Чтобы нас не стало меньше.

Тимошников Василий. Чтобы нас не стало меньше.

Василий Тимошников.

"Чтобы нас не стало меньше".

Что может чувствовать человек, переживающий сексуальную неудовлетворённость накануне своего двадцатилетия? Тогда, когда мастурбация становится крайне скучным занятием, а с поиском партнёра возникают серьёзные затруднения. Не потому, что рядом нет девушек, а потому, что они в этом возрасте смотрят на других - красивых, богатых, с машинами и квартирами. Конечно, со временем они понимают, что духовные ценности преобладают над материальными, но то - со временем. И пока к ним приходит это понимание, чья-то молодая душа томится в ожидании познания физической близости не по видеофильмам, а по собственным ощущениям.

Максиму Данилевскому не везло. Он с детства был воспитанным и скромным мальчиком, и даже став зрелым юношей, не позволял себе малейших намёков на сексуальные отношения со своими однокурсницами, с которыми учился в университете. Они ценили такое отношение к себе, но видели в Максиме не более, чем друга, но никак не мужчину. У Максима были непропорциональные размеры головы и тела, и асимметричные черты лица, что отнюдь не делало его привлекательным для противоположного пола. Диагноз, поставленный ему в раннем детстве врачами, пугал, ибо, согласно медицинским справочникам, был свидетельством его умственной неполноценности и неприспособленности к жизни в обществе. Однако, Максима, когда он пребывал уже в сознательном возрасте, сделанный медиками приговор "радовал" не более, чем и всех остальных, окружающих его людей. Максим понимал, что он отличается от общей массы людей, однако умственно-отсталым его вряд ли можно было бы назвать. Это был человек с тонкой душевной организацией, ранимый, всегда готовый помочь тому, кому была необходима его помощь. Показателен тот факт, что Максима любили не только дети, в том числе собственный племянник дошкольного возраста, но и животные. Любая бродячая собака подходила к нему на улице, и, виляя хвостом, лизала руку. Дети и животные прекрасно чувствуют то, как к ним относится тот или иной человек, и их невозможно обмануть, как бы искренни мы не пытались быть в своей лжи, или как бы жестоки не казались в своей преданности тем или иным живым существам. Но, несмотря ни на что, все вышеописанные события не помешали Максиму без труда окончить школу, и поступить университет. Будучи человеком творческим, в своё время он увлекался журналистикой и фотографией, что получалось у него достаточно успешно. Единственное, чего он не умел - это долго заниматься тем, что ему не нравилось. В том числе, его душа не лежала к точным наукам, в остальном же всё было в полном порядке.

***

Максим сидел на кровати, подложив под голову подушку, и курил, медленно выпуская изо рта белые струйки дыма, которые медленно проплывали под тусклым светом настольной лампы, а затем бесследно исчезали в темноте за окном. В его голову приходили мысли о с воей никчёмности, и, доведённый до отчаяния, он подумывал даже о суициде, только не знал, как эффективно и безболезненно осуществить этот процесс. В такие моменты объективность поставленного когда-то врачами диагноза у самого Максима не вызывала сомнений , как не вызывало сомнений и то, что он является лишь обузой для окружающих его людей и абсолютно не приспособлен к жизни вне семьи. Однако, чаще Максим думал о себе, как о вполне полноценном, и мало чем отличающимся от большинства других людей человеке. Но что же заставило нашего героя пребывать в столь мрачном расположении духа? Ссора. Ссора с мамой, самым любимым и близким человеком. Не выходили из головы сказанные ею в пылу гнева, жестокие и очень обидные слова. Не стоили бы они таких переживаний, если бы их сказал кто-то другой, но будучи сказанными родным человеком, они ранили, что называется, в самое сердце. А начиналось всё так...

***

Отец с нами не живёт, - начал свой рассказ Максим, когда я уговорил его встретиться, - однако дома появляется регулярно. Заботится о том, чтобы мы с мамой были одеты, накормлены... Ночевать папа предпочитает на даче, поскольку оттуда ему сподручнее добираться до работы. Он всегда устаёт на работе так, что вечерами уже ничего делать не может. Если и заезжает к нам после рабочего дня, то единственное, что он делает - это ужинает и спит, иногда ведёт по телефону деловые переговоры, а затем уезжает восвояси. С нами практически не общается. Общение чаще всего сводится к тому, что он узнаёт, не нужно ли нам чего, и, получив утвердительный ответ, оставляет маме некоторую сумму денег на продукты, иногда - на что-нибудь ещё. Лишь изредка папа приезжает с работы в хорошем настроении, и подолгу разговаривает с нами. Но это - скорее исключение, чем правило. Между тем, в откровенных беседах со мной мама говорила, что отец не смотрит на неё, как на женщину, и ей не хватает мужского тепла и ласки. Действительно, я никогда не замечал, чтобы родители занимались сексом. Не знаю точно, почему... Мама у меня - человек энергичный, трепетно относящийся к своим обязанностям, и если ей нужно что-то сделать, то она обязательно это сделает, несмотря на накопившуюся усталос ть или неважное самочувствие. Мало кому удавалось увидеть её в плохом настроении. Позже она признавалась мне в том, что для того, чтобы быть всегда весёлой и жизнерадостной, ей необходима отдушина, и такой отдушиной для неё является мужчина... Так в нашем доме появился Николай Агеев, преподаватель спортивной школы, располагающейся неподалёку от нашего дома, и в этой же школе он на полставки подрабатывает ночным сторожем. Работает через ночь. И в дни своего дежурства он запирает школу на ключ, и в час-два ночи приходит к нам. Так продолжается уже, наверное, около года. Мне это никогда не нравилось, но препятствовать я не пытался - понимал, значит так надо, и терпел, хотя это доставляло массу неудобств. А тут сорвался... - Максим прервал свой рассказ, окинул меня взглядом своих выразительных карих глаз, затушил в пепельнице сигарету.

