил портупею и двинулся к выходу.

– Подожди. Ты сам всегда говорил, что прежде чем махать мечом, нужно поворочать извилинами. Господа, – Антон повернулся к лейтенантам, – Ответьте, мы действительно не ошиблись в предположениях, и должны прибыть на Гамму Жемчужницы?

– Так сказано в приказе. – Лукаш пожал плечами.

– Тогда я ничего не понимаю. Зачем нужна была вся эта кутерьма с курсовыми чипами, и полной тишиной в эфире с момента отбытия?

– Старый финский лис, очевидно, помешался на конспирации, – зевнул Павел. – Я имею в виду графа Маннергейма.

Антон встрепенулся.

– Твою мать! Павел, как думаешь, сколько военных судов уже разметало по всей системе Альфы Жемчужницы?

– Эстонец и Казак! – Павел рванул к интеркому, но тут же остановился. – Режим молчания на дальней связи. До окончания пути мы даже не можем их предупредить.

Поляки наблюдали за Каперами с возрастающим беспокойством, не понимая, от чего те завелись. Наконец до Андрия начало доходить.

– Что, кроме вас есть еще корабли, которые идут к Гамме?!

Каперы кивнули. Лукаш, до которого тоже, наконец, доперло, выматерился, и, вскочив с кресла, рванул к выходу.

– Андрий, не знаю, нужно ли предупреждать пиратов, а вот сообщить об этом адмиралу, просто позарез необходимо. – Голос Лукаша доносился уже из наплечного передатчика Андрия.

Весь комсостав «Буга» столпился на мостике катера, напряженно вглядываясь серую рябь экрана дальней связи. «Алексеевский равелин», флагман Русского флота, молчал. Внезапно взревели баззеры тревоги, и корабль начал мелко дрожать. Засветился экран ближней связи.

– Мы сняли блокаду, господа. – На экране возникла фигура Капера, но за темным забралом шлема скафандра разобрать кто говорит, было невозможно. – Также мы отключили курсовые чипы, и идем к Альфе Жемчужницы. Прощайте, и не пытайтесь нас остановить. Честь имею. – Боец взмахнул рукой, и изображение исчезло. «Буг» в последний раз дернулся, и словно бы вздохнул. Это поля подавления Каперов, перестали давить на корпус и сенсоры катера. Корвет и драккар вывели маршевые двигатели на полную мощность, и исчезли с экранов сенсоров.

Их корабли вышли к системе Альфы Жемчужницы классической боевой «двойкой», чтобы не потерять ни секунды, в случае, если их атакуют. Поля подавления были готовы к тому, что бы в течение десятой доли секунды перекрыть друг друга, создавая помехи для штатных систем обнаружения и идентификации.

Боя не было. Только на орбите одной из планет, ошивалось некоторое количество обломков, да небольшое облако замерзшего газа. И никаких признаков кораблей Эстонца и Казака.

Драккар и корвет медленно вошли в пределы системы, ощупывая пространство всеми сенсорами. Возглас операторов сенсоров обоих кораблей раздался одновременно.

– Внимание, неопознанный объект на обратной стороне четвертой планеты!

Атмосферные возмущения ближайшего газового гиганта, на сто процентов гарантировали наличие корабля класса «крейсер», или более мощного, в верхних слоях атмосферы. Оба Капера рванули на полной скорости вокруг планеты, словно играли в салочки с неизвестным кораблем. Оказавшись на орбите гиганта, они заглушили маршевые двигатели, и привели в действие системы «хамелеон». Заработали анализаторы, корпуса кораблей мелко завибрировали из-за изменений контуров полей, а сами установки «Хамелеон» за восемнадцать секунд смоделировали и запустили имитаторы планетарного фона.

– Кажется нас ждали, Павло. – На экране в рубке Бухого Святоши появился Джин-Тоник в экзоскафандре, но без шлема.

– Пускай ждут дальше. Нам опасаться нечего. Эстонец хороший инженер, к тому же «Хамелеон» я уже проверял. После той заварушки у старого Таира, эта штука сделала меня невидимым на фоне идущего полным ходом крейсера Опуса! – Павел мягко хлопнул по консоли установки.

– Интересно, а зачем тебе это понадобилось? – Антон удивленно покачал головой.

– Наследники иезуитов отказались платить по договору. Как только мы притащили их барахло, этот идиотский эмбрион-переросток, который они по какому-то случаю называют кораблем, навел на нас весь свой арсенал, и вежливо предложил катиться в такое место… – Павел удрученно покачал головой. – В общем, тогда все шесть наших кораблей конвоировавших орденские грузовозы, в четыре выстрела разнесли караван на атомы, и умотали к ближайшему астероидному полю. Там собрали Большой Круг, и решили, что бабки мы заработали честно, а значит должны их получить, вместе с компенсацией.

– Ну-ну, и велика ли была компенсация? – Антон удивленно покачал головой.

– Казна ордена, находившаяся на крейсере Опуса.- Павел улыбнулся.

– Значит, у тебя теперь еще и недопонимание с Опус Деи?

– Нет, их корабль был уничтожен кромешниками, едва мы вышли из системы. Нас тоже хорошо погладили. Из шести кораблей ушедших по контракту в конвой, в доки на Зеере, вернулись два. Остальные были захвачены. – Павел посмурнел. – Замнем для ясности, Антон.

– Кто не вернулся? – Бойцы с драккара Джин-Тоника, перекрестились.

– Горняк, Сумасброд и Усатый-Полосатый. – Павел вздохнул. – Это была славная охота.

Из-за кромки планеты появился ожидаемое судно, и оба корабля Каперов рванули ему навстречу, одновременно опускаясь ниже к планете, что бы не быть засеченными сенсорами огромного равелина, у швартовочных шлюзов которого, Каперы с изумлением обнаружили два пятна звездного фона. Глухо щелкнули шлемы, входя в байонеты экзоскафандров.

– Кажется, я понял, что это такое. Это корабли Эстонца и Казака пришвартованные к этой громаде. Очевидно, они, так же как и мы притворялись шлангом, только не у планеты, а звезды. – Павел чертыхнулся. – Ну что за черт.

Они еще заметили, как звездный фон сменился угловато-плавными обводами двух кораблей, когда на мостиках обоих капитанов засветились дополнительные экраны.

– Я контр-адмирал Русского императорского флота, – контр-адмирал стоял на мостике огромного равелина, при полном параде, в окружении офицеров. – Заглушите маршевые двигатели, и отключите системы наведения. Вы находитесь в области военных учений русского флота. Не оказывайте сопротивления, сейчас мы пришвартуем вас к одному из шлюзов. Я включаю луч швартовщика. Так что, держитесь крепче, если не хотите набить себе пару шишек. И выключите, наконец, двигатели!

– Конечно, господин контр-адмирал. – За темным забралом шлема нельзя было увидеть ухмылки Антона, но в его голосе сквозила просто убийственная ирония.

День обещал быть тяжелым.

ГЛАВА 4. Свои среди чужих.

– Господин контр-адмирал, ваши требования невыполнимы. – Антон и Павел стояли в окружении Каперов на аппарели «Саблезубой Белки», в десантных скафандрах с затемненными забралами. – Эти корабли являются нашей собственностью и находятся вне вашей юрисдикции. Так что, извините, но на борт «Саблезубой Белки» и «Солнечного Кота» не попадет ни один посторонний.

Контр-адмирал побледнел от злости, окинул Каперов презрительным взглядом и, развернувшись, скрылся вместе со своей свитой за огромными воротами причального дока.

Друзья поднялись на борт корвета.

– Антон, тебе не кажется, что что-то идет не так? – Павел, удобно устроившийся в глубоком кресле, задумчиво смотрел на покачивающийся в руках Джин-Тоника снифтер с коньяком.

– Кажется-кажется. – Антон понюхал содержимое бокала, удовлетворенно кивнул, и продолжил, – Контр-адмирал уж больно суров, да и не было еще такого, чтобы корабль, оказавшийся в районе учений Флота пытались взять в плен. Обычно, просто высылается автобот, с предупреждением, а там…

– Можешь не объяснять. В конце-концов, не первый год под солнечным ветром ходим. – Павел хмыкнул. – И все-таки есть еще что-то… Жопой чую.

В этот момент капитанов прервали. Раздался тихий стрекот дверного зуммера, и в каюту влетел штурман Павла – Шустрый Метр. Капитаны с удивлением посмотрели на гостя. Шустрый Метр, пребывая в сильнейшем возбуждении, вопросительно посмотрел на Джин-Тоника и, не дожидаясь разрешения, выхватил из его рук бокал. Выпил залпом, замер, шумно выдохнул, и затараторил, пока Антон обалдело смотрел на пустой снифтер:

– Антон, Павел, простите за вторжение, но у меня хреновые новости. Этот контр-адмирал никак не контр-адмирал! – Если бы он не произнес этих слов, Павел бы уже начал орать.

– Так. – Лицо Павла приобрело нормальный цвет. – Подробней, Евгений, не мельтеши.

– Вы заметили, что он не представился? – Шустрый Метр перевел взгляд с Бухого Святоши на Антона и обратно. – Так вот, это бывший командор-капитан второго ранга Чернев, я служил на его фрегате «Бравый», в составе Четвертой Эскадры, у Лукового Камня, пятнадцать лет назад.

– И что с того? – Павел недоуменно пожал плечами, дескать, эка невидаль, капитан фрегата с захолустной базы, за пятнадцать лет дослужился до чина контр-адмирала, и попал в личную эскадру Императора.

– То, что ему, еще десять лет сидеть на нарах за изнасилование. – Шустрый Метр вздохнул, и разом обмяк. Сгорбившись, он подошел к столу, при полном молчании Каперов, выпил полбокала коньяка, и продолжил тихим надтреснутым голосом, – Это ж из-за него я из Империи уехал. Я тогда в увольнительной был, в цивильном зашел в кабак, расслабиться, выпить чуток… А тут Чернев. Сидит с какими-то хмырями, то ли местными, то ли еще какими, но явно гражданскими. Пьяный он был в доску. Хотя вроде до этого и не замечали за ним такой склонности. Короче, он какую-то официантку за задницу ухватил, а она ему пощечину, нравы-то на Луковом Камне патриархальные. Как она еще в кабак работать пошла, хрен знает.

Чернев бухой, да еще гражданские эти ржут. Вскинулся, да и врезал ей от души. А я не далеко был… В общем, стул из-под него выбил, капитан упал. Потом дружки его налетели, помяли меня хорошо, вытащили на свежий воздух, в кусты бросили. – Евгений еще раз наполнил бокал, опять наполовину, окинул взглядом молчащих Каперов и продолжил, – Кабак на холме стоит, как раз за этими кустами склон и начинается. Короче, очнулся я уже внизу у подножия, часа через два. Слышу какие-то стоны, мычание… Ну и выглянул из-за камня. А там… Чернев той официантке отомстить решил. И хмыри эти тут же, ухмыляются, советы дают. Я сам в небольшом городке вырос, у нас за такие вещи, насильнику, не дожидаясь суда, хозяйство отрезали, и в Поганое озеро гада, с камнем на шее.

Потом суд был, я показания дал. Чернева на нары, а меня… Два месяца в лазарете провел, пока ребра срастались. Потом в строй вернулся… В команде как чужой стал, никто из наших, ближе чем на три метра ко мне не подходил. Один в четырехместном кубрике жил. Оказывается, предателем стал. Ну, а когда узнал, что новым командором на «Бравом» троюродный брат Чернева будет, решил уходить. На первом же таирском купце, слинял с Лукового Камня, и из Империи. Черневы фамилия известная, и властью они обладают немалой. Вот так, господа капитаны. – Евгений залпом засадил пятый по счету бокал, тут же свалился на пол и захрапел.

– Хо-хо. Пора объявлять походный режим. – Бухой Святоша вынул из руки спящего штурмана пустой снифтер, поставил его на стол и повернулся к Антону. – Ну что, Джин-Тоник? Нехреновый оборот, а?

– Да уж. Хорошая у тебя жо… то есть чуйка, Павло. – Антон невесело усмехаясь, поднялся, поправил перевязь, и двинулся к выходу. – Пойду своих орлов навещу. Может они, какие идейки подкинут…

Корабли Резвого Эстонца и Трезвого Казака были пришвартованы со стороны противоположной той, где прицепились к равелину Бухой Святоша и Джин-Тоник. По замыслу контр-адмирала Чернева, это, очевидно, должно было помешать общению между командами. Ну, откуда было знать бывшему капитану второго ранга с захолустной базы, что любой свободный Капер – это, прежде всего абордажник-виртуоз, для которого прыжок в пустоте на несколько сотен метров, просто прогулка. На таких дистанциях не нужно даже включать коррекционный двигатель скафандра…

Связь между захваченными кораблями была моментально налажена, и команды начали, не суетясь, ходить друг к другу в гости, благо равелин до сих пор висел на орбите все того же газового гиганта, и пока никуда не отправлялся.

Корабли Каперов надежно удерживаемые швартовщиком, оказались в своеобразной осаде. Головорезы собрали Большой Круг и решили, что погостили достаточно, а посему, пора бы и честь знать…

На кораблях закипела работа.

Капитан Игорь по прозвищу Трезвый Казак, отдыхал в каюте собственного корабля, развлекаясь метанием дротиков в пластик двери. Рядом с низкой, привинченной к полу койкой, стоял целый ящик этих снарядов, а дверь была похожа на ежа. Игорь жестоко страдал от скуки, потому как свою часть работы по освобождению кораблей, он уже проделал. Голова до сих пор трещала от тех усилий, которые он приложил, чтобы разработать красивый (по другому Игорь не работал) план побега.

Внезапно раздался тихий скрип зуммера двери. Скрип, потому что на обычный звук зуммер был уже не способен. Дротики прошлись и по нему.

Трезвый Казак, огромный, обманчиво неповоротливый, поднялся навстречу входящим в его каюту капитанам.

– Ну, здорово что ли, черти! – Казак пожал руки Антону и Павлу. Бухой Святоша, демонстративно, подул на свою покрасневшую от пожатия руку, и тут же присоседился к небольшому столику в углу каюты, уставленному большим количеством бутылок и достаточно бедной закуской. – Как дела?

– Все идет по плану, Игорь. – Павел отправил в рот горсть орехов, запил соком и поморщился. А что делать? Во время похода, у Каперов царит «сухой закон». А на Большом Круге было принято решение, что ситуация в которой они оказались, вполне может именоваться «походной». – Мои ребятки, уже закончили шунтирование в БИЦе, на мостике и в каюте второго помощника капитана. Информация с равелина идет валом.

– А почему шунт установили в каюту, именно, второго помощника? – Игорь недоуменно взглянул на Павла.

– Второй помощник на любом корабле Русского Флота, приписан к жандармерии. – Вместо Павла ответил Антон. – К тому же в каюту контр-адмирала нам все равно не пробиться. Она не выходит ни к одной из внешних переборок.

Павел хмыкнул. Он раздражался, когда ведомство в котором он отслужил не один десяток лет, величали жанадармерией.

– Ладно, Павло, прости, – рассмеялся Антон. – Можешь продолжать.

– Угу. Так вот, информация идет более чем странная. Во-первых второй помощник не из Третьего Отделения. Второе, и самое главное, этот корабль не принадлежит Русскому Флоту. На нем стоит нештатное вооружение, отсутствует главный калибр, а по палубам носится куча, самого что ни на есть отребья, не имеющего никакого отношения к Русскому Флоту. Короче, не равелин, а пародия.

– С этим ясно. – Игорь медленно кивнул, и посмотрел на Антона. – Только на хрена оно нужно? Нас брать?

– Да нет, не на нас. Шустрый Метр, чтоб от похмелья избавиться, на своем боте смотался к тем обломкам, что у пятой планеты болтаются. По ходу, здесь все-таки был бой. И, Чернев его выиграл.

– Не надо сверлить меня взглядом, сделаешь дырку, потом не заштопаешь, – усмехнулся Джин-Тоник, – Мои десантники прочесали всю поверхность этого корыта. Генераторы находятся в секторе 2а-с. Мощность обшивки в этом месте – восемьдесят сантиметров.

– Хорошо. Теперь дело за Резвым Эстонцем. – Игорь хмыкнул, поднялся, нацепил перевязь с длинным эстоком, и шагнул за порог каюты.

– Командор, там твориться что-то непонятное. – Дежурный поднялся навстречу Черневу, влетевшему на мостик, со скоростью атмосферного истребителя. Контр-адмирал бешено взглянул на дежурного, так что тот пожелал провалиться в пустоту.

– В чем дело? – Чернев еще не отошел от очередной беседы с этими долбанными пиратами, которые снова отказались назвать цель полета, а теперь еще и этот недоносок тычет пальцем в мониторы, и мычит что-то невразумительное.

Контр-адмирал взглянул на столбцы информации выводившиеся компом. Система глючила. Чернев выматерился и обернулся к дежурному.

– Значит так, сейчас вызовешь настройщиков, пусть разберутся, и… – Глаза контр-адмирала полезли на лоб. На прозрачный пластик обзорной галереи, проходившей над мостиком, был присобачен огромный плакат с одним словом: «До свидания». Плакат был прикреплен СНАРУЖИ.

Дежурный, заметивший что с командиром что-то не в порядке, медленно повернул голову, и мелко затрясся, увидев ту же надпись. Он мог поклясться, что когда контр-адмирал вошел, на обзорной галерее никаких плакатов не было. Вот теперь ему точно кранты.

Чернев пришел в себя и закончил:

– …и весь космодесант на обшивку! Похоже, эти твари решили, что имеют право расхаживать по моему кораблю как по бульвару.

Так буднично пришел конец когда-то мощнейшему кораблю. Хотя Чернев об этом даже не подозревал.

В тот момент, когда вся абордажная команда равелина оказалась на обшивке собственного корабля, все четыре капера включили маршевые двигатели. Плазмобои применять стало невозможно. В пустоте не было ни одного Капера… Почти ни одного. Маленькая группа под предводительством Резвого Эстонца установила мощный вышибной заряд у основания кожуха генератора предназначенного для работы луча швартовщика, удерживавшего каперов. В следующую секунду, после срабатывания заряда, маленький прибор, усовершенствованный руками хитроумного Эстонца, выдал на волне равелина ультразвуковой сигнал, буквально, сваливший с ног большую часть космодесанта равелина. Все произошло в считанные секунды. Никто еще не успел ничего сообразить, когда капитан Николай по прозвищу Резвый Эстонец, аккуратно загнал старый открытый катер в причальный док собственного крейсера «Ухмылка Удачи». Маленькая эскадра Каперов уходила походным ордером на предельной скорости.

Наконец, Чернев опомнился, и равелин начал выводить двигатели на ходовую мощность. Секунда, другая, и маршевые двигатели тихо умолкли. И больше не заработали. Каперы, очевидно, ходили не только в гости друг к другу.

Огромный равелин повис над четвертой планетой Альфы Жемчужницы, как нелепый спутник. Обездвиженный, но злой. Впрочем, его злость наглых пиратов достать уже никак не могла.

ГЛАВА 5. Простор и ничего священного.

Маленькая эскадра неугомонных Каперов зависла в поясе астероидов, недалеко от Гаммы созвездия Жемчужницы.

Уже не в первый раз Павел поминал Джин-Тоника такими словами, что любой его подчиненный, услышь он эти перлы словесных генетических опытов, сразу постарался бы исчезнуть из поля зрения своего капитана, поскольку выразительность этого "эзопова языка" Павла свидетельствовала об очень скором взрыве гнева. А Бухой Святоша в гневе… Это хуже взрыва сверхновой!

К несчастью, матерился Павел не вслух, а про себя, да и некому было вовремя тормознуть нового боцмана, которого Павлу пришлось нанять после бойни у Старого Таира. Боцман, не подозревавший о том, что пришел на вечеринку на атомной электростанции, вломился в каюту Бухого Святоши, и потребовал "от имени всей команды" развернуть "Саблезубую Белку" и идти к ближайшей цивилизованной системе, поскольку они-де "не нанимались болтаться по Внешнему Космосу, без дела и хотя бы намека на гонорар".

Несчастного пирата спас коммуникационный люк, в который он провалился, удирая от несущегося следом Павла с металлическими ножнами от любимой чиавоны наперевес.

В принципе, Бухого Святошу можно понять. Эстонец, Казак и Джин-Тоник давно уже были на второй планете Гаммы Жемчужницы, а ему пришлось задержаться из-за неожиданной поломки одного из генераторов силового поля. И все бы ничего, если бы не одно маленькое "но". По обычаю Каперов, корабль считался находящимся в походе до окончания любых ремонтных работ, то есть "Саблезубая белка" все еще находилась под действием "сухого" закона. И Павла, буквально, бесило, что его приятели потягивают вино на планете, тогда как он материт команду, болтаясь в железной коробке, плавающей среди космического мусора.

– Он что, с ума сошел?! – боцман пытался прийти в себя, получалось не очень.

– Да нет, не сошел… В смысле, он всегда такой, – ухмыльнулся Шустрый Метр. На мостике было темно и тихо, только мерцали экраны наблюдения, да шуршала клавиатура под пальцами Евгения.

– Но какого хрена он на меня взъелся?!

– Слушай, Алексей, не гони волну. На фига ты полез к капитану, да еще с заявлением "от всей команды"? Он же сейчас бешеный! – Шустрый Метр ввел последнюю команду в комп, и запустил тестирование ходовой.

– Ну, это я, положим, заметил. – Проворчал боцман, потирая ушибленный бок. – А с чего он бесится-то?

– Мы здесь, а корабли Джин-Тоника, Эстонца и Казака давно внизу. На приеме у Императора.

– Господа, Его Величество ждет вас. – Бессменный мажордом Александра отвесил Каперам церемониальный поклон, и повел рукой в сторону входной мембраны ведущей в кают-компанию, расположенную на центральной палубе огромного монитора подавления, зависшего на геостационарной орбите планеты Джука.

Пираты дружно шагнули к мембране.

– Блин, всю жизнь мечтал пришибить этого придурка с посохом. – Проворчал Игорь. – Нет, ну это ж надо, двадцать лет он меня доставал, я уже и на вольные хлеба ушел, во дворце не появляюсь, еще двадцать лет, и опять этот мерзавец мне кровь портит.

– Полковник, что вы там ворчите? Опять ругаете моего мажордома? – веселый голос, раздавшийся из угла кают-компании, заставил Игоря умолкнуть и почтительно склонить голову. Его примеру последовали и Антон с Николаем. Моложавый человек в полковничьем мундире Преображенского полка, встал с кресла, и небрежно кивнул головой – Здравствуйте, господа. Почему отсутствует майор Бечетов?

– Здравствуйте Ваше Величество. – Капитан Игорь, как приглашенный к беседе, сделал шаг на встречу монарху. – Именно из-за этого я и раздражен. Бухой Святоша не смог прийти на аудиенцию, поскольку занят приведением в порядок силовых контуров своего корабля. Работа не сложная, но требует всего внимания…

– Спасибо, барон. Я знаю, что такое силовые контуры. – Александр улыбнулся. Русский монарх действительно знал все эти тонкости. Не зря же он оканчивал Нахимовский университет.

– Ваш мажордом отказался перенести время аудиенции. И теперь, Павел лишен возможности приветствовать Ваше Величество.

– Сожалею, но это было действительно невозможно. У нас слишком мало времени. Граф, пожалуйста, расскажите капитанам, о той задаче, которую им необходимо выполнить. – Только сейчас пираты заметили долговязую фигуру шефа Третьего Отделения – графа Маннергейма.

– Добрый день, господа. К делу, – за спиной графа развернулось голографическое изображение какой-то планеты. – Эта голограмма – общий вид Мелларны, четвертой планеты в системе Мары. Она была изолирована в течение 500 лет. Сейчас на ней содержатся несколько десятков человек, с корабля одного из ваших коллег. Нам необходимо вытащить их оттуда. Собственно, нам нужен только один из них, но кто именно, извините, сказать не могу. К сожалению, мы не можем сделать это открыто, поскольку, формально, планета находится под протекторатом Британского содружества. Практически же, Содружество туда и носа не кажет. Но это лирика. Ваша задача – максимально скрытно проникнуть на планету, и вывести оттуда, ваших коллег. Думаю, объяснять, почему мы обратились именно к вам, не имеет смысла. Здесь, – Маннергейм ткнул длинным пальцем в пакет лежащий на столе, – вся информация по объекту. Да, времени на операцию у вас будет более чем достаточно.

– Достаточно, это сколько, в переводе на стандартное время? – Джин-Тоник исподлобья взглянул на Маннергейма.

– Не более года. – Коротко ответил тот, и вопросительно взглянул на Императора.

– Благодарю, Виталий Степанович. Не смею Вас задерживать. – Александр кивнул в сторону входной мембраны.

Уже стоя на пороге, граф Маннергейм обернулся, и, улыбнувшись, сказал: – Передайте привет майору Бечетову. Я все еще сожалею о его отставке, так же как и о вашей, майор Березин.

– Граф, к чему сантименты и лукавство? Я ведь в свое время попортил немало крови, как Вашему ведомству, так и Вам, лично. – Антон ответил Маннергейму точной копией его улыбки. – Жандармы и разведка, заклятые друзья!

– Тем не менее, это так. – Шеф Третьего Отделения резко наклонил голову, и вышел.

Александр шагнул к столу, и нажал какую-то клавишу. Металлизированная панель за его спиной отъехала в сторону, и открылся вход в соседнее помещение. – Это блок ЗАС. Здесь вы можете ознакомиться с информацией предоставленной Вам графом, и передать ее майору Бечетову. Прошу. – Александр первым вошел в самое изолированное помещение на корабле. – Я бы хотел присутствовать при обсуждении, если вы не против.

– Никаких возражений, Ваше Величество. – Пираты поклонились, со скрипом вспоминая придворный этикет.

– Ваше Величество, у нас к Вам будет просьба. – Джин-Тоник ухмыльнулся, – мы с майором Глаголевым, не хотели бы, что бы нас именовали по чину. Все-таки, прошло уже лет двадцать, как мы вышли в отставку.

– Присоединяюсь. – Игорь коротко кивнул.

– Хорошо, господа. Как же мне Вас именовать? – Император улыбнулся.

– По именам. – Ответил Резвый Эстонец.

– Договорились, господа. Приступим? – Александр вставил в приемник кассету мнемокристалла, и набрал под диктовку Николая номер БИЦа "Саблезубой Белки".

Гнев Бухого Святоши немного утих, когда капитаны связались с ним по закрытой связи, и он выяснил, что на планету они не попали, а провели все это время на корабле Его Величества, не выпив и грамма алкоголя.

– Что ж, я думаю можно начинать. Бухой Святоша, пакет получил? – Игорь повертел в руках, ставший ненужным после считывания, мемокристалл.

– Получил-получил. – Павел зашуршал пластиком распечатки. – Дайте мне пару минут, хоть прочту, что накорябал мой бывший шеф. – Павел внезапно замолчал, и поперхнулся, взглянув на императора. – Простите Ваше Величество.

– Ничего страшного, Павел Сергеевич. Я наслышан о вашей манере общения. Граф любит цитировать некоторые из ваших перлов.- Александр улыбнулся.

В течение нескольких минут, тишину в комнате нарушал только шорох распечаток, и изредка неопределенное ворчание вечно голодного брюха Джин-Тоника.

– Так они все-таки выжили. – Павел задумчиво покачал головой. – Что-ж, это и хорошая и плохая новость, одновременно.

– Ты о чем? – Игорь вскинул голову.

– Да, было дело. Вон Антон знает. Их у Старого Таира взяли. Ну, заложники, которых мы должны вытащить. Горняк, Сумасброд, Усатый-Полосатый. Больше вроде никто не исчезал в последнее время.

– То есть на Мелларне держатся в плену, НАШИ Каперы? – Резвый Эстонец покачал головой. – Ваше Величество, мы могли бы кое-что уточнить у графа Маннергейма?

– Что именно, Николай? – Александр заинтересовано подался вперед.

– Здесь информация двухнедельной давности, а нам необходимо знать, что СЕЙЧАС происходит на Мелларне. Видите ли, эти ребята были захвачены несколько месяцев назад Кромешниками. И если они сейчас на Мелларне, это значит…

– Первое. Мелларна занята Кромешниками. Второе. Если, Каперы еще живы, то это ненадолго. – Закончил за Николая Павел.

– Ничуть. Все учтено могучим ураганом. Маннергейм не зря сказал, что времени у вас более чем достаточно. Этой планете необходимы рабочие руки. А единственный способ попасть на планету официально – это приглашение Синдиката Скорпиона – предприятия владеющего правом на разработку недр Мелларны. – фыркнул Александр, и добавил, – или же на туристическом лайнере. Связь с планетой иными способами не поддерживается, если конечно не учитывать «мороженое мясо», что поставляется криминальными сообществами для нужд Синдиката. – Император замолчал, поскольку остальное было изложено в меморандуме графа Маннергейма.

В первые годы после прекращения Изоляции, Мелларна внезапно сделала мощнейший экономический и технологический рывок, большей частью оправдываемый ввозом импортного оборудования и технологий, а таккже притоком научных работников извне. А затем планета, по принципу древней Японии, закрылась. Над планетой повисли две малые орбитальные крепости, и все порты перешли в ведение Службы безопасности Синдиката. А что бы не вызвать гнев Содружества по поводу несанкционированной изоляции, один раз в год, на Мелларну прибывает круизный лайнер. Да и то, его посадка и передвижение экипажа и туристов контролируются СБ Синдиката. А сам Синдикат связывается с окружающим миром посредством своего представителя в Конгрессе Британского Содружества.

– Откуда же вы знаете, что Каперы находятся на Мелларне, если с ней нет связи? – Антон нахмурился.

– Это же элементарно, Джин-Тоник. – Вздохнул Николай. – Маннергейм сказал, что им нужен только один из пиратов. Более чем уверен, что этот молодчик – агент Третьего Отделения. Правда, я не совсем понимаю, зачем его понесло за пределы Империи. А раз так, то был предусмотрен, какой-то экстренный способ связи. Например, вживленный в мозг биопередатчик,

Император утвердительно кивнул, но кроме Трезвого Казака, этого движения никто не заметил.

– А почему ты так уверен, что он из моего родного ведомства, а не насоливший Императору, – последовал ехидный поклон Павла, Александру, – придурок, за которым охотится Маннергейм? – Как уже говорилось, Павел не любил разговоров о своей бывшей работе.

– Ну, это я понимаю. Тогда, не наняли бы нас для этой операции. – Джин-Тоник вздохнул. – В случае оскорбления Императора, Павел, все было бы просто. Империя просто привела бы к планете один равелин, и предложила выдать преступника, я прав Александр?

– Несомненно. – Александр слегка наклонил голову.

– Ну что ж, с этим разобрались. Какие будут предложения, господа? – Игорь легонько хлопнул по столешнице. От удара на ней подскочили, и жалобно зазвенели стаканы с чаем, закрепленные в массивных серебряных подстаканниках.

Резвый Эстонец почесал подбородок, и повернулся всем корпусом к Императору.

– Я не знаю, что и как мы будем делать на Мелларне, но как туда добраться скрытно, идейка есть. Давно хотел ее опробовать. Только для этого понадобится некоторое специфическое оборудование… и много везения.

– Надеюсь, все необходимое, вы найдете в доках моего монитора. – Александр кивнул.

– А я бы занял, временно, мастерские по тонкой механике, нужно будет довести экзоскафандры, для нормальной работы на поверхности. – В свою очередь высказался Джин-Тоник.

– Плана действий нет, а работа уже есть. Оригинально. – хмыкнул Император.

– Знаете, Ва… Александр, наша маленькая компания, как раз и процветает за счет того, что каждый занимается своим делом. Павел обеспечивает добычу сведений, потому-то у него, не мощный и тяжелый крейсер как у Игоря, а быстроходный корвет, я обеспечиваю идеальное техническое состояние кораблей, Антон тренирует и руководит абордажниками. А Игорь руководит всей эскадрой во время боя.

– И при этом каждый из ваших кораблей, является самостоятельной боевой единицей?! – тонкие брови Александра сложились домиком.

– Естественно. – Пираты кивнули.

– Хотел бы я, что бы наш флот мог продемонстрировать тоже самое. – вздохнул Александр.

– Ну, мы вам пока еще ничего не демонстрировали. А пока, предлагаю следующий вариант. – Игорь поднялся с кресла и встал перед огромной голограммой Мелларны.

– Павел, нам понадобится Шустрый Метр. – Николай повернулся в сторону экрана связавшего ЗАС монитора и БИЦ "Саблезубой Белки". – Извини, что перебил тебя, Казак.

Шустрый Метр привычно рухнул в ложемент своего бота. Рядом, в таких же подвесных креслах расположилась его небольшая команда.

Адмиральский бот, самый маленький из автономных кораблей по эту сторону Келлингова меридиана, едва заметно завибрировал, и Шустрый Метр обреченно вздохнул. После совета у Императора, пираты встретились на небольшом междусобойчике, и внесли такие коррективы в план, разработанный в присутствии Его Величества, что впору было повеситься сразу после завершения операции. В принципе, можно повеситься и до похода, но приказы не обсуждаются. И принятое сходом решение, считается условно верным, вплоть до исполнения. Каперы попросту решили кинуть своего монарха на одну планету в системе Мары, по крайней мере, именно так понял произошедшее, Шустрый Метр.

– Мы, конечно, выполним условия договора, заключенного между нами и Императором… – задумчиво сообщил в пространство Трезвый Казак, и лениво обвел глазами БИЦ своего крейсера, в котором разместились старшие офицеры эскадры Каперов. – Но ведь он хочет прибрать к рукам эту планету, а не просто вытащить оттуда своего человека. Я прав, Павел?

– Само собой, Казак. Насколько я знаю, на этой планете добывают танатон, по крайней мере, ничем другим Синдикат Скорпиона не торгует. И я не верю, что нас позвали только для того, что бы вытащить оттуда какого-то агента, хотя бы потому, что среди наших сорвиголов, агентов какой-либо разведки быть не может. Но Император не стал бы подбрасывать нам такое наглое вранье. Вывод: казачок был заслан на планету специально. Каким образом его туда доставили, нас не интересует, точно так же как не интересует нас и то: сам он вляпался в плен, или его туда запихнули против воли. А вот то, что Его Величество создал вокруг этого достаточно простого дела такой ореол таинственности, который не может быть оправдан никаким вытаскиванием агентов-нелегалов, и то, что Его Величество никогда не строит одноплановых операций, это факты, которые не могут не заинтересовать.

– Хорош морочить голову, Святоша! – Джин-Тоник зевнул. – Если я правильно понял, эта планета нам интересна не меньше чем Его Величеству, это так?

– М-да. – Павел аж поперхнулся.

– Значит, осталось найти лазейку в договоре чтобы, не нарушая его условий, заполучить планету в нашу собственность. – Джин-Тоник словно стряхнул с себя лет десять. – Это не проблема. Мы подрядились, скрытно проникнуть на планету и освободить агента. Никто не говорил, что мы обязаны освободить его тихонечко. Проникнуть на планету – да, освободить – нет. Предлагаю: Отправить адмиральский бот Шустрого Метра на планету, для определения местонахождения агента и заброски нашего агента, таким образом, мы скрытно проникнем на Мелларну, и выполним первое условие договора. После этого, Шустрый Метр должен будет немедленно уйти, передав сигнал об агенте нам.

– Куда уйти? – вскинулся Евгений.

– Полным ходом двинешься к Чаре. Оттуда займешься поиском эскадры Гламурного Лиса. Там же и встретимся.

– А на Мелларну закинешь меня. – Игорь поднялся с кресла, словно показывая, какая это будет сложная задача: упихать его двухметровое, семипудовое тело в маленький шустрый адмиральский бот.

– Лады. – Шустрый Метр пожал плечами. – А что потом?

– Императору нужен бескровный вариант занятия планеты. Очевидно, что после того как мы вывезем с Мелларны шпиона, тот передаст некую информацию Маннергейму. Мы не знаем, что именно он нарыл, но, судя по всему, после обнародования этой информации, Александр объявит об оскорблении нанесенном Синдикатом Скорпиона русской короне, подведет свой флот, заблокировав планету, и Содружество просто отдаст ее в качестве компенсации за нанесенное оскорбление, позволив уничтожить Синдикат. Это, конечно не единственный возможный вариант. Но… Он объясняет действия Империи.

– Тогда зачем нанимать Каперов? – Хмыкнул Шустрый Метр.

– Потому что, введя флот в систему Мары, без причины, Император нарушит международные соглашения. А наняв пиратов, он ничем не рискует. – Антон вежливо улыбнулся. – Единственное, чего я не могу понять, так это, зачем он нанял именно нас?

– Может он уверен в том, что мы как его подданные, будем лучше держать язык за зубами? – Павел задумчиво вертел стилом.

– Может быть. Но мне это объяснение кажется слишком слабым. – Антон неуверенно покачал головой. – В общем будем думать, по ходу дела. Время у нас есть.

– Главное ввязаться в заварушку, а там посмотрим. – Игорь хлопнул рукой по подлокотнику своего кресла.

– Кэп, прыжковый движок шалит, – прозвучал по внутренней связи, голос бывшего мичмана Степанова, а ныне – капитана Рыжего пса.

– Что там? – Шустрый Метр устало вздохнул. Он так и знал, что Николаевы спецы что-нибудь перемудрят.

– Юстировка выдает охрененые дроби по контурам.

– Толик, не пугай меня так. – Евгений облегченно вздохнул. – Так и должно быть, если ты не хочешь влепиться на сверхсветовой в эту гребаную планетку. Штурман, готов?

– Готов.

– Ходовой готов?

– Готов.

– Внимание, старт.

Адмиральский бот, вошел в атмосферу Мелларны без единого всплеска, прикрытый "хамелеоном", и почти тут же заранее настроенный приемник, поймал сигнал радиомаячка.

ГЛАВА 6. Один бравый.

Единственный город Мелларны, названный в ее честь, был красив. Раскинувшаяся в устье высохшей реки, у входа в огромный каньон, Мелларна, занимала огромное пространство, искрившееся хрустальным блеском нескончаемых прозрачных крыш. Город был малоэтажным, и лишь в его центре, выбросили вверх свои уровни, здания Синдиката, спорившие своей высотой с более чем километровыми стенами каньона.

Его взяли на следующий день после посадки. Игорь даже успел взбеситься и успокоиться. Целый день он брел вдоль стены единственного на планете города, и ни одна сволочь не поинтересовалась, откуда взялся этот двухметровый громила, с тяжелым эстоком на десантном тросе вместо перевязи, и что ему нужно у стен Мелларна. Уже стемнело, когда над головой Игоря раздался свист замедляющей ход «белки-летяги», и «глас небесный» потребовал остановиться и не делать резких движений. Расчет Игоря был прост и понятен. Попасть в город легально, можно только в том случае, если сможешь объяснить, как ты оказался вне города. А раз так, значит, в город надо быть приглашенным. А что может быть убедительнее приглашения Службы безопасности? Именно поэтому, Игорь не стал сопротивляться когда дюжие молодцы СБ Синдиката, положили его лицом в землю и обыскав, посадили во «флайер». Через пять минут, Игорь удовлетворенно хмыкнул, заметив, что флайер, не снижая скорости, миновал здание таможенного контроля, и, заложив крутой вираж, понесся к трем шпилям, возвышавшимся над малоэтажным мегаполисом, на добрые полтора километра. Игорь выбрал момент, и вроде как нечаянно, задел рукой комп, закрепленный на поясе впереди сидящего охранника. Масс[2] встроенный в наручный комп самого Игоря, получивший знакомую программу, слегка дернул руку, дав сигнал, что настройка удостоверения личности проведена успешно, и теперь ни одна сволочь не сможет доказать, что Игорь не инженер геологоразведочного отряда одной из транснациональных компаний, прибывший из северного разведывательного комплекса. Осталось еще раз прикоснуться к компу охранника, для отправки этих сведений в базу данных местной СБ, что Игорь немедленно и проделал, помянув благодарным словом Николаевича, умудрившегося создать такую полезную штуковину из обычного наручного компа. Все-таки не зря тот, довольно долгое время получал государственные заказы, облепленные, самыми что ни есть строгими грифами секретности. Но ведь, как пелось в старой песенке: Я не шкаф и не музей, хранить секреты от друзей.

