Больше, чем поцелуй.

Больше, чем поцелуй. Лэйс Гарднер, Сэксон Беннетт.

Перевод: Trifolium Translate.

Переведено для Группы vk.com/wmnread.

Пишите на wmnread@gmail.com.

Вы всегда можете найти в нашей группе новые книги, которые по мере перевода эксклюзивно выкладываются только у нас.

1. ПОЛЕТ ДЖОРДАН ИЗ ОКНА.

История эта произошла в славном штате Орегон, в городе, где проживали молодые, политические подкованные хипстеры, обожающие кофе, природу и гоняющие по самым восхитительным велосипедным маршрутам. Конечно, я говорю вам о Портленде, в котором есть музыка, музеи и чудовищно огромный книжный магазин, который соседствует с целым океаном. На дворе бушует апрель, средина весны, время любви. Немногое из вышеперечисленного имеет отношение к нашей истории, но мне хотелось бы, чтобы вы знали - эти места отлично подходят для туристической поездки, особенно весной. Люди, о которых рассказывается в этой истории, любят Портленд, а любовь к месту, где вы живете, делает людей счастливыми. Как бы то ни было, наши герои пока не слишком счастливы, потому что они еще не нашли свою любовь, и их блуждания в ее поисках являются отправной точкой нашего рассказа.

Оговорка: Ни одно дерево не пострадало во время написания этой книги.

Знакомьтесь! Джордан Марч. Джордан жила в историческом районе под названием Пидмонт в старом викторианском доме в четыре этажа высотой, который принадлежал ее бабушке. В глубине души Джордан была истинным художником, однако ее душа не умела оплачивать счета за электричество или ходить за покупками, поэтому она зарабатывала на жизнь, будучи сочинителем и иллюстратором детских книжек. Она уже выпустила три детские книги, которые вы можете купить на Amazon. И в основном у этих книг были прекрасные отзывы. Тем не менее, то, как они продавались, не соответствовало их рейтингу в четыре и пять звезд. Ее книги находились под постоянным давлением со стороны конкурентов, Джеми Ли Кертис и Джона Литгоу. У нее была склонность от этого сильно расстраиваться, поэтому об этом факте ей было лучше не напоминать.

Джордан любила женщин, но при этом была одинокой. Вот уже год у нее не было постоянной подружки. И она убеждала себя в том, что именно такая жизнь ей и по нраву. Понимаете, Джордан даже не догадывалась о том, что она одинока. Она думала, что это такой период простоя. Его, на самом деле, было два - творческий и сексуальный. У нее была теория, согласно которой творческие и сексуальные потоки берут начало из одного истока, поэтому, когда пересыхает один, то его примеру следует и другой. Она не писала и не рисовала ничего заслуживающего внимания вот уже 276 дней. И вот уже 277 дней у нее было ни с кем секса. Вот откуда тянутся корни той теории, которую она для себя выдумала.

Самый большой страх Джордан заключался в том, что она на самом деле не является великим художником. Что это яркое пламя художественной страсти, полыхавшее у нее в груди, в действительности было изжогой от чрезмерного употребления кофе.

В самом начале нашей истории Джордан сидела в своей студии-мансарде, склонившись над мольбертом. Ее лоб пересекал след от угольного карандаша, а руки были забрызганы масляной краской. Джордан окружали банки с краской, небольшие штабеля бруса и куски гипсокартона, и все потому, что ее викторианской эпохи особняк в настоящий момент корчился в муках ремонта.

Джордан рисовала и бубнила про себя что-то по поводу того, что она думает о Джейми Ли Кертис и рекламных роликах Активии, когда из-за угла, накренившись под углом и балансируя на двух колесах вылетел автомобильчик на дистанционном управлении. Он два раза перевернулся и как по волшебству приземлился на все четыре колеса. Автомобильчик снова ускорился, развив за несколько метров самую максимальную скорость, на которую был способен, и не останавливаясь встал на дыбы, балансируя на паре колес. Наткнувшись на препятствие, он ракетой взмыл в небеса, исполнил сальто в замедленном действии и приземлился как раз для того, чтобы благополучно врезаться в стену.

Мистер Пип вскочил на лапы и изверг из себя истошный крик. Он выгнул спину. Его хвост застыл в виде напряженного столбика. Он обнажил клыки и прошипел. Маленький автомобильчик, медленно развернулся лицом к лицу к мистеру Пипу и добавил газку. Кот с воем запрыгнул на рисовальный стол, опрокинув при этом стакан с холодным чаем.

Джордан вскочила на ноги, чай расплескался по ее коленям.

- Черт возьми!

Она схватила ближайшую книгу, потрепанный, в пожелтевшей мягкой обложке экземпляр Моби Дика, и бросила его в ускоряющийся автомобильчик. Она не читала Моби Дика. Нет, ну, она пыталась его читать - уже несколько раз на протяжении последних лет, но доходила только до десятой главы, «Закадычный друг», а дальше никак. Вместо того, чтобы отказаться от этой гиблой затеи, Джордан хранила книгу возле мольберта, прямо сверху «Уловки-22», которую она тоже не смогла осилить.

Итак, Джордан с успехом запустила Моби Дика в полет, но это привело только к тому, что от листа гипсокартона отвалился очередной кусок. В течение всего лишь трех секунд машинка атаковала кота, кот атаковал чай, чай атаковал коленки Джордан, а сейчас Джордан атакует машинку.

- Эдисон! Я пытаюсь тут творить! - заорала Джордан.

- Извини! Я пытаюсь это починить! - прокричала в ответ Эдисон.

Знакомьтесь! Эдисон Бернетт. Эдисон была невысокого росточка, выглядела типичной провинциальной девчонкой, но не без своего собственного особого очарования. Как говорится, «Я гляжу ей вслед, ничего в ней нет, но...» Эдисон старалась затмить всех окружающих своей манерой странно поступать и странно одеваться. Она находилась под ошибочным впечатлением, что чем чуднее она будет, тем больше люди будут ее любить - прям как те паршивые комики, которые считают, что чем громче они говорят, тем смешнее это воспринимается.

Эдисон была бывшей девушкой Джордан и все еще оставалась ее квартиросъемщицей. На самом деле, называть ее бывшей девушкой было бы большим преувеличением. У Эдисон с Джордан случился секс единственный раз в жизни. И Джордан что-то смутно припоминала, поскольку они провели совместный вечер за дегустацией вина, что в избытке хранилось в погребах ее бабушки. Несмотря на вино и пьяный секс, Джордан и Эдисон оставались лучшими друзьями.

К этому моменту нашей истории Эдисон сидела в своей комнате-лаборатории двумя этажами ниже студии-мансарды Джордан. Сидела она на крутящемся офисном стуле на колесиках, водрузив себе на нос солнечные очки, которые на самом деле солнечными очками вовсе не являлись. Они только выглядели как зеркальные солнечные очки, типа тех, которыми щеголяют в фильмах копы. На самом деле это были экраны мониторов. Эдисон держала в руках пульт дистанционного управления и крутила маленький джойстик большим пальцем. Эдисон изобрела пульт дистанционного управления дальностью действия в целую милю. Установив впереди автомобильчика крошечную камеру, она могла видеть на мониторах своих солнечных очков то, что в настоящий момент видела сама машинка.

Эдисон наизобретала кучу вещей. Все они оказались провальными, за исключением секс-игрушек. Эдисон была хорошо известна в лесбийских кругах, как прародительница подобных игрушек. Она считала, что это ее изобретение могло бы стать идеальным для свиданий. Если бы она только могла исправить глюк в системе, когда камера передавала изображение наоборот - лево было справа, право было слева, а иногда верх был низом и наоборот, то она смогла бы запатентовать сей девайс. Эдисон пыталась отрегулировать сбой в передаче изображения на большие расстояния, тренируясь на автомобильчике с дистанционным управлением. Если бы она только смогла управиться с машинкой, то ставки бы поднялись, и следующим шагом было бы подключение очков к вибратору посредством оптико-волоконной связи. Она смогла бы тогда продавать свое творение, живущим на расстоянии друг от друга парам. Таким образом, лесбиянка, сидящая в своем гостиничном номере в Париже, смогла бы заниматься любовью со своей партнершей из Омахи.

Хотя Джордан красноречиво высказалась по этому поводу так: «Какого черта лесбиянка в Париже захочет торчать в гостиничном номере, чтобы иметь дурацкий секс на расстоянии через камеру, когда кругом бродит куча горячих французских цыпочек, которые по природе своей бисексуальны?».

Эдисон продолжала верить в свою идею. Она считала это прорывом на рынке игрушек для взрослых, что позволило бы ей занять место наравне со Стивом Джобсом. Ну, это, конечно, если бы Стив Джобс работал не с компьютерами, а с женскими массажерами в виде мужских детородных органов.

В то время как Джордан находилась наверху с пропитанными чаем коленями, Эдисон отчаянно сражалась с пультом дистанционного управления, наблюдая в своих очках мир вверх тормашками. Она не знала, перевернулся сам автомобильчик, или это камера в автомобильчике перевернулась, или произошел еще один глюк в ее очках. Она перевела джойстик на пульте управления в позицию «вперед». Ничего не произошло. Может быть, у машинки забуксовали колеса.

Эдисон подскочила со своего места, когда увидела в своих очках крупным планом морду мистера Пипа. Она завизжала. Кошачье лицо казалось гигантским. Как будто ты сидишь в первом ряду на 3D фильме. Мистер Пип оскалился и зашипел, распыляя свою слюну на поверхность камеры. Гигантский кот брызгал на нее слюной. Эдисон бешено заголосила, и опрокинулась назад вместе со стулом. Дистанционное управление выскочило из ее рук и закатилось под кровать. Получив ускорение от броска, джойстик вклинился между ножкой кровати и стеной, застыв в положении «вперед.».

Между тем, наверху, в студии-мансарде, Джордан вытирала заскорузлой, заляпанной краской тряпкой разлившийся чай, когда услышала грохот внизу, от чего ходуном заходили канистры с краской и затряслась и так уже осыпающаяся штукатурка.

- Я в порядке! - прокричала Эдисон.

Автомобильчик запнулся об ковер и перевернулся, продолжая бешено вращать колесами. Мистер Пип присел в атакующей позиции, наблюдая за врагом из своего укрытия под столом. Джордан была взбешена до такой степени, что была готова надрать Эдисон задницу.

Но так как в настоящий момент пнуть свою подругу она не могла, Джордан сделала самое лучшее в этой ситуации. Отбросила тряпку в сторону, промаршировала через всю комнату и пнула многострадальный автомобильчик. Он пролетел через всю комнату, врезался в стену, отскочил, дважды перевернулся и приземлился на все четыре колеса. Колеса на секунду забуксовали, а затем зацепились за ковер, машинка встала на дыбы и пошла на взлет.

Все было бы не так плохо, если бы автомобильчик не нацелился прямо на мистера Пипа. Мистер Пип в ужасе распахнул глаза, опустил хвост и побежал.

Автомобильчик последовал за ним.

Мистер Пип очертил круг по комнате и прыгнул на стол.

Машинка проехала под столом.

Мистер Пип прыгнул на диван.

Машинка проехала под диваном.

Джордан пронеслась через всю комнату, преследуя машинку.

Машинка догнала мистера Пипа и переехала ему хвост. Мистер Пип горестно взвыл.

- Беги, Мистер Пип, беги! - прокричала Джордан.

Мистер Пип пронзительно завопил, впился когтями в ковер и бросился вперед.

Машинка устремилась за ним.

Джордан выпрыгнула перед машинкой. И та врезалась ей в ногу. Она взвизгнула от боли, схватилась за голень и принялась подпрыгивать на другой ноге.

Мистер Пип благополучно взлетел на чертежный стол и оказался вне досягаемости автомобильчика. Машинка отлетела и ударилась о ножки стола. Мистер Пип заорал и прыгнул, кромсая когтями оформительское произведение Джордан. Конфетти разлетелось во все стороны.

- Эдисон! Я убью тебя! - зарычала Джордан.

Полоска серого меха, которая и была мистером Пипом, понеслась на Джордан, а машинка неслась за ним.

- Мой джойстик заело! - заорала в ответ Эдисон. – Я за него не отвечаю.

Джордан гонялась за автомобильчиком по всей комнате, расточая ругательства направо и налево. Каждый раз, когда она чуть не ловила машинку, та или меняла направление, или исчезала под диваном.

Как в старом мультфильме про Тома и Джерри, Джордан гонялась за машинкой; машинка гонялась за мистером Пипом; машинка преследовала Джордан; Джордан носилась за мистером Пипом; у мистера Пипа голова шла кругом, и он носился за своим хвостом.

Эдисон нарезала круги по своей спальне. Она лицезрела то, что показывала камера на автомобильчике: кошачий зад, зад Джордан, полет измельченной бумаги, еще раз задницу кота, пространство под диваном, ковер, ноги Джордан, кошачью морду. Она отчаянно пыталась разблокировать джойстик, и при этом вертелась на месте, пытаясь уследить за машинкой на экране. В результате у нее закружилась голова, и она бухнулась лицом на кровать.

Вернемся назад в студию-мансарду, там с переменным успехом продолжался ближний бой. Продолжался до тех пор, пока Джордан официально не поставила в схватке точку. В конце концов, она что, зря целых три года играла в школьной футбольной команде? Она размахнулась, и как только автомобильчик поравнялся с ее ногой, выполнила одиннадцатиметровый, которому бы позавидовала сама Мия Хэмм.

Машинка спланировала в открытое окно.

Гоооол! Джордан праздновала это событие с воздетыми к небу кулаками, исполняя при этом причудливый танец, который включал в себя череду вращательных движений бедрами.

Она прекратила танцевать, когда услышала позади себя подозрительное жужжание. Она обернулась, и автомобильчик врезался в ее ступни.

Как это может быть? Одним ударом она выбросила машинку из окна. Разве нет? Если она ударила не автомобильчик, то что?

- Мистер Пип! - заорала она, подбежала к открытому окну и выглянула. - Мистер Пип!

- Мяу!

Джордан подняла голову. Мистер Пип болтался на ветке дерева прямо у самого окна. Он был похож на воодушевляющий плакат из семидесятых. Тот самый, где котенок висит, уцепившись за ветку дерева с надписью «Держись, малыш».

Джордан сложила руки рупором и прокричала:

- Держись, малыш! Я имела в виду, держись мистер Пип! Я уже иду!

Эдисон вбежала в студию и обнаружила Джордан, высунувшейся в окно и разговаривающей с мистером Пипом. Джордан потянулась, протянула руку, насколько далеко, насколько могла, но ее пальцы не дотягивались до нужного места около полуметра.

Эдисон сняла солнцезащитные очки. Она поморгала, помотала головой, и головокружение пошло на убыль.

- Что ты делаешь?- поинтересовалась она.

Джордан дальше высунулась из окна.

- Мистер Пип болтается на ветке дерева. Он упадет, если я не успею его схватить.

- Как он туда попал? Почему он там? - спросила Эдисон.

- Я пнула его. Это был несчастный случай, - защищаясь, сказала Джордан. - Это ты во всем виновата.

- Я виновата в том, что ты выпинала кота из окна?

Джордан забросила ногу на подоконник и снова потянулась. Ей все еще не хватало восьми сантиметров. Она зацепилась за подоконник с одной стороны, и высунулась дальше.

Эдисон бросилась через всю комнату и схватила Джордан за пояс шорт.

- Что ты делаешь?

- Я собираюсь его спасать. А на что это похоже? - сказала Джордан.

- Ты на высоте трех этажей! Это слишком опасно!

Джордан оглянулась на Эдисона.

- Ты сама хочешь попробовать?

- Нет.

- Тогда заткнись и отцепись от меня.

- Мяу!

- Ладно, ладно, но будь осторожна, - Эдисон отпустила шорты Джордан.

Она отступила, наблюдая со страхом и тихо поскуливая.

Джордан повернулась, пока не оказалась сидящей на подоконнике с ногами на улице. Очень осторожно, она поднялась на ноги, балансируя на подоконнике, схватилась за решетку на внешней стороны дома одной рукой и потянулась к ветке дерева другой.

- Мяу!

- Я почти уже там, мистер Пип, - ободрила его Джордан.

Эдисон кусала ногти, пока Джордан наклонялась все дальше и дальше. Она выдохнула с облегчением, когда рука Джордан схватила мистера Пипа за загривок.

- Слава Богу, - пробормотала Эдисон.

Хряк!

- О, нет, - взяла свои слова назад Эдисон.

Джордан медленно отодвигалась все дальше и дальше от окна, на решетке, которая также отдалялась от дома.

Эдисон побежала к окну, но было уже слишком поздно. Джордан и мистер Пип пролетели три этажа. Эдисон прикрыла глаза ладонями и заголосила.

- Ради Бога, перестань голосить,- гаркнула снизу Джордан. Эдисон чуть отвела ладони от лица и выглянула в окно.

- Ты жива! - сказала она.

Джордан лежала, раскинувшись на спине, в мусорном контейнере, который они арендовали для своего строительного проекта, который называли домом. К счастью, она приземлилась на набивной ковер, что они вынесли из их логова. Мистер Пип царственно восседал на груди Джордан. Без всяких признаков благодарности, мистер Пип выскочил из мусорного контейнера, покидая покрытую пылью Джордан.

- Не за что, - сказала Джордан. И тут она заметила свою окровавленную руку. Как это бывает с травмированными частями тела, она не ощущала боли, пока не увидела кровь. Вот тогда она заверещала.

Она осмотрелась вокруг и увидела кусок стекла от разбитой двери душевой. Прекратив вопить, она позвала Эдисон.

- Не могла бы ты принести мне полотенце?

- Зачем? Ты описалась?

- Нет, я поранилась, и я истекаю кровью, - крикнула в ответ Джордан.

Эдисон повернулась и, пыхтя, выбежала из комнаты.

- Обожемойбожемойбожемойбожемой!

2. ЗНАКОМСТВО ЭМИ И ДЖОРДАН.

- Что у нас тут? - спросила Эми.

Джордан посмотрела на свою окровавленную рубашку и ответила:

- Погубленная рубашка и ужасно оказанная первая помощь в домашних условиях.

Знакомьтесь! Доктор Эми Стюарт. Эми была слишком миниатюрная, слишком брюнетистая, слишком толстая и слишком умная. Во всяком случае, это то, что она о себе думала, все еще представляя себя такой, какой была в старших классах школы. С того времени Эми сбросила десять килограммов, вставила контактные линзы, сделала прическу и нашла отличное применение своим мозгам. Но когда она смотрелась в зеркало, то все еще видела себя прежнюю. Это было сродни алхимии задом наперед. Ее зеркало превращало золото в свинец.

В первый раз Эми положила глаз на Джордан в отделении скорой помощи Университетской больницы. Она сидела на стуле с колесиками, в отсеке с откидывающимися занавесками, и осматривала свою пациентку. Сказать, что Джордан симпатичная, было преуменьшением. Эми подумала, что Джордан олицетворяла собой само совершенство, говоря чисто с анатомической точки зрения. Не то, чтобы Эми была большим знатоком чего-то кроме медицины, но для нее эта женщина, с атлетическим телосложением и длинными пепельными волосами, выглядела как одна из тех волейболисток с Олимпиады, по которым все сходили с ума. Короче говоря, она была из тех женщин, которых Эми презирала.

Ну, может быть, «презирала» было слишком сильным словом. Ненавидела? Нет, она не ненавидела Джордан только потому, что та была из тех женщин, что смотрели на нее с обложек журналов, на таких женщинах и спортивный бюстгальтер выглядел сексуально, и они вынуждали ее чувствовать себя неадекватной, домашней и невидимой. Терпеть не могла? Нет, она могла терпеть Джордан, почти. Она не выносила идею Джордан. Эми ненавидела, что существовали женщины, которые походили на Джордан и вынуждали таких женщин, как она, чувствовать себя чем-то, что вам приходится счищать с подошвы своего ботинка.

- Вы выглядите так, как будто вас сейчас вывернет. Вас ведь не стошнит из-за маленького пореза и капельки крови, а? - спросила Джордан.

- Конечно, нет, - сказала Эми, вызывающе вздернув подбородок. - Я врач.

- Да, но у вас было лицо, на котором было написано «я сейчас блевану», такого лица я еще никогда не видела.

Эми сделала глубокий вдох и вошла в свой профессиональный образ. Ее профессиональный образ состоял из нахмуренных бровей, прищуренного правого глаза и поджатых губ. Если бы она хотела быть супер профессиональной, она бы постучала пальцем по своему подбородку. Она отточила этот образ перед зеркалом в ванной у себя дома. Эми думала, что так выглядела умной, хорошо осведомленной, заботливой и контролирующей ситуацию, и все это проявлялось разом.

- Вы, случайно, не какаете, нет? - поинтересовалась Джордан.

Эми рассмеялась.

- Потому что та состроенная вами гримаса, выглядит так, что у вас, возможно, синдром раздраженного кишечника или типа того.

Эми решила, что ей придется отработать другой профессиональный образ, возможно, без прищура.

- Кто здесь доктор, вы или я? - пошутила Эми.

- Вы, - признала Джордан. - Если только вы, - сказала она с расширившимися глазами, - не украли лабораторный халат, хирургические штаны и рубашку и не выдаете себя за доктора.

- Доктора с СРК, - поправила Эми. Она указала на чудовищных размеров повязку на руке Джордан и сказала. - Итак, вам оказали первую медицинскую помощь. Если бы я ничего не знала, я бы сказала, что под этой марлей рукавица для духовки. Рукавица для духовки, покрытая марлей и надежно замотанная изолентой.

- Это и есть рукавица для духовки, надежно замотанная изолентой. Вот что случается, когда вы позволяете разнорабочему тире изобретателю тире фанату фильмов ужасов тире лучшей подруге изображать медсестру.

Эми мягко развернула руку Джордан.

- Ну, выглядит так, словно рукавица пришлась ко двору. Хотя думаю, что в большей степени это заслуга жгута из изоленты.

- Только не говорите это Эдисон. Это моя подруга, которая проделала всю работу по оказанию первой помощи. Она уже в восторге от своей придумки. Эдисон всегда говорит, что если тебе когда-нибудь придется нестись со всех ног, убедись, что у тебя есть с собой сто долларов четвертаками, изолента и вазелин.

Эми согласилась с первыми двумя пунктами, но не была уверена, хочет ли она знать о вазелине.

- Ну, расскажите мне, что случилось, - она держала руку Джордан в вертикальном положении и мягко ощупывала остальную часть ее руки, проверяя на ушибы или сломанные кости.

- Я выпала из окна. Я спасала мистера Пипа. Он висел на ветке дерева.

- Кто такой мистер Пип?

- Старик, который живет по соседству.

Глаза Эми расширились. Джордан рассмеялась.

- Шучу. Это мой кот.

Эми чуть не расхохоталась. Если она не будет вести себя осторожно, из-за этой женщины ее стоический образ доктора, несомненно, развеется как дым.

- Хорошо, вы упали, но как вы порезались?

- В мусорном контейнере лежал обломок двери душевой кабины.

- Вы упали в мусорный контейнер?

Джордан кивнула.

- Я нырнула в мусорку. В буквальном смысле.

- Так, а что случилось с мистером Пипом?

- Он в порядке, хотя и не сказал спасибо.

- Коты, - протянула Эми, качая головой с притворным отвращением.

- Когда я очнулась, он сидел на моей груди, вылизывая свой зад.

Эми хихикнула.

- Почему бы вам не снять эту окровавленную рубашку?

Она стянула латексные перчатки и бросила их в белую мусорную корзину, стоящую на полу.

- Бросьте ее туда.

Джордан взглянула на символ на крышке мусорной корзины.

- Потому что я биологически опасна?

- Еще как. Я найду вам другую рубашку и вернусь.

Она резко вжикнула в сторону занавеской, потом задернула ее за собой и отправилась на поиски нужных вещей.

3. РОДИНКА.

Эми завернула за угол больничного коридора одновременно с Джереми, и он врезался в нее.

Знакомьтесь! Доктор Джереми Блевинс. Джереми был высок, тощ и забирал волосы в хвост. Со стороны он выглядел так, словно до сих пор не вырос из прикида пацана из гаражной рок-группы. Джереми был соседом Эми по квартире и всякий раз, когда в последнюю минуту ей требовался спутник на какое-нибудь мероприятие, он всегда оказывался под рукой. При условии, что его бесплатно накормят. Вот уже в течение нескольких лет система «дай-бери» работала без перебоев.

- Я слышал, тебе сегодня попалась красотка, - сказал Джереми. - Хочешь обменяться пациентами?

Эми вздохнула. Если Джереми захотел обменяться пациентами, это означало, что у него наметился трудный случай.

- И кто у тебя?

- Миссис Маркус, - ответил он. - Она думает, ее родинка снова меняет цвет.

Эми поморщилась.

- Нет, спасибо.

- Нет, на сей раз ты должна действительно ее увидеть. Это совершенно другой цвет, клянусь. Сегодня она зеленая. На прошлой неделе была пурпурная.

- Может быть, у родинки меняется настроение, - предположила Эми. Она рассмотрела Джереми поближе. Его глаза налились кровью и остекленели.

- Ну, и сколько ты уже на дежурстве?

Он прищурился на часы и зашевелил губами, подсчитывая про себя.

- Шестнадцать часов с копейками. А что, тебе нужна помощь?

- Иди домой, - сказала Эми. - Еще чуть-чуть и ты откинешь копыта.

- Я предпочел бы использовать метафору «склеишь ласты», - поправил он.

- Это не метафора, это сравнение.

Джереми погрозил ей пальцем.

- Я знаю, что ты делаешь. Ты пытаешься отвлечь меня от этой красотки.

- Я ненавижу слово «красотка».

- Нет, - возразил Джереми. - Ты лишь ненавидишь, что тебя я красоткой не называю.

Джереми уклонился от игривого шлепка Эми. Он засмеялся и пошел назад по коридору, приговаривая со зловещим вампирским акцентом:

- Не вздумай опоздать к ужину. Готовит Изабель.

Изабель тоже жила вместе с ними. С ней в нашей истории вы познакомитесь позже. Изабель была начинающим поваром. И она любила экспериментировать с экзотическими рецептами, а Эми и Джереми были ее человеческими морскими свинками.

Эми от отвращения сморщила носик.

- Ты отправишься домой первым. Кинь мне смс. Если она снова будет варить субпродукты, то я протащу контрабандой какие-нибудь гамбургеры.

- А ты смотришься довольно живенько после отработанной двойной смены в отделении неотложки, - заметил он. - Если бы я не знал тебя лучше, мне могло бы показаться, что ты, ах, какое же это слово?- он щелкнул пальцами. - Счастливая.

- Это всего лишь плод твоего запутавшегося и лишенного сна мозга. Иди и осчастливь миссис Маркус, и посмотри, не посинела ли ее родинка.

4. ПОНИЖЕННОЕ СОДЕРЖАНИЕ САХАРА В КРОВИ.

Вернувшись в отсек скорой помощи, Эми с изумлением наблюдала, как Джордан пыталась натянуть на себя зеленую хирургическую рубашку с помощью только одной руки. На данный момент она умудрилась просунуть раненую руку в одну пройму рукава рубашки, а ее голова торчала в другой. Она пыталась выпутаться из этого беспорядка, но не так-то это было просто. Если она пыталась смоделировать смирительную рубашку, то в этом случае она достигла потрясающего успеха.

– Непоможетенемножко? - пробормотала Джордан с набитым рубашкой ртом.

Эми мягко потянула верх хирургической рубашки с головы Джордан, а затем не так мягко протолкнула ее голову через нужное отверстие.

- Спасибо, док, - поблагодарила Джордан. - Обычно люди пытаются вытащить меня из одежды, а не надеть ее на меня.

Долю секунды Эми пребывала в шоке. Потом она пришла в себя и чрезмерно вежливо улыбнулась. Кровь стучала в ее ушах. Она знала, если бы прямо сейчас ей нужно было померить собственный пульс, показания бы зашкаливали.

- Ой, - сказал Джордан, - Я слишком много болтаю. Может быть, вы проверите меня на Аспергера, пока я тут. Я странно себя веду в обществе. Так написал в моем первом табеле мой дошкольный учитель. Там было: «если она не прекратит облизывать других детей, ее исключат».

У Эми буквально отвисла челюсть.

- Вы сказали, облизывать?

- Мне нравилось притворяться щенком, - пояснила Джордан. - Я излечилась от этого ко второму классу, когда, наконец, поняла, что облизывание друзей не было социально приемлемым.

Эми рассмеялась и отвернулась. Ей было трудно выдержать взгляд Джордан дольше трех секунд. Она даже не знала почему, может из-за того, что взгляд этот был таким... пытливым. Она собрала хирургические инструменты на поднос и вытащила пару латексных перчаток из картонной коробки.

- Вы носите обручальное кольцо? - она щелкнула перчатками почти что пять раз.

- Обручальное кольцо? - переспросила Джордан.

- Какое-либо кольцо? Любой вид украшений?

Джордан застенчиво улыбнулась.

- Вы пытаетесь выяснить, свободна ли я?

Эми покраснела. Она чувствовала, что Джордан ее внимательно разглядывает. Это было приятно и неприятно одновременно. Вроде как есть мороженое, когда у тебя ангина. Ты чувствуешь себя хорошо (мороженое) и плохо (боль в горле).

Эми поерзала на стуле и сказала:

- Мне придется подобраться близко к руке, и я не хочу, чтобы ножницы задели кольцо, - а потом добавила. - Если у вас оно есть.

- У меня нет. Итак, док, вы замужем?

Эми скользнула ножницами под первый слой изоленты.

- Нет, я не замужем.

- Не нашли подходящего человека?

- Что-то вроде того.

Эми заметила, что та сказала «человека», а не «мужчину». Если она не ошиблась, Джордан с ней флиртовала. Но, может, она ошибалась. С ней не часто флиртовали, и никогда с ней не флиртовала женщина, так что она не была в этом экспертом. Единственный раз, когда она наблюдала флирт между двумя женщинами, он случился в фильме о жареных зеленых помидорах, и даже на это ей должны были указать. (И кто? Ее мама, ради всех святых.).

Она начала разрезать изоленту.

- Может немного прищемить.

Джордан поморщилась.

- А как насчет вас? У такой девушки, как вы, есть кавалер? - спросила Эми.

Она почти что себя пнула. Кавалер? Что это за слово? Что она, выросла в 1950-х? Что дальше? Она будет говорить о вечере танцев босиком и юбках-солнце?

- Что вы имеете в виду под «у такой, как я»? - удивилась Джордан. - Я такая непрезентабельная? Я знала, что должна была пригладить волосы, прежде чем идти в отделение неотложной помощи. Моя мать всегда говорила мне, что все время надо носить чистое белье на случай, если я попаду в ДТП. Я никогда не понимала ее логику. В смысле, если бы я попала в аварию, вероятно, мои штаны были бы так испачканы, что вряд ли кто-нибудь в первую очередь обратил внимание на мое белье?

В голове Эми внезапно возник образ Джордан в нижнем белье. И что это было бы за белье? Красное и кружевное? Белое из хлопка? Можно много сказать о человеке по его нижнему белью. Что было сегодня не так с ее мозгами? Они настоятельно сворачивали на эти эротические фантазии. Должно быть, ей не хватало кофеина. Или, может, кофеина было слишком много.

- Я лишь имела в виду, кто-то вроде вас столь же... привлекательный. В смысле, у вас, должно быть, много обожателей, - произнесла Эми.

Обожателей? Она действительно это сказала? Боже мой, она превращается в свою бабушку, которая всегда спрашивала ее о «посетителях джентльменах».

- Что ж, спасибо за комплимент. Но, видите ли, тут есть проблема. Могу вам гарантировать, что, кажется, помимо своей воли, я выявляю самое худшее в моих девушках.

Девушки, подумала Эми. Таким образом, она гей. Ее давление подскочило, а сердце застучало быстрее. Единственным скользким моментом было то, что она использовала слово «девушки» во множественном числе. Конечно, Джордан была так красива, что могла выбрать себе кого угодно. К ней, наверное, в очередь выстраивается уйма женщин. Боже, ей действительно сейчас в голову пришло слово «уйма»?

Эми, наконец, удалось размотать руку.

- И каким образом вы выявляете в них худшее?

Она встала и собрала набор для стерилизации.

- Большинство из них превратились в помесь Медузы Горгоны и зеленоглазого монстра.

Эми выглядела озадаченной.

- Ревность. Если я с кем-то, то я не изменяю. Иногда я думаю, что я, должно быть, единственная лесбиянка на планете, которая верит в моногамию.

Эми кивнула. Она точно знала, как себя чувствовала Джордан. Ее личная жизнь совсем не сопровождалась оглушительным успехом. У нее был Ник, который не мог удержать свой член в штанах, и Джо, который был властным и ревнивым, и теперь у нее был Чед, который вел себя как эгоистичная задница. Ага, ее личная жизнь определенно была такой же отстойной.

- Могу я задать вам вопрос? - спросила Джордан.

«Боже, начинается, - подумала Эми. - Сейчас она спросит, лесбиянка ли я, и мне придется сказать „нет“, и тогда она перестанет флиртовать или что она там делает. А я только начала этим наслаждаться.».

- Естественно, - сказала Эми, совершенно так себя не чувствуя.

- Почему вы стали доктором?

Ладно, она ошиблась насчет вопроса. Придумывая ответ, она повернулась к Джордан и выпустила фонтанчик из шприца с болеутоляющим.

Джордан посмотрела на иглу и побледнела.

- Иглы?

Джордан кивнула. Тогда Эми сделала нечто, чего никогда раньше не делала. О чем она никогда даже не помышляла прежде. То, что в это же время вчера она никогда бы не осмелилась сделать. Она стянула халат и рубашку, обнажив плечо, и показала Джордан свою татуировку.

- Я тоже не люблю иглы. Но я терпела и не жаловалась достаточно долго, чтобы сделать эту татуировку. Это моя дань приключениям.

- Красивая, - сказала Джордан.

И когда Эми подняла голову, Джордан не смотрела на татуировку. Эми покраснела и повернулась к ней спиной. Она держала руку Джордан под мышкой и начала вводить болеутоляющее в рану, но так, что Джордан не могла видеть, что происходит.

- Просто смотрите на мою татуировку. Я закончу с этим, вы не успеете и глазом моргнуть.

Глаза Джордан задержались на плече Эми. Татуировка была синего цвета. Не зеленого, как у мастеров старой школы, но глубокого, почти фиолетово-синего. Это был кадуцей, медицинский символ, в комплекте со змеями, вползающими на его вершину. Однако, изображение представляло собой авторскую художественную версию, и, по мере того как Джордан в нее вглядывалась, она, казалось, становилась объемнее. Жутковато и завораживающе одновременно. Джордан протянула руку и слегка коснулась татуировки пальцем.

- Не подумала бы, что кто-то, такой как вы, сделал бы себе татуировку.

- Как я?

- Кто-то такой смышленый и красивый.

Эми молчала. Ее ошеломило, что ее назвали красивой. Эми закончила с иглой и продолжала стоять спиной к Джордан. Она не хотела встречаться с этими неотрывно глядящими на нее глазами. Ей нужно было восстановить душевное равновесие. Наконец, она три раза глубоко вздохнула, встала и бросила иглу в корзину для биологически опасного мусора.

Когда она обернулась, Джордан на нее глазела. Ее взгляд бродил по лицу Эми и задержался на ее открытом плече.

Смущенная (и немного взволнованная) от того, что ее рассматривали с такой дерзостью, Эми поправила свою рубашку и халат.

- Где ваша подруга? - спросила Эми. - Та, что оказала вам эту удивительную первую медицинскую помощь?

- Она в приемной.

- Пойду и скажу ей, что вы в порядке, но потребуется еще немножко времени, чтобы наложить швы. Как она выглядит?

- Невысокого роста, с вьющимися черными волосами, с красными очками-лисичками, в камуфляжных брюках и большой черной толстовке с капюшоном. Просто позовите Эдисон, и она выскочит.

- Эдисон? Хорошо, - и Эми удалилась. Шагая по коридору, она попыталась разобраться в своих эмоциях.

Пока она шла, в ее голове развивался следующий диалог: Эми, что ты делаешь? Это же всамделишная великолепная женщина, а ты тут только зашиваешь ей руку. Ты ходишь на свидания с мужчинами, и ты никогда в действительности не задумывалась об отношениях с женщиной. Только потому, что эта красивая, сексуальная, умная женщина с тобой флиртует, не означает, что в итоге ты поменяешь все свое жизненное восприятие того, как функционирует этот мир. Джордан, вероятно, флиртует со всеми. Это то, что делают шикарные люди - они водят остальных за нос, потому что могут себе это позволить. Тем не менее, Джордан такой не казалась... то, как она смотрела на меня, было настолько обезоруживающим.

Ее сердце забилось при мысли о пальце Джордан на ее коже. Она, возможно, никогда больше не будет мыть то место.

Эта мысль не помогла. Зажигательная беседа Эми с самой собой не возымела никакого эффекта, потому что частота ее сердечных сокращений не понизилась. Тогда она сделала самое гениальное, что в тот самый момент пришло ей в голову. Она остановилась у торгового автомата и купила шоколадный батончик. Она торопливо развернула конфету и сунула ее в рот. Прожевав, проглотила и вздохнула с облегчением.

- Видишь, - сказала она, разговаривая сама с собой. - Я не лесбиянка. У меня просто на секунду понизился уровень сахара в крови.

5. УСЫ И НЕДОРАЗУМЕНИЯ.

Не зная о том, что над верхней губой у нее все еще осталось доказательство поедания шоколада, Эми отворила дверь в комнату ожидания, окинула взглядом, ютящиеся там массы и позвала:

- Мисс Эдисон? Здесь есть где-нибудь мисс Эдисон?

Эдисон взвила руку вверх а-ля Арнольд Хоршак и произнесла:

- О, о, о! Скажите мне, что она будет жить.

Описание Джордан было точным попаданием в цель, за исключением того, что Эдисон не носила очки.

- Она будет жить, - произнесла Эми, пожимая Эдисон руку. - И все благодаря превосходно выполненной вами упаковочной работе. Эту ленту было довольно таки трудно отодрать.

Эдисон уставилась на шоколадные усы Эми, по ошибке принимая их за настоящие. Не мудрено, шоколад очень подходил к цвету волос Эми. Ошибка Эдисон была понятна. Она не носила очков. Эдисон подумала, что Эми можно было бы назвать действительно красивой, если бы она попрактиковалась в эпиляции.

Эми ошибочно решила, что Эдисон плохо слышит, и может, даже совсем глухая, раз она так пристально уставилась на ее рот, пытаясь читать по губам. Поэтому она заговорила очень, очень громко, и постаралась произносить слова внятно.

- Рада. С. Вами. Познакомиться. Эдисон.

Эдисон подумала, что Эми вероятнее всего не только страдает от избыточного волосяного покрова, но еще и глухая. К чему бы ей тогда надо было так четко произносить слова, при этом не контролируя громкость звука. Эдисон увеличила громкость собственного звучания, чтобы сравняться с Эми.

- Как здорово, что вам удалось стать доктором!

- Благодарю вас! - прокричала ей в ответ Эми.

Эдисон продолжила кричать:

- Думаю, это замечательно видеть, как люди преодолевают препятствия, что ставит перед ними жизнь, чтобы осуществить свои мечты!

- Совершенно с вами согласна!

- Значит вы будете готовы собрать воедино Шалтая Болтая?

- Что?

- Раненную руку Джордан! - сказала Эдисон, проделывая режущие жесты со своей рукой.

Чтобы Эдисон поняла лучше, Эми добавила к этой импровизируемой пантомиме несколько движений, имитирующих шитье.

- О, да. Конечно, я смогу собрать ее по кусочкам, только потребуется немного времени. Я не хочу, чтобы вы волновались!

- А я могу посмотреть? Вид запекшейся крови так пленяет взор! - она внимательно уставилась на губы Эми, словно гончая в ожидании команды охотника.

Эми с энтузиазмом кивнула.

- Почему бы и нет! Вы сможете ее отвлечь, пока я буду ее зашивать.

- Насколько я знаю Джордан, вы уже ее здорово отвлекли!

Эми выглядела озадаченной, поэтому Эдисон объяснила:

- Джордан всегда замечает хорошеньких женщин.

Эми повела Эдисон по коридору, а поскольку Эдисон была глухой и шла позади, Эми и не потрудилась держать свои мысли при себя.

- Вау. Меня опять назвали хорошенькой. Дважды в течение пяти минут. Прям какой-то рекорд. Или может у них, лесбиянок, так принято. Она сказала, что Джордан замечает хорошеньких женщин. Что означает, что Джордан, должно быть, дамская угодница. И то, как Эдисон это сказала, прозвучало даже более убедительно… как будто она ревнует. А Эдисон ее девушка? А еще лучше спросить себя, почему я даже об этом думаю? Мне было бы безопаснее и спокойнее с меняющей настроение родинкой миссис Маркус.

- А что такое меняющая настроение родинка, - спросила Эдисон. Эми замерла.

- Вы это слышали?

- Конечно, слышала, - ответила Эдисон. - Это вы тут глухая, а не я.

- Я не глухая, - возразила Эми.

- Что, серьезно?

Эми кивнула.

- Если вы не глухая, почему вы так уставились на мои губы?

Эдисон переминалась с ноги на ногу.

- Мне очень жаль, я знаю, это может показаться грубым, но я никогда до этого не видела женщину с усами, - боясь обидеть Эми, она поспешила добавить: - Нет, я до этого конечно видела усатых женщин, но не с такими милыми и изящными усиками, как у вас.

Эми вытерла верхнюю губу.

- Это шоколад, - сказала она и облизала палец, чтобы доказать сей факт.

- О, - выдохнула Эдисон с облегчением. - Слава богу, а то это выглядело реально страшно.

Эми облизала верхнюю губу.

- Исчезло?

Эдисон кивнула.

- Ага. О, и Джордан не дамская угодница.

Эми откинула занавес в отсеке Джордан и произнесла:

- Рада это слышать.

6. РАЗДЕВАЮЩИЙ ВЗГЛЯД.

Пока Эми отсутствовала, Джордан воспользовалась перерывом, серьезно размышляя над дилеммой, как пригласить Эми на свидание. Применив все свои сверхчеловеческие лесбийские силы, она сделала вывод, что Эми была натуралкой, но интересующейся. И Джордан понимала, что ей придется действовать осторожно. Она должна будет соблазнить Эми, и не показаться напористой. Она должна быть скромной, но не сдержанной. Следующие несколько минут будут разыграны так, как будто она проводит уникальную хирургическую операцию.

Мысли Джордан были прерваны, когда Эми завела Эдисон в смотровой отсек.

- Что, черт возьми, ты здесь делаешь? - спросила она.

- Я твой доктор, - сказала Эми. - Разве ты не помнишь меня?

- Не ты. Она, - указала Джордан здоровой рукой.

- Я буду тебя отвлекать, - объяснила Эдисон, рассматривая порезанную руку. - Теперь, когда кровь не бежит ручьем, то для чего-то реально отвратного, это выглядит вполне себе ничего.

- Лекарство подействовало? - спросила Эми.

- Ну, я больше не чувствую свою руку. Как будто она даже мне не принадлежит, - ответила Джордан. Эми сидела перед ней на крутящемся стуле.

- Значит, подействовало.

Эдисон зависла над плечом Эми, очарованная процедурой.

Джордан шепнула Эми:

- Не могу поверить, что ты позволила ей сюда прийти.

Эдисон наклонилась еще больше, и ее нос очутился между раненой рукой и Эми.

- Док попросила меня тебя отвлечь, - объяснила Эдисон.

- На самом деле, прямо сейчас, ты отвлекаешь меня, - сказала Эми.

- Ой, прости. Я буду ждать вот тут. Скажи, когда ты захочешь, чтобы я начала отвлекать.

Эдисон перешла в дальний конец комнаты и прислонилась к стене. Джордан осознала, что присутствие Эдисон изменило всю энергию в смотровом отсеке. То, что чувствовалось раньше, если, конечно, это не было лишь плодом ее воображения, теперь полностью изменилось. Казалось, в помещении стало пусто, плоско и... незыблемо. Вот, что это было. Раньше она чувствовала текучесть, плавность и движение, теперь же все застыло и отяжелело.

- Ты так и не ответила на мой вопрос, - сказала Джордан Эми.

- Какой вопрос?

- Почему ты стала врачом?

- По обычным причинам, я думаю, - сказала Эми.

Она положила руку Джордан на маленький столик, поближе подтащила лоток с инструментами и направила на него лампу. Под ее ярким светом Эми изучала, что предстоит сделать.

- Что? Ты не уверена в ее способностях? По мне, так она выглядит довольно компетентной, - сказала Эдисон.

- Я полностью доверяю... как тебя зовут? - спросила Джордан.

- Эми.

- Я могу тебя так называть?

- Да, - Эми взглянула на нее. - Ты, возможно, не захочешь смотреть, что я буду делать.

- Я хочу посмотреть, - сразу же встряла Эдисон.

- Нет, - сказали Джордан и Эми в унисон. Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.

- Обещаю, что не пошевелюсь, ничего не брошу или чего-нибудь в этом роде, - заскулила Эдисон.

- Хорошо, - уступила Эми, - но не нависай надо мной. И встань за ней, а не за мной.

Ликующая Эдисон обосновалась позади Джордан и заглянула ей через плечо.

- Пора рассказывать сказки, Эми, - сказала Джордан. - Отвлеки меня историей о том, почему ты стала врачом.

Эми накладывала стежки и решила ответить так, как отвечала всем:

- Я стала врачом, потому что меня всегда очаровывало человеческое тело.

- Оно и меня очаровывает, - сказала Эдисон.

- Ты заинтересована только в определенных его частях, - сказала Джордан. Эдисон захихикала.

- Итак, Джордан, чем ты занимаешься? - спросила Эми.

- Она писатель. Пишет книжки для детей. И иллюстрирует их, - ответила за нее Эдисон. Она наклонилась ближе. - Эта волокнистая белесая штука - сухожилие? Потрясно. Ты можешь сшить их вместе вот так? Ничего себе.

- Я не в состоянии слушать такие цветистые подробности, - возмутилась Джордан.

- А эта черная нитка останется в ее руке навсегда?

Эми покачала головой.

- Со временем рассосется.

- Восхитительно.

- Надеюсь, ты сможешь помочь ей с перевязкой? - спросила Эми у Эдисон.

- С удовольствием! - с щенячьим восторгом воскликнула Эдисон.

- Ты назначаешь ее нянчиться со мной? Да, в первую очередь это ее вина, что все так случилось, - возмутилась Джордан.

- Ну, в таком случае, - сказала Эми, - она должна отработать свой кармический долг. Или в следующей жизни ей придется делать это снова и снова.

- Хм... не уверена, что хочу, чтобы со мной возилась доктор, которая верит в реинкарнацию. Почему-то кажется, что это противоречит всем причинам, по которым жизнь должна продолжаться, - пустилась в рассуждения Джордан.

- Я хочу быть твоей сиделкой! Ты же знаешь, как я люблю рассматривать раны и всякое такое, - сказала Эдисон. - Может, я смогу заполучить один из тех секси прикидов медсестер. С маленьким фартуком и метелку из перьев.

- Ты думаешь о костюме французской горничной, - сказала Джордан.

- О, - сказала Эдисон. - Ты права. А что носят медсестры?

- Хирургическую форму, - ответила Эми. - В любом случае, она не очень-то и сексуальна, - снова повернувшись к Джордан, она добавила: - Я выпишу вам рецепт на викодин. Этого будет достаточно, чтобы продержаться неделю.

- Не утруждайся. Она не будет его принимать, - встряла Эдисон.

- Знаешь, - саркастически сказала Джордан, обращаясь к Эдисон, - реально удивительно, как это я умудрялась жить до тебя.

Эми не поспевала за этими двумя. Они были как пара из ситкома «Еще по одной», только без британского акцента.

- Вы двое ведете себя, как бывалая супружеская пара.

- Мы не женаты, - сказала Джордан. - На самом деле, если бы это и произошло, то мы навряд ли бы остались друзьями.

- На самом деле, она так не думает, - рассмеялась Эдисон.

Эми все еще не была уверена в статусе их отношений, поэтому закинула удочку подальше, спросив:

- Так, вы двое не пара?

- Неа, - ответила Эдисон.

- Мы попробовали быть парой, но она сказала, что я слишком властная, и это правда, так что теперь я ее соседка по комнате. И это действительно было к лучшему. Мы бы долго не продержались. Я бы таскала за волосы каждую девицу, которая окидывала бы ее своим раздевающим взглядом и, вероятно, прямо сейчас отбывала бы срок в тюряге.

- Раздевающий взгляд? - спросила Эми.

- Знаете, - объяснила Эдисон, - это когда девушка смотрит на вас и без всяких предисловий как бы говорит «Я хочу вытворять с тобой непристойные вещи».

- Предисловий?

- Да, - кивнула Эдисон. - Это та часть, где ты готовишь ужин или напитки, показываешь фотографии своих пушистых питомцев, рассказываешь милые истории о твоей кошке, и как бы говоришь от ее имени. Ты говоришь высоким голосом, поскольку ты представляешь, что именно так кошка и беседовала бы с тобой.

Эдисон перешла на писклявый голосок.

- Меня зовут Варежка, и мои хозяева меня мучают. Они обедают свежедобытым мясом, в то время как меня заставляют есть противный сухой корм. Они вешают передо мной разные штуки, а потом отдергивают их от меня подальше.

Она продолжила своим обычным голосом:

- Потом ты убеждаешься, что у каждой из вас есть карта постоянного клиента U-Haul (компания, занимающаяся организацией переездов - примеч. переводчика), - Эдисон драматически замолчала. - А затем ты становишься непристойной.

Джордан усмехнулась.

- Не обязательно в таком порядке.

- О, - сказала Эми. - А что делать, если у вас нет кошки?

Глаза Эдисон расширились. Она обхватила ладонями лицо, как малыш на плакате фильма «Один дома».

- Ты что, шутишь!

- У каждой лесбиянки есть кошка, - пояснила Джордан.

- В самом деле? - удивилась Эми. - Это типа неписаного правила?

- Нет, как раз писаного, - сказала Эдисон. - Это есть в руководстве.

Эми засмеялась, одевая руку Джордан.

- Хорошо, теперь перейдем к викодину. Уверена, что не передумаешь? Будет прилично болеть, когда прекратиться действие укола.

- Никаких наркотиков, - сказала Джордан. - Предпочитаю внушительный бокал «Пино Гри» и парочку обезболивающих.

- У нее в доме есть винный погреб, - пояснила Эдисон. - В доме полно места, он просто огромен. Старый, четырехэтажный викторианский или трехэтажный с мансардой, что делает его четырехэтажным. Мы восстанавливаем его былое величие, только все будет выглядеть круче.

- Скажи мне, что ты не выпала из окна четвертого этажа, - сказала Эми.

- Я не выпадала из окна четвертого этажа, - произнесла Джордан с каменным лицом.

- Именно так, выпала, - раскрыла тайну Эдисон.

Эми покачала головой.

- Невероятно. Это чудо, что ты ничего себе не сломала.

- Я знаю, как падать, - сказала Джордан. - Вы когда-нибудь слышали истории о детях, которые падали с десятиэтажных зданий и ничего не получали, кроме пары синяков? Это потому, что их тело было расслабленным. Вот в чем секрет. Просто расслабьтесь и отскочите.

Эми улыбнулась.

Джордан улыбнулась.

Эдисон нахмурилась.

Эми повернулась спиной к этим двоим и запихнула в мешочек еще марли и бинта. Джордан торопливо показала Эдисон, чтобы та ушла. Эдисон открыла дверь, но прежде чем она успела выйти, Эми остановила ее, сказав:

- Эдисон?

Эдисон повернулась. Эми вручила ей все необходимое для перевязки.

- Этого хватит на пару дней. Вы должны пойти в аптеку и пополнить запасы.

- Спасибо, док, - кивнула Эдисон.

Эдисон посмотрела на Джордан и, как актер очень плохой мыльной оперы, натянуто произнесла:

- Я лишь отлучусь, чтобы подогнать автомобиль ко входу, Джордан. Тебе не следует увлекаться этой... ходьбой, - и с этими словами она ушла.

- Так, - сказала Джордан, вставая. - Я полагаю, что на этом все тогда.

- Я хотела бы увидеть тебя снова, - сказала Эми.

- Я тоже хотела бы снова с тобой встретиться, - сказала Джордан.

- Вообще-то, я имела в виду, что хотела бы увидеть твою руку. Через две недели. Я сниму швы.

- О, - покраснела Джордан. - Конечно, ты об этом. Но, знаешь, где моя рука, там и я. Поэтому, ты, вероятно, увидишь и меня тоже.

Эми улыбнулась.

- Этого можно было бы ожидать. Вот моя визитка. Ты можешь позвонить в рабочее время и записаться на прием, хорошо? Или звони в любое время. Это не обязательно должно быть рабочее время. Для приема.

- Тогда ладно, это свидание. Я имею в виду, что это на самом деле не свидание. Я знаю это. Но это свидание. Типа того.

Эми рассмеялась.

- Я знаю, что ты имела в виду.

- Ладно. Я позвоню тогда. Я имею в виду, завтра. В любое время. Я позвоню.

Джордан направилась к двери, не желая оконфузиться еще больше. Она уже почти вышла из двери, но обернулась.

- Ну, ты так и не сказала... У тебя есть кот?

- Пока нет, - улыбнулась Эми. - Но я подумываю, чтобы завести.

Джордан усмехнулась и повернулась, чтобы уйти, но в этот момент, Джереми завернул за угол, и они столкнулись друг с другом. Он медленно окинул взглядом Джордан с головы до ног, пробормотав:

- Простите.

Джордан неловко улыбнулась ему, помахала на прощание Эми перевязанной рукой - что больше походило на стирание мела на доске, чем на взмах - и направилась дальше по коридору.

Джереми повернулся к Эми, пошевелил бровями а-ля Граучо Маркс и сказал:

- Думаю, что я ей понравился, да?

- Что ты до сих пор тут околачиваешься? Я думала, ты уехал.

Он выпятил нижнюю губу, карикатурно сымитировав надутого ребенка.

- Если бы я был мнительным, я бы подумал, что ты мне не рада.

Эми почувствовала, что электрический заряд, который привнесла в нее Джордан, взял и весь вышел.

- Извини, - сказала она. - Я устала. Как поживает родинка миссис Маркус?

- Ты была права насчет диагноза. Я намеренно ее разозлил, и родинка покраснела.

Эми рассмеялась. Джереми продолжал:

- А затем я специально заглянул сюда в надежде помочь тебе с красоткой.

- Красотка. Это так уничижительно. Не понимаю, почему женщины тебя любят.

- Какая ты обидчивая. Ты единственная женщина, которую я знаю, кто не бросилась к моим ногам.

Эми самодовольно на него посмотрела.

- Ну, я не заметила, чтобы и мисс Красотка бросилась со всех ног в твою сторону.

Он изобразил обиду, взметнув руку к груди, как будто был сражен наповал в самое сердце. Затем рассмеялся.

- Она определенно лесбиянка.

- На самом деле, так оно и есть, - сказала Эми. - И она со мной флиртовала.

Глаза Джереми округлились.

