Умные парни.

О смысле жизни, о России и мире, а также о том, как наука меняет наш мир, беседы с выдающимися российскими учеными.

Виталий Гинзбург, академик, лауреат Нобелевской премии КАЖДЫЙ МОЖЕТ ПОЛУЧИТЬ НОБЕЛЕВСКУЮ ПРЕМИЮ, ЕСЛИ ПРОЖИВЕТ ДОСТАТОЧНО ДОЛГО.

...

Исполнилось 75 лет Физическому институту Академии наук, который исторически берет начало от петровской Кунсткамеры. Из ФИАНа вышло больше нобелевских лауреатов, чем из всех других вместе взятых учреждений, организаций и институтов нашей страны, а по плотности академиков на квадратный метр ФИАН наверняка держит лидерство в Академии наук. Старейший сотрудник знаменитого ФИАНа – нобелевский лауреат Виталий Гинзбург, который пришел в институт еще до войны и не теряет активности до сих пор. О драматических судьбах российской науки, о ее взлетах и падениях, о роли науки и интеллигенции в российском обществе и государстве рассуждает академик Виталий Гинзбург.

Вопрос: Виталий Лазаревич, здание ФИАН напротив универмага «Москва» известно даже далеким от науки людям. Но ведь ФИАН не всегда располагался на Ленинском проспекте. С чего начиналась его история в столице?

Ответ: В 1934 году было принято решение о разделении Физико-математического института в Ленинграде на Математический и Физический институты и об их переезде в Москву. Эти институты сейчас примыкают друг к другу. Но сначала ФИАН получил здание на Миусской площади, куда привезли Ленина на рентген после покушения Фаины Каплан. Помню, будущий нобелевский лауреат Игорь Тамм, к которому я пришел студентом физфака МГУ, сидел в бывшей уборной. Это был большой кабинет – в проклятые царские времена уборные были очень просторными.

Очень сожалею, что мне не довелось побывать в Питере в Кунсткамере, с которого начинался мой родной ФИАН. Теперь уже ясно, никогда не побываю. Должен сказать, что и до революции в России были хорошие ученые, даже не считая Менделеева. Чего стоят физики Умов и Лебедев, имя которого носит ФИАН! Советская власть, поставив задачу индустриализации, много сделала для развития науки. Первый подъем произошел в 1930-е годы. Ученые ютились в тесноте, а наука прозябала – и вдруг получила, как ФИАН, здания, о которых прежде не могли мечтать. В советские времена в Академии наук президента стали выбирать среди ученых, хотя впервые это предложило Временное правительство, – и президентом стал выдающийся геолог Карпинский. При царе президентами Академии были члены царской фамилии, хотя наивно думать, что в советские и новейшие времена кандидатура «главного ученого» не согласовывалась в верхах.

Вопрос: И в проклятые, как вы выразились, царские времена, и в не менее сложную сталинскую эпоху академиков в России было вдесятеро меньше, чем сейчас. Однако авторитет российской науки на мировых весах был никак не меньше, чем сейчас, когда в РАН, если очень захочет, может попасть и политик, и магнат. Как вы относитесь к девальвации звания академика?

Ответ: Цицерон говорил, что главный грех в старости – это лень и безделье. Признаюсь, меня до сих пор возмущают апатия и равнодушие, которые я замечаю в нашей жизни почти на каждом шагу. В том числе и в работе Академии, в которой я состою с 1953 года. Я сегодня самый старый по стажу член Академии и за полвека я понял, что единственное, что всех по-настоящему волнует, – это избрание в академики. В академической больнице даже специальные койки оставляли для тех, кто по выборам не прошел в академики. А когда выборов нет, никто ни за что браться не хочет. Директор любого института обязательно хочет стать академиком. Но ведь он не всегда ученый – он менеджер, это разные вещи. Многие влиятельные люди добиваются избрания в Академию. Почему бы нет, ведь они не глупее академиков.

Хотелось бы внести ясность в двухступенчатую систему академиков и членов-корреспондентов. В большинстве академий в мире такого порядка нет – все избранные зовутся академиками. Недавно мне звонил один из самых уважаемых наших ученых, имеющих, как никто другой, доступ к властям, и уговаривал отказаться от членов-корреспондентов. Но такова наша традиция, и не надо ее разрушать. Начиналось это разделение с невинной причины: в петровские времена академиками становились привезенные из-за границы немцы и голландцы, а членами-корреспондентами – вовсе не второразрядные ученые, а те, что жили в провинции и отправляли в столицу научные корреспонденции. Если сегодня членов-корреспондентов сделать академиками, их станет 1 300 человек – это чересчур, противоречит здравому смыслу.

Вопрос: Первым директором ФИАНа стал сорокалетний сын фабриканта и депутата Московской городской думы академик Сергей Вавилов, совершенно легендарный ученый. Тесть нобелевского лауреата Петра Капицы царский генерал и академик Алексей Крылов говорил, что Сергей Вавилов старался брать в ФИАНе ученых сильнее себя. Вавилов не получил Нобелевскую премию только по той причине, что умер слишком молодым, и она досталась его сотрудникам. Брат Сергея Вавилова гениальный генетик Николай Вавилов погиб в тюрьме, что не помешало Сталину предложить директору ФИАНа пост президента Академии наук СССР. Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ» нелестно отозвался о Сергее Вавилове, который «лизал сапоги Сталину». Но взлет нашей науки – в очень большой степени заслуга Сергея Вавилова. Вы, наверное, последний, кто хорошо знал Сергея Вавилова. Объясните эти парадоксы.

Ответ: У Вавилова был большой авторитет среди профессоров еще прошлой формации. Иначе бы в ФИАН не пришли работать яркие ученые Леонид Мандельштам, Николай Папалекси, Игорь Тамм, Григорий Ландсберг и другие профессора МГУ. Сергей Вавилов указывал идеи и руководил работой аспиранта Павла Черенкова, потом послал его статью в западный журнал, не поставив свою подпись, что по нынешним временам немыслимо. Черенков в итоге сначала получил Нобелевскую премию, а только потом стал академиком. У Вавилова была забытая сегодня закваска – он был исключительно благородным и высоконравственным человеком. Впрочем, есть мнение, что Вавилов боялся обвинений в навязанном соавторстве с Черенковым с его рабоче-крестьянской биографией. К слову, Вавилов демонстративно носил золотое обручальное кольцо и не делал попыток вступить в партию. От репрессированного брата Сергей Вавилов никогда не отказывался и предпринимал попытки спасти его. Мало того, он взял на работу в ФИАН сына Николая Вавилова, который на всех углах кричал, что отец невиновен. Олег погиб в альпинистском походе еще при жизни Сталина при очень странных обстоятельствах. Сергей Вавилов опекал и своего младшего племянника Юрия, который стал доктором наук и до сих пор работает в ФИАНе.

Почему Вавилов принял предложение Сталина стать президентом Академии, когда уже знал, что брат погиб в тюрьме? Опасновато было отказать Сталину. Кроме того, должен сообщить, что я лично Сталина ненавижу, день его смерти – главный праздник в нашей семье, но кое-что в кадрах он понимал. В 1945 году среди кандидатов в президенты Академии наук значились прокурор Вышинский и другие говнюки еще хуже. Сталин выбрал Сергея Вавилова. Сегодня мне за девяносто – хороший Вавилов был президент, и лучшего я не видел.

Сергей Вавилов умер, когда ему не было еще и шестидесяти. Чего стоило противостоять народному академику Трофиму Лысенко, бороться с попытками разгрома многих наук, признанных буржуазными! У Вавилова на сердце при вскрытии нашли девять рубцов от инфарктов. Помню, как мы переносили мебель из его кабинета на третьем этаже в ФИАНе на первый этаж, потому что ему, в совсем молодые годы, тяжело было ходить по лестнице. Сергей Вавилов был замечательным во всех отношениях человеком.

Что касается «Архипелага», то я был знаком с Александром Исаевичем и написал ему, что он неправильно говорит о Сергее Вавилове. Солженицын позвонил мне, поблагодарил и сказал, что в новом издании обязательно учтет мои замечания.

Вопрос: Самым знаменитым ученым ФИАНа был создатель водородной бомбы, трижды Герой Социалистического Труда академик Андрей Сахаров, который переквалифицировался в правозащитника, был на много лет сослан в Горький и лишился всех регалий, кроме звания академика. Вы были начальником Сахарова. Не вытекает ли из свободы мысли, необходимой для занятий наукой, свободомыслие в политике? В ФИАНе много было фрондеров и инакомыслящих?

Ответ: Во избежание недомолвок, должен сказать, что я был членом партии. Вступил в партию в 1942 году, когда немцы окружили Сталинград. Моя будущая жена, дочь врага народа, была осуждена и проживала в Горьком, где по совпадению впоследствии оказался Сахаров. Я много лет ездил на свидания с Ниной в Горький, даже обзавелся там кафедрой в институте. Из-за порочащей связи от атомного проекта меня быстро отшили. Идею термоядерной бомбы мы высказали вместе с Сахаровым, предложили новое горючее, но на объект меня не пустили, хотя всякие расчеты поручали. Кроме Сахарова, других фрондеров в ФИАНе я не помню. Впрочем, у будущего нобелевского лауреата Игоря Тамма, который в молодости состоял в меньшевиках, всегда, как он мне шепотом сказал, в запасе был «сидор», маленький саквояж на случай ареста. Сахарова я попросил лишь не давать на подпись сотрудникам своих политических обращений, чтобы не подставить их под удар. Сахаров обещал этого не делать, добавив гордо: «Волк не охотится в своих владениях».

За годы ссылки наши сотрудники ездили в Горький к Сахарову семнадцать раз, я был там дважды. Кстати, все годы, пока Сахаров пребывал в ссылке, мы в целости сохраняли за ним кабинет, который раньше принадлежал Тамму. Когда Горбачев разрешил Сахарову вернуться в Москву, первым местом, куда в тот же день приехал Андрей Дмитриевич, был ФИАН. На первых выборах народных депутатов в Верховный Совет СССР из ФИАНа попали сразу двое – я и Сахаров.

Вопрос: Много лет назад вы вместе с Капицей, Харитоном, Зельдовичем и Канторовичем независимо друг от друга, но всего впятером на всю Академию отказались подписать письмо, осуждающее Сахарова за его политическую деятельность. Почему вы не подписали письмо?

Ответ: Потому что это было гнусное письмо. Я пошел на некоторый риск, но расстрелять меня в те годы уже не могли. В результате мне не дали какой-то полагавшийся орден. Но разве я не могу ради своих убеждений пожертвовать орденом?

Вопрос: Насколько верны обиды, что наша страна из-за козней противников недосчиталась многих Нобелевских премий?

Ответ: Я подробно изучал эту проблему и должен сказать, что заведомо мы потеряли лишь одну Нобелевскую премию, которую должен был получить Евгений Завойский за открытие электронного парамагнитного резонанса, но в 1940-е годы Сталин категорически запретил общение с Нобелевским комитетом. Несомненно, заслуживали премии также Ландсберг и Мандельштам, но они припозднились с публикацией – не исключено, из-за того, что у Мандельштама был арестован дядя. И еще безобразие, что Нобелевскую премию вместе со мной и Абрикосовым не получил Лев Горьков, хотя в СССР Ленинскую премию мы получили вместе. Я тоже мог не получить Нобелевскую премию, мне уже было 87, а отмеченной работе было уже лет сорок. В Стокгольме на банкете я сформулировал теорему: «Каждый физик может получить Нобелевскую премию, если проживет достаточно долго».

Вопрос: Почему ФИАН собрал рекордный для России нобелевский урожай?

Ответ: Ученые хорошие в ФИАНе – это ответ на поверхности. Но премия – во многом результат случая. Я делю Нобелевские премии на три категории: работы, за которые нужно дать премию, можно дать и нельзя давать, но иногда дают. В первую категорию попадает премия за эффект Вавилова-Черенкова, ко второй категории, так я полагаю, относится моя работа.

Вопрос: Вы – ученый с мировым именем. Не появлялось соблазна уехать на Запад, как это сделал, например, Алексей Абрикосов или ученый другого поколения Андрей Линде, который работал в вашем отделе, а теперь стал одним из самых ярких профессоров в Стэнфорде?

Ответ: Я не избалован советской властью, но уехать никогда не хотел. Хотя меня тридцать лет за границу не выпускали. И никто из близких мне людей на Запад не уехал. Надо признать, что теоретику многого не надо, а экспериментатору без нового оборудования работать невозможно. Но уверен, что гораздо легче быть посредственным экспериментатором, чем посредственным теоретиком.

Вопрос: Начался глобальный кризис. Как вы оцениваете перспективы российской науки, которая только-только стала дышать свободнее?

Ответ: До кризиса верхи осознали важность науки для государства. В 2006 годуя написал письмо Путину с просьбой создать лабораторию сверхпроводимости. Положительный ответ был получен быстро, но три года длилась бюрократическая волокита. Если ученый в России предложит гениальную вещь, то наши чиновники загонят эту идею в гроб. Вот четыре условия, которые необходимы для нормальной научной работы: зарплата, деньги на оборудование, жилье, быстрота в решениях. Если удастся выйти из кризиса, то, я уверен, начнем догонять западную науку. Мозги в России хорошие, научные школы имеют богатые традиции. Кстати, критикуя чиновников, должен заметить, что о министре Фурсенко я высокого мнения, это разумный человек.

Вопрос: С середины 1950-х годов в ФИАНе вы вели знаменитый на весь мир семинар по теоретической физике. Но несколько лет назад вы приняли решение закрыть его, хотя многие вас отговаривали. Сейчас в российской науке ничего подобного уже нет.

Ответ: Одна из знаменитых «старух» Малого театра задумала писать мемуары и обратилась к Вере Пашенной: «Я кое-что подзабыла, не поможете мне?» Пашенная ответила, что с удовольствием поможет. И мемуаристка вопрошает: «Так вот, Верочка, вы не помните, жила я с Сумбатовым-Южиным или не жила?» Я не хотел дожидаться того момента, когда не смогу приходить на свой семинар на своих ногах. Но все равно мне жалко, что семинар умер и не нашел продолжения.

Вопрос: После закрытия семинара мир и Россию охватила новая научная лихорадка – нанотехнологии. А еще был открыт Большой адронный коллайдер. Ваше мнение?

Ответ: Я не против нанотехнологий, они сулят гигантский прорыв, но мы уже в начале пути отстали от конкурентов. Однако, еще ничего не достигнув, в Академии наук выделили новые места для академиков по нанотехнологиям. Мне это не нравится. Надеюсь, Роснано, которую возглавил Чубайс, сумеет правильно повернуть дело. Чубайс был у меня дома, он отличный организатор, хотя в политике мы расходимся.

Что касается Большого коллайдера, он обещает самые невероятные открытия, которые могут перевернуть наши представления о мире. Российские ученые принимают активное участие в строительстве и в экспериментах на коллайдере. И надо сказать, наши ученые на первых ролях. Конечно, исследования на коллайдере никак не связаны с экономическим кризисом, который слишком мелок для науки. Наука – вот настоящая жизнь! Я в жизни не видел ни одной акции, но ничего от этого не потерял и плевать на них хотел!

Вопрос: Виталий Лазаревич, вы, наверное, не заметили, что уже давно наши астрологические прогнозы носят совершенно пародийный характер. Но продолжаете ли вы заниматься наукой? Кажется, без нее вам должно быть не просто скучно, а невыносимо одиноко.

Ответ: Природу не обманешь, в мои годы заниматься новыми исследованиями трудно. Но еще недавно, до того как заболел, чувствовал себя неплохо. Слежу за научными достижениями, получаю мировую периодику, редактирую журнал «Успехи физических наук». Нередко обсуждаю с коллегами их работы, пытаюсь дать совет.

Совершенно четко уверен, что будущее человечества и России будет определяться наукой. За 400 лет со времен Галилея, первого в современном понимании ученого, в мире произошли невероятные изменения. В молодости, помню, тетя принесла детекторный радиоприемник – он казался чудом техники. Как работает современный сотовый телефон, во времена Эйнштейна никто бы не понял. Наука формирует мир в большей степени, чем любая другая область. Политикам необходимо это понять и поддерживать науку щедро и разумно.

Наука и жизнь академика Гинзбурга.

...

На девяносто четвертом году жизни умер выдающийся ученый Виталий Гинзбург. Лауреат Нобелевской премии и старейший, с 1953 года, член Российской академии наук. Вклад Гинзбурга в науку неоценим – от фундаментальных открытий в области сверхпроводимости и сверхтекучести до практических предложений, в результате которых была создана водородная бомба. Среди учеников Гинзбурга многие стали академиками. Но не менее важно то, что Виталий Лазаревич Гинзбург был, наверное, последним ученым, который, не занимая никаких постов, имел столь высокий нравственный авторитет, что к его мнению по общественно важным вопросам прислушивались люди всех сословий и состояний. Он не был конформистом – он говорил то, что считал нужным. Его суждения часто шли наперекор официальной позиции, но его это не останавливало. При всей ясности такого жизненного алгоритма, в природе человеческой он является великой редкостью. И это было главным открытием Гинзбурга. В последние годы Виталий Лазаревич практически не выходил из дому. Болели ноги, и он не хотел оставаться в памяти немощным стариком. Но он не стал затворником – принимал коллег, редактировал научные издания, по телефону давал интервью тем СМИ, которым доверял. Это было невероятное зрелище – угасавшие физические силы и мощный разум, набиравший силу, несмотря на мафусаиловы годы. Мне приходилось бывать дома у Гинзбурга. Виталий Лазаревич был, несомненно, яркий, красивый мужчина. Столь же неотразимой внешностью мог обладать библейский царь Давид. Но при этом всю жизнь Виталий Лазаревич трогательно относился к Нине Ивановне, с которой отметил все мыслимые свадьбы, начиная с серебряной и далее по таблице Менделеева. Нина Ивановна, дочь врага народа, была осуждена, сослана в Горький, и молодой ученый, ставя под угрозу карьеру, ездил из академической Москвы в этот город, даже обзавелся там кафедрой. Гинзбурга отодвинули от атомного проекта, хотя вместе с Андреем Сахаровым он предложил фундаментальную концепцию, которая легла в основу водородной бомбы. Уверен, Нина Ивановна понимала, что ее любит гений. Ее женская забота была беспредельной, а кулинарные таланты, это не заметить невозможно, были способны превратить обед в настоящий пир. За столом царил хозяин дома, остроумию которого позавидовали бы все Задорновы мира. Академик Гинзбург сделал ряд выдающихся открытий. Его лекции в Кембридже счел нужным посетить гениальный Поль Дирак. Главную премию Гинзбург получил через несколько десятилетий после публикации работы, которая, кстати, сразу получила Ленинскую премию. Гинзбург не стеснялся вступиться за правду, даже если это грозило ему крутыми неприятностями. Он был одним из пяти ученых, отказавшихся подписать коллективное письмо с осуждением академика Сахарова. В последние годы, когда авторитет науки стал опадать, как осенний лист, но буйным цветом расцвели всяческие шарлатаны, выдающие себя за ученых, академик Гинзбург возглавил поход против лженауки. Может быть, поход был обречен, но его это не останавливало. С отчаянным упорством он протестовал против введения религиозных программ в школе, пусть это шло вразрез с мнением сильных мира сего. Если наука – это борьба за истину, то Виталий Гинзбург считал всю жизнь царством науки, где истина должна восторжествовать. 2009.

Валентин Янин, академик, руководитель Новгородской археологической экспедиции В НОВГОРОДЕ ДЕМОКРАТИЮ СОЖРАЛИ ОЛИГАРХИ.

Вопрос: Валентин Лаврентьевич, площадка, на который вы ведете археологические работы, производит странное впечатление. В раскопе копаются археологи, а сверху нависают вовсе не древние постройки, а внушительные особняки в новорусском стиле. Ближайшие особняки принадлежат политику Бурбулису и бывшей супруге экс-губернатора Прусака. Выглядят эти дворцы угрожающе. Создается впечатление, что особняки агрессивно наступают на историю, она им поперек дороги…

Ответ: Раскопки ведутся в центре Новгорода, и, несмотря на федеральные законы, которые подчеркивают приоритет исторических изысканий, мы постоянно испытываем давление. Недавно ко мне подошли в очередной раз и спросили, нельзя ли вести раскопки поскорее, чтобы освободить землю под коммерческую застройку. И не знаю ли я иностранных археологов, которые работают быстрее, чем мы? Я ответил, что знаю очень многих иностранных археологов. Например, итальянских. Раскопки в Помпеях ведутся уже более двухсот лет, а мы только семьдесят лет работаем. Собеседник ушел недовольный. Кажется, наука стала ему окончательно омерзительной.

Вопрос: Со времен Ломоносова и Карамзина ведутся споры о корнях русского народа, о том, как формировался русский язык, о родственных связях с соседями. Версий высказано немало, но полного согласия по-прежнему нет. Вы занимаетесь той эпохой, когда непосредственно формировался русский народ и русский язык. Каково ваше мнение на этот счет?

Ответ: Долго господствовало мнение, что все славянские племена, населявшие Восточно-Европейскую равнину, происходят из одного центра в среднем Приднепровье, на территории современной Украины. Из этой прародины, так считалось, шло заселение русских территорий до Рязани и Суздаля и далее до Пскова и Великого Новгорода. Предполагалось, что первоначально существовал и единый язык. Не было диалектов, все говорили одинаково – ив Новгороде, и в Суздале, и в Киеве. Диалекты же появились только с размежеванием княжеств, когда начался удельный распад Руси, а монгольское нашествие его усугубило.

Результаты археологических раскопок в Великом Новгороде и анализ древних текстов, проделанный замечательным лингвистом академиком Андреем Зализняком, еще до распада СССР (это, как вы понимаете, важно) позволили доказать, что процесс заселения русских территорий шел иначе. Носители северо-западного диалекта, на котором говорили в Новгороде в XI–XII веках, не могли прийти из Киева. Ближайшие аналоги имеются в языках западных славян. Богатые данные раскопок в Новгороде, изучение антропологических типов, обрядов, керамики, даже фортификационных сооружений подтверждают, что славяне проникли на северо-западные территории современной России с южных берегов Балтики. Но Суздаль заселялся все-таки с юга. В XIII–XIV веках отличие диалектов на русских землях постепенно стирается.

Но откуда появилось название «русские»? На этих территориях в мирном соседстве жили угро-финские племена меря, кривичи, славяне. Еще в давние времена ими овладели варяги, наложившие суровую дань – с каждого мужчины по беличьей шкурке. Не выдержав насилия, племена прогнали варягов, но пальму первенства между собой не поделили и вновь решили позвать на княжение иноземцев. Варяжский мир был очень обширен – свей, готы, норманны, англяне… Решено были призвать тех варягов, что проживали на территории Северной Германии и Северной Польши и называли себя Русью. Таким образом, первый «русский» Рюрик с дружиной появился на наших землях в 859–862 годах, правил 14–15 лет и жил в Городище – Новгорода еще не было. Рюрик завещал правление на этих землях своему родственнику Олегу, оставив ему на руках сына Игоря. Олег в результате конфликта с коренными племенами начал движение на юг и завоевал сначала Смоленск, потом Киев. В условиях политического вакуума племена стали стягиваться к месту пересечения торговых путей, где и возник Новгород.

Таким образом, «русские» – это самоназвание одного из варяжских племен. Точно также возникло слово «люди» – так называли себя кривичи. Между прочим, чукчи на родном языке значит «настоящие люди».

Вопрос: Выходит, с анекдотами надо быть осторожнее, ибо у нас с чукчами схожий склад мысли… Одна из любимых тем в политических дискуссиях – врожденное раболепство русских перед властью. Но ведь в первом русском государстве права князя была ограничены очень сильно и власть его не была абсолютной…

Ответ: Олег ушел из Городища в Киев, оскорбившись тем, что ему, по существу, приходилось жить только на дары. Существовала система жестких ограничений, которая постоянно совершенствовалась. Князь и дружина не могли собирать подати, это было право самих новгородцев, которые платили князю жалованье, как чиновнику. Князь и дружина не имели возможности владеть вотчинами и землями, им выделялись лишь луга для содержания коней.

Вопрос: Говоря по-нынешнему, новгородцы не допускали князя до финансовых потоков…

Ответ: Не только до финансовых. Князь вел уголовный и гражданский суд, но не имел права утверждать приговор без посадника, представителя новгородских бояр. Новгород имел право не только приглашать, но и изгонять князя.

Вопрос: Что случалось даже с Александром Невским. Между прочим, какова историческая правда о Ледовом побоище?

Ответ: Значение этого эпизода сильно преувеличено при Сталине в политических целях. Ни тевтоны, ни татары Новгороду всерьез не угрожали. Новгород вообще предпочитал решать конфликты мирным путем, и ему это удавалось. Новгород потерял свои права лишь в 1478 году, когда был присоединен к Московскому государству царем Иваном III, который, как вы помните, еще через два года добился полного освобождения от татаро-монгольского ига. Сопротивление новгородцев Москве возглавляла вдова посадника Марфа Борецкая, о которой до сих пор пишут повести и поэмы.

Вопрос: Сегодня в технологическом плане Россия находится в зависимом от Европы положении. Новгород тоже не был в этом отношении самостоятелен и отличался отсталым уровнем производства?

Ответ: Как показывают находки материальной культуры, Новгород в технологическом отношении находился на одном уровне с Европой. Если в чем Новгород тогда и нуждался, так больше всего в европейском сырье.

Вопрос: Итак, новгородская демократия просуществовала несколько веков. Это государство было процветающим, устойчивым, ориентировалось не на военные приобретения, а исключительно на экономику. В ту эпоху в Западной Европе таких примеров было не много. В технологическом плане при известном воображении Европу можно было назвать сырьевым придатком Новгорода. Но в конце концов новгородская демократия стала слабой и рухнула. Можно ли сейчас проанализировать причины падения первой русской демократии? Будем говорить прямо, эти вопросы важны и интересны в связи с достаточно извилистым путем демократических процессов в современной России.

Ответ: Не надо забывать, что в каждой эпохе своя демократия. И демократия всегда существует для какого-то круга людей, но не для всего общества. Первая-то демократия возникла при рабовладельческом строе в Древней Греции, так что вряд ли сулила всеобщее равноправие. Сегодня одна демократия – для депутатов, другая – для олигархов, третья – для пенсионеров. Что касается Новгорода, то его особенностью было посадничество – власть, параллельная княжеской. Расцвет демократии в Новгороде пришелся на XIV век, тогда город называли «господином» и «государем». В Новгороде велась активная политическая борьба, действовала многопартийная система. Новгородское вече состояло из 300 «золотых поясов», представителей самых богатых семей. Но своего кандидата в посадники выбирал каждый городской район. В середине XIV века кандидатов в посадники было всего 6, потом 24, потом 36 и даже 72. Сначала выборы степенного посадника проводились раз в год, потом каждые полгода. К пирогу тянулось все больше боярских семей. Система стала неуправляемой, а власть коррупционной. Народ уже не знал, к кому предъявить претензии, – демократия себя изжила. Народу противостояла вся олигархия, о чем есть записи в летописях о суде неправдивом, о неправедном правлении, о мздоимцах, которых после смерти земля не принимала. Народ перестал участвовать в политической жизни, изверился во власти. В демократической модели был нарушен баланс. Когда Иван III подошел к Новгороду, вовсе не собираясь его завоевывать, город упал ему в руки, как перезревшее яблоко. Бояре не защищали город, они просили Ивана лишь об одном – не изгонять их из города. Царь пообещал, но через десять лет переселил бояр в Нижний Новгород. Мой вывод такой: новгородскую демократию разрушили и сожрали олигархи.

Вопрос: Несколько лет назад модным стал поиск национальной идеи. Идея не нашлась, но ее с переменной активностью ищут до сих пор. Была ли национальная идея в процветавшем Новгороде и нужна ли, на ваш взгляд, такая идея в принципе?

Ответ: В чистом виде национальной идеи в Новгороде не было. Но часто говорили: «Где Святая София – там и Новгород», имея в виду Софийский собор. София защищала город, была символом мудрости. Национальная идея впервые была сформулирована в царской России – это знаменитая уваровская триада «самодержавие – православие – народность». Наличие официальной идеи не воспрепятствовало тому, что скоро великая страна рухнула. Мне ближе идея Великой французской революции – «свобода – равенство – братство» и даже заменившая ее в годы правительства Виши триада «работа – страна – Отечество». Но я, честное слово, не понимаю, какая национальная идея может быть сегодня в многонациональной России. Новый праздник День национального единства, назначенный на 4 ноября, не соответствует исторической правде. Конец Смутного времени тогда не наступил, оно закончилось лишь через шесть лет, когда Смоленск и Новгород были освобождены от шведов.

Вопрос: Была ли в «господине» Новгороде ксенофобия? Все-таки торговый город, всякие заморские гости с громкими песнями, что у Мусоргского отражено…

Ответ: В грамотах никаких упоминаний о межэтнических, как сейчас бы сказали, конфликтах в Новгороде нет. Все народности были заинтересованы друг в друге и жили мирно. Что касается языка, то общим стал славянский, который к X веку вытеснил остальные.

Вопрос: Молодежные группировки в Новгороде были?

Ответ: Не было, старики крепко держали власть. Но о молодежных программах не забывали. В 1030 году Ярослав Мудрый повелел всех поповых детей и детей старост учить грамоте, что сделало Новгород одним из самых просвещенных городов эпохи.

Вопрос: Вы упомянули о Марфе-посаднице, которая стала героиней многих литературных произведений. Писал о Марфе и великий русский гуманист Николай Рерих. Сейчас на утверждении в ВАКе находится диссертация, где походя утверждается, что Рерих сотрудничал с японскими милитаристами, формировал армию, готовил военный заговор с целью отторжения Сибири от СССР и пытался создать новое государство в Центральной Азии. И особого внимания этому сочинению ваши коллеги-историки не уделяют, как в свое время брезгливо не обращали внимания на труды Фоменко по новой хронологии. Теперь эти сочинения популярнее серьезных исследований. Совсем недавно президент РФ говорил об опасности переписывания истории…

Ответ: Измышления о Рерихе – полнейшая ерунда. Появление диссертации совпало с опубликованием письма десяти академиков об опасности того, что серьезная наука в глазах власти и общества теряет вес. Но тогда в самом же научном мире необходимо давать отпор лженаучным опусам. Я очень высоко ставлю работу моего друга академика Андрея Зализняка, в которой он убедительно развенчал измышления Фоменко. Но, к сожалению, даже в Новгороде в книжных магазинах нет ни одной моей книги по истории Новгорода, а Фоменко – навалом. Диссертация про то, что Рерих тайно формировал антисоветскую армию, – это тот же Фоменко. И все это напоминает мне сумасшедшего из «Похождений бравого солдата Швейка», который утверждал, что внутри Земли находится другая Земля, только большего размера. Но этот несчастный находился в лечебнице, а у нас бредни выдаются за науку.

У нас нет уважения к истории, ее часто подгоняют к временным политическим обстоятельствам. Некоторое время назад, например, появилась идея, что столицей Руси был вовсе не Киев, а Старая Ладога. Мы об этом говорили с Владимиром Путиным, когда он приезжал на раскопки в Новгород. Но Рюрик всего-то, когда его пригласили на княжение, сделал остановку в Ладоге перед прохождением волховских порогов на год-два. Я спросил Путина: «От того, что вы сейчас временно находитесь в Новгороде, этот город становится столицей России?» Он рассмеялся и сказал, что я его убедил.

Николай Рерих много сделал для защиты первых археологических раскопок и древних построек Новгорода от хищнической застройки столетней давности, что напоминает наши дни. Мне близка мысль Николая Рериха о том, что Новгород – это русский Неаполь, который мог бы привлечь тысячи туристов и приносить доход не меньше, чем раскопки Помпеи. Раскопки в Помпеях ведутся с XVIII века и пользуются поддержкой на всех этажах власти. В Новгороде, так считал Рерих, надо вернуть к жизни древнюю архитектуру, создать атмосферу, притягательную для туристов. Но если бы вы знали, сколько у меня было конфликтов с прежним губернатором Михаилом Прусаком, выходцем из Западной Украины, при котором в исторической части города стали возникать «виндзорские» замки новых русских, а один из трех старейших деревянных домов, где когда-то располагался археологический музей, раскатали по бревнышку. Но когда я говорил об этом Путину, который приехал в Новгород ко мне, а не к губернатору, этот ретивый чиновник из-за спины поспешил заверить, что все исправится. И правда исправилось – губернатора уволили.

Вопрос: У вас под ногами русская история тысячелетней давности. Это помогает лучше чувствовать нынешнее время? Может быть, правы те, кто говорит, что единственный урок истории в том, что она никогда никого ничему не учит?

Ответ: Ну, это глупости. Иначе зачем вообще история нужна? Моим учителем был Александр Александрович Сивере. До революции он был камергером императорского двора, его семья дружила с Горчаковым, знаменитым канцлером, министром иностранных дел, который учился в лицее вместе с Пушкиным. Таким образом, от меня всего два рукопожатия до Пушкина. До Наполеона – не больше четырех-пяти. История совсем не так далека от нас – в истории всё на расстоянии вытянутой руки…

2007.

Андрей Фурсенко, министр образования и науки РФ ЧТОБЫ СТАТЬ УСПЕШНЫМ, НАДО ВЫПОЛНИТЬ ЧЕТЫРЕ ПРАВИЛА.

Вопрос: Слова «карьера» и «карьерист» в советские времена имели ярко выраженную негативную окраску. Общество стояло выше личных притязаний. Проявлением высшей нравственности считалось подавление личных амбиций ради призрачного коллективного блага. Но теперь мы уяснили, что без людей, которые делают карьеру, успеха не будет не у этих отдельных карьеристов, а у всего общества. Уровень общественных притязаний соответствует уровню личных притязаний. Поскольку в России 30 миллионов учащихся, то есть каждый пятый гражданин, то на вашем ведомстве, Андрей Александрович, лежит особая ответственность за удачную карьеру не только каждого человека, но и за карьеру всей страны. И потому естественен вопрос: как надо учиться, чтобы стать успешным?

Ответ: К этим 30 миллионам надо добавить еще тех, кто работает в системе образования – это еще 9 процентов населения. Прежде всего, надо уметь учиться и переучиваться в течение всей жизни. Интерес к новым знаниям, умение накапливать информацию, приобретать новые навыки – непременные качества успешного человека. Как бы ни было качественно полученное образование, его все равно необходимо постоянно совершенствовать. Нет такого базового образования, которое гарантирует успех в жизни. Жизнь – это слишком долгая и сложная штука. Человек в течение жизни попадает в незнакомые условия, ему необходимо умение адаптироваться, а без новых знаний это сделать невозможно. Первый ключ к успеху – это живое знание.

Второе условие, хотя в этом многие могут со мной не согласиться, – нельзя быть уступчивым конформистом, нельзя менять свое мнение в угоду обстоятельствам. Конформизм, который кажется удобным и безопасным, на самом деле – очень опасная вещь, которая может предательски сломать весь жизненный путь человека. Конформизм облегчает жизнь лишь на короткий, ближний срок, снимает трения, но на большую перспективу он перечеркивает все шансы, ведет в тупик. Всем людям, которым удалось добиться в жизни успеха, приходилось отстаивать свое мнение, справедливость своих идей и решений часто в безжалостной борьбе. Может ли конформист выдержать конкуренцию, на которой стоит жизнь?

Третье. Все более важным в современных условиях становится понятие «социализация жизни». Это умение человека встраиваться в коллектив, ощущать себя частью общества. Школа и учебное заведение должны учить не только знаниям, не менее важно, чтобы они прививали учащемуся эту социализацию. Человек должен понимать, что его личный успех тесно связан с успехом его страны, его учреждения, его группы. Ни в науке, ни в спорте, ни в бизнесе одиночка не может добиться успеха – это время безвозвратно ушло.

И потому в процессе обучения чрезвычайно важно вгрызаться не только в предметы и дисциплины, но и постигать непростое умение коммуникации с учителями и товарищами по коллективу.

Искусство коммуникации – вещь важная, но кто из педагогов за него в ответе? Конечно классный руководитель. И потому мне кажется столь важным то, что в объявленном недавно президентом РФ решении о повышении зарплаты учителям намечена существенная прибавка за классное руководство. Да, эта надбавка существует и сейчас, но она мизерная и чисто символическая. А вскоре она повысится до 20 процентов от базовой зарплаты. Рассчитано, что к 2008 году зарплата учителей вырастет до 8 тысяч рублей. В системе образования самая низкая зарплата в стране. Еще ниже, чем даже в бедствующей культуре. Это никуда не годится, и это одна из причин, по которой молодые люди не хотят идти в учителя. Если уж об этом зашла речь, не могу не вспомнить добрым словом своего классного руководителя Владимира Абрамовича Пощеколдина. Это замечательный человек и прекрасный учитель физики, дай бог ему здоровья.

Четвертый фактор, необходимый для жизненного успеха – это здоровье. Посмотрите, в Америке с ее культом карьеры и личного успеха невозможно найти успешного человека, который не занимался бы несколько раз в неделю спортом. Хорошо, что сейчас и у нас возникла мода на здоровый образ жизни. Но все-таки это пока не массовое явление. По социальным опросам, лишь 15 процентов детей школьного возраста занимаются спортом, это не очень много. Но вот что много – 25 процентов молодежи категорически не хотят заниматься спортом. Что касается меня, то при всей загруженности, а в восемь утра я уже на работе и ухожу домой затемно, все-таки стараюсь по утрам делать зарядку. Во время отпуска люблю от души поплавать. Вечерами гуляю с собакой, у меня замечательный ирландский терьер. По возможности играю в гольф. Любопытная игра – прежде всего для ума. Гольф предполагает системные решения, важно построить алгоритм движения вперед. Прекрасная тренировка и для менеджера, и для ученого.

...

Как сложилась карьера самого Андрея Фурсенко, который владеет секретом четырех ключей? Министр образования и науки вырос в академической среде. Его отец Александр Фурсенко – академик, известный американист, много лет был академиком-секретарем Отделения истории РАН, возглавлял Объединенный совет по гуманитарным проблемам и историко-культурному наследию. Брат Сергей, по образованию энергетик, создавал посадочные системы для космического самолета «Буран», возглавлял объединение «Лентрансгаз», Национальную Медиа-группу, сейчас избран президентом Российского футбольного союза. Любопытно, что первые два года работы в Москве, вопреки распространенному мнению, что высокие чиновники катаются как сыр в масле, Андрей Фурсенко, будучи в ранге замминистра и даже и. о. министра, не мог обзавестись собственным жильем. Сначала жил в общежитии на улице Вавилова, потом снял квартиру неподалеку от министерства. На выходные ездил к семье в Питер. Доктор физико-математических наук Андрей Фурсенко окончил Ленинградский университет, в легендарном физтехе имени Иоффе у Жореса Алферова дослужился до поста заместителя директора. Фурсенко – один из немногих в нашей стране ученых, имеющих собственный удачный бизнес-опыт. В те годы, когда мало кто из ученых сознавал необходимость адаптироваться к новым экономическим условиям, он стал создателем Санкт-Петербургского регионального фонда научно-технического развития, на знаменитом электронном предприятии «Светлана» создавал венчурные фирмы и технопарки, которые успешно действуют по сей день. Андрей Фурсенко – единственный российский ученый, который сотрудничал с самым авторитетным в мире мозговым центром ученых, занимающихся поиском системных решений и анализом сложных систем, – американской организацией RAND (Research and Development). Он неоднократно выступал на семинарах в США и одну из первых поздравительных телеграмм по случаю назначения министром в 2004 году получил от руководства RAND.

Вопрос: Вот уже несколько лет вы государственный чиновник. Если говорить о вашей формуле из четырех ключей, то по определению у чиновника все личные помыслы должны быть социализированы в самом сжатом виде и должны сводиться к идее общественного блага. Что же кажется вам самым сложным и самым важным в работе нового министерства?

Ответ: Нам надо научиться извлекать выгоду из природной склонности русского человека докапываться до истины, изобретать, постигать суть явлений. Мы любим говорить, что Россия богата природными ресурсами и человеческим потенциалом. Что такое природные ресурсы, все понимают. Теперь предстоит доказать, что человеческий потенциал – это не только красивые слова, но и реальное дело. И это должно быть системное решение, которому надо подчинить каждый конкретный шаг. Построение экономики знаний, без которой Россия не сможет занять достойное место в современном мире, зависит от работы не только науки, но и от работы системы образования, о которой мы с вами уже говорили. Не случайно весьма дальновидные люди давно и упорно повторяют тезис о необходимости интеграции двух этих систем. И нам пора добиться этой интеграции. Для этого уже сделано немало. В нескольких субъектах федерации создаются крупные научно-образовательные университеты на уже имеющейся базе. Одним из условий повышения зарплаты ученым до кажущейся сегодня астрономической суммы в 1 тысячу долларов ежемесячно в 2008 году является активная работа с аспирантами и молодежью. Все шире внедряется система физтеха, где обучение ведется на базовых кафедрах в ведущих научных центрах действующими учеными.

Вопрос: Экономика знаний – путь к успеху в современном мире. Об этом говорят не первый год. Но на мировом рынке высокотехнологичной продукции доля России постыдно мала – 0,5 процента против 60 у США и 6 процентов у Сингапура. Инновационные процессы у нас по-прежнему в полуобморочном состоянии. Когда придут результаты, когда добьемся успеха?

Ответ: Мое искреннее ощущение – в России началось движение вперед. Я в силу служебного положения вижу эти результаты, но скоро их увидят все. В стране активно создаются технопарки, центры трансферных технологий, внедренческие зоны, растут наукограды. Это движение поддержано президентом РФ, уже обрело законодательную базу. Есть немало реальных примеров успеха по коммерческому внедрению научных результатов, о чем прежде только мечтали. Технических идей у нас море, но инновации, нацеленные на экономический результат, – особенная, как английский газон, культура. Постепенно удается улучшать правовое поле для инноваций, во многих федеральных округах создается необходимая инфраструктура. Государственная поддержка инновационных процессов – это не короткая инъекция. Наша задача – направить природную склонность русского человека улучшать все до бесконечности в экономическое русло. Я верю в успех не слепо, а на основании тех знаний, которые у меня имеются.

2007.

Академик Юрий Пивоваров РОССИЯ – ЭТО ПЕРВАЯ ПОПЫТКА ПОСТРОЕНИЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ НА СЕВЕРЕ.

...

Кризис не отпускает мир, и сроки выхода из бездонной ямы отодвигаются за горизонт. Хотя кризис общий и диагноз на весь мир один, рецепты излечения для каждой страны разные. Что касается России, то эксперты единодушно считают, что без модернизации политического и экономического уклада, без построения инновационного общества Россия не сможет сохранить статус одного из мировых лидеров и неизбежно столкнется с проблемой выживания государства. О путях развития России, ее месте в современном мире, корнях наших проблем и сценариях преодоления кризиса размышляет директор Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН РАН) академик Юрий Пивоваров.

Вопрос: Юрий Сергеевич, рядом на Профсоюзной улице стоит здание Института мировой экономики и международных отношений, которое является самым худосочным в Европе – занимает первое место по минимальному отношению поперечного сечения к высоте. Ваш ИНИОН – полная противоположность. Не вспомнить научного учреждения, которое так распласталось бы по земле. Это связано с вашей проблематикой?

Ответ: У истоков нашего института стояли большевики, которые хотели создать книжное хранилище, сравнимое с библиотекой Конгресса США. На эту роль отрядили библиотеку полузабытой ныне Коммунистической академии, которую в 1936 году слили с Академией наук СССР. А в 1969 году был создан Институт научной информации по общественным наукам (ИНИОН) с самой большой в Европе библиотекой по этой тематике. Так было до 1990 года – советская власть кормила науку щедрее, чем постсоветская. Мы практически ни в чем не знали отказа. Задачей ИНИОНа, «мини-академии наук» в гуманитарной области, был анализ зарубежных исследований, публикация рефератов, а также закрытых информационных бюллетеней для советского руководства. ИНИОН был единственной в СССР организацией, освобожденной от цензуры. Здесь было безумно интересно, а свобода была почти такая, о какой мечтали диссиденты.

Вопрос: Но это свобода в режиме ДСП – для служебного пользования. Многого ли может достичь общественная наука, которая заключила контракт с властью?

Ответ: Конечно, ИНИОН был уникальным и одновременно типичным порождением советской эпохи. У нас работали и бывшие чекисты, и те, кого преследовал КГБ. Институт много сделал для промывки мозгов в 1970—1980-е годы, либеральное крыло власти нам покровительствовало, нашими постоянными читателями были Шахназаров, Бурлацкий, Бовин…

Вопрос: В какой общественный институт сегодня не зай дешь, везде можно услышать, что именно он был оплотом передовых идей. Уже непонятно, где процветал застой и вообще был ли он в природе. Но из песни слова не выкинешь – вы чуть ли не единственный из нынешних академиков, кто был близок к диссидентскому движению и имел по этой части административные неприятности.

Ответ: Нет, подвигов я не совершал. Был знаком с диссидентами, перевозил самиздатовскую литературу, один раз был задержан с перепечатками, а преследования свелись к тому, что после аспирантуры на работу не взяли и год был безработным. Учился в МГИМО на одном курсе с Лавровым, Торкуновым, Миграняном, с послом в Америке Кисляком в одном классе в школе – они уже карьеру делали, а я ходил в ватнике, в кирзачах с портянками, с папиросой в зубах. Если честно, мне хотелось девушкам нравиться. В ИНИОНе я подрабатывал рефератами и в ученые вовсе не собирался. Мне казалось, я стану поэтом, как Бродский. Наука была операцией прикрытия, но постепенно втянулся. Сейчас понимаю, что стихи пишет каждый второй интеллигентный мальчик в очках. До сих пор, когда меня называют «академик», для меня это дико, как будто ко мне обращаются «маркиз Пивоваров». Титул не делает ученого, великий Бахтин был кандидатом наук.

Долго я не имел права преподавать и оставался невыездным. В ФРГ, о которой писал диссертацию, первый раз оказался только в 1989 году. Сильнейшее потрясение – это была не та страна, про которую я писал, и не тот язык, который я учил в вузе. Точно так же смехотворны многие исследования иностранцев о России. Ученый должен дышать воздухом страны, которую изучает, должен быть погружен в саму ткань общества – иначе получается чушь и бред.

Вопрос: Как же Ленину, который чуть ли не двадцать лет сидел в эмиграции и не знал русской жизни, удалось взять власть и управиться с огромной страной? Или он привез в пломбированном вагоне особенное знание?

Ответ: Кстати, вместе с Лениным из эмиграции вернулась моя бабушка, дочь гвардейского генерала, ушедшая к большевикам. Ленину и не надо было разбираться в тонкостях русских реалий. Он был лишен моральных комплексов и оказался единственным политиком, который конгениально соответствовал асоциальному разгулу, захватившему Россию. Внутренним инстинктом он оседлал стихию бунта и, как ловкий виндсерфингист, вознесся на этой волне на вершину власти. Ленин – ключевая фигура русской истории. Он создал строй, который никуда не ушел, только эволюционировал.

Вопрос: Из ваших слов следует, что революция, которая нарушила нормальное развитие России, не была предопределена и ее можно было избежать, что противоречит доктрине об историческом детерминизме. Сейчас перед Россией стоит необходимость решительной модернизации. Насколько этот путь неизбежен?

Ответ: История – открытый процесс, и нет законов, из которых неотвратимо вытекали бы однозначные последствия. Человек – живое существо, обладающее свободой воли, и многое зависит от того, чего он захочет. Революция 1917 года не вычитывается прямо из истории – она могла произойти, но могла и не произойти. Так же ошибочно считать, что инновационная экономика является общим будущим для всех стран. В христианской цивилизации тема осознанного выбора между добром и злом является центральной. Если русские люди не захотят жить иначе, чем живут сейчас, ничего не изменится – никакой модернизации, несмотря на все призывы, не произойдет.

Вопрос: Вы – ученый, а провозглашаете христианские догматы…

Ответ: Я верующий человек. Крестился 7 ноября 1974 года у отца Дмитрия Дудко, известного священника-инакомыслящего. Вера и наука совместимы в одном человеке. Но абсолютно непозволительно смешивать веру с наукой.

Вопрос: Инновационный уклад невозможен без развитой науки, без высоких технологий. Но почему все научные достижения и технологии появились в западном христианском мире? При этом обнаружить отличия христианства от, например, ислама может только специалист.

Ответ: В Третьяковской галерее есть картина Николая Ге «Что есть истина?». Этот вопрос Понтий Пилат задает Иисусу, а тот подавленно смотрит в сторону Почему не дает ответа? Потому что вопрос задан неверно, в христианстве он звучит так: «Кто есть истина?» В центре христианства находится тема личности. И в этом смысле это уникальная религия. Возникновение христианства – поворотный пункт в истории цивилизации. В эпоху Возрождения произошел переворот: от Богочеловека западное общество перешло просто к человеку, из теоцентричного оно превратилось в антропоцентричное. Ощутив себя в центре мира, человек начал изучать и открывать этот мир. Научные и географические открытия совершались параллельно. Современная наука зародилась на Западе и стала универсальным ключом для всех других обществ, хотя существуют другие способы познания мира.

Вопрос: Россия – христианская страна, но наш вклад в материальный мир невелик. Сегодня мы почти ничего не производим, а если производим, то сами ужасаемся и пользоваться не хотим. Где же мы – на Западе или на Востоке?

Ответ: Россия, с моей точки зрения, не является частью Европы, потому не есть и «отсталая» Европа. В истории человечества Россия предприняла первую и пока не слишком удачную попытку построения цивилизации на Севере. Других примеров нет: Нью-Йорк находится на широте Баку, Канада экономически собрана на юге, и Монреаль – как наша Астрахань, Скандинавию омывает теплый Гольфстрим. На русских землях до русских никто не занимался земледелием. Суровая природа наложила массу ограничений, и можно лишь удивляться, что в столь неблагоприятных условиях русские создали столько удивительных вещей. Цивилизационно мы остаемся чужими и Европе, и Востоку, находимся, как говорил поэт, «меж двух враждебных рас».

Русские неоднократно доказывали свою креативность. Но это факт: Нобелевских премий у нас мало, в гуманитарных областях достижений негусто, в технологиях отстали. Правда, так было не всегда: Великий Новгород был равным среди европейских городов Ганзейского союза. Кстати, закат Ганзы начался после нашествия царя Ивана III на Новгород.

Северная Европа погрузилась в долгий упадок, стало необходимым найти новые торговые пути. Плавание Колумба и эпоха Великих географических открытий одной из отправных точек имели гибель Новгорода и связанный с этим распад Ганзейского союза.

Вопрос: Вскоре после покорения Великого Новгорода при Иване III в 1480 году Москва окончательно сбросила власть Золотой Орды. Историки спорят: каким путем пошла Россия – западным или восточным?

Ответ: Если Европа становилась антропоцентричной, то Москва оказалась наследницей ордынской и византийской ментально-властных систем. Характерной чертой ордынской системы является минимальная роль общества и максимальная – власти, которая порождает все социальное развитие. Евразиец князь Николай Трубецкой писал, что если бы Золотая Орда приняла не ислам, а православие, столицей России стала бы не Москва, а Сарай-Берке. Философ Георгий Федотов говорил: результатом событий 1480 года явилось то, что ставку хана перенесли в Москву.

У Москвы были иные варианты развития. Вышедшие из Киевской Руси Литовское княжество, западнорусские княжества, Великий Новгород строили другие модели. Выбор Москвы во многом был предопределен терпимым отношением монголов к православию и угрозами Запада, католицизма. Почему Александр Невский, одержавший победу в локальных стычках, уже несколько веков святой, а Дмитрий Донской, сражение которого было несопоставимо крупнее и важнее, причислен к лику святых только в конце XX века? Не потому ли, что Александр Невский не пустил на Русь католиков, то есть Запад (при этом сотрудничал с Ордой и жег восстававшие против нее русские города), а Дмитрий Донской сражался с веротерпимыми монголами? Александр Невский положил начало русскому антизападничеству. Кстати, его сын Даниил стал первым московским князем.

Даниловичи были фаворитами Золотой Орды и восприняли властную систему, построенную на абсолютном насилии и персонификации власти. В Орде был один человек – хан, и через несколько веков император Павел повторял: «В России нет важных лиц, кроме тех, с кем я говорю и пока я с ними говорю». Золотая Орда, самодержавие, коммунистическая система – разные типы в принципе одной политической школы.

Вопрос: Модернизация предполагает совершенно иную систему, построенную на конкуренции, горизонтальных связях и свободе выбора. Из той картины, которую вы нарисовали, следует, что инновационная экономика противоречит русской политической традиции.

Ответ: Россия ради выживания должна адаптироваться к новым требованиям. Страна вступила в один из самых сложных по критичности угроз периодов своей истории. По скорости падения численности населения мы находимся на одном из первых мест в мире. У нас нет геополитических союзников, технологическая зависимость усиливается, наука и образование слабеют, а промышленное производство не растет. Я не могу сказать, что враг у ворот, но спасение России может прийти не по велению властей, а только в силу стремления человека изменить жизнь. Пусть это противоречит русской политической традиции, но иного выхода нет.

Вопрос: Разве в русской истории были периоды, когда страна поднималась благодаря инициативе масс? Все благие инициативы у нас спускались сверху…

Ответ: Были такие периоды! Лучшее время в истории России – вторая половина XIX – начало XX века. В этот период Россия доказала свою способность к самоорганизации и самоуправлению. Вспомните земства, профсоюзы, кооперативное движение, возникновение партий. Темпы экономического роста были самыми высокими в мире. Расцветали культура и наука. Железных дорог было построено чуть ли не столько же, сколько за все годы советской власти. Россия осталась единственной страной, которая во время Первой мировой войны не ввела карточную систему.

Вопрос: И все быстро кончилось революцией, хаосом и развалом. Может быть, русским противопоказана свобода и их, как малых детей, нельзя оставлять без строгого присмотра власти? Мягкая власть, вроде Временного правительства или Горбачева, в России долго не сидит…

Ответ: Ерунда! Неудача не означает, что возможность закрыта навсегда. Нельзя забывать, что перед революцией строилась экономика, которая открывала возможности для всех, а не только для избранных. Хорошее образование постепенно становилось доступным всем, а не только богатым. Культура приходила в широкие массы и была открыта не только для тех, кто обитал в дворянских гнездах и купеческих особняках.

Сегодня, несмотря ни на что, имеются признаки эволюции системы, и власти требуются люди, с которыми можно вести диалог. Последние годы статистика говорит, что 20 процентов российского населения ориентировано на демократические ценности и инновационную экономику. Это высокий показатель, такого не было никогда. Почему русские не смогут изменить свою жизнь, если немцы после разрушительной войны сумели? Немцы захотели отстроить страну, проявили волю, объединились все слои – политики, профсоюзы, бизнес, церковь. Кстати, коммунисты в ГДР ломали природу человека всего-то сорок лет, но отставание от ФРГ никак не удается преодолеть – выросло поколение лишенных инициативы людей. Вековые традиции нам мешают? Во-первых, далеко не всегда. Во-вторых, давайте освободимся, как немцы, от некоторых традиций. Русское общество должно стать субъектом истории. Разве русские хуже немцев?

Вопрос: Если про проценты, то еще больше народа боготворит Сталина. В конкурсе «Имя России» он едва не посрамил Александра Невского. Если модернизация – общее дело, то как со Сталиным в груди жизнь изменить?

Ответ: Увы, любовь к Сталину выдает нас с головой. Сталин нанес удар по человеку, в солнечное сплетение личности – это антропологическая катастрофа. Сталин разрушил важнейшие христианские ценности, которые сотворили современный мир. В итоге в 1953 году жизнь в России была страшной, бедной, варварской. Говорят, что Сталин – эффективный менеджер, что ж, давайте восторгаться Гитлером, ведь он поднял экономику Германии. Есть дьявольская привлекательность для русского человека в том, чтобы оставаться одновременно рабом и быть господином над всеми. Эти вериги не дают нам двигаться вперед. Даже по студентам вижу: некоторые молодые люди, которые проводят выходные в родительских поместьях в Швейцарии, склонны к шовинизму и позитивно оценивают этого насильника и деспота. Сталин по-прежнему есть главная угроза для России. И главная помеха на пути ее выздоровления.

2009.

Академик Александр Дынкин, директор Института мировой экономики и международных отношений НЕФТЬ, БРИЛЛИАНТЫ И МОЗГИ – ГЛАВНАЯ ЦЕННОСТЬ ПО ВСЕМУ МИРУ.

...

Мир, как диггер в подземелье, погрузился в глобальный финансовый кризис. От противоречивых прогнозов кругом идет голова. Что ни эксперт, то новая теория о причинах кризиса, о «закате» доллара, о путях и сроках выздоровления, о руинах, которые оставит за собой прокатившееся по миру финансовое торнадо. Оценки на любой вкус, но есть ли среди них самый верный прогноз? Есть ли надежный способ выбраться на сухой экономический берег? Как после кризиса изменится мировая экономика? Ведь ясно, что организм после болезни обновляется. О кризисе и рецептах, которые помогут справиться с ним, размышляет директор Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук академик Александр Дынкин.

Вопрос : Александр Александрович, Институтом мировой экономики и международных отношений руководили Александр Яковлев и Евгений Примаков, у вас работали Игорь Иванов, Владимир Лукин, множество депутатов Госдумы, пара дюжин известных политологов и даже один будущий главный редактор «Известий». Может быть, у вас не храм науки, а инкубатор политических и деловых лидеров?

Ответ: Ярких личностей в ИМЭМО, а я работаю здесь 34 года, всегда было много. ИМЭМО был создан в 1950-х годах для того, чтобы обеспечить политическое руководство страны аналитической информацией, не связанной с МИД и внешней разведкой. Кроме того, была еще она благородная задача – попытаться сократить разрыв между научными знаниями и практической политикой. Поскольку ИМЭМО занимался трансляцией знаний на высший политический уровень, из него неизбежно выходили политики. Мне тоже довелось работать экономическим советником Евгения Примакова, когда он возглавлял правительство, победившее прошлый, 1998–1999 годов, кризис. Цена нефти тогда была 8—10 долларов, золотовалютных резервов оставалось на 2,5 миллиарда долларов. Из ИМЭМО вышло много видных бизнесменов, поскольку наши сотрудники лучше понимали рыночные правила.

Что касается «храма науки», то в январе 2009 года Пенсильванский университет США опубликовал рейтинг аналитических центров. ИМЭМО вошел в мировой топ-50 из более чем пяти тысяч номинантов и занял второе место в Восточной Европе. ИМЭМО – один из наших мировых научных брендов, таких как Физтех и Курчатовский институт. Вот наша оценка 2005 года: Россия имеет высокие шансы к 2020 году стать крупнейшей экономикой Европы и занять по размеру ВВП пятое место в мире. Условие – среднегодовые темпы роста ВВП до 2020 года должны быть не ниже 5,5 процента. Мы шли с заметным опережением. Сегодня «тормозим» не только мы, но и весь мир. Наш результат заложен в «Концепцию долгосрочного развития» правительства РФ. Позднее он повторен во многих авторитетных мировых прогнозах, в том числе в американском «Глобальные тренды 2025».

Вопрос: Ваш доклад на последнем собрании Академии наук был, на мой взгляд, одним из самых интересных, содержательных. Вы говорили, что ставка на инновации поможет выйти из финансового кризиса. На недавнем международном форуме по нанотехнологиям эту же мысль высказывал олигарх, вдруг занявший первое строчку среди российских миллиардеров. Но инновации – это дополнительные инвестиции, а на дворе – безденежье.

Ответ: Хочу сказать, что Академия наук – уникальная русская инновация. Точно так же, как исследовательский университет – англосаксонская. В Академии раза в два больше ученых преподают в вузах, чем вузовских преподавателей занимается серьезной наукой, а не диссертациями. Может быть, кроме пяти-шести университетов.

В современном мире основными факторами роста мировой экономики стали глобализация и инновации. Глобализация влияет на количественные параметры роста, инновации – на качество и саму парадигму развития. До кризиса мировая экономика в год прирастала на экономику такой страны, как Германия. Выдержать этот галоп сложно. Будущее глобализации после кризиса, по всем оценкам, туманно и весьма турбулентно.

Кризис характеризуется тем, что экономика замерла, никто ничего не покупает. Денежный оборот возобновится только в том случае, если появится продукция нового качества, которая возродит спрос. Именно эти задачи решают инновации. И потому инновационная стратегия – самый надежный путь, по которому Россия и мир могут выйти из кризиса. Об этом прямо говорит Билл Гейтс: «Во время нынешнего кризиса произойдет инновационный скачок. В кризисные моменты всегда совершаются великие открытия». После кризиса инновации с большой вероятностью получат значительное ускорение.

Американский план Полсона, ставший законом, кроме финансового аспекта и ограничения вознаграждений топ-менеджмента делает ставку на инновации прежде всего в энергетическом секторе. Закон Обамы – Байдена наметил создание в XXI веке новой национальной платформы конкурентоспособности. Инвестиции в фундаментальную науку вырастут в два раза за десять лет. Американская наука, и без того самая мощная, собирается прирастать быстрее всех в мире абсолютно и относительно. Кроме того, в США введены дополнительные меры по стимулированию производства и потребления наукоемкой продукции. Например, поощряется выпуск и приобретение автомобилей с гибридными двигателями. В России подобных мер пока мало, хотя разговоров об инновационной экономике – много.

Вопрос: Америка нам не указ. Как можно верить утопающему, который перевернул общую лодку? Больше доверия Китаю. Мы часто горюем, что в экономике не пошли по китайскому пути. Каковы ориентиры Китая по части инноваций?

Ответ: Последний съезд Коммунистической партии Китая сделал политическую ставку на собственные инновации. Намечены гигантские инвестиции, приняты меры для стимулирования инновационной экономики. В 2004 году произошло событие, которое я называю «китайский крест»: процент затрат на науку к ВВП в Китае стал больше, чем в России. Несмотря на то что российский ВВП быстро рос много лет, на науку в относительном выражении мы тратили меньше, чем мировые лидеры, словно не рассчитываем преодолеть технологическую зависимость. Китай оценивает свое отставание от передового технологического рубежа в пять лет, но реалистичнее – лет десять. В любом случае ждать недолго. Пока мир не знает китайских инноваций. По России нет интегрированной оценки, но, без сомнения, имеется набор технологий, где мы находимся на мировом рубеже: ракетные двигатели, аэродинамика, атомная и водородная энергетика. Высокий инновационный спрос формируется в энергетике, где у нас есть неплохие результаты.

В мире существует опыт интегральных сопоставлений национальных инновационных систем – инновационные табло. Мы делали такие оценки по методике ЕС. К сожалению, Россия находится недалеко от группы инновационно отставших стран. США – в группе лидеров, но на пятом-шестом месте. Лидер мирового списка – Швейцария. Китай – в группе инновационных преследователей. Хотя в Средние века Китай был мировым лидером, там появились порох, фарфор, бумага, компас. Потом инновации на 500 лет почему-то прекратились. В науке есть теории, которые описывают инновационный рост, но нет теорий, которые описывают инновационную деградацию.

Вопрос: Мы, русские, считаем себя самыми умными на белом свете. Может, оно и так. Но при этом почему-то вся техника и все приборы, которыми мы пользуемся, сделаны иностранцами. Мы давно уже ничего не производим, а если вдруг делаем, то, зная своей стряпне цену, сами у себя покупать не желаем. Может, инновации не про нас?

Ответ: Особенности русского менталитета таковы, что мы стремимся к прорыву, к высоким открытиям. Кропотливые проблемы вывода технологий на рынок нам не слишком близки. И рынок у нас недавно. Поэтому мы – изобретатели. Инноватор же – это человек, который не только изобретает, но ориентирует свое изобретение на рыночный спрос. Он черпает идеи не только из технологий, но внимательно изучает потребности общества и экономики. Настоящих инноваторов в России пока очень мало, а технологическую ренту за наши открытия получают в других странах. Мне кажется, русские креативны, но не любят рисковать, а инновации неизбежно предполагают финансовый риск. С нашими ставками по кредитам риск становится запредельным.

Вопрос: Размышляя о сложной судьбе инноваций в России, директор Курчатовского центра Михаил Ковальчук говорит, что в СССР, где достижения науки были востребованы, была построена сильная инновационная экономика, но не рыночными механизмами, а административным путем.

Ответ: Михаил Валентинович прав, но не совсем точен. Он ведь физик. У нас были мощные технологические прорывы, ориентированные на безразмерный государственный спрос. Похожие административные «инновационные системы» есть в Северной Корее, Иране и т. д., от чего во всем мире головная боль. Доказано, что экономики дефицита менее склонны к инновациям, чем конкурентные экономики. Если взять долю технологий в советском экспорте, не в страны-сателлиты, а на конкурентные рынки, поверьте, она не выше, чем сегодня. Наши успешные коммерческие инновации – первый в мире «паркетный» джип «Нива», которая разлеталась в Европе, как горячие пирожки, или суда на подводных крыльях – можно пересчитать по пальцам. Михаил Ковальчук одним из первых в стране реализует ультрасовременную концепцию NBIC (нанотехнологии, биотехнологии, информационные технологии, когнитивные науки). Но пока – на чем мы ездим, каким софтом и «железом» пользуемся, по какому телефону говорим?

В России в большинстве секторов экономики, кроме мобильной связи и розничной торговли, низкая конкуренция. Плюс слабая финансовая система без «длинных» денег. И это блокирует инновации.

Вопрос: Разве наши бизнесмены живут в курортных условиях? Они с дикой энергией борются за место под солнцем. Это ли не конкуренция?

Ответ: С курортами и солнцем у них всё в порядке. Российские бизнесмены борются за доступ к административному ресурсу. И в этом искусстве им нет равных. Административный ресурс – наше российское ноу-хау. Но конкурировать на инновационном уровне они не умеют. Это, может быть, вообще самая сложная и рискованная форма конкуренции. Даже крупные и преуспевающие наши компании делают смешные по мировой практике инвестиции в науку. Доля корпоративного финансирования науки год от года в России снижается, хотя в мире растет. Но об инновациях говорят при каждом удобном случае. Заболтали у нас инновации…

Согласно прогнозам ИМЭМО, к 2020 году Северная Америка и Европа уступят первенство Азии в финансировании науки. При умеренно оптимистическом сценарии Россия выйдет на уровень Европы, но будет уступать по финансированию науки не только США и Японии, но также Китаю и Индии. Возможно, в России появятся отдельные нишевые инновации и несколько центров технологического превосходства – только на энтузиазме. Сегодня виден драматический разрыв между заявлениями и реальностью. По производительности труда Россия находится на уровне Европы конца 1960-х годов и Южной Кореи 1990-х годов. По этому показателю у нас 27 процентов от США. Это результат инновационной стагнации. Существует угроза того, что Россия пойдет по пессимистическому сценарию с инновационной апатией, потерей конкурентоспособности, тяжелыми последствиями для национальной безопасности. На другом полюсе – оптимистический сценарий с созданием кластеров хайтека, инновациями по широкому спектру отраслей и массовым экспортом наукоемкой продукции.

Вопрос: Тем не менее, стратегический выбор в пользу инноваций сделан на высшем политическом уровне. Если учесть, что в России удачные революции совершались всегда сверху, то и с инновациями может получиться. Но по наитию инновационную экономику не строят. Какая стратегия подходит России?

Ответ: Это ответственный выбор. Несколько упрощая, в мире есть четыре стратегии инновационного роста. Первая – тотальное лидерство по всем направлениям, к чему стремятся США. Но это дорого, риски слишком велики. Мы можем позволить себе прямую конкуренцию с США только в областях, связанных с национальной безопасностью. Вторая – настигающее развитие, массированное заимствование технологий. Этим путем блестяще развивались Япония, Южная Корея, сегодня – Китай. Этим же путем успешно идет российский сектор мобильной связи. В его основе фундаментальные открытия Жореса Алферова, но мы ни гроша не имеем, русскими инновациями не пахнет. Но поскольку здесь имеется конкурентная среда и сохранены научные кадры, через некоторое время в этом секторе будет востребована отечественная наука и появятся и русские инновации. Третья – локализация инноваций, когда приглашаются иностранные компании в обмен на доступ к природным ресурсам с условием передачи передовых технологий добычи, геологоразведки, а также размещения исследований и производства в стране. Такой выбор тридцать лет назад сделала Норвегия, когда были открыты месторождения на шельфе, а норвежцы ловили рыбу и пили водку Сегодня Норвегия имеет целый кластер передовых технологий и из сырьевого придатка Европы превратилась в экспортера инноваций. Сейчас этот путь повторяет Саудовская Аравия. Четвертая стратегия – двойные инновации одновременно в военном и в гражданском секторах. Яркий пример – американская GPS. В рамках стратегии используется бюджет Пентагона, который дополняется средствами потребительского рынка. Рынок приемников GPS уже пять лет назад составил 15 миллиардов долларов. В цену каждого навигатора заложены издержки на развитие орбитальной группировки. Так же созданы беспилотные аппараты, которые нужны не только военным, но и лесникам, пожарным и геологам. А главное достижение этой стратегии – Интернет.

Какая стратегия лучше? Я был знаком с нобелевским лауреатом Василием Леонтьевым, выходцем из России. Он интересовался нашей страной, не забыл язык, но кривую забавно называл «курва», смешивая русский с английским (curve). Леонтьев говорил, что задача экономиста – грамотно составить меню, выбор блюд – за политиком.

России пора перестать метаться между лозунгами, а выбрать стратегию и четко и упорно придерживаться ее хотя бы на протяжении двадцати лет. Я абсолютно уверен, что в итоге мы добьемся всего задуманного. Повторю: русские – творческий народ, нам не хватает умения и возможности рисковать. Давайте тогда заложим риск в государственную стратегию!

Вопрос: Инновации возникают на пересечении общественных потребностей, спроса и технологического предложения, у которого своя логика развития. Чего ждет общество и что может в скором времени предложить ему наука?

Ответ: В поисках этого пересечения – секрет инноваций. Важен баланс спроса и технологического предложения. Сегодня платежеспособный спрос направлен на интернет-технологии, которые дают 25 процентов роста ВВП в странах ЕС. Платежеспособен спрос на энергосбережение, альтернативное топливо, экологичные технологии, на медицину – детские болезни, генетическое тестирование, здоровая старость. Технологическое предложение – глобальные телекоммуникационные сети с персональным доступом. А также «бесшовная» конвергенция фиксированных и мобильных технологий, пакет quadra play (информация, связь, мониторинг, управление, развлечения), интеграция высокоскоростных магистралей с малыми сетями и «тяжелым» контентом. Кроме того, конвергенция технологий NBIC (нанотехнологии, биотехнологии, информационные технологии, когнитивные науки). Произойдет бурный взлет нанотехнологий. После 2020 года вероятен цивилизационный перелом, связанный с биоэкономикой.

Вопрос: Инновационному рассвету над Россией может помешать то, что некому будет флаг в руки взять. Утечка умов продолжается – и не только на Запад. Еще больше внутренняя эмиграция из науки в бизнес. Лишь немногие выпускники даже элитных технических вузов работают по специальности.

Ответ: Это самая большая и болезненная проблема. По моим оценкам, с 1990 года за границу уехало около миллиона специалистов, которые составляли интеллектуальный цвет нации. Боюсь, что это может привести к генетическим изменениям, к деградации нации. Недавно был в Кремле, где президент вручал премии молодым ученым. Дай Бог, чтобы они не уехали! Ученому, чтобы заниматься наукой, надо немного – жилье, сносная зарплата, оборудование, статус в обществе. Яхты и яйца Фаберже ученому не нужны, но сам он совершенно необходим стране. Не случайно только три вещи имеют во всех странах одинаковую цену – это нефть, бриллианты и мозги.

Вопрос: Если, как вы говорите, русский человек по природе не тянется к инновациям, то почему вы испытываете такую боль за их будущее? Что-то личное?

Ответ: Мой отец почти всю жизнь проработал заместителем главного конструктора знаменитого «Сатурна» в Рыбинске, где делают авиадвигатели. Отец был в океанском походе авианесущей группы «Минск», где испытывались боевые машины с его моторами. Я и сам МАИ окончил, до сих пор близко дружу с теми, кто жизнь отдал самолетам. От отца остались макеты и фотографии изделий, которых даже профессиональные летчики никогда не видели. Поверьте, я знаю, о чем говорю, когда утверждаю, что у России при правильной постановке дела прекрасное инновационное будущее.

2009.

Профессор Сергей Капица НОВЫЙ КРИЗИС ОПАСНЕЕ ЧУМЫ И МИРОВОЙ ВОЙНЫ.

Вопрос: Сергей Петрович, мы с вами беседуем на даче на Николиной Горе. Скажите, здесь устроил домашнюю лабораторию ваш отец Петр Капица после того, как отказался сотрудничать с Берией по атомному проекту? Отсюда он писал письма Сталину, полные откровений, на которые не решался никто из современников?

Ответ: Дом отца по соседству, там живут дети брата, известного полярного географа. На Николиной Горе отец не только писал Сталину, но и беседовал с Кремлем. Однажды к нам прибежал комендант поселка и дрожащими руками передал записку с номером «вертушки». Отец сказал, что теперь, после отставки у него нет такого телефона. Комендант отвел его к себе и вышел из кабинета. Трубку сразу взял Маленков и уважительно попросил отца продолжать писать письма Сталину. Это кажется странным, но это факт: Сталин поощрял полные критики письма Капицы. Но, кстати, они никогда не встречались.

Вопрос: И письма эти никто, кроме Сталина, не читал. Необъяснимый для меня парадокс: в тот период, когда власть волчьей хваткой держала нашу интеллигенцию за горло, создавались великие произведения и совершались великие открытия, но когда пришла свобода, вроде бы необходимая для творческого полета, результативность науки и культуры значительно потускнела. Упадок начался в поздний советский период, не говоря уже о постсоветском…

Ответ: За двадцать лет у нас ни одного нового института не построено. Когда Сталин в 1930-х годах запретил отцу возвращаться в Англию к Резерфорду, то за два года построил для него институт, где были сделаны открытия, без которых был бы невозможен ни атомный проект, ни военная промышленность. И Нобелевская премия здесь заработана. Этот институт и сейчас смотрится совсем неплохо. Свобода и ответственность – сопряженные, как в физике, величины. Это очень сложные процессы. У Пушкина есть рассуждение о благотворном воздействии цензуры на литературу, которая вынуждена прибегать к ухищрениям. В советское время давление власти на науку и культуру было очень сильным – возникла модель своеобразной скороварки. Процессы внутри кастрюли шли интенсивные, но когда крышку сорвало, продукты оказались разбросанными по всей кухне, то есть по всему миру.

Это уже вторая в XX веке волна эмиграции из нашей страны. В начале века Россию покинуло множество выдающихся ученых – Сикорский, Зворыкин, Тимошенко, Гамов, Струве, Добржанский, Прокофьев-Северский, которые заложили фундамент американской науки. Это очень интересный вопрос – влияние советской и российской науки и культуры на мировые процессы. Влияние огромное, и уже только по одной этой причине нам нельзя впадать в ничтожество. Я обсуждал эту тему с Ростроповичем, и он заметил, что если бы всех уехавших из России музыкантов вернуть домой, то мировая музыкальная культура наверняка бы рухнула. Подобная картина в науке. По собственным впечатлениям могу сказать, что половина руководства «Майкрософта» – наши люди. Недавно на юбилей академика Абелева приезжали его ученики – это цвет мировой биологии.

Вопрос: Не создается ли на основании ваших размышлений впечатление, что демократия противопоказана русскому человеку, который творит и эффективно работает лишь в условиях гнета, а предоставленный самому себе лишь самозабвенно разрушает созданное прежде?

Ответ: Демократия не цель, а политический инструмент. Демократия в любом обществе управляемая и контролируемая. Запад учился пользоваться демократией несколько столетий и научился сравнительно недавно. В России не без помощи интеллигенции, которая показала свою безответственность, идея демократии в 1990-х годах оказалась подорванной.

Вопрос: К слову, какая у общества цель?

Ответ: Цель – развитие. Сама по себе демократия счастья не приносит. В годы моей юности была популярной песенка: «Я по радио влюбилась, я по радио женилась, а потом по радио дочка родилась». Тогда казалось, что радио перевернет мир. По этому поводу Илья Ильф написал: «Вот радио есть, а счастья нет». Демократия, как и радио, не больше чем инструменты.

Вопрос: Этих инструментов у человека уже целый воз, но все настойчивее разговоры о том, что цивилизация погружается в глобальный кризис по многим направлениям. В советское время вы были одним из немногих советских ученых, кто стал членом знаменитого Римского клуба, который занимался футурологией. Куда движется человечество? И движется ли неповторимая и непостижимая Россия общим курсом?

Ответ: Я совершенно убежден, что все человечество и Россия вместе с ним вступили в глубочайший кризис. Этот кризис с полной очевидностью проявился в развитых странах во всех сферах – в образовании, культуре, науке, идеологии. Через некоторое время в кризис войдут и другие страны. Кризис выражается в проявляющемся все острее несоответствии между механизмами управления и фундаментальными целями общества, иначе говоря, между базисом и надстройкой. Это несоответствие возникло впервые за миллион лет существования гомо сапиенс и 200 тысяч лет существования цивилизации. Этот кризис представляется много тревожнее энергетической, экологической или климатической ситуации.

В животном мире информация в виде наследственных признаков передается очень неторопливо – эволюционным путем. Сколько ни руби хвост собаке – щенки будут хвостатые, сколько ни делай обрезание – опять придется. Есть закон: численность животного вида обратно пропорциональна размерам тела. Если бы человек оставался животным, русских было бы 100 тысяч – такова численность медведя на территории России. Столько же крупных обезьян в тропических странах. И жили бы мы в ареалах, а не расселились по всей планете. Но гомо сапиенс пробился умом. Отличие человека от животного – в сознании. Сделать ребенка, как всякому животному, нам несложно, но потом его надо двадцать лет воспитывать, на что никто из наших братьев меньших не способен. В животном мире все направлено на максимально быстрое размножение. Но у человека, как у компьютера, программное обеспечение, то есть сознание, по сложности намного превосходит железную оболочку. Наш разум, наш нейронный software обеспечил доминирующее положение на планете и невиданные для млекопитающих нашего размера темпы размножения, которые перекрыли все прогнозы Мальтуса.

В демографии с помощью методов теоретической физики построены модели численного развития человечества. Для нашего сообщества скорость роста численности пропорциональна квадрату численности населения. Все 200 тысяч лет существования гомо сапиенс на каждом историческом интервале на планете жило по 9 миллиардов человек – Древний мир, Средние века, Новая история, Новейшая история. Историки обратили внимание на уплотнение времени: каждый период был в 2–3 раза короче предыдущего. Но теперь эти законы не работают. Население планеты удваивается за 40–45 лет – это предел, поскольку совпадает с активной продолжительностью жизни человека. Человечество, плодясь и размножаясь, зашло в тупик. Теперь девятимиллиардный отрезок сузился до срока, который необходим для воспитания человека и формирования его сознания, что выделяло нас из животного царства. Скорость изменений привела к деформации этических ценностей. Незыблемо, с античности стоявшие каноны покосились, новые ценности не успевают вызревать.

С 1960 года развитые страны – и этот процесс описан математически – вступили в качественно новый период. Для простого поддержания численности населения необходимо, чтобы на каждую женщину в среднем приходилось 2,15 ребенка. В России этот показатель 1,3, в Испании – 1,2, в Германии – 1,4. Женщины не хотят рожать, а мужчины перестают стремиться к женщине…

Вопрос: Иными словами, на протяжении жизни одного человека происходит кардинальное изменение общества, и человек вынужден переваривать эту информацию в себе, а не передавать по наследству. В итоге образование оказывается лучшим противозачаточным средством…

Ответ: Шутки шутками, но человек вынужден учиться до тридцати лет, происходит распад семьи, которая всегда была институтом, охраняющим общество. Наступил общий кризис либерализма, происходит кардинальный слом ценностей человека, которыми он жил тысячелетиями. Проблемы, которые переживает Россия, ничем не отличаются от тех проблем, которые характерны для развитых европейских стран. То, что мы обратили внимание на демографию всего два года назад, не означает, что эта проблема возникла недавно. И преодолеть ее одними лишь премиями за рождение ребенка невозможно. Может быть, с учетом наших ценностей стоит женщине за ребенка ученую степень присваивать. А за двоих детей – даже докторскую.

Вопрос: Есть немало фантастических произведений, где описывается мир, которым управляют дети. Реальность, похоже, будет выглядеть иначе: миром будут управлять старики, а дети перейдут в разряд малых народностей. Процесс идет по многим фронтам. В Англии 200 лет назад спиртные напитки в пабах подавали с 13 лет, а теперь 18-летних дочек Буша за пиво судят. Как изменятся на новом демографическом фоне ценности общества?

Ответ: Самые ожесточенные войны и революции в истории человечества разгорались на фоне быстрого роста численности населения и быстрого экономического роста. В России в начале XX века эти показатели достигли рекордного уровня – 2 и 10 процентов соответственно. Произошла потеря устойчивости системы, что полностью отвечает теории, сформулированной великим русским математиком Ляпуновым. Примерно такие же диспропорции были во Франции накануне Великой революции. Быстрый экономический и демографический рост Китая и Индии с учетом опыта мировой истории не может не вызывать опасений.

Но через несколько десятилетий развивающиеся страны неизбежно придут к тому же положению, в котором пребывает сейчас Запад. К 2025 году прирост народонаселения на планете выйдет на устойчивую отметку. К 2100 году население стабилизируется на уровне 10–12 миллиардов человек, треть населения будет старше 65 лет, 8 процентов – старше 80 лет. Законы единого информационного поля, коллективного сознания, которое когда-то обеспечило человеку рекордные темпы размножения, будут диктовать новые демографические правила. По моему глубокому убеждению, это слом всей парадигмы развития человечества, это качественно иной путь, и это повлияет на цивилизацию сильнее, чем любая чума или мировая война. В России, к примеру, через десяток лет стариков будет больше, чем молодежи. Генералов станет больше, чем солдат. Не исключено, что их придется покупать в Китае.

Вопрос: А профессоров станет больше, чем студентов. Наверное, общество будущего потеряет агрессивность, упадут амбиции, пропадет стимул для развития…

Ответ: Агрессивность и воинственность погаснут. Но неизмеримо вырастет роль интеллекта. Человек станет больше внимания уделять образованию, науке, культуре. С кризисом рождаемости общество справится естественным путем. Как говорил итальянский мыслитель Парето, человеком можно управлять, только следуя природе человека.

Вопрос: Все-таки вы как ученый взираете на человечество с высоты орлиного полета. Не может быть, чтобы у России не было национальных отличий. Как вы относитесь к поиску национальной идеи, которая долго занимала наши лучшие умы?

Ответ: В давно минувшие времена я в ЦК КПСС уже предлагал национальную идею, которая сплотила бы народ: поднять всенародное движение за освобождение Аляски от Америки. Тем более что юридически права США на эти земли не закреплены. А если с Испанией объединиться, можно еще за Калифорнию побороться. В ЦК КПСС только посмеялись. Но некоторые идеи нынешних политиков чем-то сродни той старой шутке.

Вопрос: Вы говорите о росте влияния науки, но пока процветает лженаука. И не только в нашей стране. Уфологи вообще пришли с Запада. Как и экстрасенсы. Может быть, в будущем наступит некий симбиоз научного прогресса и иррационального знания?

Ответ: Картина действительно повсеместная, и объясняется она быстрым переходом к информационному обществу, когда человек не успевает переварить чудовищно возросшие потоки информации. Мне на телевидении настойчиво рекомендовали делать сюжеты про ясновидящих и экстрасенсов, но я наотрез отказывался, из-за чего программу снимали с эфира. Когда в моде был так называемый феномен Кулешовой – тактильное ясновидение, мы с приятелями в шутку написали в научный институт про своего знакомого, который обладает даром «членовидения». Нам поверили! Между прочим, я однажды видел знаменитую Джуну в генеральском платье. Проявил малодушие, выступил вместе с ней в штабе Варшавского пакта. Джуна, как я помню, мгновенно овладела залом, один полковник свалился со стула. Джуна долго уговаривала меня, чтобы я пригласил ее в передачу «Очевидное – невероятное». Я написал маршалу Куликову письмо о том, что очень опасно высшему генералитету под маской науки демонстрировать эту белиберду. Ответа не получил, а через три месяца Варшавский пакт распался.

Вопрос: Сергей Петрович, хотя быть знаменитым некрасиво, но надо прямо признать, что из российских ученых вы известны больше всех. Как живется человеку от науки, ведь вы не шоумен, с этим ощущением?

Ответ: К популярности надо относиться с юмором. Помню, одна журналистка сказала отцу: «Смотрите, какой у вас сын знаменитый». Отец ответил: «Это я знаменит, а он просто известен». Когда я делал первые шаги на телевидении, академик Арцимович предрек: «Этим ты ставишь крест на академической карьере». Мне сто раз намекали: популярность вызывает недовольство, академику не положено высовываться, даже если он занимается просветительской деятельностью. В Академию меня не пустили, но могу утешиться тем, что я член Европейской академии наук, куда из России избрали всего около пятидесяти человек. Знаменитого Карла Сагана, который успешно занимался популяризацией науки, тоже не избрали в Национальную академию наук США.

Вопрос: Слава, как говорили древние, – это не только любовь, но и зависть. Сергей Петрович, вам исполняется восемьдесят лет. Какое у вас настроение в этот день?

Ответ: Когда одного из деятелей Французской революции аббата Сийеса спросили, как он прошел все эти десятилетия, он ответил: «Я выживал». Мне про юбилей хочется сказать такие же слова. Очень уж все это шумно, а мне интереснее всего сидеть за письменным столом.

2008.

Академик Александр Чубарьян, директор Института всеобщей истории РАН ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ – ОБЩАЯ ЧЕРТА ВСЕХ РЕЖИМОВ В РОССИИ.

Вопрос: Александр Оганович, этим летом о Российской академии наук говорили очень много, но не в связи с научными изысканиями, это, к сожалению, широкую публику не трогает. Скандальный интерес вызвало письмо десяти академиков об опасности клерикализма общества. Насколько я знаю, вам тоже предлагали подписать письмо, но вы предпочли этого не делать. По роду деятельности вы среди всех академиков ближе всех к высшим иерархам Церкви и встречались не только с патриархом, но и с Римским папой. Почему вы не подписали письмо?

Ответ: Мне представляется, что моя подпись под любым письмом, которое касается проблем сосуществования науки и религии, была бы не слишком этичной. Президент РАН возложил на наш институт и на меня лично ответственность за связи с Патриархией. Мы провели уже несколько конференций, в которых участвовали и представители Ватикана. На последней конференции «Христианство и роль морально-этических ценностей в истории и культуре» даже мне, академику по истории, были очень интересны доклады митрополита Кирилла и кардинала Пупара. Кроме того, я вхожу в редколлегию Православной энциклопедии и в редколлегию Католической энциклопедии. Недавно под моей редакцией вышло учебное пособие «Религии мира». Все это лимитирует мое участие в любых петициях по данному вопросу.

Вопрос: И все же, как вы относитесь к высказанным в письме ваших коллег соображениям по поводу непомерного влияния церкви на светскую жизнь?

Ответ: Мне не кажется, что общество погружается в клерикализм. Хотя нравственных проблем у нас предостаточно. Церковь может с пользой участвовать в возрождении морально-этических ценностей, и это соответствует ожиданиям общества. Несмотря на сильную поляризацию, в массе оно приветствует эту идею. Не вижу ничего плохого в том, что Церковь, как говорил митрополит Кирилл, не хочет быть вне общества и ищет свою «нишу».

В то же время вся мировая история имеет много примеров сложных и часто весьма противоречивых отношений между церковью и властью, между церковью и различными слоями общества, что влияло и на политическую жизнь, и на настроения в обществе. Гармонию в отношениях между светской властью и церковью не следует нарушать. Главное – следовать Конституции, по которой церковь отделена от государства. При этом нельзя забывать, что нравственность общества сильно зависит от нравственности власти.

Вопрос: Мне почему-то кажется, что нравственность значительно сильнее зависит от степени развития гражданского общества, чем от глубины осознания религиозных доктрин. В конце концов, Библии уже две тысячи лет, а нравственность во все времена была разная. То, что казалось нормальным во времена Ивана Грозного, сейчас выглядит дикостью, хотя церковный канон не менялся.

Ответ: Конечно, нравственность категория историческая, но все-таки есть некоторые общепринятые неизменные принципы, которые названы еще в Библии. Главные из них – неприятие насилия, любовь к ближнему, уважение к чужому мнению, что сейчас называется толерантностью. И, в идеале, все это должно касаться не только частной жизни, но и политики. Для меня в связи с этим большое значение имеет движение пацифизма. Я много лет назад занимался этим вопросом и даже публиковал статью – «Мораль и политика». А лозунг «цель оправдывает средства» слишком часто вел к нарушениям этики и морали, прав человека и целых народов, к репрессивным и карательным мерам.

Вопрос: Как в таком случае быть, например, с террористами, которые захватывают заложников, предлагают обменять их жизнь на свои требования? Ведь жизнь высшая ценность, она абсолютна, а мораль не имеет количественного выражения.

Ответ: Нет, я не толстовец, и когда совершается насилие, приходится на него отвечать насилием.

Вопрос: В истории России были периоды, когда власть была нравственной?

Ответ: Трудно такое представить. Вся русская история, да и мировая тоже, наполнена войнами, а короткий мир – лишь передышка между войнами. И в истории обычно прославляются те, кто вел войны и добивался побед, хотя я уверен, что молодежи надо показывать и тех, кто думал о мире. Но помним ли мы таких деятелей или политиков? Сахаров или мать Тереза были высоконравственными людьми, но власти не имели. Может быть, Конфуций и Ганди? Или философы Древней Греции? Вот малоизвестный исторический пример: Гаагская конвенция 1907 года, которая стала основой международного права, была принята по инициативе Николая II.

Вопрос: Иногда кажется, что было бы лучше, если бы наш последний царь пореже оглядывался на мораль. В теории самоорганизации сложных систем есть термин «точка бифуркации», когда система доходит до состояния, в котором качественно и необратимо меняются ее основные свойства. В истории России какие моменты вы бы назвали точкой бифуркации?

Ответ: 1917 и 1991 годы. В те моменты перед Россией вставал выбор, которого раньше не было. Перед Петром, Елизаветой, Екатериной тоже вставала проблема выбора пути, но по многим причинам им этот выбор было сделать легче. Даже революция 1917 года совершалась постепенно, растянулась вместе с Гражданской войной на несколько лет. А в 1991 году речь шла о быстрых решениях. Но выбор пути еще не означает выбора условий реализации. Самые благие намерения могут быть испорчены тем, как они исполняются. Что и произошло. Самая большая ошибка реформаторов – пренебрежение социальным фактором, хотя мирового опыта по этой части предостаточно. Есть даже термин, который введен для перехода от тоталитаризма к демократии, – «социальная амортизация». Во многих бывших соцстранах не возникло такого социального расслоения, как в современной России.

Мне вспоминаются встречи с Джорджем Кеннаном, известным американским дипломатом и советологом. Кеннан говорил, что ничего из горбачевских идей не выйдет, потому что их не пропустит средний слой аппаратчиков. И в этом плане еще вопрос, удалось бы нам выйти из тоталитаризма без шоковой терапии, не перегнув палку.

Вопрос: Самыми популярными философами у нас стали Бердяев и Соловьев, которые писали о неповторимости исторического пути России и ее принципиальной несхожести со всеми прочими странами. Но вот настала глобализация. Как это увязывается с мессианством России?

Ответ: Глобализация – объективный процесс, когда происходит расширение мира и общие процессы идут во всех странах. Страна, которая не хочет оказаться вне прогресса, должна находиться в этом потоке. Но выяснилось, что глобализация не устраняет стремления к национальной идентичности. Отцы-основатели европейской интеграции мечтали о том, что Европа станет абсолютно однородной. Для этого сделано многое – нет границ, мобильность высока, образование общее, деньги общие, но народы не хотят терять культурную самостоятельность и идентичность.

Крайне интересные процессы происходят на постсоветском пространстве. Говорю об этом как председатель Ассоциации директоров институтов истории стран СНГ. Мы собирались несколько раз, и видно, что во всех странах идут поиски национальной идентичности, уже написаны многотомные труды по истории. Поиск национальной концепции становится для многих историков и политиков главным смыслом их деятельности. В некоторых бывших советских республиках в учебниках пишется, что из России шло все зло, и вводится термин «колонизация». Мне кажется, усиливать беспредельно роль национальных приоритетов опасно – можно оказаться на мировой периферии. Моя позиция состоит в том, что пребывание этих стран в составе России и СССР, при всех сложностях, выводило их на более высокий экономический уровень и включало их в сферу большой политики. Я по натуре оптимист и считаю, что проявления крайнего национализма уйдут в прошлое. Надо иметь в виду, что все народы, находясь в составе Российской империи и СССР, испытывали одни и те же сложности. Вообще, идея утверждать национальную идентичность «за счет России» мне кажется непродуктивной, противоречит фактам и заведет нас всех в тупик.

Кстати, во многих странах весьма спокойно относятся к периодам своей истории, когда они входили в состав других государств. Норвежцы и шведы вспоминают многие факты своей общей истории как повод для шуток и анекдотов. В Индии или в Бангладеш нет антибританского синдрома. В эти страны из Англии шла не только колонизация, но и технологические новшества и культурные достижения. Как и прежде, элита предпочитает учиться в Оксфорде и Кембридже. Мне кажется, что именно культура может стать скрепляющим моментом, который соединит страны на постсоветском пространстве.

Вопрос: В России нет человека, который время от времени не задавал бы себе вопрос, возможно ли восстановление страны в прежних границах. Если же нет такого варианта, то какое место должна стремиться занять Россия на постсоветском пространстве? И как нам строить отношения с бывшим соцлагерем, где богато произрастают антироссийские настроения?

Ответ: Нет, прежних границ уже не вернуть. В странах, ушедших от СССР, сформировалась национальная элита с мощными разносторонними интересами. Я не вижу ни экономических, ни политических способов возвращения их в состав России. Некоторые страны уже стали частью Европы, но ведь и Россия часть Европы. И не надо забывать, что Болгария и Украина для Западной Европы совсем не то же самое, что Германия и Голландия. Надо стремиться к тому, чтобы Россия стала восприниматься как дружеский партнер, сотрудничество с которым выгодно и неизбежно. И здесь важна гуманитарная составляющая, потому что в силу исторических причин взаимопроникновение наших культур настолько глубоко, что соседние народы чувствуют психологическую потребность друг в друге. И я очень рад тому, например, что мы обсуждаем с коллегами из Тбилиси проект «Культурные связи между Россией и Грузией в XIX–XX веках».

Вопрос: В последние годы на Западе все острее критика, что Россия свернула с пути демократии и возвращается к тоталитаризму, пусть в смягченной форме. Вы находитесь как бы между двух огней. С одной стороны, вы один из немногих в России кавалеров ордена Почетного легиона, с другой стороны, вы член Общественной палаты совета при Президенте РФ. Скажите, изменила ли Россия демократии? А может быть, демократия противопоказана России?

Ответ: Я очень люблю Францию, и мне досадно, что именно во Франции сильны такие настроения. Я не раз говорил западным коллегам: нельзя измерять приверженность демократическим ценностям степенью соответствия западным идеалам. Чуть в сторону, чуть идем по-своему, немного сильнее выстраивается вертикаль власти – и уже выносится вердикт, что Россия не соответствует демократическим стандартам.

Нельзя забывать, что в России всегда была сильна идея государственности. Эта идея на всех этапах становления государства Российского часто превалировала над другими. Об этом писал Карамзин, но это справедливо и по сей день. Поэтому нельзя однозначно судить: если в России укрепляется государственная вертикаль, это плохо и это измена демократии. Укрепление государственности – общая черта всех политических режимов в России. И тяга к государственности была сближающей чертой российской политической элиты на протяжении многих веков. У нас эта тяга оживилась в последние годы. Исторически это неизбежно. Почему для России так важна идея государственности? Причин много. В сфере конфессиональной корни православия отличаются от корней католичества и протестантизма. И религиозной реформации в России не было. И монголы столетиями влияли на Россию, а в Европе были лишь внутренние войны, без угрозы культурного порабощения.

Нынешнее укрепление государственности, может быть, является реакцией на то, что происходило в начале 1990-х годов, когда в экономике и в политике были явные признаки нестабильности и ослабления власти. Поэтому стремление усилить государственную власть получило столь подавляющую поддержку населения. Но на современном этапе развития, наряду с идеей государственности, идет, хотя и не без сложностей, процесс формирования гражданского общества. Кстати, отдельные элементы гражданского общества были и в дореволюционной России – земства, предпринимательские союзы.

Вопрос: Вы сказали, что национальные отличия в Европе никакой глобализм стереть не в состоянии. Значит, и к России в разных европейских странах относятся по-разному. Где Россию любят больше, где – меньше?

Ответ: В опросах, когда выявлялось позитивное отношение к России, лидируют Испания и Германия. С испанцами у нас ни в какие времена не было конфликтов. К тому же сильна память о детях, которые воспитывались в СССР после гражданской войны в Испании. С Германией сложнее, но, может быть, связывают общая кровь и общие беды. К тому же геополитически от отношений между Россией и Германией всегда во многом зависели судьбы Европы.

По отношению к России спектр общественных настроений в Европе и в США разнообразен. Есть позиция и настроения политических элит, есть мнение интеллектуалов, особое место принадлежит средствам массовой информации, и, наконец, существует обыденное массовое сознание. И у всех этих групп различные мнения и разная мотивация. Немалое значение имеет воздействие многолетних исторических традиций и давление прошлого. Сказывается и менталитет населения.

Италия, может быть, больше, чем другие страны Европы, служила связующим звеном для многих великих деятелей русской культуры. Есть сходство в характере и в темпераменте русского и итальянского народов. Во Франции политическая и интеллектуальная элита всегда считала себя законодателем мод в области прав человека и предпочитала давать оценки всем странам. Что касается Англии, то «холодок» в отношениях между нами часто необъясним, ведь между нами мало конфликтных ситуаций. Многие тысячи российских граждан, выезжающих сейчас в Европу, ощущают явные симпатии простых европейцев и одновременно сталкиваются с жесткими оценками средств массовой информации. Несмотря на интеграцию, нельзя сбрасывать со счетов традиции европейского баланса, которому следовали австрийский канцлер Меттерних и французский политик Талейран в ХIХ в. Они писали: когда сближаются Москва и Париж, начинает лихорадить Берлин и Лондон.

В обновленной Европе идеи и практика европейского баланса не исчезли и часто проявляются снова. На авансцене немалую роль начинают играть страны Центральной и Восточной Европы, государства постсоветского пространства. Все это придает европейским реалиям причудливый характер. В системе европейского взаимодействия немалое значение имеет российская политическая элита и наше массовое сознание, в котором позитивное отношение к Европе явно перевешивает негатив. Особый вопрос – это российско-американские отношения. Здесь есть свои традиции и слишком близкая память о биполярном мире.

Вопрос: Александр Оганович, ваш отец долго руководил Государственной библиотекой имени Ленина. Вся ваша жизнь прошла среди книг, и у библиофилов пользуется известностью ваша коллекция миниатюрных изданий. Наша страна десятилетия держала звание «самой читающей в мире», хотя и придумала, и присвоила себе этот титул сама. Но сейчас средний россиянин почти не читает. Есть ли в том угроза, или поток информации может поступать в сознание иным, более простым путем?

Ответ: Я уверен, что одна из серьезных наших проблем состоит в том, что молодежь очень мало читает. Тому есть объяснения, и я не ретроград: появился Интернет, все лучшие произведения экранизированы. На экзаменах в университете я вижу, что даже классические произведения прочитали один-два студента из десяти, хотя фабулу все знают. Но если молодой человек прочитает Тургенева, у него изменится душа, он станет нравственнее, лучше. Я убежден, чтение – это не только информационный канал. Чтение – лучшее средство приобщения к мировой культуре и лучший способ формирования интеллекта. Будем говорить честно: громадное большинство наших современников не понимают картин эпохи Возрождения, и шедевры Тициана и Рафаэля им ничего не говорят. Впрочем, и в Англии жалуются, что Шекспира молодежь в руки не берет. И во Франции создан общенациональный комитет по спасению французского языка. У нас много общих проблем с европейскими странами, что бы ни говорили о наших расхождениях.

Вопрос: Правда ли, что вы участвовали в написании той речи Горбачева, после которой он на Западе стал пророком нового видения?

Ответ: Могу ли я один из ваших вопросов оставить без ответа?

С. Л.: Да, я забыл – у нас важнее всего идея государственности.

2008.

Академик Николай Доллежаль ФОРМУЛУ ЛЮБВИ Я НЕ СМОГ РАСШИФРОВАТЬ.

...

Академик Доллежаль умер в 2000 году на сто втором году жизни. Перед столетним юбилеем я побывал у Николая Антоновича на даче в Жуковке. Эту дачу он получил после первого испытания атомной бомбы вместе с крупным денежным вознаграждением, квартирой, машиной, правом на бесплатный проезд на всех видах транспорта для всей семьи, а также многими регалиями. В текст опубликованного интервью по ряду причин вошли не все суждения знаменитого конструктора. И сегодня мы восстанавливаем вынужденные купюры.

Вопрос: Николай Антонович, в 1930–1932 годах вы полтора года находились под следствием по так называемому делу Промпартии. Ваша вина была неопровержима, поскольку вы были учеником главного вредителя директора Теплотехнического института профессора Рамзина. Когда вам поручили первые роли в атомном проекте, не было сомнений на основании личного опыта в том, можно ли давать в руки такому режиму ядерное оружие?

Ответ: После следствия я встретил знаменитого режиссера и актера Николая Охлопкова, который собирался ставить Лермонтова. Он увидел в моих чертах что-то трагическое и предложил роль то ли Печорина, то ли Мцыри. Только мне интереснее было конструкторское дело. Но репрессии и свойства нашей власти я не забывал. Сколько меня ни уговаривали, в их коммунистическую партию я не вступил.

Что касается бомбы, Курчатов не сказал мне, зачем нужен реактор. Но я сам быстро догадался. И взяли сомнения. Мы осуждали американцев за атомные бомбардировки Японии. Получается, им нельзя, потому что они плохие, а нам будет можно, потому что мы – хорошие? Относительно того, что наши вожди способны на бесчеловечные истребительные акции, я не заблуждался.

С другой стороны, фашисты не пустили в ход химическое оружие, думаю, только по той причине, что такое оружие имелось у союзников. Когда готовишься к обороне, надо иметь в арсенале те же средства, которыми располагает противник. Уже было ясно, что начинается «холодная» война и бывшие союзники постепенно превращаются в заклятых врагов. И я сказал себе, что создания атомной бомбы требует безопасность моего отечества. Позже я узнал от Курчатова, что у него были схожие мысли, когда он возглавил атомный проект. Работа над самой страшной бомбой была морально оправданна и необходима. Быть может, именно атомная бомба, появившаяся у мировых лидеров, уберегла человечество от новых крупных войн.

Вопрос: Вы встречались со многими видными политическими деятелями. Ваши впечатления?

Ответ: Однажды я спросил Курчатова, что с нами будет, если не сможем получить чистый уран? Игорь Васильевич спокойно ответил: поправим – и будем искать дальше. Берию по другим статьям можно ругать как угодно, но в нашем деле он был великолепным организатором. Не помню, чтобы он кричал на ученых, но как он разносил своих генералов! Вот это было страшно. Аппарат у него был очень грамотный. Боялись не самого Берию, а его замов. Генерал Борисов прямо с совещания отправил на самолет одного из моих коллег, который никак не мог добиться высокого уровня полировки стали. В тот же день конструктор вернулся в Москву и доложил о нужном результате.

Хрущев был влюблен в атомные подводные лодки, почти как в кукурузу. Хорошо, что он не всегда ошибался. Но самое приятное впечатление из всех наших руководителей производил Брежнев. Помню в разгар «холодной» войны совещание в ЦК, где обсуждался план строительства атомных подводных лодок на десять лет вперед. Леонид Ильич взял слово и больше часа рассказывал о Малой Земле. А потом легко подписал все документы.

Горбачев, это между нами, совсем не разбирается в стратегических вопросах, но говорит о них взахлеб.

Вопрос: Все очевиднее становится кризис нравственности. Одни нормы разрушены, другие отсутствуют – какой-то чертополох.

Ответ: Мне кажется, люди в XX веке по сравнению с теми, кто жил в XIX, стали хуже. Что такое «порядочность», никто уже толком не скажет, а прежде это было самое важное требование к человеку. В будущем люди должны найти пути для исправления. Наверное, законы священных писаний, которые были под запретом при коммунистах, могут быть полезны. Ведь до революции воспитать нравственность без библейских книг считалось невозможным. К этому стоит вернуться.

Вопрос: В такой юбилей принято спрашивать: что вы считаете главным достижением своей жизни? Попробую угадать – атомную бомбу?

Ответ: Моя жизнь делится ровно на две пятидесятилетние половины – до атомной бомбы и после нее. Признаюсь, мне досадно, что все забывают про первую половину. Будто я родился пятидесятилетним.

Вопрос: Признаюсь, ваши ученики помнят это и рассказывали мне перед нашей встречей о том, как вы создавали отечественное химическое машиностроение.

Ответ: Признавался, кажется, Онегин. Нет, все, что было до атомной бомбы, только у меня в голове осталось. ГОЭЛРО, шумные съезды теплотехников, зарождение технической интеллигенции. После процесса Промпартии она уже заметной роли не играла.

Вопрос: Почему именно вас выбрал Курчатов как главного конструктора первого реактора по наработке плутония для атомной бомбы?

Ответ: Химическое машиностроение – это полный комплекс технических наук. Другой такой отрасли нет. Я говорил Курчатову что ничего не понимаю в физике. Игорь Васильевич мне ответил: «Чепуха! Вы работали на молекулярном уровне, будете работать на атомном». Я много повидал на своем веку руководителей. Но такого, как Курчатов, не помню. Очень умный, в высшей степени порядочный человек, никогда не повышал голоса. Его все уважали, и завидовали многие. Думаю, что и Капица завидовал. Это только версия, что он ушел из атомного проекта, потому что хотел работать лишь над мирными проблемами. Вторую роль играть не хотел…

Вопрос: После Чернобыля вы добровольно ушли на пенсию. Версий о причинах трагедии много. Что думаете вы, создатель реактора?

Ответ: Все специалисты знают, что канальные уран-графитовые реакторы значительно эффективнее, чем прочие конструкции. С точки зрения безопасности, эта техника соответствовала тогдашним требованиям. Теперь требования значительно ужесточились. И все-таки моя Ленинградская АЭС по всем показателям до сих пор лучшая в стране. Первый блок прошел 25 лет, сейчас меняют трубки – и он будет работать еще 25 лет.

Чернобыль… Мы ушли вместе с Александровым… Мы, конечно, виноваты. У меня есть своя версия аварии. Прежде всего – на Чернобыльской станции был ужасный персонал, мы безрезультатно писали во все инстанции, говорили о халатном режиме эксплуатации. В трагический день в ходе очередного эксперимента реактор загнали в режим кавитации. Потом зря тушили, зря сыпали песок – в результате над всем миром разнесся радиоактивный аэрозоль.

Вопрос: Николай Антонович, что вы считаете главным для ученого?

Ответ: Не люблю, когда меня называют ученым. Ландау говорил, что пудель ученым может быть. Ученый неизвестно что делает. Я в Академии наук с 1953 года и повидал множество ученых, которые попали туда совершенно случайно. Я – не ученый, а конструктор, то есть создатель нового.

Вопрос: А что же важно для конструктора?

Ответ: Первое – это честность. Она заключается в том, чтобы, приступая к работе, точно знать, что ты строишь. Одно дело – строить на сто лет, другое – на год. Конструктор – не растратчик средств, он бережет деньги заказчика. Второе – глубокие знания в своей области. Третье – умение чертить. Но прежде чем сесть за кульман, надо обязательно выносить в голове общие черты аппарата. Четвертое – не боятся ответственности. Не материальной (черт с ней!), а моральной. Конструктор должен быть уверен, что машина работает так, как он ей приказал. И пятое – работа конструктора не заканчивается проектом. Надо часто выезжать на объект и доводить машину уже на месте.

Вопрос: Что увлекательного в этом, на посторонний взгляд, сухом, почти безжизненном занятии?

Ответ: Я считаю, что уровень интеллекта конструктора такой же, как у художника, музыканта, архитектора. Их объединяют поиск нового и постоянная неудовлетворенность результатом. Чтобы довести свое произведение до совершенства, не хватает либо времени, либо обстановки. Мы много лет дружили с Дмитрием Дмитриевичем Шостаковичем и понимали друг друга с полуслова. Он часто говорил: надо изменить такое-то место в симфонии, иначе меня великим не назовут, придет время – изменю. Я чувствую примерно то же самое.

Вопрос: Как вы думаете, сумеет ли компьютер заменить конструктора?

Ответ: Можете считать меня кем угодно, но я ни разу не сталкивался с компьютером. Поколение другое. С моей точки зрения, попытка заменить конструктора компьютером принесет большие несчастья. Озарение нельзя облечь в математическую формулу. Когда мы строили первый атомный реактор, мне не хватало 24 часов и мысли часто приходили во сне.

Вопрос: Сейчас у вас свободного времени много. Чем вы его занимаете?

Ответ: Решаю для собственного удовлетворения задачи по математической геометрии. Недавно сумел решить старинную задачу по трисекции угла, который надо линейкой разделить на три равные части. Слушаю классическую музыку. Телевизор не смотрю и радио не слушаю. Это большое несчастье для человечества, что оно выдумало радио и телевидение и перестало читать книги. Эти штуки учат верить глупым дикторам и мешают размышлять. Пушкин и Тургенев – это как музыка, великая гармония слова и мысли. Я до сих пор иногда пишу стихи.

Когда мне было восемнадцать лет, в моей комнате висел плакат: «Познай самого себя». Я сам его сделал и повесил над кроватью, чтобы начинать с этой фразы каждое утро. Когда стал постарше, в одной книге, написанной при Елизавете Петровне, увидел фразу: «Будь таким, каким хочешь казаться». То есть не рисуйся, а воспитай себя. Это мой второй тезис. А третий пришел от отца: «Если можешь, иди впереди века, если не можешь, иди в ногу с ним, но никогда не отставай». Вы можете спросить меня, как же я за всю жизнь, да еще занимая высокие посты, так и не вступил в коммунистическую партию, которая, как известно, шла впереди времени. Меня так парторги и уговаривали. Я отвечал, что не готов…

Вопрос: Разрешите задать вопрос как несостоявшемуся лермонтовскому герою. Что такое любовь? Почему Демон любил Тамару, а она его нет?

Ответ: Много раз в жизни я убеждался, что крепким оказывается брак при сочетании трех слагаемых. Первое – совпадение взглядов. Второе – совпадение характеров. И третье – физиологическое совпадение.

Вопрос: А это что такое?

Ответ: А об этом молодой человек, вы у физиологов спросите. Я был счастлив в первом браке, но моя семья погибла из-за технической аварии, когда в Москве проводили газификацию жилья. И во втором – уже больше полувека.

Вопрос: Но любовь-то что такое?

Ответ: Ловите старика? Как директор Химмаша могу сказать, что какие-то молекулы в цепочки в голове складываются, а как – никто не знает. На танцах девушку можно увидеть или в метро – и вспыхивает любовь. Существуют какие-то таинственные волны. И самое большое несчастье, если они тебя за всю жизнь не коснулись. Уверен, в будущем эти волны будут расшифрованы. Жалко, что эту задачу суждено решить не мне. Но вы в интервью всю эту мистику и пафос лучше выбросьте. Я – конструктор, так и запомните.

1999.

Академик Вячеслав Степин СТАНЕТ ЛИ ЧЕЛОВЕК ПРОМЕЖУТОЧНЫМ ЗВЕНОМ НА ПУТИ К ДРУГОЙ МЫСЛЯЩЕЙ СУБСТАНЦИИ?

...

Общепринятого определения философии не существует. Иногда говорят, что философия – это любовь к мудрости. Иногда, что философия – это то, чем занимаются люди, которые называют себя философами. Философию можно назвать мировоззрением, в ней взаимодействуют разные типы знаний. Философы испокон веков состоят в академиях наук. Нет другой области знания, которая лучше философии оценила бы те опасности, которые несет цивилизации и человеку современная наука и порожденные ею технологические риски. Об этих угрозах размышляет академик-секретарь Отделения общественных наук РАН, научный руководитель Института философии РАН Вячеслав Степин.

Вопрос: Вячеслав Семенович, традиционная претензия ученых-естествоиспытателей к философам состоит в том, что в науке те не особо разбираются, но берутся рассуждать о ее корнях и последствиях. Особую весомость эти аргументы приобрели, когда советские философы в 1940—1950-е годы возглавили борьбу с «буржуазными лженауками», в число которых попали генетика, кибернетика, квантовая физика, оказавшиеся лидерами научного прогресса. Правда ли, что помимо философского образования вы прошли университетский курс по физике?

Ответ: Главной фигурой в нападках на генетику был специалист в сельхознауке Лысенко, который никогда в философах не ходил. При нем состоял кандидат философских наук Презент, которого философом назвать можно с очень большой натяжкой. Он подкреплял идеи Лысенко цитатами из Энгельса. Кампания разоблачения генетики была санкционирована лично Сталиным. Претензии к невежественным философам, которые, не разбираясь в естествознании, давали негативные оценки научным открытиям, справедливы. Но претензии к тем «технарям», которые, плохо разбираясь в философии, пытались внести в нее свой негативный вклад, тоже справедливы. Таких фактов много. Философам приходится отвечать на письма на имя президента РФ, авторы которых, люди с учеными степенями, утверждают, что сделали великие открытия…

В университете на философском факультете я начал усиленно заниматься физикой, посещал лекции на физическом факультете. Преподаватели советовали мне перейти на физфак. Диплом я защищал по смежной проблематике, посвященной философскому анализу копенгагенской интерпретации квантовой механики.

Вопрос: В конце 1950-х – начале 1960-х, когда вы пришли в науку, она была на гребне популярности. В1958 году в СССР была издана «Кибернетика» Норберта Винера, которая стала настольной книгой целого поколения. В литературу пришли братья Стругацкие, которые открыли новую страницу в жанре фантастики. Спорили физики и лирики, взлетали первые космонавты, лучшие режиссеры приглашали лучших актеров, чтобы снять фильмы об ученых.

Ответ: Это была эпоха раскрепощения духа. В связи с «кибернетическим бумом» обсуждалась проблема – может ли машина мыслить? И может ли человек создать новую форму разума, которая будет построена из иной материи? В дискуссиях я отстаивал идею, что человеческий разум не является последним и высшим продуктом космической эволюции, а служит переходной формой к более совершенной ступени разумной жизни.

Биологическая основа человеческого разума несовершенна. Нам необходимы длинные трофические цепи, где перерабатывается солнечная энергия. Ее вначале усваивают растения, травоядные животные их поедают, потом приходят хищники, человек употребляет в пищу растения и животных и получает энергию. Совершенное существо могло бы непосредственно получать энергию от Солнца, могло бы свободно путешествовать в космосе, не воссоздавая в космическом корабле условия земной жизни.

У человека намного меньше по сравнению с ЭВМ скорость передачи информационных сигналов. Существо, которое повысило бы скорость обработки информации, получило бы новые возможности взаимодействия с природой. Я использовал идеи Артура Кестлера, который рассматривал человека как «ошибку эволюции». Кестлер обратил внимание на отсутствие у человека генетической программы, ограничивающей убийство особей своего вида (такая программа есть у большинства животных). История была бы совсем иной: не было бы человеческих жертвоприношений, массовых казней и пыток, кровопролитных войн. Кестлер отмечал, что плохо сбалансированы три основные эволюционные подсистемы человеческого мозга – подкорка (от пресмыкающихся), древняя кора (от млекопитающих) и новая кора, обеспечивающая высшие психические функции человека. Он говорил: когда на операционном столе лежит человек, то это одновременно крокодил, лошадь и человек. Согласно Кестлеру, ускоренное формирование мозга не обеспечило согласования трех его подсистем, что является истоком иррациональных поступков, взрывов агрессивности, эмоциональной внушаемости человека, которая открывает путь к манипуляциям сознанием.

Идеи о несовершенстве человека позволили мне сделать вывод о том, что человек является только первым поколением мыслящих существ в эволюции, в которой возникнет второе, более совершенное поколение. Затем я стал относиться к этим идеям критически.

Реальных технологических возможностей улучшения биологии человека в первой половине XX века не было. В конце XX века ситуация изменилась. Научные достижения актуализировали эту тему.

Вопрос: В последние годы возникло учение под названием «трансгуманизм», которое утверждает, что человек не является конечным продуктом эволюции, а будет совершенствоваться благодаря достижениям науки до бесконечности. Френсис Фукуяма назвал трансгуманизм «самой опасной идеей в мире». Грядущие достижения генетики, нано– и биотехнологий говорят о том, что человек будет неизбежно улучшаться по многим направлениям – от создания искусственных органов, внедрения в тело и мозг различных чипов до резкого улучшения важнейших жизненных функций.

Ответ: Термины «трансгуманизм» и «постчеловек» применяются широко. Уже возникли общества трансгуманистов, они появились и в России. Проблемы социальной жизни и кризис цивилизации трансгуманисты пытаются связать с идеями несовершенства человека, строят надежды на технологии генетического усовершенствования. Так устроен наш мир. Начиная с эпохи Просвещения технический прогресс тесно увязан с идеалом светлого будущего.

Чтобы оценить возможные риски генетического изменения человека, необходимо рассмотреть его не просто как биологический организм, но как сложную биосоциальную систему. Человеческая телесность – не только то, что создано природой в процессе естественной эволюции. Это еще и система искусственных органов, фрагментов созданной человеком второй природы, которые стали продолжением и дополнением биологического тела человека. От простейших инструментов (молоток – железный кулак, лопата – железная рука) до сложных машин, микроскопов, телескопов, средств связи, компьютеров, которые усиливают наши органы. Везде мы имеем дело со второй, искусственно созданной компонентой человеческой телесности. О возможностях человека нужно судить, принимая во внимание двухкомпонентный системный характер нашей телесности. Небольшая скорость обработки и передачи информации нервной системой значительно увеличивается в системе «человек – компьютер».

Наше мышление тесно связано с развитием этой двухкомпонентной системы. В XVII веке в эпоху простых механических систем говорили, что мир устроен как механические часы, которые однажды Бог завел, а дальше все идет по законам механики. В XX веке создатель кибернетики Норберт Винер предложил другой образ – мир устроен как саморегулирующийся автомат.

Структура нашего мышления и культура были бы иными, если бы иной была система естественных и искусственных органов нашего тела. Как-то я предложил такой мысленный эксперимент. Допустим, разум возник в ходе эволюции особого вида существ, обладающих телепатическими способностями. Тогда их искусственными органами могли бы стать животные, психикой которых манипулировали бы мыслящие существа. Тип мышления у этих существ был бы непохожим на наш. Из-за телепатической связи общее воспринималось бы как исходная реальность, а индивидуальное – как абстракция.

Человеческая жизнедеятельность регулируется двумя типами программ – биологической (геномом человека) и социальной, надбиологической (геномом общества), представленной кодами культуры. С этих позиций должны оцениваться ожидаемые трансгуманизмом чудеса по генетическому улучшению человека.

Если мы изменим генетические программы, как это скажется на культуре? Ее базисные ценности соотнесены с биологией человека. Половой инстинкт трансформируется в сложное чувство любви, инстинкт питания тоже регулируется в разных культурах комплексом обычаев и символов. В антиутопии Оруэлла «1984» был представлен генетический план изменения у человека чувства половой любви, чтобы половой инстинкт стал подобен питательной клизме для рационального воспроизводства работников, служащих Большому Брату. Стоит ли говорить, что в этом случае исчезли бы поэзия, музыка, целые пласты культуры.

Вопрос: История учит, что если можно поставить эксперимент, пусть даже опасный, он неизбежно будет поставлен. В какой области, на ваш взгляд, будут сделаны первые опыты с генетическими манипуляциями над человеком?

Ответ: Это зависит от социальных запросов. Сейчас много говорится о создании идеального солдата. Вполне вероятно, приоритетной сферой генетических манипуляций также станет спорт. Генетическая инженерия может быть использована для «изготовления» олимпийских чемпионов. На повестке скандалы с кровяным допингом, но проблема повышения уровня гемоглобина может быть решена генетическими манипуляциями. Дальше откроется новая перспектива. Если генетическое вмешательство встанет на поток и окажется не очень дорогим, возникнет соблазн вывести новую породу людей, которая сможет дышать отравленным городским воздухом. Это же здорово – не нужно тратить средства на охрану природы! В результате это ускорит глобальную экологическую катастрофу. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. Попытки генетического усовершенствования человека могут привести не к созданию более совершенной формы разумной жизни, а к уничтожению самих основ этой жизни.

Вопрос: Из ведущих лабораторий приходят сообщения, что генетическая инженерия подбирается к разгадке такого страшного недуга, как болезнь Паркинсона. Как же можно шлагбаумы перед наукой ставить, если цель столь благородная?

Ответ: Есть тонкая грань между генетическим вмешательством, которое поможет человеку избавиться от недугов, и экспериментами над здоровыми людьми с целью улучшить генетические свойства. Грань придется определять в каждой конкретной программе. Объектами науки все чаще становятся сложные саморазвивающиеся системы с включенным в них человеком. Возникли новые формы социального контроля за научными исследованиями – социально-этическая экспертиза научных проектов. Экспертизу нужно постоянно совершенствовать, что требует взаимодействия всех наук. В этических комитетах вместе с учеными работают политики, религиозные деятели, общественность. Усиление контроля над развитием науки не отменяет самого развития. Оно должно быть направлено на выбор таких стратегий, которые обеспечили бы безопасность человечества.

Вопрос: Появилось еще одно направление – иммортализм, который ставит задачу продления жизни человека до мафусаиловых лет и далее до бесконечности. Долголетие – самая заветная и главная мечта человечества во все времена. В России тоже ведутся исследования, в том числе в уважаемом МГУ. Иммортализм имеет подводные камни?

Ответ: В 2002 году эта проблема обсуждалась на встрече президента Буша с ведущими учеными Америки. Такие встречи президенты США проводят регулярно. Были высказаны любопытные доводы о том, что, поскольку продление жизни вначале будет стоить очень дорого и станет доступным только состоятельным людям, возможно создание касты долгожителей, аналога средневековой аристократии.

В проблеме долголетия есть зоны риска. Трудно представить, что случилось бы с человеческой цивилизацией, если бы диктаторы XX века были бессмертными. Не случилась ли бы уже третья мировая война с «ядерной зимой» и разрушением основ цивилизации?

Сейчас говорят, что научно-технический прогресс не сопровождается нравственным прогрессом. Но без науки нет будущего цивилизации. Биотехнологическая революция не решит всех кризисных проблем, порожденных цивилизацией. Выход из кризисов сопряжен с духовной революцией, с поиском новых ценностей развития цивилизации.

2009.

Академик Борис Черток ДОСТИЖЕНИЯ КОСМОНАВТИКИ ДОЛЖНЫ ВОСХИЩАТЬ НЕ УЧЕНЫХ, А ПОЛИТИЧЕСКИХ ЛИДЕРОВ.

...

Академик Борис Черток – патриарх космонавтики. На Байконуре он жил в одном домике с Королевым, а сейчас живет в Останкине, на улице академика Королева. В его подъезде когда-то проживало шесть Героев Социалистического Труда, а сейчас остался он один. Борис Черток был заместителем Королева по системам управления, участвовал в создании первой ракеты-носителя для ядерного оружия, первой в мире межконтинентальной баллистической ракеты, первого в мире искусственного спутника Земли, первой в мире межпланетной автоматической станции и первого в мире пилотируемого космического корабля. А потом – новых поколений космических аппаратов. Академик Черток родился в 1912 году, но каждый день к восьми утра он приходит на работу в родную РКК «Энергия» имени Королева. Академик Борис Черток вспоминает о драматических страницах космонавтики и размышляет о ее перспективах.

Вопрос: Борис Евсеевич, принято считать, что у нашей страны полный мировой приоритет по всем направлениям ракетно-космической техники, заложенный Кибальчичем, Можайским, Циолковским, Цандером. Зачем же в 1944 году в Германию был командирован многочисленный отряд специалистов, из которого впоследствии вышел весь наш легендарный Совет главных конструкторов во главе с Королевым?

Ответ: Черчилль направил Сталину письмо с просьбой помочь разыскать немецкие ракеты «Фау-2», которыми обстреливали Лондон. Была снаряжена внушительная экспедиция. На ракетном полигоне с помощью английских резидентов и польских партизан мы нашли эти ракеты и были поражены их параметрами. У наших ракет тяга была 1 200 килограммов, у немецких – 26 тонн. Мы хотя бы мечтали о таких ракетах, американцы даже не фантазировали. И мы не могли понять, как эти ракеты попадают в цель. Помню, ночью, перед тем как отправить эти ракеты в Лондон, нас с будущим главным конструктором Пилюгиным привезли в Хорошевские казармы и мы смогли в последний момент разгадать этот секрет.

В Германии мы были потрясены масштабами ракетного центра в Пенемюнде, института в Адлерсдорфе, подземного завода в Нордхаузене в Тюрингии. Это огромная удача, что эта территория отошла к нам в обмен на Западный Берлин. Такой производительности нет и сегодня нигде в мире – 30 ракет в сутки! Гитлер ставил задачу добиться производительности 50 ракет в сутки. Перспективы нового вида оружия была осознана не сразу. Нас поддержало лишь руководство гвардейских минометных частей, в ведении которых находились «катюши», а почти все министры были против. Вообще, в то время генералы, прошедшие от Сталинграда до Тюрингии, были дальновидными и смелыми людьми: они поддерживали нашу работу вопреки давлению из Москвы, когда нас пытались вернуть на прежние рабочие места.

Вопрос: Но о Королеве вы тогда не слышали…

Ответ: В июле 1945 года я стал начальником совместного советско-германского ракетного института, что было самым рискованным решением в моей жизни. Осенью мне позвонили из Берлина: к тебе едет подполковник Королев, прими его любезнее, чем остальных. К нам тогда часто приезжали визитеры, мы их называли «шмотогенералами», потому что их интересовали только всяческие трофеи. Королева это не волновало ни в малейшей степени – только лаборатории и стенды. У него был упорный, пронзительный взгляд, который мог подавить собеседника. Помню, его неприятно удивила шикарная мебель в моем кабинете, кресло, в котором он утонул, наличие секретарши-немки. «Я так и думал, – сказал он. – Но нам с вами еще предстоит работать». Чувствовалось, что мыслями он далеко, и это ощущение не пропадало все двадцать лет нашей совместной работы. Весной 1946 года он вернулся из Москвы, где пробил историческое постановление ЦК о развитии ракетной техники, с полномочиями по организации крупного ракетного центра.

Вопрос: Борис Евсеевич, вы последний из тех, кто был с Королевым на ты. Скажите, удалось бы нашей стране достичь таких успехов в космонавтике, первой прорваться в космос, если бы не этот человек? Вопрос не схоластический: Королев чудом выжил в лагерях на Колыме…

Ответ: Уверен, мы не оказались бы первопроходцами, проиграли бы Америке. Политический престиж космоса сознавался уже в 1950-х годах, как только началась «холодная война». У Королева были невероятные организаторские способности. Если бы не Королев, первым Гагариным стал бы американец. И если бы не полетел Гагарин, то Армстронг в 1969 году не высадился бы на Луне. Королев создал первую ракету с ядерной боеголовкой, первую в мире межконтинентальную баллистическую ракету, первую ракету, которая запускалась с подводной лодки (мы вместе участвовали в этом запуске), множество других боевых ракет, первые межпланетные аппараты, но все это было для него лишь средством. Главная цель – человек в космосе. И обязательно – быть первыми.

В 1957 году, когда СССР запустил первый земной спутник, только шестой пуск ракеты Р-7 оказался успешным. Американцы тоже торопились. Удивительно, что военные поняли политическую важность искусственного спутника и выделили Королеву ракету. Ее надежность была 20–30 процентов. Тяга выровнялась всего за 0,1 секунды до аварийного отключения двигателя. Спутник, с которого сняли все приборы, вышел на орбиту на 90 километров ниже расчетной, но 4 октября 1957 года весь мир узнал: первый спутник – советский!

Когда уже стало понятно, что мы проигрываем США лунную гонку, Королев сказал: «Черт с ним, пусть высадятся, но мы облетим Луну первыми!» Он выдумывал невероятные схемы, чтобы первым хотя бы облететь Луну, предлагал связку из трех «Союзов», потом – ракету «Протон». Даже космонавтов для полета во главе с Леоновым отобрали и подготовили, корабль спроектировали.

Вопрос: То, что вы рассказываете, напоминает метания обреченного Наполеона перед Ватерлоо. Высадка американцев на Луне стала первым «космическим» поражением СССР. И все-таки мог ли СССР выиграть и лунную гонку?

Ответ: Нет, это было невозможно. В лунной программе главным козырем стал не конструкторский талант, а экономические возможности государства. В СССР в тот период слишком много ресурсов ушло на создание ракетно-ядерного щита. Страшно подумать, по ядерному потенциалу СССР и США могли четыре раза уничтожить все человечество! У США ресурсов хватало и на другие программы, а мы выложились. Королев в последние годы понимал обреченность лунной гонки. Ставил невыполнимые задачи, кричал, как обычно, а потом почти шепотом умолял: «Я прошу тебя, прошу, попробуй снизить вес еще на 800 килограммов».

Вопрос: А сейчас самостоятельная экспедиция на Луну и Марс для России реальна? Разговоры об этом в связи с трудностями МКС и лунно-марсианскими прожектами Буша ведутся все чаще.

Ответ: Космонавтику должны подпирать экономика, машиностроение, электроника, информатика, химия. Когда страна сидит на нефтяной игле, Марс, Венера и вся эта мутная наука никому не нужны. Американской науке сегодня можно только завидовать. Аппараты «Хаббл», «Кассини», «Гюйгенс», марсоходы меня как инженера восхищают. Но надо, чтобы эти достижения восхищали высшее политическое руководство.

Ракетно-космическая отрасль является достоянием России. Политический престиж космоса сознавался в период «холодной войны», но он и сейчас меньше не стал. Несмотря на долгий период общего кризиса, наша отрасль, которая получила великое наследие, сумела сохраниться. Авиация, машиностроение, электроника, тяжелая промышленность развалились, но космическая отрасль сохраняет ведущие в мире позиции. Но для возрождения необходимо дать отрасли новый импульс. Если бы я был президентом, стукнул бы министров лбами, потребовал создать мощный холдинг для решения крупных государственных задач в космонавтике. Но пока все выживают поодиночке. Только вот свободный рынок в наших делах не работает – во всем мире космонавтика является государственным делом. Самой большой бедой остается отсутствие национальной стратегии развития российской космонавтики. Если такая доктрина не будет выработана и если ее не поддержит высшее политическое руководство, о возрождении и говорить не стоит.

Вопрос: В американском фильме «Армагеддон» русский космонавт спасает космический корабль, который никто не может починить, с помощью кувалды. Часто приходилось слышать, что и в действительности наши специалисты совершают технические чудеса чуть ли не голыми руками.

Ответ: Во время испытаний межконтинентальной ракеты Р-9 мы из перископа заметили течь кислорода из шланга. Дали «отбой» на старт. Это очень опасно, возможен пожар. Руководитель испытательного центра Леонид Воскресенский взял двух инженеров и пошел к ракете. Мы смотрим в перископ: подошли, осмотрели, зачем-то спрятались за сарай, вышли – и Воскресенский своим беретом заткнул течь. Дали команду на старт – все прошло успешно. Оказывается, Воскресенский помочился на берет, заставил то же самое сделать инженеров – и замерзшая мочевина загерметизировала течь. После старта он нашел берет, отстирал и носил еще много лет.

Вопрос: У Королева было очень много талантливых соратников. А друзья у главного конструктора были?

Ответ: Закадычных, задушевных друзей не было. Королев не хотел обременять себя излишней для дела мужской дружбой. Но он никогда не давал в обиду сотрудников. Помню, после нескольких неудачных по вине систем управления стартов я должен был делать доклад в Кремле в присутствии всех оборонных министров. Считал свою судьбу решенной. Королев, когда мне дали слово, рукой вдавил меня в стул, не дал встать: «Предлагаю Чертоку слово не давать. Он долго и нудно будет говорить, показывать графики, а вы люди занятые. Зачем время терять? Идет процесс познания. Следующий старт будет удачным». Все согласились. Старт прошел успешно.

Мы много спорили, ругались, но на моей памяти Королев лишь однажды обидел близкого человека – Леонида Воскресенского, которого нежно называл «мой Леня». Воскресенский настаивал на строительстве испытательного огневого стенда для лунной ракеты, а Королев, понимая, что времени нет, говорил, что все отладим на старте. Воскресенскому пришлось уйти в отставку. В декабре 1965 года он умер в возрасте 53 лет. Королев переживал страшно. Меньше чем через месяц не стало и Королева.

Вопрос: А как же расхождение с Валентином Глушко, который вытащил Королева из тюрьмы? Именно Глушко с 1974 по 1989 год был генеральным конструктором «Энергии»…

Ответ: Глушко был прекрасным двигателистом, и Королев ставил его двигатели на многие ракеты. Это были очень близкие люди. Но кошка между ними пробежала, когда было решено создать сверхмощную ракету, которая выводила бы на опорную орбиту груз в 75 тонн. Военные точно не знали, зачем нужна такая ракета. Фантазировали: можно поднять в космос водородную бомбу в 100 мегатонн. Королев предлагал поставить на ракету кислородно-керосиновый или кислородно-водородный двигатель. Глушко предлагал двигатели на ядовитых высококипящих компонентах. И Глушко был прав: кислород испаряется, требуется подпитка, на боевом дежурстве такие ракеты неэффективны. Но Королев-то всегда в конечном итоге думал о пилотируемых стартах, и экологически чистая ракета была нужна ему для полета на Луну. В итоге два выдающихся конструктора перестали работать вместе. Королев заказал двигатели другому конструктору, но отладить их не успевали, спешили, и это привело к четырем крупным авариям на старте советской лунной ракеты. Но, кстати, Королев понял свою ошибку и первым в мире начал работу над боевыми ракетами на твердом топливе.

Вопрос: Во многих воспоминаниях говорится, что Королев был тираном и не терпел возражений…

Ответ: Королев был жестким руководителем, но никак не тираном. Какой тиран добровольно раздавал бы части своей империи? Королев первым взялся за создание спутника связи, его «Молния» летает до сих пор. Когда цветной сигнал дошел до Владивостока, он вывел это направление в самостоятельное КБ. Так случилось и с другими направлениями – межпланетные автоматические станции, двигатели, ракеты для подводных лодок. Добившись успеха, Королев брался за новую задачу. Старую, решенную он не бросал, но, понимая ее важность, добивался постановления ЦК, которое гарантировало развитие этого направления. Но повторю, самое главное для Королева – это человек в космосе. Все остальное – средство для решения главной задачи.

Вопрос: Королев, Глушко, Туполев, многие другие выдающиеся советские конструкторы в сталинские годы прошли через тюрьму. Над вами такая опасность не витала?

Ответ: Кто знает… В 1937 году я работал у Туполева и одновременно учился в МЭИ. Участвовал в подготовке самолета Сигизмунда Леваневского к перелету через Северный полюс. Летчик разбился по невыясненной причине. В институте у меня образовалась академическая задолженность, и я пришел к секретарю парткома Валерии Голубцовой, жене Маленкова, с письмом от Туполева, где объяснялось, каким важным государственным делом я был занят. Голубцова почернела лицом, заперла письмо в сейф и сказала: «Никому про письмо не говори. Туполев – враг народа и арестован». Возможно, меня спасло то, что Валерия училась с нами в одной группе. Хвосты я сдавал с лихорадочной скоростью.

Вопрос: Борис Евсеевич, вам 93 года, но каждый день вы ездите на работу, возглавляете различные комиссии и советы в Академии наук, читаете лекции студентам. Вы знаете рецепт эликсира молодости?

Ответ: Кстати, я еще машину вожу… У меня «Волга», но хочу иномарку приобрести. Сыновья и внуки не разрешают. Говорят, что трудность управления «Волгой» – гарантия моей безопасности. И резину сезонную мне тоже с опозданием меняют – чтобы меньше ездил. Нет, с шофером я не люблю. Зачем мне ямщик? Когда сам за рулем – это дает ощущение свободы. Курить я бросил недавно – лет двадцать назад. А в войну к махорке пристрастился, чтобы чувство голода притупить. В Германии мы «Казбек» курили – специально, чтобы показать немцам, какие у русских папиросы хорошие. Спорт? Нет, особо не увлекался. Только в молодости, когда сердце будущей жены хотел завоевать, согласился вместе с ней альпинизмом заниматься. Алкоголь? Если наша беседа закончена, давайте выпьем за День космонавтики. Давайте покрепче – виски, коньяк…

2007.

Лауреат Нобелевской премии академик Александр Прохоров ГЕНИЕВ СУДИТЬ НЕСКРОМНО.

...

Александр Прохоров вместе с Николаем Басовым стал создателем лазера, который дал мощный толчок развитию многих научных направлений, преобразил технологии и прочно вошел в бытовую жизнь, будто существовал всегда. Лауреат Нобелевской, Ленинской, трех Государственных премий, дважды Герой Социалистического Труда академик Александр Прохоров создал Институт общей физики, который стал одним из крупнейших учреждений Российской академии наук.

Вопрос: Александр Михайлович, несмотря на безусловные заслуги отечественной науки, Нобелевских премий у России до обидного мало. Версий на сей счет много. Говорят даже, что наши ученые из-за взаимных трений при выдвижении на премию не поддерживают друг друга, как делают американцы.

Ответ: Нас с Басовым выдвинул директор ФИАНа академик Скобельцын, который в научном мире пользовался безусловным авторитетом. Выдвижение на «Нобеля» – процесс конфиденциальный, называть имена не принято. Можно вызвать раздражение Нобелевского комитета, навредить номинантам. На каких-то этапах по политическим мотивам комитет не замечал наших ученых, на каких-то – мы сами свысока относились к этой премии. Незаслуженно были обделены премией создатель ускорителя высоких энергий Векслер и Завойский, который открыл электромагнитный резонанс. На принципе Векслера работают все мощные ускорители, он на год опередил американские публикации – это стопроцентная премия!

В последнее время каждый год я выдвигаю одного номинанта по физике и одного по химии. Если называть только соотечественников, комитет перестанет замечать эти кандидатуры. Но могу сказать, что Жореса Алферова я выдвигал семь раз. Не хочу заранее давать авансы, но у нас и сейчас есть достойные Нобелевской премии ученые, которых я поддерживаю. Но называть имена – навредить им.

Вопрос: Со студенческих лет вы руководствуетесь знаменитым ЖПЖ – железным принципом жизни. Не могли бы вы его расшифровать?

Ответ: Главное – не подорваться на ерунде. Касается и науки, и быта. В питании предпочитать простые продукты. Следить за здоровьем, гулять перед сном. В работе не преувеличивать свои достижения. Надо работать с людьми, которые есть, а не с теми, кого мы придумываем. Из Института общей физики я никого не увольнял, в свой отдел собирал тех, кого считали склочниками. Если в коллективе возникла склока, виноват руководитель. Ссорятся чаще из-за работы. Это нормально: ученый, который беспробудно уверен в себе, – уже не ученый. Нас так и называли: отдел колебаний и сомнений. Спорт, капустники, умение смеяться – это необходимо в коллективе.

Вопрос: Глупо предполагать, что для великих открытий имеются рецепты. Но все же, каким образом в голову приходят идеи, которые приобретают эпохальное значение? И что сейчас может заставить ученого работать, когда ни зарплаты, ни новых приборов?

Ответ: Многие считали, что у нас с Басовым поехала крыша. Гениальный Ландау, к которому Николай приехал на дачу, сказал, что этого не может быть, потому что не может быть никогда. Но Капица, а он был очень умный человек, сказал: даже если это неосуществимо, идея интересная, ее надо поддержать. В науке нельзя бояться необычных идей. Многие боятся, работают по принципу «у меня есть собственное мнение, но я с этим мнением не согласен». Спустя годы я вернул «долг» науке, поддержал идею Алферова о гетеропереходах, в которую никто не верил.

В ФИАНе защита докторской диссертации Басова была на моей памяти одной из самых сложных. Это парадокс: бурю возражений вызвала та работа, которая получила Нобелевскую и Ленинскую премии. Любой выдающийся результат – это не плод внезапного озарения, а результат тяжелого труда. Мы работали по двенадцать часов, на нас обижались жены и дети. Но что может быть увлекательнее, чем узнавать неизвестное? Наука – это своего рода болезнь. Радость открытия не проходит никогда. Когда я получил «Нобеля», академик Скобельцын спросил: «Дальше вы работать не будете?» До сих пор работаю. Ученый трудится в первую очередь для собственного удовольствия. Но он должен знать, что работа полезна обществу. Этим наука отличается от рыбной ловли, которая тоже бывает увлекательна.

А гениев судить нескромно. Сколько их было в минувшем веке? Эйнштейн, который, кстати, предвидел лазерный эффект, Дирак, Планк… Талант может взять работоспособностью, это хорошо натренированный снайпер. Но гений – вершина интуиции, он попадает в цель, которую никто не видит. Но и гений должен трудиться. Вернее, он по своей природе не может не трудиться. Потому и озарение часто приходит во сне. Если боишься, что забудешь ночную догадку, положи рядом стенографистку.

Вопрос: Портрет ученого, который живет в башне из слоновой кости, давно стал преданием. Ученый должен жить как человек и не думать о хлебе насущном. В связи с этим, Александр Михайлович, интересно было бы узнать, как вы распорядились Нобелевской премией? Как относитесь к жизненным благам?

Ответ: В Стокгольме я накупил много подарков, всякой мелочи для сотрудников и друзей. Никто ведь тогда за границу не ездил. Себе ничего не купил. Басов спрашивал: может, машину купим? Я отказался. И он не стал. Потом банкет в ФИАНе устроили. Весь институт гулял, было дико весело. А на иномарках я никогда не ездил. Зачем мне? Ездил на «Волге». Суета все это. И в Америку меня много раз приглашали на полный пансион – работать и лекции читать. Никогда не ездил. На фронте, когда на колонну немцы устраивали налеты и стреляли в конкретных людей, я понял, что нет ничего вернее закона: не до жиру, быть бы живу. Больше всего в жизни я хотел заниматься наукой. Как вшивый о бане, все время о ней думаю. Наукой и занимался, а от всяких назначений и соблазнов, даже если они сулили материальные блага, райское спецснабжение, отказывался.

Вопрос: Вы заговорили о войне. Почему так получается, что наука расцветает в тот период, когда на нее сыплются военные заказы? Неужели наука – это тоже одна из военных целей?

Ответ: Должен признать, что мы достигли больших высот в лазерной технике благодаря поддержке ВПК. Особенно помогла лазерам программа «звездных» войн. До начала 1980-х, это могу сказать ответственно как руководитель советской программы, мы обгоняли Америку. И сейчас по ряду направлений, например по твердотельным лазерам, ей не уступаем. В оборонном отделе ЦК работали очень умные люди. Жаль, сейчас чиновники, которые руководят наукой, до этого уровня не дотягивают. Современная наука немыслима без солидного финансирования. Как ни печально признать, лишь щедрая денежная подпитка «оборонки» позволила достичь высокого уровня «мирного» лазера, например, в медицине. Так произошло и у нас, и в США. Хотя я не верю в техническую возможность осуществления программы ПРО в том виде, как сейчас задумали американцы. Может быть, это закон: сначала уничтожение людей, только потом помощь людям.

Вопрос: Что можно сделать для того, чтобы наука в нашем государстве вновь заняла достойное место?

Ответ: Не знаю, это вопрос не ко мне. Основные деньги уже у олигархов, а им наука безразлична. И все-таки мне кажется, что деньги есть и у государства. Это в глубине души все знают. Ленин и Сталин и в более тяжелые периоды понимали, что без науки страна не выживет. Сейчас зависимость от науки гораздо критичнее. У меня ощущение, что в последнее время отношение власти к ученым стало меняться. И молодежь, заметьте, вернулась в вузы.

Вопрос: Наше общество стремительно прощается с атеизмом. Для многих политиков самое милое дело – сфотографироваться со свечкой в храме. Что они делают в другое время, непонятно. И научное знание, так уже кажется, мирно сосуществует с религией. Как вы считаете, есть ли противоречие между верой в Бога и занятиями наукой?

Ответ: Одно другому не вредит. Большинство ученых, а я знаю всех мировых авторитетов, в церковь не ходит. Но Чарлз Таунс, с которым мы получили Нобелевскую премию, молился перед едой. Это я видел неоднократно, он бывал у меня в гостях. По-настоящему опасна лженаука, когда зовут экстрасенсов, чтобы самолеты искать. В России мистификаторов стало очень много – это опасный синдром.

Вопрос: Александр Михайлович, летом за неделю до смерти Басова вы виделись с ним. О чем вы беседовали?

Ответ: Мы давно не виделись и соскучились друг по другу. Пить ни ему, ни мне уже было нельзя, даже рюмку не подняли. Обсуждали научные проблемы. Он очень любил науку. И был очень талантливым ученым. После этого разговора я понял, что самые светлые наши воспоминания связаны с наукой.

Я думал, что после нашей встречи он окрепнет. Хотя выглядел он плохо, очень похудел. Я тоже похудел. Но он похудел стремительно, как-то сразу, а я худею постепенно.

Жалко, что после смерти Николая Басова в России осталось только два нобелевских лауреата по науке – я и Жорес Алферов.

2001.