Правда, если геолог-разведчик в кожаном колете с кевларовой нитью и коменсаторных ботинках – это норма, то геолог-разведчик с мечом-эстоком, лезвие которого фонит от искрового напыления, это нонсенс. С другой стороны, чего только не находят во время раскопок, тем более на таких планетах как Мелларна, где наслоение цивилизаций таково, что продажа, вывозимых отсюда, сувениров прошедших тысячелетий, составляет немалую долю в бизнесе местных криминальных структур. А если еще учесть что об искровом напылении человечество узнало, в результате именно таких раскопок… Дела вполне не плохи.

Игорь огляделся. Пока он в очередной раз прокручивал свою легенду, придуманную двумя спецами, по имени Джин-Тоник и Бухой Святоша, флайер опустился на вынесенную платформу, прилепившуюся к среднему шпилю на многометровой высоте.

– Вылезай, меченосец! – Охранник, так любезно разрешивший Игорю воспользоваться штатным компом, открыл дверь флайера, и Трезвый Казак, сложившись в три погибели, выбрался на открытую всем ветрам, платформу. – К краю лучше не подходи, сдует.

Охранник ткнул Игоря, отключенным парализатором, меж лопаток, направляя задержанного капитана к тонкой мембране входа в здание. Сразу за ней, Игоря приняли два охранника, которые препроводили его в маленькую пустую комнату, где Игорю пришлось дожидаться некоего рема Стоуна.

И вот тут Игоря ждал неприятный оборот. Подготавливая «легенду», Павел и Антон, не один десяток раз говорили Игорю, что игра будет идти, на грани фола, и если раньше Игорь не сильно волновался по этому поводу, то теперь понял, что еще чуть-чуть, и будет пресловутый фол! Стоун пришел не один. Вместе с ним в комнату вошел старый знакомый Трезвого Казака, или точнее, барона Завадова – Петр Сергеевич Чернев, один из многочисленных дядьев давешнего шута на равелине. Игорь почти мгновенно справился со своим удивлением, а вот Чернев прервал наполовину произнесенную фразу, и уставился на Трезвого Казака, так, словно тот был привидением. Игорю не оставалось ничего иного, кроме как дружелюбно улыбнуться, и поприветствовать бывшего коллегу по Главному разведывательному управлению Русской Империи.

– Идите рем Стоун. Я поговорю с этим человеком. Нельзя же забывать азы нашей работы. – Чернев закрыл за вышедшим дверь, и запустил глушилку…

В предместье, расположенном у самого входа в Долгий Каньон, при почти полном отсутствии освещения, Игорь медленно шел в отель после встречи с Начальником СБ Синдиката Скорпиона, Черневым, когда сзади раздался тихий шелестящий свист легкого двухместного флайера. Капитан, не останавливаясь, одним движением перетек за угол, и тут же принял боевую стойку. Меч не самое лучшее оружие в современном мире, но единственное разрешенное к ношению на Мелларне. И кто такой Капер, что бы пренебречь подобным разрешением? Огромный эсток сверкнул полированной гардой, и хищно слизнул закатный солнечный луч, неосторожно коснувшийся искрового напыления на лезвии. Игорь замедлил дыхание, и сделал пару шагов назад, освобождая минимум пространства для маневра. Ждать пришлось недолго. Как Игорь и предположил, двое преследователей, покинув флайер, вынырнули из-за угла почти одновременно. Неграмотно вынырнули. Первый уже вышел из-за угла, оказавшись буквально в метре от капитана, а второму, который вроде как прикрывал его с противоположной стороны улицы, не хватало обзора. Трезвый Казак был вне его зоны видимости. Игорь не стал дожидаться приглушенного свиста игольников в руках первого нападающего, и рыбкой метнулся ему под ноги, одновременно выкидывая вперед, четыре фута стали. Вряд ли, кто-то смог проделать что-то подобное с огромным эстоком, но в руке Игоря этот длинный и мощный клинок казался не тяжелее тренировочной рапиры, и порхал с той же легкостью. Первый нападающий захрипел, поймав грудью смертельный подарок от Трезвого Казака. Игорь дернул обмякшее тело на себя и, прикрывшись им как щитом, двинулся на оторопевшего напарника нападавшего. Наконец, тот сообразил, что происходящее не соответствует его ожиданиям, и открыл непрерывную пальбу. «Щит» мелко затрясся, получая сотни электрических разрядов от вонзающихся в плоть игл. Трезвый Казак презрительно хмыкнул, толкнул труп на напавшего солдата (а в том, что перед ним стоит именно армеут, Игорь не сомневался. Как-никак, он сам отдал военному мундиру, не один десяток лет), и легко подняв эсток, пронзил труп еще раз, постаравшись нанизать на него же и еще живого противника. Раздавшийся булькающий хрип второго солдата поставил точку в сражении, не продлившемся и тридцати секунд.

– А вы говорите меч не совершенное оружие… – Игорь вздохнул, втыкая в тела маленькие иглы – дезинтеграторы. Тела зашипели, и растворились. – Кому – как, господа, кому – как.

Игорь внимательно осмотрел флайер, и удивленно хмыкнул. Машинка была насквозь гражданская, и если и таила в себе какие-то сюрпризы, то на обнаружение их, мощности масса Трезвого Казака не хватало.

– Интересно, на фиг нужно было гробить такой агрегат, отдавая его этим придуркам? – Игорь хмыкнул, и двинулся в сторону центра Мелларна. – Похоже, придется пообщаться с Черневым еще раз.

В принципе, Игорь предполагал подобный исход беседы с Черневым, но не думал, что тот опустится до абсолютного примитива! Уж что-что, но только не идиотизм был фамильной чертой одной из самых одиозных семей в Русской Империи. Графы Черневы отличались гипертрофированным авантюризмом и абсолютным пренебрежением условностями, граничившим с пренебрежением законами и моралью, но при этом, артистизм и изощренность во всем, были «фирменным почерком» этой отнюдь не ангельской семейки. И банальные «ликвидаторы», на фоне их прошлых действий в отношении, как самого Игоря, так и его родственников, выглядели как грязная заплатка на парадном мундире офицера.

Размышляя об этой маленькой несообразности, капитан сам не заметил, как оказался на одной из оживленнейших улиц Мелларна, освещенной небольшими плафонами, укрепленными на стенах зданий, и светящейся разметкой на синтобетонном покрытии, заменившем людям брусчатку и асфальт.

Рядом с Игорем, замершим у проезжей части, приземлилась старенькая, но ухоженная пинасса с оранжевыми проблесковыми маячками такси на фюзеляже.

– Куда? – Худощавый таксист окинул взглядом почти двухметровую фигуру Капера, затянутую в кожаный колет и такие же штаны, заправленные в тупоносые компенсаторные ботинки.

– В кабак. – Игорь рухнул на заднее сиденье-ложемент пинасы, автоматически скользнув пальцами по несуществующим сервоприводам ремней безопасности, устанавливаемым в десантных ботах.

Таксист, заметивший непроизвольный жест пассажира, довольно хмыкнул.

– В какой?

– В такой, где можно поесть и не отравиться, и чтоб не далеко от порта. – Игорь поправил перевязь так, чтобы эфес эстока не утыкался ему в бок. – И побыстрее.

– Не вопрос, господин Капер. – Таксист лихо вписался в общий поток транспорта, и постепенно набирая высоту, рванул по прямым улицам Мелларна.

– Гм. С чего ты взял, что я Капер? Что, кроме них, никто не может носить холодное оружие? – Игорь начавший засыпать, даже выпрямился на сиденье.

– Да нет, почему же, все могут. Офицеры космофлота, например. Да только, не похож ты, приятель, на армеута, даже в гражданском. Это я к тому, что вояки в увольнении – народ нежный, и такую тяжесть как компенсаторные ботинки, при нормальной гравитации ни за что не наденут. – Таксист ухмыльнулся, и тут же начал развивать свою мысль. – Ну, я думаю, ты и сам понимаешь, что на туриста, прикупившего по случаю древнюю железяку, ты тоже не тянешь, по причине все тех же ботинок, и откровенной брутальности прочего наряда. Для туриста ведь главное – что? Повыпендрежней нарядиться, глаза побессмысленней сделать и вперед, в атаку на развлечения. А вот то, что на идеально подогнанном под фигуру колете с кевларовой нитью, пара заштопанных обожженных прорех имеется, уже говорит о том, что перед нами: а) человек не бедный, шмотка-то на заказ сделана, и б) человек которого пару раз доставали холодняком с искровым напылением. Отсюда вывод: Вы, сударь мой, самый что ни на есть доподлинный Капер. О чем, кстати, говорит и привычка проверять крепления и системы безопасности в ложементе. – Таксист оглянулся на недоумевающего Игоря, и пояснил. – Рука у тебя дернулась, х а р а к т е р н о, когда ты в мою лайбу залез.

– Вы, прямо, Шерлок Холмс, господин таксист. – В голосе Трезвого Казака сквозила ирония, правда, с толикой уважения.

– Не знаю такого. – Таксист безразлично пожал плечами, но тут же снова ухмыльнулся. – Так куда тебя все-таки доставить? В порту есть пара местечек, где можно отдохнуть и душой и телом, если ты понимаешь, что я имею в виду. Но я бы не советовал, появляться там одному. Порт все-таки. Опять же, хопперов в последнее время развелось немерено. Если хочешь, могу посоветовать более или менее пристойное заведение, в паре кварталов от дальних пакгаузов.

– Жратва там нормальная? – Игорь хлопнул себя по заурчавшему животу, пропуская мимо ушей заявление о неких «хопперах».

– Не синтетика, не переживай. К тому же сейчас там спокойно и тихо, народ начнет подтягиваться только через час. – Хохотнул таксист, притормаживая у какого-то неброского здания, с равным успехом могущего быть и кабаком и казармой, расположившегося на задворках порта. – Вот мы и на месте.

Игорь протянул пару кредиток, которые тут же исчезли в руке таксиста.

– Спасибо. Желаю приятного аппетита. – Таксист махнул на прощание рукой, и ввинтился в поток, скользящих над городом флайеров.

– Ну-ну. – Хмыкнул Игорь, входя в полутемное помещение разрекламированного таксистом кабака.

По ушам резанул вой и грохот ультрасовременной пытки, которую некоторые безумцы называют музыкой, под потолком, в полном диссонансе с окружающим ревом, задергались какие-то голографические фигуры и размытые физиономии, напоминающие иллюстрации к бестиарию. И это называется тихо?! Игорь огляделся. Людей, действительно, не было… Почти.

– Э, мужик, че стоишь как столб? Давай, двигай в зал или выметайся на улицу. – Трезвый Казак повернулся к говорившему, … и обомлел. Вышибалу, стоящего перед ним, с большим трудом можно было назвать человеком. Огромный торс, упакованный в кевларовый бронежилет тройного плетения, подпирали два столба, по какому-то недоразумению именовавшиеся ногами. А руки, снабженные у предплечий парой лучевиков, заканчивались ковшеобразными ладонями, сжимавшими ошеломитель. Похоже, что этот громила напихал в себя имплантантов тысяч на тридцать-сорок соверенов, и по огневой мощи, вряд ли уступал среднему планетарному танку. Трезвый Казак скользнул взглядом по вышибале, прикидывая возможные варианты выведения его из строя, но потом одумался, и весело улыбнувшись, пошел к стойке.

– Не вздумай бузить. – Толстый, седоватый бармен плеснул порцию виски в, тут же поставленный перед Трезвым Казаком, сияющий «тумблер», и принялся медитировать, натирая и без того сверкающую посуду. – Здесь у нас вышибалой – Толстый Мак, а он тот еще садист. Еще ни один буйный клиент, не уходил отсюда самостоятельно. Так что веди себя потише.

– Да я вроде бы и не собирался шуметь. – Игорь пожал плечами, и быстро набрав на консоли заказ, залпом выпил виски. – М-да, пойло то еще.

– Хм, а что ты хотел получить за пару кредитов? – Бармен расхохотался, и тут же тихо добавил, – Хороший вискарь – контрабандный вискарь.

– Готов заплатить больше, при условии, что следующая порция будет лучше. – В ладони Капера блеснул соверен.

– Ну что-ж, – бармен не слишком правдоподобно изобразил на лице муку, – Думаю для своего старого приятеля, Ираз мог бы расстараться.

– Игорь. – Трезвый Казак протянул бармену руку для пожатия, и монета перекочевала к «старому приятелю Иразу».

– Держи. – Рядом с Игорем появился новый «тумблер», с янтарной жидкостью. Трезвый Казак понюхал содержимое, и довольно крякнув, отхлебнул половину.

– Совсем другое дело. – Игорь глубоко вздохнул, и принялся за еду, доставленную по его заказу.

Через полчаса, сытый и довольный Игорь уже прихлебывал ароматный «Золотой Трой», не забывая отправлять следом за каждым глотком, небольшую порцию виски. Зал кабака, стал понемногу заполняться народом. По большей части, насквозь мутным.

– Похоже, пора переселяться за стол. – Игорь окинул взглядом темный зал в поисках более или менее удобного места. Бармен ткнул его в плечо и указал на столик, притулившийся у дальней стены. – Спасибо Ираз. Это как раз то, что нужно.

Игорь двинулся к столу, над которым уже сверкала надпись «зарезервировано», моментально включенная Иразом, что бы не нашлось других претендентов на сей предмет мебели. Уже находясь в двух метрах от стола, Игорь понял, что конкуренции не избежать. Два вертлявых типа, с ухватками то ли профессиональных «шныров[3]*», то ли блатных, резвым галопом проскочили под носом у Капера и, не взирая ни на что, приземлились за его столом.

– Господа, по-моему, вы заняли зарезервированный мною столик. – Игорь остановился в метре от стола, просчитывая варианты. Если это шныры, то драки не избежать, и в этом случае стоит надеяться, исключительно, на привитую Игорю в Империи, невосприимчивость к нервным парализаторам, излюбленному оружию подобной публики. Если же на его стол покусились блатные, тогда… А вот что тогда, хрен его знает. Игорь вздохнул.

– За что, примите нашу благодарность. – Один из «захватчиков» хищно улыбнулся, поправляя перевязь, с внушительным палашом.

Игорь удивленно поднял бровь, и внимательнее присмотрелся к наглецам. Оба худощавы, но не измождены, да и длиннополые плащи, до того скрывавшие холодное вооружение, отнюдь не выглядят дешевкой. Блатные, вооруженные клинками? Ну, нож или дага, еще куда ни шло. Но абордажный палаш-то им на кой сдался? Собственно, то же самое можно сказать и про шныров. Им такие игрушки ни к чему. Каперы? Ну, Каперы, конечно не всегда ангелы с белыми крылышками, но на своих наезжают крайне редко. Если только… Игорь вспомнил про мифические пиратские эскадры крупных синдикатов.

– Не звени железкой, родной. – Игорь решительно уселся напротив пары незнакомцев. – Еще не ровен час, порежешься.

– Не волнуйся залетный, сколько раз я его из ножен уже вытаскивал, а вот самому порезаться, еще не доводилось. – Недобро ухмыляясь, процедил один из них. – Будем знакомы. Я Авел – старший канонир «Старой прыгалки», а это Лос, наш штурман. Ты глазом-то не коси, мы не шныры, так что подстав не будет. Я смотрю, ты вроде парень тертый, да и скафандр не только по головидео наблюдал. – Авел выразительно потер лоб, с четким следом от упора недавно снятого шлема.

– Ну, допустим. – Игорь уселся на один из свободных стульев и начал присматриваться к собеседнику. Если он правильно понял, то сейчас ему могут предложить работу.

– Ну раз допускаешь, тогда так. Первое. Флотская специальность? – Авел отхлебнул пива из принесенной Иразом кружки.

– Боевой навигатор. – Игорь усмехнулся. Эту специальность он получил еще до перевода в ГРУ.

– Это че за хрень такая? – До сих пор молчавший Лос, наконец-то подал голос. – Ты че, такой специальности нет! Че ты фуфло гонишь?

– Заткнись, Лос. – Авел легонько ткнул штурмана кулаком в плечо, и тот заткнулся. – Ну-с, парень, что это за работка такая – боевым навигатором?

– Боевой навигатор обязан уметь в экстремальной ситуации проложить курс, провести по нему корабль, а в случае нападения, отразить его.

Канонир резко хохотнул.

– То есть заменить собой всю команду в БИЦе?! – Брови Авела удивленно поползли вверх.

– Почти. – Игорь невозмутимо кивнул. – Обычно, таких как я, бросают на орудия, у которых отказала автоматика во время боя. Или, при попадании корабля в активный метеоритный рой, доверяют ручное управление.

– Ручное управление? – Авел задумчиво потер подбороодок. С одной стороны, уж очень фантастично прозвучало все сказанное этим парнем. Для ведения огня вручную требуется не просто меткость, но и почти сверхъестественная реакция. Но с другой стороны, парень не может не понимать, что если он просто брешет, в надежде хоть на какую-то работу… Авел окинул взглядом мощную фигуру нового знакомого, и отметил абсолютное спокойствие на его лице. – Лады, со специальностью разобрались. Служба спасения, блин. Далее, как давно ты на Мелларне?

– Недавно. – Игорь усмехнулся и повел плечами, разминая затекшую спину. – Предупреждая следующие вопросы, я сюда пришел пожрать, а не наниматься на корабль.

– Не хипеши, залетный. Никто тебя силком не тащит. Просто ситуевина у нас не ахти. В последнем рейде выбило четверть команды, а на этом гребаном комке грязи нормальных «пустотников»[4]* днем с огнем не сыщешь. Одна шваль, которая только и умеет, что жрать в три горла, да брехать о своих «подвигах».

– Так вербовкой, по логике, должен капитан заниматься или старший помощник. – Игорь, не спеша, пригубил виски из принесенного Иразом стакана.

– Само собой. Да только нет у нас больше ни капитана, ни его долбанного помощника. – Авел скривился как от зубной боли. – После той бойни, прирезали обоих за идиотизм.

В общем ситуация Игорю была ясна, даже по этим обрывкам информации. Пиратское судно во главе с капитаном и его помощником раззявило пасть на какую-то дичь, да просчитались бедняжки. Дичь оказалась не только крупнее, но и мощнее хищника, и всыпала жадным молодчикам по первое число, после чего пиратская команда на сходке, просто и незатейливо подколола обоих вожаков. «Акелла промахнулся», блин.

– Ну и чего же вы хотите от меня? – Трезвый Казак обвел парочку чуть хмельным взглядом.

– Ну дык, понятно чего! – Молчаливый штурман хлопнул рукой по столешнице. – Давай к нам, Служба спасения. Денежки не плохие, глядишь через пару лет в люди выйдешь.

– Если доживешь. – Авел наставительно поднял вверх указательный палец.

– Ребята, я же сказал. Я пришел сюда пожрать и выпить, а не искать халтуру. – Игорь потянулся. – Хотите поговорить, приходите ко мне в берлогу. Завтра, после восьми вечера. А сейчас…

Игорь не успел им сказать что именно «сейчас», поскольку в кабак, с криками вломилась толпа каких-то молодчиков в серых комбезах, вооруженная короткими клинками. Что-то неразборчиво вопя и бешено сверкая очами, «посетители» начали крушить все и вся попадавшееся им под руку. Первым рухнул Толстый Мак. Судя по дыму взвившемуся над его телом, вышибалу закоротили. Игорь понял, что отмазаться от драки не удастся, и вопросительно уставился на Авла. Мол, что за херня такая?

– Хопперы. – Скрипнул зубами Авел, вынимая из ножен палаш, и принимая боевую стойку. – Будем обороняться.

– Ни хрена. Я не знаю что это за твари и с чем их едят, но ввязываться в долгий бой, у меня нет никакого желания. – Игорь внимательно осмотрелся и со свистом втянул воздух. – Будем прорываться. Жестко.

– Ты е…нулся, навигатор?! – Штурман Лос аж глаза выпучил. – Их два десятка, а нас всего трое.

– Слушать меня! – Игорь повысил голос. – Построение «клешня»[5]* вам знакомо?

Лос и Авел кивнули.

– Тогда действуем. Вы впереди, я прикрываю. – С этими словами Трезвый Казак потянул из-за спины свой тяжелый эсток.

Пустотники врезались в толпу хопперов, действительно напоминая два корвета поддерживаемых мощным крейсером. Палаши замелькали среди серых комбезов, заставляя тех отпрыгивать в сторону. Некоторым хопперам показалось, что матерящихся пиратов легче будет достать со спины. Ведь их прикрывает лишь один человек с неудобно длинным клинком. Это была большая ошибка, которую нескольким чересчур горячим хопперам довелось совершить последний раз в жизни. Двуручник отличается от любого другого меча тем, что у него есть рикассо[6]** – удобное приспособление для хорошего мечника. А Игорь был виртуозным мечником. Огромный, неповоротливый клинок в его руках, казалось, зажил своей собственной жизнью. Вот один из нападавших почти вплотную подошел к Игорю, проскользнув под широким взмахом двуручника, и попытлся провести прямой удар. Игорь перехватил меч за рикассо, и обрушил рукоять на голову прыткого противника. Раздался хруст, и вороненый шар в навершии меча, окрасился в серо-красный цвет. Следующий нападавший получил мощный удар в грудную клетку, и со стоном осел на пол. Игорь огляделся. Его новые знакомцы успешно шли вперед, грамотно прикрывая друг друга. Еще несколько атак, Игорь отбил, буквально, жонглируя мечом, то ловя его за рукоять или рикассо, то подбрасывая клинок коленом или локтем, направляя сталь ударами ладони по полотну клинка.

– Сходитесь! – Оба пирата, верно поняли приказ Игоря, и сомкнулись. Над их головами просвистело три фута стали, вонзившихся в створ допотопных дверей. От удара обе створки распахнулись, и троицу вынесло на улицу. Здесь было спокойнее, чем внутри. По крайней мере, не мелькали серые комбезы.

– Не желаете прокатиться? – Рядом с озирающимися, еще не отошедшими от рубки пустотниками приземлилась уже знакомая Игорю пинасса с маячком такси.

– Давай Шерлок! Рули быстрее. – Игорь одним движением забросил еще не отошедших от боя пиратов на заднее сиденье пинассы и, скользнув следом, задраил люк. Почти в тот же момент, всю компанию вжало в пол, и старенькое такси рвануло вверх.

ГЛАВА 7. Капитан на полставки.

– Странные дела творятся на этой планетке, уважаемый. – Произнес таксист, вливаясь в поток транспорта проходивший милях в пятидесяти от разгромленного кабака. – Хопперы у Ираза в гостях, взорвавшийся флайер в районе Грин Лайон… В какое интересное время мы живем, а?

– Слушай Шерлок, ты б помолчал, а? – Игорь скривился. – И так не понимаю, что вокруг происходит, а тут ты еще со своими подначками.

– Не, навигатор, ты на таксярника воду не лей. Он правильно говорит. Я уж не знаю, что у тебя случилось на Грин Лайон, но хопперы пришли явно по твою душу. – Авел хмыкнул, рассматривая массивного Капера. – Эти ребятки и носа бы не сунули к Иразу, не имея заказа. А у Ираза были сегодня только мы, да несколько цивильных «скорпов[7]*».

– Я даже не знаю кто они такие. – Игорь отмахнулся от замечания своего нового знакомого.

– Зато они тебя знают. А этого достаточно. – «Шерлок» усмехнулся. – Короче, хопперы – это «дети трущоб», если позволишь стоь выспренное выражение. Своего рода, армия одного из местных боссов. Раз в год по припортовым района пролетает несколько грузовых топтеров фирмы «Хопп энтерпрайзер». Они останавливаются на перекрестках и сигналят. По этому сигналу к топтерам начинают подходить приглашенные – люди, которые в течение года получили предложение от Хоппа на работу. Они грузятся в топтеры, и те убираются в свое логово. Надо сказать, что Хопп приглашает к себе на работу исключительных отморозков. Это всевозможное отребье, и главари некоторых молодежных группировок, а иногда их помощнички.

– А я здесь причем?

– «Хопп энтерпрайзер» – крупнейшая в этом регионе контора по «решению проблем». А хопперы, это своеобразная гвардия местного значения.

– Что-то эти серые, не показались мне профессионалами. – Игорь вспомнил подробности недавнего боя.

– Правильно, это же пушечное мясо. Вполне в духе Хоппа и его коммандоров. Грязная пристрелка, а затем огонь на поражение. Как в тире. Обычно они откатывают три-четыре пробных шара, а потом лупят в десятку. – Авел дернул за воротник развалившегося на сиденье Лоса, и тот мягко сполз на пол, даже не приоткрыв глаз. – А! Ходовой тебе в задницу! Таксист, как там тебя, давай живо к седьмому доку! Этот придурок все-таки напоролся на стилет.

Только сейчас Игорь заметил мокрое пятно на темно-бордовом комбезе, расплывшееся по левому боку Лоса. Пинасса вздрогнула, и реактивный момент вжал пустотников в сиденье. Завывая и мерцая аварийными сигналами, пинасса взрезала транспортный поток, и штопором ушла к нижним уровням города. Мимо них замелькали грязные улицы и шикарные бульвары, огромные площади сменились проржавевшими контейнерами и старыми пакгаузами, а за ними потянулись ровные поверхности стартовых площадок. «Шерлок» резко затормозил у самой аппарели одного из кораблей. Как определил Игорь, старого транспортника с урезанным корпусом, и выпирающими из верхней части ходовыми модулями, делавшими корабль похожим на кузнечика. Судя по габаритам, «Старая Прыгалка», с некоторыми допущениями тянула по классу на корвет.

Из корабля выбежало несколько человек, очевидно свободная от вахты ремонтная бригада.

– Ну что рты разинули! – Авел бросил на подошедших грозный взгляд. – Лоса подкололи, тащите носилки!

Игорь тяжко вздохнул, вытащил из маленькой аптечки закрепленной у него на поясе, инъектор, ловко вкатил пребывающему без сознания Лосу, содержимое синей ампулы.

– Где медблок? – Авел удивленно воззрился на Капера, без всякого напряжения держащего на согнутой в локте руке семидесятикиллограмовое тело штурмана «Старой прыгалки». – Быстрее, через семь минут закончится действие парализатора, и если он к этому времени не окажется реанимокамере, то будет орать как грешник в аду.

Авел кивнул и почти бегом ринулся в нутро старого транспортника. Он несколько раз оборачивался, но Игорь со своей ношей не отставал, только размеренно бухали по полиметаллическим переходам, тяжелые компенсаторные ботинки. Наконец они остановились у одной из дверей на верхней палубе, и внесли начинающего постанывать от боли Лоса, в относительно чистое помещение медблока. Ячейка реанимационного комплекса, на удивление мощного и современного, мягко замерцала зеленым цветом, приняв тело штурмана в мягкий желеобразный кокон. Возникший рядом с Игорем немолодой человек с аккуратно подстриженными усами, представленный Трезвому Казаку как док Март, легко поклонился, и обратился к Авелу, застывшему у небольшого окошка в реанимокамере.

– Думаю, сэр, в Вашем дальнейшем присутствии в медблоке, нет необходимости. Теперь за жизнь штурмана отвечаю я, – Доктор Март почти насмешливо улыбнулся старшему канониру, и указал на дверь. Проще говоря, выставил Игоря и Авела, вон.

– М-да. Идем, пропустим по стаканчику. – Авел вяло махнул рукой куда-то вправо, и они двинулись по узкому и гулкому переходу. На следующей палубе Авел свернул в какой-то совсем уж узкий и темный, короткий коридор, окончившийся мощной дверью. – Моя каюта, – пояснил канонир, открывая тяжелую бронированную створку, за которой обнаружился тамбур размером с маленькую подсобку, с покосившимся шкафом, в который и шагнул Авел. За дверцей внутри шкафа оказался огромный, несколько захламленный отсек.

– Однако! – Игорь присвистнул. – Неплохо живут канониры на «Старой прыгалке»! Это ж, какая каюта должна быть у кэпа и старпома!

– В пять раз меньше. – Авел едва заметно улыбнулся. Было заметно, что для него потеря, пусть даже временная, Лоса, большая неприятность.

– Этот кораблик, как ты понял, бывший транспортник, с немного измененным корпусом. А то, что ты видишь сейчас, это отсек в котором владелец таскал контрабанду – особо ценную и не особо крупную.

– Ты хочешь сказать, что таможенники не замечали этого коридорчика, через который мы прошли?

– Ну почему же, замечали. Проходили по нему, открывали дверь, а за ней обнаруживали маленькую каютку, в которой лежал драный ложемент, и стоял покосившийся металлопластовый шкаф. Каюта полностью экранирована, ни один сканер не обнаружит.

– А как же ты нашел этот тайник? – Игорь огляделся.

– Я его создал. – Авел, непринужденно развалившийся на кушетке, усмехнулся.

– То есть ты и есть хозяин этой коптилки? – Игорь заржал. – А почему не захотел капитанить сам?

– Чтобы в один неудачный день оказаться подколотым сборищем полупьяных матросов собственного корабля?! – Спокойно заметил Авел. – Нет уж, благодарю покорно.

Игорь удивленно покачал головой, потом огляделся и уселся в единственное свободное от всякого хлама, кресло.

– Угощайся. – Авел подхватив бутылку коньяка и бокал, подтолкнул ногой гравистолик, уставленный разномастными бутылками, и тот послушно подлетел к Игорю.

– Спасибо, но это позже. Лучше расскажи то, о чем мы не договорили в такси. – Игорь пинком вернул столик хозяину. Авел хмыкнул.

– Как ты понимаешь, охота идет на тебя. И мне кажется, что лучший вариант уйти от нее, это поступить на мой корабль. Здесь хопперы тебя не тронут. Более того, как только ты подпишешь контракт, они откажутся от заказа.

– С чего бы это? – Игорь недоверчиво взглянул на Авела, и мысленно начал прокачивать варианты. Один из них ему не понравился, и он попытался выжать дополнительную информацию. – Так может утверждать либо отпетый враль, либо заказчик, тебе не кажется, Авел?

– Я ни то, ни другое, залетный… Кстати, может все-таки представишься?

– Игорь.

– Как? Ингор? – не понял Авел. – Ну ладно, пусть будет Ингор. Так вот, Ингор. Я не враль и не заказчик, я владелец каперского корабля в поисках хороших специалистов. И я знаю, о чем говорю. Ты человек новый и не знаешь здешних раскладов, так я тебе расскажу о них. В этом городке есть две силы. Первая – Синдикат. Синдикат здесь царь и бог. Работа и пенсия – Синдикат. Здравоохранение – Синдикат. Импорт – Синдикат. Тепло, свет и воздух – Синдикат. Но у них одна проблема. Слишком высокий полет и необходимость сохранять лицо. И благодаря этому, существует вторая сила – Совет Семей. Семьи не суются в дела Синдиката, и Синдикат делает такое же одолжение Семьям. Полиция Синдиката не заморачивается с высоким уровнем преступности в старых кварталах, с проституцией и плантациями черной дури. Семьи иногда оказывают Синдикату равноценные услуги. Например, не принимают заказов на сотрудников Синдиката, закупают для Синдиката некоторую продукцию, запрещенную для организаций состоящих в Объединенной Международной Ассоциации промышленников. За отдельную плату предоставляют своих боевиков.

– А хопперы?

– Ингор, Ингор. «Хопп энтерпрайзер» – это всего лишь официальная вывеска Семьи Попетти. Ребята смылись с Новой Сицилии, после большой чистки в рядах тамошних мафиози.

– Значит, ты работаешь на Синдикат?

– Умница, навигатор. Да, мой корабль действительно входит в Синдикат, как флагман второй тройки эскадры.

– И большая у вас эскадра? – поинтересовался Ингор.

– Хватает. – Кратко ответил Авел, давая понять, что не стоит пока касаться этой темы.

– А если я наймусь к одной из Семей? – Игорь повозился, поудобнее устраиваясь в кресле.

– Хопперы тебя прихлопнут, и не поморщатся. Отношения между Семьями не так подчеркнуто дружелюбны, как между Советом семей и Синдикатом.

– Хм… Ладно, будем считать, что ты меня уговорил. – Игорь мысленно перекрестился. – И на какую же должность ты меня приглашаешь?

– Я же говорил. Мы лишились нашего обожаемого капитана… – Одними губами улыбнулся Авел. – И его помощника.

– Капитаном?! – Игорь откровенно расхохотался. – Ты же знаешь меня меньше трех часов.

– Нет, на капитана мне тебя пока не протащить. Конспирация. А вот на помощника – запросто, если ты того стоишь.

– Как будешь проверять мою профпригодность? – Игорь усмехнулся.

– Завтра, в 9 часов утра тренировочный полет. Отработка атаки, абордажа и боевое маневрирование. Три захода. В первом, ты возглавишь абордажников, во втором – проведешь атаку, в-третьем – маневрирование в поясе астероидов, при погоне за целью. Сделаешь на пять, и ты первый помощник на «Старой прыгалке», с окладом в две тысячи семьсот соверенов и 3% от прибыли.

– Тогда я поехал собирать манатки. – Игорь поднялся с кресла.

– Незачем. Этот таксист, как его… Шерлок, да? Ждет на орудийной палубе. Сунешь ему пару монет, он все привезет. Кстати, ты с ним давно знаком?

– На полчаса больше чем с тобой. Можно и так, но если ты меня наймешь, ты вернешь мне эту «пару монет», сверх оклада. – Усмехнулся Капер.

– Договорились.

Через два часа, таксист вернулся в док, в нагруженной тремя объемными чемоданами пинассе, да еще и с попутчиком.

– Это что, все твое? – с притворным ужасом на лице поинтересовался Авел.

– Да нет. Мой чемодан, вон тот с синими вставками. – В недоумении пожал плечами Игорь, указывая на потертый баул военного образца, верный спутник любого космодесантника.

– Значит, твой Шерлок решил подзаработать, и по пути сюда подхватил клиента. – Улыбнулся владелец «Старой прыгалки», наблюдая, как из пинассы выбирается таксист, и бодрым шагом направляется к аппарели.

– Добрый вечер, господа. Я слышал, что вашему кораблю необходимы люди, это так? – Таксист вежливо улыбнулся.

– Хм. Нам нужны пустотники, а не суборбитальные летуны. – Нахмурился Авел.

– Я думаю, диплом штурмана дальней навигации Британского Содружества, и орден «Алое пламя» второй степени, за поход в Систему Лореш, изменят ваше мнение. – Таксист неуловимым жестом выудил удостоверение и наградную планку с выгравированным кодом и именем награжденного: 750-274 Курт Триполь. Игорь удивленно хмыкнул, взглянув на имя, Авел уважительно кивнул.

– Я тоже так думаю. Поднимайтесь на борт. Завтра тренировочный полет, посмотрим, что вы еще не забыли из курса астронавигации. Да кстати, – Авел пристально взглянул на «Шерлока» – Курта, – а как вы обращаетесь с холодным оружием?

– Смею надеяться, что совсем неплохо. В Британском Содружестве, любой офицер обязан уметь фехтовать. Традиция.

– Проверим. – Авел вернул документы и награду «Шерлоку», и тот, развернувшись, бросился к пинассе. Через пару минут, он выгрузил все три чемодана и махнул рукой оставшемуся в пинассе, человеку. Флайер вздрогнул и с визгом унесся прочь.

Авел хмыкнул и повел «новобранцев» на экскурсию по кораблю, заодно показав им каюты, в которых они будут жить.

Через пару часов, Авел представил команде «Старой Прыгалки», Курта как нового штурмана, а Игоря, или вернее Ингора, как претендента на должность старшего помощника.

– Да, господа Каперы! – Хлопнул в ладоши Авел, представив новеньких. – Не советую вам, задирать кандидата в старпомы – Ингора. Во-первых, потому что завтра у нас тренировочный полет, и вы успеете намахаться с ним во время абордажа, а во-вторых, он запросто переломит любого из вас пополам.

– А второй? – Из-за блока охлаждения выступил вперед щуплый мужичок, с физиономией крысы страдающей алкоголизмом.

Вместо Авела, ответил сам «второй» – Курт.

– Рискни здоровьем, если жить надоело. – Курт демонстративно поправил старую перевязь, на которой болталась внушительных размеров сабля.

Команда загудела. Ответ был на грани фола, и теперь Курту действительно придется доказывать, что он настоящий пустотник.

– Ну, ты попал, Шерлок. – Вполголоса сказал ему Ингор.

– Ерунда, прорвемся! Знаешь, у нас на флоте, подобная хрень была в порядке вещей. Выживает сильнейший. Так что для меня это не новость. – Курт усмехнулся одними губами, мысленно начиная просчитывать, кто из корабельной команды, что из себя представляет.

Ингор оставил своего нового приятеля в кают-компании, а сам двинулся на мостик. Там уже пребывал Авел.

– Что, пришел обживать рабочее место? Правильно. – Авел невесело усмехнулся. – Если команда признает тебя за капитана не позднее чем через неделю, то мы сможем поучаствовать в следующем рейде эскадры.

– К чему ты это сейчас сказал? – Игорь, устроившийся в кресле канонира, с бешеной скоростью тестировал вооружение капера.

– Объясняю. На корабле есть два сильных центра. Это я, и командир абордажной группы – Ксенг. У нас обоих есть в команде свои сторонники, но есть и такие люди, которые не тяготеют ни к одному из лагерей. Большей частью, именно они и составляют самую трезвомыслящую часть команды. Твоя задача, привлечь их на свою сторону, а уж поддержку своих ребят, я тебе обеспечу. Тогда Ксенг заткнется, и не будет мне надоедать. Ты понял?

– М-да. У меня на родине это называется издержками демократии.

– Самое паршивое, что фактически и юридически являясь владельцем «Старой Прыгалки», я не могу выкинуть Ксенга с корабля. Поскольку контракт он заключал с капитаном.

– Хум. И моими руками ты хочешь дать Ксенгу расчет? – Хохотнул Игорь. – Кстати, ты все говоришь «Ксенг то, Ксенг се…», а ведь я его еще не видел.

– Ксенг – это я. – На мостик вошел, или точнее втиснулся, командир абордажников. Обладая средним ростом, Ксенг казался больше Игоря, за счет просто неимоверной ширины плеч. Огромная ладонь сжимала рукоять ятягана тяжелого морфа-штурмовика(!), и пудовый клинок казался детской игрушкой в руке великана. – Будем знакомы.

– Ингор, – Капер протянул абордажнику руку, и изумился мягкости рукопожатия этого Голиафа.

– Ксенг – игрок. – Авел слегка улыбнулся, заметив реакцию Игоря. Ксенг еле слышно хмыкнул.

– Карты требуют мягкости, – прогудел абордажник, отстраненно рассматривая будущего помощника, а может быть и капитана.

– А пустота – жесткости. – Так же рассматривая Ксенга, ответил Игорь.