- Серьезно? - он приложил руку к груди в умоляющем жесте. - Если ты пойдешь с ней на свидание, возьмешь меня с собой? Обещаю, я буду очень тихим и буду только смотреть.

Эми закатила глаза и вытолкала его за дверь. Она уже прошла пол коридора, когда Джереми высунул голову в дверной проем и крикнул ей вслед:

- Шучу! - потом добавил себе под нос, - Но не то, чтобы очень.

7. РАСХОЖДЕНИЯ ВО МНЕНИЯХ.

- Она тебе нравится, - спросила Эдисон, открывая дверь своего доисторического фольксвагена-жука.

- Может быть, - ответила Джордан, забираясь на пассажирское сиденье.

- Но мы даже не знаем, она одна из нас или нет, - заметила Эдисон. Она завела машину, вцепилась в коробку передач, пока не переключилась на обратный ход, и выехала задом с парковки, не глядя назад. Позади раздался скрежет тормозов и злобный сигнал клаксона, что Эдисон благополучно проигнорировала.

- А это важно? - спросила Джордан.

- Только, если ты хочешь с ней встречаться.

Эдисон, наконец-таки, вырулила с парковочного места и направила свои колеса к выезду.

- Может, я все же получу тот самый знаменитый тостер, который я всегда хотела, - сказала Джордан. (Известная в Штатах шутка, ставшая популярной с легкой руки Эллен ДеДженерес. Считается, что есть тайная организация, презентующая тостер каждой лесбиянке, которой удалось «обратить» натуралку - примеч. переводчика).

- Она тебе не по зубам.

- Ты едешь по дороге с односторонним движением, - подсказала Джордан.

- Ну и?

- Не в ту сторону.

Просигналил еще один автомобиль, и водитель потрясла кулаком в воздухе. Эдисон приветливо помахала разъяренной женщине.

- Не думаю, что она машет? - сказала Джордан.

- Что тебя сподвигло так подумать?

- Красное от злости лицо и пена у рта.

- Некоторые люди так легко возбудимы, - сказала Эдисон. С пронзительным скрипом колес она вырулила на основную дорогу. Водитель в подрезанной ею машине агрессивно просигналил и прибавил скорости. Эдисон покачала головой и вздохнула.

- Можно подумать, если там стоит знак «дорога с односторонним движением», то все должны так и ездить.

- Ну, это вообще-то положено по правилам дорожного движения, если что.

Следующие пять минут они проехали в тишине. Джордан закрывала глаза и задерживала дыхание всякий раз, когда Эдисон влетала в поворот, не сбрасывая скорости.

- Как ты думаешь, сколько ей лет? - спросила Эдисон.

- Кому?

- Сама знаешь кому.

Джордан пожала плечами.

- Тридцать.

- Откуда ты знаешь?

- Я не знаю. Ты спросила, как я думаю, сколько ей лет? И я думаю, что тридцать.

Эдисон нахмурилась.

- Так она для тебя молода.

- Мне тридцать два. Не похоже, чтобы я запала на младенца.

- Твоя последняя девушка была намного старше.

Эдисон ударила по газам, чтобы проскочить на желтый свет. Джордан удержала равновесие, прижавшись ладонью неповрежденной руки к приборной панели.

- Возраст вещь относительная.

- Я уверена, что от нее исходили флюиды натуралки, - сказала Эдисон.

- Все мы натуралки, пока не доказано обратное.

Эдисон отвела глаза от дороги и посмотрела на Джордан. Смотрела она долго.

- Итак, каков вердикт? Ты собираешься пригласить ее на свидание?

- Нет. Пожалуйста, следи за дорогой.

- Нет?

- Нет, я не обращаю натуралок в свою веру, - Джордан указала на лобовое стекло. - Дорога, пожалуйста.

Эдисон посмотрела вперед и сказала:

- Ты обратила меня.

- Это твоя версия. Моя версия в том, что это был несчастный случай.

- Ты так говоришь, будто споткнулась, упала на меня и лежала, пока я не кончила, - сказала Эдисон. Джордан вздохнула.

- Эд, я не хочу говорить о нас снова. Мы лучшие друзья. Нам вместе лучше так, а не иначе. Что же до доктора... Я не буду пытаться превратить ее в лесбиянку, вот и все, конец истории.

У Эдисон на лице проступило сомнение. Она сказала тем небрежным тоном, что означало что, на самом деле, он таковым не был:

- Некоторые превращения происходят сами собой.

Правда была в том, что Джордан познакомилась с Эдисон, когда та была натуралкой. Нет, поправочка ... Джордан познакомилась с Эдисон, когда та не была практикующей лесбиянкой. Она наняла Эдисон, чтобы повесить новые шкафы на кухне. Та успела повесить только половину шкафов до того, как Джордан ввела Эдисон в мир практического лесбиянства, и это была своего рода случайность.

Джордан винила не себя. Она винила свою гиперактивную привлекательную подругу, на которой в тот момент оказалось не так много одежды. Если Эдисон не хотела, чтобы ее соблазнили и взяли на полу кухни, ей не следовало наклоняться так, чтобы показалась щелочка между ее ягодиц.

Джордан вздохнула. Она любила Эд. Но она любила ее, как лучшего друга. Проблема была в том, что Эд любила ее как возлюбленную. Джордан не была уверена, как так случилось, но Эдисон переехала в ее дом своего рода незваной. Что-то в ее квартире было затоплено и сломано, да и в доме Джордан Эдисон работала весь день, а у Джордан было более чем достаточно места. Арендная плата Эдисон могла быть вычтена из того, что Джордан платила ей за переделку дома. Проблема была в том, что переделки не было конца и края. Джордан размышляла, было ли это преднамеренным.

Эдисон въехала на Жуке на подъездную дорожку дома. Они посмотрели на старое здание и вздохнули. Когда-то это был красивый старый викторианский дом, но теперь краска облупилась и отшелушивалась, двор зарос, а окна были похожи на мутные катаракты дряхлой старой леди. Если бы дом был человеком, он был бы мисс Хэвишем из фильма «Большие надежды».

- Мне бы хотелось, чтобы это превращение произошло бы само по себе, - сказала Джордан, указывая на здание и намекая на продолжающуюся реконструкцию дома.

- И какое бы тогда в этом было веселье? - спросила Эдисон. - Разве вкалывание в поте лица своего, часы и часы работы, не стоят того, чтобы иметь что-то твое собственное, что-то особенное и стоящее, что-то дающее смысл твоей жизни?

Джордан вылезла из машины.

- Мы говорим о доме или о докторе?

- Ты мне скажи, - Эдисон захлопнула дверь машины и направилась к крыльцу.

8. СИНЯЯ ЭМИ.

Джордан, скрестив ноги, сидела на полу в ее художественной студии, посреди парусины, ведер с краской и наполовину окрашенной стены, и отхлебывала из кофейной кружки «Пино Гри», размышляя о своем собственном внутреннем превращении. Ее превращение состояло из трех различных этапов.

До паденияиз окна: Джордан не верила в настоящую любовь. Она не верила в романтические истории и в то, что после все живут долго и счастливо. Она думала, что вся эта промывающая мозги чепуха про любовь исходила от мужчин, чтобы женщины сидели дома и рожали детей. Такое мнение настолько укоренилось в женских умах, что даже им заразились лесбиянки, словно это было пандемией гриппа.

Во время падения: в тот момент, когда она соскользнула, в тот самый момент, когда она потянулась, чтобы схватиться за что-нибудь, и ничего не оказалось под рукой, она поняла, что стремительно летит к Земле и к неминуемой гибели, Джордан подумала, что умирает слишком молодой. Она подумала обо всех вещах, которые еще не сделала. Она не съездила в Новую Зеландию. Она не посетила крышу Эмпайр Стейт Билдинг. Она не написала роман, который стал бы ее новаторским шедевром. Она не испытала настоящую любовь. Это была ее последняя мысль, и это был решающий аргумент. Настоящая любовь. Она умрет девственницей сердца, образно говоря.

После падения: Джордан увидела Эми в отделении скорой помощи. Возможно, всему виной было слишком большое количество эндорфинов, вызванных бегущим по венам страхом, может, потеря крови, может, полнолуние или перец чили, что вчера вечером она ела на ужин, но что бы там ни было, сейчас Джордан была чертовски уверена, что влюбилась.

Она покачала головой, глотнула вина и строго себе напомнила, что не верит в настоящую любовь. Однако, верила во второй бокал вина. Джордан подняла бутылку, что торчала между ее ног, и плеснула в чашку еще.

Она смотрела на половину окрашенную стену, и задалась вопросом, когда же Эдисон доберется до сюда, чтобы ее докрасить. Казалось, весь дом был сделан только наполовину. Эдисон неустанно работала над домом, но всегда отвлекалась на свои детища - изобретения, что постоянно мастерила. И как результат, новая посудомоечная машина громоздилась на полу посреди кухни, унитаз для комнаты для гостей стоял в коридоре, листы гипсокартона были сложены в гостиной, а ни одна стена во всем доме не была полностью покрашена.

Джордан решила проявить инициативу. Отверткой она взломала крышку у банки с краской, помешала, схватила кисть и обмакнула ее в синюю краску. Цвет был лазурно-синий, ее любимый. Большую часть краски Эдисон хранила здесь, в ее студии, так что, когда приходило время покрасить комнату, она знала, где, в этом хаосе перестройки, была краска.

Джордан шлепала краску на стену одной рукой и потягивала вино из другой. Ну, она пыталась потягивать вино. Она не могла держать кружку в левой руке из-за швов и бинтов. И из-за болезненных ощущений.

Она нашла рулон изоленты, что не было непосильным делом, поскольку Эдисон, накупив материала на всякий случай в огромном количестве, раскидала его по всему дому. Помогая себе зубами, коленями и здоровой правой рукой, Джордан примотала кружку с вином к левой руке. Она запустила тест-драйв, подняв конструкцию к губам и сделав глоток из кружки. Это сработало на ура. Джордан подумала, что Эдисон следует изобрести что-то вроде этого - палитру, к которой была бы прикреплена чашка-непроливайка. Она могла продавать его художникам в унылом состоянии. И разве не все художники погружены в унылое состояние?

Джордан взяла кисть и намазала синюю краску на стену. Она выпила и принялась рисовать, позволяя своему уму свободно блуждать.

Джордан подумала об Эми. Она подумала о лице Эми. Та была красива скромным, незатейливым образом. Джордан подумала о том, чтобы использовать лицо Эми в одной из своих иллюстраций. Эми может идеально подойти для ее книги. Весь прошлый год Джордан работала над своей детской книгой. Она рисовала картинку за картинкой, но ее никогда не удовлетворял конечный результат. Если она возьмет для рисунка лицо Эми, возможно, в ней проснется вдохновение, в котором она так нуждалась.

Джордан обладала фотографической памятью. Она могла вспомнить с поразительной детализацией каждое лицо, которое она когда-либо видела. Этот талант сполна пригодился в художественной школе, когда она не успевала закончить до звонка задание на уроке рисования. Она просто шла домой, завершала все по памяти и отдавала рисунок на следующий день. Этот талант также пригодился бы, если бы ее когда-нибудь ограбили, или похитили, или она стала бы жертвой бессмысленного преступления. Что не случилось, слава Богу, но если бы случилось, она была бы в состоянии набросать ее собственный полицейский эскиз.

Крася стену, она думала о глазах Эми. Они были красивы, конечно, но такими же красивыми были и миллион других глаза, которые видела Джордан. То, что за ними скрывалось, просачивалось наружу, это и делало глаза Эми такими особенными. Ладно, слово «просачивалось» было не лучшим из возможных. Она имела в виду, что у Эми были глаза с глубиной, которая превосходила обычный синий цвет. Они были настолько глубоко синими, что, казалось, становились темнее ближе к центру и поглощали ее.

А ее губы. Совершенные дугообразные губы. Зубы, которые виднелись, когда она улыбалась. Один зуб спереди сидел чуть-чуть криво. Как раз достаточно, чтобы не быть совершенным. На щеках едва проглядывал цвет. Ямочка на правой щеке. Нет, на левой. Просто с ее правой стороны. Волосы у Эми были такими, что и описать было невозможно: не длинные, не короткие, не прямые, не вьющиеся.

Они были прекрасны.

Мысли Джордан были прерваны жужжанием. Она обернулась и увидела, как маленький автомобильчик на дистанционном управлении вкатился в комнату, пробежал по полу и остановился в шаге от ее ног. На крыше машинки виднелся конверт, приклеенный к ней изолентой. На конверте каракулями Эдисон были выведены слова «Досье доктора Эми Стюарт».

Джордан оторвала конверт от автомобильчика и открыла. Внутри находилось несколько страниц.

- Что все это значит? - крикнула Джордан.

Она знала, что Эдисон должна была быть где-то рядом. Эдисон прислонилась к дверному проему с монитором в виде солнцезащитных очков, что были задвинуты на голову. Она замерла, когда посмотрела на стену.

- Лучше спросить, что это такое? - сказал она, тыча пальцем в стену.

Джордан проследила за взглядом Эдисон и ахнула. Она нарисовала Эми. Большой синий портрет Эми на стене. Она даже не осознавала, что делала. Подняв левую руку, Джордан сделала глоток вина и поперхнулась.

- Это иллюстрация, над которой я сейчас работаю.

- Ага, - сказал Эдисон. - Это похоже на синюю Эми, если ты меня спросишь.

- Я не спрашивала, - Джордан взмахнула бумажными листами в воздухе. - Ты ее погуглила?

- Разузнала кучу интересностей.

- Да ну?

Джордан старалась не показывать особой заинтересованности, но сердце ее стучало с бешеной скоростью. Эдисон взглянула на кружку, что была примотана к руке Джордан.

- Гениально.

- Я в курсе.

Эдисон взяла еще одну кружку с чертежного стола Джордан, вылила остатки утреннего кофе Джодан в ведро со старой краской и наполнила ее до краев вином.

Не в состоянии смотреть на досье, Джордан положила конверт на стол.

- Собираешься рассказать, что ты узнала? Она убийца? Черная вдова? Ангел смерти? Лорена Боббит?

Эдисон сделала глоток и сказала:

- Приблизительно то, что ты и ожидала. Ей тридцать - тут ты попала в точку. Выросла здесь. Училась на доктора в Сан-Диего, интернатуру проходила в Финиксе, два года проработала в Сан-Диего, потом вернулась сюда. Окончила одной из лучших в ее группе, имеет несколько наград - я не смогла понять за что, за какую-то медицинскую фигню. Вот еще - она волонтер в бесплатной клинике в центре города. Работает бесплатно. Как будто она того или с ней что-то не так.

- Ничего себе.

- Да, ничего себе. Она слишком хороша, чтобы это было правдой, а?

Джордан хлебнула вина.

- Что ты имеешь в виду?

Эдисон взирала на картину на стене, вышагивая от одной стороны комнаты до другой.

- Жуть какая. Как будто ее глаза следуют за мной, куда бы я ни пошла.

Джордан снова хлебнула, нервно ожидая, когда же Эдисон сбросит бомбу. Эдисон сделала еще глоток.

- Человек не может быть таким безупречным, знаешь ли. В шкафу должна быть запрятана пара скелетиков.

- Я полагаю, ты узнала, что это за скелеты?

- Я обнаружила, что она живет с другим врачом.

- Живет?

- Это парень. Тоже чертовски привлекательный парень, - Эдисон извлекла из досье напечатанное фото и показала его Джордан, продолжив. - Вот они тут вместе. Пару месяцев назад они вместе пошли на какое-то официальное торжество. Его зовут доктор Джереми Блевинс.

Джордан сразу же его признала.

- Я столкнулась с ним.

- Когда?

- В больнице, когда выходила из отсека. Я буквально столкнулась с ним, когда он входил.

- Ну, боюсь, что ваша роман с доком был недолгим. Она уже занята, - на лице Эдисон не проступило ни сожаления, ни испуга. На нем читалось злорадство. Джордан подняла кисть. Она стояла спиной к Эдисон, но могла расслышать улыбку в ее голосе, когда та сказала:

- Ты должна покончить с этим первой и замалевать этот портрет, потом будет больнее.

«Жаль, что я не могу покончить с этим, замалевав ее образ в своих мыслях» - подумала Джордан. Она сделала глоток и уставилась на голубое лицо Эми, не обратив внимание на то, что Эдисон покинула комнату.

Джордан решила не принимать совет Эдисон всерьез и не закрашивать лицо Эми. С чем она покончила, так это с бутылкой вина, оставив портрет на стене. Синяя Эми смотрела на нее со стены как немое напоминание. Напоминание о том, чтобы никогда больше не позволять себе увлечься мифом о настоящей любви.

9. БАНАНОВАЯ КОЖУРА.

- Привет, сексуальная красотка, - произнес за спиной вкрадчивый голос.

Эми оторвала взгляд от стола и быстро захлопнула ноутбук. Ее сердце уныло ухнуло, когда она увидела того, кто стоял, прислонившись к дверному косяку двери ее офиса.

Знакомьтесь! Чед Дорринг. Тот еще ловелас. Учтивый, сексуальный и одинокий. Метро-сексуал. В больнице он слыл главным сердцеедом. Если бы он не выбрал профессию врача, то смело смог бы стать идеальным актером мыльных опер.

Чед стоял в дверях кабинета Эми с хитрой ухмылкой на лице. Или, может быть, это была улыбка, а не хитрая ухмылка, подумала Эми. Может быть, его улыбка только похожа на ухмылку. В любом случае, видок был жутковатым. Так шимпанзе показывают тебе свои зубы, и ты думаешь, что они улыбаются и такие прям милашки, а потом внезапно они на тебя нападают.

Чед в непристойном намеке поднял бровь и спросил:

- Чем ты занимаешься сегодня вечером?

Эми предположила, что приподнимание брови должно было подразумевать, что вечером она занимается им. Мысль об этом подталкивала к тому, чтобы рассмеяться во весь голос.

- Ты в порядке? - спросил он. Чед беспардонно вошел в кабинет, плюхнулся на стул и вытянул свои длинные ноги. Он походил на кота, забавляющегося с мышкой - как будто он часами сидел перед чуланом в ожидании мыши, которая простодушно высунет голову, а он ее оттяпает.

- Ты выглядишь немного больной.

- Привет, Чед, ты не хочешь зайти? Присаживайся, чувствуй себя как дома, - сказала она чересчур саркастически. - И, нет, я не больна. Ты просто меня удивил, вот и все.

Она забарабанила пальцами по столу, надеясь, что этот жест передает ее нетерпение, и что он извиниться и уйдет, и больше никогда и нигде не окажется поблизости рядом с ней снова. Ну, что касается «никогда снова», тут может потребовать что-то более экстремальное, чем постукивание пальцами. Надежды Эми оказались тщетными.

Чед не ушел. Вместо этого он улыбнулся и удостоверился, чтобы его улыбка сверкнула во все 32 зуба - та самая улыбка, чей блеск затмил бы собой самую мощную вспышку фотоаппарата. Когда он так улыбался медсестрам, Эми готова была поклясться, что чуяла запах половых феромонов, исходящих из каждой пары трусиков в радиусе двух кварталов.

И потом ко всему прочему, была еще эта ямочка на подбородке. Эми испытывала отвращение к ямочке на подбородке Чеда. Все медсестры пускали слюни по этой ямочке, но Эми считала, что из-за нее его подбородок выглядел крошечной небольшой задницей внизу лица. Она, должно быть, единственная женщина в мире, невосприимчивая к его ямочке на подбородке и симпатичной внешности. Она видела, как все медсестры обмахивали лица и хватались за сердце, когда он проходил мимо. Эми морщила нос, словно каждый раз чуяла что-то вонючее, когда тот был рядом. Честно говоря, ее тошнило от Чеда, и она устала от всех симпатичных врачей-мужчин. Чего бы она ни отдала за возможность работать с жалким, уродливым доктором-коротышкой с бородавкой, а не с ямочкой на подбородке.

Чед указал на ее закрытый ноутбук.

- Я поймал тебя за рысканием в поисках порно?

- Что? Нет, - поспешно ответила она. Даже, наверное, слишком поспешно. Произнесенные вот так быстро слова бросали на нее тень вины.

Чед рассмеялся. Она ненавидела его смех, который звучал так неискренне. Его смех походил на законсервированный смех в ситкоме. Она знала, что Чед, вероятно, тщательно выпестовал его звучание и ритм. Этот смех был призван очаровать женщину, чтобы она выпрыгнула из своих трусиков. Что ж, с ней такое не сработает. Больше никогда.

Эми была с Чедом только раз. Один раз. Это случилось, когда она только начала работать в этой больнице, и ничего еще не знала. В те первые две недели Чед уделил ей столько внимания. Он осыпал ее своей ямочкой, смехом, сексуально широкой, показной улыбкой. Он пригласил ее пойти выпить, а она попыталась сказать «нет», но он сделал это невозможным. И, может быть, правда была в том, что ей было немного одиноко. Ладно, очень одиноко. Она встретилась с ним, чтобы выпить один напиток, который превратился в четыре или пять, кто, черт возьми, считает. И следующее, что она поняла, что была слишком пьяна, чтобы двигаться, и они очутились в одном такси, а потом в его кровати.

Секс был ничем не примечателен - по крайней мере, та часть, что она помнила. Не то, чтобы она хорошо разбиралась в данном конкретном человеческом развлечении, но она не испытала оргазм, в этом она была уверена наверняка. Почему она продолжала гоняться за этим неуловимым оргазмом? Она знала, что дело было не в том, что с ней что-то было не так физически - она ​​могла довести себя до оргазма сама. Был ли это недостаток ментальной вовлеченности в процесс с ее стороны? Или, возможно, эмоциональной? Может, дело было в бедственных умениях мужчины.

Когда Чед в изнеможении капитулировал, он с нее скатился. Эми вскочила и схватила одежду с пола и бросилась в ванную, но было темно, а она была еще наполовину пьяна и не заметила использованный и брошенный им на пол презерватив, пока не стало слишком поздно. Наступив на него, она поскользнулась, упала и ударилась головой о жесткое деревянное покрытие.

Пока она была без сознания, Чед примчался с ней в отделение неотложной помощи. А когда она пришла в себя, на ней была только футболка и нижнее белье. Какого черта в первую очередь он не одел ее как надо? Врач, которого она, слава Богу, не знала, спросил, что случилось, и она сказала ему первое, что пришло на ум: Она поскользнулась на банановой кожуре.

О, она готова была прикончить себя за эти слова. Кто мог поскользнуться на банановой кожуре, кроме как эти идиота из фильма «Три балбеса»? В мгновение ока по больнице поползли слухи, что у нее интрижка с Чедом, и что она поскользнулась на «банановой кожуре».

Уже прошло несколько месяцев, но слухи так и не умерли полностью. Слух все еще называется слухом, если по большому счету он был правдой? В больнице над ней потешались, как могли. Она находила банановую кожуру в мусорной корзине в своем кабинете, и медсестры хихикали над ней, сидя за столами в столовой, подчеркнуто снимая с банана кожуру. Однажды в кафетерии она отошел от стола, чтобы взять заменитель сахара, и когда вернулась, на ее подносе лежала банановая кожура.

Тогда внезапно рядом с ней появился Чед. Он зажал кожуру между большим и указательным пальцами, поднял ее, словно она была заразной и громко произнес: «Будьте осторожны, доктор. Я слышал, это может быть очень опасно». Весь кафетерий валялся на полу от гогота.

И что было самым худшим во всем этом банановом фиаско? Чед теперь думал, что это означало, что они встречаются. Он вел себя так, как будто он ею владел или типа того. Как будто они были парой. Она даже слышала, как он говорил о них как «Чеми», как если бы они были известной парой, как «Бранджелина».

Вот почему она ненавидела доктора Мужчину-с-бананом и с Подбородком-на-заднице Чеда Дорринга.

- Я ищу подарок на день рождения для моего племянника, - солгала она.

- А я вот думал, что тебе чужды материнские проявления, - сказал он.

- Что говорит о том, насколько ты меня знаешь, - возразила она. Она не знала, почему так сказала. И на самом деле, она далеко не обладала материнским инстинктом, и у нее не было племянника. Но она не хотела, чтобы Чед об этом знал.

Чед пожал плечами, как если бы это все равно не имело значения.

- Я зашел, чтобы предупредить. Я обедаю с тобой сегодня вечером.

- Нет, - сказала Эми. - Сегодня я ужинаю с моими соседями по дому.

Чего Эми не могла понять в Чеде, так это, почему чем злее она с ним была, тем больше это ему нравилось. Он что, мазохист? Делало ли это ее садисткой?

- Как и я, - сказал он. - Меня пригласил Джереми.

Он встал и вытянул руки над головой в рассчитанном движении, чтобы она могла полюбоваться его скульптурным прессом, когда его хирургическая рубашка задралась вверх. Отвратительно. Последнее, что она хотела видеть, был его волосатый живот.

Она открыла ноутбук и вместо этого глянула в него. Чед положил обе руки на край ее стола и близко придвинулся к ее лицу.

- Я лишь подумал предупредить тебя заранее, чтобы у тебя было достаточно времени расфуфыриться для меня, - он подмигнул и вышел за дверь.

Расфуфыриться? Что, к черту, это было за слово? Женщины не расфуфыривались с начала этого века.

Эми снова уставилась в компьютер. С экрана на нее глядела фотография улыбающейся Джордан Марч. Это была ее авторская страница на Амазоне. Джордан написала три книги для детей, у которых были отличные отзывы. Она не только пишет книги, она еще их и иллюстрирует. Джордан была красивой, умной, талантливой, и на ее животе не было волос. Лучше и быть не могло. Может быть, эти пьяные поцелуи с ее соседкой по общежитию в колледже были прелюдией ... подобной незначительным сейсмическим потряхиваниям, которые случаются прямо перед большим землетрясением.

Эми выбрала коробку с набором книг Джордан, щелкнула на кнопку «Добавить в корзину», а потом «Купить в один клик». Может быть, ей удастся заполучить для себя автограф Джордан на этих книгах.

10. П...П...П...ПЕРЕМЕНЫ.

Эми вкатилась на своем сером Ниссане Сентра на подъездную дорожку и припарковалась позади огромного неэкономичного Бьюика Джереми. Она выключила зажигание, но не выключила радио. Какое-то мгновение она сидела, прислушиваясь к Национальному Общественному Радио. Она посмотрела на дом. Она посмотрела на свою машину. Она осмотрела одежду. Она взглянула на свои ногти с прозрачным лаком. Она посмотрела в зеркало заднего вида, обозревая слегка нанесенный макияж.

Она не узнала эту женщину, ту, какой она стала. Когда она превратилась в этого человека? Прежняя Эми раньше была дерзкой - в конце концов, она ​​сделала себе татуировку. Правда, она отрывалась по выходным - никто не заканчивал медицинскую школу, балбесничая, но она ходила на концерты Нирваны, носила высокие каблуки, кожаную куртку и обалденные солнцезащитные очки. Когда это она успела превратиться в человека, который жил в пригороде, водил практичный автомобиль, имел приличную работу, носил скромную одежду и незаметный макияж? Она даже слушает Общественное Радио! И вот теперь ее захватывающий вечер пятницы состоял из возвращения домой на ужин, приготовленный ее лучшей подругой. А после ужина она свернет в бараний рог свое тело под видео с йогой, а затем поудобнее устроиться в постели с книгой в руках.

Но даже сейчас она не собирается этого делать, потому что приехал ее парень, который ей не нравится, чтобы посмотреть, как она расфуфырилась ради него. И это вот так, в конечном итоге, женщины выходят замуж? Они сами поселяются или их угрозами заставляют переехать в супружеское государство? Если таким было ее будущее, Эми не хотела иметь с ним ничего общего.

Эми открыла входную дверь, и ее атаковали запахи с кухни. Она не осознавала, как была голодна, пока рот не наполнился слюной. Из глаз тоже потекло.

Знакомьтесь! Изабель Крейг. Еще одна соседка Эми. Изабель являлась отпрыском семьи из верхушки среднего класса. Она была средним ребенком и привыкла к тому, что ее не замечали - не в плохом смысле, но в том смысле, как не замечают средних детей, которые не доставляют проблем. У ее родителей не нашлось других пожеланий для нее кроме как «будь счастливой».

Но ведь счастье неуловимая штука. Оно особенно неуловимое, когда человек, его ищущий, не так уж хорош в других делах. Изабель, по ее собственным подсчетам, сменила более чем семьдесят три работы за последние десять лет. Прямо сейчас она училась на Экстремального Шеф-повара.

Экстремальное кухарство являлось относительно новым занятием. Оно включало в себя создание абсолютно новых, никогда раньше невиданных и неопробованных рецептов. Совершалось много проб и ошибок, и требовалось наличие морских свинок; не этих милых пушистых грызунов, но представителей человеческого вида. Это и есть та причина, по которой у вполне себе финансово независимой Изабель имелись соседи по дому, хотя она могла бы позволить себе жить в отдельной квартире.

Эми вошла в кухню. Изабель взглянула на нее, стоя у плиты, и улыбнулась. Изабель даже внешне походила на честолюбивого шеф-повара. Она была низенькой, округлой, приятной и энергичной. У нее были темные волосы и стрижка с длинными прядями спереди, заложенными за уши, очки, всегда запотевавшие от пара, поднимающегося от плиты, и щеки вечно красные от жара духовки. Эми даже думала о теле Изабель с точки зрения еды: ее груди были пухлыми рулетами, попа - свиной вырезкой, а живот - пудингом.

Изабель с Эми были закадычными друзьями уже три года. Они познакомились, когда одновременно пришли по объявлению Джереми, которое он разместил в газете в поисках соседа по дому. Они втроем сразу же нашли общий язык, в стиле троицы из сериала «Трое - это компания», и Джереми сдал им в аренду по комнате.

Со временем, каждый из них застолбил свое собственное место в этом огромном доме. Изабель отвечала за кухню и столовую, Джереми ведал развлечениями и гостиной, а Эми... Что ж, она отвечала за то, чтобы не путаться у них под ногами.

Эми поставила бумажный пакет на стойку, и у Изабель загорелись глаза.

- Это то, что я думаю, да?

- Пинто Гри. Две бутылки.

- Две? И полагаю, ты имеешь в виду Пино Гри.

- У них было две по цене одной, - сказала Эми.

- Давай наливай, подруга, наливай.

Эми вытащила два бокала из шкафа. Изабель не поверила своим глазам, увидев второй бокал.

- С каких это пор ты пьешь вино?

- Я собираюсь кое-что поменять, - сказала Эми.

- Надеюсь на это, - сказала Изабель. - Трудненько жевать ужин, когда через стол от тебя сидит доктор в одежде, забрызганной кровью.

- Нет, - рассмеялась Эми, наливая вино. - Я не меняю одежду. То есть, я переоденусь. Но я собираюсь менять себя. Я решила, что я скучная и последовательная, и мне нужно положить этому конец, пока не стало слишком поздно.

- О, да? - Изабель приподняла бровь.

- Да, - Эми передала бокал вина.

Они чокнулись без тоста и глотнули вина.

Изабель вернулась к перемешиванию кастрюли деревянной ложкой с длинной ручкой. Эми осушила бокал, налила еще и захихикала.

- Что такого смешного? - спросила Изабель.

- Ты похожа на одну из тех ведьм. Знаешь, в той пьесе Шекспира.... закипай, варись, стряпня!

- Это был Шекспир? - спросила Изабель. - Я думала, что это было из мультика.

Эми рассмеялась и налила себе еще вина. Изабель водрузила крышку обратно на кастрюлю и повернулась к ней.

- Ладно, - сказала она, - Что там об этом желании измениться? У тебя ранний кризис среднего возраста?

Эми втащила себя на барную стойку и заболтала ногами.

- Я не блещу красотой. Я обыкновенная, и предсказуемая, и... мне больно, - она думала о своем сердце. Ее сердце болело. Оно хотело кого-то любить. Оно хотело иметь спутника - не как дополнительное сердце в груди, но сердце, которое бы лежало рядом с ней, и чье биение она бы слышала и знала, что оно бьется ради нее. Она не думала, конечно, обо всем этом в словах, но то были ее чувства.

- Итак, ты хочешь внести перчинку в свою жизнь?

- Точно, - согласилась Эми. Она выпила половину бокала вина.

- И как ты думаешь измениться?

- Я пока не знаю, - сказала Эми. - Как-нибудь, полагаю. Все должно быть более захватывающим, чем то, что я сейчас.

- Что ж, ты пришла в нужное место. Я королева, которая изменит твою жизнь. Посмотри, чего я только не перепробовала.

И это было правдой. С самого начала их знакомства Изабель успела побывать биржевым маклером, курьером по доставке пиццы, учеником слесаря, умудрилась поработать в Geek Squad, при том, что она ни бельмеса не шарила в компьютерах. (Geek Squad - известная в США IT-компания - примеч. переводчика), и ее даже занесло в школу клоунов. Она посещала занятия, где изголялась над шариками колбасками, пытаясь сотворить из них зверушек, но потерпела фиаско и забросила это занятие.

Изабель помешивала, глубоко задумавшись.

- Ты могла бы стать цыганкой.

- Цыганкой? И откуда это взялось?

Изабель пожала плечами.

- Я лишь думаю, что ты бы хорошо смотрелась в струящемся шарфике и в браслетах.

- Я же толкую не о переодевание на Хэллоуин. Я говорю о моей жизни.

Она допила остатки вина и налила еще.

- Ты бы лучше полегче с этим, - воззвала к ней Изабель. - Не думаю, что принятия жизненно важных решений в пьяном виде - это хорошая идея.

- Au соntrаirе, ma frère, - сказала Эми со смешком. - Это могло бы дать мне толчок, чтобы взяться за себя.

Изабель сняла крышку с кипящей кастрюли, зачерпнула ложку коричневатой мякоти и протянула ее Эми попробовать.

- Скажи мне, что ты думаешь.

Эми подула на ложку и попробовала. Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы не выплюнуть варево обратно.

- Ну? - спросила Изабель. - Больше соли? Может тмина?

- Знаешь, чего еще не хватает?

- Чего?

Эми вылила свой бокал в кастрюлю.

- Еще вина.

- Ты все испортила! - вскрикнула Изабель, бешено помешивая содержимое кастрюли, словно это могло хоть как-то помочь. - Не могу поверить, что ты это сделала! Боже мой, все погибло, - она скулила, хныкала, проклинала, но продолжала перемешивать.

- Изабель? - прошептала Эми. Изабель посмотрела на нее. - Это реально было как бы ужасно.

- Да?

Эми кивнула.

- Так плохо? - спросила Изабель.

Эми снова кивнула.

- Омерзительно, на самом деле.

Изабель посмотрела на кастрюлю.

Она выключила огонь и печально произнесла:

- Я хотела выдумать новый рецепт, что-то потрясное, остренькое, что можно было бы использовать в качестве соуса к тем тонюсеньким итальянским вермишелькам.

- У тебя получится. Только не с этим рецептом, - успокоила Эми.

- Я отвратительный повар, - посетовала Изабель. Гигантская слеза скатилась по ее щеке. Эми притянула Изабель в свои объятья и крепко ее сжала.

- Ты повар не ужасный, а творческий и вдохновенный. Бейб Рут. Как там о нем говорили?

- Кто такая Бейб Рут? Ведущая с кулинарного канала?

Эми рассмеялась.

- Бейб Рут был великим бейсболистом. Он был знаменит несметным количеством хоум ранов. Но большинство людей не в курсе, что мазал он гораздо больше, чем отбивал.

- Я подумала, что он - это название какой-нибудь карамельки.

Эми держала Изабель на расстоянии вытянутых рук.

- Просто пообещай мне, что ты будешь продолжать. Что ты будешь выдумывать свои рецепты.

Изабель неубедительно кивнула.

- Ты добьешься тех хоум ранов, я гарантирую.

- Может быть, - пробубнила Изабель себе под нос.

- Послушай меня, - сказала Эми, немного ее встряхивая. - Знаешь, как сильно я тобой восхищаюсь?

- Мной? Почему?

- Потому что у тебя есть мечта. Ты живешь ею. Ты знаешь, чего хочешь. И ты продолжаешь идти по этому пути. Хотела бы я обладать твоим энтузиазмом.

- Спасибо, - сказала Изабель. - Спасибо за то, что ты мой друг.

- Теперь пей свое вино. Я приготовлю обед.

Эми распахнула дверь холодильника, порылась внутри и достала головку сыра чеддер. Она подошла к шкафчикам и вытащила оттуда коробку соленых крекеров. Она подхватила бутылки вина и с полными снедью руками объявила:

- Мадам, ужин готов.

Изабель взяла бокал и спросила:

- Ты уверена, что это нельзя было спасти?

Эми изобразила сочувствие на лице, что репетировала перед зеркалом на тот самый случай, когда ей, возможно, придется сообщить члену семьи, что пациент отошел в мир иной, и сказала мрачным тоном:

- Мне очень жаль. Мы сделали все, что могли, но не смогли реанимировать пациента.

Изабель схватила свой бокал и прилично глотнула вина.

- Ну, нет, так нет, - сказала она. - Пойдем на задний двор и посмотрим на закат.

Через час солнце село, и большая часть вина была выпита. Эми и Изабель бездельничали, лежа на металлических шезлонгах на противоположной стороне двора. Эми грызла большую головку сыра, как мышь, а Изабель жевала соленые крекеры, как белка.

- Знаешь, что на самом деле меня бесит? - спросила Изабель.

- Это один из тех риторических вопросов?

- Ага.

- Тебе не надо было так отвечать, - сказала Эми: - Он и был риторическим.

- О.

Они подкреплялись, молча, целую минуту.

Наконец, Эми спросила:

- Что тебя бесит?

- О, да, - встрепенулась Изабель, вспомнив, что она собиралась сказать. - Хот-доги.

- Хот-доги типа сосисок?

- Да. Сосиски продаются в упаковках по десять штук. А булочки продаются в упаковках по восемь. Это не правильно. Это такой гигантский пищевой заговор, и мы просто подняли лапки и купились на это. Мы позволяем им нас надувать.

- Хотела бы я, чтобы ты не указала мне на это, - сказала Эми. - Теперь и я разозлилась.

- Что тут происходит? - спросил мужской голос. Обе женщины резко повернули головы в сторону дома и увидели Чеда, выглядывающего из задней двери.

- Привет! - весело сказала Изабель, потому что она пребывала на той стадии опьянения, где любое существо твой лучший друг, и все вокруг наполнено потенциальным весельем.

- Тьфу, - с отвращением сказала Эми, потому что она пребывала в той переломной точке опьянения, где достаточно мелкой мелочи, чтобы она сшибла тебя из счастливого состояния в состояние, когда хочется подраться. И эта мелкая мелочь шагала к ней через лужайку. Чед приближался к ним осторожно, потому что разглядел винные бутылки, торчащие между ног женщин.

- Разве мы решили отменить ужин и взамен этого напиться?

- Отменить и взамен, - с издевкой ответила Эми. - Слушай, а я оказывается такая умная. Могу сказать «отменить» и «взамен», и все это в одном предложении.

Изабель захохотала. При этом крошки от крекеров вылетали из ее рта и падали на колени. Чед покосился на Эми.

- Ты должна поесть.

- Я и ем, - сказала Эми, показывая ему полу-килограммовую головку сыра чеддер, обгрызанную по всем краям.

- Да, мы едим, - сказала Изабель с набитым крекерами ртом. Затем в негласном порыве пьяной симпатии Эми бросила головку сыра Изабель, а Изабель бросила коробку крекеров Эми. Они поймали каждая свою добычу и начали счастливо жевать.

- Ты пьяна, - сказал Чад.

- Ты трезв, - возразила Эми. Она протянула ему коробку крекеров.

- Крекер?

Он отмахнулся от угощения.

- Где Джереми? - спросил он.

- Он пришел домой, - пустилась в рассказ Изабель, - пробормотал что-то о женщинах и ПМС и заперся в своей спальне с остатками еды из KFC, что отскреб от задней части холодильника.

- Я бы предложила тебе стул, - сказала Эми, - но я не хочу, чтобы ты остался.

Эми с Изабель хихикнули. Чед подбоченился и обратил на нее свой идеальной формы нос.

- Я хочу, чтобы ты знала, Эми, - сказал он, - что прямо сейчас ты не производишь на меня хорошее впечатление.

- Ой, не говори мне такие вещи, Чед. Ты меня огорчаешь, - сказала Эми. Ей не удалось выдавить из себя много сарказма, когда она извергла из себя эти слова. Она хихикнула. - Чед. Дуреньдулет. Я срифмовала!

- Я серьезно. Если ты собираешься быть мой подругой номер один, ты не можешь слоняться вокруг, бухая, и есть руками на заднем дворе, как дикое животное.

- Вот тебе решение, - сказала Эми. - Понизить меня до подруги под номером три. Или, может быть, под номером десять. Или как насчет того, чтобы вообще изъять меня из списка. Тебе нравятся крекеры?

Чед скрестил руки на мускулистой груди.

- Это из-за банановой кожуры? - спросил он.

- Неужели ты еще большим мудак, чем я думала? - сказала Эми. - Конечно, это из-за проклятой банановой кожуры. Речь идет об основополагающей философии, что скрывается за банановой кожурой. Во-первых, бросив презерватив на пол, где эта штука оказалась небезопасной, ты продемонстрировал, какой ты невнимательный долбоеб. Во-вторых, трезвоня об этой истории на каждом углу, ты доказал, что ты мудозвон и сделаешь все ради дешевой забавы. И в-третьих, только потому, что я, к моему большому сожалению, совершила ошибку, переспав с тобой, не означает, что я хочу иметь что-то общее с тобой и дальше.

- Браво! Режь ему правду-матку, сестра, - воскликнула Изабель.

Чед уставился на Эми.

- Ты же так не думаешь. У тебя что-то с головой. На сегодня, так уж и быть, я тебя прощаю.

- Тьфу! - в сердцах сказала Эми и бросила в него крекер. Он отскочил в сторону от его скульптурной головы. Он пристально посмотрел на нее.

- Теперь ты бросаешь в меня еду?

- Тебе повезло, что в моих руках не оказалась головка сыра, - сказала она. Изабель захохотала. - Однажды я видела, как такое вытворяла горилла. В зоопарке. Она устала от парня, который через решетку корчил ей рожи, поэтому она подобрала свои какашки и бросила их в парня. Бах! Прямо в рот, - Эми ухмыльнулась Чеду. - Берегись. В следующий раз я могу бросить в тебя мои какашки.

Чед раздавил крекер ногой и сердито посмотрел на нее.

- С меня хватит. Я иду домой и буду ждать твоих извинений.

Он пошел назад через двор.

- Тебе придется долго ждать, - крикнула Эми ему вслед.

Он исчез за дверь. Эми и Изабель усмехнулись. Затем они перебросились сыром и крекерами и снова принялись их грызть.

11. СВЕТ МОЙ, ЗЕРКАЛЬЦЕ, СКАЖИ.

- Как я выгляжу? - спросила Джордан. Она стояла в коридоре, разглядывая себя в полный рост в прислоненном к «стене» зеркале. Слово «стена» взято в кавычки, поскольку стеной на самом деле не являлась. Это был старый, осыпавшийся кусок гипсокартона, а все, что напоминало о былой стене, так это шляпки гигантских гвоздей и оголенные электрические провода. В том же духе выглядел и весь второй этаж. И каждый раз, когда Джордан жаловалась Эдисон на «стену», та отвечала: «Иногда необходимо разрушить все до основания, чтобы воссоздать что-то новое». Может, это и было верно, однако все же оставалась одна проблема - когда конкретно воссоздаться что-то новое. Итак, зеркало было прислонено к «стене» и Джордан оценивала в нем свое отражение.

- Скажи мне правду, Эд, как я выгляжу? - снова спросила она. Джордан прокрутилась на 360 градусов, чтобы охватить взглядом наряд целиком. Вообще-то, слово «наряд» было слишком роскошным. Для того, что было на ней надето, больше подходило слово «прикид». Ну, сами посудите - шорты цвета хаки, сандалии и белая льняная рубашка.

- Ты выглядишь небрежно сексуальной, - выдала свой вердикт Эдисон. - Или сексуально небрежной. В зависимости от того, кто на тебя пялится.

- Не слишком легкомысленно, да?

- Точно.

- Слишком сексуально?

Эдисон покачала головой.

- Думаю, ты нашла идеальное сочетание небрежно сексуального прикида.

Джордан встала спиной к зеркалу и обернулась через плечо.

- Я не вижу свою задницу.

- Она на месте, не волнуйся.

- А моя задница не делает шорты большими?

Эдисон рассмеялась.

- Твоя задница идеальна, и ты это знаешь.

Джордан схватилась за свои полужопицы и слегка их приподняла. Когда она их отпустила, ее пятая точка спружинила на свое изначальное место. Она вздохнула и снова за них схватилась. В этот раз, стиснув их вместе в попытке уменьшить объем.

- Моя задница слишком велика, - простонала Джордан.

Лицо Эдисон просияло. Она вытащила из кармана рулон изоленты и протянула Джордан.

- Я могу ее заклеить. Я могу заклеить все, что пожелаешь. Я могу сделать твою попу поменьше, а сиськи повыше. Или твои сиськи поменьше, а попу повыше. Слово за тобой.

- Ты этим пользуешься? - спросила Джордан.

- Ага. Прекрасно получается. Хотя больно, зараза, аж глаза на лоб лезут, когда отлепляешь.

- Я пас.

- Как угодно. Она будет лежать тут, если понадобится.

Эдисон сунула изоленту обратно в карман. Джордан развернулась и полностью оглядела свое отражение.

- Я не хочу, чтобы весь мой внешний вид кричал, что я полдня прихорашивалась у зеркала. Все это будет смахивать на отчаяние. А это может поспособствовать тому, что к тебе быстро утратят интерес.

- Ничего об этом не знаю, - сказала Эдисон. - Я вроде как люблю тихую атмосферу отчаяния. Они сами идут к тебе в руки.

Джордан шлепнула Эдисон по ладони тыльной частью своей перевязанной руки.

- Ой! - воскликнула она. - Твоя рука меня ударила. Слушай, Джордан, реальность такова. Ты всего лишь идешь повидаться с доком, чтобы она сняла швы. Это не свидание. У нее есть парень, помнишь, парня с фото.

- Я знаю. Но я не собираюсь с ним состязаться. Я бы просто предстала пред ней еще одним вариантом. Так что эта встреча может быть прелюдией к свиданию с человеком, который предлагает другой тип отношений. Вспомни, мы все не родились геями и не стали ими в одночасье. Но, в конечном счете, мы осознали этот факт. Может быть, Эми из тех, кто еще не осознал. Вот и все, что я говорю.

- Так ты собираешься пригласить ее на свидание.

- Если все произойдет само собой.

- И как приглашение на свидание происходит само собой?

- Ну, знаешь, типа как ее живот заурчит, и я услышу. Я могла бы сказать: «Ты, должно быть, проголодалась», и она скажет: «Да, проголодалась», и я тогда: «Давай чего-нибудь перекусим», а затем она скажет ...

- И она скажет: «Я хочу съесть тебя, детка», - подхватила Эдисон. - Ты бы сказала: «Вот она я, приди и возьми».

Они рассмеялись, но резко замолчали, когда дверь в другом конце коридора приоткрылась и оттуда выглянул один глаз.

Знакомьтесь! Ирма Каландаришвили. У Ирмы были черные волосы, черные глаза, и весь ее гардероб состоял из черной одежды. Или, может быть, у нее просто был только один черный наряд. Джордан не была в этом уверена. Ирма была высокой и худой, как балерина, и ее волосы были зачесаны назад в обильно политый лаком пучок. Она никогда не моргала. Никто никогда не видел ее моргающей. Ее могли бы ошибочно принять за лакричную палочку.

Джордан ходила с ней свидание два года назад. Свидание было ужасным, но секс после все компенсировал. Ирма с Джордан утолили обоюдный голод, потому что другие люди этого сделать не могли. Их встречи не были пронизаны шутками, умными беседами или общими интересами. Они имели чисто животную подоплеку. Так Джордан и Ирма стали друзьями с выгодами, за исключением того, что они не были настоящими друзьями. И когда в один прекрасный день Ирма объявилась на пороге, оставшись без крыши над головой, Джордан сдала ей свободную спальню.

Ирма переехала и платила за аренду вовремя и наличными деньгами. Никто не знал, откуда Ирма была родом - из России? Из Германии? Или из одной из тех стран, что можно было объединить словом Славикистан? Никто не знал, как она зарабатывает деньги или что она делает за дверьми своей комнаты.

С тех пор как Ирма въехала в ее дом шесть месяцев назад, Джордан ее избегала. Она не горела желанием иметь физические отношения с кем-либо, живущим под ее собственной крышей. Прекрасно было по-приятельски трахаться, когда твоя подруга жила не у тебя, но теперь все было иначе. Джордан рассудила, что это уже чересчур, прямо как в той бородатой пословице: «Не кусай руку, которая тебя кормит». Или что-то вроде того. Она сказала об этом Ирме, но Ирма так легко не сдавалась.

Ирма окинула взглядом Джордан с головы до пят и спросила со своим сильным акцентом, который походил на акцент Наташи из мультика про «Роки и Буллвинкля»:

- Ты так наряжаться для большого свидания?

Джордан пожала плечами.

- Это лишь возможное свидание.

Ирма покосилась на нее.

- Если возможное свидание не то, что твои мечты, ты приходить к Ирме, и Ирма раздеть тебя и показать тебе, чего ты никогда не экспериментировать в диких мечтах.

- Я думаю, - поправила ее Эдисон, - что ты имеешь в виду «испытывать в самых смелых мечтах».

Ирма холодно на нее посмотрела.

- Нет. Ирма иметь в виду «экспериментировать в диких мечтах».

Она оглянулась на Джордан и плутовато улыбнулась, затем резко удалилась обратно и закрыла за собой дверь.

- Когда-нибудь я закричу ей прямо в лицо. Просто проверить, моргнет она или нет, - сказала Эдисон. Джордан рассмеялась.

- Не моргнет. Я думаю, что ее волосы так крепко затянуты в этот пучок, что она не в состоянии моргать.

Эдисон захихикала.

- Не понимаю, что ты в ней углядела.

- У нас была договоренность, вот и все. И она отлично подходила для нас обеих.

- Что за договоренность? - поинтересовалась Эдисон, выпучив глаза. - Если вы двое не бегаете за кем-то еще, то ухаживаете друг за другом.

- Тут ключевое слово «ухаживали». Мы бросили это занятие. Но я уверена, что ты могла бы организовать себе нечто подобное, если бы пожелала.

- Эдисон не хочет, - сказал Эдисон, подражая акценту Ирмы, - Эдисон хочет любви настоящей, не дружеского трахания в любовных экспериментах.

- Ты ведь в действительности не веришь в настоящую любовь, а?

- Конечно, верю. А ты разве нет? - спросила Эдисон, смахивая беспризорный волосок с плеча Джордан. Она поправила ей воротник.

- Нет, - сказал Джордан.

- Нет?

- Нет, - Джордан снова посмотрела на себя в зеркало. - Я считаю, что вся эта идея об истинной любви всего лишь иллюзия.

Эдисон взглянула на Джордан, на ее отражение в зеркале, а затем обратно на Джордан, и, подражая акценту Ирмы, сказала:

- Эдисон думать, один из вас большой толстый врун.

12. С ДНЕМ РОЖДЕНЬЯ МЕНЯ.

Джордан ходила взад и вперед по маленькой комнате. Ей нечем было себя занять, пока она ждала Эми, и не на что было смотреть. Интерьер комнаты оставлял желать лучшего. Одна кровать, похожая на медицинскую каталку, один стул на колесиках и небольшой стол, на котором лежали инструменты для медицинских пыток. И у стола тоже были колесики. Да что такого с этими докторами в их пламенной страсти к приспособлениям на колесиках?

В комнате находились две двери. Одна из них была дверью, через которую она пришла, а другая вела в еще одну комнату, идентичную этой. Джордан это знала, потому что уже успела туда заглянуть одним глазком.

Она прекратила метаться по комнате и принялась рассматривать плакат, который был приклеен к стене. На нем был изображен мультяшный мальчик, держащий руки над раковиной. Тараканы и черви ползали по его рукам. Мультяшные микробы. Она передвинулась к следующему плакату. Это был рисунок мужской анатомии с загадочными надписями на латинском. Джордан наклонился поближе и принялась изучать вид фаллоса сбоку. Он был изображен в поперечном разрезе, так, чтобы можно было увидеть, из чего он там внутри состоит. На вид как губка. Она протянула руку и ткнула его пальцем. А на ощупь как постер.

Она вытерла не-перевязанную руку о шорты. Ее ладонь нещадно потела. И это был холодный пот. Нервный. Ей не нравилось это признавать, но из-за Эми она нервничала. Не то, что бы она ее боялась, но она ее боялась. Полная бессмыслица, если вы не были Джордан. Для нее это имело смысл. Ладно, она боялась Эми. Не физическое воплощение Эми. А скорее ее страшило, какие чувства в ней вызывала Эми.

Маленькая комната навевала на нее острое чувство клаустрофобии. Стены, приближаясь, давили, отчего мозг выкидывал разные странные трюки. Она могла поклясться, что мультяшный мальчонка с плаката «Всегда мойте руки!» с ней разговаривал. Что было гораздо лучше, нежели бы с ней принялся болтать пенис. Мультяшный мальчишка назидательно сказал, что ей следует вымыть руки. На потных руках всегда найдутся микробы, и нужно петь песню Happy Birthday, потому что она была как раз той оптимальной длины, чтобы смыть прочь всех микробов. Она не знала, должна ли она поверить ему или нет, но у нее возникло мгновенное зудящее желание смыть с рук пот и потенциально опасные микробы.

Она подошла к раковине и включила горячую воду. Она не хотела пожать руку Эми липкой, потной ладонью, что было бы похоронным звоном для любых начинающихся отношений. Почти таким же ужасным, как и слюнявые поцелуйчики на первом свидании. Она опустила руки под воду и пропела «С Днем Рождения» от начала и до конца, все в точности, как и велел сделать мальчуган с плаката.

Когда она выключила воду, она услышала голос. Нет, два голоса. Они доносились из комнаты по соседству. Один из них походил на голос Эми. Джордан прижала ухо к двери, которая вела в смежную комнату, закрыла глаза и прислушалась. Говорил мужской голос, и голос Эми.

Вот, что она услышала:

- Нет! Не смей! - воскликнула Эми.

- Почему нет? Ты же этого хочешь. Знаю, что хочешь.

- Я этого не хочу. Особенно, когда я работаю.

- Ну же, это просто идеальное место. Если тебя вдруг стошнит, то ты уже в больнице.

- У меня нет времени, - упрямилась Эми. - У меня встреча с минуты на минуту.

- Я быстро. Ну же, открой рот.

- Нет! - завизжала Эми. - Засунь это обратно, где ему и место. Я даже не хочу на это смотреть.

- Уф. Ну же, давай. Открой свой ротик.

Эми закричала.

Металл звякнул о металл и свалился на пол. Раздался оглушительный грохот.

Джордан сразу же перевоплотилась в рыцаря на белом коне. Она рывком распахнула дверь и ворвалась в соседнюю комнату, высоко подняв руки как каратист. Она прокричала «кий-яяяя» и встала в позу журавля, которая прославила парня из фильма «Карате пацан».