Академик Константин Скрябин ХОЧУ ЖИТЬ В РОССИИ, ЧТОБЫ ПРОДОЛЖИТЬ ДЕЛО СВОЕЙ СЕМЬИ.

Вопрос: Константин Георгиевич, в советские времена была популярной тема рабочих династий. У вас первая в стране династия академиков. При этом ваш дед и отец были не рядовыми академиками. Именем деда названа улица в Москве, именем отца – институт в Пущино. Оба были Героями Социалистического Труда, лауреатами Госпремии. При таких связях ваш путь в Академию наверняка был устлан коврами.

Ответ: Вместе с друзьями деда и отца я унаследовал и их недругов. В Академии кипят страсти, как при мадридском дворе. Когда умер отец, а я уже был доктором наук, один очень влиятельный и очень талантливый академик сказал: «Даже если Костя проживет 94 года, как его дед, академиком он не станет». Действительно, я много раз баллотировался в Академию, но мне не хватало одного-двух голосов. Я с детства рос среди академиков и никогда не занимался организацией собственных выборов, как делают многие, не вступал в соглашения, хотя предлагали многократно. Это всех безумно раздражало. Но, конечно, я хотел попасть в Академию, потому что, во-первых, воспринимаю ее как родной дом, а во-вторых, хотел продолжить семейную традицию и сделать нашу фамилию первой семьей академиков в трех поколениях.

При всех многократно описанных недостатках Академии в ней много замечательных ученых. И для страны Академия сделала невероятно много. И дед, и отец были настроены очень патриотично, хотя оба в 1930-х годах по несколько месяцев отсидели в тюрьме. Меня поражает, что в самые тяжелые годы дед не терял оптимизма и работал во благо страны. Он участвовал в создании Сельхозакадемии и Медицинской академии, академий в союзных республиках, многих институтов. Отец почти двадцать лет был главным ученым секретарем Академии, создавал Научный центр в Пущине, был вице-президентом Всемирного совета ученых. Отец был первым советским ученым, кого Хрущев направил на стажировку в США в лабораторию нобелевского лауреата Ваксмана, при этом выяснилось, что у него не снята судимость по политической статье.

Не люблю высокопарность, но созидание – традиция семьи Скрябиных. Несмотря на выгодные предложения из западных лабораторий, передо мной никогда не стоял вопрос, чтобы уехать из России. Я хочу жить в России, чтобы продолжить дело Скрябиных.

Вопрос: Столь симпатичный по литературе образ русского интеллигента, похоже, безвозвратно уходит. Расскажите, каким был академик трех академий Константин Иванович Скрябин.

Ответ: Дед родился в купеческой семье, основатель которой при Петре построил первую теплицу в России. Но особых средств не было, потому что глава семьи влюбился и уехал с актрисой в Маньчжурию. Дед окончил реальное училище, и в университет смог поступить только по высочайшему соизволению. Долго работал ветеринарным врачом. Невесту, мою бабушку, выкрал у семьи в Грузии. Почти все, что наука знает в области паразитологии и гельминтологии, сделано дедом. Абсолютной пунктуальностью он похож на Паганеля. Всю жизнь, день за днем вел дневники – 60 томов хранятся в архиве Академии. Когда мы собирали грибы, он вынимал червячков и сквозь очки внимательно рассматривал их, откладывал для изучения. Более ста видов червей названо именем Скрябина. Я никогда не видел деда без жилетки и галстука. Он свободно говорил на английском, немецком, французском языках и считал, что читать Флобера в переводе неприлично. Дед делил человечество на две части – на тех, кто вежлив, и на тех, кто невежлив со швейцарами. В нашем доме было много ученых, и ребенком я считал, что профессор – это тот человек, который подает чай дедушке. Со мной нянчились великие старики, соседи по даче Обручев и Кржижановский, который рассказывал, как катался на Женевском озере на лодке с Володей и Наденькой. Яркие детские воспоминания – новогодние елки с домашним театром, которые устраивались на даче президента Академии Сергея Вавилова. Самым дорогим подарком тогда были мандарины…

Одна из самых ценных для меня семейных реликвий – книга деда «Моя жизнь в науке» с дарственной надписью мне, студенту биофака: «Дорогому внуку на добрую память. Я с большим удовлетворением признаю, что ты нашел верный путь для работы в глубоко интересующей тебя области науки, – а это является главным фактором того, что именуется человеческим счастьем!». В дарственной надписи в другой книге, которую дед подарил моему отцу-школьнику, есть слова: «Я очень хочу, чтобы, став взрослым, ты усвоил то, чем проникнута каждая страница этой книги: любовь к труду, уважение к научному творчеству и, самое главное, – громадное желание помочь человечеству в недугах». Всю жизнь мысленно я постоянно возвращаюсь к урокам деда…

Вопрос: Такие напутствия в наше время вряд ли услышишь… Сын Хрущева Сергей Никитич рассказывал мне, что из всех биологов его отец, желавший по молоку и мясу перегнать Америку, уважал лишь Лысенко, который ныне видится зловещей фигурой, и Скрябина. Как они ладили? И почему ваш дед не вступил в партию?

Ответ: Однажды Лысенко после разгрома генетики предложил деду устроить дискуссию о том, как уживается паразит с хозяином в социальных условиях на примере живых организмов. Дед моментально ответил, что ничего не понимает в паразитологии, потому что занимается гельминтологией. Хрущев стал уважать деда, когда за границей узнал, что Скрябина считают великим ученым. По настоянию Хрущева дед выступил на Пленуме ЦК, где сказал свою знаменитую фразу: «Если институт состоит из стариков – это трагедия. Если только из молодежи – это комедия». Однажды Хрущев позвонил нам домой, и бабушка сердито сказала: «Константин Иванович сейчас обедает, но я попробую его позвать». Было ясно, что Хрущев уговаривает деда подать заявление в партию. Дед, я это слышал своими ушами, ответил: «Мне 90 лет, и, если я вступлю в партию, все решат, что старик спятил. Никита Сергеевич, я не хочу дискредитировать партию».

Должен сказать, что эволюция научных интересов нашей семьи повторяет эволюцию биологической науки. Классическая зоология – у деда, классическая микробиология – у отца и молекулярная биология, генная инженерия – у меня.

Вопрос: На последнем Общем собрании Академии наук вы сделали доклад, из которого следует, что в ближайшие годы человечество ожидает гуманитарная революция, которая решительно изменит качество жизни и увеличит ее продолжительность. Не побывали ли вы сами у последнего предела, поскольку интерес к этой теме нередко идет от личного опыта?

Ответ: В 40 лет лучшими врачами, в том числе английскими, мне был поставлен смертельный диагноз. При росте 189 см я весил 55 кг. Мне предложили возглавить лабораторию, но я не знал, могу ли согласиться, ведь отпущено всего несколько месяцев. Смотрел на своего учителя академика Баева и думал: «Ему 84 года, он на Соловках сидел, но я раньше уйду». Гениально вел себя отец, он отчитывал меня: «Ты умирать собрался? У тебя много дел, ты обещал их сделать». Диагноз подтверждался несколько раз, но вдруг оказалось, что врачи ошиблись. То состояние, в котором я побывал, переворачивает мировоззрение. Огромное число вещей, которые раньше казались ценными, теряют всякое значение. Совсем иначе начинаешь относиться к друзьям, к работе, к детям. Теперь я понимаю, что я абсолютно счастливый человек и никаких карьерных приобретений мне не надо. Кафедра, институт, жена, сын, маленькая дочка, наука – это счастье.

После болезни я приобрел новое качество – научился говорить «нет». Один из самых больших недостатков нашей науки и всего общества – неумение отказывать. В итоге из года в год деньги, отпущенные бюджетом на науку, размазываются тонким слоем по всем учреждениям, потому что жалко обидеть даже тех, у кого перспектив никаких. Денег бывало много, но результата нет. Но теперь я вижу, что в области нанотехнологий выстраивается иная жесткая схема. Думаю, в нанотехнологиях мы будем иметь очень достойные результаты уже в ближайшее время.

Вопрос: Несмотря на идиллическую картину, вы являетесь едва ли не единственным в России ученым, кому приходилось нанимать охрану. Вы так настойчиво отстаиваете генетически модифицированные организмы и продукты, что вам реально угрожали, били стекла, распространяли в Интернете ваши адреса. Среди противников ГМО влиятельные лица, а деньги замешаны колоссальные. Вы влезли в большую политику.

Ответ: Россия, как никакая другая страна, нуждается в биоинженерии в сельском хозяйстве, которое мы совершенно запустили. У нас плохие климатические условия, и наши земли засорены сорняками, как нигде в мире. Россия – единственная крупная страна, где не выращиваются ГМО. А ведь за 15 лет мониторинг во всем мире не обнаружил ни единого примера их вредного воздействия. При этом мы ежегодно завозим десятки миллионов тонн говядины, вскормленной на генно-инженерной сое, поскольку другой в мире уже нет. США, Латинская Америка, Китай, Индия, Франция, Германия подняли сельское хозяйство на генетически модифицированных культурах. Критика биоинженерии не выдерживает научной критики и замешана на чистой экономике, прикрывается гуманитарными, но безграмотными лозунгами, что ясно даже студентам биофака. Биотехнологии отличаются от традиционной селекции только скоростью изменений. Они позволяют в несколько раз сократить применение пестицидов и гербицидов, которые на самом деле вредны человеку. В моем институте получен картофель, устойчивый к колорадскому жуку. Минздрав разрешил употреблять этот продукт, но выращивать его Минсельхоз не разрешает. Мы получили рапс, устойчивый к гербицидам, что повышает урожайность в два раза и в три раза снижает применение химических удобрений.

Отчасти я понимаю эти страхи. На заре автомобильной эры считалось, что на скорости 30 километров в час неизбежно случится сотрясение мозга. Так и сегодня людей питают страхи: что случится с организмом, если ему привить новый ген? Между тем садовники столетиями именно этим и занимались. Разве не замечательно, если на генетическом уровне будет побеждена карликовость, которая уже стала редкостью? Раньше гормон роста человека с трудом собирали в морге, а теперь в нужных количествах получают в лаборатории методами биоинженерии. Наш российский препарат сейчас проходит клинические испытания.

Вопрос: Генетические манипуляции с растениями – это цветочки. Еще страшнее, когда речь заходит о неизбежном, с вашей точки зрения, уже в ближайшие годы манипулировании с геномом человека. Вы говорите о социальных последствиях и, как буревестник, предрекаете революцию. В России наука находится в таком состоянии, что о прорыве говорить странно.

Ответ: Я не согласен с такой оценкой, но мы обязаны сосредоточиться на приоритетах. Если Россия отстанет в генетической гонке, последствия будут тяжелее, чем в случае проигрыша в атомной или космической области. Тот, кто владеет генетической информацией, будет абсолютно владеть миром. За 5–6 лет будет составлена генетическая карта всех народов мира – это решительный шаг к пониманию восприимчивости любого этноса к лекарствам, болезням и продуктам. При злой фантазии можно дойти до генетического оружия и целевого воздействия на выбранные группы населения.

Уже сегодня возможна персональная медицина на генетическом уровне – за 2 миллиона долларов и сто дней можно получить полную расшифровку своего генома с прогнозом развития организма и предрасположенности к заболеваниям. Скоро цена уменьшится до 1 тысячи, а срок – до недели. Это нанотехнологии, и к 2012 году читать геном будет легко, как анализ крови сдать. В США уже прогнозируют некоторые виды рака, и находятся люди, которые заранее делают операцию. Скоро, наподобие банковской VISA, каждый гражданин получит генетическую карту. Это приведет к крупным социальным сдвигам – страховые компании будут знать о человеке всю информацию и станут определять политику общества. Может ли работодатель владеть генетической информацией своих сотрудников? Будет ли открыт доступ к генетической карте спецслужбам? Возникнут группы, которые постараются получить доступ к генетической информации. Неизбежный этап – изменение человека на генетическом уровне, протезирование органов из собственных тканей, а также клонирование, которое вызывает самые большие споры и страхи.

Если вы считаете, что это фантазии, то в нашем институте хоть сейчас можно получить свой микрочип с 40 миллионами точек персональной генетической информации. В геноме микроба 2,5 миллиона букв – столько же в «Войне и мире» Толстого. Скоро мы дойдем до полного чтения генома человека, который состоит из 6 миллиардов букв. Столько букв в библиотеке Толстого в Ясной Поляне. Итак, хотите генетический чип получить?

Вопрос: Пока воздержусь. Предпочитаю не заглядывать в колодец будущего и жить без печали. Вы сказали, что скоро будет составлен генетический атлас мира, и это стратегическая информация. В России ведутся работы в этом направлении?

Ответ: Единственное «белое пятно» на мировой карте – этносы, которые живут за Уралом. Мы выполнили анализ по якутам, бурятам, китайцам, казахам, русским, староверам, ханты. Удивительные вещи! Генетическая карта подобна географической, то есть дистанция между этносами совпадает с их расселением. Доказано, что генетические отличия внутри одного этноса существенно меньше, чем расстояние до другого этноса. Мы не обнаружили в геноме русских заметных татарских привнесений, что опровергает теории о разрушительном влиянии монгольского ига. Сибиряки генетически идентичны староверам, у них один русский геном. Отличий между геномами русских и украинцев нет никаких – один геном. С поляками у нас отличия мизерные.

Вопрос: О роли интеллигенции в России написаны монографии, хотя четкого определения интеллигентности не существует. Есть мнение, что на Западе интеллигенции в нашем понимании вовсе не существует. Семья Скрябиных – интеллигенты в нескольких поколениях. Какова, на ваш взгляд, роль интеллигенции в России? Велико ли значение интеллигенции в нынешние времена, и вообще, сохранилась ли она?

Ответ: Экспериментальный факт, установленный психологами: успешность в жизни никак не связана с уровнем интеллекта. Есть теория, что в каждой голове живет множество интеллектов, ответственных за разные вещи. Дед говорил, что одно из главных качеств интеллигента – чувство меры. Отец близко дружил с токарем, который был удивительно интеллигентным человеком.

В России роль интеллигенции обсуждается болезненно. Думаю, это связано с проблемой социальной гигиены в условиях общего уровня культуры, отсутствия среднего класса, когда интеллигенция играет роль санитара духа и быта. Часто в интеллигенцию автоматом зачисляют ученых и людей искусства, хотя не знаю, были ли Горький или Лысенко интеллигентами. Расцвет науки в СССР во многом был связан с тем, что долго только в этой области можно было реализовать себя. Первые же шаги демократии нанесли удар по этой монополии.

Наука и искусство в мире развивались параллельно, чередуя лидерство. В начале XX века в России выше была социальная роль художников и поэтов, потом наступила эпоха ученых. Но если сейчас достижения в науке адекватны прежнему уровню, то по неведомым причинам искусство на всех направлениях, так мне кажется, снизило планку. В России высшими судьями всегда были писатели, а где сейчас писатели? Ответов я не знаю, но картину упадка в искусстве вижу.

Среди творческих людей самую значительную роль играет сейчас техническая интеллигенция, которая развивает нано– и биотехнологии. На наших глазах произойдет невероятная социальная и культурная революция. И тогда фантастически вырастет роль гуманитариев, поскольку необходимо осмыслить новые общественные ценности.

Вопрос: Вы не забыли, что революция неизменно пожирает революционеров?

Ответ: Научная революция милосердна к своим детям, но безжалостна к тем, кто за ней не успевает.

2009.

Заместитель директора Института прикладной математики им. Келдыша профессор Георгий Малинецкий СТАНЕТ ЛИ РОССИЯ 51-м ШТАТОМ США?

Вопрос: Георгий Геннадьевич, мы с вами беседуем в Институте прикладной математики, который носит имя, может быть, самого известного президента АН СССР Мстислава Келдыша. Здесь проводились математические расчеты по атомному и космическому проектам, по управлению баллистическими ракетами и системам управления. Не случайно стены увешаны мемориальными досками. Жаль, что в России с множеством высоких научных достижений и славных имен, в отличие от других стран, почти нет музеев, связанных с наукой. И возникает вопрос: отметят ли кого-нибудь из нынешних интеллектуалов мемориальной доской?

Ответ: Бережное отношение к истории – вопрос общей культуры. Часто приходится слышать: достижения прошлого сделаны только потому, что было брошено много денег. Чарлз Дарвин, большой знаток нашей породы, говорил, что для слуги нет великого человека. Теперь на все одна причина – деньги. Так рассуждают люди, которые живут по пословице «Нет трудного дела для того, кому не придется его делать». Принижение истории стало повсеместным. Как писал Пушкин в одном из писем: «Про меня будут рассказывать сплетни – он так же низок, как мы, так же подл и мерзок. Врете, канальи! Да, подл и низок, но не так, как вы, а по-другому». Келдыш, Королев и Курчатов добивались успеха не потому, что купались в деньгах, а потому, что приходили к руководству с уже готовыми проектами. Власть ставит задачу, когда звучат достойные предложения, и есть люди, которые готовы выполнить эту задачу. За двадцать лет ни одного заметного проекта Академия наук не предложила. Хотя при Сталине было 80 академиков, а сейчас 500. Когда нет мечты, нет и желаний, нет вызова времени. У меня ощущение, что сейчас денег больше, чем идей. И больше, чем людей, способных на крупное дело.

Вопрос: А как же нанотехнологии? Год назад были приняты стратегические решения. Говорят, это дело даже крупнее, чем космический и атомный проекты, поскольку грядет переворот в фундаментальных представлениях о возможностях человека.

Ответ: Никак не могу взять в толк, какой конкретно продукт появится на выходе? К рассуждениям о фундаментальном перевороте можно относиться с юмором или с грустью. Если нет четкой цели, то, боюсь, это распил денег в чистом виде. План развития нанотехнологий в Японии предполагает появление к 2030 году ста новых технологий и продуктов конкретно для рядового потребителя и для государства. По мировому опыту нанотехнологии находят применение в новых материалах, в микроэлектронике, в биотехнологиях. То есть в тех областях, которые в России разрушены почти полностью! Выходит, нанотехнологии – это острая приправа, когда нет основного блюда. Не получилось бы с этим проектом, как заведено, – шумиха, наказание невиновных, награждение непричастных.

Вопрос: В начале XXI века стало ясно: сбывается прогноз академика Вернадского о том, что человек становится геологической силой. Наша деятельность ведет к глобальному истощению ресурсов, к экологическому и демографическому кризисам. Если весь мир начнет жить по стандартам Калифорнии, а об этом мечтает каждый смертный, запасов на планете хватит на несколько лет. Но может быть, ученые, желая внимания, сгущают краски? Может быть, ошибочка вкралась, ведь всего не учтешь?

Ответ: Не тешьте себя иллюзиями – к выводу о катастрофе пришли слишком многие исследователи, применявшие разные модели. Высший авторитет в прогнозировании американец Джон Форрестер предсказал коллапс с сокращением населения, резким падением качества жизни, развалом промышленности к 2050 году. В кризис неуклонно погружаются все мировые центры силы, и Россия, которая в нынешнем положении зависит от них, не сможет остаться в стороне. В нашем институте предложена модель, которая позволяет выйти из кризиса путем создания двух гигантских отраслей промышленности. Одна – переработка отходов, сравнимая по объему с мировым ВПК. Вторая – рекультивация выведенных из оборота земель, сравнимая с мировым транспортным комплексом. Но если за пятнадцать лет эти отрасли не будут созданы, коллапса мировой экономики не избежать.

Вопрос: В США, в Европе, Японии, даже в Китае есть мощные мозговые центры, где занимаются проектированием будущего. В США ежегодно проводится тридцать научных конференций. Недавно в Москву приезжал знаменитый футуролог нобелевский лауреат Гелл-Манн, но его визит прошел тихо и незаметно. Насколько востребованы и серьезны отечественные разработки по проектированию будущего?

Ответ: У СССР была вторая экономика мира, высокий уровень социальных гарантий, обученные силовые структуры. Но это не предотвратило распада государства, который президент России назвал самой большой геополитической катастрофой XX века. Не хватало научно обоснованной модели развития общества, анализа угроз и рисков. Если же прогностические модели предлагались, к ним не было доверия, поскольку интеллектуальный продукт в принципе не пользовался уважением. Академик Виктор Геловани из Института системных исследований предложил Горбачеву несколько моделей развития. По одной из них страна выбирала технологический путь, совершала прорыв в постиндустриальное будущее и оставалась мировым лидером. В 1985 году благодаря высокому уровню образования перед нами была открыта дверь в сказку, что частично реализовалось в некоторых странах советского блока. Описывались и самые проигрышные модели, вплоть до распада СССР в 1991 году – страна пошла именно этим худшим путем. Горбачев выбрал иррациональное «новое мышление» с утопическими представлениями о России. Общечеловеческие ценности – это полная чушь, ибо каждая цивилизация борется за то, чтобы ее ценности воспринимались как общечеловеческие. Ценности России таковы: духовное выше материального, общее выше личного, справедливость выше закона, будущее важнее настоящего и прошлого.

Вопрос: В нашей стране очень уважают «железную леди» Маргарет Тэтчер. Она тоже давала прогнозы. Один из них такой: в условиях глобализации на территории России экономически оправданно проживание 15 миллионов человек, которые обеспечат добычу углеводородов, поскольку ни на что другое Россия не способна. То есть вы, ученые, здесь лишние люди, обуза.

Ответ: Реальный сценарий при экономике, ориентированной на «трубу». Если Россия не желает быть стертой с политической карты мира, требуются сверхусилия всего народа и прорыв в постиндустриальное общество, построенное на инновациях. Иначе наша продукция будет оставаться неконкурентоспособной и «трубу» у России отберут. Ключевое значение имеет формирование образа будущего. Жизненно важно научиться делать то, что мы можем делать лучше других. Индия на экспорте программного обеспечения зарабатывает в год 40 миллиардов долларов. В пять раз больше, чем мы на вооружении, хотя наши программисты на голову сильнее! Но у нас по-прежнему интеллект не в почете и, как следствие, нет мозговых центров по проектированию будущего. В США эффективно работает корпорация RAND с мощными информационными потоками, а в нашей Академии наук – только фрагменты общей картины. Лишь в последнее время предприняты попытки наметить долговременные цели и стратегические ориентиры. Важно понять, что нужны большие, опирающиеся на научный прогноз проекты, которые должны соответствовать желаемому всем народом результату. Такой проект реализовали в Финляндии, когда в период жесткого кризиса была создана Nokia, мировой дилер в мобильной связи. Есть сценарий более масштабный, реализованный в США президентом Рузвельтом, который вытащил страну из Великой депрессии. Сегодня борьба между цивилизациями идет не только в сфере экономики, но и в сфере ценностей и представлений о будущем. Как говорил Сенека, для корабля, порт приписки которого неизвестен, нет попутного ветра.

В нашем институте на основе динамической теории информации сделан геополитический прогноз для России на 2030 год. Если дела будут идти так, как идут, по инерционному сценарию, то и без внешнего вмешательства произойдет распад России на зоны влияния других цивилизаций. Дальний Восток разделят Китай и Япония. К Америке отойдут Камчатка, Чукотка и Сибирь. В Европейской части появятся мусульманский анклав и Северо-Западное образование. Это согласуется с прогнозами, которые выполнены ЦРУ, где Россия рассматривается как зона кризиса и нестабильности. Некоторые американские исследователи предрекают распад России на 5–8 государств в течение 10–15 лет. Утрата жизненной активности значительной части населения – важный параметр этого сценария.

Другой вариант – самоорганизация на уровне элиты постсоветских республик и понимание необходимости взаимной поддержки, тесного союза, выделения общей сферы ответственности. Естественно иметь друзей близко, а врагов далеко, а не наоборот. Может возникнуть новый конфедеративный союз вокруг России. Еще в одном сценарии может произойти самоорганизация снизу, но ей управлять сложно из-за множества факторов, порождающих социальную нестабильность. И тогда не исключена жесткая смена элит, революционные потрясения. Если на этом направлении приложить сверхусилия, можно восстановить на огромном евразийском пространстве историческую общность – советский народ с по-прежнему желанным типом жизнеустройства. Об этом говорят результаты опросов немецких социологов: самыми непопулярными политиками за столетие в России являются Ельцин и Горбачев, а самыми популярными – Путин, что нормально для действующего лидера, Сталин и Брежнев.

Вопрос: Смущает депрессивность ваших анализов. Очень многие политики считают, что Россия неуклонно выдвигается в число мировых лидеров. Авторитетные экономисты находят тому подтверждение в расчетах. А вы пугаете апокалипсическими картинами, разрушаете наше стабильное мировосприятие. Странно, как с такими докладами вас приглашают в Госдуму и в Совет Федерации.

Ответ: Профессия политиков в том, чтобы успокаивать народ, как ребенка. Но думаю, серьезные политики сознают эти угрозы. Обратите внимание, как новоизбранный президент формулирует свою задачу: эффективно управлять страной в существующих границах. В этой видимой скромности – сознание трудного пути. Мы слишком долго тратили силы на слова, а мир уходил в технологический прорыв. В 2001 году президент РФ поставил перед Академией наук две главные задачи: мониторинг, прогноз и отработка методов предупреждения катастроф, а также разработка механизма перехода от сырьевой экономики к инновационной. Несмотря на то что Академия проявляет бешеную активность, отстаивая свои имущественные интересы, задания президента не выполнены. Рим погиб, когда к его стенам подошли варвары, а мужчины участвовали в театрализованном действии.

Что касается экономистов, то десять лет назад лучшие американские эксперты разработали модель энергетического рынка и недооценили цены в десять раз, хотя объемы потребления указали точно. Российский экономический рост обеспечен ростом цен на нефть, но в ситуации, когда денег в мире в восемь раз больше, чем товаров, этот экономический пузырь может в любой момент лопнуть. Пока нам, словно ленивому студенту со счастливым билетом, несказанно везет. Но, как говорил Суворов, везение – это хорошо, но когда-нибудь требуется и умение. Сегодня, если в каком-нибудь университете удастся вырастить талантливого человека, применения своим дарованиям он не найдет. Поэтому спрос на настоящее образование падает. Я преподаю в когда-то элитарном МФТИ – там появился издевательский термин «физтех-лайт». Лучшее трудоустройство нашего студента – в западной компании.

Вопрос: Математические модели потому и ценны, что предлагают разные сценарии развития – от экономической катастрофы до экономического чуда. На словах описать математику трудно, но все же какие рецепты вы предлагаете, чтобы увидеть небо в алмазах?

Ответ: Будущее – сложный функционал со многими переменными. Но необходимо соблюдение нескольких стратегических условий: должен быть наложен запрет на вывоз из страны крупного капитала, люди должны обеспечиваться работой и не впадать в нищету, банковская политика должна быть направлена на поддержку малого бизнеса, оборонный комплекс должен получать крупные заказы для поддержки высоких технологий, необходимо создание условий, чтобы в стране стало выгодно заниматься не только финансовыми спекуляциями и строительным бизнесом.

Что касается инноваций, о которых говорят как о спасательном круге, то были рассчитаны различные сценарии для Московской области, где расположены десятки наукоградов. По инвестициям в инновации Московская область находится среди мировых лидеров, на уровне Швеции. Но, раздавая деньги, мы черпаем воду решетом – отдача от инвестиций мизерная, поскольку промышленность, и это проблема повсеместная, невосприимчива к инновациям. Существует высокая вероятность гибели наукоградов и превращения Московской области в регион складов, свалок и спальных районов. Если удастся решить проблему невосприимчивости к инновациям, Московская область станет локомотивом для всей России. Проблемой является также полное отсутствие крупных высокотехнологичных структур, которым, как происходит во всем мире, инновационная фирма могла бы продать свою разработку и двигаться дальше.

Вопрос: Для специалистов по системному анализу нет более заманчивой математической задачи, чем рассчитывать демографические проблемы. Положение в России сложное, население тает, и не случайны многие меры по поддержке семьи и рождаемости. Каковы ваши прогнозы на сей счет?

Ответ: Демографические процессы слишком инерционны, чтобы их можно было быстро решить даже самыми благими мерами. Слишком тяжелые ошибки были допущены в прежние годы. Экономических стимулов мало, и выплата пособий лишь один из многих параметров. Прогноз неутешителен – к 2050 году даже при повышении рождаемости и росте миграции население России не превысит 100 миллионов человек. К демографическим проблемам можно отнести и то, что через 15–20 лет поколение бабушек, которое сейчас преподает в школах, окончательно уйдет и заменить их будет некем.

Вопрос: После дефолта 1998 года лучшие экономисты на Западе предсказывали, что Россия вернется к прежним показателям через 15–20 лет. Россия, однако же, поднялась через три года. Не следует ли отсюда, что испытанные на других странах экономические модели в России обламывают зубы и дают неверный прогноз?

Ответ: В Америке на этот счет предложен термин – «социальное чудо» России. Суть в том, что на Западе в тяжелой ситуации каждый, как последний герой, ставит на себя. В России развиты неформальные домены на 15–20 человек с круговой поддержкой, что определяет невероятную живучесть общества. Это дает лично мне великий источник для оптимизма. Если бы то, что сделано с Россией в конце XX столетия, было сделано с любой другой страной, она бы прекратила существование. Россия же чудесным образом сохраняет высокий потенциал. Что мы наблюдаем в наших математических моделях и прогнозах. Время на то, чтобы подняться, у России имеется, хотя его немного. Я не ястреб, но должен привести еще одну оценку: по крайней мере до 2015 года наш ракетно-ядерный щит будет в состоянии нанести любому центру силы непоправимый ущерб.

2008.

Михаил Ковальчук, директор Российского научного центра «Курчатовский институт», секретарь Совета при президенте РФ по науке, технологиям и образованию СЧАСТЛИВЫЙ ЧЕЛОВЕК – ЭТО РАКЕТА С РАЗДЕЛЯЮЩИМИСЯ ГОЛОВКАМИ.

...

Нанотехнологии – самая популярная сейчас тема, когда речь заходит о том, каким может оказаться наше будущее. Мало кто понимает, что такое нанотехнологии, но все знают, что без них жить нельзя. При бюджете Российской академии наук примерно в 20 миллиардов рублей государство на ближайшие годы выделило на нанотехнологии более 300 миллиардов. Впервые финансирование научной программы в России сопоставимо с затратами ведущих стран. Душой и сердцем нанотехнологического движения в России является директор Курчатовского центра Михаил Ковальчук. О том, чего могут ждать от пришествия нанотехнологий рядовой потребитель и все общество, размышляет член-корреспондент РАН Михаил Ковальчук.

Вопрос: Михаил Валентинович, вы только что вернулись с Байконура, впервые в жизни побывав на космическом старте. С молекулярными нанотехнологиями космос с его вселенскими пределами не вяжется.

Ответ: Нанотехнологии часто сравнивают с атомным и космическими проектами СССР. Говорят, что это третий по счету и равновеликий по важности проект. Я первый раз видел космический старт: от рокота, который исторгает вставший над пустыней стометровый огненный столб, цепенеешь. Это нечеловеческое ощущение, сравнить не с чем. Приходят восторг и удивление, что человеку силой ума удалось покорить силы природы.

Не люблю квасной патриотизм, но на Байконуре, как и в Курчатовском институте, я испытываю гордость за свою страну. На этих направлениях мы были первыми – первый полет человека, первый экипаж, первый выход в открытый космос, первая орбитальная станция, первый луноход и первая атомная станция, первый атомный ледокол, Токамаки, проект ИТЭР. Не надо уничижать себя – мы сделали массу эпохальных вещей, которыми можем гордиться.

Другое дело, что сейчас Байконур с множеством заброшенных стартовых площадок производит грустное впечатление. Космодром мы в силу разных обстоятельств упустили, он расположен на территории другой страны, отсюда множество сложностей.

Вопрос: Применим ли сегодня опыт тех крупных проектов? Общество стало куда более сытым и менее военизированным. Кому сейчас придет в голову нового Берию искать, чтобы на нанотехнологии поставить…

Ответ: Мобилизационные решения сейчас неприменимы. Важно, как воспримет новые идеи российская элита. В любом деле доля идеи 3–5 процентов, остальное – упорный труд, но без идеи он становится бессмысленным. Не случайно аналитические службы следят за умонастроением элиты. Какова элита – таково во многом будущее страны. Если элита не находит общего языка с властью, она обогащает другие государства, как слишком часто случалось в истории России.

И сейчас, так мне кажется, опять пришло время, когда рождаются новые идеи. И молодой Королев где-то строит свои первые модели. Но чтобы эти идеи дали результат, необходимо изменить изжившую себя систему управления наукой. На Западе система мобильна, движение происходит от цели к цели, после чего структура уже не нужна и закрывается. У нас все ученые вне зависимости от результатов работы состоят на пожизненном довольствии. Так по принципу всеобщей занятости был устроен весь СССР – наука по-прежнему находится в тенетах советской системы. СССР, есть такое мнение, погиб из-за издержек. В стране ничего не закрывалось, но во всех отраслях приходилось все время открывать новое – и страна лопнула. Но наконец издержки, которые рвали страну на части, снизились, мы живем совсем в другой стране. За десять лет построено больше жилья, чем за все годы советской власти, а дороги невозможно перейти из-за обилия машин. Общество напоминает неравновесный кристалл, когда лазерным импульсом можно управлять фронтом кристаллизации и создавать любую нужную структуру.

В отношении нанотехнологий и всей науки мы находимся в очень неплохом положении. Есть идеи, воля и деньги, специалисты сохранены, создается система управления, которая гарантирует, что деньги пойдут по назначению. Уверен, что Россия не утеряла научную культуру и продолжит разделять изотопы, запускать ракеты, строить самолеты и атомные корабли. После кризиса в «чистом» поле легче создавать новое.

Вопрос: Вы излучаете всесокрушающий оптимизм. Однако для части академического сообщества вы служите, сами это знаете, пугалом. Недаром вас уже несколько раз прокатили на выборах в академики.

Ответ: Научная система, по сути, консервативна и трудно меняется. Но наш исторический опыт показывает, что в условиях, когда возникали глобальные научно-технические задачи, научное сообщество, и вместе с ним академическое, консолидируется. Я уверен, что так будет и на этот раз.

Вопрос: В нашем отечестве плохо удается угадать, какое научное направление ведет вперед, какое – в тупик. Кибернетику, микроэлектронику, биотехнологии проморгали, зато лысенковщиной, кашпировщиной и поворотом рек увлекались. Насколько выверен курс на нанотехнологии, и не окажутся ли они дорогостоящим миражом?

Ответ: Научные приоритеты в ведущих странах практически одинаковы. Один из важнейших – биоорганическое материаловедение на основе нанотехнологий, где бум только начинается, где все стоят на пороге, но в дверь никто не вошел. И здесь позиции России очень сильны, мы можем войти в дверь первыми. Уже активно разрабатываются технологии атомно-молекулярного конструирования, с помощью которого будут создаваться материалы с принципиально новыми свойствами, заданными по нужным параметрам. То есть заказчик сможет заказывать исполнителю нужный материал. Наука подошла к важному рубежу – моделированию принципов построения живой материи, которая основана на самоорганизации. Скоро неминуемо начнется воспроизведение систем живой природы. Это переворот в цивилизации – создание бионических приборов, гибридных приборов и систем, аналогов человеческих органов чувств вплоть до глаза, печени, кожи и самого совершенного компьютера, которым является мозг. Гибрид живой и неживой материи на основе соединения новейших технологий – вот главный переворот, который несут человечеству нанотехнологии.

Есть логика развития науки. В начале XX века наука шла по пути анализа новых знаний в области ядерной физики и физики высоких энергий, которые определили лицо уходящего столетия. В 1930-е годы накопленные знания привели к объединению металловедения и физики – возникли новые материалы в авиации и машиностроении, началась новая линия развития науки – линия синтеза. В 1950-е годы после открытия туннельного эффекта в полупроводниках физика пришла в цветную металлургию – возникла полупроводниковая и компьютерная индустрия, которая захватила сейчас весь мир. И вот третий этап – биоорганика, объединение физики и наук о живой природе. Нанотехнологии – это объединение многих научных дисциплин на новом историческом витке, когда ученый снова становится естествоиспытателем, как во времена Ньютона, но на принципиально новом уровне знаний.

Вопрос: Спустимся на землю. Подписан закон о создании Государственной корпорации нанотехнологий. Никто не понимает, что это за монстр…

Ответ: Корпорация нанотехнологий – это финансовоорганизационная система для эффективного исполнения нанопроекта, стоимостью в 200 миллиардов государственных средств. В соответствии с недавно принятым Федеральным законом ее директора назначит президент РФ, в наблюдательном совете будут собраны представители всех ветвей власти, в экспертном совете – авторитетные специалисты, решения будут согласованы с Советом по нанотехнологиям во главе с первым вице-премьером. Впервые у нас создается абсолютно прозрачная и четкая структура для продвижения научно-технического проекта.

Вопрос: Нет ли опасности, что чиновники загубят дело на корню? Неглупые люди считают, что государство не слишком эффективный менеджер.

Ответ: Как раз мировой опыт показывает, что роль государства в развитии инновационной деятельности является определяющей. Рынок созидать на новом наукоемком направлении не может – это область, где он только разрушает. В США под государственным патронатом быстро удалось запустить Силиконовую долину, которая во многом определяет доминирующую роль страны в мире. Деньги давались под жестким контролем, и, если новый продукт прошел первое испытание, новатор получал более крупные деньги, а затем государство на льготных условиях передавало компаниям основные фонды. В итоге у них миллиардные прибыли за лазерные диски и CD-ROM, а у нас Нобелевская премия, пусть и престижная.

Именно в результате государственного протекционизма Корея завалила машинами полмира, подняла высокие технологии так, что нам не снилось. Неужели у нас нельзя создать собственный рынок наукоемкой продукции и встроиться в транснациональные компании со своими проектами? Иллюзий питать не надо, на Западе нас никто не ждет, но государству надо создать условия, чтобы иностранцы не только торговали у нас, но и искали равноправных партнеров.

Вопрос: Несмотря на все политические решения и финансовые вливания, в отличие от атомной и космической отрасли, мы слабо представляем себе, что дадут потребителю нанотехнологии и как изменится жизнь в результате очередного прорыва научно-технической революции.

Ответ: Атомная и космическая промышленность не особенно повлияли на бытовой уклад. Нанотехнологии меняют жизнь радикально и в принципе нацелены на человека. Уже сейчас вокруг множество производств, где применяются нанотехнологии: порошки, покрытия, лаки, мембраны, светодиоды, биочипы, датчики, сенсоры. У вас очки с напылением – это нанотехнологии, иначе не сделаешь. Эти производства имеются и в России, но мы просто не осознаем присутствия нанотехнологий, а на Западе компании стараются их рекламировать. Там это политика, у нас пока – мода для избранных.

Вопрос: Изобилие на прилавках – вещь наиприятнейшая. Но если совместить живую и неживую материю, то удастся победить самое большое зло – смерть. Станет ли благодаря нанотехнологиям человек бессмертным?

Ответ: Точка перехода от жизни к смерти, скажу как физик, не имеет явного фазового характера. Важно не бессмертие само по себе, а долгая полноценная жизнь. О бессмертии говорить трудно, но ремонтоспособность человека, безусловно, повысится.

Вопрос: Истощение ресурсов – одна из самых болезненных проблем. Если человек научится строить новые материалы, тень всеобщего кризиса, в том числе энергетического, не будет уже витать над планетой?

Ответ: Индустриальная модель развития общества выдохлась, ресурсы на исходе. В глобальном смысле человеку надо сохранить хлебопашество, скотоводство и с помощью новых технологий перейти к более высокому и экономичному уровню жизни. В орла не вливают керосин, а он летает лучше самолета. Летучая мышь пользуется ультразвуковым и инфракрасным излучением. Дельфин живет в двух стихиях. Змея видит тепловой контур кролика, хотя не таскает с собой тепловизор, как американский солдат. Человек прошлого, если хотел летать, привязывал крылья и падал с колокольни. Современный человек создал самолет. Человек будущего воспроизведет системы живой природы и полетит, как птица.

Вопрос: Итак, человек превзошел силы природы и скоро, освоив нанотехнологии, сравняется с Творцом. Возникает сонм этических проблем, и не случайно Церковь все чаще вступает в научную дискуссию. Напрашивается вопрос: может ли ученый верить в Бога?

Ответ: Любая жизнь конечна. Что такое человеческая жизнь в сравнении с возрастом Вселенной в 14 миллиардов лет? С этой точки зрения ничто не имеет смысла. Но человек должен иметь внутренний стержень, и каждый выстраивает его для себя. Религия веками хранила культурную традицию. Уже только за это Церковь достойна уважения. Человек изначально один, с возрастом одиночество растет, а знания умножают скорбь. Но вот парадокс. Темного человека можно убедить в чем угодно – даже в том, что Земля лежит на трех китах. Но думающий человек, ученый задается вопросом: как это может быть, где первопричина? И часто приходит к выводу, что у жизни должно быть Начало, а над миром стоит высшая сила. Вера может прийти и с другой стороны: чем сложнее уровень устройства жизни, тем выше вероятность технологического сбоя, и поневоле начинаешь верить в Провидение.

Вопрос: Если бы в Книге рекордов Гиннеса узнали, сколько вы занимаете постов, вас назвали бы чемпионом. Зачем такой частокол назначений?

Ответ: Эти назначения, как ни странно, не мешают друг другу, а дополняют, поскольку нацелены на общее дело – развитие нанотехнологий. Последнее назначение – и. о. вице-президента РАН, который отвечает за нанотехнологии, помогает решать вопросы, на которые потребовалось бы значительно больше сил и времени. Эффект обратный – каждый новый пост экономит время.

Я продолжаю заниматься и научной работой, это для меня очень важно. Группа молодых сотрудников под моим руководством получила отличные результаты в области многоволновой рентгеновской дифракции и стоячих рентгеновских волн. А сколько важных результатов получено на Курчатовском источнике синхротронного излучения с его уникальными экспериментальными станциями для диагностики наноматериалов и наносистем!

Вопрос: Когда-то Илья Ильф написал: «И вот радио есть, а счастья – нет». Опутают нанотехнологии весь мир, а человек-то счастливым станет?

Ответ: Счастье – глубоко внутреннее состояние, ощущение комфорта и гармонии с собой, с другими людьми, с природой. Гармоничный человек чаще всего самодостаточен, обладает устойчивой психикой. Может ли счастливый человек быть неудовлетворенным? Может ли сытый оставаться пытливым? Ведь неудовлетворенность является стимулом для движения вперед, без чего человек немыслим. Как различить неудовлетворенность и несчастливость? Думаю, человек становится счастливым, когда он подобен ракете с разделяющимися головками. Если у человека много интересов, потеря одной цели не разрушает его.

Вопрос: Как у вас с разделяющимися головками?

Ответ: Мне все приносит дикую радость – написание научных статей, чтение Пушкина, общение с людьми, воспитание детей, вождение машины, катание на лыжах. Только телевидение вызывает дикую тоску. Я легко в зависимости от возможностей переключаюсь и каждое дело стараюсь делать «вкусно». Но, если честно, больше всего меня сегодня увлекают нанотехнологии.

2009.

Академик Владимир Захаров ОЛИГАРХАМ ВЫГОДНО, ЧТОБЫ НАСЕЛЕНИЕ РОССИИ УМЕНЬШИЛОСЬ.

...

Академик Владимир Захаров много лет был директором Института теоретической физики имени Ландау. Его авторитет среди математиков чрезвычайно высок, и российский академик уже несколько лет значительную часть времени проводит в американских университетах. Но В. Захаров известен и как поэт, постоянный автор «Нового мира».

Вопрос: Владимир Евгеньевич, Эйнштейн говорил, что может объяснить свою теорию даже второкласснику. Сумели бы вы объяснить суть ваших работ человеку, который вблизи не видел этой странной турбулентности?

Ответ: Постараюсь. Колмогоров математически оформил описанную в 1920-х годах Ричардсоном турбулентность: большой вихрь дробится на мелкие, возникает каскад, который диссипирует в вязкой среде. Как говорится, что с возу упало, то пропало. Такие каскады возникают, например, в атмосфере. Но возможны вихри в тысячи километров – в океанской среде. Мы с американцем Крайчнаном описали явление таких масштабов: маленькие вихри складываются во всё большие, возникают гигантские циклоны и антициклоны. Этот обратный каскад можно увидеть на океанском курорте: маленькие волны постепенно нарастают до девятого вала. Процесс можно проиллюстрировать социальной моделью: в городе за крепостной стеной, откуда можно выехать только за большую взятку, равномерно распределенные капиталы постепенно аккумулируются у нескольких человек.

Вопрос: Популярная в последнее время идея – объяснять не поддающиеся строгому описанию социальные процессы посредством точных физических теорий.

Ответ: И мне это кажется заманчивым. Я уже рассчитывал процессы игры на бирже, дарвиновский отбор, модели конкуренции, которые близки к теории турбулентности. Концентрация денег в руках немногих людей – это грубый математический факт. Нужно очень сильно ломать систему, чтобы нарушить эту закономерность. Из теории, скажем, лазеров с узкой и яркой полосой, которая «ослепляет» остальной спектр, вытекает неизбежность возникновения олигархов. Конкуренты не выживают – это теория солитона, уединенной волны, тема моей еще кандидатской диссертации.

Вопрос: А что произойдет с бедными, физика тоже знает?

Ответ: Все зависит от знака взаимодействия. Если элементы в среде отталкиваются друг от друга, все они тихо и спокойно умрут. Это эффект Бозе-конденсации в квантовой физике, мое второе научное направление. При взаимном притяжении образуются кластеры, возникают волновые коллапсы. На общепринятом языке – революции.

Вопрос: Вы, получается, не только физик, но и теоретик мировой революции. Но может быть, в интересах олигархов и всего общества нет противоречия?

Ответ: Из математических моделей следует, что олигархи заинтересованы в уменьшении населения страны. Демографическая проблема, о которой сейчас столько говорят, для олигархов проблемой не является, это, наоборот, желанный результат. Олигархам необходим лишь обслуживающий персонал. Ситуация, описанная Салтыковым-Щедриным в «Диком помещике». Поэтому и «утечка умов» для олигархического капитализма тоже не является проблемой. В сырьевой экономике проще приобрести взамен проданной нефти нужное оборудование, чем создавать что-то свое.

Вопрос: Вы тоже стали жертвой «утечки умов». Вот уже 12 лет полгода проводите в университете Аризоны. Почему не уезжаете совсем?

Ответ: Во-первых, я только в этом году сложил с себя обязанности директора Института теоретической физики имени Ландау. Был за него в ответе, решал вопросы финансирования. Во-вторых, хотя это может показаться смешным, я – профессиональный поэт и мне не хочется отрываться от родной языковой среды. Марина Цветаева вернулась в Россию не потому, что поссорилась с эмиграцией. Ей необходима была языковая среда. Поэты, за редчайшим исключением, в чужой стране деградируют.

Вопрос: Поэзию и науку на столь высоком уровне совмещал, кажется, только Ломоносов…

Ответ: Ирония? Как поэт Ломоносов имеет громадное значение. Но в науке это трагическая фигура. При феноменальной одаренности он совсем не знал математики – в Германии учился не у тех профессоров. В итоге его работы не оказали влияния на мировую науку. Но в России он очень много сделал как организатор науки и образования.

Вопрос: Модный французский писатель Мишель Уэльбек считает, что язык поэзии и язык квантовой физики схожи. Кроме как у вас, проверить справедливость этого утверждения не у кого.

Ответ: Нет, я четко разделяю эти области. Мир поэзии построен из звуков, из множества ненаписанных гениальных стихов, и поэту надо лишь услышать свое созвучие. Если же замысел не услышан, поэты прошли мимо стихов, они уходят навсегда, в другое время их не напишет уже никто. Поэтому в поэзии почти не бывает плагиата. В науке рано или поздно открывают все законы, и идет яростная борьба за приоритет.

Вопрос: Современная наука уже не имеет дело с реальностью. В квантовой физике правит принцип неопределенности: вне измерений реальности не существует, пространственные параметры размыты. Про Вселенную можно говорить только приблизительно, в смысле вероятности. А это уже почти поэзия…

Ответ: Большевики, как известно, с подозрением относились к квантовой физике и теории относительности. С чего бы это? По большевистской космологической теории Вселенная должна быть однородна, прошлое не может отличаться от будущего. Идея Творца при этом становится бессмысленной. Но такая модель приводит к парадоксу: бесконечная яркость и бесконечная сила тяжести в каждой точке. Единственный выход – модель Большого взрыва, разбегающаяся Вселенная, когда время становится необратимым. Большой взрыв – это, в принципе, и есть Творец. Кстати, отцом признанной современной наукой теории Большого взрыва является профессор Леметр, основатель и первый президент Папской академии наук.

Вопрос: Итак, поэт погибает за границей. А ученый?

Ответ: Ученых это не касается: больше половины списочного состава членов нашего института работают за границей, в университетах США 10–15 процентов математиков и физиков приехали из России. Мы сделали Западу огромный подарок. Реальная перспектива необратимых процессов: лет через двадцать, когда уйдет наше поколение, из России уйдет и наука. Мой сын, который учится на физфаке МГУ, хочет заниматься наукой, но у него из-за этого проблемы с девушками. Все сокурсники параллельно приобретают коммерческие и бухгалтерские специальности.

Вопрос: Не проживем без науки? Есть богатые страны, которые отлично живут за счет продажи сырьевых ресурсов.

Ответ: Но там феодальный строй. Для нас типичный пример – Нигерия с ее нефтью, которая не вылезает из гражданских войн. Недавно после лекции в Сингапуре разговорился с молодым китайским профессором. После рюмки-другой он разоткровенничался: «Вы, русские, глупые, всё не так со своими Горбачевым и Ельциным сделали, а мы, китайцы, умные, мы вас обгоним и будем жить богато». Этот профессор, кстати, – крестьянский сын, отец у него неграмотный. Без науки неизбежно произойдет падение общекультурного уровня, исчезнут высокие технологии, на которых стоит мир, мы окончательно отстанем от Запада. Почему-то вспоминаются слова шута Балакирева: «В России хлеба сеять не надо, мы друг друга едим и этим сыты».

2006.

Академик Вячеслав Иванов В СВОЕЙ ЖИЗНИ Я ВСТРЕТИЛ ТРЕХ ГЕНИЕВ.

...

В последние годы академик Вячеслав Иванов в России бывает нечасто. Уже 11 лет он преподает в Калифорнийском университете, работает в Совете по гуманитарным наукам при Библиотеке Конгресса США. Но до отъезда за границу он был одним из самых востребованных, на многих фронтах, наших ученых. Вячеслава Иванова избрали народным депутатом СССР от Академии наук, он был членом последнего Верховного Совета СССР, членом Комиссии по помилованию при президенте РФ, членом президентского Комитета по культуре, руководил Государственной библиотекой иностранной литературы. Сын знаменитого советского драматурга Всеволода Иванова, он с детства находился в кругу ярчайших деятелей отечественной культуры и науки. Однако разговор не о прошлом, а о будущем, которое ждет российскую интеллигенцию.

Вопрос: Вячеслав Всеволодович, нынешнее состояние российской науки вызывает, мягко говоря, беспокойство. Многие склонны считать, что наша наука откатывается на обочину прогресса. Но, повторю слова поэта, большое видится на расстояньи. Значительную часть времени вы проводите за границей, работаете в лучших мировых центрах. Насколько справедливыми кажутся вам эти опасения?

Ответ: У меня оптимистичный взгляд. Десять самых сложных лет для науки миновали, утечка умов пошла на убыль. Если сравнивать российскую науку с американской, то в США существует опасность сугубой специализации во всех дисциплинах. Отчасти это необходимо. Но наша школа остается более эффективной, она обеспечивает широкий взгляд и познает суть явлений. Лучшие математики мира Яглом, Новиков, Синай, Манин представляют российскую школу.

Вопрос: Все они работают за границей. Некоторые забыли дорогу в Россию…

Ответ: Это временное явление – вот я стал чаще бывать дома. Мы создали при МГУ небольшой, но очень эффективный Институт мировой культуры, где ведутся исследования Средневековья, русского XIX века, христианства. Только что в РГГУ создан Институт «Русская антропологическая школа», которым я руковожу на общественных началах. Через год-два, если дело пойдет и появятся аспиранты и студенты, это тоже потребует присутствия в России.

Я занимаюсь сравнительным языкознанием. Сто процентов важнейших работ в этой области сделаны в России или российскими учеными на Западе. Америка лишена исторического чувства, на подсознательном уровне противопоставляя себя и Европе, и индейцам. Не исключаю, что через десять лет, когда вспыхнет мода на эту науку, американские университеты начнут гонку в области языкознания. Недавно Институт исследований сложных систем, которым руководит первооткрыватель кварков нобелевский лауреат Гелл-Манн, выделил крупный грант группе член-корреспондента РАН Сергея Старостина на создание компьютерного банка языков. Старостину принадлежит самое потрясающее открытие последних лет: родственность тибето-китайской и северокавказской групп языков.

Выскажу парадоксальное суждение. Россия всегда страдала от чудовищной диспропорции между выдающимися открытиями и общим серым уровнем. Может быть, утечка умов поднимет средний уровень, на чем строится современное информационное общество.

Вопрос: Относительно утечки умов приходится слышать два полярных мнения. Традиционное: этот процесс обескровливает Россию. И второе: это экспансия России, захват мирового пространства, о котором мечтал Троцкий, только другим путем.

Ответ: Достижения науки принадлежат всему человечеству. Компьютерный банк языков не попадет в собственность отдельного государства. Что касается военных систем, то за это уже в ответе государство. России в современном мире опасно оставаться без оружия. Уверен, государство достаточно богато, чтобы поднять науку. Но российские чиновники не понимают, что современное общество – информационное общество, оно строится на получении и обработке информации, главными предприятиями становятся университеты, архивы, библиотеки. Чиновники не видят, что инвестиции в науку выгодны экономически. Впрочем, это плохо понимают и американское чиновники. Но в США очень много богатых людей, которые понимают выгодность вложений в науку, даже мне, иностранцу, легко с ними договориться. Сорос не исключение, российские же миллионеры до науки еще не доросли.

Знаменитый русский ученый Кондратьев открыл закон волнообразного развития общества с периодом в 25 лет: депрессия – упадок – подъем. Именно во время упадка делаются яркие научно-технические открытия, которые внедряются и обеспечивают подъем. Есть немало важнейших для человечества задач, которые мы способны решить быстрее США. Это создание информационных технологий будущего и создание энергетики, не зависящей от углеводородного сырья.

Вопрос: Как гуманитарий вы стоите за солнечную энергию, ветряную, приливную и проч.?

Ответ: Это несерьезно. Будущее – за термоядерным синтезом. Сталин в гораздо более тяжелых экономических условиях сумел создать ядерное оружие. Так и сейчас государству пора проявить волю. Это же смешно, когда квалифицированный программист получает на маленькой фирме в десять раз больше, чем работая на государство.

Вопрос: Приходится слышать, что Россия провалилась в щель, занимает в мировой культуре место не заметнее Румынии…

Ответ: В Америке интерес к России снизился. Холодная война закончилась: как враг мы были интересны, как друг – интересны еще не стали. Европа нам ближе. Но отвращения мы ни у кого не вызываем. Возвращение России в число великих стран, как это было в XIX веке, зависит только от нас. Важно восстановить преемственность идей. Капица говорил мне, что необходимо возрождение замечательной русской философии, погубленной при коммунистическом режиме. На Западе чтят Тейяр де Шардена, а великого Вернадского, который пришел к тем же идеям даже раньше, забывают даже у нас.

Вопрос: Вы встречались и дружили со многими выдающимися людьми ушедшего века. Были ли среди них, на ваш взгляд, гении?

Ответ: Прежде всего, Пастернак. Мы жили на соседних дачах, беседовали, он писал мне записки. Незадолго до смерти Борис Леонидович сказал, что, по его мнению, он занимается в искусстве тем, чем занимается наука: описывает не действительность, как она есть, ведь она закрыта занавесом, а движение этого занавеса, которое каким-то образом связано с тем, что скрыто за ним, но не больше. Этот взгляд соответствует вероятностной картине мира, квантовой механике.

Гением был математик Колмогоров, с которым мне пришлось вместе работать. У него был очень широкий, философский взгляд на мир. Помню, он вычислил энтропию каждой строчки «Евгения Онегина», количество информации в каждом слове романа. Вывод был такой: для общества дешевле вырастить еще одного Пушкина, чем создать программу, которая создала бы текст, сопоставимый с «Онегиным».

Гением был Капица, которого отличала абсолютная здравость мышления. Думаю, государство очень много потеряло, что не допустило его к государственной деятельности. Сталин с 30-х годов поверил в то, что Капица – великий ученый. Он на Политбюро читал письма Капицы и говорил Берии: «Слушай, Лаврентий, как плохо он о тебе пишет». Сталин отвечал на эти письма! Капица вызволил из тюрьмы Ландау. Это был гигантский ум, он блестяще решал многие задачи, но из-за особенностей биографии предпочитал от многих вопросов отшучиваться. Сахаров принадлежал к тому же типу, что Капица, но его здравому уму, мне кажется, не хватало оригинальности, что вовсе не означает ошибочности. Кстати, мозг у Сахарова был устроен, как у Леонардо да Винчи: он мог писать левой и правой рукой независимые тексты, мог писать одновременно два зеркальных текста.

Кстати, я не склонен думать, что гениальность связана с личными качествами. Здесь Пушкин преувеличил: с моралью все очень сложно…

Вопрос: Вы много лет посвятили исследованиям мозга. Работали над этой проблемой, в том числе и в оборонном комплексе. Сегодня центром исследований мозга стали США.

Ответ: В США объявлено «десятилетие мозга». Проблеме уделяется много внимания на государственном уровне. Прогресс впечатляющий. Но возможные последствия вторжения в головной мозг несопоставимы ни с атомным, ни с экологическим ударом. Сегодня внушение паники большой группе людей проблемы не составляет. По моему убеждению, нужен международный орган типа МАГАТЭ, который контролировал бы эту проблему. Опасность для человечества представляют и работы по генетике, клонированию, евгенике, которые, по существу, не ограничены законодательством. У меня нет ощущения, что в США, где эти работы ведутся наиболее активно, есть механизмы, которые воспрепятствуют применению их результатов в опасных целях.

Вопрос: Вячеслав Всеволодович, сколько языков вы знаете?

Ответ: Я совсем не полиглот. Говорю на всех европейских языках. Читать могу на ста языках. Но это не так сложно. В мире вместе с мертвыми 6 тысяч языков, которые разделяются на 40 семейств. Крупных – всего с десяток. Последнее мое увлечение – язык тохаров, самый восточный из индоевропейских языков. Тохары жили в китайском Туркестане и, по найденным мумиям, имели европейские черты лица. Я уверен, что глубокие проблемы современности можно понять, только изучив реку времени, которая ведет нас к жилищам ушедших народов.

Вопрос: Когда же Россия выберется из полосы революций и реформ и вступит, как вся Европа, на спокойный эволюционный путь?

Ответ: Во Франции революционные волны не затихали на протяжении 80 лет. России, с учетом ее размеров, понадобится около ста лет.

Вопрос: И нас в итоге ждет российский аналог Парижской коммуны? И диктатор Тьер?

Ответ: Этого боюсь больше всего. Этого надо избежать любой ценой.

Вопрос: Вячеслав Всеволодович, вам не скучно в Америке?

Ответ: Скучно. Если бы у меня была крупная идея о будущем России, ради которой стоило бы пусть даже пожертвовать собой и вернуться домой, я бы не задумывался. Но такой идеи у меня нет. Жизнь, вероятно, сложится так: полгода буду проводить в Америке, полгода – преподавать в российских университетах.

2003.

Академик Анатолий Деревянко, директор Института археологии и этнографии БЕЗ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ МОЛОДОЕ ПОКОЛЕНИЕ СТАНОВИТСЯ БЕСПРИЗОРНЫМ.

...

О судьбе нашего Отечества, месте России в современном мире, путях развития, традициях и корнях наших проблем размышляет академик-секретарь Отделения историко-филологических наук, директор Института археологии и этнографии СО РАН академик Анатолий Деревянко.

Вопрос: Анатолий Пантелеевич, этим летом академик Янин рассказывал мне, как бизнесмены выпытывали у него адресок иностранных археологов, которые могли бы закончить раскопки в Новгороде поскорее, чтобы землю отдать под коммерческую застройку. Янин посоветовал обратиться к итальянцам, которые раскапывают Помпеи более двухсот лет. Это смешно и грустно. Но стоит сказать, что раскопки в Помпеях приносят большую прибыль за счет хорошо организованных потоков туристов. И это не только деньги, но и воспитание уважения к истории. В России нет ничего подобного, хотя раскопок немало.

Ответ: В начале 1990-х на Горном Алтае мы организовали научный туризм. Это одно из красивейших мест на земле, «жемчужина Азии», как писал Николай Рерих. В Солонешенском районе на реке Ануй, где мы более четверти века исследуем десятки палеолитических стоянок, рядом со знаменитой Денисовой пещерой институт построил небольшой городок, в котором есть все условия для исследований и уютные коттеджи для туристов. Институт получил лицензию на туристическую деятельность и заключил договор с фирмой из Швейцарии. Избалованные красотами швейцарцы были в восторге. Но началась война в Чечне, и желающих приехать не стало.

Вопрос: Но ведь Чечня от Алтая далеко.

Ответ: Швейцарцы сами о себе шутят, что у них с балкона видны все границы. В их представлении Горный Алтай и Чечня не так уж далеко. Потом изменилось законодательство, и институт потерял право заниматься туристической деятельностью. Но и сейчас сотни человек, проезжающих каждый день мимо Денисовой пещеры и других мест, приходят к археологам с вопросами.

Вопрос: Рискну предположить, что самый распространенный вопрос – зачем нужна археология? В Новгороде понятно: русская земля. Горный Алтай – земля, как ни крути, чужая, и жили на ней люди, которые не имеют этнических связей с современным населением.

Ответ: История – это неразрывная связь веков. Ни один период, ни один этнос нельзя изучить, вырвав из широкого хронологического контекста. Наш институт ведет полевые исследования в Сибири, в Дагестане, Монголии, Казахстане, Киргизии, Узбекистане, в прошлом году начали работы в Иране. Происхождение человека, древнейшие миграции, заселение Евразии и развитие культуры на протяжении многих сотен тысяч лет… В полевых и лабораторных исследованиях принимают участие археологи, геологи, палеонтологи, антропологи, палеоботаники… В результате мультидисциплинарных исследований удалось проследить динамику культуры, климата, растительности, животного мира на протяжении как минимум 800 тысяч лет. Получено много результатов мирового уровня. Было установлено, что на юге Сибири культура человека верхнего палеолита, то есть Homo sapiens sapiens, сформировалась около 50 тысяч лет назад. Здесь, пожалуй, лучше, чем где-либо, удалось проследить формирование в столь раннее время культуры человека современного типа.

В советское время часто использовалось выражение «условный экономический эффект». В этом смысле, уверен, археология одна из самых эффективных наук. Находки археологов становятся культурным достоянием не только России, но и всего человечества, их ценность несоизмерима с расходами на исследования. Раскопки захоронений древностью 2,5 тысячи лет на Алтае позволили получить раритетные вещи: одежду, две меховые шубы, изделия из дерева, кости, металла, в том числе золота. По оценке моего хорошего друга, директора крупнейшего в США музея Пибоди Гарвардского университета профессора Ламберга-Карловски, это астрономические суммы. Руководители раскопок и авторы книг о курганах Укока академик Вячеслав Молодин и доктор исторических наук Наталья Полосьмак в 2005 году удостоены Государственной премии России. Не случайно за 20 лет в стране многократно возрос объем грабительских раскопок, которые ведутся повсеместно. У грабителей есть свои сайты, журналы, эксперты. Академия наук совместно с Советом Федерации проводила слушания, на них присутствовали сотрудники высокого ранга МВД, ФСБ, Таможенной службы, Генпрокуратуры, но положение коренным образом не изменилось.

Вопрос: Эти сюжеты мы помним по фильму «Джентльмены удачи». Но иногда и государство не прочь поживиться. Сталин исправно торговал нашими древностями. Британскому музею был продан самый древний и самый полный текст Нового Завета – Синайский кодекс IV века, найденный археологами при детективных обстоятельствах и под покровительством императора Александра II в монастыре Святой Екатерины, который толпами посещают не ведающие этой истории русские туристы.

Ответ: Если государство продает национальные раритеты – это безнравственное государство. Кстати, ни один приличный музей не выставляет русские ценности из собрания миллионера Хаммера, который скупал их в России.

Вопрос: Вы всю жизнь работаете в Сибирском отделении Академии наук. Как вы относитесь к теории о том, что Сибирь с ее непомерными богатствами стала развращающим фактором для России, которая до присоединения этих территорий политически и технологически находилась на одном уровне с Европой?

Ответ: Нельзя не признать, что Сибирь – вечный донор России. Но все великие империи – Испания, Англия, США – развивались за счет колониальных богатств и присоединенных территорий. Вопрос в том, чтобы мудро использовать эти богатства. Сегодня можно сказать, что Сибирь без России проживет, но Россия без Сибири вряд ли. Это не сепаратистские настроения, а надежда на то, что государство все-таки начнет комплексное освоение богатейших ресурсов региона, не забывая о социально-экономическом и культурном развитии. За границу в огромных объемах продается круглый лес, вместо того чтобы наладить полную переработку древесины в Сибири. Это десятки миллиардов прибыли, десятки тысяч рабочих мест. Между тем Россия обладает интеллектуальной мощью, чтобы создать новые технологии. И только сейчас положение меняется в лучшую сторону.

Вопрос: Если мы заговорили о Сибири, то не уйти от вопроса, который не отпускает каждого русского человека: могли ли мы не отдавать Аляску Америке?

Ответ: Нет, практически такой возможности не было. Политические и экономические связи Аляски с Восточной Сибирью были налажены плохо, а США – рядом с Аляской. Остановить рост влияния США на Аляске могли только военные гарнизоны. Хотя Россия давно ушла с этих земель, но там помнят причисленного к лику святых миссионера Иннокентия Вениаминова, святителя Аляски. «Бишоп» Вениаминов создал алеутскую письменность, каждый пятый алеут был грамотным.

Надо признать, что в России для новых территорий было принято, пожалуй, лучшее в мире законодательство. Если в Америке не только этносы, но и целые государства были уничтожены в результате колонизации, то в царской России поощрялись исконные виды хозяйствования, не было насилия при распространении православия, эксплуатация коренных жителей строго каралась.

В 1581 году дружина Ермака перешла Каменный пояс и начала продвижение на восток. Менее 60 лет потребовалось русским, чтобы пройти всю Сибирь, в 1639 году Москвитин вышел к Охотскому морю. Присоединение к России огромной территории происходило в основном мирно, была только одна война с Сибирским ханством. Русские умели договариваться с местной элитой. Первым русским генералиссимусом при Петре I стал адыг Михаил Черкасский.

Вопрос: На рубеже XVIII–XIX веков Россия в представлении многих западных мыслителей была самой притягательной и прогрессивной страной. В кабинете Франклина стоял бюст Александра, а мадам де Сталь чуть не молилась на Россию. Постепенно отношение менялось, и Россия стала отпугивать Запад, что мы с печалью наблюдаем поныне. В чем причина?

Ответ: 500–600 лет Восточная Европа по всем показателям находилась на задворках Западной Европы. По мере роста экономической и военной мощи Российской империи у соседей неизбежно стали возникать озабоченность и тревога. Вроде барона Мюнхгаузена, который слишком долго спал, проснулся – и обнаружил, что лошадь оказалась на крыше. Россия многое заимствовала у Запада, в этом нет ничего зазорного. Позже тем же путем прошла Япония.

Привлекательность России объяснялась еще и тем, что многие территории встали перед значительно более жесткой альтернативой попасть под иго Персии или Турции. Не думаю, что на свете есть хотя бы один народ, который без необходимости был готов броситься в объятия великой державы. Грузия сама пришла к России, но скажите это Саакашвили. Как историка меня возмущает то, что происходит на Украине, где решено увековечить память сомнительных исторических персонажей. Мазепа был отъявленным авантюристом, который предавал всех по очереди – от Петра до Карла. Вольное обращение с историей всегда было губительным для политика.

Вопрос: Три с половиной года вы были секретарем ЦК ВЛКСМ по идеологии. Посему не обойти вопрос о том, как, на ваш взгляд, должна строиться молодежная политика, к которой у нашего государства после долгого затишья вновь проснулся аппетит?

Ответ: Без мудрой молодежной политики нет будущего ни у одного государства. Много полезного в молодежной политике было в СССР. До избрания секретарем я никогда не занимал должность освобожденного комсомольского работника. При ЦК ВЛКСМ был создан общественный Совет молодых ученых, который делал много полезного. Его первым председателем был ныне вице-президент РАН Геннадий Месяц. В 1974 году вторым председателем стал я. В 1976 году после настойчивых уговоров мне пришлось согласиться на пост секретаря ЦК ВЛКСМ. К этому времени я был доктором наук, опубликовал несколько книг. Но и на комсомольской работе я не мог оставить науку. Написал книгу, отпуск проводил в экспедиции. В 1979 году меня избрали членом-корреспондентом Академии наук, и я смог уйти с комсомольской работы. Но я никогда не жалел об этих годах, они дали мне огромный жизненный опыт и новые знания.

По моим оценкам, для 70–80 процентов советской молодежи комсомол как школа жизни оказался полезным. Стройотряды, научно-техническое творчество молодежи, советы молодых ученых, премии Ленинского комсомола… Главный порок комсомола – излишняя идеологизация. В последние годы делается попытка выстроить молодежную политику. Это совершенно необходимо. Без мудрой молодежной политики подрастающее поколение становится беспризорным. С моей точки зрения, в молодежной политике должны быть две стержневые задачи: способствовать максимальному раскрытию таланта у молодых людей и воспитать их патриотами.

Патриотизм – цемент любого государства. В 1990-х годах у нас было сделано многое, чтобы мы стали бояться этого слова. Помню, в 1974 году на Аляске мы посетили школу на острове Прибылова. Утром – общее построение, подъем флага США, исполнение государственного гимна. После окончания занятий – спуск флага, исполнение гимна, и это на Аляске… Вот чего у американцев не отнять, так это патриотизма. Гордость не только за страну, но и за свой город, свой штат, университет. В США молодежные организации занимаются, прежде всего, патриотическим воспитанием. Я уверен, что в многонациональном государстве человек, который любит свою страну и гордится ей, не может с презрением относиться к другим народам.

Если считать, что молодежь нужна только для того, чтобы носить портреты вождей и правильно голосовать, то мы воспитаем не патриотов своей страны, а поколение циников.

Вопрос: Мы не с Луны упали и знаем, что у нас любовь к стране чаще всего воспринимается как любовь к власти. Как разделить два этих понятия?

Ответ: Власть – не женщина. Ее любить не должно. Самая высшая оценка власти – хорошая, честная работа. Тогда власть достойна уважения. Власть не должна забывать, что она существует на деньги народа. Прежде чем что-то от кого-то требовать, должностное лицо обязано своей работой завоевать на это право.

Власть надо не любить, а критиковать, если она делает ошибки. Но право на это имеют те люди, которые своей жизнью доказали любовь к стране. С моей точки зрения, поиск так называемой национальной идеи – бесперспективное и бессмысленное занятие. Национальная идея проста: в стране не должно быть нищих и сверхбогатых, должна быть обеспечена личная безопасность, человек должен быть свободным и чувствовать себя хозяином своей судьбы, чтобы полнее реализовать свои права и возможности. Ни для чего больше власть не нужна. Хороша та власть, которой не нужно митингами и забастовками напоминать о необходимости выполнения взятых на себя обязательств. Идеален тот руководитель, отсутствие которого, даже длительное время, не ухудшает работы коллектива.

Вопрос: На Западе все громче звучит критика в адрес России по поводу того, что она уходит с пути демократии и возвращается к тоталитаризму, пусть в смягченной форме.

Ответ: В 1990-х годах о тоталитаризме молчали. Чем дольше Россия стояла с протянутой рукой и ждала милостыни, тем с большим воодушевлением многие, в том числе за рубежом, говорили о расцветающей свободе и демократии в нашей стране. А теперь, когда наши лидеры говорят о защите граждан и повышении роли России в мировой политике и экономике, выясняется, что демократия у нас под угрозой. Лично я не замечаю тоталитаризма. Возможность кричать, что президент ни на что не годен, – это не демократия, а безнравственность. С моей точки зрения, демократия – это ответственность власти за свои действия. Значительная часть общества ощущает, что качество жизни растет во всех сферах. Думаю, что мы нащупали правильный путь, и этот путь – стабильность.

Вопрос: Правда ли, что на Горном Алтае находится потерянный вход в страну Шамбала, где власть справедлива, люди счастливы, а одно лишь ее посещение исключает возможность дальнейших неблагоприятных перерождений? Называется точное место северного входа в Шамбалу – крепость Пор-Бажын, где археологи ведут раскопки.

Ответ: Легенде о Шамбале около тысячи лет, но с точки зрения науки она имеет не больше оснований, чем легенды об Атлантиде и русском Белозерье. Рерих писал о Шамбале в поэтическом и философском смысле, а многие буддисты считают, что путь в Шамбалу – это внутренний путь. Крепость Пор-Бажын, построенная уйгурами в VIII веке, в настоящее время из-за изменения экологических условий, поднятия уровня озера, находится на острове и хранит немало исторических и природных загадок. Это один из лучших в мире буддистских храмовых комплексов. Но Шамбала здесь ни при чем, она существует лишь в воображении. И в этом я не вижу ничего плохого.

2007.

Академик Людвиг Фаддеев, академик-секретарь Отделения математики РАН Я ВЕРЮ В ГЕНИЕВ И ВУНДЕРКИНДОВ.

...

Лауреат уже трех Государственных премий (двух советских и одной российской) Людвиг Фаддеев стал академиком неправдоподобно рано – в 42 года. Академик Фаддеев собрал весь мыслимый иконостас наград математического мира: медали Дирака, Планка, премию Хайнемана, его избрали в старейшую в мире Национальную академию наук Франции. Область исследований академика Фаддеева невозможно описать общедоступным языком, но, тем не менее, с лауреатом можно говорить просто о жизни, какой она видится математику.

Вопрос: Людвиг Дмитриевич, комплекцией вы напоминаете не иссушенного формулами ученого, а мощного культуриста. В Академии наук говорят, что вы превосходите всех не только по физико-математическому, но и по физическому развитию.

Ответ: Семь лет я был загребным в восьмерке по академической гребле физфака Ленинградского университета. Зимой на лыжах за команду университета бегал. Сейчас катаюсь на горных лыжах. В Кремле с Путиным про горные лыжи поговорили, не про математику же…

Вопрос: Академик Лихачев как-то заметил, что интеллигентом стать легко: надо лишь, чтобы твой дед закончил университет, потом отец и ты тоже. У вас, кажется, именно такой случай – питерская семья потомственных ученых.

Ответ: Я ученый в третьем поколении. Все предки приехали в столицу из средней России, выбились из крестьян в купцы. В Тамбове была знаменитая фабрика махорки Замятина, это мой дед. По слухам, знаменитый писатель – двоюродный брат матери. Отец был профессором математики в ЛГУ, членом-корреспондентом АН СССР. Мать занималась прикладной математикой, участвовала в атомном проекте. Отец долго одновременно учился на матмехе и в консерватории, не мог выбрать, что ему больше нравится. Я тоже на рояле играю, но гораздо хуже отца.

Вопрос: Математика настолько непонятна обычному человеку, что математики, как индийские брамины, кажутся кастой избранных. Вас с детства посвящали в тайные законы математики?

Ответ: У нас в семье считалось неприличным заниматься уроками с детьми. Я со своими дочерьми тоже математикой не занимался. Из детства помню, как отец, решив сложную задачу, стал возбужденно ходить по комнате. Я спросил: «Папа, много людей тебя поймет?» – «Человек пять», – ответил он. Я решил, что это мне не подходит. Поступил на физический факультет, чтобы пойти другой дорогой. Занимаюсь в итоге математической физикой.

Вопрос: Ваши работы много народу понимает?

Ответ: Ученых с тех пор стало больше. Человек сорок. Нет, сто.

Вопрос: Но ведь хочется, наверное, славы и популярности, которая греет композиторов или артистов?

Ответ: Я не тщеславен. Хочется другого – чтобы красота математики была понятна многим, чтобы можно было поделиться эстетическим наслаждением, которое приносит математика. И мне очень жалко, что я не могу поделиться теми эмоциями, которые рождает в душе моя прекрасная наука.

Вопрос: Почему среди президентов Академии наук больше всего математиков? Только в послевоенный период – Келдыш, Марчук, Осипов. Математики самые умные из всех ученых?

Ответ: Нет, не знаю. Но математика – это язык всех естественных наук. После описания явлений все науки приходят к осмыслению фактов – и тогда без математики не обойтись ни в одной области. Чем ближе подходит любая наука к своим фундаментальным основам, тем больше в ней математики. Фарадей только ставил опыты, Максвелл уже писал формулы, Ландау – целые учебники.

Вопрос: Ломоносов никаких формул не оставил, поэтому на Западе его не знают. И все-таки что же отличает математика от других ученых? Физики похожи на химиков, биологи – на физиологов. А математики – какие-то особенные.

Ответ: Математика – это шестое чувство, но развито оно у очень немногих. Математика – выдуманная наука, продукт абстрактного ума, она не имеет дела с привычным миром, как другие науки. В математике важна особенная интуиция, понимание ее внутренней логики и гармонии.

Вопрос: Президент Академии наук Юрий Осипов сказал мне, что в России самые сильные математики – Маслов и Фаддеев. Так вот Маслов признался, что завидует вашей интуиции. Откуда она берется, эта интуиция?

Ответ: У Вити тоже много чему можно позавидовать. Интуиция? Работать надо много. Моя жена жалуется, что устала смотреть в мою спину. Я все работы пишу на черновиках от руки, потом переношу в тетрадь. У меня были прекрасные учителя – академики Ольга Александровна Ладыженская и Владимир Александрович Фок, но я уверен, что самое лучшее образование человек дает себе сам.

Вопрос: Не верите в гениев и вундеркиндов?

Ответ: Почему же, Моцарт был гением и вундеркиндом. Про меня мама говорила, что я очень упорный, если что-то захочу, обязательно сделаю. На олимпиадах я не побеждал, среди студентов лучшим не был. Но диссертацию защитил первым, что вызвало некоторую ревность. Когда за рубежом мне стали высокие премии давать, Колмогоров, рассказывают, сказал: неприлично, что я не академик, – и меня сразу выбрали.

Вопрос: Ваш учитель академик Фок, как, кстати, и Ландау, некоторое время провел в тюрьме и был вызволен Капицей. А вас обошли подобные неприятности?

Ответ: В 1953 году меня почти уже арестовали по доносу за чтение Кнута Гамсуна. Он и сейчас один из моих любимых писателей. Читал на английском языке даже те сочинения, которые не переведены на русский. А в партии я никогда не состоял и сейчас далек от политики.

Вопрос: Русская математическая школа знаменита на весь мир. Но очень многие наши выдающиеся математики уехали на Запад и бывают в России лишь наездами. Первое, да и второе, поколение ваших учеников чуть не в полном составе за границей. Почему вы никогда не принимали приглашений?

Ответ: Мне предложения стали поступать раньше, чем кому бы то ни было, и они были высокого качества. Еще в 1971 году мне предлагали возглавить кафедру в Принстоне. Недавно давали Институт имени Эйнштейна в Нью-Йорке. Но я родился в России и хочу жить и работать в моей стране.

Для меня родной лес эмоционально важен, без него не смогу. И учеников я оставить не могу, хочу иметь учеников дома, а не за границей.

Вопрос: Людвиг Дмитриевич, в научном сообществе многие считают, что в 1999 году вас незаслуженно обошли Нобелевской премией, которую получили два американца за работы, которые были начаты вами. Будто бы ваша фамилия была вычеркнута в последний момент, а в 2000 году в знак примирения Нобелевскую премию получил Жорес Алферов…

Ответ: Не провоцируйте меня на этот разговор. На эту тему ученому говорить непозволительно.

2005.

Академик Абдусалам Гусейнов, директор Института философии РАН ИНТЕРЕС К ФИЛОСОФИИ – КРИТЕРИЙ МАСШТАБНОСТИ ПОЛИТИКА.

...

Много веков назад Платон говорил, что государством должны управлять философы. К сожалению или к счастью, за всю историю человечества философам такого случая не представилось. Последние два десятилетия Россия живет в таком сумасшедшем ритме, что о философском осознании своего исторического назначения, о глубинных корнях наших проблем и путях их решения задуматься часто недостает времени. Однако необходимость такого осмысления становится все острее, и своим видением делится директор Института философии РАН академик Абдусалам Гусейнов.

Вопрос: Абдусалам Абдулкеримович, мы беседуем в здании Института философии, фасад которого усеян мемориальными досками, как грудь генерала орденами. Здесь жили драматург Александр Островский, писатель Иван Аксаков, юрист и городской голова Борис Чичерин. В доме бывали Толстой, Соловьев, Менделеев, Горький. Но одной, и самой важной, так мне кажется, доски нет – усадьба князя Голицына была резиденцией Екатерины II, когда она приезжала в Москву. Здесь императрица жила, когда, к примеру, был подписан Кючук-Кайнарджийский мир, по которому к России отошли Крым и земли, где построены Одесса, Херсон, Николаев…

Ответ: Волхонка, 14 – место, которое является символом философско-гуманитарной мысли в России. Аксаков был лидером славянофилов, Чичерин – западников. Здесь размещался народный университет Шанявского, женские курсы, располагалась Московская консерватория. После революции здание отдали Коммунистической академии, в этих стенах выступали Сталин, Бухарин, Ельцин… Институт философии в этом здании с 1929 года, здесь вели дискуссии Зиновьев, Лукач, Мамардашвили… И вот решено передать здание Музею имени Пушкина. Мы возражаем. Это здание – больше, чем помещение, это свидетельство преемственности российской философской мысли на протяжении двух веков. В России нет другого такого места.

Вопрос: Для многих роль советской философии в XX веке видится резко отрицательной. Если уж говорить про эти стены, то именно в них разоблачались «буржуазные лженауки». Еще раньше на «философском пароходе» из России были выдворены лучшие мыслители – Бердяев, Ильин, Трубецкой, Сорокин… Всего 225 ученых, в основном гуманитариев. Как сказал Троцкий, «мы этих людей высылаем потому, что расстрелять их не было повода, а терпеть невозможно». В каком состоянии после этих ударов находится философия в России? Не отстала ли безнадежно от Запада, как скажем, микроэлектроника?

Ответ: Мы привыкли смотреть на себя западными глазами. Но с тех пор, как философия перестала пользоваться латынью и заговорила на национальных языках, она создает национально окрашенные образы человека и мира. Она глубоко укоренена в культуре своего народа. Даже наши лучшие, выброшенные на Запад философы во главе с Бердяевым и Ильиным не стали законодателями мод, не получили профессуры, на них не ссылались, о них не писали в учебниках. В эмиграции оказались не только философы, но и философия. Это было русское масляное пятно на водной глади философского Запада. Говорят, что у России много экономических нестыковок, которые затрудняют вхождение в ВТО. Так и русская философия имеет много нестыковок с европейской. И это нормально. Может быть, американская философия еще дальше от европейской философии, чем русская.

В чем-то наша философия отстала. А в чем-то опередила. Запад сейчас открывает для себя Михаила Бахтина. Если брать индекс цитируемости в западных журналах, никто из наших философов не сравнится с Хайдеггером, Сартром, Бодрийяром. Но является ли этот критерий надежным? В словаре философов XX века, выпущенном в ФРГ, из ста имен нет ни одного русского. Разве это объективно?

Если говорить о советской философии, то и она была разной. Была эпоха сталинизма, убийственная для философии. Но были ведь и 1960—1980-е годы, когда наша философия добилась многих успехов.

Вопрос: Еще хуже то, что очень долго, как бы в наказание за прошлые грехи, философию не замечали. Впервые о ней заговорили, когда заместитель руководителя администрации президента РФ Владислав Сурков написал философскую работу «Национализация будущего. Параграфы pro суверенную демократию» и в 2007 году в Институте философии на ученом совете была устроена публичная дискуссия.

Ответ: Хотите пишите, хотите нет, но Сурков – очень образованный и оригинально мыслящий человек. Дискуссия длилась три часа и прошла на высоком уровне. Власть стала обращать внимание на философию. Наши ученые участвовали во встрече Путина с гуманитариями в Ново-Огареве, где президент сказал, что русской философии необходимо активно заявить себя в современном мире. Нас все чаще приглашают на диспуты и берут интервью. Это связано с тем, что Россия ищет свое место в глобальном мире и свое видение сложных процессов. Люди стали задумываться над природой общественного строя, который установился в стране. Здесь требуется философский взгляд.

Оказавшись на два десятилетия в тени, мы занялись делом без оглядки на политическую конъюнктуру. Результатом, в частности, стала 4-томная «Новая философская энциклопедия». Подготовлена серия «Философия России второй половины XX века». Нам есть, чем отчитаться. Проявлением публичности стал конкурс, объявленный Институтом философии РАН совместно с газетой «Известия» и журналом «Вопросы философии» на тему «Человечество на распутье: образы будущего». К участию допускаются все сочинения на русском языке, представленные до 1 декабря 2008 года. Первая премия – 250 тысяч рублей. И еще три премии по 50 тысяч рублей. Многие великие философы участвовали в конкурсах. Руссо выиграл конкурс Дижонской академии, а Шопенгауэр проиграл, отчего не стал менее великим.

Вопрос: На территории нынешней России жил лишь один всемирно признанный философ. Зато какой – Иммануил Кант. Его занимали две вещи – звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас. Про звездное небо мы с тех пор многое узнали, а вот сумели ли постичь нравственный закон? И вообще, способна ли философия по примеру других наук дать твердый ответ на свои вопросы?

Ответ: Кстати, сам Кант считал нравственный закон значительно более важным для изучения и значительно более трудным для понимания, чем звездное небо. Философия ищет ответы на вечные вопросы, которые по своей природе не имеют окончательного решения. Их вечность в том, что они требуют вечного поиска. Проблема морали – одна из них. Если звездное небо показывает ничтожность индивида, который является лишь точкой во Вселенной, то моральный закон бесконечно возвышает его ценность как мыслящего существа. Кант построил монолитное здание этического долга, которое в фундаменте опирается на постулат свободы, а в верхней части, в качестве крыши предполагает постулат бессмертия души и бытия Бога. Кант считал, что он окончательно разгадал тайну морали. Гегель, Маркс и Ницше с Кантом не согласились.

Вопрос: Со всех сторон твердят о падении морали, о разложении нравов. Сергей Капица находит в демографических моделях обоснование неизбежности распада традиционных этических норм. Неизвестно, что сказал бы Кант, но как видит ситуацию философия?

Ответ: Не уверен, что распад традиционных норм можно называть падением морали. Лучше говорить о ее качественном изменении. Фундаментальным убеждением человечества последние 400 лет была вера в благодатную силу научно-технического прогресса. Философия исходила из возможности построения рая на земле при изменении среды и человеческой природы. Надежды оказались иллюзорными. Сейчас ясно, что прогресс несет с собой и смертельно опасную угрозу. Это требует принципиально нового уровня ответственности. Этику доброй воли в духе Канта следует дополнить этикой ответственного поступка. Реальные изменения нравственной жизни идут именно в этом направлении. С одной стороны, возрастает роль абсолютных запретов, заложенных еще в кодексе Моисея, прежде всего запрета на насилие. С другой стороны, идет процесс индивидуализация морали. Право решать, что нравственно и что безнравственно, общество делегирует отдельным личностям и группам людей.

Вопрос: Проще говоря, это обоснование приемлемости, например, гей-парадов или панк-культуры.

Ответ: Это частности, о которых тоже следует говорить. Однако ясно: многие вещи, которые были немыслимы во все века, даже во времена нашей юности, сейчас стали повседневным делом.

Вопрос: Философия – это любовь к мудрости. А философы, так надо понимать, самые мудрые на свете люди. Кроме Конфуция и Марка Аврелия, никто из философов не получал возможности испытать силу своего разума на высоком посту. Но это было очень давно. Почему из философов, которые правильно мыслят, не выходят правители?

Ответ: Может быть, философы не хотят обременять себя? Философия – не только род познания, это образ жизни. Философия переворачивает привычную систему ценностей, ориентированную на внешний успех, и ставит на первое место духовный рост. Философы отличались не только тем, чему учили, но и тем, как они сами жили. Диоген в бочке – показательный пример. Философ – не государственный муж, который ориентирован на внешний успех и берет на себя ответственность за других. Философ сосредоточен на внутреннем росте, стремится остаться в пределах личной ответственности.

Вопрос: Скажем прямо, философы – эгоистичные люди?

Ответ: Эгоистичные, но не в расхожем смысле. Философы интересуются политикой, исследуют вопрос о государственном устройстве, чтобы общее благо выражалось максимально полно и способствовало духовному развитию личности. Они конструировали идеальные модели государства. «Государство» Платона, «Политика» Аристотеля, «Философия права» Гегеля – важнейшие вехи политической мысли. Политика и сегодня составляет важную часть российской философии. Одна из программ нашего института – возможность цивилизационного единства мира в условиях многообразия культур.

Вопрос: С отношением философии к политике ясно. А как относятся политики к философии? С подозрением или ловят каждое слово?

Ответ: Философов часто изгоняли из государства, случалось, казнили. Но, бывало, их приближали, советовались. Практически не было видных политиков, кто не интересовался бы философией, – Александр Македонский, Иван Грозный, Петр и Екатерина, Наполеон, Ленин и Сталин. Думаю, что интерес к философии – критерий масштабности политика. Политик интересуется философией, если он понимает свою деятельность как миссию, соразмеряет ее со всемирно-историческими целями, когда он ставит задачу качественного преобразования жизни. То есть когда политика для человека – не просто карьера.

Вопрос: Достоевский писал, что на Руси слово «философ» означает «дурак». Известна история о древнем философе Фалесе, который, размышляя, провалился в колодец. Философу легче живется или сложнее?

Ответ: Фалес, сколько ни смейся над ним, доказал свой практический ум. Рассчитав хороший урожай олив, он загодя скупил все маслобойни, потом с большой выгодой сдал их в аренду. Но часто философу просто не надо того, к чему неистово стремятся другие. Как сказал кто-то из древних, если все законы уничтожатся, только философы будут жить по-прежнему. Философу живется не легче, но интереснее. У философа есть редкое преимущество – возможность дружить с самим собой. Для философа мысль – это не средство достижения. Мысль имеет для философа самоценное значение. Как другие люди лелеют настроение, так философ испытывает радость от размышления. Если люди собираются вместе, поют и танцуют – это хорошо. Но разве не прекрасно, когда они собираются, чтобы поразмыслить, поговорить о жизни, смерти и бессмертии, о том, что такое истина, что следует ценить превыше всего в этом мире, в чем заключается благородство души? К сожалению, это случается так нечасто.

С. Л.: Андре Жид, который когда-то шокировал любителя философии Сталина, говорил, что если на вопрос отвечает философ, то перестаешь понимать вопрос. Мне кажется, наша беседа стала счастливым исключением.

2009.

Академик Игорь Горынин САМОЕ СТРАШНОЕ В ЖИЗНИ И В НАУКЕ – РАВНОДУШНЫЕ ЛЮДИ.

...

В 2006 году в День России одну из двух Государственных премий в области науки получил директор Государственного научного центра ЦНИИ «Прометей» Игорь Горынин. Имя этого ученого широкой публике почти неизвестно, хотя он уже получал Ленинскую и Государственные премии, а в Академии наук состоит больше 20 лет. Людям, связанным с атомной отраслью, не положено вести светскую жизнь. Академик Горынин – один из столпов этой отрасли, из его сплавов сделан весь надводный и подводный атомной флот, реакторы атомных станций. Академик Игорь Горынин сторонится не только светской жизни, но и избегает долгих бесед с непосвященными…

Вопрос: Игорь Васильевич, вы были депутатом Первого Съезда народных депутатов СССР. Вскоре после доклада премьера Рыжкова вам дали слово, и вы говорили о необходимости перестроить экономику так, чтобы достижения науки внедрялись и приносили пользу. Воз, кажется, и ныне там…

Ответ: На трибуну меня выпустили благодаря ходатайству Валентины Матвиенко, которая работала в секретариате Съезда. Я говорил о внедрении, теперь – об инновациях. Термины меняются – проблема остается. По уровню инноваций Россия катастрофически отстает от развитых стран, и это делает нас неконкурентоспособными. Только что вернулся из Ниццы, где был крупнейший симпозиум по нанотехнологиям, которые принесут новую научно-техническую революцию, – и мы на этом фронте выглядим очень бледно.

Зачем нам что-то выдумывать? Если чего-то не хватает, всегда можно купить на нефтяные деньги. Но ведь вечно жить за счет углеводородов не получится. Я бы не сказал, что русский человек по природе не способен внедрять научные идеи. Когда мы с нуля создавали атомный флот и по многим параметрам превзошли американцев, недостатка во внедренных идеях не было. В каждой экономической системе нужен свой механизм внедрения, но сейчас такого механизма нет, а старый не годится. Дважды в одну воду не войдешь.

Вопрос: В недавние времена в правительстве было много академиков. Потом самым близким к науке во власти остался кандидат наук Илларионов, но и его сейчас нет. Может быть, научная интеллигенция, сторонясь политической жизни, сама виновата в своих бедах?

Ответ: Последние выборы в Академию наук показали, что человек, работавший какое-то время во власти, получает у ученых «черную метку». Кроме того, ученые понимают, что правительство – временная работа, в науку потом вернуться трудно. Главная задача научной интеллигенции – обеспечение высшего уровня знаний. Только через науку общество может двигаться вперед. Интеллигенция должна обеспечить образование общества. Образовывать власть – трудная задача. Пока власть не поймет, что наука – это каркас, без которого невозможно развитие, настойчивые представители науки по-прежнему будут выступать лишь в роли просителей. Ряды интеллигенции будут редеть, способная молодежь будет уезжать за границу.

Вопрос: В те годы, когда вы пришли в науку, она была овеяна духом романтики. Молодые люди мечтали о профессии ученого, физики были героями времени, об ученых снимались фильмы, писались книги. Пришло наше время – романтики состарились, а молодежь смотрит в другую сторону.

Ответ: Наука – это ужасно интересно. Исследование нового явления или материала превращает человека в творца. Полученный результат волнует так остро, что человеку, далекому от науки, который этого не испытывал, можно посочувствовать. Но в науке, в этом я абсолютно убежден, успеха может добиться только очень любопытный, неравнодушный человек. Пусть человек ошибается, но пусть стремится к результату. В нашей жизни равнодушие – главное зло. Равнодушных людей я никуда бы не пускал, ставил на третьи роли, ничего серьезного доверить им нельзя. Самые страшные провалы совершают именно равнодушные люди. Самое страшное в жизни и в науке – равнодушные люди.

Но как молодой человек пойдет в науку, если он видит, что ученые полунищие? Поработал пацан немного в банке или юристом – и уже, как говорится, плотно упакован. На «мерсе» в Куршавель ездит. Но в меня вселяет надежду, что время, когда выгоднее было пиво в палатке продавать, чем в науке работать, постепенно уходит, – государство повысило финансирование, ВПК вновь в сфере внимания, появились заказы, молодежь возвращается в науку. Раньше у меня сердце ныло: уйдешь – и все развалится. Сейчас такого ощущения уже нет. Я всегда хожу на конференции молодых ученых – очень толковые ребята, не хуже, чем прежде.

Вопрос: Сколько у вас в «Прометее» получают ученые?

Ответ: Средняя зарплата 18 тысяч рублей. Заработки индивидуальны. Специалист уровня кандидата наук получает 20–25 тысяч рублей. В нашем бюджете госфинансирование составляет 20 процентов, 40 процентов дают заказы российского рынка, столько же – иностранные контракты. Мне казалось бы справедливым, если бы казенная доля повысилась до 50 процентов.

Чтобы успешно заниматься наукой, нужны три составляющие. Талант, который предполагает неравнодушие. Хорошее приборное оснащение. И достойная зарплата. Конечно, и в этом случае может быть неудача, но вероятность снижается. А без этого – обречены на поражение.

Вопрос: Сырьевая экономика делает науку невостребованной. Сырьевой экономике объективно выгодно снижение населения и невысокий образовательный уровень.

Ответ: Ключевой вопрос: как возбудить спрос на предложения науки? Наша промышленность не формирует спроса, предпочитает иные варианты. Недавно одна крупная компания выразила желание, чтобы мы придумали особенные и очень нужные трубы. Мы купили оборудование, создали технологию, испытания прошли успешно. А они вдруг купили у Японии. Все сделано без объяснений, без тендера. О причинах можно догадываться. В стране, очевидно, отсутствует механизм поддержки отечественных разработок и технологий, хотя он отработан во многих странах. Олигархи создают грошовые научные фонды, но это крохи для затуманивания вопроса. Настоящего интереса к науке у крупной промышленности нет. И, что печально, политика такая не выстраивается.

Вопрос: Есть немало государств, которые припеваючи живут и без науки. Может, и мы обойдемся? Кончится нефть – еще что-нибудь найдем. Леса еще много, или воздух по Киотскому протоколу продавать начнем.

Ответ: Можно и без науки прожить. Вопрос в том, чего мы хотим и какой видим Россию. Если согласны, чтобы народ только футболом интересовался и сериалы смотрел, такой вариант сгодится. Каждый день по ТВ на всю страну некто Малахов к всеобщей радости кричит глупости – это ужасно. Надо сознавать, что интеллектуальная деградация страны неминуемо приведет к ее распаду. Элитарная прослойка в России становится все тоньше. Обратите внимание: в передаче «Что? Где? Когда?» знатоки теперь часто проигрывают, обнаруживая мозговую лень. Сидят во фраках, за деньгами охотятся, но ответа уже не знают. Раньше пиджачки были попроще, а знаний и ума побольше.

2005.

Академик Владимир Котельников ОТ ПРЕДЛОЖЕНИЯ АБАКУМОВА Я СУМЕЛ ОТКАЗАТЬСЯ.

...

Ученых масштаба Владимира Котельникова в минувшем столетии в нашей стране можно перечесть по пальцам. Дело даже не в наградах – дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и двух Государственных премий, кавалер шести орденов Ленина. И не в высоких постах: восемнадцать лет он был вице-президентом Академии наук СССР, семь лет – председателем Верховного Совета РСФСР. Работы академика Котельникова стали базовыми для радиофизики, радиотехники, радиоастрономии, электроники, информатики, криптографии. В Академии наук он состоит уже пятьдесят лет! Не случайно ученый награжден всеми высшими международными премиями в этих научных дисциплинах. Неоценим вклад академика Котельникова в обороноспособность страны: именно по его системе поддерживалась связь во время принятия капитуляции Германии. Этот разговор состоялся, когда советнику президиума РАН Владимиру Котельникову исполнилось девяносто пять лет…

Вопрос: Владимир Александрович, вы, если так можно говорить, потомственный ученый. И дед, и отец – профессора Казанского университета. Но они были математиками. Почему вы пошли в радиотехнику? И как вообще происходит научный выбор в молодые годы?

Ответ: В годы моей юности все были помешаны на авиации, а я ничего в ней не смыслил. Чтобы найти себя, выбрал загадочную радиотехнику, в которой никто не разбирался. Тогда я и предположить не мог, что без радиотехники у авиации нет будущего.

Вопрос: Какое из технических открытий XX столетия сильнее всего изменило жизнь человека?

Ответ: Радио, я уверен, повлияло на жизнь значительно сильнее, чем авиация. С радио начались электроника, телевидение, вся информатика и электронные машины. Поэтому ничего важнее радио в технике за последние 100 лет не возникало.

Вопрос: Вы – патриарх радиофизики, и наверняка вам уже набили оскомину слова классиков про то, что радио уже есть, а счастья все нет. И все-таки не уйти от вопроса: как изменили самого человека все эти технические новшества?

Ответ: Вы думаете, я, как многие старики, начну ворчать, что молодежь, дескать, испортилась? Люди стали более осведомленными, они могут получать информацию из первых рук. Это для человека очень важно. Когда-то мы жили энтузиазмом, сейчас молодежь стремится зарабатывать деньги. Везде есть плюсы и минусы. Что выгоднее для общества? С точки зрения законов информатики, могу сказать, что в эпоху железного занавеса каналы информации были очень сужены и это вело страну в тупик. Одному государству конкурировать со всем миром невозможно. Что жизнь и подтвердила.

Вопрос: Как же так, начали чуть с нуля, подтянулись, долго конкурировали, а потом все рухнуло?

Ответ: Слишком много средств шло на оборону, выдержать было невозможно. Запад всегда был богаче нас, и когда там понимали важность какой-то задачи, бросали средства – и обгоняли нас. Нас хватало на соперничество только в военной технике.

Вопрос: Вы входили в Совет главных конструкторов при Королеве. Если бы Королев не умер столь скоропостижно, то в космосе Америка обогнала бы нас?

Ответ: Обогнала бы, хотя многое мы успели сделать первыми. И при Королеве мы не удержали бы лидерство, просто не хватило бы денег. Он ведь оставил много толковых конструкторов, но все равно на Луне, которую первыми облетели и сфотографировали мы, американцы высадились первыми.

Вопрос: Признаться, меня мучает вот какой вопрос. Большевики были неученые, университетов не кончали, но сумели поднять экономику и науку на мировой уровень. При Горбачеве и Ельцине в правительстве было множество – один за одним и все вместе – академиков. А в итоге все рухнуло, в том числе наука. Парадокс какой-то.

Ответ: Что у нас за экономисты были? Помню, доказывали: связь в будущем будет отмирать, потому что ее заменит план, в плановом хозяйстве телеграммы и письма не нужны.

Вопрос: Слишком торопились наши экономисты и философы. На чем их ученость строилась?

Ответ: На цитировании классиков и критике оппонентов. Про рыночную экономику они могли только петь, а строить не умели. Когда стали появляться программы построения счастливого капитализма за триста и пятьсот дней, серьезные ученые говорили: это блеф, за такое время можно только ошибок наделать. Что и произошло. Во главе некомпетентной армады стоял Гайдар, про которого авторитетные экономисты говорили: опыта нет, но самоуверенности – море. Нет, это не наука привела нас к беде. Это жизнь так распорядилась. Потому что это была жизнь, оторванная от всего мира.

Вопрос: Но вы сами, пребывая на высоких постах, не пытались поговорить с руководством?

Ответ: Я около пятнадцати лет возглавлял в Академии наук группу ведущих экспертов, которая к каждой пятилетке готовила план научно-технического развития страны. Однажды больше часа докладывал этот план Горбачеву и Рыжкову. Они показались мне толковыми людьми. В начале перестройки все шло хорошо, и я не задал им ни одного вопроса. А через пару лет уже обязательно бы спросил: почему партаппарат отошел в сторону, почему партия самоустранилась от решения проблем?

Вопрос: Да просто все устали от этой партии, в том числе она сама устала. Кстати, вам, ученому, создавшему теоремы, на которые ссылается весь мир, не скучно было семь лет заседать в качестве спикера Верховного Совета?

Ответ: Сначала было даже любопытно – что и как там происходит? Потом я понял: дело простое. Выступающих подбирал ЦК, проекты речей согласовывали – не для контроля, как говорили, но чтобы не было параллелизма. Это, наверное, было самое легкое дело в моей жизни. Хотя и самое видное. Ирония судьбы.

Вопрос: Вы считаетесь патриархом криптографии, по вашим расчетам созданы первые недешифрируемые радиотелефонные системы. За это вы получили две Сталинские премии. Правда ли, что ваша лаборатория описана Солженицыным в романе «В круге первом»?

Ответ: Лаборатория моя, но я не хотел работать в системе НКВД, ушел в МЭИ. Министр госбезопасности Абакумов вызвал меня, потребовал, чтобы я возглавил лабораторию. Ректор МЭИ и жена Маленкова Голубцова сумели защитить меня. Но Солженицын не слишком правильно описал атмосферу в лаборатории. «Вольным» приходилось работать больше, чем заключенным, и кормили их много хуже. Усложняла работу и обстановка излишней секретности.

Вопрос: Владимир Александрович, вы прожили чрезвычайно богатую, многогранную жизнь. Что приносило вам наибольшее удовлетворение?

Ответ: Безусловно, занятия наукой. Кстати, разработанную в 1930-х годах теорему Котельникова, на которой построен принцип действия электронных машин, телевидения, систем связи, много лет не принимали и не печатали. Стремление к творчеству, желание открыть что-то новое заложено в механизм мышления человека. Это может выражаться в любом виде. Даже далекие от науки и искусства люди любят решать задачки, разгадывать кроссворды. Но в науке надо иметь больше способностей, она стоит выше всего.

2003.

Академик Виктор Садовничий, ректор МГУ УНИВЕРСИТЕТ – БАРОМЕТР ОБЩЕСТВА.

...

Образование, в привычном понимании, бесконечно далеко от бизнеса. Образование – это удел бессребреников, движимых исключительно благородными мотивами. О стратегии высшего образования размышляет ректор МГУ академик Виктор Садовничий.

Вопрос: Любимый козырь наших политиков – ссылки на то, что бюджет образовательной сферы значительно увеличился. Образование названо в числе главных государственных приоритетов. Означает ли это, Виктор Антонович, что будущее российской высшей школы безоблачно?

Ответ: Когда педагогам на много месяцев задерживали зарплату, ни о чем другом, естественно, думать мы не могли. Да, положение с зарплатой стабилизировалось. Даже средства на коммунальные расходы вовремя получаем. Надо признать, что в последние годы диалог с властью налаживается. Власть уделяет науке и образованию несравненно больше внимания, чем прежде.

Вопрос: Тем не менее, многие сотрудники МГУ по-прежнему охотятся за западными грантами, исследования проводят за рубежом, а дома лишь обрабатывают результаты.

Ответ: В этом главная опасность. Нам грозит катастрофическое отставание от лучших университетов не по квалификации преподавателей, а по качеству оборудования. Студенты должны знать, что такое современные приборы. А у нас многие кафедры по бедности вынуждены отказаться от практикумов. Можно ли сократить пропасть? МГУ решает проблему за счет средств, которые мы зарабатываем платными образовательными услугами. Удалось обновить оборудование на всех факультетах. Думаю, этот путь по силам сегодня российским университетам, если не уделять такого внимания всяческим евроремонтам. Может быть, и какими-то надбавками стоит пожертвовать.

Это, однако, полбеды. Во всем мире университеты являются научными центрами, где работают и преподают выдающиеся ученые. Студентам чрезвычайно важно общение с ученым, который остается активным исследователем. Но оборудование для «тяжелых» экспериментов университет не потянет – без помощи бюджета не обойтись. Я считаю, что это одна из главных, стратегических проблем, от которой зависит судьба высшего образования. Это значительно важнее расходов на капитальный ремонт, который бюджет уважает.

Вопрос: Много лет назад выпускник университета выдающийся хирург Николай Пирогов говорил, что университет выражает состояние общества более, чем все другие учреждения. В каком же состоянии, по вашим университетским наблюдениям, находится наше общество?

Ответ: Пирогов как-то высказался даже более афористично: «Университет – это барометр общества». Исходя из этой формулы, могу сказать, что состояние нашего общества меня очень беспокоит, общество находится в тяжелом состоянии. Доступность образования катастрофически снизилась. Попасть в столичный вуз для периферийного школьника все сложнее. К репетиторствуя отношусь крайне негативно. Как разобраться, кто натаскан, а кто по-настоящему талантлив? И это при том, что ценность образования в обществе растет…

Вопрос: По данным социологов, в числе приоритетов для своих детей 92 процента родителей на первое место ставят образование. А несколько лет назад оно было в хвосте списка…

Ответ: Конкурс в МГУ стабильно растет. Мы увеличиваем прием студентов на бесплатной основе, половина наших студентов – иногородние. Образование для студента должно оставаться бесплатным, но государство и вуз должны получать возмещение расходов от той фирмы, которая взяла на работу обученного специалиста. В этом решение многих финансовых проблем образовательной сферы, и необходимо найти форму, которая узаконит такой оборот.

Еще один источник внутренних доходов – расширение образовательных услуг. За последние годы мы открыли несколько новых факультетов – государственного управления, фундаментальной медицины, педагогический, дополнительного образования, биоинженерный, искусств, высшую школу бизнеса. Все это назрело, продиктовано самой жизнью, вместе с которой должен меняться университет, который традиционно вбирает в себя все общественно значимые институции. Помимо обязательной государственной программы, на платной основе предлагаем дополнительные курсы.

Вопрос: Однако высшее образование явно не успевает отвечать на запросы общества. Сейчас бурно развиваются информационные технологии, но специалистов этого профиля не готовит ни один вуз.

Ответ: С XII века, когда появились первые университеты, возник знаменитый треугольник – общество, университет, власть. Общество заказывает университету нужных специалистов, но он сопротивляется, пытается сохранить традиции, отстоять сложившийся инвариант образования. Власть играет между обществом, которого опасается, и университетом, к которому тоже относится настороженно как к рассаднику критического мышления. И сейчас ничего нового – истина не на какой-то одной стороне, она внутри треугольника. Послушный отклик на социальный запрос опасен, ведь потребности меняются, как ветер. Лишь фундаментальное образование всегда в цене, оно позволяет адаптироваться к новым требованиям общества.

Вопрос: Прежде, говоря словами Пушкина, смысл деятельности ученого состоял в том, чтобы понять «и горних ангелов полет, и гад морских подводный ход». Но в последние десятилетия любая серьезная научная проблема ставит вопрос о нравственных последствиях этой работы. Как это учесть и стоит ли это учитывать при подготовке специалистов?

Ответ: Недавно в университете на кафедре эмбриологии выведены рыбы с семью головами, с тремя хвостами, двумя сердцами, которые бьются не в унисон. Нравственно ли выводить уродов? Но это исследование необходимо человеку: идет изучение влияния радиации на эмбрионы.

Задача науки – объяснять явления, выявлять суть явлений в природе. Наука по своей сути безнравственна, как безнравственна природа. Понятие нравственности применимо к конкретному ученому, который может проводить заведомо опасные работы. И еще больше – к политикам и бизнесменам, которые используют достижения науки. В принципе, остановить тягу человека к познанию нового невозможно, бессмысленная затея. Как не удалось закрыть ядерную физику, так не удастся остановить клонирование. Обратите внимание, даже борьба с издержками науки ведется средствами самой науки.

Вопрос: Кот Базилио, исходя из своего жизненного опыта, не рекомендовал Буратино учиться: можно ослепнуть. Сейчас коварный кот зашел бы с другого конца: зачем премудрости, если все равно скоро компьютер обгонит человека?

Ответ: Несмотря на то что я являюсь академиком по информатике, категорически не верю в то, что удастся создать искусственный интеллект, сравнимый по сложности с человеческим мозгом. Аналитические возможности даже самого мощного компьютера ограничены конечным числом алгоритмов, возможности же мозга бесконечны. Это напоминает знаменитый парадокс Зенона об Ахилле, который никогда не сможет догнать черепаху. Но самое-то главное в том, что учиться, узнавать новое – это величайшее наслаждение. Еще выше только одно – само научное творчество.

И я, по мере возможностей, хотя время в жутком дефиците, продолжаю заниматься наукой. Государственную премию России получила наша совместная работа с Институтом медико-биологических проблем и Центром подготовки космонавтов по исследованию вестибулярного аппарата человека в условиях невесомости. Впервые удалось построить математическую модель тех механизмов, из-за которых происходит запаздывание реакции космонавта. Фактически математики вошли в мозжечок человека. Наши результаты используются в реальных тренажерах Центра подготовки космонавтов.

2008.

Академик Александр Румянцев В НАУКУ НАС ПРИЗВАЛ АКТЕР БАТАЛОВ.

...

Академик Александр Румянцев – один из самых блестящих ученых-ядерщиков, который пользуется беспрекословным авторитетом в профессиональной среде. Много лет он возглавлял крупнейший в стране Курчатовский институт, во многом благодаря его усилиям после долгого безвременья 1990-х в стране был открыт первый крупный научный объект – источник синхротронного излучения. В 2000-х годах академик Александр Румянцев стал министром атомной энергии. Это министерство стало наследником легендарного Средмаша и после Румянцева было упразднено, а сам академик перешел на дипломатическую работу, отправился послом в Финляндию, которая, кстати, оказалась первой страной, не входившей в соцлагерь, где была построена советская атомная станция, лучшая в Европе по техническим и экономическим параметрам.

Вопрос: Самый южный в СССР населенный пункт – Кушка. Мне всегда казалось, что это мифический город, который придуман специально для кроссвордов. Доказательством реальности Кушки является то, что вы, Александр Юрьевич, там родились. Какие судьбы забросили на край земли ваших родителей?

Ответ: В 1940 году отца, коренного москвича и студента Института востоковедения призвали в армию. В Кушке было военное училище, всю войну отец готовил пополнение для фронта. После войны отец окончил Институт военных переводчиков, преподавал язык в военных училищах.

У него много переводов с английского, с хинди, есть статьи о Рабиндранате Тагоре. После демобилизации он стал журналистом-международником, был первым секретарем советского посольства в Индии, первым директором советского культурного центра в Дели. Все мои родственники связаны с изучением языков, с филологией. Только я и жена – технари, закончили МИФИ.

Вопрос: Почему же отбились от гуманитариев, пошли в физику?

Ответ: Под влиянием фильма «Девять дней одного года». Герой Алексея Баталова ученый-физик Гусев исследовал термоядерную реакцию и ради великого дела вошел в реакторную зону. Гусев получил смертельную дозу, но продолжал заниматься наукой. Меня в фильме привлекли не столько перспективы науки, которых я не сознавал, сколько идея самопожертвования. Хотя с точки зрения техники безопасности сюжет идиотский. Работа в реакторной зоне не вызвана необходимостью. Я всю жизнь работаю с реакторами и никогда не видел, чтобы ученый входил в эту зону. Думаю, настоящий ученый жизнью рисковать не будет. Жизнь и голова даны ученому для другого. Но в моем поколении многие пошли в науку под влиянием этого великого романтического фильма. Мое мнение субъективно, но таких преданных своему делу и науке людей, как в ядерной физике, в атомной промышленности, я не встречал больше нигде.

Вопрос: И вам попадались такие фанатики науки, как Гусев? Без склонности к суициду, без походов в реакторную зону?

Ответ: Нет, один в один не встречал. Но знаю людей, безмерно преданных науке. В Курчатовском институте работал Юрий Александрович Прокофьев, который первым высчитал время жизни нейтрино – около 900 секунд. Никто не видел, когда Прокофьев уходил домой, в любое время суток его можно было найти на работе. Но такие люди есть не только в России. В Институте Ланжевена во французском Гренобле работал Отто Шерпф, построивший первый нейтроновод. Он был монахом, всю зарплату отдавал своему ордену. У него была невероятная работоспособность. Коллеги шутили: мы знаем двух Шерпфов: один работает с восьми утра до восьми вечера, второй – с восьми вечера до восьми утра.

Вопрос: С атомной бомбой СССР от США отстал. Почему же с атомной электростанцией мы оказались первыми?

Ответ: Вряд ли кто-нибудь знает точный ответ. Курчатов, так мне кажется, с самого начала думал о возможностях мирного применения ядерной энергии. В атомном проекте СССР были собраны наши лучшие ученые, и единомышленников у Курчатова было немало. Может быть, американские ученые не верили в такую возможность. Может быть, для США этот вид энергетики тогда не был экономически обоснован. В проекте создания атомной бомбы США шли с опережением СССР на четыре года. Водородную бомбу создали практически одновременно. В атомной энергетике мы обошли Америку на 7–8 лет. В Обнинске, где построили первую АЭС, под руководством Александра Лейпунского работала секретная лаборатория № 3. (Лаборатория № 2 – это впоследствии знаменитый Курчатовский центр.) Эта станция имела мощность всего 5 МВт и проработала почти 50 лет. Сегодня реакторы выросли до 1 000 МВт, и это уже кажется недостаточным.

Вопрос: Атомная энергетика является самым ярким примером того, какое ускорение науке и технике придает военное применение новой техники. Невеселый закон…

Ответ: С 1939 года, когда немцы Ган и Штрассман открыли, что при делении тяжелых ядер выделяется большое количество энергии, до создания, испытания и первого применения атомной бомбы, принципиально нового вида оружия, прошло всего шесть лет. Добыча, изотопное обогащение, разделение изотопов – сложнейшие научно-технические задачи. Таких темпов наука и техника прежде никогда не знали. Без сомнения, для развития нашей отрасли решающим стал именно военный фактор.

Еще в 1910 году Владимир Вернадский говорил, что в явлении радиоактивности скрываются огромные источники энергии. Но все равно даже в 1939 году никто не думал, что человек так быстро научится использовать этот источник, хотя всем физикам стали ясны перспективы извлечения из ядра того, что накапливалось в нем миллиарды лет. Вообще, можно сказать, что вся энергетика была заложена в момент Большого взрыва, когда сформировались ядра. Поэтому можно сказать, что нашей отрасли 14 миллиардов лет.

Вопрос: В 1960-е, когда вы пришли в науку, у всех на слуху был спор между физиками и лириками, хотя сейчас он кажется наивным. Но все же, есть разница в образе мышления между технарями и гуманитариями?

Ответ: Один из моих учителей академик Юрий Моисеевич Каган – тончайший знаток и коллекционер живописи, его принимают за своего и в среде литераторов. Несколько лет Каган в Курчатовском институте вел семинар, куда приглашал виднейших советских экономистов. У нас, и по несколько раз, бывали Шаталин, Заславская, Аганбегян, Абалкин, Бунич, Примаков, Арбатов… Все независимо друг от друга прогнозировали крах системы в 1985–1986 годах. Но нас, физиков, поразило, что в вопросе о том, что надо делать, чтобы поднять экономику, у корифеев экономики был полный разброд, никто не мог дать внятного ответа. При этом все они производили впечатление настоящих, очень эрудированных ученых. Не могу себе представить такую ситуацию в точных науках. Видимо, время эксперимента в гуманитарных дисциплинах слишком продолжительно.

Вопрос: С атомной промышленностью связана крупнейшая техногенная катастрофа в истории человечества – Чернобыль. Как переживали трагедию в Курчатовском институте, мозговом центре отрасли? Приходилось слышать, что Чернобыль стал личной трагедией президента Академии наук и директора Курчатовского института Александрова.

Ответ: Александров был необыкновенным человеком. Кстати, мальчишкой-юнкером он защищал Крым от Красной Армии. Наш легендарный министр Славский служил в Первой конной, и было много шуток, что они могли легко пристрелить друг друга и жизнь пошла бы по-другому. Александров часто приходил в нашу лабораторию и смотрел ежедневные отчеты молодых салаг в поисках научных сенсаций, которые мы не смогли оценить. В его огромном кабинете на полу расстилали чертежи атомных электростанций, и ученые во главе с президентом ползали на животе, изучая каждую деталь. После Чернобыля на него было тяжело смотреть, он ходил черный, совершенно перестал шутить, забыл все свои хохмы. И скоро ушел в отставку со всех постов. Но продолжал интересоваться наукой. Помню, он очень обрадовался, когда нашел наши старые прогнозы о развитии науки и увидел, что за 15 лет реальность обогнала мечты.

Вопрос: С Чернобылем связана еще одна трагедия – самоубийство академика Легасова. Он вылетел в Чернобыль первым же рейсом и был одним из руководителей работ по ликвидации последствий аварии. Это больной вопрос, можете не отвечать, но почему покончил с собой академик Легасов? Кажется, во вторую годовщину Чернобыля…

Ответ: Во-первых, у него была генетическая предрасположенность – таким путем оборвали жизнь его мать и брат. Но подтолкнула Валерия Алексеевича острая борьба вокруг идеологии развития отрасли, вокруг вопросов безопасности реакторов. В этой борьбе надо было бороться за посты, но Легасов не смог стать директором института. Приходилось искать расположения у руководства страны. Однажды на ученом совете Александров объявил: «Я приехал из Политбюро, принято решение о присуждении Легасову звания Героя Соцтруда». А потом Горбачева отговорили, убедили, что Легасов не достоин самой высокой награды. И он не выдержал.

Вопрос: А самоубийство директора элитного уральского ядерного центра в Снежинске профессора Нечая в 1996-м?

Ответ: Это было жуткое время. Бюджет не платил отрасли, график финансирования Снежинска месяцами стоял на нуле. Когда Нечай в очередной раз приехал из Москвы, его встретили женщины с детьми на руках и спросили, будут ли деньги. Нечай ответил: нет денег. Женщины стали в него плевать. Он в кабинете принял стакан коньяка и застрелился. И сразу все долги за год выплатили.

Вопрос: Александр Юрьевич, в ходе беседы вы все время сбиваетесь на воспоминания об экспериментах по ядерной физике. Вы любите науку. Зачем же стали администратором?

Ответ: Директором Курчатовского института я стал в 1994 году. Тогда были тяжелые времена, все ходили на взводе, предлагали методы спасения науки. Когда в очередной раз схлестнулись, мне сказали: ты все время учишь, поруководи сам. Я осознанно согласился. А министром – вы же понимаете, бывают ситуации, когда нельзя отказываться.

Вопрос: Про экологов в атомном ведомстве говорят с такой же неохотой, как в церкви о нечистой силе. Атомная отрасль является одним из главных объектов для нападок «зеленых». А «зеленым» общество симпатизирует.

Ответ: На одном диспуте экологи мне совершенно серьезно сказали: мы готовы смотреть телевизор при свечах, только остановите атомную станцию. Боязнь новой техники – вечный, неизбежный спутник научно-технического прогресса. Много на эту тему рассуждал академик Валерий Легасов, безвременно ушедший из жизни вскоре после Чернобыля. Легасов разрабатывал теорию катастроф. Он писал: чем сложнее производство, тем выше вероятность аварии, и потому нельзя со сложной техникой работать так, как с простой. Система взаимоотношений человека со сложной техникой становится одним из острых вопросов науки, но Легасов не успел сказать здесь самого важного слова.

Вопрос: Хотя атомная энергетика снабжает человечество бытовой электроэнергией, простому человеку ядерная физика кажется недоступной и необъяснимой А что лично вам, академику, кажется чудом техники?

Ответ: В детстве я очень любил крупные машины вроде кораблей и самолетов. А сейчас чудом мне кажется персональный компьютер. На столе у меня стоит компьютер, который по мощности превосходит имевшую размер с трехэтажный дом БЭСМ-6, на которой мы когда-то в Курчатовском центре производили расчеты, да еще в очередь записывались. Компьютеры, на которых ученые работают в ЦЕРНе (Европейский центр по ядерным исследованиям. – С. Л .), – это вообще фантастика.

Должен сказать, что будущее России зависит в значительной степени от внедрения высоких технологий, от того, сумеем ли мы наладить инвестиции, обеспечить в экономике системный сдвиг. Мы находимся в стадии внутренней подготовки к рывку. Будущие поколения спросят с нас, сумеем ли мы обеспечить этот рывок.

Вопрос: Вам снятся сны про науку?

Ответ: Снятся ученые, с которыми работал. Но эксперименты не снятся. Снятся экспериментальные залы. Но всегда почему-то пустые.

2005.

Его Святейшество Далай-лама XIV Тенцзин Гьятцо ЕСЛИ БЫ РУССКИЕ ЧАЩЕ УЛЫБАЛИСЬ, ИХ ЖИЗНЬ БЫЛА БЫ ЛУЧШЕ И ЛЕГЧЕ.

...

С XV века далай-ламы являлись главными религиозными лидерами Центральной Азии и всего Гималайского района. Далай-лама был главой Тибета в те периоды, когда он получал независимость. По буддистскому учению об инкарнации душа умершего далай-ламы переселяется в ребенка, который становится следующим далай-ламой. Поэтому все далай-ламы носят фамилию Гьятцо. Далай-лама XIV Тенцзин Гьятцо (при рождении его звали Лхамо Тхондуп, что означает «богиня, исполняющая желания») появился на свет 6 июля 1935 года в семье тибетских крестьян, через два года после смерти предыдущего правителя. Только в 1937 году специальная поисковая группа, которая испытала уже множество кандидатов, нашла маленького Лхамо. Ни о чем не подозревая, мальчик опознал вещи покойного далай-ламы. Вскоре он был провозглашен главой буддистского теократического государства, которое с 1911 года после крушения Цинской империи вновь по всем международным нормам было независимым. В программу обучения далай-ламы входили пять «больших» наук (логика, тибетское искусство, санскрит, медицина, буддистская философия) и пять «малых» (поэзия, музыка, драматическое искусство, астрология и риторика). В двадцать четыре года Его Святейшество сдавал экзамены в монастыре, который был основан в 641 году. Экзамены принимали тридцать ученых в присутствии 20 тысяч монахов. Особенно сложным считался философский диспут с пятнадцатью теологами. Далай-лама блестяще сдал экзамены и получил звание доктора богословия. В 1949 году войска коммунистического Китая заняли страну с шестимиллионным населением, объявив Тибет исторической частью КНР. Далай-лама был назначен на символический пост вице-президента постоянного комитета, однако во всем подчинялся китайскому губернатору. В 1959 году в столице Лхасе вспыхнуло восстание. Людей расстреляли танки и артиллерия, а далай-лама вынужден был просить убежища в Индии. За ним горными тропами последовали 130 тысяч тибетцев. Поток беженцев не иссякает до сих пор, в Тибете погибло 1,2 миллиона человек, разрушенными оказались 6 тысяч древних монастырей. В 1961 году Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, в которой признала право тибетского народа на самоопределение и призвала КНР прекратить нарушение фундаментальных свобод и прав человека. В 1965 году Генеральная Ассамблея подтвердила это решение. В 1992 году Международный трибунал в Страсбурге постановил, что присутствие китайской администрации в Тибете следует рассматривать как его оккупацию. Но все эти призывы, как и многие личные инициативы далай-ламы по решению проблемы Тибета, Китай оставляет без внимания. В деревне Дхармсала на севере Индии основано правительство Тибета в изгнании. Духовный лидер буддистов провозгласил политику «ненасильственного сопротивления». Эта тактика принесла ему широкую известность и популярность на Западе, способствовала распространению буддизма. Режиссер Бернардо Бертолуччи снял про детские годы далай-ламы фильм «Маленький Будда», получивший «Оскара», а в 1990 году далай-лама был удостоен Нобелевской премии мира. В КНР он объявлен государственным преступником. Только за хранение его изображения монахи в Тибете получают три года тюремного заключения. Разговор с Его Святейшеством Далай-ламой XIV Тенцзином Гьятцо состоялся в его резиденции в Индии, где он дал собеседнику из России пятичасовую аудиенцию.

Вопрос: Ваше Святейшество, прошло уже больше полувека после того, как Китай овладел Тибетом. Вы не признаете насилия ни в каком виде. Но можно ли одной только мирной борьбой решить проблему независимости? Часть тибетской оппозиции, особенно из числа молодежи, которая не хочет ждать еще 50 лет, может взять в руки оружие.

Ответ: Я категорически против этого. Решение тибетской проблемы, в этом я убежден, лежит в области морали, мирных методов без пролития крови. Когда Тибет оставался в полной изоляции, о нем в мире знали очень мало – только то, что это самая высокогорная страна. До сих пор информации о Тибете немного. Китайская администрация распространяет только политически мотивированную, некорректную информацию. Но ведь и Россия в прошлом тоже была изолирована от мира. А сейчас интерес к тибетской духовной культуре, к истории, к природе растет во всем мире. И во всем мире, в том числе в России, создаются группы поддержки независимости Тибета. Меняется отношение к проблеме Тибета и у китайской интеллигенции. Если бы мы убивали людей, такой поддержки бы не было. Особенно велик интерес к тибетскому опыту по самосозиданию, управлению разумом и эмоциями.

Вопрос: В последнее время напряженность в мире растет. Некоторые политологи считают, что мир уже вступил в очередную мировую войну. Какими видятся изменения на планете вам, лауреату Нобелевской премии мира?

Ответ: Прежде всего, мир становится теснее. Если что-то случилось в одной части планеты, обвал в экономике, экологическая катастрофа, масштабная эпидемия вроде СПИДа или атипичной пневмонии, опасность угрожает каждому. Мир стал един, мир стал меньше и теснее, и каждый человек должен осознавать это. Понимание другого человека, уважение к его мнению в современном мире приобретают все большее значение.

Принцип соблюдения прав человека становится универсальным. И право на сохранение культуры имеют даже отсталые племена. Их культура может быть не особенно продвинутой, но их права от этого меньше не становятся. Несмотря на некоторые недостатки, демократия – это лучшая система устройства общества.

Если общество стремится к сохранению демократии, оно обязано обеспечить свободу информации. Но сами журналисты иногда стремятся показывать лишь негативные вещи, уделяя меньше внимание состраданию. А ведь когда случаются трагедии в Дели, Нью-Йорке, Мадриде или в Москве, многие проявляют искреннюю заботу о попавших в беду. Надо говорить всю правду о плохом, но надо показывать выход из плохого к хорошему. У людей должна быть уверенность в будущем. Но люди, исходя из газет и телевидения, где видят лишь насилие, думают, что мир становится хуже. Но это обманчивое впечатление – просто мир стал теснее. Я чувствую, я знаю, что мир становится лучше и добрее. Если бы мир становился хуже, нам не стоило бы больше беспокоиться о человечестве. Но ведь это не так. Честное слово!

Вопрос: Ваше Святейшество, вы сами смотрите телевизор, пользуетесь Интернетом?

Ответ: Думаю, что Интернет – очень хорошая вещь. Он не признает никаких границ и свободен даже в тех странах, где власти налагают ограничения на другие средства информации. Но я не пользуюсь Интернетом. По телевизору я смотрю новости и очень люблю программы о природе и животных. Это очень полезно. Именно у природы мы можем научиться многим полезным вещам.

Вопрос: Жестокость и насилие становятся чуть ли не новой мировой религией. В то же время буддизм остается едва ли не единственным учением, которое в принципе отрицает насилие и декларирует сострадание и всепрощение. Может быть, буддизм безнадежно устарел? Или, наоборот, именно буддизм спасет мир?

Ответ: Есть простое правило: что бы мы ни делали, надо всегда помнить о той боли, которую могут принести наши действия другому человеку. Я придерживаюсь трех обязательств, трех убеждений. Первое: я – человеческое существо на планете Земля. Человек – наиболее развитое животное на планете. Мы обладаем разумом, и мы создаем правила для этой планеты. Но на нашу человеческую сущность часто влияют негативные эмоции, и мы должны уметь управлять ими посредством разума, предлагать позитивные решения. Поэтому одной из наших базисных норм является забота о другом человеке и сострадание к нему. Ведь даже некоторые животные выживают только потому, что заботятся друг о друге. Хотя черепаха, к примеру, отложив яйца, навсегда забывает о своих детях. Если молодая черепашка встретит свою мать, не думаю, что у них пробудятся какие-то особенные чувства. А за нашим ребенком надо ходить несколько лет – гораздо дольше, чем за детенышем любого другого вида. Человеку нужна забота больше, чем любому другому живому существу. Люди испытывают друг к другу привязанность с рождения и иначе выжить не могут. Это одно из ключевых понятий гуманизма вне зависимости от того, какой на дворе век. И это мое первое убеждение.

Второе: я – буддист. И как верующий человек на моем уровне ответственности я в ответе за распространение той гармонии, которую несет буддизм.

И третье: я – тибетец. Более того, я – далай-лама. Тибетцы как внутри страны, так и вне ее надеются на меня, поэтому я в ответе за них и должен служить им, насколько хватит моих сил. Мы начали подготовку к выборам правительства Тибета в изгнании. Эти выборы будут проведены в течение двух лет. А я начну постепенно отходить от дел. Мне много лет, и пора готовиться к следующему путешествию.

Вопрос: Ваше перевоплощение случится обязательно в Тибете? Возможно ли оно в других странах, например в России?

Ответ: До тех пор, пока Тибет находится под китайской оккупацией, перевоплощение далай-ламы на моей родине невозможно. Оно обязательно произойдет в какой-нибудь буддийской семье. Может быть, и в России. В прежние века далай-ламы рождались и в Монголии, и в Индии. Не исключено, что инкарнация далай-ламы произойдет в женщине.

Вопрос: В таком случае я хотел бы задать вопрос о российских детях. В нашей стране большой популярностью пользуется поп-группа «Тату». Недавно они организовали ставшее популярным телешоу «Тату в Поднебесной», то есть фактически у вас в гостях. Две девочки-подростка поют о гомосексуальной любви. Молодежь в восторге, а люди старшего поколения уверены, что такие песни попирают моральные устои. Каково ваше отношение к этой проблеме?

Ответ: Как верующий человек я считаю, что необходимо избегать связи мужчины с мужчиной, женщины с женщиной. Но для неверующих нетрадиционная сексуальная ориентация не является такой уж острой проблемой, которая важна для безопасности семьи или общества. Люди, вовлеченные в гомосексуальную связь, говорили мне, что они чувствуют дискриминацию в обществе, иногда их могут избить, выгнать из семьи. Это чересчур жестоко. Насилие недопустимо. Но современная музыка и кино слишком много обращаются к сексу, включая гомосексуализм. Это неправильно и выглядит как реклама насилия. Немного секса, немного насилия – без этого сегодня жизнь кажется пресной, не так ли? Молодежь впитывает эти идеи, и потому в школьных классах так часто звучат выстрелы. Если молодой человек увидел на экране ружье, то оно может выстрелить в реальной жизни.

Насилие создает много проблем. Отказ от насилия – это долгий путь, требующий внутренней дисциплины, сострадания, терпения. Пусть я монах, но я понимаю, что секс – это часть человеческой жизни. Но крайности всегда приводят к плохим последствиям. В каждой области должно ощущаться присутствие любви и святости. Это касается всех областей человеческой деятельности. Наука, если забывает о последствиях исследований, тоже оборачивается бедой. Проблемой становится и страстное стремление к деньгам. Некоторые компании думают только о прибыли, погрязают в итоге в коррупции, в скандалах. В жизни все взаимосвязано, а люди иногда проявляют ограниченность, смотрят на проблему только с одной стороны.

Вопрос: Вы выступаете против насилия. Но всякое действие – это в какой-то мере насилие. Научно-технический прогресс, к примеру, означает насилие над природой.

Ответ: Я думаю, что наука и технологии, пока не выходят за рамки разумных границ, не приводят к насилию. Нарушение этих границ происходит все из-за того же одностороннего подхода. Нельзя, к примеру, производить эксперименты над человеком – это экстремальные проявления науки. Я слышал, что в Северной Корее проводят такие опыты. Делали их японцы во время войны, делал Гитлер. Опыты с зародышем или с биологическим оружием недопустимы. О границах допустимости иногда забывают и в экономике, используя современные технологии для сведения лесов в Южной Америки или в прошлом в Тибете. Нельзя думать только о прибыли, забывая о далеких последствиях.

Вопрос: Над человеком опыты недопустимы. А над животными? Если их запретить, то медицина развиваться перестанет.

Ответ: Относительно животных моя позиция основывается на том, что я буддист. Жизнь животного настолько же ценна, как жизнь человека. Я был в Шотландии в университете в Эдинбурге, где проводили эксперименты по клонированию животных. Потом похожие работы я видел в Америке, в Джорджии. И я сказал ученым: если есть острая необходимость в опытах над животными, можно сделать исключение. Но эти эксперименты должны быть сведены до минимума. Например, можно ставить опыты над морскими свинками. Но у животных есть права, и я выступаю за соблюдение этих прав. Мы говорим о правах человека, как будто человек на Земле какое-то исключительное существо только из-за того, что он наделен исключительными умственными способностями. Это, безусловно, важное отличие. Но именно поэтому мы должны относиться с уважением ко всем животным, всем живым существам, всем деревьям и цветам.

Вопрос: Современный мир невозможно представить без военных конфликтов. Это печальная реальность. Как быть с правами человека, с состраданием и всепрощением, о которых вы говорите? И разве не бывает случаев, когда только с оружием в руках можно отстоять справедливость?

Ответ: Насилие возможно только как альтернатива более жестокому насилию. Да, бывают ситуации, когда ответное насилие – это единственный способ, чтобы остановить насилие. Вторая мировая война спасла западную цивилизацию и демократию. Война в Корее спасла Южную Корею – сравните уровень экономики, образования, демократии в этой стране и в Северной Корее. Если бы не разразилась война, то миллионы человек пострадали бы значительно сильнее. Но война во Вьетнаме обернулась глобальной трагедией. Относительно войны в Ираке пока трудно сказать, справедлива она или нет. Будущее, еще несколько лет, покажет, как будет развиваться иракское общество и принесла ли война ему пользу. Бывают неприятности, которые оказываются благодетельными. Благоприятный результат, как бы мы ни сожалели поначалу, оправдывает жесткие меры. В истории много таких примеров.

Но современный мир изменился – и я выступаю против насилия в любой форме. Настоящая проблема насилия в его непредсказуемости. Оно легко выходит из-под контроля и переступает все законы. И я надеюсь, что в будущем войн не будет. Взаимозависимый мир становится меньше, мы должны уважать другие экономические и политические системы, чужое мнение, иные интересы. Через диалог, только через диалог – к взаимопониманию. Это единственный путь! И ведь мир становится лучше. От Австралии до Америки миллионы людей выражают протест против военных действий в Ираке. А раньше, когда одна страна объявляла войну другой, всеобщую мобилизацию встречали с ликованием, люди с гордостью шли на войну.

В 1996 году у меня была аудиенция у королевы-матери в Великобритании. Я спросил, видит ли она изменения в мире за целый век, становится мир лучше или хуже? Без колебаний королева-мать ответила: мир стал лучше. И потом сказала: когда она была молодой, в Англии никто не говорил о правах человека, о праве нации на самоопределение. Сейчас эти понятия стали общепризнанными. И я согласен с этим мнением.

Вопрос: Если мир становится меньше, то может ли случиться так, что через какое-то время мы получим одно правительство, одну универсальную религию?

Ответ: Думаю, что в будущем мир будут населять значительно более умудренные люди, которые осознают свое единство, независимо от происхождения или цвета кожи. В смысле гуманизма – да, это будет один народ. Что-то подобное было, мне кажется, в СССР. Но я думаю, что если бы сохранились политические и культурные отличия народов, от этого была бы только польза. Все-таки разная культура, разная религия, разная раса всегда создают проблемы – трудно объединить целый мир в одно государство.

У каждой страны свои особенности, но будущее у всех одно. Думаю, что роль ООН будет возрастать, хотя пока ООН законсервировалась. Самое важное, что ООН – это единое тело всех мировых правительств, а не собрание отдельных людей. Среди ученых и мыслителей становится все больше людей, и я их знаю, которые понимают гуманизм как высшую цель для всего человечества, а не для одного развитого государства или народа. Европейский Союз – хороший пример такого объединения. И я надеюсь, что Россия станет важным членом ЕС. Экономически и географически Россия и Европа тесно связаны.

Что касается религии, то мне кажется, будет лучше, если каждая нация будет верить в своего Бога, в которого она верила всегда. В конце концов, все главные мировые религии говорят об одних ценностях. Разница лишь в языке, который ближе одному или другому народу.

Вопрос: Вы упомянули СССР. Но ведь эта страна бесславно распалась…

Ответ: Я не эксперт, но мне кажется, что ваш распад был вовсе не обязателен. В тот момент какая-то конфедерация для народов бывшего СССР была вполне возможна.

Вопрос: Ваше Святейшество, изучение духовного опыта становится модным. У нас в стране объявить, что умеешь медитировать, значит завоевать уважение. И на Западе та же картина. Ричард Гир, несмотря на все свои богатства, стал буддистом. Совместима ли суетная популярность с основным принципом учения Будды – конечным познанием истины?

Ответ: Если человек живет богато, никто не говорит, что он должен раздать имущество и уйти в монастырь. Но аскетизм для познания истины подходит лучше. У меня критический взгляд на моду на буддизм. Ведь мы не знаем, каким было истинное послание Будды. И каков истинный путь трансформации наших эмоций и чувств. Наш духовный опыт ограничен, и многие новообращенные буддисты бессмысленно повторяют мантры на санскрите, стоя утром перед статуей. Это не истинный путь к просветлению. И я заметил, что некоторые молитвы (От Manipadme hum) у таких людей, если их произносить все быстрее, звучит как money, money… Не думаю, что такой духовный опыт хоть сколько-нибудь полезен для познания истины.

Если у человека нет искренней нужды в религии, то и не надо к ней привязываться. Лучше быть просто хорошим человеком. Однажды я говорил с известным чилийским физиком, и он высказал замечательную мысль, что как ученый он не должен быть слишком привязан к науке. Это необычайно точное и глубокое утверждение. Точно так и с религией. Если ты слишком привязан к своей религиозной традиции, ты рискуешь превратиться в религиозного фанатика. Фундаменталисты, а они встречаются не только среди мусульман, но и в других религиях, считают, что любят Бога больше, чем другие люди. И это, так я думаю, просто разновидность религиозного саморазрушения.

Надо сохранять уважение ко всем религиям. Но надо выполнить свой долг: то, во что вы верите, должно быть обязательно вами выполнено в течение жизни. Ваша миссия на Земле должна быть частью вашей жизни. Иного пути к счастью не бывает.

Вопрос: Последний вопрос. Вы бывали в нашей стране. И к вам в Индию приезжали наши соотечественники. Что бы вы могли сказать русскому человеку?

Ответ: Мне кажется, вам надо почаще улыбаться. Вот вы со мной долго разговаривали и ни разу не улыбнулись. А я уже пожилой человек, но умею радоваться жизни. Русские почему-то очень серьезные. Если бы у вас на лицах чаще была улыбка, то и жизнь стала бы легче и лучше.

...

«Чтобы быть счастливым, нужно жить как можно проще. Иметь как можно меньше желаний и довольствоваться тем, что есть, – вот главное. Люди часто прилагают огромные усилия, чтобы держать под контролем вещи внешнего мира. В качестве примера приведу такой пример – контроль над вооружением. Но если мы не в состоянии контролировать свой внутренний мир, то как же мы можем контролировать вооружение, которое относится к внешнему миру? Настоящий контроль за вооружением означает умение держать под контролем свой гнев. В данный момент я говорю просто как человек, а не как буддист. Я думаю, говорить от имени человека – это самое важное, потому что идеология и религия существуют для людей, а не наоборот. Идеология и религия вторичны. Мы должны понимать, что главное – человечество. Моя религия проста – доброта. Люди прилагают огромные усилия для освоения внешнего мира, например для космических полетов. Однако по-прежнему существуют огромные пространства внутреннего мира, которые необходимо изучить. И это обойдется гораздо дешевле! Люди принимают терпимость за проявление слабости. Мне представляется, что это не так. Гнев имеет источником страх, а страх возникает от слабости. Таким образом, если вы сильны, то в вас будет больше мужества. И именно здесь возникает терпимость. В глубине души мы должны быть по-настоящему привязаны друг к другу, должны осознавать нашу общую человеческую природу. В то же время мы должны принимать все идеологии и системы как средство для решения всех проблем человечества». Далай-лама XIV. Яды и драгоценности буддизма.

...

Будда учил, что для человека существуют три главные драгоценности и три главных яда. Три драгоценности: Не делать зла. Творить добро. Очищать разум. Три яда: Страстное желание. Ненависть. Невежество.

2004.

Сергей Хрущев, профессор ЧТОБЫ ПОДНЯТЬ ЭКОНОМИКУ, РОССИЯ ДОЛЖНА КОГО-ТО ОГРАБИТЬ.

...

Один из парадоксов времени: эпоха Хрущева казалась современникам простой и наивной, сама фигура первого секретаря была лишена даже намека на загадочность, но спустя десятилетия все очевидности прежних лет вдруг поставили потомков в тупик. И Никита Хрущев, как персонаж непредсказуемого театрального действа, видится уже не комическим, а глубоко трагическим, не понятым и отвергнутым современниками героем. Сын Никиты Хрущева Сергей, доктор технических наук, профессор, несколько десятилетий проработавший в космической отрасли, был одним из самых близких ему людей. Но вот уже почти четверть века сын советского лидера, который вместе с президентом Кеннеди во время Карибского кризиса поставил мир на грань ядерной катастрофы, живет и работает в США, в самом маленьком и уютном штате Род-Айленд, в университете Брауна и даже получил американское гражданство, не лишившись, впрочем, российского.

Вопрос: Сергей Никитич, как бы отнесся ваш отец, лидер сверхдержавы, вступивший в конфронтацию с Америкой на всех фронтах, что его сын стал американским гражданином?

Ответ: Прежде всего, если бы я уехал насовсем, я бы продал дачу и московскую квартиру, в которой мы сейчас беседуем. Я всю жизнь делал ракеты, которые были нацелены на Америку. Но в конце 1980-х я решил уйти из инженерии в политологию. Но в России это было никому не интересно. Меня пригласили в Америку, и я оказался здесь востребованным на сто процентов. Лекции, конференции, диспуты – у меня не остается времени на ностальгию. Я никого не предавал, в отличие, скажем, от Калугина, с которым я не общаюсь и категорически отказываюсь участвовать в одних мероприятиях.

Что касается возможного отношения отца к моему американскому гражданству, то Никита Сергеевич жил в эпоху холодной войны. И мне в то время тоже в голову бы не пришло, что я могу жить в Америке. Времена меняются, и откуда мы знаем, что сказал бы, к примеру, генерал Вашингтон, который боролся за независимость Америки, о войне в Ираке? Он, вероятно, сказал бы: «Американцы, вы сошла с ума. Настоящие враги не в пустыне, а в Лондоне».

Но, знаете, несмотря на гражданство, из всей американской делегации Фидель Кастро, который когда-то так дружил с отцом, кубинскую визу не дал только мне.

Вопрос: Хрущев пользовался в Америке огромной популярностью. Удалось ли вам адаптироваться в чужой стране, где вы оказались уже далеко не в самые юные годы? И вообще, насколько отличаются по характеру русские и американцы?