- Куришь-то давно? - поинтересовался я.

- Нет, буквально несколько дней назад и начал, когда всё и произошло. Последний раз сигарету в руках держал лет не менее шести-семи назад...

- Ладно, извини, что перебил...

- Ничего... Так вот, сперва Николай Иванович вёл себя у нас "тише воды, ниже травы", - продолжил Максим, - я думал, что они с мамой просто разговаривают, сидят за столом... Они всегда на небольшую громкость включали телевизор, и потому раздававшиеся иногда из спальни сладострастные вздохи меня не беспокоили, поскольку их я принимал за вздохи героини из очередной эротической программы, которых в изобилии показывают в ночное время... Позже Николай Иванович у нас освоился, стал меньше стесняться люди ко всему ведь привыкают. Они с мамой перестали включать телевизор, и тогда до меня дошло, что те сладострастные вздохи исходили вовсе не от размалёванной актрисы с экрана телевизора... Пойми, Вась, я всегда очень сильно любил и продолжаю любить маму, она всегда являлась для меня почти святым человеком. И когда я узнал, что чужой человек смеет не только прикасаться к ней, но и более того... я буквально взбесился. Ревность даже появилась. Кстати, читал где-то, что когда сын ревнует мать к отцу, это называется "эдипов комплекс". Вещь, может быть, со всех точек зрения не правильная, но вместе с тем - это жизнь, и от этого никуда не уйдёшь... И у меня что-то сродни этому, только ревновал я маму не к отцу, а к любовнику. Положение усугублялось ещё и тем, что у меня самого нет сексуального опыта. В ином случае мне, наверное, всё равно было бы, а так раздражало очень ну, зависть что ли, какая-то была... Даже крамольная мысль появлялась: мол, почему ему, чужому человеку можно, а мне - нет? Ведь там о любвии ре чи не было, мама мне сама об этом говорила. Тут любишь столько лет, и - ничего. А зашёл какой-то, извиняюсь, кобель - и ему всё пожалуйста. Нет, я конечно понимаю, что любовь к матери и любовь к женщине - это разные вещи, но дело в том, что для меня мама привлекательна ещё и как женщина... Недавно, кстати, передача была, где ведущая такую фразу сказала: "мужчина не может любить маму, как женщину, если он здоровый". С тех пор часто задумываюсь о себе, пытаясь себя понять, но - не могу. Хоть ты тресни. Естественно, что мама если и догадывается о моих чувствах к ней, то ответить взаимностью не может. И, ты понимаешь моё состояние, когда я натолкнулся буквально на целую стену этих преград. Оставалось только одно - учиться, учиться и учиться, как завещал дедушка Ленин. Но ведь одним ученьем сыт не будешь... В конце концов, мы поругались. Однажды, когда я пришёл уже "накрученный" из института, ночью пожаловал Николай Иванович. Тут-то со мной что-то и случилось, будто разум помутился. Я начал ходить по квартире, хлопать дверьми, включать музыку на полную катушку... Часа в четыре ночи вышел на кухню, сварил себе пельменей, затем перемыл всю посуду, которая была в раковине. А следующим вечером состоялся разговор. Сколько всего я наслушался, жуть. Захотелось повеситься. К счастью, до этого не дошло, но я был очень близок к тому, чтобы переступить пропасть между жизнью и смертью... Несколько дней я не разговаривал с мамой, это было очень тяжело. Сейчас внешне всё нормально, но нет-нет, да и почувствуешь какой-то надрыв в отношениях. Что более всего угнетает, это то, что существует всего три горя - смерть, болезнь и плохие дети, всё остальное - несчастья. И если я отношусь к категории плохих детей, то впору вешаться. Только вот кому? Тьфу-тьфу-тьфу, конечно, - и Максим постучал по столу. Допил кофе, и я понял, что на сегодня наш разговор закончен. Поблагодарил за откровенность, пожелал ему удачи и ушёл.

***

Максим Данилевский так и останется в моей памяти серьёзным, задумчивым и мудрым человеком, пережившим то, чего многим удалось миновать. Человеком с трогательной грустью во взгляде выразительных карих глаз. Между тем, позже я совершенно случайно узнаю, что все друзья и знакомые видели его только весёлым и жизнерадостным. Давайте же обращать больше внимания на тех, кто рядом с нами, и пытаться за маской кажущегося благополучия угадывать истинное положение вещей. Для того, чтобы суметь поддержать человека в трудную минуту, и чтобы нас на одного человека не стало меньше. Каким бы он не был, этот человек, он всё равно остаётся человеком, и потому имеет право на жизнь.