Представшая перед ее глазами картина была следующей: Эми была загнана в угол. Джереми держал миску в одной руке и ложку в другой. Он держал ложку всего лишь в сантиметре от губ Эми, и в ней виднелось что-то типа зеленой тины. На полу крутилась вокруг своей оси, издавая скрежещущие металлические звуки, медицинская утка.

- Отпусти ее, - приказала Джордан, поскольку все еще считала себя отважным рыцарем, а Эми прекрасной дамой, находившейся в лапах злодея.

Джереми с грохотом уронил ложку в миску и сказал:

- Эй, а ты та самая красотка-лесбиянка.

Джордан расслабилась и мгновенно перевоплотилась из вытягивающего шею и хлопающего крыльями журавля в сконфуженного пингвина.

- А ты парень Эми, который пытается кормить ее с ложечки.

Эми рассмеялась и хлопнула по груди Джереми.

- Он не мой парень. Он мой чудаковатый сосед по квартире. Который пытается мне скормить очередной кулинарный шедевр другой нашей соседки по квартире.

- Гм, ладно, - сказала Джордан. - Я буду прямо там. В соседней комнате. Ждать, - она подняла травмированную руку. - Швы, знаешь ли, - отсалютовала она им. - Продолжайте.

Джордан вышла за дверь, так широко улыбаясь, что ее скулы свело от боли. Она закрыла дверь и стукнула головой об нее, бормоча: «Тупица, какая же я тупица.» Она вернулась к раковине, включила воду и плеснула воды в лицо, напевая Happy Birthday.

- Сегодня у тебя день рождения?

Джордан ахнула и обернулась. Это была Эми. Она выключила кран и огляделась в поисках бумажного полотенца.

- Нет, не день рождения. Я ее пою лишь потому, что мне так сказала мультяшный мальчик.

- Мультяшный мальчик? - спросила Эми. Она склонила голову набок. Она прищурилась, как будто пыталась сообразить, помешалась ли Джордан или нет. Джордан указала на плакат. Эми пристально рассматривала плакат. На ее лице проступило беспокойство.

- С тобой говорил тот мальчик на плакате? Ты же знаешь, что он не живой, да? - Эми вручила ей бумажное полотенце.

- Нет! - возразила Джордан. - То есть, да, я понимаю. Я имела в виду, в пузырьке над его головой было написано «пой», как в комиксах… Ну, ты знаешь.

Она взяла бумажное полотенце и вытерла руки. Эми рассмеялась.

- Я просто пошутила.

Джордан вздохнула с облегчением.

- О. Это было забавно. Я уж было решила, что ты подумала, что я тронулась умом.

Повисла неловкая пауза, пока она вытирала лицо бумажным полотенцем.

- Хм, извини, что я так налетела на вас. Это звучало как, знаешь...

- Да, знаю, - сказала Эми. - Но это не то, о чем ты подумала. И он не тот, за кого ты его приняла.

Джордан кивнула. Она кивала слишком много. Как будто бы она не могла остановиться и не кивать. Словно она была той игрушечной чихуахуа, что люди ставят на приборную панель своих автомобилей.

- Нервничаешь, да? - спросила Эми.

Джордан, как болванчик, поспешно закивала.

- Не стоит. Снимать швы вообще не больно. Присаживайся.

Эми бегло просмотрела документы на своем планшете и кратко что-то туда записала. Джордан сидела на каталке. Она чувствовала бумагу с шероховатой поверхностью, которая лежала на кровати, и что та прилипла к ее потным бедрам. Отлично. Она так нервничала, что пот струился по всему ее телу. Эми наверняка подумает, что у нее какая-то потливая болезнь.

Джордан закрыла глаза и три раза глубоко вздохнула. Она не могла пригласить Эми на свидание. Не было никакой возможности, что эта замечательная, занятая, и, скорее всего, гетеросексуальная докторша пойдет с ней на свидание. Джордан была уверена, что она будет выглядеть по-идиотски, пригласив Эми на свидание, а Эми будет такой милой, что ей придется придумать оправдание. И вот тогда они обе будут знать, что Эми врет, и им будет неловко, и воздух зазвенит от напряжения. А затем ей придется рассказать Эдисон о том, какой дурой она была. И в течение многих месяцев или даже лет ее будут смущать эти воспоминания, и преследовать чувство неловкости.

- С одним покончено, - сказала Эми.

Джордан открыла глаза. Эми улыбалась и держала пинцетом один крошечный маленький черный кусочек нити.

- Было же не больно? - спросила Эми.

Джордан покачала головой. Она была настолько погружена в беседу сама с собой, что даже не заметила, как Эми сняла повязку с руки и вытащила стежок.

Боже мой, эта женщина была восхитительна. Если бы она попросила Эми поцеловать это место, чтобы не было больно, согласилась бы она? Уф! Какая непристойная мысль.

Нечестиво изысканная, вот. Это разве не был припев для рекламы кукурузных хлопьев? Нет, та была волшебно изысканная. Джордан снова закрыла глаза и подумала о сексе. Она научилась этому трюку, когда ходила к стоматологу. Мысли о сексе помогали гораздо терпимее переносить людей, которые копались в твоем рту. Теперь у нее была Эми, и она думала о сексе с ней. Она знала, что не должна поддаваться этому искушению, но она все равно с головой окунулась в этот соблазн.

- Готово, - объявила Эми.

Джордан открыла глаза и уставилась на Эми. Та сняла все швы намного быстрее, чем длился припев песенки в рекламе тех самых кукурузных хлопьев.

- Ничего себе,- сказала Джордан за неимением ничего лучшего.

- Твоя рука хорошо заживает. Теперь давай посмотрим, как она функционирует.

- Ты сделала ее бионической, да? Потому что я всегда хотела иметь бионическую руку, как у робота.

Эми засмеялась.

- Давай посмотрим, сможешь ли ты сжать и разжать кулак.

Джордан медленно сжала кулак, одновременно издавая жужжащий «а-ля робот» звук. От внезапного приступа боли она остановилась и ахнула.

- Ой! - она взглянула на Эми. - Больно.

- Да, немножко поболит. Ты разорвала сухожилия, знаешь ли. Делай упражнения, разжимая и сжимая руку в кулак, - Эми продемонстрировала движение с ее собственной рукой. Она выглядела так, словно доила корову. - Тебе придется поделать физиотерапию, чтобы полностью восстановить руку.

Мир Джордан чуть заиграл яркими красками.

- Мне придется приходить сюда и заниматься с тобой физиотерапией?

- Нет. Ты можешь делать это сама. Дома.

- О, - произнесла Джордан, когда на самом деле она хотела воскликнуть «Черт». В течение минуты в душе Джордан теплился маленький лучик надежды. Она надеялась, что все же сможет приезжать к Эми в больницу и практиковаться в сжимании всяких штук. Упс, в ее голове снова возникли те изыскано волшебные мысли.

Эми подкатилась на своем стуле к столу, открыла ящик тумбочки и порылась внутри. Когда она прикатилась обратно, протянула Джордан маленький желтый резиновый мячик.

- Потренируйся с ним. Носи его всегда с собой, и как только у тебя появится свободная минутка - сжимай. Через несколько недель функции твоей руки полностью восстановятся.

Джордан сделала попытку. Она смогла лишь слегка сжать мячик.

- Продолжай тренироваться, и у тебя все получиться.

Она засунула мячик в карман своих шорт. Эми откатилась от нее к своему столу. «Хочу такой же стул на колесиках, - подумала Джордан. - Я смогла бы передвигаться по всему дому, даже с него не вставая».

Эми прикатилась обратно, протягивая Джордан стопку книг. Джордан взяла их своей здоровой рукой и испытала небольшой шок, когда увидела обложки.

- Они мои, - сказала она. - То есть, они принадлежат тебе, очевидно, но написала их я.

- Я купила их на днях. Подумала, может ты смогла бы оказать мне честь и подписать их?

- Да, конечно. Конечно, подпишу.

Она была поражена. До этого момента у нее никогда не просили автографов. Эми протянула ручку. Джордан открыла первую книжку, и ее посетила внезапная мысль.

- Для кого мне их подписать?

- Для меня, - ответила Эми.

Джордан склонилась над страницей и написала: «Эми, ты пообедаешь со мной? Джордан Марч». Джордан нервно протянула книжку Эми. Она наблюдала, как Эми прочитала надпись и посмотрела на нее.

- С удовольствием, - сказала Эми. - Когда?

- Сейчас?

- Прямо сейчас?

- Разве ты не хочешь? - спросила Джордан, ее сердце бешено заколотилось. Слава богу, у Эми не было с собой стетоскопа, а то бы она смело могла отправить Джордан в кардиологию на обследование.

- Нет, просто все это так внезапно, я немного удивлена.

- Мы могли бы встретиться завтра. Или на следующей неделе. Или как-нибудь вечером.

Эми покачала головой.

- Мы не можем встретиться вечером.

- Ну, хорошо, я все понимаю, у тебя, наверное, уже есть планы и...

- Нет, - перебила ее Эми, - я имею в виду, ты написала 'обед', а ведь мы не можем обедать вечером.

Джордан быстро написала в следующей книге: «Или поужинаем?» Эми прочитала и засмеялась.

- А что ты напишешь в третьей книжке?

Джордан пожала плечами.

- Зависит от того, насколько хорошо пройдет обед. Когда ты хочешь пойти?

- Сейчас?

- Прямо сейчас?

- Разве ты не это сказала? Ты хотела пойти на обед прямо сейчас?

Джордан покачала головой.

- Я в замешательстве. Мы все еще говорим об обеде?

Эми хихикнула. Джордан нравилось, когда Эми хихикала.

- А что, если я встречу тебя у входа через пять минут?

- Это было бы здорово, - сказала Джордан. - До скорого!

Она поспешила в коридор и направилась к лифту. Ей казалось, что она подпрыгивает. Ей казалось, что она подпрыгивает, поет и смеется разом.

13. ТРОЕ - ЭТО КОМПАНИЯ.

Как только Джордан вышла за пределы больницы, так тут час же принялась исполнять победный танец, который представлял собой смесь чечетки и диско.

- Означает ли это, что ты идешь с ней на свидание?

Джордан подпрыгнула от неожиданности.

- Боже мой! Не подкрадывайся ко мне так сзади!

- Я не подкрадывалась. Я подошла, как обычный человек, - сказала Эдисон. - Если бы ты не скакала как сумасшедшая, проделывая все эти телодвижения, то заметила бы меня.

Джордан снова вернулась в ликующее состояние, прыгая с ноги на ногу.

- Она сказала «да». Она сказала «да». Она сказала «да»!

- И когда же великий день?

- Сегодня. Сейчас.

- Прямо сейчас?

- Да, прямо сейчас. Мы встречаемся на этом месте через несколько минут.

Эдисон посмотрела на часы.

- Хорошо. Думаю, я могу пообедать.

- Нет, не можешь, - отрезала Джордан. - Это свидание. Оно подразумевает только двух людей. Знаешь поговорку - «Трое - это толпа».

- Я думала, что говорят «Трое - это компания».

- Это название телесериала, а не поговорка.

- Я его видела. Была когда-то влюблена в брюнеточку. Как там ее звали?

- Марианна, вроде.

- Нет, это была брюнеточка из «Острова Гиллиганов».

- Ага! Я знала, что попытаешься это сделать. Ты пытаешься отвлечь мое внимание сменой темы разговора и отправиться со мной на мое же свидание. Но твоя уловка не сработает, потому что ее звали Джанет, - выпалила Джордан.

- Я тебя отвезу, вот и все. Я не буду сидеть за твоим столиком и все такое.

- Ты будешь на нас пялиться. Я тебя знаю. Будешь сидеть, пялиться, превратившись в одно большое ухо. Я не смогу сконцентрироваться.

- Не буду! Кроме того, это моя машина. Я привезла тебя сюда. Как ты доберешься до дома, если я не заберу тебя после обеда? Плюс ты не хочешь показывать ей, где живешь, потому что стройка еще не завершена. Вид дома может навести ее на мысль, что ты никогда не доводишь дела до конца. Я как-то читала одну книгу, в которой описывался психологический тест, когда люди ходили по комнатам в общежитии и составляли на живущих там людей психологические профили, основываясь на увиденном. И они попадали в точку. Поэтому, если ты хочешь узнать кого-нибудь получше, ты должен поехать к нему домой и посмотреть, как он живет, тогда ты поймешь, хочешь ты с ним встречаться или нет.

Джордан впала в ступор.

- Плачевное состояние дома - твоя вина.

- Но ты позволила мне все это сделать, - ответила Эдисон.

Эми подошла к ним сзади.

- Я готова.

Эдисон и Джордан подпрыгнули на месте.

- Боже мой, не подкрадывайся к нам так сзади!

Эми рассмеялась.

- Ага, мисс Мокрые Штанишки, вот и я.

- Эдисон будет нашим шофером. Она отвезет нас на обед. Ты не против?

- Замечательно, - сказала Эми. - Моя машина в автосалоне.

- С ней что-то не так? - спросила Эдисон, аж подрыгнув от предвкушения того, что она сможет что-то починить.

Джордан была уверена на все сто процентов, что если ручонки Эдисон доберутся до машины Эми, то все закончится весьма плачевно, за исключением того, что машина, возможно, сможет плавать или летать. А может даже и ездить.

- Нет, я ее поменяла, так что я смогу забрать свою новую машину после обеда.

- Новая машина? - спросила Джордан.

- Что за машина?

- Это сюрприз.

- Ты покажешь мне когда-нибудь этот сюрприз или мне придется бесконечно гадать? - спросила Джордан.

- Посмотрим, как пройдет обед, - с озорной улыбкой ответила Эми.

- Пойду, подгоню свою, - сказала Эдисон, бросив на Джордан завистливый взгляд и поковыляла к стоянке.

Джордан смотрела ей вслед и думала, что иметь Эдисон в качестве лучшего друга сродни герпесу - она всегда появлялась невесть откуда, как чертик из табакерки, и мешала поцелуям.

14. СВИДАНИЕ ИЛИ САМОЕ НАСТОЯЩЕЕ СВИДАНИЕ?

Джордан ерзала на заднем сиденье, слушая болтовню Эдисон и Эми, и размышляла, ехала ли она на реальное свидание в том общепринятом смысле, что и подразумевало слово «свидание». А именно: два человека пару часов кушают вместе с романтическими намерениями. Может, Эми и не предполагала, что это было свиданием. Может, она думала, что просто собирается пообедать с друзьями. Может, она думала, что они будут болтать на всякие девчачьи темы и при этом лопать сэндвичи. Как могла Джордан дать Эми понять, что она рассматривает их совместное поедание сэндвичей как самое, что ни на есть реальное, свидание, а не просто какое-то там свидание, и при этом не испугать ее до смерти? Опять же, если ее приглашение на обед действительно напугало Эми, разве это не значит, что та не желает идти на самое настоящее свидание? И разве не было бы лучшим выходом обнаружить это на таком вот свидании, прежде чем случится то самое свидание?

У Джордан от таких умственных изысканий стала раскалываться голова. Это была именно та причина, по которой она не ходила на те самые свидания. С Ирмой все было намного проще. Она пожалела, что не послушалась Эми и отказалась от викодина. Иначе прямо сейчас она могла бы закинуть в себя одну таблетку и расслабиться.

Эдисон приметила место для парковки прямо перед The ​​Original Dinerant, что само по себе уже было чудом. У Джордан даже нашлось достаточно мелочи, чтобы сунуть ее в парковочный счетчик и застолбить место на два часа. Еще одно чудо. Они сразу же сели за столик, у окна - еще одно чудо.

- Ничего себе. Местечко и на самом деле прикольное. В стиле ретро, ​​- сказала Эми. Она указала на лестницу. - Куда она ведет?

Джордан и Эдисон огляделись, как будто узрели ее впервые. Они всегда здесь кушали, поэтому больше не замечали лесенек и закутков.

- Там наверху холл с диванами и камином, в котором полыхает настоящий огонь. Довольно потрясающе, - сказала Эдисон.

Эдисон повела Эми наверх, показывая диваны и камин с настоящим огнем, словно была владелицей этого места. Джордан сидела за столом и изучала меню, в то время как Эдисон без умолку болтала с ее девушкой. Она надеялась, что Эми не видела, как она закипала от злости, пялясь в меню.

Через десять минут Джордан и Эми заказали сэндвич с индейкой с запеченными картофельными ломтиками и добавочными солеными огурчиками. Джордан восприняла их совместную индейку как предзнаменование их совместимости. Ей было молчаливо приятно, что Эдисон заказала завтрак.

Джордан поймала взгляд Эдисон и мотнула головой в направлении от стола. Наконец, до Эдисон дошло, что Джордан пыталась сообщить ей, втягивая ее в эти шарады.

Она встала и произнесла:

- Что ж дамы, с вашего позволения.

- Куда ты собралась? - опросила Эми.

- Ам... - запнулась Эдисон. - Ам...

Джордан пришла на выручку:

- Она любит есть в одиночестве.

- Я это люблю? - спросила Эдисон. Она моментально сменила вопрос на утверждение - А, да, точно.

- Я скажу нашей официантке отнести твой французский тост с крем-брюле в холл, - сказала Джордан.

- Почему? - спросила Эми.

- У нее проблемы с приемом пищи. Именно поэтому она завтракает вместо того, чтобы обедать в обеденный перерыв, - пояснила Джордан.

- О, нет, однако много людей заказывают еду из меню на завтрак в обеденное время, - сказала Эми обеспокоенно.

- Ну, у меня не само по себе расстройство пищевого поведения, - сказала Эдисон. - Это более похоже на пищевую ... фобию.

- Ты боишься есть? - спросила Эми.

- Только находясь рядом с другими людьми, - ответила за нее Джордан.

- Это называется мастикафобия, - добавила Эдисон.

- Никогда о таком не слышала, но я не психолог, - сказала Эми. - Если тебе будет спокойнее, мы можем уйти. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя, как...

- Оставайся, Эд, - перебила ее Джордан. - Садись и поешь с нами, - она не смогла сдержать своего разочарования. - Пожалуйста.

- Хорошо, я попытаюсь побороть свой страх перед сэндвичами и людьми, жующими сэндвичи.

Эдисон натянуто улыбнулась и присела за столик. Джордан вздохнула. Было очевидно, что Эми хотела, чтобы Эдисон осталась. Тревожное чувство закралось ей в душу. А что, если Эми поняла, что Эдисон нравится ей больше. Эд была симпатичной и очень доступной. Джордан снова навострила уши, прислушиваясь к их разговору, и во вовремя, потому что в этот самый момент Эми спрашивала у Эдисон:

- Так чем же ты зарабатываешь на жизнь?

Эдисон положила подбородок на ладонь, посмотрела на Эми и в свою очередь спросила:

- Ну... Тебе нравятся игрушки?

Джордан закашлялась и пнула Эдисон ногой под столом.

- Ой! - воскликнула Эдисон и сразу же пнула Джордан в ответ, но Эми уже пустилась отвечать:

- Ну, все зависит от игрушки, полагаю. В детстве я обожала Барби. У меня их было штук двадцать и дом мечты, и розовый кабриолет. Тонны одежды и милый маленький розовый чемодан, чтобы ее туда укладывать и носить. Проблема заключалась в том, что у меня был щенок по имени Хамфри, и он любил жевать всех Барби подряд всякий раз, когда я оставляла их на полу, что происходило большую часть времени. Так что все мои Барби закончили свои дни с пожеванными руками, погрызанными ногами, отсутствующими волосами и с отметками от зубов по всему их телу. Вот тогда мне и пришла в голову идея стать врачом. Знаю, это звучит глупо, но я превратила дом мечты в операционную, и хирургическим путем при помощью острых ножей удалила пожеванные части Барби. Для их отсутствующих конечностей я сделала протезы из изогнутых скрепок.

- Тогда у нас с тобой много общего, - сказала Эдисон. - Я тоже создаю своего рода протезы.

Джордан энергично закашляла. Эми посмотрела на нее вопросительно, потом спросила Эдисон:

- Какие протезы ты делаешь?

Эдисон заулыбалась.

- Ну… Тебе нравятся игрушки для взрослых?

- Ты имеешь в виду шахматы? - спросила Эми.

- Я обожаю шахматы! - воскликнула Джордан слишком поспешно и очень громко.

Эдисон проигнорировала ее и продолжила:

- Я имею в виду типа секс-игрушек.

- О, - сказала Эми. Она сделала глоток воды и сказала «О» во второй раз.

- Эд, это не подходящая тема для разговора за обедом, - прервала ее Джордан.

- Она спросила, чем я зарабатываю на жизнь, - сказала Эдисон. - И я честно отвечаю, - она повернулась к Эми и без обиняков сказала: - Я делаю секс-игрушки.

- О, - сказала Эми.

- Я изобретатель, - уточнила Эдисон. - Вот почему они зовут меня Эдисон.

- Она изобретает секс-игрушки, - пояснила дальше Джордан. - У нее несколько зарегистрированных патентов.

Эдисон выпрямилась и с гордостью сказала:

- Дилдо - моя специальность. Я изобрела Корндог, Сдобного друга и Поршень. И это лишь несколько названий.

- Я вижу, ты выбрала очень описательные имена, - оценила Эми.

После долгого молчания, в течение которого все они изучали меню, хотя уже и сделали заказ, Эми сказала:

- Мне нужно отлучиться в дамскую комнату. Я сейчас вернусь.

Джордан наблюдала, как Эми зашла в дамскую комнату, потом повернулась и с размаху стукнула Эдисон по макушке своим меню.

- Ой!

15. ЯВЛЕНИЕ СНЕЖНОЙ КОРОЛЕВЫ.

- Что там насчет секс-игрушек? Пытаешься ее спугнуть? - резко прошептала Джордан. Эдисон скрестила руки на груди.

- Разве тебе не хотелось бы узнать сразу, с места в карьер, как она относится к лесбиянками? Разве это не сэкономило бы тебе кучу времени?

- Секс-игрушки - это личное. Знаешь, не все лесбиянки ими пользуются.

- Да ну? Назови хотя бы пять.

Джордан бросила взгляд в сторону входа в закусочную.

- Вот дерьмо, - пробормотала она.

- Секс-игрушки это образ жизни...

- Я не об этом. Вот дерьмо, здесь Петронелла, - прервала ее Джордан. Эдисон тут же переключилась в режим телохранителя.

- Быстро. Прячься.

Джордан оглянулась по сторонам.

- Куда?

- Под стол.

Джордан сползла по сидению на коленки. Скатерть скрыла ее из вида. Она съежилась в клубочек, прижав колени к подбородку, и с ужасом наблюдала за тем, как белые каблуки Петронеллы зацокали к их столику.

Знакомьтесь! Петронелла Бликер, голландская лесбийская поэтесса. Она заполучила толику успеха 10 лет тому назад, выпустив тонкий томик стихов. Она выиграла несколько литературных наград, не заработала почти никаких денег и теперь, к ее огорчению и унижению, была профессором в Университете Портленда. Петронелла считала, что это работа была ниже ее социального статуса. Поэт ее калибра должен был преподавать либо в Йеле или Гарварде, либо не преподавать вовсе. Везде и всегда она держалась вызывающе и не упускала случая показать свою задиристость остальным.

Петронелла была почитаема в лесбийском сообществе, поскольку умела успешно рифмовать слово «вагина.» Она всегда носила белое. Даже ее волосы были выкрашены в белый цвет. Белый цвет был ее индивидуальной особенностью, поскольку олицетворял собой отсутствие какого-либо цвета вообще. Петронелла была по фотомодельному худа - сплошные кожа да кости.

Продолжение следует...

16. ДЖОРДАН И ИСТОРИЯ ПЕТРОНЕЛЛЫ.

Джордан и Петронелла были любовницами один год, двадцать семь дней и три часа. В самом начале их отношений Петронелла была всем, о чем только Джордан когда-либо мечтала. Она была умной, образованной, талантливой, внимательной, а также потрясающей любовницей. Она была красива, в духе холодной красоты Снежной Королевы. Но, как и все ледяные скульптуры, со временем она растаяла, оставив Джордан посреди лужи холодной воды с отмороженными конечностями.

Джордан следовало бы знать, что Петронелла была слишком хороша, чтобы такой и быть на самом деле. Но как может кто-нибудь предугадать что-то нечистое? Ты действительно не можешь знать кого-то, пока не станешь с ним жить. Вот тогда фасад начинает трещать по швам, и ты видишь проблески того, что они представляют собой на самом деле. Вот где Джордан и прокололась. Она проигнорировала эти проблески реальной Петронеллы, что углядела между трещинами. Она так сильно хотела быть любимой, что на многое закрывала глаза.

Первый раз, когда она пересеклась с Петронеллой, случился на территории кампуса. Джордан наняли преподавать на один семестр. Она вела семинары для девушек, выступая в роли детского литературного автора. Этот класс был детищем декана - связующим звеном между Факультетом раннего дошкольного развития и Институтом изучения проблем женщин. Джордан пригласили, а потом и наняли на работу, потому что она была известной писательницей и местной жительницей. Последний аргумент был более решающим фактором, чем первый. А еще она работала почти даром.

Однажды Джордан пригласили на проходящие дважды в год посиделки Института изучения проблем женщин, на которые необходимо было с собой приносить еду. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Ее вкладом в совместную трапезу был пакет сырных чипсов и банка бобового соуса. Она поставила соус в центр стола и поняла, что в очередной раз не вписалась в сборище. Все приволокли типичные лесбийские яства: табуле, хумус, всякие салаты, вонючий сыр, что был сделан обязательно не из коровьего молока, и десерты, не содержащие глютена.

Джордан сидела в одиночестве в углу комнаты и жевала чипсы, когда подошла Петронелла. Петронелла уставилась на нее. Джордан заглянула в бесстрастные, холодные глаза Петронеллы, и по ее спине пробежала дрожь. В тот раз она подумала, что она затрепетала из-за своей похоти. Истину о том, что она тряслась тогда из страха, она осознала намного позже.

Она протянула пакет чипсов Петронелле. Петронелла лишь улыбнулась. Джордан пришла на ум ассоциация с волчьей улыбкой из сказки про Красную Шапочку.

- Идем, - приказала Петронелла.

Джордан послушно последовала за Петронеллой до дверей ее автомобиля.

- Куда мы поедем?

- Увидишь, и тебе это понравится, - властно ответила Петронелла.

Петронелла проехала четыре квартала от кампуса и припарковалась напротив красивого дома. Она провела Джордан через фойе, вверх по мраморной лестнице, через безупречно белую спальню, сплошь в зеркалах, прямо на открытую террасу.

- Ты хотела показать мне дом? - спросила Джордан. Петронелла рассмеялась.

- Нет, - ответила она. - Я хочу показать тебе единственную вещь в этом мире, которая смогла бы сравниться с твоей красотой.

Джордан выдавила нервный смешок. Петронелла грациозно подняла свою ладонь над головой, устремив ее в небеса.

- Узри луну, - произнесла она наигранно драматично.

Все что делала Петронелла, она делала с большим артистизмом, будто собиралась в будущем обессмертить свои телодвижения в стихотворении.

Джордан узрела луну. Она была оранжевой, круглой и полной. Когда она снова посмотрела на Петронеллу, у нее отвисла челюсть, потому что та раздевалась. Шелковая блузка Петронелла соскользнула с ее плеч на кафельный пол. Ее груди блестели в лунном свете, открывая взору большие соски, которые походили на широко раскрытые и уставившиеся на мир глаза.

Петронелла вышла из белых клиновидных туфель, расстегнула льняные брюки и отбросила их в сторону. В лунном свете ее кожа выглядела бледной, как у призрака, а лобок был чисто выбрит. Все тело было гладким и белым, как у мраморной статуи.

- Я хочу заняться с тобой любовью, - сказала Петронелла. - С того самого момента, как я увидела тебя, я ничего так не хотела, как сжать тебя в своих руках, сосать и ласкать тебя губами и почувствовать твой жар моим языком. И я хочу заставить тебя извиваться в оргазмическом экстазе.

- Ничего себе, - сказала Джордан. - Ты не тянешь кота за хвост.

Она также подумала, но не сказала: «Если бы был кот, которого нет».

Петронелла подкралась к ней и смело поцеловала Джордан в шею. Ее плечи. Ее щеки. Ее губы. Она слегка прикоснулась сосков Джордан и погладила ее ягодицы. Джордан почувствовала, как внутри у нее все натянулось, затем отпустило. Тело предавало ее.

Петронелла встала перед ней на колени, взяла ее губами и жадно ее пожирала.

Джордан смотрела на луну. Когда ее настиг оргазм, она открыла рот и проглотила луну. Та наполнила живот и зажгла ее изнутри, как если бы она была Фонарем Джека O. Джордан знала, что так и случилось, потому что на следующий день Петронелла подробно описала их сексуальную связь в ее новой поэме «Женщина, которая проглотила луну».

Когда Джордан снова посмотрела на небо, луна исчезла, а она была влюблена.

Петронелла повела ее обратно через раздвижные стеклянные двери и в свою постель, где она предавалась любви с Джордан еще три раза.

- Ты моя муза, - произнесла Петронелла, сжимая Джордан в своих объятиях. - Я напишу о тебе прекраснейшие стихотворения. Я никогда тебя не отпущу. Никогда, никогда не позволю тебе меня покинуть.

Прошли месяцы, и Джордан осознала, что Петронелла именно это и имела в виду.

Джордан прожила с Петронеллой целый месяц, пока, наконец, отметила, что та была одержима контролем. Петронелла говорила ей что носить, что есть, что читать, какое пить кофе. Джордан заметила, что они толком и не разговаривали. Петронелла взяла на себя единоличное управление жизнью Джордан.

Однажды Джордан проснулась и обнаружила, что у нее больше и нет этой жизни. И что еще хуже, Петронелла стала относиться к ней по-собственнически. Никто не мог и бросить взгляда в сторону Джордан без того, чтобы Петронелла не взвилась от ярости до небес. Она кричала, что Джордан поощряла такие взгляды. По мнению Петронеллы, Джордан была лисицей в курятнике, за которой нужен был глаз да глаз.

Это утомило Джордан до смерти. И когда она пожаловалась и сказала, что, может быть, она лучше поживет в своем собственном доме, и, может быть, они должны разойтись, Петронелла ответила тем, что бросила в нее Антологию феминистской поэзии, поскольку книга касалась вульвы. Джордан была слишком удивлена, чтобы увернуться, и все закончилось синяком под ее глазом. Петронелла рыдала. Она обещала, что все изменится. Она написала ей стихотворение. И после этого она устроила Джордан страстную ночь любви.

Во второй раз, когда Джордан попыталась уйти от Петронеллы, она решила применить хитрость. Она собрала свою одежду, когда Петронелла была на работе. Она была на подъездной дорожке, укладывая одежду на заднее сиденье своего автомобиля, когда Петронелла заявилась домой пораньше, и попыталась сбежать от нее на машине. Петронелла взяла кувалду и разнесла фары на машине Джордан, двигатель и окна, а затем двенадцать раз врезала по багажнику. Страховка Джордан не покрывала разнос ее машины сумасшедшей подругой. Петронелла рыдала. Она обещала, что все изменится. Она написала ей стихотворение. И после этого она устроила Джордан страстную ночь любви.

В третий раз, когда Джордан попыталась разорвать их отношения, приключился в тот самый момент, когда она застала Петронеллу на залитом лунным светом балконе, ублажающую одну из своих студенток. Петронелла умудрилась вывернуть ситуацию наизнанку и обвинить во всем Джордан. Эта женщина была волшебницей в части манипуляций. Она вменила Джордан в вину фригидность, полное отсутствие эмоций и нежелание заниматься любовью, что просто вынудило Петронеллу ей изменить. Все эти оскорбления летели в ее сторону вперемешку с книгами, рамками от фотографий, замороженной рыбой, палочками для еды, тарелками и микроволновкой.

Несчастная студентка съежилась в углу, а когда в боевых действиях произошло временное затишье, пулей вылетела из дома. Она позвонила 911, приехала полиция и сопроводила Джордан домой. Джордан не выдвинула обвинения. Она была просто счастлива находиться подальше от Петронеллы.

Это случилось всего шесть месяцев назад. И с того времени у Петронеллы прорезался талант появляться в том месте, где находилась Джордан. Джордан начала думать, что Петронелла тайно установила на ее задницу противоугонную систему.

17. ЯВЛЕНИЕ СНЕЖНОЙ КОРОЛЕВЫ, ПРОДОЛЖЕНИЕ.

Находясь в относительной безопасности под покровом стола, Джордан уставилась на заостренные носки туфель на высоком каблуке, что носила Петронелла и прислушивалась к ее разговору с Эдисон.

Петронелла: Ну, здравствуй, маленькая подружка Джордан.

Эдисон: Здравствуйте, доктор Бликер. Вы сегодня выглядите прям как ледяная скульптура, я имею в виду, в хорошем понимании этих слов.

Петронелла: Где Джордан?

Эдисон: У меня все хорошо. Спасибо, что спросили. А как вы?

Носок правой туфли Петронеллы отстучал три раза.

Петронелла: У меня нет времени валять дурака. Где Джордан?

Эдисон: Хорошо, сдаюсь, так, где же она?

Петронелла: Я должна с ней поговорить. Это срочно. Намечается одно событие, на которое я хотела бы ее пригласить, и чтобы она на нем обязательно была.

(Петронелла сразу говорила все на чистоту. Как представительница буржуазии, она считала увиливание от сути дела уделом низших слоев общества.).

Эдисон: Я с радостью передам ей ваше сообщение. Что-нибудь еще?

Петронелла: Нет.

Каблуки Петронеллы зацокали прочь.

Эдисон: И вам приятного дня. И под пожеланием «приятного дня» я имею в виду «иди и трахни себя».

Внезапно Петронелла остановилась.

- О, нет, дерьмо, нет, нет, - прошептала Эдисон Джордан. - Снежная королева разговаривает с Эми.

Джордан выглянула поверх стола, беспомощно наблюдая, как Петронелла преградила путь Эми. Эми опустила голову. Петронелла снова заговорила, указывая на ногу Эми.

После того, как Петронелла ушла, Эми взглянула на свою ногу. Она подняла ее и обнаружила, что к каблуку прицепился кусочек туалетной бумаги. Эми попыталась снять его, наступив другой ногой, но он благополучно переместился на другую туфлю. Она попыталась его стряхнуть. После исполнения нескольких эклектических танцевальных движений ей удалось избавиться и от докучливого кусочка бумаги и от чувства собственного достоинства.

Эдисон приподняла край скатерти и сказала.

- Можешь выползать из укрытия.

Джордан покачала головой.

- Неа. Это может быть ловушкой. Отправляйся за ней следом и проследи, что она села в машину и убралась восвояси.

Эдисон кивнула.

- Хорошая идея.

- И убедись, что она действительно уехала, а не нарезает круги по кварталу.

Как только Эдисон собралась уходить, появилась Эми.

- Где Джордан?

- Она под столом. Я сейчас вернусь, - сказала Эдисон.

Эми наклонилась под стол и посмотрела на Джордан.

- Ты что - прячешься?

Джордан фальшиво рассмеялась.

- Прячусь? Я прячусь? Не смеши меня.

- Тогда что ты делаешь под столом?

В голове Джордан, сменяя друг друга, покрутился с миллиард ответов на этот вопрос: Она искала контактную линзу. Поднимала упавшую вилку. Инспектировала чистоту пола. Смотрела, есть ли под столом прилепленная жвачка. Занималась изучением предпочтений жителей Портланда в выборе обуви. Джордан полезла в мешок с ответами и вытащила первый наугад, который, так уж получилось, был близок к истине.

- Я, уф, я испугалась.

Выражение лица Эми смягчилось. Она на четвереньках заползла под стол и присела рядом с Джордан.

- Чего же ты испугалась?

- Я боялась, что ты не понимаешь, что это свидание. Ну, знаешь, самое, что ни есть настоящее свидание. Со мной.

- Я понимаю, что это самое, что ни есть настоящее свидание, - сказала Эми.

- Правда?

Эми кивнула.

- И для тебя все это не странно, крыша не едет? Ну, знаешь, быть на настоящем свидании с самой настоящей лесбиянкой?

Эми пожала плечами.

- У меня скорей бы поехала крыша, если бы ты была не настоящей или не существующей, - улыбнулась Эми.

- Как думаешь, насколько далеко это зайдет? Я имею в виду, для первого свидания.

- Я думаю... - сказала Эми. - Думаю, что я хочу, чтобы ты меня поцеловала.

Джордан задержала дыхание, закрыла глаза и наклонилась, чтобы поцеловать ее. Ее губы уже почти касались губ Эми, когда под стол заглянула официантка, держащая в руках поднос с сэндвичами, чипсами и солеными огурчиками.

- Кто тут заказывал двойную порцию майонеза.

Kissi interruptus.

18. ИСТОРИЯ ЭДИСОН.

Эдисон вела свой Фольцваген Жук со скоростью, в два раза превышающую разрешенную, и завернула за угол с ужасающим креном. Джордан схватилась за ремень и ударила ногой по воображаемой педали тормоза. Джордан была убеждена, что Эдисон расстроилась из-за всей этой истории с Эми, и это повергло ту в глубокую печаль. Эдисон не хотела, чтобы Джордан страдала. Джордан это знала. Хотя ее роман с Эдисон и был кратким, на самом деле, он длился лишь несколько часов, Джордан знала, что Эдисон была в нее влюблена. Джордан чуяла, что Эдисон находила безответную любовь блаженно болезненной. Тем не менее, переносить ее было легче, когда Джордан ни с кем не встречалась. Даже когда Эдисон переживала из-за отношений Джордан с Петронеллой, ей было легче это переносить, потому что она знала, что Джордан не любила Петронеллу. Но с Эми все было по-другому, и Джордан знала, что и Эдисон это знает.

- Знаешь, мне очень жаль, что твое обеденное свидание с Эми не удалось, - сказала Эдисон. Прежде чем Джордан смогла ответить, она продолжила: - У меня однажды тоже была неразделенная любовь.

Это было новостью для Джордан. Никогда раньше Эдисон не рассказывала о своем прошлом. Даже когда Джордан пыталась разговорить ее, Эдисон замыкалась в себе, как... ну, как будто набирала в рот воды.

- Я сохла по дочери проповедника общины, - сказала Эдисон, бросая машину в вираж.

- Оооо, это похоже на «Не апельсинами едиными».

- За исключением того, что это была бы версия про амишей, - сказала Эдисон. Она смотрела прямо перед собой. - Я выросла среди амишей.

- Амишей? - Джордан ударилась головой о крышу Жука. - Среди тех амишей, которые в шляпах, длинных платьях и без сотовых телефонов?

- Есть еще какие-то амиши?

- Амиши? Ты амиш. Серьезно? - Джордан готова была рассмеяться, пока не увидела, как гримаса боли исказила черты Эдисон.

Эдисон закрыла лицо руками.

- Мне не следовало тебе говорить.

- Я бы хотела, чтобы ты так не делала, пока ты за рулем, - сказала Джордан, потянувшись и схватив руль. Может быть, поэтому Эдисон такой ужасный водитель, подумала Джордан. Водить повозку это ведь не то же самое, что водить автомобиль.

- Я даже не знала, что в Портленде есть община амишей, - сказала она.

Эдисон снова взяла руль в руки и даже непостижимым образом снизила скорость.

- Я не здешняя. Я жила в штате Огайо. Я сюда приехала после того, как меня изгнали из общины.

- Тебя изгнали? Типа выбросили?

- Да.

Джордан начинала чувствовать себя детективом Джо Фрайди из «Сетей зла» - она обожала этот фильм, когда была маленькой. (Конечно, она видела более позднюю версию, а не оригинальную.) Вытаскивать из Эдисон «голые факты» было тем видом допроса, что так нравился Джо Фрайди; только Джордан предпочитала услышать историю, которая бы заключалась в нечто большем, чем просто факты.

- Почему тебя изгнали?

- Я росла в округе Холмс, штат Огайо. Мы были из Шварцентрюберов, но мать настояла, чтобы у нас был цветник и мощеная дорожка к дому, так что мы уже жили не совсем по канону.

Джордан уже ничего не понимала.

- Что за Шварцентрюберы?

- Это типа супер-амиши. Они думают, что другие амиши живут не достаточно сурово. У моих родителей не было водопровода и электричества. Они слишком всерьез воспринимают всю эту хрень с повозками. Мы не могли даже повесить один из тех светоотражающих треугольников на заднюю часть нашей повозки. Ты представляешь, как это было небезопасно? Мы не могли использовать ничего светоотражающего.

- Что? Ты серьезно? - Джордан честно полагала, что Эдисон над ней жестоко издевается, и что та готова была рассмеяться, говоря что-то вроде «Ага! Попалась!», единственное, что эта часть сценария, казалось, никогда не реализуется.

- Да. Из-за светоотражающего треугольника и взглядов, которые мы с Мелли украдкой бросали друг на друга, меня и изгнали. Мелли была дочерью проповедника, - сказала Эдисон.

- Один вопрос, - сказала Джордан. - Дети случайно не веселились и не подшучивали над ней, называя Смелли Мелли?

- Это не смешно. И я не шучу.

Джордан внимательно изучала лицо Эдисон. Она выглядела очень серьезной.

- Ладно. Извини, - сказала Джордан. - Прошу тебя, продолжай. Так треугольник был символом вашей любви или чем-то в этом духе?

- Нет. Даже тогда я была знаменита своими изобретениями. Будучи амишем и имея ограниченный контакт с окружающим тебя миром, я понятия не имела о современных технологиях. Да что там, я и о древнейших технологиях ничего не знала. Я тайно проводила ночи в сарае, изобретая всякие штуки.

- Какие штуки?

- Ну, знаешь, типа машинки для нарезки овощей или механической пилочки от мозолей или механизм, который включает или выключает свет по хлопку, что было особенно трудным делом, поскольку приходилось иметь дело с масляными фонарями, а не их электрическими собратьями.

- Бьюсь об заклад, - пробормотала Джордан.

- Я понятия не имела, что эти штуки уже изобретены. Короче, я пришла к заключению, что нужна светоотражающая краска. Аварий с повозками становилось все больше и больше. Знаешь, на грязной дороге, ночью, не разглядеть черной повозки. Однажды ночью, Милли со своей матерью поехали в город, чтобы помочь больным. Их поездка закончилась столкновением с автомобилем, в котором находилась пара тинейджеров. Думаю, на самом деле, девчонка делала парню минет в то время, как он рулил. Они врезались в повозку Мелли. Они ехали не быстро - скорее всего из-за минета - и когда случилась авария, девчонка откусила парню пенис.

У Джордан отвисла челюсть.

- Прямо как в «Мире по Гарпу»?

Эдисон кивнула.

- Городские не на шутку встревожились по этому поводу. Потеря пениса переполнила чашу терпения и ситуация закрутилась прескверная.

Вот на этом месте Джордан поняла, что потеря мальчиком полового члена и склонность Эдисон к изобретениям искусственных пенсов могут быть эмоционально связаны друг с другом.

- И что произошло дальше?

- Я пыталась все исправить. Я экспериментировала с флуоресцентами.

Джордан подумала, что Эдисон сказала это в таком же тоне, как некоторые люди говорят «Я экспериментировал с наркотой». Джордан вытащила из кармана мячик для тренировки и сжала его. Сейчас она использовала его как средство от стресса.

- Что-то я не догоняю. Какое отношение флуорисценты имеют к Мелли?

Эдисон сжала губы и нахмурилась.

- Позволь я перескажу историю в хронологическом порядке. Мне было восемнадцать, и я поцеловала Мелли в амбаре. Мы признались друг другу в любви. Потом произошло ДТП. Я прокралась в хозяйственный магазин и украла жидкое флуоресцентное покрытие и галлон зеленой краски. Единственная вещь в моей жизни, что я когда-либо украла. С помощью Мелли, я перекрасила заднюю часть повозок, чтобы они могли светиться в темноте. Это утихомирило городских. Они подумали, что Шварцентрюберы уступили. Я рассчитывала вовсе не на это. Я хотела всего лишь обезопасить людей. Я не могла потерять Мелли в той аварии. Пошли слухи, и это было концом всего. Старосты общины обнаружили, кто это сделал, и со мной было покончено. Я взяла на себя полную ответственность, но и Мелли тоже попала в неприятности. Ей было всего семнадцать, поэтому она не могла уйти со мной. Ее родители отправили ее жить к родственникам в Пенсильванию. И больше я ее не видела, - Эдисон вытерла слезу. - На попутках я добралась досюда.

- Ничего себе, - сказала Джордан, качая головой.

- Никому не говори, ладно?

- Ладно. Твой секрет со мной, как в могиле.

- Во всяком случае, мне жаль, что твое обеденное свидание пошло прахом, - сказала Эдисон. - Слишком много шума на счет этих игрищ в свиданки. Не парься по этому поводу. Для многих свидания, как Голгофа. Ты просто одна из таких людей. И я тоже. Вот почему мы есть друг у друга. В качестве друзей... Я знаю, о чем ты думаешь... Повторяю, как друзья. Я полностью согласна с тобой по этому вопросу. Но если ты меня спросишь, а я знаю, что не спросишь, но если бы ты меня спросила, я бы сказала, что сегодняшняя катастрофа со свиданием того стоила. Теперь ты знаешь, что вы с Эми не совместимы. Ты вырвала ее из своего сердца. Ты свободна и можешь двигаться дальше.

- На самом деле, - сказала Джордан, - завтра у нас с ней еще одно свидание.

Эдисон ударила по газам и круто завернула автомобиль за еще один угол. Джордан взмолилась за свою жизнь.

19. ЛЕСБИЯНКИ В ТУМАНЕ.

Эми нервничала. Все в ее сознании говорило - не иди. Однако все в ее теле призывало к другому: «Иди! Иди!». Она застряла где-то посередке между блаженством и ужасом, и чувства эти наложились друг на друга, заставив её просто нервничать. Вот в каком состоянии она пребывала сейчас. После вчерашнего почти поцелуя под столом, Джордан попросила Эми сходить с ней в музей искусства. Даже не подумав ни разу, Эми сама собой сказала «да».

Ее мозг заставил ее поворочаться большую часть ночи, вытаскивая оправдание за оправданием, за следующим оправданием, почему она не должна пойти на свидание, технически уже второе свидание с шикарной, сексуальной лесбиянкой. Вот какие были причины, если перечислить их в свободном порядке:

Встречаться с лесбиянкой означало бы, что она сама была лесбиянкой, а если она была лесбиянкой, то ...

Она больше не сможет носить свои милые туфельки.

Ей придется сделать стрижку, а это означало, что она снова вся станет в завитушках, потому что от природы у нее были вьющиеся волосы. Не самый лучший ее вид.

Ей придется таскать помаду в кармане, потому что лесбиянки не носят сумочек.

Они также не красят губы, так что можно отклонить предыдущую причину.

Ей придется научиться готовить, чтобы она могла присутствовать на лесбийских сборищах, куда приносят свою еду.

Ей придется научиться любить хуммус. И ей придется научиться правильно выговаривать это слово.

Ей придется завести кота.

На этом месте в порыве справедливости ее мозг выдал причины, почему ей стоило стать лесбиянкой.

Вот какие это были причины, если перечислить их в свободном порядке:

Она сэкономила бы целое состояние, не покупая ...

Колготки.

Платья.

Макияж.

Бигуди.

Бритвы (Она была не уверена, брили ли лесбиянки ноги и подмышки. Она надеялась, что брили.).

Они могли бы делить с ней один гардероб на двоих.

Эми понимала, что все это глупо. Лесбиянки не похожи друг на друга, словно сделанные под копирку.

Она посмотрела пару серий «The L Word» и была уверена в том, что ее карьера не пострадает, а мама - ее отец давно умер - отнесется с пониманием и поддержит ее. И все же... это был бы довольно большое изменение в ее жизни. Особенно для такой, как она, неуклюжей в любовных утехах в постели. Вспомните предыдущую историю про банановую кожуру. Тем не менее, Джордан пробудила определенные части ее тела, которые находились в глубокой зимней спячке вот уже последние десять лет. И, как медведь, выползающий из норы после долгого зимнего сна, Эми изнывала от голода.

Она хотела бы, чтобы кто-нибудь написал руководство. Жизнь лесбиянок для чайников. Все стало бы намного проще. Или, может быть, она должна проникнуть к лесбиянкам с заднего двора. Изучить их культуру, как они составляют пары, их чувство юмора (предполагая, что они умели шутить), их чувство стиля (предполагая, что он им был не чужд). Она могла познакомиться с их жизнью и акклиматизироваться в среде лесбиянок, тщательно все изучив. Она может стать Дианой Фосси от лесбиянок.

Чуть раньше этой бессонной ночью, Эми пришла к мысли, что ей пора прекращать думать головой. Она взяла на себя обязательство больше не изнурять свой мозг непомерными измышлениями, а дать волю сердцу и телу.

На следующее утро, ее сердце и тело приняли душ, прикупили новых, модных шмоток, и забрали новое авто.

20. ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ.

Эми припарковала свой новый Smart прямо напротив входа в Портлендский Художественный Музей, удивляясь тому, что может приткнуть его почти в любую дырку. Он был ярко желтый и в придачу такой миленький. Она восхищалась им так же, как и своими новыми ярко синими высокими кедами Converse с изображением Тардиса Доктора Кто. По совету Изабель, она купила с дюжину цветастых платков, чтобы носить их на работе. Эми казалось, они придали ее облику какую-то изюминку.

Она поспешила ко входу в музей. В голове не было ни единой мысли, сердце бешено билось, тело было предельно возбуждено. Она была так безумно счастлива в связи с перспективой провести вторую половину дня с Джордан, что не чувствовала ни усталости, ни сонливости, поскольку находилась на душевном подъеме.

Она почти что вошла в холл, когда перед ней внезапно возникла Джордан. На ней были надеты мешковатые шорты (она брила ноги, слава Господу) и простая белая футболка. Она была в сандалиях, а ногти на ее ногах были выкрашены в красный цвет. Джордан была восхитительна.

- Надеюсь, я не опоздала, - извергла из себя банальщину Эми, не зная, как бы еще начать разговор.

- Идем, - сказала Джордан, схватив ее за руку и потянув в сторону эскалатора.

- К чему такая спешка?

- Нет никакой спешки. Просто я хочу показать тебе, на что я наткнулась.

Джордан тянула ее за собой вверх по эскалатору, перепрыгивая через две ступеньки, потом вдоль широкого коридора, а перед самых входом в зал резко преградила путь, повернувшись к Эми лицом.

- Закрой лаза.

- Мы в музее, - сказала Эми. - Я думала весь смысл в его посещении, чтобы смотреть.

- Увидишь, увидишь, доверься мне. А теперь - закрой глаза.

Эми сделала то, о чем ее просили, затем Джордан взяла ее за руку и медленно повела вперед. Руки Джордан переместились на плечи Эми и слегка надавили, побуждая ее присесть.

- Сядь, - прошептала она, что Эми и сделала. Она почувствовала, что Джордан присела рядом с ней. - Хорошо, сейчас можешь открыть глаза.

Эми открыла. Она увидела большую картину, покрывающую большую часть стены. Вихри поверх вихрей ярких, насыщенных красок. Смелые мазки всех цветов, которые можно себе представить. Море живых, извивающихся, изгибающихся, извилистых линий.

- Что ты видишь? - спросила Джордан.

Эми посмотрела на Джордан.

- Это вопрос с подвохом?

Джордан покачала головой.

- Нет. Совсем нет. Мне просто интересно, что ты видишь.

Эми снова посмотрела на картину, склонив голову на право.

- Даже не знаю. Она интересна в какой-то своей беспорядочности.

- Продолжай смотреть.

Она взглянула на Джордан, та была явно в восторге от картины.

Эми снова обратила свое внимание на картину, на этот раз наклонив голову влево. Но и сейчас она не смогла увидеть ни какой-либо формы, ни содержания - ничего. Она подумала, что картина больше смахивает на красочный торнадо. Или на букет из разных цветов, которые по очереди слили в туалет. Или на радугу, угодившую в водоворот. Она повернулась к Джордан, внимательно изучая ее лицо в профиль.

- А что видишь ты? - спросила Эми. Джордан ответила не сразу.

- Эйфория. Удивление. Благодарность. Радость. Восторг. Счастье.

- Все это?

- Да. И гораздо больше.

- Вот как, - сказала Эми. Было совершенно очевидно, что она полный профан в современном искусстве. Она снова взглянула на картину и попыталась увидеть то, что ей только что описала Джордан.

- Но то были чувства.

- Верно.

- Хочешь сказать, что когда ты смотришь на картину, ты видишь человеческие эмоции? - спросила Эми.

Джордан посмотрела на Эми и улыбнулась.

- Вот, в чем роль искусства. Оно говорит с тобой на языке эмоций.

- О.

- Закрой глаза снова, - попросила Джордан.

Эми прикрыла глаза, пытаясь предположить, куда Джордан отведет ее в этот раз. Но вместо того, чтобы взять ее за руку, она ее поцеловала. Эми смаковала ощущение от прикосновения губ Джордан - нежный трепет, восторг, полное ощущение радости от обычного поцелуя.

- Ты можешь снова открыть глаза, - сказала Джордан. Эми открыла. Вслед за Джордан она повернулась к картине. В этот раз цвета на картине ожили, они закрутились и затанцевали по всему холсту. И Эми это почувствовала. Поначалу это чувство было совсем крошечным, как укол. Оно зародилось в ее груди, расширяясь во все стороны теплой волной. Неужели я сияю от счастья? Она чувствовала, что светится изнутри как те китайские фонарики из рисовой бумаги.

Эми не знала, как это описать. Она не находила слов для этого чувства. Это было больше. Больше. Намного больше, чем просто поцелуй.

- Кажется, я начинаю кое-что понимать, - прошептала Эми, не отрывая взгляда от картины.

21. МАШИНА, ИЗОЛЕНТА, ИСКУССТВО.

Джордан и Эми стояли на ступенях музея. Обе не желали так скоро расставаться, обе не желали, чтобы этот день так быстро закончился.

- Не могу поверить, что раньше здесь никогда не была, - сказала Эми.

- Я прихожу сюда постоянно. По крайней мере - раз в неделю. Думаю, это очень вдохновляет. Особенно рисунки детей. В их работах столько свободы.

Джордан повела Эми вниз к стойке, к которой она приковала свой байк.

- Когда ты рисуешь, что посещает тебя в первую очередь, чувство цвета или эмоции, ассоциирующиеся с ним? - спросила Эми.

- Трудно объяснить. Цвета заставляют меня чувствовать, но чувства позволяют видеть цвет. Задача в том, чтобы передать эти чувства посредством цвета на холст. Ты слышала такое выражение «видеть красный цвет»?

- Конечно, когда кто-то злится, - сказала Эми.

Внезапно лицо Джордан приобрело ярко малиновый оттенок. Она сжала руки в кулаки, дернула ими в воздухе и топнула ногой, бормоча:

- Чертвозьмичертвозьми! Не могу в это поверить!

Эми рассмеялась над ужимками Джордан.

- Я знаю, как выглядит гнев, - сказала она. - Можешь мне не демонстрировать.

- Я не демонстрирую. Я на самом деле злюсь, - ответила Джордан. - Посмотри! - она махнула в сторону ее ярко зеленого велосипеда. Обе шины были спущены.

- Боже мой, - выдохнула Эми. Она подошла ближе и взглянула повнимательнее. - Шины были порезаны. Кто мог такое вытворить?