Ответ: Из всех народов мира американцы по характеру к нам, может быть, ближе всех. Я научил их париться в бане с веником – теперь отбоя нет. В бане мы, естественно, говорим о политике, о консерваторах, которые могут погубить Америку. Меня это волнует. Ельцин в России отобрал мои накопления – вдруг Буш в Америке сделает то же самое? Буш, вообще, напоминает мне Гайдара. В экономике чёрт знает что творится, непонятные метания. Был профицит бюджета – теперь дефицит. Дурацкое министерство охраны общественного порядка, до чего даже Берия не додумался, противоракетная оборона, рост бюрократии, армии. Может быть, через десять лет американские банки станут второразрядными конторами.

Вопрос: Вам, новоиспеченному американцу и к тому же бывшему коммунисту, не опасно высказывать такие взгляды?

Ответ: Я живу недалеко от Бостона, вотчины демократов, где Буша не терпят. И я попадаю в масть, но все-таки проявляю осторожность. Мои коллеги по университету высказываются о Буше гораздо резче. Чего ждать, если у Буша IQ ниже, чем у нормального человека, в полтора раза.

Вопрос: А о России вы не говорите? И есть ли во всех сходствах какие-то принципиальные различия между русскими и американцами?

Ответ: К России в Америке относятся с легким любопытством, граничащим с равнодушием, политически ее перестали бояться, а шанс стать экономическим партнером в результате гайдаровских реформ она потеряла. Знакомый бизнесмен сказал мне: «Россия превращается в Бразилию – очень большую, с богатыми ресурсами, с бедными людьми и никому не интересную». Главное для американцев – не допустить восстановления России как сверхдержавы. В остальном – пусть живет, как хочет. И еще они очень боятся, что в Америку приедет русская мафия. Последняя новость перед моим отъездом из Америки: наркомафию вместо ленивых мексиканцев возглавили более энергичные русские.

Отличительной чертой американцев является уважение к закону, которое у нас отсутствует вовсе. Следствием уважения к закону является наивность. Клинтон бегал учить Россию, точно так же как Буш устанавливает порядок в Ираке и ждет, что все начнут бросать в воздух чепчики.

Вопрос: Хотя упомянутый вами IQ у Клинтона в два раза выше, чем у Буша. Мы не знаем интеллектуальных коэффициентов наших лидеров. Но, признаюсь, первыми в жизни анекдотами, которые я услышал, были анекдоты про Хрущева. Их рассказывали, сейчас это кажется немыслимым, в детском саду. Хрущев действительно давал богатую пищу для анекдотов. Университетов он не кончал, образованием, мягко говоря, не блистал. Но как же так получилось, что именно при Хрущеве мы создали ядерный щит, вышли, да еще первыми, в космос, получили чуть ли не все свои Нобелевские премии. И даже одержали единственные свои футбольные победы…

Ответ: Могу воспользоваться формулировкой Солженицына про «образованщину». Получить образование – не значит стать умным. Отец рассказывал про генералов, с которыми встречался на войне. Одни заканчивали академии, но терпели поражение за поражением. С другими сесть за стол неприятно, говорить не о чем, а все бои они выигрывают. Из своего опыта помню академика Боголюбова, который был у меня оппонентом на диссертации. У него, кстати, не было высшего образования. Я два года расчеты вел, а он за пару часов на листках получил тот же результат. Большего унижения я в жизни не испытывал. Говорю это к тому, что человека, не получившего образования, нельзя автоматически назвать профессионально непригодным. Для человека важно умение набираться ума от умных людей. Хрущев никогда не принимал важных решений, не посоветовавшись со специалистами. В то время не было секретарей и Хрущеву напрямую звонили близкие ему люди. Из ученых звонили многие – Лаврентьев, Челомей, Королев, Янгель, Лысенко, Семенов, Туполев, Антонов, Микоян. Но он считал, что влезать в технические детали нельзя. И, помню, однажды набросился на Молотова, который стал выяснять характеристики стратегического топлива.

Можно закончить университеты – и ничего не понимать. Считаю, что многие современные российские экономисты, вроде Ясина и Илларионова, – такие же начетчики, какими были большевики. Они носятся с именем Мильтона Фридмана, как большевики носились с именем Маркса. Я не сторонник централизованной экономики, но вот пример, как вроде бы образованные люди упрощенно воспринимают реальность.

Единственная область, где Хрущев считал себя профессионалом, – это сельское хозяйство.

Вопрос: Но именно здесь дела обстояли, кажется, хуже всего. Кукуруза, целина, укрупнение хозяйств – все сейчас раскритиковано. Кукуруза с хрущевских времен дискредитирована у нас без права обжалования.

Ответ: Хрущев поставил цель догнать Америку по потреблению мяса на душу населения. Для него это был вопрос пищевой безопасности страны. Хрущев был последователем школы Прянишникова, популярной в США. Больше всего кормовых единиц в кукурузе, которую используют для этих целей не только в США, но и в Германии. Хрущев никогда не предлагал высевать кукурузу на севере. Хотя в Финляндии пару лет назад я видел преуспевающего фермера, который благодарил Хрущева, лично подарившего ему семена кукурузы. Картошка появилась в России лишь при Екатерине, но для кукурузы, которую необходимо обрабатывать, у нас просто не хватило рабочей силы.

Вопрос: Сейчас в Москве в массовом порядке сносят прозванные «хрущобами» пятиэтажки. Вам не обидно?

Ответ: Хрущев поставил цель снять острый жилищный голод. Десять лет с конца 1940-х годов он искал технологию, которая позволила бы выйти из жилищного кризиса. Он, помню, говорил, что «мы живем в дерьме, а дома из кирпича строить долго, но надо из клоповников выбираться». Николай Козлов предложил делать дома из панелей. Хрущев еще через Сталина выбил разрешение на строительство двух экспериментальных заводов, и я вместе с отцом много раз наблюдал, как бетонные панели часами испытываются на различных режимах вибрации. В 1963 году Хрущев провел постановление о прекращении строительства пятиэтажек и переходе на девяти– и четырнадцатиэтажные дома.

Вопрос: В постановлении о снятии Хрущева ему в вину поставлены субъективизм и волюнтаризм. Настолько непонятные слова, что одно из них было даже вложено в уста придурковатому персонажу «Кавказской пленницы».

Ответ: По-своему правильные обвинения. Потому что субъективизмом отличается человек, который имеет свое мнение. Волюнтаризмом – тот, кто умеет принимать решения. Хрущев в этом смысле, в отличие от многих последовавших за ним лидеров, отличался субъективизмом и волюнтаризмом.

Вопрос: Кстати, вам удалось посмотреть художественный фильм «Серые волки» про последний год правления Хрущева? И вас там тоже показали.

Ответ: Отец совсем на себя не похож. Когда мой отзыв передали Ролану Быкову, он очень обиделся и сказал, что играл своего отца. По типажу Хрущеву больше подошел бы актер Леонов. Кстати, отец никогда не матерился. «Турок» – самое страшное ругательство. А «кузькину мать» он придумал специально, чтобы поставить в тупик переводчиков.

Вопрос: Может быть, успехи Хрущева вовсе не его заслуга? Может быть, эти успехи пришли по инерции еще из сталинской эпохи? Ведь часто говорят, что это Сталин создал Сверхдержаву. Если это так, то выводы о нашем национальном характере и наших перспективах надо будет подвергнуть печальной ревизии.

Ответ: При Сталине страна оставалась региональной державой. СССР руководил только теми странами, которые он оккупировал в результате войны. И мы сдавали позиции – Берлинский кризис, война в Корее. Именно при Хрущеве США признали нас равными себе на мировом пространстве.

Сталин был совершенно убежден, что Америка скоро начнет войну против СССР. Средств народному хозяйству недоставало, производилось только оружие, почти все шло на армию, которая выросла с 2 до 5,5 миллионов человек. Хрущев, когда освоился с военными делами, понял, что, будучи втрое слабее США экономически, мы не можем балансировать с ними на равных, мы останемся без штанов. И потомку он сделал ставку на межконтинентальные ракеты с ядерным зарядом. Хрущев отказал адмиралу Кузнецову в выделении 150 миллиардов рублей на строительство надводного флота, потому что адмирал не гарантировал, что эти корабли принесут победу над США. Хрущев был прижимистый человек, он говорил, что один выход Черноморской эскадры в море съедает больше топлива, чем вся Украина во время посевной. И потому ставка была сделана на подводные лодки с баллистическими и крылатыми ракетами и средства береговой охраны. С тех же позиций он подходил к производству танков и самолетов. Хрущев считал, что локальная война СССР не грозит, армию можно снизить до полумиллиона человек, освободившиеся средства направить на товары народного потребления, строительство домов, сельское хозяйство.

По объективным показателям, непревзойденный до сих пор пик уровня жизни в стране пришелся на 1961–1962 годы. На 1962 год пришелся пик страны как сверхдержавы.

Вопрос: Вы хотите сказать, что при Хрущеве централизованная экономика имела перспективы стать эффективной?

Ответ: По закону термодинамики, если ничего не делать, в любой системе наступает хаос. В рыночной экономике подкачкой энергии занимается частный собственник. Но как быть, если нет частных предприятий? Хрущев придумал региональные совнархозы, попытался передать им полномочия министерств. Совнархозы из-за развившегося местничества были признаны неэффективными, но с 1962 года готовился уже настоящий переход к рыночной экономике, когда предприятия взаимодействовали с государством через отчисление прибыли. Первый секретарь ЦК тогда начал употреблять невозможное прежде слово «прибыль»! Несостоявшаяся реформа Косыгина – это отголоски того, что было задумано еще при Хрущеве.

Если бы Хрущев остался у власти, в конце 1960-х годов в СССР была бы рыночная экономика. И результаты реформирования были бы не такими, как через 25 лет. Потому что народ еще готов был ждать, а пошедшие потоком нефтедоллары позволили бы поднять технологию на мировой уровень.

Вопрос: А зачем ваш отец отдал Крым Украине?

Ответ: Снабжение Крыма шло через Украину. И чисто хозяйственно было выгодно его переподчинить, а не подарить, как кажется сейчас. Хрущев хотел, чтобы люди жили лучше. Он все время говорил, что победит тот строй, который построит лучшую жизнь. Кто мог знать, что социализм проиграет? И кто мог знать, что СССР распадется?

Вопрос: Какая-то идиллическая картина получается. Итак, Хрущев был частью той силы, которая, желая добра, вечно борется с возрастающей энтропией. Но почему же его столь безоговорочно сняли? Почему он стал неугоден большинству общества?

Ответ: Всякое общество устает от реформ. Энергия реформ иссякает, и Хрущев просто надоел. Россия по своему складу ждет чуда от руководителя, а Хрущев, в отличие от Сталина, не нес в себе никакой загадки. Какое чудо может исходить от толстого, вечно бегающего человека? Потом мы ждали чуда от Ельцина, хотя прекрасно видели его недостатки. Я сам голосовал за Ельцина, хотя понять не могу почему. Теперь мы ждем чуда от Путина. Поэтому, кстати, у него нет никакой экономической программы. Какая может быть программа у чуда? В Америке чуда никто не ждет, там политики себя продают. И Хрущев был политиком скорее западного типа, он продавал себя, и потому на Западе он до сих пор гораздо популярнее, чем дома.

Военные из-за сокращения армии воспринимали Хрущева тоже враждебно. Руководитель среднего звена разлюбил Хрущева из-за угрозы перестановок. Аппарат требовал стабильности, в отличие от сталинских времен никто уже не боялся за свою голову, но хотел жить получше, пользоваться привилегиями.

И очень скоро после снятия Хрущева страна стала жить на выбеге, пока всем опять все не надоело. Нежелание реформ во время Брежнева создало предреволюционную ситуацию, как при Александре III и Николае II. Судьба Хрущева, как судьба Бориса Годунова и Александра II, – это печальная судьба реформатора в России, которая больше чтит кровавых диктаторов.

Вопрос: Если Хрущев действительно был политиком западного толка, то как он мог мириться с потоками елейного и лицемерного подобострастия? Он, кажется, был трижды Героем Социалистического Труда?

Ответ: Первый раз – в честь 60-летия. Потом – за целину и за космос. Но ему же хором объясняли: всех награждаем, как же вас, первого руководителя, обойти? И газеты с восхвалениями отца тоже раздражали. Тогда родился анекдот: «Можно ли слона в газету завернуть? – Можно, если в ней опубликована речь Хрущева». Это проблема любого централизованного государства, где все вопросы замкнуты на первом лице. Только однажды Хрущев дал отпор подхалимам. Гречко просто за горло взял отца, чтобы он стал маршалом. Хрущев ответил: «В мирное время я и без погон с генералами справлюсь, а будет война, если выживем – посмотрим». Во время поездки на Украину около Кременчуга в честь него какому-то городку дали имя «Хрущев» – отец просто взорвался. Но живому человеку, особенно если он болеет за свое дело и его все вокруг восхваляют, не поверить в лесть очень трудно. Это происходило со всеми российскими руководителями. И с Путиным это тоже уже, кажется, происходит. Хотя мне очень хочется ему верить.

Вопрос: Неужели вы хотите сказать, что в России нет демократии?

Ответ: В России не демократия, а имидж демократии, так называемая управляемая демократия. Ситуация напоминает высказывание индонезийского диктатора Сукарно: «Можете говорить всё, что угодно, если я согласен». Демократия – это прежде всего уважение к закону, когда президент не может даже допустить мысли, что он не подчинится решению районного суда. Но мы никак не вырвемся из плена византийской идеи о приоритете справедливости. Если бы Клинтон расстрелял парламент, его посадили бы в сумасшедший дом и никого не интересовало бы, сколько в этом парламенте было коммунистов. Ельцин же получил одобрение так называемых демократов, хотя демократию защищал именно Хасбулатов. И в данном случае не важно, что за фрукт Хасбулатов. Допускаю, что при нем страна жила бы хуже, но он закона не нарушал.

Сегодня в России правит не закон, а десять-двенадцать семей, которые договариваются между собой. Чтобы в России правил закон и наступила демократия, необходимо появление среднего класса, который формируется, если малые предприятия составляют 60–70 процентов экономики, как в Америке, а не 10, как в России. Когда малых предприятий будет много, бизнесменам станет выгодно, чтобы судьи были объективными, чтобы им все доверяли. Только тогда отомрет немыслимое в Америке понятие «свой судья».

Обратите внимание: Клинтон получил всеобщее осуждение при мизерном проступке только из-за того, что солгал под присягой. Буш все наврал про Ирак, но ведь он присяги не давал – и чист. Никого не интересуют несопоставимые масштабы проступков, а в России только об этом бы и говорили. Когда в России говорят о пересмотре результатов приватизации, то демократы говорят: «Этого нельзя допустить». Типично большевистский лозунг. При демократии ничего не может быть совершено против закона. Сделано не по закону – должно быть пересмотрено.

Вопрос: И какое же время потребуется России для установления демократии в западном понимании?

Ответ: На лекциях я говорю: лет 50–60. Это цивилизационное, общекультурное отставание. Может быть, в нем виноваты монголы. В Европе города были центрами, где заключался договор между обществом и государством. В России после заключения союза между князьями и монголами города стали форпостом подавления свобод. И в итоге этого отставания сегодня у России имидж государства, где не уважают закон, где процветает коррупция и все построено на жульничестве.

Вопрос: Больное место для наших отношений с Америкой – отсутствие инвестиций, с одной стороны, и утечка умов – с другой.

Ответ: До тех пор, пока Россия не докажет, что уважает закон, и не разрушит свой нынешний имидж, американские инвестиции в Россию не пойдут. Американские инвестиции идут в те страны, где все понятно.

Утечка умов – это признак естественной деградации сырьевой экономики. Нет смысла делать прибыль на разработках, дешевле купить на Западе все готовое. И в итоге умные люди из страны вынужденно уезжают. Из моего бывшего института все стоящие умы на Запад перебрались.

Россия попала в так называемую «венесуэльскую ловушку». Венесуэла по ресурсам еще богаче России, а народ пребывает в нищете. По моему убеждению, в России нельзя было допустить образования естественных монополий в сырьевом секторе. Иначе говоря, приватизировать можно производство бензина, но не саму нефть.

Вопрос: Экономически мы отстали, спорить глупо. Но зато мы верим в то, что мы самые культурные и самые образованные.

Ответ: И американцы считают себя самыми культурными. Американцы знают свою историю досконально, ей посвящено семь-восемь телеканалов. Много программ о науке, географии, природе… И много передач и про Россию. Снимают и показывают фильмы, к примеру, о российских авиаконструкторах, имена которых у нас забывают. В стране очень много библиотек, и можно взять любую книгу. И как же из безграмотной Америки пришли все изобретения, которыми пользуется современный мир? Как может быть глупой нация, которая постоянно аккумулирует лучшие умы?

Вопрос: Вы уже не коммунист и ни в какой партии не состоите. Но все-таки у вас есть какие-то политические пристрастия в современной России?

Ответ: Россия остается страной большевиков. Гайдар и Лимонов по своей природе – те же большевики. Они больше верят идее, чем здравому смыслу. Они выбирают идею и прут напролом. Мне кажется, разумные вещи говорят только Явлинский и Глазьев.

Вопрос: Итак, западные инвестиции, поскольку имидж нам быстро не изменить, в Россию в обозримом будущем не хлынут. Но как же поднять экономику?

Ответ: Индустриализация Германии произошла за счет ограбления Франции. Индустриализации СССР при Сталине – за счет ограбления крестьянства. Надо кого-то ограбить и сейчас. В России на ум приходят только олигархи.

Вопрос: Богатая идея. В вашей жилах течет кровь лидера сверхдержавы. Что бы вы сделали, если бы стали президентом России? Три первых шага?

Ответ: Шаг первый: я бы вернул государственный контроль за природными ресурсами. Шаг второй: меня убивают. Шаг третий: его не будет.

2003.

Алексей Леонов, дважды Герой Советского Союза ПОСЛЕ ПОЛЕТА С АМЕРИКАНЦАМИ МЕНЯ РЕШИЛИ ИСКЛЮЧИТЬ ИЗ ПАРТИИ.

...

13 июля 1975 года с космодрома Байконур стартовал корабль «Союз», которому предстояло выполнить невиданное задание. В тот же день с космодрома во Флориде стартовал корабль «Аполлон», но в его планы не входил полет к Луне, как у многих предыдущих американских кораблей. 15 июля 1975 года советский и американский корабли произвели стыковку – это был первый опыт международного сотрудничества в космосе. Опыт, достигнутый в годы «холодной войны», в области, где до тех пор властвовала непримиримая конкуренция. Первая стыковка дала импульс новому политическому видению, ее значение не стало достоянием одной лишь истории и ощущается по сей день. Командир первого международного экипажа Алексей Леонов вспоминает эпизоды миссии «Союз» – «Аполлон», о которых в те годы распространяться было не принято.

Вопрос: Алексей Архипович, космонавтика в годы «холодной войны» была ареной не только технической, но и непримиримой идеологической конкуренции, ее успехи служили мерилом жизнестойкости политических систем. Кому во враждебной атмосфере пришла в голову идея программы «Союз» – «Аполлон»?

Ответ: Сейчас это забывается, но в начале 1970-х «холодная война» могла легко перерасти в настоящую. В СССР и в США многих политиков это положение вполне устраивало. Что касается космоса, то и мы, и американцы летали уже давно, но в случае аварии не могли оказать помощь чужому кораблю. Системы радиосвязи, сближения, стыковки – все было несовместимо. И вот среди многих людишек нашлись умные люди. Их было только четверо. Наш премьер Косыгин, президент Академии наук Келдыш, президент США Никсон и директор НАСА Флетчер – они придумали программу «Союз» – «Аполлон», которая дала толчок разрядке и наладила сотрудничество на враждебном до тех пор космическом фронте.

Академик Мстислав Келдыш был удивительный человек. Однажды на лунном корабле отказала система автоматической ориентации и необходимо было срочно провести коррекцию на двигателях. Начальник ВЦ убежал считать импульс на ЭВМ, а Келдыш на пачке «Казбека» карандашом что-то прикинул и через минуту сказал: «Двадцать метров». Начальник ВЦ через полчаса прибегает, запыхавшись, и радостно кричит: «Посчитали – двадцать метров».

Вопрос: Решение о полете приняли в 1972 году. В отряде космонавтов было много сильных специалистов. Почему задание, где на карту было поставлено слишком многое, поручили именно вам?

Ответ: Мне Брежнев так и сказал: «Алексей, мы тебя не назначили, а выбрали. Ты представляешь весь Советский Союз, за все отвечаешь». Думаю, искали космонавта, который чаще других оказывался в критических ситуациях. Тогда я был единственным, кто побывал в открытом космосе и сумел выбраться из нештатной ситуации. Несколько раз проходил подготовку командира на станциях, которые не выходили на орбиту, но об этом, естественно, не сообщали. В 1971 году накануне старта из-за внезапной аллергии бортинженера наш экипаж заменили на дублирующий. Это были Добровольский, Волков и Пацаев, погибшие при возвращении с орбитальной станции «Салют». Погибли они во многом из-за политических амбиций и ненужной гонки с американцами, летавшими на Луну.

Было еще одно требование: выучить английский язык. А ведь летчики того поколения языком никогда не занимались. Я не только военное училище, но уже Академию Жуковского закончил и знал лишь, что во множественном числе к слову добавляется буква «сы». Витю Горбатко в программу включили еще до меня, но он с английским не справился. Учителя у нас были очень сильные. В Америке – Алекс Татищев, правнук знаменитого историка. А в Москве наш преподаватель потом стал переводчиком у министра обороны… Забыл фамилию – его звали Паша-мерседес..

Вопрос: В начале 1960-х космонавтику курировал Брежнев, он и потом не терял к ней интерес. Меня всегда удивляло, как такой вялый человек мог заниматься динамичной областью?

Ответ: Брежнев поначалу был очень энергичным, дельным руководителем. Он крутился, и вокруг него все крутилось. Как-то он приехал с Фиделем Кастро в Звездный городок, быстрым шагом ходил по лабораториям, перекинув пиджак через плечо, и отдавал резкие, по существу распоряжения. Однажды он даже грозился посадить меня на гауптвахту за то, что я приказал космонавтам в Кремле на награждении не садиться в его присутствии, как тогда полагалось по этикету: мне показалось, что сидеть в присутствии руководителя государства неприлично. Кстати, после этого церемониал изменили – все уже стояли. Потом у него случился инсульт, и в 1978 году, когда я привез в Кремль Быковского и немецкого космонавта Йена, Брежнев меня не узнал: «А ты кто такой?» Ему напомнили. Брежнев обрадовался: «Помню, как ты в космосе кувыркался». После приема он попытался выйти из зала в окно. Его было очень жалко. А его окружению это было выгодно, делали за его спиной что хотели. Партия сама загубила великую страну.

Вопрос: Судя по газетным отчетам, полет «Союз» – «Аполлон» прошел гладко, но ветераны вспоминают, что все висело на волоске.

Ответ: На волоске – не то слово. Когда корабль уже был на стартовом столе, отказала вся телевизионная система. Если бы мы отложили старт, американцы могли вообще отказаться от проекта, поскольку в США противников сотрудничества с русскими было много. Главный конструктор Глушко побежал звонить в Москву, чтобы старт перенести. Министр Афанасьев и замглавкома ВВС Шаталов, когда он вернулся, сказали: «Мы уже дали команду на старт». На орбите мы с Валерием Кубасовым получили рекомендации по ремонту. Из инструментов были только ножницы, отвертка и охотничий нож, который я накануне купил за 5 рублей 50 копеек. Работали всю ночь – без этого случайного ножика ничего бы не получилось. Когда состыковались, американцы спросили у нас: «Почему вы такие сонные?» Мы – им: «Вы тоже сонные». На «Аполлоне» после старта заклинило люк, через который должна была произойти встреча. Астронавты перебирали люк всю ночь. В репортажах о нештатных ситуациях по идеологическим соображениям не сообщалось.

Вопрос: Международный экипаж объехал всю Америку и весь СССР. Вы с Томасом Стаффордом стали национальными героями, пользовались всеобщей любовью. Жизнь стала беспроблемная и светлая…

Ответ: Не хочется говорить высоким штилем, но много раз в захолустных городках и в Америке, и у нас я видел, как оттаивали сердца простых людей, которые видели открытых и надежных парней из другой страны, считавшейся заклятым врагом. Но лично у меня были большие неприятности. Министр обороны Гречко и главком ВВС Кутахов решили исключить меня из партии. Они посмотрели по телевизору репортаж о том, как мы со Стаффордом подарили Брежневу побывавшие в космосе часы. Тогда Леонид Ильич обрадовался, как ребенок, постучал по циферблату: «Леша, хорошие часы?» Я постучал по своим, тоже космическим – отличные часы! Но в телерепортаже слов не было слышно, и маршалы решили, что я непочтительно говорю генсеку, что пора закругляться. Доказать что-либо маршалам было невозможно, они даже не слышали, что такое телевизионный монтаж. Накануне партсобрания только звонок Келдыша, который видел сцену своими глазами, министру Гречко спас мою судьбу.

Вопрос: После удачного полета наше сотрудничество в космосе прервалось на 20 лет, пока американцы не стали летать на «Мир». Теперь мы вместе строим международную станцию. Но почему перерыв?

Ответ: Была разработана программа «Союз» – «Шаттл». Но президентом стал Картер, а он не хотел сотрудничать с русскими. Кстати, это самый непопулярный в Америке президент. А вот с Рейганом мы с Томом Стаффордом долго говорили. Объясняли, что «звездные войны» – только в кино хорошо, а в жизни абсолютная утопия, технически бессмысленная задача. «Звездные войны» заглохли – тешу себя надеждой, что и тот разговор сыграл свою маленькую роль.

Президент Буш-старший уже вернулся к идее совместных космических работ. Клинтон и Буш-младший стоят на той же мудрой позиции.

Вопрос: Недавно шумные споры вызвала скандальная передача «К барьеру!», в которой вы сошлись в словесной дуэли с антисемитом генералом Макашовым. В вашей позиции мне, признаться, почувствовалась генетическая связь с уже далекой программой «Союз» – «Аполлон», которая стала уроком борьбы с ксенофобией.

Ответ: Меня поразило, что среди астронавтов есть негры. Я не мог допустить мысли, что в экипаже может быть негр. Теперь мне неловко за тогдашние мысли. Надо сказать, космонавты по роду своей профессии приходят к убеждению, что все люди связаны друг с другом планетарными узами, что нас объединяет больше, чем разделяет, что границы между людьми – временное явление. Поэтому я отправился на дуэль с антисемитом. Передача поочередно шла в нескольких часовых поясах, и по всей России – на Дальнем Востоке, на Урале – люди с огромным перевесом голосовали за меня, против антисемита Макашова. Но в Москве на моих номерах был поставлен блокиратор и, как мне потом объяснили, прошло лишь 8 процентов звонков в мою поддержку.

А если об Америке, то теперь я хорошо знаю эту страну и могу сказать, что из всех народов американцы по духу больше всего похожи на русских. Это многонациональный открытый народ. С ними можно быть откровенным, они всегда выслушают чужую точку зрения и отнесутся к ней с уважением.

Вопрос: Вы часто встречаетесь с американским командиром Томасом Стаффордом?

Ответ: Мы – друзья, говорим на смеси английского и русского, никогда не ищем переводчика. Своих внуков Стаффорд назвал Том и Алексей. А мы внучку назвали в честь его дочери. Год назад Том сказал мне, что его очень многое связывает с Россией и он хочет усыновить русского мальчика. Это очень сложно – везде барьеры, взятки. Конечно, я помог. В итоге Стаффорд усыновил двух мальчиков из детского дома во Фряново. Сейчас Майкл и Стас – лучшие ученики и лучшие спортсмены в своей школе. Один хочет стать спецназовцем, второй – летчиком, как папа.

2010.

Академик Юрий Каган ИНТЕЛЛИГЕНТЫ ИСЧЕЗАЮТ ИЗ НАШЕЙ ЖИЗНИ.

Вопрос: Юрий Моисеевич, педагоги говорят, что человек формируется в детстве. Семья у вас исключительная – имена сплошь из энциклопедии…

Ответ: Отец родом из Витебска, закончил ту же гимназию, что Шагал. Потом по трехпроцентной квоте – Санкт-Петербургский университет, но всю жизнь работал юристом на небольших должностях. Моя сестра Елена Ржевская – известная писательница, она первой описала историю с поисками останков Гитлера. Дядя – знаменитый комсомольский поэт Павел Коган. Помните: «Пьем за яростных, за непохожих, за презревших грошевой уют… В флибустьерском дальнем синем море бригантина поднимает паруса». Павел сыграл в моем воспитании, наверное, самую большую роль. Брат был женат на писательнице Зое Богуславской, которая потом вышла замуж за Андрея Вознесенского. Я близко дружил с замечательными поэтами Борисом Слуцким, Дезиком Самойловым. Самый близкий друг – Даниил Данин…

Вопрос: От ваших друзей приходилось слышать, что знаменитые строки Слуцкого «Что-то физики в почете, что-то лирики в загоне» написаны про вас с женой, известной переводчицей с сербского.

Ответ: Душа поэта – потемки. Документальных подтверждений этого нет.

Вопрос: Почему же вы, человек из «лирического» круга, стали физиком?

Ответ: Способности были, а стихов я никогда не писал. Гуманитарная часть моей натуры проявилась в любви к живописи. В домашней коллекции картины Зверева, Эрнста Неизвестного, Немухина, Краснопевцева, Плавинского, которых я открыл для себя задолго до того, как они стали знамениты.

Вопрос: А кто, по вашему мнению, сейчас в почете?

Ответ: Кто угодно, только не ученые. Для меня самое обидное, что в стране, которая была известна во всем мире достижениями в области науки и культуры, исчезла престижность интеллекта. А без этого невозможно создавать интеллектуальный продукт. И я очень боюсь, что в России из-за массового оттока из науки самых талантливых людей исчезнут научные школы, которые составляли гордость отечественной культуры. Пока наши ученые вымирают, из науки ушло среднее звено, на конференциях сплошь седые головы. А молодые люди идут в науку большей частью, чтобы не попасть в армию. Надолго они в науке задерживаться не собираются. Для меня показательно, что демократы первой волны отправляют своих детей учиться за границу, хотя у нас образование не хуже.

Вопрос: Вы принадлежите к знаменитой школе Ландау. В перечне 42 человек, которые сдали знаменитый теорминимум Ландау, ваша фамилия стоит на 17-м месте. Из этих четырех десятков вышли 28 будущих академиков и членов-корреспондентов…

Ответ: Ландау – абсолютный гений. Его невозможно сравнивать с другими людьми. На всех иностранных ученых он производил фантастическое впечатление. Ландау схватывал научную проблему моментально, он понимал ее глубже, чем любой подготовленный собеседник. Ландау создал отечественную школу теоретической физики – благодаря ему мы сохраняем ведущие мировые позиции.

Теорминимум состоял из десяти экзаменов по всем областям физики. Мы сдавали экзамен в доме Ландау, один на один, это всегда были задачи, никакой теории. Учебники и конспекты полагалось оставлять на холодильнике. Ландау выбегал из кабинета и говорил: «Что-то вы сегодня медленно решаете». Только после четвертого экзамена он позволял себе разговаривать о жизни. Запомнились его рассуждения о том, как мужчины относятся к женщинам. Я по его классификации был «душист», то есть мне была важна душа. Себя он считал «красивистом». Подобное деление всех явлений было характерным для его мышления.

Почему вы не спрашиваете меня о научных достижениях?

Вопрос: Как можно доступным языком рассказать о теоретической физике? За что, к примеру, вы получили Ленинскую премию?

Ответ: Эту работу мы выполнили вместе с Ильей Лифшицем – ставший классическим труд по расчету квантовых туннельных зародышей. Представляете, чисто квантовый зародыш! Это необычайно красиво. Я горжусь тем, что все мои теоретические предсказания впоследствии подтверждались экспериментом.

Вопрос: Тогда сделайте прогноз по поводу того, что ожидает нашу науку, которая пока пребывает в весьма бедственном состоянии.

Ответ: Научное руководство не дает руководству страны правильной оценки состояния науки. Все просьбы сводятся к небольшой поддержке, а это обман. Необходимы радикальные изменения, а пока ученые в самом активном возрасте продолжают уезжать из страны. Если возвращаются, то уже на излете. У молодых ученых веры в то, что положение изменится, все меньше. И я опасаюсь, что чем дальше, тем меньше вероятность того, что талантливый человек пойдет в науку.

Вопрос: В США госбюджет науки равен частным инвестициям. Почему наши олигархи обходят науку?

Ответ: Как мальчики, которые за десять лет, не создав никакого производства, не придумав перпетуум-мобиле, стали миллиардерами, могут осознать себя частью общества? Таких историй обогащения мир не видел. Недавно президент сказал: надо думать о стране. И некоторые из них учредили научные премии. Эти вброшенные крохи лишь для поддержания жизни, на развитие науки их не хватит.

Вопрос: Нет ли вины самих ученых, особенно экономистов, в том, что в ходе реформ страна оказалась в экономическом запустении?

Ответ: В советские времена в Курчатовском институте я руководил семинаром, где выступали все ведущие экономисты, не имевшие тогда широкой трибуны, – Шаталин, Аганбегян, Заславская, Петраков, Шмелев, Абалкин… Они доказывали, что советская экономика ведет в пропасть. Я спрашивал каждого: у вас есть идея, как перейти от того, что не нужно, к тому, что нужно? Они отвечали: мы не востребованы, когда нас востребуют, мы за месяц напишем нужную программу. Что из этого вышло? Уверен, страну можно было провести по пути реформ без потрясений, миновав криминальный вариант.

Вопрос: Вы согласны с тем, что слово «интеллигент» стало синонимом неудачника?

Ответ: Это слово вышло из употребления. Люди, которые считались интеллигентными, теперь говорят о том, где заработать деньги. Понятие «интеллигенция» исчезло из нашей жизни. Но скажи бизнесмену, что он не интеллигент, – обидится. Как же так: на фитнес он ходит, витамины принимает… Но разве можно назвать банковского клерка с высшим образованием интеллигентом?

Вопрос: Очень пессимистичная картина получается. А ведь наукой можно заниматься только с хорошим настроением…

Ответ: Верю в то, что к нам придет осознание. Такое происходило в истории России. В 1920-е годы в условиях разрухи мы легко, без особых затрат создали авиацию. После войны – в рекордные сроки сделали атомное оружие. Но это было возможно по той причине, что в стране была сильная фундаментальная наука, на базе которой можно было решить задачи любой сложности. Кто знает, какие задачи возникнут впереди? Жизнь требует все более глубоких знаний – это несомненный факт.

Наука – это часть мышления нации. Когда эта область исчезает, нация становится второсортной.

2003.

Член-корреспондент РАН Алексей Иваницкий В ЧЕМ СИЛА И СЛАБОСТЬ РУССКОГО УМА?

...

Как это нередко бывает у гениев, Иван Павлов высказывал шокирующие публику истины, которые потом сам же опровергал прямо противоположными. Некоторые из этих высказываний кажутся актуальными и сегодня: «Я верю, что социал-демократы немцы приобретут новую силу, а из-за нашей русской социал-демократии мы, быть может, кончим наше существование» (1918 г.). «Должен высказать свой печальный взгляд на русского человека, он имеет такую слабую мозговую систему, что не способен воспринимать действительность как таковую. Для него существуют только слова. Его условные рефлексы координированы не с действиями, а со словами» (1932 г.). «Вы (большевики. – С. Л. ) сеете по культурному миру не революцию, а с огромным успехом фашизм. До вашей революции фашизма не было. Пощадите родину и нас» (1934 г.). «Советское правительство открывает блестящие перспективы перед развитием науки. У нас теперь чествует науку весь народ. Я уважаю единственное правительство в мире, которое так ценит науку и горячо поддерживает ее, – правительство моей страны» (1935 г.). Первым российским лауреатом Нобелевской премии стал великий физиолог Иван Павлов, который заложил основы современной науки о мозге. О том, насколько обогатились познания о мозге человека, размышляет заведующий лабораторией высшей нервной деятельности Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии, лауреат золотой медали имени Павлова член-корреспондент РАН Алексей Иваницкий.

Вопрос: Выпускник духовной семинарии, физико-математического и медицинского факультетов Иван Павлов стал первым нобелевским лауреатом в области физиологии. Кроме него русская школа физиологии подарила науке блестящие имена Сеченова, Бехтеревых, Ухтомского, Введенского, Ливанова, Симонова. Трудно найти другую дисциплину, где отечественные достижения были бы столь весомы.

Ответ: Познать душу через материю – что может быть заманчивее для вечно мечтательного, философски настроенного русского человека? Заслуга Павлова состоит в том, что он, исследуя душевный мир на материальной основе работы мозга, впервые постарался перекинуть мостик между никогда не соприкасавшимися гуманитарными и естественными науками. Сначала Павлов научился предсказывать поведение собаки по условным рефлексам. А потом перешел к изучению сознания человека. Как он говорил в своей речи-манифесте на конгрессе в Мадриде в 1903 году, стремился познать самого себя, узнав из чего происходят наши мысли.

Нобелевская премия, это надо напомнить, была присуждена Павлову за исследования в области пищеварения. А вот его работы в области изучения сознания были встречены современниками, мягко говоря, без восторга. Лишь в последние годы, когда появилась сложная аппаратура, способная буквально заглянуть в мозг, подтвердилась правота Павлова. Умение обогнать свое время – свойство гения.

Позитронно-эмиссионная томография и функционально-магнитный резонанс позволяют наблюдать мозг в объемном виде, рассмотреть каждую его извилину. Эти приборы дают возможность увидеть, какие участки мозга работают при решении той или иной задачи. Наука совершила гигантский рывок вперед. Думаю, в первой половине будущего столетия тайны сознания будут расшифрованы.

Некоторые опыты просто поражают воображение. Знаменитый испанец Дельгадо во время корриды с трибуны, нажимая кнопки пульта, управлял движениями боевого быка, которому в мозг были вживлены электроды. Самцы крысы, стимулируя через электрическую цепь свои гедонические центры, приходили в состояние такого блаженства, что забывали о прочих делах и могли удовольствия ради помереть от голода. Впрочем, на людях таких демонстраций не проводили.

Ужасно, что в России имеется только один позитронно-эмиссионный томограф. Держимся на том, что было наработано нашими учителями. Вот работает наш институт с американцами. Они присылают компакт-диски с энцефалограммами – мы их изучаем нашими методами.

Вопрос: Алексей Михайлович, вы сказали, что сознание будет расшифровано. Возможно ли это в принципе? Как разложить на составные части мысль, как ее взвесить, как вычислить эмоцию?

Ответ: Открывший структуру ДНК нобелевский лауреат Френсис Крик (это еще одна тайна: многие «нобелевцы» после награждения начинают заниматься сознанием) говорил: мы знаем, как двойная спираль синтезирует белок, но, почему она начинает жить, непонятно. Так и с сознанием: можно изучить сложные процессы в каждом участке мозга, но остается тайна качественного перехода от материи к сознанию. Это величайшая загадка – почему в одном случае нервные импульсы дают ощущение света, но если они организованы чуть по-другому – уже нет. Наука так же далека от решения этой тайны, как во времена Павлова.

Вопрос: Знаний накоплено много. Достигла ли наука той степени совершенства, когда от накопления знаний она может перейти к практическим советам?

Ответ: Несомненно. Диагностика психических заболеваний уточнилась невероятно. Психофармация и нейрохимия позволили создать эффективные лекарства для многих психических заболеваний. Цена ошибки оператора в современном мире очень велика, и скоро физиологи научатся корректировать этот процесс. НАСА и наш Институт медикобиологических проблем по электрической активности участков мозга наблюдают, правильно ли идет процесс мышления при решении различных задач. Без достижений физиологии невозможны освоение космоса, длительные полеты в невесомости.

Вопрос: Известно ли науке, что подавляет мысль и что оказывается для нее благотворным? Кого, с точки зрения физиологии, можно считать дураком и кого – умным?

Ответ: Мозг человека – это постепенная надстройка, сначала мозг рептилии, потом мозг птицы, потом обезьяны… Почему, находясь в толпе, человек ведет себя иначе? В толпе невозможно объяснить сложную, нетривиальную мысль. Верх берут эмоции, примитивная форма коммуникации. Высшие связи не работают, у толпы – мозг рептилии.

На мозг воздействуют, помимо прочего, психика и эмоции. Гельмгольц говорил, что хорошие мысли приходят к нему, когда он поднимается на горную вершину в солнечный день. Но Пушкин, наоборот, писал в Болдинскую осень, терзаемый отчаянием. На мозг благотворно влияет разрядка, когда отступают усталость и угнетенное состояние. Для плодотворной мысли важно уединение. Мозговой штурм пригоден только для поиска легких решений.

Дурак – это тот, кто не умеет думать, у него в коре головного мозга мало нужных связей. Обучиться думать, привыкнуть думать, включать извилины – первая жизненная задача. Любого здорового ребенка при соответствующем воспитании можно дотянуть до уровня доктора наук.

Вопрос: Со времен Сократа считается, что высшая мудрость – в познании самого себя. Близка ли цель на этом направлении? Удалось ли выяснить структуру человеческого «я»?

Ответ: Наше «я» формируется на протяжении всей жизни. Это жизненный опыт, система приоритетов. Английский поэт Теннисон говорил: «Я – то, с чем встретиться пришлось». Проблема «я» интересная и спорная, и, как ни странно, она имеет прямое отношение к физиологии. Академик Симонов провел блестящие эксперименты, которые показали, что две трети подопытных крыс сильнее реагируют на собственную боль. Но одна треть – на чужую. Это идеальное соотношение для выживаемости вида. И во главе стаи стоит особь, которая сильнее реагирует на чужую боль. Если лидером становится тот, кто беспокоится о себе и своем окружении, все сообщество обречено на вымирание. Этот подсказанный физиологией закон находит подтверждение в человеческом обществе.

Вопрос: Итак, физиология подошла к анализу высших моральных ценностей. Может ли она определить степень одаренности, предрасположенность к профессии?

Ответ: Современная наука подтверждает частичную справедливость долго считавшегося мракобесом Ломброзо, который по шишкам на черепе определял характер человека. Действительно, за восприятие тех или иных ощущений отвечают определенные области коры головного мозга. В левой лобной доле, например, находятся центры, отвечающие за речь и логику. В правом полушарии – эмоции. Алкоголь, влияющий на настроение, действует на правое полушарие. У женщин преобладает левое полушарие, у мужчин – правое. Личность человека, система приоритетов базируется в правом полушарии.

Эти знания помогли моей ученице Валерии Стрелец разработать очень интересную методику, которая позволяет преодолевать болезнь века – депрессию. При депрессии происходит блокировка связей между левой передней и правой задней частями полушарий. А левый задний и правый передний участки, наоборот, перевозбуждены. Эту схему подтверждает картина депрессии: идеомоторная заторможенность, когда человек не может, не хочет ничего делать, хотя осознает эту необходимость. При помощи заданий-тестов можно восстановить утраченные связи между участками коры головного мозга.

Подобная методика разрабатывается и для преодоления агрессивности, которая также связана с нарушениями в мозге. Хотя я сомневаюсь, что удастся упражнениями стимулировать нормальную мозговую деятельность личностей типа Басаева, ясно, что наука, созданная Павловым, приобретает в повседневной жизни все большее значение.

2005.

Академик Всеволод Бурцев ТЕНЬ ОБРЕЧЕНА НА ОТСТАВАНИЕ.

...

Лауреат Ленинской и двух Государственных премий академик Всеволод Бурцев – олицетворенная секретность. Он никогда не давал интервью, не выступал в открытой печати. Международные конференции посещал по особому разрешению Политбюро, но никогда не зачитывал доклады. В командировках его лично сопровождал сотрудник спецорганов. Лишь однажды академик Всеволод Бурцев согласился побеседовать о своей жизни и работе…

Вопрос: Всеволод Сергеевич, вы руководили созданием систем управления противоракетной обороны. Знаменитый комплекс С-300, система ПРО вокруг Москвы, машины «Эльбрус», на которых держится наш оборонный комплекс, – ваших рук дело. Но учение в школе для вас закончилось в пятом классе…

Ответ: Нас эвакуировали из Москвы, мама умерла от брюшного тифа, жили впроголодь – с четырнадцати лет мне пришлось работать. Истопник, сторож, слесарь на хлебозаводе… Школьные экзамены сдал экстерном, закончил подготовительные курсы в Московском энергетическом институте. В 47-м умер отец. Все годы учебы работал монтером. На дипломную работу приехал создатель отечественной вычислительной техники Сергей Лебедев и пригласил всю нашу группу к себе на работу. В 1951 году мы сдали комиссии во главе с Келдышем и Лаврентьевым первую быстродействующую электронно-счетную машину БЭСМ с производительностью 2 тысячи операций в секунду. В 1953 году решили задачу съема данных с радиолокатора и ввода их в ЭВМ, что дало возможность сопровождать в полете сразу более десяти целей. В мире ничего подобного не было.

В 1959 году была создана первая в мире система уничтожения баллистических ракет (ПРО). Именно тогда Хрущев сказал: «Мы ракетой можем муху сбить». 4 марта 1961 года, на двадцать лет раньше США, мы сбили на полигоне Сары-шаган баллистическую ракету. Мощность вычислительного комплекса ПРО была уже 160 тысяч операций в секунду.

В 1967 году появился боевой вычислительный комплекс ПРО под Москвой, состоявший из единой сети в несколько десятков машин. И это тоже впервые в мире. Этот комплекс был модернизирован и по-прежнему защищает столицу от ракетного удара.

Вопрос: Много успехов, но почему все они в прошлом? Почему мы отстали от Запада по части электроники?

Ответ: Отставание началось с элементной базы. В том, что мы решили копировать IBM, может быть, ничего плохого не было, но их элементную базу мы повторить не могли. Разница в ее надежности колоссальная. Наработка на отказ отличается в тысячу раз. Нам были необходимы стенды для испытаний приборов, и я много раз ходил по инстанциям, доказывал эту истину. В ЦК мне сказали: «Главное – рабочий класс. Людей кормить надо, а ты предлагаешь выбрасывать продукцию». Мы не учли того, что копируемую нами продукцию ее авторы постоянно совершенствуют, а вместе с ней и системное матобеспечение. Пропасть отставания с каждым годом разрасталась…

В «оборонку» вкладывались большие деньги, но понять важность транзисторов в высоких кабинетах не смогли. Полупроводники ведь не стреляют. В век информатики уровень элементной базы – проблема номер один. Клинтон не случайно вложил в эту проблему несколько миллиардов долларов.

Вопрос: Сейчас в российских военных системах стоит отечественная или западная микроэлектроника?

Ответ: Отечественная. Для военных объектов можно за счет резервирования повысить надежность вычислительных средств. Размеры, энергетика здесь не так важны. За счет ухищрений в схемотехнике, в архитектуре нам в отдельных случаях удавалось наверстать отставание по элементной базе. Противоракетный комплекс С-300 лучше американского «Пэтриота».

Сейчас все больший вес приобретает мнение перевести Министерство обороны на импортную элементную базу. Это страшная вещь. Вывести из строя технику, если в ней используются импортные микрочипы, элементарно. В процессоре десятки миллионов транзисторов. Можно поставить в интегральную схему чипы, которые раз в месяц будут выдавать импульс, сбивающий всю систему. В точно известный день и час, когда система обороны будет неработоспособной.

Вопрос: Американский инженер Раттнер считает, что информационная революция – это последовательность событий и на каждом этапе есть шанс стать лидером. Почему мы никак не найдем свой шанс?

Ответ: Было закрыто много интересных проектов: векторный процессор «Эльбрус», модульный конвейерный процессор МКП, машина ССБИС. От суеты начались слияния и разделения институтов. От желания быстрого успеха возникают нежизнеспособные проекты вроде того, что ведут и рекламируют коммерческие структуры. По той же причине поются ликующие гимны в адрес нашей суперЭВМ. Я не против этой работы, но не надо говорить, что проблема отныне решена и Россия по этой части стала третьей в мире. Все микропроцессоры, все локальные сети в машине зарубежные. Отставание гигантское: в США есть машина на 100 терафлоп, несколько машин на 10 терафлоп. Наша МВС-1000М тянет только на 1 терафлоп.

Надеюсь на разработку нашего коллектива, где на отечественной элементной базе решены принципиальные проблемы: вопрос поставки данных и параллельного счета, автоматическая синхронизация, экономия процессорного времени. Построен имитатор машины при помощи компьютерного моделирования – 1 терафлоп на одном процессоре! Это дает возможность построить на нашей элементной базе суперЭВМ производительностью 100 терафлоп. Конечно, энергопотребление большое, но ведь суперЭВМ нужны в единичном количестве для задач, представляющих общенациональную значимость.

Вопрос: А если искать удачу на новом направлении? Можно ли построить вычислительную технику на иных физических принципах?

Ответ: Несколько лет назад я возглавлял комиссию, которая загрузила ведущие физические институты именно этим вопросом. Вывод: единственное, что можно использовать, – электронный оптический коммутатор. В перспективе – ассоциативную память. На этом направлении оптика имеет преимущество перед электроникой. Для создания таких устройств нужны полупроводниковые лазеры, а здесь у нашей страны позиции крепкие. Но построить ЭВМ на оптическом принципе не получается даже в США.

2004.

Академик Радий Илькаев АТОМНЫЙ ПРОЕКТ СПАС СТРАНУ, НАУКУ И ИНТЕЛЛЕКТ.

...

Научный руководитель Российского федерального ядерного центра, ВНИИ экспериментальной физики, – академик Радий Илькаев. Он пришел в Саров в 1961 году, когда на Новой Земле была испытана самая мощная в мире бомба конструкции Сахарова. После испытаний ударная волна трижды обогнула Землю. Илькаев – самый засекреченный российский академик. Тем забавнее наблюдать, что проводница в поезде Москва – Берещино отлично знает, кого она обслуживает, и поэтому обслуживает по-особенному. Впрочем, когда-то у научного руководителя Арзамаса-16 Юлия Харитона был свой салон-вагон, выделенный лично Сталиным. Академик Радий Илькаев для России важнее всех вместе взятых шоуменов, авторов гламурных романов, поп-певцов и мастеров фигурного скольжения. Но в лицо его никто не знает, с микрофонами вокруг не бегают. Впрочем, в силу рода занятий в разговор с незнакомцем он вряд ли вступит. Академик Радий Илькаев – единственный руководитель за всю историю ВНИИЭФа, который совмещал функции директора и научного руководителя. В Сарове он единственный человек, которого знает в лицо каждый житель закрытого города.

Вопрос: Радий Иванович, если бы не было создано ядерное оружие, как развивалась бы мировая история?

Ответ: Дела пошли бы плохо, потому что не было бы инструмента сдерживания. В политике агрессивность не спадает – Югославия, Ирак, но крупных конфликтов нет. Уверен, если бы СССР не сделал атомную бомбу, не возникло бы ядерного сдерживания. Без бомбы предотвратить самые ужасные сценарии было бы почти невозможно.

Вопрос: Если бы США не сделали бомбу, СССР стал бы ее делать? И мог ли СССР, как США, сбросить на кого-нибудь для устрашения свою бомбу?

Ответ: СССР не стал бы первым делать бомбу. Наша армия была настолько мощная, что за три недели могла до Ла-Манша дойти. Америке далеко до зоны интересов, а страх перед Гитлером был большой, поэтому они сделали бомбу. Я абсолютно уверен и точно знаю, что СССР первым никогда бы не применил ядерное оружие. Россия тоже не применит.

Вопрос: Гитлер мог сделать атомную бомбу?

Ответ: Нет, не мог. У него не хватало ни ресурсов, ни времени. СССР, в отличие от США, реально оценивал возможности Гитлера и не боялся немецкой атомной бомбы. Потом Америка ошиблась еще раз и недооценила наши возможности в создании атомной бомбы. СССР сделал ее на несколько лет раньше американских прогнозов.

Вопрос: Не оказался ли ядерный щит для нашей страны непосильным бременем? Не обескровил ли нас атомный проект?

Ответ: Атомный проект спас нашу науку, потому что физику ожидали такие же гонения, как генетику и кибернетику, которые оправиться не могут до сих пор. Благодаря атомному проекту в стране колоссально возросла роль интеллекта, и властям стало очевидно, что без него крупных задач не решить. Атомный проект дал толчок развитию передовых технологий во всей промышленности. Все наши нобелевские лауреаты были связаны с атомным проектом. Однако я считаю, что в ядерной гонке надо было остановиться в начале 1960-х, когда установился ядерный паритет, а мощность зарядов была уже очень велика.

Вопрос: Во время визита президента РФ в Саров речь шла о создании суперкомпьютеров, которые должны обеспечить наш технологический рывок. Но нужны ли сейчас нашей науке суперкомпьютеры и не окажется ли это новой тяжелой ношей?

Ответ: Нашему ядерному центру суперкомпьютер необходим, совершенствование ядерного оружия без него невозможно. Есть еще несколько важных задач в авиастроении, климатологии и метеорологии, атомной энергетике, но в целом суперкомпьютеры российской наукой пока не востребованы. Боюсь, как уже бывало, опять деньги потратим, а результата не будет.

Вопрос: Наша наука работала на нобелевском уровне. Когда и по каким причинам, на ваш взгляд, началось отставание?

Ответ: Спад в науке произошел в 1970-х годах. Сказались ошибки, допущенные при Хрущеве, который запретил ученым преподавать в вузах и стал распылять средства, развивая науку не вглубь, а вширь, пытаясь освоить все области. В последние годы наметилась положительная динамика, но предстоит сделать еще много, чтобы поставить науку в России на прежний уровень. Но если не поднять экономику, к науке обращаться бессмысленно. Промышленность задышит – и наука проснется. Пока только 30 процентов товаров в стране отечественного производства.

Несмотря на все проблемы, я остаюсь оптимистом. Думаю даже Союз оптимистов создать. У меня мечта есть – по примеру дореволюционного проекта железной дороги через всю Россию, поднявшего экономику, протянуть до Тихого океана новую экологически чистую железную дорогу, которая будет работать на атомных станциях, выстроенных вдоль трассы. Это был бы колоссальный рывок в области высоких технологий.

Вопрос: Почему, несмотря на все призывы, не удается запустить инновационную экономику?

Ответ: Бед много, но главная – жуткое, тотальное засилье чиновников. Такого засилья не было ни при какой власти. Никто никого не слышит, разговаривать можно только с одним чиновником, под которым непосредственно ходишь. Из одномерного пространства вырваться невозможно. Во многих областях кооперация разваливается, как случилось с «Булавой». Не дай бог, развал дойдет до атомной отрасли.

Вопрос: Мораторий на ядерные испытания сохраняется 20 лет. И вы продолжаете совершенствовать ядерное оружие. Но можно ли это делать без испытаний?

Ответ: Можно. В ядерном оружии много сложных систем, и испытания продолжаются, только без ядерных взрывов. Совершенствование боевой части требует все более сложных научных моделей. Продолжается математический обсчет сделанных в XX веке испытаний. Их проведено столько, что считать параметры будут наши потомки.

Вопрос: Ведутся переговоры о дальнейшем сокращении ядерных вооружений. До какого предела, на ваш взгляд, можно сокращать ядерные силы?

Ответ: Я знаком с американскими работами, где оценивается, сколько потребуется обычных вооружений, чтобы вывести из строя ядерный потенциал России. Мы близко подошли к тому рубежу, когда дальнейшее сокращение будет угрожать нашей безопасности. 1 675 боеголовок – это предельная цифра. При этом нам необходимо развивать ракетную технику нового поколения.

Вопрос: В годы вашего директорства в Сарове началось активное восстановление храмов. Зачем вы расходуете средства на непрофильную деятельность?

Ответ: История России трагична, и страна просто бы не сохранилась, если бы наш народ не проявлял в драматичные моменты высочайшей духовной силы. Из всех общественных институтов только церковь всегда была с народом и поддерживала эту духовную силу. И сегодня церковь может сделать очень многое, потому для собственного спасения ее необходимо поддерживать. Каждый год в России от пьянства, аварий, пожаров погибает 100 тысяч человек. Разве мы пьянь и рвань? Не верю. Без церкви наше общество не выздоровеет. И наука ему будет не нужна.

2009.

Академик Евгений Челышев ИСКУССТВО СТАРОСТИ В ТОМ, ЧТОБЫ ДОЖИТЬ СВОЙ ВЕК ДОСТОЙНО.

...

Евгений Петрович Челышев – единственный из российских (и советских) академиков, кто был участником Парады Победы 24 июня 1945 года. Конечно, тогда молодой офицер не был академиком и наверняка даже не мог представить, на каких академических высотах он окажется. Академик Евгений Челышев много лет был академиком-секретарем Отделения литературы и языка и членом Президиума Академии наук. Е. П. Челышев руководил подготовкой к двухсотлетнему юбилею Пушкина. Сейчас полковник Челышев является председателем Совета ветеранов РАН. Академик Челышев вспоминает о своей фронтовой судьбе, размышляет о судьбах русского языка в нашем обществе и в мире.

Вопрос: Евгений Петрович, подытоживая долгую жизнь, могли бы вы сказать о каких-то главных принципах, которым не следует изменять? И чего больше в судьбе человека – его собственных усилий, случайного стечения обстоятельств или, может быть, предначертания свыше?

Ответ: Я до сих пор живу по принципу, который можно выразить двумя знаменитыми фразами из русской словесности: «не могу молчать» и «кто-то должен». К этому принципу пришел не сразу – ему научила сама жизнь, Мне есть, что вспомнить, хотя путь был совсем не гладкий и, тем более, он не был усеян розами. После школы, когда в СССР была объявлена пятилетка химии, поступил в Московский институт химического машиностроения. К началу войны закончил школу стрелков-радистов. Мама всю войну молилась за меня Николаю Угоднику, и столько чудес и необъяснимых избавлений, как на фронте, я не встречал больше никогда. Я прошел Смоленщину, Калининский и Западный фронты, Северный Кавказ, Сталинград, Белоруссию, Литву. Кроме боевых вылетов, я, поскольку с детства свободно говорил на немецком языке, был переводчиком при допросах пленных.

Именно на фронте я составил первый труд по филологии. У пленного немецкого летчика изъяли книгу о подвигах фашистских асов. В тексте было много специальных терминов, необходимых при допросах летчиков. Я был тогда в звании лейтенанта и стал составлять словарик, но фотографии Гитлера по наивности не вырвал из переплета с корнем. Офицер СМЕРШа пожалел меня, а словариком потом пользовались профессиональные переводчики. Но самой большой удачей я считаю то, что по зрению меня не приняли в Военно-воздушную академию командно-штурманского состава, а направили в Военный институт иностранных языков Красной Армии. Хотя здесь Николай Угодник точно ни при чем. Так из химии я попал в авиацию, из авиации – в филологию, которая стала моим призванием.

Наверное, я один из немногих в моем поколении, кто материально живет неплохо. Но я постоянно встреваю в споры, пытаюсь бороться за правду, не глядя на чины и влияние оппонентов. Я и с членами Политбюро спорил, и с советниками президента страны, и с министрами. И на реформу Академии, которую сейчас затеяли, стараюсь по мере сил повлиять в лучшую сторону. И в Высшей аттестационной комиссии голосую не как нужно, а по правде. Искусство старости состоит в том, чтобы дожить свой век достойно.

Вопрос: Евгений Петрович, в зарубежных поездках замечаешь, что во многих странах год от года все чаще слышится русская речь. Причина, видимо, в том, что рост экономики России приводит ко все более тесным контактам, к увеличению потоков наших бизнесменов и туристов. Может быть, объявленный президентом России Год русского языка – искусственное мероприятие и отношение к нему является следствием глобальных политических и экономических процессов, а не чиновничьих усилий?

Ответ: Указ президента стал знаковым событием и подчеркнул то, что государство задумалось о взаимоотношениях с культурой и начинает формировать стратегию ее развития. Русский язык является одной из важных основ российской государственности, выполняет консолидирующую роль в обществе. Поэтому государственная поддержка русского языка отвечает стратегическим национальным интересам. Восприятие русского языка в мире во многом зависит от нашего собственного к нему отношения. Эти истины кажутся бесспорными, но посмотрите, как нарушаются права тех, для кого русский язык является родным в Литве и на Украине. Отношение к русскому языку в этих странах стало причиной нагнетания национальной розни и политических конфликтов.

Вопрос: Сейчас в Российской Федерации множество государственных языков. Республикам это право предоставлено Конституцией. Но в некоторых регионах незнание местного языка для русского населения приводит к дискриминации по языковому принципу. Где выход?

Ответ: Назад, конечно, пути нет. Вряд ли возможно и разумно отказаться от термина «государственный» применительно к языкам республик Российской Федерации. Хотя я уверен в том, что право республик устанавливать свои государственные языки, которые получают равный статус «государственного языка», приводит к тому, что понятие русского языка как государственного становится размытым. Обозначение одинаковым термином разных по своим функциональным возможностям языков не может не привести к путанице и недоразумениям. Только разумные доводы, по словам Анатоля Франса, еще никого никогда не убеждали.

Вопрос: Может, не надо изобретать велосипед и стоит присмотреться к решению языковых проблем за рубежом, ведь многоязычных стран по миру немало?

Ответ: Есть разные модели языковой политики. Некоторые страны, как США, предпочитают не определять в Конституции государственный язык. В Канаде, Бельгии, Испании, Франции законодательство закрепило правила речевого поведения в сферах организованного общения. В конституциях ста десяти стран содержатся статьи, касающиеся языка. Известны однокомпонентные модели – например, Франция; двухкомпонентные – например, Канада; многокомпонентные – например, Сингапур. При выборе модели учитываются языковая ситуация в стране и основные принципы национальной политики.

Ближе всех нам по государственному устройству многонациональная Индия, в которой признаны два официальных языка – английский и хинди. Все остальные языки имеют статус языков штатов, что закреплено в Конституции. Некоторые из языков штатов по развитости и литературным традициям не уступают хинди. Предпочтение хинди отдается потому, что он превышает другие языки по числу говорящих (но не в такой подавляющей степени, как русский язык), и еще, конечно, потому, что он, как и русский, принадлежит населению той части страны, откуда начался процесс консолидации Индии как единого федерального государства.

Я думаю, что не только в области языкового строительства Индия может для нас являться примером. Никому в Индии не приходит в голову оспаривать примат федеральных законов над законодательством штатов. Губернаторы штатов назначаются президентом республики. Когда-то мы многое сделали для того, чтобы помочь индийскому народу встать на ноги и превратить эту страну из отсталой колонии в великую азиатскую державу. Не мешало бы сегодня нам обратиться в решении социолингвистических проблем к опыту этой страны, которая по государственному строительству ближе к России, чем любая страна мира.

Вопрос: В 2005 году был принят закон «О государственном языке», где прямо и четко сказано, что таковым на всей территории Российской Федерации является русский язык. И этого недостаточно?

Ответ: Из законопроекта было исключено главное содержание – слова «русский язык». И это затрудняет деятельность по поддержке русского языка как общегосударственного языка Российской Федерации. Я уверен, что в законодательные документы должна быть внесена поправка и русский язык должен быть определен как общегосударственный. Ко всему прочему, это способствовало бы укреплению государственности, а также вертикали власти. Прежде всего такую поправку надо внести в статью 68-ю Конституции России.

В самом Законе о русском языке слишком много противоречий, которые ведут к неприемлемым выводам. Под расплывчатое, крайне неконкретное определение «художественного замысла» можно подвести публикацию любых матерных текстов, что перечеркивает само понятие непечатного слова и вводит в массовое сознание тезис о правовой базе его использования. Ненормативная, а проще – заборная лексика с некоторых пор активно вводится в художественные произведения и выдается за некую литературную норму и ценность, цитируется даже в академической научной печати. Категоричный тезис же о недопустимости использования иностранных слов и выражений, хотя язык, конечно, следует защищать от бездумного наводнения чужими словами и жаргонизмами, при буквальном исполнении ведет к неоправданному сужению лексического пласта, который вливается в речевой обиход естественно и необратимо с яркой диалектной речью.

Но конечно, не хотелось бы, чтобы возможные поправки привели не к наказанию матерщинников, но стали бы вместо того средством борьбы с неугодными СМИ. Вопрос о наказаниях за нарушение Закона о государственном языке остается животрепещущим.

Вопрос: Год русского языка прошел. Нет ли опасности, что об этой проблеме забудут?

Ответ: Я ведь не могу молчать. Я собираюсь и далее отстаивать свои убеждения по поводу повышения роли русского языка в государственной политике, потому что это отвечает глубинным общественным интересам.

2007.

Академик Олег Крохин УЧЕНЫЙ ДОЛЖЕН БЫТЬ ОДЕРЖИМЫМ.

...

Физический институт имени Лебедева (ФИАН) – одно из самых известных научных учреждений мира. Отсюда вышло большинство советских лауреатов Нобелевской премии. Многие другие ученые, которые по уровню достижений должны были получить высшую научную награду, оказались лишены ее только из-за политических изворотов «холодной войны». В чем секрет ФИАНа? Какова тайная формула, которая позволяет взращивать здесь научных гениев? Это тема размышлений много лет руководившего знаменитым институтом академика Олега Крохина.

Вопрос: Олег Николаевич, вы пришли в ФИАН в 50-х годах, а с 1959 года работали непосредственно с лауреатом Нобелевской премии Николаем Басовым. В чем секрет исключительных успехов сотрудников вашего института? Звезды сошлись по-особенному? Или какая-то геомагнитная аномалия на Ленинском проспекте?

Ответ: Причина, на мой взгляд, одна. Организатор и первый директор ФИАНа Сергей Иванович Вавилов пригласил в институт блестящих ученых. Вавилов сам был выдающимся ученым с исключительно высокими личными качествами. Он не получил Нобелевскую премию, которая присуждается только здравствующим ученым, из-за того, что очень рано умер. В Вавилова поверили и за ним пошли такие крупные исследователи, как Тамм и Мандельштам. В ФИАН влились очень мощные силы, а Сергей Иванович создал им все необходимые условия для работы. И до сих пор у нас жива атмосфера, созданная Вавиловым. Важно подчеркнуть, что к нам пришли люди с высокими, как у самого Вавилова, моральными принципами. А ведь это было время, когда жить с моральными принципами было, скажем так, не очень-то легко.

Вопрос: Зачем ученому моральные принципы? Лишний груз. В жизни, так обычно считается, успеха добиваются не обремененные принципами личности…

Ответ: Ученому надо обязательно быть нравственным человеком. Никаких специфических норм, выходящих за рамки обычных человеческих. И особенно это необходимо современному ученому. Если участники научного процесса его не любят, не ценят, относятся с подозрением, успеха он не добьется. Крупный ученый должен своей личностью притягивать людей. Чтобы создать научную школу уверен, надо быть не только большим ученым, но и личностью.

Вопрос: Есть примеры великих ученых, которые были совершенно невыносимы.

Ответ: Когда-то – может быть. В современном научном мире это практически исключено.

Вопрос: Вот у Эйнштейна не было учеников.

Ответ: Это какие-то странные особенности его характера. Но ведь Эйнштейн не был чужд интересам человечества, он боролся за мир, размышлял над путями атомной энергии.

Вопрос: Художественный гений часто обречен на одиночество. А научный?

Ответ: Я видел многих ученых, которых принято называть гениями. Перебираю их в памяти. Капица оставил большой институт. Ландау создал огромную школу. Как и Тамм, как Мандельштам. У Басова среди учеников не меньше сорока докторов наук.

Вопрос: Какие черты должны быть у ученого, чтобы он поднялся к высшему успеху?

Ответ: Главное, конечно, – одержимость. Например, у Басова практически не было такого времени суток, пока он бодрствовал, чтобы он целиком не был погружен в решение научных задач.

Вопрос: Капица говорил, что науку надо делать весело. Но последнее десятилетие не дает нашим ученым оснований веселиться…

Ответ: Басов переживал за современную науку, за ее финансирование. Он не мог примириться с тем, что многие важные проблемы из-за безденежья ушли. Но он все равно оставался оптимистом. В голове у него вертелись новые идеи, он продолжал верить в успех.

Вопрос: Даже в отношении лазерного термояда, который некоторые специалисты считают тупиком?

Ответ: Технологически сложная проблема, согласен. Но добывать энергию лазерным лучом – это гигантские перспективы. Мы видим бурный прогресс лазерной техники в других областях. Кто мог подумать о том, что их применение будет столь многообразно, в начале 60-х? Лазерный термояд – это как черная дыра, которая может вместить немыслимые объемы информации.

Вопрос: Еще одна Нобелевская премия?

Ответ: Не думаю. Но эта реакция будет осуществлена в течение десяти лет.

Вопрос: Почему многие выдающиеся ученые идут во власть? Тот же Басов был членом Президиума Верховного Совета СССР.

Ответ: Он был общественно активным человеком. Басов не мог поставить рамки, за которые его энергия не должна выходить. К тому же среда способствовала, его начальство очень любило. Карьера политика не была для него привлекательной. Другое дело – общественная жизнь рядом с наукой.

Вопрос: Может быть, власть помогает решать проблемы выживания своего института?

Ответ: Нет, это слишком прагматично. Большинство ученых, Басов в том числе, идеалисты. Это сейчас к власти пришли люди, которые мыслят совершенно в реальных категориях. А для ученых старого поколения материальные интересы стояли на втором плане. Прежде всего – наука и научный успех.

Вопрос: В чем причина охлаждения между Басовым и Прохоровым? Когда вместе получали Нобелевскую премию, они были дружны.

Ответ: Конкуренция. И по результатам, и между коллективами. За каждым из ученых стояли молодые темпераментные ученики. В последние годы Басов и Прохоров опять сблизились. С возрастом все люди становятся терпимее и мудрее. И распри между учениками заглохли. Но в гости друг к другу мы по-прежнему не ходим. Уже по другой причине. Старые стали.

2005.

Генеральный директор НПЦ автоматики и приборостроения Ефим Межирицкий ОРУЖИЕ ДОЛЖНЫ ДЕЛАТЬ МОЛОДЫЕ ЛЮДИ.

...

9 мая проходит военный парад на Красной площади. Гвоздем парада стали боевые ракеты – стратегический «Тополь», тактический «Искандер», комплекс «Смерч». Системы управления для всех этих ракет сделаны в Научно-производственном центре автоматики и приборостроения имени академика Пилюгина, крупнейшем в мире предприятии в этой области. Недавно одному из родоначальников отечественного ракетостроения дважды Герою Социалистического Труда Николаю Пилюгину исполнилось бы 100 лет. Генеральный директор НПЦАП Ефим Межирицкий размышляет о перспективных разработках, которые продолжают дело выдающегося конструктора.

Вопрос: На знаменитой фотографии шести главных конструкторов справа от Сергея Королева сидит Николай Пилюгин. На стартовой площадке в Байконуре рядом с домиками Королева и Гагарина стоял домик Пилюгина, других не было. Это свидетельство особой важности систем управления ракетами?

Ответ: В ракете все важно, но без систем управления ракета не знает, куда и как лететь. Без системы управления любой двигатель превратился бы в металлолом. Что касается отношений Королева и Пилюгина, то в коллективе главных были непростые отношения, поскольку личности были крупные. Дружили только Королев и Пилюгин. Королев считал Пилюгина своим талисманом, брал даже на те старты, где его присутствие не требовалось.

Вопрос: Наши первые ракеты были копией немецких «Фау-2», бомбивших Англию. Это касается и систем управления?

Ответ: СССР должен был передать трофейные ракеты англичанам. Будущие академики Черток и Пилюгин ночью прокрались на склад. Черток держал фонарик, Пилюгин работал отверткой. Разобрали систему, потом собрали так, что англичане ничего не заметили. А потом в точности воспроизвели. В дальнейшем нам удалось создать системы управления, которые не имеют аналогов в мире. Это не пустые слова. Даже в США не сумели освоить технологию повторной калибровки боевой ракеты, не снимая ее со стартового стола после истечения ресурса. Наши ракеты, в том числе «Тополь», снимать не надо. Причина в том, что НПЦАП – единственное предприятие в мире, которое до последнего винтика изготавливает системы управления полностью на своих мощностях.

Вопрос: Управление невозможно без современной электроники, но считается, что по этой части мы отстали от Запада навсегда. И зачем тогда лучшие в мире российские ракетные двигатели?

Ответ: Была бы курочка – обед сготовил бы любой дурак. Отставание по части электроники удается компенсировать инженерной мыслью, уникальными интегральными схемами. Есть в России и собственные кристаллы – ситуация не такая кошмарная, чтобы опускать руки. На «Тополе», «Тополе-М», «Булаве», «Протоне», «Буране» не используется западная электронная база, вся комплектация отечественная. На «Тополе» впервые установлены интеллектуальные системы управления, которые позволяют вести контроль за всеми системами, даже двигателем ракеты, за исключением, может быть, шасси тягача. Мы можем проверить весь сложный организм ракеты и в полете, и на старте и вывешиваем «красный фонарь», если что-то не в порядке. В ракете, как в сексе, важнее всего подготовка. Кроме того, есть требование: если ракету сбил неприятель и она горит, необходимо продолжить полет. Последнее, что выходит из строя, – системы управления. Все делается, чтобы довести головастика до цели.

Вопрос: Кого, извините?

Ответ: Так мы головную часть с ядерным зарядом называем. Что касается электроники, то ее главная и самая сложная задача – не потерять преимущества, которые создаются уникальной сверхчувствительной электромеханикой.

А здесь проблема иного свойства. Квалифицированных рабочих высшей категории все меньше, они почти вымирают. У нас несколько предприятий не только в Москве – в Осташкове, в Козельске, в Саратове, и проблема повсеместная. Эти умелые ручки можно было бы заменить современными станками. Но инженеры, способные их освоить, не задерживаются на оборонных предприятиях из-за зарплаты. Кадры стареют, опыт уходит, и часто конструктор со старым кульманом оказывается ценнее, чем молодой человек с мощным компьютером и изометрическими программами, которые он не знает, к чему приставить. Некоторые старики в итоге считают компьютер пижонством, но это говорит лишь о том, что нарушилась связь поколений.

Вопрос: Ни на одном предприятии «оборонки» я не видел такого «иконостаса», как у вас, – двенадцать Героев Социалистического Труда, шестнадцать лауреатов Ленинской премии, сорок четыре – Государственной. И вы говорите, что есть опасность, что старшее поколение уйдет, не оставив наследников?

Ответ: Опасность реальная, если людям не платить денег, которых они заслуживают. Тогда реформа армии станет бессмысленной. После того как отменили бронь от армии, нам молодежь заманить нечем. Будто создавать оружие легче, чем из него стрелять. Оружие должны делать молодые люди, как Королев и Пилюгин.

Вопрос: Очень модная тема – сверхточное оружие. Война в Ираке показала его эффективность. У России имеется сверхточное оружие?

Ответ: Имеется. С точки зрения задач управления, тактическое оружие – это передний край науки. Наведение ракеты возможно с помощью космической системы, и у России уже есть свой ГЛОНАСС. В этом случае точность наведения ракеты составляет 10 метров. Еще выше точность, прямо в яблочко, при оптико-лазерной подсказке, что является технически самой простой задачей. Но где найти такого смертника? Возможно и тепловое наведение. Сейчас мы решаем задачу по переводу комплекса «Смерч», предназначенного для ковровой стрельбы по площадям по типу катюши, на высокоточную стрельбу, когда каждая из 12 ракет направляется к своей цели.

Недавно поступил заказ от крупного бизнесмена на разработку системы управления для гольфа. Мы уже создали модель имитатора с маленькой ракетной инерционной системой. Это задача элементарная.

2008.

Академик Михаил Давыдов, генеральный директор Российского онкологического научного центра, президент Российской академии медицинских наук «РАК» И «СМЕРТЬ» СЕГОДНЯ УЖЕ НЕ СИНОНИМЫ.

Вопрос: Российский онкологический научный центр имени Блохина, крупнейший в Европе и второй по величине в мире, посетила американская делегация во главе с министром здравоохранения США Томми Томпсоном и директором Национального противоракового института (NCI) Эндрю фон Эшенбахом. Это первый случай в истории нашей медицинской науки, когда российский центр, причем по собственной инициативе, посещает делегация столь высокого ранга. Сотрудничество с Америкой – заветная мечта всех российских научных центров. Но в данном случае сотрудничество предложено американцами, хотя по части финансирования NCI и РОНЦ несопоставимы.

Ответ: NCI имеет годовой государственный бюджет в 15 миллиардов долларов, наш центр, пусть он в три раза больше, – всего 800 миллионов рублей. Американцы – люди прагматичные. В результате расширившихся контактов они узнали о нашем уникальном опыте и предложили РОНЦ и Российскому научному центру «Курчатовский институт» создать совместный Альянс по онкологии, который предусматривает долгосрочную программу сотрудничества. Я утверждаю, что качество лечения в РОНЦ не имеет аналогов, по объему лечения и возможным направлениям мы в мире не уступаем никому Наше слабое место – сервис. Но в последнее время РОНЦ использовал западный опыт и преобразился – у нас появились минимаркет, магазины, кафе, аптеки, ухоженная территория. Программа российско-американской рабочей противораковой школы предполагает не только конференции и обсуждение лечебных технологий, но и совместные операции.

Кстати, к нам едут не только американцы. В октябре в РОНЦ состоится Первая российско-японская конференция по онкологии, на которую приедут пятнадцать ведущих японских профессоров. Помимо лекций, предусмотрены оперативные дни и совместные операции. Эта конференция стала возможной после того, как во время предыдущего визита в РОНЦ мы с президентом Всемирной ассоциации торакальных хирургов профессором Наруки провели совместную операцию.

Вопрос: И он тогда сказал: «Ты – действительно лучший хирург мира»…

Ответ: Вы же понимаете, в Японии даже хирурги отличаются чрезмерной по нашим понятиям вежливостью.

Вопрос: Хирурги обыкновенно свысока относятся к другим методам лечения. Отрезать – и все дела.

Ответ: Хирург и хирург-онколог – большая, как говорят в Одессе, разница. В некоторых разделах онкологии химиотерапия – основной метод лечения.

Вопрос: Какие направления российской онкологии наиболее интересны иностранцам?

Ответ: Они очень увлеклись российской школой онкохирургии, подходами к лечению рака легких, печени, почек, желудка, мочевого пузыря. И, конечно, исследованиями в области молекулярной биологии рака.

Вопрос: Традиционный вопрос онкологу: когда будет побежден рак?

Ответ: Проще всего ответить: никогда. Потому что это проблема не только медицинская, но и социальная. Важно подчеркнуть, что при раннем обнаружении рака его уже сейчас можно гарантированно вылечить. Прогресс в хирургических методах, в препаратах очень велик. «Рак» и «смерть» сегодня совсем не синонимы. Стопроцентное выявление – это стопроцентное выздоровление. Через мои руки прошли сотни тысяч больных, которые продолжают счастливо жить и размножаться. Люди живут по 10–15 лет, многие – по 20–25 лет. Без преувеличения, современная онкология – самая прогрессивная медицинская наука, которая интегрирует все ее достижения. Но из-за социальных проблем по смертности рак находится на втором месте после сердечно-сосудистых заболеваний. Мне больно, что кое-как существовавшая в нашей стране система медицинской профилактики разрушается. В итоге львиная доля пациентов поступает к нам на поздних стадиях, и мы и пытаемся качеством лечения преодолеть запущенность болезни.

Вопрос: Причина рака уже выявлена?

Ответ: Опухоль возникает из-за поломки генома под воздействием многих факторов – курение, загазованность, профессиональные риски, алкоголь, питание, нездоровый образ жизни. Эти факторы создают условия для мутации генов и трансформации клеток в опухоль. В отличие от тифа или оспы, причиной которых является конкретный возбудитель, рак – многофакторное заболевание. Человек жил мало – и онкологии не было. Раньше человек не доживал до своего рака. Продолжительность жизни повысилась – онкология стала важнейшей медицинской проблемой.

Вопрос: Часто говорят: вот Черчилль пил и курил, был толстым, а дожил до 90 лет.

Ответ: Он курил сигару и не затягивался, то есть обкуривал других. Многое зависит от индивидуальных особенностей иммунной системы. Проблемой номер один в онкологии является узнаваемость иммунной системой раковых клеток. Когда наука получит препарат, с помощью которого можно будет распознавать опухоль и включать механизмы реагирования, рак будет действительно побежден. Работа над такими препаратами быстро продвигается в ведущих научных центрах мира. Но придут другие проблемы. В Японии с очень высоким уровнем здравоохранения средняя продолжительность жизни поднялась до девяноста лет. И теперь врачи не знают, как бороться с деменцией, старческим слабоумием.

Что касается курения, это бич современной жизни, величайшее зло. Ежегодно в мире от рака легких умирает полтора миллиона человек. При курении двадцати сигарет в день риск заболеть раком легкого возрастает в двадцать раз.

Вопрос: А вы курите?

Ответ: Никогда не курил. Алкоголь хорошего качества и в умеренных дозах употребляю, без этого добиться релаксации в нашей профессии невозможно. Диету не соблюдаю, утром позавтракать не успеваю, вечером наедаюсь за весь день. И спортом не занимаюсь, а в молодости был мастером спорта по боксу.

Вопрос: И все же нигде так много не курят, как в Японии.

Ответ: Есть понятие эндемических заболеваний, то есть зависящих от местных условий. В Японии самая высокая статистика рака желудка. Интересно, что японцы, эмигрировавшие в США, в первом поколении сохраняют эту статистику, а во втором, даже если питаются в японских ресторанах, выходят на американскую статистику.

Вопрос: Как вы относитесь к теории академика Скулачева о «гене бессмертия», то есть о возможном блокировании механизма апоптоза, запрограммированной смерти состарившейся клетки?

Ответ: Апоптоз – лишь один из механизмов, влияющих на жизнь клетки. Работа Скулачева полезна, но, по моему мнению, мало что даст, поскольку в организме сотни генов, которые находятся в сложном взаимодействии при сочетании многих факторов.

Вопрос: Надо ли говорить больному об онкологическом диагнозе?

Ответ: Обязательно. В нашей стране раньше это было не принято. Чисто отечественная проблема, искаженный гуманизм. А за рубежом врач давно уже говорит больному о том, что его ждет. Человек имеет право подготовиться к смерти, спланировать последние и очень важные дела. Конечно, такие разговоры врач должен вести с максимальной деликатностью, но обходить тему нельзя.

Вопрос: А если онколог, такое может случиться, заболеет раком, как он лечиться станет?

Ответ: Онкологи тоже болеют раком. Предыдущий директор центра академик Трапезников умер от рака. Он прожил еще год после операции, которую делал я. Единственное отличие онколога от рядового пациента – он лучше знает диагноз и прогноз болезни. А поведение, как у каждого человека, зависит от характера.

Вопрос: Как вы относитесь к эвтаназии, которая разрешена в Голландии и в американском штате Орегон?

Ответ: Резко отрицательно. Суть профессии врача – продлить жизнь больного, а не облегчить смерть. Помню, два хороших врача-онколога, которые работали в нашем центре, заболели и попали в одну палату. Я боялся в эту палату заходить. Они знали свой диагноз и до последнего дня выдумывали друг для друга оптимальные схемы лечения. И умерли с разницей в неделю, но до конца оставались врачами.

Вопрос: Все без исключения российские научные центры жалуются на утечку умов, в том числе на Запад, на недостаток финансирования, в будущее смотрят безрадостно.

Ответ: Будущее центра видится мне туманным. Все зависит от того, как отнесется к российским врачам и ученым бюджет. Мы работаем в аварийных зданиях, коммуникации рушатся. Я дважды был у Касьянова, он обещал помочь, но правительство отправили в отставку. Новое правительство за старые обещания не отвечает. В США, кстати, директор Национального противоракового института каждый год отчитывается перед Конгрессом, а до нас никому дела нет. Американцы на нас больше внимания обращают, чем родная власть.

Вопрос: Стена у входа в центр облеплена объявлениями с обещаниями о неминуемом выздоровлении. Как вы относитесь к нетрадиционным методам в онкологии?

Ответ: Это химера. Не знаю ничего более безнравственного, чем нажива на жизни человека. Если бы такие методы помогали, онкологи давно бы их применяли. И нигде в мире не применяют. На поверку, а это предлагалось тысячи раз, не могут шарлатаны ни одного вылеченного больного показать. Важно понять, что лицо современной онкологии изменилось. Молекулярно-биологические критерии, анализ крови дают точный и быстрый диагноз, препараты за считаные часы меняют ход болезни. Знахари и колдуны просто вытягивают деньги у больных. Мы каждый день отлавливаем два десятка шарлатанов, но закона против них нет. Просто выставляем за ограду.

Вопрос: Вы давно проходили диспансеризацию?

Ответ: Я в этом вопросе фаталист.

2004.

Профессор Вячеслав Сафаров (Франция) РУССКИЕ УЧЕНЫЕ НА ЗАПАДЕ ХОТЯТ ОСТАТЬСЯ РУССКИМИ.

...

Почему иностранные футболисты едут в Россию, а ученые – не едут? Утечка умов из России остается болезненной проблемой уже два десятилетия. Утечка приобрела массовый характер из-за резкого сокращения финансирования науки в 1990-е годы, но стала возможной благодаря политическим реформам в России. Отъезд интеллектуальной элиты – проблема не только науки, но также политического и экономического будущего, образования, полноценного развития всего общества. Масштаб утечки умов на Запад оценивается в сто тысяч ученых. Но как живет научная диаспора, отрезала ли она себя от России или хочет участвовать в модернизации страны и пытается наладить связи с коллегами? В 2009 году делегация Ассоциации русскоговорящих ученых за рубежом (RASA) впервые посетила историческую родину. Президент RASA – профессор Вячеслав Сафаров (Франция).

Вопрос: Вячеслав Иванович, если перефразировать Толстого, у каждого оставшегося в России ученого похожая судьба, у каждого эмигранта – собственная. При каких обстоятельствах вы, лауреат Госпремии СССР и завлаб легендарного Физтеха имени Иоффе, оказались на Западе?

Ответ: На последнем курсе Ленинградского университета среди студентов бросили клич, вызванный распадом колониальной системы в Африке: кто хочет поехать на работу в Конго? Все захотели, и все объявили, что знают французский язык, хотя на физфаке его знал только один студент. Он за всех написал письменные переводы. А на устном экзамене надо было понравиться девочкам с филфака, и они ставили положительную оценку – «на вопросы реагирует». Потом в Конго убили Лумумбу, никто в Африку не поехал, но французский язык мне понравился, и я выучил его на курсах.

Язык пригодился через 15 лет на международном симпозиуме. Мой язык в дремучие советские времена очаровал французов, и они уговорили выпускника знаменитой Политехнической школы, министра финансов и будущего президента Жискар д\'Эстена упросить советское руководство дать мне командировку на полгода. Это была середина 1970-х, и то, что я вернулся домой, очень помогло карьере. Вступил в партию, стал завлабом, защитил докторскую диссертацию, получил Госпремию. 1970-е годы – лучшее время для нашей науки. Я встречаю ученых из России по всему миру, и мы говорим о том, что это было самое светлое время в жизни. Но счастье было недолгим. В начале 1990-х Россия вступила в череду переворотов, стало не до науки, и я уступил уговорам и остался в Политехнической школе в Париже.

В 1995 году меня пригласили стать профессором университета Экс-Марсель, потом избрали президентом департамента физики, что для эмигранта редкость, я стал завлабом физики твердого тела, создал крупнейший в регионе, на 140 человек, центр по нанотехнологиям. В 2008 году, когда была создана наша Ассоциация, меня выбрали ее президентом.

Вопрос: Зачем русским ученым объединяться? Не проще ли адаптироваться на Западе, когда отрезаешь связи с исторической родиной? Надо локтями работать, а ностальгия по березкам – только помеха.

Ответ: Мы хотим остаться русскими. Пусть мы уехали из России, но у нас общее мировоззрение, язык, общая научная культура и общий, не могу подобрать лучшего термина, бэкграунд. Многие русские ученые на Западе выдержали жесткую конкуренцию, но остались русскими людьми. Большинство ученых уехало в 1990-е годы, теперь мы встали на ноги. Россия нам небезразлична, и мы хотим ей помочь. Многие ученые создали процветающие хай-тековские компании, стали состоятельными людьми. Удивительно, что в России чтят всяких Абрамовичей, а этих имен не знают.

Мы не считаем, что из России уехали самые умные. Мы не умней ученых, которые остались в России. Но уехали самые активные – и это проблема для России. Мы можем помочь России в модернизации и становлении инновационной экономики. Возможностей много – от независимой экспертизы, обучения студентов и специалистов до совместных проектов. Но мы не переоцениваем себя. По-настоящему помочь России может только сама Россия. Лишь в том случае, если российское общество захочет построить современную экономику, участие научной диаспоры будет эффективным.

Вопрос: Один из членов RASA призывает к созданию World-wide Russian Brain Network, то есть всемирной русской интеллектуальной сети. Не напугает ли этот прожект западных политиков, не потеряете ли вы рабочие места, а вместе с этим и возможность помогать России?

Ответ: Такую возможность исключить нельзя, поскольку дураков везде хватает. Конечно, кооперацию с Россией мы будем осуществлять не в ущерб основной работе. Во многих аспектах она может оказаться взаимополезной. Кроме того, у ученого на Западе остается достаточно времени для самостоятельной работы, которую никто по закону не может регулировать. Впрочем, у китайской научной диаспоры возникают проблемы, упомянутые вами, но ее это не останавливает.

Вопрос: Распространено мнение, что Россия, став заложницей нефтяных и газовых богатств, в принципе не способна наладить современное высокотехнологическое производство и наука ей не слишком нужна.

Ответ: До 2000 года так и было, и поэтому я лично не особо интересовался российскими делами. А сейчас первые лица России впервые говорят нормальные, правильные вещи – для России это немало. Отношение к науке в России в последние годы очевидно изменилось. От многих ученых в России я слышу: зачем уезжать, ведь оборудование хорошее, зарплата выросла, студенты идут в науку. Отчасти поэтому научная диаспора хочет работать с Россией, хотя поначалу мы объединились просто для себя. Кроме того, в России появились вполне современные менеджеры. Наши контакты с Роснано и Миннауки вызывают оптимизм – минимум бюрократии, максимум четкости, чего о прежней системе сказать было нельзя и близко. Надеюсь, в области нанотехнологий нас ждут удачные совместные проекты – в RASA входит немало ученых с мировым именем и авторитетом.

Вопрос: Что самое сложное для русского профессора на Западе?

Ответ: Все совсем не так, как в России. Когда на Западе приглашают профессора, интересуются первым делом, сколько денег он принесет с собой. Профессор оценивается по тому, насколько востребованы его студенты. Знаю массу примеров, когда профессору приходилось сменить работу, поскольку его студенты не могли найти работу. Уровень университета напрямую зависит от зарплаты выпускников.

Вопрос: Есть мнение, что Запад целенаправленно выкачивает из России интеллектуальные ресурсы. Сначала забрали ваше поколение, которому сейчас 35–50 лет, теперь идет откачка молодежи.

Ответ: Категорически не согласен с тем, что идет охота за русскими мозгами. Утечка умов – проблема для всех стран, кроме США. Накоплен опыт, как смягчить вопрос и даже извлечь пользу из утечки. В Европе госпрограммы направлены на привлечение ученых со всего мира, Россия – в общем ряду. Поощряется мобильность ученых. Во многих странах ученого не берут на работу там, где он писал диссертацию. Мне кажется сомнительной российская практика базовых кафедр, где ученые клонируют самих себя из студентов.

Помимо сложностей с финансированием науки, есть еще три причины утечки умов из России. Во-первых, это эффект котла, который слишком долго был наглухо закрыт крышкой. Во-вторых, в стране реально имеется перепроизводство научных кадров. И в-третьих, в условиях мировой глобализации ученый неизбежно превращается в продукт и за него начинается конкурентная борьба.

Почему в Россию не едут ученые из других стран? Может, России пока это не нужно? Футболисты едут, ученые – не едут, потому что спорт для России важнее науки. Ученые старшего поколения, которые хотели уехать, уже уехали, теперь едет молодежь. Ничего страшного! Пусть кандидат наук наберется кругозора, но через пару лет ему надо предложить в России лабораторию – каждый вернется домой. Но я не вижу в России объявлений: «Требуется профессор с опытом зарубежной работы и знанием русского языка». Это лучший метод борьбы с утечкой умов и путь для возвращения в Россию научной диаспоры. Не надо вздыхать о потерянных мозгах – необходимо создавать условия для притока еще лучших мозгов.

2009.

Академик Владимир Скулачев ЧЕЛОВЕК МОЖЕТ ЖИТЬ ДО МАФУСАИЛОВЫХ ЛЕТ.

...

Какая инновация любому человеку важнее всего? С самых древних времен человек пытался преодолеть быстротечность жизни и за возможность продления молодости был готов отдать любые сокровища. Подобными историями полон фольклор всех народов мира. Несколько веков алхимики безуспешно искали эликсир молодости и живую воду. Знаменитые авантюристы граф Калиостро и граф Сен-Жермен продавали склянки с чудесным зельем легковерным аристократам. Но и сегодня науку уже на принципиально другом витке развития интересует, нельзя ли замедлить процесс старения, и если не удастся жить вечно, то нельзя ли подольше оставаться молодым? Казалось бы, бесповоротно разоблаченная идея бессмертия благодаря достижениям генетики вновь обрела сторонников на научном Олимпе. Один из путей – поиск генов, ответственных за старение организма. Другой путь лежит через расшифровку тайн митохондрий, которые служат электростанцией клетки. Российские ученые гораздо ближе к ответу не только, чем средневековые алхимики, но и коллеги из западных лабораторий. О самых сокровенных вопросах, о жизни и смерти, рассказывает декан факультета биоинженерии и биоинформатики МГУ академик Владимир Скулачев.

Вопрос: В 2002 году Нобелевскую премию получили молекулярные биологи Бреннер, Хорвиц и Салстон, которые исследовали механизмы добровольной клеточной смерти. Эти механизмы включаются при СПИДе, инсульте, инфаркте миокарда, их исследование важно для борьбы с онкологическими заболеваниями. Но работы велись с круглыми червями нематодами. Теперь ясно, что толкает червей на харакири. Но к человеку черви какое отношение имеют?

Ответ: Удалось выяснить, в каких генах круглых червей закодирован их добровольный уход из жизни, когда организм изнашивается. Но если выключить гены, которые толкают нематоду на самоубийство, продолжительность жизни червяка увеличивается в семь раз. Подобные гены найдены и у человека. Если бы не эти гены, у человеческого эмбриона в чреве матери не пропадали бы плавники между пальцами, не отмирали бы жабры, не рассасывался хвост.

В нашем инвестиционном проекте участвует 18 научных организаций из многих стран. Наука уже не подвергает сомнению тот факт, что в клетках имеются гены, которые включают механизм запрограммированной смерти в тот момент, когда организм изнашивается и становится обузой для общего блага. Изношенные индивиды для популяции вредны, об этом писал еще классик генетики Вейсман. С другой стороны, некоторые моллюски, рыбы, черепахи, крупные птицы растут и размножаются до самой смерти, а потом неожиданно уходят из жизни. То есть старости у них нет. Создается впечатление, что старость – это процесс, созданный организмами, не удовлетворенными условиями существования. Процессы старения включаются в тот момент, когда организм прекращает рост. При высоком уровне комфорта можно отказаться от старения по примеру гигантских черепах и альбатросов, которые растут и размножаются до самой смерти.

С биохимической точки зрения процесс старения связан с тем, что внутрь клетки начинает поступать слишком много ядовитых соединений кислорода. Животворящий кислород, который снабжает энергией клеточные митохондрии, в определенный момент оказывается самурайским мечом. Поскольку проводить генетические манипуляции с расшифрованным геном смерти кажется рискованным, мы решили бороться с ядовитыми радикалами кислорода и с этого бока разрушить механизм запрограммированной старости и смерти. В США предложен термин «Скулачев-ионы», которые лежат в основе нашего вещества, защищающего липиды митохондрий. Традиционная медицина, даже не зная этих тонких механизмов, уже давно советует пожилым людям принимать витамин Е и аскорбиновую кислоту, которые связывают ядовитый кислород.

Вопрос: Первые опыты вы ставили на мышах. Хорошо, что продление жизни началось с млекопитающих, пусть даже мышей, а не с мух, иначе неприятно было бы. Но все-таки, когда вы перейдете на приматов и на человека?

Ответ: Недавно нам удалось получить вещество, которое мы выдумали из головы. Вот результат: за три месяца с помощью нашего препарата из тринадцати ослепших от старости собак мы вылечили девять, из четырех слепых кошек – трех, прозрели также все шесть слепых кроликов и старый абсолютно слепой мерин. Животные, от которых уже отказались ветеринары, страдали дистрофией сетчатки, катарактой. В опытах над сотнями мышей и крыс достигнут успех в лечении двенадцати различных старческих заболеваний. Мыши, которых считали неизлечимо больными, живут дольше двух лет. Это не выдумки, поскольку исследования проводятся на базе Московской ветеринарной академии.

Опыты над приматами и клинические испытания в больницах впереди, в проект включились институты РАМН. Пока поставлены опыты над раковыми клетками шейки матки. Удалось практически полностью остановить процесс их умирания. На уровень приматов мы еще не вышли. Хотя нам удается вылечить от старческой слепоты домашних животных, это не означает, что удалось создать таблетку от старения. Все-таки глаз приматов и человека устроен совсем по-разному.

Вопрос: Ваши оппоненты высказываются в том смысле, что соблазн бессмертия проживет значительно дольше, чем его сторонники, а всех, кто работал над этой проблемой, объединяет одно: они мертвы, а результата нет.

Ответ: Самое главное, что мы начали атаку на старение. Может быть, разобьем нос, но атаку не остановим. Цель – вовсе не продлить старость, а остановить старение и вернуть молодость. Нет, я не уверен, что прав. Это одна из точек зрения, но нелепо было бы не использовать шанс найти истину.

В детстве моим любимым героем был доктор Айболит. И вот, когда я дожил до седых волос, я стал Айболитом, хотя никогда в жизни этим не занимался.

Я считаю, что старость – это болезнь, ее нужно лечить, как инфаркт и рак. Если я вылечу человека от старости, то я вылечу его и от рака с инфарктом – чаще всего старческих болезней. Я не говорю о бессмертии, несчастные случаи и катастрофы не в моей компетенции. Но увеличить продолжительность жизни в десять раз и при этом сохранить ее высокое качество я считаю возможным.

2006.

Академик Валерий Тишков, директор Института этнологии и антропологии РАН «МАКДОНАЛДС» И ДЖИНСЫ ПРОТИВ КУЛЬТУРЫ.

Вопрос: Валерий Александрович, весь мир говорит о глобализации. Это объективный вектор. Культура «Макдоналдсов» проникла во все страны, повсюду смотрят голливудское кино, живут Интернетом. Не снижается ли ценность этнографической науки? Может быть, народы ассимилируют, все движется к единому протонароду, как было, если верить Библии, при создании мира?

Ответ: Вектор к нивелированию материальной и технологической культуры оспаривать бессмысленно. На Таити увидишь джинсы, майки, кока-колу. Но говорить о едином культурном стандарте не станет ни один серьезный ученый: этнографическое своеобразие находит более яркое выражение в духовной культуре, в ментальности. Рок-музыка, кино, литература развивают этот колорит. Разве пользующиеся огромной популярностью фильмы Кустурицы не служат тому доказательством? У нас на телевидении в прайм-тайм идут отечественные сериалы, их качество – другой вопрос. Как не может быть поля, на котором растут цветы одного цвета, так не может быть единой на весь мир культуры. Этнографическая энтропия – это смерть.

Вопрос: Образ красивый. Но с точки зрения науки чем это грозит цивилизации? Макар Нагульнов говорил, что в будущем все люди от смешения черных и белых станут желтенькими и будут говорить на одном языке…

Ответ: Это противоречит всеобщему закону эволюции, который говорит о необходимости многообразия видов. Закон справедлив и в социальной сфере. Народы живут в разной среде, ведут разное хозяйство, у них разные биологические адаптационные механизмы, разные политические и культурно-информационные системы. Сейчас бурно развивается китайский и русский Интернет, откуда вытесняется доминировавший на первых порах в Сети английский язык. Природа даже в виртуальном мире быстро восстановила стабильный баланс.

Вопрос: Перед вами на столе две отмеченные Госпремией увесистые энциклопедии – «Народы и религии мира» и «Народы России». Сколько же народов насчитывается в мире?

Ответ: Смотря как считать. Мокши и эрьзя – субэтносы народа мордва или два отдельных народа? Принадлежность к народу – во многом ситуативная и политическая проблема. Один человек где-то может быть евреем, где-то – русским. В древние времена, как, например, во Франции, правитель, который объединял разные этногруппы, объявлял свой язык государственным, остальные – диалектами. Сейчас в мире насчитывается 4–5 тысяч языков.

И сегодня являются ли народом, к примеру, кубачинцы, которые, согласно решению Госсовета Дагестана, причислены к даргинцам? В энциклопедии есть статья о кубачинцах. Как и о кряшенах, группе крещеных татар, которых по переписи 1897 года было 110 тысяч, а в советских переписях не было вовсе. Сейчас кряшены имеют национально-культурную автономию и заявили о желании значиться отдельным народом в предстоящей Всероссийской переписи.

По классическому определению, народом считается общность людей с самоназванием, своим языком, отличиями материальной и духовной культуры, которая осознает себя как отдельная группа. В энциклопедии 1 250 статей от африканского народа аанта численностью 40 тысяч человек до африканского же народа яунде в 100 тысяч. Российская энциклопедия начинается кавказским народом абазины в 33 тысячи и кончается якутами в 380 тысяч.

Вопрос: Напряженность между различными конфессиями возрастает. При работе над разделом о религиях мира вам пришлось заручиться поддержкой Русской православной церкви?

Ответ: Российская академия наук своих трудов ни у кого не визирует. Хотя в нашем коллективе работал сотрудник епархии и одновременно аспирант нашего института. При обилии справочников, которые выпускаются в последнее время, наш труд рассматривает все религии мира со спокойных позиций светской науки. Мы рассказываем о религиозной доктрине, истории возникновения культа, обрядовой стороне, организации, географии распространения. В энциклопедии 480 статей начиная с адвенитизма и кончая эфиопами-католиками.

Вопрос: Остались ли в мире еще такие народы, у которых нет религии?

Ответ: Не каждый культ можно назвать религией – для этого необходимы оформленная доктрина, ритуал богослужения и система профессиональных служителей. Язычников осталось очень мало – российский Север, Латинская Америка, Карибский бассейн с культом вуду. Даже склонные с шаманизму племена охвачены миссионерами крупных религий, что дает в результате экзотический синкретизм.

Вопрос: В нашем обществе назвать себя атеистом просто неприлично. А в мире какая динамика с количеством верующих?

Ответ: В Европе, за исключением Италии и Испании, общество стало атеистичным, верующих не больше 2–4 процентов. После падения тоталитарных режимов в СССР и Китае, которые боролись с церковью, в этих странах популярность религии возрастает, но все равно в массе наше общество остается глубоко атеистичным.

Вопрос: Ваш труд, не говоря о специалистах, интересен каждому любознательному читателю. А для дела он может пригодиться?

Ответ: В каждом посольстве США есть советник по этнографическим вопросам. В каждой крупной компании учитываются этнографические особенности нового рынка. Мировой банк требует от каждого проекта сохранения культурной среды. Поэтому наш научный труд, убежден, окажется очень важным для российских бизнесменов и дипломатов.

2008.

Член-корреспондент РАН Феликс Кузнецов, первый секретарь исполкома Международного сообщества писательских союзов ПОП-КУЛЬТУРА БЬЕТ ПО ДУШЕ НАРОДА.

...

Большой зал Центрального дома литераторов уже лет двадцать не был заполнен до отказа. Впервые за долгое время аншлаг собрал Международный конгресс писателей русского зарубежья «Русское слово – связующая нить времен», на который приехали издатели, литераторы, переводчики, слависты из восемнадцати стран, в том числе из Америки и Германии, Франции и Швеции, Прибалтики и стран бывшего соцлагеря. О проблемах, которые беспокоят писателей, работающих с русским языком, размышляет член-корреспондент РАН Феликс Кузнецов.

Вопрос: Феликс Феодосьевич, ваш конгресс проведен в рамках Года русского языка, учрежденного президентом РФ. Помимо этого, президент выступил инициатором Форума творческой и научной интеллигенции стран СНГ. Только что закончившийся в Астане второй Форум призвал объявить 2008 год годом литературы. Чем вызваны эти решения и мероприятия?

Ответ: Указ президента был знаковым событием и говорил о том, что государство задумалось о взаимоотношениях с культурой и начинает формировать стратегию ее развития. В 1990-е годы государство, которое в экономике ориентировалось на монетаристские концепции, считая, что рынок сам все расставит по местам, заняло позицию невмешательства и в делах культуры и литературы. В итоге культура оказалась брошенной в рынок. А на рынке властвует глобализм в американском варианте, который несет миру так называемую поп-культуру. Подлинное искусство без государственной поддержки нигде в мире не может противостоять рынку с мутными потоками пошлости и откровенной грязи, эстетизации насилия и животной стороны человеческих взаимоотношений. Опасность глобализма – в нивелировке самобытных культур народов, в бездуховном аморализме и дегуманизации человеческой жизни, торжестве вседозволенности, от которой предостерегал Достоевский.

Вопрос: Разве в американской культуре нет многих высоких образцов? И почему на рынке поп-культура живучее, чем высокая культура?

Ответ: Америка подарила миру высочайшие творения культуры, но не они правят бал. Поп-культура предлагает перевернутую систему ценностей, когда «верх» замещается «низом». А природа человека несовершенна – и часто человек, предоставленный сам себе, выбирает легкий путь и спускается вниз. Эта система может процветать в условиях рынка и сама воздействует на рынок. Но государство не может быть лишь меценатом – государство должно инвестировать средства в культуру. Но пока бюджет отпускает на культуру в процентном отношении значительно меньше, чем в развитых странах. Поэтому мы не можем не приветствовать то, что государство наконец-то восстановило государственный статус знаменитого, но очень долго влачившего жалкое существование издательства «Художественная литература». Подобное решение готовится и в отношении «Детской литературы».

Вопрос: Как только государство станет хозяином, сразу появится цензура.

Ответ: Любой отбор можно назвать цензурой. Разве рынок отменяет отбор? На Западе детские издания проходят достаточно жесткую цензуру.

Вопрос: В нашей стране цензура чаще всего политическая…

Ответ: Писатели возражают против государственной политической цензуры. Речь о другом – о государственной поддержке истинной культуры. Именно Россия на рубеже веков оказалась наиболее незащищенной от разрушительных ветров аморализма. Русская национальная культура с ее духовно-нравственными традициями в силу исторических условий лишена в этом отношении иммунитета. Государство самоустранилось, а телевидение, главный проводник культуры в обществе, полностью превратилось в бизнес, а книга – в товар. Но ведь жизнь, как и литература, культура, неизмеримо выше денег, они не подчинены одним лишь законам рынка. Отдать литературу и искусство, как и всю нашу жизнь, во власть рынка – значит обречь страну и ее национальную культуру на деградацию, а собственный народ – на вырождение. Незадолго перед смертью Расул Гамзатов сказал Путину: «Раньше церковь была отделена от государства, а сейчас государство отделило от себя литературу. И это неправильно!» Президент согласился с этой оценкой.

Вопрос: Эти проблемы волнуют не только литераторов. Совсем недавно Общественная палата обсуждала вопрос о культуре и будущем России. Остро критиковалась сформировавшаяся система представлений о культуре как о способе развлечения людей, уставших от более серьезных занятий.

Ответ: Да, и из этой идеи происходит постоянно критикуемый, но неизменно побеждающий остаточный принцип финансирования культуры в государственном бюджете. Наш конгресс единодушно поддержал то, что государство возвращается в культуру, начинает формировать политику в этой области. Такого единодушия я не видел ни на одном писательском собрании, где обычно разделялись на западников и славянофилов, «правых» и «левых», «городских» и «деревенщиков».

Вопрос: Год русского языка заканчивается. Нет ли опасности, что на следующий год этой проблеме будет меньше внимания?

Ответ: Уверен, такого не произойдет. Курс взят надолго. Создан серьезный фонд «Русский мир» во главе с Вячеславом Никоновым, а также Международный гуманитарный фонд для поддержки проектов в России и СНГ. Наше Международное сообщество писательских союзов (бывший Союз писателей СССР) в этом фонде получило поддержку для создания фундаментальной электронной библиотеки «Этнос и литература Евразии». Кроме того, мы решили создать Библиотеку народов СНГ, начинающуюся с двуязычной российско-белорусской библиотеки в пятидесяти томах. Конгресс обратился к правительству с предложением учредить ежегодный День русского языка, приурочив его к дню рождения Пушкина. Предложено совместно с правительством Москвы, которое финансировало наш конгресс, учредить фонд писателей Русского зарубежья и литературную премию «Евразия», а также поддержать журнал «Дом Ростовых».

Вопрос: Недавно вы стали научным редактором первого факсимильного издания романа Шолохова «Тихий Дон». Это огромная научная работа, но поставит ли она точку в самом горячем литературном споре XX столетия об авторстве «Тихого Дона»? Главным аргументом противников авторства Шолохова является его непростительная молодость, которая не могла позволить создать произведение космического видения трагических событий на Дону.

Ответ: После публикации факсимильного издания никаких научных аргументов в дискуссии не осталось. Спор будет продолжаться, но только на маргинальном уровне. Для противников авторства Шолохова это уже не категория знания, а вопрос веры. Можно назвать целый ряд имен, начиная с Лермонтова, кто в столь же юном возрасте создал великие произведения.

Вопрос: Речи Шолохова на съездах писателей отличаются суконным, безжизненным языком. Это не язык «Тихого Дона».

Ответ: У Шолохова была фантасмагорическая гибкость языка. «Тихий Дон» отличается несколькими стилевыми потоками. Шолохов обладал способностью говорить, как «положено», как требует ситуация.

Вопрос: Споры вокруг романа переместились к фильму Федора Бондарчука «Тихий Дон». Ваше отношение к сериалу?

Ответ: Когда читаешь «Тихий Дон», комок к горлу подкатывает, это великая и живая книга. Когда смотришь старый фильм Герасимова, такое же ощущение. Фильм Бондарчука мертвый, и актеры по-мертвому играют. Шолохов просил Бондарчука сделать этот фильм, но в стране денег не было, а иностранцы поставили условие взять их актеров. С ними ничего получиться не могло. В фильме масса ляпов. Казаки хотели пикет у Останкино провести, их с трудом отговорили. Лучше бы этот фильм выкупили и вообще не показывали.

2008.

Академик Анатолий Черепащук БОГ МОЖЕТ РАССМАТРИВАТЬСЯ КАК СКАЛЯРНОЕ ПОЛЕ.

...

Большинство величайших гениев науки совершали свои открытия в области астрономии – Птолемей, Коперник, Галилей, Кеплер, Ньютон, Эйнштейн. В последние десятилетия половина всех Нобелевских премий по физике присуждается за открытия, которые так или иначе связаны с астрономией. В десятке крупнейших достижений в области физики за 2003 год семь открытий относятся к астрономии. Между тем из всех областей знания трудно найти область, которая была бы так далека от повседневных мирских забот. С чем же связано исключительное положение астрономии в современном мире? Об этом размышляет вицепрезидент Европейского астрономического общества, директор Астрономического института имени Штернберга академик Анатолий Черепащук.

Вопрос: Анатолий Михайлович, астроном – очень редкая профессия. Редкий человек в жизни встречал астронома. Наверняка огранщиков бриллиантов больше. Сколько в нашей стране и в мире астрономов?

Ответ: В России не больше тысячи астрономов, активно работает человек сто. В мире нас не наберется и 100 тысяч, но лишь 10 тысяч вносят заметный вклад. На всех конгрессах 60–70 процентов астрономов представляют США. В Америке астрономия щедро финансируется не только бюджетом, но и частными компаниями, которые понимают, что это лучший полигон для оттачивания высоких технологий. Знаменитые оптические телескопы на Гавайях, к примеру, построены полностью на частные средства, хотя ни о каком доходе от них речи быть не может. Орбитальные телескопы «Хаббл» и «Чандра» – чудо техники.

Вопрос: Говорят, что русский ум склонен к математике. Крупных физиков у нас больше, чем химиков. А к астрономии русский ум склонен?

Ответ: Астрономия – странная наука. Настоящий астроном – человек широкого кругозора. Чтобы работать астрономом, надо знать физику, химию, биологию, не говоря об обязательной математике. Русские ученые сделали в астрономии важнейшие фундаментальные открытия. Георгий Гамов предсказал расширение Вселенной. Александр Фридман создал теорию нестационарной Вселенной, хотя Эйнштейн доказывал, что она стационарна. Зельдович предвидел аккрецию, то есть выпадение вещества на черные дыры. Шкловский предсказал радиолинии нейтрального водорода. Синхротронное излучение было описано Гинзбургом. Но экспериментальная проверка этих теоретических работ выполнена американцами, за что они получали Нобелевские премии. У нас никогда не было такого оборудования, таких телескопов, как в США.

Вопрос: Упомянутый вами Иосиф Шкловский писал, что в 1980-х годах астрономия закончилась, все открытия уже сделаны. Но сегодня астрономия регулярно снабжает сенсациями первые газетные полосы.

Ответ: До запуска в космос первых спутников астрономия была чисто описательной наукой, сродни ботанике. А в 1960-х годах, когда на орбиту стали поднимать телескопы, произошел невиданный астрономический бум. 1962 год – открытие первого рентгеновского источника, нейтронной звезды. 1963 год – открытие квазаров, мощных внегалактических источников электромагнитного излучения. 1965 год – реликтовое излучение Вселенной. 1967 год – пульсары. 1969 год – космические мазеры. Это был золотой век, который называли третьей астрономической революцией. Потом темп замедлился – и Шкловский, большой любитель парадоксов, написал, что в астрономии нечего больше обсуждать, революции конец. Но в 1997 году начался новый всплеск революционных открытий в астрономии – она стала звездой на научном небосклоне.

Вопрос: Что же произошло в 1997 году? У нас внизу все было тихо. Президентские выборы прошли, про дефолт не догадывались.

Ответ: В 1997 году стало ясно, что Вселенная расширяется с ускорением. 15 миллиардов лет назад вся Вселенная была заключена в объеме радиусом 10 33, что неизмеримо меньше радиуса протона 1013. И в этом объеме уже была заложена вся информация о будущем Вселенной, хотя законов сохранения не было, так как события происходили на квантовом уровне. Произошел Большой взрыв. Большинство ученых считает, что с этого момента Вселенная только расширяется и никогда не сжималась, никаких пульсаций не было. Это странно: силы гравитации должны замедлять расширение на больших расстояниях. Понять парадокс можно только в том случае, если существует антигравитация с отрицательным давлением. Над этим мучился еще великий Эйнштейн.

И вот теперь ясно, что Вселенная на 70 процентов состоит из вещества с положительной плотностью энергии и отрицательным давлением. Это вещество называют «темной энергией». На 25 процентов Вселенная – частицы неизвестной природы, которые еще не открыты, но ясно, что они тяжелее протонов и не достигают скорости света. Лишь 3–5 процентов Вселенной – привычная нам материя из барионов (протоны, нейтроны, электроны). Но на Земле барионы составляют большую плотность, поэтому мы можем черпать из них энергию. А рассеянная энергия вакуума Вселенной, которая несопоставимо больше, нам недоступна.

Вопрос: Говорят, что Большой взрыв и Бог – это, по существу, одно и то же…

Ответ: Вопрос аксиоматики. Для физиков в качестве Бога может рассматриваться скалярное поле, которое еще не открыто, но существование которого следует из теории.

Вопрос: Вы являетесь одним из признанных мировых авторитетов в области черных дыр. Небесных объектов много, но почему черным дырам внимание, какое в литературе не снилось Шекспиру и Пушкину?

Ответ: Черные дыры были предсказаны немецким физиком Шварцшильдом в 1916 году незадолго до того, как он погиб на Первой мировой войне. Это символично. Черная дыра – объект невероятной плотности, который засасывает внутрь любые другие оказавшиеся поблизости объекты, в том числе свет, из-за чего черная дыра в принципе невидима. Ее размер равен радиусу протона, а масса превышает три массы Солнца. У черной дыры нет поверхности, но есть горизонт событий. Космический корабль, достигший черной дыры, замедляется и, по нашим впечатлениям, застывает в пространстве. На самом деле он рухнул в черную дыру и начал путешествие по другим Вселенным, где нет пространства, а есть только время.

Существование черных дыр – самый драматичный спор в науке. Потому что это ключ к общей теории относительности Эйнштейна. Парадокс в том, что Эйнштейн не верил в черные дыры, которые только и могут спасти его теорию. Половина физиков не верит в черные дыры, утверждая, что из реального вещества такие объекты построить нельзя. Уже открыто 300 черных дыр, но споры продолжаются. Потому что остается вероятность того, что будут открыты объекты такой же массы, как черные дыры, но с границей поверхности и магнитным полем. Если такое открытие состоится, астрономам останется только застрелиться. Утешают последние результаты космических телескопов. Как говорит академик Гинзбург, новые данные укрепляют нашу веру в существование черных дыр.

Если черные дыры существуют, то становятся возможными путешествия на машине времени, для чего потребуется открыть дверцу в туннель и начать по нему движение в любую сторону – вперед и назад. Тело при этом не будет разорвано и сможет вернуться назад. О таких «кротовых норах» писал еще Эйнштейн…

Вопрос: Скажите, астрономы – люди, совсем оторванные от реальной жизни?

Ответ: Ну нет, не совсем. Математики еще более оторваны. Но вот что астрономы любят, так это писать стихи и музыку. Астрономы – последние романтики на Земле.

2007.

Академик Роальд Сагдеев ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ ПРОИГРАЛА ТРОЕЧНИКАМ. РОССИЯ НЕ ВО МГЛЕ. РОССИЯ В ТУМАНЕ.

...

Роальд Сагдеев был избран в Академию наук еще в 1968 году в возрасте тридцати пяти лет, он самый молодой, вместе с Андреем Сахаровым, академик за всю историю российской науки. Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственной премий Роальд Сагдеев руководил советскими космическими исследованиями, был советником Горбачева на переговорах с Рейганом по разоружению. В Академии наук на выборах Первого съезда народных депутатов занял второе после академика Сахарова место, был активным членом Межрегиональной группы, которую возглавлял Ельцин. В 1990 году женился на внучке американского президента Дуайта Эйзенхауэра и с тех пор работает в Мэрилендском университете, но ведет активное сотрудничество с российскими учеными.

Вопрос: Роальд Зиннурович, чем вы занимаетесь в Америке?

Ответ: Преподаю в Мэрилендском университете около Вашингтона. Раз в три года профессорам полагается менять курс. Начал с теории плазмы, читал введение в физику для студентов младших курсов нефизических специальностей, вел семинар для отличников «Наука и общество». В новом семестре буду читать физику телекоммуникаций для широкой аудитории. Сейчас во время занятий не испытываю трудностей с языком. Хотя в зрелом возрасте свободно освоить второй язык тяжело. Еще тяжелее подготовить статью для печати. Недавно во время радиодискуссии на тему о «грязной» бомбе, которую может изготовить бен Ладен, чтобы разбрасывать над городами радиоактивные изотопы и прочие отравляющие вещества, испытал чувство неудовлетворенности оттого, что не могу, как хотелось бы, выразить свои мысли.

Вопрос: В советские времена у вас был очень высокий социальный статус. Не чувствуете ли вы в Америке отчужденности?

Ответ: Я член нескольких американских академий. У меня повсюду множество знакомых, могу позвонить советнику президента США по науке. И с предыдущим советником был знаком. Единственное, чего не хватает, – крупных проектов, которые были в СССР. Сейчас участвую в эксперименте по поиску антивещества, который на международной космической станции собирается поставить нобелевский лауреат Сэм Тинг. Чем-то напоминает эксперимент, который мы ставили на нашей «Веге». Выступаю в качестве связующего звена между Европой и Америкой. В моем возрасте уже трудно браться за крупное дело. Это для молодых. Я – советник.

Вопрос: С российской наукой вы сохранили связь?

Ответ: Ко мне регулярно приезжают коллеги из Института космических исследований. Недавно мы закончили разработку плазменного двигателя, который можно использовать для маневров в ходе марсианской экспедиции. Опубликовали статью, выступили на конференции. Но в России этот проект никому не нужен, а в США он один из многих. Еще подумываю над тем, чтобы написать книгу о русских, которые жили в США и внесли вклад в цивилизацию, – Рахманинов, Сикорский, Тимошенко, Стравинский… Опубликовал в журнале статью о станции «Мир». Последняя идея – создать в Академии наук отделение для наших ученых, работающих за рубежом. Регулярно бываю в России – на научных конференциях и Общих собраниях Академии наук. Связь с родиной не потеряна, она очень важна для меня.

Вопрос: В нашей стране вы не ограничивались наукой – были активным членом Межрегиональной группы, на первых выборах народных депутатов в Академии наук по числу «черных» шаров заняли второе после Сахарова место.

Ответ: Задолго до 11 сентября мы с женой написали книгу «Возрождение ислама» об опасности радикального ислама. Изъездили много стран, было очень интересно брать интервью у мусульманских священнослужителей. Сейчас вместе собираем материал о сотрудничестве наших стран в космосе, это большое политическое дело. Но занятия непосредственно политикой, о чем вы спрашиваете, чужды ученому.

Вопрос: Почему? Еще недавно у нас в Думе и в правительстве было много ученых, даже академиков…

Ответ: Но уже тогда я считал, что это временное явление. Интеллигенция обречена на то, чтобы стать в политике невостребованной, как бы она ни стремилась к иному. Бытие определяет сознание. В реальной рыночной экономике политикой заправляют бизнесмены. Часто думаю: если бы сейчас был жив Андрей Дмитриевич Сахаров, какое место он занимал бы в политике? Горько, но вряд ли он сохранил бы влияние. Интеллигенция оказалась никому не нужна уже во времена Черномырдина, который сформировал правительство троечников. В США ученые тоже не имеют политического веса. Эпоха Джефферсона ушла в прошлое. Джордж Буш, выступая перед выпускниками Йельского университета, сказал, имея в виду себя, что президентом может стать даже троечник. История много раз доказывала: интеллигенция проигрывает троечникам.

Россия не во мгле. Россия в тумане. Можно ли представить ситуацию, когда губернатор Аляски руководит своим штатом, ведя роскошную жизнь в Париже? Когда Россию топчут на всяких международных форумах, мне становится обидно, начинаю ее защищать, а потом думаю: елки-палки, может, доля правды в критике есть? Насколько проще было при Ельцине! Все, что он говорил на танке, было справедливо. Слез с танка – все начал делать не так. А сейчас – все слишком сложно. Наступил период охраны и консервации того, что было награблено в прежний период. О будущем говорить сложно. Россия в тумане, и неясно, когда он рассеется.

Вопрос: Как вы, демократ со стажем и добровольный эмигрант, оцениваете нынешнюю политическую ситуацию в России?

Ответ: Еще недавно я был в глубочайшем пессимизме. Закат эпохи Ельцина, его фигура, его окружение… Мне рассказывали, как экс-президент Никсон после встречи с Козыревым, который сообщил, что у новой России нет национальных интересов, только общечеловеческие ценности, долго отплевывался: «Я, как сукин сын, защищал национальные интересы, Киссинджер был еще больший сукин сын, а этому молодому человеку надо работать в филантропической организации». При Путине, мне кажется, появился прагматизм по защите национальных интересов в экономике, в политике, в поддержке науки. Что касается преследований оппонентов, то не могу я поддерживать дело, созданное Березовским, пусть он мой коллега по Академии наук. В Америке такие политики в принципе невозможны. Для многих потенциальных инвесторов он служит олицетворением русского бизнесмена, с которым нельзя заводить серьезное общее дело.

Вопрос: Выборы в Академию наук приводят к печальному выводу: храм науки все дальше отходит от интересов собственно науки, но самозабвенно распределяет титулы, облегчающие доступ к власти и материальным завоеваниям. В чем главная червоточина Академии?

Ответ: Споры о том, чем является Академия – министерством науки или монастырем, где вершатся великие помыслы, ведутся давно. Академия мечется между двумя крайностями. Бюрократизация научного сообщества началась во времена Хрущева, когда появилось много новых институтов. В последние годы советской власти было принято решение, что государственные и партийные чиновники не могут претендовать на академические титулы. Но сейчас этот процесс достиг пика. Если РАН и можно назвать монастырем, то очень богатым, индустриальным, нигде в мире такой зажиточной академии нет.

Вопрос: И устав в этом монастыре странный, такого тоже в мире не сыщешь.

Ответ: В Национальной академии наук США, в Академии наук и искусств, в Обществе Макса Планка, в Королевском обществе выборы не трехступенчатые, как в РАН (секция, отделение, общее собрание), а одноступенчатые. Кандидатуру открыто обсуждают в научной переписке, все мнения известны, дискуссия идет два-три года. У нас дискуссия отсутствует вовсе, список становится известен за месяц до голосования, и судьбу кандидатов решают интриги, сепаратные соглашения. Американские и европейские академики – профессора университетов, заведующие лабораториями. Представить, что в Европе или в Америке в академию стучится чиновник или депутат, невозможно.

Кроме того, для оздоровления атмосферы было бы полезно, если бы президент РАН, вице-президенты и академики-секретари на время исполнения своих обязанностей оставляли бы директорские кресла в своих институтах. Иначе распределение денежных потоков и научных приоритетов оказывается несправедливым. Можно ли представить, что министр продолжает руководить предприятием? Абсурд. Но все руководители Академии остаются директорами институтов. Кроме того, было бы полезно отменить двухступенчатую систему академиков и членов-корреспондентов, которая себя изжила и не отвечает мировой практике.

Вопрос: На выборах в Академию не проходят молодые и амбициозные ученые, которые руководят институтами, считающимися в нашей науке самыми успешными. Зато старики легко становятся академиками.

Ответ: Ничего удивительного. Если в Академию попадает сильный человек, это всеобщая угроза при распределении финансовых потоков. Один из руководителей Академии сказал мне, что некоего сильного и молодого ученого ни за что не выберут, потому что он слишком много и убедительно говорит о важности своего направления. Серый и престарелый академик всем удобен. Великий Зельдович, которого долго не допускали в академики, хотя он был трижды Героем Социалистического Труда, сказал: «В действительные члены выбирают тогда, когда член становится недействительным». Но для самой науки такой подход ведет в тупик, богаче жить она не будет. В научном сообществе бытует убежденность, что ключ к повышению благосостояния – в повышении зарплаты, а не в собственной энергичности, в расширении международных контактов, в инновационной активности. Власть, как мне кажется, четко дала понять: шаги навстречу науке будут сделаны, если Академия наук сможет провести реформу. Но реформы нет. Слишком многие считают: переждем – и все вернется.

Вопрос: Если уж объявлять крестовый поход против бюрократизации науки, надо слить кандидатские и докторские диссертации в одно звание, как везде в мире.

Ответ: И поскорее это сделать! Мой учитель академик Будкер, именем которого назван один из лучших в РАН Институт ядерной физики в Новосибирске, говорил мне, что писать докторскую диссертацию аморально. Ее надо изготовить с помощью клея и ножниц из своих научных публикаций. На диссертации уходит масса времени и ненужных сил, которые отвлекают от настоящей работы. Но на диссертационных делах кормится множество людей – и система сохраняется.

Вопрос: Президент академии наук Болгарии каждого ученого, который уезжает на Запад, провожает цветами, чтобы родину не забывал и, если сложится, вернулся. У нас, конечно, цветов не хватит. Много ли российских ученых сейчас в Америке? Как они устроились?

Ответ: В США работает десять российских академиков, на постоянной ставке несколько сотен наших ученых. Погоду делают те, кому лет по 35–40. За последние два года наши получили с десяток очень престижных премий. К российской науке сохранилось уважение. Надолго ли? Американцы делят человечество на две категории – «винеров» и «лузеров». То есть победителей и проигравших. Попадаешь во вторую категорию – и тогда на тебе крест. Великий Прохоров говорил мне, что без новых приборов мы сумеем удержать позиции еще лет пять, не больше. Положение в российской науке напоминает вывеску на сельсовете: «Все ушли на фронт. Остались старики и дети». Чтобы выжить, нашей науке надо оценить реальные возможности, сузить фронт и сконцентрироваться на проблемах, где мы еще можем сказать слово. Не менее важно сохранить преемственность между поколениями, сохранить школы. Для упрочения связи между российской наукой и учеными, которые уехали за границу, я бы сохранил только для них звание члена-корреспондента РАН.

2008.

Член-корреспондент РАН Николай Карлов БЕЗ НАУКИ МЫ СТАНЕМ МЕЩАНАМИ.

...

Член-корреспондент РАН Николай Карлов прожил в науке три жизни. Его работы в оптике, в области лазеров стали классическими. В период демократических преобразований он возглавил Высшую аттестационную комиссию. Много лет он руководил элитарным МФТИ, где готовят ученых для ведущих научных центров.

Вопрос: Стон о погибели русской науки раздается давно и упорно. Насколько, по вашему мнению, он соответствует реальности?

Ответ: Это и правда, и преувеличение. Нынешние сложности – проекция того, что происходило раньше, следствие прежних ошибок. И люди не изменились, привычки у них прежние. По-прежнему судьбу науки определяет у нас начальство. Старая формула «вздор все то, чего не знает Иван Митрофанович» остается нормой для русского человека.

Что на русском языке наукой называют? У нас побитый приказчик хозяина за науку благодарил. В арийских языках слово «наука» одного корня с «совестью», «сознанием». «Science» и «наука» – разные понятия. Что же удивляться, что отношение к ним разное?

Сама по себе фундаментальная наука никогда никого не интересовала. В кабинетах начальников в те времена, которые вспоминаются с ностальгией, она воспринималась только с точки зрения практической пользы. А сейчас экономика упала, и инноваций нет. Изобретатель телевидения Зворыкин советовал: «Кто ведет большой проект, никогда не должен говорить начальству правду. Надо все время обманывать его, обещать экономический эффект максимум через пол года».

Вопрос: Тем не менее, на Западе множество компаний щедро финансируют не прикладную, а именно фундаментальную науку.

Ответ: В «Белл Телефон» приходят на работу нобелевские лауреаты уже после вручения премии. Компания поддерживает фундаментальную науку, потому что никогда не известно, что получится из работы ученого. Лучший выход чаще всего дает самая далекая от практики область. Кроме того, для серьезных прикладных проектов нужна собственная экспертиза – значит, нужны свои ученые.

Вопрос: Наука стала производительной силой. Ученые – Маркс не предвидел такого оборота – приносят прибавочную стоимость.

Ответ: До середины XIX века инженерия была оторвана от науки. Без нее и пушки нормально стреляли, и корабли плавали. Фундаментальная наука приобрела прикладное значение, когда прогресс оказался исчерпанным и пришлось привлекать то, что невидимо и неосязаемо. Фарадей и Максвелл были первыми учеными, чьи исследования, которые были абсолютно непонятны дилетантам, были востребованы практикой. Известно разъяснение Фарадея премьеру Дизраэли, который не понимал его опытов: «То, что я делаю, через несколько лет даст колоссальные поступления в налоговую казну».

Вопрос: Как из научного опыта отпочковывается практическая польза, можно представить. Но что служит исходным материалом для научного открытия?

Ответ: Вот яркий пример. В 1930-х годах Карл Янски исследовал поля помех и нашел их странную периодичность. В 1940-х годах Мартин Райл добился прогресса в радиолокации при защите от немецких налетов. Наконец, после войны Гроуд Ребер, из любопытства изучая радиоволны, обнаружил важные закономерности. Из сочетания трех факторов – общественная значимость, коммерция и любопытство – выросла новая наука радиоастрономия, которая преобразила наше понимание мира.

Вопрос: В каждом интервью с видным ученым затрагивается тема утечки умов. Оценки явления разнятся полярно…

Ответ: Самим ученым отъезд за границу ничем не грозит. Интеллект работает – все нормально. И для ученого, и для науки. Когда ученый уходит в бизнес, он потерян для науки навсегда. Это и есть утечка. Невостребованный человеческий потенциал, в отличие от электростатического, гаснет.

Теряет ли государство от утечки умов? Если мы идем к мещанскому обществу по типу баварского – ничего не теряем. Если стремимся быть великим государством – без науки это невозможно. Прежде Россия воспринималась как самодостаточное образование, способное выжить само по себе. Сегодня без науки, без современных технологий страна теряет возможность самоопределения. Но наука, уверен, должна иметь социальный выход, должна работать вместе с промышленностью. Ученый жить в башне из слоновой кости не может, хотя это мечта многих корифеев. И это одна из проблем нашей науки.

Вопрос: То есть наука – элемент самосохранения большой общности. Но может быть, ноосфере в силу каких-то причин нужно, чтобы Россия ослабела? Может, она встала поперек эволюции?

Ответ: Как Древний Рим? Может быть. Россия сегодня очень похожа на Рим периода упадка. Но тогда, отказываясь от науки, мы походим на леммингов с их массовым самоубийством. Мне запомнились слова Репина: «Большинству людей нужны жизнь материальная, добродетели посильные, искусства изящные». Это портрет мещанина. И, к сожалению, это нравственная норма в нынешнем обществе.

И еще цитата. Первый президент Академии наук княгиня Дашкова писала: «Всякому в летописях искусившемуся довольно известно, что народное просвещение повсюду медленными шествует стопами, если не споспешествует оному мудрость и попечение самих Государей». Это понимали в XVIII столетии. Понимают ли в должной мере сейчас?

Вопрос: Николай Васильевич, ВАК, которым вы руководили, потерял независимость, подчиняется Министерству образования. О том, какой должна быть аттестационная система, ведутся бесконечные споры. Защита диссертации – самая популярная, фольклорная тема у ученых. Какой вам видится проблема на расстоянии?

Ответ: ВАК не должен подчиняться какому-либо ведомству. Докторские диссертации не нужны, их нет нигде в мире. Докторская степень присуждается ученым советом на основании сделанных работ. Кандидатская диссертация – это элемент образования, ведь молодой ученый в аспирантуре учится. Кандидатский экзамен по языку смешон, по другим дисциплинам нужен. Степени лучше переименовать в соответствии с мировым обычаем: кандидата сделать доктором, а доктора – «хабилитированным» доктором (от латинского «способный»).

Вопрос: Вы были ректором знаменитого Физтеха. Его система подготовки воспевается как некий идеал. Не стоит ли она того, чтобы распространить ее пошире?

Ответ: Она не может быть массовой: без фермента не выпечь хлеб. «Физтехам» скучна рутина, а в жизни такая работа – неизбежная реальность. Но фундаментальное образование необходимо во всех вузах. Инженеру нужен бэкграунд, и очень опасно, что в вузах сейчас лидерство захватывают выпускающие кафедры, у которых есть деньги. На этих кафедрах должны преподавать специалисты с производства – те, что строят мосты и прокладывают тоннели.

Вопрос: Ваша жизнь в науке имеет три ипостаси: ученый, ректор, один из высших чиновников. На каком месте вы получали от работы самое большое удовольствие?

Ответ: Сомнений нет – в науке. До сих пор отчетливо помню те моменты, когда меня озаряло вдохновение. Случалось, даже во сне. Вскакивал, записывал идею. 15 октября 1955 года в экспедиции в Троицке дикое отчаяние от неразрешимости задачи сменилось безумным счастьем: так и должно быть! Помню ту радость, которую испытал, когда запустил свой первый лазер. Помню, по дороге домой придумал, как измерять на нем некоторые величины. Утром первым прибежал на работу, выпросил у буфетчицы весы, включил лазер, стрелка пошла в сторону – я был самым счастливым человеком на свете.

2008.

Академик Владимир Фортов ТАКИХ ХОЛОДНЫХ ТЕЛ, КАК ЛЮДИ, ВО ВСЕЛЕННОЙ БОЛЬШЕ НЕТ.

...

В 2005 году, который решением ЮНЕСКО был объявлен годом Альберта Эйнштейна в память о 100-летии первой публикации теории относительности, в Париже в штаб-квартире ЮНЕСКО состоялось вручение международной медали имени Эйнштейна. Престижную награду ООН получил академик Владимир Фортов, который несколько лет, оторвавшись от науки, был вице-премьером правительства РФ, что по общей логике должно было бы означать, что он навсегда потерян для науки. Однако Владимир Фортов сумел вернуться в науку. Награда российскому ученому присуждена за выдающиеся достижения в физике и развитие международного сотрудничества. Трудно вспомнить, кто из российских ученых поднимался до таких административных высот.

Вопрос: В 1996–1997 годах вы были вице-премьером и министром науки. По опросам, из всех министров науки среди ученых вы пользовались самой большой популярностью. Чем вы заслужили такие отзывы и почему в таком случае ушли из правительства?

Ответ: В правительство я попал как кур в ощип. Исполнение бюджета по науке составляло всего 40 процентов. Мне удалось поднять финансирование науки в 1,8 раза, РАН – в 2,2 раза. Но я понимал: еще год просижу министром и выпаду из науки. Если потерял два года, за науку можно зацепиться. Все-таки наука для меня – самое главное. С тех пор финансирование РАН намного выросло, но обострились организационные проблемы.

Вопрос: Вы являетесь председателем комитета по присуждению самой крупной в России и сопоставимой по размеру с Нобелевской премией международной научной награды «Глобальная энергия», которая учреждена по инициативе президента РФ. Удастся ли человеку избежать энергетического голода, когда кончатся нефть и газ?

Ответ: Возобновляемые источники энергии в мировом балансе пока занимают 4 процента. Но цена полупроводников неизбежно будет падать, а цена нефти – расти. Когда две кривые пересекутся, солнечная энергия станет рентабельной. Хочу напомнить слова академика Стыриковича, одного из немногих друзей великого Ландау: «Энергетика – это физика плюс экономика». Любопытно, что, по расчетам, для обеспечения солнечной электроэнергией всей России зеркала и преобразователи займут площадь, равную территории Москвы.

Несомненно, будет развиваться водородная энергетика. Водород, запасы которого неисчерпаемы, нельзя назвать топливом, это энергоноситель. Ведущие страны прекрасно понимают перспективность водородной энергетики, США выделили 2,4 миллиарда долларов. Осознали это и в России – «Норильский никель» заключил с РАН самый большой в ее истории контракт по водородной энергетике. Надо отдавать себе отчет в том, что там, где будет происходить разложение воды для получения водорода, возможны экологические проблемы. Но на планете, особенно в нашей стране, такие места выбрать несложно.

Вопрос: В России уже действуют водородные двигатели на космических аппаратах РКК «Энергия». Они не хуже американских. Но возможны ли водородные двигатели для рядового пользователя? У нас на кухнях то и дело взрывается бытовой газ. А водород для детонации в несколько раз опаснее…

Ответ: И правильно, что пока пробуют в космосе, потому что безопасность остается проблемой водородной энергетики. Как и дороговизна. Пока стоимость 1 киловатта мощности в водородной энергетике составляет 4–5 тысяч долларов. Это в десять раз дороже, чем на тепловых станциях, и в пять раз дороже, чем на АЭС. Одна из возможностей – производство водорода на АЭС ночью, когда потребление электроэнергии падает, а коэффициент использования установленной мощности атомной станции по техническим причинам снизить невозможно.

Водородные двигатели на автотранспорте не исключены, но пока неясно, как быть с большими баками для хранения легкого и текучего газа. Или его надо сжать под большим давлением? Или вообще привести в жидкое состояние, но криогенные установки сами пожирают много энергии. Пока мы не знаем, какими путями пойдет энергетика.

Вопрос: Россия, согласно стратегическим экономическим программам, берет курс на ускоренное развитие атомной энергетики. Не противоречит ли это опыту Чернобыля, чего опасаются многие? По тревожным ожиданиям общества, атомная энергетика, какие бы аргументы ни приводили ее сторонники, является безусловным лидером. Ее боятся больше, чем авиакатастроф и дорожных аварий…

Ответ: Что касается атомной энергетики, то уже сейчас в Европейской части России, где живет почти 90 процентов нашего населения, атомная отрасль обеспечивает 40 процентов электроэнергии, а в «красном» поясе – все 60. Мы хотим жить лучше, в шалаши возвращаться не хочется, а повышение жизненного уровня – это рост производства энергии. Альтернативы атомной энергетики для России нет. Но на этом направлении надо искать более эффективные, более экологичные пути. Одна из самых многообещающих возможностей – реакторы на быстрых нейтронах.

Вопрос: Во времена Хрущева, когда первые шаги делала космонавтика, а физики спорили с лириками, самой популярной темой в публикациях на тему науки был термояд, который был призван решить энергетические проблемы человечества. Идея была предложена академиком Львом Арцимовичем. Конечно, тогда и коммунизм собирались построить через двадцать лет. Не стоит ли термояд в ряду прожектерских ожиданий той эпохи? Удастся ли приручить неисчерпаемый термояд?

Ответ: Что касается термояда, то в последние годы сразу на трех установках в мире был достигнут принципиальный результат: энергия, которая выделяется в результате горения, уже превосходит энергию, которая необходима для создания и удержания плазмы. Это пороговое достижение для эффективности любого вида энергетики, начиная от костра, который загорается от спички.

Международный проект ИТЭР (проектом эффективно руководит академик Евгений Велихов) по созданию полупромышленного термоядерного реактора вышел на стадию сооружения экспериментального объекта на площадке во Франции. Несмотря на большие затраты для страны, где будет построен ИТЭР, это очень выгодное дело. Одно время рассматривалась и площадка в России под Санкт-Петербургом. В проекте, на который затрачены уже сотни миллионов долларов, Россия занимает достойное место. Думаю, через сорок лет будет получена энергия на установках с магнитным удержанием плазмы. Но более перспективными мне кажутся установки на принципе инерционного термояда, которые строятся в Ливерморе, США, и в Кадараше, Франция. Это чисто национальные проекты, мы не участвуем.

Энергетический кризис – одна из самых острых глобальных проблем. К слову, наш разговор для Вселенной с физической точки зрения – недоразумение. 98 процентов материи во Вселенной существует в сильно сжатом и разогретом состоянии. Таких холодных тел, которыми являются люди, во Вселенной больше нет. Я занимаюсь физикой экстремальных состояний, то есть материей, температура и давление которой очень высоки. Эта фундаментальная наука изучает состояние вещества, которое называется плазмой. Солнце, к примеру, – плазма, давление в его центре достигает миллиарда атмосфер. Да и в центре Земли – 4 миллиона атмосфер. Физика плазмы важна и для сугубо практических задач. Она определяет прогресс в энергетике, в создании новых типов оружия, в синтезировании материалов, в лазерной технике, даже в ликвидации опасности от космических метеоритов.

Вопрос: А как же наша безотказная нефть? Неужели верны прогнозы, что через тридцать лет ее запасы истощатся? На чем машины ездить будут?

Ответ: Сколько на планете, и в России в частности, запасов углеводородного топлива, никто в точности не знает. Опять же экономика: эффективность месторождения и его разработка зависят от цены на нефть. Когда я был министром, баррель нефти стоил 14 долларов при себестоимости добычи в России 12 долларов (в арабских страх 3–4 доллара). То есть мы балансировали на самом краю эффективности отрасли. Сейчас цена барреля 40 долларов – можно освоить любое месторождение. У России есть богатые неиспользованные нефтяные поля на Дальнем Востоке и в Забайкалье, а в виде конденсата – на многих газовых месторождениях Крайнего Севера. Считается, что Россия обладает 8 процентами разведанных мировых запасов нефти.

Необходимо резко поднять кпд использования традиционного топлива. Президент Клинтон поставил задачу, которую поддержал президент Буш: создать экономичный автомобиль нового поколения с мощностью двигателя 80 лошадиных сил с расходом топлива 4, 2 литра на 100 километров. На этом автомобиле будет установлен каталитический выхлоп и режим дожигания в плазменном слое.

Вопрос: Общество балансирует между экономикой и экологией. Хочется, с одной стороны, быть богатым. С другой стороны, не меньше хочется быть здоровым.

Ответ: Могу лишь еще раз повторить слова академика Стыриковича о соотношении энергетики, физики и экономики. Производство любого вида энергии наносит ущерб экологии. Самый большой экологический удар – несомненно, угольная промышленность. Поскольку запасы угля неисчерпаемы, на экологическую сторону отрасли глаза закрывают. Энергетика – очень консервативная и инерционная область. О преимуществах парогазовых турбин над обычными паровыми говорили очень давно, но только сейчас началось их повальное внедрение.

Рассуждая о перспективах энергетики, надо прежде всего помнить, что всякий ее вид – вопрос не только технической реализации, но и экономической оправданности.

2009.

Профессор Владимир Чигринов (Гонконг) ПОЧЕМУ В РОССИИ Я НЕ СТОИЛ НИЧЕГО, А ЗА ГРАНИЦЕЙ СТОЮ ОЧЕНЬ ДОРОГО?

...

В конце 1990-х годов газеты писали о прорывных, мирового уровня работах профессора Владимира Чигринова в области полупроводниковой дисплейной техники. В одной из публикаций была фраза: «Прибытие Чигринова на заседание Международного дисплейного общества – все равно что визит Сталлоне в Москву». Потом о Чигринове написал далекий от высоких научных дум «Плейбой», составив перечень лучших российских технологий, ни одна из которых, впрочем, за прошедшее десятилетие не была реализована. В 1998 году профессор Чигринов уволился из Российской академии наук и след его затерялся. И вот через десяток лет волею случая мы встретились вновь…

Вопрос: Дорогой профессор, вы замечательно выглядите. Как дела и каковы планы?

Ответ: Хочу купить виллу в Гонконге, пора хорошей недвижимостью обзавестись, благо доходы позволяют.

Вопрос: Так вы не на Западе, а на Востоке осели. Оправдано ли мнение, что передовая электроника уходит с Запада на Восток?