– Ладно, хорош. Спасибо, Ксенг, что зашел, но мне еще необходимо закончить экскурсию для нового члена экипажа.

– Само собой, Авел. Поговорим позже. – Ксенг кивнул Игорю и направился к выходу, но на пороге обернулся, – Да, я же зашел сказать, что ваш приятель, как его… , кажется ссорится с кем-то из команды. Но сейчас, они, наверное, уже устроили потасовку.

Стоило Ксенгу закрыть рот, как тут же взвыли баззеры тревоги, и Игорь с Авелом понеслись по отсекам, едва успевая сворачивать следом за Ксенгом.

На второй палубе, среди орудий Курт-Шерлок танцевал! По-крайней мере, больше всего его движения походили на танец. Если бы вместо свиста рассекающей воздух стали, играла какая-нибудь старинная мелодия. Курт держал оборону против пяти человек одновременно. То, что это не тренировка, и даже не проверка на крепость, было понятно с первого взгляда.

Игорь резко метнул иглу, и уже поднявший плазмобой пират, рухнул, парализованный. Трезвый Казак, со свистом вытянул из ножен свой эсток, и прыгнул в гущу боя. Не желая никого убивать, Игорь от души дубасил нападавших, гардой, удерживая меч за рикассо, рукоятью вверх. После подобного «крещения», противник каялся, и тут же терял сознание. «Окрестив» последнего нападавшего, Игорь вздохнул, и с сожалением вернул эсток в ножны. За его спиной послышались жидкие аплодисменты. Ксенг и Авел наслаждались балетом.

– Благодарим за представление, ребята. – Хмыкнул Авел.

На следующий день Игорь показал себя во всей красе. Изрыгая проклятия по поводу неповоротливости экипажа, он носился по БИЦу как сумасшедший, успевая контролировать и канониров и абордажников, вовремя корректируя действия УМа, а после того как споткнулся о, непонятно откуда взявшийся, силовой кабель, зарядил такую тираду, что даже привыкшие к соленым словечкам абордажники, застыли, как позже выразился Ксенг, «с охренением на шлемах». Судьба Игоря была решена. Если на «экзамене» отношение к Игорю и Курту было прохладным, то после него, команда безоговорочно приняла Игоря-Ингора как капитана, а назначение Курта-Шерлока старпомом, не вызвало никаких возражений. Ксенг и Авел заключили мирное соглашение. Правда, как прикинул Игорь, сделали они это не из христианского всепрощения, а исходя из самых прагматических соображений. Через неделю, эскадра Синдиката должна была выйти в поход, и раздрай в команде мог привести к самым удручающим последствиям.

В течение всей недели Игорь имел команду корабля по полной программе, заставляя отдраивать загаженные кубрики и коридоры, натаскивая экипаж на боевую тревогу и матеря устаревшее оборудование БИЦа. По его настоянию, «Старую Прыгалку» загнали в доки, и устроили тотальную проверку всех систем, начиная с технического состояния маршевых двигателей и заканчивая калибровкой шлемов экзоскафандров. Как результат, через неделю, обалдевший, от произошедших перемен, экипаж, вышел на приведенном в порядок корвете, маршевые двигатели которого, без напряга стали выдавать 150% от мощности, положенной им по ТТХ. И уже ни одному члену экипажа, и в голову бы не взбрело, выбросить упаковку от пайка на палубу. Собственно, для этого подвига, Игорь использовал тактику, которая в свое время практиковалась на его собственном крейсере. Уличенный в загрязнении корабля, становился «голосом капитана», иначе говоря, если капитан приказал увеличить мощность маршевых двигателей, «голос» обязан был пробежать добрых семьсот метров, спуститься на три уровня и продублировать главмеху уже переданный и полученный, по интеркому, приказ, после чего пулей вернуться на мостик.

К окончанию «профилактических работ», на «Старой Прыгалке» не осталось ни одного человека, не побывавшего в роли «голоса капитана», за исключением Ксенга, Авела, Курта и главного механика, который по старой традиции вообще не вылезал из ходового отсека, где у него был оборудован санблок, кухня и койка.

ГЛАВА 8. Не спящий конвой.

К счастью для Игоря, которому претил примитивный пиратский промысел, на сей раз в планы Синдиката не входили никакие налеты на рудники конкурентов, или грабежи их караванов. Эскадра, состоящая, как оказалось, из двенадцати кораблей среднего класса, отправилась конвоем транспортов Синдиката. Собственно, множественное число здесь неуместно, поскольку эскадра сопровождала единственный транспортник, перевозивший несколько сотен блоков активированного танатона. Во время похода Игоря представили командиру эскадры – бывшему адмиралу Новокастильского королевства Мигелю Фуэнтесу и Вальдес, а также капитанам кораблей эскадры, после чего, дон Мигель (именуя, таким образом своего командира, Каперы отдавали должное происхождению адмирала) провел несколько маневров, которые должны были по его мнению, привести к слаженности действий эскадры. В целом транспортировка проходила достаточно спокойно. Лишь за пару стандартных суток до достижения караваном места отгрузки, системы ДРО конвоя определили отметки 100, но те, почти сразу, растворились в пространстве.

– Ну вот Ингор, первый блин, и не комом. – Трезвый Казак обернулся на голос. За его спиной стоял Авел, и весело скалился. – На самом деле, конвой не совсем наш профиль. Но денежки свои он приносит. И не плохие.

– Что ж, это не может не радовать. – Ухмыльнулся Игорь. – Значит, скоро я получу с тебя должок.

– Какой должок? – Нахмурился Авел.

– Ну, как же, «пара монет» на такси и доставку моего баула. – Услышав ответ, Авел восхищенно заржал.

– А ты оказывается злопамятный!

– На склероз не жалуюсь. – Ингор кивнул, и тут же переменил тему, – сколько нам здесь торчать?

– Хрен его знает. Не сегодня – завтра, должен прийти караван за грузом. Помашем ему ручкой и отвалим домой. А пока можно расслабиться, тебе не кажется?

– Нет, Авел. – Ингор отрицательно покачал головой. – Пока не сдадим груз получателю, ни я, ни команда, по барам не разбежимся.

– Да ладно, ребята и так чуть не надорвались, за эти три недели.

– Извини, кто-то говорил, что после моих тренировок, конвой просто отпуск, я ничего не путаю? – Улыбнулся Ингор.

– Ну, допустим, было дело. Говорил. – Авел почувствовал, что сейчас этот неуправляемый капитан выскажется в том смысле, что мол, на хрена команде после двухнедельного отпуска еще и два дня выходных, и тут же нахмурился. – Не вижу проблемы в том, что свободные от вахты пропустят по стаканчику горючего, и побалуются с местными девчонками.

– Авел, я благодарен тебе за помощь с трудоустройством и снятием заказа на мою ликвидацию, но сейчас, я капитан, и у меня есть право требовать от команды подчинения моим приказам. В данном случае приказ прост. Пока мы в походе, на корабле и вне его, экипаж обязан соблюдать «сухой закон». Ты хочешь оспорить тот факт, что мы находимся в походе? – Ингор испытующе посмотрел в глаза своему нанимателю, и по совместительству, подчиненному. – Или может ты оспоришь мое капитанство? Я предупреждал о своем характере и требовательности, еще на сходе команды.

– Да ладно, Ингор. Все я понимаю и помню. – Авел слегка приподнял губу в ленивой усмешке. – Твоя «инаугурационная речь» уже ходит в списках по всей эскадре. Просто никто и представить себе не мог, что все, что ты говорил, следует понимать буквально.

Игорь ухмыльнулся, и уже открыл рот для достойного ответа, когда взвыли баззеры, и мостик наполнился голосами спецов ДРО боевой тройки Ингора.

– Отметки 100 на экране. Две, четыре… восемь вымпелов! Класс: не определяется. Поля подавления выставлены на максимум! Время до боевого столкновения 27 минут! – На мостик влетели Курт и Ксенг. Игорь скрипнул зубами. Неприятель использовал трюк Каперов, пройдя через корону звезды незамеченным, и открывшись на минимальной дистанции.

– Боевая тревога. По местам стоять. – Игорь обернулся к оператору связи. – Связь с «Хилым» и «Святым Лукой», немедленно. Запрос на флагман без кодировки.

– Хей, Ингор! Хилый на связи.

– Святой Лука на связи. – Капитаны второго и третьего кораблей боевой тройки шутливо отсалютовали новому командиру флагмана. Хилый – детинушка ростом с Игоря и на пару пудов тяжелее, посерьезнел. – Остальные «на берегу». К бою готова только наша тройка и флагманская. Да и то, там половина экипажей лыка не вяжет.

– Ясно. Значит так. Лука, отправь дублеров на «Косатку». У тебя семь минут. Дона Мигеля и прочих пьянотов, запереть в кубриках, чтоб не мешали во время боя. Отрубите энерговоды кораблей поддержки. Нет времени возиться и распылять силы, не дай бог на одном из этих корветов окажется хоть один ужравшийся придурок, возомнивший себя лихим корсаром. Командование беру на себя. – Игорь говорил, краем глаза наблюдая за действиями своего старшего помощника. Наконец, тот поднял вверх большой палец. Экипаж занял места согласно штатному расписанию. – Хилый, давай отсчет. Через девять минут даем старт. Работаем по схеме два плюс два.

Ровно через девять минут три корвета и флагманский крейсер «Косатка», оторвались от причальных шлюзов орбитальной базы, и рванулись к противнику.

– Лука! Хилый! Начали. – Уже находясь в зоне огневого контакта корабли совершили зеркальный поворот на 90 градусов, прижались днищами друг к другу, образовав таким образом два сдвоенных корабля, и совместив лучевые орудия главного калибра, ссадили пару кораблей противника. От восьми вымпелов осталось шесть, но эти шесть кораблей были класса «крейсер», то есть на класс выше, чем три корабля из временно похудевшей эскадры Синдиката. Слаженный залп шести крейсеров должен был испарить наглых каперов, но в этот момент все четыре корабля почти срослись друг с другом.

– Поля отражения на максимум! – Курт навис над офицером защиты. Мигнуло освещение, и залп неприятеля лишь обтек укрытые многократно усиленным полем отражения каперские «коробки».

– Ингор! Мы не сможем долго держать поле такой мощности. – Голос Святого Луки сорвался.

– Повреждения? – Трезвый Казак был собран и спокоен.

– Хилый – 27%. Полностью уничтожен главный калибр. – Хилый замялся. – Снесло при маневре.

– Святой Лука – 19%. Заклинило один из контуров генератора силового каркаса. Результат – потеря двух трюмовых отсеков. – Лука напряженно улыбнулся.

– Косатка – 0%. Все в ажуре капитан. – Незнакомый Игорю офицер, даже козырнул от усердия.

– Рвем целку через две минуты. «Старая Прыгалка» солирует – Игорь усмехнулся, взглянув на вытянутые рожи капитанов. – Сами увидите. После маневра бить каждому по своей цели.

– Но через шесть минут они будут в абордажной зоне! – Дублер на «Косатке» аж взвыл.

– Терпение. Курт, отсчет. – Игорь повернулся к помощнику. – Через сорок секунд отключить поле отражения. Дать полный заряд на главный калибр. Два бота забить кассетным термопластом, задать курс на отметки 2 и 5 соответственно, расчетное время…

Крейсеры противника были в четырех минутах хода от слипшихся в один комок кораблей, прикрытых полем отражения, когда сквозь тонкую пленку этого поля прорвался один из корветов Каперов, и мощный щит распался. Каперы снова оказались прикрыты только своими не очень мощными полями. Канониры крейсеров еще не успели ничего сообразить, когда сумасшедший корвет, похожий на кузнечика, ошарашил мощнейшим залпом флагманский крейсер, и тот, мгновенно разлетелся на огромные куски, которые не преминули врезаться в корпуса шедших плотным ордером соседей. Вслед за этой выходкой, наглый «кузнечик» выстрелил пару абордажных ботов, и, прикрывшись полем отражения, скрылся за тушей единственного крейсера Каперов.

Едва очухавшиеся канониры неприятеля, в ярости, расколошматили несчастные абордажные боты, и начали палить по уже хромающим на обе ноги защитникам. На летящие в их сторону «осколки» ботов, никто не обратил внимания. А зря. Кассеты с термопластом врезались в неприятеля, производя действие шрапнели. Два крейсера, резко замедлив ход, «запарИли», разбрасывая вокруг себя многочисленные облачка замерзающего газа. Крейсер Каперов скинул поле и открыл беглый огонь по обреченным кораблям.

Оставшиеся три крейсера побитые осколками собственного флагмана, и задетые термопластовыми кассетами, парили меньше, но в результате маневров каперов, оказались вне зоны абордажа, и почти не огрызались в ответ на укусы защитников базы. Через тридцать секунд, вспыхнул один из оставшихся крейсеров, а еще через секунду, второй крейсер величественно развалился на части, окружив себя ореолом быстро замерзающих трупов.

– Абордаж! – Игорь защелкнул байонет шлема. – Курт, остаешься за старшего. «Косатке» следить за ботами неприятеля. Их абордажа дублерам не выдержать!

Корветы кружили вокруг оставшегося крейсера неприятеля, выбрасывая одну абордажную группу за другой. Через полчаса крейсер был взят, что называется «на шпагу». Капитан крейсера сдался, остальных, озверевшие от боя каперы, перерезали. Надо отдать должное экипажу корабля. Ни один член команды, за исключением капитана, не сдался без боя.

Покалеченная тройка корветов, прикрываемая флагманским крейсером, еле причалила к орбитальной базе, где их ожидала немереная толпа людей, следившая за боем, проходившем в опасной близости от них. Люди собирались приветствовать доблестного адмирала, дона Мигеля Фуэнтес-и-Вальдеса. Каково же было удивление персонала базы, когда по аппарели «Косатки», первым, спустился никому не известный офицер в заляпанном кровью экзоскафандре, несущий под мышкой шлем, а следом за ним, люди в таких же «разукрашенных» одеждах, вынесли пьяного в дугу адмирала, который даже не проснулся во время боя. Следом за этими «ангелами ада», вывалилась ошарашенная, полупьяная толпа, некоторое время назад называвшаяся экипажем флагманского крейсера. Экипажи корветов же, наскоро отмыв и почистив скафандры, даже не высунулись из своих изрешеченных кораблей, и просто завалились спать.

Только на следующий день, что называется «придя в меридиан», экипажи подсчитали убытки, и начали рвать на себе пушнину. Особенно старались Хилый, Лука и Авел. Четыре корабля уступавшие по мощности и вооружению противнику, одержали победу над восемью крейсерами, но какой ценой! Четыре расстрелянные консервные банки лишившиеся, в общей сложности восьмидесяти процентов вооружения, и шестидесяти процентов мощности, ничем не напоминали тех красавцев, что вышли две недели назад из доков орбитальной крепости Мелларны. Игорю было все равно. Он продолжал спать, и, кажется, не намеревался просыпаться раньше чем через сутки. Его абордажной команде пришлось тяжелее остальных. Группа Трезвого Казака прорвалась внутрь крейсера, в паре отсеков от абордажных блоков. Его команда из двадцати человек, буквально прогрызалась сквозь строй абордажников крейсера. До капитанской каюты добралось только пятеро. На абордажниках Игоря, как и на нем самом, не было ни единого светлого пятнышка. Создавалось впечатление, что их выкупали в красной краске.

За этой пятеркой, возглавленной Ксенгом и Игорем, на следующий день закрепилось прозвище «Красные кхмеры». Ксенг и Игорь задали офицеру, руководившему во время боя «Косаткой», нехилую трепку, когда узнали, что это прозвище им присвоил именно этот историк-любитель.

На следующий день, похмельный адмирал, ставший основным объектом острот всей базы, поднял флаг на одном из корветов, прицепил на буксир покалеченные корабли, и резво слинял в сторону Мелларны.

ГЛАВА 9. С корабля на бал.

– Я не терпел самоуправства в своем флоте на Новой Кастилии, и тем более не потерплю какого-то выскочку в этой эскадре. – Дон Мигель разорялся уже не первый час, и неплохо охрип. Но сдаваться не собирался. Игорь слушал эту заевшую пластинку, тоже не первый час, и поэтому, только тихо вздохнул. – Кто дал тебе право распоряжаться моим кораблем?! А? Ты, варвар, мразь, быдло!

Зря адмирал не сдержал свой язык. На лице Игоря не дрогнул ни один мускул, только пудовый кулак дворянина и боевого офицера Русской Империи, неуловимо свистнул, и впечатался в переносицу адмирала. Тот закатил глаза и беззвучно осел на богатый ковер своей роскошно отделанной каюты.

– Достал алкаш. – Игорь поднял дона Мигеля за шиворот и, швырнув на огромную кровать, уселся в кресло, дожидаясь пока Его превосходительство соблаговолит открыть глазки. Через полчаса адмирал очнулся, и, застонав, скатился с кровати обратно на ковер. – О, проснулся! Ты, родной, что-то недопонял. Это уже не твоя эскадра. Это моя эскадра. На, читай.

Игорь протянул бывшему адмиралу листок распечатки, в котором маленькими черными буковками по белой поверхности было напечатано уведомление об отказе в продлении контракта заключенного между Синдикатом Скорпиона и адмиралом доном Мигелем Фуэнтес-и-Вальдесом. Надо заметить, что эту распечатку сделал сам Игорь, рассчитывая на определенную реакцию со стороны адмирала. И тот оправдал его ожидания. Дон Мигель прочел уведомление три раза, икнул, и взорвался. В тот же момент в каюту ворвались Курт и помощник адмирала. На их глазах адмирал выхватил палаш и ринулся на Игоря. Теперь дело осталось за малым. Игорь до половины вытащил эсток из ножен, и засветил навершием меча в лоб дону Мигелю. Бывший адмирал вторично осел на пол.

– В реанимокамеру его. – Игорь прекрасно представлявший чем заканчивается такой удар для схлопотавшего, вложил меч в ножны и только после этого оглянулся на вошедших.

Тем же вечером, и Курт и помощник адмирала, на сходе команд рассказывали, как адмирал кинулся на Игоря вооруженный палашом, и что Игорь, имея возможность зарубить нападавшего, всего лишь оглушил его, и отправил в реанимокамеру.

Игорь не любил подобные приемчики с провокациями. Но удержать в узде расхристанную вольницу пиратов прикрывающихся каперскими патентами, иным способом было невозможно. Успокаивало его только одно: на руках этого дона Мигеля было столько крови, что не грех и избавиться от него.

На Мелларну корабли вернулись через неделю, благо не задерживали тихоходные транспорты. В порту их уже встречал представитель Синдиката и пресловутый рем Стоун, которому так и не удалось переговорить с Игорем, когда тот только появился в Мелларне. К удивлению экипажей эскадры, помимо этих двух человек, посадочные площадки окружили практически все имеющиеся в наличии у Синдиката силы безопасности. Особенно внушительное охранение было выставлено у площадок, на которые приземлилась боевая тройка дона Мигеля. А представитель Синдиката и рем Стоун околачивались у посадочной площадки «Старой Прыгалки».

– Блин, кажется, я не сильно ошибся, сварганив послание дону Мигелю от Синдиката! – удивленно хмыкнул Игорь, рассматривая диспозицию с опускающейся на синтобетон площадки, аппарели.

– Мне, почему-то, тоже так кажется. – Стоявший за спиной Трезвого Казака, Курт, вытянулся по стойке «смирно».

Аппарель коснулась синтобетона, и к ней тут же устремились «скорпы», окруженные десятком охранников.

– Рем Ингор, добрый день. – Стоун шагнул вперед, протягивая для пожатия руку. – Разрешите представить вам, вашего куратора.

Давешний представитель Синдиката державшийся на полшага позади Стоуна, также шагнул вперед.

– Будем знакомы, рем Ингор, мое имя – Элоизиус Ихайа. Я представляю интересы Синдиката, и, в случае достижения между нами согласия по некоторым вопросам, буду курировать ваше подразделение.

– Рад знакомству с вами, рем Элоизиус. – Игорь окинул изучающим взглядом худощавого собеседника. – Я впервые слышу, чтобы экипаж корабля называли подразделением, к тому же, не знаю, чем могу быть вам полезен. – Игорь пожал плечами, и тут же перескочил на другую тему. – Не подскажете, по какому поводу, здесь собралось такое количество встречающих?

– Считайте это почетным эскортом. – Холодно улыбнулся Ихайа. Игорь вопросительно взглянул на Стоуна, но тот лишь пожал плечами, как бы поясняя, мол, я человек маленький. Сказали собрать оперсостав, я собрал, а остальное, не моего ума дело.

– Хорошо еще, не почетным караулом. – Дернул губой Курт, и шагнул следом за своим капитаном. Правда, перед этим он кивнул команде столпившейся у выхода из корабля, и аппарель сразу пошла вверх, наглухо отделяя команду «Старой Прыгалки» от внешнего мира Мелларна. Вообще, после боя и перевалочной базы, Игорю почти не приходилось подключать свой авторитет, для решения мелких проблем внутри экипажа. С этой задачей идеально справлялся его старший помощник Курт, чье влияние в команде, заставляло отступать даже ярых сторонников Авела или Ксенга.

– Идемте, господа. – Ихайа махнул рукой в сторону зависшего у края посадочной площадки, топтера, и тот басовито гудя, подлетел к ним. – Прошу, располагайтесь. Мы летим в офис Синдиката для переговоров, надеюсь, это не займет много времени.

Топтер приземлился на ту же платформу, на которую, четыре недели назад, привезли Игоря из-за стены города. Только теперь, его сопровождало десять человек, а не два, как в прошлый раз. Стоун и Курт остались на этаже, а Игорь, вместе с Ихайей, пронесся на сотню уровней вверх, и оказался в приемной заместителя начальника отдела оперативного контроля. По-крайней мере, эта должность значилась на медной табличке прикрученной к дверям кабинета. Ихайа открыл дверь и сделал приглашающий жест, последовав которому, Игорь оказался в огромном кабинете с панорамным окном… пустом.

– Хм-м. Мне кажется, или в здесь кого-то не хватает? – Игорь преувеличенно внимательно огляделся вокруг. Ихайа улыбнулся.

– Да нет, все здесь. Присаживайтесь, рем Ингор. – Ихайа указал на два антикварные кресла, стоящие в углу, в добрых пятнадцати метрах от входа в кабинет. – И начнем наш разговор.

– Я вас очень внимательно слушаю. – произнес Игорь, расположившись в одном из предложенных кресел.

– Давайте для начал перейдем на «ты», если не возражаете, рем Ингор. – Рыбья улыбка Элоизиуса Ихайи уже порядком достала Ингора, но, очевидно, других способов выражения дружелюбия у заместителя начальника ООК в запасе не было.

– Ничего не имею против, Элоизиус.

– Что ж, тем лучше. Я не стану тебе высказывать все, что думаю по поводу выходки с уведомлением о расторжении контракта с доном Мигелем… – Начал Ихайа, но Игорь, его тут же перебил.

– Не расторжение, а отказ от пролонгации договора.

– Да-да, конечно. Так вот. Единственное, что я скажу, тебе чертовски повезло, потому что такое уведомление, Совет директоров Синдиката решил передать адмиралу по его возвращении из похода. – Рыбья улыбочка промелькнула, и пропала. – Так что мои поздравления. Неплохой ход для землекопа. Хотя, да, я помню что говорил о тебе Чернев. Ты же выходец из какой-то знатной семьи в Русской империи. Мне говорили, что ты должен был стать членом Государственного Совета. Зачем же ты слинял из Империи?

– В отличие от моего брата, я не чувствую себя частью того рафинированного общества, в котором мы вращались. К тому же не все мои поступки совпадали с понятием законности в Империи. – Игорь как можно небрежнее усмехнулся. – Так что, когда меня не смогло прикрыть даже мое происхождение, пришлось смазать лыжи.

– Извини, что сделать? – Удивленно дернулся Элоизиус.

– Смазать лыжи, значит быстро уехать. – Пояснил Игорь.

– А, ну да… так вот. – Ихайа задумался, но тут же продолжил свою речь. – Видишь ли, эскадра каперов находится в моем ведении, и я отвечаю за ее действия, обеспечиваю всем необходимым, и так далее. Так вот, адмирал ушел в отставку, и мне требуется человек, который его заменит. Я хочу предложить тебе открывшуюся вакансию. – Ихайа пристально посмотрел на Игоря.

– Хм. А что я буду с этого иметь? – Трезвый Казак даже не стал делать вид, что сильно удивлен таким поворотом. Собственно, Элоизиус и не ждал от него ничего подобного. Ихайа пожал плечами.

– Стандартный договор. Три процента от прибыли, к капитанскому гонорару.

– То есть, став адмиралом вашей эскадры, я параллельно остаюсь капитаном «Старой Прыгалки»?

– Если только сам не захочешь покинуть этот пост. – Пожал плечами Ихайа. – Ну как?

– Мне нужно подумать. – Игорь поднялся. – Завтра я дам тебе ответ, Элоизиус.

– Сегодня вечером, Ингор. – Ихайа кивнул в сторону дверей.

– Договорились. – Игорь подошел к дверям, и замер на пороге. – Еще одно. Ты не мог бы прислать на мой корабль кого-нибудь, кто может отличить ложемент от маршевого двигателя? Нас сильно потрепало у перевалочной базы, и теперь необходимы пустотные доки для ремонта, ну и так, кое-что по мелочи.

– Я распоряжусь. – Ихайа уже сидел за своим массивным столом, углубившись в чтение каких-то документов.

Перед Игорем встала проблема. С одной стороны, стать адмиралом такой эскадры, это не малый шаг вверх по иерархической лестнице Синдиката, и возможность получения закрытой информации, к тому же, согласиться на подобное повышение, в духе его не щепетильного братца. С другой стороны, уж слишком часто и надолго, эскадра уходит на задания. Ведь он и капитаном «Старой Прыгалки» стал только для того, что бы легально попасть в Синдикат. А Игорю необходимо присутствовать на Мелларне постоянно, иначе он никогда не узнает, каким образом, на планету попали Каперы, плененные Кромешниками, и есть ли здесь гнездо этих тварей, или они сюда в командировку наведываются.

Обдумывая сложившуюся ситуацию, Игорь добрался до порта, и сам не заметил, как оказался на покалеченной «Старой Прыгалке», где его встретили «Красные кхмеры» во главе с Ксенгом. Рядом с ними топтались Авел и Курт.

– Ну что? Нам снова придется искать нового капитана? – Авел попытался улыбнуться, но получилось у него достаточно хреново.

– Не думаю. Даже если я соглашусь на предложение, выдвинутое ремом Ихайей, «Старая Прыгалка» останется при капитане. Кстати о «Прыгалке». Скоро сюда заявится представитель ремонтников, так что, в темпе сведите требования по необходимому оборудованию в один список, и выдавите из гостя все необходимое. О цене, я поговорю с ним сам. А теперь, ребята, дайте мне поспать, хотя бы часика полтора.

Ксенг хмыкнул, и, махнув на прощание рукой, вышел, уведя за собой «кхмеров». Авел, Курт и, окончательно очухавшийся от полученного в баре ранения, Лос, немного потоптались на пороге каюты, и тоже слиняли. Игорь вытянулся на диване и блаженно вздохнув, отрубился.

– Капитан… капитан. – Игорь нехотя выплыл из сна, оттого, что какая-то сволочь, активно трясла его плечо.

– Какого ута, как говорит один мой знакомый. Курт! Я только что закрыл глаза, а перед этим просил не беспокоить меня часа полтора. – Игорь со стоном оторвал голову от дивана. Неделя обратного пути на полуразрушенном корабле, вымотала Трезвого Казака до предела. В последнем бою «Старая Прыгалка» потеряла 70 % мощности и вооружения. Разлаженные силовые контуры устроили бешеные перепады гравитации, приведшие к тому, что больше половины экипажа, оказалось не в состоянии выполнять свои обязанности. Фактически, в строю остались только абордажники Ксенга и Трезвый Казак. Они-то и вынесли корабль к Мелларне.

– Ингор, ты меня извини, но прошло уже шесть часов, с того момента, как ты разлегся на этом ложе. Мы уже задолбались ездить по ушам ремонтникам и нашей команде. Народ волнуется. Только мы пришли на планету, ты тут же вводишь чрезвычайное положение и исчезаешь под охраной Синдиката, потом возвращаешься, как ни в чем не бывало, и вместо того, что бы объяснить, какого черта, бывший адмирал смылся со страшной скоростью, заваливаешься спать, пробормотав нечто невразумительное о ремонте и каком-то предложении. – Так что, давай Кэп, отрывай задницу от дивана, и вперед, на свершение новых подвигов!

– Иду-иду. – Игорь встал с дивана. – Что там со списком на ремонт?

– Это, шеф, не список, а целый рулон туалетной бумаги. – Хохотнул Курт, и протянул Трезвому Казаку внушительную стопку распечаток. Игорь взял пачку пластолистов, и направился к выходу из каюты, бегло просматривая на ходу перечень повреждений.

Полтора часа общения с начальником ремонтной бригады, и поставщиком оборудования, привели к полному взаимопониманию между сторонами. По-крайней мере, и ремонтник и торговец, поняли, что наварить на этом странном капитане свою обычную двухсотпроцентную прибыль у них не выгорит, но деваться некуда, поскольку Игорь ловко повернул против них один из пунктов многостороннего соглашения подписанного всеми капитанами эскадры, представителем Синдиката и двумя этими монополистами в сфере обслуживания военных кораблей на Мелларне. Согласно этому пункту, ремонт пострадавших в бою кораблей, и поставку нового оборудования осуществляют только две компании: «Крюггер шипбилдинг» и «Якира Тори», соответственно.

Естественно, когда речь идет о мелком ремонте, капитанам легче заплатить те суммы, которые с них требуют. Но в этот раз, из строя вышла четверть эскадры, и Игорь надавил на монополистов, одним единственным аргументом: За те деньги, что хотят вытащить из эскадры монополисты, можно заново оснастить добрый десяток кораблей. Но, поскольку Каперы не могут заключить договор с другими компаниями, корабли будут стоять на приколе до тех пор, пока цены не будут снижены до приемлемого уровня.

Ихайа, которому, монополисты тут же пожаловались на упрямство капитана, моментально сообразив, что четверть эскадры может зависнуть над Мелларной на несколько лет, и требовать компенсации за простой, сбледнул с лица и вежливо объяснил монополистам, чем закончится для них подобная жадность. Все это заняло не более получаса, остальное время, Игорь и монополисты провели в спорах о том, какое оборудование подлежит замене, а какое еще можно отремонтировать. Наконец, стороны договорились по всем пунктам, и мирно разошлись. Надо сказать, что во время этой встречи велась прямая передача переговоров, на остальные корабли эскадры. Так что на Каперах были в курсе происходящего, и монополисты уже не могли рассчитывать на возмещение не полученных от капитана «Старой Прыгалки» денег, с остальных капитанов.

– Курт, я отправляюсь к Ихайе, ты остаешься за старшего. – Игорь положил руку на плечо старпома. – Прикажи вывести флайер.

– Есть, капитан. – Курт хмыкнул, и тут же, повернувшись к интеркому БИЦа, прорычал, – атмосферник капитану Ингору. Живо!

– Из тебя выйдет отличный Кэп, приятель. – Игорь улыбнулся и направился к выходу из корабля.

Через пятнадцать минут Игорь уже входил в кабинет Элоизиуса. К его большому удивлению, Ихайа был не один. В кресле, которое не так давно протирал Игорь, сидел седовласый дядька, словно сошедший с рекламного ролика про классический коньяк, который «вкушают настоящие джентльмены».

– Рекс Абит, позвольте представить капитана «Старой Прыгалки», рема Завадова, командовавшего защитой наших транспортов и перевалочной базы.

– Рад знакомству, молодой человек. – Рекс Абит встал с кресла одним резким движением. Судя по этому рваному движению, он давно перешагнул тот порог, когда человек может надеяться на то, что доживет до рождения правнуков. Очевидно количество имплантантов у этого дядьки, давно перевалило за сотню. Что ж, каждый живет столько, сколько может себе позволить.

– Взаимно, рекс Абит. – Игорь шагнул к столу, на котором расположилась бутылка «Шустова» и чистый бокал. Два других бокала пребывали в руках у Ихайи и Абита. – Что празднуем?

– Ваше новое назначение, если вы не против. – Ихайа продемонстрировал свою фирменную рыбью улыбочку.

– Весьма сожалею, но должен ваш разочаровать, – Игорь наполнил бокал, – я не стану адмиралом каперской эскадры. Слишком хлопотно, для меня.

– Я не буду с вами спорить, и не собираюсь переубеждать. – Абит с легкой ухмылкой наблюдал, как Игорь прихлебывал коллекционный «Шустов». – Но, я наблюдал за ходом ваших переговоров с «короедами», и у меня появилась несколько иная идея. У рема Элоизиуса помимо эскадры, достаточно другой головной боли. А последние события показали, что Каперам нужен не только адмирал, но и хороший специалист в администрации Синдиката. Думаю, человек имеющий диплом Нахимовского университета и звание магистра экономики и юриспруденции, справится с этой задачей.

– Интересное предложение. – Игорь мысленно поблагодарил Всевышнего, за внимание к его персоне.

– Мне, знаете ли, тоже так кажется. – Абит согласно кивнул.

– Кто будет моим непосредственным начальником? – Игорь сходу взял быка за рога.

– Я так понимаю, что вы согласны? – Абит изучающе взглянул на Игоря, потом перевел взгляд на Элоизиуса. – Элоизиус назначается начальником отдела оперативного контроля, вы становитесь его заместителем по внешним операциям. Соответственно, отвечать вы будете перед тремя людьми. Элоизиус – ваш непосредственный начальник. Рем Чернев, к сожалению отсутствующий в этом кабинете – начальник СБ Синдиката, и соответственно, царь, бог и дьявол для вашего отдела. Ну и я, естественно, как президент Синдиката, буду время от времени интересоваться, как у вас идут дела.

– А жалованье? – Игорь хитро прищурился.

– Рем Завадов, я уже имел возможность наблюдать за вашими переговорами, и не хочу устраивать с вами словесные баталии, по поводу размера вашего жалованья. Пусть этим Элоизиус занимается.

– Ингор, я думаю, твое жалованье будет не меньше, капитанского гонорара. – Элоизиус обвел рукой кабинет. – К тому же тебе достается мой кабинет. А я так думаю, он будет побольше капитанской каюты на «Старой Прыгалке», да и комфортнее.

– Не спорю. – Игорь согласно кивнул, – но, по сравнению с должностью капитана, у меня возрастает и ответственность. Поэтому, мне кажется, и жалованье должно быть повыше, как думаешь, Элоизиус? К тому же, если я правильно оцениваю ситуацию, то без моего назначения на должность заместителя начальника отдела, ты не сможешь занять ту должность, которую прочит тебе рекс Абит.

– Я правильно сделал, что отказался участвовать в этих переговорах. – Абит хмыкнул, и, отставив опустевший бокал, поднялся. – Я вас покидаю. Рем Завадов, рад, что не ошибся в своем выборе. До встречи.

Игорь только-только устроил свое тело в шикарном кресле, когда вошедший референт, доложил о прибытии Курта и Авела.

ГЛАВА 10. С волками жить по-волчьи…

– Так, что будем делать с твоим капитанством, а Ингор? – Авел хмуро посмотрел на недавно нанятого им капитана. Тот только пожал плечами.

– По-моему, все абсолютно понятно. У тебя же есть Курт. – Игорь кивнул своему бывшему старпому. – Я обещал, что корабль не останется без капитана, и сдержу свое слово.

– Ты хочешь сказать, что вместо тебя, на моей лоханке будет капитанить бывший таксист? – Авел заржал.

– Не столько бывший таксист, сколько бывший офицер флота Британского Содружества. – Курт подчеркнул последние слова. – Кстати, став капитаном, я хотел бы пересмотреть свой контракт, в плане оплаты труда.

– Я не знаю, как у тебя обстоят дела со знаниями в области управления кораблем, но то, что торгуешься ты, почти так же как этот… – Авел кивнул в сторону Игоря, – это точно.

Между Куртом и Авелом началась новая перепалка, и Игорь с удовольствием наблюдал за двумя членами его бывшего экипажа, успевшими за последний месяц, стать чуть ли не друзьями. Авел, время от времени, взрыкивал и тряс головой, словно лев – гривой, а не уступавший ему в упрямстве, Курт отвечал на экспрессивные выпады старшего канонира, небрежным пожатием плеч, и убийственно ироничными уколами. Игорь поймал себя на мысли, что рассматривает спор своих приятелей, как поединок на шпагах. Защита, атака, уход… Трезвый Казак усмехнулся.

– Хорош галдеть, господа офицеры вольного флота! – рявкнул Игорь, и ударил кулаком по столешнице. Курт и Авел удивленно уставились на него. Игорь удовлетворенно кивнул. – Так-то лучше. Как я понимаю, Курт уже может считать себя капитаном, а раз так, будь любезен господин капитан, предоставь мне ТТХ «Старой Прыгалки», и свои соображения, по поводу модернизации корабля. В письменном виде, Курт. – Уточнил Игорь, заметив, что Курт уже приготовился отвечать. – Это первое. Авел, у меня для тебя есть еще одна новость. Ксенг отныне руководит всеми абордажниками эскадры, а ты становишься адмиралом. Ты рад?

– НИ ЗА ЧТО!!! – Авела аж передернуло. – Ингор, ты охренел?

– Ну, вообще-то, нет. – Хмыкнул Игорь. – А что именно, тебя не устраивает: назначение Ксенга, твое назначение, или мои требования о предоставлении информации по «Старой Прыгалке»?

– Хрен с ним, с ТТХ и модернизацией. Я о назначениях! – Авел, побагровевший от гнева, начал нарезать круги по кабинету. – Мы же с Ксенгом глотки друг другу перегрызем!

– Сколько ты уже ходишь на «Старой Прыгалке» с этим картежником? – Игорь сделал невинное лицо.

– Десять лет, а что? – Авел уставился на Игоря. – Что ты хочешь этим сказать?

– Он хочет сказать, что если вы не перегрызли друг другу глотки за это время, то еще десять лет спокойной жизни, вам обеспечено. – Ухмыльнулся Курт. Игорь кивнул, мол, дело говоришь господин капитан.

– Но это же бред. К тому же, ты прекрасно знаешь, почему я не хочу занимать этот пост. – Авел хмуро посмотрел на Игоря.

– Что бы в случае чего, не быть подколотым собственной командой. – Игорь кивнул. – Но, видишь ли, адмирал заключает контракт не с командой, как капитан, а с нанимателем, то есть с Синдикатом. И ответственен он, не перед экипажами кораблей эскадры, а перед представителем нанимателя, то есть передо мной. Так что не хипеши, и принимайся за работу. Задание пока то же что и у Курта, только масштаб другой. Предоставь мне ТТХ всех остальных кораблей эскадры, прикидки их капитанов по модернизации, и твои выводы, по всей эскадре. Пока все, ребята. Исполняйте. – Игорь кивнул новоиспеченному капитану и адмиралу, и указал на дверь. Охреневшие от такой стремительности, Курт и Авел тут же испарились.