- Есть у меня одна мысль, - Джордан резко развернулась и пошла прочь от велосипеда. Очевидно, Петронелла снова за ней следит. Когда она увидела, как Джордан целует Эми, то решила оторваться на ее велосипеде.

Джордан потерла лицо ладонями и судорожно выдохнула, чтобы привести себя в чувства.

- Мне очень жаль, что я так себя повела, - а сейчас, она была смущена. Она не хотела, чтобы Эми подумала, что ей неплохо бы посетить занятия по управлению гневом, но этот конспиративный вандализм уже начинал приедаться. Петронелла изничтожила ее машину, потом велосипед. Что будет следующим шагом? Сведение счетов с роликовыми коньками?

- Я подвезу тебя домой, - предложила Эми.

- Хорошо, - согласилась Джордан. - Спасибо.

Джордан подхватила велосипед и направилась вслед за Эми. Заметив автомобиль, она уставилась на него, в удивлении выпятив губу.

- Это она?

- Да.

- Мне нравится, - сказала Джордан, прислонив велосипед к счетчику за парковку. Она обошла машину вокруг. - Она очаровательна.

- Но у нее нет багажника.

- О, ничего страшного. Я примотаю велик к крыше изолентой, - сказала Джордан.

- Серьезно?

- Конечно, я сделаю так что она не будет прикасаться к крыше и не оставит липких следов.

- Но у меня нет изоленты, - сказала Эми.

- У меня есть, - ответила Джордан, вытаскивая из кожаной сумочки под сиденьем велосипеда ярко розовый рулончик.

- Ух, ты! - восхитилась Эми. - Может и мне стоит обзавестись небольшим запасом изоленты.

Через считанные минуты, Джордан зафиксировала свой велосипед на крыше автомобиля. Эми отошла в сторону, чтобы рассмотреть сие творение.

- Выглядит как произведение искусства. Что-то типа современной художественной инсталляции.

- А и, в правду, похоже, - согласилась Джордан.

Мужчина, смахивающий на японца, остановился возле машины Эми и сфотографировал ее. Несколько других пешеходов остановились и устремили свой заинтересованный взгляд на «скульптуру».

- Восхитительно, - воскликнул мужчина. - Это очень интересное обращение к теме эволюционной драмы, к столкновению человека с разнообразным транспортным средством.

Эми хихикнула.

Джордан пожала плечами.

- Произведение искусства можно сотворить из чего угодно.

Вскоре возле машины столпилась куча народа. Мелькали вспышки камер. Люди оживленно переговаривались, бросаясь фразами типа «социальный комментарий» или «слияние реальности и искусства». От толпы отделилась худющая дамочка. Взбежав по ступенькам музея, она остановилась, обернулась и сделала несколько снимков машины и велосипеда. Затем она вытащила из своей сумочки блокнот и обратилась к толпе:

- Кто художник? Кто-нибудь знает художника?

Джордан вышла вперед и ткнула в Эми пальцем.

- Она художник.

Эми игриво шлепнула Джордан по руке.

- Просто подыграй, - прошептала Джордан. Женщина поспешила к Эми.

- Я так рада с вами познакомиться. Вы не против дать мне интервью? Я журналист газеты «Орегонец». Я бы с удовольствием написала бы о вас в нашей газете, как о начинающем художнике. Как вас зовут?

Толпа людей окружила Джордан и Эми, отрезав любой путь к отступлению. Глаза Эми расширились. Она посмотрела на Джордан в поисках помощи. Джордан взяла ответственность на себя и заговорила с репортершей.

- Простите, она очень застенчивая. Знаете, у каждого художника есть свои странности. Ее зовут Эми Стюарт. А эта инсталляция носит название «Первый поцелуй».

- Какое необычное название, - отметила репортерша. - Стоит ли за ним какое-то содержание?

Джордан посмотрела на Эми, приподняв бровь, давая ей тем самым возможность самой продолжить это представление. Эми приняла вызов и заговорила:

- Это слияние… это о… Короче, это автомобиль, верно? Маленькая машинка, которая больше походит на велосипед, чем на автомобиль. И велосипед. Раненый велосипед. Его шины порезаны и возможно он больше никогда не сможет… транспортировать. До тех пор пока он не познакомился с машинкой. И с помощью силы изоленты, он вознесся на машинку. Они как родственные души. Нашли друг друга.

- Ух, ты! - восхитилась репортерша. Она обернулась и еще раз внимательно изучила машинку с велосипедом.

Репортерша отщелкала еще несколько снимков. Наконец она произнесла:

- Я поняла. Они будто целуются, верно?

Когда она обернулась назад, Джордан и Эми целовались. Этот момент она тоже засняла.

22. ТЕТУШКА ДЖЕМИМА.

- Ты выглядишь, словно сексапильная тетушка Джемима, - сказал Чед, стоя на пороге офиса Эми.

Эми надеялась, что косынка его отпугнет. Однако вместо этого он сконцентрировал свое внимание на ней. Мало того, он еще и флиртует.

- Это новая я, - ответила она. Этим утром на ней был черный платок-бандана, усыпанный изображением кислотно-желтых пакманов. Она почувствовала, как ее обуяло растущее внутри чувство феминизма.

- До меня дошли слухи о твоем новом гардеробе, - Чед обошел стол и заглянул под него. - А вот и кеды Доктора Кто.

Эми открыла ящик стола, хлопнув Чеда по башке.

- Ой! - он потер лоб, на котором отпечаталась крошечная замочная скважина.

- Это все из-за сыра?

- Сыра? - спросила Эми. Она понятия не имела, о чем он говорил.

- Ну, помнишь, тем вечером, когда ты уплетала сыр и чипсы на заднем дворе.

- О, это. Нет, я просто не люблю, когда кто-нибудь заглядывает мне под стол.

Эми резко встала, и он поспешно отступил назад. Она чуть не рассмеялась. Чед выглядел напуганным. Это было чем-то новеньким. Может быть, пара новой обуви повысила ее самооценку. Ей определенно стоит прикупить еще больше.

- У меня обход, - сказала она, - подозреваю, у тебя тоже.

- У меня перерыв на час.

- Тогда почему ты еще тут?

- Я надеялся тебя увидеть.

Она вопросительно изогнула бровь. Разве ему не было со всей очевидностью ясно, что она не хочет иметь с ним ничего общего?

- Почему?

Чед развернул газету и протянул ей. Она была заложена на странице «Искусство».

- Можно взять у тебя автограф?

Эми уставилась на газету. Там была фотография машины Эми с примотанным к ее крыше велосипедом. Заголовок под ней гласил: «Начинающий художник, Эми Стюарт, Демонстрация одного из многих способов использования изоленты».

- Что это означает? - спросил Чед.

- Это была шутка, - сказала Эми. - И она немного вышла из-под контроля.

- Да уж, - сказал он.

- Ты должна заставить их написать опровержение. Ты врач. Ты не должна позволить им запятнать свою репутацию.

Эми сморщила нос.

- Ты что, серьезно?

- Ты можешь обвинить во всем ту девчонку. Она заставила тебя, - тем временем продолжил Чед.

Эми уж было собралась вылить на его идеальный фасад весь свой поток желчи и ненависти, когда запищал ее пейджер.

- Мне нужно идти, - с обидой бросила она. Эми выхватила газету из его рук и направилась к двери, ведущей в коридор. Ее новые кеды заскрипели по линолеуму. Уже в коридоре, она развернула газету. Увиденное заставило ее резко остановиться.

- Боже мой.

Под снимком с автомобилем расположился еще один. На этом Эми и Джордан целовались.

Только что она совершила каминг аут перед всем миром.

- Что же скажет моя мама? - произнесла она вслух.

23. НАРИСОВАННАЯ ШЛЮХА.

- Ирма! - завопила Джордан. - Какого хрена?

Эдисон загоготала. Ирма взболтала жестянку с зеленой краской, и большая ее часть выплеснулась Джордан на лицо. Теперь она выглядела как грустный клоун из цирка, пускающий зеленые слезы.

- Я думала, вы, славяне, методичный и последовательный, а не беспорядочный народ, - сказала Джордан, взглянув на стоящую выше Ирму.

Ирма красила второй этаж, в то время как Джордан с Эдисон - первый.

- Мы методичный в технике пытка и допрос. А во всем остальном - бардаковый, - сказала Ирма. Даже сейчас она была во всем черном, а ее волосы были отполированы лаком до состояния шара номер восемь. Она творила словно Джейсон Поллак, то есть больше капала и разбрызгивала, чем красила.

- Ну, ты там поосторожнее, ладно? - проворчала Джордан. - Ты тратишь больше краски на меня, чем на дом.

Ирма протянула ей жестянку.

- Добудь больше краски для Ирма. Ирма не может рисовать без краска. Узрела дилемма? У Ирма нет время для праздный тары-фары.

- Ты имела в виду тары-бары, - поправила Эдисон.

- Ирма так и сказать, - возразила Ирма.

Джордан достала тряпку и вытерла лицо, шею, плечи, руки. Она протянула Ирме еще один литр краски и забрала у нее пустую банку.

- Может быть, на этот раз ты плеснешь ей на дом.

- Ирма работать бесплатно. Если ты платить Ирма, то становиться ее босс.

- Она права, - согласилась Эдисон. - Боже мой, а вот и почта.

Эдисон положила кисть и поспешила обежать дом, перехватывая почтальоншу. Джордан с удивлением наблюдала, как Эдисон улыбалась и болтала с девушкой.

- Она что, не ровно дышит к почтальонше? - спросила Джордан Ирму.

Ирма пощелкала языком.

- Это абсурд. Каждый знать, что государственные служащие не иметь сердце. Эдисон делать себя дурашка каждый день. Задавать не умный вопросы, говорить о погода, о цена на марки. Излагать глупость.

Джордан внимательно изучала почтальоншу. Она была премиленькой с очень красивыми ногами. Кроме того, кому-кому говорить о сердце, так только не Ирме. Даже у Железного Дровосека сердечности больше, чем у нее.

Эдисон переминалась с ноги на ногу и казалось, что почтальонша не находила это странным. На самом деле, казалось, что она флиртовала с ней в ответ.

Джордан смотрела, как Ирма наблюдала за этим действом. Если бы она не знала ее лучше, можно было бы подумать, что Ирма ревновала. Несколькими минутами позже, Эдисон пронеслась по тропинке обратно к дому, размахивая чем-то почтовым.

- Что это? - спросила Джордан, откладывая кисть в сторону.

- Адресовано тебе. Я за него расписалась, - ответила Эдисон. - Ну же, открывай.

Джордан внимательно изучила конверт спереди и сзади.

- Как ты думаешь, она симпатичная? - спросила Эдисон, восторг так и хлестал из нее, но она пыталась его скрыть. - У нее красивые ноги, да?

- Если тебе нравиться государственные служащие, - сказала Ирма, ее голос источал то, что очень походило на ревность.

Джордан открыла конверт и заглянула внутрь.

- Это вроде как приглашение.

Эдисон выхватила его из рук Джордан и пробежалась глазами.

- Это приглашение. Из того нового театра, что открылся на бульваре Готорн. Представление будет включать в себя короткую пьесу, комедийное выступление и декларированием лесбийских стихов.

- Они посылать приглашение? Что такого особенного, что они посылать приглашение? - спросила Ирма. Она взмахнула рукой, подчеркивая свои слова, и капля краски пригвоздила мистера Пипа. Он на нее зашипел и стремительно унесся прочь.

- О, смотри-ка, - фыркнула Эдисон. - Угадай, кто читает стихи.

- О, нет, - сказала Джордан. Она знала только одну поэтессу-лесбиянку.

- Ирма презирать риторические вопросы. Они не служить никакой цели, - сказала Ирма.

Эдисон уставилась на нее.

- Петронелла, вот кто, - она оглянулась на Джордан. - Мы не можем это пропустить. Мы должны пойти.

- И почему это нам захочется так сделать? - спросила Джордан.

- Мы могли бы отомстить за осквернение твоего велосипеда, - сказала Эдисон. - Блюдо, которое подается холодным и все такое. И я знаю, как это провернуть.

Ирма тяжело вздохнула.

- Ирма мочь представить твой план. Один мозг - два лесбиянка.

Она расплескала вокруг еще краски. Джордан и Эдисон отпрянули от брызг.

- Слушай, Джордан. Возьмем мой автомобильчик с дистанционным управлением и превратим чтение стихов в хаос.

- И как мы создадим этот хаос, - поинтересовалась Джордан, наливая в лоток еще краски.

- Я еще так далеко не зашла в этой мысли, но ты должна согласиться, что моя машинка почти готова. Мы должны ее протестировать. Скрытно, конечно. Если правительство пронюхает о моей передовой технологии...

- Передовом куске дерьма, - встряла Ирма.

- Ты лучше крась, - отрезала Эдисон.

Джордан взяла лоток и удалилась к задней части дома. Она надеялась побыть в тишине хоть немного, подальше от них. К сожалению, Эдисон последовала за ней.

- Я хочу сказать, что моя машинка привела тебя прямиком к Эми, не так ли? И я думаю, что она же может избавить тебя от Петронеллы. Просто подумай о моем новейшем изобретении, как о талисмане на удачу.

Джордан закатила глаза.

- Я думаю, что Петронелле надоест ее маленькая игра, как только она обзаведется новой подружкой. Вот как она поступает.

- Вздор, - сказала Ирма, присоединяясь к ним позади дома. Она покачала кистью в сторону Джордан.

Джордан уклонилась от летящих в нее брызг краски.

- Петронелла великолепная, сексуальная, умная женщина, - сказала Ирма. - Она может иметь любую, какую она выбирать. Она выбирать не иметь подруги, потому что она не закончить с тобой.

- Ты говоришь так, как будто ты влюблена в Петронеллу, - заметила Эдисон.

- Ирма признать красоту и мозги, когда она это видеть, - сказала Ирма.

Эдисон издала звук, как будто ее сейчас вырвет.

- Может быть, мне следует свести вас вместе, - сказала Джордан Ирме. - Ты бы могла отвлечь внимание Петронеллы от меня.

- Ага, конечно, - пробормотала Эдисон. - Это бы никогда не сработало.

- Ты только ревновать, - сказала Ирма Эдисон. - Ты не хотеть поделиться твоей Ирмой.

- Твоей Ирмой? - Джордан не верила своим ушам. - О чем это ты говоришь?

Ее вопрос был встречен молчанием. Ирма и Эдисон яростно красили, сосредоточившись на движении кистей.

- Да вы двое - спали друг с другом! - предъявила Джордан.

- Это была случайность, - невнятно пробормотала в свое оправдание Эдисон. - Совершенно не спланированная.

- Да, очень несчастный случай, - сказала Ирма, зачерпывая краски больше, чем положено и разбрызгивая вокруг себя зеленые шарики.

- Несчастный? Тогда он не казался для тебя несчастным, - резко бросила Эдисон.

- Ирма в голову ударить отвар из картофеля, - сказала Ирма.

- А где была я? - спросила Джордан. - Почему я об этом ничего не знаю?

- Ты была в музее с Эми, - сказала Эдисон.

- Эдисон быть в печали. Ирма воспрять ее духом, - сказала Ирма.

- Как мило с твоей стороны, - ответила Джордан. Ирма не расслышала сарказма за ее словами.

- Ирма закалится при советский власть, да, но под броней у Ирма есть бьющееся сердце черного волка, который выть в поисках подруги.

- Так ты сошлась с Эдисон? - Джордан все еще пытался это осознать. Она всегда предполагала, что они едва терпели друг друга - и теперь она узнает, что они переспали. Эта новость была такой огромной, что ее было не переварить за один раз.

- Это был один постельный раз, - сказал Ирма, пренебрежительно.

- С тобой все было в порядке... потом? - спросила Джордан Эдисон, которая избегала ее взгляда.

- Ну… - пробормотала Эдисон и отвела взгляд. - Моя сама-знаешь-что оказалась немного мала для сама-знаешь-чего.

- Чего?

- Умоляю, не заставляй меня снова это произносить.

- У Эдисон быть магина. Ирма ее вылечить, - ответила Ирма за нее.

- У нее что? - переспросила Джордан.

- Магина, - повторила Ирма.

- Это слово создать я сама. Означать маленький вагина. Два слова делаются в один. Маленький вагина. Магина. Смешно, правда?

Никто не рассмеялся.

Они продолжили красить. В тишине. Очень долго. Наконец, Ирма нарушила молчание.

- Это как Холодный Война, - Ирма отложила кисть в сторону и промаршировала в сторону Эдисон. Эдисон замерла на месте. - У тебя очень милый вагина, Эдисон. Ирма извиняться за свой слова. Ты иметь маленький и уютный вагина.

- Спасибо, полагаю, - пробормотала Эдисон.

Ирма продолжила:

- Очертания вагины уметь растягиваться. Было написано где-то, что один вагина может растянуться так далеко, что накрыть вся планета.

Эдисон вздрогнула.

- Ну, если я когда-нибудь захочу обнять своей вагиной весь мир, то я дам тебе знать.

- Что ж, как бы трогательна не была эта сцена, мне нужно еще краски. Я скоро вернусь.

Джордан обошла вокруг дома к крыльцу на входе, где складировались остальные банки с краской. Она сделала пару шагов, остановилась и закричала.

На крыльце краской было выведено огромное слово: ШЛЮХА.

Кто-то открыл одну из множества банок с краской и нарисовал его огромными печатными буквами прямо по центру у самой двери.

На крик прибежали Ирма и Эдисон. Они остановились как вкопанные, когда увидели нарисованное слово.

- Что ж, мне вот интересно, кто это сделал? - сказала Джордан, прохаживаясь туда-сюда перед этим словом. Она считала себя пацифисткой, но в данный момент отчаянно желала задушить Петронеллу.

- Может быть, это шутка, - предположила Ирма. - Забавный, нет?

- Нет! - закричали одновременно Джордан и Эдисон.

- Ирма так не думать, - сказала Ирма.

- Неа, есть только один человек, который презирает Джордан настолько, чтобы совершить такое, - сказала Эдисон.

- Я собираюсь закончить покраску, - сказала Джордан. Она протопала на крыльцо и схватила открытую банку краски. Она спустилась вниз по ступенькам и пересекла передний двор.

- Думаешь, у нее замедленная реакция? - спросила Эдисон у Ирмы.

- Казаться как будто так, - согласилась Ирма.

Они обе поедали глазами Джордан, которая устало тащилась обратно к недокрашенной стене. Внезапно Джордан развернулась и сказала:

- Помнишь, что я сказала о чтении стихов и твоем плане мести? Забудь это. Я хочу пойти.

Эдисон даже слегка подпрыгнула.

- С машинкой на дистанционном управлении?

- Определенно, с машинкой, - сказала Джордан.

- Ирма, ты тоже поможешь? - спросила Эдисон.

Ирма заулыбалась и потерла ладони.

- Конечно. Ирма обожать лесбийский поэзия.

24. ГРАНДИОЗНЫЙ КАМИНГ АУТ ЭМИ.

Эми была на седьмом небе от счастья. Она не знала, парила ли она от любви или от всей своей жизни, но в любом случае это было восхитительно. Вчера вечером Джордан позвонила ей и пригласила на еще одно свидание. Эми сразу же согласилась, даже не зная, куда они отправятся. Джордан сказала, что они собрались на чтение лесбийской поэзии, и она полагала, что это будет еще то зрелище. Эми не заботило, даже если бы ее пригласили на свалку пострелять из пневматического оружия в крыс, с Джордан она пошла бы куда угодно.

Сегодня был ее выходной, поэтому она выпрыгнула из постели и отправилась за покупками. Она купила сорок семь пар трусиков с лифчиками. Это должно было быть ей первой подсказкой, что она влюбилась. Ничего так не указывает на то, что женщина влюблена, как покупка ею нижнего белья.

На обратном пути из торгового центра, Эми высмотрела знакомую пару обуви, выглядывающую из-за мусорного бака, и резко ударила по тормозам. Это были ярко-бирюзового цвета ковбойские сапоги под змеиную кожу.

Она бы узнала эти сапоги из тысячи. Эми притормозила у помойки и просигналила. Сапоги пошевелились, но на белый свет так и не вышли. Трагично вздохнув, Эми вылезла из автомобиля и подошла к бачкам.

- Мам, это я, - сказала она. - Твоя дочь. Помнишь меня?

Сапоги снова пошевелились в ответ.

- Умоляю, не могла бы ты на минутку показаться из-за помойного бачка? Мне нужно тебе кое-что сказать.

Продолжение следует...

25. ИСТОРИЯ КЛЭР.

Задолго до того, как мать Эми - Клэр - пристрастилась к нырянию в мусорные контейнеры, она была девчонкой из сестринства, встречающейся с парнем из братства одного из колледжей Лиги Плюща. Они полюбили друг друга, получили дипломы и поженились. Все считали их идеальной парой, пока отец Эми, Брент, наконец, не понял, что в его жизни было только две настоящих любви: Гольф и Обхаживание женщин. Эми часто задавалась вопросом, а всегда ли ее отец был бабником. Изменял ли он также матери, когда они учились в колледже? Ей нравилось думать, что однажды он был безумно в нее влюблен и искренне о ней заботился, прежде чем превратился в Брента - Гиганта Большого Секса.

Вещь, которую Эми презирала больше всего, состояла в том, что ее мать ничего по этому поводу не предпринимала. Клэр должна была понимать, что ей изменяют. Если уж Эми пришла к такому умозаключению, то Клэр должна была и подавно. Но вместо того, чтобы его бросить, она закрывала на это глаза. Она придумала оправдание, когда он не появился на седьмом Дне Рождения Эми. Она смеялась по телефону со своими подружками, рассказывая шутку про то, что гольф сделал ее вдовой. Эми поклялась, что никогда не будет такой, как ее мать.

Потом случилось то, о чем они и не могли помыслить. Однажды Брент просто не пришел домой. Прошла неделя, по истечении которой Клэр по почте пришли документы на развод. Эми была не в силах ничего поделать, кроме как наблюдать, как ее мать катится по наклонной. Клэр подалась в хиппи и стала свободной художницей. Она ныряла в мусорные баки, выуживая из них материалы для своих творений. Их дом до отказа был завален всевозможными вонючими объектами, спасенными с окрестных помоек. Эми стеснялась пригласить домой друзей. В те времена задний двор был завален хламом, приваренным друг к другу в форме тотемов. И колокольчиков. И ветряных мельниц. И во все остальное, что можно себе представить.

Эми окончила школу и покинула отчий дом. Она поступила на медицинский факультет и училась на деньги отца, не особо чувствуя себя за это виноватой.

Изредка она навещала свою мать. Два или три раза в год они встречались в каком-нибудь местном ресторанчике. (Эми никогда не появлялась в мусорном доме). Изредка Клэр звонила Эми, и они могли обсудить ее творчество. Клэр стала местной знаменитостью, известной авангардной и богемного типа художницей, чьи художественные выставки характеризовались такими словечками, как «вторично использованный», «переработанный» и «использованный один раз».

Так что, когда Эми увидела фирменные бирюзовые сапоги ее матери, торчащие из мусорного контейнера, она подумала, что в дело вмешалась сама судьба. Теперь пришло время сказать матери, что она влюбилась в женщину. И если та не сможет с этим справиться, то в этом виновата будет только она сама.

26. ПРОДОЛЖЕНИЕ ГРАНДИОЗНОГО КАМИНГ-АУТА ЭМИ.

- Если ты не выйдешь оттуда, то я подойду сама, - сказала Эми.

Сапоги шевельнулись еще раз, но не встали в вертикальное положение и не вышли к ней.

- Хорошо, я соврала, - сказала Эми. - Я не приближусь к этой вонючей мусорке. Но я собираюсь тебе рассказать кое-что, это то, что я должна рассказать, и если тебе это не понравится, то....тебе это не понравится, вот и все. Так что. Я лесбиянка. По крайней мере, я так думаю. То есть, я хотела сказать, я в этом вполне уверена. То есть я она и есть. Я влюблена в женщину. И мы целовались. Несколько раз. И мне понравилось. И я собираюсь поцеловать ее снова. Я собираюсь целовать ее так много, сколько это только возможно. Я даже купила новое нижнее белье. Надеюсь, ты не отречешься от меня и не будешь меня стыдиться. Мне бы очень хотелось, чтобы ты приняла Джордан - так ее зовут. Я хочу, чтобы ты приняла Джордан, как мою вторую половинку. Вот и все.

Из мусорного контейнера не последовало никакого ответа.

- Это все, что я хотела сказать.

Тишина. Никакого движения.

- Вот и все.

Эми уставилась на сапоги. Они не шевелились.

- Ты можешь сейчас отвечать.

Ничего.

- Мама? Ты там в порядке.

Эми охватил страх, что ее мать задохнулась под грудой вонючего, липкого мусора в контейнере. Она быстро вскарабкалась на край мусорного контейнера, вопя: «Не волнуйся! Я спасу тебя!» и нырнула головой внутрь.

Эми оттолкнулась от дна контейнера ногой и поплыла к поверхности. Ее голова показалась над мусором, и она глотнула свежего воздуха. Перед ее лицом маячили бирюзовые сапоги. Она схватила их и потянула изо всей мочи.

Сапоги легко поддались, и сила, с которой она тащила эти сапоги, отбросила ее, шатающуюся, в обратном направлении. Она шлепнулась в угол контейнера и уставилась на сапоги в руке.

- Эй, в чем дело?

Эми подняла голову. На нее смотрела какая-то старушенция. У женщины был только один зуб, и ее лицо было все в морщинах, как у грязной тряпки.

- Это мои сапоги! - закричала старушенция.

Она выхватила сапоги из рук Эми, выпрыгнула из контейнера и стремглав понеслась в сторону ближайшего переулка.

- Простите, я приняла вас за другого человека! Простите! - прокричала Эми ей вслед.

27. НАСТОЯЩИЙ КАМИНАУТ ЭМИ.

Эми стояла на пороге дома своего детства и звонила в дверной звонок. Она не была дома, с тех пор как уехала в колледж. Эми нервно переминалась с ноги на ногу. Она была полна решимости рассказать матери все и покончить с этим раз и навсегда.

Знакомьтесь! Клэр Стюарт. Клэр было пятьдесят лет, но выглядела она не старше сорока. Она была олицетворением самого Лета Любви - яркая футболка хиппи, мокасины, бусы и браслеты. Вокруг нее всегда витал запах ладана и пачули. Когда Клэр открыла дверь и увидела Эми, она тот час же притянула ее в свои объятия. Клэр обожала обнимашки.

- Эми! Какой замечательный сюрприз!

Она отступила на шаг назад, и ее лицо посерьезнело.

- У тебя все в порядке?

- Нет, - быстро ответила Эми. - Я просто хотела... Я была по соседству и подумала, что могу заскочить.

Эми хотелось пнуть саму себя. Куда подевалась вся ее смелость.

Клэр заключила Эми в еще одно медвежье объятие, затем отодвинулась от нее на расстояние вытянутых рук и сморщила нос.

- Дорогая, от тебя воняет.

- Хм, да... Я могу войти?

Эми прошла за Клэр через безупречно чистый дом и в сверкающую кухню. Никакого хлама, вообще. Ничего себе! Эми была изумлена.

- Где весь твой мусор?

Клэр засмеялась.

- Я арендовал склад, где и храню все мои художественные принадлежности. Кофе?

- Конечно. Так что же подтолкнуло тебя к решению очистить дом от хлама? И что случилось с твоими сапогами?

- Ну, мне немного неловко говорить правду. Однажды мне позвонил голливудский продюсер.

Эми приподняла брови.

- Он хотел знать, можно ли взять у меня интервью для его телешоу.

- В самом деле? Что за шоу?

- Оно называется Американские Скряги.

Эми не сдержалась и захохотала. Она прикрыла рот ладошкой, сказав:

- Извини. Это не так уж и смешно.

Клэр рассмеялась вместе с Эми.

- Да, это смешно. Тогда мне было не так уж и смешно, но теперь да. Как бы то ни было, этот случай хорошенько меня пнул и заставил почистить мою жизнь. А что касается сапог, я тоже их выбросила.

- Мам, мне нравится, каким дом стал сейчас. Тут все выглядит таким, каким и должен быть настоящий дом.

- Спасибо, милая. Ну, а теперь, ты пришла, чтобы сказать мне что?

Эми не знала, с чего начать, так что она просто открыла рот и понадеялась на лучшее.

- Я пришла сюда специально. Есть причина. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Клэр поставить чашку кофе перед Эми и села за стол.

- Это о том, что ты лесбиянка?

Эми от неожиданности выплюнула свой кофе.

- Откуда ты знаешь?

Клэр рассмеялась.

- Это было в газете, милая, думаю, к этому моменту весь город уже в курсе. Должна признаться, я никогда еще так не гордилась.

- Ты гордишься тем, что я лесбиянка?

- Нет, глупышка. Я горжусь тем, что ты творишь произведения искусства. Я имею в виду, то, что ты доктор - это замечательно, но когда ты создаешь что-то спонтанно, то такое искусство исцеляет душу. Твою душу и души других людей. Я рада, что ты можешь не только исцелять тело, но также и излечить души.

- И тебя не испугало до чертиков, что я встречаюсь с девушкой?

- Боже, нет. Сказать по правде, я равнодушно относилась к тому парню, Чеду.

- Чеду? Откуда ты знаешь о Чеде?

- В один прекрасный день он приехал сюда и взял кое-что из твоих старых вещей.

- Какие вещи? Когда?

- Да ничего особенного, думаю. Старые чучела животных из твоего детства, твои ежегодники со школьных времен. Разве он тебе еще не сказал? Он взял это, чтобы отдать тебе в качестве сюрприза. Надеюсь, что я не разрушила его планы.

- Он не сказал или не сделал ничего, ну, знаешь, необычного?

- Ну, он, вообще-то, называл меня мамой. Я посчитала это странным.

Эми решила, что с нее уже хватит. Она собралась учинить Чеду серьезный разговор. И забрать назад свои вещи.

- Короче, я рада, что ты его отшила, - продолжила Клэр, - а сейчас расскажи мне об этой девушке. Она тебя любит? Чем она занимается? Она такая же красивая, как и на фотографии в газете?

Эми рассмеялась, любопытство ее матери было заразительным. Она рассказала ей обо всем. О том, как Джордан выпала из окна, как Эми ее зашивала, об их первом поцелуе, обо всем.

- Ты что-нибудь запланировала на остаток дня? - спросил Клэр.

Ой-ой, подумала Эми, вот оно. Она захочет, чтобы я поныряла вместе в ней по мусорным контейнерам.

- Я не знаю..., - запнулась она.

- Что ж, у меня есть прекрасная идея. Почему бы тебе не пойти в ванную и немного не освежиться? Может, счистить кофейную гущу с твоих волос?

- Куда мы идем?

- Увидишь, - сказала Клэр.

- Сейчас иди и попрыскайся пачули, детка, ты и на самом деле пахнешь гнилью.

28. БОЛЬШАЯ, ШИКАРНАЯ ГЕЙСКАЯ СВАДЬБА.

Десятью минутами позже Эми была одета в один из сарафанов Клэр. Она столько выплеснула на себя пачули, что теперь благоухала, словно только что вернулась с концерта Grateful Dead. Они обе втиснулись в маленький Смарт, и Клэр сказала ехать Эми в шикарный район города. Эми рискнула задать вопрос, на который давно хотела узнать ответ.

- Ты любила папу?

- О, да.

- А он тебя?

- По-своему, да, - ответила Клэр.

- Сверни на выезд Колумбия. Дом находится в районе Кентон. Я думаю, что он был влюблен в идею «быть влюбленным», но всякий раз, когда наша любовь становилась глубже, и требовалось взять на себя более серьезное обязательство, он мельтешил крылышками, как колибри у кормушки. Теперь поверни направо на Денвер.

Эми повернула. Она надеялась, что не унаследовала гены своего отца. По крайней мере, ту часть, которая отвечала за порхание туда-сюда. Она не желала быть колибри. Она хотела быть пингвином. Они находили себе пару на всю жизнь.

- Ты можешь припарковаться здесь.

Эми остановилась перед старым, но прекрасно отреставрированным, викторианским домом. Все в нем было совершенно и очень сочетаемо, и он выглядел так, словно в нем жила Марта Стюарт. И тогда на нее снизошло озарение.

- Здесь живут геи?

- Ага. Мы декорируем их свадьбу.

- И они тебе позволили?

- Декоратор у нас Лилиан. Я всего лишь ей помогаю. Да ладно, Лилиан будет так рада увидеть тебя снова.

Клэр открыла дверь и застыла, оглянувшись на Эми.

- Тебе не надо заходить. Если ты не хочешь.

- Конечно, я хочу, - сказала Эми.

Лицо Клэр засветилось, и в этот момент Эми поняла, что она слишком долго отказывалась общаться со своей матерью, и это ту обижало. Она не хотела обидеть ее, но все-таки обидела. Она ощутила глубокое чувство вины и решила, что с этих пор станет проводить с мамой больше времени.

Клэр нажала на звонок в форме королевской лилии. Он был сделан из латуни и недавно отполирован, вероятно, его полировали каждый день ровно в десять.

Знакомьтесь! Дезмонд Куортермэйн. Им открыл дверь потрясающий, элегантный мужчина с густыми бровями и густыми темными волосами. Голосом, который, казалось, был на грани гипервентиляции, он воскликнул:

- Боже мой, Клэр, ты должна нам помочь. Это катастрофа!

- Дезмонд, это моя дочь, Эми. Она лесбиянка.

Если Дезмонд и был шокирован объявлением Клэр, то не показал и виду. Он едва ей кивнул ей, потом схватить Клэр за руку, потянув ее в дом, и запричитал:

- Это катастрофа, Клэр, ты должна помочь.

- Где Лилиан? - спросила Клэр.

- Она в пруду, - он обмахивал себе рукой.

- Почему она в пруду? - спросила Клэр, пока Дезмонд вел их через самый совершенный дом, который когда-либо видела Эми.

- Из-за лягушек. Это какое-то бедствие. Словно на нас снизошла одна из казней египетских. Лягушки везде!

Они следовали за Дезмондом через дом таким быстрым шагом, что перед глазами Эми только и мелькали диваны, тахты, книжные полки, выстроившиеся в ряд с книгами в кожаных переплетах, позолоченные настольные лампы, подушки с кисточками и невообразимое количество золотой парчи.

Когда они вышли через заднюю дверь во двор, там обнаружились беседка, несметное число стратегически расставленных скамеек, прекрасно ухоженные живые изгороди и несколько бросающихся в глаза шаров. И в гуще всего этого находилась Лилиан в высоких, по бедро, болотных сапогах, возвышающаяся посреди пруда с сеткой в ​​руках.

Знакомьтесь! Лилиан Дрейк. Лилиан легко удавалось выглядеть идеально в любой ситуации. Она назвала каждого дорогой и дорогая и послала всем воздушные поцелуи. Даже в болотных сапогах по бедро, ее помада не размазалась, а ее волосы не выглядели грязными; они выглядели так, словно их раздувал ветер. У нее был избыточный вес, но она носила его, как будто это было привилегией и что-то, чем следовало восхищаться.

Клэр и Лилиан были лучшими друзьями со времен их сестринства в колледже. Они были странной парочкой, но не разлей вода. Что Эми находила чрезвычайно интересным в Лилиан, так это то, что та поддерживала ее мать в любом устремлении, не задавая вопросов.

- Эми! - воскликнула Лилиан, отложив в сетку и тяжело шагая через двор. - Дорогая, как ты?

Она завернула Эми в теплые объятия и поцеловала воздух рядом с ее обеими щеками.

- Не видела тебя целую вечность. Проходи, дай мне посмотреть на тебя, - она окинула взглядом Эми сверху донизу. - С каждым днем ты все больше походишь на свою мать.

- Ну, я в ее одежде, - сказала Эми, всеми силами стараясь не чувствовать себя застенчиво.

- Эми теперь лесбиянка, - произнесла Клэр гордо, как будто Эми получила Нобелевскую премию.

Лилиан округлились глаза.

- Неужели, дорогая? Дивное дело.

- Теперь о тех лягушек, - сдавленно хихикнул Дезмонд.

- Не беспокойся, думаю, я избавилась от них и их скорейшего потомства, - успокоила Лилиан.

- Они были такими отвратительными, - пожаловался Дезмонд, махая рукой перед своим лицом. - Природа такая ...

- Природная, - подсказала Клэр.

- Отвратительная, - поправил Дезмонд.

Лилиан вполголоса прошептал Эми:

- Ему не нравится эта зеленая тина.

Лилиан присела на скамейку и принялась стаскивать с себя болотные сапоги. Она кряхтела от натуги. Это было все равно, что пытаться очистить колбасу. Эми взяла сапог и стащила его.

- Спасибо, дорогая.

Вместе они избавили Лилиан от этих сапог.

- А теперь, Дезмонд, - сказала Лилиан, взяв его под руку. - Почему бы тебе не сделать нам твой божественный лимонад, а мы прервемся и наберемся сил. Так мы все сможем перевести дух.

Дезмонд, казалось, сиял от восторга.

- Чудесная идея, - он поднес ко рту маленькую, незаметную рацию и приказал: - Принесите кувшин лимонада и пять бокалов. Мисс Лилиан испытывает жажду после активного истребления лягушек, - он повернулся к Лилиан и сказал: - Ты мой спаситель. Ты мой водяной Рэмбо, Терминатор лягушек. Что бы я без тебя делал?

- Ты бы справился, я уверена, дорогой, - сказала Лилиан.

Дезмонд посмотрел на часы.

- О нет, эти парни с йо-йо скоро будут здесь, - он приложил руку ко лбу в очень театральном жесте, словно готов был упасть в обморок. - Лучше бы Эван не восхищался этими парнями с йо-йо и придумал бы для развлечения что-нибудь другое. Это так безвкусно. То кабаре, что я хотел пригласить, по крайней мере, было достойным.

- Дезмонд, мы уже говорили об этом, - успокаивала его Лилиан.

- Я знаю. Знаю. Это и его свадьба тоже, - сказал Дезмонд и надулся, как ребенок. - Просто это так вульгарно, - пробормотал он, когда шел к дому.

- И танцовщики кабаре настолько высокого класса, - пробормотала Лилиан.

- Итак, похоже, что это довольно необычная свадьба, - заметила Эми.

К ним вышла молодая женщина с серебряным подносом в руках, на котором красовался хрустальный кувшин свежего лимонада с пятью бокалами.

- Это тут собираются адекватные люди? - спросила она.

Знакомьтесь! Дженис Коэн. Дженис была очень симпатичной с ее военной стрижкой «ежиком» и пирсингом на лице. Она даже обладала прекрасным телом, если его удалось бы отыскать под очень большой рубашкой и мешковатыми серыми брюками. Ее аура прямо-таки кричала о женственности, но ее долгий, тягучий взгляд, которым она одарила Эми, шептал, что она лесбиянка.

- Но я же собрала всех лягушек и тину. Пруд выглядит прекрасно, - сказала Лилиан. - Я имею в виду, что это пруд; и в нем будет все, что положено иметь пруду.

- Нет, дело не в этом, - сказала Дженис, разливая лимонад. - Теперь он ссорится с Эваном из-за парней с йо-йо.

Она протянула Эми стакан лимонада.

- Не думаю, что мы встречались. Я Дженис - подруга Дезмонда, но не обижайтесь на меня за это.

- О, прошу прощения. Где мои манеры, - спохватилась Лилиан. - Это Эми. Она лесбиянка.

- Приятно с тобой познакомиться. И почему это я не видела тебя в разных местах раньше?

- В разных местах? - спросила Эми.

- Ну, знаешь, в клубах. Или на мероприятиях. Или на вечеринках со своей едой, - пояснила Дженис.

- Она только что рожденная лесбиянка, - сказала Клэр. - Поздний цветок.

- Новичок, - произнесла Дженис.

- А? - сказала Эми встревожено. Она нервно глотнула лимонада.

- Ты уже прошла инициацию?

Эми медленно покачала головой и сделала еще один глоток. Дженис покосилась на нее и поиграла бровями.

- Тогда, может, я тебя инициирую? Это не больно. Не очень. Ну, поболит только в первый раз. В любом случае, мне как раз нужен новый тостер.

О чем, вообще, говорит эта женщина? Эми была сбита с толку. Сбита с толку? Это самое подходящее слово? Или крайне озадаченна? Она была и крайне озадачена, и смущена.

Дженис взяла ее за руку.

- Ты в порядке? Ты выглядела так, словно готова хлопнуться в обморок. Я только шучу. Лесбийский юмор. Это была шутка.

- О, - сказала Эми и выдавила из себя деланный смешок.

- Так кто же эта девушка? - спросила Дженис.

- Девушка?

- Да, какая такая везучая женщина спасла тебя от рабства гетеросексуальности?

- О. Ее зовут Джордан Марч.

- Ты встречаешься с Джордан Марч? С той самой Джордан Марч? - спросила Дженис.

Эми не совсем понимала, как это воспринимать. Имела ли она в виду, что Эми не была достаточно хороша для свиданий с такой девушкой, как Джордан Марч, или что Джордан Марч была неподходящим человеком, чтобы ходить с ней на свидания?

- Если нет другой Джордан Марч, - сказала Эми нерешительно. Она почти надеялась, что может быть их две, и Эми досталась лучшая версия, а не та, которую знала эта женщина.

- Она высокая, великолепная, талантливая, остроумная и живет в том сумасшедшем доме в старой части города, где расположены все особняки? - спросила Дженис.

Лилиан и Клэр заметно притихли. Эми знала, что они очень любили добывать информацию окольными путями. Она чувствовала, что они смотрели на нее во все глаза.

- Ага, это она.

- И как тебе это удалось? Она никогда и ни с кем не ходит на свидания, особенно после истории со Снежной Королевой.

Лилиан не смогла удержаться от вопроса.

- Снежной Королевой?

- Она была последней девушкой Джордан. Ее зовут Петронелла, она профессор университета, поэт, и самый противный человек, которого я когда-либо встречала. Сегодня вечером у нее большое поэтическое выступление в Новом Малом театре. Она читает стихи. Я туда иду.

- Я тоже, - сказала Эми. - То есть, мы с Джордан туда идем.

- А натуралы тоже туда могут прийти? - спросила Лилиан.

- Конечно, - ответила Дженис.

Лилиан ткнула Клэр локтем в бок.

- Давай пойдем и сокрушим эту лесбийскую вечеринку. Должно быть весело.

- О, поэзия Петронеллы веселья не принесет, - сказала Дженис. - Она злобная. Помните у Риты Мэй Браун, детективные романы писал кот - Сники Пай Браун? Так вот у Петронеллы пишет ее вагина. Она называет ее Вагина Вульф.

Клэр хлопнула в ладоши.

- Как замечательно! Может быть, я вдохновлюсь новыми идеями для моих скульптур.

Прежде чем Эми смогла запротестовать, чтобы не дай бог, ее мать не сокрушила ее свидание, послышался сильный удар металл о металл и пронзительный крик. Задняя дверь распахнулась и шесть мускулистых, намазанных маслом, голых мужчин с важным видом вышли на задний двор с болтающими на веревочках йо-йо. Они выстроились в кордебалет, и принялись играться с йо-йо и выделывать коленца совершенно синхронно.

Клэр и Лилиан сидели, полностью поглощенные этим зрелищем. Эми и Дженис обменялись взглядами в крайнем замешательстве.

- Думаю, это намек, что пора уходить, - сказала Эми.

29. ПОСЛЕДНИЙ ПРОГОН.

Джордан, Эдисон и Ирма находились на заднем дворе, занимаясь последними приготовлениями для атаки на Петронеллу, когда та будет читать стихи о вагине. Они нарекли свою месть «Операция Глобальное потепление».

- Три часа, дамы, - сказала Джордан. - У нас только три часа, чтобы сделать все, как надо.

- Не переживай, - успокоила ее Эдисон. - Мы будем готовы. Тогда ее сердитая вагина превратится в жалкую вагину.

- Петронелла не монополизировать рынок на сердитый вагина, - вмешалась Ирма. - Мой вагина может побить ее вагина в любой день.

- Это может стать прекрасным слоганом и наклейкой на бампер, - сказала Джордан. Ее вагина тоже была очень зла. Она была зла на Петронеллу за то, что та ввела ее в заблуждение, заставляя поверить, что ее вагина одна единственная в мире, которая имела для нее значение, а потом изменила ей с более молодой вагиной. Джордан, обладательница грустной вагины, ко всему прочему была расстроена. Все эти подбрасываемые ей штуки, все эти преследования, все эти уничтожения имущества, не упоминая уже о граффити, на закраску которого потребовалась целая банка краски, довели ее до достаточной степени безумства, чтобы начать планировать месть.

А чтобы подошло в плане мести лучше, чем дать Петронелле почувствовать себя в шкуре Джордан? Эдисон совершала финальную регулировку пульта дистанционного управления.

- Готова? - спросила она.

Джордан кивнула. Ирма облизала губы в предвкушении.

Они были окружены моделями Петронеллы, вырезанными из картона, что создала Ирма. Ирма отфотошопила лицо Петронеллы и прицепила ее к картонным заготовкам. Они были расставлены по всему заднему двору.

- Тебе лучше быть в этом абсолютно уверенной, Джордан. Ты можешь начать заварушку похлеще вражды Хэтфилдов и МакКоев, - сказала Эдисон, включая кнопку питания на автомобильчике.

- Ты иметь ледяной череп? - поддразнила Ирма.

Эдисон понадобилось какое-то время понять, что она говорила о «холодной голове».

- Да, я спокойна и совершенно не нервничаю.

- Ты врушка. Ты индюшка. Кулды, кулды, кулды. Ты - большой индюшка, - сказала Ирма. Она бегала по двору, выделывала идиотские движения и звуки «а-ля индюк».

Джордан и Эдисон обменялись веселыми взглядами.

- Ты имеешь в виду курицу. Кудах, кудах, кудах. Но я не курица, - ответила Эдисон. - Я просто обеспокоена тем, что это развяжет лесбийскую мировую войну. Я хочу убедиться, что мы все это понимаем.

- Это была твоя идея, - напомнила Джордан. - Ты теперь отказываешься?

- Я не отказываюсь, - возразила Эдисон.

- Эдисон большой пухлый курица, - сказала Ирма. Она шла по двору, выкидывая вперед шею, хлопая руками вверх и вниз и кудахча.

- Прекрати! - сказала Эдисон. - Я не упитанная курица! Я только хочу убедиться и все.

Ирма перестала танцевать по-куриному и прищурила один глаз.

- Эдисон права. В России-матушке мы обычно давать человеку один шанс признаться начистоту.

Джордан закатила глаза.

- Как ты думаешь, Петронелла действительно собирается во всем признаться?

- Ирма мастер по допрос. Ирма смочь заставить ее говорить. Есть самый лучший техник, который Ирма узнать от... не важно кто. Ирма держать за хвост крыса. Представь большой, уродливый, страшный крыса с острый клыки. Крыса мертвый или живой, без разница. Ирма держать крыса за хвост и совать Петронелла в лицо. Петронелла сидеть привязанный к стул. Она увидеть крыса и заверещать как маленький девчонка. Ирма тыкать крыса ей в лицо, вот так, - она продемонстрировала это, тыча воображаемую крысу в лицо Эдисон. - Потом Ирма сказать - крыса съесть твое лицо, если ты не признаться - и трясти ее еще. Чтобы крыса сделаться злой и голодный, понимаешь? Это работать много раз в прошлое Ирма.

После продолжительной паузы Джордан выдавила из себя:

- Наша идея мне нравится больше.

- Мне тоже, - сказала Эдисон. - Но я буду держать это в уме в качестве запасного плана.

- Ну, и ладно, - сказала Ирма. - У Ирма все равно нет крыса.

- Рада это слышать, - сказала Эдисон. - Ну, что друзья, готовы к веселью?

- Время рок-н-ролла, - воскликнула Джордан.

- Кто спускать собак, - сказала Ирма, и при этом она выглядела, как строгая училка.

- В этом нет абсолютно никакого смысла, - сказала Джордан.

- Для тебя, может быть. А Ирма точить когти, - сказала Ирма.

Эдисон надела свои специальные очки и схватила пульт. Джордан и Ирма отступили на пять шагов назад.

- Это шоутайм, народ! - обрадовалась Эдисон.

30. ОПЕРАЦИЯ «ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ», ФАЗА ОДИН.

Со всей этой суетой вокруг операции «Глобальное потепление», Джордан совершенно позабыла, что у нее назначено свидание с Эми. Она о нем не помнила, пока не увидела Эми, входящую в дверь театра. Джордан резко вдохнула. От вида Эми у нее совершенно перехватило дыхание. Как правило, отсутствие способности дышать было плохим знаком. На этот раз, однако, это было прекрасно.

Джордан бросилась к Эми и взяла ее за руку. Она завалила ее лавиной слов.

- Ты выглядишь великолепно. Я так рада, что ты смогла прийти. Будет интересно. Ты хорошо пахнешь.

Эми покраснела.

- Спасибо. Ты тоже не так уж плохо выглядишь.

Джордан взглянула на двух пожилых женщин, стоящих позади Эми. Она сопроводила Эми подальше от женщин, шепча ей на ухо:

- Не смотри сейчас, но позади тебя стоят два дайка. Я думаю, что они положили на тебя глаз.

Эми повернулась посмотреть, но Джордан резко зашептала:

- Не смотри! Они поймут, что мы говорим о них.

Эми мгновенно прониклась моментом. Джордан незаметно повела Эми еще дальше. Две женщины последовали за ним. Почти что наступая на пятки. Джордан решила, что с нее довольно. Она больше не могла терпеть это преследование. Она повернулась к двум женщинам, положив руки на бедра, и заговорила своим самым властным тоном.

- Слышь, вы двое. Отвалите, в натуре. Эта женщина - моя. И она не хочет иметь с вами ничего общего, ясно? Так что можете отвести свои маленькие глазенки, и перестать подслушивать своими маленькими ушками, и пойти домогаться кого-нибудь еще, усекли в натуре? - Джордан привнесла в свою пламенную речь колорит бандитского жаргона. Она хотела убедиться, что они поняли и что она не шутит. А может, они подумают, у нее есть связи с мафией.

- Ооооо, ты мне нравишься, - произнесла одна из женщин.

Вторая согласилась:

- Такая жесткая и властная. Прямо воительница-амазонка.

Джордан угрожающе шагнула ближе к женщинам, намереваясь вышвырнуть их за дверь, но Эми остановила ее.

- Джордан, я хотела бы тебя познакомить с моей мамой, Клэр, и ее подругой, Лилиан.

Джордан моргнула, затем смущенно уставилась в пол.

- Извините. Я просто думала...

- О, не беспокойтесь об этом, - сказала Клэр.

- Это было очень по-рыцарски, - согласилась Лилиан. - Итак, ты тоже лесбиянка?

- Конечно, она лесбиянка. Она же встречается с моей дочерью, разве нет? - сказала Клэр.

Лилиан пожала плечами.

- Никогда не знаешь заранее. Я как-то встречалась с лесбиянкой и не знала об этом.

- Как такое можно не знать?

- Было темно, и у нее были усы.

Клэр кивнула.

- Ты когда-нибудь видела «Йентл»?

- О, я бы стала встречаться с Барбарой, не раздумывая, - призналась Лилиан.

Клэр покачала головой.

- Не знаю. Те ногти такие страшные.

Джордан посмотрела на Эми.

- Я просто не знала, как ей отказать. Надеюсь, ты не возражаешь.

- Чем больше людей, тем веселее, - сказала Джордан.

- Кроме того, я тоже не одна, со мной мои соседи по дому. Надеюсь, будет здорово.

Они четверо прошли через двустворчатые двери в небольшой зал на 99 мест. Клэр и Лилиан одновременно охнули.

- Боже мой! - воскликнула Клэр. - Только взгляни на всех этих лесбиянок!

- Когда это лесбиянство стало таким популярным? - сказала Лилиан.

- И где все они прятались до этого?

- Хм, мам? Лилиан? Вы не против говорить чуть тише? И перестать меня смущать? - вмешалась Эми.

- Хорошая идея, - прошептала Клэр. - Я не хочу, чтобы тебя выкинули из лесбо клуба, милая. Это в первый раз, когда она проявила интерес к какому-либо клубу. Даже в школе она была одиночкой, - сообщила она Лилиан.

Джордан привела их на последний ряд сидений. Эми и Джордан сели. Клэр и Лилиан устроились в ряду прямо перед ними.

- Давайте вместе притворяться, что мы лесбиянки, Лилиан, - сказала Клэр. - Тогда мы сойдем тут за своих.

- «Однажды в Риме», - сказала Лилиан. Она повернулась к Эми с Джордан и спросила: - Как лесбиянки ведут себя в театре?

- Держатся за руки, - сказала Джордан.

Клэр и Лилиан взялись за руки и повернулись к сцене.

- Извини, - сказала Эми одними губами. Огни начали гаснуть, и все расселись по местам.

31. ОПЕРАЦИЯ «ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ», ФАЗА ДВА.

Эдисон на ощупь прокралась в темноте и скользнула на сидение, рядом с Джордан. Знаменитые очки были водружены на макушку изобретательницы. Она наклонилась через Джордан и поприветствовала Эми.

- Как житуха, Док?

Джордан закатила глаза.

- Эд, как оригинально.

- А я что, не знаю? Всегда хотела так сказать, теперь я это могу.

Эми рассмеялась.

- Хорошо, я позволю тебе так ко мне обращаться, но только тебе.

- Чувствую себя особенной, - обрадовалась Эдисон.

- Ну, иииии, - начала Джордан, пытаясь вложить как можно больше смысла в эти два маленьких слова. - Как там дела?

Эдисон медленно кивнула и прошептала:

- Операция «Глобальное потепление» в порядке, и мы готовы к рок-н-роллу. Ирма пасет... кого должна пасти.

Эми наклонилась через Джордан и спросила у Эдисон:

- Что происходит?

- С чего ты взяла, что что-то происходит? - ответила Эдисон вопросом на вопрос чересчур уж невинно, чтобы это могло сойти за невинность.

- Кодовые слова и все эти увертки, - сказала Эми.

- В тебе очень хорошо развиты наблюдательные функции, - отвесила комплимент Эдисон.

- Я врач. Мне по работе положено, - сказала Эми. - Давайте, колитесь.

- Она должна стать нашим новым идейным вдохновителем, - предложила Эдисон.

- Прихожу к тому же выводу, - согласилась Джордан. Она окинула взглядом Эми. Та была одета в свободные холщевые штанишки, ручной окраски блузку с глубоким вырезом и высокие синие кеды. Эми была милой, привлекательной и сексуальной. Три - в одном.

- Ты действительно хочешь знать, что у нас в планах или дождешься сюрприза? Думаю, лучше, если это останется сюрпризом, но если ты хочешь - мы расскажем. Я даже дам тебе наводку. Это коснется Снежной Королевы и включает колесики и краску, - поведала Эдисон со злой усмешкой на губах.

Клэр и Лилиан развернулись назад и уставились на Джордан.

- Это заговор с целью отомстить бывшей подружке? - спросила Клэр.

Джордан от неожиданности проглотила язык. Эдисон же нет.

- Эй, никто не любит людей с локаторами вместо ушей. Так что, поверните свои личики в сторону сцены. И вам же будет лучше, если вы забудете все, что только что услышали.

- Это мама Эми и ее лесбийская подруга Лилиан, - объяснила Джордан.