Ответ: 97 процентов жидкокристаллических дисплеев производит Юго-Восточная Азия, поэтому я пребываю на переднем крае науки. В Университете науки и технологий Гонконга состою полным профессором. В Гонконге больше нет полных профессоров из России. Это высшая ставка, которую сохраню до пенсии. Мой сын учится в университете, а жена имеет возможность не работать.

Вопрос: Как с научными успехами в незнакомой среде? Вы же по-китайски ни слова…

Ответ: В Гонконге все знают английский. Меня избрали действительным членом Международного общества информационных дисплеев (SID). Громадное большинство членов SID – американцы и японцы, из Восточной Европы, СНГ и России никого. За десять лет я сделал примерно столько же, сколько в России за двадцать пять – 2 монографии, 35 патентов, 80 статей, 5 китайских аспирантов. Но Россия из души не уходит. В 2007 году мне удалось организовать в Президиуме РАН международный конгресс по дисплеям. Это очень важно, потому что в важнейшей области мы потеряли позиции и на международные конференции наши ученые не ездят. В России остались сборочные производства по чужим технологиям…

Вопрос: Дисплей, он же экран, ежедневно маячит перед глазами даже тех, кто проклинает компьютерный век. Телевизоры, ноутбуки, телефоны, различные табло и панели – это мир дисплеев. Как получилось, что в середине 1990-х мы строили амбициозные планы, а теперь оказались на задворках?

Ответ: В начале 1990-х годов Россия держала 5—10 процентов мирового рынка жидкокристаллических материалов, сейчас мы упали почти до нуля. Мы делали 1 тонну при мировом объеме в 11–12 тонн. Сейчас мировой рынок вырос до 2 000 тонн, но России на нем нет, хотя цена 1 грамма достигает 20 долларов. То есть на кону – миллиарды. Директора институтов, вырвавшись на коммерческую свободу, быстро и за гроши распродавали уникальные ключевые технологии. Никто не неволил, не подстрекал – это наш собственный выбор. Я много лет работал в Институте органических полупродуктов и красителей (где, кстати, когда-то работал Лужков) – и все, что мы всем коллективом сделали за пятнадцать лет, директор и главный технолог втихаря сплавили китайцам. Знаю множество охотничьих историй про «директорские» контракты, от ловкости которых за границей за голову хватаются. Когда я увидел, как Россия продает свои ноу-хау, я решил уехать вслед за ними. Если бы я не уехал, мне пришлось бы менять профессию. Впрочем, я остаюсь вице-президентом Российского дисплейного общества, отвечаю за связи с Азией.

Вопрос: Любая информационная система без дисплея – пшик. 80 процентов информации человек воспринимает через зрение. Прогресс в компьютерах мы ощущаем благодаря дисплеям. Какие революции ожидают человечество на этом фронте?

Ответ: В 1991 году на коллегии Миннауки, где воспевали лучевые трубки, я сказал, что это вчерашний день и надо переходить на жидкокристаллические дисплеи, но меня на смех подняли. Сегодня электронно-лучевые трубки можно увидеть только в музее, 90 процентов плоских дисплеев выполнены по жидкокристаллическим технологиям. Скоро уйдут и плазменные телевизоры, которые по всем параметрам уступают жидкокристаллическим.

Вопрос: Плазменных ноутбуков, кажется, не существует в принципе…

Ответ: У них слишком высокое энергопотребление. Единственный плюс плазменных телевизоров – большие размеры. Но в Европе уже введено ограничение по диагонали – не больше 54 дюймов. Думаю, США тоже перейдут на этот стандарт. Следующим шагом станут «зеленые технологии» с чистым производством, минимальным энергопотреблением и полной утилизацией отработавшего дисплея. Что касается качества изображения, оно зависит от минимального размера пикселя, но уже близок предел – 200–300 микронов. Дальнейшее снижение глаз заметит, только если совсем близко подойти к экрану, а это опасно из-за облучения. Поэтому прогресс развернется в сторону SD-технологий, когда на экране можно увидеть, что происходит за спиной изображения. В 2010 году в Азии начинается массовый переход на объемные SD-технологии.

Вопрос: Неужели Россия не может войти в эти процессы? Вот, к примеру, нанотехнологии у нас бурно развиваются…

Ответ: Китайцы – очень хорошие люди, но я с ума схожу без России. Предложил Роснано совместный проект по жидкокристаллической «электронной бумаге», которую можно чуть не бесконечно использовать для ценников, кредитных карт, объявлений. Ищем возможности для производства в России. Это, как выяснилось, сегодня даже сложнее научного открытия. Еще одно мое предложение – проекторы размером в 1 кубический сантиметр, которые позволяют передавать изображение – например, кинофильм – из мобильного телефона на любой экран, вплоть до своих очков. А также – гибкие дисплеи, которые позволят носить телефоны на руке, как часы. Все эти проекты вполне реальны и в Юго-Восточной Азии будут быстро реализованы, но Россия еще может вступить в конкуренцию.

Вопрос: Ваши рассказы выглядят совершенно фантастичными. Но я заметил, что мобильный телефон у вас, профессор, допотопный. Это не поднимает доверия к вашим проектам.

Ответ: Это не мой телефон, я взял на время у русского коллеги. У меня в Гонконге вообще нет мобильного телефона. Я на работе с девяти до двадцати трех. Если выхожу, меня обязательно найдут с помощью телефонных переключений. В Гонконге профессора стоят очень дорого. Полностью оплачивается квартира, поездки на международные конференции, отпуск – два месяца, налог – всего 15 процентов. Правительство и частные компании различными механизмами поддерживают научные идеи – финансируется половина заявок. Оборудование – только мечтать. На свои гранты имею возможность приглашать ученых из России, надеюсь наладить сотрудничество. Но часто приезжают не ученые, а всякие начальники, чтобы просто отдохнуть, поглазеть на Гонконг. Как эти люди отчитываются о командировке, ума не приложу. Даже российский вице-консул не может их с увеселений вытащить. Вот недавно приезжал проректор московского вуза с женой – ему очевидно не до науки.

У меня много патентов, монографий, званий, денег. Но гнетет мысль: почему дома я не стоил ничего, а за границей стою очень дорого? Эта мысль не позволяет мне быть счастливым.

2009.

Профессор Максим Франк-Каменецкий Я УДИВЛЯЮСЬ, КОГДА ТАЛАНТЛИВЫЕ ЛЮДИ ОСТАЮТСЯ В РОССИИ.

...

Профессор Максим Франк-Каменецкий – автор нашумевшей на заре гласности статьи «Перестройка в науке», опубликованной в 1980-х годах в «Литературной газете», а затем в знаменитом сборнике «Иного не дано». В те годы он заведовал отделом в Институте молекулярной генетики и кафедрой молекулярной биофизики в МФТИ. Профессор Франк-Каменецкий стал одной из самых ярких фигур первой волны утечки умов из России в перестроечные годы. В начале 1990-х он получил должность постоянного профессора в Бостонском университете США. Почему же перестройка в России обманула ожидания, а наука так и не смогла восстать после кризиса? Профессор Максим Франк-Каменецкий размышляет о том, какими ему видятся главные проблемы российской науки, в каком направлении она движется и насколько острой является сегодня проблема утечки умов.

Вопрос: Максим Давидович, Бостон – один из ведущих научных центров США. Велика ли там российская научная диаспора?

Ответ: Ученых из России в Бостоне очень много. Только вчера ко мне зашел мой бывший студент, талантливый ученый Шамиль, сын академика Рашида Сюняева. Формально русской общины у нас нет, но мы много общаемся, посещаем спектакли российских театров, концерты артистов, которые часто приезжают в Бостон. Здесь всех, кто приехал из бывшего СССР, называют русскими.

Вопрос: Нет ощущения, что вы бросили нашу науку на произвол?

Ответ: Когда я уезжал из России, было ясно, что наукой у нас заниматься уже невозможно, финансирование стало не адекватно ее уровню. Поэтому ощущение другое: если бы не уехал, то наукой было бы заниматься невозможно. Тем более в моей области: молекулярная биология развивается стремительно, конкуренция в ней огромная.

Вопрос: Российская наука живет в ожидании крупных структурных перемен. Ваши старые предложения о перестройке науки вновь стали актуальными.

Ответ: В марте 1987 года я писал о том, что наша наука должна перейти на грантовую систему, а иерархическая структура Академии должна быть заменена на западную модель, где во главе исследований стоит заведующий лабораторией, который получает финансирование на конкурсной основе и набирает сотрудников под конкретные задачи. Я писал о застое в науке, о губительной централизации академической структуры. Руководство Академии меня остро раскритиковало. Помню многочасовой разговор с академиками Велиховым, Мирзабековым, Боровиком-Романовым, которые доказывали, что для нашей почвы западная модель не годится и надо сохранить все как есть.

Думаю, что сложности российской науки, помимо объективных причин, объясняются и тем, что она не захотела перестроиться. Замороженная, герметичная структура Академии настроена на самовоспроизводство и сохранение пожизненного довольствия. Нет ничего страшнее для науки, которой в современном мире необходима мобильность.

Вопрос: Создается впечатление, что в прежние времена ученым жилось лучше. Дала что-нибудь науке перестройка или пошла во вред?

Ответ: В мировой истории не было города с такой концентрацией ученых, как Москва. Общение стимулировало ученых разных областей. Мы не могли ездить на Запад, но это было замечательное время. Но прежнего города больше нет, и уехавшие ничего не потеряли.

Свобода передвижений в творческом плане стала большим стимулом для каждого ученого. Что касается науки в целом, мне кажется, что, за исключением узкого круга хорошо работающих ученых, наука в России умерла. В стране осталось немного ученых мирового уровня. У меня вызывает удивление, когда способные ученые остаются в России.

Вопрос: Как ни заезжено это слово, но бывают же патриоты…

Ответ: Да, но сильные лаборатории финансируются не из российского бюджета, а с Запада. Ученый должен заниматься наукой. Думаю, остаются дома из-за страха перед Западом, из-за боязни потерять привычный статус. Но могу сказать определенно: в жесткой модели западной науки все каким-то образом выживают. Впрочем, для многих академиков возрастное «окно», когда они могли уехать на Запад, было слишком узким. Не квалификация оставила их дома, а именно возраст, который может стать помехой для постоянной должности. Молодые ученые это понимают. Утечка умов из России все более молодеет.

Беда России в том, что у нас есть нефть. Нет для государства худшей судьбы, чем иметь огромные сырьевые запасы. Это убивает инициативу, и Россия превращается в Нигерию. Раньше статус сверхдержавы заставлял нас конкурировать с американской наукой. В России исторически науку поддерживали только для военных целей. На Западе наука и медицина являются общенациональными приоритетами. К примеру, национальные институты здоровья получают из бюджета 30 миллиардов долларов в год. В Америке никого не надо убеждать в том, что мировое лидерство США обеспечено лидирующим положением в области науки и технологий.

Вопрос: Но если все у нас так безрадостно, зачем вы переиздаете книгу «Век ДНК», очередную переработанную версию вашей известной книги «Самая главная молекула», которую издательство «Наука» выпустило в серии «Квант» еще 20 лет назад? Кстати, это грант РФФИ…

Ответ: Мне очень хочется, чтобы в России школьники знали, чем живет современная наука. Может быть, следующие поколения поднимут науку в России. В Москве у меня остались сын и внуки…

2005.

Сергей Фурсенко, президент Российского футбольного союза В 2018 ГОДУ РОССИЯ ДОЛЖНА ВЫИГРАТЬ ЧЕМПИОНАТ МИРА ПО ФУТБОЛУ.

...

Фамилия Фурсенко известна в мире науки каждому. Александр Фурсенко – уважаемый академик и многолетний академик-секретарь Отделения истории Академии наук. Его сын Андрей Фурсенко – многолетний министр образования и науки, при котором и сфера образования, и сфера науки подверглись вызвавшим многие дебаты реформам. Младший сын Сергей Фурсенко – бывший директор Лентрансгаза, бывший президент футбольного клуба «Зенит», а теперь президент Российского футбольного союза. С именем Сергея Фурсенко связаны громкие успехи «Зенита», сумевшего за короткий срок выиграть четыре престижных трофея, в том числе Суперкубок УЕФА, чего не удавалось еще ни одной нашей команде. К обширному футбольному хозяйству сын академика и брат министра науки Сергей Фурсенко подходит с научных позиций…

Вопрос: Сергей Александрович, футбол далеко перерос рамки самой популярной спортивной игры. Футбол – это важнейшее социальное явление и особая субкультура. Главные футбольные матчи считают долгом посещать царствующие особы и президенты. Победы на футбольном поле сплачивают нацию, а поражения оборачиваются национальной трагедией. Пост президента Российского футбольного союза – огромная ответственность…

Ответ: Я совершенно убежден в том, что успешная работа на посту президента РФС невозможна без понимания фенотипа русского человека. Нельзя подходить одинаково к российскому и иностранному клубу, тренеру или футболисту, нельзя забывать о ментальности и автоматически переносить на русскую почву зарубежный опыт, пусть он там сто раз оправдывался. Когда мы вместе с Диком Адвокатом строили новый «Зенит», эти соображения учитывались как основополагающие. Президенту РФС необходимо не только понимать российский логос, но и знать механизмы его отображения в спорте. Под логосом я понимаю совокупность исторически сложившейся сути русского человека. Извините, я употребляю совсем не футбольные термины, но без этих материй в футболе успеха не добиться.

Вопрос: Когда-то Дмитрий Шостакович сказал, что футбол – это единственное место в стране, где можно говорить то, что думаешь. Вряд ли с этим суждением согласятся англичане или французы.

Ответ: Главное отличие русского человека, пусть он не всегда это осознает, от иностранца – в соборности. Даже для атеиста это доминирующий постулат построения общественной жизни в России. Если на Западе благодаря католицизму и протестантизму возник примат дела и практицизма, то в православной стране важны идея и идеал, отсюда черпается наша духовная сила. Эту черту точно выразил Жванецкий: «В драке не выручат, в войне победят». Высший смысл футбола – это объединение и единение людей на празднике. Футбол должен быть праздником для всех – для игроков, зрителей, тренеров, функционеров. Пример такой атмосферы дал советский футбол 1950—1960-х годов. Не случайно, именно на тот период пришлись наши самые громкие победы.

Вопрос: Если вы заговорили о советском человеке, то для него понятие «соборность» имело реакционный оттенок, во всех философских курсах это считалось мракобесием. Хотя туже мысль выражали в других терминах: советский коллективизм противопоставлялся западному индивидуализму. Но не слишком велика дистанция до футбола, не притянуты ли эти материи за уши?

Ответ: В традиционном русском сознании соборность предполагает общение. Не просто разговор, а диалог. «Зенит» в период расцвета строился на полном доверии между игроками, тренером, штабом команды. Я разговаривал с Адвокатом каждый день, игроки поддерживали тренера. Часто приходится слышать, что все благие намерения в России гибнут из-за амбиций. Это так только отчасти, потому что амбиции разгораются, когда люди не хотят вступать в диалог. Исходя из постулатов русской соборности, в РФС необходим постоянный и тесный диалог со всеми регионами, со специалистами детского и юношеского футбола, с инвесторами и всеми, кому не безразличен футбол. Строить футбольные поля и ждать, что на этих полях сами собой взойдут младые дарования, – слишком мало и слишком наивно. Необходимо выстроить эффективную систему по распространению во всех регионах одобренных консультативными органами методических материалов по тренировочному процессу. Эти материалы должны идти потоком, как почта. Эти шаги обозначены в стратегии РФС, но для этого ничего не сделано.

Вопрос: Давно известно: что для русского хорошо, немцу – карачун. Но если вы говорите про идею, то какая цель должна быть поставлена перед Российским футбольным союзом? Помнится, когда вы возглавили «Зенит», то сразу в духе вашей философии заявили о нескольких европейских футбольных титулах, что вызвало немало саркастических и быстро посрамленных замечаний. Какую цель надо поставить перед российским футболом?

Ответ: В 2018 году Россия должна выиграть чемпионат мира по футболу.

Вопрос: В том случае, если чемпионат мира будет проводиться в России?

Ответ: Где бы ни проводился чемпионат, в 2018 году Россия должна его выиграть. Россия давно ищет национальную идею. В области футбола ее можно сформулировать – выиграть чемпионат мира.

Вопрос: Наш ли уровень? Пока Израилю проиграть можем.

Ответ: Франция тоже Израилю проигрывала, а потом чемпионом мира стала. Цель дает стимул для движения. Движение приносит результат. Когда сформулирована стратегическая цель, под нее выстраивается вся деятельность РФС, подбираются тренеры и воспитываются игроки. Выход в финал чемпионата Европы не может быть футбольной идеей России.

Вопрос: Благими намерениями вымощена дорога в ад. Как конкретно выстроить движение к высокой цели?

Ответ: Футбол – это три взаимосвязанных направления. Футбол – это сам по себе футбол, то есть игроки, тренеры, судьи, это – бизнес и это – праздник. Подготовка игроков сегодня ведется на уровне высоких технологий, и РФС должна участвовать в этом процессе, разрабатывая методические материалы на отечественном и зарубежном опыте. Пока никаких рекомендаций нет ни по подготовке к сезону, ни по подготовке к матчам, ни по восстановлению игроков. Командами высшей лиги этот процесс не может быть ограничен. Поскольку мы хотим выиграть чемпионат мира, то стандарты, по которым составляются рекомендации, должны быть тоже мирового уровня.

Что касается договорных матчей или нечестных судей, то РФС не может допустить, чтобы отдельные жулики мешали движению к национальной цели. Уверяю вас, случаи проявления нечистоплотности не являются тайной, но не хватает воли, чтобы вывести мошенников на чистую воду и примерно, как в Италии, наказать.

Лучшие футболисты становятся для болельщиков кумирами. Эти кумиры зарабатывают миллионы. И от того, как работают и как ведут себя кумиры, зависит, как будет работать и развиваться страна. Далеко не все футболисты это понимают, но им никто этих истин не объясняет. За воспитание футболистов в России, в отличие, скажем, от Англии, никто не отвечает. Во всех многочисленных футбольных академиях Англии воспитание и учеба в школе для юных футболистов – первостепенный вопрос. На поле надо каждый раз умирать, иначе получать миллионы в России, где средняя зарплата меньше 10 тысяч, безнравственно. Если мы хотим развиваться, нам не обойтись без национальных героев, а спорт дает возможность их воспитания.

Вопрос: У Брехта в «Жизни Галилея» есть слова: «Несчастна та страна, которая нуждается в героях». В Театре на Таганке эту фразу произносил Высоцкий, поклонником которого вы являетесь. Вы не согласны с наблюдением?

Ответ: Не согласен. Герой совершает то, чего не могут другие. Преодолевает сопротивление общества и свои внутренние слабости, стремится к высшей цели. Без героев развитие общества, особенно в России, невозможно. Может быть, на упорядоченном Западе? Давайте назовем героя мягче – лидером, который ведет за собой и берет на себя ответственность за других людей. Футбол должен быть зрелищным, а этого без героев и лидеров не бывает.

Вопрос: К вопросу о героях. Идут разговоры о том, чтобы лучшие легионеры из российских клубов брали российское гражданство, чтобы выступать за сборную России. Как вы к этому относитесь?

Ответ: Отрицательно. Потому что такая команда уже не будет сборной России. Если пойти по этому пути, можно десять бразильцев перековать в русских. Но что за радость?

Вопрос: Вы сказали, что футбол – это кроме чисто футбольного дела еще и бизнес, и праздник. Но пока наши команды живут почти целиком за счет меценатов, а на праздник футбол походит так мало, что некоторые болельщики боятся ходить на стадион.

Ответ: Футбол должен быть зрелищным, тогда он будет доходным. Футбол выполняет свою задачу, когда отвечает идее соборности. Человек должен приходить на стадион с друзьями, с семьей, как на праздник. В развитых футбольных странах 30 процентов бюджета клуба – это продажа билетов и атрибутики. В России – 10–15 процентов. Но самое большое отставание – права на телетрансляцию. На Западе – 30 процентов, в России – всего 1 процент. Реклама не идет в футбол, потому что ему не хватает зрелищности. Остаются платные каналы, но люди у нас не слишком богаты, чтобы тарелками обзаводиться.

Итак, необходимо поднять зрелищность. Пока стадионы будут пустыми, ничего в футболе не сдвинется, это замкнутый круг. Надо сделать все возможное, чтобы на стадионах царила атмосфера праздника. Поэтому противостояние фанатов с вырыванием кресел я считаю контрпродуктивным, это удар по российскому футболу и каждому клубу. Поддерживать порядок на стадионе должны стюарды, а не милиция, чтобы не вбивать клин между болельщиками и государством. В нашем футболе на всех этажах должны быть мировые стандарты, если мы ставим задачу мирового уровня.

Для достижения национальной цели надо научить всех работающих в футболе людей зарабатывать на нем деньги, а не выпрашивать спасительные средства в предсмертный час. «Зенит» на одной только атрибутике зарабатывал 300 миллионов рублей в год. Это хватило бы на средний бюджет клуба высшей лиги.

Вопрос: Некоторые наши олигархи так живо интересуются футболом, что скупают целые клубы. Нет ли смысла создать теневой кабинет олигархов, которые помогали бы российскому футболу?

Ответ: Может быть, есть резон в Попечительском совете при РФС. Но это не орган функционеров, а совет спонсоров и инвесторов, которые должны четко понимать, куда идут их деньги. Инвесторы – это часть футбольного этноса, которая также должна участвовать в общем диалоге.

Вопрос: Сергей Александрович, вы чрезвычайно осведомлены в футбольных делах. Невозможно не задать вопрос, который гложет каждого футбольного болельщика: отчего мы проиграли Словении?

Ответ: Для меня поражение не стало неожиданностью, был уверен. Еще до игры с Германией мне думалось, что сборная не выполнит задачу. Хиддинк – прекрасный тренер, он умеет выжать максимальный результат. Но на Чемпионате Европы ему очень повезло, поскольку он получил прекрасно подготовленных игроков ЦСКА и «Зенита», которые после клубных побед никого в Европе не боялись и хотели, сверкнув, уехать за границу. Но Газзаев и Адвокат ушли из клубов, и уровень игроков резко снизился – выяснилось, что они зависят от тренеров, сами не очень самостоятельны.

Вопрос: Кто должен быть тренером сборной – русский или иностранец?

Ответ: Все зависит от уровня задач, которые ставятся перед сборной. Если мы хотим бить иностранцев, у сборной должен быть тренер, который знает их изнутри и умеет это делать.

С. Л.: Среди болельщиков ходит шутка: он так любил футбол, что смотрел только хоккей. Если вы станете президентом Российского футбольного союза, хочется пожелать, чтобы футбол упоенно смотрели даже хоккейные болельщики, а кажущаяся пока фантастической цель была победоносно достигнута.

2010.

Профессор Алексей Малашенко СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ МЕЧЕТСЯ МЕЖДУ АРХАИЗАЦИЕЙ И МОДЕРНИЗАЦИЕЙ. НОВЫЙ ПОРЯДОК ДЛЯ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА.

...

Каждый день с Северного Кавказа приходят сообщения о терактах. Власти прилагают большие усилия по всем направлениям, чтобы в регионе наступила стабильность, но мира нет уже два десятилетия. Раздаются голоса, что России не нужны новые жертвы и с Северного Кавказа лучше уйти, отгородиться глухой стеной. Крупнейший российский специалист по Востоку, многолетний заведующий сектором исламоведения Института востоковедения РАН, член научного совета Центра Карнеги в Москве Алексей Малашенко размышляет о корнях северокавказского кризиса и возможных путях выхода из него.

Вопрос: Война на Северном Кавказе велась с 1817 до 1864 года и оказалась самой длительной в истории России. Но это официальные цифры, потому что легендарный шейх Мансур убивал русских генералов задолго до того, как на Кавказскую линию командующим был отправлен Ермолов, а после окончательного усмирения при князе Барятинском мирная идиллия тоже не наступила. Если взять последние десятилетия, то напрашивается вопрос: не начертана ли Северному Кавказу на скрижалях истории судьба воевать вечно и кровопролитно?

Ответ: Вся история Северного Кавказа задолго до появления в этом регионе России пронизана жестокими войнами. В условиях дефицита земли и скученности многих народов войны неизбежны. Кавказского братства, о котором иногда говорят, не было никогда. Именно по этой причине ведутся нескончаемые и бесперспективные споры о том, кто раньше пришел на эти территории и какие этнические корни у нынешних народов. Разговоры о том, что на Северный Кавказ напала «плохая» Россия, глупы и безосновательны. Шейх Мансур поголовно вырезал целые селения в Чечне из религиозных соображений. В XIX веке Кавказ оказался зажат между региональными супердержавами – Россией, Персией и Турцией. В тот период Россия в силу объективных исторических законов расширялась и «падала» на юг. Если бы не Россия, Кавказ завоевали бы другие страны.

Судя по мемуарам русских офицеров, война на Северном Кавказе была кровавой бойней при взаимном уважении. Последний имам Шамиль был взят в плен, жил в достатке, получил дворянство, его дети учились в Пажеском корпусе. Самым потрясающим впечатлением на закате жизни для него стали голые плечи женщин на великосветском приеме. Шамиль, как и другие представители кавказской элиты, понимал обреченность военного конфликта с Россией и боролся, по существу, за статус Северного Кавказа. В этом отношении с тех пор мало что изменилось. Другими стали настроения русских военных. В самые жестокие времена Ермолова офицеры писали, что пришли сюда командовать и Северный Кавказ неизбежно станет частью Российской империи. Сейчас у наших войск развивается комплекс неполноценности.

Вопрос: Вы говорите о вечной войне, но в советское время на Северном Кавказе было, кажется, спокойно…

Ответ: Это заблуждение, созданное пропагандой. Никогда не было мира. В 1930-х годах на Северном Кавказе действовали десятки антисоветских банд в десятки тысяч человек. Отряд Хасана Исраилова вел настоящую войну с частями Красной Армии. Антироссийские настроения были настолько сильны, что значительный процент населения во время оккупации поддержал Гитлера, были сформированы регулярные части в составе немецких войск. В 1944 году у Сталина, если следовать его полоумной логике, были основания выселить чеченцев, которые остались в тылу Красной Армии и вели национальную борьбу, в безопасную Среднюю Азию. Сталин проявил к чеченцам жестокость и мстительность, но он был жесток и мстителен ко всем народам. Случилось так, что высылка способствовала тому, что у поколения, выросшего вдали от родных мест, сформировалось более широкое мировоззрение и современное восприятие жизни. Достаточно, при всей их непохожести, назвать имена Хасбулатова, Дудаева, Аслаханова, Хаджиева, которые стали политиками российского масштаба.

Одним словом, если через двести лет будущий историк напишет книгу о Северном Кавказе, он скажет о нашем времени: «Война продолжалась, как и прежде во все времена».

Вопрос: Между прочим, я читал, что американский профессор и знаменитый советолог, с которого начался самиздат в СССР, Авторханов – друг детства Исраилова. Но от ваших слов веет безысходностью. Кстати, есть ли на планете другие регионы, где идет перманентная война?

Ответ: Ближний Восток, где война не прекращается с ветхозаветных времен. То Моисей, то Рим, то крестоносцы, то халифат – и так до наших дней. Но живут же люди, хотя жалуются.

Вопрос: Зачем России Северный Кавказ? Не проще ли уйти от вечной головной боли и жить спокойно? Сколько народу погибло, сколько средств потрачено, и конца не видно. Вы проходили службу в Советской Армии на территории Алжира. Вот Франция ушла из богатого Алжира – и во многом добровольно…

Ответ: Дело в том, что с Северного Кавказа Россия не может уйти. Во-первых, нет границ, в отличие от Франции и Алжира, которых разделяет море, в отличие от Южного Кавказа, отделенного горным хребтом. Во-вторых, население Северного Кавказа быстро распространяется по всей России. В Ингушетии и в секторе Газа самый большой прирост численности населения на планете. Больше 3 процентов в год! В Чечне чуть меньше.

Вопрос: Чечня – крохотный кусочек по сравнению с Россией, всего 0,07 процента территории. Но по последней переписи населения в России в 2002 году чеченцы были на шестом месте, а сейчас демографы уверены, что они уже на пятом, скоро будут на четвертом после русских, татар, украинцев и башкир.

Ответ: Знакомый мулла из Поволжья рассказал, что большинство прихожан в мечети уже не местные мусульмане, а выходцы с Кавказа. По разным оценкам, в России от 3,5 до 35 миллионов мусульман. Последняя цифра кажется мне радикальной, но 16,5 миллионов – это реально. В Москве, по оценкам, от 400 тысяч до 2 миллионов мусульман. Думаю, можно говорить о полутора миллионах, из них татар всего 300 тысяч. Кавказ движется по России. Русский язык, как английский в западном мире, становится языком межмусульманского общения в мечети. По-русски читаются даже серьезные проповеди. Уйти с Северного Кавказа нельзя еще и по той причине, что там сразу же начнется гражданская война, которая перекинется на Россию.

Вопрос: Можно ли извлечь какие-то уроки из советского опыта, когда некоторое время Кавказ жил относительно спокойно? Какими методами это было достигнуто?

Ответ: В советское время, помимо жестоких карательных мер, Северному Кавказу предложили модернизационный проект. Была создана промышленность по многим отраслям, открыты хорошие университеты. Был налажен диалог с духовенством, появились даже «красные шариатисты», потрясающий симбиоз ислама с советской традицией. Но сейчас за короткое время все, что было построено, оказалось разрушенным. Чтобы успокоить Северный Кавказ, нужна новая модернизация. Но очевидно, что сначала через нее должна пройти сама Россия, где модернизации пока не видно, одни разговоры. Если в России не удается справиться с коррупцией, чего ждать от Северного Кавказа, где она воспринимается как обязательная дань? На многих совещаниях по Северному Кавказу, в том числе на том, которое недавно провел премьер в Кисловодске, говорилось о модернизации региона, о воссоздании промышленности, системы образования, сельского хозяйства, туризма, который может быть очень привлекателен, если перестанет быть рискованным. Нельзя исключить того, что взрывы в московском метро – ответ на попытки модернизации Северного Кавказа.

Пока новый порядок на Северном Кавказе не создан, а старый разрушен, люди в поисках устойчивости обращаются к единственно сохранившейся системе – к шариату. В Дагестане от 30 до 60 процентов населения выступает за введение шариата. До тех пор, пока в регионе будут бездействовать российские законы, говорить о мирной жизни и подъеме экономики бессмысленно, авторитет шариата будет только возрастать. Недавно на круглом столе в Дагестане прямо говорилось о том, что в условиях полного беззакония, а часто беспредела властей, молодые люди не видят для себя иного выхода, кроме ухода в горы. Получается замкнутый круг, потому что милиция под угрозой взрывов и покушений не имеет времени разбираться, кто смотрит исподлобья – ваххабит или уголовник.

Но без диалога установить мир на Северном Кавказе невозможно. Очень интересная фигура с большим и неисчерпанным потенциалом – Юнус-бек Евкуров, он начал диалог со всеми участниками политического процесса в Ингушетии. И, хотя жестоко пострадал за это, не отказался от единственно верной политики и повторяет, что силовые методы – это лишь один процент решения проблемы.

Второй вариант замирения Северного Кавказа предлагает Рамзан Кадыров, который действует силовыми методами.

Это может сработать в Чечне, которая смертельно устала от двух войн, и люди мечтают о порядке любой ценой. Но для всего Кавказа с множеством народов, кланов, тейпов и противоречивыми интересами вариант, который исключает диалог, не пройдет. Кстати, недавно российская делегация в ОБСЕ проголосовала за резолюцию о том, что на Северном Кавказе ситуация с правами человека очень плохая.

Терроризм на Северном Кавказе – своеобразный политический феномен. Неправильно считать террористов обыкновенными бандитами. Вековая традиция говорит о том, что это часть политической борьбы, генетически свойственная региону. Военизированные движения были на Кавказе всегда, их поддерживает значительная часть населения. Надо смотреть правде в глаза: возврат к исламской традиции, популярность шариата будут расти, пока не удастся предложить вариант новой модернизации Северного Кавказа.

Вопрос: Кстати, сколько народов проживает на Северном Кавказе?

Ответ: Около сорока, но точно не знает никто. Когда-то этот вопрос был самым верным способом, чтобы завалить студента на экзаменах в МГИМО.

Вопрос: Все чаще коренные жители крупных городов выражают беспокойство поведением выходцев с Северного Кавказа, которые нарушают сложившуюся бытовую традицию. Родители тоже беспокоятся, потому что в школе резко меняется национальный состав. Межнациональные конфликты в русских городах случаются все чаще…

Ответ: Уверен, северокавказская диаспора должна решить эту проблему, внушая своей молодежи адекватную принятой традиции модель поведения. С другой стороны, ни в коем случае нельзя соглашаться на расселение выходцев с Кавказа в гетто. По мировому опыту, это значительно обострит проблему. Учителя в школе должны знать национальные традиции, чеченец или ингуш – это не инопланетянин, а российский гражданин. И, конечно, милиция в городах должна прекратить произвол в отношении выходцев с Кавказа.

Вопрос: Личный вопрос. Вы призываете к диалогу с теми, кто мыслит иначе. Но вы сами смогли бы жить бок о бок с человеком, который исповедует другие законы?

Ответ: Мой зять – мусульманин. Никаких проблем с этим нет. Даже в голову прийти не может. Очень хороший человек – и это не исключение.

2010.

Профессор Владимир Сажин БУДЕТ ЛИ НАНЕСЕН УДАР ПО ИРАНУ?

...

На протяжении многих лет самой конфликтной точкой мировой политики является Иран. Главная проблема – густой туман вокруг его ядерной программы и подозрения в тайной разработке атомной бомбы. Жесткие санкции в отношении Ирана введены США, еще более жесткие приняли Совет безопасности ООН и ЕС. Россия, присоединившись к санкциям, продолжает строить атомную станцию в Бушере, физический запуск состоялся в августе 2010 года. Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин, который много лет работал в этой стране, рассуждает о перспективах мирового конфликта вокруг Ирана.

Вопрос: Уважаемый профессор, разрешите сразу, чтобы не отвлекаться, задать четыре вопроса, которые тревожат общественное сознание, когда речь заходит об Иране. Правда ли, что в Иране практикуются физические наказания в случае употребления алкоголя? Правда ли, что в 1979 году планировался захват не только американского посольства, что сто раз показано Голливудом, но и советского? Правда ли, что в 1980-х годах во время ирано-иракской войны наши асы на иракских самолетах разбомбили старую АЭС в Бушере? И наконец, правда ли президент Ахмадинежад, который грозится уничтожить Израиль, – еврей?

Ответ: По поводу последнего вопроса – это нелепица. По некоторым сведениям, в 1979 году будущий президент Ирана находился в рядах бойцов Корпуса стражей исламской революции, которые захватили посольство США вместе с заложниками. Рассматривался и захват посольства СССР, но, видимо, было решено, что две супердержавы – это слишком. К тому же «большой шайтан» США по классификации хомейнизма был более злым врагом, чем «красный шайтан» СССР. Но в 1980 году была попытка захвата посольства СССР: при бездействии полиции якобы афганские эмигранты прорвались и бесчинствовали на территории дипмиссии. В 1988 году была еще одна попытка прорваться в посольство. Во время ирано-иракской войны 1980–1988 годов обе стороны пользовались советской техникой, у иракцев ее было больше, у иранцев меньше. Ираку помогали наши советники, но летчиков не было. Что касается наказаний за алкоголь, это чистая правда. В Иране – сухой закон. В первые годы революции за запах к стенке могли поставить. Сейчас исламские суды могут присудить несколько десятков палочных ударов даже иностранцу, который пытается провезти алкоголь в страну. Устраиваются публичные расстрелы конфискованных бутылок с алкоголем. При этом в Тегеране купить на черном рынке бутылку не проблема.

Вопрос: Российско-иранские отношения имеют пятисотлетнюю историю. До революции 1917 года Россия владела в Иране железными дорогами, заводами, концессиями, землями. Предпоследний шах Реза Пехлеви был казачьим генералом. В 1960—1970-е годы СССР в Иране построил больше 60 промышленных объектов. После исламской революции 1979 года экономическое сотрудничество резко сократилось. Тем не менее, Россия построила в Иране атомную электростанцию, которая в конце августа 2010 года будет введена в строй. Каковы сейчас позиции России в Иране?

Ответ: Товарооборот России с Ираном в 2009 году был около 3 миллиардов долларов, примерно как с маленьким Израилем. Россия в списке партнеров Ирана далеко не в первой десятке. Наша доля в импорте всего 6 процентов. Поставки из Ирана в Россию – 0,2 процента нашего импорта. АЭС в Бушере, это признает глава Росатома Кириенко, не принесла России прибыли, но в тяжелые 1990-е годы спасла заказами российскую атомную промышленность. Некоторые экономисты полагают, что в перспективе эта АЭС будет нам даже во вред, поскольку Иран сможет высвободить газ для продажи в Европу и составит конкуренцию России.

Вопрос: На генеральных ассамблеях МАГАТЭ мне неоднократно приходилось слушать речи представителей Ирана, которые божатся, что его ядерная программа носит совершенно мирный характер, а обвинения в военных целях построены на желании видеть слабый Иран. Имеются ли факты, которые говорят о военной направленности ядерной программы Ирана?

Ответ: До тех пор, пока Иран не сумел обогатить уран до оружейных 90 процентов, он может наводить тень на плетень. Но косвенных признаков работ над ядерным оружием достаточно. Экономисты подсчитали, что, если в стране менее 10–12 энергоблоков, самостоятельно производить топливо нерационально. Оно окажется в 5–7 раз дороже, чем на мировом рынке. Иран настаивает на необходимости построить промышленность по самостоятельному обогащению урана и заявляет о том, что это обеспечит независимость. Но Иран не столь богат урановой рудой. Топлива хватит только на десять лет работы одного энергетического реактора типа бушерского. Иран, быстро израсходовав свои ресурсы, будет вынужден закупать урановую руду. Однако запасов природного урана в Иране достаточно для военной ядерной программы.

Иран ведет плутониевую программу и занимается созданием реакторов на тяжелой воде. Эти реакторы – вчерашний день ядерной энергетики, но вполне хороши для наработки оружейного плутония. Эксперты МАГАТЭ обнаруживают на иранских объектах незаявленные радиоактивные материалы двойного назначения. Иран втайне от мирового сообщества строит новые заводы по обогащению урана.

Фактов много. Тегеран играет с МАГАТЭ в «кошки-мышки», и международное сообщество имеет основания относиться к ядерной программе с подозрительностью. В самом мягком варианте Иран хочет приобрести полный набор научно-технических предпосылок для изготовления атомной бомбы, чтобы до нее оставался один шаг.

Вопрос: Особый вопрос – иранская ракетная программа. Зачем создавать баллистические ракеты с дальностью 2 000 километров, если не для доставки ядерных боеголовок?

Ответ: Если бы Иран действительно хотел, как декларирует, развивать мирную атомную энергетику, он бы согласился на идеально выгодное предложение Путина по участию в Международном центре по обогащению урана в Ангарске.

Атомная бомба Ирана беспокоит не только Запад, но и арабский мир, который опасается усиления соседа. В отношении иранской ядерной проблемы арабская элита, прежде всего в Персидском заливе, находит все больше точек соприкосновения с Израилем.

Вопрос: Несть числа резолюциям разных международных институтов во главе с Советом безопасности ООН. Однако Иран преспокойно развивает ядерную программу. В эпоху холодной войны даже СССР больше реагировал на международное сообщество. Откуда у Ирана такая незамутненная независимость?

Ответ: Начиная с 2006 года Совет безопасности принял шесть резолюций по Ирану. Четыре резолюции предполагали санкции. Что касается незамутненной независимости, это национальная психология. Корни имперских претензий уходят в глубь веков к великим империям Кира и Дария. Кроме того, надо учитывать веру шиитов в собственную избранность в мусульманском мире.

Санкции слишком долго были слабыми. Иран был похож на кота из басни, который под нравоучения повара продолжает лизать сметану. Выигрыш во времени, который получил Тегеран, позволил ему развить ядерную программу до опасных рубежей. Сейчас Иран уже способен обогащать уран до 19,75 процента. Однако последние санкции, принятые месяц назад, настолько серьезны, что в Иране создан штаб по минимизации их последствий. Резолюция 1929 Совета безопасности ООН расширила список физических и юридических лиц, по отношению к которым «следует проявлять бдительность». В новый список включены 22 государственные и частные организации, в том числе университеты, 15 фирм, связанных с КСИР. Резолюция призвала проявлять бдительность в контактах со всеми банками Ирана, в том числе с Центробанком. Документ разрешил блокировать счета граждан Ирана, вводить запрет на открытие филиалов иранских банков, на сделки с их участием; вводить запрет на передвижение физических лиц, перечисленных в резолюциях разных лет; досматривать все корабли и самолеты под иранским флагом. Санкции запрещают продавать Ирану тяжелые вооружения: танки, бронированные машины, артиллерийские системы большого калибра, самолеты, ударные вертолеты, корабли, ракеты и ракетные системы. Введен запрет Ирану инвестировать за рубежом в урановые рудники.

Резолюция 1929 не затрагивала напрямую нефтегазовую отрасль Ирана. Однако санкции США и ЕС компенсируют и это. В последние месяцы практически все мировые нефтегазовые компании, в том числе и наш «Лукойл», приостановили свою деятельность в Иране. Все это очень опасно для экономики Ирана.

Вопрос: Ваш прогноз? Иран свернет ядерную программу или гордо затянет пояс? Будет война?

Ответ: Думаю, Иран не свернет со своего пути, но будет пытаться вновь, как было неоднократно, затягивать время, выдвигать все новые условия, запутывать оппонентов. У Израиля и США могут не выдержать нервы – тогда война. Главные противники Ирана будут еще полгода наблюдать за эффективностью санкций, затем возможен военный удар. В Израиле и в США эти планы на рабочих столах. Военные специалисты полагают, что это будет многодневная авиационно-ракетная атака на военные и ядерные объекты.

Вопрос: Почему все эксперты говорят, что победить Иран будет гораздо сложнее, чем Ирак? Военный удар по Ираку привел к быстрому поражению Саддама Хусейна. Между тем война между Ираком и Ираном велась восемь лет и в 1988 году закончилась вничью. То есть это равновеликие цели.

Ответ: Это не равновеликие цели. В начале 1980-х годов Иран начал войну в состоянии революционного хаоса, когда армия была практически полностью развалена. За тридцать лет Иран создал сильную армию и по численности (от 500 до 900 тысяч человек), и по вооружению. У Ирана есть баллистические ракеты, современные боевые самолеты, эсминцы, подводные лодки, быстроходные катера, которые не определяются радарами. Иран достиг заметных успехов в промышленности, запускает в космос свои спутники. Кроме того, у Ирана есть союзники – экстремистские организации «Хезболла» и «ХАМАС», готовые нанести удары по Израилю и американским базам, а также шиитские и персоэтнические диаспоры в странах Персидского залива.

Вопрос: А если без войны? Год назад после президентских выборов в Иране произошли массовые волнения. Исламская революция 1979 года начиналась с уличных беспорядков. Возможен ли политический переворот в Иране? Насколько сильна оппозиция режиму аятолл? Четверть населения Ирана – азербайджанцы, их в Иране больше, чем в Азербайджане. Любимая жена шаха была азербайджанкой. Нельзя создать пятую колонну?

Ответ: В переворот в ближайшее время я не верю. Политическая система в Иране обладает устойчивостью. Многие думающие люди недовольны властью аятолл и президентом, но реального веса оппозиция – и либералы, и консерваторы, и монархисты – пока не имеет. Это относительно тонкий слой, который не структурирован, и не думаю, что в обозримом будущем он может представить реальную угрозу режиму. Впрочем, аналитики считают, что 30–35 процентов населения – противники нынешнего президента.

Азербайджанцы претендуют только на культурную автономию и не являются политической оппозицией. Мечта о воссоединении, о великом Азербайджане абстрактна. Азербайджанцы в Иране – шииты, и для режима их национальность не имеет значения. В отличие от армян, христиан, зороастрийцев и евреев они не представлены в парламенте. Кстати, Россия выступает против военного удара по Ирану по причине опасности массового исхода беженцев на Кавказ.

Вопрос: Два года назад я побывал в Тегеране на международной конференции, где отрицался Холокост и массовое истребление евреев во время Второй мировой войны. Впечатление запредельного абсурда. Зачем отрицать очевидное и входить в конфронтацию со всем миром?

Ответ: Если честно, я не понимаю, зачем это нужно президенту Ахмадинежаду. Конечно, по доктрине Хомейни, «малый шайтан» Израиль – враг исламского Ирана, ему отказано в праве на государственность. Но радикальная позиция Ахмадинежада мешает развитию отношений с другими странами и препятствует политическим целям, которые ставит перед собой правительство Ирана.

Вопрос: У президента Ахмадинежада есть достоинства?

Ответ: Безусловно. Это честный, преданный делу исламской революции политик, не замешанный ни в каких коррупционных скандалах, хотя был губернатором провинции и мэром Тегерана. Он отстаивает интересы Ирана так, как он их понимает. Он борец за идею. Ядерная программа Ирана – тоже идея, от которой он не отступит.

2010.

Профессор Ирина Звягельская ПАЛЕСТИНА И ИЗРАИЛЬ – ДВА ГОСУДАРСТВА, ОДНА БОЛЬ.

...

Во всех культурах считается, что главной ценностью являются мир и спокойствие. Однако государства не устают воевать, конфликты не утихают, в некоторые регионы покой не приходит уже многие десятилетия. Главный научный сотрудник Института востоковедения РАН, профессор МГИМО Ирина Звягельская анализирует конфликт между Израилем и Палестиной и рассматривает возможные пути его разрешения.

Вопрос: Если бы Книга рекордов Гиннеса задалась целью найти самую нестабильную точку на планете, то почти без сомнения выбор пал бы на Ближний Восток, где войны и теракты не прекращаются с момента возникновения государства Израиль в 1948 году. Несмотря на то что СССР стоял у истоков создания Израиля, наши дипотношения прерывались неоднократно, а с 1967 года вплоть до начала 1990-х их не было вовсе. Первым после восстановления отношений послом в Израиле стал обозреватель «Известий» Евгений Бовин. Вопреки официальной позиции, во времена холодной войны наша интеллигенция втайне сочувствовала Израилю. Почему?

Ответ: Результат топорной пропаганды, которая вызывала тошноту. Но в 1991 году, когда СССР совершил разворот на 180 градусов и поддержал операцию союзников «Буря в пустыне», у нас были демонстрации протеста и добровольцы собирались ехать в Ирак защищать арабов. Это отражало внутриполитическую борьбу в СССР, но одновременно демонстрировало, что либеральная интеллигенция – только часть нашего общества.

Вопрос: 11 сентября 2001 года после взрывов в Нью-Йорке уличные толпы в Палестине пустились в радостный пляс. Эти кадры, а также теракты против мирных граждан не укладываются в человеческие представления.

Ответ: Такая реакция (кстати, далеко не всех палестинцев) является результатом национального унижения, которое длится десятилетия. 4,5 миллиона палестинцев являются беженцами, 1,4 миллиона в секторе Газа живут в блокаде, 2,5 миллиона на Западном берегу Иордана находятся в условиях оккупации. Даже тех палестинцев, которые являются гражданами Израиля (их более миллиона), подозревают в двойной лояльности и в том, что они образуют пятую колонну. Да, уровень их жизни выше, чем в других арабских странах (за исключением нефтедобывающих), но они сравнивают себя с еврейскими гражданами. И видно, что палестинцам тяжело двигаться по социальной лестнице, что у них меньше шансов занять престижные должности, получить высшее образование. Проблема в том, что в Израиле гражданская идентичность принесена в жертву этнорелигиозной. Судьба народа Палестины трагична, его национальные права не реализованы – безысходность порождает самые неадекватные формы протеста.

Вопрос: Об апартеиде в Израиле говорил даже экс-президент США Джимми Картер. Но в Израиле нет равенства не только для арабского населения…

Ответ: Израиль – государство, созданное на этнорелигиозной основе. Он был задуман отцами сионизма как национальный дом еврейского народа после двух тысячелетий скитаний по миру. Апелляция к религиозной традиции позволяла легитимизировать права на Палестину, где в древности были еврейские царства. В соответствии с Законом о возвращении каждый еврей может приехать в Израиль, но возникает вопрос: кого считать евреем? В 1970 году в закон было введено уточняющее положение: «Евреем считается человек, рожденный от еврейской матери или обращенный в иудаизм и не исповедующий другой религии». Если еврей, например, крестился, то он уже не еврей, но при этом атеист может считаться евреем. Еще одной поправкой к закону стало расширение прав тех, кто может приехать, поселиться в Израиле и получить гражданство. Эти права были распространены на детей и внуков еврея, его жену, невестку и жену внука, за исключением того, кто был евреем, но добровольно сменил свою религию. Человек может рассчитывать на гражданство, но не может считаться евреем. Вопросами личного статуса в Израиле занимается религиозный сектор, и для тех, кто не признан евреем, возникают сложности. В Израиле нет института гражданского брака, только религиозный. Возникают проблемы со смешанными браками и детьми, с наследованием, даже с захоронением, поскольку за кладбищами следят религиозные общины. Эмигранты из России и стран бывшего СССР страдают от этих проблем. А ведь выходцы из нашей страны составляют почти 25 процентов всех евреев Израиля.

На мусульман эти ограничения не распространяются, поскольку у них всем этим ведают также религиозные институты.

Вопрос: Некоторые арабские политики ставят под сомнение саму легитимность государства Израиль, которое возникло за счет других народов, населявших эти земли с глубокой древности. Евреи, рассеянные по миру, смешались с другими народами, и говорить о едином этносе трудно. Последние генетические исследования позволяют сделать вывод, что у евреев больше общего с палестинцами, чем друг с другом.

Ответ: Отрицать легитимность Израиля – значит отрицать легитимность решения Генеральной ассамблеи ООН о разделе Палестины, что вряд ли рационально. Тем более что в резолюции говорилось о создании двух государств – арабского и еврейского. Что касается генетических исследований и прочих доводов, то, как бы они ни были справедливы, есть главный аргумент – самоидентификация народа. Конечно, как и любое молодое государство, Израиль для политических целей и собственной легитимизации мифологизирует свою историю и пытается обосновать преемственность между древними царствами и современной страной.

Вопрос: Нет ли внутреннего противоречия в подходе России к палестино-израильскому конфликту? В отличие от советского периода, мы не отдаем никому предпочтения, но поддерживаем отношения с обеими сторонами, принимая у себя лидеров организаций, которые обвиняются в терроризме. Продаем оружие Сирии и Палестине и подписываем военное соглашение с Израилем…

Ответ: Россия поддерживает отношения со всеми сторонами конфликта, и, по-моему, это правильно. Что касается радикальных организаций, то Россия не одинока. Многие политики говорят о необходимости вовлечения ХАМАС и Хезболлы в процесс урегулирования. Если их игнорировать, лучше не станет. Нельзя забывать, что ХАМАС пришел к власти в Газе в результате демократических выборов, а Хезболла имеет депутатов в парламенте и министров в правительстве Ливана. Россия сохраняет возможность выхода на все стороны конфликта, и это подчеркивает наш потенциал посредника. Ближний Восток чрезвычайно важен для России: страны этого региона влияют на процессы, которые идут на территории бывшего СССР и в России.

Вопрос: Конфликт в Палестине, несмотря на переговоры на самом высоком уровне, оставляет ощущение неразрешимого. Усилия кажутся тщетными, ситуация все хуже. Вы можете дать прогноз?

Ответ: Нет, не рискну. Палестино-израильский конфликт – это капля, в которой отражаются многие глобальные тенденции. Во всем мире возрастает роль этнорелигиозных и этнонациональных факторов, усиливается и радикализм. Самое важное, о чем надо сегодня говорить, – катастрофически тает время для создания двух независимых государств для двух народов. Поздно говорить, но если бы в 1947 году арабы согласились с решением о разделе Палестины, они имели бы гораздо больше того, на что претендуют сегодня. Израиль не склонен сдерживать заселение палестинских земель и вести переговоры о разделе Иерусалима, который арабы называют Аль-Кудс, не говоря о возвращении беженцев. Существует множество планов о сосуществовании двух государств, но позиции сторон по принципиальным вопросам непримиримы. Воевать дальше? Но к чему это приведет? Единое государство означало бы конец Израиля, так как арабы скоро начнут преобладать демографически, а следовательно, и политически. Не менее опасным является сохранение оккупации, что означает утрату Израилем демократического характера.

Самый страшный удар по переговорам был нанесен в результате интифады (по-арабски – народное восстание) Аль-Акса, которая началась в 2000 году. Индивидуальный террор, удары по мирному населению привели к тому, что Израиль впервые почувствовал себя уязвимым, породили резкую враждебность между двумя народами, усилили позиции радикалов. Многие неглупые люди в Израиле говорят, что политика строительства поселений и кварталов в Восточном Иерусалиме, нежелание идти навстречу даже тем палестинцам, которые готовы вести переговоры с Израилем, – путь в тупик. После захвата спецназом транспорта с гуманитарной помощью и гибели людей многим израильтянам жесткая блокада сектора Газа кажется излишней и неадекватной. Но, признаюсь, сегодня я не вижу возможности разрешить основные проблемы противостояния.

Вопрос: Реален ли удар Израиля по Ирану?

Ответ: Сильно сомневаюсь. И не понимаю, каким может быть желаемый для Израиля результат. Удар по Ирану породит еще больше проблем. В 1981 году Израиль в ходе операции «Вавилон» уничтожил в Ираке ядерный реактор, но это был единственный объект. В Иране ядерных объектов десятки. К тому же Иран – не Ирак, возможности для ответной реакции у него совсем другие.

Вопрос: А если Америка поможет?

Ответ: Только не при Обаме. И я не уверена, что если Иран будет обладать атомной бомбой (что, конечно, очень нежелательно), это приведет к катастрофе. Ирану бомба нужна для удовлетворения национальных амбиций, а также для того, чтобы сбалансировать ядерное оружие Израиля.

Вопрос: Это точно, что у Израиля есть атомная бомба? Официально это не подтверждено.

Ответ: Пусть официальные лица говорят что угодно, но никто в этом не сомневается. Кстати, в отличие от Ирана, Израиль не подписал Договор о нераспространении ядерного оружия. В Израиле радикальные заявления президента Ирана Ахмадинежада воспринимаются болезненно, в них находят аналогии со Второй мировой войной, когда против еврейского народа осуществлялся геноцид. Однако рассматривать заявления Ахмадинежада и ядерную программу Ирана как угрозу существованию Израиля нет оснований. Израиль – мощное государство, и его нельзя сравнивать с беззащитными еврейскими общинами.

Вопрос: Первым послом Израиля в СССР была Голда Меир, впоследствии ставшая премьер-министром и одним из самых известных политиков Израиля. Голда Меир сказала однажды: «Атомной бомбы у нас нет, но, если надо, мы ее применим»…

Ответ: Голда Меир родилась в России, как и первый премьер-министр Израиля Бен-Гурион. Ребенком была увезена в Америку, оттуда в 1921 году приехала в Палестину. В Москве во время ее посещения синагоги собралась огромная толпа. Все тянули руки, чтобы дотронуться до посла, видя в ней символ возрождения народа после Холокоста и обретения своего государства. Голда Меир заплакала и смогла сказать только одно: «Спасибо, что вы остались евреями». На приеме в Кремле жена Молотова Полина Жемчужина сказала Голде Меир на идиш: «Я тоже дочь еврейского народа». Обвинения в симпатиях к Израилю влекли за собой самые тяжелые последствия. В сентябре 1948 года в «Правде» появилась статья Ильи Эренбурга о том, что советским евреям нечего делать в Израиле. Полина Жемчужина была осуждена за связь с еврейскими националистами. В 1953 году СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем: в Тель-Авиве бросили бомбу в советское посольство, вероятно, в ответ на «дело врачей». После смерти Сталина и освобождения врачей отношения были восстановлены.

Отношения СССР и Израиля всегда были сложными. Израиль – единственное государство, с которым СССР дважды разрывал дипломатические отношения. Для СССР Израиль, как никакая другая страна, превратился во внутриполитический фактор. Требуя свободной эмиграции, Израиль попортил советским лидерам немало крови. Поправка Джексона-Вэника, которая существует до сих пор и тормозит экономическое сотрудничество России и США, была принята как реакция на запрет свободного выезда евреев из СССР.

Вопрос: Меня всегда занимал вопрос о национальности самого знаменитого у нас литературного героя, который был сыном турецкоподданного и носил длинное имя Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-Бей. Очевидно, великий комбинатор имел корни в том регионе, о котором мы ведем речь…

Ответ: Если это так, то, вероятнее всего, Остап Бендер был палестинцем…

2010.

Очерки про ученых.

ПОЧЕМУ УМНЫЕ ЛЮДИ ЖИВУТ ДОЛЬШЕ ГЛУПЫХ.

Один из непреложных законов цивилизации во все времена и у всех народов – уважение к старикам. Речь сейчас не о гуманной поддержке тех, кто в преклонном возрасте стал слабее. Человек, выбирая решение, прислушивается к мнению старших по возрасту. Синклиты старейшин в том или ином виде существовали и существуют в любом обществе. Как бы мы ни критиковали Академию наук, она тоже является советом старейшин в современном виде. На собраниях РАН, если отвлечься от прений, бросается в глаза, что это собрание российских аксакалов, которые в большинстве своем бодры и телом, и разумом. И возникает вопрос: нет ли зависимости между здоровьем человека и его интеллектом? Может быть, лучший способ сохранить здоровье – усердно учиться и часто думать?

Терпеливые живут долго и счастливо.

В вопросе о зависимости между интеллектом и здоровьем надо избежать хитрых логических ловушек и отказаться от ряда соблазнительных аргументов. Первое – обойтись без имен. Отдельные примеры ничего не решают. Платон был гений мысли и олимпийский чемпион. Стивен Хокинг – тоже гений, но полный инвалид. Корректным может быть только статистический анализ. Кстати, известно, что у 30–50 % долгожителей в роду встречались долгожители. Но сказать, что на первом месте генетическая предрасположенность, опять же трудно, потому что в семье сохраняется образ жизни и среда обитания…

И второе – не надо путать причину со следствием. Умные люди ведут более здоровый образ жизни – это понятно. Кроме того, есть профессии, успех в которых зависит от возраста. Кто выживает – тот идет дальше. Возраст – выталкивающая сила к признанию. В США самая высокая продолжительность жизни у членов Верховного суда, которыми изначально становятся почти старцы. Исследований не было, но уверен, еще выше средний возраст у иерархов церкви. Чемпионы среди чемпионов – римские папы и патриархи, из чего вовсе не следует, что святость и безгрешие напрямую связаны с долгожительством. Высокий средний возраст членов Академии наук тоже отчасти связан с тем, что избирают в нее не рьяных кандидатов наук, а тех, кто пережил конкурентов. Важно и то, что все эти звания – пожизненные, а самым важным стимулом к жизни, если вспомнить данные о том, что толкает людей к эвтаназии, являются востребованность и самостоятельность в пожилые годы.

У дураков хилая грудь.

30 лет назад ученые Гарвардского университета взяли под контроль группу из 700 семилетних детей. Было обследовано здоровье и одновременно проведен тест на умственное развитие. Наблюдения не прерывались, и недавно были обнародованы результаты второго осмотра. Дети, показавшие в семь лет высокие умственные способности, во взрослом возрасте отличались более крепким здоровьем. Напротив, те, кто в первом классе не блистал умом, выросли хилыми. И уж тем более будущему академику не помешает быть здоровым: одни нагрузки в аспирантуре чего стоят. Интересен список болезней у людей с неблестящим интеллектом: сахарный диабет, астма, рак и сердечно-сосудистые заболевания.

Впрочем, мне кажется, что и для Невтонов список такой же. И не надо научный огород городить, чтобы понять, что умные дети дальше пойдут по жизни, получат лучшее образование, выше оплачиваемую работу и хорошее медобслуживание. Богатые свое драгоценное здоровье обычно не транжирят, а стерегут всяческими способами, в том числе избегая вредных привычек.

Новое масштабное исследование провел Британский совет. Под контроль была поставлена 1 тысяча человек из разных социальных групп и профессий. Выяснилось, что смертность людей, которые всю жизнь постоянно работают головой, в четыре раза ниже по сравнению с теми, чей мозг не испытывал особой нагрузки. Ученые подчеркивают: важна постоянная интеллектуальная нагрузка, а не просто высокий IQ, который дается природой.

Но кто-то возразит: можно работать головой, быть здоровым – и дать дуба в один момент. Самый неоспоримый показатель здоровья – долгожительство. В 2007 году самые авторитетные издания (New York Times, Washington Post, New Scientist) уделили много места результатам, быть может, самой интересной и полной работы о факторах, которые влияют на продолжительность жизни. Эта работа сделана в университете Чикаго по программе Национального института здоровья США российскими учеными Леонидом и Натальей Гавриловыми, которые 10 лет назад уехали из МГУ и обосновались за границей. Методологически это самый чистый из всех известных эксперимент, поскольку Гавриловым удалось исключить социальный фактор, искажавший все прежние результаты. Российские научные эмигранты обратили внимание на то, что сами американцы по привычке упускали из виду: в Интернете в открытом доступе выложены подробнейшие данные всех переписей населения США, которые проводятся каждые 10 лет. Кроме того, в ход пошли результаты антропометрических исследований, выполненных во время Первой мировой войны поголовно среди американцев до 30 лет.

Мама должна быть молодая.

В июле 2007 года Леонид и Наталья Гавриловы приехали с докладом в Санкт-Петербург на крупную международную конференцию по геронтологии. Затем побывали в МГУ, где договорились о совместных работах с командой академика Владимира Скулачева, который ведет изнурительную и захватывающую погоню за геном смерти.

Итак, чем по статистике определяется доживаемость человека до 100 лет? Самый важный фактор – возраст матери. Если мама младше 25 лет, у ребенка в два раза больше шансов стать долгожителем, чем у братьев и сестер. Порядковый номер ребенка роли не играет, главное – возраст матери. Даже для стариков после 70 лет важно, молода ли в незапамятные годы была мама. А вот с возрастом отца статистической зависимости не найдено. Любопытно, что недавнее исследование в европейских королевских домах установило необъяснимую закономерность: у пожилых отцов дочери живут на четыре года меньше. Но это локальный и статистически недостоверный результат.

Какие гипотезы? Чтобы выяснить истину, гипотез должно быть много, – иначе наука не работает. Может быть, первые яйцеклетки по качеству лучше, чем последующие. У млекопитающих расходуются яйцеклетки по очередности вызревания. В 2005 году сходный результат был получен на мышах: первые яйцеклетки лучше. Это имеет эволюционный смысл – второго шанса получить потомство природа может не предоставить. Есть, по другому, правда, поводу, английская поговорка: «Best eggs use first». Хотя и договорились, удержаться трудно: Менделеев был четырнадцатым ребенком в семье, Линкольн и Ленин тоже из многодетных семей. Еще одна версия: чем старше мать, тем больше скрытых инфекций накапливается в ее организме. И это отражается на внутриутробном развитии ребенка, когда запускаются скрытые хронические воспаления.

Худоба и жизнь в деревне – залог здоровья.

Чтобы стать долгожителем, надо следить за фигурой. Статистика утверждает: не важно, нормальный ты или чуть худой, но нельзя быть толстым. Ожирение даже на 10–15 % катастрофически снижает шансы стать долгожителем. И еще одна закономерность. Если человек провел детство в деревне, шансов стать долгожителем у него значительно больше.

Городские жители обречены на раннюю смерть. Важно подчеркнуть, что эти выводы касаются нынешних стариков, а как сложится жизнь у более молодых горожан и фермеров, науке неведомо.

Ожирение влияет не только на продолжительность жизни, но и на интеллект, что подтверждено работами французских ученых, которые в течение 5 лет исследовали 2 200 мужчин и женщин в возрасте от 32 до 62 лет, выполнявших тесты на умственные способности. Люди нормального и худого сложения выполняют 56 % теста, а те, кто страдает ожирением, – лишь 44 %. Через 5 лет упитанные граждане опустились еще ниже – до 37,5 %. У людей с нормальным весом показатели не изменились. Как ни крути, худым быть выгоднее – и ума палата, и живешь дольше. А еще раньше мы установили: если ты умнее и чаще работаешь головой, то и живешь дольше. Цепочка такая выходит: умный – здоровый – худой – столетний.

О холостяках, курильщиках и миллионерах.

Есть много версий о том, какие факторы влияют на продолжительность жизни. Если проверить их беспристрастной статистикой, выясняется, что все это мифы. Холостяки живут столько же, сколько семейные. Рост, если он в пределах нормы, никак не связан с продолжительностью жизни. И вовсе не элита и не миллионеры формируют ряды долгожителей, а рядовые обыватели.

Отрицательным фактором, это доказано точно, является курение. В самом деле, не могу припомнить, кто из наших академиков курит. Кстати, в США страхование жизни для курящих людей происходит по очень жесткому тарифу. Есть на сей счет два исключения: курение показано при болезни Паркинсона. И после 90 лет связь между возрастом и курением стирается, там уж все едино. А вот умеренное потребление алкоголя снижает смертность, и выпивающих академиков я видел в изобилии. Статистически достоверных данных о том, что жизнерадостные люди живут дольше, не имеется, но отсутствие данных не означает, что это не так. Но как иначе – если от жизни нет радости, то зачем жить?

Бессмертие для вождя.

Исследования по геронтологии активно поддерживались в СССР. Сталин создал для профессора Александра Богомольца в Киеве Институт геронтологии. Но ученый умер, когда был моложе своего покровителя, на что Сталин заметил: «Всех обманул, мерзавец!» В 1980—1990-е годы геронтология отошла на задний план и встала чуть не на одну доску с астрологией, из-за чего Гавриловым пришлось искать научный трамплин за границей. Но вовсе не астрологией, а сезонными колебаниями витаминов и инфекций объясняется то, что в США полезнее всего родиться в январе, а хуже всего – в мае. Схожие колебания работают, должно быть, и в России. Впрочем, сейчас в России геронтология вновь на почетном счету. Последняя идея – исследовать старение по моделям теории надежности для машин академика Колмогорова с учетом того, что человек может рождаться с исходными дефектами.

Самый остроумный человек современности сказал одну умную вещь: что с человеком ни делай, он упорно ползет на кладбище. Но скорость разная и маршруты тоже. И вообще, установлено, что люди похожи на вино: некоторые с возрастом превращаются в уксус, другие становятся крепче и благороднее. Думать надо почаще – здоровее будешь.

АКАДЕМИК АНАТОЛИЙ АЛЕКСАНДРОВ. ПРЕЗИДЕНТ ИЗ ГНЕЗДА ПАПЫ ИОФФЕ.

Мы с настороженностью относимся к руководителям, грудь которых щедро украшена иконостасом из орденов. Даже если сделать скидку на время, надо признать, что никто из ученых не имеет такого количества наград, как академик Анатолий Александров. Трижды Герой Социалистического Труда, кавалер девяти орденов Ленина, лауреат Ленинской и четырех Государственных премий.

На склоне лет он сказал: «Мне в жизни удивительно повезло, дай Бог каждому прожить такую жизнь». У него удивительная биография. Он родился в дворянской семье, отец был мировым судьей, мать – наполовину немка, наполовину шведка. Известный энергетик Роберт Классон, один из авторов плана ГОЭЛРО, – дядя и крестный отец Александрова. После окончания Киевского реального училища будущий президент Академии наук служил в Белой армии Деникина, играл в «русскую рулетку», причем вторым выстрелом попал в свинью, в Крыму не сел на турецкий корабль, попал в плен к красным, был приговорен к расстрелу. Закончил Киевский университет, по приглашению академика Иоффе перебрался в питерский Физтех.

С 1932 года началось сотрудничество Александрова с Военно-морским флотом. Невозможно перечислить все созданные им флотские технические системы. Но самыми главными достижениями своей жизни академик Александров считал размагничивание кораблей, что сделало их неуязвимыми для магнитных мин, и создание атомного флота, прежде всего подводного, ставшего гарантом безопасности страны.

В атомном проекте Александров шел сразу за Курчатовым, который по-дружески называл своего зама Анатолиусом. Александров был научным руководителем промышленных реакторов во многих закрытых городах. С 1946 года, когда Капица из-за конфликта с Берией попал в опалу, он возглавил Институт физических проблем, что его очень угнетало. Перед визитом к Берии он даже прополоскал рот водкой, чтобы от него разило, на что нарком сказал, что эта хитрость ему известна.

В 1957 году в Молотовске (ныне Северодвинск) была спущена на воду первая отечественная атомная подводная лодка (АПЛ). Научным руководителем проекта был академик Александров. Через год у СССР было уже четыре АПЛ. Отставание от США, которые в 1952 году спустили на воду свой «Наутилус», было ликвидировано. В 1959 году начались на Балтике ходовые испытания первого атомного ледокола «Ленин».

В годы его президентства развилось диссидентское движение. В молодые годы на собрании во время политических гонений на академика Иоффе Александров выступил его единственным защитником и спас от расправы. В зрелые годы он считал, что его дом «поставлен» на микрофон, но это правильно, потому что его положение таково, что любой риск недопустим. Став президентом Академии, он, как человек незаурядного ума, видел глубокие пороки системы, но считал деятельность диссидентов наивной и способной принести лишь вред. Александров с раздражением относился к Сахарову, не веря в его искренность и считая его выступления политической игрой. Но как президент Академии он сделал все возможное, чтобы академик-диссидент, лишенный всех государственных наград, не был исключен из членов Академии. В ЦК он проявил дипломатические чудеса, сославшись на тайное голосование в Академии, а устав, дескать, трудно изменить – опять же из-за тайного голосования.

В научном сообществе до сих пор распространен обширный «александровский фольклор». У академика был самобытный стиль общения даже с высшим руководством. Однажды на совещании у Косыгина, когда обсуждалось уже готовое постановление об упразднении доплат за научные звания и степени, Александров сказал: «Алексей Николаевич, выигрыш для бюджета мизерный, а мои ученые – такие люди: они поднимут столько вони, что вы потом сильно пожалеете». Постановление в итоге было отклонено.

Именно к Александрову имеет отношение знаменитая легенда о горячем плутониевом шаре. У Сталина и Берии возникли сомнения: вдруг физики водят их за нос и никакого оружия сделать не смогут. К нему приехала комиссия из множества генералов, которые стали уверять, что им подсовывают что-то непонятное. Александров предложил пощупать горячий шар, внутри которого идет альфа-распад. «Может, вы его нагрели?» – не поверили генералы. Он предложил запереть шар в сейф и потрогать его через час. В конце концов генералы поняли: это то, что нужно. Впоследствии история стала легендой, разговор будто бы состоялся в Кремле, а сомнения выражал сам Сталин.

Трагедию Чернобыля Александров воспринял как личную драму, возлагал на себя вину за аварию и ушел в отставку со всех постов. Он пришел к выводу, что участившиеся аварии на технических системах – продолжение общего развала страны. Он становился все более замкнутым, уходил в себя…

...

Академик Владимир Фортов: «Когда Александрова избрали президентом, он со свойственным ему юмором сказал: “Меня постигло несчастье – я стал президентом Академии”. Тем не менее именно годы его президентства стали для Академии золотыми, она шла по восходящей, было создано много новых научных центров. У Александрова было удивительное свойство – он умел находить правильные слова, общаясь с руководством страны. И конечно, он был настоящим гражданином, он понимал, что без сильной обороны, без сильной науки у страны не будет будущего».

...

Лауреат Нобелевской премии академик Жорес Алферов: «Александров проработал в питерском Физтехе 17 лет и стал основателем отечественной школы полимеров. Но, как и Курчатову, в годы войны ему пришлось изменить научный курс. Он сделал для флота очень много, и не случайно хоронили его завернутым во флаг первой атомной подводной лодки… Как и другой президент, Мстислав Келдыш, Александров умел увидеть перспективу даже в далекой для себя области. Он отличался исключительными человеческими качествами. После гонений на Иоффе он вместе с Курчатовым сделал все возможное, чтобы вернуть своему учителю прежнее положение и наградить звездой Героя Социалистического Труда».

...

Академик Александр Румянцев: «Работа Александрова по защите кораблей от магнитных мин исключительна по красоте. Не было ни одного случая подрыва кораблей, оснащенных этой системой. После смерти Курчатова в 1960 году до 1989 года он возглавлял Курчатовский центр. При нем работы по атомной физике поднялись на высокий фундаментальный уровень. Он приходил в лабораторию, изучал журналы молодых сотрудников, разговаривал с нами. Таких академиков я больше не встречал».

...

Академик Константин Фролов: «Стиль Александрова – никогда не торопиться. Удивительным образом он успевал сделать больше всех. При Александрове в Академии наук стали уделять значительно больше внимания техническим направлениям, удалось вернуть в АН несколько крупных отраслевых институтов. Не случайно так велик личный вклад Александрова в создание наших лучших технических систем – от космических “Энергии” и “Бурана” до комбайна “Дон”».

АКАДЕМИК ЮЛИЙ ХАРИТОН. РУКОВОДИТЕЛЬ БОМБЫ – СЫН ВРАГА НАРОДА.

Александр Македонский был, как известно, великий полководец. Великими полководцами были также Юлий Цезарь, Александр Суворов, Наполеон Бонапарт, Георгий Жуков и, кроме того, Жанна д’Арк. Но больше великих полководцев не будет. Вовсе не потому, что человеческий гений в этом направлении иссяк. Со второй половины XX столетия при возникновении конфликтов человечество заговорило на другом языке. По существу, со второй половины XX столетия началась другая история.

У человечества появилось ядерное оружие – оно стало главным фактором политики, главным аргументом при поиске решений, главным доводом в выборе друзей и партнеров. Если сейчас и разгораются крупные конфликты, то большей частью для того, чтобы это оружие никому больше не досталось. Ядерный мир и безъядерный мир говорят на разных языках, это две разные цивилизации. Мудрость дала немыслимую силу, и теперь эта сила требует удесятеренной мудрости. И каждый, кто живет в ядерном мире, смотрит вокруг другими глазами – так волшебник Гудвин в «Изумрудном городе» выдавал каждому жителю зеленые очки.

Но история и политика – это судьбы конкретных людей. Знаем ли мы, помним ли имена тех, кто создал ядерное оружие и заставил нас смотреть на мир другими глазами? На слуху затерявшиеся политики, мускулистые теннисисты, однодневные поп-звезды. И эти звезды мерцают холодно и беспамятно пусто. Света нет, но звуки громкие.

Юлий Борисович Харитон. Будущий главный конструктор ядерного оружия, трижды Герой Социалистического труда…

Каждому небезразлично, в какой семье человек родился-воспитывался. Но советская система возвела значение происхождения в квадрат. Легче было рабу Эзопу или крепостному Шевченко пробиться в поэты, чем классово чуждому элементу в 1920—1930-е годы получить пристойное образование. Но хуже происхождения, чем у Харитона, придумать было невозможно – просто проклятие.

Его отец был редактором кадетской газеты «Речь», директором Санкт-Петербургского дома литераторов. В 1922 году его на «философском пароходе» вместе с Бердяевым, Франком, Ильиным, ректором МГУ Макаровым выслали из Советской России. Харитон-старший обосновался в Риге, издавал газету «Сегодня», в 1940 году после присоединения Латвии к СССР был арестован НКВД и приговорен к высшей мере наказания. Мать Харитона была актрисой, играла во МХАТе, в 1910 году покинула семью, вышла замуж за известного берлинского психиатра, с которым в 1930-х годах эмигрировала в Тель-Авив и была похоронена у Стены плача.

Харитон был одним из немногих людей в СССР, кто на протяжении нескольких десятилетий круглосуточно находился под опекой личных телохранителей. Но по-настоящему заложником системы его делали происхождение и идеологически чуждые родственники. Дело отца Харитона лежало в сейфе Берии. И что имел в виду этот зловещий человек, когда 29 августа 1949 года после первого удачного испытания атомной бомбы, поцеловав Харитона в лоб, сказал ему: «Вы не представляете, какое было бы несчастье, если бы она не сработала», никому не известно. Когда однажды Андрей Сахаров поделился с ним надеждами на взаимопонимание с высшим руководством страны, Харитон вздохнул: «У этих людей свои представления об авторитете».

Ни Энгельс, ни Ленин не являются авторитетами для физиков.

В 1929 году Сталин, раздавивший к тому времени своих политических противников на всех фронтах, сказал: «Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». Страна бежала по всем направлениям – индустриализация, коллективизация. Ученые пытались внушить руководству мысль о том, что физика может обеспечить основу столь необходимой техники будущего. С этим никто не спорил. Но плохо было то, что наука оставалась островком интеллектуальной свободы. Академик Френкель договорился до того, что признался: «Ни Энгельс, ни Ленин не являются авторитетами для физиков». Физики, в отличие от ученых других, более «понятных» областей, считали, что они и без партийного руководства смогут понять, какие теории верны и какие проблемы интересны. Они считали себя частью мирового научного сообщества. Харитон, к примеру, два года работал в Кембридже, подготовил докторскую диссертацию под руководством нобелевских лауреатов Резерфорда и Чедвика. Не случаен был разгром в Харькове Украинского физико-технического института (УФТИ), который посещали Нильс Бор, Джон Кокрофт и Поль Дирак. УФТИ вышел из Ленинградского физтеха, где работал Харитон. Были расстреляны лучшие ученые Шубников, Розенкевич, Горский, арестованы Лейпунский, Обреимов, самый сильный советский теоретик Ландау. Немецких физиков Вайсберга и Хаутерманса Советский Союз передал в руки гестапо.

Но еще в начале 1930-х годов и в Европе, и в СССР считалось, что ядерная физика – это область, которая не имеет никакого отношения к практической пользе. Так думали даже великие Резерфорд и Ферми. И мысль учителя Харитона академика Абрама Иоффе о том, что ядерная энергия может привести человечество через две-три сотни лет к решению проблемы энергетического кризиса, была чрезвычайно смелой. В 1932 году было принято решение о расширении исследований по ядру. Но даже отдаленных мыслей об использовании нового вида энергии для военных целей ни у кого не возникало.

В конце 1930-х – начале 1940-х годов в США и Германии были выполнены фундаментальные работы по самоподдерживающейся цепной реакции и расщеплению ядра. Но и у советских физиков имелись серьезные достижения. Юлий Харитон и Яков Зельдович определили условия, при которых может произойти ядерная цепная реакция. Ядерная физика увела Харитона из химии. В 1925 году он дал начало исследованиям ветвящихся цепных реакций, за которые Николай Семенов в 1956 году получил Нобелевскую премию. Но были также отличные исследования физиков-ядерщиков Петржака, Флерова, Курчатова, Френкеля, который сделал первую советскую работу по делению ядра, что было значительно важнее его критического отношения к Энгельсу и Ленину. Интересный факт: некоторые эксперименты проводились на станции метро «Динамо», чтобы исключить влияние космических лучей.

В 1939 году будущий нобелевский лауреат Игорь Тамм сказал о работе Харитона и Зельдовича: «Это открытие означает, что может быть создана бомба, которая разрушит город в радиусе десяти километров». В 1940 году Иоффе заметил: «Вы говорите о необычайной дороговизне. Но если речь идет о том, чтобы сбросить полтонны урана и взорвать половину Англии, – тут о дороговизне можно не говорить». Но в отличие от американских и немецких физиков, которые сумели убедить свои правительства в необходимости работы над новым сверхоружием, советские ученые с такими предложениями к партийному руководству не обращались. В итоге мы отстали с атомной бомбой на несколько лет, что во многом предопределило весь дальнейший ход мировой истории. Говорить о вине ученых проще всего. С равным успехом можно говорить о вине общества, где наука не востребована (как и сейчас) и не рвется к руководству со своими идеями. В конце 1930-х в заключении оказались все советские ракетчики во главе с Королевым, которые досаждали генералам новыми и непонятными вооружениями. В тюрьме оказался и великий авиаконструктор Туполев. Так что больше резона говорить о взаимодействии власти и науки – и власть от недоверия теряет, и наука.

Если бы вы знали, сколько донесли на вас!

Но были и объективные причины невнимания (недосмотра?) СССР к атомной перспективе. В 1928 году Харитон побывал у матери в Германии. Как он вспоминает, он был поражен количеством и тоном фашисткой литературы. Профессор-фрейдист Эйтингтон, муж матери, сказал: «Это все чепуха, над ними все смеются, это просто мода. Через несколько лет все о них забудут». На Запад эмигрировало много ученых из Германии, которые принесли слухи о нацистской атомной бомбе. К тому же Запад оказался вовлеченным в войну с Германией. СССР же после подписания пакта Молотова – Риббентропа пребывал в благостном настроении, делил с Германией окрестные территории. Этот договор привел и к прекращению обмена информацией с западными физиками. (Кстати, Харитону и Зельдовичу не дали Сталинскую премию, поскольку на их работу не было реакции из-за рубежа, который молчал, чего мы не знали, уже из конспиративных соображений.) В марте 1940 года в Англии появился секретный меморандум «О конструкции супербомбы, основанной на цепной ядерной реакции».

И все же какая-то информация до советских ученых докатывалась. В 1940 году комиссия, созданная по инициативе старейшего академика Вернадского (его сын жил в США), занялась изучением вопроса, сколько в стране запасов урана. В комиссию вошли от физиков Курчатов, Капица, Иоффе, Вавилов, Харитон. Геологи признались, что в отсутствие спроса единственный рудник закрыт, запасы урана неизвестны.

Но в 1941–1942 годах советская разведка из многих источников стала получать сведения о том, что в США и Германии в строжайшей тайне разрабатывается невиданная доселе бомба. Около полугода не доверявший всем и вся Берия не докладывал об этой информации Сталину. И все же 28 сентября 1942 года Сталин подписал распоряжение о возобновлении в СССР работ по урановой проблеме. Осенью 1942 года после беседы в правительстве Курчатов составил список участников проекта: Алиханов, Кикоин, Харитон, Зельдович. В 1943 году Курчатов предложил возглавить группу по работе над конструкцией бомбы Харитону. Тот поначалу отказывался, его захватила другая работа – минное и противотанковое оружие, которое наверняка будет использовано в войне с Германией. Но Курчатов убедил Харитона: надо думать о будущей безопасности страны и нельзя упускать время.

Но время уже было упущено. 27 ноября 1942 года Курчатов писал Молотову: «В исследованиях урана советская наука значительно отстала от науки Англии и Америки». 30 июля 1943 года новое письмо: «Наша страна далеко позади Америки, Англии, Германии. Проблемой урана у нас занято около 50, а в Америке – около 700 научных сотрудников». Расчеты показывали, что необходимо срочно получить около 100 тонн урана, а добыть из разведанных месторождений можно было только 12 тонн за два года. И тогда СССР попросил уран у… Америки – по ленд-лизу. Генерал Гровз, чтобы Сталин не догадался, как и для чего нужен уран самой Америке, до 1945 года исправно отпускал Советскому Союзу уран огромными порциями.

Наконец Сталин, который понимал, что кадры решают всё, снимает с поста руководителя атомного проекта Молотова и назначает Берию. О его роли в создании советского атомного оружия все ученые, и Харитон в том числе, отзывались очень высоко – это был отличный для тоталитарной системы администратор. Когда по примеру генетики намечалось идеологическое избиение чуждой марксизму квантовой физики, Харитон пожаловался Берии, что это затрудняет работу над оружием. Берия вспыхнул: «Мы не позволим этим засранцам мешать вашей работе». Неоднократно Харитон добивался у Берии «прощения» кого-нибудь из идеологически проштрафившихся физиков. Берия лишь хмуро спрашивал: «Он вам очень нужен?» Но однажды Берия сказал главному конструктору: «Юлий Борисович, если бы вы знали, сколько донесли на вас!» И, помолчав, добавил: «Но я им не верю».

Поначалу с приборами было тяжело. Кварц для осциллографа купили на Тишинском рынке в Москве. Часть приборов вывезли из Германии. Но самое главное – в 1945 году в Германии после детективных поисков на кирпичном заводе удалось найти запасы солей урана. В поисках участвовали Харитон и Зельдович, которых по этому случаю обрядили в полковничью форму. Все другие склады, где тоже мог быть уран, будто по досадному совпадению разбомбили союзники.

В январе 1946 года Сталин в присутствии Берии сказал Курчатову: «Наши ученые очень скромны и иногда не замечают, что живут плохо. Наше государство сильно пострадало, но всегда можно обеспечить, чтобы несколько тысяч человек жило на славу, а несколько тысяч человек жило еще лучше, со своими дачами, чтобы человек мог отдохнуть, чтобы была машина». 9 февраля 1946 года в Большом театре Сталин произнес речь: «Я не сомневаюсь, что если мы окажем достойную помощь нашим ученым, они сумеют не только догнать, но и превзойти в ближайшее время достижения науки за пределами нашей страны». Затраты на науку в 1946 году стали в три раза больше, чем в 1945-м. Было объявлено о большом повышении зарплаты ученым.

Через несколько лет член Политбюро Лазарь Каганович недовольно назвал «атомные города» курортами. Но в 1946 году Сталин говорил, что атомную бомбу надо получить как можно скорее, без оглядки на затраты. У Америки бомба уже была. Взрыв над японской Хиросимой стоил жизни 120 тысячам человек…

Как «перехаритонили» Оппенгеймера.

КБ-11, объект № 550, Кремлев, Москва, центр-300, Арзамас-75, Приволжская контора, Саров, Арзамас-16 – в разные времена так называлось место, где в 1946 году было создано сверхсекретное конструкторское бюро по разработке атомного оружия. Его называли советским Лос-Аламосом, где находился подобный американский центр.

Когда-то здесь жил Серафим Саровский, один из самых почитаемых на Руси святых, был знаменитый монастырь, куда приезжал последний император Николай II с семьей. В годы войны на территории монастыря расположили небольшой оружейный завод. А в 1946 году в бывший монастырь прислали тысячи заключенных, которые ударными темпами возводили ядерный центр. Многие церкви были разрушены.

Надо «перехаритонить» Оппенгеймера – так говорили в Арзамасе. Роберт Оппенгеймер – руководитель американского атомного проекта. Харитон – научный руководитель и главный конструктор советского атомного проекта с 1946 по 1992 год. Маленького роста, невзрачный, очень худой – внешне он резко контрастировал с делом, за которым стояла огромная разрушительная мощь. Из-за непритязательной внешности с Харитоном сплошь и рядом случались забавные истории, когда несведущие секретари райкомов и провинциальные вельможи не признавали в нем главного конструктора атомного оружия. До конца 1980-х его имени не знал никто, но он был начисто лишен тщеславия и никогда не предъявлял своих чинов. С ним можно было поговорить о Гейнсборо, Гольбейне, Тернере, он радовался томику стихов Михаила Кузмина, был влюблен в Товстоногова и, измотавшись вконец, ходил на последние киносеансы, хотя досадовал, что хороших фильмов почти не встретишь…

Многие удивлялись, почему Курчатов «позвал» на Арзамас Харитона, мягкого, интеллигентного человека, который совсем не походил на начальника сталинских времен. Он был старорежимно вежлив, никогда не садился раньше другого человека, всегда подавал пальто, самым страшным словом в его устах было «чёрт!». Но Харитон обладал чертой, которая отмечалась всеми, кто знал его, и отличала его ото всех, кто работал с ним, – феноменальная ответственность. Как говорил один из наших известных физиков, такой ответственностью отличался еще только президент Академии наук Сергей Вавилов. Случайно ли, что брат Вавилова и отец Харитона погибли в тюрьмах НКВД?

Харитон наизусть знал тысячи чертежей, которые сопровождали каждое изделие центра. Он сидел в кабинете до глубокой ночи, но в 8 утра всегда был на работе. Долгие совещания по выходным были обыкновенным явлением, хотя он всегда мягко и застенчиво извинялся перед сотрудниками за очередной вызов на работу, передавал привет их женам… Он проверял каждую деталь перед испытаниями и, к примеру, лично возглавлял разработку нейтронного запала для первой бомбы. Он стал еще более въедливым, изводя сотрудников проверками, после первого отказа на испытаниях в 1954 году. Говорили, что у него совсем испортился характер. Нет, не испортился – сам того не ведая, он возвел ответственность в культ.

Рискуя впасть в недопустимый по сегодняшним временам пафос, все же надо сказать, что Харитон и все другие ученые, работавшие в атомном проекте, сознавали, что они создают не просто атомную, а потом водородную бомбу, но работают над оружием сдерживания, которое сделает невозможной одностороннее применение ядерного оружия и, значит, сохранит мир. Этими же мотивами руководствовались западные ученые, которые шли на контакт с советской разведкой. По многочисленным свидетельствам, денег за информацию они, даже Фукс, передавший СССР сведения об имплозии, не получали. В 1948 году у США было уже 56 атомных бомб. Объединенный комитет начальников штабов разработал чрезвычайную доктрину «Полумесяц», которая предусматривала «мощное воздушное нападение, использование разрушительной и психологической мощи атомного оружия против жизненно важных центров советского военного производства». Было скрупулезно подсчитано, сколько миллионов советских людей погибнет и на сколько процентов снизится промышленный потенциал СССР. Счастье, что президент Трумэн отклонил этот план.

Харитон любил повторять свое правило: «Надо знать в десять раз больше, чем мы делаем». Коллеги называли этот девиз «критерием Харитона», забывая, что первый научный критерий Харитона следовал из его классической работы 1940 года по цепным реакциям. Но своей научной карьерой он сознательно пожертвовал ради другого дела. Он категорически запрещал – и быть может, в этом был какой-то не понятый никем смысл – подписывать свои официальные бланки титулом «академик».

Первая советская атомная бомба – фактически копия американской. Многие чертежи и технологические подсказки (например, о принципиальной технологии имплозии, то есть сжатия заряда) были получены советской разведкой. Данные разведки сэкономили СССР один-два года. Из ученых к разведывательной информации в полной мере допускались только Курчатов и Харитон. Но необходимо было создать промышленные установки, а все технологические решения многократно проверить. Иногда физики предлагали более эффективные решения, но Курчатов и Харитон настаивали на других схемах. Они не могли сказать, что именно эти схемы уже сработали, не могли открыть источник своей уверенности. Бомба должна была быть готова как можно скорее, ведь Сталин создал все условия…

В 1949 году накануне первого испытания атомной бомбы состоялась единственная встреча Харитона со Сталиным. В Кремле после доклада Харитона Сталин спросил, нельзя ли из одной бомбы при таком же количестве плутония сделать две бомбы? Харитон ответил, что это невозможно. Больше вопросов Сталин не задавал. Первую советскую атомную бомбу назвали РДС-1 – реактивный двигатель Сталина. Вторую – РДС-2.

Вторая советская атомная бомба РДС-2 была испытана в 1951 году. Она была вдвое легче и вдвое мощнее американской. В 1953 году СССР испытал первую в мире водородную бомбу конструкции Сахарова. 30 октября 1961 года в СССР над Новой Землей был осуществлен непревзойденный по мощности взрыв 50-мегатонной бомбы, которая была в три тысячи раз сильнее бомбы, сброшенной на Хиросиму. Во главе авторов разработки стоит фамилия академика Сахарова.

Сахаров и Харитон.

Рассказывая об академике Харитоне, нельзя не сказать об Андрее Сахарове. Для самого Харитона это была, быть может, самая болезненная тема. Оба они были трижды Героями Социалистического труда. Но у Сахарова все звания отобрали, отправили в ссылку, отстранили от науки. Между тем именно Сахарова видел Харитон своим преемником в качестве научного руководителя Арзамаса-16 и говорил: «Я не сомневаюсь в его высоких моральных качествах». Он считал Сахарова научным гением (как и Зельдовича). Но Харитон в 1973 году подписал коллективное письмо сорока академиков, где Сахаров обвинялся в подрыве социалистических устоев и идеологических диверсиях против СССР.

Эту подпись Харитону ставят в вину до сих пор. Домашние рассказывают, что для Юлия Борисовича это был самый мучительный шаг в его жизни. Он не обольщался по поводу режима, хотя при его замкнутости услышать от него даже реплику по этому поводу могли лишь самые близкие люди. (Однажды Харитон тихо сказал, что через 15–20 лет среди наших руководителей появятся люди, которые будут играть не в домино, а в шахматы, но парная баня все равно будет объединять и тех и других.) Проработав два года в Кембридже – это было самое светлое время в его жизни, – он не мог не разделять мыслей Сахарова о необходимости сближения двух идеологических систем. И он поддерживал Сахарова в его борьбе с Лысенко. Но сейчас за ним стояли огромный коллектив и огромное дело, от которого он мог быть отстранен. И он поставил осуждающую подпись. Дома был скандал, на Юлия Борисовича было страшно смотреть…

Но именно Харитон, пользуясь своим влиянием, ходил к Андропову и Устинову, писал прошения, чтобы родственников Сахарова выпустили за границу, неоднократно пытался добиться смягчения его участи. И впоследствии никогда не рассказывал об этом Сахарову, потому что тогда говорить об этом запрещалось, а сейчас непонятно, что возымело действие. В годы перестройки они опять начали встречаться, подолгу разговаривали. Харитон написал личное поручительство и говорил на Политбюро, что Сахарова, который был носителем многих государственных секретов, можно выпустить за границу и что «Андрей Дмитриевич относится к числу немногих людей, которым, безусловно, можно доверять, и он не способен нарушить данное им слово».

И Андрей Дмитриевич никогда не бросал упреков Харитону. Когда у Юлия Борисовича умерла жена, первым позвонил Сахаров. Через полчаса – Брежнев: «Сочувствую, у вас умерла матушка». – «Это была моя жена», – сухо поправил Харитон.

На похоронах Сахарова Харитон стоял у гроба совершенно потерянный. Это была не первая тяжелая утрата. В 1961 году фактически на руках у Харитона во время прогулки умер Курчатов. Потом ушли Зельдович, Семенов, Александров. Жена, единственная дочь…

Последний раз он вышел на люди в 1996 году, когда в Колонном зале проходило торжественное заседание, посвященное 100-летию его учителя Николая Семенова. На тот момент Юлий Борисович Харитон был последним трижды Героем Социалистического труда в нашей стране.

В президиуме сидели Ельцин, Черномырдин, Лужков и смотрели в зал. С трибуны говорилось о замечательной роли наших ученых. Академик Харитон сидел в зале.

Наука и власть.

История советского атомного проекта, как и судьбы замечательных ученых, работавших над бомбой, дают богатую пищу для размышлений о связи между наукой и властью. Советский ядерный проект был реализован в невиданно короткие сроки потому, что наши ученые еще оставались частью мировой научной элиты. И потому, что в самом СССР физика, хотя ученые оставались лояльными к власти, по своей сути оставалась островком интеллектуальной свободы. Именно в физике, хотя она и была поставлена на службу государству, сохранялись принципы демократии и здравого смысла. Власть ради своего выживания нуждалась в науке, но наука оказывала влияние на власть и подталкивала ее к реформам. Если наука была цивилизующей силой в советском государстве, то какую роль играет она сейчас?

Харитон застал эпоху всеобщей безответственности. Он написал жесткое письмо Горбачеву о том, что ради сохранения мира нельзя «рушить ядерный архипелаг». «Что изменилось? – говорил он. – Раньше генеральный секретарь звонил мне раз в месяц, секретарь по обороне – раз в неделю, заведующий оборонным отделом – каждый день. Не обязательно по рабочим вопросам, просто здоровьем интересовались, спрашивали, не нужно ли помочь. А вот приезжал Ельцин. Сказал, что мы нужны России. Но деньги должны сами зарабатывать». Впрочем, с деньгами у Юлия Борисовича во все времена были отношения сложные. Оказавшись однажды в ресторане, он, никогда не имевший дело с бытовой стороной жизни, дал швейцару такие чаевые, что у того глаза на лоб полезли…

После смерти Харитона многие предлагали присвоить его имя Всероссийскому НИИ экспериментальной физики в Арзамасе-16. Тем более что некоторые другие российские ядерные центры получили имена своих руководителей, которые были замечательными учеными и организаторами, но все же, без обиды, не сыграли в атомном проекте такой роли, как Харитон. Есть решение Государственной Думы, есть письма самых уважаемых академиков обоим российским президентам. Но есть и противники. Вслух аргументы не произносятся. Но существует негласное мнение, что нельзя называть крупнейший научный центр, расположенный в святом для православных месте, именем человека неславянского происхождения, при котором были погублены многие церкви. А вернее всего – борьба амбиций. И это так мелочно. И так свойственно нашему времени…

АКАДЕМИК АНДРЕЙ САХАРОВ. ГОРЬКАЯ ССЫЛКА.

Многим крупным ученым удалось оставить после себя собственные научные школы – Иоффе, Мандельштаму, Н. Вавилову, Капице, Ландау, из практиков – Королеву, Курчатову, Туполеву. Многие занимали крупные посты, были вхожи в самые высокие кабинеты, легко получали любую трибуну для выступления. И тем не менее, сегодня приходится слышать, что не было ученого, который оказал бы на нашу жизнь и наше сознание большее влияние, чем Андрей Дмитриевич Сахаров. Но ведь немалую часть жизни академик А. Д. Сахаров не просто был лишен трибуны в своем Отечестве, но и жил в строгой изоляции. О каком же нравственном уроке можно тогда говорить, что считать «школой», которую ученый оставил после себя?

Вопросы поставлены. Можно обойти их молчанием, потому что сотни тысяч людей, пришедших на похороны Сахарова, траурные митинги, проведенные во многих городах страны, – все это говорит о том, какое важное значение имело и имеет все то, что сделал Сахаров для нашей страны. И все-таки давайте искать ответ. Возьмем для этого самый «невыгодный» период его жизни – семь тяжелейших, словно в библейской притче, лет, проведенных в горьковской ссылке, когда он был насильно выключен из общественных и научных процессов и вряд ли мог надеяться на то, что многие его предвидения столь скоро и убедительно оправдаются…

В последних числах декабря 1979 года ограниченный, как было сказано в официальном сообщении, контингент советских войск с целью оказания интернациональной помощи вошел в Афганистан. О подробностях этой акции знал тогда лишь самый узкий круг высших политиков, а ее последствия предвидеть не мог, кажется, никто. Но в первые же после ввода войск дни в нашей стране прозвучал бесстрашный голос протеста. Академик А. Д. Сахаров трижды выступает с заявлениями, организует пресс-конференции, где осуждает эту акцию и призывает советских руководителей вернуть войска на свою территорию.

Утром 22 января 1980 года А. Д. Сахаров уехал на научный семинар. Днем он позвонил домой из прокуратуры и сказал, что его отправляют в Горький. Вечером того же дня самолет, в котором были А. Д. Сахаров, его жена Е. Г. Боннэр и несколько человек охраны во главе с первым заместителем председателя КГБ С. К. Цвигуном, доставил ссыльного в Горький, город, закрытый для иностранцев. Багаж семьи состоял из двух дорожных сумок, словно собирались в незнакомый город совсем ненадолго…

Только ли позиция по Афганистану стала причиной высылки в Горький? Нет, недовольство ученым, высказывающим еретические идеи о реформировании общества «развитого социализма», а также позволяющего себе иметь собственное мнение о балансе мировых вооружений, зрело давно. Командно-административная система каждому человеку определила свою ступеньку в иерархии, и, по ее понятиям, Сахаров предупреждений получил уже немало. С поста заместителя научного руководителя крупнейшего института академик спустился до старшего научного сотрудника, его подвергали сокрушительной газетной обработке – от центральной прессы до стенной печати, он выслушивал внушения от прокурора, и даже в научных трудах обращаться к его основополагающим работам уже не рекомендовалось. Ссыльный ученый лишился трех звезд Героя Соцтруда, званий лауреата Ленинской и Государственной премий. Мировая слава, правда, оставалась – ей не прикажешь…

Протест Сахарова против ввода войск в Афганистан оказался одновременно и последней каплей, переполнившей чашу терпения, и удобным предлогом для высылки, который гарантировал, по мнению наших высших политиков, общественное единодушие по отношению к академику, окончательно забывшему о патриотизме, как его понимали эти самые политики. Ну и академик наконец образумится, поймет: Горький – еще не самое отдаленное место. Кстати, как это долго было с самой инициативой об оказании «интернациональной помощи», так до сих пор неясно и кому принадлежит авторство решения о высылке академика из Москвы. Пару раз в начале 80-х администрации ФИАНа советовали уволить А. Д. Сахарова, но стоило «наивно» поинтересоваться, на какое и кем подписанное решение надо сослаться в приказе об увольнении, вопрос сразу отпадал.

Важный момент: переубедить Сахарова уже давно не пытались, в прежние годы попытки чиновников от идеологии перевоспитать «заблудшего» оставляли стороны на своих позициях. Сахаров не принадлежал к числу тех, кто бетонно замирает перед начальством, он не признавал философии компромисса, ведь маленькая уступка потом нередко вырастает до беспринципности. И всем уже стало ясно: мысли Сахарова и сам Сахаров – это одно и то же. Судить его побоялись, да и не за что, решили изолировать от внешнего мира. Горький, как предполагалось, станет для неуступчивого академика «мышеловкой», «докричаться» оттуда ему будет просто невозможно.

Едва сойдя с самолета, Сахаров написал открытое письмо о незаконности своей высылки с требованием открытого суда над собой. Через неделю его напечатали в «Нью-Йорк тайм». Волна протестов против высылки А. Д. Сахарова поднялась в первые же дни 1980 года и захватила широкие круги мировой общественности. Национальная академия США принимает решение о прекращении контактов с Академией наук СССР, нарушаются связи со многими другими организациями, возникает продлившееся до 1985 года движение за бойкот научных форумов, организуемых в СССР. Урон стране, ее авторитету неоценим, и ясно, что административные меры по отношению к инакомыслящему ученому стали очередным самоубийственным шагом командно-административной системы. Как спасали положение? В 1983 году, в самый разгар бойкота, президент АН СССР А. П. Александров в интервью журналу «Ньюсуик» говорил о желательности сотрудничества в области науки, а действия правительства по отношению к Сахарову назвал «гуманными», «поскольку Горький, где он живет, – красивый город, большой город с большим числом академических институтов. Академики, которые живут там, не хотят никуда переезжать».

Справедливости ради надо сказать, что А. П. Александров, как президент академии, находился в сложном положении. Поступки – завуалированное противодействие возникшим в 1980 году предложениям об исключении Сахарова из членов Академии, еще раньше – отсутствие его подписи под разгромным письмом 40 академиков против А. Д. Сахарова (любопытствующие могут выяснить персоналии в газетах за август 1973 года). Но слова – прямо противоположны, цитировать даже неудобно.

Как явствует из интервью, в «крупном научном центре» у А. Д. Сахарова были все возможности заниматься плодотворной научной работой. Для полноты картины следовало бы добавить, что перед дверью Сахарова круглосуточно дежурил милиционер, заворачивавший всех, кто не имел специального разрешения. Во дворе напротив окон находился опорный пункт охраны порядка, а временами, с другой стороны, у лоджии, появлялся еще и вагончик. Вне дома жигуленок Сахарова сопровождала черная «Волга». Фотоаппарат, киноаппарат, магнитофон, радиоприемник, даже пишущая машинка были изъяты при обыске, телефон в квартире, ясное дело, отсутствовал. И даже телефоном-автоматом пользоваться через какое-то время уже не разрешалось. Никаких контактов с коллегами из местных институтов за все семь лет у Андрея Дмитриевича не было. Его ни разу не приглашали ни на одну конференцию, никто из горьковских ученых не переступал порог его квартиры.

Андрей Дмитриевич, как в плохом детективе, назначал встречи в самом людном месте – на почтамте. Но как любителю утаиться от профессионалов! Профессор М. Л. Левин, университетский друг Андрея Дмитриевича, один из немногих ученых, навещавших его в ссылке, рассказывал мне, как во время одной из конференций, проводившихся в Горьком, к нему обратился взволнованный заместитель директора крупного НИИ и умолял больше не встречаться с Сахаровым, потому что «иначе у нас конференций не будет».

Его опасались горьковчане, но чего опасались ученые из Москвы, в своих командировках избегавшие визита к впавшему в немилость коллеге? Многие из них были защищены академическими титулами, наградами, высокими постами. Но боялись, как это бывало не раз по малейшему поводу, что «срежут» ассигнования, «прижмут» институт, не пустят на заграничную конференцию. В их сознании с академической точностью оценивался риск посещения ссыльного академикам – так, а они – так. Выходило, что риск не оправдан, причем по причинам самым благородным, исключающим, казалось бы, собственное малодушие. А это и называется компромиссом. Именно этим, кстати, рационалисты, не рискнувшие посетить Сахарова, и отличались от самого Андрея Дмитриевича. Он всегда бросался на защиту обиженных и совершенно незнакомых ему людей, нимало не задумываясь, что потеряет от этих «необдуманных» действий. Это была та «неслыханная простота», о которой говорил Пастернак: «Она всего нужнее миру». Сахаров был русским интеллигентом в уже забытом значении этого слова с его всепоглощающей идеей служения народу, как бы этот введенный в заблуждение народ ни проклинал его.

Честно говоря, журналисту писать об Андрее Дмитриевиче Сахарове и легко, и непривычно. Легко – потому что не надо вымучивать наблюдения. А непривычно – по той причине, что очень редко пока еще встретишь человека, рискующего проявить личные качества, пристрастия, взгляды. Индивидуальность редко в почете, у наших героев – общее лицо, коллективные интересы, и первая черта положительного персонажа, естественно, – коллективизм. Тот в весьма распространенном толковании коллективизм, что предполагает прежде всего послушание воле большинства. И еще – умение пойти на все тот же компромисс, переступить через собственные убеждения, через совесть. Не потому ли у нас в таком дефиците собственные поступки, так редка твердая личная позиция? Да, надо признать, коллективистом в этом смысле Сахаров не был, поступать, как приказывали, вопреки убеждениям – не умел.

Мы уже говорили, что думать Сахаров в Горьком мог сколько и как угодно, но действовать в соответствии с этими мыслями ему возбранялось. Но все дело в том, что он просто не умел мириться с таким разрывом! Любыми путями Андрей Дмитриевич пытался связаться с внешним миром, переправлял письма, протесты, статьи, заявления. Первое время роль курьера брала на себя Е. Г. Боннэр. Провезти что-либо крамольное в Москву было трудно, ее не раз обыскивали. Иногда, чтобы обмануть «наблюдателей», Елена Георгиевна в сумерках вылезала в окно, на перекладных добиралась до Владимира и оттуда – в Москву. Но в мае 1984 года ей запретили покидать Горький. Сахаров искал другие возможности, «терял» письма на улице в надежде на доброго прохожего, но в большинстве случаев его наивные попытки легко пресекались приставленными профессионалами.

Унизительная изоляция в Горьком – это была горькая правда, но на «экспорт» требовалась благополучная версия. И вот принимается решение позволить коллегам из теоретического отдела ФИАНа посещать ученого в ссылке. Физики пообещали не касаться политических вопросов и не брать у Андрея Дмитриевича никаких писем. Перед каждой поездкой они проходили подробный инструктаж и у заместителя директора ФИАНа по режиму, и у начальника первого отдела и вынуждены были докладываться по возвращении. Как явствовало из некоторых упреков этих начальников после поездок, вспоминает профессор В. Я. Файнберг, все разговоры в квартире А. Д. Сахарова прослушивались. Но Андрей Дмитриевич знал об этом и откровенные беседы заводил, только отъехав на машине в лес. Но и здесь покоя не было. Часто пересказывают анекдотическую историю про здоровенного парня, полчаса накачивавшего рядом шину своего велосипеда.

Общественная деятельность Сахарова во многом заслонила от нас его научные интересы. И это несправедливо, ибо для самого Андрея Дмитриевича не было занятия более увлекательного, чем физика. О физике он думал всегда и, по мнению хорошо знавших его коллег, сочетал в себе такие качества, которые ставили его в число крупнейших ученых нашего столетия. Не только создание водородной бомбы, но и целый ряд других принципиальных предложений позволяют ныне многим называть Сахарова гением физики. Сахаров-ученый, впрочем, – тема отдельного разговора. Здесь же хотелось бы сказать, что визиты коллег-фиановцев, с научной точки зрения, нужны были Андрею Дмитриевичу для того, чтобы не потерять ощущение атмосферы современной науки, острой дискуссии. Вряд ли он ждал от гостей принципиально новой информации и уж, конечно, не свежих научных идей. Характерная деталь: значительное большинство работ А. Д. Сахарова написано без соавторов, что по нынешним меркам можно рассматривать как нонсенс. Сахаров работал в 80-е годы над космогоническими проблемами мироздания, и уровень его работ был столь глубок, что последние новации не могли оказать на них заметного влияния. В Горьком А. Д. Сахаров написал семь теоретических работ по физике, и каждая, по свидетельству профессора Б. М. Болотовского, может стать началом нового направления в науке. Продолжал академик Сахаров и разработку своей пионерской идеи о нестабильности протона, причем из разных лабораторий мира приходили подтверждения, что полученное в эксперименте гипотетическое время жизни протона становится все ближе к предсказанному им в теории. Кстати, Андрей Дмитриевич не раз говорил, что самая большая его мечта – дожить до подтверждения этой переворачивающей все научное мировоззрение гипотезы.

Разрешив физикам ездить в Горький, власти надеялись, что занятия наукой не оставят Сахарову времени для деятельности иного рода. Ему было позволено без ограничений выписывать научную литературу, как любому действительному члену Академии. Но «отвлечь» А. Д. Сахарова от мыслей «вредного направления» с помощью науки было невозможно. Особенностью мышления этого ученого было то, что он любую проблему охватывал целиком, не удовлетворяясь частными решениями. Именно так, кстати, в 50-е годы молодой физик, работавший над локальной задачей при создании водородной бомбы (секретность была такова, что в отчетах вместо слов «электрон» и «протон» зияли интервалы), смог, словно знаменитый палеонтолог Кювье, воссоздавший по одной кости скелет динозавра, нарисовать в воображении общую картину и предложить свой, впоследствии реализованный, вариант бомбы. А далее – также неизбежно – А. Д. Сахаров пришел к политическим последствиям обладания ядерным и обычным оружием, к влиянию на мир социальных процессов в каждой стране. Получилось так, что его выводы разошлись с тогдашними политическими установками. И ученый начал действовать, как это и положено ученому, – писал статьи. Одним казалось, что он безумец. Другие считали его ребенком. Немногие понимали натуру Сахарова: дойти в развитии своих мыслей и слов до конца. И остановить его не могли ни служебные неприятности, ни ссылка, ни улюлюканье больших собраний.

Во время пребывания в Горьком Сахаров написал одну из своих основных общественных работ – «Опасность термоядерной войны» (1983). В этой обширной статье приводятся соображения о конкретном сценарии всеобщего разоружения и его промежуточных этапах, о необходимости идти в этом процессе на компромиссы и избегать даже локальных конфликтов, указывается на «открытость» общества как гарантию сохранения мира. «Термоядерная война – бедствие неописуемого масштаба и совершенно непредсказуемых последствий, причем вся неопределенность в худшую сторону, – пишет ученый. – Нельзя планировать ядерную войну с целью ее выиграть. Нельзя рассматривать ядерное оружие как средство сдерживания агрессии, осуществляемой с применением обычного оружия…».

Нашему читателю эта работа известна по резкой отповеди, которую дали Сахарову в «Известиях» академики А. Дородницын, А. Прохоров, Г. Скрябин, А. Тихонов. Глухое раздражение вызывали, по-видимому, упреки Сахарова по поводу некоторых аспектов международной политики СССР, но разве Афганистан не давал поводов для этого? В статье «Когда теряют честь и совесть» (3 июля 1983 г.) ученому приписывается «ненависть к собственной стране и ее народу», «нравственное падение», говорится, что его «подлое благополучие зависит от народного горя». Между тем даже название статьи своего оппонента авторы, и, думается, совсем не по забывчивости, не приводят – не помогает разоблачениям название.

В Горьком А. Д. Сахаровым были написаны также статьи «Ответственность ученых», «На рубеже 80-х», «Что должны сделать СССР и США, чтобы сохранить мир», заочные выступления на Пагуошской конференции 1982 года, на встрече нобелевских лауреатов в Сорбонне, а также короткая речь на вручении ему (тоже, естественно, заочном) премии Сцилларда, присуждаемой Американским обществом физиков. В этих работах его гуманистическое мировоззрение получило дальнейшее развитие.

Еще в тот год, когда фамилия Сахаров сопровождалась оскорбительными эпитетами, на практике начинали реализовываться его, прежде казавшиеся утопическими, предложения по разоружению (например, о раздельном сокращении баллистических ракет и ракет средней дальности, о необходимости сокращения обычных вооружений, о дестабилизирующем факторе ракет шахтного базирования и др.), набирали вес гуманистические тенденции, менялась общеполитическая ситуация в стране и в мире, и даже война в Афганистане уже не вызывала обязательного прежде безусловного одобрения. Иные из тех, кто проклинал А. Д. Сахарова в самые тяжелые для него годы, сейчас записываются в его друзья. Сделать это тем более легко, что он сам никогда не проявлял и намека на мстительность, злопамятность, списывая предательство на «законы того времени». Так думал он, не искавший компромисса со своей совестью, но вправе ли мы принимать эту щадящую формулу? Единственный путь к очищению – быть в ответе за все сделанное тобой, даже когда так делали все вокруг. «Вы не хотите дезавуировать свое письмо?» – спросил А. Д. Сахаров у знаменитого академика, раскрывшего при встрече в Москве свои объятия. «Какое письмо? – удивился тот. – Ни о каком письме что-то не упомню». Из многих поносивших А. Д. Сахарова коллег-академиков покаялся только один – С. В. Вонсовский. И это двойная трагедия: в 30-е годы этот человек брал под защиту попавших под подозрение, в удушье 70-х – дрогнул.

Не обойти и еще одну значительную и горькую страницу жизни А. Д. Сахарова в ссылке. Много сил ушло у него на защиту близких, трижды – в 1981, 1984 и 1985 годах он объявлял голодовку. Его помещали в Горьковскую областную больницу имени Семашко, где он провел за эти годы почти 300 дней. Там его насильно кормили. В одном из писем А. П. Александрову («Я обращаюсь к Вам в самый трагический момент моей жизни») Сахаров описывает различные способы принудительного кормления. Главный врач О. А. Обухов говорил: «Умереть мы вам не дадим. Но вы станете беспомощным инвалидом».

После одного из жестоких сеансов принудительного кормления у Андрея Дмитриевича случился спазм сосудов головного мозга (или инсульт?), появились симптомы болезни Паркинсона. «То, что происходило со мной в Горьковской областной больнице летом 1984 года, – пишет А. Д. Сахаров, – разительно напоминает сюжет знаменитой антиутопии Оруэлла, по удивительному совпадению названной им “1984 год”. В книге и в жизни мучители добивались предательства любимой женщины. Ту роль, которую в книге Оруэлла играла угроза клетки с крысами, в жизни заняла болезнь Паркинсона».

И у нас, и за рубежом раздавались упреки в адрес жены и друга Сахарова Елены Георгиевны Боннэр: неужели она, понимая весь риск голодовок для Андрея Дмитриевича, не могла предотвратить их? Вот один из записанных разговоров между ними на эту тему: «Андрей, надо научиться достойно проигрывать». – «Я не хочу этому учиться, я должен учиться достойно умирать». Вряд ли возможно было отговорить Сахарова, когда он принимал твердое решение, а голодал он, как сам признавался, прежде всего за свое окно в мир, за связь с миром, не желая превращаться в «живой труп». Да и вправе ли мы быть судьями для этих людей? Все многолетние свидетели жизни Андрея Дмитриевича и Елены Георгиевны отмечают атмосферу счастливой любви, окутывавшую их дом. В «Воспоминаниях» Андрей Дмитриевич пишет о жене восторженно и возвышенно. Кто-то, быть может, хотел бы другого, но отношение к супругу – тоже характеристика человека. А без верности, преданности в семейных отношениях, думаю, не было бы Сахарова-ученого, общественного деятеля, над судьбой которого мы сегодня размышляем.

Выступление М. С. Горбачева Сахаров впервые услышал в больнице в 1985 году, когда единственными его собеседниками были сотрудники КГБ. Он сказал им: стране повезло впервые за долгий путь. Можно только догадываться, какое противодействие пришлось преодолеть новому руководству, прежде чем ученому разрешено было вернуться из ссылки. Ведь еще в 1986 году Сахарову не разрешили, несмотря на его просьбу, принять участие в ликвидации последствий чернобыльской катастрофы, хотя именно его ум мог оказаться там незаменимым.

Но перестройка набирала ход. Изоляция человека, призывавшего к ней, становилась анахронизмом, нелепицей. 15 декабря 1986 года поздно вечером в горьковской квартире был установлен телефон, а через два дня состоялся разговор М. С. Горбачева и А. Д. Сахарова. Андрей Дмитриевич, выразив благодарность, тут же – он оставался самим собой даже в эту минуту – сказал, что его радость омрачена участью политзаключенных. Сколько было еще потом диспутов М. С. Горбачева и А. Д. Сахарова, но они происходили на глазах у всех и, без сомнения, содействовали тому, чтобы перестройка развивалась, преодолевая на своем пути трудности и противоречия.

Горьковская ссылка закончилась. Достигла ли она своей цели? Сахаров оставался все тем же, каким он был и до, и во время нее, – говорил, что думал, и поступал, как говорил. Сахаров не смалодушничал ни разу. Даже в ссылке, даже в одиночестве, в изгнании. Он не менялся, но время выравнивалось по нему. И он оставил после себя не только и не столько политические инициативы, он доказал, что такие качества, как честность, порядочность, благородство души, верность идеалам, человек может сохранить даже в самой сложной жизненной ситуации.

Это и есть «школа», оставленная Андреем Дмитриевичем Сахаровым, преподанный им нравственный урок.

АКАДЕМИК АБРАМ АЛИХАНОВ. ФИЗИК ДОЛЖЕН ЖИТЬ ПОБЛИЖЕ К КОНСЕРВАТОРИИ.

У нас в стране несколько сотен институтов. И совсем немногие носят имена своих основателей – такая честь выпадает самым выдающимся ученым. Недавно Институту теоретической и экспериментальной физики, который в секретные времена носил название Лаборатория № 3 (будущий Курчатовский центр именовался Лабораторией № 2), было присвоено имя академика Абрама Алиханова. Да, сегодня широкой публике это имя говорит немного, но когда-то Сталин рассматривал две кандидатуры на научное руководство атомным проектом – Курчатов или Алиханов. По страшной легенде, если бы у Курчатова не получилось, его место занял бы Алиханов…

Почему предпочтение было отдано Курчатову, сегодня установить невозможно. Существует несколько версий. Говорят, что Алиханов вел себя на собеседовании чересчур независимо. Может быть, сыграло роль то, что Абрам Алиханов был беспартийный. Может быть, его кавказское происхождение. Может быть, его угадывавшаяся невлюбленность в советскую власть. Через много лет именно в отличавшемся демократизмом и отсутствием субординации институте Алиханова появился один из самых знаменитых советских диссидентов – физик, доктор физмат наук Юрий Орлов. Интересно, что в 1943 году на выборах в Академию наук в академики прошел именно Алиханов, у которого уже была мировая известность. А для Курчатова по настоянию ЦК было выделено дополнительное место, иначе выборы сочли бы недействительными. Но, это важно сказать, Курчатов и Алиханов всегда оставались близкими друзьями. Вообще, недруги у Алиханова водились только среди партийных бонз и бюрократов, которые не раз подвергали его институт всевозможным «чисткам».

Абрам Алиханов родился в семье машиниста Закавказской железной дороги. По Платонову мы помним, что машинисты – это была рабочая аристократия. Все четверо детей в семье получили высшее образование, а один из братьев, Артем Алиханян, тоже стал академиком, основал физико-технический институт в Армении. Абрам Алиханов был тонким ценителем искусств. Его жена Слава Рошаль стала лауреатом международного конкурса скрипачей. Он близко дружил с Обориным, Юдиной (она брала у ученого книги по физике, чтобы не отстать от времени), с Кабалевским, Хачатуряном, Сарьяном, написавшим портрет ученого. Дом Алиханова в Черемушках был одним из немногих мест, где отличавшийся нервозностью Дмитрий Шостакович мог проводить целые вечера. Шостакович говорил: «Абрам Исаакович, конечно, у вас прекрасный дом, но как вы можете жить так далеко от консерватории?» Тогда казалось, что московская деревня Черемушки, где был построен Институт теоретической и экспериментальной физики, – это край земли. Кстати, когда разгорелся вошедший в советские культурологические анналы спор о физиках и лириках, о несостоятельности и даже откровенной глупости такой классификации первым в печати, еще до Эренбурга, сказал академик Алиханов.

В 1955 году после первого полноценного испытания советской водородной бомбы руководители атомного проекта академики Курчатов, Алиханов, Александров и Виноградов направили в партийное руководство письмо, где говорилось, что после создания супероружия мировая война становится невозможной, она приведет к уничтожению человечества и потому необходима новая международная политика. Маленков это пацифистское письмо поддержал, а Хрущев использовал политическую недальновидность товарища по партии для его свержения. Через несколько лет Алиханов сделал все возможное, чтобы самоустраниться от работы над еще более сильной бомбой, которую в Арзамасе рассчитывала группа Зельдовича. Лишь когда стало ясно, что затея с бомбой не удалась, он подписал отрицательный отчет об этом проекте.

Его заслуги перед наукой велики. В институте Героя Социалистического труда и трижды лауреата Государственной премии Алиханова были созданы реакторы на тяжелой воде с отрицательной реактивностью, которые делают в принципе невозможным чернобыльский сценарий. Здесь начались отечественные работы по изучению космических лучей, которые сегодня являются приоритетным направлением мировой науки. Первый протонный ускоритель и первый синхрофазотрон – это тоже заслуга Алиханова. Классическими являются работы Алиханова по оптике рентгеновских лучей, по искусственной радиоактивности, бета-распаду, исследованию спектра позитронов и других элементарных частиц. Не случайно именно академик Алиханов был назначен ученым секретарем технического комитета Спецсовета, который занимался созданием советской атомной бомбы. Но путь ученого не усеян одними лишь розами. Одной из задач института было создание ториевого реактора. Эта задача не была выполнена, но она не выполнена нигде в мире. Алиханов очень тяжело переживал неудачи и административный произвол. Когда в конце 1960-х созданный им протонный ускоритель передали в другой институт, он, уже больной, хотя и совсем не старый человек, не выдержал.

Абрам Алиханов вышел из знаменитой школы папы Иоффе, из питерского физтеха. Это было поколение ученых, которые создали славу нашей науки. Необъяснимый взрыв дарований – бывает, что в каком-то маленьком городке, вроде античных Афин, вдруг один за другим появляются гении. Уже постарев, заслуженными академиками, они часто собирались на даче Алиханова. Капица в ответ на жалобы Алиханова, что домашние не подпускают его к электроприборам, смеялся: «Не расстраивайтесь. Резерфорду жена тоже не разрешала чинить даже дверные звонки». Ландау дразнил Алиханова своим неприятием музыки: зачем петь, если можно говорить?

Незадолго до трагической автокатастрофы Ландау говорил Алиханову: «Я так боюсь физической боли, что, если меня станут оперировать, я буду кричать на всю Москву». Когда с Ландау случилась беда, Алиханов не находил себе места, бегал за помощью во все инстанции, из больницы приезжал с красными глазами. Пережил Ландау он ненадолго. Выдающиеся физики похоронены рядом на Новодевичьем кладбище.

ЧЛЕН-КОРРЕСПОНДЕНТ РАН ГЕОРГИЙ ГАМОВ. ПИОНЕР УТЕЧКИ УМОВ.

Гамов (Gamow) Георгий Антонович (George) – имя в нашей науке почти забытое. Между тем в начале 1930-х он стоял в теоретической физике даже чуть выше признанного позже гением Ландау. Уже в 24 года он выполнил работу нобелевского уровня, первым в мире разработав теорию альфа-распада, одного из четырех видов радиоактивности. В 28 лет Георгий Гамов стал самым молодым членом-корреспондентом Академии наук за всю историю ее существования. Но в 1933-м он стал и первым ученым-невозвращенцем, который, несмотря на клятвенные обещания, не вернулся в СССР из зарубежной командировки. После этого его имя было подвергнуто официальному забвению. Но не поступок, который послужил примером для подражания многим советским, а потом и российским ученым, пусть даже не ведавшим, чьей дорогой они следуют.

Вопреки распространенному мифу, будто русские гении на чужбине мельчают из-за тоски по родине, Георгий Гамов, которого очень быстро исключили из Академии наук СССР (это тоже был первый подобный случай, впоследствии даже Сахарова в Академии оставили), на Западе продолжал работать активно и очень успешно. В 1934 году он стал профессором университета Джорджа Вашингтона в городе Вашингтоне. В 1936-м вместе с будущим отцом водородной бомбы Эдвардом Теллером он обобщает теорию еще одного вида радиоактивности – бета-распада. К работе над атомным проектом Гамова не привлекли из-за сомнительного для американцев происхождения, но над водородной бомбой с 1949 года, после многократной проверки его благонадежности, он уже работал и даже побывал на атолле Бикини, где находился атомный полигон США.

Георгий Гамов стал одной из самых ярких «звезд» в астрофизике и космологии. Он первым в мире рассчитал модели звезд с термоядерными реакциями, предложил модель оболочки красного гиганта, исследовал роль нейтрино при вспышках новых и сверхновых звезд. Гамов разработал теорию образования химических элементов путем последовательного нейтронного захвата. Сразу после войны он первым в мире выдвинул сомнительную тогда, но теперь общепризнанную теорию «горячей Вселенной», из которой вытекало существование реликтового излучения, образовавшегося в момент Большого взрыва. Эта теория была подтверждена в эксперименте американцами Пензиасом и Вильсоном, ставшими в 1978 году нобелевскими лауреатами.

В 1954 году Георгий Гамов публикует статью, где первым ставит проблему генетического кода, доказывая, что при сочетании четырех нуклеотидов тройками получаются 64 различные комбинации, чего вполне достаточно для «записи наследственной информации». В 1968 году американцы Холли, Коран и Ниренберг получили Нобелевскую премию за расшифровку генетического кода. Обе Нобелевские премии были присуждены уже после смерти Георгия Гамова 20 августа 1968 года.

Период с 1928 по 1931 год он провел в лучших западных научных центрах (Геттинген, Копенгаген, Кембридж), получил престижную стипендию Рокфеллера. Его научный триумф вдохновил пролетарского поэта Демьяна Бедного на стихи, опубликованные в «Правде»: «СССР зовут страной убийц и хамов. Недаром. Вот пример: советский парень Гамов. Чего хотите вы от этаких людей? Уже до атома добрался, лиходей!» Впрочем, назвать Георгия Гамова «советским парнем» можно было только по неведению. Он происходил из старинного дворянского рода, один его дед был командующим Одесским военным округом, другой – митрополитом. Отец в чине статского советника преподавал в Одесской гимназии, среди его учеников был будущий вождь мировой революции Лев Троцкий. Гамов свободно говорил на шести языках и воспринимал себя не советским парнем, а, скорее, европейским интеллектуалом.

В студенческие годы в Ленинградском университете вокруг Гамова (прозвище Джонни) сколотился «джаз-банд», в который входили будущий нобелевский лауреат Лев Ландау (Дау), Дмитрий Иваненко (Димус), Матвей Бронштейн (Аббат, расстрелян в 1936 году). «Джаз-банд» изобрел тот космополитический стиль общения, который распространился среди интеллигенции в 1960-х годах в эпоху споров о «физиках и лириках». У «джаз-банда» был девиз: «Не быть знаменитым некрасиво». Издавался журнал «Отбросы физики», проводились парады остроумия, постоянно проверялась эрудиция. В центре этого мира стояла физика. И, например, Иваненко потерял место в «джаз-банде», когда Ландау усомнился в его научной гениальности и в пух раскритиковал («филология, пустая болтовня») теоретические изыскания друга. Гамов учился блестяще, но «хромал» по Конституции СССР и истории мировой революции.

Склонность к шуткам и розыгрышам Джордж Гамов сохранил и в Америке. Однажды он уговорил будущего нобелевского лауреата Бете поставить свою подпись под фундаментальной статьей о состоянии вещества при Большом взрыве, которую он написал вместе с Альфером. По-гречески коллективная подпись выглядела замечательно – Альфер, Бете, Гамов. Кстати, в США, несмотря на близкую дружбу с создателями водородной бомбы венгром Теллером и поляком Уламом, его не допускали к атомному проекту тоже по смешной причине: в начале 1920-х Гамов преподавал математику в артиллерийской школе и формально числился командиром Красной Армии.

В 1932 году Гамов и Ландау, который к тому времени тоже вернулся из зарубежной командировки, хотя и не с такой помпой, попытались устроить переворот в академической физике. (Ландау был настоящим «советским парнем»: он ходил по Копенгагену в красной рубашке, надел бы и красный пиджак, но тогда его сочли бы за официанта.) Гамов и Ландау на всех углах утверждали, что прежнее поколение физиков ничего в физике не понимает и необходимо создать новый Институт теоретической физики под их руководством. (Забавно, что такой институт сейчас существует и носит имя Ландау.) Но тогда случился большой переполох и скандал – естественно, никакого института им не дали. Ландау уехал в Харьков. А Гамова захватили другие заботы.

Он женился на Л. Вохвинцевой, красивой и эффектной женщине (прозвище Ро). По словам Петра Капицы, эта «авантюристка» развивала в Гамове его «антисоциальные черты». В тот момент Гамова перестали пускать в зарубежные командировки. Несмотря на письма знаменитых Марии Кюри, Ферми, Паули, его не пустили на 1-й Международный конгресс по атомному ядру, и его доклад был зачитан Максом Дельбрюком. С работой тоже возникли сложности: на лекциях ему запретили говорить о принципе неопределенности Гейзенберга, потому что это противоречит государственной философии диалектического материализма.

Джонни и Ро стали искать пути на Запад. Они пытались уплыть в Турцию на байдарке из Крыма. Пытались добраться до финской границы на лыжах. Ничего не получилось. Наконец при посредничестве главного редактора «Известий» Николая Бухарина Гамову удалось попасть на прием к председателю Совета народных комиссаров Молотову. И чудо, так писал об этом сам Гамов, свершилось: ему выдали зарубежный паспорт и – самое невероятное – выдали паспорт его жене. Гамов просил Молотова предоставить ему такой же статус, как Капице: возможность постоянно жить и работать за границей, имея советский паспорт. Лично поручились за Гамова его учитель академик Иоффе и французский коммунист Поль Ланжевен, которого в СССР тогда уважали.

Из-за границы Гамов в СССР не вернулся. В 1934 году Капицу после очередного приезда в СССР на Запад больше не выпустили. Гамов категорически отрицал, что послужил тому причиной. Раньше Капица считал, что родиной для человека является то место, где ему хорошо работается. Теперь он высказывался о Гамове очень резко: «Джонни – тип беспринципного шкурника, одаренного исключительным умом для научной работы, но вообще человек не умный». Своей жене Анне Алексеевне он писал: «Джонни гордились как первым молодым знаменитым ученым. Глава правительства благословляет его на путешествие, а он, мерзавец, не возвращается. Что притягивает его на Западе, в капиталистических странах? Джонни никогда не будет играть первую скрипку и, кроме как в Америке, ему нигде не устроиться». Но сама Анна Алексеевна (ее отца, знаменитого кораблестроителя академика Крылова, тоже обманом заманили в СССР и на Запад больше не выпускали) относилась к Джонни с симпатией.

Потеряла ли страна Гамова, задержав в своих объятиях Капицу? Неизвестно. Неизвестно и то, спровоцировал ли он своим невозвращением многолетний карантинный режим за «железным занавесом», которым власти отделили нашу науку от мировой. Не исключено, что Гамов предчувствовал его неизбежность.

Что он нашел в стране далекой? В Америке Георгий Гамов написал множество фундаментальных трудов. Но прогноз Капицы оправдался: Гамова не канонизировали, несмотря на очевидные заслуги и яркий талант, Нобелевская премия его обошла. Самая крупная научная награда – премия ЮНЕСКО за популяризацию науки. В этом Гамову не было равных еще со времен издания студенческих «Отбросов науки», с которых берут начало знаменитые советские сборники «Физики шутят».

Красавица-жена от Гамова ушла. Он перебрался в провинциальный университет. По слухам, в последние годы много пил. Умер в 1968 году, почти одновременно с другом молодости Ландау. В 1990 году Георгию Гамову посмертно вернули звание члена-корреспондента Академии наук.

АКАДЕМИК ИОСИФ ФРИДЛЯНДЕР. НЕ МОГУ ЗАБЫТЬ СВОЙ ХУК СПРАВА.

Иосиф Фридляндер – патриарх отечественного материаловедения, автор поколений сверхпрочных алюминиевых авиационных сплавов, без которых было бы невозможно создание современных самолетов. Из сплавов Фридляндера сделан самолет Ту-4, с которого в 1949 году на полигоне в Семипалатинске была сброшена первая советская атомная бомба, пикирующий бомбардировщик Ту-16, стратегический бомбардировщик Ту-95, все пассажирские самолеты Ту, вплоть до современных Ту-204 и Ту-334, мощный военнотранспортный самолет «Антей», гиганты «Мрия» и «Руслан», знаменитые истребители МиГ-23, самолет вертикального взлета Як-38, гидросамолеты КБ Бериева, которые пользуются большим спросом за рубежом. Сплавы Фридляндера применяются не только в авиации, но и в других областях, где к металлам предъявляются повышенные требования. Россия – единственная страна в мире, овладевшая эффективной технологией центрифужного обогащения урана-235. Эти центрифуги, без которых был бы невозможен российско-американский контракт «ВОУ-НОУ», изготовлены из сверхпрочного сплава Фридляндера В96ц. Из его сплавов были сделаны баки самой мощной ракеты в мире «Энергия», баки космического грузовика «Протон», лопатки турбонасосных агрегатов ракетных двигателей.

Авиация – это техника на пределе возможного. В ней, как в гигантском вулканическом котле, рождаются самые лучшие в мире материалы. Самые жаростойкие, самые прочные, самые легкие, самые вязкие. Этих материалов в природе не существует. Каким же должен быть человек, который совершенствует природу и дерзко превосходит то, что создано ею за миллиарды лет самостоятельного развития?

В 1960 году Никита Хрущев должен был отправиться на Генеральную сессию ООН на новейшем самолете Ту-114, чтобы продемонстрировать миру мощь советской авиационной техники. В ту пору других пассажирских самолетов, способных совершить беспосадочный перелет через Атлантику, не было. Но полет отменили – Хрущев переплыл океан на теплоходе «Балтика». Нельзя исключить, что долгое плавание утомило первого секретаря и привело в итоге к скандальной сцене с башмаком. Но почему из Москвы в Нью-Йорк не вылетел Ту-114, что могло, хотя бы отчасти, повернуть колесо истории в другую сторону?

Сильного дураком не назовут.

В последний момент военпред на заводе обнаружил на тягах управления коррозионные поражения. В Куйбышев срочно вылетела делегация, состоявшая из генералов и двух специалистов по авиационным материалам – будущих академиков Сергея Кишкина и Иосифа Фридляндера. (Его поразило, что в салоне была подвешена люлька, чтобы Первому секретарю ничто не мешало пребывать в объятиях Морфея.) Ученые установили причину дефекта в дюралевых трубах и гарантировали безопасность полета. Генералы сомневались. Спор длился бесконечно. А самолету надо было успеть в Нью-Йорк, чтобы вернуть домой Хрущева, уже совершившего свое историческое деяние. И тогда Кишкин, хрупкого сложения и небольшого роста, говорит генералам: «Джентльмены, предлагаю единственный оставшийся у нас научный способ решить проблему. А именно – побороться на руках. Я буду бороться на левую руку, а Фрид – на правую». Генералы выставили на ратный поединок двух кряжистых представителей. Но они не знали, что худенький профессор крутил «солнце» на турнике, а долговязый Фридляндер в молодости занимался боксом. Тренер говорил: «Иосиф, у тебя отличный хук справа. Брось учебу. Спорт лучше науки. Станешь сильным – никто дураком не назовет».

«Слово джентльменов, – напомнил Кишкин, когда соревнование закончилось. – Ставим подписи». Но из поезда ученых попросили, привезли на аэродром и заставили лететь в Москву на том самом Ту-114. А в Нью-Йорк в качестве заложника полетел главный конструктор академик Туполев.

Представление о том, что ученый живет в башне из слоновой кости и бродит по улицам с отрешенным видом, то и дело проваливаясь в ямы, действительности не соответствует. Жизнь академика Фридляндера – свидетельство тому, что в тот период, когда наука в нашей стране была востребована и решала важные государственные задачи, на недостаток адреналина ученому жаловаться не приходилось. Он не был кабинетным затворником и сухарем, он жил ярко, часто рискованно, хотя и не всегда весело.

Отсюда не убежишь.

Библейский Иосиф добился успеха на ниве толкования снов фараона. В каком-то смысле Иосиф Фридляндер занимался родственным делом. Его вызывал министр или авиаконструктор и заявлял: «Мне привиделся материал с чудесными свойствами. А без чудесных свойств самолет не полетит. Создай материал!» И Иосиф Фридляндер начинал колдовать со сплавами. Алюминий, магний, литий, бериллий, медь, марганец – надо выяснить, как поведет себя эта алхимическая смесь при разных температурах и напряжениях. Адов труд. Но материал необходим. Потому что самолет из воздуха не построишь. Единственный раз мы украли сплав, когда по приказу Сталина был полностью воспроизведен тяжелый американский бомбардировщик Б-29, потерпевший аварию на Дальнем Востоке. С этого самолета были сброшены атомные бомбы на Японию. Времени на поиск своего пути отпущено не было, и советскую атомную бомбу сбросили в 1949 году с Ту-4, который был копией Б-29. Впрочем, и бомба была копией. Потом мы пошли вперед с собственным ускорением.

В 1948 году на металлических слитках, которые отливались на заводе в Каменск-Уральском для пикирующего бомбардировщика Ту-16, обнаружились странного происхождения трещины. За сплав В95 отвечал Иосиф Фридляндер, легендарный министр авиапрома Петр Дементьев направил его на завод. Исследования затянулись, бракованных слитков становилось все больше. Вместе с ученым в командировку из Москвы послали одного представителя органов, который недавно женился. Незлобивый парень, он по-дружески просил Фридляндера: «Сколько можно здесь торчать? Иосиф, все равно ничего у тебя не получится, не тяни волынку. Сознайся открыто, что ты вредитель. Я вернусь к жене, а ты посидишь немного в Сибири». Чтобы развеяться после этих разговоров, Фридляндер по ночам бегал на лыжах по 20 километров, а его приятель усмехался: «Отсюда не убежишь».

В конце концов причина появления трещин была выявлена. Начался серийный выпуск бомбардировщиков Ту-16. Иосиф Фридляндер за создание и освоение высокопрочного сплава В95 получил Сталинскую премию. Через несколько лет Туполев использовал крылья Ту-16 для первого советского реактивного пассажирского самолета Ту-104. Из сплава В95 сделаны крылья стратегического бомбардировщика Ту-95 и сверхдальнего турбовинтового самолета Ту-114. В 2004 году по просьбе ВВС России были обследованы стоящие на дежурстве бомбардировщики Ту-16: коррозионных повреждений не обнаружено и их ресурс продлен еще на пять лет.

Энгельс утверждал: «Если у общества появляется техническая потребность, это продвигает науку вперед больше, чем десяток университетов». Несколько десятилетий наша страна испытывала острую потребность в современной авиации. Сплавы лауреата Ленинской и двух Государственных премий академика Иосифа Фридляндера используются и в ракетной технике, и в атомной промышленности, то есть во всех отраслях, где наша страна претендует на мировое лидерство по части высоких технологий.

Зачем шпионы летали на Урал.

В знаменитом фильме «Мертвый сезон» есть сцена, которая вышибает у зрителя слезу. Советского разведчика на мосту обменивают на американского шпиона. Это реальный случай. Разведчика Рудольфа Абеля, арестованного за атомный шпионаж, на мосту через Шпрее в Западном Берлине обменяли на американского летчика-шпиона Пауэрса, сбитого над Уралом. Пауэрс летел на высоте 20 км на новейшем У-2 и имел задание сфотографировать завод в закрытом городе Новоуральске. Там производилось обогащение урана центрифужным способом, которым в США не сумели овладеть до сих пор. Американцы используют метод газодиффузионного обогащения с огромными затратами энергии. В Новоуральске сотни тысяч центрифуг вращаются со скоростью 1 500 оборотов в секунду в течение уже 30 лет и не требуют ремонта. Эти удивительные центрифуги сделаны из сплава В96ц, созданного академиком Фридляндером и непревзойденного до сих пор. Работа удостоена Ленинской премии. Как часто бывает в науке, вложения через десятилетия окупаются многократно. С 1990-х годов Россия по контракту «ВОУ-НОУ» поставляет в США низкообогащенный уран, который производится на отечественных центрифугах. Цена контракта около 20 миллиардов долларов – половину объема топлива для американских атомных станций делают в России. Стоит ли говорить, что миллионером академик Фридляндер не является. Как, впрочем, и никто из его коллег, создавших самое ценное, чем может гордиться наша страна.

Наука с петлей на шее.

Наука полна парадоксов. Мне думается, главный парадокс отечественной науки состоит в следующем. Если, как считается, для плодотворных занятий наукой необходимо состояние внутренней свободы, то каким образом советские ученые, которые жили, по существу, с петлей на шее и в случае ошибки могли оказаться в местах не столь отдаленных, сумели именно в период всеобщих репрессий создать столь мощный научный задел, что наша страна, потерявшая интерес к науке, не может растратить его и по сей день? И почему, как только железная хватка ослабла, задолго до финансового обнищания науки, наша интеллектуальная удаль пошла на убыль? Невозможно понять, каким образом великий Туполев был одновременно посажен в тюрьму и награжден Сталинской премией? И где черпал мужество великий Ильюшин? Перед первым перелетом через Северный полюс Сталин спросил конструктора: «Вы гарантируете, что в случае аварии самолет сядет на воду?» Ильюшин ответил: «Я гарантирую, что самолет сядет в Америке».

Одно из возможных объяснений парадокса можно найти в аналогии с принятой в авиации концепцией безопасной повреждаемости. Самолеты должны летать часто, без отдыха в аэропортах, из них выжимают все соки. При таких нагрузках без трещин на крыле или на фюзеляже не обойтись, и они (до метра длиной) допускаются, но самолет сделан из таких вязких и пластичных сплавов, что трещина не идет дальше. Минимум хрупкости, максимум пластичности. Наши ученые, так я думаю, были сделаны именно из таких материалов. Усталость и надломы были неизбежны, но показывать их не полагалось, снаружи оставались раскрепощенность и творческая независимость. «Гвозди б делать из этих людей, крепче б не было в мире гвоздей», – писал поэт Тихонов. Не знаю, как насчет гвоздей, а крылья для самолетов точно делать можно. Лауреат всевозможных премий Иосиф Фридляндер всю жизнь работал под дамокловым мечом суровых наказаний, но в любой ситуации оставался неисправимым оптимистом.

Молитва о Красной площади.

В апреле 1947 года Фридляндера отправили в Куйбышев, где на заводе № 1 стояла эскадрилья новых МиГ-15, которым через неделю предстояло принять участие в первомайском параде на Красной площади. На заседании Политбюро Сталин сказал, что на этих самолетах обнаружены трещины. Но МиГи должны принять участие в параде. Если не смогут, то ряд людей отправится на Север. Если хотя бы с одним самолетом что-нибудь случится – тоже на Север. На заводе Фридляндеру удалось установить, что трещины имеют единичный характер и самолету ничто не угрожает. Когда он подписал заключение, 30 апреля с высоты 8 километров упал МиГ-15, летчик спасся – это был первый случай катапультирования из реактивного самолета. Но было ясно: подписанное заключение – это приговор. Неожиданно обнаружилось, что в аварии виноват двигатель. 1 мая, стоя на Трубной площади и глядя в небо, Иосиф Фридляндер первый и последний раз в жизни молился, чтобы самолеты пролетели над Красной площадью, а дальше хоть потоп. Самолеты пролетели, а его наградили орденом.

А с Путиным он говорил лишь однажды. Несколько лет назад – в Кремле, где получал очередную Государственную премию. Вниманием президента завладел певец Кобзон. Фридляндер прервал их разговор. Сказал, что наша авиапромышленность лежит на дне, «Эрбас» и «Боинг» выпускают по 300 больших самолетов в год, а «Туполевы» и «Ильюшины» заказов не получают, и это катастрофа. Путин посетовал: «Нет лидера». Фридляндер возразил: «Лидера надо найти».

ПЯТЬ ФРОНТОВ МАРШАЛА КОНЕВА.

В Праге рассматривается вопрос о переносе памятника маршалу Ивану Коневу который освобождал столицу Чехословакии от фашистов. Этот памятник может постигнуть судьба Бронзового солдата в Эстонии. 10 лет назад, в год 100-летия легендарного военачальника, был уничтожен памятник ему в польском Кракове, хотя этот исторический город был спасен от разрушения благодаря действиям 1-го Украинского фронта. Конечно, каждый народ волен выбирать себе памятники, но о народе, в том числе о нас самих, можно судить по тому, как чтим мы память людей, делавших историю.

Через много лет после окончания войны Иван Степанович Конев встретился с артистами МХАТа. Народная артистка Ангелина Степанова, пораженная чистотой и богатством его речи, спросила маршала, откуда он родом. Конев ответил: «Моя Родина там, где не было крепостного права и не ступала нога завоевателя. Мы сохранили свободный и вольный язык славян, которые жили под Великим Устюгом». Ответ сам по себе замечательный, заставляющий вспомнить старый афоризм о том, что стиль – это человек. И все же из вологодских краев выходили разные люди, и невозможно понять, благодаря каким достоинствам и обстоятельствам парень из семьи зажиточного крестьянина, который в годы Первой мировой войны в общем строю был призван в армию и стал унтер-офицером, вырос в одного из самых видных военачальников богатого на войны XX столетия и, мало того, стал тонким дипломатом.

