ПИК ЛЕНИНА.

Пик Ленина больше всего волновал участников экспедиции. Перед прыжком на него с самолета они должны были совершить восхождение к снежной шапке…

Как и многие другие памирские вершины, пик Ленина хорошо виден из Алайской долины. Алайская долина — словно Донская степь, ровная и в погожий день открывается взору чуть ли не во нею свою стокилометровую длину. Ширина ее не превышает двадцати пяти-тридцати километров. С обеих сторон возвышаются покрытые вечными снегами горные хребты.

По-разному переводят слово «Алай». Одни говорят, будто оно означает табун, другие отождествляют его со словом «рай». Пастух, с которым беседовали альпинисты, сказал что «алай» — значит «держи месяц». Такое толкование связано с тем, что пасти скот здесь можно только один месяц в году. В остальное время дуют сильные ветры, непрерывно идут дожди, а по ночам выпадает снег.

В Алайской долине густая сочная трава, множество цветов — крупные, яркие тюльпаны, эдельвейсы, ирис…

От Ферганской долины Алайскую отделяет, словно гигантская плотина, мощный Алайский хребет, а напротив него, с юга, тянется Заалайский. В солнечный день он особенно красив. Его название родилось еще в 1871 году, когда ботаник, зоолог и географ А. П. Федченко проник в Алай. Путь к «Крыше мира» ему преградила протянувшаяся за Алаем горная цепь, которую он и назвал Заалайским хребтом.

Спустя пять лет исследователь З. Ф. Ошанин присвоил имя Федченко огромному леднику протяженностью в семьдесят семь километров.

От самого подножия до уходящих в синее небо вершин склоны Заалайского хребта круглый год покрыты льдом и снегом, тогда как противоположный Алайский хребет в летнее время почти полностью освобождается от снежного покрова.

В центре Заалайского хребта виден величественный ледяной массив с десятком пиков. Самый высокий из них достигает семи тысяч ста тридцати четырех метров. Это и есть пик Ленина.

Много отважных исследователей и альпинистов уже побывало там. Все они поднимались к пику от подножия по горным склонам и ледникам, но еще никто и никогда не спускался на него с неба. Это предстояло совершить комсомольцам шестидесятых годов двадцатого века — советским парашютистам.

Труднопроходимый по своему рельефу Заалайский хребет до сею времени недостаточно изучен. На пути к его вершинам исследователи во все времена года встречаются со свирепыми ветрами и бурями, несущими снег, колючий, как мелкий песок. Громадные каменные и снежные глыбы нависают над заоблачными тропами, угрожают обвалами. Непреодолимыми преградами встают высокие отшлифованные водой ледовые заборы, глубокие щели, из которых с ревом вырываются водные потоки.

Многие ученые и альпинисты возвращались с хребта, так и не достигнув намеченной цели.

Ледяные и снежные образования на пути к пику Ленина имеют самые причудливые очертания. То они напоминают стога сена, то похожи на иглы, нацеленные в небо, то кажутся «ласточкиными гнездами», что «на волоске» висят над пропастью, готовые сорваться в нее даже от случайного звука…

Ненадежен рыхлый подтаявший снег над извилистыми щелями, промытыми во льду ледниковыми речками. Прикрытые таким снегом, эти щели с гладкими стенами порой уходят на сотни метров куда-то вглубь и в сторону. Нетрудно представить себе положение человека, провалившегося в ледяную «ловушку». В лучшем случае его подхватит стремительный поток холодной воды и вынесет к выходу из ледника. Но где этот выход? Ведь нередко он оборачивается ревущим водопадом… Над бегущей в леднике рекой свисают с подмытых берегов сосульки. Иногда они издают тонкие «хрустальные» звуки. Это значит, за них задела подхваченная где-то потоком льдинка…

Встречаются на пути к пику и нагромождения острых камней или ледяных глыб, пробиться сквозь которые нелегко. Альпинисты стараются обходить такие участки.

Тяжело идти по моренам — нагромождениям мелких камней, а еще труднее — по заснеженному склону: глубоко утопаешь в снегу, ежесекундно рискуешь провалиться в какую-нибудь трещину… Иногда путь к пику преграждают потоки талой воды — «дневные речки». Ночью они чаще всего исчезают, а с появлением солнца оживают вновь.