Игорь подошел к панорамному окну, занимавшему целую стену в его кабинете, и задумчиво уставился на развалины Старого города, расположившегося по краям Долгого каньона, на высоте в полтора километра, и вздымавшего свои шпили и башни над, раскинувшимися в долине, кварталами Мелларна. Только здания Синдиката, выстроенные в долине, возвышались над каньоном, что давало Игорю великолепный обзор из его нового кабинета, расположенного значительно выше полутора километров. На исполинских каменных мостах, проложенных на той же головокружительной высоте, копошились маленькие человечки, шедшие непрерывной вереницей с одного «берега» Долгого Каньона на другой, присмотревшись, Игорь с удивлением заметил, что и на дальних мостах, людской поток не прекращается. Похоже, изучая планету перед вторжением, Бухой Святоша и Джин-Тоник ошиблись в выводах, когда построили всю схему на принципе: Один город – одна администрация.

Старый город, который они не учли в своих расчетах, списав его как развалины, вовсе не был архитектурной экзотикой прошлых цивилизаций. Судя по тому, что видел сейчас Игорь, Старый город продолжал жить, какой-то своей, не зависящей от Синдиката жизнью. То, что существование города не зависит напрямую от Синдиката, Игорь определил по отсутствию флайеров и топтеров, которым положено было бы летать над Старым городом, или сновать между ним и Мелларном, а также по тому, что в отличие от Мелларна, в Старом городе отсутствует уличное освещение. Игорь хмыкнул про себя, и шагнув к столу, вывел на комп открытую информацию по Мелларну. Старый город на официальной карте отсутствовал, а мосты были обозначены как архитектурные памятники внеземной цивилизации. Игорь выматерился, и нервно зашагал по комнате.

– Игорь, тебе не кажется, что рабочий день уже закончился? – за спиной Игоря отворились двойные двери, и на пороге возник Петр Сергеевич, или как принято было здесь обращаться – рем Чернев, глава местной службы безопасности. Как и во время прошлой их беседы, обоих работников Синдиката накрыл кокон глушилки.

– Вечер добрый, Петр. – Игорь указал бывшему коллеге на кресла. – Присаживайся. Водка, виски, коньяк?

– Я слышал, о нападениях на тебя, произошедших после нашего последнего разговора. – Петр расположился в одном из кресел, и продолжил, игнорируя предложение Игоря. – Должен тебя уведомить, что это не моих рук дело.

– Я пришел к тому же выводу, тем же вечером. – Усмехнулся Игорь. – Это все, что ты хотел мне сказать?

– Не совсем. – Петр замялся. – Игорь, я не понимаю, зачем тебе понадобилось дурить головы спецам Синдиката, этим идиотским геолого-разведывательным отрядом? Ты же не думал, что сможешь играть эту роль сколько-нибудь долго.

– А мне и не надо было долго. Этот финт я придумал, что бы попасть в город.

– Игорь! Не строй из меня идиота. – Прорычал Петр. – Зачем ты здесь?

– Я же тебе уже говорил. Синдикат принявший под свое крыло одного русского, примет и другого, если тот окажется сообразительным. Неужели не понятно?! – Игорь взорвался, но тут же успокоился. – Ты же знаешь, что произошло после твоей дуэли с моим братцем.

– Я знаю только, что ты прикрыл этого лоботряса, заявив, что в дуэли участвовал ты, а не он. – Петр мрачно кивнул. – Я был в шоке, от твоего заявления.

– А потом, Петруха, была отставка, и требование Императора покинуть столицу. После этого, моя жизнь пошла кувырком. Мне не было места на Санкт-Петербурге, да что там, мне даже не разрешили бы пасти коров на Луковом Камне.

– Это мне знакомо. – Кисло улыбнулся Петр. – Я здесь по той же причине.

– Ага. Только ты не знаешь, одной маленькой вещи. Я принял огонь на себя, выгораживая братца, потому что на меня надавили родственнички. Твои и мои.

– Ну, почему мои начали давить, это и так ясно. Убрать такую фигуру из флота… А твоим-то, с чего вдруг втемяшилось в голову, выкидывать тебя из Империи? – Петр удивленно покосился на бокал с коньяком, неизвестно откуда, появившийся у него в руке.

– Михаилу грозила смертная казнь. Как ты понимаешь, эта дуэль не единственная его выходка. Но она чуть не стала для него последней. Я же, был чист. Поэтому, отец пошел по пути экономии, и заявил, что ему нравиться время от времени пересчитывать своих сыновей, и не хочет не досчитаться одного из них. Таким образом, он мягко подвел меня к идее, взять вину на себя, а в свою очередь, обещал добиться для меня временной ссылки в дальнее имение, если я займу место моего непутевого братца.

– А потом в игру вступили мои родственники, и вместо ссылки мы с тобой отправились в изгнание. – Закончил за него Петр.

– Именно. Тут твои, конечно перестарались. Пытаясь добиться смертной казни для меня, они забыли о том, что суд может назначить одну и ту же меру пресечения, для обоих участников дуэли. В данном случае, пролетели все, кроме моего обожаемого брата. – Игорь посмотрел с отвращением на коньяк, так и не выпитый ни им, ни Петром, и вздохнул.

– Оказавшись за пределами Империи, я попытался начать новую жизнь, и вроде бы даже добился кое-каких успехов в небольшом предприятии. Но когда я пытался двинуться повыше, тут же натыкался на сопротивление со стороны служб безопасности компаний. Еще один милый штрих, к нашему с тобой происхождению. Как только в сколько-нибудь крупной компании узнавали, что я изгнан из Русской Империи, мне вежливо улыбались, и указывали на дверь. – Игорь все больше и больше раскидывал сеть из дезы, вперемешку с реальными фактами. Делать это было тем противнее, поскольку, Петр, был одним из немногих представителей немаленькой фамилии Черневых, которому Игорь мог с чистой совестью пожать руку. – Вот тогда я и начал шерстить компании в поисках соотечественников. И нашел тебя. Ну а дальнейшее ты прекрасно представляешь сам.

– Но почему, ты не явился на туристическом лайнере, Игорь? Они хоть и не часто заглядывают на Мелларну, но все же… – Петр покачал головой, и залпом выпил коньяк. – Это же было бы проще пареной репы. Прилетел, сообщил бы мне о себе, и все. Дело в шляпе.

– Тебе часто кто-нибудь дозванивается с просьбой принять на работу? – Ответил вопросом на вопрос Игорь. – Я могу ответить сам, если хочешь.

– Тут ты конечно прав. Но ты мог бы подать заявку в наш отдел по работе с персоналом. – Петр хмыкнул. – Правда, в этом случае, не факт что она дошла бы до меня.

– Правильно. И я выбрал самый простой путь. Появился из ниоткуда, и пошел вокруг городской стены, благоразумно не приближаясь к воротам. Результат, уже через двенадцать часов я оказался в кабинете, где имел долгий разговор с Начальником СБ Синдиката Скорпиона.

– Кстати, мне интересно как ты там появился. – Петр нахмурился.

– Компания, которая обслуживает вашу геолого-разведочную сеть, отправляет боты с оборудованием, напрямую на комплексы, минуя системы таможенного досмотра на Мелларне. Боты проходят сканирование только на орбитальных причалах, а это для меня не проблема. Ты же знаешь, что такое масс и для чего он служит. Так я обзавелся идентификатором. Незаконно, конечно, но как ты понимаешь, у меня не было выбора. И теперь я, работаю в Синдикате Скорпиона заместителем начальника отдела оперативного контроля, по внешним операциям. Кстати, о том, что меня зовут Игорь, знаешь только ты, для остальных – я Ингор.

– Ну… не совсем. В досье указано твое настоящее имя, но оно находится под моим личным кодом. Видишь ли, я не знал, за каким хреном тебя принесло, и решил немного подстраховаться. – Петр даже не сделал попытки изобразить извинение, что вообще было характерно для семейства Черневых. Другое дело, что этот представитель одной из самых одиозных фамилий Русской Империи, в отличие от своих родственников, органически не способен на подлость, что импонировало отставному полковнику Завадову. – Слушай Игорь. Я готов закрыть глаза на твое шоу, но при одном условии. Ты поможешь мне выяснить, кто копает под меня, и, судя по давешним покушениям на твою жизнь, под тебя.

– Я помогу, Петр. – Игорь кивнул, и тут же сменил тему. – Давай рванем в какой-нибудь кабак, земеля, а то мне здесь, толком, и выпить не с кем.

– Прямо сейчас? А почему нет, поехали. – Петр вскочил.

– Ну все, пригнись столица, Русь гуляет! – Хохотнул Игорь.

Через полчаса, Игорь и Петр уже сидели в небольшом кабаке, за столом, уставленным блюдами, какие на всякий человек рискнет попробовать. То же сало или соленые огурцы, вообще нигде, кроме как в Русской Империи не употребляемые, заняли свое почетное место, рядом с блинами, икрой, осетриной и стерляжьей ухой. Над всем этим великолепием возвышался слегка запотевший штоф, наполненный «Золотым Империалом», одной из лучших марок водки экспортируемой за пределы Русской Империи.

Уже за полночь, Игорь и Петр разъехались по домам. В смысле, домой поехал Петр, а Игорь отправился на «Старую Прыгалку» отмечать назначения Курта и Авела, предварительно нагрузившись несколькими бутылками «Империала», и кое-какой закуской.

Утро было тяжелым, но спокойным. Если не считать референта Игоря, который чуть не рухнул в обморок от перегара шефа, когда зашел к нему в кабинет, со списком неотложных дел и предстоящих встреч.

– М-гм. – Игорь указал глазами на дверь, и ошалевший, от такой газовой атаки помощник, вывалился из кабинета. Собственно, перегар и тупая тяжесть в голове, были единственными последствиями прошедшей ночи. Игорь внимательно взглянул на себя в зеркало, и вздохнул. – И на хрена ж ты так нажрался, господин полковник?

– Рем Ингор, вас требует к себе рекс Абит. – Голоэкран на столе Игоря, показал лицо говорившего референта, и гримаса отвращения к похмельному начальнику, читалась слишком явно, что бы Игорь мог ее не заметить.

– Кофе. – Игорь был краток.

– Но президент… – начал референт.

– Кофе. – Игорь взглянул в объектив голокамеры, и добавил. – Немедленно.

– Одну секунду. – Референт поперхнувшись, исчез из виду, на голоэкране, чтобы через пару минут вкатить в кабинет столик с кофейником.

– Благодарю, Лон. – Игорь подождал, пока за помощником не закроется дверь, и залпом выпил чашку черного тонизирующего кофе. Крякнул. – Рассол лучше.

– Так чего же хочет рекс Абит? – Игорь навис над стойкой своего референта в приемной.

– Не могу знать, рем Ингор. – По-военному четко, отрапортовал Лон.

– Какой же ты референт, если не знаешь, чего хочет руководство? – Игорь дернул плечом. – Ладно, идем. Надеюсь, где находится кабинет нашего президента, ты знаешь? Вот и отлично. Веди меня, следопыт.

После выпитого кофе, Игоря понесло на шуточки. Бедняга референт не знал куда деваться, поскольку пока они шли к президенту, Лон был единственным объектом, на котором Игорь оттачивал свое чувство юмора. Но все когда-нибудь кончается, и Игорь удовлетворенно усмехнулся, услышав вздох облегчения своего референта, когда они остановились перед тяжелыми дверьми конференц-зала, за которыми, ожидал Игоря местный царь и бог – президент Синдиката Скорпиона, рекс Абит.

Войдя в кабинет, Игорь немного удивился, малому количеству присутствующих. За огромным круглым столом сидело всего восемь человек, считая и рекса Абита. Судя по значкам, приколотым к лацканам классических костюмов, все присутствующие относились к высшему звену Синдиката.

– Добрый день, рем Ингор. Прошу, присаживайтесь, а я представлю вам наших собеседников. – Рекс Абит едва заметно ухмыльнулся, и махнул рукой в направлении сидящего слева от него толстяка – Рем Валевски, начальник службы перевозок, далее, рем Трой – начальник юридической службы, затем, рем Басё – начальник финансовой службы, рем Литаас – начальник службы безопасности на производстве, рем Браун – начальник геологоразведочной службы, рем Клаус – начальник инженерной службы, рем Август – начальник службы организации производства, отсутствует только ваш непосредственный начальник, и начальник кадровой службы.

– Рад знакомству, господа. – Игорь изобразил короткий, по-военному, поклон, и выжидающе уставился на рекса Абита.

– Господа, это наш новый заместитель начальника отдела оперативного контроля по внешним операциям. – Рекс Абит обвел глазами начальников служб. – Это значит, что при возникновении необходимости отправить куда-либо эскадру, вы должны обращаться к нему, и не советую на него давить. В том, что касается боевых кораблей, он разбирается лучше, чем все мы, вместе взятые. А вам рем Ингор, хочу сказать: я жду, что по каждой операции эскадры, вы будете советоваться с начальником службы безопасности.

– Не вопрос, рекс. – Игоря уже начали раздражать пристальные взгляды молчащих начальников, и он решил, что легкое хамство, разворошит это сонное царство. Его расчет оправдался. Кто-то хмыкнул, кто-то откашлялся, наконец, начальник службы безопасности на производстве – рем Литаас, глухо произнес, с неистребимым акцентом уроженца нового Таллинна:

– Я-а думааю, вам стоит поучитться хорошим манерам, рем Ингоор.

– Не думаю, что это как-то повлияет на мои способности и умения, рем Литааааас. – В конце фразы Игорь не сдержался, и подколол начальника СБП, сымитировав акцент таллиннца. Что, естественно, вызвало взрыв негодования. Больше всех брызгал слюной Литаас.

– Где начаальник кадровой слуужбы? Какой иддиоот принял на работу, этого хама?!

– Вы не могли бы помолчать, господа. – Игорь встал и поднял руку. Реакции ноль. – МОЛЧАААТЬ! Я скакзал. Вот так-то лучше. Господа, прошу вас оставить свои придирки для менеджеров. Я боевой капитан, переживший не один десяток битв, и поверьте, будучи командиром, я научился ценить время, и не тратить его на бесполезные расшаркивания. Со своей стороны могу пообещать, что любые задания для эскадры, направляемые вами в наш отдел, будут рассматриваться в кратчайшие сроки, и я, лично буду отвечать за подготовку эскадры, для их выполнения. Dixi.[8].

– Благодарю, рем Ингор. – Рекс Абит, во время этого кавардака, спокойно читавший какие-то распечатки, слегка наклонил голову. – Новое задание для эскадры, имеется у рема Литааса. Я хотел бы, что бы вы его рассмотрели, и подготовили эскадру. Заранее одобряю все ваши действия, связанные с выполнением эскадрой этого задания. Рем Литаас, передайте рему Ингору ваши наработки.

– Извинитте, рекс, но я быы не хотеел, что быы всякий… всякое м-м-м быдло… – Литаас замолчал, увидев как Игорь, одним неуловимым движением сместился в сторону, и оказался в двух шагах от начальника СБП.

– Возможно вы в курсе, господин Чухонец, что я изгнан из Русской Империи, но дворянства и титула, Император меня не лишал. А посему, советую вам, немедленно извиниться. Если не хотите участвовать в дуэли.

– Кстати, дон Мигель Фуентес-и-Вальдес, тоже назвал рема Ингора быдлом. Насколько я знаю, после этого ему пришлось провести немало часов в реанимокамере. – Рекс Абит наслаждался зрелищем. Создавалось впечатление, что он пригласил Игоря только за тем, что бы тот встряхнул зажиревших начальничков, давно разучившихся становиться в боевую стойку.

– Рем Ингор, мы не в Русской Империи, и драки как способ выяснения отношений, у нас не практикуются. – Рем Трой, начальник юридической службы, поправил старомодные очки, – более того, подобные, м-м-м, экзерсисы, строго преследуются.

– Не путайте, дуэль и драку, любезный. – Игорь хмыкнул. – Мы с вами находимся на территории монархического государства, под названием «Британское содружество». И дуэли здесь, обычное дело, взгляните на свод прецедентного права. К тому же подобное разрешение конфликта между людьми, признано в Британском Содружестве, как lex non scripta[9].

– Если он боевой капитан, то воевал отнюдь не на пиратском корыте. – Промычал в сторону начальник юридической службы. – Хотел бы я, что бы мои подчиненные с такой легкостью использовали в речи латинские выражения.

– Рем Ингоор, я навеерное, был не во всемм правв. – Рем Литаас, протянул Игорю руку, в которой были зажаты распечатки нового задания для эскадры, и заговорил так, словно слова едва пролезали через глотку. – Прошуу, мееня извиниить.

– Извинения приняты, рем Литаас. – Игорь высокомерно кивнул, и, ухмыльнувшись в сторону рекса Абита, коротко поклонился присутствующим. – Я могу идти?

– Да, конечно, рем Ингор. Не смеем вас задерживать. – Рекс Абит снисходительно кивнул головой, отпуская нового подчиненного. Послышался негромкий стук двери, и Игорь вышел.

– Хотел бы я знать, что вообще может задержать этого сумасшедшего? – Хмыкнул доселе молчавший рем Басё.

– Что бы то ни было, оно должно быть помощнее среднего планетарного танка. – Поддержал коллегу рем Браун.

– Интереесно, почемуу отсутствуеет начальникк каадровой слуужбы? Боится за своюу шкууру? – рем Литаас до сих пор не мог отойти от прямого столкновения с новым служащим, и жаждал реванша.

– Начальник кадровой службы, рем Литаас, находится в деловой поездке. А рема Ингора принял на работу в Синдикат, лично я. – Рекс Абит показал Литаасу все свои зубы, раздвинув губы в широчайшей ухмылке. – И чем дальше, тем больше мне нравится это решение. Вопросы есть? Вопросов нет. Все свободны, господа начальники.

ГЛАВА 11. Игры шпиёнов…

Игорь корпел над новым заданием для эскадры, время от времени сверяясь с предоставленными Авелом отчетами капитанов кораблей. Задачка оказалась непростой. Рем Литаас захотел полностью убрать вероятность захвата караванов Синдиката конкурентами. Точнее конкурентом – поскольку, как объяснил после памятной атаки крейсеров, Авел, в этой части Космоса, есть только одна организация, желающая пригнуть Синдикат – компания «Ревенанте[10]*», зарегистрированная где-то на Таире. Игорь, услышав название компании, помнится, ржал как сумасшедший. Как оказалось зря. Поскольку эта компания действительно оказалась, своего рода, привидением. Синдикату не был известен, ни адрес головного офиса, ни имена руководителей или владельцев этой фирмы. Собственно, все, что Игорь узнал из разведданных Синдиката, это место нахождения заводов по добыче и активации танатона, поставляемого «Ревенанте».

– М-да, негусто. – Трезвый Казак задумчиво потер подбородок, и, перелистав несколько страниц убористого текста, еще раз перечитал заинтересовавший его абзац, в котором были указаны координаты перерабатывающего завода. По всему выходит, что единственный способ убрать конкурента, это проследить за транспортниками «Ревенанте», после их разгрузки. Это позволит выяснить координаты рудника «Ревенанте». Поскольку, кажется, остановить налеты на караваны Синдиката, можно, только лишив конкурента, источника дохода. Игорь чертыхнулся, и отправился к своему непосредственному шефу.

– Добрый день, рем Элоизиус. – Ихайа поднял глаза на вошедшего в его кабинет громилу.

– Здравствуй, Ингор. Присаживайся. – Шеф отдела оперативного контроля затемнил экран настольного компа, и вежливо улыбнулся. Игорь подошел к столу и уселся в огромное кресло, обитое натуральной кожей. – Что привело моего заместителя к своему шефу?

– Рем Литаас поручил мне ликвидацию угрозы нападений на наши караваны. Из его меморандума следует, что единственный способ достичь необходимого результата, это физическое устранение конкурентов, а такое, упрощенное решение повлечет появление на месте одного конкурента, двух других, к тому же, в этом случае, нам не обойтись без некоторого шума в прессе, что не очень-то хорошо для Синдиката. Так что, мне хотелось бы иметь немного больше возможностей, в плане получения информации, поскольку все мои попытки получить хоть какие-то сведения о данной проблеме натыкаются на отказ информационной базы Синдиката в допуске. – Игорь прервался, чтобы перевести дух.

– Ну да? – Это были единственные слова, которые смог выдавить из себя Элоизиус.

– Угу. Мне ведь до сих пор не выдали, ни логин, ни личный код – Игорь насмешливо покосился на руку своего обалдевшего шефа, самостоятельно потянувшуюся к встроенному в стол, бару. Рука дотянулась до необходимых клавиш, и из столешницы тут же выскочили два стакана, до половины наполненные янтарной жидкостью. – Так как на счет кода?

– Думаю, мы можем что-то придумать. – Ихайа пришел в себя вместе с первым глотком виски. – Ты угощайся, Ингор.

– Употребление алкоголя, а равно иных наркотических веществ на рабочем месте, запрещено внутренней инструкцией. – Трезвый Казак ухмыльнулся, и, не меняя выражения лица, одним глотком вытянул содержимое своего стакана.

– Слушай, рем заместитель, а с чего ты решил, что это твоя задача – разрабатывать стратегию Синдиката в отношении конкурентов? – Элоизиус испытующе посмотрел в глаза Игорю. – По-моему, в твои обязанности входит курирование эскадры и поиск наилучшего ее применения, или я не прав?

– В инструкции сказано несколько иначе. Насколько я понимаю, моя должность только появилась в штатном расписании. А инструкцию разрабатывал человек, либо не знавший таких специфических деталей, как причины появления подобной должности в Синдикате, в чем я сомневаюсь, либо просто имеющий собственное мнение о том, чем должен заниматься заместитель начальника отдела ОК по внешним операциям. Так что, разработчик обратился к общей практике, и, скомпилировав несколько документов, создал сей шедевр, согласно которому, на мои хрупкие плечи ложится такая куча обязанностей и полномочий, которой нет даже у президента Содружества Американской Конституции.

– Хомм?! – Ихайа вывел на экран вновь включенного монитора пресловутую инструкцию, и ошарашено повел глазами из стороны в сторону. – Ничего не понимаю. Заместитель начальника заурядного отдела, обладающий допуском уровня заместителя главы Синдиката… Но это же нонсенс!

Игорь пожал плечами. Уж он-то знал, ЧЬЯ подпись стояла под инструкцией. Точнее, под целым ворохом документов, частью которого она являлась. Рекс Абит оказался мастером закулисных интриг и замечательным кукловодом. Впрочем, иного сложно ожидать от человека, сумевшего взобраться на самую вершину бизнеса, и удерживать контроль над огромной финансовой империей в течение нескольких десятилетий. Единственное, что смущало Игоря, так это то, что он не мог понять, с чего вдруг Абита, так заинтересовал человек со стороны.

– Так… Я чего-то не понимаю, или у нашего рекса съехала крыша? – Элоизиус перечитал документ. – Это ведь его подпись?

– Именно. И теперь мне нужен допуск по всей форме. – Игорь повернулся в сторону приоткрывшейся входной двери, в которую как раз протиснулась физиономия его референта. Ихайа поморщился, но кивнул, разрешая войти.

– Извините, рем. – Референт отвесил короткий поклон в сторону хозяина кабинета, и повернулся к Игорю. – Вам пришел пакет из Правления, с пометкой о немедленной доставке.

– Давай сюда. – Игорь протянул руку, и референт, немного помявшись, передал ему полупрозрачную пластиковую кювету, в которой лежал микрочип допуска.

– Похоже, твоя просьба уже исполнена, рем Ингор. – Элоизиус коротко хохотнул. Правда в этом смехе чувствовалась некоторая нервозность. – И почему это меня не удивляет?

– Вижу. – Игорь кивнул референту, и тот мгновенно исчез. – Ну, а раз так, то я пойду работать, пожалуй. Да, шеф, я хотел бы поговорить с тобой об этом задании, сегодня вечером.

– Ну что ж. Тогда до вечера. – Начальник отдела махнул рукой, и Игорь исчез вслед за своим референтом. Дойдя до своего кабинета, он потребовал кофе, и закопался в данных, полученных, благодаря своему допуску. К вечеру, у него изрядно побаливали глаза, и шумело в голове, но он сумел собрать несколько интересных фактов, и направился к начальнику своего отдела.

– Ну, давай поговорим. – Ихайа потянулся к настольному пульту, и у Игоря тут же «заложило уши». Шеф включил «глушилку», и теперь, его блок-кабинет был полностью защищен от любого прослушивания.

– У нас есть небольшая нестыковка. – Игорь внимательно посмотрел на своего шефа. – Меры безопасности при доставке танатона на перевалочные базы, должны быть близки к абсолютной надежности. Об этом говорит хотя бы тот факт, что мы до сих пор не знаем места расположения рудников «Ревенанте». Мне кажется, что и Синдикат не отстает в плане защиты своей собственности. Я прав?

– В принципе, да. Но Синдикат один из немногих известных игроков на рынке танатона, хотя и наш рудник, находится в зоне полного контроля. А «Ревенанте» предпочитает не светиться вообще.

– Это я уже понял. – Игорь кивнул. – Но в остальном, доставка танатона обставляется так, что бы ни один Капер или пират не получил даже крохи информации о времени прибытия эскадры на базу, не говоря уже о маршруте ее следования и точке выхода из подпространства.

– Ну, допустим. – Ихайа явно заинтересовался.

– Тогда, чем можно объяснить хотя бы последнюю попытку перехвата эскадры?

– Ну, вы же к тому моменту были уже на базе. Очевидно, кто-то из местных….

– Нет. – Игорь одним словом оборвал шефа. – Это ерунда. Я очень сомневаюсь в том, что кто-то из руководства завода, пошел бы на такой риск, прямо сливая информацию.

– Почему ты так в этом уверен? – Элоизиус недоуменно сложил брови «домиком».

– Завод принадлежит таирцам. Точнее, клану Танака. Я видел их бойцов в охране завода. Так вот, этот ниппонский клан ценит преданность, ОЧЕНЬ ценит. Хуже чем они, с предателями поступают только Свамбе. Ни один наемный работник, я уже молчу про членов клана, не захочет такой участи для себя и своих родственников, какую обеспечит Танака предателю. Это разбивает твою версию, Элоизиус. А теперь, мой вариант. Так вот, за двое суток до нашего прибытия на базу, системы ДРО обнаружили несколько кораблей. В это время мы находились на марше. Ты знаешь, что это значит?

– Нет. – Элоизиус нахмурился.

– На марше, у систем ДРО, установленных на большинстве кораблей эскадры, зона эффективного приема и обнаружения, падает на 50%. Это значит, что при отсутствии должной калибровки, ДРО определяет местоположение объектов находящихся в зоне обнаружения, с ошибкой.

– То есть? – Ихайа вскинулся.

– То есть, объект находящийся на расстоянии 100 стандартных единиц, для систем ДРО эскадры, находится на расстоянии 200 единиц. Ясно? – Игорь щелкнул пальцами. – Теоретически, в обычном походе, в этом нет ничего страшного. Но системы ДРО эскадры, в тот раз, обнаружили отметки в 5 единицах, то есть реально, противник находился в 2,5 единицах от нашей эскадры, а это уже зона уверенного приема сенсорного комплекса стандартного крейсера. Конечно, это не так уж и близко, но в нашем случае… – Игорь покачал головой.

– Не тяни, Ингор. – Ихайа залпом выдул содержимое свое бокала. Уже четвертого.

– Не тяну. Я провел общий анализ нашего похода, и пришел к вот такому выводу: Как ты знаешь, эскадра шла в режиме полного молчания, и с максимальным напряжением полей отражения, причем, по траектории, наиболее удаленной от каких-либо маршрутов, и мест расположения обитаемых систем. А в момент появления неизвестных кораблей в пределах дальности действия ДРО, эскадра находилась у газового образования, мощностью в 2 ауркены. Причем, в этом секторе, а также в соседних, вообще нет ничего и никого. Ход мысли понятен? – Игорь поднял глаза на своего шефа.

– Кто-то сдал маршрут эскадры! – Ихайа чуть ли не орал.

– Нет. Если бы им сдали весь маршрут, они бы не стали дожидаться нашего прибытия на базу. Скорее всего, нас атаковали бы еще на марше. Я думаю, кто-то узнал одну из проверочных точек маршрута, и сдал именно ее.

– Что за проверочная точка? – Ихайа недоуменно нахмурился.

– При прокладывании маршрута в обход обитаемых систем, используется метод чекпоинтов. Видишь ли, человечество не всегда шаталось по Космосу, как по своему ранчо.

– Ну, уж это мне известно. – Ихайа фыркнул.

– Так вот, когда мы только выбрались за пределы Солнечной Системы, перед штурманами встала проблема ориентирования. Забитые в компы карты и маршруты, выполненные по принципу, использовавшемуся для прокладки курсов в Солнечной системе, давали погрешность в 0,9%. Что в масштабах Вселенной – ничто, а вот для человека, это триллионы и секстиллионы километров. И тогда был принят метод проверки курса, при котором штурманы отмечали несколько проверочных точек, в которых они «привязывались к местности», так сказать. Эти точки служили вешками на пути кораблей. Вышел на «вешку» – значит с курса не сбился, можно двигаться дальше. Этот метод проверочных точек, сейчас используется только в неосвоенном людьми пространстве; в обитаемой части Космоса, в нем нет необходимости. Только одно плохо. При выходе на вешку, необходимо перевести поля отражения в холостой режим, поскольку в отличие от систем ДРО, сенсорному комплексу не преодолеть поля отражения собственного корабля, а определить точку, можно только с его помощью. Для этого, достаточно нескольких секунд работы сенсоров, но ровно столько же времени необходимо и системам обнаружения кораблей противника, что бы засечь эскадру, идентифицировать ее состав, и вычислить скорость движения.

– Почему же, узнав местонахождение проверочной точки, противник не подтянул свою эскадру, и не атаковал прямо там? – Ихайа недоверчиво покачал головой.

– Ихайа, как тебе доверили курировать эскадру, если ты не разбираешься даже в таких простых вещах, как чекпоинты?! – Игорь удивленно хмыкнул, но тут же примирительно усмехнулся, заметив, как Элоизиус напрягся. – Не кипятись, это был риторический вопрос. Так вот, возможно, это просто удача, но, как я уже сказал, последняя проверочная точка находится у газового образования плотностью в 2 ауркены. Сенсорные комплексы и системы ДРО, пробивают его насквозь, но вот залп даже пятилучевого орудия, увязнет в этом газе на расстоянии, меньше чем в 5 000 километрах от абриса газового облака. Так что стрелять сквозь него бесполезно. А вот засечь противника и тут же смыться, предупредив своих о том, что эскадра транспорта на подходе, можно без проблем.

– Теперь понял. – Ихайа резво пробежался пальцами по клавиатуре, и из принтера пополз лист распечатки. – Так, Ингор. Вот этот рулон – информация к размышлению, для тебя. Здесь все данные по лицам, имевшим доступ к картам маршрута эскадры. Разрабатывай свою операцию по уборке, с учетом этих данных, а «кротом» займутся другие.

– Только мне хотелось бы, что бы «крот» был вычислен, но не потревожен. Поскольку, я собираюсь строить свою игру так, что бы деза шла, именно через него.

– Ишь ты, какой крутой! – Рыбья улыбочка снова поселилась на физиономии Ихайа. – Игру он строить решил. Посмотрим, что получится. Свободен, рем Ингор.

– Есть, рем Элоизиус. – Игорь едва заметно усмехнулся, и вывалился из блока начальника.

За панорамным окном кабинета Игоря, багровыми лепестками облаков, расцветал закат. Рабочий день в Синдикате уже давно закончился, и Игорь со спокойной душой направился к своему флайеру, припаркованному на одном из нижних ярусов центрального здания Синдиката.

– Внимание, он прошел. Сорок секунд до атаки. – Человек в темном комбинезоне опустил забрало своего шлема, и, оседлав небольшой открытый мотобот, медленно тронулся вдоль рядов флайеров.

Игорь скользнул на сиденье своего флайера, с четким ощущением опасности за спиной. Застыв на секунду за рулем, Игорь одним молниеносным движением вынул из-под пассажирского сиденья свой эсток, и, выставив перед собой клинок, вылетел через лобовое остекление кабины. В момент, когда он должен был коснуться синтобетонного покрытия парковки, взрывная волна от разлетевшегося на кусочки новенького флайера Игоря, подбросила его семь пудов на добрых три метра. К счастью, в месте приземления Трезвого Казака оказалось некое тело, которое, приняв на себя весь вес Капера, тихо крякнуло, и обмякло. Игорь, перекатом ушел в сторону, и вовремя. За его спиной раздался металлический стук по синтобетону, и резкий свист клапанов сброса давления игольников. Капер ушел за колонну и начал просчитывать возможные места укрытий противника. На этот раз его зажали вполне профессионально. Игорь хмыкнул, дескать, где наша не пропадала. Изящный метательный нож брошенный рукой Трезвого Казака, коротко свистнул, и пробив насквозь пластолетовую дверь одного из стоящих в отдалении флайеров, вызвал чей-то хрипящий вскрик. Второй из нападавших, ушел в края Вечной охоты. Первым был тот идиот, которого Трезвый Казак использовал в качестве смягчающего материала при приземлении. Правда, здесь Игорь был почти не при чем. Парня изрешетили иглами, в тот момент, когда Казак уже катился по полу в сторону колонны. По подсчетам Капера, на парковке осталось еще три-четыре человека, сильно хотевших продырявить его шкуру. Внезапно, за спиной раздался свист двигателя легкого мотобота, и колонну над головой Игоря прошила очередь из игольника. М-да, меч конечно замечательное оружие, но против игольников его использование, мягко говоря, не эффективно, хотя и не всегда. А значит, надо добыть игольник, или… Игорь кинул взгляд на разворачивавшегося в десятке метров от него, мотоботтера. Что-ж, мощная поддерживающая спинка сиденья мотобота, очень неплохо защитит от игл. А бронированные плиты двигателя, пробить не так уж и легко. А вот и он… Игорь тенью метнулся наперерез мотоботу, и голова боттера в композитном шлеме, покатилась по синтобетону. Парень явно не рассчитал длины эстока Капера, и поплатился головой, в буквальном смысле. Но Игорю было уже не до того, он рывком поднял потерявший, было, равновесие, мотобот, выпихнул фонтанирующее кровью, тело из седла аппарата, уселся на его место, и рванул вверх по пандусу парковки. За его спиной взвизгнули снимаемые гравитационные тормоза, и в погоню за живучим Капером устремились два флайера. Игорь остановил мотобот у кромки козырька нависающего над выездом из парковки. Мотоботы были наземными аппаратами гражданского назначения. Так что, Игорь немало удивился, найдя на панели управления, альтиметр, а на правой рукоятке руля, миниджойстик управления огнем. Правда, удивление не помешало ему загнать агрегат на козырек парковочного въезда, и застыть в ожидании флайеров, которые, тут же и появились, взорвав еле подсвеченную дежурными огнями темноту переулка, ослепительным светом фар и поисковых огней. Игорь тронул мотобот вслед за рыскающими по улице флайерами, и тут же, чертыхнувшись, еле успел увести его в сторону, пропуская мимо разряд тяжелого искровика.

– Вот идиот! Если уж они оснастили полетным движком и огневой поддержкой, эту таратайку то, что у них напихано во флайеры? – Игорь легким движением поднял мотобот над поверхностью, и увеличив скорость, промчался меж двух атакующих машин, чиркнув по низу одной из них, лезвием эстока. Левая гравиплита задетого флайера, с шумом вырвалась из-под днища, и кувыркнувшись, застряла в стене ближайшего дома. Флайер повело в сторону, но летчик выровнял машину, и на половинной тяге, ушел свечой в темное небо Мелларны.

– Так. Теперь, пора заняться сбором информации. – Игорь заложил крутой вираж, и повел мотобот в сторону пригорода, ко входу в гигантский Долгий каньон, увлекая за собой не отстающий флайер противника.

У самой кромки каньона, мотобот начал резкий набор высоты, и Хохнер чертыхнулся. Этот сумасшедший пытающийся уйти от него на моторухляди, совершенно не обращал внимания на тревожное пульсирование верхней части аккумуляторного блока сообщавшее о почти полной разрядке батарей. А ведь это свечение можно рассмотреть даже отсюда, с расстояния в добрую сотню метров. Хохнер еще раз выругался на старонемецком, и прибавил мощности гравиплитам. Преследуемый агрегат приблизился на десяток метров, но тут же вильнул в сторону, и влетел в небольшую пещеру в стене каньона. Хохнер заскрежетал зубами от прикладываемого усилия, но вписался в поворот, не давая чокнутому «заказу» оторваться в широких штреках пещеры. Все-таки, не зря Хохнер провел добрый десяток лет в кресле пилота вооруженных сил наземного базирования Мариенбурга. Пилот сбросил скорость, заметив, что преследуемый опустился к самому полу очередного штрека, и остановил мотобот. Хохнер подал сигнал в салон, и три человека в темных костюмах с масками на лицах, тенями скользнули по молниеносно сброшенным «концам». Как только зуммер сообщил об удачном сбросе, Хохнер мягко опустил флайер на пол штрека. Теперь ждать. Пилот запустил системы сенсоров на полную мощность, и облегченно вздохнув, поймал себя на мысли, что, мол, слава богу, сели. Значит, продолжения гонки не будет. Хохнера аж передернуло. Пока он преследовал беглеца, то не обращал внимания, на финты, с помощью которых, противник уходил из-под обстрела легких кинетических орудий флайера. Он оценивал только последствия этих финтов. И вот теперь, Хохнер мысленно проиграл погоню, и будучи неплохим тактиком, с ужасом понял, что еще две минуты такой бешеной гонки, и он просто не выдержал бы, и одним неверным движением размазал флайер тонким слоем электроники и органики, по одной из стен штрека. Это он-то – «Железный Прим», как прозвали ребята его звена, своего командира – Рольфа Хохнера, прим-пилота второй бригады. И еще Хохнер понял, что преследуемый специально устроил этот ад, и остановил свою машину, вовсе не потому, что выдохся сам, или окончательно разрядились аккумуляторы. Прим-пилот все время контролировал любое движение преследуемого, а тот контролировал самого Хохнера, навязал ему свой рисунок боя, и можно не сомневаться, остановился тогда, когда это понадобилось ему самому. Хохнеру ничего не оставалось, как перекреститься, и еще раз вздохнуть: Слава Богу, это закончилось.

Хохнер был уверен, что троица, выскользнувшая пару минут назад из его флайера, разделается с чокнутым гонщиком, в две секунды. Однажды он видел, как эти сухощавые и хмурые ребятки, затянутые, в укрепленные кевларом, комбинезоны с капюшонами, под предводительством своего гороподобного вожака, распустили на полосы, десяток тяжеловооруженных хопперов-ветеранов, пользуясь только собственными руками. Помнится, от этого зрелища вывернуло наизнанку даже Большого Джули, садюгу и зверя, каких мало.

Пилот встрепенулся. Вроде пора уже, ЭТИМ вернуться. Хохнер еще не успел закончить свою мысль, а у его горла уже плясало лезвие тонкого кинжала, и свистящий шепот произнес:

– Где расположилась страхующая группа? – Игорь, слегка напряг руку, и лезвие прочертило нежную красную полоску на шее пилота. – Ну?

– Одна в квартире, где вторая, не знаю, – прохрипел Хохнер, понимая, что на этот раз ему не выпутаться.

– И на том спасибо, мил человек. А сейчас лети, соколик. – Трезвый Казак опустил нож, и добавил, – а этих троих не жди. Не придут.

Хохнер посидел еще секунд тридцать, но говоривший с ним кошмар, исчез, как в воду канул. Тогда Рольф вжался в кресло, и мгновенно развернув флайер, рванул к выходу из пещер.

Игорь вернулся к месту, где он оставил мотобот, и едва слышно свистнул. Из темноты вынырнули те самые «убивцы», что десантировались с флайера.