Один только перечень его постов впечатляет: командующий Западным, Калининским, Северо-Западным, 2-м и 1-м Украинскими фронтами, Верховный комиссар по Австрии, Главнокомандующий сухопутными войсками, первый заместитель министра обороны, Главнокомандующий Объединенными вооруженными силами стран-участниц Варшавского договора. Конев в ходе Корсунь-Шевченковской операции разбил группу армий лучшего фашистского военачальника генерал-фельдмаршала Манштейна, он очистил от фашистов Украину, освободил узников концлагеря Освенцим, нашел и спас Дрезденскую галерею, не позволил разрушить Краков и Прагу, первым вышел к американской армии на рубеж Эльбы. Именно его бросали после войны в Будапешт и в Берлин, где возникали политические мятежи. И именно маршалу Коневу давали первое слово и Сталин, и Хрущев, когда решалась судьба своенравного маршала Жукова…

Разделяй и властвуй.

По формальным признакам, хотя они условны и всегда могут быть оспорены, из всех полководцев Победы Конева называют сразу после Жукова. Даже Берлин они брали вместе. Жуков командовал 1-м Белорусским фронтом и шел с запада, Конев – 1-м Украинским и шел с юга. А в начале войны Жуков и Конев со своими фронтами рядом и намертво стояли перед Москвой. После войны Конев был первым заместителем министра обороны Жукова. Но это не означает, что отношения между двумя военачальниками были идеальными. Более того, политики, подогревая амбиции боевых, овеянных славой генералов, старались стравливать их, чтобы не допустить их союза и обезопасить свое положение. Так поступали и Сталин, и Хрущев, и даже Брежнев не давал хода предложению вышедшего в отставку и постаревшего Конева реабилитировать Жукова. Их боялись не только враги, но и вожди. Может быть, это страх слабых и фальшивых людей…

Кинорежиссер Григорий Чухрай вспоминал, что в Берлине видел, как маршалы Победы Жуков и Конев трясли друг друга за грудки. И все знали, что за конфликтом стоял Хозяин, сидевший в Кремле. Однако в 1946 году, когда Сталин готовился репрессировать Жукова, на Военном совете первым взял слово маршал Конев и сказал о боевом товарище нужные и добрые слова. Сталин, почувствовав отпор генералов, отступился от Жукова и отправил его в Одессу.

В 1957 году уже Хрущев, страшась популярности Жукова, который всего за год до того спас Первого секретаря от группировки Маленкова-Молотова-Булганина, заставил Конева выступить с разоблачениями министра обороны в газете «Правда». Коневу прислали уже готовую статью на подпись. Он переписывал ее, менял формулировки, звонил наверх. Хрущев сказал: «Старайся не старайся, все равно статья пойдет под твоей подписью». Дискредитировать Жукова должен был ближайший соратник, иначе нельзя. Жуков был смертельно обижен и, встретив Конева на улице, сказал: «Иван Степанович, напиши опровержение!» Конев ответил: «Георгий Константинович, никто не напечатает. Это решение партии, а в нашей стране это закон». На Пленуме ЦК, когда партийные лидеры требовали крови первого маршала Победы, Коневу слова не давали, называли его «дружком Жукова». И все равно Жуков не подарил боевому товарищу книгу своих воспоминаний, хотя, если бы не политики, Конев должен был бы получить первый экземпляр…

Рядовой американский солдат из Одессы.

Река Эльба как линия, разделяющая войска союзников, была определена заранее. Ведь разгоряченные боями и полные амбиций союзники могли поколотить друг друга. Поскольку сил на Западном фронте у немцев было меньше, чем на Восточном, то американцы и англичане вполне могли успеть к Берлину и взять его в кольцо, на чем настаивал Черчилль. Но Эйзенхауэр, когда посчитал возможные жертвы, сказал: «100 тысяч солдат – слишком дорогая цена за престиж, если учесть, что нам все равно придется отходить назад к Эльбе». При штурме Берлина погибло 500 тысяч советских солдат, но для нас такие жертвы исключительными не считались. Чуть позже советские политические руководители воспрепятствовали освобождению американцами Праги, где вспыхнуло восстание, и промедление обернулось смертью десятков тысяч наших солдат…

5 мая 1945 года на Эльбе состоялась встреча советских и американских войск. Командующий американской группировкой генерал Омар Брэдли собрался с визитом к маршалу Коневу. Американские офицеры, чтобы не уронить честь флага, посоветовали ему выпить флакон масла, потому что все предыдущие сцены братания с русскими заканчивались тем, что джипы привозили домой в стельку пьяных американцев. Конев поднял первый тост за здоровье Сталина, Черчилля и Рузвельта, не зная, что американский президент три недели как умер. Выяснилось, что больше одной рюмки маршал из-за язвы не пьет, и мучения Брэдли оказались напрасны. Но генерал был поражен русским ансамблем танца и выпытывал, где Конев раскопал таких красоток. «Это обычные девушки, – скромно ответил маршал. – В Красной армии все девушки такие». Когда Конев приехал к американцам с ответным визитом, он был изумлен феноменальной игрой на скрипке худенького солдатика. «Потрясающе! – кричал маршал. – Где вы выкопали такого гения?» «Это рядовой американский солдат, – скромно ответил Брэдли. – У нас все такие». Рядовым солдатом оказался величайший скрипач Яша Хейфец, которого американские офицеры, чтобы поразить Конева, на один день привезли из Парижа. Стоит ли говорить, что родом Яша Хейфец был из Одессы.

С язвой маршала Конева связана еще одна любопытная история. Когда он был верховным комиссаром Вены, к нему привели известного немецкого врача. Тот, прочитав историю болезни, заметил свысока, что русского генерала довели до критического состояния плохие доктора. Конев попросил немца не учить жизни и не читать нотации, а, если может, назначить курс лечения. Врач оказался толковым – маршал быстро пошел на поправку. Впоследствии Конев решил разузнать о судьбе спасителя. Выяснилось, что вскоре этот врач был осужден Нюрнбергским трибуналом как военный преступник за эксперименты на людях.

Рядом с вождями и далеко от вождей.

Так уж получилось, что мерилом гениальности военачальника в нашей стране стала его решимость спорить со Сталиным. Вероятно, это больше говорит о нас самих, чем о военачальнике и о Сталине. Так или иначе, в 1942 году Жуков и Конев несколько часов в Кремле не давали Сталину согласия на переброску своих войск из-под Москвы в Сталинград. Сталин был в крайнем раздражении, генералов долго мариновали в приемной: «Передумали? Есть у вас что-то новое, чтобы доложить товарищу Сталину?» И они каждый раз отвечали: «Нет, не передумали и никаких других соображений не имеем».

Вряд ли Конев относился к Сталину с подобострастием и уж конечно не верил в его военный гений. Во время наступления немцев на Москву в 1941 году Сталин в истерике позвонил на Западный фронт и говорил о себе в третьем лице: «Товарищ Сталин не предатель, товарищ Сталин не изменник, товарищ Сталин честный человек, вся его ошибка в том, что он слишком доверился кавалеристам, товарищ Сталин сделает все, что в его силах, чтобы исправить положение». Уже потом, когда положение на фронтах было выправлено, Сталин стал другим – спокойным, уравновешенным, источавшим уверенность.

Конев судил о Сталине беспристрастно, видел его положительные и отрицательные стороны. Конев говорил, что знания вождя были поверхностными и в отношении оперативной обстановки неглубокими. Но в общей стратегической обстановке Сталин разбирался обстоятельно, быстро улавливал перемены. Совещания в Ставке проходили спокойно, каждому разрешалось курить в присутствии Верховного главнокомандующего, и никто, как любят показывать в фильмах, не стоял перед ним навытяжку, хотя доклады делали стоя. Своих маршалов во время войны Сталин берег, но опасался: «Пока пусть, придет время, в два счета укоротим». После войны все маршалы были разбросаны по огромной советской империи подальше от Москвы и друг от друга.

Маршалы превращаются в пешки.

Генералы, которым не было равных на полях сражений, вчистую проигрывали генералам аппаратных интриг. Во время войны Сталин, как писал Константин Симонов, не давал в обиду командующих фронтами, поднимал их авторитет, брал под личную защиту перед партийными бонзами, зная им цену. Хрущев, оказавшись очередным «партийным оком» на фронте, которым командовал Конев, услышал пренебрежительное: «Не мешайте, Никита Сергеевич, сами разберемся!» Такие эскапады политиками не забываются. После устранения Жукова Хрущев принялся за Конева, который возражал против стремительного сокращения армии и акцента исключительно на ракетно-стратегических войсках в ущерб всем другим видам вооруженных сил.

Конев писал: «А если восторжествует голос разума народов и ядерное оружие будет запрещено? Тогда решающую роль будут играть армии, оснащенные современной техникой». Не надо быть военным стратегом, чтобы понять: история подтвердила правоту маршала Конева, и современная российская армия спешно наверстывает упущенное. Но Хрущев (в отличие от Сталина) слушать оппонентов не умел. На совещании он резко кричал на Конева: «Чего ты документ не подписываешь? Министр уже подписал!» Конев отвечал: «Я подписывать не буду, у меня свое мнение». Последний их разговор закончился обещанием Хрущева: «Я тебя поставлю на колени!» Таких слов овеянный боевыми победами маршал ни от кого в жизни не слышал…

Поймал себя на странном чувстве: слишком часто действия политических лидеров в нашей стране вызывают эстетическое, моральное неприятие, но действия военных, пусть нередко жесткие и даже жестокие, кажутся по-человечески понятными и приемлемыми. Может быть, это общее свойство истории, но у нас эта закономерность просто режет глаз. Если политика это шахматная игра, то генералы в России волею судеб почти всегда приносятся в жертву. Бытует мнение, что их и нельзя допускать в политику – дров наломают. Но в Америке одним из самых достойных президентов стал генерал Эйзенхауэр, во Франции – генерал де Голль, да и Черчилль на Первой мировой в окопах сидел. А у нас несколько десятилетий после войны у власти стояли деятели, которые во время войны профессионально мешали воевать. Не исключено, в этом одно из многих и кардинальных отличий двух политических систем.

Но, когда надо, политики легко возвращали генералов из опалы. Генералы, так было еще с Суворовым, которого цари дергали, как Петрушку, всегда готовы послужить Отечеству. В 1961 году, когда в ГДР начались волнения и стала возводиться Берлинская стена, Хрущев сказал: «Надо сделать ход конем». Он предоставил маршалу Коневу свой личный самолет, чтобы поскорее доставить его в Берлин. Советские и американские танки сутки стояли друг против друга на Фридрихштрассе. Главнокомандующим сухопутными войсками США в Европе был хорошо знакомый Коневу генерал Омар Брэдли. Когда Конев прибыл в Берлин, танки развернулись и отошли на позиции.

Последнее рукопожатие.

В 1967 году маршалу Коневу исполнилось 70 лет. Тогда состоялась их последняя встреча с маршалом Жуковым. Эту встречу описал Константин Симонов: «Судьба сложилась так, что на долгие годы их отдалили друг от друга обстоятельства, носившие драматический характер для обоих. А если заглянуть еще дальше, в войну, то и там жизнь, случалось, сталкивала их в драматической обстановке. Однако при всем том в народной памяти о войне их два имени чаще, чем чьи-нибудь другие, стояли рядом. И когда на вечере оба эти человека обнялись впервые за многие годы, то на наших глазах второстепенное стало второстепенным с такой очевидностью, что нельзя было не порадоваться».

И еще Жуков вспомнил, как в молодости они вместе служили в Белорусском военном округе под началом командарма 1-го ранга Иеронима Уборевича, репрессированного в 1937 году. Уборевич очень ценил Конева и называл его почему-то «Суворов».

Когда СССР распадался, выяснилось вдруг, что на закате своей истории государство осталось без героев. Очень популярным стал тогда афоризм о том, что несчастлива та страна, которая нуждается в героях. Мне думается сейчас, что оно, может быть, и так, но совершенно точно, что та страна, которая не имеет героев, серьезно больна, а если и счастлива, то это счастье, как у идиота.

Английский премьер Уинстон Черчилль, в честь которого Иван Конев не раз произносил тост, говорил: «Скопище людей превращают в нацию две вещи – общее великое прошлое и общие планы на будущее».

В больнице маршала навестил только Косыгин.

В том, что мы интересуемся личной жизнью людей, которые делают историю, нет ничего худого, обывательского. Нам хочется понять масштаб личности, почувствовать пружины поступков, приводивших в действие массы и менявшие ход событий. О том, каким был маршал Конев в семейном кругу, мы постарались узнать у его дочери Натальи Ивановны Коневой, профессора Военного университета, лингвиста и специалиста по Киплингу.

Со своей второй женой, матерью Натальи Ивановны, маршал познакомился на фронте, она была младше на 25 лет. «Папа, хотя он был очень строгим, сдержанным человеком, относился к маме безумно трогательно, – рассказывает дочь. – Разница в возрасте заставляла его быть всегда подтянутым, элегантным. Не знаю, откуда у папы, который вырос в крестьянской семье, было чувство стиля. У нас в семье не было принято делать дорогие подарки, но духи маме он покупал часто. Самый ценный подарок папа сделал маме на ее 30-летие – бриллиантовые сережки».

Иван Степанович поддерживал близкие отношения со своими детьми от первого брака. Дочь Майя, которая была вхожа в диссидентские круги, приносила отцу запрещенную литературу. Он читал ее, но никогда не осуждал власть, которую выбрал и которую защищал всю жизнь. С Майей они подолгу спорили, не приходя к согласию. Наталья Ивановна запомнила, что отец, безусловно осуждая аресты, все же считал, что репрессированные маршалы к современной войне не были готовы и не спасли бы положение. Кстати, сам Конев спас от репрессий отца будущего политика Алксниса. К Сталину относился неоднозначно, но считал его невероятно проницательным человеком и подчеркивал, что он всегда искал конструктивный выход.

В 1962 году по воле Хрущева маршал Конев оказался в «райской группе», как называли группу отставных заслуженных генералов при Министерстве обороны. То есть фактически не у дел. Но он продолжал много работать, не позволял себе раскисать. Жил по строгому распорядку – много читал, изучал историю, писал статьи (например, о Грюнвальдской битве в 1410 году), мемуары. Друзей у него было совсем немного. Из старых боевых товарищей дружил с маршалом Рыбалко и генералом Жадовым, близко сошелся с писателями Борисом Полевым и Константином Симоновым, который часами сидел у Конева, собирая материал для своих книг. Конев был замечательным рассказчиком, но слушателей у него было мало. Его постигла участь большинства людей, которые находились на вершине власти, но, спустившись вниз, оказались одиноки. Когда Иван Степанович тяжело заболел, в больницу из правительства к нему приходил только Косыгин, который подолгу сидел у постели, разговаривал о политике, о былом.

Может быть, самое жестокое разочарование в послевоенный период маршал испытал во время суда над Берией, где он был председателем. Разбирая документы, ему пришлось прочитать множество доносов на себя от людей, которых он считал своими ближайшими соратниками и друзьями…

АКАДЕМИК ИГОРЬ КУРЧАТОВ. «БОРОДА» – ОТ БОМБЫ ДО ГЕНЕТИКИ.

В день столетия Игоря Васильевича Курчатова у здания МГУ на Моховой, где находятся факультеты журналистики и психологии, был проведен опрос. У студентов спрашивали: «Кто такой Курчатов?» Многие этого имени даже не слышали. Самые просвещенные говорили: какой-то химик, вроде Менделеева, только из советских…

Мне кажется, что не знать, кто такой Курчатов, стыдно. А объяснять – как-то неловко, поскольку это знание само собой подразумевается… Академик Игорь Курчатов возглавлял советский Атомный проект, под его руководством были созданы атомная и водородная бомбы, первая атомная электростанция и первая атомная подводная лодка. Сейчас ядерное оружие воспринимается обыденно, как телевидение или центральное отопление. Но стоит напомнить, что после атомных бомбардировок Японии руководитель аналогичного американского Манхэттенского проекта генерал Гровз в докладе сенату в 1945 году отмечал, что СССР для создания ядерного оружия понадобится 15–20 лет. Британский премьер Черчилль, по многим воспоминаниям, полагал, что «советскую угрозу» целесообразно остановить ядерным ударом. В 1945 году в лаборатории Курчатова работало всего 20 человек. При этом страна пострадала от войны значительно больше, чем США, а стартовала в атомной гонке позже. Невозможно даже вообразить, куда метнулась бы мировая история, если бы США сохранили монополию на ядерное оружие. Но уже в августе 1949 года СССР испытал свою первую атомную бомбу – мировая история обрела иной смысл. Появилось самое мощное оружие сдерживания, благодаря которому при всех пороках человеческой натуры третья мировая война так и не разразилась. Жестокие локальные конфликты показывают, чем бы она могла обернуться.

И в этом историческая заслуга академика Курчатова. Не будет преувеличением сказать, что ни один ученый не получал такой власти, но и не нес такой ответственности. Ни единого раза с ним не вступал в публичный спор и даже не повышал голоса всесильный Берия. Только бурчал под нос: «Поменьше бы он своих евреев защищал». Об истинных размерах атомной империи, построенной ученым-полководцем, страна в неведении до сих пор. Из атомной индустрии вышло большинство наших нобелевских лауреатов – Тамм, Черенков, Франк, Капица, Ландау, Семенов, Прохоров, Басов, Сахаров, Гинзбург. Жорес Алферов возглавляет питерский Физтех, где начинал научный путь молодой Курчатов и где он в 27 лет стал заведующим физическим отделом. А в 40 лет возглавил Атомный проект. Чтобы выглядеть солиднее при встречах со Сталиным и Берией, он стал носить бороду, за что и получил прозвище Борода, так за глаза называли его до самой смерти. Последняя программа модернизации России, сформулированная президентом Медведевым, делает ставку на потенциал атомной отрасли, сумевшей пережить катавасии перестройки и экономического упадка. Если модернизация осуществится, в этом будет большая заслуга Игоря Курчатова, создавшего непотопляемый корабль легендарного Средмаша.

После испытания советской термоядерной бомбы, которая опередила американскую на полгода, Курчатов сказал академику Анатолию Александрову: «Это было чудовищное зрелище! Нельзя допустить, чтобы это оружие начали применять». В 1956 году Курчатов во время визита Хрущева в Англию пригласил все страны присоединиться к мирной программе термоядерного синтеза, которая решила бы проблемы энергетики будущего, и сказал замечательные слова: «Атом должен быть рабочим, а не солдатом». К тому времени в нашей стране по его инициативе была построена первая в мире атомная электростанции, а в 1959 году – первый в мире атомный ледокол. Атомные подводные лодки – тоже инициатива Курчатова. В 1950-е годы он много сил отдал борьбе с «народным академиком» Лысенко, который гнобил генетику, – именно в ведомых Курчатовым физических центрах гонимые генетики продолжали свои исследования.

Судьба не подарила Курчатову детей. Деньги за Ленинскую и Сталинские премии он отдавал на строительство детских садов и детских домов. Никто о том не знал – он категорически препятствовал распространению этой информации. Умер Курчатов в 57 лет, вернувшись с концерта, где слушал «Реквием» Моцарта. Эта музыка звучала на его похоронах.

АВИАКОНСТРУКТОР ПАВЕЛ СУХОЙ. ГЕНИАЛЬНЫЙ РЯДОВОЙ АВИАЦИИ.

В нашей стране для конкуренции было создано несколько мощных авиационных КБ. И все генеральные конструкторы с великой ревностью относились к успехам коллег. Но вот однажды у знаменитого Лавочкина что-то не заладилось в самолете, и маршал Савицкий посоветовал ему присмотреться к работам других КБ. «Если у кого учиться новому и интересному, так это у Сухого», – сердито признал Лавочкин.

Жизнь некоторых людей поразительно напоминает полет самолета. Так было у Павла Осиповича Сухого. Неторопливое выруливание на старт – учеба в МВТУ имени Баумана, Первая мировая война, где он дослужился до прапорщика, опять МВТУ и работа у Туполева. Потом быстрый набор высоты – Сухой был ведущим конструктором самолета АНТ-25, на котором экипажи В. Чкалова и М. Громова перелетели через Северный полюс и достигли Америки, а также самолета «Родина», на котором экипаж Валентины Гризодубовой установил мировой рекорд дальности полета для женщин. Перед началом войны Сухой получил свое КБ, его бомбардировщиком Су-2 были вооружены тринадцать полков.

А потом – нештатная, предаварийная ситуация. В 49-м его КБ после аварии новейшей модели расформировали. Отчасти потому, что Сухой не был человеком двора – он избегал президиумов, компаний, был сух и педантичен (так и говорили: «Сухой есть Сухой»), отказывался от подарков, путевок. Он не был напорист, не умел проталкивать свои машины. «Хорошо работает не тот, кто хорошо говорит, а тот, кто хорошо работает» – это было его жизненное кредо.

Через четыре года КБ воссоздали. И здесь начался стремительный подъем в невозможные выси. Белорус Павел Сухой приступил к созданию на двигателях украинца Архипа Люльки многоцелевых реактивных самолетов, равных которым не было в мире. 24 июня 1956 года в Тушине состоялся воздушный парад, где западным военспецам впервые показали эскадрилью Су-7Б. Это был шок, самолет назвали неслыханным. Подобные эпитеты раздавались в адрес всех других машин Сухого. Сегодня машины его КБ являются одним из основных компонентов вооружения ВВС России, в мире они стали самыми продаваемыми нашими самолетами.

Павел Сухой придумал в авиации невероятно много – стреловидное и треугольное крылья, уникальные системы убирающихся шасси, стал использовать титан, первым достиг скорости в два раза выше скорости звука и, вопреки дружному неприятию, начал использовать системы автоматизированного проектирования самолетов…

Замечательный летчик Экзюпери когда-то написал, что человеческое общение – это величайшая роскошь на свете. Сухой считал такой роскошью уединение, он избегал даже банкетов по поводу успехов его машин. Он называл себя «рядовым авиации» и «таким, как все». Павел Сухой был дважды Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской и Государственных премий. За всю свою жизнь он только однажды дал интервью…

НОБЕЛЕВСКИЙ ЛАУРЕАТ ИЛЬЯ ПРИГОЖИН. НЬЮТОН С БОЛЬШОЙ ПЕРЕЯСЛАВСКОЙ.

Илью Пригожина называют Ньютоном современности. Хотя высшую научную награду он получил за исследования в области химии, его вклад в прочие научные дисциплины совершил там переворот. Современную биологию, теорию эволюции, сложные социальные процессы – все это нельзя представить без работ Пригожина. И поэтому в современной науке вряд ли есть другой ученый с таким количеством наград и званий, как Илья Пригожин, который всю сознательную жизнь провел в Бельгии, но по происхождению был русским. Он был членом 70 национальных академий из 21 страны, почетным доктором 40 университетов в 23 странах. Степень honoris causa он получил и в МГУ. После его лекции ректор МГУ академик Виктор Садовничий признался, что благодаря услышанному он увидел огромные перспективы в математике, которая, казалось бы, далека от области интересов Пригожина. Но такое же впечатление производили его работы на представителей всех научных дисциплин, и их использовали даже для эффективной организации уличного движения в мегаполисах…

Наука XX столетия привела к революционным изменениям в мировоззрении человека. Но и сама наука пережила три революции. Первая связана с теорией относительности. Вторая – с квантовой механикой. И третья – с теорией саморегулирующихся систем, или синэрегетикой, одним из творцов которой был Илья Пригожин. Пригожин построил неравновесную термодинамику, где привычное и традиционное для всех наук понятие равновесия в принципе недостижимо. Эта модель была распространена и на биологические, и на социальные объекты. Сейчас пригожинская «стрела времени», которая впервые сформулировала принцип необратимых процессов, стала одним из важнейших философских императивов.

Илья Пригожин родился в 1917 году в Москве. Семья жила на Большой Переяславской. Отец в 1913 году закончил МВТУ и недалеко от Рижского вокзала организовал лакокрасочный завод. После революции остался на заводе директором, но, когда в 1921 году начались аресты бывших фабрикантов, семья выехала на Запад. Сначала в Литву, потом в Германию и наконец в Бельгию.

Еще до войны Пригожин начал преподавать химию в университете. И продолжал подпольное преподавание в годы войны. Опасаясь депортации, он не стал регистрироваться как еврей – отец обзавелся справкой о том, что все Пригожины крещеные. Два месяца по подозрению в помощи партизанам будущий нобелевский лауреат провел в концлагере и был выпущен, как вспоминал, за взятку гестаповцу По его словам, его спас Сталинград – немцы стали другие. Главной наградой в жизни он считал медаль участника Сопротивления.

В 1956 году, в первый же год «оттепели», профессор Пригожин приехал в Москву. Еще не был снесен его дом на Большой Переяславской, там жили его родственники. Илья Пригожин относился к России не просто с любовью, он относился к своей родине, как вспоминает хорошо знавший ученого профессор Абрам Блох, молитвенно. В его доме в Брюсселе висела икона Николая Угодника XVI века. В Россию Приго-жин приезжал много раз – и до, и после вручения в 1977 году Нобелевской премии по химии. «Не знаю, приезжаю домой или в чужую страну», – говорил ученый.

Пригожин был чрезвычайно доброжелательным человеком. Хорошо известно, что он не мог отказать в приеме на работу в свой Институт физики и химии в Брюсселе ученым из России. И в то же время он умел держать удар. Когда он сформулировал свои философские воззрения, от него отвернулись многие коллеги, получить контракт в Европе стало сложно. Поддержка пришла из американских фондов, на протяжении многих лет по контракту Пригожин должен был несколько месяцев работать в США.

В Бельгии ученого боготворили. Несколько лет после вручения Нобелевской премии он не мог зайти ни в одно кафе – у него не брали денег. История получила продолжение: в Бельгии в обращение выпущена золотая монета с профилем ученого, выходца из России.

ХИМИК ДМИТРИЙ МЕНДЕЛЕЕВ. ВОДКА КРУЧЕ ПЕРИОДИЧЕСКОЙ ТАБЛИЦЫ.

В московских клубах на исходе января отмечают день рождения водки с бесплатными стопками на входе. Зимой, в тот же день, и на Украине, обретшей незалежность, день рождения русской водки тоже шумно приветствовали. Это событие год от года становится все более заметным неформальным торжеством, патриотическим ответом привнесенному извне Хэллоуину. Как и большинство праздников, день рождения русской водки построен на мифе, переписывает правду, чтобы создать универсальную метафору.

Молва гласит, что 31 января 1865 года Дмитрий Менделеев защитил диссертацию о водке. Диссертацию ученый, которому был тогда 31 год, действительно защитил, но о водке как продукте потребления в ней не было ни слова, исключительно о соединении спирта с водой. В результате была построена гидратная теория растворов, которая нашла широкое применение в промышленности, но никак не в алкогольной отрасли. Водка во многих вариантах, в том числе в 40-градусном, была известна на Руси давно и, по легенде, была создана монахами Чудова монастыря, стоявшего в Кремле, для целебных нужд на рубеже XIV–XV веков. Энциклопедия «Британника» сообщает, что русская водка старше польской, которую поляки считают самой первой. В конце XIX века качество алкогольной продукции в России стало отвратным, народ спивался, и Александр III, знавший толк в выпивке, поручил министру финансов графу Витте навести порядок. Витте привлек Менделеева, который вспомнил старые работы по спирту и подтвердил, что при крепости в 40 градусов раствор занимает максимальный объем, хотя вкусовые качества лучше при 43–46 градусах. Поскольку Витте собирался ввести государственную монополию на водку, то был выбран наиболее экономически выгодный вариант. Водка приносила казне такие доходы, что в начале XX века на ее акцизы содержалась треть российской армии.

В культуре всех христианских народов алкогольные возлияния занимают важное место. И в некоторых странах пьют не меньше нашего. Есть народы, так мне кажется, которые держат удар крепче. Но нигде национальный алкогольный напиток не имеет такого сакрального значения. Выпивая, русский человек превращается в шамана, совершает магический обряд, в результате которого он приоткрывает тайные дверцы и молодит душу. У каждого русского человека свой роман с водкой. Нам смешны психотерапевты, а тусклые общества анонимных алкоголиков и обиженных жен кажутся смехотворными, зато мы будем всегда проявлять милость к пьющим и сохраним самые низкие в мире цены на заколдованную воду. Говорить, как некоторые иностранцы и либералы, что русский человек пьет, чтобы снять обузу, – это от непонимания. В корень смотрел Синявский: «Не с нужды и горя пьет народ, а по извечной потребности в чудесном и чрезвычайном».

Сейчас водка в относительных ценах еще дешевле, чем в спокойные советские времена. И это говорит об опыте власти, впитавшей урок Горбачева, по которому борьба с родимой ударила бумерангом. Отношение русской власти с водкой, говоря языком химика Менделеева, – лакмусовая бумажка политического чутья. Последний царь Николай II ввел сухой закон. Сталин в 1923 году отменил, но уменьшил крепость русской водки, разбодяжил до 30 градусов. Горбачев потерял опору и власть. Но и его преемник лишился уважения, потому что зашел в другую крайность.

Менделеев, автор Периодической таблицы, организатор Палаты мер и весов, изобретатель бездымного пороха, составитель экономических программ, несказанно бы удивился, если бы узнал, что из всего сделанного им мы особо выделяем водку, которую он не изобретал. Иначе быть не могло. Водка – великое таинство, и мы вводим в центр магического круга самого великого русского ученого. Но коллеги, чьи имена напрочь забыты, в академики его не избрали, что, видимо, является в Академии законом на все времена. Заслуги Менделеева щедры, и кажется верхом неблагодарности то, что мы не знаем ни дня его рождения 8 февраля, ни дня кончины 2 февраля, но ликуем в эти дни, сочинив дурманящий миф о водке.

Что касается потребления народного напитка, то Иван Сеченов, великий современник Менделеева, писал, что для здоровья можно употреблять в день 50 граммов водки. Но ни капли больше.

МЕХАНИК ИВАН КУЛИБИН. ИННОВАТОР № 1.

Россия гордится сметкой. Поэт писал про «быстрых разумом Невтонов», которых будет плодить русская земля. Они и рождались, но не все в нашей памяти отпечатались. Рядовой человек, хоть на дыбе пытай, не припомнит ни одного ныне живущего ученого, кроме телеведущего Сергея Капицы. А много ли у нас толковых людей, имена которых стали нарицательными? Единственный пример – Иван Кулибин, механик-самоучка, обласканный просвещенным двором Екатерины Великой и изгнанный из Академии ее сыном. Наверное, по той причине, что Павел не мог терпеть оригиналов и право быть оригиналом узурпировал.

Иван Кулибин стал известным настолько, что оказался прототипом героя-резонера классической драмы Островского «Гроза», где выведен под именем Кулигина, механика-самоучки, искавшего перпетуум-мобиле. Иван Кулибин – предтеча литературного Левши, ведь прославившее его изобретение – театр-автомат из 250 деталей с солдатами и ангелами в золотом яйце – не имело, как и подкованная блоха, никакой практической пользы. Но Кулибин прошел тот путь, которым уготовано следовать каждому изобретателю на Руси. Главная особенность на этом пути – невостребованность изобретений в родной стране и их вынужденный экспорт за границу, как случилось со многими аппаратами Кулибина – от протезов до лифтов. А также – вечное унижение перед «денежными мешками». Коммерчески удачливых Эдисонов и Гейтсов, Фордов и Нобелей в России в помине не было. Купец Савёл Дикой в «Грозе» куражился над Кулигиным: «Что я тебе – ровный? Ты – червяк. Захочу – помилую, захочу – раздавлю». Механик меж тем предлагал совершенно очевидную вещь – громоотводы, но местному олигарху инвестиции были поперек горла.

Если исходить из превратностей судьбы, логично отмечать не день рождения Кулибина, а день его смерти – 11 августа 1818 года. В те же годы жил и умер (с разницей в год) Джеймс Уатт, про которого в «Дубинушке» поется: «англичанин-хитрец изобрел паровую машину». Нечего говорить, что Уатт в конце жизни как сыр в масле катался, а наш горемыка дырявый кафтан донашивал. Лишь после смерти Кулибин утвердился в памяти народной. Появился теплоход его имени, множество технических центров, а популярный сайт, где чатятся самоделыцики, назван в его честь.

Судьба Кулибина безрадостна. Но это судьба чуть ли не всех талантов на Руси. Сегодня его можно считать самым актуальным историческим персонажем. Российское государство впервые в истории объявило тотальный поход за инновациями, а ведь первым инноватором на Руси следует считать механика Кулибина. Его именем, выскажу рацпредложение, вполне можно назвать премию для российских рационализаторов и изобретателей. Тем более что когда-то исключительно популярное и важное для экономики дело почти у нас заглохло. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности, Россия занимает 21-е место по числу регистрируемых патентов. Впереди США (80 %), следом – Япония и с большим отрывом европейский лидер Германия. Именно отсутствие патентов даже у самых крупных российских предприятий вроде «Норильского никеля» или ракетно-космической корпорации «Энергия» привело к их приватизации за бесценок. А в развитых странах интеллектуальная собственность формирует более половины бюджета и эта составляющая в современной экономике, ориентированной на высокие технологии, постоянно растет.

И среди либералов, и среди народников принято считать, что в России никакое дело не живет, если не подкреплено нравственной идеей. В связи с этим возникает вопрос: поднимают ли знания нравственность? Связаны ли духовность и учение? Лучше ли становится человек от науки? Вопрос для диссертации, но механик Кулигин не только агитировал за прогресс – он пылко обличал общественные пороки, хотя и не преуспел на этом поприще. Только Катерину-утопленницу из Волги вытащил.

А первым человеком, кто встал на путь инноваций, был библейский Ной. Старик 52 года строил невиданное техническое сооружение – ковчег. Корабел Ной, как впоследствии Кулибин, не только инженерил, но и увещевал людей жить праведно, но его опять никто не слушал, отчего и случился потоп.

Одним словом, к изобретателям стоит прислушиваться, они воду попусту не льют.

ДЕШИФРОВЩИК ЮРИЙ КНОРОЗОВ. НЕВЫЕЗДНОЙ ГЕНИЙ.

За океаном русского ученого боготворили, а на родине почти не знали. В Национальном музее антропологии и истории в Мехико открыта постоянная экспозиция, посвященная российскому историку Юрию Кнорозову. Этот ученый первым расшифровал письменность индейцев майя. До него над этой задачей безуспешно бились поколения ученых. Свое открытие Юрий Кнорозов сделал в 33 года, оно стало темой его кандидатской диссертации, которая тут же на Ученом совете Института этнографии была признана докторской.

Нильс Бор утверждал, что каждое великое открытие в науке должно быть в какой-то мере безумным. Что касается открытия Кнорозова, то безумной была ситуация, в которой оно было сделано. В отличие от своего гениального предшественника француза Жана Франсуа Шампольона, который расшифровал древнеегипетские иероглифы, имея богатый археологический опыт в Египте, Юрий Кнорозов в Мексике не бывал. Мало того, казуистические извороты советской системы сделали этого величайшего дешифровщика, которого десятилетиями приглашали на крупнейшие этнографические конгрессы, невыездным. Индейские памятники он изучал по иллюстрациям и фотографиям…

В 1940 году Кнорозов поступил на исторический факультет МГУ, чтобы специализироваться на кафедре этнографии. Затем война. Победу он встретил телефонистом 158-го ар-тиллеристского полка резерва ставки главнокомандующего. Он не участвовал во взятии Берлина, но побывал там позже и в качестве трофея привез книгу с репродукцией трех кодексов майя, спасенную из горящей библиотеки. В 1946 году он вернулся в МГУ, занимался египетской и китайской иероглификой, исследовал обряды шаманов Средней Азии.

На глаза Кнорозову случайно попалась статья из немецкого научного журнала о том, что дешифровка письма индейцев майя – неразрешимая проблема. Статья резко изменила его научные планы. Он считал, что созданное одним человеческим умом, не может не быть разгадано другим, и принял как вызов на дуэль задачу по дешифровке загадочного письма. В аспирантуре ему было отказано, поскольку родные оказались в годы войны на оккупированной территории.

Кнорозов перебрался в Ленинград, начал работать младшим научным сотрудником в Музее этнографии народов СССР, который некогда был личным музеем императора Александра III. Поселился в самом музее, благо при царе было предусмотрено жилье для персонала. В длинной, как пенал, комнате от пола до потолка Кнорозов развесил рисунки с загадочными письменами народа, создавшего цивилизацию доколумбовой Америки. Эта цивилизация охватывала огромные территории – нынешнюю Мексику, Гондурас, Гватемалу. Загадку этой цивилизации ученый решал, сидя на солдатской койке, – другой мебели в комнате не было.

К 50-м годам XX века сложилась целая школа майянистов, которую возглавил англичанин Эрик Томпсон, ставший непререкаемым авторитетом во всем мире. Сохранившихся документов с древними письменами было немного: три кодекса майя и труд францисканца Диего де Ланды «Сообщение о делах в Юкатане». По приказу этого фанатика инквизиция сожгла почти все письменные памятники майя. Но сам же монах, из уважения к порядку, переписал часть этих документов, фактически сохранив иероглифы майя для истории. Эрик Томпсон считал, что Ланда, пытаясь выведать алфавит майя у своего осведомителя, ошибся, ибо письменные знаки этого народа обычно передают слова, изредка, может быть, слоги, но никогда не буквы алфавита.

Кнорозов перевел со староиспанского языка на русский «Сообщение о делах в Юкатане». И сразу понял, что алфавит из 29 знаков, переписанный в ХVI в. францисканским монахом, – ключ к разгадке. Первая публикация о результатах расшифровки вышла в 1952 году. Молодого ученого перевели в Ленинградское отделение Института этнографии АН СССР, где ему предстояла защита кандидатской диссертации. Но возникли проблемы, которые нынешним историкам могут показаться абсурдными и такими же непостижимыми, как само письмо индейцев майя. А дело было серьезное. В вопросе об индейцах марксизм руководствовался суждением Энгельса об отсутствии государств в доколумбовой Америке. Кроме того, Энгельс высказал соображение, что фонетическое письмо может возникнуть только в классовых государственных образованиях. Заявление о наличии у майя фонетического письма означало опровержение незыблемых положений Энгельса. А это подкоп под единственно верное учение…

О сенсационной расшифровке быстро узнали за рубежом. Американская наука, которая делегировала на изучение письменности майя несколько сот ученых, была в шоке. Кнорозов придумал оборонительную фразу: «Я – кабинетный ученый. Чтобы работать с текстами, нет необходимости лазать по пирамидам». В действительности ему очень хотелось побывать в Мексике. Но он продолжал оставаться невыездным, на волне «оттепели» его лишь однажды выпустили на Международный конгресс американистов в Копенгагене в 1956 году. И вплоть до 1990 года он никуда больше не выезжал, не подозревая о приходивших на его имя бесчисленных приглашениях. Его коллеги и ученики, уже много раз побывавшие в Мексике, без конца создавали комиссии по организации выезда ученого в страну, которой он подарил ее историю. Все тщетно.

В 1963 году вышла знаменитая монография Юрия Кнорозова «Письменность индейцев майя». Только в 1975 году ему была присуждена Государственная премия СССР. Кнорозов продолжал работать: блестящие теоретические работы, расшифровка протоиндийского письма и новых иероглифических текстов майя, изучение письма жителей острова Пасхи, а также семиотика и история заселения Америки, археоастрономия, шаманизм, эволюция мозга, теория коллектива. Про себя Кнорозов шутливо говорил: «Все-таки я не осьминог».

В краю индейцев майя великому дешифровщику удалось побывать по персональному приглашению президента Гватемалы лишь в 1990 году. До поездки Кнорозов говорил, что все археологические места он прекрасно знает по публикациям. Однако, добравшись до вершины пирамиды, он долго стоял в одиночестве и курил одну сигарету за другой. Начиная с 1995 года он неоднократно бывал в Мексике, посетил самые заветные места майя. Под конец жизни судьба подарила ему возможность пожить на побережье в тропической сельве у Карибского моря вместе с индейцами майя и в двух шагах от древних пирамид. Ученому был вручен серебряный орден Ацтекского Орла. Таких орденов в нашей стране всего четыре – им награждаются иностранные граждане, имеющим исключительные заслуги перед Мексикой.

Он умер в марте 1999 года. Уже после его смерти в Мексике вышел трехтомный труд «Дешифровка, Каталог и Словарь Шкарет Юрия Кнорозова».

АКАДЕМИК АНДРЕЙ КОЛМОГОРОВ. ИСТИНА ЕСТЬ БЛАГО, И НАШ ДОЛГ – ЕЕ НАХОДИТЬ И ОТСТАИВАТЬ.

Описать такую большую величину, как академик Колмогоров, очень трудно. Выражаясь математическим языком, можно сказать, что его жизнь была многофункциональна, будто в нем одном жило сразу несколько человек. Герой Социалистического Труда, кавалер семи орденов Ленина, лауреат знаменитой премией Больцано, которую он получил вместе с Папой Римским. Но немаловажно и то, что почти через 20 лет после смерти ученого ученики академика Колмогорова по-прежнему помнят и любят его. А учеников – на несколько институтов.

В 40 лет Андрей Колмогоров, который к тому времени уже был академиком, членом Президиума Академии наук, академиком-секретарем физико-математического отделения, директором Института математики и механики МГУ, начал вести дневник. Среди первых записей имеется личная программа: «1. Дисциплина в выполнении скучных работ. 2. Уверенная и последовательная расчистка возможностей для спокойной работы над большими замыслами. 3. Борьба с соблазнами (сладости, чтение не вовремя), в том числе с неумеренным писанием в эту тетрадь. А где же любовь (христианская и не христианская), о которой много размышляю и, может быть, слишком много говорю? Но, кажется, именно ради нее и надо сосредоточиться сейчас на указанных дисциплинарных правилах!» Именно тогда Колмогоров женился на Анне Николаевне, которую знал еще со школьных лет…

Среди его учеников, в это трудно поверить, 15 академиков и 5 членов-корреспондентов. Имена, без которых современная наука немыслима: Арнольд, Гельфанд, Никольский, Миллионщиков, Синай, Монин, Обухов. Но вот мнение Владимира Арнольда, который по мировым рейтингам входит в пятерку ведущих математиков современности: «Колмогоров прожил большую и счастливую жизнь. Ньютон – Эйлер – Гаусс – Пуанкаре – Колмогоров: всего пять таких жизней отделяют нас от истоков нашей науки».

Первую свою задачу Колмогоров поставил и решил в пятилетием возрасте: сколько существует вариантов рисунка при пришивании пуговицы с четырьмя дырками? Не такая простая задача – проверьте. Перечислить решенные академиком Колмогоровым математические проблемы – для этого надо писать отдельный труд. Среди важнейших – решение 6-й и 13-й проблем Гильберта. (В 1990 году знаменитый Давид Гильберт составил перечень проблем, которые должна решить математика в XX столетии, но справиться удалось далеко не со всеми.) Именно на работах Колмогорова возникла наука теория вероятностей – прежде эта дисциплина воспринималась как руководство по подбрасыванию монетки. Колмогоров внес исключительный вклад в теорию турбулентности, объяснил сложнейший феномен вихрей. По легенде, эта работа вызвала зависть самого Ландау. Если бы в 1940-е годы наши ученые номинировались на Нобелевскую премию, эта работа, по общему мнению, несомненно получила бы награду. Сам Колмогоров особо ценил свой вклад в теорию случайных процессов, а также построение функции рядов Фурье, которые расходятся почти всюду.

Как вспоминает член-корреспондент РАН Альберт Ширяев, после минутного общения с Колмогоровым у всех возникало ощущение, что беседуешь с фантастической мыслящей машиной. В каждом его слове прорывался бурный мыслительный процесс, стремление к поиску нового, необычного. Колмогорову было скучно говорить о том, что уже сделано. Даже свои лекции (с МГУ связана вся его жизнь – пришел 17-летним студентом и заведовал различными кафедрами, читал лекции до 1987 года) он превращал в яркий творческий процесс. Многие признавались, что Андрей Николаевич вызывает у них «паническое уважение».

У него была исключительная, феноменальная память. Он, например, помнил имена всех Римских Пап. Мог описать виртуальное путешествие из Пекина в Ленинград со всеми встречными городами и речками. До 70 лет активно занимался спортом, бегал на лыжах, купался в ледяной воде. Потом, как истинный ученый, составил алгоритм: с каждым годом температуру воды надо повышать на один градус.

Ученому должно быть свойственно честолюбие. Но Колмогоров раздаривал свои идеи направо-налево. У него было концептуальное мышление, он умел моментально ухватить главное – и щедро, понимая, что один не справится, отдавал свои идеи ученикам. Кстати, и деньги ученикам он раздавал так же щедро – без счету, без записей. Всю Больцановскую премию Колмогоров передал библиотеке МГУ. Коллеги поражались, насколько очевидной выглядела аксиоматика Колмогорова, возникало мистическое ощущение розыгрыша, удивляло, почему до этого не додумались другие? Но простота и есть признак гения.

Колмогоров считал, что математика сродни чистой поэзии, просто в математическом мире разговор ведется на математическом языке. И, конечно, математика была для него поэзией, а поэзия – математикой. Есть какое-то мистическое совпадение в том, что Колмогоров жил в подмосковной Комаровке в доме, который когда-то принадлежал семье Станиславского. Колмогоров провел анализ ритмов в поэзии Гете, которую знал блестяще. Он изучал музыку Вагнера, романы Достоевского, письма Чайковского и Танеева, был влюблен в поэзию Пушкина, Тютчева, Блока. Еще в молодости он написал научную работу по истории Великого Новгорода, выполнил математический анализ налоговой системы. Он блестяще знал архитектуру русского Севера, иконопись, искусство Возрождения… Любознательность не оставляла его и в преклонные годы. До самых последних лет он любил «щелкать» задачи на математических олимпиадах, которые повергали в ужас докторов наук.

«Я жил, руководствуясь тем тезисом, что Истина есть благо, что наш долг – ее находить и отстаивать», – написал Колмогоров в своем дневнике. В 40 лет Колмогоров составил точный план жизни на следующие 40 лет – от конкретных исследований до написания конкретных учебников. И полностью выполнил свой план. За исключением последнего пункта – «Писание воспоминаний о прошлой жизни». Может быть, это символично. Потому что жизнь его не закончилась. Он умер в 1987 году, когда не было еще столь могучих ЭВМ, которые переписали лик математики. Но в названиях 2 388 представленных в Интернете математических работ упоминается имя Колмогорова. Всего же упоминаний о нем – более 17 тысяч.

АКАДЕМИК ЛЕВ ЗИЛЬБЕР. БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ УЧЕНЫЙ С СУДЬБОЙ ГРАФА МОНТЕКРИСТО.

В представлении обывателя ученые живут в башне из слоновой кости и по натуре своей являются скучнейшими людьми. Судьба академика Льва Александровича Зильбера опровергает подобное мнение, поскольку она одаривала его такими приключениями, описание которых достойно пера Александра Дюма. Именно Лев Александрович послужил прототипом многих героев книг, написанных его братом писателем Вениамином Кавериным.

Зильбер был одним из первых военврачей Советской республики, успешно боролся с эпидемиями дизентерии и сыпного тифа на Южном фронте. Он побывал в деникинском плену, но не мог предположить, что неволя эта окажется самой мягкой из многих уготованных ему судьбой в будущем. После занятия Красной Армией Ростова-на-Дону Зильбер отказался от удачно начавшейся военной карьеры и ушел в науку. В начале 1930-х годов он одолел вспышку бубонной чумы в Нагорном Карабахе. В награду был обвинен в распространении чумы и получил свой первый, к счастью недолгий, срок.

К исследованиям в области вирусологии Льва Зильбера подтолкнула тяжелая неизлечимая болезнь писателя Юрия Тынянова, его друга еще по Псковской гимназии. Именно Зильберу мы обязаны тем, что в нашей стране был найден ключ к лечению многих тяжелых инфекционных заболеваний. В 1937 году Лев Зильбер возглавил экспедицию на Дальний Восток, где был открыт новый вирус клещевого энцефалита, ставшего смертельным препятствием на пути освоения Сибири. Абсурд той эпохи состоит в том, что коллеги Зильбера получили за эти исследования Сталинскую премию, а он, руководитель работ, был обвинен в содействии японцам, которые будто бы заразили Дальний Восток энцефалитом. На долгие годы, несмотря на публичные обращения соавторов, Зильбер был вычеркнут из списка авторов этого крупнейшего открытия.

Тюрьма, пытки, лагерь – и отчаянные письма видных деятелей советской науки и культуры во всевозможные инстанции. Лев Зильбер был освобожден лишь в 1939 году, на время короткого «пересменка» в НКВД, и вновь арестован в 1940-м. Ученый получил десять лет лагерей. Лично к Сталину обращаются главный хирург Красной Армии Николай Бурденко, вице-президент АМН СССР Леон Орбели, первая жена ученого, создательница советского пенициллина Зинаида Ермольева – реакции никакой.

В тюрьме Зильбер совершил одно из самых замечательных своих открытий – разработал теорию о вирусогенетической природе рака, на десятилетия опередившую свое время. Ученый писал свои выкладки на крохотных листочках, которые выдавались для прошений о помиловании. Мышей для исследований ему ловили уголовники – в обмен на табак. В печорском лазарете Зильбер, проигранный уголовниками в карты, сумел наладить производство дрожжей, спасших тысячи – и его собственную – жизней. В таких условиях, не имея надежды на освобождение, он не поддавался на искушения, противоречившие его представлениям о научной этике. Он категорически отверг предложение следователя опубликовать свою теорию под именем кого-либо из ученых, работавших на воле. Отверг и предложение работать в бактериологической «шарашке» в качестве безликого научного раба.

Лишь в 1944 году он оказался на свободе. И – новый поворот судьбы. В 1945-м с бумагой, которую украшала факсимильная подпись Сталина, Зильбер отправился в Германию на поиски своей жены и двух малолетних сыновей, оказавшихся в концлагере. Нашел их под Бреслау в состоянии полнейшего физического истощения. По дороге домой судьба хранила их. Самолет, из которого семью высадили из-за важного генерала, разбился. Согласно легенде, Сталин, узнав о злоключениях этого выдающегося человека, извинился перед ним за несправедливость жизни и собственноручно вручил Зильберу Сталинскую премию – высшую награду для ученых того времени. В первый же после освобождения год Зильбер стал научным руководителем Института вирусологии и академиком Академии медицинских наук.

Его сыновья тоже сделали себе имя в науке. Лев Львович Киселев – биолог и биохимик, академик РАН. Федор Львович – член-корреспондент РАМН, специалист по канцерогенезу, продолжает исследования отца. В 1950-е годы Зильбер лишь чудом уцелел во время «дела врачей». Его вирусогенетическая теория рака стала объектом уничтожающей критики. Но, несмотря на все удары судьбы, Зильбер оказался едва ли не единственным крупным вирусологом, который нашел в себе мужество отказаться от суливших немало выгод разработок в области бактериологического оружия.

За рубеж его стали выпускать очень поздно, но признание он получил всеобщее. Зильбер был избран членом Британского Королевского общества врачей и членом Нью-йоркской академии наук, получил редчайшую медаль Пуанкаре «За заслуги перед наукой и человечеством». Его кандидатуру рассматривал Нобелевский комитет и отложил на год. Но Нобелевские премии присуждаются лишь здравствующим кандидатам…

Академик Лев Зильбер занимался наукой в таких условиях, по сравнению с которыми ее нынешние трудности показались бы просто курортом. В наше время обвального падения престижа науки и всеобщего бегства из нее разуверившихся молодых талантов жизнь Льва Зильбера дает убедительное доказательство того, что настоящего ученого от любимого дела отвратить не могут никакие препятствия. Для этого необходимо маленькое условие: быть ученым Божьей милостью, а не служить при науке сезонным рабочим.

Лучше, чем академик Владимир Энгельгардт, про Зильбера не скажешь: «Он, как Сирано де Бержерак, пронес незапятнанным султан своего боевого шлема сквозь жаркие бои научных и жизненных сражений!».

МЕХАНИК ИВАН ПОЛЗУНОВ. АНГЛИЧАНИН-МУДРЕЦ, ЧТОБ РАБОТЕ ПОМОЧЬ.

Алтайский инженер-самоучка Иван Ползунов построил паровую машину за 21 год до знаменитого англичанина Джеймса Уатта, который во всем мире считается автором величайшего изобретения. Еще недавно два этих имени стояли рядом в школьных учебниках, но сейчас российский изобретатель предан забвению. Два великих изобретателя начали свои опыты почти одновременно, и в обоих случаях был достигнут успех. Хотя о существовании друг друга они так никогда и не узнали. Механику университета в Глазго Джеймсу Уатту изобретение принесло мировую славу. О Ползунове этого не скажешь…

В 1750 году на Барнаульском заводе приступили к разработке полезных ископаемых. Земли у реки Чарыш изнемогали от залежей руды, которую не успевали вывозить. Разведка была поручена самому толковому работнику – Ивану Ползунову. 20-летний писарь не просто блестяще справился с задачей, но и привез то, чего от него не ждали, – мастерски выполненную карту рудников и математические расчеты, которые оказались весьма точными. Вскоре началось сооружение нового горного завода.

Постепенно молодой человек завоевал у начальства авторитет. Любая техническая проблема предлагалась для решения Ползунову. За особые заслуги в 1758 году ему было поручено почетное дело – доставить в Петербург караван с серебром и золотом общим весом около 4 тысяч килограммов. Караван пробивался по неосвоенным землям больше двух месяцев. Столица потрясла горняка, не выезжавшего за пределы Урала. Здесь он встретил свою будущую жену – солдатскую вдову Пелагею Поваляеву, которая отправилась с ним в горные края.

Все свободное время Ползунов проводил за книгами, которые выписывал из Петербурга в несметном количестве. За ученость свою нередко страдал. Местные жители доносили в канцелярию, будто Ползунов может вызвать дождь или, наоборот, прогнать тучи за реку, словно стадо овец. Описывался случай «бесовщины и колдовства лютого», когда механик изготовил «летающего змея и запустил в небеса, а оный зацепился хвостом за крест на Петропавловском соборе». За это «вероломное» деяние Ползунова чуть не отлучили от церкви. На самом же деле «магия» объяснялась просто: он интересовался воздушными явлениями и делал барометры.

Особенно увлекся Ползунов книгой Шлаттера о рудокопном деле. Одна из ее глав называлась «О водоливной огнем действующей машине». Большую часть жизни он посвятил созданию этого механизма. Свой «прожект» Ползунов направил в Петербург и только через год получил «милость» императрицы. «Людей давать столько, сколько у него работы случится», – значилось в резолюции. Когда в руках у императрицы оказалась модель машины, она пришла в восторг и назвала Ползунова «техническим феноменом» и «творческим идеалом конструктора».

Однако помощники у Ползунова, видимо, были не слишком толковыми. Работа стояла, изобретатель сильно нервничал. Отливка деталей производилась в закрытых цехах: на всякий случай рождение «железного зверя» было решено сокрыть от любопытных глаз. Все ждали чуда. Но до пуска машины изобретатель не дожил. 16 мая 1766 года Иван Иванович Ползунов умер от скоротечной чахотки. Его похоронили у Петропавловского собора в Барнауле. В 1930-е годы храм был разрушен и могила великого русского изобретателя утеряна.

Через неделю после его смерти состоялись испытания машины. Успех превзошел ожидания. Первая плавка продолжалась сутки без перерыва. Но постепенно появилась течь между стенками цилиндров, а чем латать дыры, работники не знали. Попытались берестой, да непрочна оказалась. В конце сентября машина «работою закончилась». Общее время ее полезной работы составило 1 023 часа. За это время было получено серебра 14 пудов, золота 14 фунтов. Чистая прибыль составила более 11 тысяч рублей. А ведь машина работала всего полтора месяца и не на полную мощность!

В 1784 году Джеймс Уатт получил патент на универсальный тепловой двигатель, вскоре завоевавший всемирное признание. Машина Ползунова, простояв без действия 15 лет, в 1782 году была разобрана, детали сданы на склад. Уже в 1800 году фирма «Уатт и сыновья» выпустила 250 двигателей. А имя Ползунова было забыто даже на Алтае. Лишь в 1825 году для Алтайского музея была изготовлена модель той «огненной машины», сохранившаяся до наших дней.

МЕЧТАТЕЛЬ КОНСТАНТИН ЦИОЛКОВСКИЙ. ТАРАКАНЫ НА ЦЕНТРИФУГЕ.

Что бы вы сказали о человеке, который предложил отбраковать «низшие расы», вроде «негров, папуасов, индейцев», чтобы они «угасли»? А также задумал запрет на размножение всех больных, слабоумных, несознательных, преступников? И еще – вредных животных, которых надо убрать по-доброму, безболезненно? Сколько было у этого мыслителя смелых теорий, но мы все прощаем и любим его, и даже считаем гением за одно лишь из многих направлений его неугомонной мысли.

Это – Циолковский. Чуть ли не единственным признанным всем миром и неоспоримым достижением нашей страны в XX столетии является то, что она первой шагнула в космос. Есть ли в этом заслуга того, кого называют теоретиком космонавтики, неизвестно. Но в 1930—1950-х годах, когда создавался культ Циолковского, его имя было необходимо тогдашним политтехнологам, чтобы протянуть логическую цепочку нашего космического первенства от самого первородства космической идеи.

Сегодня Циолковский свое отслужил и никому особо не нужен. Он был востребован в качестве мобилизующего мифа в ту эпоху, когда необходимо было космосом утереть врагам нос. Был создан красивый миф о неоцененном и униженном при царе ученом-самоучке, который нашел признание после победы пролетарской революции, воплотившей в жизнь его смелые идеи. Новому коммунистическому царству на Земле было тесно, требовался прорыв во вселенские дали.

Миф о Циолковском не соответствовал правде, как и другие мифы о шахтере Стаханове, пионере Морозове, писателе Островском. Но мифы тоталитарному режиму необходимы, потому что одним лишь принуждением с массами не совладать. Нужны зовущие вперед и ввысь примеры. На интеллектуальном поприще на щит был поднят Циолковский, хотя уровень его изысканий был дилетантский, а иногда, когда он раскручивал на центрифуге рыжих тараканов, анекдотичный. Он не был ученым, скорее мечтателем. Но так даже лучше, ближе к песне: «Здравствуй, страна героев, страна мечтателей, страна ученых».

Что важнее – цвет курицы или ее способность нести яйца? Если прав был Вольтер, сказав, что, выбирая себе богов, мы выбираем свою судьбу, то и сотворенные нами кумиры определяют наше будущее. И вот бывшие идолы накренились, прошлое оказалось деформированным, настоящее – аморфным, и строить будущее без твердой опоры на историю невероятно трудно. Оказалось, что закрывать глаза на цвет курицы опасно, хотя соблазнительно.

Для Циолковского, который развивал идеи Николая Федорова о воскрешении всех людей на других планетах, космос был промежуточной станцией. Должно быть, он взирал на юного Королева, который приехал к нему с мечтой о космосе, с тихой усмешкой – мелковато мыслите, молодой человек. Сам-то брал выше – человеку во Вселенной нельзя ударить в грязь лицом. Надо явить братьям по разуму наши лучшие плоды – выведенных методом чистки гениев. Для этого Циолковский предлагал в каждом городе выделить умственно и физически совершенных людей, которые будут проживать отдельно и по разрешению начальства совокупляться исключительно с целью выведения элитного потомства. Чем выше степень совершенства – тем чаще можно вступать в сношения. Элитные мужчины смогут оплодотворить по тысяче женщин. Лучшие особи будут продвинуты в руководящие структуры, где тоже будет своя селекция. Чтобы не совершилось самое страшное в мире преступление – несанкционированное деторождение, иногда, так полагал Циолковский, полезным станет оскопление молодых людей. Для женщин это совсем просто, мужчин немного уродует, но всеобщее счастье требует жертв.

Циолковский, мечтая о светлом будущем, в этическом отношении был продуктом своего времени. Но бывает ли теория бесплодной, и не упала ли на нынешнюю почву и не произросла ли пышно и зло эта безжалостность к простому человеку, которую самозабвенно продвигал наш национальный гений? Не он один, но он со многими.

Модно говорить, что сознание русского человека склонно к восприятию мифов. Но что не миф? Сама эта мысль – тоже миф. И разве есть народы, которые обходятся без мифов? Как говорил один мафиози в исполнении Аль Пачино, до правды никто не докопается. Поэтому если уж совсем без кумиров не обойтись, то надо быть с ними строже.

МЕХАНИК АНДРЕЙ НАРТОВ. МИНИСТР МАШИНОСТРОЕНИЯ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА.

Андрей Константинович Нартов – один из замечательных русских механиков и изобретателей, родился в 1693 году. Фамилия Нартовых произошла от слова «рты», которое в старорусском языке обозначало «лыжи». Андрей Нартов с 16 лет работал токарем в мастерской основанной Петром I Московской школы математико-навигацких наук в Сухаревой башне. Царь часто навещал школу, работал в токарной мастерской. В 1712 г. Петр I вызвал Андрея Нартова в Петербург. «Личный токарь» царя, по нынешним понятиям – министр машиностроения, неотлучно находился в токарне, рядом с приемным кабинетом Петра. Здесь Нартов встречался с государственными деятелями, а после смерти царя написал воспоминания, ставшие ценным историческим документом.

Андрей Нартов проявил себя замечательным мастером-изобретателем. Для ознакомления с зарубежной техникой его послали за границу Главная цель поездки состояла в том, чтобы «приобрести вящие успехи в механике и математике». Ему было предписано тщательно собирать сведения об изобретениях и новых машинах. Нартов должен был «в Лондоне домогаться получить сведения о нововымышленном лучшем парении и гнутии дуба, употребляющегося в корабельное строение, с чертежом потребных к сему печей». Нартову также было поручено собрать и привезти в Россию «лучших художников физических инструментов, механические и гидравлические модели».

Из Петербурга Нартов привез за границу свой токарный станок, и прусский король Фридрих Вильгельм I признал, что «в Берлине такой машины нет». Нартов неоднократно убеждался в том, что русские техники не уступают иностранным. Он писал Петру I из Лондона: «…здесь таких токарных мастеров, которые превзошли российских мастеров, не нашел, и чертежи машинам, которые ваше царское величество приказал здесь сделать, я мастерам казал, и оные сделать по ним не могут». Президент Парижской академии наук Биньон написал в связи с отъездом Нартова из Парижа письмо Петру I, в котором говорил о «великих успехах», достигнутых русским новатором «в механике, наипаче же во оной части, которая касается до токарного станка». Биньон писал об изделиях, изготовленных Нартовым на русском токарном станке, привезенном в Париж: «Невозможно ничего видеть дивнейшего!» Петр I приказал перевести письмо Биньона и послать перевод всем русским, находившимся за границей для ознакомления с наукой и техникой. Предписание им всем прочитать это письмо сопровождалось петровским пожеланием: «Желаю, чтоб и вы с таким же успехом поступали».

Достижения Андрея Нартова в токарном деле имели чрезвычайно важное значение в развитии техники. Он изобрел суппорт – автоматический держатель для металлообрабатывающих резцов. Без суппорта невозможно было бы перейти от ремесленных мастерских к крупной машинной промышленности. За границей долго считали, что только в 1797 г. англичанин Генри Модели изобрел суппорт. Токарный станок Модели хранится в Музее истории техники и естествознания в Лондоне. Но за 75 лет до этого были созданы русские станки! В Париже в Национальном хранилище искусств и ремесел стоит русский токарно-копировальный станок, на котором Нартов демонстрировал свое искусство президенту Парижской академии наук Биньону.

В Эрмитаже находится несколько металлообрабатывающих станков Нартова, которые являются поистине произведениями искусства. Станины украшены резьбой, металлическими накладками с узорами, изображениями птиц, животных, мифологических героев. Нартов опередил англичан не только по времени. Модели мог изготавливать изделия лишь простых геометрических форм, а копировальные работы были ему недоступны. На станках Нартова можно было изготавливать изделия любой формы и автоматически выполнять токарно-копировальные работы. Станки Нартова – родоначальники современных сложных токарно-копировальных автоматов.

В рукописи Нартова «Театрум Махинарум, то есть Ясное зрелище махин» описывается более трех десятков оригинальных токарных, токарно-копировальных, токарно-винторезных станков различных конструкций. Петровская токарня, которой ведал Нартов, была передана Академии наук и превращена в академические мастерские, которыми руководили Ломоносов и Кулибин.

После смерти Петра Андрей Нартов навсегда покинул дворец. В 1726 г. он был направлен в Москву налаживать технику монетного дела. Он изобрел оригинальные гуртильные (для насечки «гурта», то есть ребра монеты) и другие монетные станки. Он помогал И. Ф. и М. И. Моториным при изготовлении величайшей в мире отливки – Царь-колокола. Он изобрел станок для нарезывания винтов, машину для вытягивания свинцовых листов, машину для подъема на колокольню Царь-колокола, пожарно-заливную машину, станок для печатания земельных карт.

Нартов стал первым русским руководителем Академии наук и активно поддерживал Ломоносова и других русских ученых, хотя тогда их было совсем немного. Нартов был назначен советником Главной Канцелярии артиллерии и фортификации, ведавшей артиллерией и инженерной обороной России, с чего и началось развитие нового вида вооружения. Он создал более 30 станков и механизмов, в числе его изобретений – стрельба из пушек «вне калибра», подъемный винт с градусной шкалой для установки у артиллерийских орудий угла возвышения, оптический прицел – родоначальник современной стрелковой и артиллерийской оптики. Нартов принимал участие в создании знаменитых «единорогов» – гаубиц, стоявших на вооружении русских крепостей еще в ХХ в. Семилетняя война 1756–1763 гг., начавшаяся в год смерти Нартова, показала преимущество русской артиллерии над прусской. А ведь армия Фридриха II считалась лучшей в Европе.

Свой труд о токарных станках «Театрум Махинарум, то есть Ясное зрелище махин» Нартов предполагал «объявить в народ», то есть напечатать его и сделать доступным всем токарям, механикам, конструкторам. Рукопись была поднесена Екатерине II и передана в придворную библиотеку, а там пролежала в безвестности почти 200 лет. Осенью 1950 г. в Ленинграде на территории давно закрытого кладбища была найдена могила Нартова. Останки перенесли в некрополь Александро-Невской лавры и перезахоронили рядом с могилой Ломоносова.

ЧЛЕН-КОРРЕСПОНДЕНТ РАН ЮРИЙ МАНИН. МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ ЗА МЫТЬЕ ПОСУДЫ.

Имя Юрия Манина известно в научном мире уже четыре десятилетия. Большую часть жизни ученик академика Игоря Шафаревича работал в Институте математики имени Стеклова. Спектр его интересов очень широк – от алгебры до квантовой физики, от топологических проблем до квантовых компьютеров, принцип действия которых он предугадал еще до американца Фейнмана. Манину удалось решить одну из проблем Гильберта, которые считаются основополагающими в математике. Он был избран председателем Всемирного математического конгресса в Китае в 2002 году.

Математикам, по прихоти Нобеля, не вручают Нобелевских премий. Самой престижной в их мире считается медаль Филдса. Среди наших ученых лишь четверо – Новиков, Мор-гулис, Дринфельд и Кунцевич – удостаивались этой награды. Двое последних – ученики Манина. Все российские лауреаты работают за рубежом – в США и во Франции. В денежном выражении самой крупной и не менее почетной для математиков является премия короля Саудовской Аравии Фейсала. Стоит ли говорить, что она тоже в багаже Юрия Манина.

Юрий Манин – блестящий лектор. Его коллега академик Виктор Маслов вспоминает, что к каждой лекции Манин готовился не менее десяти часов. Продумывал, в каком углу доски какую формулу написать. Студентам раздавал ксерокопии собственноручно написанного конспекта. Лекции Манина были изданы в Лондоне в издательстве «Пергамон-пресс». В нашей стране они никогда не публиковались.

Юрий Манин знает тринадцать языков. В том числе экзотические. Например, староисландский, который выучил, чтобы читать древние саги. Дружил со Стругацкими, знал наизусть Окуджаву. Увлекался Александром Грином и составил карту его романтической страны со всеми городами. Манин встречался с Папой Римским, который интересовался его работами.

В бытность свою в России Манин избегал обычных в академическом мире интриг, никогда не ввязывался в дрязги. Если при нем говорили гадости, он морщился и отходил в сторону. Никогда не кривил душой, не подстраивался под авторитеты. Но когда однажды попал в больницу, на столике держал портрет выдающегося математика академика Ивана Виноградова. Манин избегал столь распространенных у нас общественных поручений, не интересовался политикой.

Есть какой-то нонсенс в том, что один из самых блестящих математиков современности уже 20 лет пребывает всего лишь в статусе член-корреспондента РАН, но академиком так и не стал. Для избрания надо собирать подписи, договариваться с вершителями академических судеб. У директора Института имени Макса Планка и лауреата премии короля Фейсала на это, видимо, нет ни времени, ни желания.

Как-то Юрий Манин признался, что самые важные математические идеи его осеняют во время мытья посуды…

АКАДЕМИК СЕРГЕЙ КИШКИН. ПРОЧНЕЕ СТАЛИ, КОТОРУЮ ИЗОБРЕЛ.

Того, что сделал лауреат Ленинской и трех Государственных премий Сергей Тимофеевич Кишкин за свой век, хватило бы на несколько институтов. Танковая броня, корпус для прозванных немцами «черной смертью» штурмовиков Ил-2, лопатки для турбин всех современных самолетов…

Английский инженер Гриффитс за создание жаропрочного сплава нимоник получил звание пэра. Вполне заслуженно: чем более высокую температуру могут выдержать лопатки авиационной турбины, тем выше мощность двигателя. Любой авиаконструктор знает, что это самое уязвимое место самолета. Над проблемой жаропрочных сплавов бьются целые институты. В начале 1950-х годов США – лопатки американцев за горло держали – по существу, выкрали в Алжире двигатель с потерпевшего аварию советского «Ила» с одной целью – узнать химический состав газотурбинных лопаток…

Этот сплав создал Сергей Кишкин, подняв температуру отходящего газа на несколько сот градусов по сравнению с достижением английского лорда-инженера. Кишкин же впервые в мире вместо штамповки получил лопатки газотурбинных двигателей методом точного литья. Тот, кто хоть раз видел современную авиационную лопатку, знает: она напоминает ювелирное изделие, никак не самую напряженную часть огромной машины. Не будет преувеличением сказать, что открытия академика Сергея Кишкина во многом определили долгое лидерство нашей авиации.

Академику Кишкину было за 90, но он проводил полный рабочий день в родном Всероссийском институте авиационных материалов, куда был принят еще в 1934 году. Ошибочно по анкетным данным предполагать, что этот человек покойно доживает свой век. Застать его дома можно было лишь рано утром и вечером. Кишкину было далеко за 80, когда его за систематическую неявку вычеркнули из списков академической поликлиники, куда прикреплены маститые ученые. Он не помнил, когда последний раз был у врача. А объяснение элементарное – спорт. Начал по необходимости – в Гражданскую войну, когда болел туберкулезом, с тех пор тренировки не прерывает ни на один день.

И еще он великий хохмач, о его розыгрышах ходят легенды, старики пересказывают их молодежи. Слышал истории, как в свою круговерть Кишкин вовлекал даже мрачных особистов. Что ж, веселые люди, как известно, не стареют.

Обыкновенно ученый более всего ценит свои сугубо теоретические изыскания. Так и академик Кишкин на вопрос о самом важном своем открытии отвечает без колебаний: создание нового направления в науке – механохимии. Ученый доказал, что в закаленной стали под влиянием деформации могут начаться химические реакции. Не надо кончать университетов, чтобы уяснить, насколько это важно.

«Жизнь ученого проходит в башне из слоновой кости». Покажите академику Кишкину того, кто придумал эту глупость, и он расхохочется ему в лицо. В 1937 году на Подольском электровозостроительном заводе, где инженер Кишкин работал вместе с зэком Борисом Стечкиным, было созвано внеочередное партийно-комсомольское собрание. На повестке – предложение объявить Кишкина вредителем. Едва ли не в ходе собрания пришло известие: танковая броня «вредителя» прошла испытания. И все вмиг перевернулось – Сергея Кишкина из общежития переселить в отдельную комнату.

А визит на заводы «Роллс-ройс», где ему из-под носа английских контрразведчиков удалось стянуть горсть стружек легендарного нимоника, чтобы получить потом грозное указание Сталина: «Сделать сплав лучше!». Кстати, это задание «увело» Кишкина из команды Курчатова, где ему предназначалось место заместителя по плутониевым материалам. Однако и там он успел внедрить метод контроля на герметичность.

Я все пытался выспросить у ученого секрет долголетия. Академик досадливо отвечал: «Лучше напишите про последние работы – это интереснее». Академик Кишкин ставит эксперименты в области ползучести металлов при низких температурах. Оказывается, может случиться, что даже в холоде при нагрузках ниже предела прочности металл начинает «ползти». Если явление будет подтверждено, появится новый критерий прочности материалов, станут понятны причины многих авиакатастроф.

Сергей Тимофеевич следит за политическими событиями. Особенно его волнуют слухи о передаче Японии Курильских островов – на Итурупе находится единственное в России месторождение рения, без которого невозможно поднять жаростойкость авиационных лопаток.

АКАДЕМИК НОРАЙР СИСАКЯН. ОН ИЗМЕРЯЛ ПУЛЬС У ГАГАРИНА.

С разницей в тринадцать дней родились два человека, чьи имена связаны с историей космонавтики – Сергей Павлович Королев (12 января 1907 г.) и Норайр Мартиросович Сисакян (25 января 1907 г.). Они были одногодками, и их биографии на удивление похожи, быть может, из-за общего энтузиазма, охватившего страну в годы первых пятилеток, из-за желания их поколения сказку сделать былью. Первый был пионером космонавтики, второй – пионером космической медицины.

Скромный армянский юноша, сын винодела из села Аш-тарак Норайр Сисакян учился сначала в Ереванском университете, затем в Тимирязевской сельскохозяйственной академии в Москве. Став одним из основателей космической биологии, Сисакян занимал множество видных постов: был вице-президентом Международной академии астронавтики, председателем Комитета по биоастронавтике, президентом XIII сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО, активным участником Пагуошского движения ученых за мир, главным ученым секретарем и членом Президиума АН СССР…

Академик Олег Газенко, который, начиная с полета легендарной Лайки в 1957 году, возглавлял физиологическое направление в космонавтике, много лет работал под руководством Сисакяна. Они вместе провожали космонавтов в полет и вместе встречали после посадки. Как вспоминает Газенко, «привлечение в середине 1950-х годов к работе по космической программе крупных ученых, прежде всего Норайра Сисакяна, имело судьбоносное значение для космонавтики. Он привел с собой ряд блистательных умов – академиков Владимира Энгельгардта, Александра Опарина, других ученых. Приглашение в команду “опальных” в то время генетиков школы Николая Дубинина иначе как поступком не назовешь».

Все знавшие Норайра Сисакяна отмечали его упоение работой, энергию и азарт, умение сосредоточиться на главном, самодисциплину и выдержку, что позволяло успевать делать многое и как ученому, и как организатору науки. Работа, которую он возглавил, беспрецедентна: разработка программы подготовки человека к полету, отбор и обучение космонавтов, обеспечение безопасности и медицинский контроль в полете, возвращение на Землю, спасение и последующее изучение их здоровья. Особо ответственный участок – комиссия по проверке готовности космонавтов к полету. «Его слово, – пишет Олег Газенко, – зачастую оказывалось решающим. Эксперименты на многочисленных живых организмах, стоящих на разных уровнях и линиях филогенетического развития, показали возможность жизни в условиях космического полета, полноценность и надежность систем жизнеобеспечения в космосе, открыли человеку путь в космос».

Если космонавтов можно назвать рыцарями будущего, то создатель космической медицины тоже отличался рыцарским, жертвенным отношением к науке. Вот что говорит о Сисакяне бывший Генеральный директор ЮНЕСКО Рене Майо: «Благодаря глубокой вере в науку и ее гуманизм он органично вошел в работу ЮНЕСКО, снискал неподдельное восхищение всех, кто работал с ним. Он чрезвычайно чутко относился к задачам ЮНЕСКО – достоинство человека, социальный прогресс и мир – и его голос нередко заставлял нас подняться над конфликтами интересов и задуматься о проблемах мира и всеобщего благоденствия. Он был человеком высоких убеждений, непоколебимых принципов, но терпимый и необычайно спокойный в общении. Он был скромен и прост, безо всякого труда вызывая в простых людях и детях неподдельную симпатию».

В Академии наук он создал четырнадцать лабораторий, Пущинский биологический центр. К работам по космической биологии подключились отраслевые институты, Международный центр в Дубне. В конце 1950-х он стал академиком-секретарем отделения биологических наук, затем главным ученым секретарем Президиума АН СССР. Глобальные задачи – космическая программа, структурная перестройка в Академии, работа исследователя в Институте биохимии, педагогическая и международная деятельность – казалось, все по плечу этому крепкому и спортивному человеку.

Норайр Сисакян умер в кабинете созданной им лаборатории энзимологии Института биохимии имени Баха, работая над статьей о перспективных задачах биохимии. Его именем названы школа и проспект в Аштараке, улица в Ереване, установлена памятная доска у входа в Институт биохимии и в штаб-квартиру ЮНЕСКО в Париже, его имя носит кратер на Луне.

ЧЕЛОВЕК-РОБОТ МИХАИЛ ГОЛЬДРЕЕР. ТЕРМИНАТОР-3 ЖИВЕТ В РОССИИ.

Если дальше все пойдет, как задумано, то через три года Михаила Гольдреера не узнает мама родная.

Михаил Гольдреер, как он говорит про себя, являет собою рекламный экземпляр новой придуманной им индустрии – антропометрической косметологии. Пока это словосочетание ничего не говорит пребывающему в темноте человечеству. А основатель и первопроходец антропометрической косметологии уже восемь месяцев находится в ортопедическом центре Волгоградской больницы № 3, куда попал по собственной воле и ценой неистовых усилий. Это при записи в его медицинской карте: «пациент здоров»…

В программном манифесте, который Михаил Гольдреер написал несколько лет назад, говорится, что антропометрическая косметология – это единый комплекс мер, который любого человека независимо от возраста сделает красивым и здоровым. По замыслу основоположника, современный уровень медицины позволяет включить в этот комплекс следующие этапы: хирургическая коррекция роста; имплантация искусственных зубов из современных материалов; липоскульптура, которая ликвидирует лишние жировые накопления; усиленный курс культуризма и акробатики; лечебное голодание, после чего кожа станет чистой и упругой, как у ребенка, а морщины разгладятся; возможно также изменение формы носа, ушей, разреза глаз.

Пока говорить о фабрике грез рано, можно лишь – об испытании, на которое обрек себя новатор. Весь курс, как рассчитал Михаил Гольдреер, займет у него 3–4 года. Самыми сложными и опасными являются, несомненно, хирургические операции на голенях и бедрах по методу Илизарова. Именно на этом этапе находится сейчас доброволец-экспериментатор. Он выдержал операции на обеих голенях и вырос на 7 сантиметров.

Из соображений коммерческой тайны Михаил просит не публиковать конкретные адреса своего дальнейшего преображения. Но финансовые вопросы уже повсюду согласованы, что немаловажно, ведь его новые зубы, к примеру, будут изготовлены в закрытом «космическом» КБ из искусственного сапфира, а курс культуризма при усиленном питании займет не меньше семи месяцев по восемь рабочих часов ежедневно. С особым трепетом он относится к курсу очищающего голодания. «Режиссер Михалков-Кончаловский каждый год в специальной клинике в Швейцарии ради творческого обновления проходит подобный курс», – говорит Гольдреер.

Мы разговариваем в ординаторской больницы, и врачи зачарованно внемлют прожектам Гольдреера, который меньше всего похож на робкого пациента. «За мной пойдут колонны людей, мечтающих изменить свою внешность», – обещает Михаил. В Волгограде, по его замыслу, возникнет международный центр антропометрической косметологии, и состоятельные иностранцы со всего света будут прибывать сюда чартерными рейсами. «Это будет не знающий конкуренции концерн по реставрации человека, – продолжает он, тяжело опираясь на костыли. – Сделать внешность – значит сделать жизнь. Недаром так широко улыбаются практичные американцы. Но я распространю улыбку на все тело. Да, это будет тело-улыбка. И я начну продавать эту улыбку».

Возникают некоторые деликатные вопросы. Не страдает ли наш герой комплексами и, как бы это помягче выразиться, вполне ли он здоров? Поскольку сам Михаил отдает себе отчет в том, что такие сомнения при первом знакомстве с его проектом вполне резонны, не будет предосудительным сообщить следующие подробности.

До операции росту Гольдреера был, как у Высоцкого (опять же его собственное сравнение), 170 сантиметров. В свои 42 года экспериментатор физически крепок, упражняется на турнике, где, как считают, не каждый гвардеец за ним угонится. Контактен, уверен в себе, красноречив. Немаловажная деталь в контексте нашего рассказа: Михаил пользуется бешеным успехом у женщин, причем многие из списка его поклонниц имели гренадерский рост. Он приметил закономерность: чем старше он становится, тем моложе его поклонницы, которые преследуют его просто самозабвенно.

Наконец, о социальном статусе Михаила Гольдреера. Он окончил Московский институт инженеров железнодорожного транспорта, но прозябать на должности ИТР не пожелал и уже 16 лет работает электромонтером на Волжском трубном заводе. С ответственными поручениями колесил не только по нашим просторам, но побывал также в девяти странах, из чего можно сделать вывод, что Гольдреер принадлежит к числу ценимых работников и вроде бы вполне может быть доволен жизнью. Но даже в самые удачливые периоды его угнетало сознание того, что он живет серо и тускло и не нашел еще своего истинного призвания.

Впрочем, дело не только и не столько в личности Гольдреера. Вне нашего отношения к этому человеку надо признать, что он повел за собой немало рассудительных и серьезных людей. Одни отдавали ему свое бесценное время, другие ставили на кон репутацию, третьи – несли немалые расходы. Тот самый случай, когда идея овладела массами и стала материальной силой. Идея может быть бесплотной, но время, репутация, деньги – в мире нет ничего более материального. Наличие этих весомых компонентов не позволяет свести эту историю к анекдоту. Не до смеха, когда операция на голени стоит сотни тысяч рублей.

Пять лет назад Михаил Гольдреер случайно узнал о достижениях отечественной школы ортопедии и познакомился с несколькими низкорослыми мужчинами, страстно желавшими увеличить свой рост. С чисто медицинской стороны это вполне реально, метод Илизарова тысячекратно апробирован на больных. Но инструкции Минздрава ничего не говорили об операциях на здоровых людях, и не было хирурга, который в тех условиях взял бы на себя ответственность за несанкционированный метод. Единственное исключение – тот же Илизаров, который лет 15 назад поддался на уговоры одного из своих студентов. Но даже громкое имя хирурга не спасло его от долгого и унизительного разбирательства во многих кабинетах. Этот случай известен всем ортопедам и воодушевления не добавлял. А спрос на любую методику увеличения роста отчаянный.

В уже упоминавшемся манифесте Гольдреера есть такие слова: «Мы потеряем рекламный приоритет, а с ним и миллионы в валюте. Пора бить в колокола. Страна, давшая миру Илизарова, опять окажется обобранной и догоняющей, как ветхозаветный наивный дикарь. Писаные и неписаные препоны на пути инициативы необходимо смести». Эту задачу Михаил Гольдреер и поставил перед собой, предложив себя, по медицинским показаниям вполне нормального человека, в качестве первого экспериментального пациента. Он обошел всех видных ортопедов страны, не давал покоя минздравовским чиновникам, обращался к народным депутатам, пытался ради идеологической поддержки внедриться в Философское общество СССР, заразил своей идеей вечно алкавших свежих инициатив функционеров молодежных движений, организовывал массовые петиции студентов в свою поддержку…

Он использовал все мыслимые способы борьбы за свой проект. Даже – в духе времени – в политику пошел. В 1990 году стал депутатом Волжского горсовета, победив пятерых соперников. Участвовал в первом съезде «Демократической России». В дни ГКЧП выступал на массовых митингах протеста. Но характерно, что тогда, в августе 1991-го, его первой мыслью после известия о перевороте было опасение, что проект теперь так и не осуществится.

Интуитивно он оказался прав, что лишний раз доказывает, как тесно связана политика с жизнью. Административный прессинг на врачей ослаб, и, к великий радости пациента, кандидаты медицинских наук А. Каплунов и М. Егоров сломали кости здоровому человеку, не поставив в известность облздравотдел. Для успокоения врачей последней каплей стало страхование Михаила Гольдреера частной фирмой «Гарант» на 100 тысяч рублей единовременно (как телеведущего Юрия Ростова) и обязательство выплачивать пенсию по инвалидности. Владелец «Гаранта» Олег Рощин оплачивал все прошлые расходы и предполагает оплачивать все последующие этапы преобразования своего рекламного агента, поскольку убежден в коммерческой беспроигрышности затеянного предприятия. «Это нормальная инвестиционная деятельность», – комментирует Гольдреер.

Но как же долг перед избирателями, которые неизвестно когда увидят своего пошедшего по больницам депутата? Гольдреер признается: «Моя настоящая работа – здесь, в больнице. Депутатство, завод – вещи менее серьезные, почти забава». Но он уверен, что сограждане воздадут ему должное, когда благодаря международному центру валюта на брега Волги хлынет рекой. Выиграет и родной Волжский трубный завод. Гольдреер не сомневается, что администрация завода, если уж оплачивает многомесячный бюллетень, примет его предложение участвовать в создании специализированного центра, который займется травматизмом на опасном производстве.

Впереди у Михаила Гольдреера долгий и трудный путь. Он желает удлинить еще и бедра, а хирург М. Егоров, которого пациент называет вторым Илизаровым, считает, что эта затея находится за гранью разумного. Тем не менее, Михаил говорит: «Самый счастливый момент в моей жизни – то утро, когда я проснулся после операции с аппаратом на ноге. Чувствую теперь, что родился не зря и нашел свое призвание».

Не смешно ли высоким штилем заявлять, что антропометрическая косметология – это призвание? Да, сегодня это, возможно, смешно. Но может быть, только потому, что мы привыкли к унификации и подсознательно отказываем человеку в праве придумать нечто такое, что противоречит здравому смыслу в его сегодняшнем понимании? Но ведь в иных странах немало гигантских состояний и уважаемых предприятий начиналось с безрассудной, по мнению большинства, идеи. Если уж они не делают жизнь лучше, то веселее – непременно.

ФЕРМЕР ДЖЕБРАИЛ БАЗИЕВ. СПЕЦИАЛИСТ ПО ПТИЦАМ ПРИДУМАЛ ЕДИНУЮ ТЕОРИЮ ФИЗИКИ И СЧИТАЕТ, ЧТО ОНА ПОТРЯСЕТ МИР.

Жизнь Джебраила Базиева разрешает извечный вопрос о том, что первично: дух или плоть. Джебраил Базиев лишился средств к существованию, но испытывает полнейшее блаженство и восторг. Пусть урожай в его фермерском хозяйстве в балкарском селе Яникой погиб от непогоды, а квартира в Нальчике находится под закладом, зато в издательстве «Педагогика» в самой Москве вышел объемистый, на 650 страниц, фолиант «Основы единой теории физики». Вряд ли в истории науки отыщется второй случай, когда автором фундаментального труда по теоретической физике стал бы фермер, не имеющий к тому же технического образования.

Естественно, ему не стоило браться за эту адову работу, чтобы послушно повторить то, что было открыто до него. И фермер перепахал всю современную физику. Его труд предваряет скромный подзаголовок – «Принципиально новая теория физики на основе шестидесяти новейших фундаментальных открытий». Важнейшее из открытий – новая фундаментальная частица, названная автором электрино. На этот электрино приходится 50 процентов заряда каждого атома и 98,83 процента массы. Единственная поблажка современной науке, которую допустил Базиев, – он согласился на существование электрона. Но больше, он уверен, никаких элементарных частиц в природе не существует. Наука заблуждается, а весь мир состоит исключительно из электронов и электрино. Протон, к примеру, – это нейтрон и электрино. Всякие там кварки и мезоны – это вторичные осколки от настоящих элементарных частиц.

Фундаментальное открытие Базиева неизбежно потянуло за собой целый ряд других открытий в смежных областях. Базиев смело их перечисляет: строение атома, объяснение валентности, взаимодействие между молекулами, полное раскрытие гравитации, происхождение Солнечной системы и планет, новое, отличное от ньютоновского, уравнение притяжения.

Еретическая натура Джебраила Базиева первый раз проявилась 20 лет назад, когда он, кандидат биологических наук, специалист по птицам, круто разошелся с академиком Шварцем, из-за чего и осталась незащищенной его докторская диссертация. Биолога все более затягивали смежные науки, особенно физика, и в конце концов в 1979 году он уволился из Кабардино-Балкарского университета. Все считали, что Джабраил Базиев плюнул на науку и делает деньги на своем богатом яблоневом саду в селе Яникой. Его считают балкарским Мичуриным, он собирает 500 центнеров яблок с гектара, а окрестные колхозы – всего по сотне. При таких урожаях, по 20 тонн за сезон, Базиев впервые на Северном Кавказе оборудовал в подвале своего дома мощную холодильную камеру.

Но никто из коллег-ученых не догадывался, что удачливый фермер по вечерам преобразует физическую картину мира. Свой труд он писал 15 лет. Издал в Москве за собственные деньги. Взял 10-миллионный кредит в коммерческом банке «Нальчик» – в конце года надо отдать 20 миллионов. Урожая в этом году не будет, придется расплачиваться доходами от продажи книги.

Базиев сам развозит свою книгу по киоскам в московских институтах и бдительно следит, чтобы она всегда имелась на прилавке. Жизненно необходимо реализовать весь четырехтысячный тираж. На сегодняшний момент особенно хорошо идет его труд в цитадели физической науки – знаменитом ФИАНе. Впрочем, автору неведомо, с какой целью раскупают книгу недоверчивые адепты официальной науки. За всю свою жизнь Базиев сталкивался с ними лишь однажды: в 1986 году благопристойный «Журнал экспериментальной и технической физики» отказался опубликовать его статью. После этого Базиев замкнулся, ни с кем открытиями не делился, решил огорошить мир всей мощью своего труда.

Пока Джебраила за его пристрастие к науке уважают лишь соседи в селе Яникой. Но он абсолютно уверен, что заставит говорить о себе все академии. Когда мир ознакомится с книгой Базиева, все другие книги, предвидит автор, пойдут в макулатуру, а на основе его труда будет написана новая 10-томная единая теория поля. 10-томная потому, что у Ландау и Лившица тоже было столько томов.

Этот прогноз, конечно, нетрудно оспорить. Зато безошибочно можно предсказать другое. В ответ на эту заметку известный ниспровергатель лженауки академик Г. из того же ФИАНа напишет гневную отповедь. Нельзя, укажет он, пропагандировать шарлатанов и принижать святое предназначение науки.

Мы стараемся сеять разумное и вечное. А пишем об ученом-самоучке Джебраиле Базиеве не потому, что прельстились научной ценностью его изысканий. Пусть с наукой ученые разбираются. А замечательным кажется сам факт пятнадцатилетнего тайного корпения над ученой книжкой и ее дальнейшее опубликование. Раньше изобретатели донимали все инстанции от ЦК до министерств с требованием немедля признать их Эйнштейнами и Дарвинами. Теперь все решается иным, экономическим чином: сочинил – нашел деньги – издал – жди признания…

Кто-то сошлется на мудреца: упражнения лучшего танцмейстера в химии неуместны, советы опытного астронома в танцах глупы. Но ведь теория Базиева безобидна отсутствием у ее автора намека на агрессивность. В конце концов, поэт или художник могут всякое для самовыражения насочинять и осуждению не подлежат. Наука не менее увлекательна и духовно богата, чем искусство. Почему же отказывать дилетанту-фермеру в радости писать формулы и для собственного удовольствия придумывать революционные физические модели? Кому надо превращать науку в мрачный храм для обращенных?..

Но может, польза пойдет от всеобщего изумления. В какой еще стране человек способен полжизни по ночам сочинять тайный труд, а потом издать его, заложив все свое имущество? Такие чудаки, как Джебраил Базиев, заставляют прожженных материалистов с Запада смотреть на Россию разинув рот.

ФИЛОСОФ ИВАН ШАРАПОВ. МЫСЛЬ АРЕСТОВАТЬ И ОСТАНОВИТЬ НЕЛЬЗЯ.

В XIX столетии считалось, что русский интеллигент должен отслужить в армии. В конце века ему полагалось отсидеть в темнице. А в советское время в «набор» интеллигента вошло знакомство с психиатрической клиникой. Ивану Прокофьевичу Шарапову за свою 90-летнюю жизнь пришлось испить из каждой чаши…

В 1930 году Максим Горький, пребывавший в солнечном Сорренто, получил письмо от студента Среднеазиатского индустриального института Ивана Шарапова. Молодой коммунист как на духу высказывал человеку, о котором знал только то, что тот является великим пролетарским писателем, свои самые сокровенные мысли. Вырождение советского общества, бюрократизм, мещанство, разложение партии и комсомола. Что любопытно: о том же писал сам Горький в своих ставших известными десятилетия спустя «Несвоевременных мыслях».

Но писатель должен блюсти молодежь, особенно если письмо через столько границ, столько рук прошло. И Горький пишет своему наивному корреспонденту: «За такие слова, сказанные в наши дни, в нашей стране, следовало бы философам – подобным Вам – уши драть! Люди, подобные Вам, должны быть удаляемы от молодежи, как удаляют прокаженных. Наша молодежь живет и воспитывается на службу революции, которая должна перестроить мир. Уйдите прочь от нее, Вы больной и загнивший». Но самое главное: «Предупреждаю Вас, что письмо Ваше я сообщу в агитпроп. Я не могу поступить иначе».

После такого предупреждения Иван Шарапов счел за лучшее не испытывать судьбу и на тринадцать лет ушел с геологами в сибирскую тайгу, участвовал в открытии множества месторождений – и золотых, и урановых. Но печать прокаженного на нем стояла, и опасность ареста витала постоянно, как только проезжал большие города. Слегка смилостивились, кажется, лишь перед войной, когда Шарапов во главе экспедиции открыл архиважные для авиации пьезокварцевые жилы на Полярном Урале.

На Иванах земля держится.

Доктор геолого-минералогических наук Шарапов с предельной точностью вычислил, сколько времени ему потребуется для завершения начатого исполинского труда. Еще не менее десяти лет уйдет, пока в многотомной истории гуманизма не будет поставлена последняя точка. Пока закончена история Древнего мира и пишется история Средневековья. Сто лет – достойный рубеж, далее которого Иван Прокофьевич не заглядывает.

Надо спешить. Он встает каждый день в три утра и садится за работу. Его дом завален книгами, недостающие доставляют из Ленинской библиотеки. Еще недавно он позволял себе прогуливаться в Лосиноостровском парке. Потом заменил свой моцион променадом по бульвару. Теперь раз в два дня выходит посидеть на скамеечке у подъезда. По хозяйству ему помогает медсестра из собеса. А жена Агата Петровна, с которой они вместе уже 70 лет, умирать собралась. Иван Прокофьевич отговаривает. Надо погодить до триумфа, увидеть собственными глазами, как победно завершилась его многотрудная жизнь…

Он родился в деревне Курдюки на Тамбовщине. Как и старшего брата, назвали Иваном. Прихоть вечно пьяного сельского батюшки, который всех детей в округе по веселому куражу нарекал своим именем. С восьми лет Иван сам добывал себе на хлеб. Сначала милостыню просил, потом подпаском устроился, до пастуха дорос.

В 1920 году антоновцы зарубили всех местных комсомольцев. К Шарапову пришли дружки Иван Пятибратов и Иван Цепин, предложили восстановить комсомольскую ячейку. Иван Шарапов стал комсомольцем, поступил в Тамбовскую губсовпартшколу, был бойцом ЧОНа. Вступил в ВАПП, писал стихи, очерки. В 1925 году участвовал в литературном суде над погибшим Есениным, был адвокатом и проиграл.

Опять губсовпартшкола, преподавание в техникуме, учеба в институте. И работа в агитпропкабинете, где скапливались книги на любой вкус. Но книги, как известно, читать опасно – во многой мудрости многая печаль. Прочитал «Майн кампф» и с ужасом нашел почти точные соответствия с трудами Маркса, которые, кстати, мог цитировать по памяти страницами. Основателю коммунистического учения не нравились славяне, румыны и черногорцы, а эмансипацию евреев он понимал как «эмансипацию общества от евреев». Стал Иван обращаться за разъяснением к вышестоящим товарищам – они шарахались. И тогда угораздило написать Горькому. Реакция была такая, что незадачливый философ помнил о ней всю жизнь.

Вредные примеси надо вытравливать.

Наконец предложили выбраться из тайги, да и самому казалось, что гроза миновала. С 1947 года Шарапов заведовал кафедрами в Иркутске, Орджоникидзе, Донецке, Перми. Приобрел известность в научных кругах. Написал основополагающий труд «Элементы-примеси в комплексных рудах», где впервые в геологии пытался применить математический аппарат, а также проводил утвердившуюся ныне в умах мысль о хищнических способах разработки природных богатств.

Наступила «оттепель», налетели разоблачения. Шарапову, который долгие годы не высказывался на общественные темы, стало невмоготу. И он сочинил историко-философскую работу «Новый класс». Еще не зная Джиласа, Шарапов рассуждал о всесилии номенклатуры и эксплуатации ею других слоев советского общества. Он сформулировал первый признак номенклатуры – презумпция неподсудности.

Тогда же Шарапов стал рассылать письма советским писателям, кого читал и уважал. В этих письмах он высказывал сомнения в отношении социалистического реализма, подрывая тем самым устои ремесла. Семь писем неведомыми путями попали в КГБ. Стало известно в органах и о преступных измышлениях «Нового класса», и о дневнике с записями, порочащими строй. Решающее слагаемое – московские ученые из Института геологии рудных месторождений вместо рецензии на «Элементы-примеси», которую испросил Шарапов, направили донос в КГБ, будто в этой книге разглашаются секретные данные и содержится умышленный поклеп на советскую горную промышленность.

Новые университеты доцента Шарапова.

Мытарства вольнодумцев в СССР неповторимо трагичны, что удивительно при скудном однообразии внешних сюжетов. Тюремная одиссея доцента Шарапова прошла по таким печально знаменитым местам, как Институт судебной психиатрии имени Сербского и Дубровлаг в Мордовии. Его душевное равновесие не поколебали, признали здоровым и приговорили за антисоветскую пропаганду к 8 годам лагерей и 5 годам запрета на преподавательскую работу. Суровость приговора вызвана еще и тем, что Шарапов не покаялся, вину не признал, а все твердил, что выступал против линии партии, а не против государства.

В тюрьме Иван Прокофьевич, уже зрелый человек, узнал много нового. Нигде он не встречал так много настоящих русских интеллигентов. Благодарен врачам из Прибалтики, которые спасли ему жизнь. Благодарен канонику из Эстонии за душевные разговоры. Многие замечательные люди, попавшие в Дубровлаг, пожертвовали своим благом ради того, как понял Шарапов, чтобы рассеять хотя бы одно заблуждение в народе. Но озлобленный и тысячу раз обманутый народ, и это он понял, бросал в них камни и выдавал КГБ. Тогда Шарапов подумал, что не честнее ли ему было прямо заявить о своем неприятии социализма, бороться со строем в открытую? Но его друг, здоровенный атлет Олексий Тихий, так и поступал, даже в лагерях, – и умер в карцере.

Репрессии закончились, как считает Шарапов, забавно: в 1989 году его восстановили в партии и полностью реабилитировали. Надо признать, что восстановления упорно добивался сам Иван Прокофьевич. Не по чистоте души, а с хитрым расчетом. Хотел своим повторным членством дискредитировать партию, заставить ее в ошибках расписаться. Это было с его стороны нечестно. Но Шарапов считает, что честно себя вести можно только с честными, а здесь он не погрешил.

В лагере он по памяти восстановил свои утраченные лекции по математической геологии. Вынес записи на обвинительном заключении – между строк. Впоследствии его книга выдержала несколько изданий, в том числе за рубежом. Всего у Шарапова более 150 научных статей и монографий по геологии.

Но последние годы он работает исключительно в области гуманитарных дисциплин. Написаны энциклопедии афоризмов для ученых и учителей, собственного сочинения «Гуманистический манифест» – в пику сочинению Маркса, с которым не может помириться с юных лет. В работе главный труд – полная «История гуманизма» в нескольких томах. Половина пенсии уходит на оплату машинисткам. И копятся деньги на типографию. Три брошюры старику удалось издать – мизерными, естественно, тиражами.

Иван Прокофьевич очень гордится своей социальной утопией, которая, он уверен, является единственным путем для России. Называется строй просвещенной демократией, которую надо установить в России лет на 100, направить на образование до 40 процентов бюджета, интеллигентов поставить во главе мировоззренческих кружков для молодежи. Только через три-четыре поколения просвещенный народ созреет и решит, что ему нужно.

Из последних наблюдений Ивана Шарапова.

«Некомпетентность российских государственных деятелей – это маска, за которой скрывается государственная мафия. Государство оказалось преступной организацией, во главе которой стоит старая номенклатура».

«Все наши беды от того, что мы, русский народ, пропитались рабским духом и совсем утратили духовный потенциал. Мы рабы страстей, и западная демократия нам не по плечу. Ненависть к образованному классу превратилась у нас в ненависть к образованию. Свои страсти мы можем сдерживать только под влиянием внешней силы, а не по внутреннему побуждению».

«Под влиянием момента наши люди способны как на величайший героизм, безграничную доброту и самоотверженность, так и на трусость, жестокость, насилие. Это называют широтой русской души, размахом и удалью, а иногда – безумием и зверством. А в сущности это одно и то же».

Иван Прокофьевич, как признается, лечится от болезней за письменным столом. Работа – это его последняя радость.

Правда, когда мы виделись в последний раз, еще одно просветление произошло – Агата Петровна встала посмотреть, над чем муж корпит.

Шарапов в этот момент заканчивал труд «Куда ты катишься, Россия?». И чувствовал себя он совершенно молодым.

ИЗОБРЕТАТЕЛЬ ЮРИЙ КУНЯНСКИЙ. МАШИНУ ВРЕМЕНИ ЗАПУСТЯТ СКОРО И, ЕСТЕСТВЕННО, В РОССИИ.

Самое удивительное в бароне Мюнхгаузене не то, что он побывал во многих странах. Самое удивительное то, что Мюнхгаузен всегда говорит правду. 3. Э. Распе.

Еще два года назад инженер Кунянский торговал на Пушкинской площади изданной на свои средства газетой. Время от времени он звонил в важные учреждения и предлагал приобрести у него хотя бы один экземпляр. В его газете был опубликован материал «Машина времени. Явь». Инженер Кунянский считал материал сенсационным и не мог разглядеть ироничного равнодушия отсталых обывателей.

Как известно, Парижская академия наук еще в XVIII веке отказалась принимать к рассмотрению работы, посвященные вечному двигателю. Сегодня официальная наука столь же категорически отвергает машину времени. Число же изобретателей, придумавших способ перемещаться во времени, уже сравнимо с армией ученых, нашедших философский камень, решивших задачу о квадратуре круга и выделивших эликсир молодости. Но пока путешествовать в веках удается только персонажам фантастических повестей. Ни один из сотен представленных проектов не выдерживал серьезной экспертизы, а создатели машины времени воспринимаются в научном сообществе как потенциальные пациенты богоугодных заведений.

Самое удивительное в истории инженера Кунянского не то, что он изобрел машину времени. Самое удивительное то, что его проект растопил сердца вечных консерваторов из официальных структур. В середине 1990-х изобретатель нашел участие в аппарате администрации президента. Подолгу продолжаются беседы Юрия Кунянского в научно-организационном управлении президиума Российской академии наук. Инженер-еретик был допущен в святая святых фундаментальной науки – на семинар лауреата Нобелевской премии Александра Прохорова. Поставлен вопрос о выступлении Кунянского на секции прикладных проблем РАН.

Кто же он такой, этот загадочный и пробивной Кунянский? По образованию – инженер-химик, возраст – около пятидесяти. До увлечения своей машиной работал на ТЭЦ-22 Мосэнерго в Люберцах. С женою прожил много лет, вырастил двух дочерей, но недавно пришлось разъехаться. Супруга не потерпела в доме гения-самоучку, который ради собственной прихоти перестал обеспечивать семью.

Прокормиться строителю машины времени помогает предприниматель из Средней Азии Леонид Ивкицкий, владелец частного Института энергоинформационного обмена в природе. В этом институте два основных направления: проект Кунянского и лекарство от лейкемии, запатентованное в США и в Израиле. Меценат снял для Кунянского квартиру в Москве, поставил компьютер и факс, выплачивает изобретателю сто долларов ежемесячно, но бывают перебои. Хотя Кунянский за последние годы себе лично ничего не приобрел, он безмерно счастлив. Не теряет надежду переубедить жену. Одно из главных событий личной жизни последнего периода – супруга подарила отвергнутому мужу зимние ботинки, которые инженер с детской улыбкой демонстрирует своим знакомым.

Сфера интересов Юрия Кунянского, как и у любого гения, безгранична. Он принимал участие в конкурсе гимнов России, в своем стихотворении призывал сограждан к битве за разум. В ответ пришло благодарственное письмо. Написал трактат о явлении резонанса в сексе и получил лестный отзыв из Франции. Еще много свершений: ревизия старой логики и создание новой, нетрадиционной, философско-научная разработка конструкции НЛО, снабжение сибирских старателей тракторами, собственноручно собранными из списанных узлов. Таким образом, к эпохальной работе над машиной времени инженер Кунянский подошел во всеоружии жизненного опыта.

«Думаю, Эйнштейн тоже мог прийти к моим выводам, – говорит изобретатель. – Но он совершил маленькую ошибочку. Мы с Эйнштейном сходимся в идентичности трех– и четырехмерного миров. Но, по моей теории, это сходство кончается на том, что у этих миров есть всего одна общая точка – начало координат. Все остальное – мнимое. Я ничего не имею против официальной науки. Она абсолютно верна, но – как частный случай».

Попытаюсь изложить суть идеи Юрия Кунянского, тем более что его оппонент Эйнштейн утверждал, что любое научное открытие можно втолковать ребенку. Ученый создал некий симбиоз квантовой и классической физики и вычислил, что энергия движущегося тела равна mv2, а не mv2/2, как в школе. Отсюда следует, что не только электрон, но и физическое тело имеет двойственную природу. При определенных условиях любой аппарат становится своим зеркальным отражением, уже нематериальным телом. А тогда возможно обезвесить любое тело, уравновесив гравитацию электромагнитным полем. А далее, чтобы разогнать корабль, потребуется минимум энергии, для этого вполне подойдет лазерный фотонный двигатель. Основная проблема, таким образом, в создании генератора постоянного электромагнитного поля, который нейтрализовал бы гравитацию. Для отвода глаз, как выражается Юрий, работа, которую он готовит, так и называется – «Источник энергии постоянного тока».

Изобретатель считает, что именно по найденному принципу осуществляются доселе не разгаданные полеты НЛО. Юрий Кунянский, обгоняя события, уже подсчитал, что для прыжка на сто лет в любую сторону на его машине потребуется двадцатиминутный полет. Это недолго, а поскольку ускорения в машине времени не будет и возраст значения не имеет, то в качестве пилота-испытателя он видит самого себя.

Я впрямую спросил у Юрия, не было ли у него неприятностей с людьми в белых халатах? Он не обиделся, видимо, привык к таким подозрениям. Кстати, никто из знакомых Кунянского, с кем я беседовал, не относит его к разряду психов. Странности же и доисторическое бессребренничество, по общему мнению, извинительны, поскольку человек конформистского склада к такой масштабной задаче не подступился бы.

Юрий Кунянский может рассказывать о своем изобретении дольше, чем работает вечный двигатель. Если предварительные расчеты оправдаются, то самым заинтересованным заказчиком проекта, как полагает Кунянский, может стать Министерство обороны. Перспективы открываются фантастические: от снижения заметности летательных аппаратов до эффекта их полного необнаружения. Пентагон будет кусать локти и встанет на дыбы.

Недавно Кунянского, по его признанию, посетил представитель НАСА. Юрий гордо заметил ему: «Мне известно о работах нобелевского лауреата Холта. Но он идет по неправильному пути, хочет забросить вещество в другое пространство, опираясь на взаимодействие между атомами. Мы сделали свою машину раньше американцев». Насовец, как показалось Кунянскому, удалился совершенно уничтоженным.

Юрий в рассуждениях о своем проекте старается сохранять холодную голову. Пока, как он сам замечает, ему удалось создать лишь теорию, и только если будет построен реальный аппарат, можно считать, что в науке произошел переворот.

Кстати, его «москвич» прошел уже 400 тысяч километров без капитального ремонта, что, по мнению Кунянского, является веским доводом в пользу ходовых качеств его новой машины.

Очерки о науке.

ИДУ НА НАНО!

В Курчатовском центре открылась лаборатория XXI века.

В приличном обществе признаком интеллектуальной просвещенности является осведомленность в важности нанотехнологий. Можно не слишком понимать, что это такое, нарекать нанотехнологиями ветхозаветные манипуляции, но необходимо с умным видом рассуждать об их революционной сущности. Они важны, спору нет. Но постепенно и неотвратимо на первое место выдвигаются NBIC-технологии, которые обещают перевернуть мир настолько круто, что все прежние научные революции покажутся походом в скобяную лавку за долотом и веником. NBIC – это аббревиатура, которая означает совмещение в одной цепочке нано– и биоинженерных, то есть генетических технологий, информационных и компьютерных технологий, а также использование когнитивных ресурсов, нацеленных на искусственный разум. Иначе говоря, NBIC-технологии – это создание саморазвивающихся, по существу, живых интеллектуальных систем из неживой материи, которые могут быть использованы повсюду – от медицины до промышленности. Об опасностях мероприятия можно спорить бесконечно, но несомненный факт, что NBIC-технологии по потенциалу приближают человека к Творцу, который в незапамятные времена сотворил мир. Если гипотеза о Творце кому не нравится, существа дела это не меняет.

Одна из первых точек прорыва на планете Земля – NBIC-центр, который только что начал работу в Курчатовском институте. Без всякого сомнения, в Европе и близко нет лабораторий, которые были бы оснащены аппаратурой такого уровня и в таком количестве. В США имеются мощные лаборатории, но они не собраны в единый центр, который ставил бы перед собой столь амбициозные задачи, как NBIC-центр Курчатовского института.

Назад в Россию, где нет потолка.

«В Америке я работал 17 лет, – говорит руководитель отдела прикладных нанобиотехнологий Алексей Марченков, внушительным видом похожий на квотербека из американского футбола. – Вырос до полного профессора университета штата Джорджия. И все-таки, по здравому размышлению, решил вернуться в Россию. На Западе даже для удачливого иностранца существует потолок. По-настоящему сложные и важные проекты американцы поручают только американцам. В российском NBIC-центре я решаю крупные задачи, которые в США оставались для меня недоступными. Кроме того, у нас подобралась такая талантливая молодежь, что американцам сто очков форы даст. Мы строим и скоро создадим нанобиотехнологический комплекс, которого нет нигде в мире».

В эту лабораторию постороннему попасть невозможно, как верблюду нельзя проскользнуть сквозь игольное ушко. Помещение ограждено толстым стеклом, внутри поддерживается 6-й класс чистоты воздуха, атмосфера полностью обновляется двадцать раз в час, то есть каждые три минуты. Ученые облачены в стерильные одежды, как хирурги в операционной. Одна напасть – из-за циркуляции воздуха ученые заражаются друг от друга, как малыши в детском саду. Случайный забредший микроб рождает эпидемию.

В отделе нанобиотехнологий выполняются проекты широкого диапазона – от выращивания суперчистых полупроводников для электронной промышленности, производства материалов с новыми свойствами до создания медицинских и биологических материалов нового поколения, нанесения нейронов на неорганическую подложку, чтобы создать гибриды живых и неживых структур, что принципиально при работе над искусственным интеллектом. Большая часть оборудования для лаборатории изготовлена в России.

– Мне в России намного интереснее, чем в Америке, – размышляет профессор Марченков. – Самый большой минус в России – наша бюрократия, просто поперек дороги лежит.

– Детей вы забрали из Америки? – спрашиваю напоследок у профессора-патриота.

– Нет, дети остались в Америке, – вздохнув, отвечает ученый. – Дети американизировались.

Не замахнуться ли нам на Вильяма Шекспира?

«Невозможно поддерживать секретность в полном объеме, – острит заместитель директора Курчатовского института Павел Кашкаров. Вся его научная жизнь прошла в МГУ, но теперь у него особое отношение к небоскребам. – Из высотных домов, которые строятся вокруг, миллионеры могут без подзорной трубы взирать на наши реакторы. Во времена Курчатова скорее в жизнь на Марсе поверили бы, чем в такое нескромное жилище».

Когда Герой Социалистического Труда маршал Лаврентий Берия принял решение о создании на окраине Москвы лаборатории № 2, которой было поручено придумать атомную бомбу, окрест росли вековые сосны. Сейчас домики, где жили гениальные академики, создавшие ядерный щит, выглядят, как бараки военнопленных. Взор ласкают элитные комплексы «Северная звезда» и «Эльсинор», взявшие в кольцо Курчатовский институт. Живут там люди, чьи доходы намного превосходят состояние принца Гамлета, который тоже проживал в Эльсиноре, но без вида на ядерные реакторы. О вкладе владельцев нового «Эльсинора» в достояние страны народу известно значительно меньше, чем принцу Гамлету было известно о тайне гибели его отца.

В Курчатовском институте режим уже не тот, что в эпоху атомного проекта. На территории NBIC-центра строится, как заведено в западных лабораториях, гостевой дом для ученых, приехавших из других лабораторий. Ученый люд во всем мире не шибко богат, и тратиться на гостиницы накладно. Низкая мобильность ученых в России – одна из проблем нашей науки и упирается она именно в отсутствие доступного жилья. Гостевой дом практически готов – условия неизмеримо лучше, чем в гостиницах, где селят командировочных по всей России.

Достраивается компьютерный корпус для хранения данных, добытых в NBIC-центре. Уже сейчас в распоряжении NBIC-центра компьютерные мощности в 100 терафлоп. Через год силы NBIC-центра вырастут до 300 терафлоп. Такие мощности в России наперечет. Еще в проекте – бизнес-инкубатор, метрологический корпус…

Историки до сих пор не могут ответить на вопрос, ступал ли маршал Берия на территорию лаборатории № 2, которая выросла в Курчатовский институт. Если бывал здесь, то наверняка с целью инспекции первого советского реактора Ф-1, который был запущен в 1946 году и до сих пор работает рядом, что символично, с новейшим NBIC-центром. В США в Чикаго первый американский реактор разобрали, а наш пашет, как перпетуум-мобиле, загрузки урана хватит еще на 200–300 лет. Впрочем, жители «Эльсинора», если не тяготит совесть, могут, в отличие от Гамлета, спать спокойно. Мощность реактора Ф-1 всего 20 кВт, исчезающе мало, годится только для метрологии и калибровки.

Русский ученый опаснее бен Ладена.

«Зачем мне ехать на Запад? – Заместитель директора синхротронного центра 30-летний Роман Сенин чувствует себя неуютно в деловом костюме, но очевидно являет редкий пример удачливости молодого российского ученого. – Что мне могут предложить? Исследования, должность, оклад – в России все интереснее и выше. Два года назад в институте предлагали молодым ученым надолго в Германию поехать. Никто не поехал, не хотели время терять. Некоторые выражались в духе черного юмора: на Запад можно ехать только на отдых или на танке. Это, ясное дело, в шутку…».

Сильно подозреваю, что таких молодых начальников нет ни на одном ускорителе в мире. Сколько надо платить молодому ученому, чтобы он не заглядывался на Запад, а если раньше переметнулся, то вернулся домой? Не так давно в Академии наук обеспечили минимальный оклад в 30 тысяч рублей. Этого, как выяснилось, мало, – утечка умов продолжается, а если напор ослаб, то только потому, что все, кто хотел, уже уехал. В NBIC-центре я установил, что, если не надо тратиться на жилье, ученый с Запада возвращается в Россию на 50 тысяч рублей. При условии, естественно, наличия оборудования мирового уровня и интересного проекта. На Западе, как на собственном опыте выяснил профессор Алексей Марченков, «при приближении исследований к мировому уровню русский физик становится для властей опаснее бен Ладена».

Из новых сотрудников NBIC-центра половина вернулась с Запада. Руководители практически всех ведущих лабораторий и ключевые сотрудники работали в лучших университетах, среди которых знаменитый Эдинбургский, где была клонирована первая овечка Долли. В России эти ученые увидели лучшие перспективы для научной карьеры. Можно вспомнить парадоксальное заключение директора Курчатовского института Михаила Ковальчука: Россия должна быть благодарна Западу за утечку умов, потому что русские ученые в тяжелые времена сохранили себя в науке, а теперь могут вернуться домой, набравшись к тому же полезного опыта.

Конечно, не надо наводить тень на плетень: уровень финансирования, который получил Курчатовский институт по национальному нанотехнологическому проекту, позволяет реализовывать амбициозные проекты и создавать заманчивые условия. Россия выделила на нанотехнологии средств не меньше, чем ведущие страны. Это первый в новой России опыт масштабной поддержки не отдельной научной организации, а крупного, в масштабах страны, научного проекта. Курчатовский институт и нанотехнологический проект вызывают в ученой среде повсеместную зависть из-за того, дескать, что его лидерам удалось выжать из бюджета крупные средства. Но не лучше ли корить себя за неумение продвигать собственные идеи? Королев, Курчатов, Келдыш не только были выдающимися учеными, но и умели доказывать перспективность своих проектов не всегда грамотным, чего скрывать, руководителям. Поэтому, так мне кажется, нанотехнологии – это не только первый случай, когда на науку выделили большие деньги, но и первый случай, и это важнее, когда ученые не ждали у моря погоды, а сумели заинтересовать власть своими идеями.

«По моему опыту, для молодого ученого очень важна мотивация, – говорит заведующий кафедрой общей физики МГУ и замдиректора Курчатовского института Павел Кашкаров. – Так уж устроен человек, особенно русский, что творческая мотивация в родной стране у него выше, чем за границей. Если создать условия для занятий наукой, никуда ученый из России не уедет. В этом году факультет нанотехнологий МФТИ преобразован в первый в России NBIC-факультет. Преподавание будет вестись на базе Курчатовского института, наш директор Михаил Ковальчук стал деканом факультета. Это безумно интересное направление, и мне жалко, что я не могу опять стать студентом».

Профессор вырос на помойке.

Ядром, из которого вырос NBIC-центр, является специализированный источник синхротронного излучения. Это один из самых перспективных инструментов не только для фундаментальных исследований, но и для создания принципиально новых технологий. Таких ускорителей в Европе всего шестнадцать, в Восточной Европе наш – единственный. «Мотаются, бедные», – профессор Кашкаров выразил сочувствие электронам. Они мечутся в кольце диаметром 30 метров со световой скоростью и за счет ускорения, как перезрелая вишня, брызжут электромагнитным излучением во всем спектре – от инфракрасной области до рентгеновской. Излучение собирают десятки чувствительных станций, расставленных, как сторожевые башни, по периметру кольца. На синхротронном источнике в тысячу раз лучше, чем на другом оборудовании, можно изучать атомный состав вещества, тончайшую структуру любых, в том числе биологических, объектов, создавать наноструктуры и вести медицинскую диагностику.

Синхротронный источник – единственный крупный научный комплекс, запущенный в нашей стране за 30 лет. В 1990-х строительство заглохло, и, когда директором ускорителя стал Михаил Ковальчук, здесь царила полная разруха. В 1999 году синхротронный источник был запущен, но с тех пор он значительно расширен и модернизирован. За последние два года рабочие площади вокруг ускорителя расширены в четыре раза, появилось место для новых лабораторий. Важность синхротронного источника такова, что сюда дважды приезжал Владимир Путин – и премьером, и президентом. «Синхротронный источник – штука живая, – важно сообщил Роман Сенин. – Как за девушкой надо ухаживать, так ускоритель надо постоянно перестраивать».

Наталья Груздева тоже работала в Америке – в Корнуэльском университете, мировом лидере по генной инженерии. В NBIC-центре оборудование не хуже – секвенаторы для определения последовательностей ДНК, белковые фабрики по наработке белков для фармацевтики и медицины, аппараты для встраивания чужеродной ДНК в клетки. На моих глазах в замысловатом резервуаре шла бурная расшифровка генома больного раком почек – для изготовления лекарства необходимо собрать внушительную базу данных. Начинала Наталья Груздева путь в биологии своеобразно – школьной учительницей – и считает, что опыт построения отношений с трудными подростками чрезвычайно полезен в научных коллективах. В Корнуэльском университете Наташа увидела столпотворение всех языков и рас и пришла к выводу, что у русских мозги самые лучшие. «Азиаты – трудолюбивые, но креатива у них мало, американцы скупают таланты по всему миру и выжимают идеи», – сделала вывод бывшая учительница. А в России мешает научному прогрессу бюрократия: на Западе, чтобы получить нужный реактив, требуется несколько часов, у нас на элементарное дело гробятся недели. Эти сетования повторяет каждый ученый, имеющий опыт работы на Западе. Будет обидно и глупо, если идею NBIC-центра, который задумано вывести на мировой уровень, погубят вечные российские проблемы. Дьявол, как известно, кроется в деталях – даже в тех проектах, где человек пытается подняться на божественную высоту.

«По заграницам я чуть не с детства скитался, – говорит директор белковой фабрики Алексей Липкин, роскошным усам которого позавидовали бы «Песняры». – Когда уезжал, ученые по помойкам оборудование собирали. Сколько ни кипятили, все равно из-за грязи разряды стреляли. Я даже студента-физика нанял, чтобы разобрался. Он, кстати, давно профессором в Англии. Надо бы его найти. Пусть тоже возвращается. Больше его током бить не будет».

Петр Капица говорил, что науку должны делать веселые люди. Курчатовский центр – пока единственное место в России, где к ученым вернулось оптимистичное настроение и гамлетовский вопрос о том, быть или не быть науке, решен положительно. Решится ли этот вопрос в общероссийском масштабе, покажет время.

У ЦЕНТРИФУГИ Я И МОЯ МАША.

На уникальном заводе, где когда-то делали граммофоны, теперь производят оборудование, недоступное никому в мире.

«У самовара я и моя Маша, вприкуску чай пить будем до утра…» Прямо в цехе вдруг навязалась старая мелодия, хотя повода для легкомыслия завод «Точмаш» во Владимире не дает. И по возрасту рабочие и мастера соответствуют скорее поклонникам Леонида Агутина, чем Леонида Утесова. Может, аура прошлого? В 1930-х годах на этих площадях вырос самый большой в СССР граммофонный завод с годовой мощностью 150 тысяч патефонов и 300 миллионов лучших в мире, как утверждает молва, хромированных иголок. Эти тонкие иголочки, предназначенные для воспроизведения рулад и серенад, предопределили дальнейшие метаморфозы Грамзавода.

Впрочем, не знаю, царило ли когда-нибудь на Грамзаводе легкомысленное настроение. В 1937 году бдительные органы раскрыли антисоветский заговор во главе с директором и создателем завода Константином Гроднером, примазавшимся к большевикам еще в 1906 году, а также главным инженером, главным бухгалтером и главным снабженцем. Банда была настолько опасная, что после скорого и правого суда приговор был приведен в исполнение быстрее, чем звучит пластинка, – через 15 минут. Из всего руководства на месте остался только товарищ парторг.

Во время войны на Грамзаводе делали боеприпасы и часы, а в 1950-х годах завод перешел на выпуск техники, благодаря которой объединение «Точмаш» во Владимире является самым крупным и стабильным предприятием. На Точмаше делают знаменитые газовые центрифуги для обогащения урана. А также высокоточное оборудование для ракет «Тополь», «Булава» и зенитных установок «Бук» и С-300, составляющих основу оборонного щита России. Директор завода живет на одной лестничной клетке с губернатором области. Тот, кто знает реалии российской провинции, понимает значение этого бытового факта.

Патефон и атомная бомба.

Какой прок обогащению урана от граммофона? На первый взгляд, как козе от баяна. Центрифуга, в которой находится газообразный гексафторид урана, вращается со скоростью 1 500 оборотов в секунду– и фракции разделяются по плотности. Стиральная машина, для сравнения, вращается со скоростью 15 оборотов в минуту, электрический двигатель дает 1 500 оборотов в минуту. А здесь – в секунду! Волчок бешено кружит без остановки ни много ни мало 30 лет, что наталкивает на безумные мысли о вечном двигателе. Ни один подшипник на белом свете таких нагрузок не выдержит. Центрифуга похожа на гроб Магомета и, по существу, висит в воздухе, сохраняя равновесие благодаря магнитному полю. Единственная опора – игла упирается в корундовый подпятник. Самый качественный корунд искусственно выращивается в Армении на том же заводе, где делают стекла для швейцарских часов. А вот тончайшая металлическая игла ведет происхождение от старой граммофонной иглы. И это подтверждает истину о том, что в технике есть своя эволюция и преемственность.

Когда идешь по цехам Точмаша, позади держатся крепкие мужчины в наглухо застегнутых пиджаках. Если фотографируешь рабочих, они вежливо встают за спиной этих строгих людей. Скоро я убедился, что проще не рабочих расспрашивать о биографии, а прямо к эскорту обращаться – информация, как из отдела кадров.

– Только ни в коем случае не пишите, что видели центрифуги, – попросил начальник цеха № 36 Александр Герасимов. – Мы показали лишь корпуса для центрифуг последнего девятого поколения.

– А сами центрифуги где? – спросил я и уловил оживление за спиной.

– Запрещено показывать. Режим! Китайцы, которые у нас все облазили, прежде чем купить старый обогатительный завод, даже издали новых центрифуг не видели, – сообщив эту сногсшибательную новость, начальник цеха сделал траурную мину. – Если вы напишете, что видели центрифугу, нас расстреляют.

Обремененный страшной ответственностью, не знаю, что делать, потому что центрифугу я видел раньше – но, присягаю, не на Точмаше. А с принципом ее работы читатели могут познакомиться на рисунке. Впрочем, принцип работы атомной бомбы тоже не секрет, а сделать мало у кого получается.

На долю России сегодня приходится 40 % мирового рынка услуг по обогащению урана. В области высоких технологий, где мы мечтаем укрепить свои шаткие позиции, обогащение урана является самым высоким и несомненным достижением России. Обогащенный уран покупают у нас высокоразвитые страны «большой восьмерки», и половина атомных станций США работает на российском уране. В 2008 году от продажи обогащенного урана в казну поступило более 3 миллиардов долларов. В отличие от нефти и газа, которые мы продаем в сыром виде, лидирующие позиции России на урановом рынке объясняются не тем, что у нас много урана, запасов рекордных нет, а тем, что нами созданы лучшие в мире технологии обогащения этого радиоактивного металла. Это легендарные центрифуги, о которых все слышали, но почти никто не видел.

В природном уране, добываемом из-под земли, содержится всего 0,7 % урана-235. Такой уран никуда не годится, только на сувениры. Для атомной электростанции необходимо, чтобы содержание урана-235 было 4–5 %, для подводной лодки – около 20, для атомной бомбы – больше 90 %. В начале атомной эры уран обогащали газодиффузионным способом, неимоверное число раз продавливая газ сквозь мембраны. И до сих пор в мире, хотя таких стран наперечет, используется такой способ. В конце 1950-х годов в СССР началось внедрение нового, центрифужного метода, при котором газ разделяется на фракции благодаря быстрому вращению. Затраты электроэнергии и воды снизились в десятки раз. Америке центрифуги оказались не по зубам. Прилагались неимоверные усилия, но опыты с роковой неизменностью заканчивались авариями, центрифуги крушили всё вокруг – и Сенат, не догадываясь об успехах СССР, постановил прекратить работы. Забавно, что уран для своей первой атомной бомбы американцы получили на допотопной центрифуге. Сегодня кроме России центрифужным методом владеет концерн URENCO (Голландия – Великобритания – Германия). Именно центрифуги URENCO неведомым путем оказались у Ирана, который пытается их скопировать, прославляя, но не демонстрируя свои успехи. У китайцев, по компетентным источникам, не получается скопировать даже устаревшие российские центрифуги, хотя они вскрыты и разобраны по винтикам и косточкам.

Где обогатился идеями вице-президент Академии наук ГДР?

Одна замечательная красавица сказала, что лучшие друзья девушки – бриллианты. Увидевши в руках у главного технолога центрифужного производства Татьяны Сорокиной металлическую иглу, которая упирается в корундовый подпятник, я поинтересовался, любит ли она драгоценные камни? Ответ доказывает, что женщине всегда, даже на производстве, хочется, чтобы драгоценностей было больше.

«Люблю, что за вопрос, – вскинула брови женщина-технолог. – Для себя – бриллианты. Но для дела – “восточный алмаз”, или лейкосапфир, это тот вид корунда, который используется в центрифугах. Мы делаем центрифуги уже девятого поколения, а до сих пор на заводах вращаются центрифуги пятого поколения, запущенные 25–30 лет назад. Качество настолько высокое, что отчасти это идет экономике во вред. Если бы центрифуга работала 5 лет, их бы чаще меняли – и производство выросло бы в пять раз».

Кстати, кто сделал центрифугу? Кто придумал паровую машину, известно, Кто изобрел радио, электрическую лампочку, кока-колу, шариковую авторучку и дизель – тоже понятно. Центрифуга рождена коллективным разумом, но это не может служить оправданием тому, что имена создателей уникальной технологии, которая выделяют нашу страну из тьмы конкурентов, неизвестны согражданам. Идея принадлежит Герою Социалистического Труда Виктору Сергееву с Кировского завода в Ленинграде. Во время войны Сергеев искал слабые места у немецкого танка «Тигр», а в 31 год увлекся центрифугами. Надо сказать, что в 1952 году от разработки бесперспективных центрифуг отказались все страны. В тот период от центрифуги, как от чумы, бежали все конструкторы – авантюра и утопия. Даже светоч науки академик Исаак Кикоин, руководивший в СССР работами по обогащению урана, оказался скептиком. Поверили Сергееву лишь главный конструктор ОКБ Кировского завода Николай Синев, который возглавил производство первых центрифуг, и один из руководителей Средмаша генерал Александр Зверев, работавший еще с Берией. Характерная деталь времени: чтобы начать работу над отверженными центрифугами, потребовалось решение парткома ОКБ Кировского завода. Партия сказала – центрифуги завертелись. В ту пору технологии создавались быстро, заводы строились стремительно. Уникальный по прочности сплав для центрифуг создал академик Иосиф Фридляндер. Уже в 1958 году на заводе во Владимире было запущено новое производство, которого не было нигде в мире. Да и через 50 лет нигде не появилось.

Но из песни слова не выкинешь – идея центрифуги для обогащения урана, как и идея атомной бомбы, была высказана инженерами в фашисткой Германии. В 1946 году в Сухумском физико-техническом институте начала работу группа немецких военнопленных инженеров в количестве ста человек под началом одного из руководителей компании «Сименс» доктора Макса Штеенбека, в которую входил механик люфтваффе и выпускник Венского университета Гернот Циппе. По воспоминаниям Штеенбека, его группа зашла в тупик. Инженер Сергеев, как когда-то находил слабые места у «Тигра», увидел слабое место в конструкции немецких центрифуг. Штеенбек писал: «Идея, достойная того, чтобы исходить от нас! Но мне она в голову не приходила».

Макс Штеенбек работал в лучших советских НИИ, потом вернулся в ГДР, возглавлял работы по ядерной тематике, стал вице-президентом Академии наук ГДР, иностранным членом АН СССР. Гернот Циппе после освобождения оказался на Западе и обнаружил, что даже США сильно отстали от СССР. Циппе запатентовал свою конструкцию, но американцам она показалась утопической. Лишь в 1970-х годах, через 20 лет после советского прорыва, патент Циппе был реализован концерном URENCO. Гернот Циппе до конца жизни симпатизировал СССР, выступал за мирный атом и высказывал сожаление, что его центрифуги неведомыми путями удалось получить Пакистану. А теперь еще и Ирану…

Кризис и обогащение.

Нынешний директор Точмаша Юрий Замбии – в точности советский директор. Он много курит, часто говорит по мобильному телефону, а без телефона говорит, как рубит. Директор пытается сохранить «социалку», строит жилье и выступает за пунктуальное исполнение планов. Пересмотр договоров из-за кризиса Замбии презрительно называет «дрыганьем» и считает, что дрыганье до добра не доведет. Кризиса, так говорит директор Замбии, не будет, если честно выполнять контракты. Кроме того, ему не по душе, что мы продали пусть даже устаревшие заводы по обогащению Китаю.

«Я государственный человек, – голос Замбина рассекает сигаретную завесу. – И я бы с удовольствием не для Китая работал, а выполнял оборонные заказы для России. Для меня личная выгода позади, это мелочи. И для экономики лучше самим на продажу обогащать уран, чем заводы продавать. Жалко, что идея Международного центра по обогащению урана в Ангарске не нашла отклика у иностранцев».

Самая большая боль для государственного человека Замбина – исчезновение в 1990-е годы, в эпоху экономического лихолетья, крупных и уникальных заводов, некоторые из которых просто стерты с лица земли. Кстати, в 2004 году в Перми стал банкротом и растворился крупный машиностроительный завод им. Октябрьской революции, который вырос из эвакуированного во время войны филиала Точмаша.

«Я не считаю, что государственное управление менее эффективно, чем частное, – рубит директор. – Государство заводы строит, а частник часто разрушает. Наше дело – государственное. Мы чувствуем себя увереннее, чем приватизированный ГАЗ, который в 1990-е годы отказался от производства центрифуг, понадеявшись на рынок. И меня совсем не тяготит, что за границу я могу выехать только по разрешению министра. Мне в России не в тягость».

Волею судеб завод «Точмаш» расположен на уникальном в российской истории месте. Это Ярилов, он же Федоровский холм. При основателе города князе Владимире, который через два года после киевского крещения стал крестителем местного населения, на этом холме была сооружена обитель, выросшая потом в Федоровский монастырь по имени первого Суздальско-Ростовского епископа. Кто-то не замедлит сказать, что сие есть свидетельство высшего перста, который указал намоленное место. Не углубляясь в религиозные дебри, должен признать, что лично мне тот факт, что механизм под дикими нагрузками может работать без остановки 30 лет, кажется чудом посильнее всех прочих явлений и проявлений.

ТЕРМОЯД В НЕНАСТОЯЩЕМ ГОРОДЕ.

Гроб Магомета мог бы летать между секретным заводом и памятником русской водке.

В поезде, который следует в город Глазов, мужчины пьют водку не закусывая и читают газету с леденящим душу названием «За решеткой может оказаться каждый». В вагоне-ресторане по телевизору показывают концерт Шафутинского, и мужчины, отложив газету, задумчиво подпевают: «Эх, наколка, наколка, наколочка…» Выпив последнюю рюмку, эти добрые люди делают попытку ущипнуть официантку, а потом грузно падают в проход. Поезд сопровождает наряд сердобольных милиционеров, которые относят рухнувших мужчин на их место в вагоне. Ночью мужчины, едущие в город Глазов, храпят так, что своими руладами затмили бы духовые инструменты симфонического оркестра. Случайные попутчики выходят из купе и стоят, прижавшись лбом к холодному стеклу.

В позапрошлом веке город Глазов был одним из 28 мест, куда отправляли политических ссыльных. Здесь отбывал наказание писатель Владимир Короленко, который наделил Глазов обидными эпитетами «ненастоящий город» и «город-амфибия». Это ставят ему в вину до сих пор, забывая несправедливо, что Короленко проникся такой симпатией к местным жителям, что во время печально знаменитого Мултанского дела в конце XIX века выступил защитником крестьян-удмуртов, обвиненных в ритуальном убийстве и человеческом жертвоприношении языческим богам. Когда сегодня мы судим об ожесточении нравов, стоит вспомнить подробности жуткого Мултанского дела, чтобы убедиться, что маньяков хватало во все времена.

Несмотря на то что о существовании города Глазова большинство россиян не подозревает, отсюда вышло множество замечательных людей. В Глазове родилась знаменитая актриса и супруга А. П. Чехова Ольга Книппер-Чехова, здесь рос великий психиатр Владимир Бехтерев. 21 год в Глазове градоначальником служил дед Петра Чайковского. Глазов под названием «город Оков» описывал Салтыков-Щедрин. В местной пересыльной тюрьме провели ночь декабристы, им впервые разомкнули кандалы, чтобы поменять нижнее белье.

В Гражданскую войну в Глазове во главе партийно-следственной комиссии побывал Сталин, прихватив с собой для страха Дзержинского. В центре Глазова стоял памятник Сталину, потом его снесли и водрузили памятник Ленину. Если сравнить фото, фигуры как двойники, одного роста и выражения, в левой руке вожди сжимают мятую прокламацию. Разница лишь в том, что Сталин правую руку спрятал за обшлаг шинели, а Ленин – воздел вверх. За спиной Ленина развевается реклама «Оглянись в СССР» – так называются вечера отдыха в Доме культуры.

Еще один заметный и точно такого же размера памятник в виде бутылки посвящен алкогольному напитку водка. Благодаря этой продукции на фоне общего экономического упадка местный ликероводочный завод прочно стоит на ногах. Еще более уверенно смотрит в будущее Чепецкий механический завод, который формирует 60 % городского бюджета. Под этим невинным названием несколько десятилетий скрывалось секретное предприятие, но теперь ЧМЗ славен на весь мир.

Только что на Чепецком механическом заводе было открыто первое в России и одно из немногих в мире предприятие по производству сверхпроводников. Это событие перечеркивает все разговоры о том, что Глазов медвежий угол. Нет, Глазов находится не у чёрта на рогах, а в самом центре научно-технического прогресса.

Гроб Магомета и ангелы.

На экраны вышли фильм «Ангелы и демоны», продолжение сногсшибательного «Кода да Винчи». В «Ангелах и демонах» много говорится про сверхпроводимость – это одно из главных направлений развития науки. Без сверхпроводников, например, было бы невозможно построить ни один ускоритель, в том числе Большой адронный коллайдер, а также первый в мире термоядерный реактор, который по международному проекту сооружается сейчас во Франции.

Академик Гинзбург вместе с другим нобелевским лауреатом Львом Ландау разработал теорию сверхпроводимости. Само явление было открыто еще до Первой мировой войны голландцем Каммерлинг-Оннесом и состоит оно в том, что при приближении температуры к абсолютному нулю (минус 273 градуса по Цельсию) сопротивление в металле снижается и, не достигая 4 градусов до нуля, резко исчезает. Внутри сверхпроводника нет электрического сопротивления, токи не затухают, и магнитное поле выталкивается наружу, что является важнейшим эффектом. В современной технике при создании сильных магнитных полей без сверхпроводников обойтись невозможно. Недавняя Нобелевская премия за высокотемпературную (то есть на несколько десятков градусов выше абсолютного нуля) сверхпроводимость доказывает перспективность направления. В медицине эффект сверхпроводимости нашел широкое применение в ядерно-магнитной томографии. В армии США каждый солдат проходит регулярное обследование на ЯМР-томографе. В России этот метод является чрезмерно дорогим и редко доступен для простых смертных.

По преданию, гроб с телом пророка Магомета (сами мусульмане этот факт отвергают) висел в пространстве, не касаясь стен, пола и потолка. Именно так – «гроб Магомета» – называют эффектный физический опыт, в котором воссоздается это явление. Гроб Магомета – это магнит, который отталкивается от сверхпроводника. Именно это происходит во всех современных ускорителях, где плазма находится в центре тоннеля и не касается стен. Словом, наука чрезвычайно обязана Магомету, пусть сам он этого не предвидел.

Сейчас в Кадараше (Франция) начинается строительство первого опытного термоядерного реактора по международному проекту ИТЭР. Термояд – это принципиальное решение энергетических проблем, в реакторе воссоздается термоядерная реакция, которая дает энергию Солнцу (и водородной бомбе). В основе проекта – термоядерная установка ТОКАМАК, которую предложили в 1950-х годах будущие нобелевские лауреаты Тамм и Сахаров, а затем развили академики Арцимович, Леонтович и Кадомцев. В СССР было построено несколько ТОКАМАКов, а один из них до сих пор работает в Китае, куда в тяжелую годину был продан за символическую и смехотворную сумму.

Переговоры по проекту ИТЭР начались в 1986 году по инициативе Горбачева и академика Евгения Велихова. В проекте участвуют Евросоюз, Китай, Индия, Япония, Корея, США и Россия, доля которой составляет, как у всех стран, около 10 %. Россия должна изготовить для ИТЭР, как раньше для Большого адронного коллайдера в Швейцарии, целый воз уникального оборудования – от катушек магнитного поля и вакуумных камер до десятка систем диагностики состояния плазмы. Но важнее всего – кабель сверхпроводника для катушек полоидального и тороидального магнитных полей. Сверхпроводящая система – самая дорогая и самая сложная в проекте ИТЭР. Сверхпроводники делают из сплавов ниобий-титан и ниобий-олово. Объем заказа превышает сотню тонн для каждого сплава. Именно это производство налажено на Чепецком механическом заводе под научным контролем Высокотехнологического НИИ неорганических материалов имени академика Бочвара и РНЦ «Курчатовский институт».

Мистер Сверхпроводимость раскрывает карты.

«Америка, Япония, не слишком хорошо Китай и совсем недавно Корея – вот немногие страны, где умеют делать сверхпроводники, – говорит директор ВНИИ неорганических материалов Александр Шиков. – Теперь сверхпроводники делает Россия. В тендере для первого термоядерного реактора ИТЭР участвовали 17 лучших мировых фирм. Было выбрано 6 компаний, в том числе наш институт. Но три фирмы быстро отпали, потому что задание слишком сложное. Российское производство размещено на Чепецком механическом заводе. Недавно делегация ИТЭР признала предприятие в Глазове технически наиболее совершенным, и объем заказов, это решено наверняка, будет многократно увеличен».

Доктор наук Шиков прибыл в город Глазов прямиком из Франции, где получил диковинный и романтический титул «мистер Сверхпроводимость». Причиной тому стали выпущенные в Глазове первые партии сверхпроводников, в частности ниобий-титановые катушки, которые в Японии после испытаний под чудовищными нагрузками были признаны лучшими в мире. В младые годы будущий директор сотрудничал с «Комсомольской правдой» и сохранил тягу к популяризации сложных научных истин.

«Качество российских сверхпроводников, это доказано, отличное, – яростно втолковывает мистер Сверхпроводимость. – Но надо смотреть дальше. После выполнения заказа ИТЭР необходимо сделать производство экономически выгодным и наладить производство сверхпроводников для нужд отечественной промышленности. Это вся экономика! Простор огромный – ЯМР-томографы для медицины, машиностроение, сверхпроводящие магниты, телекоммуникационные системы, накопители энергии на электростанциях, ЛЭП, железные дороги, аппаратура для лабораторий. Произойдет переворот в технике! За последние 20 лет потребность в сверхпроводниках в мире выросла в 50 раз! Недавно был создан диборид магния – это вообще фантастика, которой свет не видел».

Мистер Сверхпроводимость Шиков пребывает в приподнятом расположении духа, хотя история сверхпроводников в России такова, что вполне можно было потерять веру в человечество. 20 лет назад наша страна имела все возможности стать мировым лидером в этой области. В академической Черноголовке было проведено выездное заседание Политбюро по поводу высокотемпературных сверхпроводников. Шиков собственноручно привозил Горбачеву и Рыжкову отечественный сверхпроводящий многожильный кабель, как когда-то Сталину показывали атомную бомбу. То ли последние советские лидеры ничего не поняли, но кивали согласно, то ли политические борения отвлекли, только все утонуло в посулах и сладких прожектах об ускорении. А вскоре уникальный Ульбинский завод в Усть-Каменогорске, где только и могли делать сверхпроводники, отвалился Казахстану, хотя он совсем в этом производстве не нуждался…

Мимино и безбожные цены.

Нет в нашей стране человека, который не видел бы фильма «Мимино». И наверное, все помнят, как любимый актер Вахтанг Кикабидзе рекламировал по ТВ циркониевые браслеты, уверяя, что они лечат всё, всех и от всего. Так вот, циркониевые браслеты делали на секретном Чепецком заводе.

«В жизни не носил этих дурацких браслетов и не верил в них ни на грош, – многолетний директор завода Владимир Рождественский показывает свои запястья. – В рекламе завод не замешан. Какие-то коммерсанты размещали у нас производство, но для нас браслеты – мелкий побочный продукт. Когда начались судебные разбирательства, никто к заводу исков не предъявлял».

Почему производство сверхпроводников развернули на Чепецком механическом заводе? В 1946 году Лаврентий Берия ткнул пальцем в карту в такое место, чтобы шпион не дополз. В Глазове на базе рядового патронного завода стали создавать предприятие для производства металлического урана для атомной бомбы. В 1970-х годах в городе начали делать еще и циркониевые конструкции для различных типов реакторов, в том числе для АЭС. Без циркония, который слабо поглощает тепловые нейтроны, атомная энергетика не стала бы столь безопасной и эффективной, хотя здесь обошлось без советов Кикабидзе. Трубки, в которых хранится ядерное топливо, отливают из циркония – и это основное предназначение удивительного металла, а вовсе не браслеты, о которых трубили шарлатаны. Такая вот, чита-грита, чита-маргарита.