- Ой, - сказала Эдисон. - Простите, - Она перегнулась к Эми. - Я и не знала, что твоя мама была лесбиянкой.

- О, йййес, - воскликнула Клэр. - Это работает. Лилиан, мы официально под прикрытием.

Эми пожала плечами.

- Я уже и сама нечего не знаю.

Свет в зале окончательно погас. Джордан взяла Эми за руку. Эдисон заметила это и глубоко вздохнула. Ирма прокралась в зал и уселась рядом с Эдисон.

- Все установлено? - прошептала Эдисон.

- Конечно, установлено, - ответила Ирма.

Эдисон кивнула, посмотрела на свои часы и нажала на них несколько кнопок.

- Посмотрите-ка, лесбиянка на ходулях, - воскликнула Клэр, указывая на сцену. Шесть женщин выпрямились на своих местах и превратились в само внимание.

32. ОПЕРАЦИЯ «ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ», ФАЗА ТРИ.

Лесбиянка на ходулях оказалась совсем не смешной. Она слонялась на своих ходулях по сцене и рассказывала всякие истории и шутки, которые были не смешными. Чтобы ходить на ходулях особого ума не надо. Джордан это знала, потому что они с Эдисон использовали ходули, чтобы присобачить на стену гипсокартон в гостиной.

- Не просто ходить на ходулях, - прошептала она Эми, как бы извиняясь за скучное выступление. Комедиантка закончила свое выступление шуткой про две вагины, пришедшие в бар, одна была католичкой, другая иудейкой. Ирма с отвращением фыркнула. Джордан была склонна согласиться.

- Не так уж она и плоха, - сказала Эми, наблюдая за покидающей сцену лесбиянкой на ходулях.

- Помню, я была такая же, как ты - все лесбийское казалось сверкающим и манящим, - отметила Эдисон. - Это пройдет. Поверь мне.

Следующим выступлением была небольшая пьеска под названием «Сладкие Терзания», и она была неплоха. И не потому что перед этим выступала лесбиянка на ходулях. Это была неглупая пьеса про лесбиянку на смертном одре. Не путать с «лесбийской постельной смертью».

К концу выступления в зале не осталось и пары сухих глаз. Джордан готова была поклясться, что услышала, как Ирма, непробиваемая как русский танк, всхлипывала сквозь слезы.

- А вот это было неплохо, - заметила Лилиан.

- Снежная Королева следующая на очереди, - прошептала Джордан Эдисон.

- Запускай таймер.

- Да знаю я, знаю, - сказала Эдисон, яростно нажимая на цифры на своих электронных часах.

Подсветка на сцене сменилась с теплой и умиротворяющей на яркую и холодную. Женщина, одетая во все черное, вынесла на сцену высокий табурет на трех ножках и поставила его в самом центре. По прошлому опыту Джордан знала, что Петронелла обожает парадные выходы. Даже когда отправляется в постель. Джордан могла уже наполовину спать или быть не в настроении, а Петронелла все равно эффектно появлялась в спальне. Одетая в белоснежный пеньюар, она прислонялась к дверному косяку, словно гламурная звезда кино 30х годов. Это было так напыщенно и фальшиво, что для Джордан сие было главным убийцей любого желания.

После бесконечно долгого затишья на сцене, на нее эффектно вышла Петронелла. Она величественно поднималась по ступенькам на сцену, одетая в белый фрак. Как только Петронелла заняла свое место под софитами, по залу пронесся гул.

- Когда уже она начнет? - прошипела Эдисон.

- Ты что, ничего не понимаешь? Это ее любимая часть выступления, - съязвила Джордан.

Ирма взглянула на свои часы.

- Ирма думать, что ей лучше начать свой стих, прежде чем она никогда лучше, чем поздно.

Джордан понятия не имела, что за фигню только что озвучила Ирма.

Петронелла обратилась к публике:

- Сегодня вечером я прочту вам стихотворения из моего последнего поэтического сборника «Взбешенная вагина.».

- Лилиан, - прошептала Клэр. - Она только что сказала вспушенная вагина?

- Шшшш, - прервала их Эми.

Тем временем Петронелла продолжила:

- Стихотворения, что я выбрала для этого вечера, связаны с темами травли, порабощения, умерщвления, фальсификации понятия и отлучения от церкви Великого Женского Начала. Это стихи о разрушении и триумфе, созидании и поражении, чувственности и садизме.

- Как воодушевляюще-то, - пробурчала себе под нос Джордан.

- Первый стих называется «Вагина Дентата. Или. Моя вагина отрастила клыки», - торжественно произнесла Петронелла.

- Ирма уже нравится этот стих, - прошептала Ирма.

Петронелла начала свою трагичную декламацию:

ВАГИНА ДЕНТАТА. С тех пор прошло немало лет, С тех самых пор, Когда моя вагина впала в ярость. Мужчины кусали ее, Мужчины над ней надругались. Насильем к ней в душу проникли, И она отрастила клыки, Мужчины в браваде уникли, Но методы их жестоки. Пытаются крепко связать, Чтобы ходить не могла, Заставляют носить каблуки, И не сбежать ей тогда. Бреют ее, чтоб заставить стыдиться, Пронзают, чтоб приковать, Платят лишь 70 центов с доллара, Заставляя в нужде умирать. Но нет, моя вагина не сдастся без боя. И заскрежещет зубами, Подобно Ганнибалу Лектору, Сожрет их пенисы с бобами...

...за бокалом прекрасного кьянти.

Петронелла драматично склонила голову. Ошеломленная публика притихла. Затем со своего места поднялась Ирма. Она подняла руки и хлопнула. Потом еще раз. Потом еще. Она закричала: «Брава! Брава!» Остальные зрители вскочили со своих мест и присоединились к овации, хлопая и свистя.

- Ты чего вытворяешь? - прошептала Эдисон и схватила Ирму за рукав, возвращая ее на место.

- Ирма делаться очарованный, - Ирма бросила взгляд на Джордан. - Ты не говорить Ирма, что она такой талантливый.

- Джордан не знать, что Ирма может понравиться, - ответила Джордан, имитируя свой лучший русский акцент.

Клэр оглянулась через плечо и улыбнулась.

- Я так горда, что и у меня есть вагина.

Эдисон опустила на глаза очки и достала из кармана пиджака пульт дистанционного управления.

33. ОПЕРАЦИЯ «ГЛОБАЛЬНОЕ ПОТЕПЛЕНИЕ», ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ФАЗА.

Как только зрители утихли и заняли свои места, из-за сцены раздалась мелодия из фильма Челюсти. Петронелла посмотрела со сцены в зал и сделала знак, будто перерезает кому-то горло. Музыка не смолкала. Петронелла окинула взглядом аудиторию и подняла вверх указательный палец, этим своим жестом как бы говоря «Подождите, Я, Снежная Королева и Владычица Вселенной сейчас об этом позабочусь». Она направилась в сторону звуков, нарушивших ее творческий экстаз.

Петронелла остановилась.

Она замерла с широко распахнутыми от ужаса глазами.

Она сделала шаг назад.

По направлению к сцене катил автомобильчик-танкер Эдисон. Она соорудила еще один, такой же, как и тот, что послужил причиной полета мистера Пипа из окна. Только к этому автомобильчику была приделана емкость, наполненная синей, красной, зеленой и желтой краской. Наконечник краскопульта был прикреплен к выдвижному рукаву, который поднимался или опускался с пульта дистанционного управления Эдисон и в настоящий момент был направлен в сторону сцены.

Петронелла сделала еще один шаг назад.

Зрители зааплодировали, приняв это за часть представления.

Автомобильчик притормозил. Наконечник краскопульта приподнялся и нацелился на Петронеллу, которая будто приросла к месту, слишком озадаченная и смущенная, чтобы пошевелиться.

Эдисон нажала на кнопку на пульте дистанционного управления. Ирма издала вопль.

Она бросилась на Эдисон всем телом, как солдат на амбразуру с криком «Не стрелять!».

Но было уже слишком поздно. Из сопла краскопульта вырвалась струя красной краски, очертила дугу в воздухе и приземлилась точнехонько в цель. Прямо на разъяренную вагину Петронеллы.

Джордан выбросила тело в прыжке и приземлилась прямо на Ирму, которая в этот момент уже лежала на Эдисон. Все трое повалились на пол. С Эдисон слетели очки, а ее пульт дистанционного управления отлетел в сторону и скрылся из вида.

Хаос разразился. Петронелла заверещала. Публика закричала. Клэр и Лилиан встали ногами на свои стулья для лучшего обзора происходящих событий. Эми прикрыла лицо руками.

Свет в зале включался и выключался как на безумной дискотеке.

Джордан поднялась на ноги и бросилась вдогонку за пультом дистанционного управления. Он бегала от человека к человеку, что отпинывали его из стороны в сторону, и это походило на сцену из фильма Чарли Чаплина, где он гонялся за своей шляпой.

Автомобильчик повиновался любой команде с пульта после очередного пинка. Он разбрызгивал краску налево и направо, вверх и вниз. Красные и голубые, оранжевые и желтые струи вылетали из него и щедро орошали Петронеллу и зрителей. Машинка носилась по сцене туда и сюда, нарезая восьмерки, и походила на аппарат для поливки газонов, в которого вселился дьявол.

Петронелла, что носила в настоящий момент радужный смокинг, подхватила свой стул и, воздев его к небесам, преследовала машинку, источая налево и направо голландские ругательства.

Публика сочетала в себе элементы цвета и массовой истерии. Люди сталкивались, ударялись и отлетали друг от друга, размазывая краску, которая от всех этих телодвижений принимала оттенок коричневого.

Петронелла загнала автомобильчик в ловушку у края сцены и опустила на нее стул. Она снова и снова била по ней словно молотом, пока машинка не превратилась в радужное месиво.

После того, как враг был уничтожен, за исключением нескольких истеричных рыданий, в зале воцарилась тишина. Все уставились на сцену. Глазам их предстала потрясающая картина: Петронелла с широко расставленными ногами, руки в боки а-ля Рэмбо - победоносная Вагиния Вульф. Снежная королева в победном взмахе вскинула руки вверх.

Клэр и Лилиан принялись хлопать. К ним присоединился и весь зрительный зал. Публика гиканьем и выкриками выражала свое одобрение.

Петронелла низко поклонилась. Зрители посходили с ума. Они повскакивали со своих мест, скандируя ее имя.

Джордан уныло приковыляла к Эми и плюхнулась в кресло. Эдисон упала в кресло рядом.

- Операция «Глобальное потепление» провалилась, - пригорюнилась Джордан. Эми присела рядом с ней и утешительно похлопала ее по плечу. Ирма присела рядом с Эдисон.

- Какого черта ты там вытворяла? - спросила Эдисон. Ирма беспомощно развела руками.

- Ирма не знать. Ирма переполнять чувства здесь, - она указала на сердце, - и здесь, - она опустила руку пониже. - Мне так жаль. Ирма услышать воодушевляющий стих и утратить контроль.

Джордан встала, ткнув пальцем в Ирму.

- Ты у меня в долгу. По-крупному.

Она кивнула.

- Ирма будет хороший. Увидишь.

Широко улыбаясь, к троице присоединились Клэр и Лилиан.

- А что лесбиянки делают еще, чтобы повеселиться? - спросила Лилиан.

34. АТАКОВАННАЯ ИЗ ЗАСАДЫ.

Эми вошла в отделение скорой помощи, напевая под нос мелодию из песни «Indigo Girls». Это был чертовски хороший день. Солнце сияло. Маунт-Худ с его впечатляющим белым чепцом, казалось, воплощал собой удивительную красоту природы. Эми находилась под воздействием уже третьей чашки кофе за сегодняшнее утро и была окрылена кофеином и чувством влюбленности. Она была уверена на все сто, что влюбилась. Влюбилась в первый раз в своей жизни. С этим не могло сравниться ни одно из ее прежних отношений. Не то, чтобы было особенно с чем сравнивать, но она знала, что никогда не чувствовал, подобного раньше.

Чед подкрался к ней сзади, обхватил руками за талию и прошептал в ухо:

- Доброе утро, мой маленький пирожочек.

Если бы Эми была выше, мускулистие и владела бы боевыми искусствами, то она надрала бы ему задницу прямо сейчас. Он бы валялся на полу, задыхаясь и держась за свои яйца, а боль пронзила бы все его тело. Но все, что она могла сейчас сделать, так это увернуться от него.

- Какого черта ты вытворяешь? - спросила Эми, с отвращением вытирая влажный отпечаток на своей шее.

- Я видел, как ты зашла, - ответил Чед. - Посвистывая и улыбаясь. Ты выглядела так, словно ты влюблена.

- Ну и что, если так и есть, - сказала Эми.

- Может, я тоже влюблен, - сказал Чад со слащавой улыбочкой. Он протянул руку и погладил ее по щеке одним пальцем. Эми ударила его по руке, как если бы это была раздражающая муха.

- Я кое-что запланировал на обед для нас двоих, - сказал Чед. - Я знаю, как ты любишь итальянскую еду.

- В мои планы ты уже не входишь. И никогда не будешь, - сказала Эми. - И я буду есть сегодня в кафетерии.

- Я знаю, - ответил Чад, постукивая по своей ямочке указательным пальцем. - Я знаю.

Эми смотрела, как он неторопливо фланировал через вестибюль, задаваясь вопросом, что означал этот странный разговор. И вот тогда она заметила его обувку. Он был одет в розовые высокие кеды Converse. Она посмотрела на свои собственные синие высокие кеды. Вот засранец! Он пытается делать эту вещь, когда влюбленные начинают похоже одеваться.

Она повернулась в сторону двух девушек, расположившихся на посту медсестер.

- Как давно у него эти кеды?

Знакомьтесь! Вероника и Валери. Абсолютно идентичные сестры-близнецы. Со взлохмаченными волосами и надувающие жвачку, вот такие сестры. Единственным способом, который позволял их различить, было прочитать имена на их бэйджах.

- Со вчерашнего дня, - ответила Валери, а Вероника хлопнула пузырь.

- Он говорит, что розовый цвет делает его более мужественным, потому что только настоящие мужчины могут носить розовый. Это означает, что их мужественности ничего не грозит. Это его собственные слова, - сказала Вероника, а Валери взорвала пузырь.

- Он сказал нам, что надеется, что вас обоих может связать совместная любовь к высоким кедам, - сказала Валери. Эми отпрянула.

- Это выводит из себя, мы знаем, - произнесли они хором.

Обычно Эми находила их способность говорить одновременно забавной или, по крайней мере, интересной. Но сегодня она обнаружила, что это раздражает, и раздражает даже больше, чем следует, из-за того, что она злилась на Чеда. Слово «злилась» не отражало накал ее чувств. Она была в ярости.

Валери и Вероника, наверное, увидели, как из ее ушей повалил дым. Они хором сказали:

- Мы кое-что можем сделать с его кедами.

- О, да. Как? - огрызнулась Эми, изучая список ее дел на день.

- Мы можем сделать так, что эти кеды исчезнут, - предложила Вероника и в подтверждении резко щелкнула жвачкой.

- Исчезнуть? - повторила Эми. Казалось, она очутилась в сериале ​​«Клан Сопрано».

- Используя вот это, - пояснила Валери, потянув заколку из ее взлохмаченных волос, собранных вверх.

Эми не улавливала сути.

- Вы собираетесь пронзить его заколкой?

Они одновременно вздохнули.

- Нет, - сказала Валери.

- Мы взломаем замок на его шкафчике и украдем его кеды, потому что он совершенный мудак, и мы его терпеть не можем, - сказала Вероника. Эми, наконец, озарило.

- Ага. Вы с ним тоже спали?

Они кивнули.

- Одновременно? - спросила Эми. Она быстро подняла руку и как бы провела тряпкой, стирая на воображаемой доске. - Забудьте. Не отвечайте. Я не хочу знать.

- Давай просто скажем, что он получит то, что заслужил, - сказала Вероника. Валери надула пузырь. Эми улыбнулась. Она почувствовала странный симбиоз с близняшками.

- Вы бы сделали такое ради меня?

- Нет. Не только ради тебя. Мы сделаем это ради всех женщин этой больнице, - сказала Валери. - Ты будешь нашим талисманом.

- Анти-Чед. Мы нарекаем тебя Эми Истребительница Бананов, - сказала Вероника.

Эми не особо хотелось быть Истребительницей Бананов, но если близняшки заставят его кеды исчезнуть, пусть называют, как хотят.

- Что мне нужно делать?

- Веди себя так, как будто ничего не произошло, - сказала Вероника.

- Этого разговора никогда не было, - добавила Валери. Эми кивнула.

- Какого разговора?

Валери приподняла брови в немом вопросе.

- Этого самого. Который только что состоялся.

Эми улыбнулась и слегка похлопала ее по руке.

- Знаю. Я притворялась, что его не было.

- Ох, - воскликнула Вероника. - А ты хороша.

- Чертовски хороша, - добавила Валери.

Она протянула Эми папку, сказав:

- Мистер Болстер вернулся. Он в комнате три. Опять насчет его яичка. На твоем месте я бы разделалась с ним первым.

- Ладно, - сказала Эми и направилась осматривать яичко мистера Болстера. Опять. Он появлялся, как минимум, один раз в неделю, прося, чтобы его осмотрела именно она. Все остальные врачи полагали, что он был по уши влюблен в Эми, что было тревожным знаком, потому что ему было восемьдесят шесть, и у него имелось только одно яичко. Технически с его яичком не было ничего не правильного. Но он утверждал, что оно не срабатывало должным образом. Эми снова и снова пыталась объяснить, что возраст как раз и вытворяет такие штуки с мужскими причиндалами.

После поражения в дебатах по поводу яичка, Эми отправилась вправлять сломанный палец и зашивать две рваных раны. Первую - двухлетке, который не вписался в угол стены, когда за ним гнался брат, вторую - повару, который спорил со своей девушкой в момент нарезки морковки соломкой.

Она посоветовала повару не писать СМС во время готовки, если он не хочет лишиться пальца. В 11.45 поток больных замедлился настолько, что Эми смогла перевести дух. Она предупредила дуэт Вероники с Валери, что направляется перекусить в кафетерий. Они кивнули и вернулись к медицинским картам.

35. ЭТО ЛЮБОВЬ.

Как только Эми вошла в кафетерий, там воцарилась мертвая тишина. Это напомнило ей об инциденте с банановой кожурой. Она оглянулась вокруг, но не обнаружила ничего из ряда вон выходящего, до тех пор пока Джереми не взял ее за руку.

- Прошу вас, следуйте за мной, мадам, - произнес он.

- Что происходит? - спросила она, спотыкаясь рядом с ним. - В чем дело?

- Увидишь, - ответил Джереми.

Она позволила повести себя к столу, где восседал Чед, сверкая своей ямочкой на подбородке. Столик в кафетерии был накрыт скатертью в белую и красную клетку. Посредине стояла зажженная свеча и ваза с одинокой красной розой.

Она взглянула на Джереми и попыталась телепатически послать ему мысленное сообщение: На помощь! Вытащи меня отсюда!

Но Джереми только улыбнулся и элегантно указал на пустой стул.

И в этот момент на Эми снизошло, что она оставила своих соседей по дому в полном неведении. Джереми и не догадывался, что Эми была влюблена в Джордан. Она ничего не сказала и Изабель. Ей нравилось думать, что это была оплошность с ее стороны, но возможно и нет. После того, как она призналась матери, что она лесбиянка, и после того, как в газете на фото она целовалась с женщиной, Эми решила, что теперь по определению все знали, что она гей. А вот и нет. Обнаружилось, что самые близкие ей люди ни сном, ни духом не были в курсе ее нового статуса, и что ей еще придется им это объяснить.

- Джереми, что тут происходит?

- Всего лишь самый большой, самый крутой сексуальный позыв, который когда-либо случался на свете. Чед всеми силами увивается за тобой. Чувак не может оправиться от тяжелого удара под названием «люби меня нежно» - объяснил Джереми. Он склонил голову, и его кадык дернулся. Он, казалось, сместился.

Эми была уверена, что ее сейчас вырвет.

- Пожалуйста, скажи, что это мне снится.

Чед встал, положил руку на сердце и начал петь нескладным баритоном о Луне, пицце на завтрак и любви.

Когда он закончил, Джереми выдвинул для нее стул, чтобы она села. Чед поднял крышку с сервировочного блюда, восклицая:

- Как говорят итальянцы, Mangiare Mangiare, любовь моя.

- Пицца, - произнес Джереми. Как будто она сама этого не видела. - Как, говоришь, пицца по-итальянски?

- Я думаю, что пицца, - ответил Чед.

- Я не собираюсь с тобой есть, - сказала Эми.

- Просто садись, и мы отлично покушаем, - сказал Чед, начиная нервничать.

Весь кафетерий наблюдал, болезненно осознавая, что мужчина умолял согласиться женщину, которую он любил. Эми села. Но только потому, что она не хотела устраивать большую сцену посреди кафетерия.

- Ты можешь идти, Джереми. Спасибо, - сказала Эми, метнув на него взгляд «я-разберусь-с-тобой-позже».

Джереми врезал легонько кулаком Чеду.

- Удачи, чувак.

Эми улыбнулась аудитории, которая уже снова набивала едой свои рты, и постаралась не выглядеть так, словно они только что обручились на глазах у всех.

Чед протянул руку через стол и взял ее ладонь в свою. Она же, схватила его мизинец и выгнула его в противоположную сторону. Он пискнул.

- Послушай меня внимательно, ты - тупой мудак, если ты еще хоть один раз выкинешь такого рода фокус, я собственноручно тебя кастрирую, - грубо выпалила Эми. - У тебя будет на одно яичко меньше, чем у мистера Болстера. Я не хочу иметь с тобой никаких отношений. Усек?

Красное лицо Чеда приподнялось и опустилось. Эми встала и резко задвинула стул под стол. Она повернулась, чтобы уйти, и именно в этот момент она увидела Джордан. Она стояла посреди кафетерия, наблюдая сцену с Чедом. Замешательство и обида исказили черты ее лица.

Эми схватила Джордан за руку и потащила ее из столовой. Она распахнула первую дверь, которую увидела - в бельевую кладовку, и шагнула внутрь. Эми включила свет, повернулась лицом к Джордан и сказала:

- Забери меня на обед. Мне нужно вырваться отсюда.

- Поэтому я и заехала. И чтобы извиниться за вчерашнее фиаско. И что я угрожала побить твою маму. И за лесбиянку на ходулях, что была совсем не смешной. Я хотела сделать это, после того, как заберу тебя на обед. Наверное, мне надо было сначала позвонить. Я тебя не преследую. Наверно это со стороны так и выглядит, но на самом деле это не так.

- Перестань извергать слова, - сказала Эми.

- Почему?

- Тогда я смогу тебя поцеловать.

Эми обвила руками шею Джордан и впилась в нее поцелуем. И когда санитар открыл дверь и таращился почти минуту, прежде чем взять пачку белья, никто из девушек этого и не заметил.

36. НОБЕЛЕВСКИЙ СЮРПРИЗ.

Тем временем Джордан, сидя в кафешке, обгрызала кукурузную тортилью. Она никогда еще не видела ничего столь чувственного, столь опьяняющего, столь совершенно сексуального, как Эми, когда та откусила здоровенный кусок тако.

До сего момента Джордан сдерживалась и ничего больше не спрашивала о том мужчине в кафетерии больницы. С одной стороны, она была не уверена, хочет ли она о нем знать. С другой стороны, пока она этого не сделала, беспокойство грызло ее изнутри.

- Так что на счет того парня? - спросила Джордан. Она старалась, чтобы ее голос звучал легко и непринужденно, но в реале она больше походила на бурундучка Элвина из одноименного фильма. - Кто-то сбежал из психушки?

Эми отреагировала так, словно Джордан только что облила ее ушатом холодной воды.

- Какой парень? А, тот парень. Ну он...он...он... Мы как-то вечером с ним ходили, выпивали. Я никак не могла от него отделаться, - сказала Эми и засунула себе в рот тортилью, тем самым сигнализируя, что разговор окончен. Джордан сменила тему разговора.

- Ну, что, тако вкусный?

Эми замерла с тако на полпути к ее рту.

- О, нет.

Стакан с холодным чаем Джордан завис в воздухе.

- Что значит «о, нет»?

- Петронелла в здании, - прошептала Эми. - И она идет прямо в нашу сторону.

Первым, инстинктивным желанием Джордан было спрятаться. Сползать под стол было уже поздно, поэтому она сделала единственное, что посчитала возможным в данный момент. Задрапировала голову салфеткой с колен.

Двумя секундами позже она услышала ледяной голос:

- Здравствуй, Джордан.

- Петронелла, - ответила Джордан. Тяжело вздыхая, она стянула салфетку со своей головы.

Петронелла оглядела Эми с высоты своего роста.

- Прошу прощения, но я не знаю вашего имени.

- Мы уже встречались, - пробормотала Эми. - Как раз тут, на самом деле. Я имею в виду в этом ресторане. Не за этим столом. Вы уходили. Вы, наверное, меня не помните.

Узнавание промелькнуло на лице Петронеллы.

- Ах, да, девушка с туалетной бумагой, прилипшей к ее туфле.

- Ага. Она самая, - усмехнулся нервно Эми. - Сегодня на моей обуви туалетной бумаги нет.

Петронелла наклонилась, чтобы посмотреть.

- Действительно, нет. Рада за вас.

Тощая шея Петронеллы повернулась обратно к Джордан.

- Я видела тебя в моем выступлении со стихами и...

Джордан прервала ее:

- Мы пришли посмотреть шоу. А ты как раз там и оказалась.

- Ну, пусть будет так. Ты же наблюдала произошедшую котовасию, правильно?

- Да, я видела, - сказала Джордан. - Все было довольно красочным.

Петронелла проигнорировала очевидный каламбур.

- Ты видела отзывы? - осведомилась она.

- Если ты имеешь в виду то, что пишется в этих маленьких электронных журнальчиках в интернете, не совсем, - ответила Джордан.

- И в газете «Городские Страницы», и в разделе «Искусство и Развлечения», - добавила Петронелла.

- Да, все одно, - сказала Джордан.

Петронелла выдвинула стул и села.

- Мне нужна ваша помощь.

- Во-первых, что ты хочешь именно от меня? - спросила Джордан. - А во-вторых, почему я должна что-то для тебя делать?

Петронелла проигнорировала вопросы. Что не было необычным делом. Если она не хотела о чем-то знать, она игнорировала существование этого. Так же, как она игнорировала и присутствие Эми в данный момент. Петронелла стремительно пододвинула свой стул на несколько сантиметров поближе к Джордан.

- Мне нужна твоя маленькая подружка-изобретатель... как там ее зовут, Эйнштейн?

- Эдисон, - поправила Джордан.

- Да, конечно. Мне нужно, чтобы Эдисон построила мне машину.

- Какую машину? - спросила Джордан. Она задалась вопросом, было ли слишком смелым надеяться, что Петронелла пожелала иметь машину времени, которая бы унесла ту в прошлое. Или в будущее. Или куда угодно, но отсюда.

- Такую, что атаковала меня прошлым вечером.

Джордан побледнела.

- Зачем тебе? - она поерзала на стуле. Знала ли Петронелла, что она была ответственной за этот инцидент с разбрызгиванием краски? Вела ли она какую-то игру, в надежде загнать Джордан в ловушку, чтобы та призналась в содеянном? Джордан посмотрела на Эми, взывая к помощи. Но Эми нервно запихивала в рот кукурузные чипсы.

Петронелла продолжила:

- Я пыталась найти машину после шоу, намеревалась подобрать ее части и посмотреть, сможет ли Эйнштейн собрать все обратно. Но, к сожалению, прежде чем я подоспела, террористы улизнули вместе с ними.

- Террористы? - спросила Эми с полным ртом кукурузной кашицы.

- Да, - произнесла Петронелла. Ее глаза сверкнули фанатичным блеском.

- Какие такие террористы? - спросила Джордан.

- Есть определенные люди, Джордан, которые желают лицезреть мои страдания.

- Неужели? - спросила Джордан, стараясь казаться потрясенной такими словами. - И кто бы мог такого хотеть?

«Кроме меня», - добавила она про себя.

- Люди, которые ненавидят поэзию, - ответила Петронелла таким тоном, как будто это было ясно и дураку.

- Без сомнения, это республиканцы. Но их маленький план привел к обратным последствиям.

- Как это? - прощебетала Эми.

Петронелла не соизволила на нее посмотреть.

- Публике полюбилось разбрызгивание краски. Они подумали, что это было частью шоу. Отзывы на мое выступление были фантастическими. Поговаривают, что меня стоит выдвинуть в шорт-лист на соискание премии Нобеля.

Эми поперхнулась чипсом. Петронелла бросила на нее быстрый взгляд. Эми слабо улыбнулась и похлопала себя по груди.

- Прошу прощения. Не в то горло.

Джордан ухмыльнулась.

- Так вот, - продолжила Петронелла, - мне бы хотелось, чтобы твоя маленькая подружка построила мне еще одну машину с краской. Я отправлюсь с ней в турне. Назову его «Радужным Туром».

- Что за фантастическая идея! - воскликнула Джордан. Мысль о том, что Петронелла отправится в тур и уйдет из ее жизни, была слишком притягательной, чтобы быть правдой. Минуточку, подумала Джордан, а что если и в самом деле она такая притягательная и реальная?

- Без обмана? - спросила она.

- Да, - сказала Петронелла. - Без обмана.

- И когда ты отправишься в этот тур?

- Как только получу красящую машину.

- Я позвоню Эйнштейн, то есть, Эдисон, сегодня же.

Петронелла улыбнулась и встала.

- Позвони мне после того, как поговоришь с ней. Ты знаешь мой номер.

Джордан и Эми смотрели в след удаляющейся Петронелле. Едва за ней закрылась дверь, как со стороны заднего входа появилась Эдисон. Заметив Джордан, она направилась к их столику. Игнорируя приветствия, задыхаясь, она спросила:

- Она тут?

- Кто? Петронелла? - поинтересовалась Джордан. Эдисон кивнула, пытаясь отдышаться.

- Ну, кто ж еще? Я преследовала ее, но упустила где-то в километре отсюда. Я изобрела моторизированный велик, ну знаешь, для тех ленивцев, кому в лом крутить педали в горку, но, думаю, у меня кончилось горючее. Знаете, как тяжелы эти бандуры, когда ты пытаешься крутить педали? - она пару раз прокряхтела, втянула полные легкие воздуха и продолжила: - Я потеряла ее из вида, но думаю, она направлялась сюда.

- Ты только что с ней разминулась, - сказала Джордан.

- Моторизированные велики уже изобретены, - добавила Эми.

Эдисон плюхнулась на стул, который освободила Петронелла.

- Уже? Уверена?

- Ага, еще как уверена, - огорчила ее Эми.

Эдисон потупилась.

- Черт. Все хорошие изобретения уже разобраны.

Джордан перегнулась через стол. Ее нос находился в 15 сантиметрах от носа Эдисон.

- Знаешь, что? Петронелла хочет, чтобы ты изобрела машинку с краской, такую же, как та, что ее обрызгала.

Эдисон выглядела озадаченной.

- Я и изобрела ту, что ее обрызгала.

- Она этого не знает, - сказала Джордан. - Она хочет взять ее с собой на гастроли. Построй еще одну, и Петронелла исчезнет из моей жизни навсегда. Ты можешь построить машинку?

- Конечно, - сказала Эдисон.

- Если ты ее построишь, она уедет, - поставила точку Эми.

37. ПОЗА КОРОВЫ.

Эми вошла в дом и сразу же почуяла исходящий из кухни аромат карри. Она последовала туда, куда повел ее нос, надеясь найти Изабель. Вместо этого она увидела Джереми. Он помешивал что-то в кастрюльке на плите и читал книгу - обе вещи были для него неестественными.

- Ты готовишь? - спросила Эми.

- Вообще-то, только контролирую процесс. Мне были даны четкие указания не прекращать помешивать.

Эми заглянула в кастрюльку и увидела что-то зеленое и склизкое. Она была не экспертом в готовке, но она знала достаточно, чтобы понять, что это не очень хороший знак.

- Что это?

- Это Шак панир. Или это будет им, когда приготовиться, - сказал Джереми, не отводя глаз от книги, что держал в руках. Он склонил голову на бок, а потом и вовсе перевернул книжку вверх тормашками, прищурив глаза.

- Разве? - спросила Эми, отобрав у него деревянную ложку и тыкая ею в непонятное варево. На ощупь это было нечто, что можно найти на дне аквариума. Она почувствовала порыв проделать это снова, как дети любят ткнуть мертвые тельца палкой.

- Шак панир - это зеленая индийская слизь. На самом деле, его готовят из шпината и этой индийской сырной фигни. Соус должен быть пожиже, поэтому он побежал за кокосовым молоком. Он готовит тебе ужин.

- Он? Он это кто? - спросила Эми с ноткой паники в голосе.

- Чед, вот кто. Знаешь, мужчина по-настоящему влюблен, когда начинает готовить.

- Что! - воскликнула Эми, выпустив из рук ложку. Ложка упала в кастрюльку, расплескав вокруг зеленую жижу.

- Серьезно, чувак слетел с катушек от тебя. Он был так расстроен от произошедшего на обеде, что сегодня во второй половине дня взял несколько экспресс уроков по готовке, чтобы вновь добиться твоего расположения. Единственные лекции сегодня были по индийской кухне. Так что - зеленая слизь.

- Час от часу не легче. Я думала, что останусь сегодня вечером дома, наедине с тобой и Изабель. Мне нужно серьезно с вами поговорить и... - ее голос затих, когда она поняла, что Джереми больше заинтересован в его книге, чем в том, о чем она говорит. - Ты чего читаешь?

- Кама Сутру. Настоящее откровение для меня.

Эми заглянула через его плечо, рассматривая картинки, что он изучал.

- Так вывернуться даже не в человеческих силах.

- По-видимому, в силах. Тела даны в масштабе. Думаю, надо просто быть основательно гибким.

- Откуда она у тебя вообще взялась? - у Эми было несколько мыслей на этот счет, но она надеялась, что была не права.

- Она не моя. А Чеда. Он купил ее вместе с поваренной книгой. Выучил несколько новых поз, чтобы испытать на тебе, - Джереми рассмеялся. - Выучил. Прикинула?

- Не смешно. Это неправильно во стольких отношениях, что ни счесть, даже не знаю с чего начать, - сказала Эми.

- Ну, нет, чувак на правильном пути. Он планирует накормить тебя, а потом оттрахать в позе... - он подсмотрел в книгу, - коровы.

- Этого никогда не случится.

- Ты предпочитаешь, чтобы он трахнул тебя в позе панды?

- Джереми, не будет никакого траха, ни в позе панды, ни коровы, ни в виде любого другого представителя животного мира.

- Он же совсем нос повесит. Что ты собираешься ему сказать?

- Хороший вопрос.

Она могла бы позвонить Джордан и попросить перезвонить под предлогом какой-нибудь вымышленной чрезвычайной ситуации. Эми прикусила губу. В теории, это был хороший план, но, может быть, просить следовало не того человека. Джордан и так уже нервничала по поводу Чеда. Эми не хотела, чтобы ситуация стала еще более странной. Она поразмышляла еще немножко. Ее мать! Вот кто был бы идеальным кандидатом. Кто может отказаться от поездки к больной матери? Ко всему прочему этот шаг даст дополнительное преимущество не выглядеть так, словно она отвергала его, потому что стратегия отпора имела неприятные последствия. Она заставляла Чеда более ревностно добиваться желаемого.

- Ты думаешь, что Чед думает, что я пытаюсь играть в недотрогу, и именно поэтому так старается меня заполучить?

Джереми уставился на нее.

- Можешь объяснить так, чтобы я понял, без всяких девчачьих штучек?

Мужчины и женщины относились к разному виду, несмотря на заявления науки, пришла к выводу Эми. Она попыталась снова.

- Ты так мне однажды сказал. Что он думает, что я играю в недотрогу.

- Ага, и ему это нравится.

- То есть, если я буду вести себя так, как будто я его хочу, тогда он уйдет?

- Нет, он сразу же на тебе женится.

- И изменит тебе на следующий же день, - произнесла Изабель, заходя на кухню. В руках она держала пакет с покупками с торчащим из него сверху сельдереем и чем-то подозрительно шевелящимся на дне.

- Что у тебя в пакете? - спросила Эми.

- Живой лобстер, которого срочно нужно поместить в какой-нибудь искусственный водоем, - ответила Изабель, водрузила покупки на кухонную стойку и заглянула в кастрюлю на плите. Она взяла большую деревянную ложку и ткнула в зеленое варево. - Это еще что?

- Шак панир, - сказал Джереми.

- Нужно добавить кокосового молока.

- Чед за ним уже пошел, - кивнул Джереми.

Изабель налила в раковину воду, осторожно извлекла лобстера из пакета и отправила его в плавание.

- Что ты собралась делать на ужин? - спросила Эми. - Биск из лобстера?

Эми понятие не имела, что из себя представляет биск из лобстера, но была уверена, что это будет явно получше Чедового Фиг панира или что там за варево помешивал Джереми.

- Нет, этот лобстер предназначен для гонки лобстеров, которая проходит на Конкурсе Экстремальных Поваров в Конвеншн Центр, - сказала Изабель.

- Гонка лобстеров? - переспросила Эми. Она на мгновенье замолчала, увидев, что Джереми в настоящий момент изучает схемы куннилингуса и мысленно запомнила номер страницы.

- На каком месте окажется твой лобстер в гонке, под тем номером ты и будешь участвовать в конкурсе поваров. Ясно, что лучше быть в первой десятке. Вкус судей пресыщается, да и начинаются проблемы с желудком, так что хочется заполучить место среди первых, - она указала на лобстера в раковине, сказав: - Я подумала, что этот парень выглядел довольно быстрым, и он весь извелся, вырываясь из бака. Посмотрите на него, он и сейчас пытается выскочить из раковины.

Она схватила лопаточку и накрыла им лобстера, как странствующий рыцарь, защищающий девицу. Лобстер уклонился от выпада Изабель, вытянул вперед смертельно опасную клешню и раскусил лопаточку пополам.

- Опапулечки! - воскликнула Изабель, осматривая обезглавленную лопаточку.

- Да, уж опапулечки, - отозвалась Эми. - Напомни мне, чтобы я не подходила к нему с этой стороны.

Изабель выбросила лопаточку в мусорное ведро.

- Полагаю, именно поэтому они, как правило, продаются с резинками на клешнях.

- Так после гонки ты собираешься его съесть? - спросила Эми.

Джереми полностью погрузился в чтение книги и не помешивал. Она ткнула его локтем.

- Продолжайте размешивать.

- Зависит от того, выиграет он или проиграет гонку, - сказала Изабель, глядя на него сверху вниз. - Его выступление повлияет на мою жизнь. Если он придет одним из первых, мне следует вознаградить его усилия и оставить в живых, тебе не кажется?

- Ты можешь взять его на пляж и там выпустить, - сказала Эми.

Хлопнула входная дверь, возвещая о приходе Чеда с кокосовым молоком. Эми запаниковала. Он был последним человеком, кого бы она хотела видеть. Она уже собралась улизнуть за дверь, когда появился Чед, блокируя ее единственный путь отступлению.

- Привет, мой маленький любименький пирожочек.

Эми стиснула зубы и посмотрела на Изабель, посылая ей телепатические сообщения. Изабель спохватилась и тут же пришла на помощь, обращаясь к Чеду.

- Тебе бы лучше добавить, наконец, молока в твой Шак панир, а то он превращается в обойный клей.

Чед начал рьяно отдирать верхушку с упаковки.

- Сколько, как думаешь?

Изабель пожала плечами.

- Понятия не имею. Никогда не варила эту фигню. У меня синдром раздраженного кишечника.

Тут Чед заметил, что Джереми читает и выхватил книгу из его рук.

- Никто не должен был это видеть, ты, идиот.

- Эй, мне нужно было чем-то развлечься. Перемешивать - это так скучно.

Чед налил чуть-чуть кокосового молока. Джереми пришлось воспользоваться обеими руками, чтобы мешать густую клейкую массу.

- Продолжай мешать, - приказал Чед.

Изабель выхватил коробку кокосового молока из рук Чеда, сказав:

- Дай-ка я помогу. Вы, мужчины такие бестолковые.

Она подливала понемножку молока в кастрюльку, в то время как Джереми продолжал помешивать. Чед прислонился к стойке рядом с раковиной, в такой позе, которая, предположила Эми, была рассчитана на то, чтобы выглядеть как эталон мужской модели. Чед изобразил свое знаменитое, коронное подмигивание. Эми даже не удосужилась на него отреагировать.

Чед поменял позу. Теперь он оперся на руку, скрестил ноги и выпятил нижнюю губу. Эми предположила, что это и был его знойный, сражающий наповал взгляд.

- Где твои розовые кеды? - спросила Эми.

Улыбка Чеда испарилась.

- Их украли. Уму непостижимо. Ну, кто бы стал красть розовые кеды 43го размера?

- Клоун? - подсказала Изабель. Эми хихикнула. Чед проигнорировали оскорбление.

- Знаешь, как трудно найти такую обувь? - сказал он раздраженно. - А теперь мне придется снова ринуться на ее поиски. Но ты должна увидеть все эти очаровательные кеды Converse для малышей. Ну, понимаешь, когда у нас они появятся, - сказал Чад, поднимая и опуская брови, как Граучо Маркс.

Эми, возможно, уложила бы его одним ударом, если бы дальше не произошло то, что произошло. Лицо Чеда покраснело, и он издал истошный вопль. Его рука лежала на стойке у раковины, и теперь он выбросил ее вверх. С его пальца свисал лобстер! Он мертвой хваткой вцепился в указательный палец огромной клешней. Чед подпрыгнул, крутанулся вокруг себя, а затем шмякнул лобстера о край стойки. Лобстер пролетел через всю кухню и шлепнулся в котелок с Шак паниром.

Джереми вскрикнул и отпрыгнул назад.

Изабель закричала:

- Спасите его!

- Я спасу его! - сказала Эми. Она бросилась к Чеду, из руки которого хлестал поток крови. Изабель тряхнула головой.

- Не его! Спасай лобстера!

Изабель оттолкнула Джереми и поддала по днищу кастрюльки. Она перевернулась, вылив из себя на пол зеленое с комками варево и одного ошарашенного лобстера. Лобстер поспешил удрать.

Джереми закрыл уши руками и завопил:

- Кто-нибудь, пожалуйста, выключите эту сирену?

- Это не сирена. Это кричит Чед, - крикнула Эми. - Лобстер откусил его палец!

Это, казалось, явилось новостью для Чеда. Он посмотрел на свою руку и, впервые, увидел, что он лишился своего указательного пальца. Он перестал вопить. Его глаза закатились, колени подогнулись, и он рухнул на пол.

- Что ж он за доктор такой? - сказала Изабель.

- Тот, который только что лишился пальца, - ответила Эми.

- Их него течет ужасно много крови, - заметила Изабель.

Это наблюдение подхлестнуло Эми. Она схватила кухонное полотенце с ножницами и разрезала его на полоски.

- Займитесь делом, вы двое, - сказала Эми, указывая на пол, - найдите его палец. Лобстер, вероятно, бросил его в этой зеленой слизи.

Она обмотала полосками руку Чеда, сделав жгут. Джереми и Изабель опустились на колени и принялись перебирать комки Шак панира голыми руками. Они были похожи на двух детей, пекущих пирожки из грязи. Пирожки из зеленой грязи.

- Как мы узнаем, какой комок нужный? - спросила Изабель.

- Просто найдите комок, который выглядит как палец, - ответила Эми.

- Они все выглядят как обезглавленные пальцы, - пожаловался Джереми.

- Соберите их все, потом разберемся, - приказала Эми.

- Я нашла его! - закричал торжествующе Изабель .

Она подняла палец вверх на всеобщее обозрение. Джереми мягко зажал искалеченный палец между своими большим и указательным пальцами и окунул его в раковину с водой, чтобы промыть.

- Изабель, возьми пакетик. Заполни его льдом.

Изабель вскочила и взяла пакетик и лед. Джереми бросил палец внутрь. Изабель положила руки на бедра и уставилась на кухонный пол.

- Фу. Похоже, тут побывала Линда Блэр.

Удовлетворенная тем, что жгут функционировал как надо, Эми задалась целью привести в чувство Чеда. Она ударила его по лицу. Он не двигался. Она ударила его снова, посильнее. Веки Чеда дрогнули. Он открыл глаза и улыбнулся Эми.

- Я так и знал. Я знал, что я тебе не безразличен.

Она ударила его еще раз только потому, что могла это сделать.

38. ИНДИ 500.

Изабель вела джип с Джереми на переднем пассажирском сидении. Эми сидела сзади. На ее коленях покоилась голова Чеда. Эми даже представить себе не могла, что это с ними происходит. Хотя, стоит признать, такое развитие событий было более захватывающим, чем то, что запланировал на сегодняшний вечер Чед.

Изабель вдавила педаль газа в пол. Он перестраивалась из ряда в ряд, ведя машину твердой рукой. Сердце Джереми и Эми замирало каждый раз, когда Изабель подрезала очередной автомобиль.

- Кто-нибудь выключил плиту? - спросила Изабель, не сбрасывая скорость на желтый сигнал светофора.

- Черт, - брякнул Джереми. Он выпрямился на сидении. - А кто-нибудь поймал лобстера?

- Черт, - повторила за ним Изабель, входя в поворот на двух колесах.

- Так значит у нас дома сейчас открытое пламя и шатающийся на свободе ракообразный монстр? - задал еще один вопрос Джереми. - Этот день может быть еще более идиотским?

- Я лесбиянка, - выпалила Эми. Опапулечки! Она даже не подозревала, что скажет это. Слово вылетело из ее рта, прежде чем даже сформировалась сама мысль об этом. Или, может быть, мысль эта сформировалась уже давно и сбежала из ее головы, как только пали защитные барьеры.

Изабель вопросительно посмотрела на Эми в зеркало заднего вида. Джереми повернулся на своем сидении, оглядел ее сверху вниз и развернулся назад. Наконец, он изрек:

- Что ж - это ответ на многие вопросы.

- Разве? И на какие же? - поинтересовалась Эми.

Джереми пожал плечами.

- Почему ты целовалась с той красоткой из газеты. Почему ты ненавидишь Чеда.

Изабель со всей силы нажала на клаксон и объехала вокруг старичка, который выгуливал свою собачонку по пешеходному переходу.

- Это все из-за Чеда? - спросила Изабель. - Потому что это как то слишком экстремально, не находишь? Тебе не нужно менять свою сексуальную ориентацию, чтоб спровадить его куда подальше.

- Нет, - сказала Эми. - Это не из-за Чеда. И в свое оправдание могу добавить, что его ненавидит куча женщин, и они отнюдь не лесбиянки.

- Что верно, то верно, - сказал Джереми.

Изабель входила в повороты, даже не прикасаясь к педали тормоза. Она влетела на подъездную дорожку к больнице и резко затормозила перед стеклянными раздвижными дверьми, оставив на асфальте две черные полосы от колес.

- Если вся эта история с готовкой не сработает, ты можешь попробовать свои силы в гонках на выживание, - сказал Джереми.

- Ага, кто ж знал, что у меня к этому природный талант? - сказала Изабель.

- Я скоро вернусь, не пытайтесь двигать его самостоятельно, - сказал Джереми. Он выскочил из джипа и побежал внутрь отделения скорой помощи за каталкой. В тот же момент оттуда выскочили Вероника и Валери. Эми открыла дверь, и как только близняшки увидели бездыханное тело Чеда у нее на коленях, Валери воскликнула:

- Не думаешь, что это уже перебор?

- Ага. Ты не должна была пытаться его убить, - продолжила Вероника.

- Я этого не делала! - запротестовала Эми. - Это сделал лобстер.

- Что ж, ты получаешь пять с плюсом за творческий подход к делу и изобретательность. Правда, я не уверена, что присяжные на это купятся.

- На твоем месте, - заявила Вероника, - я бы рубанула ему пенис. Но палец тоже сойдет.

Эми протянула Веронике пакетик с пальцем.

- Просто возьми это и убедись, что его доставят туда же, куда и остальное тело.

Джереми подкатил носилки к джипу. Потребовалось два санитара, чтобы его туда водрузить. Как только они закатили тележку в приемный покой, Чед очнулся и начал орать. Эми, Изабель и Джереми смотрели, как Чеда увозят вдаль по коридору, пока не стихли его вопли.

- Думаешь, они смогут приделать его обратно? - спросила Изабель. Джереми пожал плечами.

- Кто ж знает-то? Возможно, с этого момента мы будем звать его доктор Обрубок.

Изабель захихикала. Джереми подхватил. Их смех был таким заразительным, что вскоре и Эми тоже залилась смехом.

39. СТИВ.

На обратной дороге автомобиль вел Джереми. Он настоял на этом, пока не поутихнет адреналин в крови Изабель. На полпути домой он завернул на улицу, примыкающую к торговому центру.

- Мне нужно кое-чего прикупить. Это займет всего минуту.

Джереми вышел из машины и направился к магазину, специализирующемуся на продаже товаров для организации праздников. Согласно вывеске на входе это была «Страна веселья дядюшки Милти.».

- Что, завтра чье-то День Рождение? - спросила Изабель.

- Вроде нет, - ответила Эми. - Может это место специализируется не на вечеринках по случаю Дней Рождения. По мне, так дядюшка Милти звучит как-то по-извращенски. Может это секс-шоп.

- Ага, - захихикала Изабель. - Может, это секс-шоп для клоунов.

Теперь они захихикали обе, что как-то уменьшило напряжение от произошедших этим вечером событий.

- Раз уж мы упомянули секс, - начала Изабель. - Что там у тебя за дела с этими лесбийскими наклонностями?

Эми глубоко вздохнула.

- Ты знаешь, я встречалась с этой девушкой, с Джордан, с той, что я познакомилась в больнице?

- С той хорошенькой? Ага, Джереми мне рассказал.

- Ну, мы, вроде как, ходим на свидания.

- У меня с этим нет никаких проблем. Просто скажи ей, что если она не будет с тобой мила, то будет иметь дело со мной. Я натравлю на нее Стива.

- Кто такой Стив?

- Лобстер, - ответила Изабель. - Он должен был заполучить имя, прежде чем в моей голове улягутся все события сегодняшнего вечера. Кроме того, не смотря на всю эту фигню с Чедом, никто не отменял завтрашние гонки. Не думаю, что я смогла бы выдержать и достать еще одного.

- Сначала, нам нужно его отловить. И нам понадобятся рукавицы, чтобы с ним совладать,- сказала Эми, думая о том, что им вовсе не обязательно сегодня вечером терять еще один палец.

- Используем бейсбольные перчатки, - предложила Изабель. В этот момент Джереми открыл водительскую дверь и протянул Изабель пакет с покупками.

- Миссия завершена.

- Что ты купил? - спросила Изабель, заглянув внутрь пакета. Джереми ухмыльнулся.

- Я не мог устоять. Взгляни-ка.

Изабель склонилась над пакетом и выудила от туда несколько маленьких пластиковых фигурок лобстеров, надувного лобстера, несколько моделей лобстеров в натуральную величину, фонари для патио в виде лобстеров, кухонный передник с лобстером, керамическую кружку с намалеванными на ней лобстерами - одним снаружи, другим изнутри, полотенца с лобстерами, пару трусов с лобстерами и даже носки.

- Ты ужасен, - сказала Изабель.

- Я знаю, и что?

- Джереми, тебе не кажется, что ты слегка перегибаешь палку.

- А вся эта банановая хрень разве с этим не сравнится? Послушай, ему воздастся по заслугам, за то, что он тебя терроризировал. Чувак этого достоин. Только представь себе картину: завтра поутру он продирает свои ясные очи, а вся его палата лобстерофицирована. Согласись, это весело.

Эми улыбнулась. Ну, может быть Чед и заслужил небольшого возмездия за свои поступки. Ну ладно, грандиозного возмездия. Джереми завел машину, в то время как Изабель принялась запихивать покупки обратно в пакет.

- Он мудак, - заявила она.

- И это весело, - добавила Эми.

- Он использует людей, даже своих друзей. Все, что я хочу сказать, так это то, что ему пора спуститься со своих Чедовых небес назад на землю, - сказал Джереми. - Доктор Обрубок проснется завтра в мире лобстеров.

И он повесил на зеркало заднего вида освежитель воздуха в виде лобстера.

40. ХВАТАЙТЕ ЛОБСТЕРА!

Не успела Эми войти в дом, как услышала крик Изабель.

- О, нет!

Эми побежала на кухню и добралась до нее за секунду раньше Джереми.

- Что? Что? Что? - спросила Эми.

- Что это? - Изабель стояла перед кухонной плитой, не сводя с нее глаз.

Не было ничего подозрительного, по крайней мере, бросающегося Эми в глаза. Даже все конфорки были выключены. Изабель медленно повернулась к Джереми и Эми со словами:

- Шак панир. Он исчез.

- Исчез? - переспросил Джереми.

- Он упал с плиты.

Изабель указала на пол. Он был идеально чистым, за исключением пары зеленых дорожек, тянущихся в сторону гостиной. Она взяла в руки котелок, в котором варился Шак Панир. Он был пуст, за исключением засохшей зеленой полосы по кругу.

- Стив его съел, - озвучила Эми очевидную мысль.

- Кто такой Стив? - спросил Джереми.

- Лобстер, - ответила Изабель. - Я назвала его Стивом.

- Ты назвала обожающего пытать людей и есть индийскую пищу лобстера мужским именем? - спросил Джереми.

- Мистер Клешня было бы слишком банально, - сказала Изабель. Джереми кивнул, как будто в этом был глобальный смысл.

- Нам нужно отыскать Стива, - сказала Изабель.

- Перед тем, как Шак панир вывалился на пол, он был очень зол.

- Да уж, не за какие коврижки я не останусь спать в этом доме, пока он остается на свободе, - сказала Эми.

- Если вы его найдете, не причиняйте вреда. Он все еще нужен мне для завтрашней гонки,- напомнила Изабель.

- Хорошо, давайте разделимся и обыщем комнаты, - предложила Эми.

- А лобстеры могут жить все воды? - спросил Джереми. Он открывал и закрывал кухонные шкафы. - Я имел в виду, их же держат в магазине в специальных бассейнах, верно?

- Им нужна вода, но покуда панцирь остается мокрым, они могут жить вне бассейна, - сказала Изабель.

- А он мог выбраться из дома? - Эми открыла дверь, что вела из кухни прямо на задний двор и включила свет на крыльце.

- Эй, лобстер, лобстер. Кыс, кыс, кыс!

- Я поищу его на улице, - сказал Джереми, надевая кухонные руковицы-прихватки. Он щелкнул каблуками и отсалютовал на армейский манер. - Если я не вернусь через три дня, передайте маме, что я ее любил, - горестно сообщил он.

Изабель прыснула от смеха.

- Я начну со своей спальни. А ты начни со своей, - предложила Эми. Она открыла кладовку, достала оттуда пару пластиковых ведер и протянула одно Изабель. - Если увидишь его, накрой этим сверху.

Эми покинула Изабель и направилась в свою комнату. Она заглянула под кровать и уже, было, открыла дверь в шкаф, когда услышала леденящий кровь крик Изабель. Она выскочила из комнаты и столкнулась с Джереми, который в этот момент мчался по коридору. Изабель снова закричала.