– Ну а теперь, можно спокойно поболтать. Он не вернется. – Трезвый Казак, обернул свой эсток перевязью, и положив его на пол штрека, уселся перед клинком. Трое наемников, молча повторили его жест, и четыре сидящие фигуры, образовали круг. – Как же вы дошли до жизни такой, громадяне?

– Тебе ли, рем Ингор, Трезвый Казак, отставной полковник русской армии, барон Игорь Завадов, рассуждать о том, кто, как и куда дошел? – Севший напротив Игоря, человек забавно дернул головой. Игорь внимательно присмотрелся к фигуре говорившего.

– Ох, друг мой. Знавал я одного ворчуна на Новгороде. сотником он там был, лет эдак десять назад. Голоса у вас с ним, один к одному. У тебя как, брата-близнеца нет? – Игорь ехидно улыбнулся.

– От язви твою конюшню! Узнал, все-таки – Говоривший снял маску, и улыбнулся. Впрочем, улыбкой, оскал ушкуйника назвать трудно.

– Ну, здрав будь, воевода Руга Топор. – Игорь усмехнулся.

– Тысячник, с твоего позволения.

– О! Растешь на глазах. Моя школа. – Трезвый Казак покосился на молчаливых соседей, и нахмурился. Похоже, эти двое, отнюдь не настроены на доверительную беседу. Руга перехватил взгляд Игоря, и что-то пробормотал в передатчик. Молчавшие сняли маски, и через силу произнесли в унисон:

– Приветствуем Капера. – И снова превратились в изваяния.

– Игорь, расскажи, что ты здесь делаешь? И почему ты работаешь на Синдикат? – Руга все так же весело смотрел на Трезвого Казака, но где-то на дне его глаз, блеснули льдинки. И Игорь начал свой рассказ. Он говорил предельно честно, понимая, что как бы он не был дружен с Ругой, если его речь не устроит лихих ушкуйников, на операции можно ставить жирный крест. Повествование подошло к концу, когда над Мелларной показался первый луч восходящего светила. Игорь потянулся, и подставил лицо утреннему ветерку, неизвестно каким образом заблудившемуся в штреках. Ушкуйники встали, и молчавшие до сей поры ратники – спутники Руги произнесли:

– Мы рады знакомству со славным воеводой. – Игорь облегченно вздохнул. Если бы рассказ о причинах его появления на Мелларне, не устроил этих ребят, пришлось бы обороняться. А Игорь не настолько сошел с ума, что бы вступать в схватку с этими отмороженными ребятами, даже, несмотря на то, что один из его предков участвовал в проекте «Воин»[11]*. Но раз уж соизволили хоть пару слов сказать, можно расслабиться.

– Я бы на тебя посмотрел, в подобной ситуации. – Игорь с улыбкой взглянул на ухмыляющегося старого приятеля, правильно оценив причины его смеха. – Чем ржать над бедным Капером, лучше бы рассказали, что привело вас, в этот богом забытый мир?

– У нас тоже есть информация, что здесь хозяйничают Кромешники, и вырабатывают танатон. – Руга нахмурился. – Мы уже давно в Поиске. Это хороший куш.

– Я вас разочарую. На планете, сейчас находится не более 400 блоков готового к отправке танатона. Последний караван ушел чуть больше месяца назад.

– У нас другая информация, Игорь. – Руга набычился. – Из соседней системы, за последний месяц дважды стартовал неопознанный флот, и уходил он в сторону границы с Чужими. Судя по картине излучений, этот флот был под завязку набит танатоном. Именно поэтому, мы и прошли инфильтрацию на этой планете. Но найти завод, мы пока не смогли. Старый Город забит легендами о «втором» цехе, но никто не знает, где находится даже первый, с которого Синдикат черпает свой официальный продукт. Но то, что оба завода находятся на планете, это факт.

Игорь шокировано молчал. Прозевать ТАКОЕ!? Похоже, Маннергейм, действительно стареет.

– Сколько у вас времени? – Игорь начал лихорадочно соображать.

– Не больше полугода. – Руга пожал плечами. – А потом можем начинать продавать свои лоханки.

– Я что-нибудь придумаю. Дай мне свой код связи.

Руга протянул другу свой комп, и масс Игоря тут же пополнился небольшим файлом.

– Я свяжусь с вами, сразу же, как только что-нибудь придумаю. А пока не предпринимайте ничего, договорились? А теперь, друзья – разбежались! – Игорь обнялся с нежданными союзниками, махнул рукой и запрыгнул в мотобот. Куда пропали ушкуйники, он не увидел. На то они и ушкуйники.

Игорь подключил вырубленную им во время гонки основную батарею питания, и мотобот рванул обратно к офису Синдиката.

ГЛАВА 12. Подобен кромешному аду…

Начальник Службы безопасности метался по своему огромному кабинету, как тигр в клетке. Сегодняшняя ночь не прошла для него даром. Если бы Завадов, еще неделю назад не сосватал ему в качестве дополнительной охраны, абордажников со «Старой Прыгалки», сейчас Служба Безопасности Синдиката вела бы крупномасштабное расследование убийства своего шефа. Рем Чернев застыл на месте, и прислушался. За дверью послышался сдавленный стон, и следом за ним, шум падающего тела. Чернев выхватил из-за пояса миниатюрный игольник заряженный парализующими иглами, и приготовился к встрече неприятеля.

Двери распахнулись, и на пороге возник Игорь, увешанный референтами Чернева, как медведь собаками.

– Доброе утро, рем Чернев! – Игорь, не обращая почти никакого внимания на «защитников покоя Великого Начальника», умудрился отвесить своему шефу полупоклон, и встряхнулся как тот же медведь, сбрасывая с себя собак. Двое референтов отлетели в угол, но один продолжал держаться за левую руку «нарушителя». Игорь уважительно посмотрел на посеревшее от страха лицо единственного удержавшегося, и усмехнувшись проскрежетал не своим голосом, – Этого я оставлю, а остальных, вам лучше утопить!

Игорь настолько точно воспроизвел интонации Чернева-старшего, приезжавшего в имение Завадовых, выбирать щенков для своей охотничьей своры, что Петр не удержался от улыбки. Эти поездки, были немалым испытанием выдержки старого графа Чернева, но питомник Завадовых считался одним из лучших в Империи, так что если придворный хотел выглядеть пристойно на царской охоте, ему волей-неволей приходилось идти на поклон к «этому старому солдафону».

– Так и поступим, рем Ингор. – Петр указал своему подчиненному на кресло, и покосился на вытянувшихся по струнке референтов. – Свободны.

Референты тут же испарились, и Петр Чернев почувствовал, как события прошедшего вечера навалились на него, с прежней силой.

– Э, да у тебя никак проблемы, рем начальник? – Игорь, ни разу не сомкнувший глаз за эту ночь, потер глаза.

– На меня опять пытались напасть. – Глухо ответил Петр, но его глаза тут же задорно сверкнули. – Эти абордажники, которых ты мне прислал, это что-то!

– Ага, а я тебе говорил, бери «красных кхмеров», не ошибешься. – Игорь довольно хохотнул. – А теперь, давай по порядку. Кто это был?

– Хопперы. – Мрачно произнес Петр, и выжидающе уставился на собеседника. Игорь присвистнул. Хопперы, как просветил его Авел, не нападают даже на рядовых работников Синдиката, поскольку такое своеволие, может дорого обойтись Семьям. А уж нападение на Начальника Службы Безопасности, можно расценить как объявление войны. Петр не дождался от Игоря, ничего кроме художественного свиста, и продолжил, – Совет Семей объявил Попетти свободными от признания, когда мы предоставили им доказательства нападения хопперов. Но меня этот факт, почему-то не успокаивает.

– Представь себе, меня тоже, – Игорь задумчиво провел пальцем по лакированному подлокотнику кресла, и вздохнул, – слишком мало информации. Советую тебе посмотреть отчет оперативного расследования, и сравнить его с тактикой нападений хопперов в других «заказах», а также посмотри аналитическую раскладку по влиянию различных социальных групп. В том числе и по Старому Городу. Проследи, в каких точках интересы этих групп пересекаются, и к чему приводит такое столкновение. Да, и самое главное, не забудь провести сравнительный анализ, с учетом того факта, что мы с тобой оказались как раз на пересечении чьих-то интересов.

– Мы?! – Петр напрягся. – Ты хочешь сказать…

– Что на меня тоже покушались, и теперь мне нужен новый флайер. – Игорь невозмутимо кивнул.

– Понятно. Значит, эти трупы на парковке, твоих рук дело? – Петр посуровел, и нажал несколько клавиш на сенсорной панели. – Тогда все ясно. А наши аналитики до сих пор гадают, на кой черт, хопперы выставили группу захвата в форме сотрудников Синдиката в парковочном секторе, если последний идиот на Мелларне знает, что топ-менеджеры Синдиката, туда вообще не спускаются. – Петр помолчал, вчитываясь в названия файлов пришедших по его запросу, потом потянулся, и, усмехнувшись, произнес, – а почему бы тебе, как лицу заинтересованному, не провести это расследование?

– Ну нет, рем Чернев! – Игорь расхохотался. – Так мы не договаривались. Моя забота – внешние операции Синдиката. А что касается безопасности сотрудников, -к внешним операциям она не имеет никакого отношения. Так что извини, Петр, но разбираться с этими покушениями тебе придется без моего активного участия. Максимум, на что ты можешь рассчитывать, это совет и сочувствие! – Игорь фыркнул, и сложил руки на груди, в знак того, что он закончил свой маленький спич, и не намерен вступать в споры.

– Ну и катись в свой блок! – Нарочито грозно, прорычал шеф СБ, указывая глазами на только что засветившийся огонек детектора прослушки. Игорь понятливо кивнул, и в две секунды вылетел из кабинета. Давешний референт, которого Игорь предложил «оставить», судорожно дернулся, протянув руку к личному коммуникатору, но тут же зашипел от дикой боли в запястье, зажатом в стальных пальцах Трезвого Казака. Со стороны казалось, что Игорь просто пожал руку своему собеседнику.

– Поговорим? – Игорь обвел взглядом приемную. Два других референта, тут же продемонстрировали свои макушки, и огромную занятость, не позволяющую им отвлекаться ни на какие происшествия в приемной. Трезвый Казак посмотрел на референта. – Выползай из-за стойки, и идем в мой блок.

– Ну-с, друг мой. Начнем, помолясь. Имя? – Игорь развалился в своем кресле, а напротив него, привязанный к деревянному стулу, покрывался холодным потом референт. – Впрочем, нет. Имя меня не интересует. Будешь зваться – Чмо. Ну что, Чмо, рассказывай, как дошел до жизни такой, кто тебя надоумил следить за собственным шефом? – Игорь ласково улыбнулся.

– Ты не имеешь права, урод! – Референт, молчавший всю дорогу до кабинета Игоря, заверещал как раненый заяц. – Чего тебе надо?! Я сотрудник Синдиката, придурок! Тебя размажут по стенке, если ты меня хоть пальцем тронешь!

– А вот с этого места, пожалуйста, подробнее. – Улыбка исчезла с лица Игоря, и взгляд неожиданно ставший пустым и безразличным, сфокусировался на побледневшем лице референта. Так обычно скучающий человек смотрит на муравья. Референт резко заткнулся, и покрылся еще одной порцией пота. – Ты меня расстраиваешь.

Игорь выдвинул ящик стола, и хмыкнув, вытащил из него какой-то прибор, с кучей проводов и металлических зажимов. Референт наблюдал за его действиями, расширенными от ужаса глазами. Бывший «свободный гражданин свободной страны» ненавидел русских со времен Шерифанского конфликта, когда спецназ этих бешеных варваров, зажал в ущелье под Гиншадом, олию Османа бен Улля, в которой он присутствовал, в качестве советника. А теперь референт понял, что он не только ненавидит, но и боится русских до энуреза. По-крайней мере, того, что сидел за столом напротив, и с деловитым видом подключал, к допотопному кислотному аккумулятору, «крокодилы».

Трезвый Казак чиркнул одним зажимом о другой, и по столу рассыпались искры. Игорь взглянул на референта. – Говори.

– Что? – Референт, выражаясь сленгом некоторых силовых структур, «поплыл». Игоря ценили на прежнем месте работы, за виртуозное владение техникой ментального давления на допрашиваемого. – Я.. а, я сотрудник отдела собственной безопасности СБ Синдиката… Задание получил от своего начальника, рема Клота.

– Уровень? – Игорь напряг голосовые связки, модулируя интонации таким образом, что бы у «клиента», немного отлегло от сердца, и информация пошла быстрее.

– Агент-аналитик. Нахожусь в непосредственном подчинении начальника отдела собственной безопасности. Я… – Референт судорожно вздохнул.

– Код доступа к сети вашего отдела? – Голос Игоря скрежетнул, возвращая референта к необходимому для допроса состоянию.

– Паппилярные линии правых ладоней агентов. Вживленный микрочип. – Референт начал мелко трястись, и Игорь чертыхнулся. Бессонная ночь давала о себе знать, и он чуть не потерял контакт с «клиентом».

– Замри. – Игорь треснул кулаком по столешнице, и референт обмяк. Трезвый Казак подошел к нему, поднес к его руке свой масс, и включил программу кросс-обработки. Через две минуты, комп тихо пискнул и перешел в режим ожидания.

– Очнись, чмо. – Трезвый Казак, одним движением разрезал мономерные нити удерживавшие тело референта на стуле.

Глаза референта открылись, обвели кабинет ничего не понимающим взглядом, и остановились на Игоре.

– …де …а?

– В моем кабинете.

– …Ак …а …уда …пал? – У агента, явно было не все в порядке с дикцией. Побочный эффект ментального допроса. Игорь хмыкнул. Его можно было избежать, если бы Трезвый Казак был в форме.

– Мне понравилось, как ты держался, когда я ворвался в блок-кабинет Чернева, и я хотел поговорить о твоем переводе в мое подчинение, но ты вдруг потерял сознание. Медблок уже оповещен, так что, двигай к ним в темпе вальса. Свободен.

Референт с заблокированной памятью о событиях, произошедших с ним после того, как Игорь вышел из кабинета начальника СБ, протянул ему руку для пожатия, слабо кивнул и вывалился из блок-кабинета этого странного русского.

Рем Клот, начальник отдела собственной безопасности, стоял за спиной одного из своих аналитиков, прокручивавшего, на экране, показатели системы наблюдения, и не мог понять, как получилось, что в тот момент, когда рем Ингор, вместе с одним из его подчиненных зашел в свой кабинет, вся прослушка в этом блоке, сердито квакнув, отключилась. Защита от сенсоров уровня G-12, каким располагал рем Клот и его отдел, была установлена только в кабинетах и приемных топ-менеджеров. Именно поэтому, ему пришлось потрудиться, чтобы подсунуть каждому «топу», своего человека в качестве референта. Таким образом, Клот был в курсе почти всех дел Синдиката. Он знал, кто и когда приходит на прием к конкретному «топу», о чем может идти разговор, иногда его агентам удавалось установить в кабинетах «топов», пульс-сенсоры[12]*, которые, правда, блокировались после первого же сброса информации. В общем, рем Луис Клот выкручивался как мог, и получалось неплохо. Вот только теперь, у начальника отдела собственной безопасности, появилось… нет, даже не предчувствие, скорее легкая тень беспокойства. И рему Луису Клоту, совсем не нравилось это новое ощущение.

– Мне нужна информация по всем сбоям систем наблюдения и контроля, за последние три месяца. – Клот хлопнул по плечу дежурного аналитика. Тот отрешенно кивнул, продолжая отслеживать информацию на экранах. Клот нахмурился. – Через час, отчет должен быть на моем столе.

– Так точно, рем. Будет сделано, рем.- Аналитик оторвался от мониторов, услышав раздраженные нотки в голосе шефа. Работники отдела собственной безопасности, старались не давать поводов для раздражения своему вспыльчивому начальнику.

Игорь оккупировал диван в приемной своего кабинета два часа назад, и теперь пугал своего помощника, богатырским храпом. Референт уже не знал, что ему делать с этим непонятным, чокнутым шефом, который вламывается в свой кабинет в разодранном костюме, и требует кофе, заваливается без предупреждения к начальнику СБ, расшвыривая по его офису несчастных клерков. Интересно, а если бы на пути этого медведя встал сам рекс Абит, Ингор и его бы отправил в полет? Тут сумбурные размышления референта прервал рык проснувшегося шефа.

– Лон, ты выполнил задание? – Игорь, не отрываясь смотрел в глаза своему подчиненному, и тот начал нервничать.

– Да, рем Ингор. – Лон судорожно кивнул на стопку распечаток. – Только, я не совсем понял, зачем вам потребовался отчет по электроснабжению города.

– Херня. – Ингор поднялся с дивана, и, дав понять Лону, что иного ответа тот не дождется, взял распечатку и ушел в свой кабинет.

Схема и отчет по электроснабжению, понадобились Ингору по простой причине. Он хотел проверить свою идею, которая заключалась в том, что танатон добывают, непосредственно на Мелларне. А для выработки даже одного килограмма этого редчайшего вещества и его активации, требовалось столько же энергии, сколько уходило на поддержание жизни целого города. Танатон невозможно добыть, используя технику, поскольку, неактивированное вещество при определенной концентрации способно непредсказуемо повлиять на работу электроники. Для добычи танатона нужны люди. Много людей. А это всегда затраты энергии, необходимой им в различных целях. От питания лазерных резаков и проходческих щитов, и до вентиляции, обогрева и питания гидропонных установок, необходимых для получения пищи. Через полчаса ползания по отчетам энергетиков и схеме системы электроснабжения, Игорь напал на настоящее сокровище. Мелларна использовала ЧЕТЫРЕ генератора. Хотя для бесперебойного снабжения всей планеты, хватило бы и двух. В пояснительной записке, приложенной к документу, было написано, что два дополнительных генератора, установленных в Долгом Каньоне, необходимы для подстраховки, на случай нападения извне, или какого-нибудь катаклизма. Этакий, своеобразный «резервный фонд» расположившийся в сотнях километрах от города. Игорь ухмыльнулся. Долгий Каньон идеальное место для рудника. Людям неизвестна природа танатона, но они знают, по каким признаком нужно его искать. Первый из них – вулканическая активность огромного по площади региона, или один, но очень мощный и древний вулкан. Игорь хмыкнул, и всмотрелся в даль. Долгий Каньон, видимый из окна кабинета, терялся в дымке, но за ним, в сотнях километров, возвышался пологий горб, плывущий высоко над облаками. Игорь сглотнул. Если его глазомер не обманывает, то высота этого исполина не менее пятнадцати километров, а мнимая пологость, свидетельствует об очень большой эрозии, верном спутнике и мощном оружии времени. Идеальные условия для получения танатона. Игорь чертыхнулся. Как он мог прозевать такой фактор?! А еще грешил на старость Маннергейма. Тоже мне, профессионал! М-да. Теперь можно определить зоны возможного залегания исходного вещества, например, по схемам водоснабжения. Под самим Каньоном, почти наверняка нет никаких источников, а вода в шахтах необходима.

– Лон, мне нужны карты источников пресной воды, и схемы водоснабжения города. – Игорь отключил спикерфон, и снова уставился на гигантскую гору, обтекаемую облаками. В кабинет заглянул референт.

– Я сделал запрос, рем. Извините, но информаторий требует основание для выдачи информации. – Лон помялся. – Они не понимают, зачем вам это нужно. Еще раз извините.

– Ничего, Лон. – Игорь на секунду задумался. – Сообщите в информаторий, что эти сведения необходимы для определения нового места посадки эскадры на планете. Будем строить наземные доки. Я еще буду разговаривать с рексом на эту тему, и для представления Совету директоров проекта доков, мне нужны точные данные. Ступай.

Ответ на запрос Лона, пришел спустя сорок секунд. Игорь даже удивился такой скорости. Через полчаса, после просмотра данных по водоснабжению, он сумел определить четыре зоны возможного расположения рудника. Но как проверить эти сведения? Все зоны располагаются в сотнях километрах от города, и добраться туда, не пройдя таможенный контроль, невозможно. Игорь хмыкнул. Невозможно для него, но не для рейнджеров Детей Гнева. Игорь откинулся на спинку кресла, и облегченно вздохнул. Как говорил ухватистый персонаж одной древней книги: «Лед тронулся, господа присяжные заседатели. Командовать парадом буду я». Размышления Игоря прервал сигнал наручного компа. Курт сообщил о подходе неизвестной эскадры к системе Мелларна. Игорь мгновение подумал, и чертыхнувшись, включил систему подавления прослушки на компе, и коротким импульсом сбросил приказ Детям Гнева. Времени на размышление не осталось. Приходится играть в открытую, и надеяться, что Петр не даст Игорю попасть в руки рема Клота, по поводу которого, у Трезвого Казака появились некие неопределенные подозрения, насчет лояльности к человечеству.

Руга принял сигнал от Игоря, и довольно улыбнулся.

– Братья, есть локализация четырех зон возможного размещения рудников. Нам нужен только один из них. Тот, что поставляет активированный танатон Кромешникам. – Ушкуйники согласно наклонили головы. Их компы слаженно пискнули, подтверждая прием координат целей. – И еще одно, – Руга подал сигнал особого внимания, – мы должны только определить рудник, и ждать. Никакой атаки, никакой самодеятельности. Игорю нужно время.

Рем Клот взбеленился. Мало того, что за последнее время, произошло девять сбоев систем контроля, так последний из них случился, всего пару минут назад. Из здания Синдиката был отправлен инфопакет, заглушивший на восемь секунд все сенсоры на этаже Ингора. Луис Клот был вне себя. Он не выполнил своих обязанностей. Пропустить такой удар, и не ответить на него было невозможно. По пожарным лестницам и скрытым лифтам, на этаж Игоря ворвались бойцы собственного подразделения Начальника отдела собственной безопасности, и уложили на пол персонал. Но все было напрасно. В момент, когда в кабинет заместителя начальника отдела ОК по внешним операциям, вошли люди из собственной безопасности, Игорь уже мчался на мотоботе к посадочному полю. «Старая Прыгалка» встретила своего бывшего капитана выдраенной палубой и приветственными криками «красных кхмеров», отправленных Черневым на выручку земляку. Начальник Службы безопасности, был не дурак, и обнаружив во время последнего разговора с Игорем, прослушку в своем кабинете, начал поиск. К тому моменту, когда Игорь отправил инфопакет Детям Гнева, Петр Сергеевич уже активировал сенсоры общего контроля, код доступа к которым он получил от Игоря, вместе с кодами к сети отдела Клота, и сдублировал передачу всех систем слежения отдела собственной безопасности на компы информатория своего ведомства. В результате, просчитав все последствия действий Клота и Игоря, он и отправил «красных кхмеров» на «Старую Прыгалку». Проще говоря, Петр Сергеевич услышал сообщение Курта о вторжении, и решил, что «красные кхмеры» больше нужны на корабле, нежели у дверей его кабинета.

– Авел! Пора в небо! – Игорь, ничего не объясняя, треснул адмирала по спине, и помчался в БИЦ. Курт, встретивший Игоря на пороге рубки, хмыкнул, и, повернувшись к офицерам, уронил: «Боевая тревога. Поднять эскадру».

Легкая вибрация подсказала Игорю, что корабль оторвался от поверхности, а нарастающий гул маршевых двигателей, свидетельствовал о том, что скорость подъема уже превышает вторую космическую. Игорь представил, что будет, если их выкинет из гравитационного колодца планеты, перпендикулярно плоскости, и поежился. Тот блин, в который превратится их посудина, назвать кораблем будет невозможно. В этот момент, сработали двигатели торможения, корректируя движение, и корабль, полого вышел с орбиты. Эскадра безропотно следовала за флагманом.

Чернев вышел на связь с Игорем, через две минуты после ухода эскадры.

– Рем Ингор, объясните ваше бегство. – Петр слегка дернул губой, но подавил улыбку, и выкинул на пальцах знак из арсенала «Бешеных медведей», что он не один. – Вы что, Кромешника увидели?

Игорь не успел ответить, как раздался голос офицера.

– Отметки «сто» на экране. Цель множественная, укрыта полем отражения. На запросы не отвечает. Время до идентификации, десять секунд, восемь… семь… – Лицо Чернева вытянулось, но в глазах промелькнуло нечто вроде облегчения. – Три… два… один… Есть идентификация! Эскадра, шесть вымпелов класса «ланс», вектор сближения двенадцать сорок один. Выход на дистанцию залпа главного калибра, сорок минут. Ордер «звезда». Цели закреплены. БИЦ готов.

Курт повернулся к Игорю.

– Ты поведешь?

– Нет. Корабль веди сам. На мне будет эскадра. – Игорь мотнул головой, и устремился к недавно установленному креслу адмирала. – Извини Авел, но против этих разбойников, ты пока не потянешь.

Авел усмехнулся, и придвинул кресло Игорю.

– Не спорю, адмирал. Прошу на пост.

– Рем Чернев, докладываю обстановку. – Игорь улыбнулся.

– Мы поняли. Даю добро. Выполняйте свои обязанности. – Чернев хмыкнул, разворачивая свое кресло в сторону невидимых собеседников. – Так-то, господа.

– Эскадре, циркулярно. Флагман под желтым вымпелом. Ордер «корона», правый зубец, ведущий – «Святой Лука», левый – «Хилый». Центральный – флагман. Перестроение. – Игорь следил, как корабли каперов перестраиваются, и одновременно просчитывал варианты боя.

– «Хилый» готов.

– «Святой Лука» маневр закончил.

– Внимание! Заложить боевую цепь в БИЦ. При выходе на рубеж, залп, и уклонение по вектору 7-12 на полном напряжении маршевых двигателей! Выставить отметку по ответному залпу. Подьем над точкой фокуса. Удар главным калибром с гребня. Конец цепи. Экипажам в ложементы. – Капитаны каперов, удивленно заворчали. То, что предлагал Игорь, было почти самоубийством. Маршевые двигатели на полном напряжении, выдадут усилие, которое можно скомпенсировать не более чем до 30 g, это предел для человеческих кораблей. А «удар главным калибром с гребня», означал, что при ответном залпе «лансов», каперы должны с максимальной скоростью выйти из точки фокуса залпа противника, и ударить с этого своеобразного «гребня» всем имеющимся вооружением, отключив при этом системы защиты. С другой стороны, это был, возможно, единственный шанс выжить. Корабли так внезапно поднялись с поверхности, что до половины экипажей не успели добраться до своих посудин вовремя.. Игорю сильно повезло, что в этот день, Авел устроил учения канонирам и штурманам в виртуале. Но, это также означало, что свободные от вахты члены экипажей, то есть почти все абордажники, оказались в городе, так что каперам не пережить абордажной волны даже одного «ланса», значит надо навязывать Кромешнику, бой на расстоянии.

Время неумолимо бежало вперед, канониры и штурманы заложили в БИЦы своих кораблей, необходимые программы, и вместе с остальными членами экипажей закрепились в ложементах. Наконец, маршевые двигатели взревели, раздался короткий писк аварийных детекторов, доложивших о критических значениях перегрузок, и корабли содрогнулись, изрыгая смерть на «лансов» Кромешника. Ложементы отключились, высвободив экипажи, и тут же врубились поля отражения и подавления, растворяя залпы, двух уцелевших кораблей противника. Остальные четыре, превратились в газовые облака. Шесть корветов, не дав уцелевшим очухаться, моментально расстреляли их из орудий главного калибра, и лихо развернувшись, ушли к Мелларну.

– Рекс Абит, я выполнял свои прямые обязанности, и не допустил Кромешников в систему. Потери противника 100 %, повреждения эскадры 3%. Я что-то сделал не так? – Игорь стоял перед президентом Синдиката, окруженный десятком бойцов из «личной гвардии» рема Чернева. Трезвого Казака приняли, прямо у аппарели «Старой Прыгалки», едва он сошел на землю. Старший группы конвоя, передал ему приказ о задержании и препровождении к рексу Абиту. Надо сказать, что право сопровождать Игоря, им пришлось доказывать орлам рема Клота. Впрочем, это удалось без труда. В тот момент, когда «собисты» решили применить силу, и отобрать Игоря у сопровождающих, из-за пакгауза расположенного слева от них, выехал штурмовой танк, и, покачав почерневшими раструбами плазмобоев, восстановил «статус кво».

– Что вы, рем Ингор. – Абит криво усмехнулся. – Вы провели замечательное сражение. Можно сказать виртуозно использовали все возможности нашей эскадры. Меня только удивляет, как вы узнали о приближении противника. Рем Клот так хотел с вами пообщаться, а вы сбежали. – Последние слова Абита, были, по-меньшей мере двусмысленны.

– Бежал?!. За несколько минут до выхода, я узнал от адмирала Авела о приближении неизвестной эскадры, а он получил эти сведения с зондов находящиеся за пределами системы Мелларна. Я решил, что лучшей возможности самому составить полное представление о кораблях и экипажах нашей эскадры, у меня может не быть, и отправился с ними в рейд.

Клота передернуло. Мало того, что ему пришлось открыть существование его отдела доброй сотне рядовых сотрудников Синдиката, так теперь эта сволочь спрыгивает с крючка. Ну нет. Русского медведя пора упрятать в клетку, и сдать в зоопарк.

– А что за систему подавления вы использовали, при связи с адмиралом? – Клот шагнул из-за спины рема Чернева.

– Никакой системы подавления не было, Луис. – Петр Сергеевич положил руку на плечо своего номинального подчиненного. – Был сбой в системе слежения. Кто-то решил узнать, о чем говорят в Синдикате, и сдублировал информацию системы общего контроля, на свой комп, но был не очень аккуратен. Информация об этом, сейчас находится на обработке в твоем отделе.

Клот мрачно кивнул. Сейчас на него повесят расходы за сломанную мебель, и вырванные из косяков двери на этаже Игоря.

– Рем Клот, я хотел бы вынести вам благодарность за ваши стремительные действия, которые, хоть и были несколько м-м-м… неуместны, но зато продемонстрировали великолепную боевую выучку нашего спецназа. – Рекс Абит невозмутимо пожал руку хмурому Луису. – Думаю, мы можем провести расходы по восстановлению этажа отдела оперативного контроля, как расходы на тренировку сил быстрого реагирования. – Абит повернулся к Трезвому Казаку. – Рем Ингор, я все больше и больше убеждаюсь в правильности своего выбора. Лучшего куратора для эскадры нам не найти. Благодарю, господа. Все свободны.

ЧАСТЬ 2. BELLA OMNIS CONTRA DIABLES.

ГЛАВА 1. С одесского кичмана, бежали два уркана…

Ушкуйники исследовали все четыре зоны, в которых могли располагаться заводы. Каким способом они передвигались по планете, и как им удалось пройти защитные кордоны, не потревожив охрану, знали только они сами. Результат был впечатляющим. В трех зонах были обнаружены рудники. И если два из них принадлежали Синдикату, то третий отличался коренным образом. Оборона этого, самого дальнего рудника, скорее подошла бы для капониров типа «Гора-УМ», глубоко эшелонированная, оснащенная не только орудиями противопехотного и противотанкового калибра, но и снабженная зенитным комплексом, поддерживаемым мощными сенсорными системами, она представляла из себя, крепкий орешек, для любой армии. Пожалуй, подавить огневую мощь этого монстра, мог лишь орбитальный залп главным калибром, корабля классом не ниже равелина. Собственно, даже если бы агрессор смог удачно выбросить десант, в самом руднике, атакующих встретят ятаганы полутора тысяч троллей, и минимум два десятка барлогов. Руга Топор Звезд скрежетнул устрашающими клыками. Для атаки этого бункера, мощности его эскадры не хватит. Остается только надеяться на Игоря. Может у него найдется, чем удивить Кромешников? Адмирал поднял руку, и серией коротких щелчков, отдал приказ к отходу. В то же мгновение в эфир планеты отправился инфопакет для Игоря, который в этот момент сидел в своем развороченном блок-кабинете, и пытался определить возможные направления удара по «Ревенанте».

Игорь мучился одним вопросом. Как ущучить компанию, о которой не знаешь ничего. Никаких ниточек к ней найти не удалось. Единственное, что было известно наверняка, у «Ревенанте» имеются свои «уши» в Синдикате. Но даже это может послужить цели, только тогда, когда «крот» будет вычислен. А этого момента можно ждать до второго пришествия. Трезвый Казак вздохнул, и тут же еле заметно вздрогнул. У входа застыл один из «красных кхмеров».

– Рем, адмирал Авел хотел бы с вами переговорить.

Игорь хмуро взглянул на пирата, и поднявшись с кресла махнул ему рукой. Стенная панель в глубине кабинета отошла в сторону, и оба пустотника шагнули в темный коридор, ведущий к стартовым площадкам шаттлов Синдиката.

– Мы выловили его. – Авел оказался на шаттле Трезвого Казака, едва ли не раньше, чем тот пришвартовался к флагману эскадры.

– Кого "его"? – Игорь нахмурился, и последовал за старым знакомым.

– Крота мы вычислили. Он не в Синдикате, он здесь в эскадре. Понимаешь? – Авел ухмыльнулся и открыл вход в кают-компанию. Мысли в голове Игоря неслись с бешеной скоростью. В принципе, Авел был прав, и крот мог эффективно действовать, находясь не в здании Синдиката, где маршрутная карта охранялась как Президент Содружества, а на одном из кораблей эскадры, где доступ к карте намного проще. А уж выловить из кодировки карты одну из маршрутных точек, вообще пара пустяков для человека хоть немного разбирающегося в программировании. Игорь еле успел додумать эту мысль, как его глаза закрылись, и Трезвый Казак потерял сознание.

– В карцер его. – Авел небрежно ткнул сапогом неподвижное тело своего бывшего капитана, и Ксенг, выключивший Трезвого Казака ударом мощного парализатора, тут же попытался закинуть Игоря на плечо.

– Тяжелый черт. – Крякнул он и потащил пленника в карцер.

Петр Сергеевич Чернев вышел из своего блока, когда закатное солнце окрасило прозрачные крыши Мелларна в алый цвет. Флайер Начальника СБ, приветливо распахнул дверь навстречу своему хозяину, повинуясь субвокалическому приказу, и Чернев сел за штурвал. В этот вечер ему пришлось немало попотеть над ребусом покушений на него и Игоря,и теперь он хотел развеяться, промчавшись на флайере по Каньону. Но сегодня этот способ релаксации дал сбой. Рем Чернев несся над узким каменистым дном Каньона, и не переставал думать о несообразностях покушений. Учитывая, что часть из них была сработана под хопперов, (доказательства своей непричастности, Семья Попетти предоставила и Совету Семей и Синдикату), приходилось признать, что на планете действовала некая группа, незасеченная Службой безопасности Синдиката, и Семьями, что было в принципе невозможно.

Чернев сбавил скорость. Представить себе, что кто-то из жителей Старого Города рискнул совершить нападение на работников Синдиката, невозможно. Им нет никакого дела до происходящего в Мелларне, да если бы и было, уровень оснащения и организации говорит о том, что работали неплохие профессионалы. А им в Старом Городе делать нечего. Петр скрипнул зубами, пытаясь отвлечься от мыслей о работе. Флайер вдруг резко нырнул вниз, дернулся, задрал нос и рванул вверх, начиная медленно вращаться вокруг своей оси. Петр успел заметить, что над ним просвистел шаттл эскадры. "Вот где спецов, хоть ложкой жри!" Это была его последняя мысль. Флайер сорвался в пике, и на скорости в 3 Маха врезался в стену Долгого Каньона.

Игорь пришел в себя, и тут же начал прислушиваться к окружающему миру. Голова раскалывалась, как будто он долго и упорно пытался пробить ею бронеобшивку крейсера.

– Опять в дерьме по самую ватерлинию? – Рядом с Игорем скрипнул ложемент, и из него выбрался изрядно помятый, но все такой же точный в формулировках, Курт.

– Скорее по самый клотик, приятель. – Игорь машинально отшутился, и попытался встать на ноги. Реальность вокруг него опасно качнулась, но почти сразу вернулась на положенное ей место. Голова стала болеть меньше, и Игорь смог сосредоточиться на окружающем их с Куртом пространстве. А оно было невелико, всего пять шагов от одной голой бронестены до другой, да два ложемента в центре отсека.

– Вход здесь один. За твоей спиной. – Курт ткнул в броне стену позади Игоря, и хмыкнул. – Черт меня дернул податься в пустоту. Водил бы такси, спокойно жил.

– Так на хрена? – Спросил Игорь, попутно отмечая, что болтовня Курта каким-то образом способствует улучшению его собственного самочувствия. Он огляделся, и включил «глушилку» на своем массе. Приятно, когда твои враги не являются совершенством, и способны на ошибки. Курт отметил легкую вибрацию воздуха, и понимающе кивнул.

– Это я ворчу так. Риторически. – Курт помог Игорю усесться на край ложемента, и не дожидаясь пока тот окончательно придет в себя, начал рассказывать о своих приключениях. Выходило так, что Курта бросили в карцер, сразу после возвращения эскадры из боя с Кромешниками, только потому, что он увидел в каюте Авела, распечатки координат нескольких точек старта из соседних систем. Игорь тут же сопоставил это с действиями Авела в отношении его самого, а также сведениями о старте кораблей в соседней системе, полученными от Руги Топора Звезд. Кажется поиски покушавшихся на Начальника СБ и Ингора, людей, можно считать законченными. Теперь надо определиться с опорными точками. Вся ли эскадра работает на двух хозяев, или только Авел и Ксенг изображают из себя Труффальдино из Бергамо? Если верно второе, то сколько помощников у них на корабле? А во всей эскадре? Этими мыслями Игорь спокойно поделился с Куртом, не посвящая его в некоторые детали. Тот с умным видом выслушал Ингора, и безапелляционно заявил:

– Думаю, для вящего спокойствия, нам следует считать всю эскадру вражеской территорией, и как можно быстрее вернуться на планету. Там у меня есть кое-какие связи в Старом Городе, так что, что-нибудь придумаем.

– Для начала надо придумать, как выбраться отсюда. – Фыркнул Игорь, в остальном принимая умозаключения Курта, как руководство к действию.

– Не думаю, что это большая проблема, Ингор. Через пять минут придет Ксенг, принесет жратву. Мои удары ему не страшны, проверено на собственном опыте. – Курт потер основательно распухшую скулу. – Но, если то, что я слышал на службе о таких как ты, правда хотя бы на половину…

– Я понял. – Игорь еле заметно хмыкнул, и пробормотал себе под нос, – Интересная, наверное, была у тебя служба.

– А то. – Курт ухмыльнулся, даже не скрывая, что прекрасно расслышал реплику Ингора.

Через пару минут, одна из бронеплит стены вздрогнула, и легко отъехала в сторону. Ксенг вошел в отсек, легонько покачивая парализатором. Игорь старательно изображал бешеную головную боль и слабость после удара, да так удачно, что Ксенг поверил, и сконцентрировал все свое внимание на Курте. В тот же момент, огромное тело молнией метнулось к бывшему командиру абордажников «Старой Прыгалки». К чести Ксенга, надо сказать, что он почти успел увернуться. Почти… Кулак Игоря впечатался в ухо Ксенга, отправляя того в глубокий нокаут, вместо того, что бы отправить на тот свет. Курт присвистнул.

– Похоже, он родился в рубашке.

– Ты даже не представляешь, насколько ему везет. Мы забираем его с собой. – Игорь поднял с пола парализатор, и выставив регулятор мощности на максимум, выстрелил в отрубившегося Ксенга. После чего, Игорь, отдав парализатор Курту, и указав ему на выход, закинул Ксенга на плечо, и тронулся следом за Куртом, уже выскользнувшим в коридор.