Владимир Рождественский 25 лет работал на Ульбинском металлургическом заводе, который нынче оказался за рубежом. И 15 лет был директором Чепецкого механического завода. Судьба уникальная, и есть великая и горькая несправедливость в том, что о таких людях страна не особенно печется, но поклоняется актерам, которых природа одарила всего лишь обаянием и сладким голосом. Мало того, жизнь положив на службе государству, Рождественский столкнулся с тем, что в годы перестройки его стали брезгливо величать «красным директором» и «вредителем». Но когда в годину псевдолиберальных реформ завод погибал, «красный вредитель» Рождественский спас предприятие. Он пустился во все тяжкие: печатал на ксероксе червонцы и раздавал их рабочим, чтобы они могли пообедать и отовариться в заводском магазине.

«Грозились посадить, но не посадили, – вспоминает «красный директор». – Потому что знали: к моим рукам ничего не прилипает. У меня никогда сберкнижки не было, ни одной акции в глаза не видел, в банке в жизни не был. Сейчас это дико, но даже в те годы, когда завод процветал, у меня, директора, зарплата была всего на 100–200 рублей выше, чем у начальника цеха. Ведомости открыты – это все знали».

Кстати, сын последнего «красного директора» ЧМЗ, тоже Владимир Рождественский, несколько лет, до повышения и перевода в Москву, был директором родного завода. При этом, пока отец стоял у руля, служебного роста сыну он не давал. Не знаю, много ли у государства найдется примеров директорских династий.

У циркония есть еще одно свойство, которое пока не нашло применения. В Глазове из него пробовали отливать церковные колокола. Из епархии приехали знатоки, послушали, почесали бороду и вынесли вердикт: «Божественный звук, но безбожные цены». Для атомной промышленности вопрос в такой плоскости не стоял. Для легковерных пациентов – тоже.

Байкер и термоядерный реактор.

Цех, где производят сверхпроводящие стренды для термоядерного реактора, произвел на делегацию ИТЭР настолько благоприятное впечатление, что его назвали лучшим среди всех площадок международного проекта. Мне многократно приходилось писать о том, что Россия довела себя до такого унизительного положения, что ничего путного и достойного произвести мы не можем, а если производим, то сами же пугаемся. Это тот случай, когда испытываешь удовольствие от опровержения собственных умозаключений. Жаль только, что уникальную высокотехнологическую продукцию мы производим по чужому заказу. Когда у нас возникнет собственная нужда в развитии высоких технологий, с великой радостью возьму свои слова назад. Российские ЯМР-томографы, о которых говорит профессор Шиков, возможны, но они были возможны еще в далекую эпоху Горбачева и Рыжкова…

«Денег на настоящую моцилу на заводе не заработаешь, – рассуждает рабочий Данила Захаров по прозвищу Дранкель, которое он получил в среде байкеров. – Глазов не Франция. Зато логику современной техники начинаешь понимать. После работы мы перевариваем старые мотоциклы, делаем их мощнее. Думаю, наши моцилы ревут сильнее, чем термоядерный реактор во Франции. Кроме того, я студент, а в этом цехе – как в университете».

Центральная фигура на производстве – начальник цеха Денис Анищук, внешностью совершеннейший голливудский актер. В Глазов он приехал из благоустроенного и насиженного Екатеринбурга, чтобы самому пробиться в жизни и встать на ноги. «Молодая жена, как декабристка, – с гордостью поведал Денис, – поехала в глушь, но теперь какая же это глушь?» Денису всего 31, но он дотошный начальник: каждого из двухсот рабочих лично отбирал после долгого собеседования. «Главное – желание осваивать новую технику и постоянно учиться на производстве», – раскрыл он свое менеджерское ноу-хау.

Абсолютно неведомо, как сложится судьба начальника уникального цеха, но важный чин из Москвы негромко сообщил: во всех главках и ведомствах, когда речь заходит о сверхпроводниках, как заклинание повторяют фамилию Анищук.

Мы не рыжие.

Удмурты – самый рыжий в мире народ. Процент рыжеволосых у удмуртов выше, чем у ирландцев. Тем не менее, именно в городе Глазов, расположенном в Удмуртии, нашлись веские доказательства того, что мы все-таки не рыжие и умеем делать вещи, которые никому в мире сделать не удается. Это большое и несомненное достижение, несколько более важное, чем начатая по почину городской администрации Глазова и победно завершившаяся борьба со сквернословием, в ходе которой неожиданно выяснилось, что сквернословие тесно связано с пьянством.

На обратном пути никто из пассажиров не читал газету «За решеткой». В купе ехали побитого вида предприниматели, которых сразил кризис, и, шипя друг на друга, спорили, кому расплатиться за чай. Читали они юридический справочник и обреченно искали логику в российских законах. Ночью они не храпели, а тихо и робко посапывали. Это было омерзительно и пошло. Накатывала ностальгия о мощном народном храпе. «Недаром Ленин и Чехов презирали интеллигенцию», – подумал я, засыпая.

Во сне увидел, как байкер Дранкель, насвистывая мотивчики из «Мимино», разъезжает на ревущей моциле с термоядерным двигателем и расплачивается за топливо фальшивыми червонцами, которые напечатал последний «красный директор»…

РАЙ НА ЛАГЕРНОЙ ПЫЛИ.

Над чем бы ни работал ученый, в результате всегда получается оружие. Неизвестный автор. Сверхсекретный Новоуральск, над которым сбили американского летчика-шпиона Пауэрса, теперь обеспечивает благосостояние Америки.

Главная улица в этом городе носила имя Лаврентия Берии. Потом – Ленина. Вторая по значимости улица как называлась, так и называется улицей Дзержинского. Даже небольшие руководящие должности здесь занимали офицеры НКВД. Начальником отдела рабочего снабжения был, к примеру, полковник НКВД, начальником транспортного отдела – тоже полковник, а все начальники завода были генералами. Строили город заключенные, единовременно их было 30 тысяч. После того как по улице проходила колонна зеков, в грязи оставались затоптанные письма. Никто поднимать их не решался. «Сотру в лагерную пыль» – угроза, которую руководители стройки не раз слышали от Берии. Он приезжал сюда на спецсоставе и проводил в своем вагоне персональный опрос-допрос…

Это все и сейчас работает: город, построенный зеками, центрифуги, запущенные еще при советской власти. Тут нет новых русских, нет олигархов. Практически нет новой русской политики с ее страстями. Нет казино. И даже «Макдоналдса». И иномарок тоже нет. Попав внутрь, на короткий миг задумываешься: а может, так оно и во всей стране сейчас бы работало? Побывав за колючей проволокой, понимаешь: нет, не работало бы. Ностальгическая идиллия в одном отдельно взятом городе обернулась бы провалившейся утопией в масштабах всей страны.

Слова Берии лично доводилось слышать даже интеллигентнейшему научному руководителю комбината академику Исааку Кикоину. Имя автора знаменитых учебников физики известно каждому школьнику. Узнать, что академик был создателем оружейного урана, начинки для атомной бомбы, – так же удивительно, как если узнать, что Чуковский был Циолковским.

Угроза превращения в лагерную пыль, постепенно затухая, спускалась по служебным этажам. Но не было случая, чтобы ее привели в действие. Задания обгоняли срок – Берия выполнял любые просьбы. Страх дамокловым мечом висел над начальством – остальные, как ни странно по нынешним временам, были увлечены работой. «Ощущение боевого окопа, – вспоминает академик Юрий Каган. – Чувство сопричастности большому делу. Своего рода целина. Только в науке». В гости к этим людям не мог приехать никто – даже родная мать. После режимных проверок разрешалось остаться в городе. Навсегда.

Верх-Нейвинск, войсковая часть № 15799, завод № 813, п/я А-7354, Свердловск-44, Новоуральск – так назывался этот город в разные времена. На карте он не значился никогда, нет его и сейчас. Хотя нельзя исключить, что в недалеком будущем российская карта будет состоять исключительно из закрытых городов. На фоне вымирающей провинции отсутствующий в географическом пространстве Новоуральск процветает. Средний заработок на комбинате около 10 тысяч рублей, инженер получает 16–17 тысяч. Зарплата поступает в срок, о массовых протестах здесь никогда не помышляли. Перебоев с электричеством и теплом не бывает. В хорошем состоянии стадионы, клубы и детские дома творчества, функционируют освещенная лыжная трасса и два горнолыжных спуска с подъемниками. Мясомолочный комбинат работает на новом импортном оборудовании. На больничный комплекс никто не жалуется, загруженность роддома не падает. Люди одеваются аккуратно, но безлико, словно из одного распределителя. Машины ездят медленно, московские пешеходы и то быстрее бегают. Кстати, машины только отечественные, иномарок нет и в помине. В местном Театре оперетты каждый день дают спектакли, ставят премьеры. А иногда там даже случаются аншлаги.

Одним словом, в этом городе все хорошо. Правда, жить приходится за колючей проволокой. Но к этому можно привыкнуть. «Тридцать лет назад меня привез сюда муж – я почти плакала, – вспоминает Наталья Санникова. – Теперь привыкла. Спокойно, нет страха. И я уже не завидую московским друзьям. У нас нет “Макдоналдса”, но у нас и машины не взрывают».

И кажется, что вернулось советское время. Если кто-то испытывает по нему ностальгию, надо срочно ехать в Новоуральск. Но ведь не проберешься – город за колючей проволокой…

Здесь находится Уральский электрохимический комбинат, где была сделана начинка для первой советской атомной бомбы, реакторное топливо для подлодок, для АЭС. Это самое большое в мире разделительное производство, где гексафторид урана, который привозят с других комбинатов атомного царства, доводят до нужной степени обогащения. По технологической сложности в длинной этой цепочке обогатительное производство считается наиболее изощренным.

24 сотрудника комбината стали лауреатами Ленинской премии, обладателей Государственных премий здесь под полсотни. На комбинате внедряли свои идеи корифеи науки – академики Курчатов, Соболев, Бочвар, Миллионщиков, Виноградов, Фрумкин, Тананаев, Фридляндер…

Иностранцев здесь не видели, иногородних корреспондентов тоже. Любое фотографирование за главной проходной категорически исключено. Дальше по территории – еще множество проходных, шлагбаумов и охраняемых постов. Как в сказке про Аладдина, который все дальше спускался в подземный город. Но в последнее время в Новоуральске постоянно находятся американские инженеры. «Это первое режимное послабление, – сказал начальник по режиму, загадочно улыбаясь и не мигая. – Мы помогаем загранице. И она поможет нам».

Половина урана для американских АЭС производится в России, значительная часть – в Новоуральске. Россия зарабатывает на этом каждый год почти полмиллиарда долларов. Обогащение урана в России производится центробежным методом, который, несмотря на долгие старания, не дался в руки американцам. Это один из немногих примеров, когда Россия в технологиях превзошла США. Не помогло даже то, что немецкий инженер Циппе, который работал в СССР и под честное слово о неразглашении был выпущен в ГДР, убежал на Запад. Патент в Америке взял. Пустой патент – нет производства.

Кто-то из великих говорил: правильное техническое решение должно быть обязательно красивым. Не в смысле абстрактной, радующей создателя гармонии. Эстетически красивым, приковывающим взгляд и волнующим душу, как может волновать лес или море. Для описания совершенной техники вместо высоких слов больше подходят цифры.

В цехе находится несколько сотен тысяч центрифуг. Эти каскады внешне походят на устремленный к своду церковный орган. Цех – огромный, как ГУМ. За все в ответе один инженер. По цеху он передвигается на велосипеде. Велосипед – единственное устройство, которое приводится в действие физическим усилием. Остальное – автоматика.

Цифры не укладываются в голове. Это и есть красота технического решения, перед которой застываешь, как перед поразившей воображение картиной. «Я здесь уже 30 лет, – говорит начальник разделительного производства Вадим Раев. – Умом знаю в деталях, как работает каждая центрифуга. Но чувством не понимаю, как это может работать все вместе. Мне это кажется чудом. Но я должен этим чудом управлять». Между прочим, американцы, когда впервые увидели центрифужный цех, решили, что производство остановлено. Тишина – мертвая, пролети муха – услышали бы. В США на таком заводе шум, как на стадионе. Энергии-то в 30 раз больше надо.

Несколько лет назад разгорелся спор о том, создали ли советскую атомную бомбу наши ученые или украли наши разведчики. К единому мнению так и не пришли. Глупый спор – что делили? Общее когда-то дело, одну на всех победу. Создание атомного оружия нельзя свести к самым важным документам, которые удалось умыкнуть из сейфа. Чтобы создать атомное оружие, надо построить сложнейшую технологическую цепочку из мощных производств со множеством ноу-хау, которых хватит на целую библиотеку. И еще нужны специалисты высокой квалификации: только в Новоуральске живет 100 тысяч человек…

«Сегодня в разделительном производстве Россия – безусловный мировой лидер, – говорит министр по атомной энергии академик Александр Румянцев. – Но нас мечтают догнать. Англия, Германия и Голландия объединили силы в одну компанию, заказ ей сформировали США. Наше преимущество сохранится еще 3–5 лет. Если не хотим проиграть, надо идти к сотрудничеству с ведущими странами. Закрытые города в этой ситуации неизбежно должны будут становиться все более открытыми».

Мумия фараона Рамсеса II хранилась тридцать три века. Как только ее выставили напоказ в музее, она стала быстро разрушаться. Должно быть, из-за неуважения к тайне. Не произойдет ли такого с закрытыми городами, если их приоткрыть? Вкрапления нового пока минимальны. Казино, к примеру, в Новоуральске не прижилось – уже года три стоит заброшенным. На улице Ленина обосновалась служба знакомств – это местная сексуальная революция. В прежние годы каждое ухаживание здесь обязано было закончиться браком, измена осуждалась, как работа на иностранную разведку.

– Есть ли на вашей земле новые русские? – спросил я Наталью Санникову.

– Есть, но мало. Например, Язев. Когда-то был хорошим инженером, потом стал бизнесменом и добрался до Госдумы. Изредка приезжает сюда, поит друзей и уговаривает, чтобы за него опять голосовали.

– Проголосуете?

– Другие-то лучше?

Когда-то этих людей направили сюда из разных мест и поручили создать лучшее в мире производство. Они выполнили задачу. И продолжают, словно по инерции, двигаться на высоких скоростях, когда по ту сторону проволоки многие производства заторможены. Им есть, что терять. И сейчас эти люди стараются перенести свое, уже обжитое пространство в прежнее время. Пока им удается жить, как жили раньше. И так, как в окружающей их стране не живет уже никто. Полагать, что такая ситуация может длиться долго, – безнадежная утопия.

Но сегодня, с кем ни поговоришь в Новоуральске, опасение новшеств чувствуется всегда. Новшества могут разрушить спокойную жизнь города, как это случилось с мумией египетского фараона. Что касается науки, вряд ли она останется таким притягательным магнитом. «Нам первым и единственным в мире удалось решить сложнейшие научные задачи, – говорит академик Юрий Каган. – Жизнь здесь была довольно однообразной. А наука была самым интересным занятием. Явление утечки умов из науки, поразившее институты и КБ в больших городах, до сей поры было незнакомо городам закрытым…».

Хотя прививка от утечки умов известна, и она проста. Платить ученым надо достойно. Вот Андрей Савчук – директор комбината с 1960 по 1987 год. 27 самых сложных лет, когда создавалось и запускалось то производство, которым Россия гордится перед миром. Мне почему-то кажется, что директор Савчук сделал для своей страны больше, чем все депутаты и бизнесмены вместе взятые. Но что имеют прожорливые молодые волки и что имеет Андрей Савчук? У Героя Соцтруда и лауреата Ленинской премии три комнаты в стареньком коттедже и маленький, на пару соток, огород. Ничего он не нажил, кроме болезней, которые не дают даже дорогу перейти…

Нет, стоп, что я говорю?! Как это – не нажил? Сегодня, когда наша страна выглядит побитой и униженной прежними конкурентами, когда мы проигрываем на всех экономических, научных и спортивных фронтах, капитал Андрея Савчука и новоуральцев как редчайший самоцвет. Этот капитал – гордость за свою страну, для которой они создали то, что до сих пор недостижимо на других континентах. Это забытое чувство. И говорить эти слова не принято, почти неприлично. Но как было бы здорово, если бы к этому чувству стремились те, кто уже нажил то, что почему-то ценится сегодня выше…

Новоуральск – советский рай в постсоветской России. Так почему же не распространить этот рай на остальную территорию? Закрыть один город можно. Закрыть всю страну– нельзя. Физически. СССР потому и развалился, что был герметизирован и отрезан от остального мира. В современном мире невозможно жить за Великой китайской стеной. Иначе рай неизбежно станет адом.

КАЛЬКУЛЯЦИЯ НА ХОЛОКОСТЕ.

В Тегеране прошла псевдонаучная конференция, на которой сделана попытка переписать историю.

У мистера Ричарда Крига из Австралии есть мечта: к следующей конференции сделать движущийся макет. Чтобы все было, как в жизни. А пока макет неподвижный, безжизненный. Но очень точный, выверенный, выполненный по документам. Вот поезд подходит к станции. Вот человечки с чемоданами выгружаются. Входят в здание, а выходят уже раздетыми и направляются в помывочную. На дворе – куча чемоданов. Люди идут под конвоем в газовую камеру. Рядом – гора обугленных тел. В отдалении – рвы, в которые люди в робах сваливают трупы. Название станции – Треблинка. Фашистский лагерь смерти на территории Польши.

В Тегеране прошла конференция «Холокост – глобальный подход». Исследователей вроде Ричарда Крига набралось сотни три, максимум четыре из двух десятков стран. Они приехали в Тегеран, подбадриваемые президентом Ирана Махмудом Ахмадинежадом, который при каждом удобном случае повторяет, что массовое убийство евреев – это миф. Цель конференции – пересмотреть сложившийся в мировой истории взгляд на уничтожение 6 миллионов евреев в фашистских концлагерях. Число 6 миллионов было названо после многомесячных заседаний Нюрнбергского трибунала, где были заслушаны тысячи свидетелей, изучены десятки тысяч документов. Доказательством служили в числе прочего скрупулезные сводки и калькуляции лидеров фашистского рейха, начальства концлагерей. Шесть миллионов жертв – далеко не самая большая оценка, разными источниками их число оценивалось в пределах от одного до девяти миллионов.

Но у некоторых лидеров исламского мира своеобразный взгляд на Холокост. (Греческое слово holokaustos означает жертвоприношение на огне и появилось в американской публицистике в начале 1960-х.) Этот взгляд находит поддержку у части экспертов в западном мире. Хотя в 10 странах – Австрии, Бельгии, Германии, Израиле, Литве, Польше, Румынии, Словакии, Франции, Чехии, Швейцарии – отрицание Холокоста ведет к судебному преследованию со сроком заключения до 10 лет. Самый известный пример – англичанин Дэвид Ирвинг, небесталанный историк с острым пером, сейчас пребывает в австрийкой тюрьме за то, что в своих трудах ставил под сомнение Холокост, который является, по его мнению, результатом еврейского заговора. В числе прочего Дэвид Ирвинг утверждал, что Гитлер ничего не знал о массовом уничтожении евреев, а на заднем сиденье машины сенатора Эдварда Кеннеди пострадало больше женщин, чем в газовых камерах. Можно представить, какого рода публика наслаждалась плодами свободного, как повторяют сторонники Ирвинга, научного исследования и человеческой мысли.

Защите на суде в Вене в 2005 году не помогло даже то, что Ирвинг признался, что пересмотрел свою точку зрения и высказывал ее до знакомства с бумагами Адольфа Эйхмана. Вряд ли адвокатский ход был искренним, потому что в 2000 году сам Ирвинг в Британии подал в суд на тех историков, кто критиковал его позицию. Некоторые эксперты написали заключения, которые составляли больше 700 страниц, само судебное решение заняло 400 страниц. Дэвид Ирвинг полностью проиграл свой иск. Лондонский суд признал, что он манипулирует документами, намеренно искажает факты, не принимает во внимание многие свидетельства.

В дни конференции в Тегеране заборы были обклеены портретами Альберта Эйнштейна, который был мало того что евреем, но еще и гражданином США. Но Эйнштейна взяли в союзники. На плакатах было написано: «Пусть евреи научатся считать у своего лучшего ученого». Точности ради, сам Эйнштейн придерживался на Холокост твердого взгляда. Эйнштейн писал единственному немецкому физику, к которому сохранил уважение, Отто Гану, открывшему цепную реакцию деления урана, но не ставшему сотрудничать с нацистами: «Преступления немцев – поистине самое отвратительное, что только можно обнаружить в истории так называемых цивилизованных наций».

Конференция проходила в самом фешенебельном в Тегеране Конгресс-холле. Первое слово сказал министр иностранных дел Манучехр Моттаки. Его главные тезисы состояли в том, что массовое уничтожение евреев отрицать нельзя, но во время войны люди гибнут всегда. «Почему надо особо выделять только немцев, которые убивали евреев? Легенда о Холокосте помогает Израилю вести агрессивную политику, убивать палестинцев».

В первом ряду сидели мрачные, в побитых молью шляпах и вытертых черных пальто хасиды, выписанные специально из Америки. Эта группа хасидов приезжает в Тегеран на все собрания, где можно костерить Израиль. Один из хасидов, теребя завитые пейсы, объяснил мне: в Торе сказано, что у евреев не должно быть государства, а Холокост, который все-таки был, используется в политических целях для оправдания существования и поддержания государства Израиль. Кстати, гражданин Израиля и США может побывать в Иране только в том случае, если он хасид, и пусть каждый решит, заслуживает ли удовольствие столь радикального перевоплощения.

Экспозиция мистера Крига стала последним писком и местом паломничества делегатов. Кстати, по роду занятий Ричард Криг – инженер по телекоммуникациям, но увлекся концлагерями. И надо признать, что мистер Криг обладает дотошным инженерным умом. Он изучил, сколько поездов подходило к Треблинке, какой вместительности были вагоны, какова производительность газовых камер и сколько трупов можно было закопать на территории лагеря. По его расчетам выходит, что официальная цифра в 1 миллион убитых евреев завышена. «500 тысяч евреев сожгли, – сказал мне исследователь. – Максимум 600 тысяч. А миллион – это чересчур». – «Разница принципиальна?» – «Бог мой! – вскричал мистер Криг. – Конечно! Люди гибли во всех войнах. Американцы убили 2 миллиона вьетнамцев, японцы истребляли китайцев и корейцев, русских погибло 20 миллионов. Когда евреи говорят о таких немыслимых цифрах, они ставят себя выше других народов. И делают на Холокосте деньги. Мне это не нравится, я борюсь за историческую правду».

Единственный представитель России на форуме – научный сотрудник ИМЭМО РАН Виктор Надеин-Раевский. До начала прений он сказал, что не согласен с термином «Холокост», который имеет «сакральное значение», но отрицать геноцид евреев нельзя – как, впрочем, и геноцид цыган, славян во время Второй мировой войны. Непонятно, почему Израиль чтит память предков, не признавая геноцид других народов, например армян. «Немцы, признав Холокост, поднялись на мужественную гуманистическую позицию, – сказал Надеин-Раевский. – Израиль этого не сделал». Но начались речи – и ученый схватился за голову он не представлял, на какое представление попадет.

Впрочем, не все немцы, как выяснилось, разделяют принятый в Германии взгляд на Холокост. Один из делегатов, с которым я разговорился у стенда с уморительными карикатурами о веселой жизни в концлагере, предложил посчитать мощность газовых камер и арифметически вывел, что 6 миллионов евреев пришлось бы сжигать 15 лет, а 15 лет их все-таки не сжигали. И вообще, есть основание считать, что лагерь смерти Освенцим был выстроен после войны русскими коммунистами, чтобы бросить тень на Гитлера. Эксперт из Германии пришел также к выводу, что в древности на территории Израиля жили другие народы, а теперь поселились евреи из России, которые не имеют здесь корней и должны отбыть восвояси. Узнав, что беседует с человеком из России, эксперт сделал круглые глаза, в которые почему-то захотелось плюнуть.

Рядом с макетом мистера Крига вдоль стен размещалась стационарная экспозиция подарков государственных лидеров правительству Ирана. Впритык с макетом за стеклом стоял чайник, подаренный министром обороны маршалом Сергеевым, в паре метров – инкрустированный ножик от президента Путина, в легком отдалении – сувенирный набор мэра Лужкова. Скоро подарков станет больше. Министр Моттаки после выступления отбыл на заседание российско-иранской межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, где призвал увеличить наше сотрудничество вдвое.

ВВЕРХ ПО ЛЕСТНИЦЕ, ВЕДУЩЕЙ В НЕБО.

На крупнейшем космодроме планеты освящают ракеты, молятся на туристов и скучают по России.

Байконур – первый космодром в истории человечества. После распада СССР Байконур оказался собственностью Казахстана, которому он был как собаке пятая нога, и подвергся разграблению, перед которым блекнет нашествие гуннов на Рим. С 1994 года Байконур находится в аренде у России, которая собирается строить подобный космодром на Дальнем Востоке. Но в 2008 году президент России заверил, что из Байконура Россия уходить не собирается. Байконур остается самым крупным космическим портом не только России, но и всего мира. Как живет родоначальник космодромов планеты Земля? Чем дышит когда-то процветавший, потом впавший в отчаяние, а теперь севший на два стула и не ведающий своего будущего город?

Город, рожденный в маскараде.

Строить космодром к востоку от Аральского моря в излучине Сырдарьи и недалеко от разъезда Тюра-Там начали в 1955 году. Стройка была грандиозная, но враги ничего не должны были проведать. Поэтому в отрогах хребта Алатау у поселка Байконур вели параллельное строительство из деревянных конструкций. Ирония в том, что объект был космический, но для космических глаз этот маскарад был детской уловкой. Тем не менее макеты из фанеры охраняли до 1970-х годов, а космодром, чтобы совсем сбить всех с толку, назвали именем далекого Байконура. Для окончательного отвода глаз город, где жили ракетчики, получил название Ленинск, в донесениях его именовали Тайга, аэродром назвали Крайний. В истории космодрома еще много раз случалось так, что законы логики нарушались – время оборачивалось вспять, а пространство сжималось.

Сегодня от края до края космодрома чуть менее 100 км. Здесь находятся 10 стартовых комплексов и 15 пусковых установок, 11 монтажно-испытательных корпусов, 3 заправочных станции для космических аппаратов, несколько измерительных комплексов с мощным вычислительным центром, кислородно-азотный завод, который производит до 300 тонн криогенных продуктов в сутки. В инфраструктуре Байконура два аэродрома первого класса, 400 км железнодорожных путей, более 1 000 км автодорог, 3 000 км линий связи, 600 трансформаторных подстанций. С Байконура ежегодно производится от 65 до 85 % космических стартов России. Только этот космодром может обслуживать пилотируемые запуски и старты тяжелых ракет «Протон», а также «Зенитов». Отсюда запускаются спутники телевещания, аппараты ретрансляции и связи, которые работают на геостационарных орбитах, и межпланетные станции, а также ведется обслуживание Международной космической станции.

После распада СССР администрация Казахстана открыла Байконур для окрестных казахов, привыкших к кочевому образу жизни и взиравших на космодром с завистью. По городу бродили толпы пьяных мародеров, солдаты разбегались по независимым государствам, офицеры потребовали оставлять им оружие после дежурства. Начались массовые грабежи, поджоги, спалили даже Дом офицеров. Порядок стал возвращаться, когда Министерство обороны передало Байконур со всеми объектами Роскосмосу. По общему мнению, которое приходилось слышать неоднократно и из самых разных источников, гражданское управление оказалось несравненно эффективнее военного. Медленно, но верно Байконур восстанавливается. На местном Арбате, с уютными кафе, с фонарями-шариками и львами под бронзу, всегда многолюдно. В самом бойком месте стоит полутемное и полупустое заведение под вывеской «Офицерское кафе»…

На развалинах звездных войн.

По оценкам экспертов компании ILS, в мире существуют четыре космодрома, способных выполнять современные задачи: Байконур, американский Канаверал, французский Куру в Южной Америке и один из четырех китайских. Но наш космодром, безусловно, на первом месте. Из многих площадок Байконура самой загруженной является технический комплекс «Протон» – «Байторек», где когда-то шла работа над особо секретными ударными аппаратами для космических войн, до которых, к счастью, дело не дошло. Сейчас здесь корпят над разгонными блоками, навигационными ГЛОНАССами и «Протонами»…

«Бывал я в Америке, – прохаживаясь по сверкающему неземной чистотой залу размером в два с половиной футбольных поля, говорит заместитель директора завода Леонид Горюшкин. – Апломба много, а по делу намного хуже нашего. У нас чувствительные счетчики за чистотой следят, а у них пыли столько, что я с трудом удержался, чтобы пальцем слово из трех букв не написать. Мы создали прекрасные рабочие места, и я, отставной полковник, скажу, что военное ведомство такое хозяйство создать не способно».

В соседнем зале идет работа над ракетой «Протон-КМ», которая должна вывести на орбиту международный спутник морской навигации «Инмарсат». Все в белых халатах, тихо – как в операционной. Что удивительно, учитывая исполинские размеры металлических конструкций. Похоже на работу ветеринаров около вздремнувшего динозавра.

«Дома с осени был два раза по неделе, – говорит байконуровский ветеран и начальник участка Алексей Чернышев из Центра Хруничева. – Но в Москве работу инженеру за сорок не найти, а нам всем здесь за полтинник. Скучаю по семье? Кому такие старые перцы нужны? Живем, как подводники. Но работа, врать не буду, интересная и напряженная. В советские времена еще успевали на рыбалку съездить, спортом позаниматься, сейчас – вкалываем без выходных. При таком режиме от тех, кто за воротничок закладывал, давно избавились».

Мне показалось, что отчасти собеседник бравирует – положили, дескать, жизнь на космос. Были в цехе и молодые ребята. Сварщик высшей квалификации Роман Тангинский, сажень в плечах и кровь с молоком, оставил дома жену с маленьким ребенком. Супруге нет нужды работать – кроме надбавок на Байконуре получают командировочные, как за границей. Но правда в том, что вкалывают на космодроме в большинстве зрелые мужчины, а у многих возраст уже явно пенсионный.

В нескольких километрах находится монтажно-испытательный корпус под кодовым номером 11П595, где готовился к полету второй советский «Буран». Не встречал ни одного специалиста, который не гордился бы высочайшим творением человеческого гения. Но после гибели страны, где был создан космический самолет, «Буран» стал никому не нужен. А пять лет назад в заброшенном корпусе обрушилась крыша и героический «Буран» бесславно погиб. На Байконуре есть и другие «Бураны», но вывезти их с космодрома Россия не может, так как все имущество теперь принадлежит Казахстану.

«Всю жизнь охранял космические объекты, ловил косые взгляды, запрещал “Буран” фотографировать, – сжимает пудовый кулак руководитель весьма ответственной структуры Валерий Бобровский. – А теперь даже фото нормальных не осталось. Но ходят гурьбой спецы из Казахстана, все описывают и фотографируют, а среди них половина наших бывших офицеров. Знал бы, чем политика обернется, не мешал бы журналистам. Теперь с Байконура ничего даже для модернизации вывезти невозможно. А окрестные казахи растаскивают замороженные объекты. В аулах из космических материалов чуть не дворцы сооружены. Кому оказалась нужна вся наша безопасность?».

Иконостас от космической инфраструктуры.

Тот довод, что Гагарин в космос летал, но Бога не видел, был убийственным аргументом атеистической пропаганды, но быстро стал звучать анекдотично. Но, верующий ты или атеист, космодром – такое место, где до вечности, при любом исходе космического старта, ближе всего. Вот уже несколько лет протоирей Сергей Бычков, настоятель Храма Святого Великомученика Георгия Победоносца, перед каждым стартом освящает ракету и благословляет экипаж. Со священником мы знакомы давно. Он испытывает благодарность к светской газете «Известия», ибо после нашей первой публикации о его богоугодной деятельности Патриарх подарил строившемуся храму ценную икону. Возведение храма недавно завершено, иконостас заказан в Софрино на средства Центра наземной космической инфраструктуры. На Байконуре имеются также мечеть и две баптистские церкви. Живут верующие друг с другом в согласии. Впрочем, отец Сергий доволен, что иеговистам окопаться на Байконуре не удалось.

Памятуя о диспутах вокруг введения в школе основ православия, спрашиваю православного священника, как относятся к его службе представители других конфессий и атеисты. Выясняется, что от благословения никто не отказывается, к кресту перед полетом прикладываются даже мусульмане. Некоторые космонавты накануне старта приходят на исповедь. И еще обнаружилась любопытная деталь: написана специальная молитва, которой положено провожать экипаж в космос. Сочинитель из Патриархии, но имя неведомо.

Несколько лет назад отец Сергий приезжал на стартовую позицию вместе с кем-нибудь из покровителей. Сейчас, обзаведясь всеми спецдопусками, управляет старенькой, но собственной «маздой». Самые высокие чины относятся к нему с почтением и после старта в очередь фотографируются с молодым, но осанистым священником. Он шепнул мне, что отказываться ему не должно, ибо церковь предстоит расписать. Но даже после старта он не впадает в соблазн и среди всеобщего ликования блюдет трезвое воздержание.

Космодром доверен питерскому мэру.

Глава администрации Байконура Александр Мезенцев – брат влиятельного сенатора. Впрочем, биография мэра говорит за то, что он сам себе голова. Больше 20 лет тянул военную лямку на Байконуре. В середине 1996 года возглавил воссозданный Военно-космический Петра Великого кадетский корпус в Санкт-Петербурге. В 2002 году стал главой администрации Байконура, который вполне может считать родным. При генерале Мезенцеве Байконур начал возрождаться, и сейчас уровень жизни здесь выше, чем в среднем по России, хотя говорить о райских кущах не приходится. Экономике мешает двойное таможенное обложение. Развитие тормозит слабая энергетика, в которую Россия не делает крупных инвестиций, поскольку земля арендованная. Появился даже термин «неотделимое улучшение». Впрочем, недавно впервые Казахстан принял решение о вложениях в объекты социальной инфраструктуры Байконура.

Очевидных достижений много. Растет социальный пакет. 900 студентов по пяти специальностям обучаются в филиале МАИ. Сильное, по себе проверил, впечатление оставляет лицей «Международная космическая школа», который с блеском участвовал в двух чемпионатах мира по ракетному моделированию. Один из них, в 2006 году, с участием 25 стран прошел в самом Байконуре. А в 2007-м там были проведены антитеррористические учения Шанхайской группы.

«Главное отличие Байконура от всех российских городов состоит в том, что люди связали с ним свою жизнь, – говорит глава администрации Александр Мезенцев. – У нас не встретишь равнодушных, люди болеют за город и за свое дело. Думаю, можно сказать, что существует особое байконуровское братство. Но все-таки ежегодно по программе отселения около 100 семей уезжают в Россию. Может ли Россия уйти с Байконура? Когда разнесся слух о космодроме на Дальнем Востоке, у местных казахов началась паника. Если мы уйдем, они потеряют работу и вернутся на прежний уровень».

Экскурсия за колючую проволоку.

«В одну ночь после распада СССР наши жены стали казашками, – говорит Валерий Константинов, бывший подполковник строительных войск, а теперь руководитель единственной турфирмы, которая впряглась в новое дело – экскурсионное обслуживание Байконура. – Представляете ощущение русского офицера? Чтобы получить наше гражданство, надо пройти массу бюрократических препон и без поездки в Астану не обойтись. Но иначе даже квартиру на Байконуре не получишь».

На космические старты на мыс Канаверал приезжают армии туристов. Байконуру до этого далеко, хотя у нормального туриста от мемориального богатства там глаза разбегаются. Но чудовищно много, как звезд на небе, инстанций надо пройти, чтобы российского гражданина, не говоря об иностранце, на космодром привезти. Цены без учета дороги такие: четырехдневный тур иностранцу обойдется в 1 500, россиянину – в 500 долларов. Возможны варианты: недавно неведомыми степными путями сюда добралась группа итальянских автотуристов. Помимо космических стартов, домиков Королева и Гагарина, монтажно-испытательных корпусов, музеев и памятников, на Байконуре имеются достопримечательности необъяснимого свойства. В степи обнаружена площадка, где регулярно приземляются НЛО, а в домике первого космонавта утром перед каждым стартом оказывается примятой постель.

Валерий Константинов, как и полагается борцу с бюрократией, отличается несгибаемым оптимизмом. Он не отступает от планов догнать и перегнать мыс Канаверал, хотя пока ему часто бывает стыдно – за грязь, за общепит, за туалеты, за безумные цены в утлых гостиницах, за отсутствие сувениров, за дороги. Иностранцы считают, что на Байконуре все окутано секретностью и их возят обходными разбитыми тропами. «Они не знают, что такое русские дороги, – говорит первый проводник Байконура Валерий Константинов. – Чтобы понять русский космос, надо пережить русские дороги».

КАК МЫ НЕ СЛЕТАЛИ НА ЛУНУ.

В первые годы перестройки, когда еще была жива цензура и тотальная секретность, на Московской книжной ярмарке была представлена энциклопедия К. Гэтланда «Космическая техника». В научных кругах энциклопедия вызвала сенсацию. Многие ученые, причем именно самые квалифицированные, знающие, специально приезжали на ярмарку, чтобы только полистать книгу.

Конечно, наивно предположить, что советским специалистам по космической технике приходится пополнять багаж знаний столь ненадежным способом. Интерес к выставочному экземпляру был вызван совсем другими причинами. В нем рядом с огромным американским носителем «Сатурн-5», выводившим корабль «Аполлон» на лунную орбиту, была воспроизведена аналогичная советская ракета HI, разработка которой считалась одним из строжайших секретов нашей космической отрасли и о которой, естественно, в нашей литературе никогда не упоминалось. Однако в век разведывательных спутников многие тайны, сколько их ни храни, раскрываются. Так и HI спрятать от чужих глаз было не проще, чем, скажем, в курятнике утаить жирафа. Несколько раз в 60—70-е годы гигантская сигара HI вывозилась на стартовые позиции Байконура, где ее и сфотографировали всеведущие космические аппараты.

Между прочим, «Космическая техника» с «необходимыми» сокращениями была переиздана в СССР и всякое упоминание об HI было из текста напрочь исключено. Откуда столь настороженное отношение к HI? Чем вызвано стремление опустить завесу таинственности на ее историю, когда для мало-мальски сведущих специалистов одного взгляда на параметры ракеты достаточно, чтобы догадаться о ее предназначении? Может быть, HI в чем-то виновата и ее решили наказать забвением, вычеркнув из истории космонавтики? Отчасти эта догадка справедлива. Космонавтика, согласно официальной пропаганде, развивалась у нас под звон литавр, под победные марши. Ракета HI в сию славную летопись никак не вписывалась.

HI называют «последней любовью» Королева. Из многих биографий Главного конструктора космических систем мы знаем, что он мечтал не только о выходе человечества в космос, но и о полете к другим планетам. Знаем и о том, что, в отличие от многих полчищ фантазеров, Королев умел свои проекты «доводить» до жизни. Первого он добился. А второго? Неужели Сергей Павлович обошел вниманием ближайшее к Земле небесное тело, скромно ограничившись запуском автоматических аппаратов?

К тому же создатель первых в мире космических кораблей был, безусловно, честолюбив. Его честолюбие заключалось не в том, чтобы получать звания и награды. Этому не способствовали и обстоятельства – будучи всю жизнь строго «засекреченным», Королев даже на приемах в Кремле был вынужден снимать Звезды Героя Социалистического Труда, а в газетах подписывался псевдонимом. Честолюбие Королева – это страстное желание сделать уникальную машину непременно первым, осуществить небывалый проект раньше всех. Однажды Сергею Павловичу представили график с оптимальными датами стартов к Луне, Венере, Марсу, другим планетам. Королев сказал: «Хорошо бы пройтись по всему этому фронту и везде оказаться первым». Но ведь американцы не делали секрета, что готовят десант на Луну. Значит…

Ничего это еще не значит. Потому что космические достижения свершаются не в лабораториях, для успеха нужны средства – и немалые. Здесь не место возвращаться к излюбленной ныне теме о конверсии, об обороте вложенных в космонавтику денег. Все это справедливо, но на первых порах ассигнования все-таки нужны. И получить их можно прежде всего у военных. По злой иронии все значительные научные и технические проекты XX века – от безобидного радио Попова до использования энергии расщепления атомного ядра – получали поддержку и право на практическую реализацию лишь в том случае, если были «обручены» с военно-промышленным комплексом. Не обошла эта участь и творца ракетной техники Королева, который по своим интересам был невероятно далек от всяких военных диспозиций. Одно из первых крупных заданий, полученных Королевым, было связано именно с военной техникой – в 1945-м его с группой специалистов направили в Германию для изучения немецких разработок по Фау-2.

Сергей Павлович жил в Бляйхероде на брошенной вилле штурмбанфюрера СС Вернера фон Брауна, талантливого немецкого инженера, создателя первых боевых ракет дальнего действия и одновременно организатора истребления узников концлагерей, обслуживавших его секретный полигон. Фон Браун, перебравшись за океан, возглавлял многие американские космические проекты. С Королевым они никогда не встречались, но, казалось, вечно вели незримое соперничество. Я вряд ли погрешу против истины, если скажу, что до «Сатурна» и «Аполлона» машины Королева по техническим характеристикам неизменно превосходили машины фон Брауна.

Так где же Королеву было взять средства? Расчеты показывали: для полета человека на Луну потребуется ракета-носитель, способная вывести на опорную околоземную орбиту полезную нагрузку в 100 тонн. Но на обозримое будущее для сохранения паритета в вооружениях вполне хватало уже достигнутой мощности. Различные модификации легендарной королевской «семерки» до сих пор являются основным транспортным средством в космонавтике, доставляя на орбиту от пяти до семи тонн полезного груза. Но Королеву уже тогда было ясно, что будущее космонавтики – за гораздо более мощными носителями. Видимо, доказать это было непросто. К заветным 100 тоннам Королеву приходилось приближаться шаг за шагом, осторожно увеличивая мощность ракеты. Но конечную цель он постоянно «держал в уме». О серьезности намерений говорит то, что к полету на Луну готовилась специальная группа космонавтов под руководством А. Леонова.

25 мая 1961 года президент США Д. Кеннеди направил конгрессу историческое послание, где поставил перед «американской нацией» высокую цель – высадиться на Луне. В США, уступивших Советскому Союзу первенство в начале космической эры, жаждали убедительного реванша, и он в воображении американцев был связан с покорением земного спутника. Над проектом «Аполлон» слаженно работали сотни фирм, частных и государственных корпораций, выделялись десятки миллиардов долларов, и весь ход работ координировал единый мозговой центр – НАСА.

О нет, мы вовсе не желали терять свои космические приоритеты. Но реального анализа ситуации, умения составить единый план работ для десятков предприятий и институтов, сконцентрировать на сложнейшей задаче необходимые силы, дать точное экономическое обоснование – этого не было. Напротив, в каждом космическом КБ корпели над своим проектом. Долго с лунной экспедицией раскачивались, не принимали окончательного решения, из-за чего Королеву приходилось не раз дорабатывать проект своей ракеты. Известно, как изводило Сергея Павловича в последние годы вынужденное общение с набиравшими силу аппаратными чинами.

Итак, хроника событий. В 1960 году появилось постановление о создании в 1963 году ракеты-носителя HI на 40–50 тонн. В дальнейшем проект едва ли не ежегодно пересматривали, мощность ракеты возрастала, сроки переносились, пока наконец в ноябре 1966 года экспертная комиссия под председательством академика М. В. Келдыша не дала положительное заключение на эскизный проект по лунной экспедиции с использованием ракеты-носителя мощностью 95 тонн, что позволяло высадить на Луну одного космонавта, оставив второго члена экипажа на орбите. Февралем 1967 года датировано постановление о графике работ, указан и срок начала летных испытаний – третий квартал 1967 года. Уже было известно, что американцы стартуют в 1969 году. Но нашим специалистам, совершенно в духе времени, вменялось в обязанность обеспечить приоритет СССР в изучении Луны.

Стиль «давай, давай!» становился излюбленным и единственно возможным методом руководства. Но вряд ли стоило кого подгонять – энтузиазма хватало. Мне приходилось говорить об HI со многими инженерами – для всех это был один из самых счастливых периодов жизни. Если кто-то из ведущих разработчиков уходил с работы вовремя, то чувствовал себя едва ли не моральным отступником, человеком, уклонившимся от служебных обязанностей. Королев никогда не требовал отсиживать на работе, но все были увлечены срочным, трудным и безумно интересным делом. М. С. Флорианский, тогда еще совсем молодой инженер, рассказывал, с какой готовностью его коллеги схватывали каждое задание Главного: «Прикинь-ка за неделю этот вариант». Буквально все элементы для мощного космического корабля необходимо было фактически создавать заново. Торопиться в таком деле ни в коем случае не следовало. Но работы над HI лихорадило ненужной гонкой с американцами.

У академика В. П. Мишина, который после кончины С. П. Королева в январе 1966 года был назначен главным конструктором космических систем, сохранилась стенограмма одного из совещаний, проводимых Д. Ф. Устиновым:

– Через два месяца праздник, и США снова полетят, а мы? Что сделали мы? А представьте себе картину октября 1967-го. И я прошу это понять! Все личное и пристрастия надо зажать!

Парадность, желание рапортовать об успехе, ускорить дело пусть даже в ущерб самому делу недопустимы в любой отрасли народного хозяйства, но особенно в космонавтике, связанной с большим риском и крупными материальными вложениями. Однако рапортомания в ту пору все сильнее разъедала и нашу космонавтику, где прежде царил дух высокого профессионализма и где нельзя было «нажать» со стартом, приуроченным к юбилейной дате.

Все это красноречиво характеризует атмосферу, в которой продолжалась подготовка лунной экспедиции и строительство ракеты HI. Но не меньший вес приобрели и сложности субъективные. Когда Америка на всех парах неслась к успеху, Королев оказался без двигателя для HI. Двигатель – это сердце ракеты. Если он хорош, отлажен, то и множество других ракетных систем «дышит» свободно. Если барахлит – жалуются на «нездоровье» сотни блоков и узлов. Создать новый двигатель, который был бы сильнее прежнего в полтора десятка раз, могли на тот момент в единственном на всю страну КБ, которым руководил академик В. П. Глушко. Он, как и С. П. Королев, очень много сделал для советской космонавтики, но коль скоро мы хотим нарисовать не припомаженно триумфальную историю ее развития, а воссоздать правдивую картину, то нельзя обходить те столкновения и споры, которых не может не быть между крупными, ищущими новые пути характерами. Каждый способный сказать свое принципиально новое слово в науке и технике ученый неизбежно сталкивается с непониманием и противодействием других ученых, среди которых могут быть не только ретрограды, но и выдающиеся специалисты.

Масштаб ученого определяется вовсе не отсутствием у него ошибок. Напротив, сделанные ошибки характеризуют масштаб ученого. Так вот, Королев и Глушко в тот период придерживались противоположных взглядов на перспективы ракетных двигателей. Обоим было ясно, что использовавшиеся тогда керосин и сжиженный кислород не смогут удовлетворить растущие потребности космонавтики. Но Глушко представлялось, что лучшими топливными компонентами окажутся фтор, азотная кислота, диметилгидразин и другие крайне ядовитые вещества. В 60-е годы он неоднократно подчеркивал, что водород и кислород бесперспективны в ракетной технике. Своя логика в этих утверждениях была: малая плотность требует больших баков, ухудшает весовые характеристики ракеты. Предвидеть революцию в криогенной технике в ту пору Глушко не смог. Королев же верил в водород-кислородные двигатели. Признавая сложности в хранении сжиженных компонентов, он указывал на недопустимость использования ядовитого горючего в пилотируемых кораблях. Гибель маршала Неделина во время испытаний одной из ракет Янгеля подтверждала эти опасения.

Кроме того, в КБ Королева пришли к убеждению, что из-за недостатка времени проще скомпоновать первую ступень HI из большого числа синхронно работающих средних двигателей. Сторонники Глушко настаивали на связке крупных двигателей – добиться же требуемой синхронности на армаде малых двигателей, по их понятиям, будет чересчур сложно. Интересно для сравнения: американцы на «Сатурне-5» оборудовали первую ступень пятью традиционными двигателями на жидком кислороде и керосине, а на следующих ступенях впервые использовали жидкий водород. Через несколько лет сама жизнь заставила В. П. Глушко отказаться от предубеждения к водородным двигателям, которые успешно работают теперь на ракете-носителе «Энергия». Словом, нашим ученым, быть может, стоило пойти уже тогда на взаимные компромиссы. Но уступать никто не хотел – характеры столкнулись крутые. Глушко бойкотировал систему HI, поставив в сложное положение не только Королева, но и проект лунной экспедиции.

Пришлось Королеву в срочном порядке искать других двигателистов. В начале 60-х, как известно, происходило сокращение авиации, многие заводы лишались заказов. Таким образом, выручая друг друга, начали сотрудничество КБ С. П. Королева и КБ Н. Д. Кузнецова в Куйбышеве, где разрабатывались двигатели для самолетов «Ту». В сжатые сроки, во многом благодаря председателю Куйбышевского совнархоза В. Я. Литвинову и секретарю обкома партии В. И. Воротникову, были выделены необходимые производственные мощности, на космический заказ работали 28 предприятий.

Что же представляла собой новая ракета-носитель? По существу, она во многом претворяла высказанную когда-то идею С. П. Королева о компоновке на орбите «ракетных поездов» для полета к далеким планетам. Только в этом случае поезд составлялся прямо в заводском цехе.

Ракета-носитель HI создавалась четверть века назад, но и сегодня, как рассказывали мне многие проектировавшие ее конструкторы, им не стыдно за свое творение. Системы управления, измерительная техника, многие конструкционные решения и особенно впервые в ракетной технике найденная возможность изготовить легкие, но прочные сферические топливные отсеки и также впервые отказаться от многих силовых элементов конструкции… Остроумные инженерные находки компенсировали малую тягу двигателей. Да, двигательная установка первой ступени, несмотря на все усилия, оставалась самой «сырой» частью ракеты. Трудно, практически невозможно было не имевшему опыта КБ Кузнецова сразу, без ошибок создать синхронно работающие двигатели, которых не знало отечественное ракетостроение. Тем не менее, уступая «Сатурну-5» в двигательной части, HI наверстывала проигрыш за счет других систем. В итоге весовые характеристики, наиболее важный показатель «живучести» конструкции, у HI и поныне остаются одними из самых высоких в ракетостроении.

Однако были и нововведения, которыми нельзя похвастать. В целях экономии времени и средств (опять этот аргумент, как все-таки повредила спешка, желание во что бы то ни стало быть «впереди планеты всей»!) отказались от стендовых испытаний первой ступени. «Если ракета полетит, а вместо второй и третьей ступени поставлены железки, то с какими глазами я из бункера выйду?» – говорил Королев. Словом, решили испытывать с первого захода.

Летные испытания ракеты HI начались 21 февраля 1969 года. Через 70 секунд после старта из-за пожара в хвостовом отсеке первой ступени полет прекратился. 3 июля 1970 года во время попытки второго запуска из-за неисправности кислородного насоса произошел сильный взрыв, разрушивший стартовый комплекс. На его восстановление и подготовку новой ракеты ушло немало времени, и лишь 27 июля 1971 года состоялась новая попытка. Ракета чуть приподнялась над землей, из-за потери управляемости по каналу вращения дальнейший полет сорвался, и опять стартовый комплекс был поврежден. По рассказу одного из руководителей испытаний Б. А. Дорофеева, столь крупные аварии производили на весь персонал гнетущее впечатление. Но не было и мысли, что HI обречена, что ее дефекты имеют хронический характер. Люди напряженно трудились, многие просили продлить командировку на полигоне, по всему чувствовалось: ракета «взрослеет» и до успеха недалеко.

Наконец, четвертый запуск – 23 ноября 1972 года. Все системы заколдованной первой ступени, все двигатели работали нормально, полет продолжался 107 секунд, но в конце активного участка в хвостовом отсеке возникла неисправность и полет прекратился. Тем не менее конструкторы, службы космодрома несказанно радовались. Теперь уж ясно – до победы полшага.

«Даже если десятки раз присутствуешь на пусках нашего “Союза”, нельзя не волноваться, – вспоминает один из старейших помощников Королева член-корреспондент АН СССР Б. Е. Черток, назначенный техническим руководителем последнего запуска. – Но картина старта HI не сравнима ни с чем. Все окрестности сотрясаются, шквал огня – только бесчувственный и безнравственный человек в эти мгновения может оставаться спокойным. Все мысли и чувства напряжены. Так и хочется помочь ракете: “Иди, иди выше, взлети”».

Четыре-пять пробных запусков при испытаниях ракетно-космической техники – дело обычное. Даже «семерка», несоизмеримая по сложности с HI, полетела лишь с четвертого раза. В монтажно-испытательном корпусе Байконура уже были готовы две следующие машины. В августе 1974 года должен был состояться пятый старт, а в конце года – шестой. Шестой и, как считали конструкторы, последний перед принятием ракеты-носителя HI в эксплуатацию. Даже самые осторожные умы называли 1976 год как крайний срок, когда новая машина будет полностью отлажена.

Для всех было полной неожиданностью, когда работы по HI были сначала заморожены, а после смены в мае 1974 года главного конструктора – вместо В. П. Мишина назначили В. П. Глушко – и вовсе прекращены. В первый же день новый руководитель королевского КБ объявил HI ошибкой, он сказал, что пришел «не с пустым портфелем» и предложил новую концепцию, которая через десять с лишним лет привела к созданию многоразового самолета «Буран» и ракеты-носителя «Энергия» практически той же мощности, что и отвергнутая HI. Без всякого сомнения, мы можем гордиться и «Бураном», и «Энергией», но разве не обидно списывать уже почти готовую машину на свалку? Побывавшие в конце 70-х на Байконуре конструкторы до сих пор с болью вспоминают некогда кишевшую людьми и теперь заброшенную циклопическую громаду стартовых и монтажно-испытательных сооружений HI. Как я понял из их рассказов, картина чем-то напоминала «зону» Тарковского.

Впрочем, эмоции – дело ненадежное. Может быть, и вправду HI нельзя было «довести» и работы зашли в тупик? Один только факт: в 1976 году Н. Д. Кузнецов, очевидно обеспокоенный престижем своего КБ, провел стендовые испытания двигателя для HI. Двигатель отработал… 14 тысяч секунд, в то время как от него для вывода ракеты на орбиту требовалось всего 114–140 секунд.

На этом история ракеты-носителя HI заканчивается. Последняя, «лебединая» песня Королева так и оказалась неспетой. Конечно, было бы несправедливо HI целиком списывать в убыток. Заводское оборудование, монтажно-испытательный и стартовый комплексы были впоследствии использованы для «Энергии». Пригодился, без сомнения, и опыт проектирования и «доведения» мощной ракеты: «Энергия», по существу, стартовала с первого раза. Кроме того, некоторые ступени «ракетного поезда» до сих пор успешно ходят отдельными «вагончиками».

И все же не будем подслащивать пилюлю. Прекращение работ по HI лишило нашу космонавтику естественного, поступательного развития, сбило намеченную Королевым генеральную линию движения вперед. Некоторые специалисты считают, что именно с тех пор космическая отрасль живет без долговременной программы, довольствуясь разрозненными проектами. Не в тот ли момент были заложены основания для широкой критической кампании, развернувшейся против космонавтики в последнее время? В технике, как и в живой природе, существуют незыблемые законы эволюции, нарушать которые без последствий никому не дано. По существу, ведь мы уже 30 лет ограничены полезной массой в 20 тонн, о какой же весомой отдаче от орбитальных станций может идти речь? Мощная ракета-носитель, необходимость которой гениально предвидел Королев, открывала перед космонавтикой широчайшие перспективы – от создания крупных орбитальных комплексов, о которых мы основательно заговорили лишь сегодня, до запуска автоматических аппаратов к другим планетам.

И в начале 70-х находились специалисты, которые понимали, что закрытие темы HI неблагоприятно скажется на нашей космонавтике. Бегал по высоким кабинетам В. П. Мишин, писал письма XXV съезду Б. А. Дорофеев, ряд специалистов просил о «малом» – разрешить испытания хотя бы двух готовых ракет на акватории океана…

Все бесполезно, иные мнения бесследно оседали в тишине высоких кабинетов. Судьбу HI решали не специалисты – логику развития науки диктовали политические руководители. Ни одного заседания ученого совета, ни одного совещания со специалистами, ни одного собрания Совета главных конструкторов… Что же повлияло на судьбу HI? Во всяком случае, соображения, от интересов науки, от истинных интересов страны далекие. За отсутствием официальной версии выскажу свои предположения. Работы по HI по ряду причин затягивались, а лица, ответственные за космонавтику (прежде всего Д. Ф. Устинов и министр общего машиностроения С. А. Афанасьев), так долго давали обещания сначала Н. С. Хрущеву, затем Л. И. Брежневу, что уже начинали испытывать беспокойство за свое положение. Безопаснее было переложить ответственность на чужие плечи, объявить HI ошибкой. И второе. Американцы тогда уже шесть раз успешно высаживались на Луну. Было ясно, что мы от них отстали. Политическим и научным лидерам, мнившим, будто они охраняют интересы государства и престиж отечественной науки, пришла в голову спасительная догадка: не лучше ли объявить пилотируемые исследования Луны ненужной затеей, а то, что мы сами долго шли в том же направлении, засекретить? Любопытно в связи с этим, что первую высадку людей на Луну не показывали по телевидению лишь СССР да Китай. Ну а о такой «мелочи», как честный труд тысяч людей, которые отдали HI свои лучшие годы, просто не подумали. С людьми не только не посоветовались, даже не объяснили им ничего. Получается, вместе с «провинившейся» HI списали на «свалку» и ее строителей, многие из которых, уверен, получили такой психологический удар, что ничего равноценного создать уже не могли. А ведь это были лучшие королёвские кадры…

Была, возможно, и третья причина. США, завершив программу «Аполлон» и в последний раз использовав «Сатурн-5» для запуска орбитальной станции «Скайлэб», приступили к разработке многоразовых систем. Мы тоже завершили свою лунную программу – правда, с иным результатом – и вновь бросились вдогонку. На сей раз преуспели, сделали «Буран». Но разве идет на пользу делу, что стратегию развития космонавтики теперь диктует не СССР, давший миру первопроходцев космоса? С великим опозданием сейчас звучат голоса: так ли нужны многоразовые системы, чрезвычайно дорогие и сложные в эксплуатации? Но если для спокойствия они все же полезны, то HI, как убеждены В. П. Мишин, Б. Е, Черток, Р. Ф. Апазов и многие другие специалисты, вполне можно было приспособить для выведения на орбиту отечественного «Шаттла». Таким образом были бы сэкономлены те огромные деньги, которые потрачены на разработку «Энергии».

Кстати, о затратах на HI. Официальных данных у меня нет, но В. П. Мишин и Б. Е. Черток говорили, что расходы на нее за все годы составили около 4,5 миллиардов. Если сравнить с затратами США на «Аполлон» – 25 миллиардов, то победителя в «лунном» споре можно было предвидеть. Тем замечательнее умение Королева и его коллег из ничего сделать мощную конкурентоспособную машину.

История не знает сослагательного наклонения. Что было, то было. И все же трудно обойтись без вопроса: если бы Королев прожил еще несколько лет, сумел бы он довести HI до эксплуатационной стадии? Впрочем, такой вопрос, быть может, не совсем точен. В сам проект тяжелой ракеты-носителя были заложены ошибки, во многим определившие четыре неудачных запуска. Но ошибки постепенно устранялись, и правильнее спросить: сумел бы Королев убедить руководство страны в необходимости продолжения работ по HI? Сергей Павлович обладал гипнотическим даром убеждения, у него был огромный авторитет, но неверно представление, будто главный конструктор был неуязвим. Известно, насколько восторженно он относился к Хрущеву, в котором, видимо, чувствовал родственную душу, и насколько настороженно к его преемнику, который отличался равнодушием к проблемам космонавтики и поступал так, как нашептывали приближенные. Впрочем, на похоронах Королева Леонид Ильич плакал и в некрологе разрешил впервые назвать имя творца советской ракетной техники…

В судьбе несостоявшейся лунной экспедиции и невзлетевшей ракеты HI, как и в судьбе любого проекта столь грандиозного масштаба, отражаются болевые проблемы всего общества. Это излишняя политизация науки, подмена истинных целей мнимыми, волюнтаризм, отсутствие коллегиальности в принятии ответственных решений, недопустимо большое значение личных взаимоотношений руководителей отрасли, безразличие к судьбе «винтиков», то есть тех людей, которые своими руками множат мощь государства. Самое же, пожалуй, главное – неумение предвидеть перспективы развития техники, заглянуть в будущее, безоглядная доверчивость к чужому опыту в ущерб здравому смыслу.

К последнему можно добавить, что мы еще, быть может, увидим HI в небе. Американцы, вдоволь налетавшись на «Шаттле», пришли к убеждению, что без тяжелых одноразовых ракет в космонавтике все-таки не обойтись. Недавно НАСА рассмотрела 12 альтернативных вариантов развития ракетной техники. Один из них предусматривает превращение «Шаттла» в аналог HI.

…Бывая на Байконуре, я не раз обращал внимание на странной формы навес, установленный в парке над танцевальной площадкой. Недавно узнал: действительно, такого навеса нет нигде в мире. Делал его знаменитый академик Патон с помощью аргонно-дуговой сварки с рентгенографическим контролем. Уникальная вещь! Только предназначался навес не для музыкантов – это часть сверхпрочного топливного бака для ракеты-носителя HI. Говорят, долго не знали, куда его девать, – материал-то вечный…

ГИБЕЛЬ ВОЗДУШНОГО «ТИТАНИКА».

Утром 30 января 1934 года в дни работы XVII съезда ВКП(б) аэростат «Осоавиахим-1», на борту которого находились стратонавты Павел Федосеенко, Андрей Васенко и Илья Усыскин, поднялся на рекордную высоту 22 тысячи метров. При спуске при невыясненных обстоятельствах экипаж погиб, как впоследствии и большинство делегатов «съезда победителей», которому был посвящен рекордный полет. Стратонавты были объявлены национальными героями, их прах захоронен в Кремлевской стене. Через 70 лет никто не помнит ни о воздушном «Титанике», ни о рекордсменах-странонавтах. Так что же, героический экипаж проложил дорогу Гагарину или оказался заложником изнурившей страну стахановской погони за победными и дутыми символами?

30-е годы. Советский Союз хочет быть первым и лучшим по всем направлениям – от промышленности до науки, от сельского хозяйства до истинно верного реалистического искусства. Стране нужны символы, нужны рекорды. Шахтер Стаханов и трактористка Паша Ангелина, ткачиха Валентина Бусыгина и машинист Бусыгин. Но настоящий символ должен иметь внеземное происхождение. Самый головокружительный рекорд, самый доказательный символ – оказаться выше всех в мире. Потому в 30-е годы страна «встала на крыло» – авиация и стратосфера стали паролем романтики. Нам нужны были все рекорды – дальность полета, длительность и высота, самый большой самолет и самый большой дирижабль, женские рекорды и мужские, Северный полюс и Дальний Восток… Но вызов нам бросил бельгийский профессор Огюст Пиккар. До 1930 года рекордная высота подъема в атмосфере составляла 10 километров. Профессор Пиккар убеждал меценатов, находил ассистентов – и поднимался все выше, пока 27 мая 1931 года не достиг высоты 16 300 метров. Его полет едва не окончился трагедией. Герметичность кабины нарушилась, разбился аппарат со сжатым воздухом, сломался ртутный барометр. Пилоты задыхались в ядовитых парах ртути. Пиккар едва дотянул до Земли на последнем баллоне с жидким кислородом. Советский Союз ответил стратостатом «СССР», который 30 сентября 1933 года поднялся из подмосковного Кунцева, где был расквартирован 4-й Воздухоплавательный дивизион ВВС РККА. Экипаж составили: командир 4-го дивизиона Георгий Прокофьев, инженер-резинщик с московского завода «Каучук» Константин Годунов (он руководил пропиткой шелковой ткани, сделанной на Богородско-Глуховской мануфактуре) и пилот Эрнст Бирнбаум. Рекорд Пиккара был бит – 19 тысяч метров! Циолковский прислал телеграмму из Калуги: «От радости хлопал в ладоши. Ура “СССР”!». Сравнивая успех советских воздухоплавателей с полетом профессора Пиккара, «Правда» писала: «На американской гондоле, которая первой поднялась в стратосферу, было написано большими буквами “Пиккар”. Это был полет отдельного человека, искавшего известности для себя. На советской гондоле, которая первой поднялась на 19 км, написано “СССР”, это значит, что в полете участвует вся Советская страна». «СССР» был сделан в Москве, в ВВС. Во второй столице, Ленинграде, тоже делали стратостат – «Осоавиахим». Это добровольное общество (впоследствии ДОСААФ) до войны объединяло около 5 миллионов человек и обладало большими возможностями. Руководил обществом в те годы красный командарм и революционный поэт Роберт Эйдеман. Под эгидой Осоавиахима, негласно соперничавшего с ВВС, в воздухоплавании были установлены многие мировые рекорды. Но судьба у начальника ВВС Якова Алксниса и председателя ЦС Осоавиахима Роберта Эйдемана оказалась одна. Вернее, приговор один. Как и у большинства делегатов XVII съезда ВКП(б), «съезда победителей», которому решили посвятить свой полет стратонавты Осоавиахима. Стратостат «Осоавиахим-1» был готов подняться в воздух в те же сроки, что и «СССР». Но, как впоследствии космодром Байконур был отдан в ведение военных, так и в 1930-е годы только красноармейцев допускали к обслуживанию аэростатов и дирижаблей. Поэтому, быть может, первым из Кунцева в полет за рекордом ушел «родной» аппарат с командиром дивизиона во главе. «Осоавиахим-1» решили приберечь до исторической даты… «Продолжительное хранение материальной части вызывает некоторые опасения, так как невозможно дать полную гарантию, что на 100 % сохранность материальной части будет обеспечена. Такой большой и тонкой оболочки еще в СССР никто не хранил и практики в хранении не имеет. Продолжительное хранение еще более опасно для гондолы. Гондола предназначалась и изготавливалась для полетов, а не для хранения» (из письма военлета, командира экипажа Павла Федосеенко в ЦС Осоавиахима). Что за люди готовились в полет на стратостате? По нынешним понятиям, это странные люди. Сейчас рисковать жизнью считается возможным лишь за деньги, из чего следует, что именно деньги являются главным мерилом всех нынешних ценностей. В 30-е годы риск за деньги сочли бы высшим цинизмом и безнравственностью, поставить жизнь на кон можно было только ради общественной пользы и светлого будущего. Не будет преувеличением сказать, что участников многочисленных ныне телевизионных шоу, где за вознаграждение полагается идти на всяческие унижения и пресмыкательства, в 30-е годы сочли бы людьми, зачеркнувшими в себе честь и совесть и добровольно выброшенными из жизни. Напротив, пилоты «Осоавиахима-1» были национальным достоянием. Репортаж о полете на все радиоточки СССР вела радиостанция имени Коминтерна в перерывах между сообщениями о работе XVII съезда ВКП(б). Командир экипажа Павел Федосеенко служил в воздухоплавательном отряде еще царской армии, принимал участие в Гражданской войне. Командовал 9-м воздухоотрядом в армии Блюхера, прославился дерзкими полетами, когда с аэростата корректировал наступление Красной армии на врангелевские позиции в Крыму. На Перекопе он пробыл в воздухе 377 часов. Вернулся с фронта с орденом Боевого Красного Знамени, закончил Ленинградскую военно-воздухоплавательную школу, получив звание красного командира-воздухоплавателя, потом Академию имени Жуковского с дипломом инженера-конструктора по дирижаблестроению. И все время летал, мечтая о рекордах. В 1927 году ему удалось продержаться в воздухе 23 часа 57 минут – это был первый советский мировой рекорд в воздухоплавании. Инженер Андрей Васенко с отличием закончил престижную, как сказали бы сейчас, Николаевскую мужскую гимназию в Царском селе. Ему прочили карьеру оперного певца, но в те годы не было ничего выше и прекраснее неба. Окончил Петербургский институт инженеров путей сообщения, где занимался в кружке воздухоплавания. Писал труды о проблемах воздухоплавания, проектировал дирижабли и аэростаты. Аэростаты Васенко широко использовались при строительстве многих объектов для аэрофотосъемки. Инженер Васенко понимал, что главная проблема – это обледенение на больших высотах, которое в 1928 году погубило знаменитый дирижабль «Италия» Нобиле, направлявшийся к Северному полюсу. В научных кругах Ленинграда к работам молодого инженера проявляли большой интерес. В 1927 году его пригласили сделать доклад в Русском географическом обществе о новых методах исследования атмосферы. С кафедры, на которой выступали Миклухо-Маклай, Пржевальский, Лазарев, Крузенштерн, он произнес слова: «Те, кто предполагает ограничиться лишь использованием старых методов исследования, не признавая жизненности новых методов, которые появляются сейчас и будут появляться в будущем, хотя они и казались бы на первый взгляд совершенно фантастическими, сумеют выполнить ничтожную часть задач, стоящих перед наукой». Ученый-физик Илья Усыскин был сыном рабочего-большевика Давида Усыскина, сидевшего в Орловском централе и сосланного за революционную агитацию из Витебска в Ярославскую губернию. Уже в 16 лет одаренный молодой человек поступил в МВТУ имени Баумана, потом перевелся в Ленинградский политех. Работал в знаменитом Физтехе, был аспирантом у легендарного папы Иоффе, который и предложил ему отправиться в полет на стратостате, чтобы испробовать новые способы изучения атмосферы и космических лучей. Лауреат Ленинской премии, член-корреспондент АН СССР Артем Алиханьян вспоминал об Илье Усыскине: «Был он необычайно аккуратен. На работу приходил с точностью до полминуты, надевал черный сатиновый халат, тщательно застегивал его на все пуговицы. Поначалу эта манера и тщательность просто выводили из себя. Лобастый, худенький юноша с вечными веснушками на лице, даже зимой, он так неторопливо говорил и спорил, опять-таки тщательно подбирая слова для аргументации и возражений. Причем все обоснованно, с массой цитат, ссылок на источники. Нам претила такая манера поведения. И Арцимович, человек скорый на меткие прозвища, окрестил Илью занудой. Наш руководитель профессор Лошкарев первый разглядел в Илье недюжинный потенциал подлинного научного работника. Для него “занудливость” Усыскина оборачивалась основательностью знаний, аккуратность – тщательностью в экспериментальной работе, точность – пунктуальностью и методичностью в сделанном. Постепенно менялось наше отношение к Илье. Все, что раньше раздражало нас в нем, оборачивалось достоинствами. Илье поручили важную самостоятельную работу по определению геометрического положения атома водорода в кристаллической решетке. Академик Иоффе в журнале “Коммунистическая молодежь” сказал о работе Ильи: “Это открытие мирового уровня”». Из письма Ильи Усыскина: «Я иногда говорю себе: “Если меня когда-нибудь спросят: “Что ты делал в эпоху первой пятилетки?” – я отвечу: “Изучал космические лучи”. Не правда ли, длинно и маловыразительно? Я пережил несколько горьких минут борьбы с самим собой. Знаю, я отлично знаю, что то, над чем я работаю, нужно моей стране, внешне эта работа неэффективная, но когда-нибудь все окупится. И все же стоит мне прочесть, как ребята одного со мной возраста клепают домну на Магнитке, или о том, что ребята на СТЗ на резком ветру смолили крышу, – и я рвусь туда на леса. Несколько дней я только об этом и думаю: мысленно я с ними взбираюсь на леса, делаю все, что делают они. И я еще сильней берусь за работу, которая волнует меня безграничными просторами, так что дух захватывает». Строительство невиданного стратостата велось на нескольких ленинградских заводах. Самое ответственное – герметичная гондола с особыми креплениями. Ее делали на заводе имени Сталина. Во всех ленинградских газетных киосках продавалась отпечатанная на газетной бумаге брошюра «В стратосферу» ценою в целый рубль. На последней странице была надпись: «Весь сбор поступает в фонд постройки стратостата». Весь тираж брошюры разошелся в один день. Кроме того, газета «Техника» учредила всесоюзный денежный фонд «Штурм стратосферы». Однако многие высказывали сомнения в том, что удастся построить стратостат из тонкой прорезиненной материи объемом в 25 тысяч кубометров и надежно прикрепить ткань к гондоле. Один старый уважаемый профессор сказал Федосеенко и Васенко, что при капитализме он носил самые вульгарные галоши годами, а сейчас галоши «Красный богатырь» уже через месяц разваливаются, где уж огромный стратостат построить, тут не ноги промочишь… Но рекордные полеты Пиккара, во время которых были получены важные научные результаты, торопили события. Нет, научная и техническая мысль в СССР была ничуть не слабее, чем на Западе. Другое дело, промышленность. Особенно заметным было отставание металлообрабатывающих заводов и химических предприятий, которым и предстояло сделать стратостат. Одним из самых сложных вопросов был способ крепления «лапок» гондолы – сваркой или клепкой. Выбрали сварку, хотя тогда она не гарантировала высокой прочности шва. Но рабочие металлического завода-втуза имени Сталина предложили новый революционный способ. 30 января 1930 года «лапки» обледеневшей гондолы не выдержали ее веса. «Основная задача, которая ставится перед участниками полета в стратосферу – это исследование космических лучей. Космические лучи открыты недавно и очень интересуют физиков, так как содержат в себе колоссальное количество энергии. Мы имеем все основания считать, что полет в стратосферу разрешит вопрос о строении ядра атома и таким образом даст нам ключ к искусственному разрушению атомов и извлечению внутриатомной энергии» (профессор А. Вериго, Радиевый институт).Для проведения экспериментов в ленинградских НИИ были разработаны 34 прибора. Научный план полета стратостата «Осоавиахим-1» состоял из пяти разделов: исследование космических лучей, исследование магнитных явлений, исследование состава атмосферы, проведение аэрофотосъемки, медико-физиологические исследования. К сожалению, не удалось создать миниатюрную камеру Вильсона для регистрации заряженных частиц. За эту работу добровольно взялся Усыскин, и неудача угнетала его, о чем он рассказывал своему учителю академику Иоффе.

...

Из дневника Ильи Усыскина: Выходной день. Работаю с камерой. Забавно, до чего у меня отсутствует личная жизнь – кроме произв. вопросов писать не о чем. Кустарь! Черт побери! Не умею организовать свою работу. Черепашьи темпы. Позор! Надо сознаться, я редко занимаюсь серьезно комсомольской работой. Надо теперь взяться за газету вовсю, тем более пора отвыкнуть считать себя комсомольцем, надо работать, как партиец. Да! В первой половине 1934 года я должен перейти в партию, иначе это позор, позор перед семьей, перед самим собой. Что я, беспартийный спец, что ли?

30 января на летном поле в Кунцеве присутствовали начальник ВВС Алкснис и председатель ЦС Осоавиахима Эйдеман. Приехали также молодой кинооператор Роман Кармен, который снимет фильм «Высота 22 000 метров», журналист Михаил Кольцов, еще в 1930 году написавший в «Правде» статью «Хочу летать!». Вместе с учеными-метеорологами было проведено последнее совещание – погода гарантировала, что обледенения не будет. Командир Павел Федосеенко, взяв в руки знамя Осоавиахима, сказал в микрофон: «Я заверяю, что в эти исторические дни, в дни работы XVII съезда партии, мы сделаем все возможное, чтобы взять штурмом высоты стратосферы, недосягаемые до сих пор. Мы поднимем это знамя, знамя Осоавиахима на неизведанные высоты!».

...

Из дневника И Усыскина: Итак, я накануне «мировой известности». Как все это глупо и пошло! «Отдать поясные» – и 140 красноармейцев выдернули из петель веревки. «Отдать гондолу!» – последний приказ в 9 часов 04 минуты. «В полете!» – кричит начальник стартовой команды. «Есть в полете! – отвечает командир Федосеенко и уже сверху, сложив ладони рупором, кричит: – Да здравствует съезд партии! Да здравствует всемирная революция!».

Во время полета экипаж и Земля обменивались приветственными радиограммами. С Земли сообщали, что весь народ гордится беспримерным достижением. А из стратосферы слали пламенные приветы и сообщали о динамике подъема. В 11.59 с высоты 20 500 метров был послан привет «Ленинскому комсомолу и его штабу ЦК во главе с тов. Косаревым», «боевому органу ЦК нашей партии “Правде”». После этого радиосвязь с Землей прервалась – и восстановить ее не удалось.

В 12 часов 33 минуты Васенко записал в бортовом журнале, что альтиметр показал высоту 22 тысячи метров и начинается спуск. И хотя из-за большой влажности в гондоле радиосвязь с Землей нарушилась, стратонавты пребывали в хорошем настроении. Как следует из записей в бортовом журнале, они ели яблоки и шоколад, снимали показания приборов, наблюдали за космическими лучами. В 15.40 на высоте 14 300 экипаж чувствовал себя бодро, хотя и беспокоился, что снижение идет медленно. Последняя запись – на высоте 12 000 в 16.35…

Утреннее заседание съезда ВКП(б) 31 января 1934 г. Заключительное слово предоставляется товарищу Сталину. (Буря аплодисментов. Бурные овации всего зала. Весь съезд стоя долго и шумно приветствует великого вождя партии и трудящегося человечества. Восторженные крики «ура!» Возгласы «Да здравствует наш Сталин! Да здравствует вождь великой армии пролетариата!») Сталин. Товарищи! Прения на съезде выявили полное единство взглядов наших партийных руководителей, можно сказать, по всем вопросам партийной политики. Возражений против отчетного доклада, как знаете, не было никаких. Выявлена, стало быть, необычайная идейно-политическая и организационная сплоченность рядов нашей партии. Спрашивается, есть ли после этого надобность в заключительном слове? Я думаю, что нет такой надобности. Разрешите мне поэтому отказаться от заключительного слова. (Бурная овация, весь съезд встает, громовое «ура!», коллективные возгласы: «Да здравствует Сталин!» Съезд стоя поет «Интернационал». После исполнения «Интернационала» овация возобновляется. Крики «ура!», «Да здравствует Сталин!», «Да здравствует ЦК!»). Председательствующий (Постышев. – С. Л. ). Слово для предложения имеет товарищ Хрущев. Хрущев. От имени московской, ленинградской, украинской делегаций вносится проект постановления… (Бурные, продолжительные аплодисменты. Голоса: «Да здравствует великий Сталин!»). Председательствующий. Никаких комиссий по резолюции создавать не будем? (Голоса: «Нет, нет».) Есть ли какие-нибудь замечания по предложенной резолюции? (Голоса: «Нет, принять полностью, голосовать в целом».) Раздаются голоса, чтобы голосовать в целом. Прошу голосовать мандатами. Кто за предложенный проект резолюции по отчетному докладу товарища Сталина, прошу поднять мандаты. Прошу опустить. Кто против? Нет. Воздержался? Нет. Резолюция принята единогласно. (Бурные, продолжительные аплодисменты.). Председательствующий. Слово для сообщения имеет товарищ Енукидзе. Енукидзе. Я зачитаю небольшое печальное сообщение: «30 января, между 15 час. 30 мин. и 17 час. дня, в Инсарском районе Мордовской области, около села Потижский Острог, в 8 км южнее станции Кадошкино Московско-Казанской железной дороги упал стратостат “Осоавиахим № 1”. Оболочка от удара оторвалась и улетела. В гондоле обнаружены трупы участников полета – товарищей Федосеенко, Васенко и Усыскина. Из опросов очевидцев установлена следующая картина аварии: при падении стратостата оболочка оборвалась и при этом были слышны два взрыва. На месте обнаружены три трупа погибших товарищей, лежавшие в гондоле, один изуродованный до неузнаваемости. Все предметы и приборы, находившиеся в гондоле, разбиты. На место катастрофы для расследования выехала специальная комиссия». Председательствующий. Товарищи, предлагаю почтить память погибших героев вставанием. ( Все встают. ) Председательствующий. Есть предложение погибших товарищей похоронить в Кремлевской стене. Нет возражений? ( Голоса: «Нет». )Енукидзе. Товарищи, в президиум стало поступать очень много ходатайств о том, что рабочие фабрик и заводов хотят выйти на демонстрацию и приветствовать XVII съезд партии. Товарищей делегатов просят направиться на Красную площадь, на левую трибуну у Никольских ворот. По окончании демонстрации товарищей делегатов просят посетить Большой театр.

В нашей стране после гибели «Осоавиахима» попыток подняться на рекордную высоту на воздушных летательных аппаратах не предпринималось. В годы Второй мировой войны аэростатные зонды широко использовались для целей разведки. В Долгопрудном под Москвой было создано специальное КБ, которое занималось изготовлением и запуском аэростатов для различных целей. Студенты Московского физтеха прогуливались вокруг гигантских эллингов, где хранились колбасы воздухоплавательных аппаратов. Сейчас научный интерес к аэростатам почти иссяк, лишь редкие энтузиасты предлагают использовать стационарные привязные зонды для радиоретрансляции небольшого радиуса. Больше веры в дирижабли, которые могут быть использованы как транспортное средство в труднодоступных районах. Что касается рекордов, то лишь спустя почти три десятилетия капитан ВМС США М. Росс превзошел достижение «Осоавиахима» и достиг на воздушном шаре высоты 34 668 метров.

...

Вильям Рандольф Херст, газетный магнат: «Герои стратосферы пожертвовали жизнью не только ради своей страны, но и ради всего мира, и во всем мире их гибель вызвала глубокую и искреннюю скорбь вместе с восхищением их смелостью и самоотверженностью, столь свойственной народам Советского Союза. Лучше умереть ради научного прогресса, чем погибнуть в несправедливой войне». Газета «Джапан Таймс»: «Их попытка не была напрасной. До тех пор, пока человеческая отвага будет вызывать уважение и восхищение, имена погибших советских ученых останутся в памяти человечества».

В марте 1934 года Академия наук СССР провела в Ленинграде первую Всесоюзную научную конференцию по изучению стратосферы. Открыл конференцию будущий президент АН академик Сергей Вавилов. В докладах анализировались все известные тогда летательные аппараты – стратостаты, стратодирижабли, стратопланы, стратогеликоптеры. Один из докладов зачитал мало кому известный инженер Сергей Королев, заместитель директора только что организованного Реактивного научно-исследовательского института.

Королев начал доклад с афоризма: «Чтобы победить врага, его нужно как следует изучить. И этот “враг” для ученых – стратосфера».

И далее создатель первых космических кораблей говорил о ракетах. Он оказался прав, а стратостаты ушли в историю.

Это печальный закон. То, что виделось высоким вчера, завтра может оказаться наивным. То, что казалось высоким и романтичным, кажется безрассудством и самообманом. Как легко и увлекательно закидывать камнями прошлое! Но только почему-то увлекает это большей частью тех, кто в настоящем дела себе не находит, и Королев поначалу тоже ходил в мечтателях.

И ВСЕ-ТАКИ МЫ БЫЛИ ПЕРВЫМИ!

4 октября 1957 года в 22 часа 28 минут по московскому времени человечество вступило в новую космическую эру. В СССР с космодрома Байконур, который тогда был никому не известен, на космическую орбиту был выведен первый искусственный спутник Земли. Русское слово «спутник» сразу вошло в языки всех народов мира, стало интернациональным. Первая космическая скорость, вычисленная за 250 лет до этого Ньютоном, впервые в истории человечества была достигнута силой человеческого разума. И то, что это великое достижение было сделано в СССР, явилось шоком для Запада. Первые полосы всех газет мира были полны восхищения или даже страха перед вдруг обнаруженной мощью нашей страны.

Каким был первый спутник Земли.

Спутник имел форму шара диаметром 58 сантиметров, весом 83,6 килограмма. Форма шара позволяла наиболее полно использовать внутреннее пространство спутника. Герметичный корпус был изготовлен из алюминиевых сплавов. В полированном корпусе размещалась вся радиоаппаратура с источниками питания. Перед стартом спутник был заполнен газообразным азотом. Период обращения составлял около 96 минут. Высота орбиты 90 км. Сейчас орбитальные станции летают на высоте около 400 км.

На спутнике имелось два радиопередатчика мощностью 1 Вт, излучавших сигналы на длине волн 15 и 7,5 метров. На внешней поверхности были установлены четыре стержневые антенны длиной от 2,4 до 2,9 метров. Длительность сигнала составляла 0,3 секунды, и радиолюбители всего мира хорошо слышали космические «бип-бип-бип». Прием сигналов был возможен на расстоянии до 10 тысяч километров. Когда работал один передатчик, второй отдыхал. Энергопитание аппаратуры обеспечивали серебряно-цинковые аккумуляторы, рассчитанные на 2–3 недели.

Спутник выдали за межконтинентальную ракету.

17 сентября 1957 года в Колонном зале Дома союзов состоялось торжественное заседание, посвященное столетию со дня рождения Циолковского, которого в СССР уважали как теоретика космонавтики, хотя никакой космонавтикой тогда еще и не пахло. Доклад сделал неведомый публике член-корреспондент АН СССР Сергей Королев, который был неприлично молод – всего 50 лет. Быть может, на молодость списали его пророчество: «В ближайшее время в СССР и США с научными целями будут произведены первые запуски искусственных спутников Земли». Это заявление не стало сенсацией ни на Западе, ни в СССР. Заявление прошло незамеченным, как будто его не было…

В холодной войне агрессоров не бывает. В холодной войне, как в кухонной ссоре, виноваты обе стороны. Но отличие в том, что промолчать и разойтись по углам, как могут сделать соседи, амбициозным государствам очень трудно. В 1950-е годы, и об этом оговорят рассекреченные документы, авиация США нарушала воздушное пространство СССР не менее 10 тысяч раз. Неоднократно проводились масштабные учения, во время которых стратегические бомбардировщики целыми эскадрильями летели через Атлантику на Москву и демонстративно разворачивались у границы нашей страны. У Советского Союза не было столь мощной авиации, но он готовил Америке неожиданный и нокаутирующий ответ, который сейчас бы назвали «симметричным». Перед новым русским оружием самолеты оказались бессильны. В начале 1960-х Хрущев уже мог пугать американцев тем, что «мы делаем ракеты, как сосиски».

Разработка межконтинентальной баллистической ракеты, способной по космической орбите доставить ядерный боезаряд в любую точку планеты, была поручена Сергею Королеву. Он принадлежал к плеяде тех замечательных советских конструкторов, которые были репрессированы в 1930-е годы, побывали на Колыме, поработали в «шарашке», но удивительным образом еще задолго до реабилитации страстно трудились, укрепляя режим, который чуть не свел их в могилу. В итоге оказалось, что режим ушел в прошлое, а страна и общество живут дивидендами от этого поразительного трудового подвига.

Первую инженерную записку о спутнике написал в 1954 году Михаил Тихонравов, который позже стал Героем Социалистического Труда и лауреатом Ленинской премии. Идея Тихонравова подтолкнула Королева на быстрые действия. Что бы ни говорили сейчас о том, что Королев сызмальства мечтал о далеких планетах, в тот период он был полностью поглощен созданием межконтинентальной ракеты, но идея Тихонравова давала возможность сделать первый шаг к мирному и на время отложенному освоению космоса. 16 марта 1954 года состоялось совещание у вице-президента АН СССР Мстислава Келдыша. 27 мая 1954 года Королев направил письмо министру обороны Устинову с предложением использовать мощную боевую ракету для запуска первого спутника Земли. Самой ракеты еще не было, но для спутника можно было использовать ее упрощенную модификацию.

Про советских чиновников сейчас не принято говорить лестно. Но факт остается фактом: Устинову в ситуации, когда создание ядерного носителя было вопросом выживания страны, проще всего было бы «завернуть» легкомысленную записку, но он поддержал Королева. И в итоге первый спутник еще до создания межконтинентальной ракеты «посадил» американские бомбардировщики на аэродромы. Это был идеальный пропагандисткий ход: спутник на орбите – и не до разбирательства в модификациях ракеты.

30 августа 1955 года в Военно-промышленной комиссии при Совете министров СССР было созвано узкое совещание, где представители министерства обороны выразили озабоченность тем, что увлечение спутниками может сорвать строительство боевой ракеты. 30 января 1956 года вышло постановление правительства о выводе на орбиту в 1957–1958 годах спутника массой 1 000 – 1 400 кг с научной аппаратурой массой 200–300 кг. Однако в конце 1956 года выяснилось, что ракета не дотягивает до необходимой удельной тяги. Вывод спутника на орбиту двигателисты не гарантировали. Разработка аппаратуры для космических полетов, которой еще никогда не занимались, тоже задерживалась. Военно-промышленная комиссия входит в положение и устанавливает новый срок – 1958 год.

У любого современного начальника отлегло бы от сердца. Отсрочка – милое дело для бюрократа. Тем более что спутник не самое важное, но очень хлопотное поручение. Но Королев-то был сделан из другого теста. На Совете главных конструкторов в январе 1957 года он предлагает пакет революционных идей по максимальному облегчению ракеты, чтобы гарантировать вывод на орбиту спутника массой до 100 кг. Никто из конструкторов Королева не поддержал. Но уже 15 февраля он «продавил» постановление правительства о запуске простейшего спутника. По многим воспоминаниям, соратники Королева, увлеченные задачей создания надежной и мощной межконтинентальной ракеты, не разделяли стараний и волнений Королева по поводу первого спутника.

Королеву пеняли: слишком просто! Электрическая схема и радиопередатчик в спутнике были настолько элементарны, что их можно было собрать по наборам, которые продавались в «Детском мире». Но суть не в сложности схемы, а в том, где эта схема будет работать. В конце концов, все гениальное просто. И гений тем и отличается от талантливого человека, что способен не просто глубоко изучить проблему, но и увидеть ее так, как никому еще в голову не приходило. В данном случае – увидеть новую орбиту.

17 сентября 1957 года Королев в Колонном зале предупредил человечество о скором запуске спутника. Но никто (кроме немецкого конструктора фон Брауна, которого США тайно вывезли с секретных гитлеровских заводов) Королева не услышал. Из пяти стартов «семерки» лишь две ракеты нормально прошли активный участок, две потерпели аварию, одна не оторвалась от стартового стола. Последний удачный старт был в августе, после чего последовало сообщение ТАСС о создании в СССР межконтинентальной ракеты, хотя для специалистов было ясно, что это политический блеф. Даже у взлетевших ракет конструкции и теплозащита головной части разрушались в атмосфере. Тем не менее, Королев настоял на запуске спутника. У военных была изъята ракета, которая простояла бы без дела еще полгода, пока устранят дефекты головной части. Истина никогда не бывает однозначной: Королев, помимо прочих качеств, был умелым лоббистом и, предполагаю, понимал, что для пользы дела на фоне временных неудач с боевой ракетой необходимо предложить импульсивному Хрущеву крупный успех.

4 октября 1957 года в 22 часа 28 минут по московскому времени спутник ушел на орбиту и для человечества началась принципиально новая космическая жизнь. «Работают все радиостанции Советского Союза. Передаем сообщение ТАСС…» – тогда впервые Левитан объявил о прорыве на новом, космическом фронте. Вся мировая пресса на первых полосах несколько дней публиковала комментарии об историческом событии и две недели размещала списки городов, над которыми пролетал первый искусственный спутник.

Премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан требовал от секретаря ежедневных сводок о полете спутника. Президент США Дуайт Эйзенхауэр проиграл президентские выборы молодому Джону Кеннеди, который критиковал его за космическое поражение от СССР и которого еще ожидало собственное разочарование по поводу полета Гагарина. Первый американский спутник был запущен лишь в начале 1958 года и весил всего 8 кг.

Спутник – не шарманка.

Люди неискушенные верят, что изумленное человечество наблюдало с Земли, как на фоне неподвижных звезд летал первый искусственный спутник. Но это нереально, будь даже у человека орлиное зрение. Все-таки спутник был чуть больше футбольного мяча и не обладал отражательной способностью. А в подзорную трубу можно было увидеть отделившуюся ракетную ступень, которая витала на той же высоте.

В победных сводках, естественно, не говорилось, что спутник еле дополз до космической орбиты. Несмотря на все упрощения и облегчения, несколько систем «смазали» работу, в том числе произошло запаздывание выхода тяги основного двигателя. Пошли вразнос и керосиновый насос с турбиной. Для современной ракеты это означало бы сброс всей схемы полета. Но первый спутник вскарабкался в космос, хотя горючего хватило лишь на высоту 90 км – в два раза ниже, чем планировалось.

Единственный, кто не впал в эйфорию после успеха первого искусственного спутника, был Хрущев. Почти сразу он пригласил к себе Королева и Келдыша и сказал, что только теперь поверил, что Королев не фантазировал, успех небывалый, но советскому народу к 40-й годовщине Октября нужен подарок. Сидевший рядом Микоян предложил запустить еще один спутник, который передавал бы из космоса «Интернационал». Хрущев взорвался: «Ну что ты со своим “Интернационалом”! Спутник – не шарманка!» И тогда Королев предложил отправить на орбиту собаку. Хрущева это очень воодушевило, и Королев сказал, что постарается, хотя понимал, что за месяц построить ракету и корабль невозможно. Хрущев не понял: «Что значит – постараюсь? Мы уже договорились. Собачка нужна к празднику».

Дворняжка по имени Лайка, которая стартовала в космос 3 ноября 1957 года, вошла в историю. Общий вес спутника 508 кг был качественным скачком, но Лайка была обречена. Специалисты считают, что она не дожила даже до юбилея Октября. Но триумф был полный. Несколько обществ защиты животных выступили с протестом по поводу мученической смерти собаки-космонавта. Советская табачная промышленность выпустила сигареты «Лайка» с портретом довольной собачки, но они давно уже сняты с производства.

Академик Борис Черток, дважды Герой Социалистического Труда:

«В эти дни меня наперебой атакуют западные средства массовой информации – от Аргентины до Швейцарии. Не потому, что в запуске первого спутника Земли так уж велика моя роль, хотя мне тогда и присвоили Ленинскую премию, просто я последний из оставшихся заместителей главного конструктора Королева. Забавно, что журналисты из всех стран хотят, чтобы я обругал Америку. Только сами американцы, а ко мне уже две газеты приходили, в эту сторону не гнут. Но было бы важнее, если бы российские СМИ этой теме внимание уделяли, но почему-то наши обходят судьбоносное для страны и мира событие стороной. Один только телевизионщик со мной поговорил быстренько и спросил, почему я не беру с иностранцев гонорар.

Проще всего объяснить наш космический прорыв организаторскими и инженерными талантами Королева и Совета главных конструкторов. Но мне кажется, что роль личности – только полдела. Многое зависит от условий.

И в данном случае идеально совпали творческие интересы инженерного коллектива с запросами государства. Их объединила, как ни удивительно, холодная война. Если во время «горячей» войны миллионы людей навсегда ложились в землю, то во время холодной мы просто не ложились спать. Так было и в ракетной отрасли, и в атомной, которые объединились, чтобы достичь военного паритета с США. Со времен Великой Отечественной войны еще сохранилась атмосфера мобилизационной экономики, которая касалась всех – министров, ученых, инженеров, даже солдат на полигоне – и никто не мог уйти спать, если срывались сроки и задание не выполнено. Денег особых не платили, но в случае успеха наград государство не жалело.

Я очень старый человек, и, думаю, мне простительно отдать должное Сталину, который проявил дальновидность и 13 мая 1946 года подписал постановление о создании ракетной промышленности. Стратегические перспективы ракет были совсем неочевидны. Германия выпустила по Англии тысячу Фау-2, но англичане выстояли без особых потерь. Ракеты, кстати, летали на спирте. И генералы говорили нам: “Дайте нам столько спирта, сколько сжирает ваша ракета, и мы одной дивизией любую страну возьмем”. Чтобы ракетный спирт не пили, немцы подкрашивали его марганцовкой. Мы тоже подкрашивали, но у нас это никого не пугало. Коктейль из ракетного спирта с марганцовкой называли “Голубой Дунай”, у каждого был запас, но работе это не мешало, хотя Королев некоторых гуляк обещал отправить “по шпалам домой чай с вареньем пить”. Но это было редко, и хватало одной угрозы.

Первая ракета, которая была заправлена не спиртом, а керосином, – знаменитая “семерка”. Конечно, она создавалась не для спутника, а для ядерного боезаряда. Это была первая в истории межконтинентальная баллистическая ракета. Помню, какая была трагедия у рабочих в Куйбышеве на заводе “Прогресс”, где мы разместили серийный заказ на керосиновую “семерку”, а заказы на старые спиртовые ракеты отдали Днепропетровску. Зато теперь “Союз” не только гордость Самары, но приносит заводу огромные средства.

Концентрация и консолидация – вот что помогло нам обогнать США и запустить первый спутник. У американцев, кстати, все тянули на себя – ВМФ, ВВС, армия. Фон Браун, который создал для Гитлера Фау-2 и с сотнями своих инженеров был вывезен в США, пришел к начальству и предупредил, что СССР по всем признакам готовится запустить спутник. Ему сказали: “Русские на это не способны. Иди, занимайся своим делом”. Только после нашего запуска президент Эйзенхауэр прекратил дрязги и назначил фон Брауна ответственным за американскую космическую программу».

СЕКС НА ОРБИТЕ.

Новая среда обитания может считаться освоенной биологическим видом только в том случае, если он сохраняет нормальную репродуктивную функцию. И. Сталин. Об этом предпочитают молчать. А есть ли он на самом деле?

Много лет назад в космос летали две замечательных дворняги – Уголек и Ветерок. Оба пса прошли спецотбор, отличались пышущим здоровьем и мощными природными инстинктами. Никаких индивидуальных различий между Угольком и Ветерком до полета не было. Тем удивительнее то, что случилось после их возвращения на Землю. Ветерок пришел в кошмарное состояние, у него стала выпадать шерсть, он потерял вкус к жизни и вскоре помер. Зато Уголек повел себя, как градоначальник-черкешенин из повести Салтыкова-Щедрина. Удержу до противоположного пола Уголек не знал и вскоре увеличил число окрестных собак вдвое, втрое, вчетверо. Через несколько лет по округе бегали стаи столь же неугомонных «угольков». А сам патриарх, отличавшийся библейским долголетием, оставался любвеобильным даже в те годы, когда растерял все зубы и шатался от слабости. Чучело Уголька долго стояло в кабинете академика Газенко, а теперь перенесено в музей Института медико-биологических проблем. Уголек для специалистов по космической медицине такая же легендарная фигура, как собака Павлова для физиологов.

Как действует космос на репродуктивную функцию населяющих планету Земля биологических видов? Вопрос уже не теоретический. Космические полеты становятся все длительнее, вполне реальными кажутся экспедиции к другим планетам. Полет на Марс продлится минимум три года! Даже целомудренные моралисты согласятся: проблема заслуживает изучения ради одной только возможности воспроизводства на борту всяких растений и живности, идущей человеку на пропитание.

Но, это надо признать без ханжества и лицемерия, космонавт, какой бы он ни был идейный и патриотичный, природу обмануть не может и испытывает в полете самую обычную тоску по простым физиологическим радостям. Если полет длительный, возможны серьезные проблемы, ведь сексуальная сфера в общей гармонии организма столь же важна, как любая другая. И если человеку и впрямь предстоит осваивать другие планеты, то не уйти от великого сонма проблем, связанных с сексом и возможностью обзавестись потомством в невесомости.

Совместное пребывание на борту космического корабля мужчины и женщины всегда порождает слухи и домыслы. Некоторое время назад вдруг появились публикации (правда, в изданиях, не шибко пекущихся о достоверности информации) о том, что американские астронавты на «Шаттле» по спецзаданию НАСА совершили половой акт. Назывались даже имена астронавтов. Но специалисты, на которых ссылались в статьях, отрицали этот факт и грозили судебным иском за клеветнические публикации. Кстати, объем жилого отсека на «Шаттле» 65 кубометров. Заниматься любовью в таких условиях, а в экипаже шесть человек, все равно что делать это в купе вагона, где даже свет притушить невозможно.

Точно так же реагировал наш известный космонавт, дважды Герой и автор многих книг, на приписываемый ему эксперимент по сбору эякулята. Автору этих строк он сказал: «Бред! Надо же такое нафантазировать: если не получалось, то я, дескать, не унывал».

Словом, ничего толком не известно, а знать очень хочется. Во время последней экспедиции на орбитальной станции «Мир» впервые вместе с мужчинами работали две женщины – француженка и американка, обе к тому же дипломированные врачи. Это породило множество новых фантазий…

...

Он видел двух живых крыс, которые преспокойно вошли к нему с улицы. Альбер Камю.

Перечисление всех экспериментов с растениями и животными, в которых исследовалась репродуктивная функция, заняло бы многие сотни страниц. Но принципиально важно, что ни в СССР, ни в США ни на одном виде не удалось получить полный биологический цикл воспроизводства – от зерна до зерна, от яйца до яйца. На отдельных стадиях эксперименты удавались, а вот вывести полностью космическое поколение – нет, не выходит. На каком-то этапе затея всегда срывается. Пшеница в оранжереях колосится, но не зреет. Перепелки несут яйца, но петухи перепелок не топчут. Крысы бросаются друг к другу в объятия, но почему-то не беременеют…

Из всех ученых в мире наиболее обширным опытом по эмбриологическим исследованиям обладает ведущий научный сотрудник Института медико-биологических проблем доктор биологических наук Любовь Серова. Она отправила на орбиту несколько советских и американских спутников с лабораторными крысами, самыми безотказными по части научных экспериментов представителями животного мира. Как мы относимся к крысам, напоминать не надо. А коллеги вспоминают, что однажды доктор Серова, открыв после приземления спускаемый аппарат, расплакалась – так похудели ее космонавты. Кстати, животные переносят космический полет тяжелее человека – он борется со стрессом, потому что понимает происходящее и добровольно идет на все испытания.

Итак, несколько экспериментов на наших «Космосах» и американских «Шаттлах» (где их было меньше и результаты пожиже) привели к следующим выводам. Развитие плода (крыс запускали в космос во второй половине беременности) в невесомости возможно, основные показатели репродуктивной функции находятся в норме. Но матери сохранить здоровый плод значительно труднее, необходимо подключить компенсаторные механизмы. Ради будущего дитя жертвенная крыса-мать теряет до четверти своего веса. Но после приземления она быстро набирает норму.

С помощью моделирования космических условий на Земле удалось выяснить, что срок от подсадки самцов к самкам до оплодотворения увеличивается в три раза. Проще говоря, при перегрузках крысам не до любовных утех, а потом привыкают – и за старое. За 30 дней эксперимента все самки оказались оплодотворены и все самцы «отработали». Но у одной трети самок зародыш не имплантируется в матку. Сам плод отстает в развитии примерно на 10 %, но при прекращении эксперимента быстро нагоняет упущенное.

Наиболее серьезные изменения касаются родов. Побывавшим в космосе крысам родить труднее, даже мертвый помет появиться может. Но среднее число крысят в помете не меняется. Существенных различий между крысятами, которых вынашивали на орбите, и теми, кто никогда не нюхал ракетного пороху, не выявлено.

Сейчас американцы планируют космический эксперимент по получению полного биологического цикла. На эту работу выделены немалые деньги. Кстати, эксперимент по скрещиванию почти 20 лет назад уже провели в СССР. Но результаты публиковать запретили – недостоверными показались. Серова вспоминает: все-таки у некоторых пар скрещивание, кажется, состоялось. Недавно наш главный крысиный доктор подала заявку американцам на проведение эксперимента на их станции. В России сейчас денег не хватает…

Крысы-самцы, похоже, интересовали ученых в гораздо меньшей степени. Есть уверенность: самцу космос по колено. И все же проводились эксперименты, в которых изучалось изменение массы семенников, содержание и концентрация сперматозоидов. Все вроде бы в норме, разве что масса семенников немного снижается, но на следующие сутки после приземления самец как огурчик, к подвигам готов.

...

Родила царица в ночь. Не то сына, не то дочь, Не мышонка, не лягушку, А неведому зверушку. А. Пушкин.

Но человек все-таки не зверушка. Хотя с крысой и имеет немало общего – хотя бы то, что тоже к страданиям привыкает. А из животного мира в интересующем нас плане на человека похожи приматы. Чем похожи? Тем, объяснила мне очаровательная аспирантка ИМБП Аня Гончарова, что только у приматов и у человека формируется какая-то вторая фаза менструального цикла. Я смутился и уточнять не стал, зато спросил, правда ли, что Аня пишет диссертацию на тему «Сексуальная активность в космосе». Аня сказала, что это полнейшая чушь. Тема ее диссертации звучит серьезно: «Влияние модулированных и реальных факторов космических полетов на репродуктивную функцию женского организма». Опять не очень понятно, но, как бы то ни было, труд Гончаровой – первое систематизированное исследование данной проблемы.

Вопрос о том, как обстоят «эти дела» в космосе, время от времени звучит на пресс-конференциях. Валерий Поляков еще во времена, требовавшие четкого идейного ответа, с непроницаемым лицом заявил: да, отказ от привычного жизненного ритма требует большого мужества, но высоко оценивается правительством. У всех присутствующих от осознания величия момента, помню, сами собой выпрямились спины.

В новейшие времена ответы уже другие. Елена Кондакова, которая провела на орбите почти полгода, ответила, что среда обитания для любви не имеет никакого значения, был бы человек любимый. Ее товарищи по экипажу притворно вскинулись: а мы не любимые? Кондакова тут же парировала: любимые, но как братья.

Каково женщине в долгом полете? Никаких послаблений, связанных с особенностями женского организма, Елене не требовалось. Раз в месяц врач освобождал от спортивных занятий, на этом все ограничивалось.

Итак, эксперимента, кажется, не было. «Коитус? – строго сказала Аня Гончарова. – Это расширяет возможности человека, но серьезных публикаций по этому вопросу я не встречала». Наши космонавты, которые часто общаются с американскими коллегами на неофициальном уровне, тоже убеждены, что никогда никакого коитуса не было, – не утаишь такого факта в мужских застольных разговорах. Джудит Резник и Роберт Маллейн также решительно отрицают приписываемый им поступок.

Несколько лет назад, когда в отряд космонавтов устремились журналисты, один из них стучался во все двери с небывалым предложением: отправить его в космос вместе с женой ради заполнения белого пятна в космической медицине. Однако такая жертвенность никого не взволновала, и журналист остался на Земле.

С медицинской точки зрения высказываются такие соображения: механизм оплодотворения, конечно, не изменяется, но могут быть отклонения – внематочная беременность, близнецы, всевозможные осложнения. И все-таки настоящие сложности впереди. Космонавт должен заниматься физкультурой. Даже короткий перерыв в тренировках в длительном полете приводит к расстройству многих систем. Но с какого-то момента женщина уже не может по несколько часов отдавать бегу и велотренажеру. Без тренировок у нее начнут дряхлеть мышцы, в том числе мышцы живота. Как тогда пройдут роды? Но ведь и посадка с большими перегрузками для нее опасна.

Заместитель директора ИМБП Валерий Богомолов подчеркивает: ни у одного космонавта в ходе длительного полета не было замечено таких гормональных изменений, которые выходили бы за рамки физиологических колебаний и требовали бы, случись они на Земле, лечения. После возвращения из полета все приходит в норму. Валентина Терешкова и Светлана Савицкая (после двух полетов и выхода в открытый космос) родили нормальных детей. Одна – девочку, другая – мальчика. После полета отцами стали Андриан Николаев, Сергей Крикалев, Александр Калери. Явление настолько обыденное, что отцам счет не ведется, кого-то наверняка я забыл.

Следующий куст проблем. Человек на Земле формируется под влиянием силы тяжести. Но на кого будет похоже родившееся в невесомости дитя? Научится ли ребенок сидеть, ходить, что станет со скелетом? Космонавт и врач Валерий Поляков не исключает, что на свет может появиться какая-нибудь медуза. Отсюда вопрос: имеет ли право человек при сегодняшнем уровне знаний на подобные эксперименты?

...

– О чем вы думаете, глядя на кирпич? – О женщинах, я всегда о них думаю. Студенческий фольклор.

Однако все эти возвышенные разговоры не снижают остроты прямого, как штык, вопроса: как там без женщин? «Плохо, – сказал мне один космический ас. – Но за что боролся, на то и напоролся». К тому же бромсодержащих или иных медицинских препаратов, снижающих желание, в бортовой аптечке не имеется. Если подытожить все ответы, то резюме такое: космонавты – это профессионалы, профессия к тому же повышенного риска. К полету они готовятся долго, работа невыносимо тяжелая, и чаще всего просто не до легкомысленных желаний. Одним словом, методика Челентано.

Но не верю – еще больше, чем Станиславский! Потому как у кого же труд легкий? Но что-то не припомню ни одной профессии, которая формировала бы женоненавистников. Если копнуть в расспросах поглубже, космонавты признаются, что им снятся эротические сны. Кстати, в бортовой видеотеке нет порнографических фильмов – дальше короткой юбочки и легкого поцелуя сюжет не идет. Но иногда – это жизнь – из-за долгого воздержания у здоровых мужиков происходит то, что случается по ночам у возбужденных юношей. Ну и настроение утром полегче, напряжение проходит, вместо сумрачности улыбка появляется.

Американцы иногда обсуждают проблему: не стоит ли космонавту в личный багаж упаковать специальную куклу? Валерий Поляков, установивший полуторагодовой рекорд длительности полета, не рекомендует это изобретение. Потому как может появиться так называемый кукольный синдром – по возвращении с живой женщиной отношения могут не сложиться. Если уж совсем невмоготу станет, хотя такого ни разу не было, Валерий Поляков сказал бы товарищу: не мучайся, помоги себе сам.

И наоборот, космонавты, работавшие в одном экипаже с женщиной, говорят, что с нею даже легче. Потому что начинаешь следить за собой, бреешься каждый день, есть возможность галантность, великодушие проявить. Таким образом, женщина, оказавшись в космосе, доказывает свое великое предназначение и становится как бы психологической отдушиной. Два космонавта, которые провели с женщиной длительное время в одном полете, как-то пооткровенничали друг с другом и признались: нет, никаких скабрезных мыслей даже в помине не было. Хотя на Земле оба отнюдь не монахи.

И вот космонавты дома. Американских астронавтов после короткого обследования отпускают на ночь домой. Нашим жена на аэродроме приветливо помашет – и на несколько дней в закрытый профилакторий Звездного городка. Есть основания полагать, что проживающие в Звездном военные космонавты находят способ сбегать домой. Для гражданских самоволка исключена. Первое свидание разрешается только через несколько дней. Тот же Поляков признается: понимаю, что можно себе навредить, но все равно врачей проклинать готов.

Меняется ли у космонавтов отношение к женскому полу? Здесь все индивидуально. Кто-то может с цепи сорваться, к тому же медные трубы, да и жены разные в жизни попадаются. Но есть общая закономерность. Длительное расставание с Землей приводит человека к философским размышлениям, к мечтательности и доброте. Космонавт после полета относится к своей жене лучше, чем до полета. Некоторые, как молодые влюбленные, ходят, держась за руки.

Потом все приходит в норму. Космонавт перестает чувствовать себя пришельцем и ожесточается, как все окружающие. Это означает, что он готов к новому полету.

ПАМПЕРСЫ ДЛЯ НЕБОЖИТЕЛЕЙ.

Формула самой высокой моды получена в России.

Мода, как известно, превыше всего. Но и космос превыше всего. Можно ли совместить два этих понятия – космос и моду, или они взаимно исключают друг друга? На заре космической эры этот вопрос даже не возникал. Экипажи всех шести «Востоков» в полете скафандров даже не снимали. А к скафандру требования предъявлялись прежде всего технические, эстетика дело десятое. Но если космонавты работают на орбите по несколько месяцев, конструкторы обязаны думать об их комфорте и настроении.

У американских астронавтов с космическим гардеробом дела обстоят незатейливо. Им предлагаются стандартные изделия разных фирм. Поскольку наша страна является лидером в области длительных космических полетов, то и по части космического обмундирования мы оказались впереди планеты всей. Для наших космонавтов вот уже несколько десятилетий одежду создает московское предприятие «Кентавр-Наука», которое работает в сотрудничестве с Институтом медико-биологических проблем. Именно это научное учреждение отвечает за здоровье экипажей и психологический климат на борту.

Продукция нашей легкой промышленности высоким качеством не отличается. Но из каждого правила бывают исключения. С одеждой для небожителей у нас все в порядке. Первым американским астронавтом, который примерил на себя наш космический гардероб на борту станции «Мир», был Майкл Фоул. Он пришел в такой восторг, что для работы на МКС заказал себе экипировку в «Кентавре». Его примеру последовали и другие астронавты.

Космонавты могут, как в земном ателье, заказывать себе изделия любого цвета, менять форму рукавов, горловины в соответствии с личными вкусами. Самый экстравагантный заказ сделал Джеймс Восс для второй экспедиции на МКС. «Я хочу быть как Солнце!» – мотивировал он выбор ярко-желтого цвета для комбинезона.

А от европейских космонавтов нашим космическим модельерам достаются такие комплименты, что позавидовали бы Пьер Карден и Карл Лагерфельд. Изящная француженка Клоди Андре-Деэ призналась: «Такого удобного белья я не видела ни в одном парижском бутике. В этой одежде можно прогуливаться по Елисейским полям». Голландский врач Андре Кейперс заказал для полета исключительно белые одежды. Бельгиец Франк де Винне так привык к космическому костюму, что появлялся в нем на многих земных приемах.

При подготовке к полету космонавтам предлагают заполнить опросный лист, в котором указываются количество, фасон и цвет белья и одежды, а также средства профилактики, разработанные в России, которые они хотели бы иметь на борту. Один комплект белья «Камелия» рассчитан на трое суток. В комплект входят футболка, трусы либо кальсоны и носки. Все изделия шьются из стопроцентного хлопка. Одно из условий – смягчение швов, которые могут натирать кожу и стать раздражающим фактором. Одежда перед укладкой в грузовой корабль просвечивается рентгеном, чтобы убедиться в том, что в ней не осталось иголок или булавок. Чтобы пуговица не попала в горло космонавта, на борту используются только молнии.

Для женщин разработан «комплект конфекции». Бюстгальтеры (в опросных листах – лифы), футболки, трусики-бикини имеют множество кружевных украшений, которые, как выяснили психологи, необходимы женщине в любых условиях. Женское нижнее белье также сделано из хлопка. На борту выдается недельный комплект белья и одноразовые трусики для ежедневной смены. Для принятия водных процедур попавшим в космос дамам предлагается купальник, выполненный из эластичного трикотажного полотна.

В гардеробе космонавта имеется «комбинезон сменный» (два на полет), выполненный из плащевой ткани с центральной застежкой-молнией. Комбинезон приталенный, имеет кулиску для пояса и отложной воротник. А есть еще «комбинезон оператора» (один на полет) из эластичного трикотажного полотна со спандексом без рукавов и воротника – в этом костюме удобно выполнять энергоемкие действия. Может пригодиться «комбинезон-утеплитель» (один на полет) из объемного трикотажного полотна с длинными рукавами, воротником-стойкой – этот костюм используется при температуре ниже 20 °C. Кроме того, в гардероб входит «гарнитур облегченный» (один на 14 дней), состоящий их двух рубашек-поло и шорт, а также тренировочные шорты для занятий спортом.

Космическая мода, как и земная, невозможна без аксессуаров. Самый важный аксессуар – табличка с именем на груди. Многие космонавты заказывают повязку для защиты глаз от света. А для того чтобы было удобно спать – систему «Морфей», которая обеспечивает фиксацию тела в невесомости, имитируя эффект гравитации. «Морфей» состоит из эластичных фиксаторов на груди, бедрах и голенях.

Всякая мода обходится недешево, иначе это не мода. Утепленные, сменные и операторские костюмы стоят около 350 долларов. Легкий костюм – 90–95 долларов. «Камелия» и каждый комплект женского белья – от 45 до 50 за штуку. Носки – 3 доллара пара.

Перед отправкой на борт каждое изделие стерилизуется электронным лучом и заваривается в отдельный пакет. Стирка одежды и белья в космосе не предусмотрена. Использованные предметы гардероба укладываются в пакеты и отправляются в грузовой корабль. После отстыковки от станции они сгорают в атмосфере вместе с «грузовиком». До Земли не доходит даже пепел от образцов самой высокой моды.

Как почесать в скафандре нос.

В открытом космосе космонавты облачаются в скафандры, которые являются высоким достижением научной мысли, но к моде отношения не имеют. На МКС имеются российские скафандры «Орлан-М» и американские EMU. Наши скафандры, созданные на НПО «Звезда», по общему мнению, если сложить все параметры, лучше американских, вышедших из Hamilton Sunstrand. Наш скафандр легче —110 против 136 кг. Его можно надевать без чужой помощи – в «Орлан» входишь, как в стенной шкаф. Чтобы самостоятельно надеть EMU, надо быть Гарри Гудини. «Орлан» гораздо быстрее готовится к работе. Гарантийный срок его работы 4 года, все обслуживание проходит на орбите, a EMU каждые полгода надо спускать на Землю.

Выход в открытый космос длится несколько часов, ничто человеческое космонавтам не чуждо. Американцы используют обычные памперсы, мы – «трусы специальные мужские». В выходном скафандре предусмотрен фекалоприемник, а также устройство для почесывания носа, поскольку дотронуться до лица невозможно.

В российском скафандре могут работать люди ростом от 165 до 190 см, рукава и штанины регулируются по длине.

Индивидуально шьются только перчатки. У американцев имеется девять размеров, подогнать скафандр под астронавта невозможно.

А мы монтажники-высотники.

Как бы ни присматривались космонавты к моде, они не забывают, что отправляются в космос не на подиуме красоваться, а работать. Рабочая одежда – часть космического обмундирования. На борту имеется «комплект монтажника», который включает в себя фартук, бедренные кассетники (левый и правый) и ручной кассетник для размещения различного инструмента и крепежа деталей, нарукавник на правую руку для защиты от механического повреждения, запястник на правую руку для профилактики перенапряжения мышц.

Каждому члену экипажа выдается также «пояс инструментальный», который включает в себя пояс, манжету бедренную, держатель для гаечных ключей, держатель для разводного ключа, держатель для ножа, держатель для инструмента, две сумки большие, две сумки малые, сумку для малых ферромагнитных деталей, укладочное средство.

Кстати, чем бы ни занимались космонавты, обычно они надевают на ноги лишь носки. Обувь на липучках используется только во время спортивных занятий. Конечно, во время выходов в открытый космос без ботинок обойтись нельзя.

СИГАРЕТА ЦЕНОЮ В ЖИЗНЬ.

24 октября – день поминовения жертв отечественной космонавтики.

В этот день ни на одном российском полигоне не проводятся испытания и запуски ракетно-космической техники. Причина запрета много десятилетий держалась в строгом секрете. Лишь в середине 1990-х годов было решено сказать правду об истинных причинах гибели первого главкома Ракетных войск стратегического назначения главного маршала авиации Митрофана Неделина, его заместителей, десятков конструкторов, инженеров, техников, военнослужащих. Две страшные аварии произошли на космодроме Байконур в один день – 24 октября 1960 года и 24 октября 1963-го.

В середине октября 1960 года на Генеральной сессии ООН Никита Хрущев произнес историческую фразу: «Вы хотите втянуть нас в состязание. Мы не боимся этого, но мы этого не хотим. Недавно я был на одном предприятии. Там ракеты делают, как сосиски». Хрущев блефовал. В тот момент у СССР на вооружении были ракеты Р-12 и Р-14 с дальностью несколько тысяч километров, которые не могли донести до Америки ядерный заряд. Р-7 Королёва долетала до другого континента, но это была не боевая ракета, к старту ее готовили несколько суток, да и в арсенале у нас было только четыре Р-7. Но Хрущев знал, что на конец октября назначены первые испытания первой межконтинентальной баллистической ракеты Р-16 конструкции Михаила Янгеля с дальностью 13 тысяч километров. Эта ракета могла быть подготовлена к старту всего за несколько минут и легко доставала до США.

Холодная война сейчас кажется далекой и безмятежной историей. Америка больше не враг, Россия, забыв о прочих приоритетах, старается стать другом Америки. И нам уже не верится, что холодная война имела все шансы стать войной настоящей. В США еще в конце 1940-х годов были разработаны детальные планы ядерного удара по СССР, которые шли в ногу с научно-техническим прогрессом и постоянно совершенствовались. В начале 1960-х у США было 40 баллистических ракет, способных донести до СССР ядерный заряд. Общее количество этих зарядов уже превосходило число намеченных на территории СССР целей. И хорошо, что президентом США, как бы критически мы не относились к американским лидерам, ни разу не стал человек, который прислушался бы к советам многих авторитетных генералов, взывавших о необходимости превентивной ядерной атаки на СССР.

На ракете Янгеля было две ступени, которые запускались последовательно. Это была новая схема – на ракетах Королева ступени включались одновременно. Кроме того, в отличие от ракет Королева, где использовались нетоксичные кислород и керосин, в топливные баки ракет Янгеля были заправлены сверхъядовитые несимметричный диметилгидразин (или гептил) и азотный тетроксид. Испытания Р-16 были шагом в неизвестном направлении. Одна из сотен технических опасностей таилась в резиновых прокладках, которые могли выдержать чудовищное давление агрессивных компонентов только одни сутки.

На испытаниях, проводившихся под техническим руководством главного конструктора Михаила Янгеля, присутствовал главный маршал артиллерии Митрофан Неделин, главком недавно созданных ракетных войск стратегического назначения. Неделин воевал в Испании, во время Отечественной войны командовал бригадой, артиллерией армии и фронта, за взятие Будапешта получил звание Героя Советского Союза. Кстати, именно маршал Неделин невольно подтолкнул академика Сахарова к правозащитной деятельности. Однажды после ядерных испытаний молодой академик на банкете начал говорить о том, что хорошо бы, если такое оружие никогда не применялось, никому не угрожало и т. п. Маршал перебил ученого и рассказал похабный анекдот: «Старик на ночь молился: “Господи, укрепи и направь”. А бабка на печке ворчит: “Пусть укрепит, направлю я сама”». После этого нравоучения Сахаров взглянул на своих соратников иначе…

В день испытаний Неделину постоянно звонили из Москвы – ЦК, Совмин, Минобороны. Москва считала нужным подгонять Байконур, и каждый час задержки был чреват… А подготовка шла очень сложно. Частые отказы автоматики, ложные срабатывания, протечки клапанов. В одном месте из ракеты крупными каплями просочилось топливо. Под струйку поставили ведро – Неделин распорядился приставить к ведру часового. Техники слышали, как внутри ракеты с громким звуком рвались мембраны. Все понимали, что автоматика сырая. Одного из инженеров, у которого месяц назад родился сын, главный конструктор систем управления Виктор Кузнецов прямо с площадки отправил в общежитие: «Примешь участие в следующих испытаниях».

На площадке находилось много лишних людей, но они занимали настолько важные посты, что попросить их удалиться было невозможно. Маршал Неделин сказал: «Кто боится, пусть сидит дома». 23 октября испытания не состоялись – надо было устранить многие недоработки. Янгель спросил Неделина: «Может быть, сольем горючее?» Это означало перенос даты испытаний на 2–3 недели. Неделин ответил: «Что я скажу Никите?» Испытания должны были обязательно состояться до ноябрьских праздников.

На следующий день, 24 октября, вместе со свитой Неделин расположился в 100 метрах от ракеты. В руках у маршала был красный телефон. Янгель с генералом Мрыкиным отошли за угол покурить. Несколько его замов объясняли маршалу последние приготовления. Ракета была облеплена десятками людей, которые на фермах проводили последние регламентные работы. В этот момент без всякой команды самопроизвольно включились двигатели второй ступени. Огненная струя прожгла всю ракету до баков первой ступени. За шесть секунд вся стартовая площадка была охвачена пламенем. С ракеты посыпались люди. Очевидцы вспоминают, что ничего более страшного в жизни не видели: по степи бежали десятки живых факелов. С горящих людей пытались сбить огонь – это делал и Янгель, которому сигарета спасла жизнь.

По официальным данным, всего погибло 92 человека, пострадало 125. Многие умерли от отравления уже в больнице. Врачи не знали, как нейтрализовать отравление гептилом, даже молока не хватало. Там, где сидел Неделин, нашли лишь ободок от маршальской фуражки и часы, которые остановились в 18.45. В газетах было объявлено, что маршал Неделин погиб в авиакатастрофе.

На Байконур прибыла госкомиссия во главе с председателем Президиума Верховного Совета Леонидом Брежневым.

Через несколько дней Брежнев сказал: «Никого наказывать не будем. Все себя уже наказали». На похоронах в Байконуре Гречко и Устинов плакали, Брежнев рыдал навзрыд. Янгель сказал: «Мы с ракетой были на ты, а она требовала обращения на вы».

Первый вопрос, который в Москве задал Хрущев Янгелю: «А ты почему остался жив?» Янгель дрожащим голосом ответил: «Отошел покурить». Главный конструктор Михаил Янгель умер в день своего 60-летия от пятого инфаркта. В его КБ «Южное» были разработаны все отечественные межконтинентальные баллистические ракеты, которые обеспечили стране паритет с США.

24 октября 1963 года произошел пожар на ракете конструкции Королёва Р-9 шахтного базирования. В шахте была отмечена повышенная загазованность кислородом, пролили немного керосина. Но это были чуть заметные отклонения от нормы в огромной десятиэтажной шахте. На восьмом этаже перегорела обычная электрическая лампочка. Молоденький лейтенант решил ее заменить. Проскочила искра… По официальным данным, в шахте сгорели 8 человек.

ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ «БУРАНА».

15 ноября 1988 года с космодрома Байконур на самой мощной в мире ракете «Энергия» стартовал многоразовый космический самолет «Буран». Сделав два витка вокруг Земли, самолет через 205 минут приземлился на посадочной полосе Байконура. Экипажа на борту «Бурана», в отличие от американских шаттлов, не было – все операции были выполнены в автоматическом режиме и с идеальной точностью. Полет «Бурана» стал важнейшим событием, заслонил, как во время полного затмения Луна прячет Солнце, все прочие мировые сенсации. Мог ли кто-нибудь предположить, что первый полет советского космического челнока станет последним? Драматичная судьба «Бурана», самой совершенной из созданных в нашей стране технической системы, – это важнейший урок на будущее, которое попадает во все большую зависимость от наукоемких технологий и научно-технического прогресса.

Социологические опросы говорят, что из всех достижений нашей страны больше всего мы гордимся победой в Великой Отечественной войне. На следующем месте – достижения в космосе. Все прочие успехи далеко отстали. Но если полет Гагарина и Терешковой, первый выход человека в открытый космос, полеты автоматов к далеким планетам воспринимаются счастливо и безоблачно, то космический «Буран» вызывает противоречивые чувства. Спектр во весь горизонт – от восхищения до уныния…

Никогда еще, ни до «Бурана», ни после него, в нашей стране не создавались столь сложные технические системы. «Буран», на этот счет двух мнений быть не может, является вершиной отечественной технической мысли. На исходе XX века, чего Маркс предположить не мог, именно наука стала решающей производительной силой, превратилась в движущую силу экономики, породив ее современное направление – экономику знаний. И СССР в этой гонке все больше уступал США. Владимир Маяковский, удивлялся, разгуливая по Бродвею: «Налево посмотришь – мамочка мать! Направо – мать моя мамочка! Есть что поглядеть московской братве». Впрочем, свои Бруклинские мосты мы научились строить, но Америка рванула еще дальше. В холодной войне самым сильным и недоступным для нас оружием явились высокоточные станки и микрочипы. Перестройка стала неизбежным следствием не только политических противоречий, но и технологической отсталости социалистической системы, которая проиграла конкуренцию со вступавшим в постиндустриальную эпоху Западом.

И вот в самый светлый год перестройки взлетел «Буран». По ряду показателей он был лучше американских шаттлов. Мощность ракетной установки системы «Энергия» – «Буран» превосходила мощность крупнейшей в мире Красноярской ГЭС в 22 раза! И мы возликовали – мечта становилась явью. «Буран» показался советским людям подтверждением верного курса перестройки, ковром-самолетом, который доставит нас в светлое будущее. В журнале «Огонек» было написано, что «Буран» – это тот успех, которого мы ждали, это первая ласточка перестройки.

Наивность граничила со слепотой. «Буран», если и был символом, то ранней перестроечной наивности. А если уж сравнивать его с представителями отряда пернатых, то не ласточкой был наш шаттл – скорее умирающим лебедем. Что подтвердилось очень скоро. И тем, что сам он навсегда остался на земном приколе, и тем, что орбитальный комплекс «Мир» преждевременно затопили в 2001 году, и тем, что сократили свою орбитальную группировку до стратегически опасного рубежа. Впрочем, в последние годы Россия приступила к восстановлению орбитальной группировки, наращивает количество спутников и формирует современную систему связи ГЛОНАСС.

Сама по себе идея многоразовых космических аппаратов очевидна. Ракеты после старта исчезали без следа, и это казалось расточительством. К тому же нельзя было вернуть на Землю с орбиты сколько-нибудь значимые грузы. С развитием авиации все заманчивой казалась идея усовершенствованного самолета, который мог бы выпрыгнуть в космос. О многоразовых системах упоминал Циолковский. Замечательный инженер-романтик Фридрих Цандер составлял чертежи реактивного космического самолета. К этой теме подступались Королев и Туполев. Но дальше всех продвинулся авиаконструктор Мясищев. Он прекратил работы в этом направлении, когда пришлось занять место знаменитого Челомея, конструктора мощных ракет «Протон», но именем Мясищева названо КБ, где велись ключевые работы по «Бурану». Наконец, малоизвестный факт: в 1967 году первый космонавт планеты Юрий Гагарин в Военно-воздушной академии защищал дипломный проект по многоразовым космическим кораблям.

Постановление о начале работ по многоразовому космическому кораблю «Буран» вышло в 1976 году. Американцы уже вовсю сооружали «Спейс Шаттл», но тогда они закрыли программу тяжелых ракет и орбитальных станций. Напуганный Брежнев наложил вето на тяжелую ракету «Вулкан», которая была в четыре раза мощнее «Протона» и могла достать до Луны, и дал команду догонять США по многоразовым системам. После того как СССР проиграл США лунную гонку и наши космонавты не сумели побывать на Луне, советское руководство не теряло надежды вернуть статус великой космической державы. Но до начала перестройки наша заинтересованность в многоразовых системах категорически отрицалась, и почти готовый «Буран» выскочил неожиданно, сорвав рукоплескания и породив уверенность в мощи отечественных технологий.

Первый старт американского шаттла «Колумбия» состоялся 12 апреля 1981 года. В пику нам в День космонавтики, что ли, стартовали? Отчасти американцам помогла оказавшаяся в их руках документация по немецким аппаратам Зенгера и Бредта, а создатель легендарной Фау-2 Вернер фон Браун вообще возглавлял многие американские космические программы. Облегчала задачу американцам и разбросанная по всему миру, от острова Пасхи до Марокко, сеть посадочных полос для шаттла. У «Бурана» было только три полосы – аэродром Юбилейный на Байконуре, площадки в Крыму и у острова Ханка на Дальнем Востоке.

Уже одно это требовало принципиальных отличий двух систем по энерговооруженности, по двигательным установкам, даже по топливу. На космодроме перед стартом у генерального конструктора НПО «Молния» Глеба Лозино-Лозинского, определившего внешний облик «Бурана», спросили, почему советский и американский корабли так похожи. Последовал ответ: китайцы, дескать, тоже на одно лицо, но разные. Форму планера диктовали законы аэродинамики, хотя уже тогда предлагались более перспективные схемы с переменной стреловидностью передней кромки крыла, но руководство боялось еще более отстать от американцев. А в конструкции кораблей были принципиальные отличия. Прежде всего, система «Спейс Шаттл» – это единый блок, который ни на что другое, кроме подъема космического челнока, не годится. «Буран» стартовал на самой мощной в мире ракете «Энергия», которую можно использовать для любых грузов. Наши двигатели работали на жидком кислород-керосиновом топливе. У американцев первая ступень, взорвавшаяся в 1986 году на «Челленджере» и убившая весь экипаж, работала на твердом порохе. Пороховые двигатели в случае сбоя нельзя выключить, и Конгресс США выдал НАСА разрешение считать эти установки не поддающимися расчету. Нашим двигателистам во главе с академиком Глушко о такой юридической «броне» мечтать не приходилось.

Ступени нашей ракеты включались поочередно, у американцев всё с первой секунды полыхало сразу. (Не исключено, что этот напор стал в 2003 году причиной повреждений при старте погибшей вместе с экипажем «Колумбии».) Самым заметным отличием была способность нашего аппарата летать в беспилотном режиме. Но в конечном итоге чрезмерная усложненность бортового комплекса управления, для которого пришлось создать даже свой язык программирования «Пролог», и оставила «Буран» на вечном земном приколе. Хотя его ресурс достигал ста орбитальных полетов.

Притормозила «Буран» также структурная неэффективность советской экономики. Слишком много министерств и ведомств отвечали за корабль, рвали его, как одеяло, на части. У каждого была своя стратегия, свои наработки, свои аппетиты, но кусок был один. В дряхлеющем ЦК уже не столько думали о деле, сколько потакали своим людям. Собрать в единую команду сотни предприятий, КБ и институтов, которым было поручено вывести «Буран» на устойчивую орбиту, было уже невозможно. Символично, что одной из проблем для ракеты «Энергия» стало нежелание завода «Южмаш» в Днепропетровске модифицировать под общие задачи свой «Зенит». Заводом тогда руководил будущий президент Украины Леонид Кучма.

Полет «Бурана» стал чудом. Может быть, последним, прощальным чудом, сотворенным в СССР. Все было против: схема неоптимальна и нерасчетна, экономика слишком слаба. Но люди очень хотели, чтобы «Буран» поднялся в космос. И чудо-машина поднялась вопреки логике, вопреки всем законам, но по российской традиции. История «Бурана» на современный лад повторяет историю мастерового, подковавшего блоху…

Через несколько лет после полета «Бурана» генеральный конструктор Глеб Лозино-Лозинский признался, что еще тогда, на Байконуре понял, что первый полет окажется для корабля и последним. Несмотря на все восторги, высокие награды, громкие слова о паритете с США, ведущие специалисты увидели: корабль сырой, и ресурсов на его доводку не хватит. И потому после полета не провели даже его детальной проверки на дефекты. Зато отработали транспортировку на самолете Ан-225 «Мрия» на Парижский авиасалон 1991 года. Старт второго «Бурана» год от года переносился, надежды таяли, ассигнования на космонавтику пошли на убыль, у Минобороны появилась новая доктрина, у страны вконец развалилась экономика. Аэродром Юбилейный зарос бурьяном, а в 2000 году у «Бурана» истекли все технические ресурсы…

И космический корабль «Буран» все-таки погиб. Не в космосе – его единственный полет прошел успешно. Он погиб на Земле. В 2002 году «Буран» оказался придавленным обломками рухнувшего монтажно-испытательного корпуса на Байконуре. И это можно было бы назвать его аллегорической могилой, но все дело в том, что формально программа «Буран» не закрыта до сих пор. Пусть космонавты уже забыли о своих планах, а специалисты нашли другую работу, предприятия до сих пор несут мобилизационные расходы по поддержанию в готовности всего оборудования.

Получается, что и попрощаться с «Бураном» мы по-человечески не можем.

РОССИЯ, АМЕРИКА И КИТАЙ ГОТОВЫ СХВАТИТЬСЯ ЗА ЛУНУ И МАРС.

В парижском пригороде Ле Бурже прошел крупнейший в мире авиационно-космический салон, где были представлены высшие достижения научно-технического прогресса. Самые амбициозные проекты выходят за пределы Земли и связаны с покорением межпланетного пространства. Всего 40 лет назад космонавтикой занимались только СССР и США, а сейчас проектированием космической техники занимаются уже около сорока стран. Но полным циклом по производству аппаратов для пилотируемых полетов, а также возможностью их запуска владеют лишь три страны – США, Россия и, с недавних пор, Китай. И каждая из этих стран с вожделением смотрит на другие планеты, прежде всего – на Луну и Марс. Кто победит в космической гонке?

Луна или Марс?

Это два самых близких к Земле, не считая безжизненной и ядовитой Венеры, небесных тела. Большинство земных аппаратов направлялось именно в сторону Марса и Луны. В 1969–1972 годах американские астронавты шесть раз высаживались на Луне. В те же годы, конкурируя с США, СССР разрабатывал секретную программу по высадке на Луну, но из-за регулярных аварий тяжелой ракеты Н1 от нее пришлось отказаться. По мнению директора Института космических исследований члена-корреспондента РАН Льва Зеленого, в настоящее время интерес к Луне в основном геологический, в то время как наличие атмосферы на Марсе, а также почти доказанное наличие на нем воды делают эту планету исключительно интересным объектом исследований для поиска ответа на вопрос о происхождении и эволюции жизни на Земле и во Вселенной.

Особняком стоит вопрос о запасах на Луне гелия-3, который можно использовать как горючее для термоядерных реакций, что в принципе обеспечило бы решение энергетической проблемы. 1 тонна гелия-3 энергетически равна 20 миллионам тонн нефти. Проект отстаивает такой авторитетный ученый, как директор Института геохимии и аналитической химии академик Эрик Галимов. Большинство ученых считает добычу гелия-3 в обозримые века нерентабельной. По мнению президента Курчатовского института академика Евгения Велихова, добывать гелий-3 на Луне – полный нонсенс, потому что сначала надо научиться его сжигать, а для этого необязательно лететь на Луну. Кроме того, самым перспективным для термоядерного реактора топливом является водород, а его на Земле немерено. Добыча даже небольшого количества гелия-3 на Луне потребует строительства рудников такой площади, что их можно было бы увидеть с Земли чуть ли не в бинокль. Такими ресурсами человечество не располагает.

В отличие от Луны, Марс относится к группе планет земного типа и с точки зрения создания условий для обитания людей является самым предпочтительным объектом в Солнечной системе. Гравитация на Марсе всего в 2,5 раза меньше земной (на Луне в 6 раз меньше), перепад температур не столь катастрофичен, есть немного атмосферы и есть вода. Но отсутствие на Марсе магнитного поля делает космонавта беззащитным перед космическим излучением. В пользу Луны говорит лишь то, что она ближе и ее можно использовать в качестве испытательно-перевалочной базы.

И еще одно соображение. Для России повторение лунного проекта США сорокалетней давности оказалось бы не предметом национальной гордости, а лишь подчеркнуло бы техническую отсталость и зависимость нашей космической программы. Для Китая, который никогда не участвовал в космической гонке с Америкой, такой проблемы не существует. Китай совершает по космической дороге первые шаги и следует своей логике, где каждый новый успех воспринимается как славная национальная победа.

Ресурсы.

Первые шаги в космонавтике были сделаны талантливыми инженерами, которые не зависели напрямую от индустриальной базы. Но сегодня для успеха в космонавтике необходимы не индивидуальные качества, а системные условия – высокий научный и кадровый потенциал, развитие наукоемкой промышленности, а также политическая воля, поскольку долгосрочные космические проекты требуют господдержки, обеспечивая прямую отдачу лишь через много лет.

В Китае в космической отрасли сегодня трудятся около 200 тысяч человек, на предприятиях Роскосмоса – 150 тысяч, на НАСА работает 75 тысяч человек.

Бюджет НАСА приближается к 16 миллиардам долларов. Китай тратит на космос около 2,5 миллиардов долларов. Россия не дотягивает пока до 1 миллиарда, хотя в последние годы бюджет Роскосмоса растет быстро.

В национальной космической программе Китая первым пунктом поставлена цель в течение 15 лет выполнить пилотируемую посадку на Луну. Однако пока Китай не располагает ракетами тяжелого класса, необходимыми для полетов далее околоземной орбиты. Двигатели, что используются на ракетах, поднявших первых космонавтов Китая, отличаются низкими характеристиками, и их использование в связанном виде недопустимо повышает степень риска.

США в последние десятилетия сделали немало уникальных аппаратов, которые другим странам видятся лишь во сне, но в пилотируемой космонавтике американцам похвастать нечем. Шаттлы часто барахлят и скоро должны быть списаны в утиль. Однако еще в 2004 году президент Буш поставил перед страной цель возвратиться на Луну и покорить Марс, хотя из-за отсутствия техники даже первая задача может быть реализована не ранее чем через 12 лет.

В России, в отличие от США и Китая, нет политически поставленной задачи осуществить полеты на Луну и Марс. По информации «Известий», у высшего руководства страны приземленность наших космических программ вызывает неудовольствие, и на недавнем совещании в Кремле их охарактеризовали как «консервацию космического застоя». Впрочем, президент крупнейшего РКК «Энергия» имени Королева Николай Севастьянов при любой возможности агитирует за межпланетные экспедиции, вызывая неудовольствие осторожных чиновников, но восторг у общественности. Стоимость российской экспедиции к Марсу, с учетом имеющегося задела, оценивается в 14 миллиардов долларов. (Для сравнения: АвтоВАЗ испрашивает у бюджета помощь в 2 миллиарда долларов.) К числу несомненных преимуществ России относятся гигантский опыт длительных полетов и высокая надежность ракетного парка, который обеспечивает 40 % мировых космических стартов.

Китай.

Глава НАСА Майкл Гриффин заявил недавно, что следующими людьми на Луне могут оказаться китайцы: «Если они захотят осуществить лунную экспедицию, они сделают это. И они могут достичь Луны раньше, чем мы вернемся туда». Космические программы Китая не отличаются открытостью, но анализ показывает, что пилотируемая экспедиция на Луну возможна через 10 лет. «Рано или поздно величественный красный пятизвездный флаг Китая будет установлен на Луне, – возвестила «Жэньминь жибао» 7 февраля 2007 г., – и недалек тот день, когда мечта китайского народа сбудется».

Согласно комментариям руководителя лунной программы Луань Эньцзе и главного конструктора ракет Хуан Чуньпина, Китай обладает технической возможностью осуществить пилотируемую экспедицию на Луну через 15 лет, хотя могут возникнуть неожиданные трудности. Ракета нового поколения для запуска космической станции появится через 7–8 лет. Новый носитель будет иметь грузоподъемность 25 тонн (против нынешних 9 тонн). Успешное огневое испытание жидкостно-реактивного двигателя состоялось летом 2006 г.

Китайские руководители признают, что отстают от США и России в области ракетной техники на 15 лет. Однако они уверены, что Китай сможет сравняться с лидерами еще через 15 лет. То есть реальность такова, что сейчас Китай не может вести разработку сверхтяжелого носителя и мощных двигателей, а потому экспедиции на Луну являются политической, но эффектной декларацией.

Но Китай не был бы Китаем, если бы не приближался к далекой цели маленькими, но выверенными шагами. В плане исследований на 11-ю пятилетку (2006–2010 гг.), который является частью пятнадцатилетней космической программы, первым пунктом значится выполнение долгосрочной программы по пилотируемым космическим полетам и по исследованию Луны. Программа включает запуск спутника Луны, запуск спутника «Чанъэ-1» для дистанционного зондирования, картирования и оценки толщины лунного грунта, мягкую посадку и исследование с помощью лунохода в 2012 г., автоматическую доставку на Землю лунного грунта в 2017 г. По луноходу идет конкурс, в котором участвуют 13 разработчиков. На Чжухайском авиасалоне в 2006 г. демонстрировалась модель лунохода Китайской академии космических технологий. Однако ни один из пунктов китайской лунной программы пока не выполнен.

Россия.

У России, в отличие от США и Китая, имеются прототипы космической техники для всех этапов марсианской экспедиции за исключением высадки на поверхность. Эксперты утверждают, что степень готовности к марсианской экспедиции достигает 50–60 %. Ключевым моментом является разработка нового корабля «Клипер», который предложен в РКК «Энергия» и является результатом скрещивания «Союза» и «Бурана», но пока официально бюджетом не поддержан. «Клипер» – многоразовый корабль, его бескрылый вариант может быть использован и в лунной, и в марсианской экспедиции. Создание флота из пяти «Клиперов» оценивается на «Энергии» в 2 миллиарда долларов.

«Клипер» в 7 раз легче «Бурана», но заимствовал его теплозащиту и системы навигации. В отличие от «Союза», «Клипер» может совершать маневры на орбите. На борт он берет шесть человек и 700 кг груза (500 кг возвращает) вместо трех человек и 200 кг, как «Союз». Он безопаснее и комфортнее прежних кораблей. «Клипер» при удачном стечении обстоятельств уйдет в полет через пять лет, а Международная космическая станция будет работать до 2015–2017 гг., поэтому корабль можно обкатать на орбите.

Длительность полета «Клипера» 10 суток, в пристыкованном состоянии ресурса хватит на год, чем не могут похвастать ни «Союз» (6 месяцев), ни тем более американский шаттл со скромными 10 сутками. Стартовать «Клипер» может на российско-украинской ракете «Зенит», но в перспективе корабль лучше перевести на ракеты класса «Ангара», макеты которых были представлены в Ле Бурже. Для лунной и марсианской экспедиции могут быть использованы также надежные «Протоны». При аварии «Клипер» выполняет посадку на аэродроме на любом орбитальном витке. Запускать корабль можно со всех российских космодромов и даже с космодрома Куру во Французской Гвиане, где строится российский стартовый комплекс. Поскольку наш бюджет пока не поддерживает «Клипер», который может стать первым шагом не только в лунно-марсианской одиссее, но и в орбитальных проектах, его авторы пытаются вдохновить на сотрудничество Европейское космическое агентство, не имеющее пока собственных транспортных систем, но желающее вступить в конкуренцию с Америкой.

Америка.

Какие бы планы ни строили другие страны, США объективно ближе всех к Луне и Марсу по той одной причине, что на их долю приходится 75 % мирового космического бюджета. Президент Буш поставил задачу повторить экспедицию на Луну не позже 2020 года, построить обитаемую станцию, после чего приступить к подготовке экспедиции на Марс. При этом США вовсе не горят желанием обзаводиться партнерами, которые могут появиться не ранее, чем американцы сами высадятся на других планетах.