Эми была первой, кто дернул за дверную ручку и ворвался в ванную комнату. Ей в спину врезался Джереми. Изабель вскочила ногами на раковину. Ее штаны были спущены до лодыжек. Она была в трусах, но перекрученных на бедрах. С выпученными глазами она указывала рукой в сторону унитаза.

Эми на цыпочках подошла к нему и заглянула внутрь. Ну, конечно же, внутри примостился Стив. Он пытался выползти наружу, но скользил по кафелю.

- Он выглядит рассерженным.

- Я на него пописала, - сказала Изабель.

Джереми разразился смехом и направился в сторону унитаза. Изабель замахала руками, пытаясь его остановить.

- Не смотри на мои пипи!

Джереми отпрыгнул назад.

- Я думал, нам нужно его оттуда вытащить, - сказал он.

Изабель кивнула.

- Знаю. Но я не хочу, чтобы мужчина смотрел на мои пипи.

- А почему Эми может лицезреть твою мочу, а я нет? Изабель, это по-настоящему странно.

- Это мой бзик, понятно? Я не хочу, чтобы ты видел мои пипи.

- Изабель, я врач, на своем веку я повидал множество пипи.

Изабель покачала головой.

- Ты мой друг. Мы живем в одном доме. Я как-то прочла в журнале, что если мужчина увидит твою мочу, то он больше не сможет смотреть на тебя как раньше.

- Это как? - спросил он.

- Просто не смотри на мою мочу, - закричала она, находясь на грани истерики.

- Хорошо, хорошо, - примирился он, отступая назад и смотря на все, что угодно, кроме унитаза.

- У меня есть план, - сказала Эми. - Думаю, я смогу слить воду, пипи исчезнут, и мы тогда сможем выудить от туда Стива.

- Разве это не разозлит его еще больше? - сказала Изабель, поправляя скрученные трусы и подтягивая штаны вверх. - Он может стать по настоящему жестоким, если его разозлить еще больше.

- Вода накроет его как волна, - сказала Эми. - Он может притвориться, что находится на пляже.

Она спустила воду. Стив дернулся в сторону, а затем успокоился, антенны на его голове, казалось, говорили, что он одобряет такое развитие ситуации.

- Теперь, можешь смотреть, - сказала Изабель Джереми.

- А что, если мы перенесем его в ванну, - сказала Эми. Она заткнула ванну пробкой и включила воду, регулируя температуру до той, в которой по ее мнению было бы комфортно Стиву.

Джереми внимательно изучал Стива, держась подальше от его смертельно разящих врага клешней.

- У нас же есть щипцы для барбекю, верно?

- Точно, - сказала Изабель. - Я за ними сбегаю.

Она спрыгнула с раковины и унеслась восвояси.

- Думаешь, она в порядке? - прошептал Джереми, как только Изабель покинула ванную комнату.

- Думаю, да. По крайней мере, она теперь будет заглядывать внутрь, прежде чем присаживаться на стульчак, - ответила Эми.

- Я больше никогда не присаживаюсь, не взглянув внутрь, с тех пор как увидел фильм про аллигаторов, путешествующих по канализации Нью Йорка, - сказал Джереми.

Изабель прибежала обратно с огромным набором всевозможных металлических щипцов.

- Это должно сработать, - она покрутила ими в воздухе.

Стив начал биться о стенки унитаза.

- Послушай меня, маленький говнюк. Мы должны пройти завтра через испытание, потом я тебя отпущу, поэтому утихомирься, и я вытащу тебя оттуда. Мне очень жаль, что я на тебя пописала, но если ты собираешься продолжать торчать в унитазе до скончания века, это будет происходить на регулярной основе.

- Она понимает, что ведет беседу с жуком в экзоскелете, так ведь? - спросил Джереми.

- Ну, они на пару разделили довольно-таки интимный момент, - ответила Эми.

- Еще бы. Он мог бы оттяпать мою вагину, - сказала Изабель и нахмурилась. - Я бы тогда не смогла ходить на свидания.

- Ты как личность значишь больше, чем сумма сложенных воедино частей твоего тела, - сказал Джереми.

- Очень мило с твоей стороны говорить такие вещи, Джереми, но у девушки без вагины нет шансов перед той, что ее имеет.

Она нахмурила брови, раскрыла щипцы и ухватила ими Стива где-то посредине панциря.

- Ха! Попался.

Она стартанула к ванной с лобстером наперевес. С него капала вода, а антенны на голове бешено вращались в разные стороны. Изабель с громким бульком бросила его в емкость.

- Вау! Ты проделала потрясающую работу по его эвакуации, - сказала Эми. Они какое-то время наблюдали за тем, как Стив плавает туда-сюда.

- Он выглядит счастливым, вы не находите?

- Что мы будем делать, когда захотим принять ванну? - спросила Эми.

- Будем пользоваться душем в моей комнате, - сказала Изабель. - Я вытащу его отсюда завтра после обеда.

- Хорошо, - согласилась Эми.

- Ну что, давайте закажем пиццу и забудем обо всем, что с нами сегодня приключилось. Как вам такая идея? - сказала Изабель. Ее лицо светилось от триумфа.

- Хорошая идея, - произнесли Джереми и Эми в унисон.

Изабель покинула ванную последней. Она выключила свет и прошептала в темноте:

- Спокойной ночи, Стив. Сладких снов.

- Не дай этому ракообразному тебя укусить, - добавила Эми, удаляясь в сторону коридора.

- Ха, ха, - пробормотала Изабель. - Не смешно.

41. ДОПРОС С ПРИСТРАСТИЕМ.

«Ад вырвался на свободу». Джордан всегда считала это выражение ничем большим, кроме как глупым клише. Сейчас она свое мнение изменила. Как только она вошла в парадную дверь и услышала шум (стук, приглушенные крики, странные, жужжащие звуки, издаваемые непонятным механизмом), доносившиеся сверху, из лаборатории Эдисон, то поняла - ад действительно вырвался на свободу.

Ее мозг переключился в режим спасения, а тело в режим выживания. Джордан не знала, бежать ли ей на эти странные звуки или кинуться прочь, подальше от дома. В конце концов, мозг и тело между собой договорились, и она поплелась наверх, в лабораторию Эдисон. Она чувствовала себя девственницей из фильма ужасов. Девственница всегда умирала последней. Если она слышала зловещую музычку, то неслась вниз по лестнице.

Джордан потрогала дверную ручку двери, что вела в лабораторию, будто измеряя температуру внутри. Она видела однажды этот прием в фильме о спасении на пожарах. Если дверь окажется горячей, значит, за ней ожидает адское пекло, готовое вырваться наружу, и подрумянить ее до хрустящей корочки.

Дверь была теплой. Джордан подумала, что это знак к тому, что ее можно отворить и что по ту сторону, в пределах четырех стен за этой пятисантиметровой деревянной поверхностью ничего устрашающего она не увидит.

Как же она ошибалась.

Ей понадобилось какое-то время, чтобы осознать то, что она увидела: в центре комнаты, на стуле с высокой прямой спинкой, сидела одетая во все белое Петронелла. Ее руки были связаны за спиной. Ее ноги были привязаны к стулу в районе лодыжек. А самая страшная часть? Комната была покрыта целлофановой оберткой.

Все. Вещи. В. Комнате. Завернуты. В. Целлофан.

Мозг Джордан отказывал понимать, что видели ее глаза. Когда, наконец, до нее дошло, ее чуть не вывернуло наизнанку. Невольно, она оказалась в логове убийцы-маньяка. Петронелла была очевидной предстоящей жертвой, а убийца позаботился о том, чтобы комната не была испачкана кровью.

Эдисон внезапно выскочила откуда-то из-за двери. На ее лице сияла улыбка.

- Как здорово! Ты здесь!

Джордан открыла рот, закрыла его, снова открыла и, заикаясь, выдавила из себя:

- Что это за еб...ый п...ец?

- Ты как раз вовремя. К самому началу допроса.

Допроса? Все встало на свои места, как только в мыслях Джордан всплыли события вчерашнего дня. Эдисон подвела ее к гаражу со словами:

- Я хочу тебе кое-что показать. Петронелла вернулась к своим старым трюкам.

- Ты намекаешь на ту фигню, типа порезанных шин и слова «шлюха» на крыльце? - спросила Джордан.

- Да, среди всего прочего.

- Есть что-то еще? - снова поинтересовалась Джордан.

Эдисон указала на угол гаража. К стене были прислонена куча плакатов с всевозможными лозунгами, типа тех, что используют политики для агитации перед выборами. Джордан подошла ближе, чтобы рассмотреть получше. Это были отнюдь не политические лозунги, а цитаты из Библии.

- Какого хрена? - бросила она и принялась читать. Это были строки из Библии, порицающие гомосексуальные отношения, типа «мерзко мужчине, возлежать с другим мужчиной» и тому подобные.

- Прошлым вечером я пришла домой и увидела, что они наводнили весь наш газон. Это реально взбесило «Альянс геев и лесбиянок». Мне звонила их представительница и предупредила, что такого рода нетерпимость они не допустят, - сказала Эдисон.

- Постой. Они что действительно подумали, что мы специально разместили эти плакаты у себя во дворе? - спросила Джордан.

- Ага.

- Ты объяснила, что мы геи? - снова спросила Джордан.

- Я пыталась, но женщина тараторила так быстро, что я и слова вставить не смогла. Я собрала все таблички и отнесла их сюда.

- Это довольно-таки подло даже для Петронеллы.

- Фуф, я думала об этом. Отличное предположение. Она пытается выставить нас не в лучшем свете перед соседями. Миссис Викершэм, из дома напротив, показала мне средний палец этим утром. Даже милая почтальонша меня оскорбила.

Джордан покачала головой, не веря своим ушам.

- Почему ты мне ничего не сказала?

- Я приняла решение не говорить, потому что ты казалась такой счастливой вместе с Эми, я просто не хотела все портить. Но это еще не все.

- Есть еще что-то?

Эдисон ткнула пальцем в картонную коробочку. Джордан было наклонилась, чтобы ее открыть, но Эдисон остановила ее со словами.

- На твоем месте я бы ее не открывала.

- Почему? Что это?

- Доказательства.

Джордан сморщила нос.

- Пахнет дерьмом.

- Потому что это и есть дерьмо. Сожженные и обугленные останки собачьего дерьма, чтобы быть точной. Кто-то подложил это на крыльцо, поджег и позвонил в дверь. Ирма не сияла счастьем, когда их растоптала.

Лицо Джордан посуровело.

- Петронелла пыталась подпалить мой дом.

- Думаю, она просто хотела, чтобы ты измазала ботинки в дерьме.

- Но она могла еще и сжечь дом.

- Да, могла бы. Вот почему я раздумываю о том, чтобы положить конец ее злодеяниям и варварским выходкам.

- Если Петронелла проделала все эти вещи, то почему она попросила меня сподвигнуть тебя на постройку машинки, разбрызгивающей краску? - спросила Джордан.

- Фуф, - выдохнула Эдисон. - Чтобы сбить тебя со следа.

Но то было вчера. Сегодня же, Джордан стояла посреди места преступления и все, что говорила Эдисон до этого, возымело смысл. Она подумала, что Эдисон имела в виду постройку машинки и отправку Петронеллы на гастроли. Джордан схватила Эдисон за плечи и нехило ее встряхнула.

- Ты не можешь так поступить. Ты не можешь ее убить. Я не хочу, чтобы ее кровь была на твоих руках.

- Убить? - ахнула Петронелла. Она напряглась, под стягивающими ее веревками. - Убить!!! - заверещала она. Петронелла подпрыгнула вместе со стулом вверх и вниз. Направив его в сторону Джордан, она взмолилась: - Прошу тебя, Джордан, не убивай меня. Я была не идеальна. Сейчас я это осознала. Но чтобы убивать?

- Никто никого убивать не будет, - сказала Джордан.

- Но, думаю, ты вскоре пожалеешь, что жива, - прорычала Эдисон. С этими словами, она водрузила на нос свои очки и вытащила из кармана пульт дистанционного управления. Она направила его на Петронеллу. Поэтесса побледнела.

- Что ты делаешь? Это парализующее оружие?

- Я есть спросить тебя снова, - произнесла Эдисон, имитирую свой лучший немецкий акцент и это походило на разговоры фашистов из сериала «Герои Хогана.» - Ты помещать или ты не помещать дас плакатс ин дас двор?

- Нет! - крикнула Петронелла. - Я не имею не малейшего понятия, о чем ты говоришь!

Эдисон нажала на кнопку. В углу комнаты что-то зажужжало. Машинка на дистанционном управлении с емкостью для краски навострила свои колесики в сторону Петронеллы. Это была копия той, что произвела фурор на поэтических чтениях. Из нее выползла телескопическая трубка с раструбом для разбрызгивания краски. Она выдвинулась до конца, опустилась, наклонилась налево, потом направо и вскоре замерла, нацелившись на Петронеллу.

Эдисон рассмеялась и нажала еще одну кнопку. Из сопла вырвалась красная краска и оросила грудь Петронеллы.

Петронелла опустила глаза вниз, посмотрела на красное пятно на своей белоснежной блузке и заорала:

- Идиотка! Это же Армани!

Джордан успокоилась. С ее плеч как груз свалился, когда она поняла, что Эдисон собралась убивать Петронеллу эвфемистически. А вид раскрасневшейся и всхлипывающей Снежной королевы довел ее почти до истерики.

- Это не смешно! - рявкнула Петронелла.

- Отдай мне это, - сказала Джордан, выхватывая пульт дистанционного управления из рук Эдисон.

- Не тебе ж одной все веселье.

- НЕТ! Не стреляй! - начала умолять Петронелла.

Эдисон скрестила руки за спиной, ладонь в ладонь и принялась расхаживать перед жертвой взад и вперед, продолжая допрос.

- Тогда говори правду, Петронелла. Это ты подложила пылающие собачьи какашки на крыльцо?

- Я понятия не имею, о чем ты говоришь, - ответила Петронелла.

Джордан нажала на кнопку. Петронелла ахнула, когда реактивный поток синей краски хлестанул ее по лицу.

- Черт вас побери!

Джордан и Эдисон хлопнули друг друга ладонями, дав «пять».

- Она классно смотрится в синем, не думаешь?

- Ты права. Ее голубые зубы разительно выделяются на фоне белых волос.

- Следующий вопрос, - сказала Джордан, переместив палец на желтую кнопку.

- Это ты написала слово «ШЛЮХА» у меня на крыльце?

- Ты чокнутая психопатка, - выкрикнула Петронелла, отплевываясь. В этот раз желтая струя краски приземлилась ей прямиком между ног. Эдисон хихикнула.

- Выглядит, словно обмочила штаны.

Петронелла подпрыгнула на стуле в сторону Джордан. Она была взбешена до такой степени, что брызгала пеной изо рта. Или, может быть, это пузырилась краска. Джордан отступила назад от прыгающей на стуле Петронеллы, возясь с пультом дистанционного управления, чтобы автомобильчик находился между ней и поэтессой.

- Это ты порезала шины моего велика? - выстрелила она следующим вопросом.

- Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет, - каждому слову «нет» сопутствовал прыжок Петронеллы вместе со стулом.

Джордан окатила ее зеленой краской. Затем добавила сверху еще красной. Петронелла продолжала подпрыгивать, не сдавая своих позиций. Джордан пришлось обойти ее вокруг. Она направила на пленную пульт и задала вопрос:

- Петронелла, скажи правду. Краска не закончится, пока ты не сознаешься в своих преступлениях.

- Я. Этого. Не. Делала.

Прыг-скок. Прыг-скок. Прыг-скок. Джордан нажала кнопку с надписью «беглый огонь». Четыре разноцветных струи одновременно полетели в сторону Петронеллы. Выглядело так, будто она стояла под радужным водопадом. Петронелла прекратила прыгать. Вскоре она представляла собой радужный коллаж. Петронелла начала рыдать. Джордан прекратила пальбу. Петронелла опустила голову и принялась всхлипывать.

- У меня больше нет сил, - произнесла она слабо между всхлипами. - Я больше так не могу. Я сдаюсь.

Джордан передала пульт дистанционного управления Эдисон и сказала:

- Признай это Петронелла. Ты ревновала к Эми.

- Да, - воскликнула Петронелла. - Да, я ревновала. Это ты хочешь услышать? - она подняла глаза, встретившись взглядом с Джордан. - Как ты можешь в этом меня винить? Она завладела твоим вниманием. Ты в нее влюблена. А ведь я тебя когда-то любила. Но ты никогда не отвечала мне взаимностью.

Джордан уж было открыла рот, чтобы возразить, но Петронелла ее прервала:

- О, ну же, только не говори, что ты меня любила. Я могу быть кем угодно, только не дурой. Я могла бы отдать тебе все, что у меня есть, но ты бы никогда не смотрела на меня так, как ты смотришь на нее. Все, о чем я когда-либо желала, это твоя любовь, - она отвернулась и всхлипнула. - Чтобы быть любимой, - тихо добавила она. - Увы, этому не суждено сбыться. Я умру, старая и одинокая, сморщенная и увядшая как цветок. Снежной Королеве никогда не удастся быть согретой чьим-то сердцем, - она шмыгнула носом.

- Ирма тебя любить, - раздался чей-то голос.

Джордан бросила взгляд в сторону двери. Там стояла Ирма. Джордан была так погружена в душещипательное повествование Петронеллы, что не заметила ее появления.

- Да что тебе известно о любви? - втянув сопли внутрь, проскулила Петронелла.

- Ирма понимать, когда видеть красивый, талантливый женщина, и она ее сейчас видеть, - сказала Ирма, медленно продвигаясь в сторону Петронеллы.

Петронелла встретилась взглядом с Ирмой. Если ей не мерещилось, Джордан увидела что-то в глазах Петронеллы, что-то, что пылало, поднимаясь из глубины, желание, которого не было там прежде, а, возможно, не было никогда. Женщина в черном с вожделением смотрела на женщину в белом. Ну, она, как правило, была вся в белом. Прямо сейчас, она была покрыта цветными красочными пятнами. Петронелла сказала:

- Ты сильная, сексуальная русская женщина. Почему ты меня хочешь?

Ирма опустилась на колени перед стулом Петронеллы и положила руки на колени Петронеллы.

- Ирма хотеть заняться с тобой любовь. Ирма хотеть заботиться о тебе. Ирма хотеть окружать тебя забота и любовь до конца дней своих. Если только ты захотеть Ирма?

- Сними с меня эти путы, - хрипло прошептала Петронелла. Румянец страстного желания окрасил ее щеки. - Сними с меня эти путы и покажи мне, что это такое, быть любимой без остатка.

- Думаю, это сигнал, что нам следует удалиться, - прошептала Джордан Эдисон.

Эдисон кивнула и прошептала в ответ:

- Еще чуть-чуть и меня стошнит.

Джордан и Эдисон бесшумно покинули комнату и плотно прикрыли за собой дверь, дабы оставить новоиспеченных влюбленных наедине.

- Думаю, Петронелла говорила правду.

- Я тоже, - согласилась Эдисон.

Джордан достала из кармана мячик и сжала его.

- Итак, если зачинщиком всей этой фигни была не Петронелла, тогда кто?

42. ЛЕЗЕБЕЛЬ.

Эми была на полпути в палату Чеда. Она знала, что он, должно быть, находится под воздействием обезболивающих препаратов, так что лучшего времени, чтобы противостоять его нежеланным заигрываниям и не придумаешь. «Нежеланные заигрывания» фраза, которой Эми подменила то, что на самом деле стало походить на серьезное преследование. Она уже начала думать, что Чед лишился не только своего пальца, но и нескольких мозговых извилин.

Эми подошла к его палате и обнаружила близнецов, Веронику и Валери, пялящихся в окошко в двери. Они посмеивались и перешептывались. Незамеченная ими, Эми заглянула через плечи близняшек в окошко. Палата Чеда была полностью выдержана в «лобстер-стиле».

Джереми постарался на славу. Там были расписанные лобстерами лампы, ночники, занавески, полотенца, одеяла, коврики, а также всевозможные пластиковые и резиновые фигурки лобстеров. Чед лежал на больничной койке, ворочаясь, суча ножками и периодически постанывая во сне. Видимо ему снился сон о преследующем его гигантском лобстере. По крайней мере, Эми на это очень надеялась.

- Никогда не видела человека с таким низким болевым порогом, - прошептала Вероника. - Он ведет себя так, словно он недавно пережил полное хирургическое вмешательство со вскрытием брюшной полости.

- Это всего лишь палец, а не поджелудочная железа, - сказала Валери.

- Никогда не думала, что он такой слабак, - заметила Эми. Ее и без того невысокое мнение о Чеде опустилось еще ниже плинтуса.

Близнецы расступились, позволив Эми войти внутрь. Она подошла к его больничной койке.

- Чед?

Он перестал постанывать и открыл глаза. Они были красными и опухшими.

- Эми, - прошептал он. - Я знал, что ты придешь.

- Мне нравится, что ты сотворил, со своей палатой, - сказала она.

- Господи, я так скучал по твоему чувству юмора. Мне нравится комната. Знаю, ты украсила ее так, чтобы заставить меня чувствовать себя лучше - будто находишь что-то позитивное в неприятном.

Он улыбнулся и похлопал рядом с собой по койке здоровой рукой. Игнорируя этот жест, Эми подняла его другую руку, чтобы проверить перевязку.

- Будешь ли ты любить меня даже с этой уродливой рукой? - спросил Чед.

- Сейчас она больше напоминает руку Микки Мауса, - сказала Эми. - У персонажей мультфильмов всегда по три пальца. Ты этого никогда не замечал?

Чед попытался улыбнуться, но бросил это гиблое дело.

- Мне от этого должно как-то полегчать?

Эми включила режим доктора.

- Хирург проделал замечательную работу. Он сказал, что ты сможешь вернуть большую часть мобильности пальца. Ты что-нибудь чувствуешь?

- Я чувствую мою к тебе любовь.

Он уставился на нее мутным взглядом. Эми поняла, что он целиком и полностью под кайфом.

- Я имела в виду тактильные ощущения твоего пальца, - сказала она.

Он сделал неуклюжую попытку ее схватить.

- Иди сюда, я хочу тебя поцеловать. Я хочу на тебе жениться. Эми, о, моя прекрасная Эми, - он повернулся к ней с распростертыми объятиями.

Эми сделала шаг назад, и Чед опасно забалансировал на краю больничной койки. Его тело пошатнулась, и он как бы завис между спасительной поверхностью кровати и опасностью жесткого пола. Эми инстинктивно протянула руки, чтобы удержать его от падения. Но было уже слишком поздно. Он повалился на пол, увлекая ее за собой. Она шлепнулась на пол первой, смягчая его падение. Лежа не ней сверху, Чед взглянул Эми в глаза и произнес:

- Ах ты, маленькая проказница. Не могла дождаться пока меня выпишут из больницы.

- Думаю, меня сейчас стошнит, - сказала Эми. Эта позиция и дыхание Чеда, разбудили в ней кучу неприятных воспоминаний.

- Я знал, что ты меня хочешь, - произнес он и уткнулся ей в шею.

- Слезь с меня.

Эми попыталась его спихнуть, но безрезультатно. Она услышала, как приоткрылась дверь.

- Помогите мне, - пробормотала она.

Из-за плеча Чеда появилось лицо Джереми.

- Эй, вы двое, потише. Снимите гостиничный номер.

- Привет, приятель. Я же говорил, что заполучу эту девчонку, - заявил Чед.

- Джереми, пожалуйста, сними его с меня, - взмолилась Эми, все еще пытаясь спихнуть Чеда с себя.

- Что случилось?

Джереми вцепился в Чеда мертвой хваткой и поднял на ноги. Чед пошатнулся, затем обмяк в его руках как макаронина. Очень большая макаронина. Джереми толкнул его на койку.

- Он выпал с кровати. Я пыталась его поймать, - объяснила Эми.

- В следующий раз кричи «Поберегись!» и отпрыгивай в сторону, как лесоруб от поваленного дерева, - предложил Джереми.

Чед схватил Джереми за руку со словами:

- Мужик, я так ее люблю. Она мое все. Я так безумно ее люблю. Люблю ее волосы. Люблю ее глаза. Ее грудь.

- Эй, потише, горячий финский парень, - сказал Джереми, прервав Чеда прежде, чем он смог перечислить остальной анатомический перечень красот Эми.

- Ты говоришь о моей соседке по квартире, чувак. Как много морфина ему вкололи? - спросил он у Эми.

Голова Чеда дернулась в сторону Эми. Он улыбнулся в удивлении, что она все еще находилась в палате.

- Выходи за меня, Эми. Выходи за меня, - он перевел взгляд на Джереми и спросил. - Будешь моим лучшим чуваком-шафером на нашей свадьбе?

- Всенепременейше. Обязательно буду, все ради тебя, - Джереми поднял вверх поручни больничной койки. - Время байки-байки, чувак.

Эми склонилась над поручнем и обхватила Чеда ладонью за подбородок. Она подождала, пока его взгляд сфокусируется на ней, затем произнесла:

- Я не могу выйти за тебя замуж. Я не могу быть с тобой. Я не могу быть твоей девушкой, и я не могу с тобой встречаться. Я пришла сюда, чтоб тебе об этом сказать. Понимаешь?

- Ты такая забавная, - ответил Чед. - Обожаю твое чувство юмора.

Затем он закрыл глаза, а с лица его не сходила счастливая улыбка.

Эми тяжело вздохнула и повернулась к Джереми.

- И что мне прикажешь делать? Ничего не срабатывает.

- Он про это и не вспомнит, - сказал Джереми. - Тебе надо будет попытаться, когда он не будет накачан лекарствами.

Он потянул за дверную ручку и попытался выйти в тот же самый момент, когда в палату входила Джордан. Они столкнулись и отлетели друг от друга.

- Нам надо прекращать натыкаться друг на друга таким образом, - сказал Джереми.

Джордан рассмеялась.

- Прошу прощения. Я искала Эми. Сестры-близняшки сказали, что она здесь.

- Ах, а она тут.

Эми сделала шаг вперед.

- Джордан! Привет!

- Я люблю тебя! Ты мой маленький сладкий пирожочек, - внезапно очнулся Чед и принялся кричать ей в спину.

Эми рассмеялась и вытолкала Джордан из комнаты прежде, чем она смогла бы увидеть Чеда со словами:

- Не обращай внимания на этого пациента. Он под завязку накачан обезбаливающими и не понимает, что несет.

Как только они трое вышли из палаты, Чед прокричал:

- Не уходи. Эта женщина Иезавель. Она лесбиянка. Нет, она - Лезавель!

Джереми быстро захлопнул дверь. Он рассмеялся и махнул рукой в сторону Чеда.

- Бездомный чувак. Безумец. Локо, - он покрутил пальцем у виска. - Куку.

- Да уж, вижу, - сказала Джордан. Она улыбнулась Эми. - Я забежала, подумав, что ты захочешь пойти со мной на обед?

- Конечно, - ответила Эми.

Джордан посмотрела на Джереми.

- Знаешь, Джереми. Мне бы хотелось, чтобы ты пошел вместе с нами. Мне так до сих пор и не удалось познакомиться ни с одним из друзей Эми.

Эми и Джереми переглянулись. Джереми сложил ручки под подбородком.

- Обещаю, я буду вести себя хорошо, - сказал он, строя щенячьи глазки.

Эми рассмеялась.

- Хорошо, но ты угощаешь.

Джереми потер ладони.

- Идет. Но поскольку я угощаю, то мы пойдем на разведку в этот новый ресторан и узнаем, что он из себя представляет.

- Как он называется? - спросила Джордан.

- P.C.'s - ответил Джереми.

- Никогда не слышала о нем, - сказала Джордан.

- Он выступает за политкорректность, утверждая, что оставляет благодаря своей деятельности самый маленький углеродный след по сравнению с любым рестораном в мире. Это газ, - он сделал паузу и добавил: - Не в буквальном смысле газ, ты ж понимаешь.

Эми пребывала в раздумьях. Джереми и Джордан взяли ее за руки и произнесли хором:

- Ну же, пойдем, будет весело.

43. ЗОМБИ В РЕСТОРАНЕ.

Ресторан «P.C' s», как оказалось, находился в здании, в котором раньше располагался автосалон. Весь фасад здания был выполнен из стекла, а перед ним разместилась гигантская парковка. Для города с проблемами с парковкой, это было преимуществом. Эми задалась вопросом, не поэтому ли это место пользовалось таким успехом. Они приехали на машине Джереми. Это был Бьюик Ле Сэбр, доставшийся ему в наследство от бабушки. Они закинули велик Джордан в безразмерный кузов этого четырехколесного монстра.

- Я, на самом деле, очень люблю эту машину, но ее так трудно куда-либо приткнуть, - сказал Джереми, с облегчением вздыхая, после того, как они без труда припарковались. - Один из бонусов этого ресторана. Километры и километры парковки. Кто ж знал?

- Ага, но настолько ли хороша еда? - задалась вопросом Эми.

- Что ж, скоро выясним, - ответил Джереми. Они вылезли из автомобиля. Джереми с любовью похлопал капот своего бьюика.

- Как много автомобилей. Еда должна быть вполне приличной.

- Много именно больших автомобилей. Разве это в каком-то роде не лишает смысла это заведения? Ресторан органической и экологически чистой еды привлекает пожирателей бензина, поскольку обладает гигантским паркингом, - предположила Эми, как только они направились ко входу в здание, который, как оказалось, располагался чуть ли не в полукилометре от их машины.

- Не обязательно. Если их еда и не наносит вреда окружающей среде и даже ее поддерживает, то углеродный след от автомобилей сводят ее до уровня Бургер Кинг, - заметила Джордан, пока они проходили через стеклянные раздвижные двери.

Джордан окинула взглядом кабинки и стулья и пошутила:

- Знаешь, какое количество плюшевых игрушек было распорото, чтобы люди имели возможность устелить их шкурками это место?

Эми прыснула от смеха и приложила ладошку ко рту, как ребенок в церкви. Посетители перестали жевать и хмуро на них уставились.

Джордан была удивлена тем, как торжественна и почти что священна была обстановка в этом месте. Видимо, «P.C.» был очень серьезным предприятием. Она натянула на физиономию серьезное выражение и бросила ответный нахмуренный взгляд в сторону посетителей. Эми снова хихикнула, хрюкнув сквозь пальцы.

- Простите, - сказала Эми. - Это случается иногда, когда я смеюсь.

- Хрюкать запрещено, - сказала Джордан. - Разве ты не видела объявление на входе?

Эми снова хрюкнула. Джереми вышагивал в нескольких метрах позади, делая вид, что с ними не знаком.

- Можно нам назад? Подальше от других гостей?

- Конечно, - администратор подхватила три меню и произнесла: - Следуйте за мной.

- С превеличайшим удовольствием, - сказал Джереми, вышагивая позади ее виляющих из стороны в сторону бедер и пытаясь удержать свои глазные яблоки в глазницах. Администратор указала им на космических размеров кабинку, в которой без труда могли бы разместиться человек семнадцать.

В то время как Джордан поспешила занять место, Эми обратилась к администратору с вопросом.

- Что за автомобили продавали в этом салоне?

- Хаммеры, - ответила она. - Владельцы - «ЛеПроЖОЖ Интернейшнл» хотели заполучить наиболее скверное место, чтобы изменить его в лучшую сторону.

Когда она произнесла слово «изменить», то вскинула руки вверх и склонила тело, словно повторяя движения девушки, что открывает буковки на «Поле Чудес.».

- Прошу прощения. Вы только что произнесли ЛеПроЖОЖ?

- Да. Это акроним. Лесбиянки Против Жестокого Обращения с Животными, - объяснила администратор.

- Так значит это вегетарианский ресторан? - спросила Джордан.

- Вовсе нет, - ответила администратор. - Плоть мертвых животных служит основой изысканных блюд, однако животные эти, во время своей земной жизни были окружены заботой и считались частью семьи. Все наше мясо умерло естественной смертью. Животные не подвергались мучительной смерти, дабы их плоть была поглощена посетителями ресторана. Их жизнь не была прервана в самом расцвете сил, они дожили до самой старости и упокоились с миром.

- Понятно, - сказала Джордан. - Значит, если я закажу гамбургер, то происхождение котлеты будет вести корни от очень старой коровы.

- Вы совершенно правы. Телочкой из сегодняшнего меню была Соня. Она прожила свою жизнь в семье Йохансеннов из восточной Небраски. Она любила сено и солнечные дни, нежась в прудике.

- Я буду салат, - заявила Эми.

- Не хотели бы вы прослушать биографию вашей курочки, Флоренс?

- Нет, покорнейше благодарю. Но у меня есть еще один вопрос, - сказала Джордан. - Платье, что на вас одето, оно из пларна?

- Да. Так и есть. Вам нравится? - спросила администратор, очевидно восхищенная тем, что Джордан знала, что такое пларн. - Я сама его связала.

- Оно восхитительно, - сказала Джордан. На самом деле оно ей совсем не понравилось. Ей казалось, что оно выглядит неуклюже. И как его чистить? Если стирать, а потом сушить, разве оно при этом не расплавится? А если ты повесишь его сушиться, оно вполне может потерять форму и растянуться. Джордан подумала, что ни за какие коврижки не откажется от натурального хлопка. Администратор подсунула свою немаленькую грудь под нос Джереми.

- Хотите потрогать? Оно намного мягче, чем вы думаете.

Джереми был более чем счастлив подчиниться. Он провел руками вверх и вниз по телу девушки. На его лице было написано блаженство. Эми уже было потянула палец, чтобы тоже потрогать, когда Джордан со смехом одернула ее руку прочь. Джереми был по уши в страстном вожделении.

- Ты не хотела бы как-нибудь сходить со мной на свидание? - спросил он.

- С удовольствием. Вот моя карточка, - девушка вытащила из своего глубокого пларнового декольте визитку. Она была сделана из обычного картона. Как-то не в стиле «P.C.», подумала Джордан. Администраторша зашелестела в сторону своего поста у входа в заведение.

- Ух ты, это место реально потрясное, - воскликнул Джереми, изучая нежданно-негаданно заполученный телефонный номер.

- А что представляет из себя пларн? - спросила Эми.

- Это пластиковые пакеты, нарезанные в полоски и скрученные с косички как пряжа. Потом ты можешь связать из них, все, что угодно, - ответила Джордан.

- А у тебя есть одежда из пларна? - спросила Эми.

- Ну, уж нет, я даже не намерена таковой обзаводиться, - ответила Джордан. - По мне, так она слишком шумная. Прям как те штаны из парусины, что носят некоторые. Ты можешь услышать их за километр.

Джереми изучал столовые приборы, которые, казалось, были изготовлены из разрезанных консервных банок, с примотанными к ним изолентой ручками.

- Как-то уж очень мрачно, - отметил он.

Джордан посмотрела на свою вилку.

- Это похоже на то, чем могла бы пользоваться Тина Тернер в «Безумном Максе».

- Моей матери бы понравилось это место, - сказала Эми.

- Она использовала вторичную переработку задолго до того, как было выдумано само это слово. Откуда ты знаешь про всю эту фигню с пларном?

- Я как-то подгружала себе видео из Норвегии. Это было реалити шоу о вязании, там люди наблюдали за тем, как участники вяжут на протяжении девяти часов. Оно называлось «Тормоз ТВ» и пользовалось огромным успехом у норвежцев. Там были и другие видео, где можно было увидеть, как на протяжении двенадцати часов зарождался и горел огонь, как во время пятиминутных рекламных пауз собака, страдающая запором, вылизывала себе зад или же триста семьдесят восемь часов съемок из окна движущегося поезда. Ну, ты поняла смысл, - объяснила Джордан.

Удивленные до безобразия Джереми и Эми уставились на Джордан. Они пялились до тех пор, пока Эми не извергла вопрос на «миллион долларов»:

- Зачем?

- Не думаю, что тут была какая-то причина. Смотрела и все тут. Когда мои писательские потуги заходили в тупик, я смотрела эти видео, поскольку они были неимоверно скучными, занудными до такой степени, что вдохновляли меня сделать хоть что-нибудь. Я смотрела их так долго, сколько могла вытерпеть. Тогда я снова могла работать, потому что, чтобы я не делала, оно было не столь тоскливым как это шоу. А как только появилась ты, смотреть их отпала всякая необходимость. Ты моя настоящая муза.

Эми вспыхнула румянцем. Джордан обернулась к Джереми и спросила:

- Ты же понимаешь, что девушка, раздающая визитки в ответ на приглашение на свидание, может трахаться налево и направо, верно?

Он кивнул.

- Тут еще говорится, что она продает пищевые добавки Гербал Лайф.

- Я бы на твоем месте держалась бы от этого подальше, - сказала Джордан.

- У тебя может случиться реально пренеприятнейший понос, - добавила Эми.

- Помнишь, как Вероника и Вэлери переели этой фигни?

- О, да, - сказал Джереми. - Это было словно удар необузданного химического оружия.

- Обслуживающий персонал больницы грозился объявить забастовку, если близняшки будут продолжать сбрасывать вонючие бомбы, - поведала Эми.

- Их поддержал и административно-хозяйственный отдел. Помнишь, как они забили все туалеты, - добавил Джереми.

- Не могу поверить, что вы непринужденно разглагольствуете насчет поносов. Так у всех докторов заведено? - спросила Джордан.

У их стола возникла высокая и блондинистая официантка. Она была одета в длинное платье, сооруженное из пакетов из-под чипсов.

- Могу я предложить вам что-нибудь из напитков?

- Это пакеты из-под картофельных чипсов? - спросила Джордан.

- Да, это платье сшито из пакетов от картофельных чипсов, - с гордостью сказала официантка. - Весь мой гардероб сделан из соседского мусора.

- Хм. Если бы я сделала из соседского мусора свой, то носила бы платье из пивных банок и серьги из-под консервированной ветчины, - сказала Джордан.

Эми рассмеялась.

- А я бы была одета в коробочки от ресторанной доставки.

Джереми подхватил их шутки.

- Если бы мой сосед заказывал больше пиццы, я бы уже имел машину.

Официантка нахмурилась.

- Вы надо мной издеваетесь?

- Нееееееет, - в унисон произнесла троица.

Казалось, официантка была удовлетворена их ответом. Она вытащила свой блокнот.

- Так я могу предложить вам что-нибудь из напитков?

- А что у вас есть? - спросила Эми.

Официантка указала на меню ручкой.

- Напитки на последней странице.

Джордан склонилась над меню, изучая перечень напитков. Джереми заказал первым, ткнув в первую же строчку.

- Я буду Хорчату с лаймом.

- Что это? - спросила Джордан.

- Понятия не имею, но название потешное, - ответил Джереми.

- А что такое Тофдейка? - спросила Джордан.

- Это День Благодарения в бутылке. На вкус и запах как индейка с подливкой, но на самом деле там нет ни капельки мяса. Напиток сделан из тофу.

- Жидкая индейка с подливкой, - задумалась вслух Джордан. - Нет уж, благодарю. Я буду этот Чари-чай.

- А что такое Настоящий Угорь? - спросила Эми.

- Тоже же, что и написано, - ответила официантка.

- Хорошо, я возьму Лимонный яд.

- Хороший выбор.

Официантка и ее чипсово-оберточное платье ушуршали прочь.

- Если с выбором напитков было так напряжно, как же мы выберем, что поесть? - задалась вопросом Эми.

Как по волшебству промелькнула вспышка чего-то белого и перед ними возникла Петронелла.

- Держитесь подальше от всего, где в названии мелькает слово «белка», - предупредила она.

- Петронелла? Как ты… Где ты… - пробормотала Джордан. - Что ты здесь делаешь?

- Праздную с Ирмой, - ответила Петронелла. Она указала в конец зала, где за столиком сидела и махала им Ирма. На ее лице была широкая улыбка. Джордан как на автопилоте помахала ей в ответ.

- Что вы отмечаете? - радостно спросила Эми.

- Наш юбилей, - ответила Петронелла.

- Ваш что? - не поняла Джордан.

Петронелла улыбнулась.

- Мы вместе уже 19 часов. Мы чрезвычайно счастливы. Мы влюблены друг в друга.

- Секс замечательно улучшает настроение. Он повышает уровень серотонина в крови и вам кажется, что вы влюблены, - вклинился в разговор Джереми.

Петронелла бросила на него взгляд.

- Мужчины, - ухмыльнулась она. - Они совершенно не разбираются в сердечных делах. Думают только своими пенисами.

- Прошу прошения. Мой пенис вполне себе романтичен, - возразил Джереми.

- Как я и говорила, - продолжила Петронелла разговор с Джордан, окинув Джереми последним обжигающим взглядом, - я хотела бы тебя поблагодарить за то, что ты познакомила меня с Ирмой. Она восхитительна. Она помогла до конца осознать весь мой потенциал: как женщины, как феминистки, как поэтессы, как преподавателя, а сейчас и как создателя перформанса. Она заставила меня понять, как же я, и на самом деле, экстраординарна.

- Я и понятия не имела, что ты до этого не осознавала своей экстраординарности, - сказала Джордан.

- Я не осознавала этого до конца. До тех пор, пока не оказалась на грани нервного срыва, вся покрытая краской. А потом появилась Ирма.

Ее глаза увлажнились. Джордан протянула Петронелле салфетку, та принялась смахивать с ресниц слезы счастья.

- И все это за каких-то девятнадцать часов? - спросила Эми.

- Девятнадцать часов по лесбийскому времени приравниваются к трем годам по обычному. Они, наверняка, уже съехались.

Петронелла кивнула.

- Сегодня утром мы взяли из приюта котенка.

- Срань Господня, - выпалила Эми.

- Ты не любишь котят? - в ужасе воскликнула Петронелла.

- Да нет. Это все он, - Эми указала на вход в ресторан, в стеклянную дверь которого только что врезался Чед. - Мне нужно спрятаться прежде, чем он меня заметит.

Эми скользнула под стол и затаилась в первом же возможном для этого месте - под юбкой Петронеллы.

- Ой! - вскрикнула Петронелла.

- Прошу прощения, - произнесла Эми и забилась ей между бедер. - Притворись, что меня тут нет.

Петронелла захихикала.

- С каких таких пор ты научилась хихикать? - спросила Джордан.

Чед, пошатываясь, направился к их столику. На нем был надет лишь больничный халат, открытый со спины. Его кисть была перевязана, в обеих руках торчали трубки от катетеров. Его волосы стояли дыбом, а в стеклянном взгляде застыло дикое выражение.

- Где она? Куда ты ее спрятал? - Чед ткнул в Джереми пальцем. Осознав, что повязка мешает ему указывать, он сменил руки. Теперь ткнуть в Джереми пальцем получилось. - А ну, рассказывай, что ты сделал с моей Эми, - пригрозил он.

- Приятель, не понимаю, о чем ты говоришь, - сказал Джереми. - Тебе нельзя здесь находиться. Твой палец может не перенести весь этот стресс.

Чед склонился над столом, размахивая вокруг себя перевязанной рукой.

- Вы знаете, где она!

Джордан, Петронелле и Джереми пришлось втянуть головы в плечи и отклониться назад, чтобы не схлопотать по лицу. Чед склонился ниже. Его лицо оказалось нос к носу напротив лица Джордан. Невнятно он пробормотал:

- Она моя. Куда ты ее спрятала, ты, ты - Лезевель? Я тебя предупредил. Держись от нее подальше. Она моя, - он выпрямился в полный рост и стал бить себя в грудь словно Тарзан, с криком: - Моя, моя, моя!

- Кто этот безумец? - спросила Петронелла, похлопывая Эми по голове, чтобы приободрить.

На горизонте появилась официантка в измятом вусмерть платье и мужчинка, одетый в костюм тройку из искусственного газона.

- Сэр, вам нельзя здесь находиться, - сказал Искусственный Газон. Он схватил Чеда под локоть, стараясь выпроводить к выходу.

Чед споткнулся и вырвал руку из захвата.

- С какого такого перепугу нет? - выплюнул он слова. - Я клиент. Клиент всегда прав.

- На вас нет штанов, а в нашем заведении есть строгие правила на этот счет, - заявил Искусственный Газон.

Чед попытался взглянуть через левое плечо на свою задницу. Он вертелся кругами словно собака, пытающаяся поймать свой хвост. От вращений у него закружилась голова, тело покинуло орбиту, и его отбросило по инерции на соседний столик. На пол с грохотом посыпались посуда, столовые приборы и стулья. Чед налетел сверху на двоих посетителей, и они свалились под стол, образуя одну гигантскую кучу-малу.

- Думаю, нам надо рвать когти. Сейчас же, - сказал Джереми.

- Согласна, - сказала Петронелла.

- Но как мы выведем Эми, не показывая ему на глаза? - заговорщически прошептала Джордан.

- Ага. Как? - раздался снизу приглушенный голос Эми.

- Под моей юбкой, - сказала Петронелла. - Эми, пригибайся настолько низко, насколько сможешь, держись за мои бедра и шагай со мной нога в ногу. Вы двое, - она ткнула пальцем в Джордан и Джереми, - идите рядом и ведите себя естественно.

Они начали свое медленное шествие в сторону выхода. Петронелла шагала, выгнув спину и расставив пошире ноги, а ее юбка вздымалась спереди и подпрыгивала каждый раз, когда касалась головы Эми. Джордан и Джереми поддерживали Петронеллу за локти с обеих сторон.

- Расступитесь, - сказал Джереми. - Это будущая мать.

- Хорошее прикрытие, - прошептала Джордан.

- Осторожнее. Идет беременная женщина, - произнесла она громче.

Сзади них раздавалось все больше и больше грохота. Чед встал на ноги, его отшвыривало от столика к столику как пинбольный шарик.

Официантка открыла перед ними входную дверь.

- О, мне так жаль, по поводу всего произошедшего. Прошу вас, возвращайтесь, как только мы избавимся от Зомби, - сказала она.

Эми рассмеялась под юбкой. Петронелла шлепнула ее по голове. Официанта ошарашено наблюдала за тем, как Петронелла ударила ребенка.

- Ваш малыш только что рассмеялся?

Петронелла улыбнулась и сказала:

- Мой малыш очень одарен.

В ту же секунду прямо напротив них резко затормозил белый мерседес. За рулем сидела улыбающаяся Ирма. Джереми открыл заднюю дверь. Петронелла с Эми запрыгнули на сидение. Не успела Петронелла закрыть дверь, как Ирма уже втопила педаль газа в пол, и машина вылетела со стоянки. Джордан и Джереми только и осталось, как смотреть им вслед.

После умопомрачительного поворота на главную дорогу, голова Эми выглянула из-под юбки Петронеллы. Она вползла на сидение и выглянула в заднее стекло.

- А как же остальные?

- Не беспокойся, - Ирма вела одной рукой, а другой набирала номер на сотовом. Через секунду, она произнесла: - Агент Джордан, это агенты Черный Епископ и Снежная королева. Ваша посылка у нас.

После секундной паузы она продолжила:

- Черный Епископ позаботится о посылке. Ваша миссия, и вы должны ее принять, заключается в том, чтобы сбить Безумца в Платье со следа.

Через еще одно мгновение:

- Черный Епископ входит в режим радиомолчания. Конец связи.

Эми уставилась на Ирму широко раскрытыми глазами.

- Кто ты?

Ирма подмигнула Эми в зеркало заднего вида.

- Ирма - Черный Епископ - тайный агент Матушки России. Не волнуйся. Ты в хороших руках.

Петронелла с обожанием уставилась на Ирму. Краем рта она прошептала:

- Ну, разве она не захватывающая?

44. ВРЕМЯ МАРТИНИ.

Эми раскинулась в шезлонге. Вокруг головы у нее было повязано влажное полотенце. Она чувствовала себя разбитой, очень разбитой - казалось без помощи психиатра уже не обойтись. Ее голова раскалывалась на части.

- Мне очень жаль, что тебе пришлось через все это пройти, - призналась Джордан. - Никто не должен подвергаться таким бесчеловечным пыткам. Надо сообщить об этом в ЦРУ. Этот метод расколет любого террориста за полчаса.

Они сидели на заднем дворе дома Джордан. Джордан посчитала, что разместить Эми на садовой мебели вне стен дома будет безопаснее, чем позволить ей увидеть внутреннюю разруху.

После спасения из ресторана, Петронелла отвезла Эми к себе домой и заперла в студии. Там она продолжила читать ей вслух все стихотворения, которые она когда-либо написала. Ирма была в полном восторге. Эми не особо. Тремя часами позже, Ирма доставила тело Эми до дома Джордан. Жажда поэзии Эми была пресыщена до такой степени, что она поклялась больше никогда слушать или читать стихов, даже детских.

- Почему ты просто не схватила ключи и не сбежала? - спросила Эдисон, протягивая Эми лаймовый мартини. Эми никогда не пила мартини до этого. У нее никогда до этого не возникало необходимости в употреблении крепких напитков. Стоит отметить, что до этого она никогда не оставалась запертой в комнате наедине с эгоманиакальной поэтессой.

Эми стянула с головы холодный компресс, сделала добрый глоток мартини и снова разместила компресс у себя на лбу.

- Потому что Петронелла поместила ключи в свои трусы для пущей сохранности. Вас, наверное, может заинтересовать тот факт, что на трусах у нее изображены щенки и котята. Как помните, я провела какое-то время под ее юбкой, - поведала Эми.

- Когда это Петронелла начала носить юбки? - задалась вопросом Эдисон.

- Более актуальным вопросом будет: когда она начала носить нижнее белье, - ответила Джордан.

- Позволь мне объяснить. Так случилось, что теперь я знаю об этом все, - сказала Эми, выпрямляясь в шезлонге и делая еще один глоток мартини. Похоже, ее начало потихоньку отпускать. - Она сказала, что юбки направляют ее к более женственной природе ее естества, она будет тренироваться их носить, и что она сможет в будущем срывать их с себя во время выступления на сцене, открывая взору зрителя свой виниловый брючный костюм.

Эдисон и Джордан пытались осмыслить сказанное. Тем временем, Эми продолжила:

- А щенки и котята напоминают ей о том, что нет ничего постыдного в том, чтобы чувствовать себя слабой и беззащитной. Это часть жизненного цикла. Или что-то в этом духе.

- Ее зубы все еще голубые? - спросила Эдисон.

- Теперь, когда ты упомянула об этом, да, они имели голубоватый оттенок, - сказала Эми, невольно содрогаясь.

Джордан отпила мартини из бокала Эми. Она на обычно не пила мартини, но сейчас ее озарило, что Эми была у нее дома, сидела на ее заднем дворе, и это было совсем не так, как она представляла появление Эми в ее доме в первый раз. Она хотела, чтобы ремонт в доме был окончен, и его можно было бы показать во всей красе, а не в таком отчаянно скверном состоянии. Она боялась, что Эми приравняет сегодняшний хаос с внутренним «Я» Джордан. Что, в общем-то, было близко к истине, поразмыслила Джордан, допивая мартини.

- Эдисон, может, тебе стоит сделать Эми еще один мартини, - сказала Джордан, протягивая ей пустой бокал.

- Я тебе тоже сделаю.

- Я не пью мартини, - сказала Джордан.

- Хорошооооооо, - согласилась Эдисон, поспешив обратно в дом.

Желудок Джордан издал недовольный звук. Она умирала с голода, и ей необходимо было в ближайшее время что-то перекусить. Может, она могла бы приготовить ужин, и Эми бы имела возможность оценить, как выглядит дом при свечах. Это могло бы быть даже романтичным.

Эдисон вернулась с двумя бокалами мартини. Она протянула их Эми.

- Это на случай, если тебе понадобится еще один, - она слегка кивнула в сторону Джордан.

- Спасибо. Я чувствую себя намного лучше. Думаю, водка прогнала назойливый шум из моей головы, - сказала Эми.

Эдисон присела в соседнем шезлонге. Джордан уставилась на Эдисон, пытаясь глазами донести кое-что до ее сознания. Эдисон качнула головой, не понимая, что происходит. Джордан махнула головой в сторону дома. Эдисон приподняла глаза в немом вопросе. Эми внимательно наблюдала за всем этим действом со стороны.

- Что вы обе делаете? - спросила она.

Джордан, заикаясь, начала говорить:

- Э...О, Эдисон, разве ты не опоздаешь?

- Опоздаю? - спросила Эдисон. - Куда?

- Ну, сама знаешь...туда.

- Туда?

- Да, туда, - бросила Джордан, теряя терпение. - Туда, куда ты ходишь каждую неделю в это самое время.

Наконец, до Эдисон дошло, что Джордан хочет, чтобы она испарилась.

- О! Это, - Эдисон подскочила на ноги. - Мне лучше поторопиться. Пока, Эми.

- Ты уверена, что тебе нужно так спешить? - спросила Эми.

- Ну... - заколебалась Эдисон, опускаясь обратно в шезлонг, - я пожалуй, могла бы еще задержаться на...

- Нет, ты не можешь, тебе нужно идти, - резко прервала ее Джордан. Ты же знаешь, какими они становятся, когда ты опаздываешь.

Эдисон снова вскочила на ноги.

- Верно. Они становятся по-настоящему...

- Опасными, - окончила Джордан.

- Ужасными, - в то же время произнесла Эдисон.

- Я как раз и имела в виду «ужасными», - поправилась Джордан.

- Опасными, - одномоментно произнесла Эдисон. - Опасными и ужасными, - и тут же ляпнула. - И несчастными.

- Так, прекращайте рифмовать. Еще больше стихоплетства я уже не выдержу, на сегодняшний день хватит, - сказала Эми, массируя виски.

Эдисон нервно рассмеялась и отступила на пару шагов назад.

- Ну, тогда пока! - она обернулась и посеменила обратно в дом, оставив Джордан и Эми наедине.

Джордан хмыкнула и произнесла:

- Эдисон, конечно, гениальна, но иногда так нещадно тупит.

- Ты на самом деле о ней заботишься, - сказала Эми. - А она заботится о тебе.

- Ага, - согласилась Джордан, - мне сказочно повезло иметь такого друга, как она.

- Джереми и Изабель - самые близкие друзья, что у меня когда-либо были. В медицинской школе была такая огромная конкуренция, что сближаться с кем-нибудь было по-настоящему опасно, - она глотнула мартини.

- А на работе? - спросила Джордан. Она снова отпила мартини из бокала Эми.

- Мы все дружелюбны друг с другом, но не дружим, понимаешь, о чем я? Если ты хочешь стать руководителем отделения или попасть на «теплое» местечко, то тебе придется карабкаться по головам других. Так что, люди не особо сближаются друг с другом.

- Ты все еще карабкаешься? - Джордан не была уверена, чего Эми ждет от своей карьеры. Что, если постоянная девушка помешает этим планам?

- Единственное место, где бы я хотела работать - это Неотложная Помощь. Я люблю практику. Я вовсе не заинтересована становиться Начальником Отдела по Охране здоровья или Хирургии. Оставлю эту участь людям типа Чеда. Даже Джереми хочет только лишь помогать людям. Поэтому мы и подружились. В конечном итоге, он хочет отправится заграницу и работать в странах Третьего Мира. Но я б наверное не смогла, меня воротит от тамошней еды.

Улыбка Джордан стала шире. Она наклонилась и слегка поцеловала Эми в губы.

- Так значит то, что у тебя теперь есть девушка, не спутает твои планы?

- Нет, глупенькая.

Джордан пришла к грандиозному для себя выводу. Если Эми была готова разделить свою жизнь с Джордан, то этот, застрявший в хроническом кошмаре перестройки дом, не должен ее остановить.