До шлюза, где был пришвартован шаттл Игоря, приятели добрались почти без приключений. Не считать же приключением, не запланированный заход Курта в свою, уже бывшую каюту, за внушительным клинком, который до сих пор висел на стене. Через два часа, бывшие пленники отдыхали в старинном запущенном особняке, расположенном в глубине Левобрежья. Так называлась часть Старого Города, раскинувшаяся в левой части Долгого Каньона.

ГЛАВА 2. Посидим рядком, поговорим ладком…

– Ну что, господин игрок, пообщаемся? – Игорь почти ласково улыбнулся Ксенгу. Тот только насупился, и пробурчал что-то вроде адреса, по которому он советовал отправиться Ингору и Курту. – Это грубо, крупный ты мой.

– А что ты мне сделаешь?! – Через силу ухмыльнулся Ксенг. – Накачаешь меня сывороткой правды, или попробуешь гипнодопрос?

– Сомневаюсь, что это поможет. – Игорь пожал плечами, и поинтересовался. – Ты ведь родом из Султаната Шериф, а Ксенг?

– Н-ну… – Ксенг напрягся. По тому, как он оглядывал комнату, было видно, что пленник почти пришел в себя, и пытается придумать выход из сложившейся ситуации.

– И наверняка успел послужить в доблестных войсках Султана, пусть Аллах продлит его годы. Кем ты был, когда удрал из Султаната?

– Я был узбаши во Второй Смертоносной олии. – Хмыкнул Ксенг.

– Значит бойню на захваченном вами Дербенте, ты должен помнить. – Удовлетворенно кивнул Ингор. – А я служил в подразделении «Медведь». И тоже помню Дербент. Знаешь, мне говорили, что после наших допросов доблестных воинов Расула, в Султанате резко упал спрос на евнухов.

Ксенг побледнел еще при упоминании Ингором Дербента. Он не боялся ни черта, ни бога. Но то, что творили русские на Дербенте, выбивая оттуда войска Султаната, бывший узбаши запомнил на всю жизнь. Нет, русские не отличались какой-то сверхъестественной свирепостью… Пока Расул-и-Шериф, не приказал заживо содрать кожу с двух попавших в плен женщин, оказавшихся бойцами «Бешеных медведей». Тела несчастных с жетонами на шеях, были подброшены в лагерь противника, где дислоцировалось подразделение этого спецназа выполнявшего на Дербенте функции зачистки. Ксенг помнил, как через два дня, горный массив в котором укрывалось два партията под командованием Расула, сотрясся до самого основания от мощного орбитального залпа, а затем с неба посыпались десантные боты. Все четыре роты «Бешеных медведей», участвовавшие в боях на Дербенте, пришли в эти проклятые горы. Сначала Расул-и-Шериф смеялся. Через месяц метаний по горным пикам, от двух его партиятов, в которые он отбирал лишь самых свирепых из профессиональных солдат, осталось не более сорока человек. Остальные были убиты гяурами. В своих поисках Расула и его людей, эти грязные собаки, не гнушались методами, почерпнутыми у «дикой» чеченской дивизии Императора. Если им была нужна информация от воина Султаната, ему просто начинали отрезать пальцы. Как только информация была получена, воина скопили, и отпускали на все четыре стороны. Конечно, во время боев «Медведи» тоже несли потери, но казалось, что их это ничуть не смущает. Расула захватили через полтора месяца. К тому времени боевые действия на Дербенте были закончены, и «Медведи» устроили Расулу суд. На том самом месте, где содрали кожу с их однополчанок. На суде присутствовали представители Султаната, и русские еще раз показали, что им плевать на общественное мнение. Расула и семерых его телохранителей, разорвали огромные пастушьи псы – волкодавы.

И теперь Ксенг понял, что просто так его не отпустят. Ингор дал ему такую информацию о себе, с какой Ксенг проживет только до того момента, пока этот гяур не получит необходимые ему сведения. А если бывший узбаши решит молчать, то лучше ему было погибнуть на Дербенте.

– Спрашивай. – Ксенг мотнул головой.

– Что такое «Ревенанте». Почему не было захвата у газового облака. Зачем приходили «скорпионы». Где стартовая база для «черных» караванов. – Вопросы Ингора падали с монотонной мерностью автомата.

– «Ревенанте» – компания Авела. Задача компании отбить производство у Синдиката. По поводу захвата… У нас был только один четко определенный чекпоинт, и мы его использовали для определения времени атаки эскадрой «Ревенанте» у завода. После неудачной атаки, мы не смогли отдать Кромешникам их долю активированного вещества, и они очевидно решили открыться. Вот и заявились за долгом. Я так думаю. А где база для караванов… Я не знаю. – Ксенг замолчал. Ингор долго-долго смотрел на осунувшегося пирата, потом вздохнул, и одним движением даги, разрезал путы.

– Уходи. Ты уже умер. Возвращайся на родину, на Мелларне тебе делать нечего. – Игорь встал и, махнув рукой вышел из комнаты.

Трезвый Казак внимательно следил за подходами к зданию Синдиката. Бывший «его» шаттл, медленно заходил на посадку у знакомого до боли шлюза. Тронул рукой экранированный футляр в кармане куртки, в котором уютно устроился пластик удостоверения сотрудника Синдиката, с внесенными на встроенный микрочип данными о его статусе и допусках.

– О чем задумался, Ваше высокоблагородие? – За спиной Игоря раздался нарочито громкий голос Курта. Игорь медленно оглянулся, и увидел своего напарника стоявшего в нескольких метрах от края Долгого Каньона в окружении четырех неприметных личностей вооруженных станнерами.

– О превратностях жизни, виконт… – Трезвый Казак ехидно улыбнулся, а Курт удивленно хмыкнул. – Да не дергайся ты, жертва большой политики.

– И не пытался. – Курт натянуто усмехнулся, и повелительно махнул рукой. – Идем. Разговор есть.

– Оружие сдавать? – Осведомился Игорь, подходя вплотную к напарнику.

– Иди ты… Какая разница, что ты с железкой, что без. Один хрен, захочешь и без меча нас на ленточки для бескозырок пустишь. Я прав, господин полковник? – Курт развернулся, и, не сомневаясь, что все идут следом, с отсутствующим видом начал спускаться с пригорка.

– Может и пущу, не буду зарекаться. – Пробормотал себе под нос Игорь, шагая следом. Идущий рядом с ним незнакомец-конвоир, все же услышал эти слова, но, отшатнувшись, лишь крепче сжал цевье станнера. Игорь заметил это, и слегка улыбнувшись, добавил уже в полный голос. – Только у нас чаще употребляют выражение: «порвать на британский флаг», андестэнд, господин майор?

– Андэстенд, андэстенд, коллега. – Замерев на мгновение, махнул рукой Курт, и направился к старому серому дому с запыленными окнами.

Игорь начал прокачивать информацию, и почти тут же мысленно хихикнул. Исходя из особенностей пикировки с Куртом, можно сделать следующие выводы. Курт – сотрудник армейской разведки Британского Содружества, знает, что последнее звание Игоря – полковник, но не знает, что тот, в отставке. Более того, скорее всего, он полагает, что Игорь такой же «варяг», как и сам Курт, а это предоставляет поле для маневра. Хотя, конечно, сам Игорь непозволительно расслабился. Зря назвал Курта «майором» но, судя по тому, как х а р а к т е р н о дернулся напарник, Игорь угадал. Что называется «и слово в строчку». Интересно-о.

Пока Игорь крутил в голове полученную информацию, вся теплая компания оказалась в том самом сером домишке, к которому их так уверенно вел Курт.

– Поболтаем, коллега? – Курт, устроившийся на огромном старом диване указал на мягкое кресло напротив.

– Бывший коллега, виконт. – Игорь аккуратно опустился на пыльное сиденье. – Я, знаешь ли, уже двадцать лет в отставке.

– И при этом знаешь, кто я, и в каком звании… – Ухмыльнулся Курт. – Заливай больше, ваше высокоблагородие.

– Ну, положим то, что ты виконт Суррей, я догадался, когда ты за своим клинком побежал. Уж очень приметный значок у него на пяте. К тому же в свое время, твой выбор профессии наделал немало шума в некоторых узких кругах, имеющих отношение к великосветскому обществу. Да и фамилия: Триполь… Что, я не знаю, за что твой отец получил право прибавить к титулу графа Суррей звание Триполийский?! А то, что ты майор, я просто вычислил.

– Каким образом? – Заинтересовано взглянул на него Курт. – Нет, мне в самом деле интересно, как можно определить звание сотрудника нашей структуры? Мы же не пехота какая, четкой выслуги нет.

– А просто. В разведку ты пришел рядовым. Прослужил два года в полевых агентах, потом учеба. Еще семь лет, причем к выпуску ты должен был получить лейтенанта. Потом… У тебя «Алое пламя» второй степени за поход в Лореш, да? Поход был пятнадцать лет назад. Вторую степень вручают офицерам, начиная с капитана и заканчивая полковниками. Традиция. Ты был штурманом, значит, звание не должно было быть выше капитанского. Ну, я и прикинул, что за пятнадцать лет, до майора ты точно дорос, а вот полковника, тебе пока не дали. Молод еще, да и у полковников работка, даже оперативная, уже на другом уровне идет. И «варягами» – убивцами их стараются засылать пореже.

– Складно. Только это все домыслы. А вот то, что Русская империя направляет сюда одного из своих «Бешеных медведей»…

– Да-а-а. Не скоро ты станешь полковником… – Игорь аж зевнул от скуки. – Пойми, дурья башка. Я двадцать лет как в отставке. Раз. И даже если бы был до сих пор в должности, вряд ли патентованного окаянца, командира подразделения «Бешеных медведей», да еще и полковника к тому же, направили бы на разведывательную акцию. Не моя специализация, сечешь, интеллидженс? – К концу монолога, в голосе Игоря прорезались стальные ноты.

– Не кипятись, Игорь. – Суррей вскинул руки в примирительном жесте. – Если ты не от Империи сюда заявился, тогда откуда?

– Встречный вопрос, виконт. – Игорь пожал плечами. – Что за резоны заставили почесаться Тауэрских воронов?

– Самое страшное преступление в мире. – Иронично ухмыльнулся Курт. – Неуплата налогов. Точнее, не то что неуплата, а недоплата. Мы случайно напоролись на тот факт, что кто-то сдает танатон мимо кассы.

– Налево, по-нашему. – Утвердительно хмыкнул Игорь.

– Как-как?

– Да, фигня. – Игорь махнул рукой. – Баш на баш. Я, если ты не знал, адмирал небольшой эскадры Каперов. А здесь, на планете, содержатся в качестве шахтеров, несколько человек из нашей шоблы.

– И что же делает цельный адмирал, вдали от своей эскадры, да еще в одиночестве? Это же все равно, что командир подразделения «Медведь» проводящий разведывательную акцию на чужой территории.

– А ты подумай. Когда я был на службе, можно было спокойно перекинуть заботу о поиске моего человека на соответствующие инстанции, и присоединиться к поисковикам, только на финише, чтоб там все пылало от обеда до горизонта. А теперь, у меня в подчинении четыре корабля набитые обычными, хотя и очень опытными рубаками, среди которых я, извиняюсь, самый продвинутый в плане диверсионных каверз, специалист. Так кого же мне нужно было отправить на эту гребаную планету?

– Не знаю. Все это как-то… – Курт преувеличенно нерешительно помялся…

– Скажи проще. Твое начальство уже прислало цэу о сотрудничестве с предполагаемым агентом Русской империи, и тебе любопытно было увидеть мою реакцию на такой поворот…

– Уболтал, черт языкастый. – Суррей радостно улыбнулся. Широкой такой улыбкой.

– Что в переводе на человеческий язык означает, работаем вместе, пока наши интересы не пойдут вразрез. – Кивнул Игорь. – А раз так, ты же не сомневаешься, что мне необходимо вернуться в Синдикат?

– Само собой. Завтра же ты будешь сидеть в своем кабинете, и как положено при твоей должности, курировать эскадру. – Курт вскочил с кресла, и, отвесив шутовской поклон, исчез за рассохшимися двойными дверьми из почерневшего от времени пластика, сработанного «под дерево». Послышался топот нескольких пар ног по лестнице, хлопнула входная дверь, и дом погрузился в тишину. Игорь подошел к немытому окну, выходившему на замусоренную улицу, и уставился на проходивших под окнами людей. В наступивших сумерках, они напоминали тени, скользящие в тишине парков Нового Санкт-Петербурга.

ГЛАВА 3. Кавалерия из-за холма.

На следующий день, Игорь, выспавшийся и голодный, шарил по дому в поисках еды. Голос пришедшего Курта, настиг его во время обыска подвала.

– Вашество… Ты где, адмирал?! – Курт стоял в центре комнаты, в которой они вчера разговаривали.

– Вот он я. – Угрюмый Игорь вошел в комнату, облепленный обрывками паутины, и вымазанный в вековых залежах подвальной пыли.

– В каком склепе тебя забыли, адмирал?! – Расхохотался Курт. Видок у Игоря, действительно был тот еще.

– В этом доме меня забыл некий молодой обормот, играющий в Дж. Бонда. Кстати, об обормотах. Забыл тебе вчера сказать, что ты слегка переиграл, когда попытался меня убедить в своем незнании творчества Артура Конана Дойля. Я про Шерлока Холмса.

– Слушай, адмирал, а что это ты такой язвительный, а? – Поморщился Курт.

– Во мне два метра роста и больше ста килограмм веса. И весь этот набор нужно вовремя кормить… А то усохну.

– Поедим в городе. Только… Если есть какие-то серьезные разговоры не для чужих ушей, то давай поговорим здесь. А потом пойдем жрать и возвращать тебя на твой маленький, удобный трон. Ну, так как? – Курт кивнул в сторону выхода из дома.

– Ага. Тогда, только один вопрос. Ты можешь предоставить мне защищенный инфоканал?

– Хочешь передать весточку… эскадре? – Хмыкнул Курт.

– Именно. Ну, так как? – Игорь передразнил Курта.

– Тебя, точно нужно срочно покормить. – Вздохнул Курт, и тут же посерьезнел. – Извини Игорь. У меня есть инфоканал, но он одноразовый и предназначен для экстренной связи и вызова подкрепления. К сожалению.

– Ну что ж. Тогда идем питаться. Надеюсь, здесь найдется что-нибудь приличное. А то один из моих капитанов, в свое время постарался сделать из меня настоящего гурмана. Не скажу, что это испортило мое отношение к обычному куску жаренного на вертеле мяса, но хотелось бы, чтобы оно было с солью и перцем. Найдется здесь что-нибудь подобное?

– Сколько угодно.

Через час, Игорь, сытый и довольный, восседал на стуле в небольшом кабачке. А на столе перед ним громоздилась внушительная горка опустошенной посуды. Курт взирал на нее с непреходящим удивлением. Количества пищи съеденой Игорем, хватило бы на четырех человек.

– Ну и что ты так смотришь? Я же говорил что во мне два метра и сотня кг. На чем, по-твоему, должна работать эта махина, на эльфийском нектаре?!

– Ну вы и жрете, вашество… – Пробормотал Курт. Дождался, пока Игорь кинет пару кредитов на стол, и направился к выходу, по пути набирая код на своем компе. Подчиняясь приказу, комп активировал, установленный Игорем в месте ночевки, одноразовый передатчик, и тот отправил импульсный сигнал, предназначенный для его эскадры. Раз нельзя воспользоваться аппаратурой коллеги, пришлось гробить собственную.

В здание Синдиката, они вошли тихо и спокойно. Буднично, можно сказать. Курт воспользовался допуском офицера эскадры Синдиката для входа в здание. Через несколько минут, стук тяжелых компенсаторных ботинок Игоря и Курта раздался в коридоре его этажа.

– Интересные дела. Кто дал вам право обыскивать мой отдел? – Тихий голос Игоря, громом прозвучал для нескольких неприметных личностей орудовавших в его блок-кабинете, под руководством Луиса Клота.

– Здравствуйте, рем Ингор. – Клот на мгновение застыл на месте, но тут же справился с собой, и почти непринужденно улыбнулся, одновременно взмахнув рукой. Повинуясь этому знаку, его подчиненные бесшумно слиняли. – Прошу извинить за вторжение, но вчера вы исчезли так внезапно…

– И вы решили посмотреть, не оставил ли я какой-нибудь записки? – Иронично усмехнулся Ингор.

– Примерно так. Но как бы то ни было, я рад, что вы вернулись. – Луис Клот поднялся с кресла, сидя в котором он наблюдал за работой своих сыскарей, и слегка поклонился. – А сейчас, если вы не против, я бы хотел вас покинуть…

Игорь снисходительно кивнул, и отошел в сторону, позволяя начальнику ССБ пройти. Когда звук его шагов стих, Игорь хмуро взглянул на Курта, и вздохнув, уселся за развороченным столом.

– Курт, я должен работать. Надеюсь, у тебя найдется поблизости какая-нибудь конура, чтобы всегда быть на связи?

– Найдем, рем Ингор. – Курт отсалютовал Игорю на британский манер, и не прощаясь выскользнул в коридор. А Игорь остался дожидаться Джин-Тоника, который наверняка уже получил сигнал, и полным ходом идет к Мелларну.

Капер Антон по прозвищу Джин-Тоник, капитан драккара «Солнечный Кот», болтавшегося на стационарной орбите у крайней планеты системы Мелларны, только что вышел из душа после тренировки, и прикидывал, не пора ли чем-нибудь перекусить, когда его настиг вызов оператора дальней связи, с просьбой зайти на мостик.

Игорь прислал очень краткое сообщение, в котором бегло обрисовал диспозицию. Джин-Тоник прокрутил запись несколько раз, и, отдав приказ о подготовке к походу, отправил Павлу и Николаю копию, со своей припиской: «План А. Я начал».

Небольшой бот отстрелил швартовочные штанги, и начал разгон. Для того, чтобы эта машинка могла пересечь систему Мелларна менее чем за пятнадцать лет, Николай в свое время умудрился присобачить к ней списанный тормозной двигатель от буксира, снабженный небольшими топливными емкостями. Правда, если сравнить габариты бота и двигателя… Скорее, стоит говорить о том, что это к двигателю присобачили неаккуратную нашлепку в виде бота. В результате сего инженерного курьеза, бот, метеором промчался через полсистемы, потом резко затормозил, сбросил ставший ненужным двигатель, и пошел на посадку. Установленные маскирующие силовые контуры, идеально сымитировали интерферентную картину падающего метеорита, и бот совершил удачную посадку в нескольких тысячах километров от города, в котором думал тяжкую думу Игорь Завадов, бывший полковник спецназа «Медведь», и почти настоящий куратор бывшей эскадры пока еще существующего Синдиката.

Бот приземлился в небольшом ущелье, посреди каменистой пустыни, простиравшейся на сотни километров вокруг. Антон вылез из слегка дымящегося аппарата, опустил заднюю аппарель, и выгнал из шлюза шедевр мысли древнего конструктора – криобайк[13]*.

– Эх, машинешка! Мне бы такую в Султанате, хрен бы Игорю пришлось меня вытаскивать из той мясорубки. – Антон удовлетворенно поцокал языком, и погладив матовый пилон, с подвешенным гравизацепом, одним плавным движением, переместился на сиденье пилота. Коснулся нескольких клавиш, щелкнул единственным механическим тумблером, и криобайк басовито заурчал приводом, выводя двигатель на рабочую мощность.

– А теперь, аккуратненько выключай своего монстра, и, подняв руки вверх, медленно выползай на землю. – Женский голос, раздавшийся над самым ухом Антона, был не единственным звуком, заставившим его напрячься. Уж очень знакомым был щелчок загоняемого в приемное гнездо элемента питания для плазмобоя.

– Мэм, вы не могли бы убрать от моего виска, сей нервирующий предмет? – Антон присмотрелся к агрессорше. Невелика ростом, хрупкого телосложения, но плазмобой держит уверенно, х в а т к о. Лица вот не разобрать, за поляризованным забралом шлема. – А еще лучше, давайте переместимся, метров на сто от этого вот, – Антон кивнул на медленно остывающий бот, – куска железа. Я ведь шел по синергической траектории, 10 g, это вам не шутки, не дай бог рванет ботик, ни меня, ни вас хоронить не придется. Ибо нечего будет.

Словно в подтверждение слов Джин-Тоника, бот издал нарастающий скрипящий звук, и начал медленно оплавляться.

– Прыгай в кабину! – Антон дернув за руку остолбеневшую женщину, не дожидаясь от нее самостоятельных действий, закинул за свою спину, и резко стартовал. Криобайк взревев двигателем, рванулся почти вертикально вверх, преодолел кромку ущелья, и застыл в ста метрах от нее. В этот момент, со стороны ущелья раздался хруст, словно какому-то великану вырвали зуб, и земля под ногами величаво дрогнула. Грохот взрыва пронесся над головами Джин-Тоника и мелларинийки, сопровождаемый ярко-белой вспышкой аннигиляционного взрыва. Мощный порыв ветра рванувшегося к воронке на дне ущелья, чтобы занять образовавшийся после взрыва вакуум, взметнул мелкую пыль, тут же покрывшую людей серым налетом.

– Что это было? – Агрессорша соскочила на землю, и сбросила шлем. Антон и так был уверен, что столкнулся отнюдь не с пожилой леди, но тем больше было его удовлетворение оттого, что девушка оказалась не только молодой, но и очень привлекательной. Удовольствие от созерцания сего «видения», не сильно портило даже вновь наведенное на Капера, дуло плазмобоя. Антон решил не сообщать своей новой знакомой, что взрыв стал результатом его долгой и вдумчивой возни с силовыми контурами бота. Пусть будет взрыв в результате перегрева, во всяком случае, это сможет подтвердить любой специалист. Правда, в заключении любого специалиста, будет вывод, что экипаж уцелеть не мог, поскольку взрыв произошел еще ДО посадки бота.

– Перегрев силового контура, расфокусировка его линий, и, как следствие аннигиляция с последующим вакуумным взрывом. – Произнося эту фразу, Антон напустил на себя настолько комично «умный» вид, что девушка невольно улыбнулась… Но плазмобой не опустила.

– За объяснение, спасибо. А теперь колись, неопознанный летающий объект. Кто такой, что тебе понадобилось у моей заимки, и где взял такие дурные привычки?

– В смысле?! – Антон аж поперхнулся от удивления. Девушка хоть и была ошарашена взрывом, но настолько быстро пришла в себя, что Джин-Тоник только диву давался.

– В смысле сваливаться на голову честным людям. – Фыркнула дама.

– Миль пардон, мадам. Я…

– Мадемуазель, с твоего позволения. – Перебила его девушка.

– Ладно, мадемуазель так мадемуазель. – С готовностью кивнул Джин-Тоник, и продолжил, – если вы не против, я изложу все по порядку. Только, может, представимся, для начала, а?

– Виэн. Специалист по догуманным цивилизациям. – Виэн сделала приглашающий жест.

– Догуманным… это как? Цивилизации в которых вместо того, чтобы простить наступившего на ногу, наворачивали его дубиной по кумполу? – Ухмыльнулся Антон, стараясь произвести впечатление не обремененного образованием, но веселого рубахи-парня, с насквозь простой житейской позицией.

– Не совсем. Догуманные – это цивилизации предшествовавшие хомо сапиенс – человеку разумному.

– А, зеленые человечки, и все такое… – Фыркнул Антон, стараясь не выходить из образа. -Ну так вот. О чем бишь я? А! Меня зовут Тол. Специалист по м-м-м разрешению проблем, скажем так, максимально эффективными методами. Так, только не надо стрелять. Я не убийца, и не налоговый инспектор. – Антон слегка приподнял руки в умиротворяющем жесте, заметив, как сузились глаза его собеседницы.

– Интересно. И что же за проблемы ты решаешь… «эффективными» способами? – Виэн недоверчиво повела стволом плазмобоя из стороны в сторону, как бы понукая Джин-Тоника, или, как он себя поименовал – Тола, рассказывать дальше.

– Ну, вот как сейчас, например. Некто похитил несколько человек, по которым горькими слезами плачут друзья и родные. Государства могут решать подобные проблемы годами, пока, в итоге, не угробят похищенных, и не разведут руками, расписываясь в собственной беспомощности. Я подряжаюсь решить эту проблему гораздо быстрее, поскольку не стесняюсь в средствах достижения цели.

– В смысле?

– Ну, я же не государство. И политики со всеми своими дипломатами, международным положением, и прочей херней, мне не указ. «Побузю» и смоюсь. И пусть потом Синдикат высылает мне свои ноты протеста, и прочую макулатуру. – Тол на мгновение замолчал, а потом легко улыбнулся. – Если найдут мой адрес в телефонной книге, разумеется.

– Ага. И что тебе понадобилось на моей территории? – Хмыкнула Виэн. – Что, решил, что твоих клиентов попятила я?! Ну так можешь расслабиться, я таким шутками не балуюсь.

– Я бы расслабился, но твой плазмобой постоянно маячит у меня перед носом, что согласись, не добавляет комфорта. – Тол небрежно ткнул пальцем в раструб оружия Виэн.

– Извини. Необходимая мера предосторожности. Места здесь дикие, да и конкуренты не агнцы божьи. Потерпишь. Трави дальше. – Виэн пожала плечами, и уселась напротив вылезшего из криобайка Тола, вольготно расположившегося на земле подле машины.

– А… Ну так вот. По поводу места посадки… Я его знаешь ли особо не выбирал. Задал боту программу поиска самых малонаселенных мест в этом районе, комп рассчитал траекторию посадки, и пошел на снижение. Где-то в тысяче километров от поверхности, произошло ДТП. В мой бот влетел какой-то обломок – то ли мусор, то ли метеор. Пьяный наверное. С глиссады меня сбил, пришлось идти с перегрузками по синергической траектории. Результат мы не так давно наблюдали. Вот пожалуй и все. – Антон сделал вид, будто до него только что дошло, – слушай, а как же я теперь обратно улечу-то, а?

– Понятия не имею. – Виэн забавно наморщила носик. – Ну раз ты, просто прохожий… Или, пролетчик, как правильно… И фиг с ним. Прокатимся до моей заимки, хоть чаю попьем.

– Ага, пролетчик-налетчик. – Буркнул себе под нос Тол. – Кстати, на чем прокатимся? Я когда приземлялся, не заметил на детекторах ни тебя, ни каких либо аппаратов. Может объяснишь?

– Ну, по поводу хомодетектора… В общем, тут недавно была заварушка, вот я и укрылась в ущелье, под маскхалатом. А машина… Твой монстр нам на что? – Виэн сделала невинные глаза.

– Так. Переводя на человеческий язык вышесказанное… На твою заимку напали, ты умудрилась сбежать, и спряталась в ущелье. Причем, опасаясь преследования, завернулась в маскхалат. Я прав?

Виэн нехотя кивнула.

– И теперь ты рассчитываешь, что мы оседлаем мой криобайк, и лихим кавалерийским наскоком отобьем твою «крепость»? – Вздохнул Тол. Еще один кивок. – Тогда опускай ствол, садись на пассажирское сиденье и рассказывай.

– Что?! – Удивленно воскликнула Виэн.

– Как это «что», – проворчал Тол, врубая двигатель криобайка, – количество супостата, вооружение, техника, что представляют собой захватчики.

– А… – Протянула Виэн, устраиваясь на сиденье. – Значит так. Количество: пять человек, вооружение: четыре лучевика, четыре клинка, один плазмобой. Техника: один дисколет, один наземный мотобот. Захватчики представляют собой четырех законченных идиотов под руководством одного законченного мерзавца.

– В принципе, следствию все ясно. Только одно замечание по поводу характеристики захватчиков. Хотелось бы услышать нечто менее экспрессивное. – Тол направил криобайк в указанную Виэн сторону.

– Что именно?

– Оцени их как бойцов. – Хмыкнул Тол, разгоняя машину. – И не надо ля-ля, что ты в этом не понимаешь. Иначе откуда такая сноровка в обращении с плазмобоем – это раз, и почему ты держалась от меня на расстоянии всего лишь на полметра больше необходимого мне для р ы в к а.

– Я думала, что нахожусь в двух метрах от опасной зоны. – Хмыкнула Виэн. – Ладно, отнесем это расхождение в глазомере к гипертрофированному мачизму.

– Ну спасибо. – Хмыкнул Тол. Его настроение рухнуло куда-то к нулю по Цельсию. А ведь сначала, эта девочка вовсе не показалась ему такой уж язвой. – Так что с их бойцовыми качествами?

– Они бывшие егеря. Здесь, на планете, я имею в виду, одни из лучших угодий для охоты на зубров и оленей. Это одна из немногих причин, по которой сюда заглядывают туристические лайнеры. Насколько я знаю, в егеря Синдикат набирает бывших военных, знакомых с принципами исторической охоты.

– То есть из государств, обладающих такими традициями, как историческая охота. – Тол задумчиво кивнул. – Что у них за клинки?

– Три сабли и один «кабаний» меч. – Тут же ответила Виэн.

– А у тебя? – Подколол девушку Тол. – Я видел странную рукоять, выглянувшую из-за твоей спины.

– Хм. Заметил, да? Впрочем, что это я. Конечно, заметил. – Виэн ухмыльнулась. – Когда пряталась, закрепила на спине свою саблю. А у тебя, что за тесак?

– Это, леди, не тесак, а чиавона, или как ее еще называют – скьявона. Нечто среднее между славянским мечом и шотландским палашом. Так. А теперь стоп. На детекторе какое-то движение. – Тол мгновенно подобрался. – Ты права, пять человек. Сидят, не дергаются. Очевидно у них обычные полевые детекторы, поскольку нас они до сих пор не засекли. Теперь. У нас есть два варианта. Первый: мы подкрадываемся аки тати в ночи, и не вступая в переговоры, рвем их на британский флаг. Второй: просто подкатываем, и пытаемся договориться по-хорошему. Мне по нраву второй вариант, а тебе как я догадываюсь, первый.

– Догадывается он. – Фыркнула Виэн.

– А что, я не прав? Тогда, жутко извиняюсь. Не ожидал такого благоразумия. – Тол усмехнулся, и направил криобайк прямо к стоянке захватчиков.

– Ты что сдурел?! Остановись немедленно. – Виэн заколотила кулачками по обширной спине пилота, затянутой в куртку из черной синтокожи с кевларовой нитью.

– Неа. Вы мисс, конечно очаровательны, и я готов ежесекундно совершать подвиги ради ваших прекрасных зеленых глаз, но убивать пятерых абсолютно незнакомых человек… Извините, я это сделаю только в том случае, если они оскорбят вас или меня, словом или действием.

– Они не будут также учтивы, как вы, мой рыцарь, кончающий с жизнью самым печальным образом. – Ехидно произнесла Виэн.

– А я иногда бываю чертовски убедителен. – Съязвил Тол, и погнал криобайк полным ходом. До заимки оставалось меньше пяти километров.

– Джош, ты ничего не слышишь? – Один из налетчиков повернулся к своему приятелю, барственно устроившемуся в пассажирском кресле дисколета. Молодой человек по имени Джош, вяло покачал головой.

– Это все чертова степь, Маки. Она кого угодно с ума может свести, да ребята? – Джош повернулся к троице устроившейся у костра, с лучевиками на коленях. Те согласно кивнули, и уставились на огонь. Эти трое сильно отличались и от молодого хлыща, изображающего барина – Джоша, и от коренастого шотландца по прозвищу Маки. Они смотрелись как три брата, каковыми и являлись на самом деле. Монголоидный тип лица, невысокие и жилистые, братья производили впечатление людей, чьи предки тысячи лет кочевали по этой степи. Хотя их родные степи находились на планете Земля.

– Нет, Джош. Слушай внимательно.

Через несколько секунд, зашевелились братья.

– Джош, действительно, какая-то машина едет сюда. – Старший из братьев встал, и приведя лучевик в боевое положение уставился на ближайший пологий холм.

– Все равно. Вряд ли это она. – Хлыщ скучающе зевнул. – Вы же видели, как она драпанула, когда мы дали залп. Да и техники у нее нет. Мотобот здесь. Так что все в порядке, расслабьтесь.

Криобайк выскочил из-за холма совершенно неожиданно, и так же неожиданно оказался в нескольких метрах от дисколета.

Виэн, побывавшая в паре переделок, впервые наблюдала такую тактику. Тол, не скрываясь, вытащил из ножен свой клинок, и спрыгнув на землю, двинулся в сторону «налетчиков», оторопело наблюдавших эту наглую и глупую атаку. Первым спохватился младший из братьев монголов. Тихо взвизгнул лучевик, а Тол даже не стал уклоняться. Клинок его чиавоны скользнул вверх, но вместо звона лопнувшего металла, раздалось лишь легкое шипенье, и клинок тут же вернулся в прежнюю горизонтальную позицию: левая ладонь сжимает рукоять, правая поддерживает полотно клинка у самой пяты, так что большая его часть покоится на предплечье. Виэн покачала головой, наблюдая за действиями Тола из временно закрытой пассажирской капсулы криобайка. Из чего сделан клинок этого бродяги, если может остановить импульс лучевика?! К сожалению, рассмотреть, сам клинок было невозможно, свет заходящего солнца почти не отражался от его поверхности, хотя должен бы. Это была просто двойная полоска черной искрящейся мощи. До Виэн, наконец, дошло, что именно так и выглядит искровое напыление, нанесенное на лезвия целиком, оставляя чистыми лишь ребра жесткости и дол меча. Виэн поперхнулась. Тол таскал в ножнах клинок, стоимость которого была сравнима со стоимостью бизнеса любой из Семей Мелларны. Но то, что поняла Виэн, очевидно было недоступно пониманию «налетчиков». Джош лениво шевельнул рукой, и три брата монгола, выхватив из ножен сабли, с ревом атаковали Тола. Тот рявкнул что-то неразборчивое, и приложил старшего брата навершием чиавоны. Двое младших братьев, успели начать атаку, но закончить ее, им было не дано. Чиавона вспорхнула гигантской черной бабочкой, и оба брата рухнули оглушенные ударами плашмя. Вот тут, Маки и Джош засуетились. Первый навел плазмобой на Тола, но парень неуловимым движением оказался в полуметре от Маки и тут же отсек рабочую часть оружия. Маки попятился, иного вооружения у него не было. Мгновенный удар открытой ладони по шее, вырубил шотландца, не хуже литра виски. На ногах остался только хлыщеватый Джош, с гражданским лучевиком и легким стилетом в руках.

– Брось игрушки, падло. – В голосе Тола, послышалась та свирепая ласковость, которую, хорошо знакомые с привычками Антона, люди, определяли как признак смертельной опасности для окружающих. Джош выронил оружие и потянулся было, к лежащему у ног мечу, но Тол покачал головой. – Не рискуй, мой клинок быстрее. Слезай. Поговорим.

ГЛАВА 4. Путь орла, путь змеи и т.д.

– Что ж ты, убогий, беззащитных девушек обижаешь, а? – Тол подбросил в костер какие-то обломки.

– Беззащитных?! – Дернулся Джош. Вернее попытался дернуться, что было довольно бессмысленно, поскольку прочные веревки, которыми Антон связал всю команду «захватчиков», не позволяли шевельнуть и пальцем. – Да эта ведьма положила половину моего отряда, еще на стан…

– Ну-ну, продолжай. А что вам понадобилось на станции? – Тол ехидно улыбнулся.

– То же что и ей. Элементы питания, само собой. – Джош зло зыркнул в сторону непринужденно расчесывавшейся Виэн.

– Джош, милый, если бы, после того как я вытащила со склада все пять батарей, ты не пожадничал, и не велел своим бабуином меня убрать, сейчас все было бы в ажуре, и ты спокойно отдыхал бы в своем лагере, а я продолжала бы заниматься своими раскопками. – Виэн невинно улыбнулась, и повернулась к Антону. – Видишь ли, мы тут занимаемся «черными» изысканиями, за что и платим одной из Семей Мелларны, процент от найденного. С энергией почти постоянные перебои, не станешь же тащить на заимку стационарный накопитель… Да и не у всякого он найдется. А вот на геологоразведочных станциях есть склады, а в них элементы питания. Только все они под охраной, а специалистов, которые в состоянии обойти тамошнюю сигнализацию, всего трое на ближайшие полторы тысячи километров в округе, вернее уже двое. Так что, если кто-то хочет пополнить запасы энергии, вынужден, либо переться в Мелларну, либо нанимать меня или Май Ли. Правда, месяц назад свой спец был у Джоша, но его благополучно скрутило СБ Синдиката на взломе очередного склада. Вот Весельчак Джош и обратился ко мне. Самой мне на мотоботе, до склада пилить и пилить, а на их флайере – два часа хода, да и от погони он уйдет без проблем. Вот я и согласилась взломать сигналку, за одну батарею. Прицепила на всякий пожарный, свой мотобот к днищу флайера, и полетели. На месте осмотрела сигналку, вскрыла ее, вошла, взяла, вышла. А там десяток его обормотов, в полном боевом. Стволы на меня навели и ржут. Я малехо похулиганила, отцепила мотобот, и дала деру. Естественно, с батареями. Правда, сваляла дурочку, рванула к заимке, они меня здесь и встретили главным калибром. – Виэн кивнула в сторону покореженного плазмобоя. Тол задумчиво покивал головой.

– И ты в очередной раз дала деру. А тут я… весь из себя рыцарь в сверкающих доспехах и на взрывоопасном коне… а? С чего вдруг такое доверие к нечаянному спутнику, Виэн? – Тол заинтересованно взглянул на девушку, чья точеная фигурка могла заставить зашевелиться даже статую. Хлыщеватый Джош громко заржал.

– Так они все такие двинутые. Ну, те что из Старого Города! – Он удивленно взглянул на ничего не понимающего Тола. – Сектанты.

– Мы не сектанты! – Взвилась Виэн. – И не смей ржать над тем, чего тебе не понять, Весельчак Джош.

– А то что? – Джош хитро прищурился.

– А то, клянусь Даром, я отрежу тебе уши, хам. – Виэн успокоилась почти так же быстро, как и разъярилась, но нечто в тихо произнесенной клятве, тут же заставило Тола поверить, что это не угроза, а скорее последнее предупреждение, как выстрел по курсу корабля, приказывающий остановиться. Очевидно, до Джоша тоже дошло что-то подобное, потому как наглая улыбка моментально сползла с его лица, и губы сомкнулись в тонкую полоску.

– Расскажи мне, Виэн. Я ведь новичок здесь, и мне не повредит узнать побольше об этом месте и его населении. – Тол налил из термоса чаю, и обезоруживающе улыбнулся своей собеседнице, чье поведение его так удивляло.

– Я начну сначала. – Виэн на мгновенье задумалась.

– Да, я слышал, что это самый лучший способ рассказывать что-либо. По крайней мере, в прошлом сезоне, было так. – Незамысловатая шутка, отпущенная Толом, заставила Виэн фыркнуть.

– Не смеши меня. Ты мешаешь сосредоточиться. – Девушка покачала головой. – Так вот. Никто не знает, когда впервые люди пришли на Мелларну, но есть основания полагать, что таких нашествий было как минимум три. О первом мы не знаем ничего. Второе нашествие произошло примерно двадцать пять тысяч лет назад.

– Какие двадцать пять тысяч?! – Возмутился Тол. – С момента первого выхода человечества в космос прошло всего две тысячи лет!