Ключевым этапом является строительство корабля CEV, недавно переименованного в «Орион». Его испытания должны были начаться в 2008 году, но отложены на неопределенное время. Одноразовый «Орион» взлетит в 2014 году и заменит рассыпающиеся шаттлы, которые будут списаны в 2010 году. Из этого, кстати, следует, что минимум четыре года американским астронавтам летать придется исключительно на российских кораблях. Однако в последние месяцы из НАСА косяком идут сообщения, что амбициозные космические планы США находятся под угрозой, потому что требуют куда большего финансирования, чем думалось вначале. Лишних денег в казне нет, и выходит, что Ирак может перейти дорогу Луне и Марсу.

Впрочем, Луна и Марс для Америки, как и Ирак, – важнейший политический бизнес-проект. Несколько лет назад заместитель главы Совета национальной безопасности Джон Негропонте сказал: «Космическое лидерство укрепляет мнение, что Америка оказывает самое значительное влияние на будущее человечества, что мы нация, наиболее достойная подражания, что партнерство и взаимодействие с нами более привлекательны, чем с кем-либо еще, и что Америка лучше всех в мире предоставляет высокотехнологичные товары и услуги».

ПОЧЕМУ ИНОПЛАНЕТЯНЕ НЕ ПОПАДАЮТСЯ В НАШИ СЕТИ.

Француз Экзюпери сказал: «Единственная настоящая роскошь – это роскошь человеческого общения». Без общения в свое удовольствие способны жить только схимники и анахореты. Но весьма вероятно, что есть целые цивилизации, которым контакт с нами совсем не нужен. Или нежелателен. Несмотря на многочисленные попытки, человечеству не удается установить контакт с внеземными цивилизациями. Молчание космоса стало одной из неразрешимых и самых обидных загадок науки.

Основоположник научного поиска внеземных цивилизаций Фрэнсис Дрейк считал, что в нашей Галактике существует не менее 200 высокоразвитых цивилизаций. Сегодня его ученики повысили планку: цивилизаций от 10 тысяч до 1 миллиона. Тьма тьмущая. Но 30 лет поисков – и ни одного факта или сигнала из космоса. Столь беспросветной проблемы у науки больше нет. Тем не менее, существование внеземного разума не противоречит консервативным научным догмам. «Братья по разуму» – образ поэтический, но, в отличие от лженаучных телепатии, спиритизма или НЛО, эта тема у ученых раздражения не вызывает.

К проекту SETI (Search for Extraterrestrial Intelligence – поиск внеземного разума) подключена самая большая на Земле компьютерная сеть. Программа SETI@home, закачанная в персональный компьютер, позволяет ему в свободное время заниматься обработкой данных крупнейшего в мире радиотелескопа в Аресибо (Пуэрто-Рико), который принимает сигналы со всей Галактики, но сам переварить их не успевает. К проекту за шесть лет добровольно подключилось более 5 миллионов компьютеров по всему миру. Лишь однажды мелькнула надежда на расшифровку членораздельного послания, но быстро как дым растаяла – это были статистические колебания ровного космического шума.

Самые мощные земные телескопы рассматривали казавшиеся пригодными для жизни созвездия Тау Кита (даже Высоцкий зажегся этим адресом), Эпсилон Эридана, Шаровое звездное скопление № 13 в созвездии Геркулеса. В честь сказочной страны Оз был придуман проект ОЗМА – тот же нулевой результат. НАСА запускает новый проект «Циклоп» стоимостью 10 млрд. долларов – тысяча радиотелескопов на расстоянии 15 км друг от друга смогут принимать позывные в радиусе 1 000 световых лет и проверят на разум более миллиона звезд, начиная с самой близкой Альфа Центавра.

Неоднократно земляне, в том числе наши соотечественники (программа «Галактика» члена-корреспондента РАН Всеволода Троицкого), пытались интриговать инопланетян своими сочинениями и поделками. Мы посылали во Вселенную депеши с координатами в Млечном Пути, основными физическими константами и кодом ДНК. На борт аппаратов загружались пластины с обширной информацией – от музыки Баха до изображения египетских пирамид. Ни ответа, ни привета. Не выходят с нами на связь братья по разуму.

Безуспешность поисков может иметь прозаическое объяснение: радиосигнал от Земли до ближайших звезд движется десятки тысяч лет, и выражать нетерпение более чем преждевременно. Кроме того, на одном только Млечном пути насчитывается 200 миллиардов звезд. Задача неимоверно труднее, чем поиски иголки в стоге сена. Время, необходимое для решения глобальной задачи, зависит от прогресса в микроэлектронике и в технологии радиотелескопов. Ведущий астроном Института SETI в Калифорнии Сет Шостак предсказывает, что бурный прогресс в этих областях приведет к тому, что в течение 20 лет человечество обнаружит разумную жизнь в пределах нашей Галактики. При одном условии: если разумная жизнь существует где-либо за пределами Земли.

Земля – зоопарк или детский сад?

Если космос забит высокоразвитыми цивилизациями, то какие гипотезы могут объяснить молчание космоса? Самая мрачная гипотеза Судного Дня сводится к тому, что любая технологическая цивилизация обречена на гибель от собственной руки. Но хотя бы считаные должны были уцелеть в этих катастрофах. Гипотеза зоопарка состоит в том, что Земля объявлена инопланетянами космическим заповедником, с обитателями которого для чистоты эксперимента в контакт вступать запрещается. Чуть более лестный для нас вариант сводится к тому, что мы для тех, кого считаем братьями по разуму, несмышленые младенцы, поэтому дать нам понять, что контакт налажен, совсем не просто. Недавние расчеты австралийских астрономов показывают, что Земля почти на 2 миллиарда лет моложе аналогичных планет в других солнечных системах. Наши скороспелые надежды найти космических родственников похожи на мечты дошкольника поскорее стать взрослым.

Жизнь чересчур уникальна.

Знаменитый астроном Иосиф Шкловский был одним из самых активных сторонников существования внеземных цивилизаций – он верил, что братья по разуму бродят про соседству. Но в конце жизни астроном изменил свои убеждения и склонился к печальному выводу, что человек во Вселенной одинок. Есть немало скептиков, аргументированно разделяющих его точку зрения. Американцы Питер Уорд и Дональд Браунли считают, что для возникновения жизни, не говоря о разуме, планета и ее солнечная система должны выполнить ряд жестких условий, совпадение которых почти недостижимо. Условий этих очень много: расположение планеты в поясе, где вода находится в жидком состоянии, а также наличие внутри пояса газовых гигантов, чтобы сохранялась орбита этой планеты, наличие крупного спутника вроде Луны для стабилизации оси вращения (таких спутников у других планет не найдено), особенное расположение в Галактике, наличие нужных химических элементов, особый состав коры, благоприятный температурный цикл звезды… Вероятность сочетания почти нулевая.

Ближе всех – Марс и Европа.

Что лучше – синица в руках или журавль в небе? Быть может, не надо отвлекать силы на дальний космос, но обратить внимание на соседей. Если не высоколобые принцы на белом аппарате, то что-нибудь простенькое, но родное вполне может водиться и в пределах нашей Солнечной системы. Первые кандидаты – Марс, следующая за Землей планета, и Европа – спутник самой большой планеты Юпитер. На Марсе, это доказано чередой десантов нескольких земных аппаратов в последние годы, есть крупные запасы льда и древней воды, что делает вероятным существование под поверхностной корой простейших микроорганизмов. Но атмосферы на Марсе нет.

Европа (диаметр всего в четыре раза меньше Земли) была открыта в 1610 году Галилеем, а главные наблюдения были сделаны аппаратом «Галилео» несколько лет назад. Европа покрыта слоем льда, под которым имеются океаны глубиной 50 км. Вероятно, Земля и Европа – единственные небесные тела в Солнечной системе, где имеется много воды. Кроме того, Европа (таких спутников из 61 в Солнечной системе еще 4 – Тритон, Ганимед, Титан, Ио) имеет атмосферу, в которой содержится кислород. Имеет ли его происхождение биологический, как на Земле, характер, еще предстоит выяснить.

АРХИПЕЛАГ НОВАЯ ЗЕМЛЯ.

Жизнь после ядерных взрывов.

Поэты воспевают земные красоты. Иногда поэты, начиная с Вергилия и Данте, описывают страхи загробного мира. Это – полет фантазии. Но на планете есть места, которые вполне могут считаться геенной огненной. Попасть сюда не проще, чем Орфею спуститься в царство Аида, – экскурсий не предусмотрено. Это – ядерные полигоны, где испытывается самое страшное оружие, созданное человеком. Полигонов на планете меньше, чем космодромов. Когда-то у нашей страны было три ядерных полигона, как у США. Но от Семипалатинска в Казахстане России пришлось отказаться, а Капустин Яр в Астраханской области еще в 1960-х годах перестали использовать для испытаний ядерного оружия, поскольку мирных жителей стало жалко.

Теперь у России остался последний, как и у США, ядерный полигон – на Новой Земле в Ледовитом океане. Эти острова, по площади в два раза больше Голландии, открыл голландец Баренц. Капитан нашел на архипелаге вечный покой, потому что человеку здесь невыносимо. Острова заселяли лишь белые медведи и олени. Когда в 1954 году в СССР было решено создать полигон для особо крупных бомб, недостатки Новой Земли превратились в достоинства. Атомная бомба принесли на Новую Землю цивилизацию.

Остров Свободы в Ледовитом океане.

«Нас за границу никогда не выпустят, но мне кажется, что Новая Земля похожа на Кубу, – говорит заместитель командира полигона капитан 1-го ранга Игорь Семушин. – На нашем острове социальное равенство, нет расслоения, мы живем общими интересами и убеждениями. Жизнь стабильная, обеспеченная, и мы спокойно смотрим в завтрашний день. У вас на Большой Земле кризисы, политические войны, атомизация общества и торжество криминала. Для нас это как телевизор».

Капитану Семушину 41 год. На сдаче нормативов он подтянулся на перекладине 41 раз. Его привычная норма 54 раза, но он оставил резерв, чтобы каждый год до увольнения прибавлять. В 6 утра капитан в бассейне, с 7 часов на работе, домой возвращается после 22. В отпуске был год назад, ездил в Севастополь к сыну. На острове Свободы ни один человек не выдержал бы режима, в который добровольно загоняют себя Семушин и многие его сослуживцы. Может быть, помогает то, что большинство офицеров на Новой Земле – потомственные военные, выросли в гарнизонах, у многих отцы прошли войну. Отец Семушина, к примеру, учился вместе с Пикулем в школе юнг на Соловках. И наверняка бодрость отважного капитана подпитывает регулярное чтение нашей газеты. Он единственный подписчик «Известий» на Новой Земле, где, кроме «Красной Звезды», в красном уголке других изданий не сыщешь.

Зачем эти люди истязают себя, ведь уже 20 лет действует мораторий на ядерные испытания? С 1995 года на полигоне проводятся испытания в безъядерном варианте в подземных штольнях. Всяческих хитрых схем помимо ядерного заряда в ядерном оружии великое множество, но размах работ не сравнить со славным прошлым. Полигон погрузился в состояние анабиоза. Когда-то в гарнизоне служило 15 тысяч человек, сейчас осталось около 1 200. Из 12 научно-испытательных отделов сохранился один, он занимается мониторингом радиационной обстановки. В жилом поселке Белушья Губа радиационный фон лучше, чем в Москве. На первый план сейчас выходят не испытательные службы, а коммунальные, которые в этом жутком климате поддерживают полигон. Он находится не в замороженном, а в законсервированном состоянии и ждет команды, если стране понадобится вновь испытывать ядерное оружие. Полигон, без сомнения, готов возродиться, как птица Феникс, и жаждет обновления, но на реанимацию потребуется срок, только назвать его нельзя, ибо это великая тайна.

А люди на Новой Земле особенные. Вроде как из Красной книги. Чтобы служить современной России, они должны жить идеалами ушедшей страны. Если станут такими, как живущие на Большой Земле, полигон своей задачи не выполнит. Не могу представить, как люди с Новой Земли могут устроиться в привычной для других жизни. Им сложнее, чем римскому легионеру в современной Италии. Некоторые, получив квартиру в большом городе, возвращаются на Новую Землю на гражданские должности, как, например, председатель исполкома военный летчик Жиганша Мусин. Однажды полковник Мусин во главе эскадрильи вертолетов спас 300 человек из зоны ядерного поражения. Даже здешний священник отец Гавриил – бывший морской лейтенант. Гарнизон Новой Земли напоминает старую гвардию исчезнувшей империи.

«Деньги надо горбом зарабатывать, а в России только торгуют и воруют, – рассуждает подполковник Владимир Васильев, начальник последнего научно-испытательного отдела на последнем российском полигоне. – Откуда взялась проституция? На Новой Земле все честно вкалывают – и проституции нет. Почему в нашем ЦСКА играют негры и иностранцы? Должны играть военнослужащие – задачи сложнее футбола мы выполняли. Зачем русскому человеку свобода? От чего свобода? Надо Россию крепить и охранять, потому что вокруг все хотят нашими богатствами поживиться. Когда понимаешь это, служится на Новой Земле хорошо».

Вдруг вспомнились победоносные стихи Сергея Михалкова: «Подтвердил товарищ Сталин, что мы бомбу испытали… Бомбы будут! Бомбы есть! Это надо вам учесть».

Чтобы сменить тему, решил испытать собеседника задачей, которую задавал докторам наук, – многие путались и виляли: в каком случае чай будет горячее – если сразу сахар положить и съесть котлету или сначала съесть котлету, а потом сахар положить? Подполковник Васильев тянул лямку на всех полигонах, и времени на диссертации у него не было, но он дал четкий ответ влет, хотя мы уже хорошо расслабились за разговорами о смысле жизни. И я совершенно убедился, что ядерный полигон в надежных руках. В этом году подполковник Васильев проявил всестороннюю подкованность – занял второе место по офицерской подготовке в частях своего рода войск.

Новая «Капитанская дочка».

Десять лет назад на ядерном полигоне случился захват заложников. Несколько матросов, призванных с Кавказа, за неуставные отношения были посажены на гауптвахту. На губе им не понравилось, они ломом убили часового и в школе захватили 69 заложников. Потребовали миллион денег, оружие, самолет. Начальник полигона контр-адмирал Шевченко предложил себя в обмен хотя бы на первоклассников. Заложника взяли, но никого не отпустили. Адмирал проявил себя тонким психологом, террористы потеряли бдительность – и спецназ всех повязал. Как говорят, больше года в тюрьме никто не протянул – на зоне специфическое отношение к тем, кто берет в заложники детей.

Теперь призыв собирают в Архангельской области, чтобы климат людей не ломал. Казармы на Новой Земле – как палаты в хорошем пионерском лагере. С переходом на год службы ушла дедовщина, хотя даже Макаренко затруднился бы так быстро вырастить толкового специалиста. Но все же не исключено, что скоро поморы в массовом порядке переквалифицируются из рыбаков в ядерщиков. Больше всего жаль, что Ломоносов наших времен не дождался – какой бы дуэт с Сахаровым составили бы!

«На северах всю жизнь служу, на Новой Земле – больше десяти лет, – рассказывает начальник полигона генерал-майор Юрий Соколов. – Лучшие годы, самый плодотворный период. Это моя жизнь, хотя даже Иван Грозный не додумался в эти края людей ссылать. Значит, надо здесь жизнь наладить. Меня на должность назначает президент России. Таких должностей немного – это доверие. Как бы ни было тяжело, на теплые места не прошусь».

Генерал Соколов – олицетворение ответственности. Обычно начальник выдерживает на полигоне два-три года, Соколов служит намного дольше любого из предшественников. Хотя родом он из самых сухопутных краев – из тверской деревни. И фамилия у него, если идти до корней, не Соколов, а Миронов. Отец, младший сын в крестьянской семье, был известный на всю округу сорванец, и в школе по недоразумению прозвище превратилось в фамилию, из-за этого при поступлении в военное училище пришлось месяц в НКВД провести. Отец фамилию оправдал – начал войну в 1941-м в Белостоке, закончил в 1945-м в Чехословакии. Сейчас ему 91 год, ум ясный, память твердая, политически активен, не дает спуска скинхедам-неонацистам, срывает вредные плакаты. Мне показалось, что генерал Соколов куда больше, чем инспекций начальства, опасается упреков отца-фронтовика.

После того как был объявлен ядерный мораторий и гарнизон сократился, в поселке Белушья Губа опустело множество благоустроенных домов. Я спросил у генерала, не лучше ли, чтобы сберечь средства, вовсе закрыть Белушью Губу и перейти, по примеру газовиков, на вахтовый метод, перебрасывать специалистов к месту безъядерных испытаний?

«Человек без левой руки может управиться, и длинный кишечник ему не нужен, – пришел в негодование генерал, – но никто из экономии рук не рубит и кишечник не укорачивает. Вредная логика и ложная экономия. Жилой поселок полигону необходим, потому что в будущее не заглянешь, а обживаться на Севере безумно тяжело и дорого. Что касается безъядерных экспериментов, то без них при модернизации ядерного оружия не обойтись. Новые образцы в России постоянно создаются, только не принято об этом кричать».

Генерал Соколов мыслит о своей службе, как капитан Миронов из «Капитанской дочки», который превыше всего ставил честь и долг. Русские офицеры разных эпох, как выяснилось, однофамильцы, и ядерный полигон можно считать современной Белогорской крепостью, отрезанной от мира. Кто же тогда на полигоне Василиса Егоровна? Есть армейская мудрость: жена генерала сначала должна выйти замуж за лейтенанта. Так вот, Людмила Витальевна эту мудрость опровергла – с будущим генералом она училась в начальной школе. В русской армии женщины не служили, а жена российского генерала дослужилась до звания старшего прапорщика, как и многие другие жены в гарнизоне. Генерал Соколов держит в узде воинские службы, но его Василиса Егоровна не менее искусно регулирует внеслужебные отношения. Ей открыты сокровенные тайны обитателей гарнизона, но берет она не строгостью, а участием и теплом. «Все было хорошо, и сейчас хорошо. – Я стал свидетелем разговора прапорщика с печальным полковником. – Значит, и будет хорошо. А иначе не может быть». Новоземельская Василиса Егоровна открыла мне свое кредо: «Любовница – хорошее слово, но покамест нет семьи. Семья – это святое. Такие романы я презираю, с ними надо бороться».

Можно считать, что Людмила Витальевна возглавляет на полигоне службу тыла и одновременно является главным психотерапевтом. Без надежного дома и ровного душевного состояния выжить на Новой Земле не представляется возможным.

Людоеды у ядерной кнопки.

«Белый медведь – это идеальная машина для убийства человека» – такую сентенцию на ядерном полигоне слышать забавно. Белый медведь, коренной обитатель Новой Земли, является единственным хищником на планете, который целенаправленно охотится на человека. Может быть, причина в том, что с человеком белый медведь познакомился недавно и в его генах не засела мысль, что с царем природы лучше не связываться. К тому же на Крайнем Севере царь нередко оказывается неуклюжим, да еще занес идеальную машину на четырех лапах в Красную книгу и дал зверю фактически вольную. Чуть не каждый год на Новой Земле белые медведи задирают человека. Пару лет назад насмерть загрызли полковника, командира части, который уже готовился в запас и пошел вдоль трубопровода с последней проверкой. В этом году покалечили матроса, который чистил снег на крыльце. Матрос стал инвалидом первой группы, но просится обратно на Новую Землю, потому что в его деревне никакой жизни. Родственники пропили деньги, которые всем полигоном собирали. Парню подыскивают гражданскую должность – Людмила Витальевна взяла дело под контроль.

В последние десятилетия белые медведи стали агрессивнее – есть гипотеза, что влияют радиация и плохая экология. Белые медведи кучкуются на свалке у обочины поселка. Людоедов – как кошек на помойке. Я ездил их фотографировать, и сопровождавший офицер кричал истошно: «Товарищ корреспондент, не отходите от машины!» Прыжок белого медведя – до пяти метров. Плавает он, как Фелпс, стометровка – быстрее минуты. Некоторые особи достигают жутких размеров. От фотовспышек главарь пришел в ярость, встал и дико затряс лапами. Вылитый Тайсон, только белый. Белые медведи производят отталкивающее впечатление – хуже крыс, от тех хотя бы лабораторная польза имеется.

Между прочим, первый президент в нашей стране появился на Новой Земле. В 1877 году на архипелаг завезли несколько семей самоедов, чтобы закрепить землю за Россией.

С начала XX столетия до эпохи ядерных взрывов местным главой был Тыко Вылке – ненцы называли его «наш президент». В молодости он занимался живописью, имел персональные выставки в Москве, дружил с Васнецовым, ходил в котелке и в золотом пенсне, но, следуя обычаям, вернулся домой и женился на вдове брата с шестерыми детьми. У Тыко Вылке был зоркий глаз. Во время войны он убил немецкого летчика и получил боевой орден: «Я чайку влет беру, а летчик, однако, больше чайки».

Ненцев выселили с полигона. Тыко Вылке на прощание учил ядерщиков, что увидеть трех белых медведей – к счастью. Сейчас при желании можно наблюдать трех медведей каждый день. Но представления о счастье на Новой Земле изменились.

Архипелаг для «Кузькиной матери».

Всего в мире проведено 1 771 ядерное испытание с суммарным выделением энергии 460 мегатонн. Более половины – 265 Мт – выделено на Новой Земле. Взрывов здесь было относительно немного —132 (в Семипалатинске – 456), но взрывы на Новой Земле были самыми мощными на Земле. Общее выделение энергии оказалось больше, чем при всех 1 056 ядерных испытаниях США (193 Мт). 30 октября 1961 года на Новой Земле была взорвана самая мощная бомба, построенная человеком. Имя этого человека – академик Сахаров, хотя сам он на Новой Земле из соображений безопасности не был. Мощность бомбы Сахарова 100 Мт, но при испытаниях ее снизили, и иностранные эксперты дали оценку в 60 Мт. Именно этой бомбой, назвав ее «Кузькина мать», Хрущев пугал Америку, хотя за пару лет до испытаний с трибуны ООН предлагал прекратить испытания и уничтожить все ядерное оружие. Ударная волна от «Кузькиной матери» два раза обошла Землю. «Кузькина мать» напрочь разрушила бы город размером с Москву, при этом ожоги третьей степени получили бы жители Серпухова, Клина и Сергиева Посада. В зоне испытания «Кузькиной матери», где, кстати, много веков назад умер Виллем Баренц, до сих пор радиационный фон повышен.

МЫ ИЗ БОМБОГРАДА.

Самый секретный в России город мечтает стать столицей инновационной экономики.

Если бы надо было составить перечень из пяти городов, которые более всего повлияли на российскую историю, то в эту пятерку вошел бы город Саров. Население здесь не дотягивает до ста тысяч, но Саров берет не числом. В этом городе сделали сначала атомную, а потом водородную бомбы. Здесь работали 112 лауреатов Ленинской премии и 26 Героев Социалистического Труда, из них шестеро – трижды герои. И здесь жил, быть может, самый почитаемый на Руси святой – чудотворец Серафим Саровский. Сюда приезжали императоры Александр I и Николай II, а также все три российских президента – Ельцин, Путин и Медведев. Плотность академиков и орденоносцев на квадратный метр выше всех рекордов, хоть в книгу Гиннеса заноси. Недавний визит президента России открыл перед Саровом новые горизонты и поставил новые задачи, стратегическая важность которых не уступает атомному проекту.

Бомбу можно любить, как ребенка.

«Взрыв атомной бомбы – это очень любопытно, – вспоминает Георгий Антропов, который на испытаниях ядерного оружия заработал лучевую болезнь. – Дозу схватил – будь здоров! Кому-то облако напоминает гриб, кому-то – распятого на кресте человека. Страшно? Никогда! Мы с академиком Семеновым, будущим нобелевским лауреатом, после взрыва проблемы ориенталистики обсуждали. На старости лет важно чувствовать, что жил не напрасно. Сегодня, кроме ядерного щита, у нашей страны ничего не осталось. Поэтому в Сарове мы все милитаристы, только некоторые не признаются».

Хотя о легендарном Сарове написаны тома, сделано все возможное, чтобы шпион найти город не сумел. При этом по площади Саров почти равен Москве и далеко превосходит Санкт-Петербург. Аэропорт принимает только спецрейсы. В железнодорожных расписаниях такой станции нет. Опытный пассажир приобретает билет до таинственного полустанка Берещино и только там, пройдя первую проверку, обзаводится еще одним билетом – до Сарова. В самом Сарове, окруженном непроницаемым забором с колючей проволокой, у КПП поезд стоит дольше, чем на государственной границе, пока спецлюди с собаками проверяют спецпассажиров. Все спокойны, как перед турникетом в метро, – рутинная процедура.

Внутри Сарова вокруг объектов создано еще несколько все более суровых и постепенно сжимающихся контуров охраны. Если хочешь поговорить с человеком – просто о жизни или о погоде, разрешения из неких инфернальных сфер надо дожидаться сутки. С непривычки не по себе, и ассоциации напрашиваются. Если бы Данте перенесся к нам и получил допуск на посещение Сарова, он бы наверняка сочинил еще одну часть «Божественной комедии». Тем более что в Сарове есть свои подземелья – глубокие многоярусные пещеры, которые выкопали монахи. Для своего времени это тоже были лаборатории, где с помощью внутренней силы и духовной мощи шла борьба с заклятым врагом. Кстати, в 2007 году Московский Патриархат объявил Серафима Саровского покровителем ядерщиков.

Георгий Антропов брал Берлин, испытывал бомбу, работал рядом с Харитоном, Зельдовичем, Сахаровым и пятью нобелевскими лауреатами. Правда, оба хрусталика из-за лучевой болезни искусственные, но бодрости в ветеране, будто внутри реактор работает. Его любимая реликвия подарена ядерщиками из Америки – Мефистофель сидит на земном шаре. Понимай, как хочешь…

– Может быть, страна надорвалась в ядерной гонке? – и вдруг чувствую неловкость от своего вопроса. Имеет ли наше поколение право допытывать тех, кто обеспечил безопасность страны? Ведь к моменту испытания первой советской атомной бомбы в 1949 году у США было уже не менее 70 атомных бомб и имелся план бомбардировки советских городов.

– Экономически больше мы потеряли на танках, – бывалый ядерщик не привык молча отсиживаться в бункере. – Но я не снимаю с себя ответственность за развал страны, пусть защищал ее всю жизнь. Перестройку воспринял на ура и не понял, куда идем. Когда партию вновь разрешили, не стал восстанавливаться, потому что именно коммунисты разрушили великую страну. Что касается ядерного оружия, то без него Россию слопают, а с бомбой – подавятся.

Память обладает странным свойством, секрет которого будет разгадан позже, чем выявят ядерные кварки. За давностью лет всплывает хорошее, а тяжелое оседает на дно. Ветераны Сарова говорят, что раньше была справедливость, и люди работали не за деньги, а жили дружной семьей, и национальную идею искать не приходилось, потому что она была всем очевидна. Но когда в Сарове работали тысячи безымянных осужденных, преступность была такая, что квартиры руководителей грабили, это потом их перестали запирать. А поруганный монастырь, разрушенные храмы, оскверненные и пропавшие мощи Серафима Саровского? А постоянная промывка мозгов? Однажды в Москву ушло секретное послание: «Заведующие лабораториями Сахаров… (и еще несколько фамилий. – С. Л. ), не внушающие политического доверия, выступающие против марксистско-ленинских основ советской науки, должны быть отстранены от руководства научными коллективами». Вина ученых состояла в несогласии с гонениями на генетику. Бессменный руководитель Сарова академик Юлий Харитон ограждал сотрудников от политических доносов, хотя по законам того времени это стоило Харитону доносов на него самого.

Кстати, однажды Сахарова в Сарове чуть не застрелили. После успешных испытаний его водородной бомбы 32-летний академик пришел в такой восторг, что во время ледохода побежал по льдинам. Его телохранитель прыгал сзади и палил в воздух: «Стой! Стрелять буду!» Может быть, ученого охватывают те же чувства, что поэта? Наш главный гений, поставив точку в «Борисе Годунове», пустился в похожий пляс: «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!».

Впрочем, однажды ученые поквитались. В июне 1953 года директор завода Мальский, услышав рано утром по радио новость об аресте Берии, пришел к уполномоченному МГБ в Арзамасе Детневу, в кабинете которого висел большой портрет шефа, и сказал: «Как же ты, Василь Иванович, под этой сволочью сидишь?» История о том, как разыгралось воображение уполномоченного, стала легендой и доказывает лишний раз важность оперативной информации.

Гитлер не верил в атомную бомбу.

...

Академик Юрий Трутнев получил орден Ленина в 29 лет, Ленинскую премию – в 32 года, звание Героя Социалистического Труда – в 35 лет. Едва покинув студенческую скамью, в 1950-х вместе с Зельдовичем и Сахаровым он разработал принципиально новые идеи, которые позволили создать схему мощной водородной бомбы и предопределили развитие ядерного оружия. Трутневу принадлежит идея самой большой в мире 100-мегатонной бомбы. Последний из великих могикан, создавших надежный ядерный щит страны, Трутнев бредил ядерной физикой с младых ногтей. Школьником в «Известиях» читал статьи об открытиях в этой области, абитуриентом схватился за голову, когда на газетной тумбе увидел сообщение о бомбардировке Хиросимы, студентом читал солдатам лекции об атомной бомбе. Юрий Трутнев – главный теоретик отечественного ядерного оружия.

Вопрос: Юрий Алексеевич, вы всю жизнь работаете над тем, как усовершенствовать технологию массового уничтожения людей. Нет ли противоречия с гуманистической сущностью человека? Ваш соавтор по легендарному изделию РДС-37 академик Сахаров стал в итоге самым активным борцом за мир и разоружение.

Ответ: Я занимался физикой, а наука не имеет отношения к политике. Военные приложения безразличны науке, они от политики. Но я не был согласен с действиями Сахарова, и он сам бы ужаснулся нынешнему состоянию России. Сахаров помог развалу страны, а полученные свободы не способствуют расцвету экономики, промышленности, науки. Жульничество приобрело всеобщий характер. Актуально высказывание Гекели о том, что нельзя перемолоть лебеду в пшеничную муку и нельзя получить истину из неверных предпосылок. Я видел Сахарова за три дня до его смерти, мы заходили к нему домой с Харитоном. Долго говорили, спорили о том, куда идет страна, и на прощание Харитон сказал: «Андрей Дмитриевич, вы – игрок». Это была последняя встреча великих ученых.

В 1940–1950 годах Америка размахивала атомной бомбой. Наши ученые обладали чувством колоссальной ответственности, от них зависела судьба мира. Атомный проект ускорил развитие страны, хотя нельзя забывать о лагерях и подневольном труде. Как свидетель тех событий могу сказать, что роль Берии как великолепного организатора была очень велика. Кстати, у нас в Арзамасе Берия ни разу не был.

Вопрос: Почему Гитлер, у которого тоже были большие ученые и похожая политическая система, не сделал атомную бомбу?

Ответ: У Гитлера был бзик: ничего не делать, если не получишь результат за шесть месяцев. Гитлер высмеял идею атомной бомбы, но ведь даже великие Паули и Гейзенберг, которые остались в Германии, не верили, что Америка создаст атомную бомбу. Америку сделать бомбу заставила война, а помогли ученые-эмигранты – Эйнштейн, Ферми, Сциллард, Ульм, Кистяковский. Но даже если бы у Гитлера появилось ядерное оружие, ход войны это не изменило бы, потому что перевес союзников был слишком велик. Я уверен, что, если бы не война, СССР первым освоил атомную энергию.

Вопрос: Недавно президент РФ Дмитрий Медведев побывал в Сарове. Ядерному центру высказана полная поддержка и доверие, поставлены новые стратегические задачи. Но каков после всех кризисов ваш потенциал?

Ответ: Потенциал высок, но по-настоящему работают все-таки не молодые люди, а шестидесятилетние ученые. С недавних пор деньги молодым специалистам администрация приплачивает, и положительная динамика наметилась. К ядерным зарядам внимания меньше, чем в мои молодые годы, но люди должны расти на живом деле, и у нас появляются перспективные направления в атомной энергетике, лазерах, оборонной тематике.

Вопрос: Юрий Алексеевич, вы в Академии наук без малого полвека. Скромное положение, которое занимает это учреждение, заставляет предположить – может быть, наука не слишком нужна нашему обществу, которое предпочитает другие ценности?

Ответ: Человечество живет и развивается, опираясь на достижения науки. Это всеобщий мировой опыт. Китай из захудалой страны превратился в мирового лидера благодаря высоким технологиям и вниманию к науке. У нас никто из высших чиновников к науке отношения не имеет, а надежды на рынок привели только к тому, что ловкие люди набили карманы и тратят деньги на глупости. Но это безобразие долго продолжаться не может. Либо крах, либо страна начнет подниматься, а без науки и, значит, без нашего Сарова это невозможно.

Сын кадета и актрисы.

Трижды Герой Социалистического Труда академик Юлий Харитон был научным руководителем ВНИИ экспериментальной физики с 1946 по 1992 год. Его биография не предполагала не то что высоких постов, она оставляла слабую надежду выжить. Отец Харитона был выслан из страны на «философском» пароходе, а в 1941 году после присоединения Латвии сгинул в лагерях. Но за Харитона лично поручился Курчатов, объяснив Сталину, что это единственный ученый, который является специалистом сразу в трех областях. К тому же «сомнительные» родственники, как в случае с президентом Академии наук Сергеем Вавиловым, превращали человека в заложника власти.

В 1949 году перед испытанием атомной бомбы состоялась единственная встреча Харитона со Сталиным. В Кремле Сталин спросил Харитона, нельзя ли из одной бомбы при таком же количестве плутония сделать две бомбы? Харитон коротко ответил, что это невозможно. Сталин в тонкости цепной реакции вдаваться не стал, больше вопросов не задавал. Первую советскую атомную бомбу назвали РДС-1. Чтобы никто не догадался, атомную бомбу даже в секретных документах называли реактивным двигателем, а Харитон, следовательно, был коллегой Королева. Но народная молва утверждает, что РДС расшифровывается как «Россия делает сама», что правда, так как бомбу делал весь народ. По другой версии, РДС – это реактивный двигатель Сталина. Кстати, на Западе по наитию советские бомбы называли «Джо-1», «Джо-2» и т. д.

Откровения и разоблачения в бане.

Чтобы понять, чем живет русский город, надо отправиться в баню. В бане все люди разоблачаются и впадают в откровенность. Тем более что в Сарове ничего другого вечером не остается, ибо в 17. 00 все лаборатории опечатываются, а отведенные речи строжайше замолкают. Жителям Сарова приходится выстраивать свою жизнь в соответствии с режимом секретности. В бане я познакомился с киргизом Аскаром, который родился в Потсдаме, жил в Белоруссии, закончил МАИ, работал во ВНИИЭФе. Аскар лучше всех парившихся знал русский язык и следил за его чистотой. Ему предлагают хорошее место в Киргизии, но режим препятствует. Только русская баня помогает.

В бане я наблюдал чистый интернационал, потому что в Сарове работали специалисты со всего Советского Союза.

И я чувствовал себя так, будто прежняя страна вернулась. И разговоры на эту тему велись единодушные. А еще люди в бане мечтали, чтобы Саров продолжал жить за колючей проволокой, потому что преступность в этом случае ниже, а культура, наоборот, выше. Я хотел спросить, означает ли это, что в СССР, который тоже жил за колючей проволокой, преступность была ниже, а культура выше, чем вокруг, но весь жизнерадостный интернационал дружно ушел в парную.

Жизненный уровень в Сарове, это ясно как божий день, высокий. Молодой специалист сразу зарабатывает 25 тысяч. Ветераны, если участвовали в испытаниях ядерного оружия, получает пенсию в 18 тысяч. До кризиса автосалоны продавали 3 тысячи новых иномарок в год. В реках Сатис и Саровка вода такая чистая, что женщины берут ее для приготовления еды, а в лесных ключах черпают для косметических целей. В Сарове нет безработицы, а распущенность нравов на зачаточном уровне.

Словом, если хочется оказаться в СССР, надо проникнуть в Саров. Только это сложно, потому что он окружен, как и полагается СССР, колючей проволокой.

От ядерного оружия к «Саровским башням».

В мире нет населенного пункта, который так часто менял бы свое имя. Псевдонимов у исторического Сарова хватит на театральную труппу. По аналогии с американским ядерным центром Саров называли советским Лос-Аламосом. Мистическое совпадение, но рядом с советским Лос-Аламосом находится деревня Аламасово, и между ними случались конфликты. В екатерининские времена здешние крестьяне спорили с монастырем из-за земель и, по велению из центра, были биты батогами. Быть может, потому мужики жестоко избили монаха Серафима, уединенно жившего в ските, но он исцелился от смертельных ран и простил разбойников. В этом сюжете можно найти параллели с новейшей историей Сарова, где делают разрушительное оружие и воинственность сочетается с провидческим миролюбием. Может быть, поначалу в размещении ядерного центра в христианском храме была антиклерикальная хитрость, но вышло так, что высокая духовность, которой пропитаны эти стены, вторичным излучением пропитала научные лаборатории и вызывала щедрый на смелые идеи резонанс.

«Если на женское общежитие повесить вывеску “Текстильный институт”, – рассуждает заместитель директора ВНИИ экспериментальной физики Владимир Жигалов, – общежитие останется публичным домом. В России повсюду создают технопарки в надежде, что в них начнется инновационное развитие. Но технопарк – это не казино, чтобы на пустом месте появиться. Водоему нужен планктон, а технопарку нужны ученые. Наш технопарк – это настоящий бизнес-инкубатор с высоким потенциалом. И это будет единый кластер с ВНИИЭФ. Уверен, это один из тех островков в России, откуда можно на равных войти в мировую конкуренцию в области высоких технологий».

Всего в СССР было проведено 720 ядерных испытаний. Почти 20 лет на новые испытания наложен мораторий, и хотя модернизация ядерного оружия не остановилась, объемы не те, что в годы «холодной войны». Сарову, где собрана интеллектуальная элита по многим наукам, чтобы крепко стоять на ногах, необходимы новые направления. Одним из них станут работы над суперкомпьютером, о чем говорил президент РФ во время недавнего визита в этот город. Принципиально новые для секретного города возможности открывает технопарк «Система – Саров», единственный в России член Международной ассоциации технопарков. Недавно он выиграл российский конкурс бизнес-инкубаторов, проведенный Министерством экономического развития, и для развития получил финансирование из федерального бюджета. В технопарке «Саров – Система» предстоит развенчать устойчивое мнение, что любая идея, рожденная в Сарове, в конечном итоге приводит к появлению нового оружия. Впрочем, знаменитые компьютерные игры «Саровские башни» и «Война Украины с Россией» появились именно в этом технопарке.

«В Сарове занятия наукой и инновациями значительно эффективнее, чем в Москве с ее пробками, суматохой и суетой, – говорит доктор экономических и кандидат физико-математических наук Алексей Кибкало. – Наш коллектив – выходцы из ВНИИЭФа, потом работали в “Интеле”, но перешли в технопарк, потому что здесь возможности выше. У нас много патентов за границей. А компьютерные игры – это разминка для ума, хотя весьма доходная. Сейчас занимаемся очень перспективным проектом – голосование по мобильному телефону, что позволит привлечь к выборам молодежь. Во Владимирской области уже проведено экспериментальное голосование».

Технопарк «Система – Саров» вынесен за пределы колючей проволоки. Корпуса, гостиницы и поля для гольфа будут расположены на обычных, не охраняемых спецслужбами землях. И все-таки мне кажется, что противоречие между свободным обменом информацией, без чего невозможен инновационный процесс, и режимом закрытости, в котором живут Саров и его ученые, может оказаться непреодолимым препятствием на пути процветания лучшего пока российского технопарка.

Мантры на бильярде.

Монахи в старину говорили: «Если ты суров, иди в Саров». Режим службы в Саровском монастыре и требования к братии были очень строгие. Эта традиция, как конформное отображение в математике, сохранилась и в ядерном центре. Взять, к примеру, молодого теоретика Ярослава Алексеева. Статью – вполне годится в сериалах играть, а повадками – будто к постригу готовится и обет молчания на себя наложил. Ярослав после МИФИ поехал в Швецию и сделал там открытие: хотя научный потенциал на Западе выше, для русских установлен невысокий потолок роста. К тому же за границей ему захотелось для своей страны работать и не хватало родной атмосферы. В Сарове условия вполне устраивают. Молодежи много, никаких ограничений в материалах и вычислительной базе, а задания очень важные и интересные.

Отдыхает от раздумий Ярослав Алексеев, играя в бильярд, и считает, что это медитативный процесс, как повторение буддистских мантр. Впрочем, иногда в соударениях шаров он видит иллюстрацию атомной модели Бора. В Москве из-за транспортного коллапса Ярослав Алексеев работать не хочет, хотя признает, что бильярдные столы там лучше. В столице он бывает, когда в зарубежные командировки отправляется, хотя еще совсем недавно научному руководителю Арзамаса-16 Юлию Харитону после работы в Кембридже в 1920-х годах 70 лет не разрешали выехать за границу.

У Сарова было великое прошлое. Здесь накоплен невероятный духовный потенциал, и удивительным образом его складывали люди религиозной культуры и ученые, вера которых построена совсем на других принципах. Теперь два этих крыла вместе. Предвидеть будущее человеку не дано, но только человек своим трудом может его построить. Сарову это уже удавалось.

АТОМНЫЙ ЛЕДОКОЛ – ПОХОД ПОД РУКУ С РАДИАЦИЕЙ.

Лед. Мороз. Русский реактор.

В Швейцарии Ленин провел замечательное время. Именем Ленина назван первый в мире атомный ледокол. У капитана «Ленина» Александра Баринова есть основания пристально следить за новостями из Швейцарии, пусть эта страна и не имеет выхода к морям и океанам. Недавно в Швейцарии провели референдум и решили больше не строить минаретов. Капитан Баринов в жизни минаретов не видел и со всеми народами желает жить в мире, но это событие не оставило его равнодушным.

«Север – это последний и неприступный рубеж европейской цивилизации, – рассуждает капитан. – Только европейцы могут осваивать новые земли, а необжитым остался на планете один Север. Сюда никто больше не пойдет, а запасы громадные. Последняя кладовая планеты. Если Россия укрепится на Севере, за Россией будущее. Дадим слабину – Арктику от нас мигом отрежут».

Капитан Баринов всю жизнь ходит по северным морям, и ему кажется, что мир спасется Севером. Но кто хозяин Арктики? Претензии на арктический шельф заявляют США, Канада, Норвегия, Дания… Международные законы запутаны, как водоросли на корабельном винте. Россия на Севере занимает особое место, ни у кого в мире такого арктического фасада и таких грузопотоков близко нет. Поэтому ни у кого в мире и атомных ледоколов нет. А у России их сегодня восемь. Кстати, первый в мире ледокол в 1899 году тоже построила Россия. Это знаменитый «Ермак», созданный по чертежам адмирала Макарова при активном участии Менделеева. По нашему обыкновению, в 1963 году мы отправили совершивший множество подвигов «Ермак» на металлолом, хотя в других морских державах на таких кораблях устраивают музеи.

Как относится капитан «Ленина» к человеку Ленину? Оснований для признательности не имеется. Дед капитана Митрофан Емельянов всю Первую мировую служил кочегаром на «Авроре», после революции лошадью и коровой обзавелся и оказался врагом народа. Но капитан далек от обид: «Мой принцип – жила бы страна родная. Надо делать дело – я научился хорошо водить пароходы. У нас в стране миллионы обиженных, и, если думать об обидах, никакого дела не сделаем».

Ты не Ленин, ты – Вибах!

В старину в Британии, морской владычице, был закон: если человек провел в море три месяца, в суде выступать свидетелем он не может. Спрашивать с моряка по сухопутным меркам никак невозможно. Атомные ледоколы уходят в море минимум на четыре месяца. Длительность и круглогодичность плавания в тяжелых льдах – принципиальное преимущество атомных кораблей над лучшими дизельными судами. Но для человека это слишком большая нагрузка, ведь портов на Севморпути, где можно сойти на берег, практически нет. По этой причине бытовые условия на атомном ледоколе гораздо лучше, чем на других судах. Все каюты одноместные, две сауны с бассейнами, тренажерные залы, конференц-зал на сотню человек, просторная, как советский ресторан, кают-компания с официантками. Во всех каютах, куда я заходил, имеются телевизоры и почти везде – личные компьютеры.

Атомный ледокол «Арктика» в 1977 году стал первым в мире надводным кораблем, который в активном плавании достиг Северного полюса. В 1999–2000 годах «Арктика» установила рекорд, проработав в море больше года. Некоторое время ледокол назывался «Брежнев». Капитан Григорий Улитин вспоминает, что прежнее название под солеными ветрами проступало наружу, но эту политическую диверсию наблюдали только тюлени. Кстати, атомный ледокол «Ленин» не первый «Ленин». В 1920-е годы именем вождя назвали ледокол «Святой Александр Невский», построенный в Англии при участии инженера Евгения Замятина, будущего писателя-антисоветчика. Когда появился атомный «Ленин», угольный «Ленин» еще раз переименовали – во «Владимира Ильича». Самым могучим ледоколом доатомной эпохи был «Сталин», впоследствии «Сибирь» (не путать с атомной «Сибирью»). Если изучить историю флота, придешь к выводу: никто, даже секретные агенты, не меняет имена так часто, как корабли. От разговоров атомных капитанов не по себе: «Советский Союз» – остановить, «Россию» – поднять, «Сибирь» и «Арктика» – в отстое…

Что касается атомного «Ленина», то он у нас на особом счету. Ледокол вошел в буквари, по нему мы учились читать и были уверены, что нам завидует весь мир. А как гордились «Лениным» моряки! На этом фоне случались забавные истории. Служил на «Ленине» капитан Зигфрид Адольфович Вибах, который, к слову, считал себя чистокровным русаком. Однажды, сопровождая караван судов, Вибах передавал позывные: «Я – Ленин! Я – Ленин!» И вдруг кто-то из капитанов на всю Арктику прокричал: «Какой ты Ленин? Ты – Вибах!». Утверждают, что даже у белых медведей приступ хохота случился.

«Транспортная активность на Севморпути является чутким индикатором экономики государства, – говорит генеральный директор «Атомфлота» Вячеслав Рукша. – В советские годы мы перевозили 7 миллионов тонн грузов, к концу века – всего 1,4 миллиона. Сейчас грузопоток превысил 2 миллиона и продолжает расти. Если бы не финансовый кризис, в 2011 году вышли бы на самоокупаемость при 3–3,5 миллиона тонн. Кто контролирует грузопотоки, тот владеет Арктикой. Стоит России отойти в сторону, ее место в два счета займут конкуренты. Перспектива – в тендерах на проводку караванов, в сопровождении иностранных судов, которые в 2009 году начали ходить по Северу в обход континента, в обслуживании новых газовых и нефтяных месторождений. По-настоящему атомный флот будет востребован, если у России появится на Севере новый крупный проект, сопоставимый с “Норильским никелем”, для которого 50 лет назад он создавался».

Прохладное отношение к Северу уходит. Утвержден проект по плавучим АЭС. Еще один проект – строительство атомного ледокола нового, пятого поколения.

К «Норильскому никелю» у «Атомфлота» главная претензия. Несколько лет назад из-за макроэкономических решений услуги атомных ледоколов стали обременительными, и богатый «Норникель» заказал на Западе флотилию современных дизельных ледоколов. Зимы нынче мягкие – можно и на дизелях ходить. Из оборота «Атомфлота» ушел грузопоток больше 1 миллиона тонн. Но с 2011 года в Северном полушарии ожидается похолодание – дизели, которые уже начали ломаться, намертво встанут. «Норильску нужен надежный круглогодичный вывоз, – говорит капитан “Ямала” Александр Лембрик. – Их льды затрут, и они закричат: “Помогите!”, – а все ледоколы в рейсе». Вывод у атомных капитанов дружный: государство не должно отпускать Север на рыночный самотек, надо видеть стратегические интересы и точно определить, сколько атомных ледоколов требуется для национальной безопасности и сколько – для коммерции.

Родственник Остапа Бендера.

Фамилия Шмидт на северах знаменитая. Академик Отто Шмидт был начальником экспедиции на знаменитом «Челюскине», его именем назван главный геофизический институт, улицы во множестве городов. В Арктике объявить себя родственником академика Шмидта выгоднее, чем в Кологриве оказаться сыном лейтенанта Шмидта.

– Изо всех Шмидтов ближайший мне родственник – Остап Бендер, – говорит капитан ледокола «Советский Союз» Станислав Шмидт. – Рядом с моей родной деревней станция Обираловка, где Анна Каренина под поезд бросилась. Может, поэтому во флот пошел. К тому же форма красивая и зарплата для советской нищеты фантастическая. Но теперь понимаю, что жизнь нельзя мерить зарплатой.

– Как относитесь к Советскому Союзу? – спрашиваю у капитана «Советского Союза».

– Как таможенник из кино, мне за державу обидно, – отвечает капитан Шмидт и густо затягивается черной сигариллой «Капитан Блэк». – В СССР были крупные проекты, и все, чем мы сейчас пользуемся, сделано в той стране. Чем дальше, тем больше понимаю, сколько мы потеряли, когда Советский Союз затонул. Боцманы захотели стать капитанами. На «Советском Союзе» я теперь капитан вертикального плавания. Стоим в доке, качаемся на приливах-отливах.

В 1990-х годах, когда грузопотоки в Арктике катастрофически упали, атомные ледоколы от безысходности и пропитания ради стали возить туристов на Северный полюс. Туристы – в основном пенсионеры с Запада, которым не жалко выложить 30 тысяч баксов за экзотическое путешествие. Чаще всех ходил на полюс ледокол «Ямал» – почти полсотни рейсов. Теперь туристы пересели на комфортный ледокол «50 лет Победы», который спущен со стапелей в 2007 году, а в 2008 году Путин провел на нем совещание по проблемам Арктики. Официантка Ирина Михайлова побывала на Северном полюсе 54 раза – это абсолютный мировой рекорд. Удивительным образом Ирина не превратилась в снежную королеву, но отличается исключительной теплотой и состраданием. «Не могу представить нашего пенсионера, который выложил бы такие деньги за пару недель, – с жалостью говорит Ирина. – Несправедливо получается: Север наш, а туристы чужие». Что касается моряков, то не видел никого, кому нравились бы туристические рейсы, поскольку они снижают гордую самооценку полярника. «Английские моряки молятся: помоги, Господи, на берегу, а в море мы сами управимся, – говорит капитан «Ямала» Александр Лембрик. – С туристами молитва не работает, от них сплошная головная боль. Хочу колоть льды, а не туристов возить, иначе пошел бы на белый пароход. Терпим ради страны. Хотя мне кажется, для страны полярники важнее, чем экскурсоводы». Мы сетуем на утечку умов из России и приводим длинный список знаменитостей, обогативших Америку: изобретатель телевидения Зворыкин, конструктор вертолетов Сикорский, создатель американской инженерной школы Тимошенко, советник Эйзенхауэра по науке Кистяковский, автор трех работ нобелевского уровня и самый молодой член-корреспондент АН СССР Гамов, выдающийся химик, придумавший высокооктановый бензин, академик Ипатьев. В том же ряду – создатель американских атомных подводных лодок, авианосцев, крейсеров и единственного ледокола четырехзвездный адмирал Хайман Риковер. В детстве его звали Хаим, и жил он в еврейском местечке в России. Если бы там после всех войн и передряг остались старики, они сказали бы: «Наш Хаим пережил 13 американских президентов и служил на флоте 63 года – дольше всех высших офицеров». Хайман Риковер начал службу в 1919 году при президенте Вильсоне и закончил в 1982 году при президенте Рейгане. Въедливого старика не отваживались отправить в отставку несмотря на вредный характер и невозможный для службы возраст. Но однажды адмирал обмишурился. В 1959 году вместе с вице-президентом Никсоном он приезжал в Ленинград и на Адмиралтейском заводе посетил атомный ледокол «Ленин». В то время в США под началом адмирала строили атомный ледокол «Саванна». Адмирал осмотрел советский корабль от трюма до фок-мачты и доложил в Сенате: «Русским потребуется пара лет, чтобы спустить “Ленина” на воду. У нас все шансы обогнать русских». Ледокол «Ленин» вышел в море через два месяца после того, как его борт покинул адмирал Риковер. «Саванну» строили еще 3 года, но из затеи ничего не вышло, только демонстрационные рейсы. Сейчас «Саванна» работает в Балтиморе музеем. Легендарный «Фрам», на котором ходили Нансен и Амундсен, – тоже музей в Осло. В России, где было построено 10 атомных ледоколов, несмотря на правительственные решения, музея атомного флота нет. «Ленину» стоянку рядом с «Авророй» приготовили, но начались чиновничьи передряги. Ленину проще было в Смольный попасть…Ермаки и их Пенелопы У каждой великой нации есть свое великое предназначение. Может быть, даже не одно. Предназначение русских – построение первой цивилизации на Севере. Русские освоили громадные, намертво замерзшие территории, где плотность коренного населения в сто тысяч раз ниже, чем в любых джунглях, прериях и пустынях. Прыжок в ледяной космос можно рассматривать как продолжение русской северной эпопеи. Разговоры о том, что русские по природе ленивы, противоречат фактам, доказывающим, что русские – неукротимые первопроходцы. Роль первопроходцев, которые продолжают дело Ермака, Лаптевых, Хабарова, взяли на себя ледовые капитаны Арктики. Каждый рейс атомного ледокола – поход в неизвестность. Капитаны атомного флота, как и положено первопроходцам, – прежде всего, государевы люди, а прочие интересы на втором плане. Можно сказать, что капитаны атомного флота – генофонд нации и хранители самых важных русских духовных традиций. «Первое воспоминание в жизни – родители вынесли меня на улицу и говорят: смотри на небо, первый спутник летит, это наш советский спутник, – рассказывает капитан Александр Баринов. – Может быть, это знак судьбы, который определил мою жизнь – служить государству и прокладывать новые дороги. Идея для меня важнее быта и зарплаты. Мне иногда говорят: ты с Луны упал. Но делать деньги – это пошло. Сегодня Россия напоминает большого раненого зверя, которого все хотят укусить. Но мы еще покажем себя. В прежние годы смогли Америку нашим космосом и атомными ледоколами объехать! Скоро плавучие АЭС построим – опять будем первыми!». Английские моряки говорят, что тюрьма отличается от корабля тем, что не может утонуть. Только из лицемерия и ханжества можно не задаться вопросом, как моряки месяцами живут без прекрасного пола. Как и у сухопутного люда, случаются на корабле служебные романы – ограниченный женский контингент, и весьма соблазнительный, на борту имеется. Еще рассказывают, что на острове Диксон в крупнейшем порту на Севморпути красавицы, как в Кейптауне. В долгих плаваниях воображение услаждается экзотическими учениями о любви. Дикой популярностью пользуется пособие по тантрическим практикам и сексуальной энергии даосов. Впрочем, в задушевных беседах выяснилось, что главным условием для завоевания прекрасного пола моряки считают любовь: если есть любовь, ни одна красавица не устоит.Атомный ледокол не монастырь, а моряки не монахи. Но, уверен, значительная часть экипажа на время плавания сознательно принимает схиму. Нигде и никогда мне не приходилось слышать столь трогательных слов о женах, как на атомном ледоколе. Один из капитанов говорил, как лирический поэт: «Самое большое счастье – когда приходишь из рейса и можно просто посидеть рядом с самым родным человеком, молча прикоснуться к руке. Не надо говорить, все чувствуешь без слов. Это самое прекрасное, что есть в жизни. Прекраснее даже, чем полярное сияние».

БОЛЬШОЙ БОЛЬНОЙ РУССКИЙ КОЛЛАЙДЕР.

Одна из главных научных сенсаций последних лет – запуск Большого адронного коллайдера в подземном кольце под территорией Швейцарии и Франции. Запуск выполнен силами всей Европы. Большой адронный коллайдер – это прорыв к самым сокровенным тайнам Вселенной, о чем страстно мечтала наука, но дотянуться прежде не могла. Большой адронный коллайдер – это невероятный успех, по поводу которого вправе торжествовать все страны на планете, и Россия тоже. Но нашему ликованию мешает тот факт, что Россия могла сама построить подобный коллайдер еще 10–15 лет назад. Тогда европейский проект стал бы не нужен. Но Россия предпочла похоронить свой уже почти готовый ускоритель…

На границе Московской и Калужской областей в лесу за глухим забором на заброшенной стройке с багрово-ржавыми, проклинающими небо металлическими штырями свора дворняг ведет охрану сверхпроводящего протон-протонного коллайдера. Конечно, ни одна собака не знает главной тайны охраняемого объекта. Потому что главная тайна скрыта глубоко под землей. Эта тайна состоит в том, что тоннель, родной брат знаменитого Большого адронного коллайдера, находится в идеальном состоянии. Но он никому не нужен. Мало того, наш тоннель – хомут на шее.

Хомут на шее.

«Последний раз, – выбравшись на свет, выдохнул Гусев, зам. по капитальному строительству. – Сегодня я в тоннель спустился последний раз. На восьмом десятке карабкаться по ступеням сил больше нет. Когда-то тоннель снился мне по ночам. И жил я в вечной эйфории…».

Игорь Анатольевич Гусев работает в Институте физики высоких энергий с 1962 года. Построил множество уникальных сооружений. В 1967 году молодым инженером участвовал в строительстве крупнейшего в мире синхротрона У-70. Под землей был прорыт тоннель длиной 1,5 километра, оснащенный лучшими приборами. Попасть в Протвино у физиков, наладчиков, строителей почиталось за великую удачу. С Запада в ИФВЭ просились самые талантливые ученые. Мы были преисполнены гордости и вынашивали еще более смелые проекты, которые были призваны закрепить наши ведущие позиции в мировой науке.

Мощность У-70 – 70 миллиардов электрон-вольт, или 70 ГэВ. (Кстати, свой ускоритель имеется в каждом доме – это кинескоп телевизора, его мощность примерно 20 тысяч электрон-вольт.) Ускоритель пять лет оставался самым крупным в мире, пока Америка не построила коллайдер в Национальной лаборатории Ферми. Но СССР не желал уступать. Академик Анатолий Логунов (он, кстати, много лет был ректором МГУ) поднял бюрократические шлагбаумы и пробил новый проект – ускорительно-накопительный комплекс (УНК) на 6 000 миллиардов электрон-вольт, или 6 ТэВ. И вновь таких проектов в мире не было. Страна готовилась первой, намного опередив другие страны, завладеть тайнами Вселенной. Но без тщеславного посягательства на монополию – в ИФВЭ работало множество иностранцев, за что на академика Логунова нападали квасные патриоты, которые водились даже в Академии наук.

В 1983 году стройка началась. Длина тоннеля 21 км, диаметр 5,5 м, как в метро. Глубина от 20 до 60 м. Сооружались подземные залы размером с вестибюль метрополитена для крупногабаритного оборудования. Были проложены 40 вертикальных шахт и второй тоннель для кабелей. В 1994 году введен в строй первый участок – подземный канал длиной 2,7 км, соединяющий старый У-70 и новый УНК. Старый ускоритель служил первой разгонной ступенью для сверхмощного коллайдера. В канале были смонтированы электромагнитная и вакуумная системы, аппаратура наблюдения за пучком. После настройки протоны с энергией 70 ГэВ пролетели по расчетной траектории до самого входа в подземное кольцо УНК. Проходка основного тоннеля была завершена, и казалось, что запуск уникального коллайдера, которого не было ни у одной страны в мире, дело решенное.

Капитальное строительство было закончено, львиная доля финансирования выполнена, оставались монтажные работы по установке в тоннеле оборудования. Для первой ступени 70 % оборудования уже было изготовлено. Для второй ступени были проведены научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, по собственной российской технологии изготовлены десятки сверхпроводящих магнитов. Но серией чиновничьих решений проект постепенно сворачивался, и в 1998 году министры Адамов и Булгак окончательно закрыли русский коллайдер, который, если бы создатели работали, как планировали, могли сдать в 1999 году. Осталась лишь дырка в земле, на поддержание которой в безопасности, на освещение, вентиляцию, ремонтные работы с тех пор выделяется по 20 млн. рублей в год.

Это, по существу, пустое место, а бюрократической волокиты требует, как будто коллайдер работает. Можно сказать, что для чиновников ускоритель жив, хотя в действительности он умер, даже не появившись на свет.

«Ельцин, я совершенно уверен, даже не знал о нашем ускорителе, – говорит Гусев, и слова его эхом идут по подземелью. – Если президент и слышал об ускорении, то совсем в другом смысле. И ускорение ему было поперек горла».

Ускорение и разум.

«Снявши голову, по волосам не плачут, – говорит заместитель директора Института физики высоких энергий профессор Александр Зайцев. – Наш ускоритель – пешка в большой игре. Мы потеряли страну, потеряли научную культуру, лучшие ученые разъехались – и русский коллайдер был обречен. Но это ясно только сейчас, а тогда было разочарование и недоумение».

В 1985 году стройка кипела полным ходом. В том же году на апрельском Пленуме ЦК КПСС Михаил Горбачев заявил о стратегии ускорения, суть которой генсек изложил по лучшим образцам партийно-бюрократического стиля: «Широко используя достижения научно-технической революции, приведя форму социалистического хозяйствования в соответствие с современными условиями и потребностями, мы должны добиться существенного ускорения социально-экономического прогресса».

Символом ускорения вполне мог бы стать крупнейший в мире ускоритель. Но, по злой иронии, он стал символом торможения, когда настоящим государственным интересом политики, рвавшие страну на куски ради собственных иллюзий и амбиций, пренебрегли. Страна то ускорялась, то перестраивалась, стараясь придать человеческое обличье социализму, а на строительстве коллайдера начались процессы приватизации, дележа госимущества и размежевания. Наука и вечные истины казались смехотворным занятием – небо застила политика. Дошло до того, что бывшие сотоварищи по центральным каналам обвиняли друг друга в поддержке ГКЧП, хотя, как это сделать из-под земли, понять трудно. В начале 1990-х я побывал в Протвино и помню, как качали головой старые шахтеры: такого бардака на их памяти не было…

Осенью 2008 года я вновь спустился в тоннель ускорительно-накопительного комплекса. Что сказать… Египетские пирамиды или Пизанская башня производят меньшее впечатление. Мертвый подземный дворец поддерживается в идеальном порядке. Как будто опустевшее в ночные часы метро. Высокие своды, уходящие в бесконечную тьму коридоры, надежный тюбинг стен и потолков, тяжелые перегородки, чтобы ветер не гулял ураганом. Фантастический склеп пропитан рухнувшими надеждами и мечтаниями великой страны…

Первый нобелевский лауреат России академик Иван Павлов писал: «Я должен высказать свой печальный вывод на разум русского человека. Русский человек имеет такую слабую мозговую систему, что он не способен воспринимать действительность как таковую. Для него существуют только слова. Его условные рефлексы координированы не с действительностью, а со словами». Обидный диагноз. Создается впечатление, что чем дольше Павлов изучал собак и жил среди русских людей, тем больше он вдохновлялся первыми и разочаровывался во вторых. Недаром собаке памятник поставил. Но если по существу, без обид, то история русского коллайдера подтверждает сомнения Павлова. Об ускорении мы как заведенные трещали на всех углах, но настоящее ускорение проворонили и похоронили. И сколько еще было у нас звонких формул, которыми мы упивались до одури…

«Глобальность катастрофы мы еще не осознали до конца, – говорит профессор Александр Зайцев. – В России просто не осталось столько специалистов, чтобы еще раз поднять такой проект. Но я думаю, что в провале нашего проекта виноваты не только политики, но и сами ученые, потерявшие бдительность.

Скромное обаяние русского ученого.

– Не понял, – говорю я. – Какая же вина в гибели коллайдера у безответных ученых, которые заботились о нем, как родители о своем ребенке?

– Мы забыли, что Россия никогда не жила спокойно хотя бы двадцать лет, – погружается в исторические размышления профессор Зайцев. – Нельзя такой крупный проект затевать – какая-нибудь очередная революция обязательно вмешается. Как и произошло. Ученый в России обязан анализировать политическую ситуацию, как бы противно это ни было. Надо было поскромнее ускоритель просить. Тогда бы успели построить. Не постелили соломку – и теперь расплачиваемся за аппетит. И сидим в отчаянии у нашей ямы.

Опыт ставшего ненужным России ускорителя был щедро использован при строительстве европейского Большого адронного коллайдера. Можно сказать, что русский коллайдер оказался питательным удобрением для европейского – незавидная участь! В Институте физики высоких энергий по заказу ЦЕРНа построена сложнейшая и важнейшая аппаратура стоимостью 80 млн. евро. В том числе – септум-магниты для инжекции и поглощения пучка, импульсный источник питания для сверхпроводящих магнитов, 44 криогенных устройства с жидким гелием, где остывают горячие токи. Никто в мире не брался за такие задачи. Все это могло бы работать в Протвино, но работает в Женеве. Как и физики, которые покинули ИФВЭ. Сейчас только в ЦЕРНе не меньше 40 ученых из Противно, а сколько еще из других институтов России! Всего численность ИФВЭ после прекращения проекта УНК сократилась более чем в 4 раза. Как говорит директор Николай Тюрин, если русский ученый проработал на Западе три года, то он потерян навсегда и домой вряд ли вернется.

«Тоннель жалко, – говорит профессор Николай Тюрин, который приехал в Протвино еще студентом МГУ, когда готовили к пуску самый мощный в мире синхротрон У-70. – Столько сил и надежд угробили! Это огромная потеря для страны. Мы лишились людей и теперь даже с большими деньгами не сумеем собрать старую команду. Пусть мы делаем хорошие, нужные исследования и науку двигаем в важном направлении, но всем ясно, что это работы совсем не нобелевского уровня. А по ЦЕРНу нобелевские лауреаты косяками ходят. Раньше талантливая молодежь к нам ломилась, а сейчас уровень студентов упал неимоверно. Жалко, что мы сами отказались от новых достижений. Все было в наших руках, и ради чего мы отказались от прогресса, я не понимаю».

На территории Института физики высоких энергий в отдельном корпусе хранится оборудование, которое было когда-то изготовлено для русского коллайдера. Но не пригодилось. Можно ли вернуться к старому проекту, ведь тоннель стоит как новенький? Или хотя бы использовать тоннель для иных высоких целей? Директор ИФВЭ Николай Тюрин считает, что по множеству причин реанимировать русский коллайдер невозможно, все разговоры об этом – блеф и популизм. Но директор вынашивает идею разместить в тоннеле сверхпроводящий индукционный накопитель, по существу, гигантский аккумулятор, который помогал бы поддерживать стабильность перегруженной электросети Московского региона. Дело худо-бедно движется: проект уже был представлен на всероссийских инновационных форумах и научно-технических ярмарках. Даже если проект выгорит, очень горько, что русскому коллайдеру придется уйти на вторые роли. Это как Эйнштейну репетитором работать.

…Пару тысячелетий назад Платон писал о погибшем материке Атлантида, где щедро расцветали науки и искусства. Археологи строят гипотезы и безуспешно ищут Атлантиду по всей планете. В Протвино начинает казаться, что русский коллайдер, рожденный в эпоху застоя и похороненный в эпоху ускорения, – это современная Атлантида.

ЛЕНИН И КОЛЛАЙДЕР.

Чем живет и дышит самая большая русская научная диаспора.

– Когда мы найдем бозон Хиггса, мир перевернется, как после открытия Коперника, – мечтает профессор Олег Ющенко. Ученый похож на богатыря Василия Буслаева из фильма «Александр Невский», и кажется, что в его руках любое ядро треснет быстрее, чем на синхрофазотроне. – Мы построим модель Вселенной, поймем, куда пропало антивещество и что такое темная материя. Даже гуманитарию ясно, что это революция.

Страстный монолог происходит у дверей, которые ведут в подземное 27-километровое кольцо Большого адронного коллайдера в Европейском центре ядерных исследований (ЦЕРН). Крупнейший в мире ускоритель был запущен два года назад, и пошли жуткие разговоры, что это конец света. Реально появятся «черные дыры», которые засосут сначала сам коллайдер, потом Женеву с Альпами, дальше планету Земля и, наконец, всю Вселенную. Коллайдер стал настолько популярным, что породил анекдоты: «У физиков есть традиция – один раз в 14 миллиардов лет собираться и запускать коллайдер».

Может быть, человечество спасло то, что ускоритель сразу сломался. Уже год он работает, но общественность больше не трепещет, что доказывает нашу неистребимую тягу к катастрофическим прогнозам, чего бы они ни касались. Жаль, в подземные чертоги попасть не удалось – дверь открывается только на знакомую сетчатку глаза. Впрочем, когда коллайдер работает, он заперт, как подводная лодка, потому что энергия в кольце такая, что с большей безопасностью можно на Солнце высадиться.

– В ЦЕРНе работают ученые из десятков стран, со всех континентов, – говорю я. – Бозон Хиггса называют «частицей Бога». Наверняка копья ломаете, спорите о Боге и смысле бытия…

– Мы ставим самый интересный в истории человечества эксперимент, – отвечает профессор Ющенко. – Гипотезу Бога проверить экспериментально невозможно. Поэтому ученым это вообще неинтересно. За пределами лаборатории ученый может верить во что угодно, но там он наукой не занимается.

Женевское Сколково.

ЦЕРН – самая большая российская диаспора в мире, где люди живут и работают компактно. Поэтому ЦЕРН можно рассматривать как социальный эксперимент. Поскольку Россия декларирует курс на модернизацию, на освоение высоких технологий, то очень интересно выяснить, как живут русские в ЦЕРНе, первом русском иннограде, созданном, правда, за границей. В ЦЕРНе родились Интернет, Web– и GRID-технологии, множество важных достижений электроники. Как экономическое следствие ЦЕРН дал безумный толчок процветанию региона. Когда-то это были самые бедные земли, иначе бы науке не отдали. Теперь вокруг офисы мировых лидеров в высоких технологиях, расцвела наукоемкая промышленность, а местное население поднялось настолько, что скупает земли во Франции и строит виллы, рядом с которыми дом Вольтера в Монтрё выглядит жалко…

Чтобы проект Сколково в Подмосковье состоялся, важно понять, что привело к успеху проекта в Женеве. Единовременно в ЦЕРНе находится не менее двухсот российских ученых, за год – около тысячи. Командировка длится от месяца до трех, но некоторые ученые живут годами. Зарплата – от трех до пяти тысяч долларов без расходов на жилье. Живут часто во Франции, это дешевле. Деньги выделяет Россия, выполняя обязательства перед ЦЕРНом и поддерживая работу коллайдера, в строительстве которого принимали участие десятки наших институтов. Командировка в ЦЕРН, без ханжества и лицемерия, позволяет ученым свести концы с концами. Если ученые заключают контракты с западными компаниями, то выходят на еще лучшие деньги. Многие физики учились вместе с новоиспеченным нобелевским лауреатом Андреем Геймом, и, поскольку всякая премия – гримаса случая, их можно считать столь же желанными для русского иннограда. В ЦЕРНе легко встретить русских «гастарбайтеров» – это квалифицированные спецы, которых западные кадровые агентства за сравнительно небольшие, но невозможные в России деньги привозят в Швейцарию. Хотя русские гастарбайтеры не подметают улицы и не моют посуду, все равно обидно.

– В ЦЕРНе я приношу российской науке пользы больше, чем если бы продолжал работать в России, – говорит Андрей Голутвин, координатор одного из четырех экспериментов на Большом адронном коллайдере. (Никто из наших ученых в ЦЕРНе такой высокой позиции никогда не занимал.) – ЦЕРН поддерживает потенциал российской науки и не дает ей исчезнуть. Это столица мировой науки, хотя когда-то наша страна тоже была столицей. Армия наших физиков и институтов выжила благодаря заказам для Большого коллайдера.

В Женеве Андрей Голутвин живет почти три года и так показал себя, что недавно к нему специально прибыл ректор лондонского Империал Колледжа и предложил профессорскую кафедру. Внешне Андрей Голутвин вылитый иностранец, что редкость для русского человека, сколько бы времени он ни провел на Западе. Ученый не скрывает, что после завершения контракта рассчитывает получить в ЦЕРНе следующий, не менее интересный.

– В Лондон я не перееду, только лекции, – рассуждает русский ученый и английский профессор. – В России тоже мог бы лекции читать, но жить и работать лучше в Швейцарии. Можно, кстати, устроить в ЦЕРНе практику для студентов и аспирантов из России. Но пока в моем эксперименте, который во многом разработан нашими учеными, пятьдесят аспирантов из Англии и всего три из России.

Принципиальное отличие наукограда в Швейцарии от наших наукоградов от Подмосковья до Сибири состоит в том, что здесь могут работать ученые из всех стран мира. Российское законодательство жестко ограничивает допуск иностранцев к научно-технической информации, и даже самые талантливые аспиранты из СНГ после защиты диссертации уезжают из России на Запад. Если мы не можем взять на работу украинца и белоруса, что говорить о немце и французе. Очень важно и то, что в наукограде ЦЕРН можно заниматься наукой на мировом уровне, получая достойную зарплату при высоком уровне личной безопасности и хорошем досуге, о чем стоит сказать отдельно.

Парк Юрского периода.

Когда вдохновители Сколкова говорят, что в русском иннограде появится поле для гольфа, это вызывает насмешки. Как будто ученым для восстановления умственных сил ничего, кроме лечебной физкультуры и бассейна, набитого целлюлитными дамами, по жизни не положено. Русские ученые в Швейцарии увлекаются горными лыжами, сноубордом, виндсерфингом, водным туризмом и даже, например, экзотическим виа-феррата. Цена за удовольствия несопоставимо меньше, чем за схожие хобби в России. Годовой абонемент в лучший спортивный клуб обойдется в сотню баксов. ЦЕРН стоит у подножия горного хребта Юра, где были найдены доисторические динозавры, прославленные Спилбергом в «Парке Юрского периода». Прогулки по горам составляют прелесть даже для тех, кто далек от спортивных рекордов. И алкаши на склонах, как на наших бульварах, почему-то не валяются.

Главный спортсмен русской диаспоры – Михаил Кирсанов. В горах он забирается в такие места, что приходится горных козлов расталкивать. Меня этот добрый человек хотел поднять на Монблан, но милостиво укоротил маршрут, оценив мой жалкий и задыхающийся вид. Михаил поднимался на Монблан уже дважды, разными способами. Из 82 альпийских четырехтысячников покорил уже полтора десятка. В гараже у него восемь велосипедов, гонщика неоднократно сбивали ошалевшие от его виражей смирные швейцарские водители, но ученый, укрепив тело металлическими штырями, продолжает спортивные подвиги.

– Стареть нельзя! – восклицал Михаил Кирсанов, взирая на меня с горной гряды. – Каждый день – минимум десять километров бегом или двадцать на велосипеде! После спорта в голове для науки новые емкости образуются. Осторожно! Здесь мой боец свалился с обрыва.

Своими «бойцами» Михаил Кирсанов называет ученых, которые согласились участвовать в его горных забавах. Отпуск в России он недолюбливает, потому что теряет на родимых низинах спортивную форму. Но в любом случае комфортность и многообразие жизни русского ученого в западном наукограде – и отдых занимает здесь не последнее место – очень высоки. Если мы всерьез хотим видеть в Сколково мировые научные звезды, осмеянным полем для гольфа не обойтись.

С наукой рай в шалаше.

Ни в одном европейском городе Ленин не бывал так часто, как в Женеве. Здесь он столовался у будущего академика Ольги Лепешинской, которая сделала эпохальное, затмевающее все перспективы Большого коллайдера открытие, состоявшее в том, что мыши рождаются из неживой материи в куче мусора. Ленин не был в восторге от Швейцарии, жаловался Луначарскому: «Грустно, черт побери, снова вернуться в проклятую Женеву! У меня такое чувство, словно в гроб ложиться приехал». Кстати, до революции половина студентов Женевского университета были русскими. Это заведение окончил академик Борис Збарский, который бальзамировал вождя для положения в Мавзолей.

Женева не нравилась Ленину не потому, что здесь угнетали пролетариат. Швейцария в то время была одной из беднейших стран Европы, а Женева считалась исключительной дырой. Но в XX столетии банки заработали на инвестиции, в 1950-х годах страна сделала ставку на высокие технологии. Небольшая Швейцария находится на шестом месте в мире (после США, Англии, Германии, Франции и Швеции) по числу нобелевских лауреатов, впереди России. Об уважении к труду ученого говорит тот факт, что библиотека ЦЕРНа открыта круглосуточно, даже в новогоднюю ночь. Школьный учитель в Швейцарии получает 10 тысяч долларов, не считая социальных льгот.

– Русские уверены, что я русская, швейцарцы думают, что я швейцарка. – Оксана Шарифуллина живет в Женеве уже 15 лет, окончила школу и университет, работает в отделе экономических преступлений одной из четырех крупнейших в мире аудиторских компаний KPMG. – Мой круг общения – ученые из России. Читаю Акунина и Веллера, сижу в русских сайтах. Могла бы работать в московском офисе, но жить в Москве невозможно. Я хочу жить в Швейцарии и общаться с русскими, которые уехали из России.

Оксана – дочь Зиннура Шарифуллина, который учился в физтехе вместе с нобелевским лауреатом Андреем Геймом, но особых талантов за ним не помнит. Жена Зиннура тоже закончила МФТИ, пишет компьютерные программы высокой сложности и имеет не менее прочные позиции, чем супруг. Семья получила швейцарское гражданство, но недвижимостью не обзавелась, жилье арендованное, это в порядке вещей. Гостей угощают по-швейцарски – фондю и белое вино. Чета Шарифуллиных каждый год организует в Женеве слеты КСП, приезжали барды Ким, Егоров, Луферов, Фархутдинов. Все устроено, как на Грушинских фестивалях, – муниципалитет дает разрешение, и над Юрским хребтом плывет русская самодеятельная песня.

– Я слежу за событиями в России, – говорит Зиннур. – Читаю русские газеты на сайтах. Но угнетает, что не могу участвовать в той жизни, которая кипит в России. Мой брат в Башкирии возглавил борьбу против чиновника, который заставлял детей целовать ему ботинки. Известная история! У меня достаток больше, но я завидую брату. Россия для нашей семьи существует в экспортном варианте. Единственное, чем я могу помочь России, – доказывать на Западе, что русские – это не быдло.

– Но почему вы с вашей квалификацией не вернетесь в Россию? – спрашиваю у Зиннура.

– Потому что единственный шанс остаться в науке – уехать из России, – коротко отвечает российский физик и швейцарский гражданин. – Когда я уезжал из Башкирии в Москву, отец советовал: «Найди академика и тезку Зиннура Сагдеева». Где он сейчас? Правильно – в Америке.

Молодой ученый, будь он даже семи пядей во лбу, на научную зарплату в России никогда не сможет обзавестись жильем. Горькая правда состоит в том, что ученому и его семье нужна крыша над головой, как бы он ни был влюблен в науку Можно еще с выгодой жениться, но все-таки интеллект ученого нацелен на иные проблемы и ухватки брачного афериста ему недоступны. В российской науке, это видно по контингенту ЦЕРНа, остались лишь шестидесятилетние ученые, которые успели получить квартиры в советское время. Сорокалетних завлабов, это лучший возраст и лучшая должность для ученого, в России не осталось. Стоящая молодежь после защиты диссертации предпочитает скорее убывать за границу, потому что ипотека там вполне подъемная. Наши ученые в ЦЕРНе на каждом шагу встречают учеников, которые перебрались в западные университеты и весьма довольны жизнью.

– Меня часто спрашивают, почему я остался в науке, – говорит профессор Владимир Гаврилов, который недавно получил первый на Большом адронном коллайдере громкий результат и стал героем сенсационных интервью. – Все побежали – кто на Запад, кто в бизнес. Но почему я из-за временных сложностей должен бросать дело, которому учился всю жизнь и которое хорошо знаю? Ученый – это призвание души, а душе изменять нельзя. Если я уйду, не передав молодежи свои знания, меня задушит совесть.

Спокойная ротация ученых – показатель развития науки в стране. Ученые на Западе похожи на перелетных птиц – наши ведут себя как лесные звери при пожаре. В России ротации нет, но есть эмиграция. Что касается Сколкова, то это национальный проект, и он должен опираться на национальные кадры. Если суммировать голоса, которые я слышал в русском наукограде ЦЕРН, общее мнение таково: не надо возвращать в Россию тех, кто уехал, это пустая затея, но надо сделать так, чтобы новое поколение не уехало насовсем.

Есть еще деталь, которая сближает ЦЕРН и Сколково. Секретарем директора ЦЕРН несколько десятилетий была Татьяна Фаберже, правнучка знаменитого ювелира. Главный распорядитель Сколкова Виктор Вексельберг собирает по миру яйца Фаберже и возвращает их в Россию. Может ли это совпадение мистическим и счастливым образом отразиться на судьбе русского иннограда?

ВЕСЬ ТАБУН ИЗ ЗАРИНА И ЗОМАНА БУДЕТ УНИЧТОЖЕН.

В поселке Леонидовка Пензенской области построен завод по уничтожению химического оружия. Пол века на территории войсковой части 21222 находился крупнейший в Поволжье склад наиболее ядовитых отравляющих веществ – зарина, зомана, табуна и самого страшного Vx. На новом заводе предстоит уничтожить около 7 тысяч тонн боевых отравляющих веществ, или 17 % запасов этого оружия в России. К апрелю 2012 года согласно Конвенции о запрещении химического оружия, подписанной в 1993 году, оно должно быть полностью уничтожено на всей планете.

Почему в тихой Пензенской области, где нет крупных промышленных предприятий, так много химического оружия? Конечно, в нашей стране, вечно подпитываемой «оборонкой», куда ни ткни, везде откроешь секретный объект. Но отчего именно здесь расцвело царство нервно-паралитического толка? Мистическое совпадение: в Пензе родился и учился будущий маршал Тухачевский, который в родных краях первым в истории использовал отравляющие вещества против собственного населения при подавлении крестьянских бунтов в 1918–1921 годах, о чем бодро докладывал Ленину: «Травили как бешеных псов». Кстати, первая в истории газовая атака немцев на Ипре в 1915 году была проведена в день 45-летия Ильича. Всего человеческий гений сочинил около трех десятков отравляющих веществ, пригодных для боевых действий. Самые гадкие во главе с зоманом и Vx, которые хранятся в Леонидовке, созданы в 1930–1950 годах доктором Герхардом Шредером, работавшим сначала на Германию, а потом не менее успешно на США. Как и атомную бомбу, советские ученые сумели воссоздать эти вещества: академик Кнунянц – по реактивам, добытым разведкой, а профессор Петров – по отрывочным публикациям. В итоге гонки вооружения СССР превзошел по части химического оружия все страны и из 71 тысячи тонн мировых запасов обзавелся 40 тысячами. Впрочем, в отличие от Германии, Англии, Италии, США, Ирана, наша страна никогда не использовала отравляющие вещества в боевых действиях. Последний в мире случай применения – газовая атака секты «Аум синрике» в токийском метро в 1995 году. – Что случится, если вещество Vx вдохнуть полной грудью? – интересуюсь у главного технолога подполковника Дениса Пушкарева, который наблюдает за тем, как личный состав поэтапно разрушает и дезактивирует авиабомбы с химической отравой. В цехе размером с футбольное поле установлено несколько конвейерных лент, кранов, манипуляторов, которые перемещают авиабомбы с одного рабочего места на другое. Все офицеры облачены в герметичные комбинезоны и противогазы, что создает впечатление массовки фантастического фильма. Авиабомба в секретной документации называется непонятно – 5ПАС Vx. ПАС расшифровывается как прибор авиационный специальный. В каждом приборчике 150, 250 или 500 кг отравляющих веществ. – Пару раз ногами, пожалуй, дрыгнуть успеешь, – делает предположение подполковник. Становится неуютно. Пока бомбы движутся, как сосиски, по конвейеру, произвожу в уме подсчет: чтобы убить одного человека, достаточно 4 мг «лекарства» доктора Шредера, следовательно, средняя бомба, если ее начинку разлить по шприцам, унесет более 50 миллионов жизней. Оценить эффект при распылении невозможно – зависит от погоды и ветра. Как ни цинично звучит, метеозависимость с точки зрения военной науки является главным недостатком химического оружия, которое по эффективности значительно уступает другим видам оружия массового поражения. Если ветер повернет не в ту сторону, отрава может накрыть свои же позиции. Циники говорят, что, будь эффективность химического оружия выше, гуманистические соображения не помогли бы подписать Конвенцию по его уничтожению. В это верить не хочется. Даже в годы Второй мировой войны со всеми ее ужасами и массовыми убийствами химическое оружие, от которого ломились арсеналы, не было задействовано. – Чтобы поражающую силу узнать, надо на ком-нибудь химическое оружие испытать? – спрашиваю у полковника Сергея Паламарчука, который служил на многих химических объектах России. – У нас полигоны имелись? Может, добровольцы находились? – В Каракалпакии была база, где на животных экспериментировали, – отвечает бывалый полковник и затягивается дымком, предаваясь ностальгическим воспоминаниям. – Как и положено – мыши, крысы, кролики. Высшее звено – приматы. Военные медики создавали противоядия-антидоты. Если вдохнуть Vx и быстро вколоть в мягкое место шприц, особых последствий не будет. Хотя бывали случаи, когда новое вещество прекрасно работало на шимпанзе, а человека не брало. Организм – тонкая вещь. Чтобы его правильно отравить, надо постараться. После приободряющей просветительской беседы продолжаю расчеты. Получаю ответ: весь арсенал Леонидовки может несколько раз уничтожить человечество. Сколько таких Леонидовок на планете? Только в России в разных регионах семь крупных объектов по хранению химического оружия. Пока в России уничтожено 27 % ее запасов, а в мире – уже 38 %. Основные накопления, естественно, приходятся на долю России и США. Америка обогнала нас по уничтожению, но не от сознательности, а по той причине, что в прежние времена рядом с химическими арсеналами сразу строила заводы по утилизации. Но сейчас в США работы по уничтожению химического оружия на время приостановлены: технологии были основаны на сжигании и оказались экологически вредными. Российские технологии этого недостатка лишены, и серьезные экологи претензий ни к одному из наших объектов не предъявляют. Если не считать, конечно, тех, кто на экологических спекуляциях строит предвыборные кампании, забывая о том, что хранить химическое оружие много опаснее, чем уничтожать. В Леонидовке в широкой зоне защитных мероприятий в восьми населенных пунктах живет 15 тысяч человек и на жизнь никто не жалуется. Как и полагается, крупный промышленный объект поднимает уровень жизни. Но бдительность терять нельзя: в соседней Саратовской области с химическим оружием были связаны экологические инциденты. После того как внутрь авиабомбы заливают ортофосфорную кислоту, которая разрушает ядовитое вещество, снаряд несколько месяцев хранится на складе. Проводится еще ряд хитрых химических манипуляций – и конечное вещество можно использовать в качестве минерального удобрения. Это, кстати, могло бы решить вопрос перепрофилирования заводов по уничтожению химического оружия, которые обзавелись собственной приличного уровня инфраструктурой. В Леонидовке, окруженной ветхими деревнями, построены комфортабельный поселок, школа на загляденье, современный медицинский центр, новые дороги. Бросать это хозяйство, словно на планете, которую не удалось освоить, расточительно. Вопрос о том, как будут использоваться заводы по уничтожению химического оружия, когда полностью выполнят свою миссию, государственный и станет актуальным в недалеком будущем. – Сотрете в порошок все оружие – и чем займетесь? – спрашиваю у 31-летнего подполковника Пушкарева, который внешне напоминает педагога или научного работника.– Может быть, учителем химии в школу пойти? – размышляет он над жизнеустройством. – Даже если придется из армии уволиться, стоит этим пожертвовать, чтобы о химическом оружии дети только на уроках узнавали.

УРАН НА АНГАРЕ.

Если с войнами мы еще миримся, то ядерной войны не хочется никому. Атомное оружие на планете имеется всего у семи государств. Но десятки стран на всех континентах стремятся овладеть ядерными технологиями, и некоторые не прочь освоить полный ядерный цикл. Ситуацию осложняет угроза со стороны террористов, которой в те времена, когда создавалась атомная бомба, просто не существовало. В мире предложено несколько проектов по обеспечению доступа к ядерным технологиям при строгом соблюдении принципа безопасности. Ближе всех к реализации – Международный центр по обогащению урана на базе прежде закрытого Электролизного химического комбината в Ангарске.

Веками в песнях русские признавались в любви к Волге. В 1960-х годах лирический акцент сместился в сторону сибирских рек, из которых особенно выделялась Ангара. Молодой Иосиф Кобзон, которому еще предстояло стать певцом всех времен, пел песню Александры Пахмутовой: «Плывут сибирские девчата / Навстречу утренней заре / По Ангаре, по Ангаре». Куда плывут девчата, было непонятно, да и не важно. Романтика ценилась сама по себе и не вступала в реакцию с грубыми реалиями. Десятилетия спустя с большой долей уверенности можно предположить, что девчата плыли на строительство Ангарского электролизного химического комбината (АЭХК). На Ангаре и в Сибири это крупнейший производственный комбинат. Что там в Сибири! АЭХК потреблял 4 % всей электроэнергии, которая вырабатывалась в СССР. Легендарная Братская ГЭС, хотя это было величайшей тайной, строилась специально для обслуживания комбината. При этом о самом АЭХК не было известно практически ничего – его окутали строжайшей секретностью.

«Я много лет работал за границей, – говорит директор комбината Александр Белоусов. – Когда предложили вернуться в Ангарск, не сомневался. Таких предприятий в мире – на пальцах одной руки. И перспективы просто фантастические».

Сегодня не секрет, что в 1950-х годах Пентагон подготовил план атомной бомбардировки 18 советских городов. Позднее этот план был расширен до 30 городов, затем до сотни. Хиросима и Нагасаки рассматривались как удачный эксперимент. Чтобы отвести угрозу, стране требовалось создать адекватный ядерный потенциал. Комбинат в Ангарске – важнейший элемент длинной промышленной цепочки в производстве ядерного оружия. АЭХК – один из четырех заводов, где происходит обогащение урана до нужных кондиций, чтобы использовать его в качестве топлива или боевого заряда.

Провал ЦРУ.

В 1960 году американского летчика-шпиона сбили над Уралом. О том, что Пауэрс летит над территорией СССР, Хрущеву доложили перед парадом 1 мая. О том, что сбили – прямо на Красной площади. В «Известиях» под карикатурой Бориса Ефимова написали: «Из высотного У-2 янки выскочил едва».

Впрочем, в победных реляциях не сообщалось, куда направлялся поднебесный шпион. Летел Пауэрс к городу Новоуральск, чтобы сфотографировать советский завод по обогащению урана. Завод в Ангарске оставался для американцев столь же лакомой приманкой. Но за десятилетия разведывательной деятельности они так и не смогли узнать, что за производство размещено в Новоуральске и Ангарске. Лишь в начале 1990-х годов, когда экспертов из США допустили на российские предприятия, они впервые увидели уникальные центрифуги, о которых лишь подозревали и за которыми безуспешно охотились несколько десятилетий. Тогда в американской прессе писалось, что это крупнейший провал в истории ЦРУ и эту организацию, чтобы зря не переводила деньги, лучше распустить.

«После самолетов появились космические спутники, их сбить нельзя, – вспоминает академик Иосиф Фридляндер. – Мы попросили наших агентов в США раздобыть космические снимки. Когда получили, увидели наш завод и заключение американских экспертов: “На крыше нет охлаждающего водяного бассейна – русские придумали новую технологию”. Но что это за технология, в США так не узнали, пока мы сами не открылись».

Россия обладает 40 % мировых мощностей по обогащению урана. В 2007 году президент Путин назвал Ангарск местом, где будет создан Международный центр по обогащению урана (МЦОУ). Идея выигрышная: любая страна, которая развивает ядерную энергетику, может стать акционером МЦОУ или заказчиком продукции, не нарушая международных требований по нераспространению. Все работы совершаются под контролем МАГАТЭ. В МЦОУ уже вступил Казахстан с его богатейшими в мире запасами урана, получив 10 % акций. Готовится Армения, ей тоже отпущено 10 %. На подходе Украина – половину электроэнергии в этой стране производят АЭС. Скоро будет подписан указ президента Медведева о том, что МЦОУ может распоряжаться ядерными материалами, что позволит начать поставку топлива уже в конце 2008 года.

Только что в Ангарске на Электролизном химическом комбинате впервые состоялся международный семинар по гарантиям безопасности ядерных материалов при работе международного центра. Приехало несколько десятков специалистов из многих стран – от Бахрейна и Кампучии до Чехии и Англии. Журналист был допущен один – из «Известий». Из конфиденциальных бесед я понял, что значительная часть приехавших– офицеры иностранных спецслужб. Это нормально, учитывая специфику производства. Кстати, американского представителя на семинаре не было. Точнее, он приехал, быстро выяснил, по каким цехам его проведут, и, не распаковывая чемодан, отбыл восвояси. Логика не для простых смертных.

...

«Это моя жизнь – 45 лет здесь работаю. Приехал еще в те годы, когда город едва был виден сквозь тайгу. И меня не перестает удивлять, как ученым удалось создать установки, которые превосходят все сущее в природе? У нас на комбинате многие помнят академиков Кикоина и Фридляндера. Мощные старики напридумывали столько, что мы до сих пор живем этими достижениями. Сейчас уже так не подняться, но мы стараемся улучшать гениальные находки». Леонид Чернов, директор разделительного завода.

...

«Я несколько раз был в Америке, посещал научные центры. Сразу сказал, что ничего у них не выйдет. Грубая структура, плохие свойства. Самая большая в мире алюминиевая компания “Алькоа” в Питтсбурге дала в мою честь прием. За столом рядом сидели миллионеры – и я с несколькими сотнями рублей в месяц. Но миллионы в голову не засунешь, и было забавно, что американцы догнать нас не могут». Академик Иосиф Фридляндер. Русская карусель в Китае.

«Хрущев передал Китаю многие ядерные технологии, – говорит директор АЭХК Александр Белоусов. – Без Хрущева Китай не обзавелся бы атомной бомбой. У Китая оказались наши старые газодиффузионные технологии. В 1990-е годы, когда отрасль умирала, были подписаны соглашения о строительстве в Китае современных заводов с центрифужным оборудованием. Я строил два завода, всего их будет четыре. Саму технологию центрифуг мы, естественно, не передаем. Китай пытается копировать наши центрифуги, разбирает до винтика, повторяет геометрию, но результат скрывает».

Результат, по информации из знающих источников, удручает. Китайские центрифуги сыплются через три месяца. Надо учесть к тому же, что в Китай проданы не самые новые российские установки, а у нас работают центрифуги пятого поколения, уже началось внедрение седьмого и разрабатываются конструкции девятого поколения. Но именно на китайских центрифугах, по мнению экспертов, построена ядерная программа Пакистана, а также, вероятно, Ирана.

Сколько центрифуг продает Россия Китаю? Четыре завода стоимостью 1 млрд. долларов на 200, 300, 500 и 500 единиц разделительных работ (ЕРР). Всего – 1,5 млн. ЕРР, меньше мощности комбината в Ангарске. Общая обогатительная мощность российских заводов превышает 20 млн. ЕРР. Российские центрифуги поднимут выработку электроэнергии на АЭС Китая с 9 до 15 ГВт. В России мощность АЭС сейчас 22 ГВт.

Крещение в Байкале.

Человечество делится на две части – на тех, кто бывал на Байкале, и на тех, кто на Байкале не бывал. Так говорил первый директор комбината Виктор Новокшенов, стоявший у руля – вот были времена! – 30 лет. Это философское наблюдение, дабы на берегу толкнуть гостей в воду, провокаторски развивают: та часть, что бывала на Байкале, тоже делится – на тех, кто искупался в самом холодном в мире озере, и на тех, кто в нем не искупался.

Иностранцы после семинара были вывезены на Байкал и поставлены перед выбором, в какой части человечества им оказаться. Надо признать, русские чуть не строем заходили в ледяной Байкал, сопровождая купание истошными и радостными воплями. Японцы и арабы пугливо жались на берегу. Европейцы отводили взгляд. Англичанин прогуливался в отдалении, но по-джентльменски объяснил, что в следующий раз возьмет с собой плавательный костюм и обязательно искупается.

Когда все уже сдвинули стаканы с горячительными напитками, выяснилось, что одного иностранца не хватает. После переклички поняли, что потерялся чех – он тихо сидел в Байкале, не подавая признаков беспокойства. Зачем это чеху? Подозрительно. Мне показалось, что его взяли на заметку. Но, вышедши на берег, чех сломался и истерически захохотал. Взгляд моржа упал на мемориальную табличку, прибитую к валуну, которая гласила, что в этих глухих местах два раза купался главный редактор газеты «Правда» коммунист Валентин Шурчанов.

Впрочем, иностранцев, которые примкнут к Международному ядерному центру, могут ожидать неожиданности и другого рода. Поздно вечером повстречались с шахтерами из города Черемхово, которые отдыхали, предаваясь возлияниям с размахом, непостижимым для иностранных гостей. Самым неприятным оказалось то, что эти добрые поначалу люди быстро перешли от безбрежного гостеприимства к непомерной агрессивности по одной той причине, что иностранцы не так пьют. Сказать, что это Россия, было бы, хочется верить, несправедливо. Мне кажется, что больше настоящей России в центрифугах, которые никто в мире повторить не может.

Шутка Мао.

На совещании коммунистических и рабочих партий в Москве в 1957 году председатель Мао решил вести себя в том же духе, что и отошедший в мир иной Сталин. Мао позволил себе такой стиль, потому что был близок к обладанию атомной бомбой. В узком кругу он стал рассуждать о том, что если случится ядерная война и погибнет несколько десятков миллионов китайцев, это особого значения иметь не будет – еще больше китайцев останется. Пальмиро Тольятти испуганно переспросил: «Итальянцы тоже погибнут?» Мао моментально ответил: «А разве итальянцы имеют значение?» В своих мемуарах Мао написал, что это был черный юмор в духе Сталина, но никто из ревизионистов его не оценил.

БОМБА ОТ НЕМЕЦКОГО БАРОНА.

Семь тысяч специалистов из Германии работали над советским атомным оружием.

Однажды Берия говорил с советником Гитлера по науке Петером Тиссеном, директором Физического института кайзера Вильгельма.

– Мне много лет, какая от меня польза? – отговаривался Тиссен от предложения о сотрудничестве. – Для атомной бомбы я уже руины.

– Если вы и руины, – отвечал Берия советнику фюрера, – то весьма впечатляющие. Начните работать, а мы поможем.

60 лет назад была испытана первая советская атомная бомба. Это событие исторического масштаба, оно установило ядерное равновесие и сделало возможной только бескровную холодную войну. После испытания Пентагон отрезвел и уже не составлял планов ядерной бомбардировки десятков советских городов. Роль советской разведки, которая сократила сроки создания ядерного оружия, недавно была рассекречена. Но до сих пор не афишируется участие немецких специалистов в нашем атомном проекте. В 1945 году из Германии в СССР в добровольно-принудительном порядке были доставлены сотни немецких ученых, имевших отношение к ядерной проблеме. Самая большая партия немцев была привезена в Сухуми и тайно размещена в пышных имениях великого князя Александра Михайловича и миллионера Смецкого. Быть может, эти места были выбраны по той причине, что неподалеку родился Берия и знал здесь все тайные тропы и даже подводные течения.

Золотая клетка для «полезного еврея».

Размякшие на солнце курортники тяжело бредут с пляжа – к вящему удовольствию они подвергли свои организмы радиационной атаке. Женщины тащат очумевших детей, мужчины под тяжестью пивных животов плывут, как морские бриги. Пляжники проходят мимо помпезного и заброшенного особняка, который затаился в ста метрах от берега в одичавшем саду. Дом разграблен, и никому нет до него дела – в Абхазии после войны слишком много разрушенных зданий.

«Здесь был большой детский сад, – говорит пожилая продавщица мороженого. – Но после войны детишек стало мало. Дом забросили. Что было до детского сада? Нет, этого никто не упомнит».

Речь о грузино-абхазской войне 1992–1993 годов. А после Великой Отечественной войны в этом особняке десять лет жил и работал над советской атомной бомбой лауреат Нобелевской и Сталинской премий Густав Герц, племянник того Герца, которого знает каждый школьник, даже если его поймать на пляже. Еще до войны Герц говорил, что из всех стран больше всего пользы он принес бы, если бы работал в СССР. Герц легко мог последовать примеру Эйнштейна и многих других немецких ученых, которые перебрались в Америку. Но он не покидал Германию, где жил с аусвайсом «полезного еврея», потерял право работать в государственных институтах и служил в частном «Сименсе». В 1945 году Густав Герц стал одним из первых немецких физиков, кто согласился приехать в СССР, стал директором института и жил на берегу Черного моря в доме, построенном по его собственному проекту Герц остается единственным иностранным нобелевским лауреатом, который работал в нашей стране.

В 1945 году поиском специалистов в Германии занималась группа полковников, которые на самом деле были не полковниками, а секретными физиками – будущие академики Арцимович, Кикоин, Харитон, Щелкин… Операцией руководил первый заместитель наркома внутренних дел Иван Серов, что открывало любые двери. Кроме ученых законспирированные академики разыскали 200 тонн металлического урана, что, по признанию Курчатова, сократило работу над бомбой на год-полтора. Еще больше урана из Германии успели вывезти США, как, впрочем, и специалистов во главе с руководителем немецкого атомного проекта нобелевским лауреатом Вернером фон Гейзенбергом. В СССР отправляли механиков, электротехников, стеклодувов. Многих отбирали в лагерях военнопленных. Макса Штейнбека, будущего советского академика и вице-президента АН ГДР, нашли, когда он по прихоти начальника лагеря изготовил солнечные часы. Всего по атомному проекту в СССР работало 7 тысяч немецких специалистов и еще 3 тысячи – по ракетному проекту.

В распоряжение немецких физиков в Абхазии передали санатории «Синоп» и «Агудзеры», из них выселили десятки высокопоставленных семей. Из Германии шли эшелоны с оборудованием. Три из четырех немецких циклотронов были привезены в СССР, а также – мощные магниты, электронные микроскопы, осциллографы, трансформаторы высокого напряжения, сверхточные приборы. В СССР было вывезено оборудование из Института химии и металлургии, Физического института кайзера Вильгельма, электротехнических лабораторий «Сименса», Физического института министерства почт Германии. К слову, министр почт допекал Гитлера обещаниями, что сумеет спасти Германию, сделав на бюджетные деньги министерства атомную бомбу, но фюрер, которому был интересен лишь быстрый результат, отмахивался.

Санатории навсегда потеряли свое историческое имя. «Синоп» назвали объектом «А» – им руководил ученый барон Манфред фон Арденне. «Агудзеры» стали объектом «Г» – его возглавил Густав Герц. На объектах «А» и «Г» работали выдающиеся ученые: Николаус Риль, которому Сталин присвоил звание Героя Социалистического Труда, Макс Фольмер, который построил первую в СССР установку по производству тяжелой воды, а потом стал президентом АН ГДР, член НСДАП и советник Гитлера по науке Петер Тиссен, конструктор легендарной центрифуги для разделения урана Макс Штейнбек и обладатель первого западного патента на центрифугу Гернот Циппе… Всего около 300 человек. Все эти ученые создавали для Гитлера атомную бомбу, но в СССР этим их не попрекали. Многие немецкие ученые стали – и не единожды – лауреатами Сталинской премии.

Густав Герц остался в памяти наших ученых замкнутым человеком, который задумчиво дымил трубкой. Но мог ли быть весельчаком тот, кто полжизни прожил с ярлыком «полезный еврей»? Иногда Герц жаловался на мальчишек, которые воруют дыни из его сада, но не давал жалобам хода. Герц печально говорил: «Нет ни мальчика, ни дыни». На семинарах нобелевский лауреат неизменно начинал свою речь словами: «Может быть, я скажу большую глупость, но…» И говорил совершенно неожиданные вещи, которые никому в голову не приходили. Когда Герц вернулся в Германию, выяснилось, что он собрал богатую, и первую в Европе, коллекцию абхазского фольклора…

Подзорная труба, чтоб не мучиться.

– Правительство СССР хотело бы, чтобы в вашем институте началась разработка нашей атомной бомбы, – сказал Берия в 1945 году в Кремле барону Манфреду фон Арденне.

– Это большая честь, предложение выражает вашу веру в мои возможности, – ответил барон через десять секунд, которые показались ему самыми долгими в жизни, потому что он понимал, что от ответа зависит судьба тысяч соотечественников. – Но я предлагаю, чтобы немецким ученым поручили не менее сложную задачу разделения изотопов, а разработку самой атомной бомбы вели советские ученые, которые смогут выполнить великое дело для своей родины.

Берия согласился с распределением задач. Через 20 лет Хрущев весело воскликнул: «Вы и есть тот Арденне, которому удалось вытащить голову из петли?» Барон фон Арденне с его шестьюстами патентами – для немцев такой же культовый изобретатель, как для американцев Эдисон. Он был одним из пионеров телевидения, создал поколение электронных микроскопов и масс-спектрометров, множество других приборов. Благодаря фон Арденне в СССР появился первый масс-спектрометр, а Физико-технический институт в Сухуми, впитав уроки немецкой школы, стал одним из лидеров нашей науки. Огромный вклад, как и обещал барон Берии, был сделан в создание лучшей в мире технологии обогащения урана, а передовая технология получения металлического урана была разработана Николаусом Рилем, который отчаянно вступил в спор с бюрократией и которым заинтересовался лично Сталин.

Какие условия были созданы для немецких специалистов в Сухуми? Жили в благоустроенном городке, но за колючей проволокой. Зарплаты были высокие – фон Арденне получал 10,5 тысяч рублей при зарплате советского инженера 500 рублей. В работе ученые отказа не знали, заказы выполнялись моментально – за нужным прибором самолет мог вылететь в любой город СССР. Немцы пришли к убеждению, и писали об этом в своих мемуарах, что советская система труда самая эффективная в мире, Германии до нее далеко, а социализм непременно восторжествует. Многие просили включить их в соцсоревнование. Даже барон фон Арденне стал социалистом и искренне воспевал советский строй, хотя от заоблачных премий не отказывался.

Единственное, чего немцы не могли понять в СССР, – это борьба с генетикой, которую объявили буржуазной лженаукой. «Мы же видим гены в микроскоп, – удивлялись ученые. – Как можно отрицать то, что является фактом?» Кстати, на объекте «А» доктор Менке проводил опыты по влиянию радиации на животных, но о результатах ничего неизвестно.

С отдыхом было тяжелее. Когда немцы выходили за границу объекта, к каждому прикрепляли сопровождающего. Было много экскурсий по Абхазии, много спортивных состязаний. Чтобы поддержать бодрость духа, устраивались совместные праздники. Немцы пели «Катюшу» и учили советских барышень танцевать, а лучшим танцором оказался бывший советник Гитлера Петер Тиссен. За все годы был заключен лишь один смешанный брак, правда, жених был не немец, а австриец Евгений Барони, который так и остался в Сухуми.

Немцы, как и русские, не дураки выпить. Но с алкоголем возникали сложности. Химики научились гнать яичный ликер и проносили его в дымящемся сосуде мимо часового с истошным мычанием из-под противогаза: «Осторожно, яд!» Хуже всего было с амурными делами, ведь семьи были далеко не у всех, а субтропики располагают к томным мечтаниям. Кстати, из Германии разрешалось привезти любую женщину, не обязательно жену. Страдающих миннезингеров стало так много, что оптик Гофман, дабы сберечь нервы, построил подзорную трубу, в которую прямо из института можно было рассматривать женщин на пляже.

Член Политбюро в бункере.

Секретность на объектах была такая, что секретарь обкома мялся у проходной. Может быть, по этой причине бывший член Политбюро Эдуард Шеварднадзе, став грузинским президентом, в 1993 году прятался в бункере на территории объекта «А». Я заглянул в бункер – убогое зрелище и злая ирония судьбы! Когда абхазы пошли в наступление, лидер Грузии бежал из бункера и бросил чемодан с нижним бельем, которым размахивали местные мальчишки с большим вдохновением, чем воровали дыни у Густава Герца. Шеварднадзе еле добрался до аэропорта, где выяснилось, что грузинские самолеты, кто бы сомневался, не летают. Президента спас российский спецназ. Повернись чуть иначе, объект «А» вошел бы в историю еще громче.

«Наш институт дважды пережил тяжелый кризис, – говорит директор Анатолий Марколия. – Первый раз – когда уехали немцы. Второй раз – во время войны. Связи с Россией прекратились. Тбилиси создал институт в точности с нашим названием – Сухумский физтех. Они письма в Москву писали с требованием денег дать. В СФТИ работало 5 тысяч человек, сейчас осталось 600, ученых – всего 150. Надежды связаны с Россией, создаем совместные предприятия по тематикам, где наши позиции по-прежнему сильны. В лучших российских вузах по нашему направлению обучаются студенты из Абхазии. Пока у нас зарплата всего 5 тысяч, но, когда выберемся из ямы, молодежь вернется в Физтех. У нас по-прежнему работает немало грузин, никто их не преследует. Толерантность сохранилась с тех времен, когда после предыдущей войны в Сухуми работали немецкие ученые».

В России я не видел, чтобы в кабинете ученых имелись портреты политиков. У начальника плазменного отдела Юрия Матвеева, человека либеральных умонастроений, на столе скромный портрет Путина. «Мы всем ему обязаны, – говорит знаток плазменных вихрей. – Если бы не Путин, ученых в Абхазии не осталось бы». В годы войны ученые, оставшись без средств к существованию, придумали, как из мандаринов делать хлеб, а из крапивы – лепешки. От неумеренного потребления мандаринов физики стали желтые, как китайцы. Но на работу ходили, круглосуточно дежурили в лабораториях. «Я собирал мандарины, чтобы выжить. Жил, чтобы сохранить установки, – вспоминает конструктор Николай Судак. – Грузины предлагали мне ремонтировать оружие, но я сказал, что только в атомной бомбе разбираюсь. В итоге оказался без хлебных карточек».

Зачем эти ученые остались в Сухуми, если им предлагали работу в российских лабораториях? Может быть, ими движет редкое, но очень простое чувство – они любят свое дело, гордятся институтом и не хотят в тяжелый час бросать его на произвол судьбы. И, наверное, они легко нашли бы общий язык с немецкими физиками, которые принесли в эти края высокую науку после самой страшной в истории войны.

Тень Василия Блаженного.

Немецким ученым обещали, что в 1955 году они вернутся в Германию. Жена Николауса Риля была крайне напугана золотым дождем наград, премий и почестей – все члены семьи получили пожизненное право учиться, лечиться и передвигаться по СССР бесплатно. Риль сказал заместителю Берии генералу Завенягину: «Я никогда в жизни не был капиталистом, и было бы удивительно рассчитывать на то, что я стану капиталистом в стране социализма». Когда в Сухуми все паковали чемоданы, Риль демонстративно устранился от сборов и сказал, что все его ценности хранятся в голове. Позднее Риль писал, что любовь Сталина и избыток благ были для него самым тяжелым бременем.

Манфред фон Арденне, как назло, прочитал о судьбе зодчих храма Василия Блаженного и засомневался, не постигнет ли его та же участь. Но барон купался в славе и ни в чем не знал отказа. Ему были возвращены и доставлены обратно в Германию все приборы, конфискованные в 1945 году. А денег из СССР в Германию барон-социалист привез столько, что сумел открыть и оборудовать первый в социалистическом мире частный научный институт.

Велик ли вклад немецких специалистов в советскую атомную бомбу? И сделал бы СССР бомбу без данных разведки, работавшей на Западе и без помощи немецких ученых? Сколько ни спорь, ответа не будет. Но необходимо знать главный урок: в критический момент истории страна сумела мобилизовать все ресурсы и выполнила важнейшую стратегическую задачу, когда край пропасти был уже близок.

К концу 1955 года все немцы вернулись в Германию, и соблазна остаться в СССР ни у кого, даже у обласканных лауреатов, не возникло. В особняке Густава Герца поселились дети, а кресло барона фон Арденне передают друг другу по наследству директора Сухумского физтеха, чтобы предаваться в нем высоким думам…

САЯНО-ШУШЕНСКАЯ ГЭС.

Почему захлебнулась плотина.

– Очень боюсь до конца дней венки на Енисей носить, – говорит Николай Жолоб. – Могилы-то у сына нет, и душа у него успокоиться не сможет.

Когда строили Саяно-Шушенскую ГЭС, Николай Жолоб был начальником автоколонны тяжелых «БЕЛАЗов». У него и сейчас такие могучие плечи, что легко может колесо от самосвала нести. Но в руках у него списки погибших – больше 70 человек. Николай Жолоб круглыми сутками занимается устройством чужих дел и судеб, чтобы не думать о своей беде, которая горше горького. Сын Максим родился на станции, с детства мечтал работать на ней, и вот уже больше недели его и еще нескольких человек из последней смены спасатели и водолазы найти не могут.

Прошу показать фотографию сына. И вижу, как по лицу здорового мужика, виляя по морщинам, катится прозрачная слеза. Хочется спрятать глаза.

– Нельзя фото показывать, Максима еще не нашли, – говорит Николай. – Понимаю, что сына уже нет. Но мать верит. И две маленькие дочки папу ждут. Сын с работы через десять минут после начала смены позвонил и сказал матери: «Что-то непонятное творится. Бери детей и беги на дачу». И сразу связь прервалась.

– Васильич, я твоего сына видел, – вдруг говорит подошедший мужчина. Он бледен, как каторжник, а поверх одежды перепоясан травматическим бандажом. – Когда входили в машинный зал, он передо мной шел. Веселый был, про выходные рассказывал.

Глаза у отца вспыхивают и тут же гаснут. Мужчина отказывается назвать свое имя. «Только следователю, – бросает он уходя. – Я уже подписку дал. Не хочу в тюрьму идти. Хотя уже и тюрьма после такого не беда». Этот человек – один из немногих уцелевших. На станцию вошло 111 человек – в живых осталось 36.

– Может, я напрасно эту станцию строил? – спрашивает сам у себя Николай Жолоб.

Саркофаг для гидроэнергетиков.

Саяно-Шушенская ГЭС в два раза выше и в четыре раза длиннее пирамиды Хеопса, которая поражает воображение многих поколений и является самым знаменитым чудом света. В отличие от пирамиды Хеопса, гидростанция не стояла мертвой гробницей, а работала, как вол. 30 лет Саяно-Шушенской ГЭС полагалось петь дифирамбы и сочинять в ее честь хвалебные оды, которым позавидовала бы Елизавета Петровна. Саяно-Шушенская ГЭС – крупнейшая в Евразии. Турбины и генераторы – лучшие в мире, гидроагрегаты – крупнейшие, равных не найти. Трансформаторы – самые прочные и долговечные, так что капитальный ремонт не нужен, только профилактика. Есть в мире станции выше, но они узкие, по совокупности параметров Саяно-Шушенская ГЭС мировой рекордсмен. Надежность станции сомнению не подвергалась и являлась убийственным и неопровержимым контрдоводом как в спорах о советском качестве, так и в философских диспутах о техногенных катастрофах.

Для ускорения сроков впервые в мире монтаж агрегатов проводился не на заводе, а прямо на станции в машинном зале, когда ни кровли, ни стен не было. Бетона на строительство потрачено столько, что можно было отгрохать полсотни пирамид Хеопса. В потоке восхвалений не обращали внимания на то, что столь грандиозные ГЭС строятся только в Китае, Индии, Южной Америке, в Канаде строительство приостановлено, а в США акцент делается на каскады более мелких гидростанций. Самая крупная американская ГЭС на Ниагаре построена в 1970 году, и она в два раза меньше Саяно-Шушенской. Но американцы просто не любят все яйца в одной корзине носить – такая национальная причуда. Саяно-Шушенская ГЭС стала ярким памятником индустриализации с ее гигантоманией и презрением к экономической целесообразности.

17 августа 2009 года Саяно-Шушенская пирамида заняла верхнюю строчку еще в одном перечне – крупнейших катастроф на гидростанциях мира. Стотонная крышка от лучшего в мире гидроагрегата летала по машинному залу, как бумеранг. Картина разрушений уже описана, как и драматические поиски погибших, которых день ото дня становилось все больше. Даже видавшие виды специалисты приходили в ужас. Один из генералов МЧС в помещении, где несколько дней назад собрались пришедшие на смену рабочие, потерял сознание. До сих пор опознать всех погибших даже с помощью стоматологов не удается. Врачи из Федеральной медико-биологической службы говорят, что на генетическую идентификацию в Москве уйдет не менее месяца…

«Мне священник сказал, что если в гроб положить чужое тело, то свечка погаснет», – сказал отец 25-летнего Антона Качана, который ждет результатов опознания.

В поисках козла отпущения.

Когда видишь Саяно-Шушенскую ГЭС в ее нынешнем виде, то кажется, что здесь поработала команда диверсантов-взрывников. Не верится, что мягкая водица могла выворотить столько металла и бетона. Картина разрушений вызывает недоумение: будто жестокий перст судьбы выборочно указывал на агрегаты, а соседние по столь же неизвестной логике миловал. Вес одного агрегата 1 700 тонн, его и собирали-то прямо на станции отчасти по той причине, что нет транспорта, который привез бы такую махину. Но вода с корнем вырвала и перевернула его, как детский волчок. В результате аварии, которая началась со второго агрегата, оказались, кроме него, полностью разрушены седьмой и девятый. Отдельные повреждения имеют первый, третий, четвертый и десятый, зато пятый и восьмой вообще отделались легким испугом. Агрегат номер шесть, который не работал во время аварии, находится в удовлетворительном состоянии и может быть запущен быстрее всех.

«Неделю назад я думал, что гидроэнергетика – самый безопасный способ добычи энергии, – говорит Валентин Стафиевский, который два десятка лет был главным инженером Саяно-Шушенской ГЭС и сегодня в комиссии Ростехнадзора является ведущим экспертом по анализу ситуации. – Теперь я этого не скажу. Оказалось, мы знаем про гидроэнергетику слишком мало и причины аварии понять не можем. Сегодня только дилетант и несведущий человек может говорить о версиях аварии. Заявляю со всей определенностью: не было никаких предвестников катастрофы. Все агрегаты на ГЭС достаточно новые, им далеко до износа. Технически эта ГЭС была благополучной. Злосчастный второй агрегат, с которого начались разрушения, работал нормально, в штатном режиме, никаких сбоев в последнее время не имел. Нет ни одного узла, который мог бы спровоцировать аварию. Для меня дело чести выяснить причину аварии».

Валентин Стафиевский может разобрать и собрать все агрегаты ГЭС с закрытыми глазами, как хороший сержант собирает «Калашникова». Кроме того, он обладает высшим моральным авторитетом для всех, кто работает на Саяно-Шушенской ГЭС. Сегодня на этого человека страшно смотреть. Я спросил его о наградах и званиях. «Это не имеет значения, – ответил Стафиевский. – Все мои регалии уничтожены аварией. Мне стыдно смотреть в глаза людям, которым я говорил о надежности ГЭС. Мне верили, а теперь я считаю себя изгоем. Чувство такое, что я прожил жизнь напрасно, все перечеркнуто. Отсюда не уеду, пока причину аварии не найду».

В нашей стране, особенно в последнее время, происходит много техногенных аварий. В каждом случае для выяснения причин требуется заключение технической экспертизы. Но всегда специалисты сразу и публично выдвигают несколько вероятных версий. И чаще всего сказанное по горячим следам подтверждается, ибо настоящий специалист знает слабые стороны механизма, с которым имеет дело. Авария на Саяно-Шушенской ГЭС – первый случай, когда очень долго никаких обладающих признаками достоверности гипотез никто из специалистов выдвинуть не мог.

Ситуация была ненормальной и взывала к крови. Потом на самом высоком уровне назвали козла отпущения – фирму, которая разработала автоматизированную систему управления. Даже президенту о подозрительной конторе доложили под тем соусом, что и министры о ней ничего не слышали. «Я не могу комментировать слова федеральных министров, – сказал мне и. о. председателя правления РусГидро Василий Зубакин. – Но это проверенная по многим контрактам компания из Санкт-Петербурга, которая давно и успешно работает в энергетике, в том числе в других странах и на других континентах. В России эта компания поставляет оборудование на крупнейшие ГЭС». Я видел технические справки, что АСУ работала нормально до того момента, пока не погибла вместе со всеми другими системами. Однако позже Ростехнадзор вновь предъявил претензии по тому же адресу, и это заставляет предположить, что огород, куда должно бросить камень, выбран по простому принципу – где ограда пожиже и крыша пониже.

Сытых глаз не бывает.

Неизвестность порождает слухи. Самый страшный из них – стук по бетонным перегородкам взывавших о помощи людях в воздушных мешках под водой. Полковник Красноярского отделения МЧС Логинов, стряхивая пепел от сигареты в выбитый оконный блок, сказал мне горькую правду: «В воздушных мешках мы нашли двух людей в первый день. Они действительно стучали в стену. Мы вырезали толстые куски бетона, вытащили их еле живыми через 15 часов. Остальные погибли глубоко под водой, там не было воздушных мешков. Можно ли было работать быстрее? Водолазы превышали все нормы. Не забывайте, что станция долго была обесточена, заглушки не получалось закрыть, вода с дикой силой продолжала поступать в машинный зал».

Героизм становится у нас делом привычным, но где же, извините за прозу, автономные системы энергопитания? Чтобы перекрыть воду, пришлось на плотину затаскивать мощный дизель, но на это ушло много времени. Паника, охватившая Хакасию, возникла не на бабкиных слухах – вода за плотиной прибывала, а водосброс был закрыт.

Если не удается выяснить причину аварии, как гарантировать безопасность других ГЭС? В России крупных станций мощностью выше 1 тысячи МВт около двух десятков. Правительство оперативно решило проверить их техническое состояние, но что проверять и что исправлять, когда проблема в тумане? Сейчас строится Богучанская ГЭС – как ее возводить, если Саяно-Шушенская авария перечеркнула прежний опыт?

«Состояние других гидростанций в России удовлетворительное, – сказал мне Василий Зубакин, в ведении которого находятся 53 российских ГЭС. – Доказательство в том, что серьезных аварий в нашей системе в последние годы не было. Каждый год мы выполняем ремонтную программу, ее темпы не снижаются, в 2009 году удалось переломить тенденцию к старению фондов, началось омоложение оборудования. После аварии на Саяно-Шушенской ГЭС принято решение о незамедлительном и тщательном анализе ситуации на всех гидроэнергетических сооружениях России. Директора многих российских ГЭС уже прибыли на Саяно-Шушенскую ГЭС, участвуют со своими бригадами в ее восстановлении и одновременно анализируют ситуацию. С одного только Волжско-Камского каскада прибыло 350 человек. Ждем ремонтные бригады и с сибирских ГЭС».

Тут уж закрадывается предательская мысль: случись что на другой ГЭС, а люди переброшены на ремонт Саяно-Шушенской… Но ведь необходимо как можно скорее агрегаты починить, а станцию запустить – жизненно необходимо. В первую очередь не для выработки энергии, которой жаждут алюминиевые магнаты, стоящие на содержании ГЭС. Пока агрегаты молчат, вода Енисея уходит через водосброс и колотит с двухсотметровой высоты по колодцу в основании плотины. Водобойный колодец и без того не слишком прочен, его надо постоянно латать. В 1985 году были разрушены 75 % бетонных плит водобойного колодца. Если до весеннего паводка хотя бы некоторые агрегаты не запустить, чтобы они тоже пропускали воду, есть опасность, что хлипкие водосброс и колодец с мощным паводком не справятся и трещины перекинутся в основание плотины.

«Простым людям такие огромные станции, как Саяно-Шушенская ГЭС, не нужны, – доверительно сказал мне следователь из прокуратуры, скрывшийся за простым именем Виктор. – Эти гиганты нужны хозяевам алюминиевых заводов. Недавно Красноярским заводом владел преступный авторитет Анатолий Быков, которого мы с трудом в тюрьму отправили. Теперь – олигархи, которые все доходы на Запад уводят. А здесь люди добывают для них деньги и гибнут. Это разборки по-новому, модернизированные».

На Саяно-Шушенской ГЭС мне так и не удалось выяснить причину катастрофы. Верю, что ждать недолго – она будет установлена. Но вот факт, который молчаливо обходят стороной. Накануне аварии в июне-июле 2009 года выработка электроэнергии на Саяно-Шушенской ГЭС достигла максимума за весь тридцатилетний срок ее эксплуатации. Аппетиты росли соразмерно с ростом прибыли. В августе-сентябре намечалось повысить свеженький рекорд еще на 10 %. Техника была старая, а экономика – новая.

Может быть, техника наказала людей за жадность? Бездонной бочки водою не наполнишь. Люди пошли вразнос – и техника пошла вразнос.

Работали на «отлично».

...

«Важнейшим вопросом для меня, как для директора предприятия, всегда является обеспечение надежной и безопасной эксплуатации оборудования и сооружений Саяно-Шушенского гидроэнергокомплекса. Во время строительства на гидроэлектростанции было установлено уникальное оборудование, гидротурбины и гидроагрегаты до сих пор считаются лучшими мировыми образцами. За 2008 год программа ремонтов, технического перевооружения и реконструкции Саяно-Шушенского гидроэнергокомплекса выполнена в полном объеме. Важнейшим итогом проводимой на Саяно-Шушенской ГЭС работы по модернизации оборудования стало увеличение в 2008 году предельной выдаваемой мощности гидроузла на 400 МВт». Николай Неволъко, директор Саяно-Шушенской ГЭС, Июль 2009 г. Плотина перенапряглась и захлебнулась.

«Зачем перечислять версии и волновать общественность, когда эксперты отвергают их одна за другой, но потом возвращаются вновь, потому что получили новые данные? – рассуждает Василий Зубакин. – Можно определенно сказать, что отброшены четыре версии: теракт, гидроудар, разрушение лопастей турбины и, особо подчеркну, человеческий фактор, следов которого не видно ни при каких раскладах. Картина разрушений настолько серьезная и сложная, что эксперты Ростехнадзора говорят, что установят причину аварии лишь к концу сентября».

Василий Зубакин – человек с корнями в Сибири и в Санкт-Петербурге. Компания, которую он возглавляет, несет главную ответственность за трагедию, за гибель людей и колоссальные разрушения. «Все претензии, которые я слышу от родственников погибших и пострадавших людей, в какой бы форме они ни высказывались, считаю справедливыми», – сказал мне Зубакин. Глава РусГидро облачен в синий фирменный комбинезон своей компании, ставшей ненавидимой очень многими. На комбинезоне отчетливо написана фамилия топ-менеджера. Можно было бы сказать, что этот отчаянный человек, внешностью напоминающий тихого офисного бухгалтера, изрядно рискует, если бы работа на ГЭС, как выяснилось, не была сопряжена с еще большим риском…

«Мы требуем удовлетворить наши требования, пока все начальники не разъехались с ГЭС, – чеканит бывший начальник автоколонны Николай Жолоб. Его сына не могут найти, он пропал без вести. – После землетрясения на Сахалине в 1995 году начальники много чего обещали, но отбыли в Москву и думать забыли о людях. Хакасия – нищий регион, только РусГидро в состоянии помочь людям. Нам обещали по 1 миллиону рублей на погибшего, и некоторые семьи уже получают деньги. Но этого мало. Мы требуем по 5 миллионов, а также социальных гарантий детям и семьям».

ГЭС как территория войны.

В Красноярском крае две большие гидростанции – Саяно-Шушенская и Красноярская. По мощности – они первая и вторая ГЭС России. Первая принадлежит РусГидро, вторая выпала из монополии. И все знают: Красноярская ГЭС работает надежно, Саяно-Шушенская с момента пуска хромает на все конечности. Причина – в изначально не слишком удачном проекте. Сбои на станции случаются с регулярностью беременности у крольчихи. Впрочем, хозяин тоже не был очень уж рачителен.

С момента приватизации в начале 1990-х годов Саяно-Шушенская ГЭС как источник громадных потоков дешевой энергии стала приманкой для сонма могущественных структур. Вокруг крупнейшей в России и шестой в мире ГЭС гремели громкие суды, результаты приватизации признавались незаконными, станцию пытались перерегистрировать в другом субъекте федерации, набухали, как прыщ, проекты слияния с алюминиевыми гигантами с участием офшоров на сладостном Кипре. Лучшие представители эпохи – Чубайс, Дерипаска, Абрамович, Березовский, а также губернаторы Лебедь и Хлопонин – выкручивали друг другу руки, добиваясь контроля над лакомой ГЭС. Нынешний гарантированный статус станция приобрела лишь к 2005 году. История борьбы за собственность сама по себе не оригинальна и повторялась в нашем отечестве многократно, но в данном случае она привела к трагическим последствиям, поскольку неопределенность не позволяла инвестировать крупные средства в надежность станции, в ремонт и замену оборудования. Необходимость этих работ техническим специалистам была очевидна – строительство водосбросного канала, ремонт водобойного колодца и самой плотины откладывать было нельзя. По словам Василия Зубакина, лишь в 2008 году удалось переломить тенденцию к старению фондов на Саяно-Шушенской ГЭС. Редкая скаредность, несмотря на долгие тучные годы…

В 2006 году чистая прибыль компании РусГидро, которая обеспечивает половину мощностей российской гидроэнергетики, составила 1,5 млрд. руб., в 2007 – 8,6 млрд., в 2008 – уже 16,5 млрд. РусГидро богатела как на дрожжах и в 2009 году стала самой рентабельной российской компанией. Саяно-Шушенская ГЭС – это четвертая часть мощностей РусГидро, дойная корова водной империи. Но видели в ней скаковую кобылу. 2009 год по выработке энергии и прибылям обещал стать рекордным за все 30 лет эксплуатации станции. Месяц за месяцем станция работала на пиковых мощностях, улучшая экономические показатели. В августе должны были пасть самые свежие рекорды, но август оборвался трагедией.

После аварии член совета директоров РусГидро доктор технических наук Рустэм Хамитов сказал, что для надежности лучше работать на постоянных и высоких нагрузках, чем прыгать вверх-вниз. Что касается объемов производства, то инициатива исходила не только от РусГ идро, но и от диспетчеров Единой энергосети России вместе с Минэнерго.

«Из нашей ГЭС качали деньги быстрее, чем откачивали воду из машинного зала, когда случилась авария, – сказал мне отец пропавшего без вести Антона Качана. – То, что агрегаты ГЭС находятся в опасном состоянии, слышны странные звуки, говорили еще недели за две до аварии, но нагрузку только увеличивали».

Если речь о миллионных прибылях, то вопрос без ложного лицемерия: много или мало 5 миллионов рублей за погибшего? Может, хватит и одного миллиона? Но возьмем счеты: погибли молодые парни, и при зарплате в 30–40 тысяч рублей эти 5 миллионов они заработали бы для семей за 15 лет, то есть к совершеннолетию оставшихся сиротами детей. Кстати, бонусы, которые за свой ударный труд каждый год получают члены правления и члены совета директоров РусГидро, столь щедры, что любой топ-менеджер мог бы одним движением из своего кармана эти миллионы выложить…

Виброзвонок никого не тронул.

В прежние годы Саяно-Шушенскую ГЭС контролировали четыре сейсмические станции. Дело не в том, что они трубили о землетрясении, – ГЭС сейсмоустойчива с большим запасом. Датчики контролировали и колебания, которые идут от агрегатов ГЭС, ведь каждый – как маленький вулкан. Но три станции из экономии закрыты. Из тех же соображений разобрана железнодорожная ветка, которая вела к ГЭС, а в Саяногорске закрыт аэропорт. Так вот, последняя сейсмостанция зарегистрировала в ночь аварии аномальные вибрации, шедшие со стороны ГЭС. О странных звуках, исходивших из нутра второго агрегата на протяжении двух недель, а особенно в последнюю ночь, говорили мне многие. Впрочем, Валентин Стафиевский, который 20 лет был главным инженером ГЭС и пользуется непререкаемым авторитетом, сказал, что датчики на ГЭС вибраций не зафиксировали. Но точны ли были эти датчики, они ведь не денежную прибыль мерили, а техническую чепуху какую-то…

Современный подход к сложным техническим системам предполагает постоянный, в режиме on-line мониторинг на уровне, который адекватен высоким технологиям. ГЭС Татарстана, не вошедшие в империю РусГидро, оснащены чувствительными приборами, которые позволяют за 1 секунду уловить сдвиг в 1–2 миллиметра в любом элементе сложной конструкции. Мониторинг осуществляют российские космические аппараты. После аварии на Саяно-Шушенской ГЭС глава Роскосмоса Анатолий Перминов рассказал мне, что эту систему решил экстренно поставить на своих ГЭС, которые не подчиняются РусГидро, губернатор Красноярского края. В РусГидро мониторинг на таком уровне никого не интересует, но изыскиваются средства на восстановление станции и ускоренное строительство Богучанской ГЭС в том же регионе. Но если не найдена причина аварии, не изучены ее уроки и последствия, то как строить новые проекты? Где гарантии, что в новом проекте не кроется вирус, погубивший Саяно-Шушенскую ГЭС? Опытные стратеги вступают в сражение, если уверены в победе. Иначе – мальчишество и ротозейство.

«Четвертый, пятый и шестой агрегаты, которые не пострадали от аварии, будут закрыты герметичным шатром, и их можно запустить, может быть, к концу года, – говорит Василий Зубакин. – Полное восстановление Саяно-Шушенской ГЭС займет около четырех лет и обойдется в 40 миллиардов рублей».

Многие достойные люди говорят, что трагедия послужит уроком и поднимет гидроэнергетику во всем мире на качественно новый уровень. Четверть века назад те же слова произносились после Чернобыля. А еще раньше – про революцию, про репрессии и еще про что-то. Неужели наша страна обязана обогащать подлунный мир опытом трагических катастроф?

Профессор Владимир Тетельмин: Саяно-Шушенская ГЭС – гигантский «черный ящик».

...

Авария на Саяно-Шушенской ГЭС вызвала огромный общественный резонанс. Официальное заключение о причинах крупнейшей в гидроэнергетике катастрофы будет готово еще не скоро. А пока авторитетные специалисты спорят о том, что же произошло на станции, которая считалась жемчужиной гидроэнергетики. Один из самых сведущих экспертов в гидротехнике – доктор технических наук Владимир Тетельмин, который 12 лет изучал плотину Саяно-Шушенской ГЭС. Он был депутатом Госдумы 1-го и 2-го созывов, стал одним из авторов закона «О безопасности гидротехнических сооружений». Профессор Владимир Тетельмин обосновывает свою гипотезу трагедии на крупнейшей российской гидростанции.

Вопрос: Владимир Владимирович, первое впечатление от Саяно-Шушенской ГЭС – циклопическое сооружение. Но в отличие от египетских пирамид и крепостных стен станция начинена сложнейшим оборудованием – от мощных гидроагрегатов до чувствительных тензоров. Для постороннего плотина – это монолит, а на самом деле – это муравейник, пронизанный тысячью шахт. Не слишком ли сложен замысел? И что такое арочно-гравитационная конструкция, которая не знает мировых аналогов?

Ответ: Гравитационные плотины опираются на дно реки, арочные – крепятся к берегам. На Саяно-Шушенской ГЭС, длина которой больше 1 километра, а высота приближается к 250 метрам, выбраны оба принципа. И это делает плотину крайне чувствительной к состоянию окружающей среды. Под водой не видно, но подошва плотины – это более 100 метров. Левый берег Енисея сложен из податливых ортосланцев с высоким уровнем пластичности.

Для гидротехников ключевым является перепад воды перед плотиной. Колебания верхнего бьефа очень велики и достигают за сезон сорока метров, колебания температуры – от плюс тридцати до минус тридцати градусов. Это мощные факторы, но в эпоху индустриализации и гигантомании, когда проектировалась плотина, царило шапкозакидательство, на экологические факторы внимания не обращали. Саяно-Шушенская ГЭС – это гигантский «черный ящик», который живет по неизвестным людям законам.

Вопрос: Видел впечатляющую цифру: сумма гидростатических нагрузок на Саяно-Шушенскую ГЭС достигают 22 миллионов тонн – это состав из 500 тысяч цистерн, который каждое мгновение давит на плотину.

Ответ: В 1985 году в первом, самом высоком столбе плотины была выявлена трещина, которая шла от берега до берега. Сквозь трещину каждую секунду проходило 550 литров воды – подводная река.

Вопрос: На крыле самолета образуется много трещин, но это нормально. Прочность крыла характеризуется тем, как оно держит трещину.

Ответ: В гидротехнике трещин не должно быть. Восемь лет происходило размывание бетона, только в 1996 году специалистам из Франции удалось полимерами восстановить монолитность плотины. Однако размывание плотины продолжалось, и сегодня из четырех столбов плотина надежно крепится к скальному дну лишь последним, четвертым столбом. То есть СШГЭС не работает как гравитационная плотина – только как арочная.

Самую большую опасность представляет сползание гребня плотины в сторону нижнего бьефа, то есть вниз по течению Енисея. Тело плотины состоит из 67 секций. В 2006 году зафиксировано смещение центральной 33-й секции на 142 миллиметра, за счет арочного эффекта необратимые деформации по гребню плотины составили 60 миллиметров. Что касается 18-й секции, где расположен пошедший вразнос второй агрегат, то на ней смещение составило 107 миллиметров, хотя симметричная 45-я секция по другому берегу сместилась всего на 97 миллиметров. Все это создавало в теле плотины чудовищные внутренние напряжения.

Согласно закону «О безопасности гидротехнических сооружений» смещение в 108 миллиметров является критическим для безопасности. То есть в 2006 году запас прочности составлял всего 1 миллиметр. Секция, где случилась авария, несколько лет работала на пределе. За три года смещение могло вырасти куда больше, чем на 1 миллиметр. По Закону надо было срочно снижать нагрузку, но в погоне за прибылью ее, напротив, увеличивали.

Вопрос: Смещения в десятки миллиметров несопоставимы с размерами плотины. Неужели есть способ уловить такие смещения?

Ответ: В плотине стоят 3 тысячи тензометров и 3 тысячи деформометров. Имеется 3 тысячи точек наблюдения за геодезией и 3 тысячи точек контроля за фильтрацией воды. На глубине 40 метров под дном Енисея закреплен якорь – реперная точка, относительно которой определяются смещения. Приведенные данные зафиксированы официально и признаны РусГидро. Итак, не подлежит сомнению, что год от года смещения росли и напряжения в теле плотины возрастали, особенно в верхних арочных поясах и в низовом клине, примыкающем к машинному залу.

Вопрос: Все это очень неприятно, но какое имеет отношение к тому, что второй агрегат пошел вразнос? Между телом плотины и машинным залом имеется разделительный шов в 50 миллиметров, чтобы плотина не входила в соприкосновение с техникой.

Ответ: В том-то и дело, что плотина постепенно наползала и наваливалась на машинный зал. Кроме того, соединение с машинным залом происходит через трубы-водоводы, по которым под давлением в 20 атмосфер сверху хлещет вода. Напряжения в теле плотины в итоге передаются гидроагрегату. Моя гипотеза состоит в том, что плотина навалилась на машинный зал и нарушила соосность агрегата. Центровка осей 2 700-тонного агрегата должна иметь точность в микроны! Началось биение и вибрации, которые заметили за сутки до аварии, но не сделали аварийной остановки. Агрегат пошел вразнос, что характерно при дисбалансе и нарушении соосности. В пользу гипотезы говорит то, что болты гидроагрегата, найденные в машинном зале, не только треснули, но и покрылись коррозией, то есть находились в сломанном состоянии достаточно давно.

Вопрос: Можете ли вы дать прогноз, как будет развиваться ситуация и продолжится ли сползание Саяно-Шушенской ГЭС?

Ответ: Не все факторы еще учтены. Масса гигантского водохранилища перед плотиной – миллиарды тонн. По моим расчетам, уже сейчас произошло проседание грунта под плотиной на 30 сантиметров – это новые напряжения. Не изучены последствия взрывов при строительстве берегового водосброса. Кроме того, непонятны глобальные воздействия гидроузла на земную кору и тектонические процессы. Это столь сложные задачи, что в США давно не строят больших ГЭС, ведь туже нагрузку можно снять с каскада станций средней мощности.

Но самая главная опасность состоит в том, что зимой, поскольку агрегаты не работают, водоводы промерзнут, перестанут подпирать плотину – и она может крепко навалиться и на другие агрегаты, которые пока остались в целости.

Единственный выход – резко снизить напор и уменьшить нагрузку на станцию. Возможные экономические потери мизерны по сравнению с тем ущербом, который принесет дальнейшее разрушение Саяно-Шушенской ГЭС.

ТЕЧЕТ РЕКА ТЕЧА.

Как идет беспримерное переселение жертв крупнейшей радиационной катастрофы XX века.

Село Муслюмово в Челябинской области – единственный населенный пункт в мире, жители которого больны хронической лучевой болезнью. Это заболевание – наследие минувших дней, когда в 1950-х годах расположенный по соседству ядерный комбинат сбрасывал в реку Теча огромные объемы ядовитых радионуклидов. О проблемах Муслюмова говорилось давно, сюда во время предвыборной кампании приезжал Борис Ельцин. Но только в этом году нашлись деньги и началось переселение натерпевшихся жителей. Но все ли довольны, все ли хотят покидать родное, хотя и гиблое место?

Люмпены на улице Маркса.

– Мне четвертый десяток пошел, а денег, чтобы жену завести, не накопил, – говорит Ренат Хабиров и мечтательно закуривает. – Работы в деревне нет. Скоро в город переедем, буду работать и женюсь.

– По какой профессии?

– Охранником устроюсь. Потому что ничего больше не умею, – оценивает перспективы Ренат.

Разговор происходит на развалинах дома Хабировых. Дом стоял на улице Карла Маркса, ближайшей к отравленной реке. Это один из первых домов, по которым прошелся бульдозер. По виду никогда не скажешь, что Теча – мертвая река. Красивые берега, широкая пойма, прозрачная вода. Но ил на дне нашпигован стронцием и цезием, как плов бараниной. В пойме пасется скот, а мальчишки, несмотря на запреты, испытывают себя тем, что купаются в Течи. Это деревенский вариант отваги, как в городе прицепиться к лестнице троллейбуса. Но еще круче закаляют дух местные пьяницы, когда разбавляют спирт водой из Течи. Впрочем, горьких забулдыг в татарском селе наперечет. Мужчины, после того как несколько лет назад развалился совхоз, единственное предприятие в Муслюмово, согласны, как мигранты в Москве, на любую работу.

– У нас нет ни жизни, ни правды, – размышляет Ренат. – И я уехал в Египет, поступил в медресе. По-арабски теперь говорю и читаю. Но денег, чтобы диплом получить, не хватило. Вот получим миллион, жизнь другая будет.

– Эй, брось мое бревно! – вдруг кричит он мужичку, который прокрался на развалины родового гнезда Хабировых.

На мужичке бейсболка с надписью «America», длинный, как халат, вытертый пиджак и странные по жаре болотные сапоги. Я пытаюсь втянуть нового собеседника в разговор, но в ответах не могу разобрать ни слова.

– Часто в Тече купался, – говорит Ренат. – На улице Маркса здоровых людей не встретишь.

«Аннушка», «Руслан» и «Людмила».

Комбинат «Маяк» расположен в Озерске (он же База-10, он же Челябинск-40, он же Челябинск-60). Это один из дюжины закрытых городов, возникших в период атомного проекта. Озерск – ключевой центр в длинной и технологически сложной цепочке. Именно здесь происходила наработка плутония-238, который является начинкой атомной бомбы. На объекте А (названия возникли еще во времена Берии) на реакторе получают уран. На объекте Б, радиохимическом заводе, происходит обогащение урана до плутония. Наконец, на объекте В расположено химико-металлургическое производство, где получают высокочистый металлический плутоний, который служит начинкой ядерного заряда.

В Озерске 8 июня 1948 года был запущен первый советский реактор по наработке оружейного плутония «Аннушка». 16 апреля 1949 года он дал первую продукцию. И уже 29 августа 1949 года было произведено испытание первой советской атомной бомбы. В 1950-х годах комбинат бесконтрольно сливал ядерные отходы в реку Теча, суммарный сброс достиг 2,8 миллиона кюри. Некоторые деревни перенесли на новое место, неподалеку. И они попали под еще более сильный удар. 29 сентября 1957 года на радиохимическом заводе произошел тепловой взрыв, известный как катастрофа в Кыштыме. В атмосферу было выброшено 20 миллионов кюри. Местные газеты писали о необъяснимом явлении природы. Но следы катастрофы были обнаружены экспертами МАГАТЭ в Северном Ледовитом океане. Только после этого река Теча была выведена из категории водоемов сельскохозяйственного назначения.

Когда-то на комбинате работало шесть реакторов уранграфитового «чернобыльского» вида. Сейчас работают два реактора – «Руслан» и «Людмила», на которых производят изотопы для лучевой терапии, дефектоскопии, промышленности, космических исследований. На комбинате «Маяк» расположен единственный в России завод по переработке отработанного ядерного топлива, его свозят с реакторов советской конструкции, а также с атомных подводных лодок. В 2004 году прокуратура возбудила дело против руководства «Маяка» по факту сброса в Течу промышленных отходов, но осенью 2006 года директор комбината Садовников был оправдан.

Муслюмово – прообраз олимпийского Сочи.

Муслюмово – очень большое село, почти тысяча хозяйств. В советские времена в школе училось 2 тысячи детей, на каждый возраст приходилось по три класса. Сейчас хватает одного класса, школа работает в одну смену. Дома в Муслюмове покосившиеся, кривые, в огородах бурьян. Впритык к селу находится станция Муслюмово. Село и станция – две разные планеты. На станции – крепкие, богатые особняки, цветущие сады, у ворот стада жирных гусей.

Жителей станции Муслюмово переселять не собираются – они обустраивают свою жизнь. Жители села Муслюмово давно сидят на чемоданах – родное село для них словно чужое. Каждый домовладелец по программе переселения получает новый коттедж в строящейся деревне Новомуслюмово или 1 миллион рублей, если хочешь сняться с якоря и перебраться в другое место. Красная цена старого дома 150–300 тысяч. Едва программа заработала, цена на недвижимость подскочила в несколько раз. Аренда бульдозера тоже стала много дороже. В этом отношении Муслюмово можно назвать уральским Сочи.

