ПОКУПАЙТЕ, ИЛИ МЫ ЗАПЛАЧЕМ!

Удачи, надежды и мечты любого из нас связаны в эти праздничные дни перед рождеством и Новым годом с одной только, кажется, личностью — «потребителем». К лучшему или к худшему, но именно эта личность — будь то мужчина или женщина — определяет сегодня судьбу корпораций с многомиллиардными оборотами, чья прибыль в четвертом квартале уходящего года целиком зависит от предпраздничной торговли. Если же покупатели решат отсиживаться дома, в стране продолжится экономический спад, рост безработицы, колебания в руководстве бизнесом, и Рональд Рейган вступит в президентство в обстановке невероятной кутерьмы.

* * *

Мне недавно захотелось посетить потребителя, и я обнаружил его у телевизора наблюдающим игру в футбол.

Гарвей,— сказал я,— такой чудесный денек. Почему бы тебе не создать толчею в магазинах и не помочь добиться рекордной продана!, чтобы экономисты смогли возвестить о конце спада?Не могу себе этого позволить,— ответил Гарвей,—Цены вне пределов моих возможностей!

Но, Гарвей,—запротестовал я,—все общество рассчитывает, что ты поможешь оздоровлению экономики. Магазины открыты до десяти часов вечера именно для тебя. Они не закрываются даже по воскресеньям.

— Я лучше посмотрю футбол!

— А знаешь ли, Гарвей, чему ты обязан, что можешь наслаждаться игрой в футбол? Только тому, что ее преподносят тебе люди, производящие голубые джинсы и электрические бритвы, светлое пиво и кукурузную водку с перцем. Это они оплачивают рекламные ролики, которые передаются в перерывах футбольных матчей, и рассчитывают на твою благодарность— что ты отправишься в ближайший торговый центр и купишь их товары. Если же будешь восседать здесь, они не смогут впредь финансировать спортивные состязания. Это тебе не даровой завтрак!

— Ты опять толкуешь про свое. А известно ли тебе, сколько стоит этот жареный струганый картофель?

— Тебе не следует, Гарвей, думать только о себе в эти дни. Поразмышляй о состоянии национальной экономики. От тебя зависит торговля в эти праздничные две недели, за которые универмаги надеются продать столько же, сколько они продали за полгода. Если не влез в долги сейчас, любой решит, что ты дрянной человек.

Зазвонил телефон, и Гарвей поднял трубку.

— Да, — сказал он, — знаю, что вы ожидаете меня, но я занят — смотрю по телевизору футбольный матч… Нет, нет, лично против вас я ничего не имею. Просто я не уверен, что смогу сейчас приобрести эти вещи… Сами понимаете — инфляция, дороговизна… Я, пожалуй, повременю… Спасибо за звонок.

Гарвей положил трубку.

— Это звонил владелец сети универмагов «Дж. Пенни». Хотел узнать, почему я не реагировал на рекламу, которую он поместил во вчерашней газете о распродаже. Предлагал принять заказ на что угодно по телефону.

— Позвони ему сейчас же, Гарвей! — воскликнул я. — Скажи, что ты займешь деньги. Не порть человеку праздник!

Телефон снова зазвонил. Гарвей не захотел брать трубку. Сделал это я и был поражен, когда человек на другом конце провода представился.

— Гарвей, — сказал я. — Это звонит сам Ли Иконка, президент автомобильной корпорации «Крайслер».

Гарвей вырвал у меня трубку.

— Это вы, Ли? Чем обязан? Да, я говорил вам, что собираюсь купить машину для сына и обязательно выберу вашу модель «К». Но я совсем разорился… Выплаты за приобретенный в рассрочку дом меня сразили. Нет, не хочу я вовсе говорить с Фрэнком Синатрой[29]. О’кэй, ладно, давайте поговорю с ним… Алло, Фрэнк, примите мои поздравления… Да, я смотрел вашу рекламу для автомобилей компании «Крайслер»… Вы проделали прекрасную работу… Нет, Фрэнк, я на мели и «завязал» насчет покупок… Приятно было с вами поговорить…

Гарвей положил трубку и вздохнул.

— Нелегко приходится потребителям в эти дни. Если б не телевизионные футбольные матчи, я не знал бы, что делать в праздники!