- Не хочешь войти внутрь? Если ты пообещаешь не обращать внимания на разруху, что образовалась в процессе перестройки, то я пообещаю не завязывать тебе глаза. Я приготовлю нам что-нибудь поесть.

При упоминании о еде, желудок Эми заурчал. Она захихикала.

- Думаю, это определенно «Да».

- Хорошо, - сказала Джордан и прикончила остатки мартини.

- Просто имей в виду - дом в процессе обновления.

- Как и все мы, - сказала Эми.

45.СОУС ДЛЯ ПИЦЦЫ.

Как только Эми ступила внутрь дома, у нее перехватило дыхание от торжественности увиденного. Величественная центральная лестница хотя и требовала дополнительной отделки, всем своим видом подразумевала, что спускающиеся по ней благородные дамы в длинных, развивающихся платьях должны быть заключены в страстные объятия своими возлюбленными и вознесены наверх на руках в порыве необузданной страсти. Витражи в первом пролете лестницы были все еще в приличном состоянии, а струящийся сквозь них свет поддерживал внутри очаровательную атмосферу.

- Это самый лучший дом, который я когда-либо видела, - воскликнула Эми благоговейно.

- Там гостиная, - махнула рукой Джордан, указывая направление. - Здесь столовая, - она снова махнула рукой. - На втором этаже четыре спальни. В одной живет Ирма, если она еще не переехала к Петронелле. В другой - Эдисон. Две - не заняты. На третьем этаже располагается лаборатория Эдисон, о ней мы говорить не будем, а в мансарде моя студия - там живу я. Со временем, я сделаю себе отдельную спальню.

- Я позволяю тебе на этот раз сократить тур по дому, и то, только потому, что я умираю с голода, - сказала Эми.

- Кухня здесь, - сказала Джордан.

Некогда грандиозная кухня выглядела как сцена из фильма-катастрофы 70-х годов о землетрясении в Сан-Франциско. Ей уже почти что привиделось, как из кладовки выпрыгивает Чарлтон Хестон в разорванной и окровавленной рубашке, кричит: «Дамы вперед!» и выбрасывает их прочь из горящего здания.

Эми взглянула на это с другой стороны.

- Это как начать с чистого листа. Эта кухня может стать любой, какой ты пожелаешь.

Джордан понравился оптимизм Эми.

- Плита все еще работает. Просто придется приготовить, что попроще. Думаю, у нас была пицца. Конечно же, пицца не единственное блюдо, что я способна приготовить, - сказала Джордан, открывая коробку с замороженной пиццей с пеперони.

Эми была впечатлена тем, как быстро Джордан смогла отыскать путь к плите, учитывая, что та пользовалась ей совсем не часто. Пол был заставлен кухонными шкафчиками, столешница представляла собой кусок фанеры на импровизированных козлах, а сама плита наполовину была втиснута в кладовку, так, что открыть дверцу духовки полностью не представлялось возможным. Неудивительно, что она готовила только пиццу, это была единственная еда, которую можно было бы запихнуть в духовку. И даже для этого пиццу приходилось переворачивать вертикально и помещать внутрь на манер монетки, которую кидают в вендинговый аппарат.

- Но мой кулинарный шедевр - это хот-доги.

Эми рассмеялась. Джордан произнесла с ультра-торжественным выражением:

- Я серьезно, и почему ты смеешься? Я могу приготовить хот-доги дюжиной способов. Вареными, запеченными, жареными, подрумяненными, ломтиками, кубиками, на палочке, во фритюре, в кляре...

- Ладно, ладно, я поняла.

- Я, как Форрест Гамп от хот-догов.

- Я не насмехаюсь над твоими кулинарными талантами. Я смеюсь над твоим носом, - сказала Эми.

- Моим носом?

Эми ухватилась пальцами за воротник рубашки Джордан и притянула ее поближе.

- Ага. У тебя на кончике носа капелька соуса для пиццы.

- Ты что, флиртуешь со мной? - спросила Джордан, притягивая бедра Эми поближе к своим собственным.

- Нет, - ответила Эми. - Флиртую я вот так.

Она встала на носочки и слегка поцеловала Джордан в губы. Поцелуй стал более страстным. Джордан прижала Эми спиной к стоящему посреди кухни холодильнику.

- Упс, - Эми ударилась головой о дверцу.

Джордан рассмеялась. Эми потерла затылок.

- Находишь это смешным? - спросила она.

- Я смеюсь не из-за этого, - ответила Джордан. - Я смеюсь, потому что у тебя на кончике носа соус от пиццы.

Эми захихикала и уже, было, протянула руку, чтобы его стереть, но Джордан ее перехватила.

- Позволь мне.

Она поцеловала Эми в кончик носа, сделала шаг назад и облизнула губы.

- Хммм, думаю, надо добавить чеснока.

Эми потянулась, чтобы снова поцеловать Джордан, но споткнулась о горку сковородок и кастрюль, сваленных прямо на полу. Сковородки ударились о стену, а Эми снова отлетела к дверце холодильника. Она рассмеялась, расправила одежду и сделала шаг в сторону Джордан. В этой попытке Эми поскользнулась на противне, который словно скейтборд отправил ее прямиком в объятия Джордан. Джордан рассмеялась.

- Может нам стоит присесть? Так будет безопаснее.

- Думаешь? - спросила Эми. Она оглянулась вокруг, осматривая пол на предмет завалявшейся там банановой кожуры. Эми подумала, что еще одну поездку в отделение Скорой Помощи она не переживет. - Кто хранит свою кухонную утварь на полу?

- Люди без функционирующих кухонных шкафчиков, - сказала Джордан. Она нашла за шкафчиками два стула и поставила их друг на против друга посредине кухни. Эми села, а Джордан заглянула в духовку.

- Уже совсем скоро. Она почти готова.

Джордан села на другой стул, вытащила из кармана свой мячик-тренажер и сжала его.

- Ты тренировалась? - спросила Эми.

Джордан кивнула.

- Я могу уже почти полностью сжимать его. И это ко всему прочему неплохо снимает стресс.

Эми пригляделась поближе. Ткнув пальцем в точку на его боку, она спросила:

- А это что такое?

Джордан улыбнулась и протянула ей мячик.

- Эдисон нарисовала на нем сосок. Подумала, что это сможет вдохновить меня его сжимать.

Эми рассмеялась.

- А у нее хорошо с воображением.

- Что есть, то есть. Если бы она еще научилась доводить дела до конца.

Пришел Мистер Пип и потерся о ногу Джордан. Она почесала его зад, и кот громко замурчал.

- Можно задать тебе вопрос? - спросила Эми.

- Конечно.

- Как ты определяешь для себя разницу между подругой и девушкой, с которой хочешь встречаться?

- Ну, - ответила Джордан, - если я сжимаю их грудь и чувствую, будто сжимаю мячик-тренажер, то это без сомнения подруга.

Эми рассмеялась.

- Я называю это сиськатест.

- Полагаю, после этой части повествования я должна позволить тебе сжать мои?

- Ну, если ты на этом настаиваешь, - она наклонилась вперед и поцеловала Эми.

Как только поцелуй стал более страстным, Джордан сползла на колени между ног Эми. Эми обвила свои руки вокруг шеи Джордан, сложив ладони на воротнике ее рубашки. Мячик выскользнул из рук Джордан и попрыгал от них прочь по полу. Никто из них не обратил на это не малейшего внимания. Джордан переместила свои губы на шею Эми, спустившись ниже, она прикусила ее плечо. Эми вздрогнула.

- Ты в порядке? - прошептала Джордан ей на ухо.

- Лучше, чем в порядке, - Эми обвила пальцами шею Джордан и придвинулась к ней ближе. Она втянула своими губами нижнюю губу Джордан и почувствовала неизведанную до этого реакцию своего тела. Словно ее тело поступало по собственному велению. Джордан слегка прикусила Эми за шею.

- У тебя тут немного соуса, - сказала она, опускаясь ниже и не переставая прикусывать.

Эми задрожала.

- Упс, и на ключице чуть-чуть.

Эми застонала, когда Джордан прошлась языком вдоль ее ключицы.

- Подожди. Тут еще соус. Позволь я его сотру, - чуть слышно прошептала Джордан.

Она приподняла блузку Эми, продолжая прикусывать и ласкать языком, одновременно расстегивая застежку от бюстгальтера и исследуя губами мягкую округлость ее груди. Дразня, она поигралась с возбужденным соском языком, а когда Эми застонала, втянула его в рот. Эми обвила ногами талию Джордан, выгнув спину назад. Ей казалось, что каждый нерв, каждая частичка ее тела была в огне.

- Пожар, - раздался чей-то голос.

- А то, - ответила Эми.

- Пожар! - голос уже кричал.

Эми распахнула глаза. Пожар? Где?

На пороге кухни стояла Эдисон, держа в руке желтый сиськамячик. Она уставилась на облако черного дыма, поднимавшегося от плиты.

- Духовка горит!

Как только появились синие и оранжевые язычки пламени, Джордан резко вскочила на ноги. Мистер Пип завопил, выгнул спину, зашипел и запрыгнул на один из кухонных шкафчиков. Джордан переминалась с ноги на ногу и одновременно махала руками, не прекращая причитать: «Огонь, огонь, огонь, огонь». Сначала Эми подумала, что она пытается разогнать дым, потом до нее дошло, что Джордан была слишком перевозбуждена и прыгала на месте, потому что просто не знала, что делать.

Через секунду включилась пожарная сигнализация. Пока раздавался этот пронзительный звук, разговаривать друг с другом было не реально. Эдисон подбежала к плите, хватая по пути прихватку с холодильника, надела ее и попыталась открыть дверцу духовки. Она смогла приоткрыть ее всего на чуть-чуть. Их духовки повалил густой черный дым. Эдисон закашлялась и принялась отмахиваться прихваткой.

Эми рывком опустила блузку вниз, подбежала к плите и выключила ее.

Джордан устремилась к раковине и врубила воду на полную мощность. Она вытащила из раковины гибкий шланг и направила распылитель в сторону горящей плиты. Поток воды описал дугу почти через всю кухню и приземлился прямиком на макушку Эдисон.

Эдисон заорала, сбросила прихватку на пол и бросилась в сторону, спасаясь от струи воды, не прекращая откашливаться от дыма.

Джордан бросила шланг и упала на колени перед одним из кухонных шкафчиков. Она открыла дверцы и заглянула внутрь. Джордан что-то прокричала, но Эми не могла расслышать ее слов из-за рева сигнализации. Джордан распахнула еще одну дверку и принялась выкидывать из ящика коробки и консервные банки на середину кухни. Открыв дверцы третьего шкафчика и порывшись внутри, она вытащила оттуда огнетушитель.

Она помчалась к духовке с огнетушителем наперевес, направив вперед сопло распылителя, но поскользнулась на прихватке, которую уронила до этого Эдисон. Ее ноги взлетели в воздух, а задница грохнулась на линолеум. Поток пены из огнетушителя взметнулся вверх как фонтан.

Эми побежала к ней на помощь. Ее ноги разъехались по полу на белой пене от огнетушителя, и она упала, приземлившись рядом с Джордан. Эдисон умудрилась вскочить на ноги, подбежать к Джордан и вырвать огнетушитель из ее рук. Она направила сопло в сторону духовки.

К несчастью, дым был настолько густой, что она не смогла видеть, где же находится плита, поэтому Эдисон распылила огнетушитель по всей кухне. Пламя исчезло, но из всевозможных щелей в плите все еще валил черный дым.

Эми осторожно поднялась с пола, ее ноги все еще разъезжались в стороны. Она обернулась и увидела Джордан, стоящую со стулом в поднятых над головой руках. Она целилась в датчик пожарной сигнализации, висящий на стене прямо над дверным проемом. Джордан била в датчик ножкой стула. Она с успехом проделала уже три дырки в гипсокартоне, не притронувшись к цели.

Эми выхватила стул из ее рук. Поставив стул на пол, она забралась на него сверху и выдернула аппарат из стены. Джордан забрала пожарную сигнализацию из ее рук и бросила в раковину.

Эдисон направила на датчик струю воды. Аппарат завизжал, запищал, заблеял, срыгнул и заткнулся.

Тишина.

Эми закашлялась.

Джордан распахнула окошко над раковиной.

Эдисон выключила воду и молча промаршировала мимо них из кухни.

- Думаю, она не особо счастлива, - предположила Джордан.

Девушки посмотрели друг на друга. Обе были покрыты белой пеной и насквозь пропахли дымом от обугленной пиццы.

- Что ж, - заключила Эми. - Повеселились.

- Что теперь?

- Может, нам следует пойти ко мне домой.

- У тебя есть хот-доги?

- У меня есть кое-что получше, - улыбнулась Эми. - Ванна.

46. ВАННА С ПУЗЫРЬКАМИ.

Получасом позже Эми и Джордан находились в ванной в доме Эми. Джордан была обнажена и по уши погружена в пенные пузырьки. Завернутая в банное полотенце Эми сидела на краю ванны спиной к Джордан. Эми была уже не совсем уверена в том, что затея с ванной была удачной мыслью. Ну, ее тело-то как раз не возражало. Ее тело было готово на все сто - вперед и с песней. А вот в мыслях она сомневалась. В ее мозгу всплывали все новые и новые вопросы. «Что если я покажусь ей не привлекательной? Она видела с дюжину обнаженных женщин, вдруг она подумает, что у меня очень большая задница? Вдруг она подумает, что у меня слишком маленькая грудь? Что, если я начну заниматься с ней любовью и сделаю что-нибудь не так?».

- Так ты ко мне присоединишься? - спросила Джордан.

- Сказать по правде, я немного нервничаю, - ответила Эми. - Я никогда еще такого не делала.

- Не принимала ванну? - поддразнила Джордан.

- С голой лесбиянкой в ней - нет, - ответила Эми.

Джордан рассмеялась.

- Включи в себе доктора. Ты же постоянно видишь обнаженных женщин, верно?

- Я не переживаю из-за того, что я смогу увидеть тебя. Я переживаю из-за того, что ты увидишь меня.

- А если я пообещаю, что не буду подсматривать?

- Можно я выключу свет?

- Хорошо. Если это единственный способ затащить тебя ко мне в ванну.

Эми потянулась к выключателю и нажала на него. Комната погрузилась в темноту. Она стыдливо позволила своему полотенцу упасть на пол. Скользнув в ванну напротив Джордан, она застонала от удовольствия, как только ее поглотила горячая вода.

- Видишь? Прием ванны с голой лесбиянкой не так уж и страшен, верно?

- Я могла бы легко к этому привыкнуть, - прошептала Эми.

Джордан взяла Эми за лодыжки и притянула ее ноги к себе, разместив поверх своих. Эми откинулась на спину, опустив голову на край ванны, и расслабилась, в то время как Джордан принялась массировать ей ступни. Никто до этого никогда не массировал ей ноги. Она чувствовала себя замечательно. Забавно, но прикосновения Джордан к ее ступням, казалось, были более чувственными и сексуальными, чем руки Чеда, блуждающие по всему ее телу. Означало ли это, что она всю жизнь была лесбиянкой, но не осознавала сей факт? Означало ли это, что она влюблена в Джордан? Или это была лишь похоть? И почему в ее голове роится так много вопросов одновременно? Почему бы ей просто не отогнать их прочь и отдаться на волю чувствам? Просто чувствовать?

- О чем ты задумалась? - спросила Джордан.

- О том, как это приятно, когда ты массируешь мне ступни, - ответила Эми.

- Подожди, пока я смогу массировать тебя обеими руками одновременно.

Эми еще глубже опустилась в ванну. Джордан переключилась на другую ногу.

- Можно задать тебе личный вопрос? - спросила Эми.

- Конечно.

- Ты была лесбиянкой всю свою жизнь?

- Пока еще нет.

Эми рассмеялась.

- Ты знаешь, что я имела в виду.

- Да, наверное, большую часть. Я пыталась встречаться с парнем в старших классах школы, но не сработало, - продолжила Джордан.

- Почему? Что случилось?

- Я целовалась с его сестрой.

Эми рассмеялась.

- Так то, что я голая и чувствую себя так, как будто занимаюсь любовью, это нормально, даже если я не была раньше лесбиянкой?

- О, вполне нормально. Но я должна задать тебе один вопрос, - предупредила Джордан.

- Хорошо.

Джордан провела ладонями по бедрам Эми, так, что та вздрогнула.

- Тот психованный парень в ресторане. Это был тот самый из больничной палаты, верно?

- Ага, - ответила Эми, и ей совсем не нравилось, куда завернула тема разговора.

- Он ведь не бездомный, верно? Он с тобой знаком.

- Да. Мы знакомы. Его зовут Чед Дорринг. Он доктор в моей больнице, - вода внезапно стала для Эми холодной. Она задрожала, но в этот раз не от удовольствия.

- Кем он тебе приходится? Бывший парень?

- Нет, - запротестовала Эми. - Он не мой парень.

- Потому что, если он... - продолжила Джордан.

- Я с ним не встречаюсь, клянусь, - сказала Эми. - Я больше не хочу о нем говорить, ладно?

Последовала длительная пауза, затем Джордан сказала:

- Хорошо. Так на чем мы остановились?

- Вот здесь, полагаю, - Эми наклонилась, чтобы поцеловать Джордан.

Все закончилось отфыркиванием от пены и полным ртом мыльных пузырей.

- Что это было? - спросила Джордан.

- Я пыталась тебя поцеловать.

- О. Что ж, вместо этого ты лицом ткнулась мне в подмышку.

Они рассмеялись.

- Ты уверена, что не хочешь добавить немного света? Самую малость?

- Знаешь что, - Эми выбралась из ванной со словами: - Жди прямо здесь. Я принесу несколько свечей.

Джордан услышала, как открылась и закрылась дверь. Она опустилась в теплую воду, и ее мысли потекли сами по себе. Конечно, когда она перестала их придерживать, то они взяли курс на физическое удовольствие. Она представила Эми при свете свечей. Обнаженную Эми. Губы Эми. Губы Эми, целующие ее. Грудь Эми, такая влажная и мыльная. Живот Эми. Бедра Эми. Открылась дверь.

- Прикройся, я вхожу.

- Что? - пропищала Джордан.

- Извини, я не могу больше терпеть, - ответил женский голос. - Я срочно должна пописать. Я быстро.

Джордан затаила дыхание, надеясь, что эта назойливая девушка была соседкой Эми по дому. Может, если она будет молчать, то та поспешит и быстро пописает, а затем уйдет. Джордан услышала, как заелозила обувь по полу в ванной комнате, потом раздался звук расстегиваемой молнии, а затем кто-то стал писать в туалет.

- Извини Эми, но мне пришлось. Я не хотела прерывать твою Дзен ванну, или что ты там вытворяешь, но я подумала, что обязана тебя кое о чем предупредить.

Значит, писающая девушка приняла ее за Эми! Джордан оказалась в затруднительном положении. Она не знала, что предпринять. Если бы она сказала, что она не Эми, как бы она смогла объяснить свое присутствие в ванной. И она не была уверена в том, что Изабель, если это на самом деле была Изабель, обрадуется незнакомке в своей ванне - особенно, со спущенными до лодыжек штанами. Так что, она продолжила держать язык за зубами.

Тем временем девушка продолжила:

- Поговаривают, что Чед собирается сделать тебе предложение руки и сердца. Сегодня вечером. Он уже на полпути сюда. Он сказал Джереми, что купил тебе кольцо. Джереми пытался тебе звонить, но ты не отвечала на телефон, поэтому он позвонил мне. По его словам, оно просто огромное! Кольцо, я имею в виду. Чед сказал Джереми, что ты воротила от него нос, чтобы его захомутать. Сказал, что ты встречаешься с кем-то еще просто для того, чтобы тот собрался с духом и купил кольцо. Поэтому он так и сделал. Ты можешь в это поверить?

Нет, Джордан не могла в это поверить. Но все это имело смысл. Это имело смысл самым непригляднейшим образом. Эми водила ее за нос и все затем, чтобы заполучить этого парня Чеда.

Послышался шум смываемого туалета. Что было как раз кстати, поскольку он скрыл звон от разбитого вдребезги на миллион чертовых осколков сердца Джордан.

Раздался робкий стук в дверь и голос Эми с другой стороны:

- Джордан? Я не смогла найти свечи. Так что приготовься, вот она я, в чем мама родила. Да будет свет!

Вспыхнул верхний свет.

Эми стояла в дверях обнаженная с пальцем на выключателе. Изабель сидела на унитазе со спущенными штанами. Голая Джордан расположилась в ванне.

Они посмотрели друг на друга.

- Что ты здесь делаешь? - спросила Эми у Изабель.

- Писаю. А что делаешь тут ты, совсем без одежды? И если ты стоишь здесь, то кто же в ванне?

Их взгляды переместились на Джордан. Джордан встала, подхватила с пола полотенце и завернулась в него. Найдя в себе силы ответить, она произнесла:

- Я расскажу тебе, кто я. Совершенно очевидно, что лишняя женщина. Женщина, которая не подозревала, что из нее делают дурочку.

Она направилась к двери.

- Постой, - воскликнула Эми, тоже хватая полотенце и обматывая его вокруг своего тела. - О чем ты?

- Игра окончена, - заявила Джордан. - Я проваливаю отсюда.

Она промаршировала из ванной. Эми осталась стоять, будто приросла к полу, не в силах понять, что только что произошло. Послышался звук открывающейся и закрывающейся входной двери.

- Что произошло? - спросила Эми у Изабель. - Я всего-то отлучилась взять свечи. Так что случилось?

- Думаю, - поморщилась Изабель, - что, возможно, по неосторожности я обмолвилась, что Чед едет сюда предложить тебе руку и сердце.

47. ДЖОРДАН В БЕГАХ.

Как только она выскочила за порог дома, Джордан обежала его вокруг и оказалась на заднем дворе. На ней было только полотенце, и она не жаждала, чтобы вся округа сунула нос в ее дела. Она пролетела через задний двор и поковыляла по переулку. Меньше шансов, что ее кто-нибудь заметит и вызовет копов. Она прямо-таки видела заголовки газет: «Автор детских книг, в чем мать родила, сбежала от своей лесбийской подружки.» Или заголовок мог бы быть в точности как выражение Чеда: «Лезевель!».

«Ой!» У нее были слишком нежные ступни, чтобы нестись босиком. Почему она не додумалась схватить одежду? Или, по крайней мере, обувь. Она плотнее затянула вокруг себя полотенце и стискивала зубы каждый раз, когда гравий врезался ей в ноги.

- Джордан, - это был голос Эми.

Ох, ну и ладно, пусть покричит. Пусть кричит, что есть мочи. Ей плевать.

Но это было не совсем верно. Ей было не плевать.

Но она не желала переживать по этому поводу. Так что, если она будет притворяться, что ей все равно, со временем так и станет. Это всегда срабатывало, каждый раз, когда ее сердце забирали, разбивали, растаптывали и вручали ей обратно.

- Джордан, остановись!

Джордан бросилась бежать.

Она побежала так быстро, как только смогла, учитывая обстоятельства. Она бежала до тех пор, пока голос Эми не затих, а единственным звуком в ее голове стал звук стучавшей в ушах крови. К сожалению, от своих мыслей она сбежать не смогла. Они нахлынули на нее со всей мощью и проигнорировать их было не реально.

Чем все это было для Эми? Способом заставить своего парня ревновать? Джордан была ее девчушкой-игрушкой, до тех пор пока не появился мистер Мачо-Мен, помахал перед ее носом большим дорогущим кольцом с бриллиантом и не забрал ее далеко в страну «Жили долго и счастливо.» Но почему Эми хотела с ней переспать? Она сама же и ответила на свой вопрос - потому что натуралки так иногда поступают. Бог тому свидетель, Джордан, в бытность свою хождения на свидания, сталкивалась с такими любопытствующими персонами. Должно быть правило: Никто не смеет экспериментировать с чужим сердцем. Это надо сделать надписью на футболках или стикерах на бампер, как напоминание.

Джордан метнулась через улицу, не посмотрев по сторонам. На какое то мгновение ее ослепил свет фар, и, как пресловутый олень, она моргнула и замерла. Машина завизжала тормозами, водитель давил на клаксон. Это отрезвило Джордан, и она попыталась отпрыгнуть в сторону, но было уже поздно. Машина врезалась в нее.

Джордан влетела на капот, перекувырнулась и приземлилась на ноги. Слава Богу, вроде ничего не сломала. Завтра на ее бедре будет огромный синяк, и она сильно ушибла палец на ноге, но, как оказалось, этим весь ущерб и исчерпался. У Джордан промелькнула мысль, а не пыталась ли она покончить с собой. Может быть, ее подсознание предприняло попытку покончить раз и навсегда со страданиями ее сердца.

- Почему ты вытворяешь такие вещи с моим сердцем? Я могу быть лесбиянкой, но у меня все еще есть чувства, как и у остальных людей. Неужели ты не в состоянии увидеть, что я тебя люблю?

Но это была совсем не Эми.

- Петронелла? - удивилась Джордан. - Как ты меня нашла?

- Я тебя и не находила, Джордан. Я просто ехала на своей машине, а ты попалась мне на пути.

- Ты что, меня преследуешь?

- Я уж было подумала, что после того красочного эпизода ты мне поверила. Я не преследую тебя и никогда не преследовала. Я не Кинси Милхоун, как оказалось, тот безумец в больничном халате больше подходит под описание преследователя, чем я.

Джордан чувствовала себя перегруженным блоком с предохранителями. Но вместо того, чтобы отключиться от скачка напряжения, со всех сторон полетели искры и она взорвалась.

- Мне все равно! - закричала Джордан. - Вы все одинаковы. Вы берете, и берете, и берете, а потом вышвыриваете меня прочь! Я была для тебя никем, никем была и для нее!

- Джордан, успокойся, - нежно сказала Петронелла. - Ты явно очень расстроена. И мокрая. И бродишь по улицам лишь в полотенце, прикрывающем твою наготу.

Джордан вытерла глаза и икнула.

- Ага, ну, расскажи мне что-нибудь, о чем я не знаю.

- Без обуви ты далеко не уйдешь, порежешь ноги и наставишь синяков.

- Опять же, я в курсе.

Петронелла обошла вокруг своего белого мерседеса и открыла пассажирскую дверь. Она терпеливо стояла, как лакей, который сопровождал Золушку на бал. Когда Джордан не шелохнулась, Петронелла спросила:

- Не желаешь ли прокатиться?

Джордан подумала об этом.

Петронелла терпеливо ожидала ответа.

Джордан не пришлось долго размышлять. Ответ напрашивался сам собой. До ее дома было около пяти километров, телефона с собой не было, и она была почти голой. Джордан вздрогнула.

- Ты отвезешь меня прямиком домой?

Она боялась, что Петронелла свяжет ее по рукам и ногам и второй раз за сегодняшний день прочтет вслух все ее стихотворения. Она не думала, что даже Петронелла способна на такое, но кто знает?

- Конечно, - сказала Петронелла с улыбкой. - Куда еще я могу тебя отвезти? Не похоже, что ты одета для вечернего выхода в театр, - она рассмеялась.

Джордан кивнула и забралась на пассажирское сидение. Петронелла закрыла дверь, села за руль, завела машину, включила кондиционер на тепло и отъехала от обочины.

Джордан вглядывалась в профиль Петронеллы в темном интерьере автомобиля. Черты ее лица были угловатыми и острыми, будто вырезаные канцелярским ножом из картона. Неужели она когда-то находила ее привлекательной? Любила ли она по-настоящему эту женщину? Или она просто была влюблена в идею, что Петронелла была влюблена в нее? Было ли у Эми также? Что она любила идею того, что рядом с ней есть человек, ловящий каждое ее слово, целующий ее нежные губы и желающий заняться с ней любовью? И почему она задает так много вопросов?

А сейчас Петронелла приходит к ней на выручку, несмотря на то, что была жестко допрошена и отпейнтболена. Кто бы там ни был хозяином мироздания - пути его воистину неисповедимы.

- Спасибо, Петронелла. Я у тебя в долгу.

- Джордан? - Петронелла сжала руль обеими руками и смотрела прямо перед собой. - Ты была не права. Ты для меня многое значила. Я тебя любила. Когда мы были вместе, я сделала кучу неправильных вещей. Сейчас я это понимаю. Но... - она обернулась к Джордан. - Я подумала, ты должна об этом знать. То, что тебя любили.

У Джордан слова комком застряли в горле. Она кивнула, открыла дверь и вышла. Она заглянула в салон и сказала.

- Прости, за все эти вещи с краской. Надеюсь, дантист сможет отбелить тебе зубы.

Петронелла улыбнулась.

- Ха, это был тот единственный раз, когда мне нужно было держать рот на замке. До свидания, Джордан.

Джордан закрыла дверь и смотрела вслед уезжающей Петронелле. Ей пришло в голову, что Петронелла сказала «до свидания», а не пожелала ей спокойной ночи. Она потащилась через лужайку к входной двери и позвонила в звонок.

Эдисон открыла дверь и уставилась на нее во все глаза.

- О, боже мой, что с тобой случилось? - голос Эдисон звучал так заботливо и искренне - это было последней каплей, что заставило Джордан разразиться слезами. Эдисон потянула ее внутрь и закрыла дверь. Она держала ее в объятиях, пока Джордан рыдала.

Через какое-то время рыдания утихли и превратились в слабые поскуливания.

- Что произошло? - спросила Эдисон, поглаживая ее по спине и вытирая слезы.

- Все произошло, - ответила Джордан. - Все.

48. ПРЕДЛОЖЕНИЕ РУКИ И СЕРДЦА.

Завернутая в полотенце Эми сидела на крышке унитаза. Закрыв лицо ладонями, она издавала слабые хныкающие звуки, страдающего от морской болезни бурундучка. Изабель стояла рядом, прислонившись к шкафчику, и смотрела на нее сверху вниз.

- Не пялься на меня. Я прям чувствую, как ты прожигаешь меня взглядом.

- Эми, посмотри на меня.

Эми посмотрела на Изабель сквозь пальцы.

- Мне очень жаль. Я хочу, чтобы ты знала, я не хотела расстраивать Джордан.

- Знаю, знаю, - сказала Эми и снова уткнулась в ладони.

- Все эти женские штучки так сложны. С парнями проще. Гораздо проще.

- Ты так говоришь только потому, что тебе наплевать на парней.

- Ага. Ты, наверное, права, - Изабель сняла со своих брюк воображаемую ниточку и произнесла: - Знаешь, я однажды была с девушкой.

- Да неужели? - Эми выпрямилась и навострила уши. - Когда? Где? С кем?

Изабель небрежно махнула рукой.

- Давно уже, еще в колледже. Она играла в софтбол и, должно быть, воспылала ко мне страстью. В моей комнате она накачала меня мятным шнапсом, и мы задружились.

- И на что это было похоже?

- Ну, как бы это было забавно, - сказала Изабель, пожав плечами. - За исключением того, что она хотела отношений, а я нет.

- Я хочу отношений. С Джордан, - печально произнесла Эми.

- Мы исправим это. Я смогу объяснить Джордан, что ты презираешь Чеда, и все, что я хотела, только предупредить тебя. Это ведь правда, ей ничего не останется, кроме как поверить в это.

- Что, если она не поверит? Я не так уж откровенничала о Чеде, когда тот заявился в ресторан. Я должна была сказать ей, что он сошел с ума, и что один раз я с ним сходила на свидание. Теперь же выглядит так, словно я пыталась скрыть наши с ним отношения. Словно я использовала ее, чтобы заполучить его.

Задребезжал дверной звонок.

Эми с Изабель посмотрели в сторону доносившихся трелей.

- Это Чед. Хочешь, чтобы я от него избавилась? - спросила Изабель.

Эми покачала головой.

- Нет, я лучше сделаю это сама или он никогда не остановится. Можешь его впустить, пока я одеваюсь?

- Конечно, - сказала Изабель. Она спрыгнула со стойки и уже повернула к двери, когда та распахнулась. Раздался громкий хруст, когда дверная ручка ударилась о стену.

В дверях стоял Чед, фыркая, как бык. Его волосы еще более походили на крысиное гнездо, и вокруг него витал какой-то едкий запах.

- Что ты себе позволяешь?- спросила, наконец, Эми, плотнее заворачиваясь в полотенце. Она почувствовала себя в явно невыгодном положении, стоя перед ним голой, с одним только полотенцем, что прикрывало все ее достоинства.

- Где она? - фыркнул Чед, диким взглядом озираясь по сторонам.

- Что? - спросила Эми. - Кто? - добавила она, хотя и была уверена, что поняла, кого он имел в виду. Изабель уперла руки в бедра и вздернула вверх подбородок.

- А это ничего, что мы тут тет-а-тет разговариваем, а ты тут ворвался и сломал стену? Какого черта ты звонил в дверь, если, в любом случае, собирался вломиться?

- А это ничего, - повторил Чед ее слова, как если бы они снова оказались первоклашками, - что я бы хотел поговорить тет-а-тет с моей невестой. И я позвонил в дверь, потому что так поступают вежливые люди.

- С невестой? - переспросила Эми.

- Пожалуйста, ты можешь дать нам минутку? - попросил Чед.

Изабель посмотрела на Эми, та кивнула. Изабель ткнула пальцем в грудь Чеда и сказала:

- Одна минута и не секундой больше. Я буду за тобой следить, приятель. Налажаешь с Эми, и я устрою с твоей задницей представление в стиле Суини Тодда.

- Суини Тодд? - спросил Чед. Он пошатнулся и невнятно пробормотал: - Кто она? Еще одна лесба?

Тем временем Изабель продолжила:

- Посмей только косо на нее посмотреть, и Чед станет еще одним видом мяса.

- Что это значит? - спросил он, делая шаг назад в сторону коридора.

Изабель прищурилась настолько угрожающе, насколько могла, и ткнула в него пальцем еще несколько раз со словами:

- Чед. Вот что я подам на обед.

- А? - изрек он, еще больше смутившись. Он оперся на дверной косяк, чтобы не упасть.

Изабель прошла мимо него в коридор, указывая двумя пальцами сначала на свои глаза, потом на Чеда в общераспространенном «я за тобой наблюдаю» сигнале.

Чед отшатнулся от нее обратно в ванную. Эми сделала шаг назад и потуже затянула полотенце вокруг своего тела.

Чед театрально плюхнулся на одно колено и склонил голову, словно рыцарь пред своим королем. Он воздел руку вверх. На его ладони блистало кольцо с бриллиантом. Чед взглянул исподлобья и улыбнулся.

Эми почти рассмеялась абсурдности происходящего.

- Как, ради всего святого, ты сумел его заполучить? В твоем-то состоянии, я бы и не подумала, что кто-то может продать тебе бриллиант.

- Я его заполучил. Я купил его уже давно, так что я заранее подготовился ко встрече с девушкой моей мечты. К тому же, на него была скидка. Видишь, я еще фекально-платежен.

- Фекально что?

- Фискально. Я имел в виду фискально, - Чед моргнул, прогоняя из глаз свои честные-пречестные слезы радости. - Ты выйдешь за меня? - прошептал он. - Станешь миссис Чед Доринг?

Эми уставилась на него широко распахнутыми глазами. Такого развития событий она явно не ожидала.

- Знаешь, я так давно тебя хочу, - сказал он. - Уверен, ты меня тоже. И не важно, что про тебя говорят люди.

- Кто? Что они говорят? - спросила она.

- Что ты лесба. Но не волнуйся, я уже всем рассказал, что это неправда.

Эми уставилась на лицо Чеда. Эта мерзкая, говнистая ухмылочка. Эта ямочка на подбородке. Эта улыбка в 32 зуба, что сияла ярче протянутого ей кольца. Что-то внутри нее екнуло. Эми никогда не была сильна в математике, однако она была в состоянии сложить два плюс два. Преследователем был Чед. Все внезапно встало на свои места. Преследователем Джордан был Чед, а вовсе не Петронелла. Как же она могла быть такой глупой?

- Ты что, принимаешь меня за идиотку? - спросила она. Чед моргнул.

- Прошу прощения?

- Ты порезал шины у велосипеда Джордан. Ты расставил на лужайке перед ее домом таблички с цитатами из Библии. Ты подкинул на ее крыльцо какашки и поджег их. Ты заявился ко мне домой без приглашения и готовил зеленую слизь, а потом позволил лобстеру оттяпать тебе палец. Ты прервал идеальный романтичный вечер между мной и моей девушкой. И все, что ты можешь сказать «выходи за меня»?

- Я люблю тебя? - его утверждение прозвучало больше похожим на вопрос.

- Ты не знаешь значения слова «любовь». Ты никогда не любил никого, кроме себя, Чед Дорринг. И я считаю тебя презренной кучкой собачьего дерьма, на которую и нога не поднимется растоптать, если ты будешь гореть. А теперь, сгинь с моей дороги.

Чед расставил ноги и уперся обеими руками о дверную раму, блокируя ей выход.

- Ты не побежишь вслед за ней.

- Убирайся с моего пути.

Чед стоял на своем. Он прокашлялся и изрек:

- Выбирай, или я, или она.

Эми не могла поверить своим ушам. И этот псих на самом деле разыгрывал перед ней сцену из «Выбора Софи»? Не мешкая ни секунды, Эми просто ответила:

- Она.

- Ты об этом пожалеешь, - брызгая слюной, прошипел Чед.

Маленькая капелька его слюны попала на лицо Эми. Она вытерла ее тыльной стороной ладони. У Эми было ангельское терпение. Но когда оно кончалось, это было пострашнее взрыва атомной бомбы. Она сжала кулак и сделала то, что мечтала сделать с момента первой встречи с Чедом. Она с размаху двинула ему в его квадратный, похожий на задницу, подбородок.

Глаза Чеда закатились, и он рухнул на пол. Эми перешагнула через его тело и побежала к парадной двери.

49. ЭМИ В БЕГАХ.

Эми выскочила за дверь дома, думая о фильме «Выпускник». Она чувствовала себя словно персонаж Дастина Хофмана - Бенджамин Брэддок. Не тот Бенджамин, который в начале фильма переспал с гораздо старшей себя по возрасту женщиной. Она чувствовала себя тем самым Бенджамином, который бежал за Элейн, долбился в стеклянное окно церкви, похитил невесту и уехал с ней на рейсовом автобусе в закат в самом конце фильма. Тем не менее, у Бенджамина была обувь и штаны. А все, что было у Эми - это полотенце. Она добежала только до угла улицы и остановилась. Обернувшись, она похромала обратно к дому.

В этот момент к ней подкатил автомобиль. Замечательно, подумала Эми, просто нахрен как замечательно. Как раз то, что мне сейчас нужно. Она смотрела прямо перед собой, не озираясь по сторонам. Она не хотела, чтобы водитель подумал, Бог весть что.

- Запрыгивай, - сказал водитель. Эми посмотрела на машину. За рулем джипа сидела Изабель, жестом зазывая ее залезть внутрь.

- Что ты тут делаешь? - спросила Эми.

- Мы собираемся поехать и вернуть женщину, которую ты любишь или нет?

Эми улыбнулась и запрыгнула в машину. Изабель указала на спортивную сумку на заднем сидение.

- В этой сумке мой спортивный костюм. Он чистый. Так что натяни его на себя.

- Спасибо, - поблагодарила Эми.

Изабель тронулась вперед и сказала:

- Давай это провернем.

Она вывернула на улицу. Эми посмотрела в заднее окно.

- Ты не поверишь, - сказала она, - но Чед бежит за нами.

- Вся эта история с твоей влюбленностью в женщину взвинтила его до небес, - сказала Изабель. Не притормаживая, Изабель резко повернула на следующем углу, в результате чего Чед остался стоять посреди улицы, размахивая в воздухе обручальным кольцом. Оно вспыхнуло в свете уличного фонаря. Он напоминал сумасшедшую Статую Свободы.

Пока они ехали через весь город, Эми растеряла всю свою решительность и теперь безбожно трусила.

- Что же я скажу Джордан? Мы уже чуть было не начали заниматься любовью, и тут на горизонте возникает мой фальшивый бойфренд с предложением руки и сердца. Подумай, как это все должно было выглядеть в ее глазах.

Изабель щелкнула пальцами, будто в ее голову только что ударила гениальная идея.

- Знаю! Ты расскажешь ей всю правду, с самого начала.

- Что именно? Что однажды я напилась и переспала с ним? И что после этого он вбил себе в голову, что мы должны быть вместе?

- Не забудь еще рассказать про банановую кожуру, - добавила Изабель.

- Спасибо за напоминание, - сказала Эми, выдергивая телефон Изабель из ее сумочки.

- Что ты делаешь? - спросила Изабель.

- Я должна попытаться и сначала ей позвонить. Может быть, она еще не хочет меня видеть.

- Ты же не идешь на попятную?

- Нет, я оцениваю ситуацию. Мне нужно знать, чему я противостою. Я имею в виду, как бы ты себя чувствовала, если бы такое только что произошло с тобой?

Изабель поразмышляла.

- Что ж, я бы была очень сердита, потому что я бы ощущала себя так, как будто со мной играли.

- Так на это и похоже, не так ли?

Изабель приподняла брови.

- Типа того, - согласилась она.

- Так что я не думаю, что ехать туда, пока она сердится, такая уж хорошая идея.

- Ладно, думаю, ты права на счет этого. Ты должна позвонить, чтобы пробить почву.

Палец Эми завис над клавиатурой телефона.

- А если она попросит у меня объяснений, что сказать?

- Фуф. Что Чед безумный преследователь, и что ты не собираешься выходить за него замуж.

Эми глубоко вздохнула и нажала на кнопку вызова. Как и следовало ожидать, ее перекинуло на голосовую почту. Она нажала на отбой.

- Отправь ей СМС. Хочет, не хочет - все равно прочтет, - изрекла Изабель. - Это научный факт.

- Хорошо. Но что мне написать?

- Что Чед безумный преследователь, и что ты не собираешься выходить за него замуж.

Эми быстро напечатала СМС. Через пять секунд пришла ответная. «Пошла в жопу.».

- Думаю, она в бешенстве.

- Думаешь? Спроси, можно ли с ней встретиться, - сказала Изабель. «Нам нужно поговорить. Я могу тебя увидеть?» - напечатала Эми.

Ответ не заставил ждать: «Иди в жопу еще раз».

- Дела плохи, - сказала Эми.

- Что на этот раз?

- Отвези меня к ней домой. Бенджамин не вернул бы Элейн, если бы сдался.

- Кто такой Бенджамин? Кто такая Элейн?

- Ты можешь ехать побыстрее?

Изабель радостно рассмеялась и втопила педаль газа в пол.

50. ГОЛУБАЯ ЭМИ 2.

Через две минуты и семнадцать секунд спустя Изабель и Эми подъехали к дому Джордан. Весь дом был погружен в темноту. Это означало, что Джордан или спала или сидела в темноте или ее не было, а, может быть, она притворялась, что ее нет дома, сидя в темноте.

- Она ушла, - простонала Эми. - Почувствовала, что я к ней приеду и ушла.

- Ха, готова поспорить, она сидит дома и прячется от тебя, - сказала Изабель. - Именно так бы поступила я.

Она открыла дверь автомобиля, вышла и заглянула обратно в салон, посмотрев на Эми.

- Давай, будем колотить в дверь, пока ее не достанем, и она не откроет.

- Ты идешь со мной?

- Конечно. У Джордан есть соседи по дому, поэтому тебе понадобятся твои.

- Что ты имеешь в виду? - спросила Эми.

- Тебе нужен кто-то, кто будет прикрывать тебе спину. Буду твоими мускулами.

Эми поняла, что она уже проиграла это дело, если все мускулы, которые она могла призвать на помощь, имели вид Изабель. Понимая, что терять ей больше нечего, она вышла из автомобиля и последовала за Изабель.

Изабель промаршировала к входной двери дома Джордан походкой профессионального борца, готового совершить бросок и захват противника. Эми же плелась за ней следом, как побитая собака с хвостом, опущенным между ног.

Изабель нажала на звонок. Раздались первые несколько нот из «Banana Boat Song.» Это напомнило ей о сцене из фильма «Битлджус», в которой гости за столом во время званого ужина танцевали и плясали под эту песню. Эта сцена всегда заставляла ее смеяться. Эми внезапно поняла, что улыбается. Она быстро сменила улыбку на хмурое выражение. Что подумает Джордан, когда откроет дверь и увидит широкую улыбку на ее лице?

Дверь открылась. Это была не Джордан. Это была Эдисон.

- Привет, Эдисон, это я, - произнесла Эми тоненьким голосом.

Эдисон нахмурилась в сторону Изабель, затем неодобрительно посмотрела на Эми.

- А ты смелая.

- Где Джордан? - спросила Эми.- Мне нужно ее увидеть.

- Ее местоположение не установлено, и оно не в этом доме, - заявила Эдисон, будто повторяла то, что ей было сказано до этого. - И она не хочет тебя видеть.

- Это не то, что ты думаешь, Эдисон, клянусь, - сказала Эми.

- Так и есть, - поддакнула Изабель.

- Кто эта симпатичная цыпа? - спросила Эдисон у Эми. - Ты не удовлетворилась тем, что унизила Джордан, бросив ее ради парня? Теперь подбиваешь клинья к еще одной девчонке?

Фраза про «Подбивание клиньев к другой девчонке» родила в мозгу Эми кучу всевозможных образов, которые в данный момент там были совсем не к месту, но она сочла благоразумным пропустить мимо ушей этот неудачный подбор слов.

- Это Изабель. Она тут в роли моих мускулов, - ответила Эми.

- Ты действительно считаешь меня симпатичной? - спросила Изабель, хлопая ресничками.

Эми даже и понятия не имела, что женщины до сих пор хлопают ресничками. Она думала, это ушло из повседневного обихода дам, после исчезновения слова «кокетка». Эдисон окинула ее взглядом сверху донизу.

- Ну, в другое время, в другом месте, может. Но ты уж точно не выглядишь, как чьи-либо мускулы.

- Я могла бы тебя удивить, - сказала Изабель.

- Да неужели? - Эдисон изогнула бровь в сторону Изабель. - Попробуй, удиви меня.

Эми не могла понять, они флиртуют друг с другом или готовы подраться. Она также не могла определиться с мнением, какой бы сценарий она бы предпочла.

- Можем мы вернуться к моей дилемме, пожалуйста?

Эдисон оторвала взгляд от Изабель и посмотрела на Эми.

- Спасибо, - поблагодарила Эми. Она набралась смелости, включила свою внутреннюю Бетт Дэвис и сказала: - А сейчас я собираюсь войти в этот дом и обыскать его. Я собираюсь найти Джордан и рассказать ей свою сторону истории. Это случится в любом случае, с твоей помощью или без нее. Так что, ты можешь отступить в сторону и облегчить себе жизнь.

Эдисон прищурила один глаз.

- Ты это серьезно, правда?

- Серьезно.

Эдисон распахнула дверь шире и сделала жест, приглашая войти.

- Будьте моими гостями.

Десятью минутами позже, Эми исследовала каждую комнату в доме, за исключением студии Джордан. Она оставила ее напоследок. Войдя, Эми включила свет. Увиденное, заставило ее замереть на месте. Изабель наткнулась на ее спину.

- Ух ты! - воскликнула Изабель, взглянув на стену. - Это то, что я думаю?

Эми была ошеломлена. На стене, синей краской был нарисован гигантский портрет Эми. Она не была экспертом в живописи, что верно, то верно, но даже она могла признать, что, не смотря на нехватку в картине цветной палитры, она все же цепляла за живое.

- Это я, - сказала Эми.

Эдисон вошла в комнату и посмотрела на портрет.

- Она нарисовала его в тот же день, когда ты ее зашивала. Втюрилась в тебя по уши с первого взгляда. Я пыталась донести до нее, что все это кончится тем, что ты ранишь ее сердце. Первый раз в жизни, когда я хотела ошибиться.

Эми повернулась к Эдисон.

- Я не собиралась ранить ее сердце. Это даже была не моя вина.

- Ага, ну да. Следующее, что ты мне скажешь, это то, что ты была в этой истории жертвой?

- Это правда, - яростно заступилась за подругу Изабель, шагнув вперед и оказавшись с Эдисон нос к носу. - Почему бы тебе сначала ее не послушать, а потом уже обвинять?

Эдисон открыла рот, чтобы что-то сказать, затем передумала и закрыла его. Она бросила взгляд на стену, на синее подобие Эми.

- Хорошо. Я выслушаю то, что она хочет сказать, - она обошла Изабель и посмотрела на Эми. - Расскажи мне свой вариант истории.

- Этот парень… его зовут Чед. Он врач в нашей больнице. Чед он... он живет в своем воображаемом мире Чеда. Мы однажды ходили с ним на свидание, - сказала Эми. - Всего лишь один раз.

Эдисон уперла руки в боки и сказала:

- Почему у меня возникло чувство, что в этой истории есть что-то еще?

Эми вздохнула. Она могла бы также рассказать все начистоту.

- Есть кое-что еще, - она села на диван и продолжила: - Я сильно напилась. У нас с ним был секс. Он бросил на пол презерватив. Я пошла в ванную, поскользнулась на нем, упала, ударилась головой и потеряла сознание. Он отвез меня в отделение скорой помощи, и чтобы как-то спасти лицо, я соврала, что поскользнулась на банановой кожуре. Это разрослось в шутку, которая распространилась по всей больнице. Меня стали называть банановая Эми. С тех пор я ненавижу Чеда. Однако, моя ненависть стала для него личным вызовом. Он не пожелал оставить меня в покое.

Эдисон разразилась диким смехом. Она хлопнула себя по ноге и фыркнула:

- Банановая Эми? Что, серьезно?

Это была совсем не та реакция, на которую рассчитывала Эми. Шокированная и преисполненная отвращения, да. Смеющаяся и веселящаяся, нет. Эдисон плюхнулась на диван рядом, задыхаясь от смеха.

- Банановая кожура? Это лучшее, что смогло прийти тебе в голову?

Она какое-то время продолжала смеяться, пока Эми и Изабель, молча, взирали на нее. В конце концов, Эдисон взяла себя в руки и вытерла слезы подолом футболки.

- Хорошо, ладно, как все закончилось тем, что ты с этим парнем обручилась?

- Ты уверена, что я не могу поговорить с Джордан? Все это так неловко. Я не хочу проходить через объяснение дважды, - сказала Эми.

- Ей-богу, ее здесь нет. Ирма спешно увезла ее в какое-то потайное КГБшное место, где она могла бы побыть от тебя вдали и прийти в себя. Расскажи мне продолжение истории.

Эми поведала о романтическом обеде с пиццей, о лобстере, преследовании, обо всем.

- Ему что, на самом деле лобстер оттяпал палец? - спросила Эдисон.

Эми и Изабель в унисон кивнули головами.

- И ты ожидаешь, что Джордан всему этому поверит?

- Но это правда, - воскликнула Изабель.

Эми спрятала лицо в ладонях, три раза всхлипнула и разрыдалась. Изабель привлекла ее в свои объятия, крепко обняла и начала гладить по спине, словно грудничка, страдающего отрыжкой.

- Ну же, все хорошо, - ворковала она. Изабель метнула в Эдисон взгляд, как бы говоря «Ну, посмотри, что ты натворила.».

Сквозь слезы, уткнувшись в грудь Изабель, Эми проревела:

- Чед ничтожество, и я его ненавижу. А сейчас, любовь всей моей жизни считает меня лгуньей и потаскухой.

- Потаскуха - не то слово, что использовала Джордан, - сказала Эдисон. Эми зарыдала еще громче.

- Сделай же, что-нибудь, - одними губами прошептала Изабель.

- Хорошо, хорошо, - сказала Эдисон, вскочив на ноги. Она принялась ходить по комнате туда-сюда. - Мы сможем это исправить.

- Сможем? - подвывая, спросила Эми, выглядывая из-за плеча Изабель. - Как?

Эдисон прекратила ходить, провела ногтем по нижней губе и задумалась.

- Нам нужно произвести кое-какую разведку на местности. Вы к этому готовы?

- Как в шпионских фильмах? - с волнением в голосе спросила Изабель.

- Совершенно верно, - ответила Эдисон.

- Как в фильмах по Джеймса Бонда? - глаза Изабель засветились от восторга.

- Именно так, - подтвердила Эдисон. - Я, естественно, буду Джеймсом Бондом.

- А я буду Пусси Галор, - сказала Изабель, вскакивая на ноги.

Эми вытерла глаза и посмотрела сначала на одну девушку, потом на другую. Между Эдисон и Изабель что-то происходило. Это было очевидно. Словно из глаз в глаза и из рук в руки проскакивали электрические разряды. Ну ладно, хорошо, это звучало как-то по научно-фантастически. Это было больше похоже на магнитное поле, что притягивало их друг к другу. Эми определенно чувствовала себя пятым колесом в телеге этого шпионского боевика.

- А кем буду я? - чуть слышно спросила она.

- Ты - мисс Манипени, - сказала Изабель.

Эми нахмурилась. Она надеялась на роль Осьминожки.

- И за кем мы будем шпионить? - спросила Изабель у Эдисон.

- За нашим подозреваемым. За Чедом, конечно же. Если мы сможем найти доказательства слов Эми, мы их представим Джордан, и она вынуждена будет поверить ей, - Эдисон потерла ладошки. Было очевидным, что она наслаждается такого рода моментами. - Пойдемте в мою лабораторию. Мне нужно собрать мое оборудование, а вам - облачиться в черную одежду.

- Мы собираемся на шпионское задание, мы собираемся на шпионское задание, - нараспев, скандировала Изабель, пустившись за Эдисон вприпрыжку.

- Мышцами она будет, ага, - пробурчала Эми себе под нос.

Она медленно поплелась вслед за ними, покачивая головой. Она никогда не видела Изабель такой возбужденной, а-ля мультяшный герой. Именно так и выглядит любовь со стороны? Если это действительно так, то это просто смешно.

51. КОРНДОГ.

Эдисон привела Эми и Изабель в свою лабораторию на третьем этаже. Когда они вошли в комнату, Эми поняла, почему Джордан не хотела, чтобы она это все узрела. Это была сборная солянка из предметов из каждого научно-фантастического фильма, который она когда-либо видела - временные, самодельные столы; пробирки; провода, материнские платы от системников; всевозможные инструменты и развешанные по стенам схемы и графики. Там даже была полностью исчерканная мелом доска, исписанная всевозможными формулами. Так, без сомнения, и должно было выглядеть логово безумного ученого.

- Смотрите себе под ноги? - посоветовала Эдисон, перешагивая, высоко подняв ноги, через извивавшиеся по полу электрические кабели.

- Что это за место? - спросила, явно находившаяся под громадным впечатлением, Изабель.

- Моя лаборатория. Я изобретатель, знаешь ли. Вот почему они зовут меня Эдисон.

- А твое настоящее имя? - спросил Изабель.

Эдисон перестала рыться в коробках и посмотрела на нее.

- Ты будешь смеяться.

- Нет, не буду.

- Алма, - тихо сказала Эдисон,

- Хм ...- протянула Изабель. - Тебе больше подходим имя Эдисон.

- Ага, я знаю, - Эдисон отвернулась и снова стала рыться в коробках.

Эми воспользовалась этим моментиом и шлепнула Изабель по руке.

- Зачем ты это сделала? - спросила Изабель одними губами.

- Ты флиртуешь с ней? - тоже одними губами ответила вопросом на вопрос Эми.