– Ерунда! Проведенные нашими специалистами исследования, показали, что двадцать пять тысяч лет назад, человечество покинуло пределы Солнечной системы из-за чудовищного изменения климата, получившего в нашей истории название ледникового периода. К сожалению, наши далекие предки, несмотря на все свои знания и умения, слишком вольно обращались с погодой.

– Ты, случаем, не про атлантов рассказываешь? – недоверчиво хмыкнул Тол.

– Может быть, их самоназвания мы не знаем. – Пожала плечами Виэн, и метнув недоверчивый взгляд на заснувшего Джоша, продолжила, – но, не это главное. Люди тогда не были так разобщены, как сегодня. Возможно из-за того, что население Земли на тот момент, насчитывало меньше двух миллионов человек, проживавших довольно компактно. Исходя из … данных, … что нам удалось сохранить, переселенцы обладали некоторыми, скажем так, необычными возможностями. Они организовали на покинутой прежними расами Мелларне закрытое общество, и стали вести крайне… осторожный образ жизни. Они не стали преобразовывать эту планету в соответствии со своими вкусами, поскольку не забыли, к чему привели эти игры на Земле. Потом было третье нашествие людей, и мелларины вздохнули свободнее. Руководство Синдиката приняло нас за свободных колонистов, прибывших на планету не больше сотни лет назад. Мы не стали разубеждать их в этой уверенности. А ореол некой секты, предубежденной против прогресса, показался некоторым нашим му…дрецам, очень выгодным, поскольку это «резко ограничивает возможность проникновения в наши ряды чуждой идеологии». – Последние слова, Виэн произнесла, чуть ли не с презрением.

– А ты не любишь этих мудрецов, а? – Тол еле заметно усмехнулся.

– Да, это так. – Виэн спокойно кивнула. – Мы знаем, какая беда случилась с человечеством. Кромешники серьезные противники, и мы одни из немногих кто может им противостоять. Но из-за этой пресловутой закрытости, ни во что не вмешиваемся.

– Интересно. А почему ты мне об этом так спокойно рассказываешь? – Тол хмыкнул.

– Потому что, ты тот, кто может многое изменить. – Так же невозмутимо ответила Виэн.

– Ясно. Тогда, пора двигаться к столице. – Тол поднялся с земли, отряхнул штаны и куртку, и направился к криобайку. Виэн немного потопталась на месте, собирая пожитки, и тут же устремилась следом. Чуть в стороне застонал Маки.

– А этих мы так и оставим? – Виэн кивнула в сторону спеленатой пятерки.

– А что им сделается? – Тол пожал плечами с невозмутимостью достойной каменного Будды. – К утру очухаются, как-нибудь развяжутся, да и дунут отсюда как пьяный безденежный матрос от вышибалы. Поехали?

– Поехали. – Виэн довольно ловко нырнула на пассажирское место и нацепила шлем. Тол улыбнулся, защелкнул забрало своего шлема, и, устроившись на сиденье пилота, плавно тронул криобайк вперед. Свет мощных фар ударил вперед, защитные щитки капсул спрятались в фюзеляже, и степной ветер засвистел вокруг черного монстра. Криобайк стелился над самой землей, с низким утробным рыком пожирая километр за километром. На скорости в триста километров в час, негодующий писк системы безопасности, заставил Тола чуть приподнять щитки безопасности, и вовремя, мелкий щебень которым оказался усыпан их путь, почти тут же радостно застучал по днищу и щиткам.

– Закройте форточку… Дует. – Сначала Тол немного удивился, но тут же понял, что Виэн просто заснула на своем сиденье, и теперь разговаривает во сне. Тол хмыкнул, и полностью закрыл капсулы. Теперь криобайку и его седокам, был не страшен даже небольшой ядерный взрыв.

– Под крылом самолета о чем-то поет, зеленое море тайги-и-и-и! – Тол разогнал криобайк до чудовищных семисот километров в час, и наслаждался своим полетом сквозь ночь. Как сказал бы один из его инструкторов: «На сверхмалой высоте, наводящей на мысли о суицидальных наклонностях сумасшедшего пилота». Через пару часов за его спиной послышалось легкое поскрипывание, это проснулась Виэн. Тол остановил криобайк, чтобы размять ноги и «привести себя в порядок». Еще через полчаса, Виэн удалось уговорить Тола, уступить ей управление агрегатом, и криобайк снова устремился вперед.

Две тени шарахнулись на обочину старой разбитой бетонки.

– Что это за хрень, сержант? – одна из теней оказавшаяся здоровяком в форме Службы Безопасности Синдиката, ошарашено смотрел вслед удаляющемуся чуду техники.

– Спроси что-нибудь полегче. Одно могу сказать, эта штука не зарегистрировано в Сети. Передай на базу, что к Северным воротам движется транспортное средство неопознанного класса, не имеющее идентификатора.

Через тринадцать минут, северный порт Мелларна, он же – Северные ворота, был оцеплен спецчастями СБ Синдиката. Капитан – старший группы захвата, уже прекрасно представлял себе, что за аппарат приближается к его городу. Непонятно было две вещи – откуда могла взяться эта рухлядь, которая уже триста лет как должна валятся на свалке, и как эту хреновину остановить, если ее компьютер не включен в Сеть, а взрыв может привести к цепной реакции?

Гул заметно приблизился, и на вершине ближайшего холма появился криобайк. В порту заработали генераторы, натягивая силовую ловушку, бойцы заняли позиции, и капитан дал минутную готовность.

Как он и думал, криобайк с шумом и хлюпом взрезал тонкую защитную пленку, и, миновав ловушку, взревел, и исчез за штабелями грузов, под восторженный визг лучевого, и тихий клекот атомного оружия. Четыре флаера типа "белка-летяга" с опознавательными знаками СБ, взмыли в воздух, и устремились за нарушителем.

Криобайк уходил в сторону старых пакгаузов, на бешеной скорости петляя между кучами разного хлама. Старший группы не успел отправить субвокалический приказ об отправлении наземных машин, уже забитых под завязку бойцами, как одна из "белок", вдруг застыла на месте, и рухнула с двадцатиметровой высоты. Магнитные ловушки[14]* сброшенные с криобайка, хоть и были старьем предназначенным для работы в открытом космосе, но исправно выполняли свои функции.

– Твою мать! – Лейтенант Дрог, заместитель капитана Алефа – командира группы захвата, зло сплюнул на пол. Капитан скривился, он не терпел, когда его подчиненные вели себя как цивилы. Дрог заметил гримасу и вытянулся во фрунт – Прошу извинить меня, рем.

– Извинение принято. Верните людей. – Капитан Алеф резко развернулся, и оказался нос к носу с начальником ССБ Синдиката. – Рем Клот?

Начальник ССБ лениво кивнул, и жестом остановив лейтенанта, произнес:

– Подтверждаю. Но… Оставшиеся "белки" поднять на безопасную высоту, пусть продолжают наблюдение. Только наблюдение, вам ясно, лейтенант?

– Так точно.

Через минуту вокруг полковника Клота и капитана Алефа бойцы СБ выстроили безукоризненное каре.

– Внимание. С этой минуты, у вашего отряда, только одна задача – найти нарушителя и доставить его в блок живым. – Рем Клот обвел взглядом бесстрастные лица бойцов. – Вопросы есть?

– Никак нет, рем полковник, рем! – Эхо от ора тридцати глоток, еще звучало, отскакивая от стен старых складов, а бойцы уже разместились в транспортах и двинулись в казармы.

Пристань опустела, и погрузилась в темноту. Где-то, за дальним контрольно-пропускным пунктом, раздался шорох, и мелькнула тень. Оказавшись в неровном круге света, тень превратилась в молодого человека, с тяжелой атомной винтовкой за плечом. Парень поднял руку, и отправил в Сеть сообщение:

– Он здесь. Пеленгуйте. – Молодой человек наклонился, вытащил из кучи мусора старый потрепанный футляр, аккуратно сложил винтовку, выпрямился, и исчез в лабиринте старого порта.

ГЛАВА 5. Наши славные, славные предки…

– Пожалуй, пора дать слово полковнику Клоту. – Старый рекс оглянулся. Члены Совета зашептались. Начальник ССБ не имел права голоса на таких собраниях. – Ну-с. Расскажите, рем Клот, чем мы обязаны тому, что вы перекрыли Северные ворота?

"И откуда ты получаешь информацию, старый хрен?" – подумал рем Клот, но вслух произнес совершенно иное. – Небольшое недоразумение с одним из гостей нашего города.

– Какого рода? – надавил рекс.

"Вот ведь привязался" – хмыкнул про себя рем Клот. – Один из наших гостей, прибыл на криомашине, не зарегистрированной в Сети.

– И что? – лицо главы Синдиката оставалось бесстрастным.

– Мы не смогли его остановить. – рем Клот склонил голову, изображая раскаяние.

– Вот как? Тогда, за что же мы вам платим, рем? – Огромный, обманчиво неповоротливый начальник управления финансовыми потоками, уставился на своего вечного оппонента, опустошавшего казну Синдиката с пугающей скоростью, с выражением легкой иронии на лице. Рем Клот почувствовал этот взгляд.

– В распоряжении СБ отсутствуют некоторые спец. средства, необходимые в наше время. – Полковник перевел взгляд с рекса на начальника финансового управления. – Вы же сами отказались субсидировать модернизацию наших защитных комплексов. Хотя месяц назад я представлял вниманию Совета свой меморандум, в котором указывал наши слабые места, а также действия, которые необходимо совершить, что бы залатать эти прорехи, и в том числе, я рассматривал вариант вторжения противника обладающего техникой неподвластной Сети. Что вы тогда говорили, рем? На планете нет такой техники, а орбиты планеты неприступны! Вот результат. – Полковник смотрел на начальника финансового управления, с той же легкой иронией во взгляде.

– Хватит. – Голос рекса Абита, отнюдь не поражал мощью, но за старческим дребезжанием слышалась сила и воля человека, который на протяжении 90 лет держал в ежовых рукавицах один из самых мощных синдикатов человеческого космоса. – Вы не выполнили свою задачу, Клот. Что вы можете сделать, что бы исправить это упущение?

– Мы уже делаем, рекс. В корпус машины вплавлен "маячок". Агрегат запеленгован, и за его перемещениями следит сменяющийся патруль на "белках-летягах". – О том, что в случае исчезновения криобайка в Старом городе, про любое слежение можно забыть, а поиски свернуть, рем Клот умолчал.

– Что ж. Все не так плохо как могло быть. Вы можете идти, рем. – рекс Абит кивнул, и Начальник ССБ, растворился в коридорах административного корпуса. Проводив рема Клота, водянистые глаза рекса уставились, сначала в полупрозрачный потолок огромного кабинета, над которым расцветало утреннее солнце, а затем на, отмеченный точками имплантантов, лоб начальника финансового управления. Голос рекса заскрипел как несмазанная телега. В такие моменты, его подчиненные старались оказаться как можно дальше от своего шефа. – Отныне, рем, все финансовые вопросы касающиеся СБ, я буду решать лично. И не только финансовые. Всем ясно? – прозрачные глаза старого рекса, полыхнули изумрудной яростью, и тут же погасли.

А тем временем старый криобайк, словно следуя тайным страхам рема Клота, свернул в Старый Город. Место, которое отсутствует на всех картах Мелларна. Из-за абсолютной, или почти абсолютной абстрагированности от остального мира, древнее обиталище мелларинов[15]*, с приходом на планету Синдиката, стало довольно угрюмым местом. Синдикат давно уже собирался провести здесь Сеть, линии общественного транспорта, и прочие блага цивилизации, но дальше разговоров дело не шло. Старый Город замкнулся в себе. В нем своя субкультура, своя система ценностей, свои законы, которые сами жители именуют обычаями. И никаких идентификаторов. Синдикат не ворошил осиное гнездо, да и не имел такой возможности. Как можно убедить в чем-либо людей, которые не повязаны с Синдикатом с самого рождения.

Криобайк, остановился у старого дома. Седок в затемненном шлеме, спрыгнул на землю, и, потянувшись поманил пальцем кого-то из кабины. Тихо хмыкнув, пассажир спрыгнул на землю. На ходу снимая такой же затемненный шлем, как и у пилота, он проворчал:

– И стоило так рисковать?

– Не будь занудой, Тол. – Девушка-пилот расправила смятые, только что снятым шлемом, густые каштановые волосы. – Я уже давно так не веселилась. – Она сладко потянулась.

– В 6-ом блоке ты давно не сидела! – фыркнул Тол, вытаскивая из криобайка полупустую сумку. – Нашла где веселиться. Службу Безопасности как курей гонять! – несмотря на сердитый тон, он явно не был против таких развлечений.

Договорить им не дали. Дверь, когда-то роскошного, но явно давно пустовавшего дома, отворилась, и на пороге появилась хрупкая девушка. Облаченная в свободные серые брюки и такую же рубашку, она совсем не походила на одетых в грубую коричневую кожу, гостей. Девушка не сказала ни слова, просто сделала приглашающий жест, и, развернувшись, пошла по едва освещенному коридору вглубь дома. Путешественники переглянулись, и, кивнув друг другу, последовали за ней.

– Так-так. Ну-с. Здраствуйте. – проскрипел чей-то голос, когда они оказались в полутемном зале с задернутыми шторами, и освещенном только светом огня в камине. – Подойдите ближе к огню, я не очень хорошо вижу в темноте.

Темный силуэт, на фоне каминного пламени, дернулся, как бы обозначая направление для двух незнакомцев. Тол недоуменно хмыкнул, и направился вслед за подругой, уже усевшейся рядом с хозяином дома, в старое кресло.

– Добрый день. – Тол вежливо поклонился, и присел на пуф у камина.

– Здесь нет ни дня, ни ночи, друг. – Хозяин, несмотря на то, что находился на расстоянии вытянутой руки, умудрялся скрываться в тени так, что его лицо казалось какой-то смутной игрой теней. – Ви, я рад что ты приехала. У нас намечаются перемены, и мне не хотелось бы, что бы ты оказалась не там где надо.

– Неужели, дядя Ниада, ты за меня так боишься?! – фыркнула Виэн.

– Девочка, я уже слишком стар, что бы чего-либо бояться. – В голосе Ниады, до сего момента мягком и обволакивающем, прорезались стальные нотки, совершенно не соответствующие тому, что он говорил. – Ну а ты, друг… Как мне тебя называть?

– Тол. – Ответ был более чем лаконичен.

– Добро, Тол. Скажите мне, где вы остановились. Надеюсь не в Новом Городе? – Ниада повернулся к Виэн, и его лицо вынырнуло из тени. Тол хмыкнул. Человек, требовательно смотревший на его подругу, вовсе не производил впечатления старика, как можно было бы подумать. Глубоко посаженые льдистые глаза, смотрели уж очень любопытно, а лицо отнюдь не изборождено морщинами. – А то, боюсь, что радости рема Клота просто не будет предела, а я уж очень не люблю эту его победную ухмылочку. В общем так. Я могу вас пригласить пожить у меня, или же мы найдем вам помещение, только скажите, что именно вам нужно. Ну как?

– Нет уж, дядюшка. У тебя мы жить, точно не будем. А вот насчет помещения… Можешь найти что-нибудь такое, где не только мы двое поместимся, но и наш… – Виэн покосилась на Тола, – в смысле, криобайк Тола можно поставить? И какие-нибудь инструменты, чтобы мы могли привести его в порядок.

– Ну да, как эсбэ гонять и аппарат гробить, так она одна. А как ремонтировать его после этих выкрутасов, так тут мы вместе, – усмехнулся Тол.

– Будет вам инструмент и гараж. А сейчас… Да, Тоэн? – Ниада смотрел в сторону входа в зал. Пилоты оглянулись. На пороге стояла та же девушка, что встретила их у дверей. Ниада нахмурился. – Уже пора? Идем. А ты Виэн, бери своего молчаливого друга в охапку, и двигайте вниз по улице. Третий дом по четной стороне, считая от того в котором мы находимся. А у меня дела. Всего хорошего, Тол.

– До свидания, мастер Ниада. – Тол легко поклонился и двинулся к выходу.

– Спасибо, дядя. Мы еще зайдем к тебе. – Виэн двинулась следом за приятелем.

– Не стоит Ви, завтра меня, наверное, здесь уже не будет. Если вы мне понадобитесь, я вас сам найду, а если я вам понадоблюсь, то в этом городе достаточно назвать мое имя.

Тол и Виэн вышли на улицу, и тут же чуть не утонули в потоке солнечного света, который мелларнийский полдень, дарил с королевской щедростью.

– Четная сторона, третий дом вниз по улице. – Оседлав криобайк, задумчиво произнесла Виэн, и рычащий монстр плавно покатился вперед.

– Значит Ниада, твой дядя? – Тол спокойно развалился на заднем сиденье криобайка, и с аппетитом опустошал содержимое сумки-холодильника.

– Угу. Двоюродный. Ох. Это третий дом?! – Виэн ткнула пальцем куда-то вправо. Тол повернул голову, и вдруг захохотал. Виэн смотрела на него как на сумасшедшего.

– Да уж. Твой дядя любит пошутить. – Отсмеявшись, произнес Тол. – И ведь, в принципе, он прав. Ну, какое еще помещение, кроме старой мастерской по починке флайеров, нам подойдет.

– А как же ванна? – На Виэн стоило посмотреть. Девушка, выбравшаяся не из одного десятка передряг, чуть не плакала.

– А разве ты просила дядюшку о ванне? – улыбнулся Тол. И тут же легонько подтолкнул ее ко входу. – Не расстраивайся. Поверь, здесь есть все, что нам необходимо. В том числе и кухня и ванна. Так что дуй, сдирай кожу в темпе, а я пока загоню байк внутрь и осмотрюсь немного.

– Oui, mon general! – Виэн рассмеялась, щелкнула каблуками, вихрем промчалась по мастерской, и заперлась в ванной.

– И как же я умудрился так вляпаться? – возвел очи горе, Тол.

– Зачем ты пришел к нам, Кромешник? Что тебе нужно? – мелодичный голос за спиной Тола, заставил его подпрыгнуть на месте. Он обернулся. Та самая девушка, что встретила их у Ниады, смотрела ему в глаза с равнодушным интересом птицы, смотрящей на соседку по ветке.

– Я… – Тол остановился. Перевел дыхание. Сопротивляться ее воле было мучительно тяжело, но… – Я не знаю. Случай, наверное.

– Ты, действительно, тот, кто нам нужен. – Девушка смотрела куда-то мимо Тола, куда-то очень далеко. И ощущение давления, исчезло. Она будто бы переключилась на какую-то другую задачу, направила свою энергию в другое русло. Прошло несколько минут, они так и стояли, чуть ли не на пороге мастерской, но, наконец, девушка пришла в себя. – Извини, я не представилась. Я – Тоэн, Рим-канн Миры.

– Тол. Путешественник. – Он повел рукой, почти в точности, как и сама Тоэн, когда приглашала в дом к Ниаде – Проходи, поговорим.

– Нет, Тол. Лучше приходи как-нибудь вместе с Виэн, к нам. Тебе это будет полезно. А ей интересно. Извини, мне пора идти. – Тоэн взмахнула рукой и вскоре скрылась за поворотом.

ГЛАВА 6. Электроника всемогущая.

– Итак, рем Клот, вы не нашли нарушителя. – Абит тяжело поднялся с кресла.

– Да, рекс. – Полковник Клот уставился на голограмму герба Синдиката – стилизованного черного скорпиона обернувшегося вокруг галактики.

– А можете?

– Он в Старом Городе. Туда мне не сунуться, но есть один способ, – тихо произнес полковник.

– Какой? – рекс Абит медленно расхаживал на почти негнущихся ногах вдоль своего рабочего стола. Его тело крепкое и сильное, было напичкано имплантантами, но старая изношенная нервная система, которую не заменит ни один имплантант, уже с трудом справлялась с командами головного мозга. По сути, через несколько лет, здоровое и мощное тело, станет всего лишь коробкой для хранения мозга.

– Старая система, устарела тысячи лет назад. Спутник.

– Что это такое? – рекс развернулся к любимому креслу.

– Беспилотный аппарат, выводимый на низкую орбиту планеты для наблюдения за объектами находящимися на поверхности. – Полковник Клот пожал плечами, как бы говоря: "Рухлядь, да, а что делать?".

– Займитесь этим спутником, Клот. Все равно, ничего больше, сделать с этой проблемой вы не можете. – Рекс поморщился произнося последние слова. Его можно понять. Проблема внутри Синдиката, это нечто, чего быть не может, потому что не может быть никогда! Любая неприятность искореняется молниеносно. А это вторжение придурка на криобайке, уже становится проблемой, решение которой не движется с места, вторые сутки.

– Я могу идти, рекс? – Клот отвел взгляд от голограммы.

– Когда будет готов этот спутник? – Абит проигнорировал вопрос подчиненного.

– Он уже готов. В лаборатории заканчивают предстартовую отладку.

– Приемлемо. Запустите его, как только закончите подготовку. Можете идти, рем Клот. – Абит едва кивнул головой в сторону входа.

Полковник вихрем пронесся по коридорам, на ходу отдавая субвокалические приказания. Он остановился только у входа в блок Ингора. Клот слегка улыбнулся: цивилы именуют их офисами, и крутят пальцем у виска, если слышат слово "блок". Что ж их право, меньше знаешь – лучше спишь, а знать что любой из этих «офисов», в случае опасности, можно наглухо изолировать от окружающего мира, им вовсе не обязательно.

– Рем Ингор у себя? – Клот едва заметно шевельнул пальцем в сторону массивной двери ведущей в кабинет Куратора. Секретарь судорожно дернулся и быстро закивал. – Отлично. Я зайду.

Полковник окинул насмешливым взглядом дрожащего от страха клерка, и шагнул к двери.

Корвет Бухого Святоши, барражировал в пределах системы Мары, пятые сутки. Павел все больше и больше нервничал, что, естественно, сказывалось на его и без того не идеальном поведении.

– Когда он даст сигнал? – Капитан Саблезубой Белки, резко обернулся, адресуя свой вопрос к стоящему за его спиной Резвому Эстонцу.

– Как только обнаружит Гнездо. По-моему, это ты и без меня прекрасно знаешь. – Николай пожал плечами, и, достав из кармана пачку, принялся методично вытряхивать из нее сигарету. Пачка была только начатой, и сигареты, сидевшие в ней, тесно, как пороховые патроны в обойме, никак не удавалось ухватить коротко остриженными ногтями.

Николай поймал себя на том, что уже просто рвет ни в чем не повинную пачку, и тут же выкинул ее в утилизатор. Пальцы начали нервно постукивать по причудливому эфесу спады.

– Да, Павел, ты прав. Что-то он слишком долго не выходит на связь. – Резвый Эстонец наконец смирился с тем что и сам почему-то чувствует себя не в своей тарелке. – Давай попробуем с ним связаться.

В этот момент, в БИЦ ворвался Шустрый Метр.

– Капитан, есть информация! Мой комп уже ее дешифрует, и материт Джин-Тоника на восемь этажей.

– Что за информация? -Павел задал свой вопрос уже у выхода из БИЦа. – Причем здесь Джин-Тоник?

– Пока непонятно. Я ж говорю, комп материт Джин-Тоника по полной программе. Он умудрился написать письмо каким-то, совершенно доисторическим кодом. Но, я думаю уже минут через 10 мы узнаем, что нам имеет сказать этот амбал.

Из принтера, в рубке Шустрого Метра, пополз пластиковый лист распечатки.

– Так. – Павел читал послание, поминутно, то бледнея, то краснея. – Эта ходячая боксерская груша совсем съехала с катушек. Он что думает?! Его туда, развлекаться посылали?!

– Не кипятись Павел. – Николай едва заметно улыбнулся. Читай вслух.

– Читаю: "Павел, друг мой, сегодняшний закат над Мелларном просто прекрасен. Если здесь повторяется такое каждый вечер, то я не протяну и трех дней, просто умру от восторга, на коленях златоликой мелларинийки, и моя карьера таксиста закончится, так и не начавшись." ЧТО ЭТО ЗА БРЕД?! – Павел треснул рукой по системному блоку, тот обиженно взвыл вентилятором, и вырубился.

– Все очень просто, Святоша. Он просто доложил, что сегодня прибыл в Мелларн, и уже успел свинтить оттуда в Старый Город. (Поскольку из Мелларны увидеть закат невозможно). У него на хвосте уже сидит местная СБ, и у него есть максимум три дня, до того момента когда его возьмут. Так что, думаю Игорю стоит поторопиться.

– Это я и без тебя понял. – Павел выразительно похлопал себя по левому плечу, на котором когда-то красовался эполет одного из старших офицеров Третьего отделения. – Ты мне другое объясни. Он ушел на планету один. Так?

– Так. – Николай едва наклонил голову в знак согласия.

– Тогда откуда взялась, эта самая "златоликая мелларинийка", на коленях которой он собрался умирать?!

– Без понятия. А может, ты ошибаешься. И он приписал это для красного словца.

– Вышибной заряд тебе в … Он же не идиот, и знает что писать, а что нет. – Павел хрюкнул от возмущения. – Нет, это ж надо, этот жирный придурок даже здесь нашел себе пассию. Господи, всеблагий, да чтож ты делаешь-то, а? Нет, я понимаю он большой, ему много нужно. А как же я? Я ж тоже хочу… это самое… меж колен златоликой… – Павел сплюнул.

Эстонец и Шустрый Метр переглянулись… и зашлись в хохоте. Секунд пять Павел смотрел на них как на идиотов, но потом тоже не выдержал и заржал сам.

Их прервал голос Капера Миляги разнесшийся по всем закоулкам корвета.

– Святоша, Эстонец, срочно на мостик. У нас гости. Кажется, Игорь хочет что-то сказать.

Бухой Святоша ворвался на мостик, фырча как старый закипающий чайник.

– Кого еще черти принесли?

– Не горячитесь Маня, вы не на работе. – На панорамном экране УМ[16] возникла ухмыляющаяся, свежевыбритая физиономия Трезвого Казака. – Что опять пошло не так?

– С чего ты взял? – Пабло резво сбавил обороты.

– Ну уж если ты начал поминать чертей, и никого не посылаешь по извращенному сексуальному маршруту… – хмыкнул Игорь. – Колись.

– Джин-Тоник прислал сообщение.

– Ну и как? – Игорь опять ухмыльнулся. – Что пишет наш Онегин?

– В основном всякую херню, но смысл такой: Он на планете, только-только слинял из Мелларны в Старый город, на хвосте у него местное СБ. И он готов подобрать тебя в любой момент. – Эстонец вклинился в разговор двух Каперов, не дав Павлу размазывать манную кашу по белому столу.

– Угу. Что-то еще? – Игорь вопросительно приподнял бровь. – Судя по твоей лыбе, Николаевич, это не все что он сообщил.

– Ну, вообще-то да. Просто мы с Павлом несколько расходимся в толковании этой части сообщения. Взгляни сам. – Николаевич отправил Казаку присланное Джин-Тоником сообщение. Сразу после отправки сигнал-пакета по экрану пошла рябь, и невозмутимый компьютерный голос произнес: "Восемь секунд до выхода из зоны уверенной связи".

– Ладно, скиньте Джин-Тонику сообщение: «Центральный шпиль, блокированный офис». Там разберется. Конец связи, господа. Было приятно с вами увидеться. Всего. – Панорамный экран УМа погас, оставив на полутемном мостике замолчавших Каперов.

Из огромного окна одного из таких зданий открывался великолепный вид на Старый Город. Прибежище изоляционистов. Хмурые готические здания, простоявшие несколько сотен, а некоторые и тысяч лет, своей мрачной красотой и величественностью, нависавшие по обе стороны каньона над сверхсовременным центром планеты, производят фантасмагорическое впечатление, еще сильнее усугубляющееся полным отсутствием флайеров в небе над ними. Огромные пролеты мостов, соединявшие Старый Город, проложенные над каньоном вызывали удивление, граничащее с ужасом. Каменные исполины, казалось стягивают огромную трещину на поверхности планеты, словно неровные стежки суровой нити, края ветхой ткани.

Рем Ингор стоял у панорамного окна в своем кабинете, в одном из иглообразных корпусов Синдиката, и отдыхал. Раз в шесть местных часов он позволял себе десятиминутный тайм-аут, во время которого подходил к окну и принимался рассматривать уже описанный выше пейзаж.

– Неплохой денек, не так ли Клот? – Ингор не обернулся лицом к вошедшему Начальнику ССБ, задавая свой риторический вопрос. Клот еле слышно хмыкнул, и с удовольствием развалился в одном из кресел у огромного рабочего стола куратора.

– Согласен, Ингор, согласен. – Мурлыкающие нотки в голосе полковника, заставили Ингора оторваться от пейзажа за окном, и внимательно уставиться в невозмутимое лицо собеседника. Впрочем, надо отдать должное рему Ингору; хорошенько рассмотрев резко очерченный, почти правильный треугольник лица Клота, с глубоко посаженными темно-серыми глазами, хищным носом и тонкой ниточкой плотно сжатых губ, он только удовлетворенно кивнул, и величаво опустился в огромное кресло, вполне соответствующее его габаритам. Дескать, ты пришел тебе и говорить.

– Прикажи своему халдею подать кофе. Разговор у нас будет не долгий, но неприятный, а любой кнут как ты и сам наверняка знаешь, нужно уравновешивать пряником. – Рем Клот достал аккуратно сложенный лист мобильного терминала, и принялся, не спеша его разворачивать.

– Что ж ты прав. – Рем Ингор легким движением губ обозначил улыбку, и вызвал помощника. – Лон, будь добр, принеси кофе. Из МОЕГО бара.

Помощник мелькнул в дверях кабинета Ингора.

– Придется немного подождать. Но, я думаю это не помеха нашей беседе. Что ты хотел мне сообщить?

– Я хотел не столько сообщить то, что недавно узнал, поскольку это новость для меня, но не для тебя, сколько задать несколько вопросов. – Полковник Клот ехидно улыбнулся, сосредоточенно рассматривая свой маникюр.

– Хм, интересно, что могу знать о Синдикате я, чего не знает Начальник службы собственной безопасности Синдиката? – Ингор расслабился.

– О, друг мой, но речь не идет о Синдикате, речь идет о тебе! Прости, что я, нечаянно, ввел тебя в заблуждение, относительно предмета нашего разговора. – Рем Клот замахал руками, словно пытаясь отогнать назойливую муху.

– Обо мне? – Брови рема Ингора, от удивления поднялись на добрый дюйм. – Но ведь в моем досье, которое ты, кстати, должен хранить как зеницу ока, все сказано. Или оно потерялось?

– Почти. – Рем Клот вдоволь насладился сыгранным спектаклем, и снова стал смертельно серьезен. – Видишь ли Ингор, во время недавней проверки архивов и банков данных Синдиката, в частности данных по персоналу, выяснилась одна интересная вещь…

Рем Клот принюхался.

– Земной кофе?!

– Йеменская робуста. – Ингор невозмутимо кивнул, и сделал приглашающий жест. Помощник вкатил в кабинет маленький старомодный столик, на крышке которого стоял небольшой серебряный кофейный сервиз, и тихо удалился. – Угощайся, Клот.

– Благодарю. – Начальник ССБ отхлебнул из миниатюрной чашки ароматную черную жидкость. – Так вот. В ходе проверки мы выяснили, что досье твое зияет огромными белыми пятнами. Что само по себе удивительно. Я все никак не мог понять, как мой предшественник принял тебя на работу.

– Хм. А у него самого не спрашивал? – поинтересовался Ингор.

– Я бы с удовольствием, да только рем Чернев погиб пару дней назад. Разбился на флайере в Долгом Каньоне.

– Жаль. Сильный был человек. – Ингор покачал головой.

– Сильный. – Кивнул Клот. – Но не в этом дело. Он же был твоим земляком, а Ингор? И насколько я успел узнать, ваши семьи в Империи грызли друг другу глотки, без малого, две сотни лет. Так? Рем Ингор… или может все-таки отставной полковник Игорь Завадов?

– Можно и так. – Игорь невозмутимо кивнул, и у Клота отвисла челюсть, правда он моментально пришел в себя.

– Зря ты так спокоен, у меня неплохие осведомители, так что рассказывай, что ты здесь ищешь, Капер Трезвый Казак. – Клот аккуратно поставил чашку на столик. – С какой стати, один из самых одиозных пиратов по эту сторону Келлингова меридиана, нанимается на работу в Синдикат?

Ингор грустно улыбнулся.

– Твоя осведомленность меня удивляет. Да, я надавил на Чернева кое-какой информацией, и он не стал препятствовать моему трудоустройству. Ну и что? Если меня не принимают в Империи, и не ценят мои таланты, я что, всю жизнь должен носиться по космосу, с радостными криками круша Кромешника, пока меня не подколет какой-нибудь морф, или сварит мозги его хозяин? Я всего лишь хотел спокойно заниматься любимым делом.

– Ерунда, Ингор. – Клот вынул из-за отворота форменного пиджака, миниатюрный плазмобой. – Ты шпионишь за нами. Значит ты труп.

– Ну уж нет, Клот. – Ингор посмотрел на покрытый темной окалиной раструб плазмобоя. – Ты меня извини, но эту чушь я слушать не намерен.

– Мало ли, что ты… – в кабинете резко поднялась температура, и оба начальника заметили, что воздух завибрировал. – Какого черта?!

В небольшой нише в углу кабинета, появился брат-близнец Ингора. И этот факт привел Клота в ступор.

– Не советую стрелять, Клот. Здесь работает собранный мною контур силового поля. Он не очень мощный, но его вполне хватит на то чтобы распылить все, в радиусе пяти метров от тебя. И его уже хватило, что бы заставить твою систему безопасности наглухо изолировать этот блок. А теперь, отдай ствол. – Игорь в углу комнаты повел рукой, и двойник замерцал.

– Голограмма. – сдавленно прохрипел Клот, и швырнул плазмобой Игорю.

– Ага. Мне пришлось выдрать матрицу из своего нового голопроектора. «Реальность никогда не бывала ярче». По-моему у этих ниппонцев, действительно самая лучшая электроника, по крайней мере – бытовая. – Игорь набрал незатейливую комбинацию на ручном компе. – Ладно. Прощай Клот. Мне пора.

Стоило Игорю выйти из своего угла, как Начальник ССБ рванулся вперед. Но почти тут же затормозил. В руке Игоря хищно блеснул клинок огромного эстока.

– На него контур не действует, Клот. И поверь, я знаю, как обращаться с этим инструментом. – Игорь легко отбил полетевший в него метательный нож, в два прыжка одолел расстояние отделявшее его от рема Клота, и не суетясь «пригладил» эфесом начальника ССБ по виску испещренному точками имплантантов. Его расчет оказался верен. Клот слишком хотел жить, и не стал стрелять.

Клинок отправился в ножны, удобно устроившиеся на спине Капера, а сам Игорь прогулочным шагом направился к тому, что несколько минут назад было огромным панорамным окном. Блок был изолирован, и окно закрыли огромные металлические шторы. Силовая защита окна была дезактивирована. Именно ее энергией питался кое-как собранный контур, работавший в кабинете.

Спустя пятнадцать секунд, жалюзи взорвались, и панорамное стекло усеялось трещинами. Игорь закрепил страховку у одной из колонн подпиравших высокий потолок его кабинета, подошел к окну, взмахнул небольшим ножом тускло блеснувшим в воздухе искрой разряда, и вскрыл бронированное стекло словно консервную банку. В помещение ворвался неистовый ветер, тут же расшвырявший все что можно и нельзя в комнате.

– Шеф, такси заказывал? – У самого края завис мощный криобайк с откинутым фонарем кабины.

– Ага. До центра подбросишь? – Ухмыльнулся Игорь, прыгая на место пассажира, и молниеносно отцепляя страховку.

– Не вопрос. Только от конкурентов избавимся. – Тол махнул рукой, указывая куда-то за спину Игоря.

Со стороны Северного порта, резко увеличиваясь в размерах приближались, три суборбитальных атакатора.

Тол заложил крутой вираж, уходя вертикально вниз вдоль стены пострадавшего здания.

– Ну-ну. – Игорь только хмыкнул, наблюдая, как на огромной скорости закрываются капсулы пилота и пассажира криобайка. – Где информация по системе?

– В шлеме, Казак. – Джин-Тоник чертыхнулся, уводя криобайк с линии атаки одного из шустрых преследователей.

– Угу. Слушай, у этих суборбиталов снята теплозащита. – Игорь аж присвистнул от удовольствия, просканировав преследователей с помощью многофункционального шлема, забрало которого он только что захлопнул, скрыв лицо за непроницаемо-темным пластиком.

– Естественно. Они же используются только как патрули. Им не фига делать вне атмосферы.

– Ты знаешь, что у этой системы криобайка есть возможность активного сброса температуры?

– Еще бы. Играй свою партию Игорь. Я тебя понял. – Антон выровнял ревущий агрегат, и Игорь отключил криосистему, переведя охлаждение в аварийный режим[17]*.

– Температура 850 градусов. 900… 1200… Тол подпусти его ближе. Я открою клапан. – Криобайк послушно притормозил на радость суборбиталу. Недолгую радость. Клапан сброса газа открылся, и в небе зажегся факел. Струя горящего газа вырвалась из старых дюз криобайка, и словно свечу, запалила лишенный теплозащиты суборбитал.

– Ну вот, теперь будем играть честно. – ухмыльнулся Тол.

– Как это честно? – Игорь хохотнул.

– Ну, их двое и нас двое. – Тол что-то прикинул. – М-да, ты прав, нас двое и мы на одном криобайке. Это нечестно… Ну что-ж, значит им не повезло. Жаль ребяток.

Криобайк сорвался в пике, и резко развернувшись, пошел на сближение с оставшимися в воздухе машинами Службы Безопасности.

Тихо щелкнули сервоприводы, отпуская в полет снабженную неуправляемым двигателем магнитную ловушку, и криобайк заваливаясь, резко ушел вниз на пару сотен метров. Наверху что-то лязгнуло, грохнуло, и второй факел вспыхнул в темнеющем небе Мелларна.

Криобайк молнией пронесся над блистающими красными сполохами крышами города, и исчез в Долгом Каньоне.

ГЛАВА 7. Там где нас нет.

– Первое время после выброски, я чувствовал себя не ахти как. – Игорь глубоко затянулся дешевой таирской сигаретой. – Представь себе задачку – найти Гнездо, когда ты даже не уверен в том, что оно именно здесь.

– Почему не уверен? – Тол, или вернее, Антон Джин-Тоник, отвлекся от процесса набивания трубки, и непонимающе взглянул на Трезвого Казака, – Ведь результаты исследований подтверждали с точностью в 97 процентов, что Гнездо находится здесь.

– Ага, но три процента, это тоже вероятность, и не такая уж маленькая. Опять же, в отличие от всех известных нам Гнезд, на этой планете не наблюдается никаких социальных феноменов. А я же побывал в доброй дюжине этих гадючников, и поверь, первое что бросалось там в глаза, это совершенно искореженная социальная структура общества… Если тот шалый сброд что я там наблюдал, вообще можно назвать обществом.

– Понял. Не отвлекайся, излагай поэму о своих подвигах дальше. У меня есть пара возражений, но о них позже. – Антон, наконец, набил трубку, и аромат земного табака, моментально забил вонь сигареты Игоря.

– Угу. Так вот. Два дня я принюхивался к этому городку, стараясь не выделяться из толпы туристов, которые здесь табунами носятся. Кстати, вот еще момент. Часть этих табунов оседает здесь же в Мелларне, и почти никогда в Старом Городе. Это первое что меня «успокоило».