Как и всюду в горах, на Памире губительными для человека могут оказаться каменные и снежные лавины. Иногда они низвергаются на протяжении нескольких часов.

Все это хорошо понимали члены комплексной экспедиции. Закончив тренировочные прыжки с парашютом, проверив технические возможности оборудования, а также свои альпинистские навыки и способности, спортсмены-парашютисты покинули Алайскую долину. До Ферганы не так уж далеко, по прямой — полторы сотни километров. Для вертолета — несколько минут пути. В этом городе парашютисты еще раз проверят свою готовность к ответственному прыжку, отдохнут и оттуда возьмут старт на пик Ленина.

Альпинисты тем временем приступили к подготовке встречи парашютистов в намеченных точках на пике.

Пролетая на винтокрылых машинах над Алайской долиной, ребята пристально всматривались в горную гряду Заалайского хребта, украшенного снежными папахами. С высоты птичьего полета хорошо просматривались ущелья и белеющие внизу, как молочные реки, ледники, там и тут виднелись разноцветные, причудливой формы скалы.

Если бы все это пришлось спортсменам увидеть сверху впервые, то у них могло бы возникнуть множество недоуменных вопросов: почему одни скалы красные, другие зеленые, отчего снег, словно шкура белого медведя, распластался на скале, а чуть выше — оголенный каменный массив?

Но, побывав на месте, они насмотрелись на все вблизи, прошагали по горам-исполинам от подножий до самых вершин и обратно, потому многое знали. И все же вопросы возникали. Чем объяснить, например, что в «Долине смерти» — Маркан-Су свирепствуют ветры, поднимают и закручивают смерчами колючий песок, который обрушивается на отвесные скалы, образуя серое облако пыли? Несладко придется парашютисту, если он попадет в такую неистовую круговерть. Не случайно опасное место названо «Долиной смерти». Когда-то здесь погибали целые караваны…

На пути в Фергану вертолеты завернули к озеру Кара-Куль. По величине оно соперничает с самыми крупными высокогорными водоемами мира. В тот день озеро было сердито, покрылось барашками волн, похожими на добротный серый каракуль. А у своего западного берега, где снежные склоны гор спускаются к самой воде, напоминало черный каракуль. Это в какой-то мере оправдывало название озера: «Кара-Куль» в переводе на русский означает «Черное озеро».

Нет, не обделила природа этот малонаселенный край благодатными уголками, куда при хорошем сообщении с удовольствием могли бы поехать не только туристы, но и любители охоты и рыбалки, люди нуждающиеся в лечении горным воздухом, солнечными ваннами, тишиной, покоем. Наступит время, когда район Кара-Куля будет отличным курортом. Но пока на берегу целебного озера стоят лишь небольшие домики.

Мало используются и богатейшие горные пастбища, не видно на них ни крупных отар, ни заготовителей сена. Пустующий заповедный край пока в резерве человека.

А вот и склоны Алайского хребта. Вертолеты не могут подняться выше его вершины, приходится облетать их. Появление в воздухе огромных рокочущих «птиц» — вертолетов пугает диких архаров. Изящные животные в страхе мечутся по горам, не находя места для укрытии.

Очень жаль, что высоты Памира пока недоступны для вертолетов. Подняться над его хребтами винтокрылой машине не удается: слишком разряжена атмосфера. Винту, как говорят пилоты, не за что уцепиться.

Пик Ленина величественно возвышается над Заалайским хребтом. Слева от его снеговой шапки вихрастое облако. Издали оно кажется продолжением хребта, уходящего в небо. Не надолго прощаются спортсмены-парашютисты с пиком Ленина. Скоро они «придут» на него не снизу, а сверху.

Показалась Фергана. Знакомый для всех ребят пейзаж. Зеленеют поля, по дороге мчатся машины, блестит капал, в ровном строю стоят огромные тополя, виден аэродром…

— Кончилась рекогносцировочка, — послышался сквозь грохот мотора веселый голос подполковника Морозова, — теперь готовьтесь, ребята, к самому главному своему прыжку.