- А тебе-то что? - беззвучно изрекла Изабель и дернула плечом.

Эми закатила глаза.

- Ну и куда я положила эти бинокли?- пробормотала себе под нос Эдисон.

Тем временем Изабель решила осмотреться и пройтись по комнате, глазея на наполнявшие ее предметы, наклоняясь туда-сюда, охая и ахая. Вдруг она остановилась, у нее отвисла челюсть, и она указала пальцем на набор цилиндрических предметов, выставленных на полке.

- Это что, Корндог? - ахнула она.

Эдисон обернулась.

- Конечно, это он, - сказала она с гордостью.

- Боже мой, - протянула Изабель. Она осмотрела и другие вещицы. - А это Поршень! И Сдобный друг!

- Я их создала, - сказала Эдисон, выпячивая грудь колесом от гордости.

- Да ты шутишь, - воскликнула Изабель. Она явно была в восторге. Или в возбуждении. В любом случае, ее лицо было красным, а дышала она так, словно готова была выпрыгнуть из штанов.

- Это то, о чем я подумала? - прервала ее Эми. Изабель кивнула.

- Это самые лучшие дилдо за всю историю существования дилдо.

- Ух, ты, - сказала Эми, поскольку была не уверена, как люди должны реагировать на такого рода новости.

- Единственный раз, когда я видела дилдо вблизи и наяву, когда была интерном в отделении Скорой Помощи, и мне пришлось извлекать его из анального отверстия одного мужика, когда мышцы сфинктера сжались и заблокировали его внутри.

- И как ты его вытащила? - спросила Эдисон, ее любопытство простиралось даже на такого рода вещи.

- Я его пощекотала, - ответила Эми. - Он рассмеялся, и эта штука выскочила из его задницы.

- Гениально, - воскликнула Эдисон.

- Благодарю.

- Хорошо, - сказала Эдисон, хлопнув в ладоши, как бы говоря «а теперь возвращаемся к работе». Она взглянула на Эми. - В каком здании живет Чед? Это дом, квартира, кондо? На первом этаже или на втором, есть там переулок или парковка или и то и другое?

- Он живет в двухэтажном, многоквартирном доме, там рядом небольшая парковка и переулок. Вроде как.

- Вроде как?

- Сначала я была пьяна, а потом без сознания, помнишь?

- Хорошо, - сказала Эдисон. Она повытаскивала вещи и кинула их на кровать со словами: - Мне понадобиться это, это и это...

- Чем я могу помочь? - спросила Изабель.

- Иди, полазай в тех картонных коробках и найди какую-нибудь черную одежду, которая будет впору вам обеим. У меня есть все размеры, и там должен быть баллончик со спреем, так что вы сможете ее освежить, - сказала Эдисон, потянувшись к пластиковому контейнеру, расположившемуся на стеллаже, рядом с кучей других пластиковых контейнеров.

Эми и Изабель занырнули в картонную коробку. Эми чувствовала себя своей мамой, роющейся в помойке. Может быть, с этого она и начинала.

В коробке находилась не только черная одежда, но и театральный реквизит. Там были бороды, и шляпы, и очки, и даже маска Сары Пейлин. Когда Эми выудила ее на свет божий, та ее напугала до такой степени, что она чуть не закричала.

Они нашли черный плащ для Эми, черную толстовку с капюшоном и армейские штаны для Изабель. Эми примерила плащ, повращалась вокруг своей оси, со свистом рассекая воздух. Она представила себя в роли Лорда Байрона, собирающегося на романтическую миссию, чтобы обелить свое честное имя и вернуть любимого человека. А когда она накинула на голову капюшон, то представила себя невидимой, как шпионящий Гарри Поттер.

Эдисон выскочила из-за стола с игрушечным вертолетом на дистанционном управлении с примотанными к нему изолентой оптическими приборами.

- Это еще что? - спросила Эми.

- Это мое записывающее видео устройство на удаленном управлении с возможностями перемещения в воздухе.

- Это именно то, о чем я и подумала, - самодовольно заявила Изабель.

Эми закатила глаза. У флирта бывают пределы?

- Я не понимаю, - сказала Эми. - Ты собираешься поднять в воздух игрушечный вертолет, чтобы шпионить за ним в окно или что-то в этом духе?

- Бинго! - воскликнула Эдисон. - Если это не сработает, мы всегда сможем взломать дверь.

- Что! - в ужасе отшатнулась от нее Эми.

- Только в крайнем случае, - уверила ее Эдисон.

- Я не совсем понимаю, что мы собрались искать, - сказала Эми.

- Мы хотим понять, чем он живет. У него на лбу написано - психопат-маньяк. Покопаемся в его вещах и посмотрим, что сможем нарыть. Найдем доказательства, что он сумасшедший, и Джордан поверит в твою историю. Потому что без доказательств, она по-прежнему будет думать, что ты играла с ее чувствами, не важно, что ты ей скажешь, - сказала Эдисон.

Эми застонала. Она знала, что Эдисон права.

- Хорошо, большие девочки, подбирайте свои штанишки и в путь, - заявила Эдисон.

Они загрузили вертолет с приделанным к нему видеозаписывающим устройством и передатчиком, коробку с научно-фантастическими штуковинами, как подумала о них Эми, и гигантскую коробку с инструментами Эдисон в ее фольксваген-жук. Эми села сзади, поскольку Изабель вызвалась ехать рядом с Эдисон.

- Почему бы нам не сложить все это в багажник? - предложила Эми, усевшись на что-то жесткое, грубое и незаконное. Как оказалось, сидеть на этом было совсем не так весело, как думалось поначалу.

- Багажник забит.

Эми в этом и не сомневалась.

- Хорошо, какой у него адрес? - спросила Эдисон.

А в этом Эми как раз сомневалась.

- Знаю, что дом на углу Сосновой улицы и еще одной с похожим лесным названием.

Эдисон и Изабель посмотрели на нее так, словно она была бесполезным членом шпионской команды. Кем она, на самом деле, и являлась. Эми пожала плечами, извиняясь.

- Все деревья выглядят для меня одинаково.

Эдисон хмыкнула и вытащила штуку, напоминающую миниатюрный компьютер.

- Какого его полное имя?

По крайней мере, это Эми знала.

- Чед Эрл Дорринг.

Эдисон и Изабель скривили рожицы. Эдисон забила его имя и сразу же получила телефонный номер. Эми не знал, принадлежал ли он Чеду или нет.

- Ты действительно не зависала с этим парнем, верно? - спросила Эдисон.

- Я тебе об этом уже говорила.

- Он тебе когда-нибудь звонил?

- Что-то около миллиарда раз.

Эдисон протянула руку, как бы говоря «давай его мне». Эми вручила ей свой сотовый. Эдисон легко нашла его номер и забила его в свой маленький компьютер. Он пропищал в ответ, выдавая адрес на Сосновой улице.

- Я могла бы просто позвонить в больницу и спросить у одной из близняшек, - предложила Эми.

- Нет, нам нельзя оставлять за собой следы, - заявила Эдисон.

Она завела машину и, сжигая резину на колесах, рванула с подъездной дорожки на улицу. На лице Изабель расплылось восторженное выражение от того, как лихо Эдисон вела автомобиль. Они действительно родственные души, подумала Эми.

52. ОПЕРАЦИЯ «ЧЕД».

Они подъехали к двухэтажному многоквартирному дому, в котором, согласно количеству почтовых ящиков было восемь квартир. Эдисон зарулила на парковку, где уже находились три автомобиля.

- Какой из них его? - спросила она.

Эми помнила его автомобиль, но только потому, что он постоянно о нем говорил. Он даже называл его по имени, словно автомобиль был его первенцем. Он говорил что-то типа: «Я гонял на Бимере на Маунт-Худ,» или «Я гонял на Бимере до побережья,» или «Я гонял на Бимере в центр, но не хотел парковаться, где попало, чтобы его не поцарапали.» Уф, Эми ненавидела этот Бимер.

- Все, что я знаю, что он черный, и у него золотистые колпаки. Он называл его Бимер.

- Ах, эта, такой здесь нет. И Бимер это слэнг, так называют БМВ. Это немецкая тачка, которую обожают показушники-яппи, и они называют это дисками, а не колпаками, - объяснила Эдисон. Она бросила взгляд на Эми. - Когда мы разгребемся со всем этим дерьмом, я попрошу Джордан выводить тебя почаще в свет. Где ты жила до этого? В пещере?

- В медицинской школе, по большей части.

- Звучит так, словно ты была в тюрьме, - сказала Эдисон. Она внимательно изучала дом. - Помнишь номер его квартиры?

Эми выглянула из окна.

- Неа.

- Я сейчас вернусь, - сказала Эдисон, выйдя из машины.

- Что ты собралась делать? - спросила Изабель.

- Прочитать таблички на почтовых ящиках.

- Береги себя, - произнесла Изабель таким тоном, будто бы она прощается с солдатом, отправляющимся на войну.

- Это займет всего лишь минутку, и не смейте играться в мои игрушки, - она приобняла Изабель под подбородок и ускакала прочь. Когда они, наконец-таки, оказались одни, Эми задала вопрос, который мучил ее уже на протяжении последнего получаса.

- Откуда ты знала все эти вещи про Корндог и Поршень?

- Эй, - сказала Изабель, пожав плечами. - Девчонки иногда хотят повеселиться.

- Тебе она действительно нравится?

Изабель мечтательно уставилась в направлении Эдисон.

- Ничего не могу с собой поделать. Ты только посмотри на нее.

Эми посмотрела. Все, кого она увидела, так это девчонку, являющуюся антропоморфной версией Тельмы из Скуби Ду. Без юбки и гольфов. «На вкус и цвет», - подумала она. Эдисон трусцой вернулась обратно к машине и забралась внутрь.

- Квартира номер шесть.

Она нажала потайную кнопку под приборной панелью. Раздался жужжащий звук и назад отъехал скрытый в крыше автомобиля люк.

- Уххххххх ты, - произнесла Изабель таким тоном, будто наблюдала, как открывается пещера Бэтмена.

- Хорошо, а сейчас передай мне ту телескопическую трубку, - попросила Эдисон у Эми.

Среди нагромождения механических элементов, Эми понятия не имела, что было телескопической трубкой, а что нет.

- Это штуковина, которая выглядит как длинная труба, - подсказала Эдисон.

Эми протянула ей трубку. Эдисон направила ее в сторону люка и стала выдвигать трубу вверх, пока та не выросла более 6 метров высотой. Она покрутила ручками поворотной головки взад-вперед, пока линия обзора перископа не оказалась вровень с окнами квартиры Чеда.

Заглядывая в свой конец трубы и прищурив один глаз, Эдисон произнесла:

- Света нет. Похоже, никого нет дома.

- Ты могла бы просто постучаться в дверь, чтобы это узнать, - возразила Эми.

Эдисон свернула трубку и убрала ее.

- Теперь шаг номер два.

Эдисон выпрыгнула из машины, быстро подобрала кусок разбитого бетона, прицелилась и швырнула его в окно. Стекло разбилось, и осколки посыпались внутрь. Эдисон запрыгнула обратно в автомобиль с криком: «Пригнись!» Все трое вжались в сидения и пригнулись ниже приборной панели.

- Не могу поверить, что ты это сделала, - прошептала Эми, будто кто-то мог услышать. - Ты совершила преступление. Это взлом и проникновение.

- Формально мы не проникли в дом, - сказала Эдисон.

- Мы всего лишь его взломали, - поддакнула Изабель и хихикнула. Эдисон хихикнула вместе с ней.

Эдисон выглянула из-за приборной панели:

- Все чисто, - она выпрямилась на сидении. - Теперь следующий шаг.

- Намечается следующий шаг? - спросила Эми.

- Конечно. Зачем мы, по-твоему, взяли вертолет? - ответила Эдисон.

- Ты же это не серьезно, - сказала Эми.

- Ты хочешь залететь в квартиру Чеда? - воскликнула Изабель голосом перевозбужденного ребенка.

- Бинго.

Это слово бросило Эми в дрожь.

- Это вообще возможно? - спросила Изабель.

- С правильным оборудованием и наличием опыта возможно, - заявила Эдисон. - А у меня, что того, что другого хоть отбавляй.

Эдисон вышла из машины, открыла пассажирскую дверь и аккуратно достала вертолет. Она поставила его на капот, направив носом в сторону дома, отошла от автомобиля и вытащила из кармана пульт дистанционного управления. Он выглядел как безобидный пульт от Сони Плэйстейшн, за исключением того, что к нему был присоединен небольшой экран. Эдисон нажала на большую красную кнопку. Вертолет загудел и ожил. Все быстрее и быстрее завертелись лопасти, и он взмыл в небеса. Она управляла винтокрылой машиной джойстиком и большим пальцем, а в экран наблюдала за его местоположением. Эдисон направила вертолет в сторону разбитого окна. Он на мгновение завис перед окном, а потом легко скользнул внутрь квартиры.

Эдисон нажала еще одну кнопку, и на пульте загорелась красная лампочка.

- Мы внутри и идет запись, - сказала она. Эми выглянула из-за плеча Эдисон и уставилась в мониторчик.

- Почему все такое зеленое?

- Так выглядит ночная съемка, внутри нет освещения, - ответила Эдисон.

Эми уставилась в зеленый экранчик, но не смогла различить ничего, кроме темных очертаний, которые она приняла за мебель.

- Ничего не разберу, - сказала она.

- Я откорректирую видео, когда мы вернемся домой. Мне просто нужны входные данные. Ладно, еще один кружочек и сматываем удочки.

Эдисон совершила последний облет квартиры и с изяществом кардиохирурга совершила маневр. Вертолет вылетел из окна и приземлился на крыше автомобиля. Оставшаяся процедура заняла менее пяти минут.

- Вот это да, это было впечатляющим, - воскликнула Изабель. Она откинулась на сиденье и принялась обмахивать свое лицо. Оно было красным, а кожа над верхней губой и на лбу покрылась капельками пота. Эми узнала симптомы. Изабель находилась либо в пред-инфарктном состоянии, либо в пост-оргазмическом.

Эми надеялась, что в последнем.

Эдисон быстро убрала вертолет. Когда она взобралась обратно в машину, то что-то быстро прошептала Изабель на ухо. Эми бы и не обратила на это внимание, если бы только Изабель не обернулась назад и не кинула на Эми нервный взгляд, а потом вытянулась на переднем сидении, уставившись на дорогу.

- Что происходит? - спросила Эми. - Что она тебе прошептала?

- Ох, ну знаешь... - начала Изабель... - всякие милые словечки.

Эдисон завела машину и выехала с парковки.

- Она этого не делала, - заявила Эми. - Она что-то увидела, а теперь вы это от меня скрываете.

Изабель и Эдисон не проронили ни слова.

- Так что ты увидела? - спросила Эми. - Вы увидели что-то важное, что-то, что оправдает меня в глазах Джордан?

Эдисон вела в тишине. Мышцы ее челюсти сжимались и разжимались. Эми нервно заломила руки.

- Эдисон? - продолжила она, - Ты увидела что-то плохое? Что-то, что, ты боишься, меня расстроит?

- Давай так, я думаю, что Изабель и я должны посмотреть видеозапись первыми.

- Почему?

- Давай так, происходит нечто совсем необычное, и я бы предпочла, чтобы Изабель об этом позаботилась. Ты доверишься нам в том, что мы стараемся сделать как лучше для тебя?

Эми выглянула в окно. Начал моросить дождь, и свет уличных фонарей выглядел размытым и нечетким. Как там говорят, «Апрельский дождик дарит майские цветочки?» Что ж, на дворе был почти июнь. Совсем не время для дождей. Словно погода насмехалась над ее дилеммой. Грустишь? Получай дождь в нагрузку. Она задумалась над своим затруднительным положением.

- Насколько там все плохо, что ты не хочешь, чтобы я это увидела?

И снова молчание, а затем:

- Прошу тебя, дай мне поступить так, как я считаю нужным.

Эми уже было собралась спорить, но передумала. На самом ли деле, она хотела знать, насколько жутким персонажем являлся Чед? На самом ли деле, она хотела изучить психику человека, с кем однажды переспала и выяснить, что он был без царя в голове? Сделала ли с ним это любовь или он уже был безумен до этого? Может ли любовь свести с ума здравомыслящего человека? Может ей стоит держаться от всего этого подальше? Как поступит она, если Джордан ее бросит? Превратится ли она в безумного психопата-преследователя?

Они продолжили ехать в тишине. После трех зеленых сигналов светофора и трех перекрестков в машине все еще не было произнесено ни слова. Эми больше не выдержала.

- Ну и насколько все плохо? Типа мелкие грызуны, распятые на спинке кровати? - нетерпеливо спросила Эми.

- Нет. Не настолько плохо, - просияв, сказала Эдисон.

- Ну, слава Богу, - облегченно выдохнула Эми.

Правда, секундой позже она поняла, что все было и плохо, и хорошо одновременно. Хорошо в том смысле, что Чед не калечил и не приносил в жертву мелких животных. Плохо в том смысле, что Чед еще не достиг апогея своего безумства, и лучшие его дни в этой ипостаси ждали еще впереди. «Гип, гип ура, - подумала Эми устало. - Гип, гип, бл...ь, ура.».

53. ХРАМ ПОКЛОНЕНИЯ ЭМИ.

Эдисон привела Эми и Изабель обратно в свою лабораторию. Они были какими-то притихшими - совсем уж подозрительно притихшими, подумала Эми. Эдисон принялась загружать видео в ее компьютер. Эми и Изабель терпеливо ждали. Когда загрузка была завершена, Эдисон бросила взгляд на Изабель.

- Нужно, чтобы ты отвела ее в другую комнату.

Эми стояла на своем.

- Нет. У меня есть полное право это увидеть. Это касается меня.

- Через несколько минут увидишь, - сказала Эдисон.

Изабель схватила ее за руку и наполовину потянула, наполовину потащила Эми из лаборатории.

- Сядь, - сказала она, толкнув ее в видавшее виды кресло с выдвигающейся подставкой для ног и примотанным изолентой к подлокотнику держателем для стаканов. - Не двигайся. Постарайся расслабиться. Хорошо?

Изабель погладила ее по голове и вышла, закрыв за собой дверь. Эми сидела как на иголках. Эми не знала, какого это на самом деле сидеть на иголках, но на слух это воспринималось, как что-то жутко не комфортное, как она себя, в общем-то, и чувствовала.

Через несколько мгновений скрипнула дверь, а когда она приоткрылась, Эми чуть не подпрыгнула от неожиданности. Она вздохнула с облегчением, когда она увидела, что это был всего лишь мистер Пип. Он лениво оглядел ее, и продефилировал мимо.

- Это ты все это затеял. Надеюсь, ты это понимаешь, - сказала Эми. Мистер Пип махнул хвостом, внимательно оглядел свой зад и покинул комнату через другую дверь.

- Да, да, и тебе того же,- сказала Эми. В дверях стояла Изабель.

- С кем ты ведешь беседу?

- С мистером Пипом.

Изабель казалась обеспокоенной. Она заговорила с Эми таким тоном голоса, каким обычно разговаривают с сумасшедшими или престарелыми.

- Кто такой мистер Пип? Твой вымышленный друг?

- Нет. Он - кот.

Изабель огляделась по сторонам.

Когда она не увидела никакого кота, то похлопала Эми по руке.

- Он - вымышленный кот?

- Не дури, - сказала Эми. - Он был здесь. Потом исчез.

- Как Чеширский кот?

- Да ради всего святого, - сказала Эми, вскакивая на ноги и направляясь в сторону двери. - Я собираюсь посмотреть это видео.

Изабель схватила ее за плечо в попытке остановить.

- Не думаю, что ты должна это видеть.

- Что на видео? Что он сделал? Это так жутко? Мне стоит начать пугаться? - Эми почувствовала, как живот сжался в тугой узел от страха. Что они от нее скрывают? Изабель глубоко вздохнула.

- У него была куча твоих фотографий.

Эми переварила эту информацию.

- Ну, это не так уж и страшно.

- И под кучей, я подразумеваю сотни.

- Сотни моих фотографий?

Изабель кивнула.

- Боюсь, что так.

- У моей матери нет сотни моих фотографий, - Эми даже и представить не могла, где он мог их сделать. Внезапно ее дыхание перехватило. Что, если он фотографировал, когда она была в отключке.

- Пожалуйста, скажи мне, что я там не голая.

- Нет.

- Хорошо, ну тогда это не так уж и страшно. Я хочу увидеть видео.

- Милая, - начала Изабель, - оно немного жутковато. Ты, возможно, захочешь оставаться в неведении. Этого видео больше, чем достаточно, чтобы убедить Джордан в том, что Чед был преследователем, и что ты не собиралась выходить за него замуж.

- Я хочу его увидеть, - Эми промаршировала в лабораторию Эдисон. Она направилась прямо к Эдисон, которая, сгорбившись, нависла над клавиатурой и решительно произнесла: - Покажи мне.

Эдисон посмотрела на Изабель. Изабель кивнула со словами:

- Покажи ей.

Эдисон нажала на пару кнопок, и началось воспроизведение. Эми думала, что будет готова, к тому, что увидит. Она подумала, что увидит что-то типа алтаря Эми. Может быть, несколько фотографий, прикрепленных кнопками к стене. Но ничего не могло приготовить ее к тому, что она увидела на самом деле. Все стены, столы, каждая поверхность в комнате была оклеена фотографиями с ее лицом. Постеры, подушки, пледы были украшены коллажами с ее улыбающимся лицом. Это было еще хуже, чем стиль, в котором были оформлены декорации реалити-шоу «Duck Dynasty.».

Когда к ней снова вернулась способность дышать, она произнесла:

- Как ему удалось заполучить так много моих фотографий?

Она ткнула пальцем в фото, где она вместе с Джордан сидела в своем Смарте.

- Он что, нанял кого-то следить за мной?

- Из того, что я вижу, можно констатировать, что эти снимки выглядят так, будто были сделаны на работе, - сказала Эдисон, ткнув пальцем в торт в комнате отдыха персонала на одном из фото.

- А тут еще куча снимков а-ля «я жуткий, безумный маньячина-преследователь».

- Он что, постоянно следил за мной все это время?

- Скорее всего. А вот фото его рукотворных деяний. Таблички на газоне. Ирма, топчущая собачьи какашки. Несколько фото с изрезанными шинами от велосипеда Джордан. И куча фоток с вами двумя, - Изабель приобняла Эми за плечо. - Мы наложим на него запретительный судебный ордер и направим в Отдел кадров больницы анонимное письмо с видео. Это заставит его держаться от тебя подальше.

- Я не хочу, чтобы он просто оставил меня в покое. Я хочу, чтобы он навсегда убрался с глаз моих долой, - процедила Эми сквозь стиснутые зубы. Она чувствовала, словно над ней надругались. Кто-то наблюдал за ней в самые личные и интимные моменты ее жизни. Она чувствовала себя уязвимой и напуганной. Если ее состояние нужно было бы описать одним словом, то это слово было бы «потерянная.».

- Поняла, - сказала Эдисон. - Ты уверена, что сегодня вечером будешь у себя в доме в безопасности?

- Я отправила Джереми СМС, - сказала Изабель. - Он сказал, что Чед ушел из дома, он сейчас как раз меняет замки на дверях. Будем по очереди стоять на вахте и караулить. Мы будем в безопасности.

Пока они шли к машине, Эдисон и Изабель переговаривались приглушенным шепотом. Эми была так ошеломлена тем, что она увидела, что, казалось, ее ум был не в состоянии переварить всю эту информацию одномоментно. Она чувствовала, будто идет против сильного течения, которое сбивает с ног.

Эдисон открыла для Изабель водительскую дверь. Как только она запрыгнула на водительское сидение и завела автомобиль, Изабель опустила окно.

- Увидимся завтра, - сказала Эдисон.

- Жду не дождусь, - прошептала Изабель, затаив дыхание.

Эми взобралась на пассажирское сидение и посмотрела на верхний этаж дома, на темные окна студии Джордан.

- Завтра все это закончится, - произнесла она вслух. Но даже она могла различить сомнение в своем собственном голосе.

54. ЭЛВИС ПОКИНУЛ ЗДАНИЕ.

Эми ничего не слышала о Джордан на следующий день. Не слышала она о ней и через день. Она проверяла свой телефон на наличие пропущенных звонков или СМС приблизительно 178 раз. Она звонила Эдисон, по меньшей мере, по двадцать раз за день. Эдисон уверила ее, что все еще пытается отследить местоположение Джордан и Ирмы. Но, как и сказала Эдисон: «Если Ирма захочет залечь на дно, то найти ее не реально».

Эми была истощена. Переживания сжигали кучу энергии. Она не высыпалась. Она работала будто во сне, накачивая себя литрами кофе. Чеда она не видела со времени его предложения. Он взял больничный до полного выздоровления. Это была единственная хорошая новость. Тем не менее, Эми все еще инстинктивно оглядывалась через плечо при малейшем шорохе. Она чувствовала, что за ней следят, куда бы она ни направлялась. Она даже осматривала кабинки в женском туалете на предмет потайных глазков, прежде чем присесть на унитаз.

Вероника, на текущий момент безблизняшная, легонько постучала в дверь кабинета Эми. Эми подняла голову и улыбнулась.

- Входи.

Вероника окинула взглядом коридор и переместила свое внимание на Эми.

- Черт, я опоздала, - она заскочила в офис и захлопнула за собой дверь. - Тут есть замок? - спросила она, возясь с дверью.

- Нет. Я направила заявку в Отдел материального снабжения, но они еще не объявлялись.

- О, черт возьми! - Вероника схватила стул и подперла им дверь, спинкой прямо под дверную ручку и попыталась открыть ее. - Эй, а это реально работает.

Она казалась удивленной и взволнованной по этому поводу.

- Что происходит? Почему ты заперла нас изнутри?

- Я не запирала нас изнутри. Я заперла его снаружи.

- Его? Его? - взволнованно спросила Эми. - Его - это Чеда?

- Да. Он направляется сюда, - Вероника подбежала к окну и толкнула его. Безрезультатно.

- Эти окна не открываются, - сказала Эми. - Они запечатаны наглухо в слабой попытке снизить статистику самоубийств среди врачей.

Раздался стук в дверь. Эми перевела взгляд с двери на Веронику.

- Черт, - прошептала она одними губами. - Черт, черт, черт.

Вероника в отчаянии озиралась вокруг. Ручка двери зашевелилась.

- Эми. Ты там? - раздался голос Чеда. - Впусти меня, мне нужно с тобой поговорить.

- К нему только что приходили из Отдела кадров, сказали, что он должен оставить тебя в покое. Думаю, это не произвело на него особого впечатления, - прошептала Вероника.

- К ним анонимно прислали диск с видеозаписью?

Вероника кивнула.

- Они поговорили с ним и Главой администрации больницы, Гарольдсоном. А когда к делу подключается Большой Г, то это серьезно.

- Я слышу тебя, - нараспев прокричал Чед.

Потом он принялся молотить в дверь обоими кулаками. От силы его ударов стул закачался. Вероника старалась удержать стул, придерживая его под дверной ручкой.

Эми пожалела о том, что когда-то посмотрела фильм «Сияние». Это слишком походило на момент «А вот и Джонни». Она почувствовала, как ее сейчас вырвет.

- Черт возьми, Эми, я просто хочу поговорить. Это не то, что ты думаешь. Это не то, что думают они. Это любовь. Настоящая любовь, - взревел он. - Никто не понимает, как сильно я тебя люблю, и все пытаются нас разлучить.

Он долбил в дверь так сильно, что она стала раскачиваться на петлях.

Вероника взглянула на потолок.

- Придумала. Вставай на стол.

- Зачем?

Вероника щелкнула пальцами.

- Просто делай это! Живо!

- Эми, я, мать твою, люблю тебя! - заорал Чед.

Эми быстро взобралась на стол. Ей удалось лишь дотронуться до потолка кончиками пальцев и все. Вероника вытянула с книжных полок несколько здоровенных медицинских томов и сложила их друг на друга на столе.

- Встань на них.

- Мне туда? - спросила Эми, указывая на потолок.

- Верно. Отодвинь в сторону панель и подтянись на руках. Потом верни панель на место и вытянись во весь рост горизонтально. Он не за что на свете не догадается, что ты там.

- АААААмммммммммииииииииии!

Не контролируемый вопль Чеда, как по волшебству вознес Эми к потолку. Она вскарабкалась наверх, и в этот момент крики Чеда стали жалобными и умоляющими.

- Эми, впусти меня, пожалуйста, я так сильно тебя люблю. Я осознаю переменчивую природу твоих сексуальных предпочтений, но мы справимся с этим. Я хочу, чтобы мы были вместе. Наделали маленьких Чедиков и Эмичек, жили бы в пригороде и устраивали барбекю по выходным.

Его ногти заскрежетали по поверхности двери. Эми установила потолочную панель назад и исчезла из вида.

- Элвис покинул здание, - громко произнесла Вероника.

- Элвис? Кто такой Элвис? - прокричал Чед. - Он тоже претендует на внимание Эми?

Вероника отодвинула стул. Она распласталась по стене и взмолилась:

- Помоги мне, Чед. Тут ручка дверная заела или что-то вроде того.

- Что?

- Это Эми, используй свою грубую мужскую силу, чтобы вызволить меня отсюда, - сказала Вероника.

- Навались своим телом на дверь! Я заперта, и я задыхаюсь. Спаси меня!

На какой-то момент воцарилась тишина. После дверь с грохотом распахнулась, и Чед влетел в кабинет головой вперед. Он зацепился ногой за стул и распростерся на рабочем столе Эми. Не мешкая не секунды, Вероника вытащила из кармана шприц, сорвала зубами колпачек и воткнула в задницу Чеда иглу.

Он моментально вырубился.

- Все хорошо, Эми, можешь вылезать, - сказала она.

Эми отодвинула потолочную панель, спрыгнула на угол стола, а затем и на пол. Она вся была покрыта каким-то белым порошком, словно пончик сахарной пудрой. Она надеялась, что это всего лишь пыль, а не какой-то химический реагент, который повлияет на здоровье ее будущих детей и наградит ее раком в преклонном возрасте на рубеже сорока пяти лет.

Вероника держала в руках шприц как дымящийся пистолет. Эми уставилась на храпящего Чеда.

- Что ты ему вколола?

- Кубик Пропофола и немного Мидазолама в придачу. Он ничего не вспомнит.

55. ЖУЧЕК, ЖУЧЕК, КТО ПОДКИНУЛ ЖУЧЕК?

Вероника вытащила из заднего кармана брюк Чеда сотовый телефон. Мышцы его задницы рефлекторно сжались.

- Что ты делаешь? - спросила Эми.

- Ты же не собираешься стащить его бумажник, так ведь?

- Я просто взгляну на его телефон.

- Ага! - Вероника триумфально улыбнулась и показала Эми экран его сотового, - Это отслеживающее по GPS устройство, видишь?

- А что это за мигающая красная точка?

- Это ты, - сказала Вероника. - Он подсадил тебе жучков и так отслеживал твое местоположение.

- Боже мой, - выдохнула Эми. - Вот как он всегда знал, где я была.

- Мы должны выяснить, куда он понатыкал жучки. Потом мы можем вернуть их обратно на свободу в дикую природу.

Эми вздрогнула.

- Думаешь, он вживил один из жучков в меня, в какое-нибудь отверстие моего тела, когда я была без сознания, поскользнувшись, ну ты знаешь?

Вероника приподняла бровь.

- Фу, надеюсь, что нет. Я обыскала бы кучу мест, но не там это уж точно. Давай посмотрим в твоей сумочке, куртке и вещах, которые ты привыкла носить с собой.

Ровно через семь минут они нашли устройство, похожее на серебристую пульку в кошельке Эми, еще одно в сумочке, а третье аккуратненько вставленное в ежедневник.

- О чем ради всего святого он думал? Я даже не знала, что эти штуковины существуют, а теперь я вся увешана ими, - сказала Эми.

- Пойдем, наверняка, парочка устройств прячется у тебя в автомобиле, - подстегнула ее Вероника. - Нам нужно ее проверить.

- А что делать с ним? - Эми указала на подергивающиеся полужопицы Чеда.

- Об этом не волнуйся. Он будет в отключке еще какое-то время.

И они крадучись покинули офис. Эми не понимала, почему они перемещались с такой осторожностью. Во всей этой ситуации не было ее вины. Чед был безумцем.

- Что на самом деле с ним не так, как думаешь? - спросила Эми, пока они спускались в лифте на подземную парковку.

- Без понятия. Должно быть, он всегда был немножко ку-ку, а вся эта история с тобой добила его окончательно. Может быть, ему никто никогда не отказывал, а, может быть, на него так повлияла вся эта история между девочкой и девочкой.

- Ты знаешь обо мне и Джордан?

- Дорогая, почти вся больница знает. Все парни ревнуют, а все девушки считают, что у тебя хороший вкус на женщин.

Они вышли из лифта и подошли к Смарту Эми.

- Где будем искать? - спросила она.

- Обычно в фильмах, они прячут жучков под кузов, чтобы бандюки не могли их вычислить.

- Бандюки?

- Ну, плохие парни. Ты не особо много смотришь телевизор, верно?

- Неа.

Эми наклонилась и заглянула под свою машину. У нее была такая низкая посадка, что было затруднительным что-то внимательно рассмотреть. Низкий клиренс этой модели был тем самым недостатком, о которым писали в автообозрениях. Но поскольку Эми была не большого роста и к тому же, она не собиралась выезжать на ней в горы или дебри дикой природы, то она это особой проблемой не находила. Если конечно, ваш сумасшедший приятель, с которым вы по случайности единожды переспали, не понатыкал везде жучков.

- Я ничего не могу рассмотреть. Может мне стоит под нее подползти?

Она была одета в темно-синие хирургические штаны, так что парковочная грязь не будет бросаться в глаза, но это приведет к антисанитарии, так что ей в любом случае понадобиться переодеться.

- Думаю, да, - заключила Вероника.

- Я бы конечно могла залезть сама, но боюсь, что застряну, - она указала на свою грудь.

- И мы бы не горели желанием звонить 911, - согласилась Эми. - Они бы наверняка подумали, что я переехала сисястую женщину.

Эми легла на спину и посмотрела на небольшой зазор между машиной и асфальтом, куда ей предстояло протиснуться. Она где-то слышала, что мыши умеют сжаться таким образом, что становятся плоскими и проползают под дверьми.

- Думай, как мышка, думай, как мышка, - вдохновляла она себя, проползая под бампером. Она умудрилась протиснуть свое тело под машину, но даже оттуда она ничего к чертям собачьим не смогла рассмотреть. Вполне логично было бы предположить, что Чед не остановится на примитивной идее засунуть жучек в дверь или выхлопную трубу, нет, этот говнистый ублюдок, залезет так далеко, как только будет возможно и поместит его в мешанине технических устройств.

- Черт, я не могу понять, что тут есть что. Я не хочу сломать мою машину.

- Что ты тут делаешь? - услышала она вопрос Вероники.

Когда Эми повернула голову, то увидела пару ботинок, которые стояли рядом с туфлями Вероники. Больших ботинок. Больших мужских ботинок. Она стукнулась лбом.

- Ой! Пожалуйста, скажи мне, что это не Чед.

- Это не Чед. Это я, - сказал Джереми. Он нагнулся и заглянул под машину. - Что ты там делаешь?

- Она ищет отслеживающие по GPS устройства. Чед уже снабдил ее тремя. Теперь мы пытаемся найти то, что может быть в машине, - ответила за нее Вероника.

Эми выползла из-под своей машины. Джереми протянул руку и помог ей встать на ноги.

- А где сейчас Чед? - спросил он у Эми, пока она пыталась отряхнуться, но ей только удалось размазать по штанам машинное масло и грязь.

- Он в ее офисе, - сказала Вероника. - Я вколола ему транквилизатор. Как поступают с гориллами, сбегающими из зоопарка.

- Со всеми этими выкрутасами, чувак серьезно рискует потерять работу, - заключил Джереми. Он обошел вокруг автомобиля, осматривая его со всех сторон. Он опустился на колени и заглянул под машину. Он снова встал на ноги и замер, поместив ладони на капот автомобиля. Со стороны казалось, что он медитировал.

Вероника и Эми обменялись взглядами. Эми пожала плечами.

- Если бы я был психом, где бы я спрятал отслеживающее устройство?

Внезапно, он распахнул глаза. Он нагнулся и провел пальцами за номерным знаком. Джереми ухмыльнулся и извлек на свет божий серебристую пульку с торчащим из него проводком.

- Нашел! Так, где его машина? - он оглянулся вокруг в поисках Бимера. - Я подложу его в машину Чеда, и ты сможешь отслеживать его передвижения.

- Разве для этого не нужно специальных GPS штуковин? - спросила Эми.

- Я загружу программу тебе в телефон, - сказал Джереми. - Так он не сможет к тебе подкрасться незамеченным.

- Этот парень реально не вменяем, - сказала Вероника.

- Его нужно закрыть в психушке, - согласился Джереми.

- Замечательная идея! - воскликнула Вероника. В то время, как Джереми устанавливал жучек за номерным знаком Бимера, Вероника набирала номер на своем сотовом.

- Привет, сестренка, - произнесла она в трубку.

- Слушай, тут у нас есть посылка в офисе Доктора Стюарт. Можешь заполнить форму 2XC – 49R, поставь там имя Доктора Джереми Блевинса и отдай Сальваторе? Тогда он сможет оттранспортировать посылку по нужному адресу. Ага. Позвони мне, когда все сделаешь, ладно? - она нажала на отбой и улыбнулась Эми.

- Что такое форма 2XC – 49R? - спросила Эми.

- Это запрос на перевод пациента в психиатрическое отделение, - ответила Вероника. - Чед окажется в комнате с обитыми войлоком стенами прежде, чем очнется.

- Это гениально. У меня там есть друзья, они за ним присмотрят, - сказал Джереми.

- Почему это меня не удивляет? - спросила Вероника.

- Они о нем позаботятся, - продолжил Джереми и подмигнул.

Вероника оглядела его с ног до головы. Должно быть, то, что она увидела, ей понравилось, поэтому она схватила его за руку, когда все они отправились обратно в больницу.

- Ну, так, скажи мне, тебе нравятся близняшки?

- Обожаю их, - ответил Джереми.

- Что ж, разве сегодня не твой счастливый день, - сказала Вероника.

Эми покачала головой. Казалось, словно все вокруг нее влюбились. Или, по крайней мере, томились страстью. Эми снова набрала номер на своем сотовом и когда Эдисон ответила, она произнесла:

- Это снова я. Ты ее еще не нашла?

56. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ЛАС ВЕГАС.

Джордан прыгала вверх и вниз по кровати в гостиничном номере, скандируя:

- Она меня любит! Она меня любит!

Очень дорогой ортопедический матрас из гостиницы MGM Grant работал как батут. И чем больше она кричала, тем выше подпрыгивала.

Ирма тайно вывезла Джордан из Портленда, подальше от Эми. Джордан охотно с этим согласилась. Есть ли для разбитого сердца на планете места лучше, чем земля полуобнаженных танцовщиц, ярких огней и дешевых шведских столов? Ирма также захватила и Петронеллу. Это был их медовый месяц. В конце концов, они были вместе уже целую неделю.

Услышав шум, Ирма и Петронелла вбежали в комнату Джордан из соседнего, примыкающего к ней номера. Они появились как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джордан подлетела так высоко, что ее макушка вошла в прямой контакт с лопастями вращающегося под потолком вентилятора и...

Эта часть текста была вырезана цензурой из-за живописного описания кровавого действа.

Пятью минутами позже:

- Тебя что, ничему не научила история с Виктором Мороу и вертолетом по время съемок Сумеречной Зоны? - спросила Петронелла.

Она сидела на кровати с Джордан на своих коленках, в то время как Ирма прижимала к ее голове жутко дорогущее гостиничное полотенце в безуспешных попытках остановить кровь.

- Какой такой Виктор? - спросила Джордан.

- Была такая поучительная история из восьмидесятых, - сказала Петронелла.

- Моя голова все еще на месте? - спросила Джордан.

- По большей части, да, - ответила Петронелла.

- Я буду жить? Будьте со мной честны.

- Скорее всего, да, - ответила Петронелла. - Не возражаешь, если ты поведаешь нам историю о том, почему ты прыгала на кровати?

- Я получила письмо от Эдисон. Она послала его ФедЭксом, - сказала Джордан, указывая на смятый, окровавленный кусок бумаги, валяющийся на полу. Ирма подняла бумагу и начала ее внимательно изучать.

- Эдисон написала, что Эми меня любит. И вся это история с Чедом была большой ошибкой. Он ее преследовал. Эдисон сказала, что у нее есть неопровержимые доказательства обоих этих фактов.

Джордан вскочила на ноги, но голова закружилась так сильно, что она снова шлепнулась на кровать.

- Нам нужно вернуться. Мне нужно назад, к Эми,- заплетающимся языком промямлила она и потеряла сознание. Ирма оттолкнула Петронеллу в сторону.

Она схватила Джордан за ворот рубашки, рывком привела в сидячее состояние и отшлепала по щекам. Глаза Джордан распахнулись.

- Ауч. Почему ты меня шлепнула?

- Не спать, - сказала Ирма. - Или Ирма снова тебя шлепать.

Джордан потерла сначала одну щеку потом другую.

- А тебе обязательно было бить так сильно?

- Да, Ирма делать этого для твой польза, - ответила она. Ирма обернулась к Петронелле. - Позвони в обслуживание номеров. Спроси их принесть что-то, что может остановить обширный кровотечение. Мы должен заклеить твоя голова и отвезти в больница.

- У меня голова болит, - сказала Джордан. В ее глазах двоилось, а речь была несвязной. - Я что, пила? Я пьяна? У меня похмелье?

Петронелла схватила трубку телефона и набрала один на быстром наборе.

- Джордан, сиди тут. Ирма нужно кое-что организовать. Ирма скоро вернуться взад, - сказала Ирма и выбежала из комнаты.

Скрытая от взора Петронеллы, Джордан сползла на пол и подползла к мини холодильнику. Открыв его, она вытащила на свет божий все бутыльки с выпивкой, что имелись там в наличии.

- Такие маленькие бутылочки, - заметила она. - Мне нужно еще волшебного зелья.

Джордан открыла одну из бутылочек и залпом ее выпила. Когда она поняла, что головная боль никуда не улетучилась, то выпила еще одну. Потом еще одну. В это самое время, Петронелла говорила по телефону:

- Обслуживание номеров? Это номер 629. Нам нужно что-нибудь, чтобы остановить кровотечение. - Повисла долгая пауза. - Эм... у вас есть коробка гигиенических прокладок? Есть? Это было бы замечательно. Эм... А для ночного использования у вас есть? Замечательно, убедитесь, что у них есть крылышки. И поторопитесь, хорошо? До свидания.

Она повесила трубку и обернулась. Джордан сидела перед холодильником, перед ногами у нее валялось с дюжину пустых бутылочек от алкогольных напитков.

- Что ты делаешь? - закричала Петронелла.

Джордан посмотрела на нее, отчаянно пытаясь сфокусировать взгляд, и рассмеялась.

- Мое похмелье улетучилось, - она прищурилась. - За ваше здоровье, дамы!

Джордан держала перед глазами последнюю бутылочку. Воскликнув «Оп-ля,» она выпила ее залпом.

- Ирма! - закричала Петронелла. - У нас тут проблемы.

57. МУСОРЩИК.

Эми кричала в свой сотовый:

- Ты это сделала? А она? А ты? А что она сказала? - она была так возбуждена, что подпрыгивала на месте вверх и вниз. - О, Эдисон! Я люблю тебя! Я имела в виду, ну ты понимаешь как. Но я все равно тебя люблю, люблю, люблю, люблю!

Эми повесила трубку. Она была в таком восторге от того, что Эдисон нашла Джордан. Ей было наплевать, что она находилась в Лас-Вегасе, в номере отеля. Все, что сейчас имело значение, то, что Джордан возвращается к ней, что она почти что уже на пути домой.

Когда Эми зашла в свой офис, то обнаружила там Веронику, Валери, Джереми и большого, мускулистого мужика, которые стояли вокруг обмякшего тела Чеда. Эми внимательно изучала мускулистого мужика. Казалось, его нос был приплюснут под воздействием нескольких ударов снегоуборочной лопаты. У него были большие уши, блестящие черные волосы и отсутствовало нескольких важных для улыбки зубов.

- Кто ты? - спросила она.

- Меньше знаешь, больше спишь, - ответил он голосом Марлона Брандо.

Эми встревожилась.

- Он - мусорщик, - сказала Валери. Вероника хихикнула.

- Он здесь, чтобы забрать мусор.

После этих слов, мускулистый мужик наклонился, схватил Чеда и забросил его на плечо, будто бы тот был мешком с мукой. Он шел по коридору, удаляясь все дальше и дальше, напевая при этом мелодию из Крестного Отца.

- Я думала, ты отправила Чеда на психиатрическое освидетельствование, - сказала Эми.

Вероника и Валери одновременно пожали плечами.

- Все, что я сделала, это заполнила формы, - сказала Вероника. - А они уже забирают...

- И никогда не возвращают, - добавила Валери.

58. ЕДЕМ ДОМОЙ.

- Думаю, тебе придется наложить несколько швов, - сказала Петронелла, убрав гигиеническую прокладку с головы Джордан.

Кровь все еще сочилась. Она быстро сменила старую прокладку на свежую.

- Да, совершенно определенно без швов не обойтись.

- Мне нужно увидеть Эми. Она сможет меня починить, - невнятно пробормотала Джордан.

- Я организовала частный самолет. Мы вернемся на нем назад в Портланд. Там нас будет ждать лимузин. Он отвезет нас в больницу, где работает Эми.

- Урааа! - закричала Джордан, вскочив на ноги. Резкое движение заставило ее голову закружиться.

- Ой, - сказала Джордан. Ее глаза закатились, и она без сознания рухнула на кровать.

Ирма схватила Джордан и поместила ее голову себе на плечо. Она обернулась к Петронелле.

- С тобой все будет в порядке? Поедешь с нами в больницу?

Петронелла кивнула.

- А потом, и глазом не успеешь моргнуть, как я снова окажусь в твоих объятиях. - Ирма лукаво усмехнулась. - Ирма любить Петронелла.

- А Петронелла любит Ирму, - сказала Петронелла. Она схватила Ирму и впилась в нее жадным поцелуем. В этот момент очнулась Джордан. Все еще лежа на плече Ирмы она произнесла:

- Эй, вы двое, ничего, что я тут кровью истекаю?

59. ЭДИСОН И ИЗАБЕЛЬ.

- О, Боже мой, - застонала Изабель.

Она растянулась под одеялом на постели Эдисон с Корн-догом в руках и между ее бедер. У них заняло примерно двадцать три часа, чтобы перейти от встречи друг с другом до кувыркания в постели. Но это не было лесбийским рекордом.

- Я попала? - спросила Эдисон.

- Чуть левее.

Эдисон сидела на краю кровати спиной к Изабель. На ней были одеты ее очки-камеры. А в руках Эдисон держала пульт дистанционного управления. Она двинула переключатель влево.

- О, Боже мой! - Закричала Изабель в экстазе.

- И как? Хорошо? - спросила Эдисон.

- Лучше, чем хорошо, - едва выдохнула Изабель. - Лучше, чем ... О, боже мой. Ты гений.

Эдисон просияла.

60. НА БОРТУ САМОЛЕТА.

Десятью минутами позже Ирма и Джордан сидели в частном самолете, летящим в небесах над Невадой. Джордан развалилась в кресле, уронив подбородок на грудь.

- Эй! Не спать, - Ирма шлепнула ее.

- Вы, русские, такие грубые, - сказала Джордан.

- Это наш способ выживания, - ответила Ирма. - Мы защищать наши хрупкий сердец под железный панцирь.

- Короче, - спросила Джордан. - Как скоро я смогу увидеть Эми?

- Скоро.

- Как ты смогла так быстро раздобыть нам самолет? Кто эти люди?

Ирма улыбнулась и покачала головой.

- Меньше знаешь - лучше спишь.

Джордан пощупала свою макушку. Она была липкой и влажной.

- Думаю, мне нужно сменить прокладку.

Как Ирма и обещала, вскоре самолет совершил посадку в частном аэропорту на окраине Портленда. Джордан выпрямилась в кресле.

- Как я выгляжу?

Глаза Ирмы блуждали по Джодан. От кровавой гигиенической прокладки на голове до кровавых брызг на шортах, в которые та была одета.

- Ты выглядишь человеком, нуждающимся в медицинской помощи.

Джордан была в восторге.

- Прекрасно, Эми будет знать, что я нуждаюсь в ней. Так я действительно выгляжу раненой?

- Да, у тебя в этом отношении все схвачено. Теперь пойдем.

Виктор, большой бородатый пилот, открыл дверь самолета, как только наземная команда подкатила трап.

- Большое вам спасибо, - сказала Джордан, пытаясь пожать ему руку.

Она несколько раз тянулась и промазывала мимо его ладони. Должно быть, координация движений между глазами и руками еще не восстановилась. Он заключил ее в медвежьи объятия.

- Пусть любовь хранит тебя. Иди с миром.

Он нехило хлопнул ее по спине, так, что Джордан закачало из стороны в сторону.

- Виктор, ты не мог бы спустить ее вниз по лестнице? - попросила Ирма, высунув голову наружу и установив факт, что самостоятельный спуск будет не под силу человеку с нарушением моторики.

- Эту девчушку-тростиночку? Ха!

Он поднял ее верх, уложил на плечо и, прежде чем Джордан успела возразить, она уже была помещена на заднее сиденье лимузина. Виктор попридержал дверь для Ирмы. Она ему улыбнулась.

- Виктор, тебе не стоило, - Ирма расцеловала его в обе щеки.

- Если ты вдруг решать, чтобы перебегать на другой сторона, Виктор ждать тебя с распростертый объятия, - ответил он, целуя ее руку.

Как только Ирма оказалась в лимузине, она снова натянула на себя имидж деловой дамы.

- Отвези нас в Университетский Больница очень быстро, пока из нее не вытек весь жидкость, - приказала она водителю. Это был сухопарый, худощавый мужчина.

- Да, товарищ, - пробасил он.

Джордан наблюдала, как за окном лимузина проносились огни ночного Портланда. Она была рада снова оказаться дома. Если бы ей пришлось так поступить, она бы обняла каждого человека в этом городе.

- Моя родина, - прошептала Джордан, прислонив голову к стеклу автомобиля. Она закрыла глаза. Она была так счастлива.

Ирма перетянула ее в вертикальном положении и шлепнула.

- Нет спать.

- Ой, - пробормотала Джордан.

- Мы почти у цели. Как ты себя ощущать? - Ирма окинула ее взглядом. - Не бери в голову, ты выглядеть ужасно. Ирма клясться на могиле бабушка, если ты умирать, Ирма преследовать тебя вечно.

- Но ты должна умереть, прежде чем сможешь кого-то преследовать, глупая, - сказала Джордан.

- Твой маленький доктор убивать Ирма, - сказала Ирма. - Ирма будет мертв.

- Не волнуйся. Эми убьет тебя всего лишь чуть-чуть.

Ирма покачала головой и выругалась себе под нос. Джордан не знала точно, что та сказала, но это походило, как если бы она сказала что-то о матери, лосе и компрометирующей позиции.

Лимузин подъехал ко входу в отделение скорой помощи в университетской больнице. Джордан схватила Ирму за руку.

- Мне нужна только Эми. Никто другой. Пожалуйста.

- Да. Я знать. Ирма позаботиться об этом.

61. ВСЕ ХОРОШО, ЧТО ХОРОШО КОНЧАЕТСЯ.

Эми сидела на больничной койке возле Джордан и держала ее за руку. Из рук Джордан торчало несколько трубок от капельниц, а ее голова была замотана так обильно, что повязка смахивала на тюрбан. Через какое-то мгновение веки Джордан задрожали, и она открыла глаза. Увидев Эми, она улыбнулась и произнесла:

- Должно быть, я на небесах. А рядом со мной сидит прекрасный ангел.

Эми улыбнулась.

- Это ты только что сочинила?

- Ага, - ответила Джордан.

- Тебе понравилось или попахивает банальщиной?

- Немного слащаво, но мне все равно нравится.

Потом они замолчали и долго смотрели друг на друга. Джордан первой отвела взгляд.

- Мне очень жаль, - произнесли они одновременно.

- Что? - снова произнесли они в одно и то же время и обе рассмеялись.

- Ты первая, - сказала Джордан.

- Хорошо, - ответила Эми. - У тебя на лбу шестнадцать швов. Ты потеряла много крови. Тебе пришлось обрить часть головы, так что в ближайшее время у тебя будет премиленькая залысина. Кроме этого, у тебя все в порядке со здоровьем, и Чед был ошибкой, и я должна была тебе о нем рассказать, но я не хотела тебя терять, и он оказался психом, а сейчас нам больше не надо о нем переживать.

- Теперь моя очередь? - спросила Джордан.

Эми кивнула и взяла себя в руки. Она ожидала худшего. Она знала, что не заслуживает любви этой красивой и талантливой женщины. И все же... она надеялась. Джордан глубоко вздохнула:

- Я была напугана. Вот почему я сбежала. Вся эта кутерьма с Чедом была лишь оправданием для бегства. В глубине души я знала, что ты любишь меня, а не его.

Эми подняла глаза. Они блестели от счастливых слез.

- Помнишь, - продолжила Джордан, - последний раз, когда я была здесь, и ты меня зашивала?

- Как я могу такое забыть?

- Помнишь, я как-то тебе рассказывала про детей, что падают из окон и выживают?

Эми кивнула.

- Ты говорила, что дети не боятся. Им неведом страх. Поэтому они отскакивали. Это их и спасало.

- Верно, - подтвердила Джордан. - Так что, полагаю, я собираюсь сделать то же самое. Я собираюсь упасть и расслабиться и...

- Отскочить, - закончил Эми за нее.

- Да, - сказала Джордан. - Я не собираюсь пугаться. Я позволю себе упасть.

Эми потянулась через Джордан к ночному столику и взяла книгу. Она протянула ее Джордан вместе с ручкой.

- Не подпишешь ее для меня?

- Это моя книга, - сказала Джордан. - То есть, она принадлежит тебе, очевидно, но написала ее я.

- Ты так и не закончила раздавать автографы, - сказала Эми. - Я надеялась, ты сможешь сделать это сейчас.

- С радостью.

Джордан схватила ручку и книжку. Открыв на первой странице, она написала: «Эми, какие у тебя планы на остаток своей жизни? Джордан.» Эми прочла и рассмеялась.

- Думаю, у меня есть планы, - ответила она.

- Правда?

- Если в них будешь присутствовать ты. - Джордан поманила Эми пальцем, предложив склонится ниже. Как только Эми оказалась достаточно близко, Джордан потянулась и поцеловала ее.

Их поцелуй прервал звук аплодисментов. Смущенные, они посмотрели в сторону открытой двери. В проеме двери стояли Клэр и Лилиан.

За их спинами, по коридору брела старушка, передвигая за собой стойку с капельницей. Она остановилась и заглянула в комнату, чтобы полюбопытствовать, чему это они тут аплодировали.

- Это моя дочь, - с гордостью сказала Клэр. - Она лесбиянка.

- И она влюблена, - добавила Лилиан.

Конец.