– Успокоило. Какое здесь к уту спокойствие?! – Джин-Тоник, поудобнее устроился на спальном мешке, небрежно брошенном на холодный пол пещеры, расположенной в самом глухом ущелье Долгого Каньона. – Трави дальше.

– Хум. Никакого уважения к старшим. – ухмыльнулся Трезвый Казак. – Черт с тобой, слушай.

К утру Джин-Тоник был в курсе всего произошедшего с Игорем, с момента его высадки, и до последнего боя с СБ.

– Значит, ты считаешь, что мы можем начинать операцию? – поинтересовался Антон. Игорь утвердительно кивнул. – Тогда, пойдем. Я тебя познакомлю с местным «социальным феноменом».

– С кем? – фыркнул Игорь.

– С людьми которые могут облегчить нам поиск шахтеров. – Антон задумчиво покивал головой. – Знаешь, это очень странная история, и я сам не до конца уверен, что эти люди смогут нам помочь. Но познакомиться с ними необходимо.

– Ну чтож, идем пообщаемся с твоими приятелями. – Игорь поднялся с каменного пола, и уселся на заднем сиденье криобайка. Антон кивнул, запрыгнул на место пилота, и черный монстр, тихо заурчав, двинулся по темным галереям и переходам пещер Долгого Каньона. Постепенно они поднимались все выше и выше, пока не вынырнули из какого-то подвала в Старом Городе.

– Ты здесь бывал? – Антон хитро прищурился.

– Один раз, с помощью Курта Триполя. Я тебе о нем писал. – Игорь невозмутимо кивнул. – Кстати, надо бы позаботиться о том, чтобы нас не опередили британцы.

– Обязательно. – Джин-Тоник подставил лицо легкому порыву ветра, и тут же заглушил двигатель криобайка. – Дальше пешком.

– Пешком так пешком. – Покладисто кивнул Игорь. – Слушай, а как так получилось, что ты ориентируешься здесь лучше чем я?

– Ну, я же не удивляюсь, что ты в Синдикате стал большой шишкой? – Пожал плечами Антон. – Просто, пришлось быстро входить в курс дела. А дела здесь такие, что голова кругом.

– Ну-ка, ну-ка. – Заинтересовался Игорь.

– Понимаешь, я тут родственников нашел. – Антон ухмыльнулся от найденного оборота.

– Каких таких родственников. Чьих?!

– Наших. – Откровенно заржал Антон, любуясь произведенным эффектом. Но тут же успокоился. – Не хипеши. Ты же не хочешь годами носиться по всем рудникам, разыскивая рабов. А эти ребята чувствую разумные организмы за километр.

– Что за ребята, кто они, откуда?! – Игорь нахмурился.

– Суть такова: Двадцать пять тысяч лет назад на Земле существовала небольшая, но очень сильная цивилизация. С наступлением ледникового периода, который похоже, они сами и спровоцировали, эти шустрики снарядили огромный караван, и отправились на поиски земли обетованной. Вот такие Моисеи, понимаешь ли. – Антон на секунду прервал свое повествование, поздоровался с каким-то прохожим, и продолжил, – так вот, чапали они чапали, и дочапали до Мары. И поселились у Долгого Каньона.

– Ни хрена себе. – Игорь недоверчиво покачал головой. – А это правда?

– Я видел их литературу, атласы и прочие… памятники культуры и истории. Такое не сделаешь за один день, что бы задурить голову какому-нибудь прохожему. Да и есть нечто другое, чему объяснение так просто не подберешь. В общем слушай, сейчас от этой цивилизации осталось всего несколько тысяч человек, остальное местное отребье, шваль из разряда крыс, которым без разницы где жить. Этих притащил за собой Синдикат. Помнишь ты сказал, что остающиеся в Мелларне, никогда не переселяются в Старый Город?

– Конечно. Только я сказал «почти никогда». – Настороженно кивнул Игорь. Эта его настороженность была понятна Антону, сам так же оглядывался когда первый раз шел этой дорогой, по затененному переулку меж двух обшарпанных домов с выбитыми окнами и заколоченными дверьми. То еще местечко. – И я их не могу осуждать.

– Не отвлекайся. – Одернул Трезвого Казака, Джи-Тоник. – Так вот, они бы и рады переселиться, но эти первопроходцы… Они просто перестали пускать чужих. И если ты еще можешь зацепиться на Левобережье, то здесь на правом берегу, это попросту нереально. А все потому, что на том берегу живут «крысы», а на этом «первопроходцы».

– У них что такая мощная боевая организация? – Удивился Игорь.

– Неа. Я видел как один из «крыс», попытавшийся изнасиловать девчонку с этого берега, полз по мосту через Каньон. Его трясло как на электрическом стуле, из ушей и глаз текла кровь. Он был бледный как смерть, а в глазах… – Антон на мгновение замолчал. – Он сошел с ума, Игорь. И полз на свой берег. А за ним следом шли двое из первопроходцев. И я могу ручаться, что этой крысы никто и пальцем не коснулся. Понимаешь?

– Ментальная атака? – Игорь задумчиво покивал. – Мы предполагали, что подобное возможно. Но в таких масштабах!!!

– Ты даже представить себе не можешь, каковы масштабы. – Антон указал Игорю на отдельно стоящее невообразимых размеров здание, и первым свернул на пыльную дорожку, ведущую к тяжелым двустворчатым дверям. – Когда приятели насильника попытались наехать на тех двоих… экзекуторов, первопроходцы пустили… они называют это «волной ужаса». Меня накрыло самым краешком, и мне абсолютно не понравилось.

– Что это было? – Игорь заинтересованно покосился на своего спутника.

– Страх. Всепоглощающий страх. Как в штаны не наделал, до сих пор понять не могу. И это не преувеличение. Крысы, на которых была направлена эта «волна» обделались моментально. – Антон постучал в дверь, и им открыла его недавняя знакомая, Тоэн.

– Ниада, ты хотел нас видеть? – Антон махнул рукой своему новому знакомому, как и в прошлый раз расположившемуся в кресле у жарко натопленного камина.

– Два баэра в моем доме, это что-то потрясающее. – Ниада ухмыльнулся, и указал на небольшой диван напротив его кресла. – Прошу, господа.

– Знакомься, Игорь. Это один из самых уважаемых в этом городе людей. Можно сказать идейный вдохновитель местного общества. Его зовут Ниада. Ниада, хочу представить тебе моего боевого товарища. Его зовут Игорь. – Антон ухмыльнулся. – А кто такие баэры, и где Виэн?

– Виэн придет, когда соберутся все наши, а Баэрами наши предки назвали своих воинов сражавшихся с Кромешниками, чтобы дать время уйти караванам на Мелларн.

– То есть как?! – Игорь встрепенулся. Он уже слышал от Антона, что жители Старого Города это прямые потомки той цивилизации, что покинула Землю с приходом ледникового периода. Но что эта цивилизация сражалась с Кромешниками, и уходила с боями, такого он представить себе не мог. Как и Антон, собственно говоря.

– Интересно, да? Об этом знают не все наши, но каждый кто знает… боится. Понимаете, наша цивилизация не совсем обычна… Мы, как бы сказать, чувствуем несколько… иначе, что ли. С тех пор, как здесь на планете появились Кромешники, мы их чувствуем, и это очень неприятно, причем даже для тех, кто ничего не знает о баэрах и битве в Солнечной системе. Такое впечатление, что дрожит земля под ногами, словно она тоже с трудом выносит присутствие этих… существ. – Ниада на мгновение замолчал. Его лицо исказила гримаса отвращения. – Этот дискомфорт… Поймите правильно. Мы и вы слишком разные и слишком похожие. Наша цивилизация, это единый живой организм. Когда наши предки оставили за собой баэров, они словно оторвали от себя часть тела. Собственно, «баэр» в переводе означает «оторванный». У нас сохранились записи о том, что эхо смерти последнего отряда баэров, чуть не свела с ума экипаж замыкающего караван корабля. В прямом смысле.

– Но мы же не часть вашего … организма! – Игорь нервно ухмыльнулся.

– Он виделся с нашей рим-кан, Тоэн. – Ниада посмотрел на Антона. – Она объединяющее начало нашего города. То, что мы почувствовали через Тоэн, когда она разговаривала с тобой, было похоже на рождение еще одного из нас. А ты почувствовал хоть что-нибудь?

– Угу. Жесткое ментальное давление, которому я почти не мог сопротивляться. – Антон заторможено огляделся.

– Мы никогда ранее, не пытались выйти на психоконтакт с нынешними… жильцами Мелларны. И наверное, это была грандиозная ошибка. – Ниада взглянул на непонятно когда появившуюся в комнате, Тоэн. – Пора идти, господа.

– А… вы хотя бы сражаться умеете? – Задал вопрос Игорь.

– Иногда… умеем. – Ниада остановился у низкой двери ведущей куда-то в глубину необъятного дома. – Проходите.

В огромном старинном здании, в центральном зале, потолок которого терялся в сумерках на неимоверной высоте, собралось несколько тысяч человек. Они стояли и слушали двух пришельцев. Людей, посвятивших себя войне за ВЫЖИВАНИЕ человечества. Игорь и Антон говорили больше пяти часов. Они рассказывали об уничтожении Кромешниками планет населенных людьми, об организованном ими взрыве одной из звезд, о постоянной бойне, что велась в космосе уже добрых два десятка лет.

Последние их слова еще висели в воздухе, когда из толпы вышел Ниада.

– Вы слышали, люди. Пора выбирать. Идем ли мы вместе с остальным человечеством, или остаемся в стороне. Каждый волен в своем решении. Я иду с ними. – Ниада встал рядом с Антоном и Игорем. Через секунду на руке Антона повисла Виэн.

– Я с тобой рыцарь, кончающий с жизнью самым печальным образом. – Ухмыльнулась новая подружка Антона.

И люди пошли. Из трех тысяч людей пришедших в этот зал, почти триста человек встали за спиной Игоря и Антона. Оставшиеся наблюдали как уходят баэры. Не было непонимания, не было обид. И остававшимся и уходившим, было одинаково тяжело. Уходившие возможно обрекали себя на смерть, остававшиеся возможно обрекали себя на огромную боль от «эха смерти».

На эти «три сотни спартанцев» была возложена миссия поиска всех уцелевших в рудниках рабов.

ГЛАВА 8. За нашей спиною остались…

В этот солнечный день, первые слова, которые услышал Авел, совсем его не обрадовали.

– Отметки сто на экране, капитан! – Старина Лос, вечный спутник Авела во всех авантюрах, выматерился в интерком. – Пока что, это отметки с датчиков выставленных у границ системы, Ингором. Но, даже при этом, у нас не больше сорока минут до взлета.

В небо Мелларны взмыла вся эскадра Синдиката. Авел рвал и метал. Его корабли не успели уйти из-за затянувшегося ремонта, и теперь вынуждены были участвовать в общей свалке за планету.

– Мы должны встретить их за пределами системы! По местам! Всей эскадре – готовность один.

– Есть, адмирал. – Голос Лоса слегка дрогнул, но других вариантов ни у него, ни у Авела не было. Они упустили момент, когда можно было тихо слинять.

Эскадра Игоря, которой руководил на данный момент Павел, повисла за пределами системы, максимально ослабив поля отражений. Они должны были выманить основные силы эскадры Синдиката, что бы обеспечить спокойный подход эскадр Гламурного Лиса и Руги Топора к самой планете.

Через два часа две разновеликих эскадры начали сближение.

– Бухой Святоша, исполняющий обязанности адмирала эскадры Капера Игоря по прозвищу Трезвый Казак, приветствует вас, засранцы! – Веселый голос Павла разнесся из динамиков по всем кораблям эскадры Авела. – Не желаете ли сдаться?

– Что вам здесь нужно?! – Авел сжал кулаки.

– Избавить мир от мразей, предавших своих, адмирал Авел. – В ироничном голосе Павла зазвенела сталь. – Если в вашей эскадре еще остались честные люди, не продавшиеся Кромешникам, я советую им линять на спасботах. Поскольку оставшихся мы разнесем на молекулы.

– Вы что-то путаете, уважаемый. Среди нас нет предателей. – Авел дернулся, еще не понимая, каким образом информация об их маленьком бизнесе попала к Каперам.

– Не увиливай, Авел. – Павел усмехнулся. – Наш адмирал никогда не ошибается в подобных вещах. Уж ты-то должен был это понять.

– ИНГОР! – прохрипел Авел. – Я же знал, что этого чертова сукина сына нужно было убрать сразу! Всем кораблям! Мы атакуем.

– Извини Авел. Мой корабль в этом не участвует. – Это подал голос тот самый парень, что прозвал Ингора и его абордажников «Красными кхмерами». После выволочки за эту шалость, он получил командование одним из кораблей. – Я не намерен сражаться с Каперами, тем более, если они правы. Я отвожу свой корабль за пределы боевого пространства.

Следом за этим капитаном, поле боя покинули еще два корабля. Остальные девять пошли в атаку. Четыре корабля Каперов выстроились «обратным крестом», и рванулись навстречу. Не успели БИЦы эскадры Авела просчитать возможные фокусы атаки, как ордер Каперов распался, и корабли, с юстировкой настроенной инженерами Николая, буквально ворвались в строй эскадры Авела. Еще никогда до этого, маршевые двигатели не использовались для сближения с противником на таких коротких дистанциях. Первый такой опыт Николай провел с двигателем Шустрого Метра при заброске Игоря на Мелларн.

Результатом этого маневра, стало облако раскаленного газа, образовавшееся на месте семи кораблей из эскадры Авела. Первой погибла «Старая Прыгалка». Оставшиеся два корабля, попытались уйти на маневровых двигателях, но были уничтожены несколькими выстрелами главного калибра с «Солнечного Кота», управлявшегося Озерным Попрыгунчиком, первым помощником Антона.

Путь к системе был свободен.

– Назовите себя, или мы вынуждены будем открыть огонь на поражение. – Вот уже два часа оператор взывал к молчаливым кораблям, зависшим почти у самой короны звезды Мелларны. Двинувшиеся на сближение крейсеры системной обороны планеты, опять спугнули незваных гостей, и те ушли через корону звезды. И через какое-то время появились совсем с другой стороны.

Системные крейсеры слишком далеко ушли от планеты, пытаясь выйти на дистанцию эффективного огня, и в тот же момент, засветились контуры выводимых на полную мощность двигателей незваных гостей, предупреждая о предстоящем прыжке в пространстве. Системные крейсеры застыли.

– Куда они уходят? БИЦ, просчитать траекторию движения нарушителей. – Адмирал системного флота Мелларны сосредоточенно рассматривал конфигурацию контурного свечения кораблей-нарушителей, находившихся уже в пределах досягаемости орудий его крейсеров. Только вот прямое попадание, вызвало бы возмущения такой силы, что флот могло бы хорошенько приложить. Основной выброс энергии, по идее должен швырнуть корабли, по мощной дуге. Экран под рукой адмирала засветился, и поползла информация, когда… – Дать коррекцию с учетом изменения полей короной звезды! Немедленно! – Адмирал влетел в БИЦ, как раз в тот момент когда абрисы кораблей-нарушителей, черными пятнами висевшими на фоне светила, задрожали.

Корабли Гламурного Лиса, сопровождаемые эскадрой Павла, врезались в атмосферу планеты на сверхсветовой скорости, и замерли менее чем в километре над Мелларной.

Подошедшие слишком близко к нарушителям системные крейсеры, разметало вокруг, во время перехода Каперов на сверхсветовую скорость. Но стоило системникам вновь собраться в одной точке, рядом с ними словно из ниоткуда возникла третья эскадра. Характерные обводы кораблей, говорили о том, что внутри этих коробок засели самые лихие бойцы в известной людям части Вселенной. Ушкуйники. Системные крейсеры тут же оттянулись к границе системы, и оставили всякие попытки сопротивляться. Ушкуи, не теряя времени, выдвинулись к добывающим и перерабатывающим цехам.

Абордажные боты Каперов гремели над единственным городом планеты, на ходу расстреливая из спарок, системы планетарной защиты. Мощные орудия кораблей прошлись вокруг города, очертив вокруг него ров, глубиной в несколько сотен метров. Любое транспортное средство, поднявшееся над землей, тут же расстреливалось на месте. Город заволокло дымом. Громады шестнадцати кораблей суммарной массой не менее ста миллионов тонн, заслонили солнце. Штурмовые группы ворвались в администрацию города.

Требования непритязательны: Вернуть группу Каперов привезенную на планету Кромешниками.

План, простой как валенок, сработал. Модернизированные Николаем контуры прыжковых двигателей, позволили пробить защитную сеть планеты, и безболезненно миновать обе орбитальные крепости Мелларны.

Абордажные боты Джин-Тоника, гордость своего капитана, носились как сумасшедшие, уничтожая военные объекты в радиусе нескольких сотен миль от захваченного города.

Крейсер Игоря подобрал своего капитана вместе с тремястами «первопроходцами», и понес их к копям, чье внешнее кольцо защиты было уничтожено орбитальными ударами ушкуйников. Первопроходцы лезли в мясорубку устроенную берсерками Руги Топора во внутренних переходах рудника. Но они шли туда, вооруженные только своим мозгом, и желанием помочь людям выкинуть с планеты Кромешников.

Павел, Антон и Николай находились в составе собственных штурмовых команд, снующих по городским окраинам, в поисках входов в подземные помещения, в которых по данным Шустрого Метра происходила какая-то непонятная суета.

Они нашли вход. Штурмовики вломились в первый зал, где их встретил слаженным залпом десяток плазмобоев. Каперы взмыли в воздух, работая коррекционными двигателями скафандров, и на ходу расстреливая укрепленные гнезда охраны.

– Морфы! – Павел, чуть не сплюнул, но вовремя остановился, сообразив, что только испачкает щиток скафандра, – Эта планета – рассадник моральных уродов!

– Охолонись, Павло. – Голос Игоря вернувшегося на свой крейсер, в сопровождении своих «трехсот спартанцев» был спокоен. – Именно этого мы и ждали, верно?

– Твои приказания?. – Павел выматерился.

– Оставайтесь на месте, Руга Топор идет к вам. С основными копями они уже разобрались… – Игорь вздохнул.

Потом было полчаса шипения плазмы, визга лучевиков и рева генетически измененных солдат, в которых Кромешники превращали некоторых из захваченных ими людей, для защиты собственной шкуры. Берсерки ушкуев рвались вперед, заливая все вокруг плазмой. Каперы, укрепившиеся в только что отбитых у охраны огневых точках, огрызались на наседавших морфов, повылезавших из разных входов в зал, не жалея зарядов батарей.

Волна штурмовиков захлестнула все уровни огромного подземного комплекса.

– Рябятки, идите сюда, дядя вам покажет что-то интересное. – Уставший, но приправленный убойной дозой иронии, голос Антона разнесся по общей связи. – Павел. Они кончились. Узнай у Казака, что он такого наговорил ушкуйникам, что они не оставили мне даже одного Кромешника на закуску?

В центре огромного зала в окружении доброго десятка берсерков ушкуйников, лежали два издыхающих Кромешника. Их нелегко отличить от людей, разве что более бледный кожный покров, да вертикальные кошачьи зрачки… Но последнее при нынешних технологиях, такая ерунда!

Один из Кромешников приподнял голову. Даже перед смертью его лицо было искажено брезгливой гримасой.

– Заче-е-ем, низшие…

– За надом. Где люди, захваченные вами у Старого Таира? – Павел вынул из ножен чиавону.

– На добыче в Каньоне. Все. – Кромешник дернулся и закатил глаза.

– Сдох. Идемте к нашим. – Николай развернулся и шагнул в темный провал тоннеля, на ходу разрубив морду случайно уцелевшего в этой мясорубке тролля.

– Игорь, как наши чувствительные друзья, всех нашли?

– Вроде да. Мы потеряли восемнадцать первопроходцев, несмотря на то, что в охрану им придали сотню ушкуйников. Эти чертовы морфы просто с ума сошли, когда их увидели! Они просто завалили ребят своими телами, но добрались до наших новых союзников. – Игорь вздохнул. – Знаешь, не дай бог кому-нибудь увидеть ментальный бой первопроходца и Чужого. Ниада и Виэн напоролись на него в одной из штолен. Похоже, он не ожидал, что кто-то сможет перещеголять его в ментальном давлении. Ниада и Виэн, одним ментальным ударом разнесли его мозг на атомы. Нас от этого до сих пор потряхивает.

ГЛАВА 9. Гулять так гулять…

– Что же вы здесь натворили? Барон, я к Вам обращаюсь! – Голос за спиной Игоря из ироничного вдруг превратился в щелканье хлыста. Игорь обернулся и увидел стоящего на пороге кабака, Курта. – Ба, виконт Суррей! Прошу к нашему шалашу.

– Я еще раз задам свой вопрос. Какого дьявола вы натворили на этой маленькой уютной планете?! – Курт явно был на взводе.

– Глотни спиритуса, мон шер. Тогда поговорим. – Игорь радостно ухмыльнулся и протянул Курту пластоколбу с мутноватой жидкостью. Курт недоверчиво покосился на колбу и внимательно огляделся вокруг. То же самое пили еще человек сорок. В центре зала был установлен огромный металлический куб с наспех приваренным краником. На куб облокотился здоровяк, несколько ниже ростом, но значительно больше весом, чем Игорь. На здоровяке были черные штаны из синтокожи, заправленные в тяжелые компенсаторные ботинки и расстегнутая до пупа цветастая рубаха. Любой из присутствующих, у кого заканчивалось его странное питье, подходил или подползал, в зависимости от степени опьянения, к этому толстяку, и тот торжественно открывал краник куба. При этом его лицо освещалось прямо-таки неземной улыбкой.

Курт тяжело вздохнул, и…

– Эй, костлявый! Выдохни! – Рев здоровяка перекрыл гвалт всего кабака. – Ты что рехнулся?! – Тут он перешел на какую-то странно исковерканную русскую речь – Хто ж горiлку як водицу хлеще? Пан Iгорь, та кажи ти цьому басурману, вин же глотку спалить! Це ж ни джiн з тонiком.

Весь кабак грянул хохотом.

– А и правда Курт. Неужели ты собрался пить Тошкин самогон, словно джин-тоник? – Игорь хохотнул. – Семьдесят два градуса – не фунт изюму.

– Ск-к-колько?! – Выдохнул Курт, и лихо забросил в глотку содержимое колбы, которое огненной кометой пронеслось по пищеводу, и взорвалось маленьким ядерным взрывом в желудке.

– Так отож. – Антон удовлетворенно кивнул, и вернулся к столь радостному для него занятию – разливанию самогона желающим. – Куда грабки потянул, вражина! Ща сам тебе налью. Ша. Не лезь поперед батьки на матку!

– Ну, этот театр надолго. Присаживайся за наш столик. – Игорь указал Курту на ближний стол, за которым расположились Павел, Николай и Ивон по прозвищу Гламурный Лис. Игорь представил присутствующих, и тут же поинтересовался. – Тебя как именовать? По последнему паспорту?

– Теперь один хрен. – Вздохнул Курт. – Учитывая, что владельцы Синдиката действовали заодно с Кромешниками, что по нашим законам расценивается как предательство, все принадлежащие им земли должны быть объявлены выморочными. А поскольку я единственный официальный представитель Содружества, это моя обязанность. Сегодня получил приказ по лучу. Подпишу необходимые бумаги и домой.

– Как ни жаль мне вас разочаровывать, но ничего не получится. – Николай покачал головой. – Видите ли, во время бойни, владельцы передали свои акции в Синдикате, и соответственно все права на принадлежащую Синдикату собственность, другим лицам, не имеющим британского подданства.

– Но Синдикат зарегистрирован как юридическое лицо, в Британском Содружестве, а значит должен подчиняться его законам. – Нахмурился Курт.

– Во-первых: Как вы только что верно заметили, Синдикат – юридическое лицо. А его нельзя привлечь к уголовной ответственности, согласно законодательству любого государства. Во-вторых: Акции были проданы небританскому юридическому лицу, которым также владеют небританцы. Все оформлено в соответствии с международными нормами. Так что Британскому Содружеству придется признать планету свободным поселением и отказаться от всех территориальных притязаний на нее.

– Бред какой-то. – Курт неуверенно помотал головой. – Британское Содружество никогда не пойдет на нарушение территориальной целостности.

– А в этом нет необходимости. Номинально – «Британское Содружество это союз независимых государств, объединяющих свои усилия во имя всеобщего социального, гуманитарного и экономического развития человечества» – Процитировал Николай. – И мне кажется, некоторые чиновники не хило подкормились у Синдиката на том, что включили планету в Содружество, а не признали ее частью Великобритании.

– Может в ваших словах Николай и есть доля правды, не буду спорить. Но у меня приказ, и я должен его выполнить. – Курт встал, и коротко по-военному поклонившись, направился к выходу. Уже на пороге он оглянулся. – Я никогда не думал, что Каперы могут повести себя столь нагло, и захватят одну из человеческих планет для своей наживы. Прощайте.

– Не-ет, Джин-Тоник, друг мой, ты мне объясни, какого хрена, этого придурка носило где-ик, пардон, попало?! – Напившийся до положения риз, Капер Усатый-Полосатый, попытался погрозить Павлу пальцем, и чуть не рухнул лицом в салат. – Нас, понимаешь, Кромешники, на веревочке, по этим гребаным танатовым рудникам таскают, а он вишь ли, на мою долю гуляет. Э-это ккак, номано?

Гульба шла все на той же многострадальной планете. Долгая и упорная. Поскольку, все захваченные у Старого Таира Каперы, оказались живы, и более или менее здоровы.

А вот Павлу не повезло. Как только, штурмовики вломились в нижние пещеры, и раскидав хилую охрану, освободили несколько тысяч человек, вкалывавших в этих пещерах на добыче сырья для будущих танатовых блоков, Павлу пришлось смываться от нескольких заключенных, кинувшихся к нему, узнать где их доля из казны корабля-монастыря.

Зрелище было то еще. Павел в экзоскелетном скафандре, с плазмобоем в руках и шпагой у бедра, удирающий от нескольких заросших битюгов в тюремной робе, вооруженных только вибромолотами. Картинка маслом.

Свита императора, по его возвращении в Новый Санкт-Петербург с эскортом из четырех кораблей Каперов, почти в полном составе облазила всю боевую четверку, то и дело небрежно похмыкивая, и напоказ зажимая носы.

Антон, во время одной из таких экскурсий проходивших на "Солнечном Коте", тренировался, вместе с парой своих абордажников, в фехтовальном зале. Собственно, в тот момент, когда в зал вломились отпрыски знатных фамилий, он как раз насухо вытирался огромным полотенцем, а у его ноги лежала чиавона. Абордажники вели спарринг на "бастардах", и обращали мало внимания на окружающих.

– Да, я слышал что у Каперов, даже повара машут железом. Но кто пустил этого медведя к такому великолепному оружию?! – один из экскурсантов, флотский капитан, презрительно скривил губы. Надо сказать, что Антон достаточно спокойно относился к намекам на свой вес. – Интересно, что у него за кличка?

– Джин-Тоник. – Антон, только что находившийся в другом конце зала, очутился в метре от говорившего. Серые глаза внимательно уставились на капитана. – Есть возражения, господин капитан?

Капитан отодвинулся.

– Не с тобой говорю, быдло! – Воцарившаяся в зале тишина подсказала офицеру, что что-то не так. Абордажники прекратили спарринг.

– Обычно, такие вопросы мы решаем на месте, или на капитанском мостике. Вы ведь туда идете? – Антон обратился к даме, сопровождаемой наглым офицером. Только абордажники видели, чего стоил их капитану этот спокойный тон. Дама слегка наклонила голову. – Хорошо, там и встретимся.

Через десять минут, на мостике собрался весь офицерский состав "Солнечного Кота". Кресло капитана было не занято, но около него стоял первый помощник. Сам Джин-Тоник, одетый перед вызовом на дуэль, по старой военной традиции, в гражданский костюм, находился у голокуба, и казалось, ни на что не обращал внимания.

Наконец, на мостик вошли слегка обалдевшие, но донельзя возмущенные свитские.

– Я требую капитана! – Офицер еще не понимал, на что нарвался. Первый помощник, повел рукой в сторону Джин-Тоника.

– К сожалению, в соответствии с дуэльным кодексом, капитан не может с вами разговаривать, да и не желает, если честно. Я, Сергей Зотов – первый помощник капитана, представляю его интересы, и как секундант, а потому хотел бы узнать Ваше имя и на каком оружии, вы предпочтете урегулировать ваш спор. – Капер Сергей по прозвищу Озерный Попрыгунчик, отвесил легкий поклон взбешенному капитану русского флота.

– Я не намерен драться с каким-то толстяком, не имеющим даже порядочного имени! – Он наконец сообразил, что все что происходит вокруг отнюдь не шутка.

– Ваше имя, господин капитан. – Озерный Попрыгунчик умел быть серьезным, когда этого хотел. – Я бы просил Вас не нарушать дуэльный кодекс.

Дама стоявшая рядом с офицером, внезапно топнула ногой.

– Кирилл, не будьте идиотом!

– Марта, не вмешивайтесь. Право на дуэль имеют только дворяне и офицеры. Я не могу и не хочу драться с простолюдином. В конце концов, графы Черневы никогда не унижались перед каким-то сбродом!

– Что ж, господин Чернев, позвольте представить Вам вашего противника. – Озерный Попрыгунчик усмехнулся – отставной майор Русского Флота, Капер Джин-Тоник, капитан драккара «Солнечный Кот». Выбирайте оружие.

Замерший от удивления Чернев, не сразу пришел в себя. Наконец он громко откашлялся, и произнес невнятным голосом: "Боевые шпаги. Послезавтра в девять вечера по столичному времени, у четвертого пакгауза.".

Мало кто расслышал, как Антон пробормотал: «Штампуют вас что ли?».

ГЛАВА 10. Все зависит от точки зрения.

После долгих трепыханий, планета Мелларна была выведена из Британского Содружества, в пользу консорциума «Атлантика», а Русская Империя, мягко посетовавшая на заседании Совета, на наглость Кромешников, пролезших "даже на территорию нашего уважаемого соседа", получила от этого консорциума принадлежавшего на равных паях Правлению Старого Города, ушкуйникам и Каперам эскадры Игоря, огромную квоту на закупку, производимого корпорацией танатона.

Что-что, а удар русский император держать умел. Он и глазом не моргнул, когда по всем инфоканалам головидео, закрутились кадры, снятые на месте боев с Кромешниками на планете принадлежавшей людям. Единственное, что выдало истинное отношение Александра к его неудачной попытке оттяпать Мелларну руками своих бывших подданных, была брошенная Маннергейму фраза: «Они «кинули» Империю, но Империя «кинула» их раньше. Мы квиты. Вам ясно, граф?». И Маннергейм послушно кивнул.

– Игорь, я никогда бы не подумал, что интересы капитанов каперов простираются дальше их собственных кораблей. – Александр, улыбаясь, покачал головой, имея в виду, роль Трезвого Казака как посредника в торге между консорциумом и Русской империей.

– Что делать, Ваше Величество, корабли ведь тоже нужно как-то содержать. И не всегда удается найти хороший заказ. Давайте вернемся к теме оборудования. – Трезвый Казак, или как его именовали в Империи – барон Завадов, полковник в отставке, непринужденно улыбнулся, и перевернул страницу контракта. – Нам необходимы агрегаты не только для формирования мелкоячеистого танатона, но и для его активации.

– Барон, это по-моему уже перебор. – Александр хмыкнул. – Ладно, черт с вами, мы дадим вам три установки по переработке и активации, в счет одной пятой нашей годовой квоты. Такой вариант устроит ваших нанимателей?

– Если к агрегатам приложите инженеров и техников для обучения местного персонала, сроком на три года. – Уточнил Игорь.

– При условии, что их жалованье будет выплачиваться «Атлантикой», в двойном размере, и им не позволят остаться на Мелларне, почему бы и нет. – Скороговоркой произнес Александр.

– Согласен. – Игорь кивнул, и пожал протянутую Императором руку.

– Замечательно, что мы так быстро договорились. Терпеть не могу это торгашество. Я, в конце-концов император, а не бизнесмен, и не обязан постоянно думать о выгоде. Как вы считаете, господин Трезвый Казак?

– Ваше Величество, я думаю, что каждый должен заниматься тем, что умеет лучше всего. – Игорь церемонно поклонился, скрывая улыбку. Бизнесмен не бизнесмен, но торговаться русский император умеет не хуже таирцев.

– Полностью с вами согласен. Ну, что-ж, с делами покончили, барон? Пожалуй, можно и к гостям выйти. – Александр поднялся с кресла. – Да, кстати, не скажете мне, кто придумал эту операцию с захватом?

– Знаете, иногда Николай с ностальгией вспоминает о своей службе в центре стратегического планирования… – Игорь еле заметно улыбнулся.

– Барон, это замечательная операция, и я надеюсь, что наше сотрудничество в дальнейшем будет не менее плодотворным. – Император отразил улыбку Игоря, и шагнул к уже открывающимся дверям кабинета.

Сие словоблудие в устах барона Завадова и Императора, можно расшифровать примерно так:

– Кто из вас так лихо прокатил меня с получением добывающего комплекса на Мелларне?

– Самый башковитый из нас – Николай.

– Хамы. Не дай бог еще раз такое повторится, головы откручу и в Неву выплюну.

Несмотря на крайне отрицательное отношение Игоря к светским мероприятиям, тем более, таким официозным как день Тезоименитства, Трезвый Казак решил немного задержаться во дворце. Во-первых, потому что этого хотел государь. Во-вторых, потому что здесь можно будет попробовать уговорить одного из Черневых, отказаться от дуэли с Джин-Тоником, и заодно попытаться узнать, что за новую интригу плетет это неугомонное семейство (пытались же они для чего-то задержать эскадру каперов). Ну а в-третьих, он был просто счастлив, проходя мимо переломленного пополам посоха мажордома, означавшего, что нудный старик наконец вышел в отставку, а новый мажордом еще не назначен.

ОГЛАВЛЕНИЕ.

ЧАСТЬ 1. ЗА ЧТО ВОЮЕМ, ПРИЯТЕЛЬ?1.

ЧАСТЬ 2. BELLA OMNIS CONTRA DIABLES48.

2.

Масс – мультипараметральная аналитическая сканирующая система – модуль встраиваемый в наручный комп. Предназначен для взлома баз данных, постановке направленных помех, снятия информации с любых носителей, обнаружения и идентификации скрытых объектов – от «жучков», до тяжелого пехотного вооружения. Используется государственными силовыми структурами Империи. Распространение и эксплуатация частным лицам запрещена, под угрозой уголовного преследования.

3.

* Шныры – они же «форсанутые». Занимаются продажей бойцов-дилетантов, пушечного мяса для профессиональных подпольных боев, которых они находят в барах, зачастую провоцируя драку, для проверки приглянувшегося бойца на «профпригодность».

4.

* «Пустотники» – общее наименование представителей космических профессий – от абордажника на пиратском корвете и уборщика на орбитальной станции, до адмирала военного флота и инженера систем ДРО.

5.

* Построение «клешня» используется небольшими соединеними кораблей для выхода из окружения. В этом построении два или более, легких и маневренных корабля идут в атаку, то сближаясь друг с другом то немного расходясь в стороны в одной плоскости, а чуть позади и выше, идет более тяжелый и мощный корабль, поддерживая атакующих залпами главного калибра. К моменту выхода за линию окружения, все три корабля должны находиться на расстоянии, позволяющем накрыть все соединение одним полем защиты, усиленным генераторами всех трех кораблей, во избежание мощного залпа «в спину».

6.

** Рикассо – не заточенная часть полотна клинка у самой гарды длинной до 30 см, обмотанная кожей или иным материалом для удобного хвата.

7.

* Скорпы – работники Синдиката.

8.

Dixi – Я сказал. (латинское выражение, которым обычно завершали свою речь ораторы Древнего Рима).

9.

Lex non scripta – неписаный закон, обычай (лат.).

10.

* Ревенанте (revenant(e) – в переводе с французского языка – дух, привидение.

11.

* Проект «Воин» – был запущен Русской Империей, за несколько сотен лет до описываемых событий, и длился тридцать шесть лет. Проект был направлен на создание «идеальных бойцов». С этой целью, в организмы нескольких сотен участников, были внесены коррективы, с закреплением их в ДНК. В частности, в костные ткани были внесены кремний-композитные структуры, для выработки которых, была изменена работа некоторых органов, кроме того, искусственно увеличенная масса нейронов, и соответственно их цепочек, вкупе с утолщением синапсов, привело к уменьшению времени реакций. Также были внесены некоторые изменения в работу участков мозга отвечающих за получение и обработку аудио- и визуальной информации, что привело к расширению слышимого диапазона (вплоть до ультразвука), и зрения (возможность тепловидения). Также были внесены некоторые коррективы, в иммунную систему, благодаря чему, клетки участников проекта, и их потомков, обладают большой агрессивностью, что служит мощной вирусной защитой. (Человечество, до сих пор не смогло придумать вируса, которой убил бы потомка участника проекта, хотя генные изменения проявляются у них в несколько меньшей степени, нежели у самих участников проекта.

12.

* пульс-сенсоры – простейшие сенсоры, снабженные накопителем для хранения информации, и модемом, перед отправлением сжимающими информацию в короткий импульс.

13.

* Криобайк – двухместный мультифункциональный аппарат, получивший свое название из-за внешнего далекого сходства с древними мотоциклами и большого количества изморози, в двигательном отсеке, вырабатываемой системой охлаждения ядерного реактора. Транспортное средство разведчиков, применявшееся при исследовании планет и астероидов. Оснащался несколькими разнотиповыми манипуляторами, тяжелым плазмобоем, тремя комплектами магнитных ловушек. Снят с производства 356 лет назад (за 16 лет до объединения сетей), в связи с закрытием Международного Института Исследования Пространства, являвшимся единственным заказчиком криобайков.

14.

* Магнитная ловушка – Настраиваемый прибор изменяющий магнитное поле вокруг себя, может как притягивать, так и выталкивать предметы из зоны своего действия. Использовался в астероидных роях, поясах и иных скоплениях для создания "мертвых" зон. Максимальная мощность позволяет удерживать рядом с ловушкой предметы с массой до 700 тонн, и отталкивать предметы с массой до 1000 тонн (в условиях притяжения равного 1g).

15.

* Мелларины – самоназвание людей прибывших на Мелларну с Первой волной Великого расселения людей, где они, впоследствии, пережили четырехтысячелетний период Изоляции.

16.

УМ- управляющий модуль. УМ широко применялся на флагманских военных кораблях людей, для координации действий флота. Снят с производства в связи с переходом военных флотов почти всех государств на систему БИЦ (Боевой информационный центр), позволившую автоматизировать большую часть процесса ведения боевых действий малыми и крупными соединениями. Тем не менее, УМ до сих пор применяется Каперами и ушкуйниками, из-за своей гибкости в настройках, что, впрочем, не мешает тем же Каперам и ушкуйникам, применять наряду с ним и БИЦ.

17.

* Аварийный режим охлаждения криобайка – В случае неполадок в криосистеме или при ее отключении, аппарат переходит на охлаждение термогелем. Термогель или ТГ-12, это желеобразная масса обладающая большой теплоемкостью. Поглощает тепло выделяемое любым объектом, с которым соприкасается. Сложность с подобным способом охлаждения, только одна. Если температура объекта превышает 1200 С, ТГ-12 переходит в газообразное состояние и самовозгорается.