«Экологические халявщики», – в сердцах сказал про жителей Муслюмова чиновник, имя которого называть не буду. Сказал он так по той причине, что, как только о программе прослышали, в давно заброшенных домах вновь появились люди, которые разъехались по российским городам и весям.

Впрочем, за что винить тех, кто убежал из родных мест часто не от лучшей жизни? Не такие уж громадные для казны деньги, чтобы ответить за прежние грехи. А жизнь такова, что к одним деньги липнут, к другим, кто чище душой, не пристают. Прежние локальные программы переселения не сопровождались четким юридическим контролем, и некоторые предприимчивые жители переселяются уже в третий-четвертый раз, выручая неплохие доходы из общей беды и возвращаясь на место к началу очередной программы. Очень неприятно сознавать, что это твой последний миллион в жизни. Всегда хочется, чтобы миллион был хотя бы предпоследним.

– В конце 1950-х вдоль реки натянули колючую проволоку и милиционеров поставили, – вспоминает бывший железнодорожник Рафаил Файзрахманов, крепкий мужчина 67 лет, который подкатил на новых «жигулях». – Но людям ничего не объяснили. Врачи плакали, им 30 лет запрещали правду говорить. Ельцин к нам в село приезжал, после него стали деньги приплачивать и льготы появились. Но здоровье-то не вернешь. Если я начну о своих болячках рассказывать, вы испугаетесь.

– Но вы по соседству в новую деревню перебираетесь. Почему не уезжаете подальше?

– Мы с женой, бывшей учительницей, четверых детей здесь подняли, все с образованием. Нам главное, чтобы спокойная и честная жизнь была, – Рафаил посмотрели на меня внимательно. – Если в Москве увидите министра, спросите, почему мне орден за службу на железной дороге не дали. А с радиацией мы сами справимся, притерпелись. Если мутантами не стали, теперь уже бояться нечего.

Запоздалый медосмотр.

В конце 1950-х стало понятно, что восточноуральский радиоактивный след затронул 23 тысячи квадратных километров в Челябинской, Свердловской и Курганской областях и последствия могут оказаться катастрофичными. В Челябинске был открыт филиал Института биофизики Минздрава СССР, который преобразовали в Уральский центр радиационной медицины. Выяснилось, что уровень онкологических заболеваний в Муслюмове в 2,9 раза выше средних по стране показателей. Смертность от рака в 1998 году превышала средний уровень в 2,5 раза, но затем снизилась почти до нормы. По данным «Гринпис», ловят рыбу в Тече 8,4 % жителей Муслюмова, купаются – 13,4 %, при этом 61 % считают, что над ними проводится эксперимент. 78, 1 % жителей хотят переехать на новое место.

Число жертв радиологической катастрофы на Урале посчитать сложно. Радиоактивное облако после взрыва в Кыштыме накрыло 217 населенных пунктов с 300 тысячами жителей, длина ядовитого языка достигла 110 километров. 52 пункта были эвакуированы без объяснения причин. Муслюмово, которое осталось ближайшим к «Маяку» населенным пунктом, стоит на месте. Может быть, из-за того, что это самое большое село, его перенос слишком накладен.

В Муслюмове зарегистрировано 153 случая хронической лучевой болезни. Это единственный в мире регион с массовым заболеванием ХЛБ. Коэффициент смертности 10,13 на 1 тысячу жителей, в соседнем районе – 9,82. Коэффициент смертности от рака – 129 на 100 тысяч, в соседнем районе – 114,9. У жителей Муслюмова медики отмечают повышенную патологию опорно-двигательного аппарата, деформирующие остеоартрозы, остеохондрозы. Главным источником гамма-излучения является пойма реки Теча, где уровень радиации даже через 50 лет после заражения может превышать предельно-допустимые значения в 1,5 раза. Удельная активность стронция и цезия в молоке скота и сейчас выше нормы, в 1960—1970-е годы была запредельной.

Тетя Маруся и младенец Айгуль.

Если встречаются светлые старушки, то это тетя Маруся. По паспорту – Муслима Хайруллина, но на язык лучше ложится «тетя Маруся». Она живет чуть в отдалении от села, как здесь говорят, на 101-м километре. Тетя Маруся смелостью мысли немножко диссидент, местная Новодворская. В 74 года домик держит в райской чистоте, но на скотину ее не хватает, косить траву уже трудно. Из восьми детей тети Маруси живы лишь две дочки, и мужа уже 25 лет как нет. Но к жизни она относится с оптимизмом, что и у молодых редко встретишь. Интересуется большой политикой, любит смотреть «К барьеру!», где находит подтверждения своим подозрениям о том, что политики сплошь жулики и верить им нельзя. Сейчас в душе тети Маруси поселились две страшные догадки: Гайдар вывез из России вагон золота, и Кириенко переселяет Муслюмово, потому что нашел в Тече алмазы.

«Что это за место такое – 101-й километр? Почему сюда часто смерть приходит? – спрашивает тетя Маруся и перечисляет соседские семьи, где хорошо если половина детей осталась. – Я говорила сынку, чтобы на речку не ходил, да разве послушает? И умер в 32 года от врожденного порока сердца. Как и дочка – тоже от сердца в 25 лет».

Связь между радиацией и врожденным пороком сердца медициной не установлена, но тете Марусе от этого не легче. Жить за счет дочерей, пока, как она говорит, «ноги тянутся», она не хочет. И собирается свой миллион разделить: 700 тысяч – на квартиру, 300 тысяч – на жизнь. Александр Родионов из Фонда переселения проявляет участие и советует старушке положить деньги на депозит, потому что через полгода ажиотаж схлынет и цена на квартиры упадет в несколько раз.

«Ятить твою мать! – сверкает глазами тетя Маруся и молодеет на 20 лет. – Вы ждете, когда я умру. Никакого депозита мне не надо. Миллион скорее выкладывайте!».

Фонд переселения жителей Муслюмова снял помещение у местного Сбербанка в центре села. Муслюмово погружено в дрему, но к Сбербанку не зарастает тропа. Толпятся люди, подъезжают, шурша шинами, машины. С людьми беседует Вера Ожогина, в одном лице директор информационного центра, руководитель местной экологической организации «Набат» и школьная учительница. Мне кажется, что она чем-то похожа на мать Терезу.

«В Муслюмово много безработных, – говорит Вера Ожогина. – Люди привыкли жить надеждой и на себя не полагаются. Важно разъяснить, что такое здоровый образ жизни. Прежде всего, в реке нельзя купаться, но мальчишки все равно в воду лезут. И скот в пойму тянется. Что касается миллиона рублей и отселения, то здесь, как всегда, одни довольны, другие ругаются. А еще экологи из города, отрабатывая иностранные гранты, приезжают, баламутят народ. Но я считаю, что люди после стольких обещаний должны быть благодарны за переселение».

Подъезжает очередная машина – семья Софиевых. Эмиль – монтер пути, Индира – лаборант в больнице, дочке Айгуль 8 месяцев. Она хлопает огромными глазами и не понимает причин столпотворения.

«У всей семьи букет болезней, – говорит Индира, хотя по виду она кровь с молоком. – Но наша чистенькая Айгуль абсолютна здорова. Мы хотим поскорее отсюда уехать. Хорошо бы денег побольше. Но все к лучшему, и мы довольны тем, что есть».

Похожие слова много лет назад, когда о радиации еще не ведали, сказал простодушный герой Вольтера. И еще я вспоминаю про несчастный народ джан, придуманный Платоновым. У этого народа умерла душа, потому что ни одна его мечта не сбывалась. Ждать и просить – хуже не бывает. И это самая страшная мутация, когда теряешь веру в свои силы. Что-то подобное произошло в Муслюмове, где люди из-за активности радионуклидов утратили способность радоваться и работать.

Младенец Айгуль не запомнит, как выглядит река Теча, где жили ее родители. Потеря это или приобретение?

БОЛЬШОЙ И НУЖНЫЙ ВЗРЫВ.

Как родились и когда погибнут Вселенная, звезды, планеты и наша Земля?

Очень долго политики интересовались Вселенной только применительно к конкурсу «Мисс Вселенная». Но теперь президент США увязывает свои амбиции с программой изучения далекого космоса. Президент России недавно на заседании Государственного совета, призывая сделать космические исследования стратегическим направлением, проявил завидную осведомленность в астрофизике, объявив, что через несколько миллиардов лет Солнце неминуемо погаснет. Это правда, и никакие политические подвиги и радения отдалить это событие не смогут. Тем не менее, по конфиденциальной информации, президент России Владимир Путин в приватном порядке прослушал курс лекций по космологии, теории Большого взрыва и истории Вселенной. Чем притягательна для политика далекая от земных реалий звездная и заоблачная тема?

Темные века и темная материя.

Вселенная состоит из сотен миллиардов галактик, и в каждой галактике десятки миллиардов звезд. На каждого обитателя Земли приходится по миллиарду галактик, что значительно расширяет возможности маленького принца Экзюпери, который скромно довольствовался всего одной планетой. Состояние Вселенной наиболее полно описывается теорией Александра Фридмана, рано умершего советского физика, который нашел смелость поправить теорию Эйнштейна. Но как возникла Вселенная? Будет ли она расти вечно? И умрет ли, чтобы навсегда оборвать ход времени?

Рождение Вселенной произошло около 14 миллиардов лет назад, когда случился Большой взрыв. Как ни трудно это представить, до этого момента не было ничего. Не было времени. Не было размеров. Вселенная была не просто мала, они была сжата в ничто. Но заточенная в нуле Вселенная была бесконечно горячей. По неизвестной причине произошел Большой взрыв – энергия стала превращаться в свет и материю. Свет, рожденный через миллионную долю секунды после Большого взрыва, мы видим до сих пор. Этот свет называется реликтовым излучением, за его открытие в 2006 году присуждена Нобелевская премия. Телескоп «Хаббл», самый совершенный прибор в истории науки, заглядывает в прошлое на 12 миллиардов лет. Можно сказать, что каждый телескоп – это машина времени, каждый астроном – посланник из прошлого.

Температура излучения по мере расширения снижалась. Как и в истории Земли, в истории Вселенной было множество периодов. Только длились они не века, а миллионные доли секунды – адронная и лептонная эра, эпоха горячего и холодного бариосинтеза, эпоха нуклеосинтеза, эра излучения и эпоха рекомбинации. Через секунду после Большого взрыва температура упала до 10 тысяч миллионов градусов, как в водородной бомбе. Через 100 секунд – до 1 тысячи миллионов градусов, как в звездах. При такой температуре протоны и нейтроны начинают объединяться. Но лишь через три минуты после Большого взрыва образовались первые ядра водорода и гелия. Через несколько часов формирование ядер прекратилось, и сотни миллионы лет Вселенная просто расширялась. До рождения первой звезды прошел еще миллиард лет. В космологии эти времена называются «темными веками».

Наша планета Земля находится в галактике, которая называется Млечный путь. До ближайшей галактики Андромеды свет идет 2 миллиона лет. Разбегаемся мы друг от друга со скоростью 1,5 миллиона километров в час. Это еще маленькая скорость. Потому что на окраине скорость расширения Вселенной значительно выше – 1 миллиард километров в час. Наше Солнце – совсем небольшая звезда на задворках Вселенной. Солнце в десять раз меньше и в двадцать раз холоднее первых звезд.

Если Вселенная будет расширяться вечно, она остынет и умрет. Погаснет наше Солнце, звезды превратятся в жидкий и холодный суп. Галактики миллиард за миллиардом будут бесследно проваливаться в «черные дыры». Есть ли эликсир жизни для Вселенной? Вопрос усложняется тем, что науке известна природа лишь 5 % вещества, из которого состоит Вселенная. Эти 5 % мы видим вокруг, и сами из него сделаны. Остальное суть великая тайна. Но единственная возможность замедления скорости расширения Вселенной – существование загадочной «темной материи», природа которой неизвестна. По расчетам, Вселенная должна состоять из нее на 25 %. Еще 70 % энергии Вселенной приходится на столь же таинственную, возникающую из пустоты «темную энергию», которая расталкивает галактики. Поистине, темна вода в облацех. Обнаружить всю эту темноту наука пока не может, хотя подбирается в тончайших экспериментах. Если получится, это будет величайшим открытием и решит вопрос о будущем Вселенной.

Но если нашей Вселенной грозит тепловая смерть, то нельзя ли добраться до другой Вселенной? Вообще, существуют ли другие Вселенные и не случалось ли других Больших взрывов? Из общей теории относительности следует возможность существования пространственно-временных тоннелей и перехода в другие Вселенные. Но эти возможности закрыты для материи в обычном понимании, и никакой гений изобретательства здесь не поможет.

Религия и сотворение мира.

Проблема возникновения Вселенной занимала людей еще до появления современной науки. В основе интереса – желание дойти до первопричины всего сущего. И вывести из этой первопричины все наблюдаемые нами следствия. В Библии, кстати, указана даже точная дата сотворения мира – 5768 год до нашей эры. Историческое обоснование этой даты может быть в том, что она примерно соответствует последнему ледниковому периоду – 10 тысяч лет до нашей эры. В I веке н. э. автор «Христианской науки» Блаженный Августин указывал, что до возникновения Вселенной понятие времени лишено смысла, что удивительным образом совпадает с представлениями современной науки. Августин писал, что Бог создал и Вселенную, и время, поэтому до рождения Вселенной времени не было.

Иммануил Кант в «Критике чистого разума» составил перечень антимоний, главной из которых было противоречие между началом Вселенной и бесконечным периодом времени, который должен предшествовать этому началу. Почему тогда Вселенная возникла в какой-то определенный момент времени? Проще подходили к проблеме древние греки: великие мудрецы Платон и Аристотель считали, что мир неизменен и существует вечно, но лишь иногда в нем случаются катастрофы, которые отбрасывают человечество назад. Надо сказать сразу, что наука уже сто лет категорически отрицает возможность существования стационарной и неподвижной Вселенной просто по той причине, что она была бы нестабильной. Это вроде велосипеда, который не может стоять на месте.

Одним из создателей теории Большого взрыва был бельгийский священник Жорж Леметр, впоследствии президент Папской академии наук. Отец Леметр сформулировал свою теорию после посещения в конце 1920-х годов лаборатории Маунт Вилсон в Калифорнии, где астроном Эдвин Хаббл (его именем назван современный телескоп) обнаружил, что галактики стремительно, как осколки гранаты, удаляются друг от друга. То есть раньше галактики были стянуты в одно место, а потом Вселенная по непонятной причине стала расширяться. «Становление мира, – писал Леметр, – можно сравнить с отгорающим залпом фейерверка. Мы стоим на остывшей лаве и смотрим, как медленно гаснут солнца». Но кто вынул пробку и выпустил галактического джинна из бутылки?

Сегодня космология, наука о происхождении и развитии Вселенной, является едва ли не единственной областью, где возможно сотрудничество науки и религии. Можно бы обидеться за Бога, что ему находится место только в космологии, но именно она является верховной в Храме науки. «Признание Большого взрыва облагородило облик Бога!» – иронически заметил папа Иоанн Павел II. Позиция Церкви сейчас состоит в том, что эволюцию Вселенной (и эволюцию живой природы) после Большого взрыва изучать можно, но в сам Большой взрыв вторгаться не следует, потому что это акт Сотворения. То есть картина ясна, а причина по-прежнему непонятна. Наука кивает: для начала Вселенной нет никакой физической необходимости, и Сотворение может быть отнесено к любому моменту. Однако из всех теорий следует, что если Бог и запустил Вселенную, то предвидеть в деталях, как она будет развиваться, он не мог. Или, тоже вариант, не хотел предвидеть. Рождение Вселенной из пустоты и ее движение в пустоту приводит ученых к парадоксальной формулировке: Бог есть Ничто.

Четыре загадки Вселенной.

Всемирно знаменитый физик Стивен Хокинг, который занимает в Кембридже ту же кафедру, что занимал Ньютон, сформулировал четыре принципиальных вопроса, на которые современная космология не знает ответа.

Почему ранняя Вселенная была такой горячей?

Почему Вселенная однородна и одинакова в больших масштабах, если информация между частями Вселенной не передается?

Почему Вселенная начала расширяться с критической скоростью, только благодаря которой не произошло ее повторное сжатие, и почему она до сих пор продолжает расширяться примерно с той же скоростью?

Что было причиной флуктуаций в плотности вещества, которые привели к образованию звезд и галактик?

Эйфория от науки.

Меня поражает, что компьютерные модели Вселенной сейчас, когда появились точные методы измерения ее параметров, дают картину, удивительно похожую на реальный мир. Разные методы измерения реликтового излучения, скопления галактик дают одинаковые значения плотности «темной» материи, «темной» энергии и обычного барионного вещества из протонов и нейтронов. В Германии сделан прекрасный компьютерный фильм – зритель может путешествовать по Вселенной и наблюдать неописуемо прекрасную структуру мира.

Россия сейчас собирается войти на ведущих позициях в крупный международный проект по созданию спутника, который ставит целью исследовать по рентгеновскому излучению процессы зарождения и изменения галактик во Вселенной. Вторая задача спутника – вопрос о молодых и гигантских черных дырах с массой в миллиард наших Солнц, до которой непонятно как можно дорасти.

Ничто в жизни не способно дать такой восторг, как астрономия. Вселенная состоит из сплошных загадок. Вся история Вселенной – качественные скачки, которые невозможно предвидеть. Вопросов бесконечно много, но каждый раз, когда находишь ответ, видишь, что он гениален и прост. Все астрономы, за это ручаюсь, испытывают от своей работы восторг.

...

Директор Института Макса Планка (Германия) академик Рашид Сюняев: «Теория катастроф едина и для процессов во Вселенной, и для обвала финансовых рынков. Социальные конфликты, эскалация всякого рода напряжений имеют характер неустойчивых процессов с обратной связью, в результате чего происходит качественный скачок, который можно назвать в одном случае взрывом, в другом – революцией или бунтом. А разве не вызывают печальных земных ассоциаций волны-убийцы, которые возникают из-за случайных турбулентных причин в космическом пространстве и наносят удары по земным спутникам в 20–30 раз сильнее среднего космического шума? Помню, в давние годы мы забавы ради написали работу “Фрактальная теория распада Римской империи”, где с помощью моделей, разработанных для изучения космических объектов, исследовали исторические процессы. Получилось, что Римская империя должна распасться на 30 частей, как и вышло по истории. Думаю, фрактальные теории, было бы желание, можно применить к распаду Югославии и СССР. Космическое пространство и звезды состоят из плазмы, это четвертое состояние вещества. Но по хронологии Вселенной это самое первое состояние вещества. 150 тысяч лет после рождения Вселенной в ней был только свет, то есть плазма. Иногда мне кажется, что плазма живая. Вроде мыслящего океана в “Солярисе”. У человека есть всего пять органов чувств. А в плазме десятки способов передать возмущение из одной точки в другую, каждую секунду проходят миллионы информационных сообщений. Плазма мобильнее живого существа, ее трудно удержать, она выскакивает из любой магнитной ловушки. На земле мы видим плазму уже в умирающем состоянии во время полярных сияний».

...

Директор Института космических исследований член-корреспондент РАН Лев Зеленый: «Самое сильное чувство, которое приходит, когда занимаешься астрономией, – ощущение бренности земной жизни. Земля – ничтожнейшая песчинка во Вселенной – меньше атома в наших масштабах. И отсюда идет понимание того, что надо снисходительно относиться к тем суетным заботам, которые захватывают наше земное воображение. Жизнь на Земле безмерно хрупкая, и надо наслаждаться ею, любить ее, получать удовольствие от каждого прожитого дня. Таким образом, занятия астрономией делают человека добрее и терпимее. Астроном чем-то похож на жителя Соломоновых островов, который понимает, что каждый день может прийти цунами и разрушить всю налаженную жизнь. На Соломоновых островах, думаю, люди похожи на астрономов. Но астрономия делает человека еще и мудрее. Процессы рождения, жизни и умирания звезд и галактик протекают в нелинейном режиме. По начальным условиям нельзя предвидеть, как будет проходить развитие звездных скоплений. На переходном этапе ничтожный штрих может развернуть звездную историю в непредсказуемую сторону. Но точно так же в социальных процессах нет определенности – сломанная подкова или чай у королевы способны развернуть историю. Политические и экономические процессы развиваются в нелинейном режиме, происходит накопление тонких эффектов – ив определенный момент совершается качественный сдвиг в неизвестном заранее направлении. Если бы Маркс был астрономом, он понимал бы, что бессмысленно прогнозировать длительные процессы, не зная всех тонких эффектов, которые появятся в будущем. В астрономии это детское упрощение, Маркса подняли бы на смех».

...

Директор Астрономического института имени Штернберга член-корреспондент РАН Анатолий Черепащук: «Все современные теории о происхождении Вселенной в основе имеют общую теорию относительности Эйнштейна. Был ли самый знаменитый ученый всех времен и народов верующим человеком? Однажды, рассуждая о том, что законы, по которым живет Вселенная, в принципе непредсказуемы и носят случайный характер, Эйнштейн удивленно воскликнул: “Неужели Бог играет в кости?” Но кого он имел ввиду? В 1921 году Эйнштейн получил телеграмму от нью-йоркского раввина Герберта Гольштейна: “Верите ли вы в Бога тчк оплаченный ответ 50 слов”. Эйнштейн уложился в 24 слова: “Я верю в Бога Спинозы, который проявляет себя в закономерной гармонии бытия, но вовсе не в Бога, который хлопочет о судьбах и делах людей”. Проще говоря, Богом для Эйнштейна была природа».

ЛЮДИ И СПЕЦРУДА.

На забайкальских рудниках добывают уран и мечтают о жизни по-человечески.

– Надо родиться под знаком Стрельца, – сказал начальник рудника «Глубокий» Анатолий Бронников перед тем, как спуститься на глубину в тысячу метров.

Бронников – осанистый мужчина в тельняшке под шахтерским комбинезоном. Таким мужчинам женщины даже под землей на шею вешаются. Его вполне можно представить атаманом забайкальского казачьего войска. Но Бронников уже 28 лет добывает урановую руду. И я спросил шахтера, что хорошего в этом занятии.

– Это работа для тех, кто терпеть не может монотонность и рутину, – говорил Бронников, укрепляя на комбинезоне радиометрический дозиметр. – В урановом руднике каждый час ситуация меняется. Утром спустился в один мир, вечером – выходишь из другого. Надо быть немного авантюристом и аферистом, но строго соблюдать правила. По моим наблюдениям, лучше всего на рудниках приживаются Стрельцы.

– Вы Стрелец? – спросил я.

– Разве не видно? – браво отвечал Бронников.

Его слова тонули в грохоте клети, которая неслась на километровую глубину. Лязганье и скрежет оглушали, как концерт «Коррозии металла». Вокруг хлестали водопады подземных вод. На дне шахты завывали адские ветра. В темную глубину уходили широкие безмолвные норы, их общая длина превышала протяженность московского метро. Из потемок вдруг прорывались неопознанные утробные звуки. Дозиметр, так мерещилось мне, зашкаливал, как градусник у больного лихорадкой. Если бы надо было вообразить преисподнюю, лучшего места не придумать. Все сошлось: для авантюриста здесь просто рай.

Рабы на урановых рудниках.

Как, на первый взгляд, ни странно, урана в земных недрах больше, чем серебра или ртути. До изобретения атомной бомбы уран использовали в мизерных дозах при изготовлении красок и стекла. Когда возникла нужда, геологи открыли месторождения в Казахстане (это просто золотое дно), в Узбекистане и в Забайкалье. Согласно устойчивому поверью, уран, источающий смертельную радиацию, добывают особо опасные заключенные. Но рабский труд неэффективен: добыча урана слишком сложное и требующее высокой дисциплины производство. Впрочем, первый уран в Забайкалье в мрачном Мраморном ущелье, которое прозвали «ущельем смерти», в 1940-х годах добывали политзэки с большими сроками. Здесь работал Георгий Жженов. В 1950-х годах урановых рабов раскидали по другим стройкам, их судьба не отслеживалась, словно это шлаковая порода.

Краснокаменск основан в 1969 году и находится от Читы дальше, чем Санкт-Петербург от Москвы. Вокруг на сотни километров степь, по которой гуляет урановая пыль с сопок Маньчжурии. В двух шагах – Китай, чуть дальше – Монголия. В этих местах находилось историческое ядро империи Чингисхана, здесь же, по преданию, его похоронили, изменив русло реки Онон, чтобы скрыть могилу завоевателя. Место неизвестно – все, кто участвовал в погребении, были убиты. Здесь же гулял атаман Семенов, который не только боролся с большевиками, но и перевел на монгольский и бурятский языки Пушкина и Лермонтова. Именно в этих краях закончили свое путешествие герои культового романа Пелевина «Чапаев и Пустота», которые повстречали основателя Ордена военных буддистов барона Унгерна фон Штернберга, который в начале 1920-х чуть не взял Пекин, но был зачем-то убит большевиками.

В Краснокаменске живет 56 тысяч человек. Все жители уверены, что их город недавно признан самым благоустроенным в России. Это заблуждение – дело ограничилось специальным призом, а самым благоустроенным город признан в Читинской области. Заблуждение простительное, оно говорит о патриотизме граждан и неизмеримо ценнее, чем легенды других населенных пунктов об отчаянных головорезах и неуловимых ворах.

В либеральных кругах Краснокаменск известен как место заключения опального олигарха Михаила Ходорковского. Учреждение ЯГ 14/10 находится на окраине города, километрах в пятнадцати от рудника. Радиоактивный фон в зоне такой же, как в Краснокаменске, где аномалий не отмечено. Если бы заключенные были брошены на рудник, шахтеры им перегрызли бы глотку, ибо за рабочими местами идет охота. Зэки шьют рукавицы для шахтеров, и это, быть может, их единственная связь с урановыми рудниками.

Нигде в городе, на сотни километров отстоящем от больших дорог, не платят так, как на руднике. На градообразующем предприятии висит все городское хозяйство. Рядовая табельщица Светлана Краснощекова была директором школы, вела литературу. «Не спрашивайте о призвании, – вздохнула бывшая учительница. – Человек должен жить по-человечески – в этом его главное призвание».

Сегодня шахтеры передовых участков получают около 35 тысяч рублей. За последний год средняя зарплата выросла на 18 %. Поставлена задача к 2010 году поднять заработок до 2 тысяч долларов. Впрочем, нетрудно найти правдолюбцев, которые откроют иную сторону: передовиков завели для демонстрации начальству, а большинство рабочих мыкаются за 10 тысяч, хотя в советские времена ниже 800 рублей никто не опускался. «Ты чё, братан, о здоровье меня спрашиваешь? – возмутился на автобусной стоянке шахтер с лицом цвета бетонной пыли. – Сам не видишь? Положил я на уран жизнь и света белого не видел». Впрочем, кто не подписался бы под этой тирадой в стране, где средняя продолжительность жизни мужчин составляет 58 лет? Подземный труд – не курорт, и лишнего здоровья здесь не обретешь, из-за чего бы ни горбатился – уголь, никель или уран. Впрочем, видел я и тех, кто регулярно получает семейные путевки по символической цене с бесплатным проездом до Кавминвод.

Урана в амбарах надолго не хватит.

...

В верхнем слое Земли заключено урана столько, что энергетические потребности человечества могут быть удовлетворены на многие тысячелетия. Но извлечь уран из породы непросто. Сегодня проходной балл экономической эффективности определяется в 0,1 %. В Южной Африке добывают уран из руды в десять раз более бедной, а в Канаде – в десять более богатой. Когда-то Приаргунское месторождение в Забайкалье считалось одним из самых богатых в мире: пик добычи пришелся на 1985 год – 16 тысяч тонн, но теперь на-гора выдается 3,2 тысячи тонн. И качество руды ухудшается – содержание урана снизилось с 0,25 % до 0,16 %. В Курганской области и в Бурятии добывается еще 120 тонн урана. Расходует же урана Россия в 6–7 раз больше, чем добывает. После распада СССР 80 % запасов урана оказались за пределами нашей страны, где они никому особо не нужны. Россию пока выручают огромные складские запасы, которые оцениваются западными экспертами в 47 тысяч тонн. По одним прогнозам, урановых амбаров хватит на 50, по другим – всего на 10–15 лет. Добычу урана необходимо наращивать в пожарном порядке. Согласно утвержденной правительством РФ энергетической стратегии на период до 2020 года, предполагается, что доля атомной энергетики вырастет с 16 до 23–25 % в общем балансе. Потребность в уране вырастет к 2010 году до 7,5, к 2020-му – уже до 20 тысяч тонн, и любые склады будут быстро исчерпаны. Добыча в Краснокаменске за счет ввода новых рудников должна возрасти почти вдвое. Два других месторождения должны поднять добычу до 1 тысячи тонн каждое. Будет разрабатываться новое месторождение в Якутии. Дефицит все равно останется, его намечено восполнить добычей на совместном предприятии в Казахстане и, не исключено, экспортом из Монголии и даже из Австралии. Впрочем, не только Россия – весь мир живет за счет запасов, которые обеспечивают 40 % потребностей. Канада и Австралия добывают половину мирового урана. На долю России приходится 7 % добычи (и 17 % производства уранового топлива за счет продажи на зарубежные АЭС). Примерно столько же добывают Намибия и Нигер. Треть мирового урана добывается открытым способом на карьерах. Основной потребитель урана США добывает его в 20 раз меньше, чем потребляет, в точности копируя ситуацию с нефтью. По запасам мировым лидером является Австралия, которая обладает четвертью мирового урана. На втором месте – Казахстан. Вместе с российскими месторождениями это 11 % мирового урана. Кстати, у Украины урана тоже немало – 6 %. У США – 2 %. В Европе добыча урана почти повсеместно прекращена. Ни одно топливо не растет в цене так стремительно, как уран. С 2000 года цены выросли в двадцать раз. Это позволяет России разрабатывать проекты месторождений, которые всегда считались нерентабельными. Царство радона и лучевой болезни.

– Вы всю жизнь на атомную бомбу пашете. Не тяготит ощущение? – спросил я Любовь Захаровну Шабалину, устроившись в ее «Волге».

После рукопожатия, по инициативе собеседницы, мне показалось, будто моя ладонь побывала в слесарных тисках. Любовь Захаровна за рулем 42 года, водила лесовозы, гоняла в Улан-Батор и на седьмом десятке слывет в Краснокаменске самым отчаянным лихачом. Ее речь сказочно обогатила бы словарь Даля колоритной лексикой, которая помогает Любови Захаровне проклинать начальство всех уровней. Про бомбу я спросил, потому что мой водитель не только мать, но и шесть раз бабушка и трижды прабабушка.

– Милок, ну ты завернул, – ответила Любовь Захаровна. – Про бомбу пусть шишки думают, а мне бы зарплата нормальная. И по жизни получается: чем больше начальник думает о бомбе, тем пуще о людях печется. Нынешний о бомбе меньше думает, чем Славский, которого еще Сталин поставил. У меня зарплата такая, что вам в Москве один раз в кабак зайти. И отгул, чтобы картошку высадить, еле дали. Все соки выжимают, ядрить их в бога душу мать.

На урановых рудниках мысль сама собой приобретает философское направление. Если Россию уважают и принимают на равных, не в последнюю очередь из-за внушительного, не хуже американского, ядерного арсенала, а из высоких технологий атомная отрасль – самый несомненный лидер, то справедливо ли, что местные жители считают копейки и предаются грустным воспоминаниям? И, думается, самой большой несправедливостью по отношению к Краснокаменску является то, что стратегически бесценный для всей России город прославился как место отсидки Ходорковского, а реальными делами совсем не знаменит. Хотя в этом вопросе вешать собак на олигарха не надо.

Мрачные или радостные умонастроения – вопрос индивидуального мировоззрения. Петр Карпович Магар отмолотил на руднике с момента основания – сорок лет. Имеет орден Трудовой Славы и грамоту, подписанную Брежневым. Получал тысячу рублей – вполне достаточно, чтобы любимая супруга Катерина Софроновна не горбатилась на работе. Словно молодожены, они держатся за руку, пусть даже о домашнем уюте говорить не приходится. Дети разъехались, домик скукожился, в комнатах скапливается ядовитый газ радон. Поселок Октябрьский был построен рядом с рудником как временное пристанище. Но ничто не оказывается таким вечным, как временное. Из-за сдвига горных пластов из-под земли стал выходить радон – предельно допустимая доза превышена в поселке в 14 раз. Людей переселяют в новые дома, после этого поселок сровняют с землей.

«Не знаю ни одного случая заболевания лучевой болезнью на урановых рудниках, – говорит главный геофизик горнорудного управления Рудольф Суханов. – У каждого шахтера индивидуальный дозиметр. Ежемесячно дозиметр проверяют в лаборатории. Есть годовые нормы безопасности и нормы за пять лет. Если отметка близка, происходит ротация кадров. Радиобоязнь встречается только у молодых шахтеров. С опытом приходит понимание, что опасности при правильной технике безопасности никакой нет».

Что касается безопасности подземных работ, то рудник отличается от угольных шахт тем, что здесь не бывает выбросов метана и, следовательно, пожаров. Зато нагруженная порода может «выстрелить», и тогда на людей обрушатся сотни кубометров руды. Но в Краснокаменске таких жертв не было – к крепежу относятся, как к Святому писанию. Особенностью рудников является еще и то, что для борьбы с радиоактивными газами установлена повышенной мощности вентиляция. Чтобы ветер не гулял ураганом, поперек тоннелей оборудованы шлюзовые камеры, как на подводной лодке. Но радиоактивность имеется: никакими фибрами души ее не уловишь, но у свежего отвала видеокамера прямо на моих глазах намертво заглохла.

Когда по стране прокатился вал экологических акций в связи с ввозом отработанного ядерного топлива, в Краснокаменске, где к радиации относятся спокойно, как рыбак на Ниле к крокодилу, появилось ответное движение с идеей захоронить иностранные отходы в заброшенных шахтах. «Немножко радиоактивности для мужского здоровья даже полезно», – победоносно объявил Петр Карпович, когда Катерина Софроновна вышла за дверь. Мне показалось, супругам Магар жалко покидать дом, где прошла вся их жизнь. Вместе с радоном они оставят здесь воспоминания…

Танцы на атомной станции.

– Зачем нас фотографируете? – спросили девушки Гузаль и Серафима, которые разгуливали по поселку Октябрьский, как по Тверской.

– В «Известиях» напечатаем, – ответил я.

Обольстительные мини-юбки смотрелись весьма странно среди лачуг, идущих на снос. Оказалось, девушки ищут кошку, которая не хочет уходить из родного дома.

– «Известия» – это что? – хором удивились девушки.

– Это газета в Москве, очень респектабельная.

– Если вы из Москвы, мы прямо из Америки, – захихикали Гузаль и Серафима. – К нам добираются только из Читы или Улан-Удэ. А газеты из Москвы к нам не приходят, вы там про свое пишете.

Страшная удаленность от страны – главная беда Забайкалья. Цена на билет запредельная – во всем себе отказывать надо. Получается, что гораздо ближе, а для многих уже и роднее оказывается Китай, куда регулярно ездят за покупками и развлечениями. По этой же причине тема Ходорковского, которая будоражит жителей столиц, проходит мимо сознания жителей Краснокаменска. Пожимают плечами – ну сидит, вроде бы умный. Со времен декабристов на забайкальских рудниках пересидела тьма страдальцев, а на жизни это не отражается. Можно утверждать, что уран влияет на настроения краснокаменцев несравненно сильнее политических бурь. Кстати, как сказал мне предводитель бурятской общины Будажап Бадмарджиев, имеется версия, что Ходорковского подвели под монастырь бурятские шаманы, которым не понравился проект трубопровода по Забайкалью. Шаманы на Шаман-сопке устроили камлание – и олигарха повязали именно в этот час. Томится он в этих же краях – ничего не поделаешь, это рок.

Но не бывает такого, чтобы человек жил только хлебом насущным. И в далеком Краснокаменске, куда ведут лишь грунтовые дороги, есть люди, которые взыскуют прекрасного и вечного. Профессиональный ансамбль «Забайкальцы» – лауреат всероссийских и международных конкурсов, объездил всю Европу, хотя чаще оказывается в Китае. Я дилетант, но мне показалось, что танцуют ребята просто здорово, так, что у зрителя в душе чистый восторг. Некоторые танцоры прежде добывали уран, но предпочли служение музам, пусть и скромное с материальной точки зрения. А девушки – красавицы, хоть ночью кради. Недавно на конкурсе красоты в Пекине из десяти финалисток пять девушек были из ансамбля «Забайкальцы».

«Когда выезжаем в большие города, меня спрашивают, где я нашла такие чистые лица, – рассказывает заслуженный работник культуры России Елена Морозова. Говорит почти шепотом, чтобы не сглазить. – У моих девочек нет пыльцы на лицах. Они по нынешним нравам дурашечки – неиспорченные, доброжелательные, скромные. В Китай скоро поедем, на Олимпиаде работать будем. Мне много раз предлагали перебраться в крупные центры, но сердце к урановым сопкам прикипело. Скоро начинаем работу над первым крупным хореографическим полотном. Танцевальное полотно будет называться “Сон шахтера”».

КОНТОРА АФРИКАНТОВА.

В конструкторском бюро в центре России создана самая большая в мире ядерная подводная армада.

«На конференциях я выступаю инкогнито, – сказал невысокий человек со щегольскими усиками, похожий на постаревшего гардемарина. – Имя мое лучше не называть, а если цитировать, лучше говорить, что данные собраны в зарубежной прессе. Полжизни провел под водой, вышел в запас, но вынырнуть и работать открыто время не пришло».

Встретить в сухопутном Нижнем Новгороде капитана первого ранга из закрытого НИИ Министерства обороны, который досконально, с потрохами знает американский атомный военный флот, большая неожиданность. Впрочем, если учесть, что в Нижнем находится Опытное конструкторское бюро машиностроения имени Африкантова (коротко – ОКБМ-Африкантов, по имени легендарного директора советской эпохи, или же в обиходе – «контора Африкантова»), где созданы реакторы для всех отечественных атомных подводных лодок и надводных атомных кораблей, то не сразу разберешь, кто здесь сухопутная крыса, а кто настоящий морской волк.

«Хотите наверняка спросить про матроса, который аварию на “Нерпе” устроил, – капитан проницательно посмотрел на меня. – Кнопку этот стрелочник, конечно, мог нажать. Кстати, пожар – самая типичная во всем мире причина аварии на подлодке. Но к любой аварии приводит сочетание многих факторов. Бедный матрос такой же, как мы с вами, – продукт нашей подводной и надводной системы. Типичный российский гражданин, у которого руки не из того места растут, а все вокруг делают вид, что этого не знают».

Реактор «Лаврентий Берия».

В 1958 году, была принята на вооружение первая советская атомная подводная лодка «Ленинский комсомол». Как и в случае с атомной бомбой, атомную подводную лодку СССР построил после США. Америка в 1955 году назвала свою лодку звонко – «Наутилус». Но если с атомной бомбой ученым помогла разведка, то с подводной лодкой никаких подсказок мы не получали. Научным руководителем проекта стал Анатолий Александров, впоследствии президент АН СССР. Его кандидатуру предложил Курчатов: «Александров знает массу бессмысленных вещей, которые никто не знает и которые в новой работе могут оказаться полезными». На создание атомной лодки, как и бомбы, у нас ушло меньше времени, чем у конкурентов: Америка создавала стенд 6 лет, а в Обнинске он был готов через 3,5 года. Главным конструктором реактора был академик Николай Доллежаль. Судьбы Александрова и Доллежаля шли параллельно до тех пор, пока после Чернобыля оба академика не решили уйти в отставку. Надо сказать, что ни разу в нашем атомном подводном флоте не было аварии по вине реактора, хотя у американцев это случалось. Даже после страшной аварии на «Курске» реактор не пострадал. Хотя утечка радиоактивности случалась, к несчастью, не раз…

В 1945 году артиллерийский завод имени Сталина в Горьком приказом Сталина был переведен на атомную тематику. Завод участвовал в создании реактора «А», который ласково называли «Аннушка» и на котором был получен плутоний для первой советской атомной бомбы. В 1948 году был создан совершенно замечательный реактор нового поколения ЛБ-100 (если кто не улавливает исторический контекст, ЛБ – это Лаврентий Берия), из которого выросли все следующие реакторы ОКБМ. Мне кажется, что если Лаврентия Берию сравнивать с каким-то оружием, то подводная лодка ему самая подходящая пара.

Под водой шло соперничество, как в космосе. Советская атомная подводная лодка была похожа на американскую лишь тем, что была атомной и подводной. Америка, у которой во все времена было пруд пруди военных баз по всем океанам, обошлась одним реактором на лодке – нам пришлось искать место для двух, что ставило принципиально новые задачи по компоновке. И к каждому реактору предъявлять особые требования по надежности. Кроме лодок с водо-водяными реакторами, в СССР была поставлена на боевое дежурство целая дивизия атомных подлодок с жидкометаллическими реакторами, в которых использовались окись бериллия и сплав свинца с висмутом. Американская «жидкометаллическая» лодка «Seawolf» плавать так и не научилась.

Подводный мир враждебен человеку, как космос. И прорваться в океанские глубины было не проще, чем выйти в космос. У подводников нет своего Юрия Гагарина только по той причине, что в одиночку подводной лодкой управлять невозможно – нужен экипаж. А это, наряду с множеством других принципиально новых задач, ставит еще одну специфическую, которую академик Александров называл «проблемой пердильных газов». Если на дизельных лодках экипаж без всплытия уже через две недели теряет сознание, то атомные лодки с современной системой адсорбции могут лежать на дне несколько месяцев, и морякам разрешают даже курить под водой.

«Однажды мы через Гибралтар прошли в Средиземное море, но нас засекли, – вспоминает каперанг, похожий на гардемарина. – И мы легли на дно. Нас несколько месяцев искали, но не нашли. Мы элементарно могли одним залпом уничтожить шестой американский флот в Средиземном море. Но мы не парились и спокойно курили, нам ничего не угрожало».

Слесарь с министерским окладом.

«В моей лаборатории в советские времена работало семь слесарей, которым оклад в личном порядке устанавливало министерство, – вспоминает начальник отдела Владимир Галушкин, который на ОКБМ-Африкантов имеет репутацию местного Гомера. – Они получали в три раза больше молодого инженера. У каждого был закрытый верстак с личным инструментом, к которому притрагиваться было строго запрещено. Однажды Курчатов потерял ключ от сейфа, и наш слесарь открыл замок за двадцать минут. Курчатов подарил слесарю коньяк и колбасу из кремлевского буфета».

Сегодня колбасой и алкогольными напитками никого не удивишь. Редкостью стали рабочие. Когда спускали на воду атомный крейсер «Петр Великий», квалифицированных сварщиков на любые деньги собирали со всей страны. ОКБМ-Африкантов тоже познало жуткий дефицит рабочих кадров, но год назад все вакансии были заполнены, и прием прекращен. Причина проста – рекордная зарплата. Если прочие предприятия Нижнего с трудом сводят концы с концами, то атомная отрасль идет в рост. В сборочном цехе крупногабаритного оборудования средняя зарплата достигает 40 тысяч рублей.

Токарь-карусельщик Евгений Сучилкин кается, что в прежние времена два раза уходил из конторы Африкантова, но теперь начал третью жизнь и изменять рабочему месту не намерен, поскольку такие деньги могут только в сладком сне присниться. Восемнадцатилетний Александр Башев работает после ПТУ первый месяц, получает пока 15 тысяч, но, во-первых, испытывает за станком наслаждение, которое сравнивает с поиском мелодий на музыкальном центре, и, во-вторых, имеет перед глазами многие удачливые примеры зажиточной жизни. Мне издали показали жилистого слесаря, который регулярно получает больше 70 тысяч, но разговаривать с ним не рекомендовали, ибо больше всего на свете он не терпит, когда ему ставят палки в колеса досужими беседами.

Возникает вопрос, как у классика: откуда деньги, Зин? Проще всего было бы сказать, что атомная отрасль по ряду федеральных программ наращивает перспективу. Но бюджет конторы Африкантова лишь наполовину формируется федеральными программами. Не меньше ОКБМ зарабатывает коммерческими проектами, выполняя сложные заказы и подтверждая древнее правило: ничто в подлунном мире не ценится так, как знание и умение. Технологии уникальных бессальниковых насосов и прямоточных парогенераторов, которые так и не были освоены супостатами во время гонки вооружений, нашли спрос во многих гражданских областях. ОКБМ-Африкантов, как объяснил молодой директор Дмитрий Зверев, принципиально отказывается от контрактов, когда иностранцы пытаются приобрести редкие технологии, и соглашается на импорт лишь готовых изделий.

Нашим ученым удалось научить реактор работать на уране низкого обогащения, хотя в США используют дорогой оружейный материал. Впоследствии это позволило ОКБМ-Африкантов модернизировать свои реакторы для гражданских целей. Среди последних крупных заказов – реактор будущего на быстрых нейтронах, который строится на Урале, реактор малой мощности для Казахстана и реактор плавучей атомной станции для Крайнего Севера. Плавучих АЭС, хотя это чрезвычайно перспективное дело, нет ни у кого в мире. Америка в 1970-х годах имела единичный опыт, но обожглась. Поскольку Россия остается единственной в мире страной, которая имеет атомный ледокольный флот, то проблемы с созданием плавучих АЭС могут возникнуть лишь финансовые, но никак не технические. Первая российская плавучая АЭС «Академик Ломоносов» должна быть спущена на воду в 2013 году и будет отапливать Северодвинск.

«Плавучие АЭС, которые, это ежу понятно, необходимы на Крайнем Севере, мы могли построить еще в начале 1990-х, – говорил каперанг и, видимо, молодеет от воспоминаний. – Америка готова была бешеные деньги вложить, Клинтон уже слюной истекал. Ельцину оставалось только кивнуть, но он другим увлекся. Сейчас деньги на проект пошли – и цены взлетели невероятные. Пошел цыганский торг. Не могу в толк взять, как можно жить, обворовывая свою страну?».

Ядерная армада под водой.

В Великом Новгороде придумали историю о купце Садко, который был первым русским подводником. Через века уже Нижний Новгород, в ту пору именовавшийся Горьким, стал подводной столицей страны. В ОКБМ-Африкантов создавались реакторы, в КБ «Лазурит» проектировали подводные лодки, на заводе «Красное Сормово», воспетом пролетарским писателем Максимом Горьким в романе «Мать», их строили. Как субмарины из Волги попадали в далекие моря-океаны? Лодки шли по ночам по Беломорско-Балтийскому каналу имени Сталина, который обессмертил все тот же писатель Максим Горький. Канал, вырытый зэками, был слишком мелок, и приходилось в шлюзах создавать высокую волну, которая буквально выплевывала субмарину вверх по течению.

Атомный подводный флот – тот вид вооружения, где наша страна обладает несомненным преимуществом перед всеми возможными противниками. В СССР атомные лодки строили четыре завода, разработка велась в трех КБ, что привело к невероятному разнообразию конструкций, разобраться в которых мудрено даже специалисту. В нашей стране было построено 250 атомных подводных лодок, Америка сделала в два раза меньше, обеспечивая ядерный паритет за счет стратегической авиации. Как и в авиации, мы долго отставали по части электроники и шумовых характеристик, из-за чего американцы называли наши субмарины «ревущими коровами». В США и сейчас лучше развита береговая инфраструктура, лодки после обслуживания быстро возвращаются в плавание. В СССР инфраструктура считалась не слишком важной – все равно во время атомной войны все накроется. Системам спасения в нашем флоте не уделялось особого внимания, недостатка в печальных подтверждениях чему не имеется.

Только в 1963 году первая атомная лодка была построена бывшей владычицей морей Британией, в 1969 году – Францией, в 1974-м – Китаем. К 2010 году Индия собирается, что сомнительно, построить первую собственную атомную лодку, а в 2020-м – Бразилия. Кстати, Россия отказалась продавать Индии «Нерпу», на которой недавно случился пожар, и решила оставить ее себе. У Англии имеется 25 атомных подводных лодок, у Франции – 15, у Китая – 6, но сколько на ходу, неизвестно.

Рекорд скорости принадлежит советской лодке (по классификации НАТО – «Папа») – 45 узлов. (Скорость дизельных лодок не превышает 15 узлов.) Россия располагает самыми большими в мире атомными подводными крейсерами класса «Акула» (по классификации НАТО – «Тайфун») водоизмещением 28 тысяч кубометров, размером с шестиподъездный девятиэтажный дом с плавательным бассейном и спортзалом. Всего было построено шесть «Акул», на боевом дежурстве три лодки, остальные в резерве. Самые крупные субмарины США имеют водоизмещение 18–20 тысяч кубометров и были сделаны позже наших «Акул». Современные лодки могут уходить на глубину около километра и лежать там около года.

Только в нашей стране получило широкое развитие гражданское атомное судостроение. В 1959 году был спущен на воду атомный ледокол «Ленин», а всего построено восемь атомных ледоколов и контейнеровоз. Америка предпринимала попытки, но в итоге ни одним атомным гражданским кораблем не располагает. Кроме того, у России имеется пять военных атомных кораблей во главе с тяжелым крейсером «Петр Великий» с реактором на быстрых нейтронах, который не доступен ни одной стране. Однако в российских военных доктринах ставка делается на развитие подводного атомного флота.

Аварии в атомном флоте случались во всех странах. Сказать точно, сколько подводников погибло в СССР, из-за тотальной секретности невозможно. По разным данным, от 220 до 500 человек. В США погибли две лодки – «Трешэр» в 1963 году (129 человек – самая крупная в мире катастрофа) и «Скорпион» в 1968 году (99 человек), когда на дне у Азорских островов остались ядерные боеголовки. У нас на морское дно ушли пять лодок. Самые крупные трагедии – гибель «Комсомольца» в 1989 году (42 человека) и «Курска» в 2000-м (118 человек).

Последняя из спущенных на воду российских атомных субмарин – многоцелевой «Гепард» из дивизии «подводных охотников», которая состоит из семи судов. Это самые скоростные и бесшумные лодки, способные незаметно красться за противником. Если раньше в год на воду спускалось до десяти атомных субмарин, то сейчас это настолько редкое событие, что на мероприятие в Северодвинск приехал президент РФ Владимир Путин. Скоро на боевое дежурство встанут атомные лодки четвертого поколения – подводные крейсеры класса «Борей»: спущенный на воду «Юрий Долгорукий», строящиеся «Александр Невский» и «Владимир Мономах», которые вооружены межконтинентальными ракетами класса «Булава» и способны из Баренцева моря вести обстрел полигонов, скажем, в центре Тихого океана. Всего к 2017 году должно быть готово восемь подводных крейсеров класса «Борей».

У РОССИИ СВОЙ ПУТЬ. ДАЖЕ ПОД ВОДОЙ.

Сверхсекретные конструкторы реакторов для атомных субмарин работают в центре Москвы рядом с шоколадной фабрикой.

Прогулка по Красносельской улице приятных ощущений не доставляет. В грязных морщинистых домах живут, кажется, сплошь пенсионеры и пропойцы. Красавица из таких замызганных подъездов определенно не выйдет. Когда-то в этом районе был ограблен Ленин – хулиганы отобрали у вождя лимузин из царского гаража. Правда, железный Феликс к вечеру выловил грабителей, о последствиях говорить не надо.

Если пройти дальше, запах бензина растворяется в ароматах шоколада, которые источают коричневые корпуса кондитерской фабрики имени Бабаева, отстроенной купцами Абрикосовыми.

Сын шоколадного короля мумифицировал Ленина и стал академиком. Внук, тоже академик, навсегда уехал в Америку и получил Нобелевскую премию. Еще из конфетной фамилии вышел самый красивый народный артист, который играл Григория Мелехова и князя Владимира.

Но главная достопримечательность околотка сокрыта в тупике, где обрывается Красносельская улица. На территории, которая простирается до грохочущих путей Ярославского вокзала и Окружной железной дороги, находится бывший Специальный институт № 8, он же НИИ-8, он же почтовый ящик А-7291, он же почтовый ящик 788. Вывесок никогда не было, но местные старушки могли указать дорогу к «атомному институту», который находился и находится под охраной подразделений внутренних войск. Вывеска появилась, когда учреждение получило совсем непонятное название – Научно-исследовательский и конструкторский институт энерготехники (НИКИЭТ). Несколько лет назад ему присвоено имя дважды Героя Социалистического Труда академика Николая Доллежаля, по происхождению чеха, который, полагаю, сделал для государства Российского больше любого из своих соотечественников, включая Карела Гота и Яромира Ягра.

Именно в НИКИЭТе были созданы самые мощные для своего времени реакторы в мире – для боевых подводных кораблей, для атомных станций, для космических полетов, для научных исследований. На территории НИКИЭТа, по существу, в центре Москвы, 30 лет работал реактор. Теперь окрестное население может спать спокойно, и даже в снах радиоактивные выбросы не подпортят конфетные ароматы. Реактор остановлен в новейшие времена, топливо выгружено.

У шпионов едет крыша.

Полвека назад, 17 января 1959 года вышло постановление Совета Министров СССР о том, что принята на вооружение первая отечественная атомная подводная лодка К-3. В 1962 году эта лодка дошла до Северного полюса, и ее, опять же первой, наградили собственным именем – «Ленинский комсомол». За пол века 20 % отечественных атомных подводных лодок были оснащены реакторами НИКИЭТа и являются прямыми родственниками «Ленинского комсомола». Так что вековая мудрость насчет того, что первый блин всегда комом, в данном случае не работает.

– В 1991 году, когда Грузия при Гамсахурдии первый раз напала на Южную Осетию, разрушила мой родной Цхинвал и блокировала город, ни одна центральная газета не решалась даже намеком упомянуть о конфликте, – говорит директор НИКИЭТа Борис Габараев. – Никто не хотел Грузию обижать. Выходцы из Южной Осетии, проживавшие в Москве, все пороги обили. Наконец шестеро из нас – тут были музыкант, архитектор, ученый – собрались в Доме композиторов и написали яростное письмо, которое уже на следующий день было опубликовано. Только потом правдивые репортажи о войне стали писать другие газеты.

Габараев делает широкий жест, словно показывая простирающиеся перед ним горные реки и долины, а также, в знак признательности за помощь Осетии, демонстрируя готовность приоткрыть России некоторые российские же тайны..

– Какие самые свежие разработки в области атомных подводных лодок ведет институт? – простодушно вопрошаю я. – Ходят слухи о невиданных шарообразных конструкциях, упоминается суперсекретная лодка «Лошарик».

– На эту тему я говорить никак не могу, – печально вздыхает Борис Габараев и добавляет не без гордости: – Но по многим данным могу заверить, что у американцев нет таких проектов, которые разрабатываются сегодня в России.

Режим секретности в отрасли был отработан ведомством Берии в период создания атомной бомбы. Для непосвященного документы походили на переписку между обитателями сумасшедшего дома – все термины были заменены взятыми с потолка словами. Реактор был то котлом, то кристаллизатором, уран – то продуктом № 5, то свинцом, водород – винилом. Даже в правительственных постановлениях делались пробелы, куда особо доверенной рукой вписывались ключевые названия.

Создание реактора для наработки плутония было поручена НИИхиммашу, при этом в стране существовало несколько предприятий с таким названием. В институте был создан секретный Гидросектор, хотя к воде никакого отношения он не имел. НИИхиммаш и Гидросектор возглавил Николай Доллежаль, и уже в 1948 году на Южном Урале был запущен первый промышленный реактор по наработке плутония. О людях и о природе в ту пору не думали, и теперь озеро Кыштым является районом крупнейшей экологической катастрофы, который начали «подчищать» лишь совсем недавно.

Гидросектор назывался сектором для отвода глаз, он был крупнее многих институтов – 700 человек, в основном вышедшая из вузов молодежь, которая могла и хотела дневать и ночевать на работе. Позднее Гидросектор по решению Совмина превратился сначала в Специальный институт № 8, потом в НИИ-8, потом в НИКИЭТ, который обосновался по соседству с шоколадным заводом. Через много лет, как и полагается, соседи повздорили и вступили в Моссовете в тяжбу по поводу одного из самых «сладких» корпусов. Кондитеры припугнули чиновников – сказали, что делают шоколад для космонавтов. Атомщики на партхозактиве таких козырей не выложили и проиграли эту неядерную войну.

Самый резвый в мире «Папа».

И в США, и в СССР после создания атомного оружия логика научной мысли подтолкнула к вопросу: какую еще пользу можно извлечь из уранового ядра? Характерно, что в США решили построить боевую подлодку, а в СССР – мирную атомную станцию. Оба проекта были выполнены в 1954 году. Реактор для первой в мире АЭС был создан Доллежалем. Но эйфории не было, поскольку еще до того, как американский «Наутилус» был спущен на воду, стало понятно, что отставание в подводном флоте составляет угрозу безопасности страны.

9 сентября 1952 года Сталин подписал постановление о создании первой в СССР атомной подводной лодки. Реактор, сердце лодки, был поручен Доллежалю, корабль проектировал конструктор Перегудов в СКБ-143 (теперь «Малахит») в Ленинграде. В 1954 году готовые чертежи по проекту 627 были направлены в Горький на завод № 92 имени Сталина, КБ которого позже назвали «конторой Африкантова» (в декабре 2008 года о ней подробно рассказывали «Известия»). Корабль построили на заводе № 402, ныне Севмаш, в Молотовске, который теперь зовется Северодвинском. Надо сказать, что в попытках расшифровать нумерацию проектов и заводов чёрт бы ногу сломал и шпион бы свихнулся, на что и было рассчитано.

Секретность работ по атомной подлодке была такова, что до 1954 года о проекте ничего не знали даже военные. Атомщики предполагали оснастить лодку единственной громадной торпедой с ядерным зарядом. Моряки, изучив проект, сказали, что затея не слишком хорошая. Подводная лодка после расставания с огромной торпедой вступила бы в противоречие с законом Архимеда и оказалась бы, по существу, одноразовой, как самолет камикадзе. Проект переработали под обычное торпедное оружие. Но скоро на подводных лодках все-таки стали размещать баллистические и крылатые ракеты. Реакторы для этих кораблей делал все тот же Николай Доллежаль.

Одним из самых громких подводных творений Доллежаля стал корабль, принятый на вооружение в 1971 году. По классификации НАТО он почему-то назывался «Папа». А у нас – «Проект 661», тоже почему-то. Это была первая в мире полностью титановая лодка, которая развивала скорость до 45 узлов, что является до сей поры непревзойденным рекордом. Даже надводные корабли ВМФ США не могли угнаться за «Папой». Отмечены случаи, когда «Папа» всплывал, показывался американским быстроходным катерам и издевательски предлагал игру в догонялки. Об интеллектуальной мощи, питавшей оборонный комплекс СССР, можно судить по тому, что современные проекты, о которых нельзя говорить и которые утрут нос Америке, являются, как я понял из туманных намеков, продолжением работ, замороженных в эпоху застоя.

Нельзя не сказать, что в истории НИКИЭТа были и драматические страницы. Самая болезненная – авария в Чернобыле, но в свете многих техногенных аварий я думаю, что не каждой стране можно доверить сложную технику После Чернобыля Николай Доллежаль вместе с президентом Академии наук Анатолием Александровым ушли в добровольную отставку Уже в российские времена НИКИЭТ попал в «черный» список госдепа США по подозрению в сотрудничестве с Ираном в области двойных технологий. Генпрокуратура следов не нашла, но эмбарго осталось – важно насолить конкуренту.

Последний громкий успех – золотая медаль ЦЕРНа за участие в создании одного из уникальных детекторов Большого адронного коллайдера. Прибор сделан из латунного сплава, который не могли сыскать по всему миру, а нашли в артиллерийских гильзах на старых советских складах.

КАК ПОСТРОИТЬ МАШИНУ ВРЕМЕНИ.

В гости к прапрабабушке через кротовую нору, но мимо черной дыры.

С древних времен вечный двигатель, эликсир молодости и машина времени – три главных желания человека, когда речь заходит о достижениях научно-технического прогресса. Но все до единого серьезные специалисты повторяют, что вечный двигатель полная блажь и свидетельство безграмотности изобретателя. Эликсир молодости – понятие растяжимое, но физическое бессмертие перечеркнуло бы идею эволюции и привело бы к гибели цивилизации. Парадокс в том, что машина времени, самое фантастическое звено в триаде наших мечтаний, не противоречит принципам мироздания. О гравитационном замедлении времени сто лет назад писал еще Эйнштейн. Все чаще ученые говорят о реальности путешествий во времени. Но прежде надо решить проблему загадочной «темной» энергии, которой во Вселенной в 15 раз больше, чем видимой материи. Эксперименты начаты…

Костер во дворе Академии наук.

Английский писатель Герберт Уэллс знаменит двумя вещами. В Кремле он встречался с Лениным, но не поверил в его политические планы. И еще Уэллс предсказал, хотя современники потешались над его прогнозами, бытовой видеомагнитофон, автомобильные пробки, танковые сражения, боевые лазеры. Уэллс уже в своем первом фантастическом романе оставил техническое описание машины времени, о которой мечтали многие, но конструкцию до него не предлагали. Несмотря на промашку с Лениным, технические предсказания Уэллса почти неизменно сбываются.

В России, может быть из-за ее многострадальности, идея машины времени особенна популярна. Идею таких перемещений в философской книге «Доски судьбы» развивал Велемир Хлебников, предложив конструкцию из зеркал. Профессор Николай Козырев в ГУЛАГе (впоследствии в Пулковской обсерватории он ставил опыты со временем) занимался расчетами машины времени, чем поразил зэка Солженицына. Самый известный советский разработчик путешествий во времени – член-корреспондент АН Белоруссии Альберт Вейник, который был убежден в возможности управлять материальными свойствами пространства-времени. На закате дней ученый ушел в духовную жизнь, взял новое имя Виктор, стал опровергать труды Альберта Вейника и сжег во дворе Академии наук его научные труды.

Гоголь, как известно, сжег второй том «Мертвых душ». Есть легенда, что и Эйнштейн сжег наброски по единой теории поля, с помощью которой собирался навести полный порядок в пространстве-времени. Поводом будто бы послужил эксперимент в филадельфийском порту в середине 1940-х годов, когда вокруг эсминца «Элдридж» было создано сильнейшее магнитное поле. Расчеты проводил сам Эйнштейн. В американской прессе по сей день появляются публикации о том, что эсминец исчез из поля зрения, а потом очевидцы обнаружили его в другом месте. Эйнштейн испугался, что время будет использовано в качестве нового оружия, как случилось с атомной энергией. Что касается экипажа эсминца, то с его членами стали происходить странные, вроде полтергейста, происшествия, а многие моряки потеряли способность ориентироваться во времени. Впрочем, никаких официальных комментариев по «Элдриджу» не было, а сам корабль был продан Греции, где почва для мифов еще благодатнее.

Все это можно было бы отнести к разряду фантазий, если бы новейшие исследования не предложили совершенно новую картину мироздания, в которую могут вписаться прежние нелепости и легенды.

Неизвестная Вселенная.

«Когда я был молод и работал в Курчатовском институте, то занимался плазмой, – вспоминает российский академик и американский профессор Роальд Сагдеев. – Ученые были уверены, что плазма – это 99 % всей материи во Вселенной. И по этой причине мы чувствовали себя хозяевами жизни и пребывали на золотом пьедестале. Сейчас вскрылись такие законы, что физики вряд ли могут ощущать себя даже на бронзовом пьедестале».

В 1980-х годах знаменитый советский физик Иосиф Шкловский говорил, что астрономия, как и география, закончилась, – все открытия уже сделаны. С середины 1990-х годов благодаря наблюдениям мощных космических и земных телескопов Нобелевские премии сыплются на астрономов звездопадом. В последнее десятилетие неоспоримыми истинами признаны факты, за оглашение которых еще совсем недавно ученого признали бы еретиком и отлучили бы от науки.

Установлено, что лишь на 3–5 % Вселенная состоит из привычной и видимой нами материи из барионов (протоны, нейтроны, электроны). На 25 % Вселенная – частицы неизвестной природы, так называемая темная материя, которая пока не обнаружена, но ясно, что эти частицы тяжелее протонов и никогда не достигают скорости света. Но в основном, на 70 %, Вселенная заполнена еще более загадочной «темной» энергией. Это вещество с положительной плотностью энергии и отрицательным давлением, то есть оно обладает немыслимым на Земле свойством антигравитации, когда сила тяжести действует в обратную сторону – не притягивает, а расталкивает предметы в стороны. Нельзя исключить того, что «темная» энергия есть энергия вакуума, существование которой для многих уважаемых академиков есть вздор хуже теорий Лысенко и вечного двигателя.

Десять лет назад было доказано: Вселенная не стационарна, она расширяется и делает это с удовольствием, что выражается в постоянном ускорении разбегания галактик. 15 миллиардов лет назад, в момент рождения так называемого Большого взрыва, вся Вселенная была заключена в объеме радиусом 10 33 сантиметра, что в 100 миллиардов миллиардов раз меньше радиуса протона (1013 сантиметров). И в этом объеме уже была заложена вся информация о будущем Вселенной, хотя законов сохранения не было, так как события происходили на квантовом уровне. После Большого взрыва Вселенная неустанно расширяется и никогда не сжималась, что возможно только в том случае, если помимо гравитации существует антигравитация. Над этим парадоксом мучился еще великий Эйнштейн, сказавший в сентиментальном порыве: «Прости меня, Ньютон».

Из жизни пожирателей звезд.

Значительная часть вещества во Вселенной, «темная» материя и «темная» энергия, сконцентрирована в «пожирателях звезд» – черных дырах, самых страшных и притягательных объектах в мироздании. Расчеты самого знаменитого ученого современности Стивена Хокинга показывают, что черная дыра массой в несколько наших Солнц имела бы радиус 1013 сантиметров, то есть размер протона. В «Курсе теоретической физики» Лев Ландау назвал черную дыру самой красивой из всех существующих теорий. Будто о ней слова Пушкина: «Есть упоение в бою, и бездны мрачной на краю…» Макс Борн восхищался черной дырой, как творением искусства. Виталий Гинзбург говорил, что черные дыры вызывают чувство, родственное тому, которое испытывают, глядя на самые выдающиеся шедевры живописи, скульптуры, архитектуры. Американец Кип Торн написал: «Из всех измышлений человеческого ума, от единорогов и химер до водородной бомбы, самое фантастичное – это образ черной дыры, границу которой ничто не может пересечь, и даже свет задерживается ее мертвой хваткой».

Если недоступная красавица хотя бы изредка должна являться своим поклонникам, то для черной дыры это необязательно, ибо она в принципе невидима. При обилии дифирамбов черную дыру можно обнаружить лишь по косвенным признакам. Внутри черной дыры меняются свойства пространства и – внимание! – замедляется, как предрекал Эйнштейн, время. Пространство и время закручиваются в воронку, в ее глубине – опять спокойствие! – они распадаются на кванты. Черная дыра – это гравитационная бездна, откуда нет выхода.

«Черная дыра – объект невероятной плотности, который засасывает внутрь любые оказавшиеся поблизости объекты, в том числе свет, и он не может вырваться из ее тяготения, – говорит академик Анатолий Черепащук. – У черной дыры нет поверхности, но есть горизонт событий, где время останавливается. Космический корабль, достигший черной дыры, постепенно замедляется и, по нашим впечатлениям, намертво застывает в пространстве. На самом деле корабль рухнул в черную дыру и начал сказочное путешествие по другим Вселенным, где нет пространства, а есть только время. Двигаясь к центру черной дыры, космонавт увидит свое будущее и другую Вселенную, расположенную по отношению к нашей Вселенной в будущем. Чтобы попасть в эту Вселенную иным способом, космонавту пришлось бы двигаться со скоростью больше скорости света, что невозможно. Но космонавт не сможет вернуться и рассказать нам о будущем.

Мало того, сам факт его путешествия останется неизвестным, потому что для наблюдателя он навсегда останется на границе черной дыры, поскольку пересечь горизонт событий невозможно.

Существование черных дыр – самый драматичный спор в науке. Потому что это ключ к общей теории относительности Эйнштейна. Парадокс в том, что Эйнштейн не верил в черные дыры, которые только и могут спасти его теорию. Половина физиков и сейчас в них не верит, полагая, что из реального вещества такие объекты построить нельзя. Пусть открыто 300 черных дыр, но споры продолжаются. Ибо остается вероятность, что будут открыты объекты такой же массы, как черные дыры, но с границей поверхности и магнитным полем.

«Кротовая нора» – тоннель в прошлое и будущее.

Теперь мы переходим к самому интересному. Если во Вселенной обнаружатся новые объекты с такими характеристиками, астрономам останется только застрелиться. Главное свойство: у этих объектов, которые во всем сродни черным дырам, нет горизонта событий. На Западе они называются «worm holes» – «червячьи ходы». Русские выбрали название поблагозвучнее – «кротовые норы». Если «кротовые норы» существуют, то становятся возможными путешествия во времени, для чего потребуется открыть дверцу в тоннель и начать по нему движение в любую сторону – вперед и назад. Тело при этом не будет пережевано, как в мясорубке, и сможет в целости вернуться назад.

Для внешнего наблюдателя черная дыра и «кротовая нора» ничем не отличаются. Сестры-близнецы. Но для космического путешественника это принципиально разные судьбы. «Кротовая нора» состоит из «темной» энергии, вещества с отрицательным давлением. Если такое вещество сжимается, то миру является не черная дыра, а «кротовая нора», в которой из-за гравитационного отталкивания нет всеобщего коллапса в центре и нет горизонта событий. Это означает, что имеется принципиальная возможность войти в «кротовую нору» и выйти наружу в другой точке Вселенной или вовсе в другой Вселенной. Собственно, даже подъезжать к «кротовой норе» на корабле необязательно. Черная дыра, как подпольщик или террорист, маскируется от наблюдателя, а «кротовая нора» от общественности не прячется. Если с помощью мощного телескопа заглянуть через горловину внутрь «кротовой норы», можно увидеть свет далекого прошлого и узнать о событиях, которые случились несколько миллиардов лет назад.

«Представьте лист бумаги, на котором две точки соединены прямой, – говорит член-корреспондент РАН Игорь Новиков. – Если этот лист свернуть, точки окажутся рядом и их можно проткнуть иголкой. Так во Вселенной есть разные пути между точками – можно двигаться миллионы световых лет, а можно пройти через пространственный тоннель. Один из возможных входов в такой коридор – квазары, их энергия излучения превышает энергию нескольких галактик. Вероятно, “кротовые норы” возникли одновременно с рождением Вселенной и в такую подзорную трубу можно увидеть самое далекое прошлое. И это вполне реально».

Кип Торн и Игорь Новиков – два крупнейших мировых авторитета, которые исследовали проблему путешествий во времени. Игорь Новиков очень известен за рубежом, он много лет руководил институтом в Дании, был директором знаменитой обсерватории Ураниборг, созданной Тихо Браге, учителем Кеплера. Кип Торн – ближайший коллега и ученик Стивена Хокинга, почетный доктор МГУ. Путешествие в прошлое многократно описано фантастами: то бабочку, как у Брэдбери, по нечаянности раздавишь, то родного дедушку убьешь. Потом возвращаешься домой – весь мир повернулся иначе, и сам ты уже не ты, поскольку дедушку ликвидировал. Возникает резонный вопрос: если любое путешествие во времени столь разрушительно, зачем нам такие приключения?

Вспоминая Чехова и Андерсена.

Однако Кип Торн и Игорь Новиков согласны в том, что никакие разрушительные действия с помощью машины времени невозможны. Причинно-следственные связи устойчивы и неколебимы, все события происходят так, что изменить их нельзя. Проще говоря, что-то помешает путешественнику во времени не то что убить дедушку, но и бабочку пришлепнуть, даже если ему очень захочется это сделать.

Итак, не только прошлое влияет на будущее, но и будущее воздействует на прошлое. Как бы дико это ни звучало, если мы хотим проехаться на машине времени, с этой истиной надо примириться. По законам квантовой механики, сформулированным Хью Эвереттом, наблюдение является взаимодействием, которое меняет состояние и объекта, и наблюдателя. Наблюдатель – не только человек, но любая система, которая обрабатывает результаты. Антон Чехов говорил, что всей правды никто не узнает, а теперь Игорь Новиков повторяет на свой лад, что истина имеет характер вероятности. Если ввести в квантовую механику идею Бога как части Вселенной, то его всеведение и всемогущество тоже носит вероятностный характер. Это выражается в жизненном правиле: «На Бога надейся, а сам не плошай». Можно также вспомнить популярный анекдот, в котором с небес прозвучал раздраженный совет еврею, всю жизнь молившемуся о богатстве: «Купи, наконец, лотерейный билет!».

В фильме «Снежная королева» сказочник восклицает: «Снип-снап-снурре!» – и дает ход путешествию в пространстве-времени. Ирония в том, что сейчас в США идет подготовка к космическому проекту SNAP (Supernova Acceleration Probe), который победил в крупном научном конкурсе НАСА. Зонд повиснет на высоте 1,5 миллиона километров от Земли и в инфракрасном диапазоне попробует заглянуть в тайники «темной» энергии. Работой руководит один из ее первооткрывателей Сол Перлмуттер, лауреат медали Королёва и сторонник сотрудничества с Россией. Сотрудничество может пойти по многим направлениям – от использования российских ракет и сети обсерваторий до привлечения для расчетов наших астрофизиков из школы Шкловского, которых чрезвычайно ценят во всем мире. Саул Перлмуттер побывал в Москве, встречался с академиками Юрием Осиповым и Виктором Садовничим, ездил в НПО имени Лавочкина.

Интересные эксперименты по «темной» энергии будут поставлены и в России. Академик Николай Кардашов руководит проектом «Радиоастрон» по изучению фонового излучения Вселенной, в ходе которого гигантский интерферометр в 2009 году должен быть выведен на орбиту 400 тысяч километров от Земли, недалеко от Луны, а приемные телескопы будут находиться во многих странах, в том числе в США. Следующий этап – проект «Миллиметрон», включенный в федеральную космическую программу РФ до 2015 года.

Вопрос ребром.

Сильно подозреваю, что космические масштабы «кротовых нор» не слишком вдохновляют тех путешественников, которые, подобно покорителям горных вершин и морских пучин, хотели бы самолично отправиться в рискованный вояж. То, что «кротовая нора» расположена в ядре далекой Галактики, не слишком удобно для новых отчаянных Колумбов и Магелланов. Можно ли создать тоннели и коридоры для прыжков в прошлое и будущее в земных, лабораторных условиях?

«Темная» энергия – это энергия вакуума, а его сжать в принципе нельзя. Посему надо искать другие способы. В Женеве в ЦЕРНе построен Большой адронный коллайдер, в создании которого деятельное участие принимал Институт ядерной физики из Новосибирска. На это уникальное сооружение наука смотрит с надеждой и вдохновением.

– Если удастся создать вещество с отрицательным давлением и антигравитацией, тогда можно и в земных условиях войти в «кротовую нору» и начать путешествие во времени, – спокойно говорит Игорь Новиков.

– Но сначала надо создать материал для тоннелей, из которых будут построены «кротовые норы», – размышляет Анатолий Черепащук. – Ума не приложу, что это должен быть за материал. Но что-то придумается, соблазн для прыжка во времени очень велик.

…Один из двенадцати евангелистов Иоанн Богослов восклицал: «Времени уже не будет!» Какая тайна сокрыта в этом откровении?

ЧТО ВЕК ГРЯДУЩИЙ НАМ ГОТОВИТ.

В 2050 году мозг человека подключат к компьютеру, лечить нас станут роботы, а домашние животные будут гибридными.

Ничто не интересует человека сильнее, чем будущее. Спрос на гадалок и прорицателей во все времена был неистощим. Тот, кто предсказывал будущее, приковывал всеобщее внимание – от властителей до землепашцев. Способов известно множество: астрология и кофейная гуща, хиромантия и внутренности животных, карты Таро и спиритизм, астральные видения и вещие сны. Чаще всего прорицатели попадают пальцем в небо и оказываются у разбитого корыта. Но и в век науки интерес к предсказаниям не уменьшился. Первый научный прогноз сделал Мальтус в конце XVIII столетия, предсказав, что человечество из-за демографических проблем не сможет себя прокормить. В конце XX века появилась новая наука – футурология, которая пытается заглянуть в будущее на основании строгого расчета. Прогнозов непочатый край – мы выбрали некоторые, которые показались нам самыми важными и интересными.

Артур Кларк – современный Нострадамус.

Ни один из пророков не добивался при жизни такой известности, как девяностолетний английский писатель Артур Кларк, который несколько десятилетий прожил в Шри-Ланке. В 1999 году королева Елизавета II пожаловала ему рыцарский титул и Кларк стал единственным фантастом-сэром. Самым удивительным в его прогнозах является то, что большинство из них сбывается в указанные сроки. Пророчества Кларка, в отличие от упражнений прочих предсказателей, точны и туманом не сокрыты. Сбывшихся и привязанных к конкретной дате прогнозов много – расположение спутников связи на геостационарной орбите, появление Интернета, развитие атомной энергетики и автоматики, прогресс антибиотиков и ЭВМ, работы по искусственному разуму, высадка человека на Луне, даже клонирование человека. Дата высадки на Марс по Кларку сходится с прожектами президента Буша.

Что предрек XXI столетию непогрешимый столп футурологии? Артур Кларк выразил желание встретить свое столетие в космической гостинице – как раз к этому сроку будет развернута Международная станция и окрепнет космический туризм. Парадоксальным, но вполне возможным выглядит прогноз Кларка о вытеснении к 2016 году всех валют мира универсальным эквивалентом в виде киловатт-часа.

...

Динозавры устроятся охранниками. 2009 – в одной из стран третьего мира взорвется атомная бомба, после чего ООН примет решение об уничтожении ядерного оружия. 2010 – развертывание системы тотального электронного слежения для искоренения преступности и появление портативных квантовых генераторов, извлекающих энергию прямо из вакуума. (Российская академия наук категорически отрицает такую возможность. – С. Л. ) 2014 – на орбите будут открыты космические гостиницы. 2015 – полный контроль над атомным строением вещества, получение золота из других металлов, торжество алхимии. 2016 – введение единой мировой валюты киловатт-час. 2020 – искусственный интеллект достигнет уровня человеческого, на Земле будут сосуществовать два вида разума, но один будет развиваться быстрее другого. 2021 – высадка людей на Марсе. 2023 – клонирование динозавров благодаря воспроизведенной структуре ДНК. Мелкие особи динозавров заменят сторожевых собак. 2025 – открытие механизмов функционирования органов чувств. Замена носа, глаз, кожи на более эффективные искусственные органы. 2040 – воспроизведение молекулярных дубликатов любых предметов и веществ. Из уличной грязи можно будет делать продукты, одежду, бриллианты. Промышленность теряет смысл. Человек уходит в искусство, образование и развлечения. (Речь, очевидно, о нанотехнологиях, хотя этим термином Кларк не пользуется. – С. Л. ). 2045 – создание жилища замкнутого цикла с полным самообеспечением и круговоротом отходов жизнедеятельности. 2050 – массовое замораживание людей, человечество в крионическом сне устремляется в будущее. 2051 – поселения с низкой гравитацией на Луне для пенсионеров. 2090 – наступление нового ледникового периода, человечество интенсивно сжигает топливо, чтобы создать парниковый эффект. 2095 – создание аппаратов со скоростью, близкой к световой. (Вкупе с другими предсказаниями Кларка это сделает реальными дальние космические полеты с замороженными космонавтами под контролем мощного искусственного интеллекта. – С. Л. ) Ахматова – автор гимна нанотехнологов.

Еще год назад была в ходу шутка, что никто не понимает, что такое нанотехнологии, но все знают, что их надо развивать. Шутка потеряла актуальность, потому что среди людей, принимающих решения, не осталось тех, кому надо объяснять смысл термина. Государственные программы по нанотехнологиям приняты во всех развитых странах, и, как говорит министр Андрей Фурсенко, наш бюджет в кои-то веки сравним с расходами других стран.

Одно из самых интересных направлений – нанороботы размером в несколько нанометров, которые манипулируют отдельными атомами, как жонглер. Нанороботы способны самовоспроизводиться, создавать из органического и неорганического подручного материала любые предметы или, напротив, разбирать их. Понятие отбросов и отходов уйдет в прошлое. Из уличной грязи, камней и глины будут получать продукты, ткани, материалы с самыми невероятными свойствами. Министерство сельского хозяйства будет расформировано, заводы закроются. Нефтяные компании станут менее рентабельными, чем компании старушек, собирающих хворост. Физики и лирики примирятся, общемировым гимном нанотехнологов станут строки Ахматовой: «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда».

Ведущие лаборатории сообщают, что значительно продвинулись в создании нанороботов. Первой областью, где найдут применение их таланты, вероятно, станет медицина. Наноробот в организме человека сможет, как Миклухо-Маклай в джунглях, самостоятельно передвигаться по кровеносной системе. На пути наноробот исправит характеристики указанных в маршрутном листе клеток, очистит организм от микробов и раковых клеток, от отложений холестерина. Ученые уже подступаются к гемофилии, болезни Альцгеймера, врожденным патологиям…

Вместо могилы – в андроиды.

Работы академика Владимира Скулачева по выявлению и отключению гена смерти, который ответственен за уход клеток из жизни, идут полным ходом. Уже вылечены от слепоты многие лошади и собаки. Скоро начнутся клинические испытания на людях. Но улучшить качество и продолжительность жизни можно не только генетическим путем, что произойдет непременно. Все идет к тому, что человек будет все более походить на андроида: по мере выхода из строя полученных от природы органов их будут заменять искусственными. Самое сложное – вернуть человеку органы чувств. Но из ведущих лабораторий идут сообщения о том, что до искусственного глаза и носа уже рукой подать. Майор Ковалев мог бы рыдать от счастья. Осталось отладить систему дешифровки мозгом сигналов от приемного устройства.

Мозг – это самое главное, ибо человек – прежде всего мысль. По-настоящему бессмертным станет человек в том случае, если удастся сохранить его мозг. Сейчас чемпионы мира по шахматам не рискуют связываться с компьютерами, хотя десять лет назад превосходство человека казалось незыблемым. По прогнозам, самое позднее к 2050 году по объему памяти и производительности компьютер сравняется с мозгом человека и можно будет с полным основанием говорить об искусственном интеллекте, не уступающем человеческому. В этом случае ничто не помешает перезагрузке памяти человека в головной отсек андроида с подключением искусственных органов чувств и конечностей из самых крутых нанотехнологических тканей. Отличить человека от терминатора станет невозможно.

Микрочип в разведке.

В 2007 году прошла презентация квантового компьютера на принципиально ином, чем кремниевые компьютеры, принципе. Дистанция между ними – как между бухгалтерскими счетами и ноутбуком. Через два года квантовый компьютер сможет обрабатывать количество потоков данных больше, чем частиц во Вселенной. Кремниевые компьютеры построены на принципе «ноль – один», а квантовый – не «или – или», а в один момент оба состояния – «и, и». Это связано с дуализмом фотона, носителя информации в квантовом компьютере, который есть и частица, и волна. Фотон оперирует квантовыми битами, способными – дышите спокойно! – принимать сразу два значения.

Среди первых задач квантовых компьютеров – расчет изменений климата, сводка погоды и прогноз землетрясений, с чем не могут справиться даже суперкомпьютеры. Подтверждение – недавнее землетрясение в Японии, где прогнозы предлагают многие центры. Квантовый компьютер, который невозможно засекретить, обесценит всю современную криптографию, все кодовые системы и вызовет переворот в областях, связанных с конфиденциальностью и безопасностью. Неясно, например, как выйдут из положения банки. Потеряют ли смысл пластиковые карты. Будут сброшены покровы секретности с ЦРУ, ФСБ и Ми-6. Но к этому все шло: чем сильнее компьютеры, тем больше потоки информации и ненадежнее секреты.

Вместе с тем рост мощности компьютеров и усиление борьбы с терроризмом приведут не только к биометрическим паспортам, но, через некоторое время, и к вживлению под кожу каждого человека микрочипа, который будет содержать всю информацию о нем. Повсюду будут установлены компьютерные видеокамеры, способные идентифицировать личность человека в толпе под любым гримом. С одной стороны, это посягательство на личную свободу. С другой – больше надежды, что помощь скорее придет. Безопасность всегда связана с ограничением свобод, и в будущем лучшими охранниками станут компьютеры.

Храп на унитазе.

Научно-технический прогресс преображает не только стратегически важные области жизни, но и наш быт. Появились навигационная система для автомобилей, микроволновая печь, сверхскоростные поезда на магнитной подушке, плоские плазменные телевизоры. В будущем процесс ускорится и изменит наш быт до неузнаваемости.

Появятся, к примеру, унитазы-диагносты. Сходил человек в туалет, слил информацию о своем здоровье в унитаз – и к врачу идти не надо. На следующее утро на рулоне бумаги получает компьютерный рецепт.

Будут выведены гибридные домашние животные. Светящиеся кролики и лабропудели, поющие голосом Киркорова попугаи, деликатесные рыбки, которые мечут в аквариуме черную икру. От живых коров и свиней можно будет отрезать рульку и филе, которые потом будут отрастать, как у ящерицы. Достижения биотехнологии приведут к появлению безотходного корма, и домашние животные будут ходить в туалет раз в неделю.

А еще храп – сколько семей он разрушил, сколько крови испортил! С точки зрения медицины, храп – акустический эффект биения друг о друга мягких структур носоглотки при движении струи воздуха через суженные дыхательные пути. В народе считается, что храпом страдают люди с нечистой совестью. Возможно, это связано с тем, что склонность к храпу проявляют тучные люди, а нажить живот, это ясно, можно только мошенническим путем.

Медицина бессильна перед храпом. И в борьбу с ним вступили инженеры. В Швеции разработана кровать с чувствительными датчиками, которые регистрируют параметры сердцебиения, ритма дыхания, движения сонного человека. Когда рулады превышают допустимый уровень шума, кровать принимает наклонное положение, приподнимая голову до тех пор, пока храп не прекратится. Американские инженеры придумали браслет с датчиком, который, распознав храп, колет руку электричеством. Если храп не прекращается, повторный импульс длится вчетверо дольше. В результате у человека, как у собаки Павлова, вырабатывается стойкий рефлекс, который разрушает храп. Единственная неприятность, которую предстоит преодолеть науке, – наручник реагирует на некоторые слова, как на храп. И может зло кусаться, услышав нежные нашептывания. Впрочем, шведская кровать вовсе способна опрокинуть любовников на пол.

Исполнение прогнозов – вопрос цены.

...

Академик Владимир Фортов, научный руководитель Института Макса Планка (Германия): «Когда-то академик Лев Арцимович на вопрос о сроках приручения термоядерной энергии ответил, что это случится тогда, когда станет экономически выгодным человечеству. Это замечание можно отнести ко всему научно-техническому прогрессу. Ядерная энергетика получит бурное развитие, если нефть подорожает вдвое. Подорожает нефть в 10–20 раз – появится острая необходимость в термояде, и именно тогда он будет быстро освоен, а человечество избавится от ужаса энергетического кризиса. По запасам энергии стакан воды равен ведру бензина, а термояду только водород и нужен».

...

Артур Кларк: «Никто не в состоянии предсказать будущее. Лично я всегда противился любым попыткам наклеить мне ярлык “пророка”. Я бы предпочел другой термин – экстраполятор. Все, что я пытался сделать, – это представить веер возможных вариантов будущего. Но любое самое замечательное предвидение может превратиться в абсурд благодаря непредвиденному изобретению или событию. Помните, чтение прогнозов опасно для вашего здоровья! Я почти уверен в датах и сроках. События и технические свершения запланированы уже сегодня, и, если не произойдет ничего экстраординарного, все случится так и тогда, как я предсказываю. Интуиция меня не подводит, хотя по поводу многих прогнозов я сто раз предпочел бы ошибиться!».

НАШИ ДЕВОЧКИ НАШЛИ ПЕНТАКВАРК И НЕ ИСПУГАЛИСЬ.

Материя устроена совсем не так, как мы думали.

Между Большой Черемушкинской улицей и Севастопольским проспектом находится огороженная и строго охраняемая территория. Сквозь забор можно увидеть дворец, английский парк, старинные постройки, но чудесный пруд уже не увидишь. Эта богатая усадьба принадлежала поочередно Прозоровским, Голицыным, Якунчиковым, здесь давали концерты Скрябин и Рубинштейн. В 1946 году, когда развернулись работы по Атомному проекту, усадьбу передали Институту теоретической и экспериментальной физики. Сейчас здесь работает 11 членов Российской академии наук, таких институтов немного. На последних выборах из Института теоретической и экспериментальной физики в РАН прошли четыре человека – это маленький рекорд. И именно в ИТЭФе получен самый выдающийся результат в отечественном естествознании в 2003 году.

Ленин учил, что атом столь же неисчерпаем, как Вселенная. Может быть, это одно из немногих положений классика, которое оправдалось, хотя сам Ленин о строении материи не знал почти ничего. В 1964 году нобелевский лауреат американец Мюррей Гелл-Манн предположил, что все адроны (так советский физик академик Лев Окунь, заведующий теоретическим отделом ИТЭФа, назвал класс частиц, которые способны к ядерным взаимодействиям) состоят из кварков. Слово «кварк» Гелл-Манн нашел в романе Джойса «Поминки по Финнегану», где во время похищения Тристаном Изольды чайки непрерывно кричат: «Три кварка для мистера Марка!» В этом романе изобретен особый язык сновидений с примесью всех наречий мира.

Выяснилось, что адроны (их открыто уже несколько сотен, наиболее известны протоны и нейтроны) состоят либо из трех кварков, либо из пары кварк-антикварк. Как и в нашей человечьей жизни – либо мужской коллектив из трех человек, либо семья из мужчины и женщины. (Пикантный образ принадлежит ученому секретарю ИТЭФ Валерию Васильеву) При этом заряд кварка равен либо плюс двум третям, либо минус одной трети заряда электрона. Дробный заряд, когда известно, что заряд электрона неделим, – это чудовищно. Вроде половины собаки или двух третей кобылы. Мерещится даже гоголевский Нос, ухаживающий за девушками на Невском проспекте. При этом электрон вечен и никогда не распадается.

Удивительно, что самих кварков никто ни в одном эксперименте не наблюдал. Этот основополагающий кирпичик мироздания вытащить, отделить от собратьев невозможно. Впервые в истории науки ученые столкнулись с парадоксальной ситуацией: целое нельзя разложить на части, хотя составляющие определены. Как заметил заместитель директора ИТЭФ член-корреспондент РАН Михаил Данилов, отныне выражение «состоит из» вовсе не означает «можно разделить на».

Хотя кварки по отдельности не гуляют, выявлено несколько их разновидностей. Физики-ядерщики – люди романтичные, это выдают имена, которые они присваивают кваркам. Наиболее распространены кварки u (up) и d (down). Есть еще четыре разновидности, которые встречаются только в космических лучах или в сложных экспериментах: s (strange – странный), с (charm – очарованный), b (beautiful – прекрасный), t (top – высший).

Несколько лет назад теоретик из Санкт-Петербургского института ядерной физики Дмитрий Дьяконов высказал гипотезу о возможности существования адронов не из двух, не из трех, а из пяти кварков – это частица тета-плюс-барион, которая состоит из двух ир-кварков, двух down-кварков и одного «антистранного» кварка. Но в чем отличие между теоретиком и экспериментатором? Результату теоретика не верит никто, кроме него самого. (Паули не верил в существование предсказанного им нейтрино.) Результату экспериментатора доверяют все, кроме самого экспериментатора – примеров море, начиная с Герца и Бора. Так и на публикацию Дьяконова, несмотря на все его международные премии, внимания не обратили.

В 2000 году на конференции в Австралии Дьяконов за академическим бизнес-ланчем заинтриговал своей теорией известного японского физика Такаси Накано из Центра ядерной физики в Осаке. Японцы решили искать следы пентакварка в уже поставленных экспериментах. Одновременно один из сотрудников ИТЭФ, приехав из-за границы, рассказал о гипотезе Дьяконова (кривые пути научной информации – яркое свидетельство бедственного состояния российской науки). В ИТЭФе тоже решили искать пентакварк в результатах экспериментов 1986 года – этим занялся доктор физико-математических наук Анатолий Долголенко. Японцы ставили эксперименты на новейшем оборудовании, искали новую частицу с помощью компьютеров. У нас была доисторическая пузырьковая камера, которую изобрели еще в 1952 году, а сейчас повсюду в мире отправили в музеи. Результаты мы обрабатывали, по существу, вручную. За три года в ИТЭФе было просмотрено 1,5 миллиона фотографий. Это был труд подвижников.

Профессор Нагано, в команду которого входили ученые из нескольких западных стран, опередил нашу группу с публикацией на два месяца. Но пути были разные: японцы нашли пентакварк тета-плюс-барион при реакции, индуцированной гамма-квантами, российские ученые – при резонансе положительного К-мезона (это один из адронов) и нейтрона. Через некоторое время Долголенко нашел и в других реакциях следы пентакварков. Важно, что точность определения массы и ширины пентакварка, выявленная нашими учеными, гораздо выше. Как рассказывает профессор Долголенко, если японцы ищут следы частиц на компьютере, то у нас, как в годы Атомного проекта, через микроскоп в фото вглядываются три лаборантки. Нине, Люсе и Наташе по 60 лет, но их называют «девочками», как 40 лет назад, когда они пришли в ИТЭФ. Лаборантки Нина, Люся и Наташа накопили такой опыт, что знают ядерную физику лучше, чем многие студенты.

Пентакварк живет недолго – 1022 секунд. Но все в мире относительно. И неизвестно, что в своем масштабе стабильнее – «мерседес», который распадается через 500 тысяч километров пробега, или элементарная частица, которая в пузырьковой камере оставила сантиметровый след.

Частица тета-плюс-барион обладает очень любопытными свойствами. Но уже ясно, что на Земле ее практически нет, изредка можно встретить в космических лучах. Такие пентакварки жили только в первые мгновения после Большого взрыва. Но пентакварк очень нужен физикам. Это открытие проясняет, какие силы связывают воедино кварки, как устроена материя, что спасает от распада респектабельные протон и нейтрон, из которых состоит весь видимый мир.

После работ Нагано и Долголенко мир буквально захлестнули аналогичные исследования. Опубликовано уже около двухсот работ. Кто-то видит пентакварки, кто-то не замечает. Член-корреспондент РАН Михаил Данилов после обработки своих экспериментов в лабораториях Германии пентакварк не обнаружил и потому считает, что коллеги неправильно интерпретировали результаты. Такое в науке случается. Значит, нужны новые опыты. Лучше, если они будут специально направлены на поиск экзотических пентакварков. В США, Германии и Японии принято решение о таких экспериментах. Ученые ИТЭФа тоже составили свои предложения – решения пока нет. Все упирается в деньги. Это так старо и даже пошло, что в разговоре о пентакварках повторять не хочется. Стоимость эксперимента 1 миллион долларов на три года. Для западной науки – крохи. Но у российской науки таких средств нет: годовой бюджет ИТЭФа около 5 миллионов долларов. И это одно из немногих научных учреждений, где ведутся работы, позволяющие России сохранить свой статус…

«За кварки в нашей стране не платят, – говорит директор ИТЭФа Александр Суворов. – За антикварки тоже не платят».

ДИССИДЕНТ-СИТИ.

Обнинском гордилась страна, но его боялся ЦК.

В мире есть много замечательных городов. Есть города с божественной архитектурой, есть культурные центры, есть могучие промышленные мегаполисы, есть университетские, исторические, этнографические, даже кулинарные столицы. Но если взять число открытий, которые взбурлили мир, в пересчете на тысячу жителей, то нет на свете равных скромному Обнинску в Калужской области. Сюда приезжали вошедшие в историю XX столетия политические деятели – Индира Ганди и Джавахарлал Неру, Иосип Броз Тито и Сукарно, Хо Ши Мин и Ким Ир Сен. Последним из наших правителей, кто посетил эти места, был Иван III, когда в 1480 году набирался решимости перед великим стоянием на Угре, чтобы сбросить татарское иго. Недавно президент Медведев, перечисляя направления технологической модернизации для России, в первую очередь назвал работы, за которые в ответе Обнинск.

Эти места для русской истории особенные. В темницах Пафнутьева монастыря томились первые русские диссиденты – протопоп Аввакум и боярыня Морозова. Неподалеку намоленная Оптина пустынь. Мимо бежал из Москвы Наполеон. Со станции Обнинское уехал в Москву крестьянский сын и будущий маршал Георгий Жуков. В городской черте стояли усадьбы миллионщика Морозова (в 1942 году там раскладывал военные карты командующий Западным фронтом Жуков), художника Кончаловского, видного кадета Виктора Обнинского, внук которого стал влиятельным республиканцем и советником президента Буша-старшего. В этих усадьбах работали Левитан, Серов, Грабарь, князь Трубецкой, Брюсов, Андрей Белый, Прокофьев, Рихтер. Потом Солженицын писал здесь «В круге первом». В таких случаях принято говорить об особой энергетике, и, хотя проверить это невозможно, с фактами спорить трудно.

АЭС на танке.

– Начальники делятся на папирофилов и папирофобов, – говорит директор Физико-энергетического института Валерий Рачков.

Он, как Жеглов, сидит за девственно чистым столом и развивает теорию насчет того, что засилье бумаг на столе мешает руководителю руководить. Чем чище стол – тем выше кпд. Профессор Рачков формулирует закон научной организации труда:

– Бумага должна находиться либо в компьютере, либо у подчиненного. Если она лежит на столе, это макулатура, потеряна для дела.

Валерий Рачков стал директором всего месяц назад, и на назначение повлияли масштабные задачи, поставленные президентом РФ по созданию ядерно-энергетических технологий нового поколения, а именно реакторов на быстрых нейтронах, а в этом деле ФЭИ нет равных в подлунном мире. Идеологами таких реакторов были великий Ферми и Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии Александр Лейпунский, имя которого носит ФЭИ. Эти реакторы решают проблему отработанного топлива – нарабатывают плутоний, который можно вернуть в производство, впервые получив замкнутый ядерно-топливный цикл. В США, Японии, Англии, Франции имелись быстрые реакторы, но их заглушили, и сегодня БН-600 на Урале – единственный действующий реактор на быстрых нейтронах, строится еще один – БН-800, в проектах – новое поколение.

Лаборатория «В», выросшая в Физико-энергетический институт, была создана вместе с другими ядерными объектами в 1946 году для ударного выполнения Атомного проекта. Прежде в величественном здании размещался интернат для испанских детей. Строили город, как положено, заключенные. Привезли из Германии оборудование и три десятка немецких ученых, хотя основная их часть во главе с фон Арденне и нобелевским лауреатом Герцем отправилась в Сухуми. Поначалу других ученых, кроме немцев, в Обнинске не было, и первым научным руководителем лаборатории стал Хайнц Позе, который в Германии придумывал самоходную урановую машину Чтобы немцы не догадались, что работают недалеко от Москвы, самолет долго кружил над Окой. Впоследствии Хрущев своим умом решил, что Обнинск – сибирский город на Оби.

В Атомном проекте лаборатории «В» по злому року поручались направления, которые оказывались неперспективными. Бериллиевый реактор, водородная бомба на жидком дейтерии, которая разрабатывалась параллельно со слойкой Сахарова. Звезды не благоприятствовали ФЭИ – его разработки опережали время, становились жертвой интриг, не находили опоры в экономике, а в мягкие времена сюда скатывались политические процессы. Но в 1954 году, когда Обнинск на картах еще не значился, состоялся громоподобный успех – была запущена первая в мире атомная электростанция. Некоторое время американцы боролись за первенство, в Айдахо от реактора зажглась гирлянда из лампочек, но свет не атомная станция. МАГАТЭ признал: АЭС в Обнинске впервые в мире была включена в Единую энергосеть. Новый вид энергии – это прорыв в цивилизации, как создание паровой машины или выход в космос. На первой АЭС проходил обучение персонал первых атомных подлодок и атомного ледокола «Ленин», стажировался персонал АЭС из стран соцлагеря. Через 48 лет бесперебойной работы АЭС остановили, топливо из реактора выгрузили, идет демонтаж и дезактивация.

В Обнинск за вдохновением могли бы приезжать фантасты. Просто золотое дно – во дворе ФЭИ стояла передвижная АЭС на танковом шасси, которую хотели через всю Европу своим ходом отправить в Брюссель на Всемирную выставку. Казалось, что мобильные АЭС найдут применение на всех видах транспорта – может, так еще случится. В Обнинске разработаны малые атомные станции – сейчас строятся плавучие АЭС для Крайнего Севера. Единственные в мире ядерные установки, которые удалось вывести в космос и на которых обломали зубы американцы, работали на спутниках-шпионах. Разработан ядерный реактор для ЖКХ. Реактор для самой удивительной в мире подводной лодки класса «Альфа», попавшей в Книгу рекордов Гиннеса, тоже создан в Обнинске. «Лодка обладала фантастической маневренностью, уходила от торпед со скоростью 43 узла и за 45 секунд разворачивалась на 180 градусов», – восторженно говорит создатель «Альфы» профессор Георгий Тошинский и молодеет на глазах. У СССР была дивизия из шести лодок с титановым корпусом и свинцово-висмутовым реактором на быстрых нейтронах. Характеристики «Альфы» привели НАТО в ужас. В 1964 году первая лодка с таким реактором незамеченной вошла в Средиземное море и заглянула на военную базу НАТО в Гибралтаре. Операцию провел Герой Советского Союза адмирал Георгий Холостяков, во время войны он командовал десантом на Малой Земле. В 1983 году грабители в поисках наград убили адмирала в московской квартире.

Инакомыслящие из КВН.

Мало кто помнит, что родиной КВН был Обнинск. Знаменитая игра Обнинск – Дубна дала начало перешагнувшей эпохи популярности КВН. «Кинорежиссер Михаил Ромм настолько влюбился в команду Обнинска, что хотел снимать фильм “Девять дней одного года” в нашем городе, но режим запретил», – рассказывает хранитель местного музея Михаил Гайдин. Первым непобедимым капитаном КВН был математик Валентин Турчин, которому в науке покровительствовал президент АН СССР М. Келдыш. В Обнинске под редакцией Валерия Павлинчука и Валентина Турчина родились бестселлеры 1960-х – сборники «Физики шутят» и «Физики продолжают шутить». Обнинский Дом ученых со своими творческими вечерами представителей неофициальной советской элиты от Высоцкого и Дудинцева до маршала Жукова и сына расстрелянного командарма Петра Якира стал примером для всей страны. Популярность зашкаливала, абонементы стали духовной ценностью. Об Обнинске много писали, им восхищались как городом, где царит свободная творческая атмосфера и формируется братство ученых, прообраз общества будущего. В Обнинске работал будущий президент АН СССР Гурий Марчук. Тезис о том, что свобода духа и полнокровный интерес к жизни способствуют успехам в науке, доказывала первая в мире АЭС, пусть даже вся остальная ядерная тематика была закрыта. Обнинск стал одним из самых заметных и вызывающих островков «оттепели», и сегодня легко понять, что заморозки должны были ударить по Обнинску с особой свирепостью.

Братство ученых было разгромлено в 1967–1969 годах. Формальная причина – чтение самиздата. Физики объясняли инквизиторам, что цензура противоречит свободному поиску истины, они сами себе голова и могут разобраться в сочинениях запрещенных Джиласа и Варги. Ученые смыслили в реакторах, но пребывали в девственном неведении относительно советской политической системы, которая больше всего опасалась двоемыслия. Множество ученых получили партийные взыскания, были понижены в должности, а те, кто не покаялся, вовсе исключены из партии и выдавлены из института. От Валерия Павлинчука раскаяния добиться оказалось не проще, чем от протопопа Аввакума, и, унижения ради, ему предложили работу в гараже, после чего он, бывший секретарь парторганизации, написал письмо в поддержку «пражской весны».

Нет, физики не были диссидентами – как нормальные и честные исследователи они, вполне оставаясь марксистами, лишь желали получить информацию. Михаил Гайдин увлекся философом Зиновьевым, который был святее самого Маркса, но все равно его выслали из СССР. Однако ретивые преследования заставили многих сочувствовать диссидентам. Турчин стал одним из лидеров инакомыслия в СССР и был выслан в США. Тридцатилетний Валерий Павлинчук под грузом переживаний сгорел в считаные месяцы. На похороны приехали уже настоящие диссиденты – Павел Литвинов, генерал Григоренко, Лариса Богораз, Владимир Дремлюга. И новая лавина наказаний – за участие в похоронах. В парткомы и спецотделы были посланы фотографии, сделанные на кладбище и поминках. Опять строгие партийные выволочки, увольнения – для многих с «волчьим» билетом. «За близость к гробу опасного человека я получил строгий партийный выговор с понижением в должности, – вспоминает создатель «Альфы» Георгий Тошинский. – От худшего меня спасло публичное покаяние. Но горком меня напугал больше, чем наша “Альфа” напугала НАТО». Через несколько дней после похорон Павлинчука начались события в Чехословакии – Литвинов, Богораз, Дремлюга вышли на Красную площадь. Но это уже другая история…

Как отразились гонения на научном потенциале ФЭИ? Ученые вспоминают, что искрившийся упоенным творчеством институт погрузился в темноту – ведущий теоретический отдел был разгромлен, коллектив после взаимных показаний и покаяний ожесточился и распался. Кризис, как инфекция, пошел по лабораториям, интеллектуальная элита покидала город, который перестал быть братством ученых и где не то что дышать полной грудью – продохнуть стало трудно. И даже создатель первого в мире ТВЭЛа (тепловыделяющего элемента) Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии Владимир Малых уволился из института и вскоре трагически погиб…

По всем научным центрам было разослано закрытое Письмо ЦК КПСС о политической ситуации в Обнинске, дабы ученые остереглись вольнодумства. Идеологическая чистка коснулась всех институтов города, где работали такие подозрительные ученые, как Рой и Жорес Медведевы, прошедший сталинские лагеря биолог с мировым именем Тимофеев-Ресовский – всем им пришлось покинуть Обнинск. «В 1970-е я был комсомольским секретарем, и мы строго наказывали людей за то, что они крестили детей, – вспоминает директор Рачков. – Жуть какая-то, мне до сих пор стыдно. Но, кстати, попы сами доносили на родителей».

Наша наука начала погружаться в тяжелый, длящийся поныне кризис, а интеллектуальная элита отвернулась от власти. Обеспечивая спокойный миропорядок, власть выкопала себе яму, поскольку система, где дебаты разрешены лишь по мелким коммунальным вопросам, перестает развиваться и вымирает. Обнинск с расцветом в 1950—1960-е годы и душным безвременьем, пришедшим после 1968-го, оказался моделью всего СССР. Для полного совпадения надо сказать, что 1970-е годы вспоминаются местным людом с ностальгией. Обнинском руководил секретарь горкома Иван Васильевич Новиков по прозвищу Иван Грозный, который отстроил социалистический рай и с классовых позиций совершенно истребил инакомыслие.

Академиком можешь ты не быть.

Физико-энергетический институт носит имя Александра Лейпунского. Судьба ученого одновременно светла, трагична и поучительна. В 1930-х годах Лейпунский работал в Кембридже вместе с Капицей. Когда Сталин запер Капицу в СССР и не разрешил вернуться в Англию, Лейпунский по просьбе правительства изучил протесты западной общественности и написал, что ее не следует опасаться. Кто поступил бы иначе, особенно если учесть, что Лейпунский был убежденным членом партии, в отличие, кстати, от Капицы? В конце 1930-х в Харьковском физтехе, где Лейпунский был директором и куда наприглашал талантливых иностранцев, начались аресты, и Ландау от греха подальше уехал в Москву. Лейпунский обращался к научному руководству, чтобы вернуть ценного сотрудника. В итоге по политическим мотивам арестовали и Ландау, и Лейпунского. В судьбе ученых принял личное участие Берия, за Ландау поручился Капица, а Лейпунскому помогло то, что на него никто не показал и сам он промолчал. Есть мнение, что эти запутанные события привели к тому, что Лейпунский, ученый с абсолютными заслугами и мировым авторитетом, не смог, несмотря на многие попытки, избраться в Академию наук СССР, хотя украинским академиком стал в тридцать лет. Отсутствие академического звания в советской системе ценностей снижало возможности по защите опережавших время проектов ФЭИ, прежде всего – быстрых реакторов и подводных лодок.

Но мог ли он, потрясая званием академика, отбить, когда начались идеологические гонения, по существу, невинных сотрудников, как это делал Курчатов перед Берией? Вряд ли, терпение иссякло. Система неизбежно должна была взять реванш у физиков-ядерщиков, которым слишком долго разрешалось чересчур многое и которые уже выполнили главную задачу, сделав атомную бомбу и построив атомную станцию. Теперь всех этих Сахаровых пора было прижать к ногтю.

Урок взлетов и падений Обнинска таков: если интеллектуальная элита оказывается невостребованной и не получает от власти достойной ее талантов задачи, элита начинает работать против системы. Это борьба за выживание – просто по Дарвину. И никакой пролетариат так быстро не разрушит систему, как элита. Примеров тьма – от царской России до СССР. Поэтому элиту надо нагружать и потом награждать. Обнинск с его славной и трагической историей – первый официальный наукоград в России. Двенадцать институтов и несколько заводов, которые работают с высокими технологиями. Центр притяжения – Физико-энергетический институт, с которого начинался город. В 1990-х годах директору Анатолию Зродникову удалось спасти тематику реакторов на быстрых нейтронах, в 2000-х годах вышедшие из ФЭИ академики Марчук и Субботин обратились к президенту Путину – дело с мертвой точки сдвинулось, было решено построить свинцово-висмутовый реактор на быстрых нейтронах СВБР-100, потомок безвременно отправленной в утиль подлодки «Альфа». Недавно президент Медведев назвал быстрые реакторы, в создании которых у России неоспоримо лидерские позиции, в числе главных направлений технологической модернизации. Это не воздушные замки. В 2013 году на Урале будет запущен блок БН-800, близок к завершению проект реактора нового поколения БН-1200.

…Скульптур Вадим Сидур, классик XX столетия, предложил памятник на могилу Павлинчука, но власть легла поперек. И этот памятник по настоянию нобелевского лауреата академика Гинзбурга был установлен на Новодевичьем кладбище на могиле нобелевского лауреата Игоря Тамма. Это памятник всей российской науке – и Обнинску в первую очередь.

СУДЬБА КЕННЕДИ – ПОВТОРЕНИЕ СУДЬБЫ ЛИНКОЛЬНА.

Есть ли разгадка таинственных совпадений?

В жизни самых отъявленных скептиков и материалистов случаются невероятные, необъяснимые совпадения, когда поневоле начинаешь задумываться о каком-то мистическом предначертании судьбы. Можно ли объяснить удивительные совпадения слепой игрой случая, или у науки имеются на этот счет другие теории? Объяснить такие совпадения пытались многие выдающиеся умы, но силы разума для решения этой задачи пока не хватает.

28 июля 1900 года король Италии Умберто I ужинал в ресторане в городе Монца. Выяснилось, что хозяин заведения, которого тоже звали Умберто, родился с королем в один день, в одном городе, их жены носили одно имя, свадьба тоже состоялась в один день, а ресторан открылся в тот день, когда короновали короля. Король и некороль очень веселились по этому поводу и договорились на следующий день пойти на стадион. Но утром ресторатор Умберто вдруг умер, король выразил сожаление, и через несколько часов сам был застрелен анархистом. Судьбы разошлись только в том, что эти две смерти произошли в разных местах.

В 1944 году за несколько дней до высадки союзников в Нормандии в английской «Дейли Телеграф» был опубликован невинный кроссворд. Но ответами были зашифрованные коды ключевой в истории Второй мировой войны операции – вплоть до названия десантной операции «Overload». Английская разведка была в шоке – полный провал. Но выяснилось, что кроссворд составил безобидный школьный учитель, вроде старика Синицкого из «Золотого теленка», который разнообразил таким образом свою серую жизнь.

В 1896 году второразрядный фантаст Морган Робертсон выпустил в Лондоне роман «Гибель “Титана”» о первом и последнем рейсе самого большого пассажирского корабля, который погиб при столкновении с айсбергом. У вымышленного «Титана» и настоящего «Титаника», погибшего в апреле 1912 года, совпали внешний вид и судовые характеристики, даже количество жертв. Книжный «Титан» погиб в апреле 1912 года…

Эдгар По в «Истории Артура Гордона Пима» рассказывает, как после кораблекрушения и скитаний в океане экипаж съел боя Ричарда Паркера. В 1884 году после крушения яхты «Минуэт» матросы съели юнгу Ричарда Паркера.

6 августа 1978 года в 21.40 неожиданно зазвонил любимый будильник папы Павла VI, который 55 лет служил исправно и был поставлен на 6 утра, но именно в тот момент его хозяин закончил свой земной путь.

Знаменитый актер Энтони Хопкинс, получив роль в фильме «Девушки с Петровки», купить роман нигде не мог, но нашел на скамейке эту книгу, причем с пометками автора, сделанными для режиссера.

Можно ли объяснить случайным совпадением трагическую судьбу президентов США, избранных в год, который заканчивается нулем? Ликольн (1860), Гарфилд (1880), Маккинли (1900), Кеннеди (1960) были убиты, Гаррисон (1840) умер от воспаления легких, Рузвельт (1940) – от полиомиелита, Хардинг (1920) перенес тяжелый инфаркт. Покушение было совершено на Рейгана (1980). В 2000 году в Белый дом пришел Буш. Лично его судьба бережет, но именно при Буше на территории его страны случился самый страшный в истории террористический акт.

Теория вишневого пирога.

В вишневом пироге, это подтвердит любая кухарка, ягоды никогда не распределяются равномерно. Этот феномен в теории вероятностей называют «кластерный эффект» – независимые объекты имеют тенденцию сбиваться в кучу. Но предсказать это распределение невозможно. Получается, что совпадения неизбежны, но происходят случайным образом и прогнозированию не поддаются.

Физика и душа.

В проблеме пытались разобраться два великих швейцарца – один из основоположников современной физики нобелевский лауреат Вольфганг Паули и психолог Карл Юнг, самый знаменитый последователь Фрейда. Паули сформулировал ключевой принцип квантовой физики: две частицы не могут находиться в одинаковом состоянии. Юнг прославился теорией о коллективном бессознательном и архетипах. Паули и Юнг опубликовали работу «Синхронность, или Принцип случайной связи», некий гибрид их теорий. Теория Паули – Юнга трактовала совпадения как проявления неустановленного универсального принципа, который связывает воедино все физические законы. Загадочные явления, случаи телепатии и предвидения будущего тоже могут быть отражением единых физических закономерностей на внешнюю сторону человеческой жизни.

Два президента – одна судьба.

Авраам Линкольн был избран в Конгресс в 1846 году, Джон Кеннеди – в 1946 году.

Линкольн был избран президентом в 1860, Кеннеди – в 1960 году.

Оба президента были смертельно ранены в пятницу пулей, попавшей в голову сзади, в присутствии своих жен.

У обоих президентов по одному ребенку погибло до победы на выборах и по одному – во время пребывания в Белом доме.

Линкольн был убит в театре Форда. Кеннеди был убит в «Линкольне», машине фирмы «Форд».

Преемниками погибших президентов стали вице-президенты, которые носили одну и ту же фамилию – Джонсон. Эндрю Джонсон родился в 1808 году, Линдон Джонсон – в 1908-м.

Фамилия личного секретаря Линкольна – Кеннеди, фамилия секретаря Кеннеди – Линкольн. Оба настаивали на изменении планов в день убийства.

Кандидатуру Авраама Линкольна предложил военно-морской министр Джон Кеннеди.

Убийца Линкольна Джон Бут родился в 1839 году, убийца Кеннеди Ли Харви Освальд – в 1939-му. Оба были убиты без суда.

Джон Бут выстрелил в Линкольна в театре и был пойман на складе. Освальд стрелял из окна склада и был пойман в кинотеатре.

В фамилиях Lincoln и Kennedy – по 7 букв, в именах и фамилиях Andrew Johnson и Lyndon Johnson – по 13 букв, John Wilkes Booth и Lee Harvey Oswald – по 15 букв.

Незадолго до смерти Линкольн побывал в городке Монро (штат Мэриленд); у Кеннеди незадолго до смерти был роман с Мэрилин Монро.

Необходима независимая экспертиза.

...

Заведующий отделом Математического института им. Стеклова, академик Андрей Славное: Ни разу не встречал статистически достоверного анализа вероятности совпадений в этих любопытных историях. А для научной обоснованности сделать это необходимо. Пока все выглядит привлекательно, но статистически не слишком достоверно. Необходимо взвесить все факторы, влиявшие на возможность совпадения, и в итоге вероятность может быть не такой уж малой. Очень часто бывает так, что при проверке экспертиза обнаруживает, что даже честно работавшие люди делали ошибки, неправильно записывали факты. В истории науки таких эпизодов немало. Что касается теории Паули – Юнга, то современной теоретической физике универсальный принцип, регулирующий совпадения и предвидение будущего, не известен. Но, признаюсь, воображение подобные истории волнуют.

Эссе про то, как наука делает жизнь.

ЖЕЛЕЗНАЯ ВАССА, КОТОРАЯ ОКАЗАЛАСЬ СИЛЬНЕЕ ВСЕХ ВЛАСТЕЙ.

Лишь когда стало ясно, что выпавший раньше обычного снег не сойдет, к Вассе Васильевне Васильевой приехали дети, помогли собрать ветхий скарб и отправили на зимнюю городскую квартиру. Лодка отошла от берега, а она все оглядывалась назад на беспомощно осевшие и брошенные людьми дома. Вассе Васильевне 83 года, и одному Богу известно, вернется ли она следующей весной в деревню Колышкино…

Зимой она живет в городе, которому на протяжении ее жизни трижды меняли имя и сейчас назвали так, как было поначалу, – Санкт-Петербург. Но это событие не тронуло Вассу Васильевну. Самое главное для нее – приехать с первым теплом на Валдай, в родное Колышкино на красивом и студеном озере Велье. Только здесь она чувствует себя при деле – заготавливает для внуков и детей грибы, ягоды, солит рыбу.

В пять часов Васса Васильевна уже на ногах. По утрам обычно отправляется в лес. Правда, год от года ее грибные маршруты становятся все короче. Но по-прежнему себя она обеспечивает полностью – собирает в лесу сучья, рубит и пилит дрова. Готовит на русской печи, дважды в день растапливает ее. Ни электричества, ни газа здесь нет, воду из озера носят. Про газеты, радио просто смешно говорить. До магазина же – двенадцать километров. Хлеб приходится на месяц вперед запасать.

Главный и самый надежный продукт – рыба. Чтобы рыбное место найти, надо по озеру покружить. Васса Васильевна в 83 года на веслах ходит, сама с моторкой управляется. Сожалеет, что мотор у нее слабый – «Ветерок». На «Вихрь», за которым окрестные рыбаки охотятся, у нее пенсии недостает.

У Вассы Васильевны есть небольшой огород, но в этом году урожай сгубил какой-то жучок. Живности она не держит и очень из-за этого печалится, потому что без скота деревенская жизнь ополовинена. Но куда скотину на зиму пристроишь? Поэтому ее одиночество разделяет лишь старый ослепший кот Рубин. Странная кличка – Васса Васильевна сама ее придумала. В память о единственном украшении, которое у нее было за всю жизнь, – подаренных на свадьбу сережках с рубином.

В дни ее молодости в Колышкине кипела жизнь. Тридцать домов, магазин, школа, часовня, невдалеке стоял богатый дом барина, где всегда можно было подработать. Но все равно о барине плохие воспоминания – в своих лесах запрещал грибы и ягоды собирать. В девичестве она была Дементьева, семья большая – пять сестер, два брата. Работали много и с малолетства, но нужды, несчастья не знали. Жаль, с ученьем не вышло. Два класса успела Васса закончить – и революция всю жизнь в деревне перевернула.

Первый муж Петров Иван Владимирович из того же Колышкина. По соседству жил – молодой дуб их дома разделял. По вечерам, если родители гулять не разрешали, Иван и Васса из окон сквозь листву переглядывались. И сейчас этот дуб стоит, но гнилой уже, голый. А дом Петровых в войну сгорел. Сгорели и два десятка других домов. А те, что покрепче, солдаты на укрепления разобрали. По валдайским лесам фронт проходил, на ягодных полянах страшные бои шли. После войны в Колышкине одни старики доживали.

Васса Васильевна еще раньше с семьей в Ленинград перебралась. На стройке с мужем работала, сыночек Толя и дочка Томочка росли. И еще постарше беспризорную девочку Веру в семью взяли. Сначала дичилась, потом ласковей родных детей оказалась. Вассу Васильевну мамой звала.

Осенью 1941-го Ивана в армию взяли – в кавалерию, потому что деревенский. А Васса в осажденном городе осталась. С продуктами плохо было, по ночам на всякую работу подряжалась. Как-то зимой вместо обещанной говядины конскую голову ей выдали, нормальное мясо кончилось. Дома сыночек спросил: «Мама, почему корова без рогов?» Васса Васильевна ответила: «Коровы бывают не только рогатые, но и косматые». А через два дня сыночек от дизентерии умер – конина гнилая оказалась.

В ту же неделю Ивана на отдых из-под Ленинграда вывели. Она долго свидания ждала. На зиму связала несколько пар теплых носков, варежек. Через несколько патрулей пришлось к мужу пробираться. И каждый патруль откуп требовал, добралась уже без подарков. Утром Иван сказал, что их на Москву перебрасывают, в распоряжение Доватора. Два часа по снегу шла она рядом с его отрядом, а когда отставать стала, Иван крикнул: «Сыночка нашего береги!» Так и не узнал Иван, что Васса правды про сына не сказала…

С Донатом Петровичем познакомились в городе Данилове в 1943-м. Он ссыльный был, а прежде – инженер. Худой, без одежды, во вшах – пожалела его Васса. А он тайком погуливал, даже за подругами ее приударял. Она сама из-за колодца, беременная уже, его ухаживания видела. И к семье, которая отказалась от него, тайком в Ленинград ездил. Васса Васильевна как-то в снег Доната толкнула, ногами пинала, одежду Ивана снять приказала. Но как не простишь, уже вторая дочка Люся родилась. А Вера, приемная, после второго замужества перестала с Вассой Васильевной знаться, следы ее затерялись…

По ночам Вассе Васильевне снился страшный сон. Как будто Иван с фронта живой вернулся и Доната убил. Донат образованный был, помог ей официальную справку получить, что первый муж смертью храбрых погиб. Все равно сон не уходил. Новый муж тогда спросил: «Что делать будешь, если и вправду Иван вернется?» Васса ответила: «С обоими жить буду, а вы как хотите меж собой разбирайтесь».

В 1946-м Доната Петровича второй раз забрали. Какая жизнь за вторым мужем ни была, Васса Васильевна за ним в Сибирь поехала. В деревне Пузан на реке Береза с детьми поселились. Донат Петрович после отсидки в дом пришел, который она своими руками поставила. А всего Васса Васильевна в жизни три дома строила. В Сибири она большое хозяйство завела – двух коров, двух лошадей держала, огород богатый. Из далеких сел к Вассе Васильевне учиться приезжали.

В 1952-м их раскулачили, всю живность отобрали, в дом начальника приезжего поселили. Пришлось опять в наемную работу идти, а уже Славика в себе носила. Рожала в поле, надорвалась на далеком покосе. Точно знала, что умрет, ни души на много верст не было. Счастье, мужик случайный на телеге мимо проезжал.

В 1957-м вернулись в Ленинград. Донат Петрович продолжал погуливать, говорил, что жизнь мимо прошла. Но Вассу Васильевну это уже не очень трогало. Хорошая работа была – скорняжницей на меховой фабрике. А муж в жилищной конторе устроился. Выгодное место, а он очень спешил наверстать упущенное. Когда сосед-еврей в Израиль уехал, Донат Петрович его жилплощадь занял, мебель изогнутую к себе перенес. А еврей чудной был, перед отъездом шепнул Вассе Васильевне, что на таких, как она, земля держится.

Про политиков Васса Васильевна говорить не любит. Всех советских правителей пережила, а разницы никакой не заметила, «Под всеми нам только трудиться приходилось», – говорит Васса Васильевна. Благодарна только Хрущеву – из ссылки несправедливой вернуться разрешил. И Ельцину, потому что установил ей большую пенсию – 10 тысяч рублей. Впрочем, пенсию Васса Васильевна никогда в руках не держала – дети получают и распоряжаются деньгами. Относительно Ельцина Васса Васильевна не перестает удивляться, почему он любит отдыхать где-то рядом, на Валдае. «Сколько лет здесь живу, – подхихикивает старушка, – а еще ни разу отдохнуть не довелось».

В ее деревенском доме в красном углу висит любительская репродукция картины Перова «Дети во время грозы». Это самый дорогой предмет во всем ее хозяйстве. Васса Васильевна вспоминает: в Сибири Томочка и Люся попали в лесу под бурю, они с мужем страшно перепугались. А когда все успокоилось, Донат Петрович заказал местному художнику сюжет на эту тему. Картину берегут уже больше 40 лет, и никто из гостей не выдал перед Вассой Васильевной искусствоведческих познаний. А дети и внуки выросли, жизнь пошла у них нескладная. Кто разводится, кто пьет…

В этом году Васса Васильевна полтора месяца в больнице пролежала. Головой ударилась, когда машина по валдайским ухабам прыгала. Но, как дети ни упрашивали, все равно в Колышкино вернулась. Для нее родная деревня, пусть заброшенная, лучший санаторий. Очень стали суставы болеть, но Васса Васильевна сама по утрам их массирует. Суставы не могут не болеть, она каждый день по колено в холодной воде ходит, сухие ветки у затопленных деревьев обламывает.

Кроме заезжих рыбаков Васса Васильевна иногда общается с Ольгой Васильевной, которая недавно перебралась в Колышкино, чтобы в глуши спасти сына от великого пристрастия к выпивке. И хотя водка, единственный товарно-денежный эквивалент в окрестных деревнях, находится в вечном дефиците, этот почерневший мужик умудряется постоянно быть навеселе. Васса Васильевна соседа не осуждает. Винит лишь обстоятельства да городских сожительниц, которые довели его до беспутства. Ее-то мужья, к слову, трезвые были.

В последний день я спросил у Вассы Васильевны Васильевой, была ли она счастлива в своей долгой жизни. Старушка вздохнула: «Когда урожай на своей земле поднимался и когда мы с Иваном жили. Но давно это было и недолго. А в остальном жизнь несправедливая и обидная была».

Она нагнулась, чтобы погладить приковылявшего кота. Из-под косынки выбились сережки с маленькими рубинами.

На днях позвонил Вассе Васильевне домой. Там большое несчастье – Славик умер. На рынке грузчиком работал, все с ним водкой норовили расплатиться. А когда воспалением легких заболел, то по привычке так и лечился. И умер – в ту ночь, когда мать с Валдая домой вернулась. Васса Васильевна сама ему могилу выбрала, посуше. А пенсии стало не хватать. Хорошо, на рынке, где Славик работал, мужики ей бутылки пустые отдают да картошкой иногда одарят. «Почему же дети не помогают?» – удивился я. «Кто бы им самим помог, – вздохнула Васса Васильевна. – А меня всю жизнь Господь защищал».

Самое главное – до весны дотянуть, когда по открывшемуся озеру Велье можно будет добраться до деревни Колышкино.

ТРУДНО БЫТЬ БОГОМ? СКОРО УЗНАЕМ.

В позднесоветские времена из каждого утюга звучали речи Брежнева. Сейчас невозможно место найти, чтобы укрыться от рассуждений по поводу газовых конфликтов. Полная уверенность, что мир накрыло газовой завесой, а труба является символом перехода из тьмы к свету, из небытия к жизни. Наконец Слово сказано в этих любопытных историях и газ пошел. Чем дальше жить?

Нам неведомо, как оценят нынешнюю эпоху наши потомки. Но вряд ли газовая война попадет в учебники – скоро она будет рассматриваться как мелкий корпоративный конфликт. На весах истории не больше масштаб у президентства Обамы, у очередного экономического кризиса и даже у мыльной оперы с трансфером футболиста Аршавина. Урок истории в том, что самые важные события оказываются для современников недооцененными и вовсе незамеченными. А те люди, имена которых остаются в истории, пребывают на вторых ролях, в тени обласканных популярностью героев повседневности. И вот представляется мне, что сейчас в нашем мире происходят события глобального значения, но мы, как всегда, смотрим мимо…

Знаменитый нобелевский лауреат Ричард Фейнман доказывал, что законы электромагнетизма и опыты Фарадея значили для человечества больше, чем Французская революция и Наполеон. Между тем на демонстрации опытов Фарадея премьер-министр лорд Гладстон, имя которого помнят лишь профессора, лениво и высокомерно бросил: какая от этой затеи польза? Фарадей, дитя капитализма, скромно ответил: «Вы будете получать от электричества налоги». Схожих примеров тьма – от книгопечатания до подводных лодок, от паровой машины до теории относительности, от дизеля, кока-колы, шариковой авторучки до расшифровки ДНК.

Новостей о победном марше экономического кризиса так много, что их уже нельзя назвать новостями. Между тем прогресс в нанотехнологиях и генетике заставляет футурологов, которые заглядывают несколько дальше, чем политологи и экономисты, назвать экономику XXI века «биоэкономикой». Термин, понятный лишь узкому кругу, означает чтение генетических текстов, их редактирование, формирование новых генетических программ и в результате создание при помощи манипуляций на атомном уровне новых органов и организмов с неизвестными в природе генетическими свойствами. Самые серьезные эксперты считают, что весь этот перечень неминуемо будет реализован в ближайшие десятилетия.

Фармацевтика, химия, материаловедение, сельское хозяйство изменятся до неузнаваемости. Нынешние вздохи по поводу генно-модифицированных продуктов покажутся наивными, как опасения о снижении надоев у коров из-за первых паровозных гудков. Скоро в мире начнут возникать банки по хранению геномов. В ближайшие десятилетия каждый человек обзаведется персональной генетической картой с описанием точных жизненных рисков и противопоказаний. Эта штука будет поважнее любой банковской карты. В медицине будет совершен такой скачок, что лучшие современные врачи будут казаться эскулапами, каким сегодня показался бы практикующий Гиппократ. Протезирование органов, выращенных из самого себя, станет обычным делом, как пломбу в зуб поставить.

Создание организмов с новыми генетическими текстами – гуманитарная революция. И этот процесс затронет не только сферу разума, но и область души, вторгнется в традиционные религиозные представления. Может быть, надвигающуюся революцию можно сравнить с эпохой Реформации, когда назревавший капитализм и новые социальные условия обесценили институт земных посредников между Небом и Человеком. Возник протестантизм, где роль священников значительно урезана по сравнению с католицизмом.

И вот теперь, создавая с помощью нанотехнологического инструмента неведомые Творцу организмы, Человек впервые присваивает себе роль Творца. Последствия? Может быть, Человек будет изгнан уже не из Рая, а вовсе с Земли. А может, Человек, как раньше он отказался от священников, откажется уже от небесных посредников – от беспомощных ангелов, демонов и прочего небесного воинства…

Вот уж чего никому никогда не удавалось, так это предугадать рождение новой религии. Пусть меня зачислят в еретики, но сейчас, так мне думается, вызревают ее невидимые зерна. И это важнее всех заземленных конфликтов и контрактов.

СЕРЕНАДА О ДЕПРЕССИИ.

О кризисе говорят чаще, чем о погоде. И переживают больше, чем по поводу собственного здоровья. Хотя значительное большинство граждан никаких проявлений кризиса на себе не чувствует и экономические проблемы сказываются на повседневной жизни не больше, чем протуберанцы на звезде Сириус. Но апокалипсические видения с каждым днем все суровее терзают общество. Поскольку все беды и козни в мире притекают из-за океана, весьма распространенным стало сравнение нынешнего кризиса с Великой депрессией, которая поразила США в 1929–1932 годах и закончилась лишь в конце 1930-х благодаря программе Рузвельта, самого почитаемого у нас президента Америки. Картина Великой депрессии рисуется в кладбищенских тонах, и кажется, что американцы в ту пору всей нацией обгладывали ковбойский сапог и выли на луну.

Но именно в 1930-е годы в США были сняты фильмы, которые дали начало четырем самым главным направлениям в кино: «Образ президента», «Кинг-Конг», «Серенада Солнечной долины» и «Унесенные ветром». (Это моя собственная классификация, кинокритики могут предложить более достойную.) Великий композитор Гершвин поставил на Бродвее свою лучшую оперу «Порги и Бесс». Но, так мне кажется, наиболее принципиальным достижением периода Великой депрессии оказались научные открытия, которые в течение считаных лет перевернули незыблемые ценности цивилизации. Большинство работ были сделаны в изнывавшей от кризиса Америке, некоторые – в Европе, которую тоже колбасило. Почему величайшие взлеты человеческого духа пришлись на эпоху Великой депрессии есть великая загадка.

В 1931 году Паули высказал гипотезу четвертой частицы нейтрино, которая обладала настолько умопомрачительными свойствами, что впервые в истории публика стала взахлеб сочинять анекдоты о споре ученого с Богом. В 1932 году сделано сразу три гигантской важности открытия. Чедвик открыл пятую частицу – нейтрон. Американец Андерсон обнаружил первую античастицу – позитрон. Его соотечественник Юнг открыл тяжелый изотоп водорода дейтерий. Череда блестящих работ, сделанных в США и Европе, привела к возникновению новой науки и открыла дорогу к неисчерпаемым запасам энергии, о которых раньше человек даже не помышлял. В итоге гениальный Ферми, эмигрировавший из фашистской Италии в США, на первом в мире реакторе осуществил управляемую ядерную реакцию. Ферми мог вполне получить пять Нобелевских премий, если бы ее не вручали лишь один раз. С практической стороны первыми подсуетились, как всегда, военные, но, можно ли считать появление в 1945 году атомной бомбы успехом, пусть спорят историки и политики. Впрочем, создание в 1954 году в СССР первой атомной электростанции можно считать реабилитацией атомной бомбы, ибо явилось прорывом к спасению человечества от энергетического голода, который хуже всех экономических кризисов вместе взятых.

Но во времена Великой депрессии никто не думал о том, что в научных лабораториях ведутся работы, которые перевернут ход мировой истории. Для современников в тот момент, когда были открыты нейтрон и нейтрино, важнее стало другое событие – изобретение коктейля «Кровавая Мэри». Коктейль, слов нет, забористый, но как это мелко! Впрочем, разве сейчас, в период Великой депрессии-2, кто-нибудь обращает внимание на то, что творится в научных лабораториях? Из свежих сообщений: в США на три ближайших года выделяется 4 миллиарда долларов на создание интеллектуального солдата-робота, в котором будут реализованы новейшие достижения микроэлектроники и систем связи. Только это, быть может, цветочки…

В Москве открылся крупнейший международный форум по нанотехнологиям. Светлые умы говорят, что нанотехнологии – это золотой ключик в фантастическую область, перед которой меркнут все прежние научные революции. Некоторое смельчаки утверждают запальчиво, что, создавая новые и не существующие в природе материалы и биосистемы, человек замахнется на роль Творца. Со всеми последствиями…

Пока нанотехнологии – это предмет, на котором оттачивается остроумие. Если вспомнить Паули, который тоже служил персонажем анекдотов, это верный знак того, что Великая депрессия-2 разбудит воображение и приведет к прорыву, от которого еще закружится голова…

ЧЕРВЬ ПО ИМЕНИ АДАМ.

26 апреля 1999 года состоялась первая глобальная вирусная атака на компьютеры. Вирус CIH, известный больше под именем Чернобыль, уничтожил одним махом около миллиона компьютеров во всем мире. Отличие «Чернобыля» от червей-предшественников «Иерусалима», «One Half», «Мелиссы» в том, что он поражал не только операционную систему Windows, но и уничтожал микросхему жесткого диска. То есть превращал компьютер в пустую консервную банку.

Вирус гриппа активизируется весной. Компьютерный вирус «Чернобыль», у которого имеется несколько версий, благодаря программным кодам поднимает голову 26 апреля каждого года в напоминание о катастрофе на АЭС. Атомный Чернобыль давно закрыт саркофагом, но вирусный усилиями хакеров постоянно совершенствуется. Недавно уголовное наказание получил студент из Воронежа, который разослал свою версию «Чернобыля» по 4 тысячам адресов. Во многих странах, в том числе в России, отмечено новое социальное явление – банды хакеров, причем наказание за виртуальный бандитизм несравненно более мягкое, хотя ущерб может быть тяжелее, чем от погрома целой улицы.

Компьютерный вирус представляется нам неприятным, но все-таки терпимым следствием информационной эпохи. Вроде засорившегося карбюратора в автомобиле. Это благодушие сравнимо с первыми иллюзиями Франкенштейна, вырастившего в пылу научной горячки монструозного гомункулуса и потом всю жизнь боровшегося со своим творением. За тем исключением, что компьютерный червь непобедим и бессмертен – он заползает в архивы и хранится там вечно, реализуя заветную мечту доктора Фауста. Сегодня компьютерные вирусы представляются несомненным злом, но долго ли сохранится эта этическая система? Лаборатория Касперского каждый день находит 17 тысяч новых компьютерных вирусов. Если вирусов так много, нет ли в их неуемном размножении недоступной нам логики?

Мы присутствуем на первом этапе эволюции, которая начинается в виртуальной среде. Вирусы и черви во главе с soft-Адамом по имени «Чернобыль» лишь первые существа на новой эволюционной лестнице. Сравнить компьютерную и биологическую твари позволяет ряд признаков, которые по традиционной классификации определяют жизнь. Компьютерные вирусы подстраиваются под среду обитания, выжидают удобный момент для экспансии и, самое главное, обладают способностью к самовоспроизведению и размножению. На заре компьютерной эпохи для борьбы с вирусом достаточно было выдернуть шнур из розетки, но вирус стал таким изощренным, что доведет до умоисступления и компьютерного гения. Породивший червя хакер часто не может управиться со свои творением – проходя череду компьютерных обиталищ, червь набирается адской хитрости.

Кажется несомненным, что компьютерный вирус обладает зачатками интеллекта. И отнюдь не робкого интеллекта – власть компьютерных вирусов уже сейчас больше, чем власть ООН. Скорость научного прогресса такова, что вирусы эволюционируют как на дрожжах и грозят вырасти в интеллектуальные колонии с непрогнозируемыми свойствами.

Объем сознательной памяти человека всего 2,5 гигабайта, что для компьютеров смехотворно мало. Нельзя исключить, что на вирусной основе появится искусственный интеллект. А гонимые хакеры станут могущественной кастой – сильнее, чем сотрудники спецслужб и чиновники.

Мы спорим, скоро ли человек вступит в контакт с внеземными цивилизациями? При этом имеем в виду рандеву с инопланетянами. Но самый эффективный способ покорения космоса – рассылка по Вселенной радиосигналов с вирусами, которые при обработке в компьютерах приступают к уничтожению старой цивилизации и формированию новой. Мы с упоением говорим о нанороботах, генетических принтерах, информационных кодах и утверждаем, что освоим эти чудеса за 20 лет, а также построим искусственный интеллект. У братьев по разуму все это может быть давно в кармане, а контакт всегда предполагает подчинение слабой цивилизации более развитой, что мы знаем по земному опыту. По меркам Вселенной, скорее всего мы – темные аборигены.

Мы боимся свиного гриппа и не покупаем в подземном переходе компьютерные диски. Но ловим сигналы из космоса и благодушно обрабатываем их на компьютерах. Даже робкие земные вирусы способны нам Чернобыль устроить. Братья по разуму такого червя нам могут подложить, что Чернобыль покажется детской картинкой.

РАЗЛОЖЕНИЕ БЕЗ МАТЕМАТИКИ.

Чье имя чаще всего встречается в «Круге чтения», составленном Львом Толстым? С кем всю жизнь полемизировал Достоевский? Чью книгу Тургенев считал самой ужасной, самой несносной из всех напечатанных? Чью смерть Чернышевский называл славной, ибо она произошла от избытка умственных сил? И чей язык Стендаль и Бодлер признали образцовым и совершенным? Может быть, это неистовый поэт, карбонарий, революционер? Нет, все это – крайне болезненный математик Блез Паскаль, который создал несколько разделов математики, а затем физики, обобщил мысли в философском трактате и заодно придумал такие нужные вещи, как простая тачка и городской омнибус. Паскаля цитировал даже совсем не знавший математику Пушкин…

Жизнь Паскаля – сжатая до кристалла иллюстрация того, как математика поднимает человека и, следовательно, все общество. Но во всех странах идет наступление на математику – идея урезать ее в школах витает по миру. Процесс неизбежный – если компьютер может все высчитать, то и дробей знать не надо, не говоря об интегралах. Человек, соорудив храм потребления, более всего ценит те умения, которые позволяют создать конкретный продукт с потребительской стоимостью и послепродажным обслуживанием. Абстрактные науки отходят на второй план, и весь бюджет Отделения математики РАН меньше стоимости одного современного танка. В итоге наши математики, как перелетные гуси на юг, переместились на Запад. Дома сидят только чудаковатый гений Перельман и директора опустевших институтов. Это трагедия для общества: из всех ученых мы способны вспомнить, наверное, одного Перельмана…

Схожая картина во Франции, математической Мекке мира, и в Америке, которая, ублажая амбиции, собирает лучшие умы со всего света. Но на математические факультеты в университеты США поступают школьники из Китая, Кореи, Индии, а свои выпускники с ними соперничать не могут. Иммигранты формируют штаты лабораторий, а разбавляют азиатский поток молодые специалисты из России. Положение с математикой в американских колледжах настолько серьезное, что несколько лет назад была сформирована комиссия во главе с нобелевским лауреатом Гленном Сиборгом, одним из самых ярких ученых XX века. Нельзя исключить, что кризис, в который Америка затянула весь мир, отчасти стал следствием отвратительной математической подготовки в этой стране, ведь математика и логика – главные инструменты экономистов.

В чем отличие между Древней Грецией и Древним Римом? Одно из принципиальных – в Древней Греции было много математиков, а в Древнем Риме их не было вовсе. Система ценностей Древнего Рима многими чертами схожа с нашими приоритетами. Древний Рим рухнул из-за внутреннего варварства и внешних варваров. Но началось его разрушение с отрицания взрастивших и охранявших государство духовных основ, в числе которых не последнее место занимала математика. Много веков позже Паскаль скажет, будто обо всех гибнущих государствах, что между духом и материей посредничает математика.

Почему на многих факультетах, казалось бы, не имеющих отношения к точным наукам (например, на факультете психологии), первый экзамен абитуриенты держат по математике? Потому что нет лучшего способа проверить умственные способности. Математика учит логическому мышлению и системе доказательств. Если человек не знает математику, если он не тренировал свой ум, как спортсмен тренирует мышцы, ему трудно найти верное решение, отличить правильное от неправильного, его легко развести, манипулируя сговорчивым сознанием.

Математик силен не только в математике, он гармоничная и, как сейчас говорят, креативная личность, которая интересна и Толстому, и Стендалю. Если урезать преподавание математики, то выигрыша не будет, один проигрыш, потому что все остальные предметы хуже пойдут. Как говорил Галилей, книга природы написана на языке математики. В суровую жизнь из школы без математики выйдешь тюфяком, кризисы будешь создавать на каждом шагу. Много математики не бывает.

ПЕЛЕ И МЕНДЕЛЕЕВ.

«Хотите знать, что случилось с миром? – спрашивал американский писатель Курт Воннегут. – Химия – вот где собака зарыта». Поскольку химия – это наука о превращении веществ, то любые проблемы, от вселенских до интимных, можно при известной фантазии объяснить химией. Недаром химик Менделеев занимался экономическими и финансовыми реформами, консультировал министра Витте, развивал сельское хозяйство, был не чужд политике, руководил Палатой мер и весов, по-нынешнему – Госстандартом, плел чемоданы, шил одежду и тонко ценил искусства. Посему глубоко заблуждается тот наивный гражданин, который пренебрежительно считает, что главное достижение химии – это изобретение силиконовых блондинок.

Менделеев – самый знаменитый в России ученый, но химия у нас, как ни обидно химикам, по уровню уступает физике и математике. Причина непонятна даже самим химикам. По физике у нас десять нобелевских лауреатов, по химии – только один. Правда, премия Николая Семенова стала первой нобелевской наградой для СССР. Можно сказать, создатель теории цепных реакций Семенов создал цепную реакцию наших нобелевских премий, ведь все они присуждены за работы, сделанные в 1950-е годы. Впрочем, в СССР объем выпуска химической продукции всего в два раза уступал США, а перечень наименований был таким же. Сейчас наш объем химической продукции – меньше 10 процентов от американского. Состояние химии – лакмусовая бумажка состояния всей экономики и науки.

В немецком Линдау прошла встреча нобелевских лауреатов с молодыми учеными. Такие встречи проводятся там уже 60 лет, и на этот раз конференция, которую открыл председатель ЕС Баррозу, была посвящена химии. Приехали 23 нобелевских лауреата и 600 талантов из 70 стран вплоть до самых экзотических, где, казалось бы, главными химиками являются шаманы. Больше всего было американцев и немцев, глаза рябило от китайцев и индийцев. Отбор талантов проводится на национальных конкурсах, потому что визит к нобелевским лауреатам – большая честь и высокий трамплин в будущее. Из России присутствовало десять человек, но семеро из них работают за рубежом. Картина повторяется из года в год.

У молодого ученого всегда есть мечта – получить Нобелевскую премию, и это нормально. Посему нет ничего важнее личного общения с человеком, который сумел реализовать эту высокую цель. Понимаешь, что идеал – это не мираж, а вполне осязаемая вещь. Это как для юного футболиста пообщаться с Пеле. Наши молодые ученые такой возможности лишены, они оторваны от мировой науки. Не потому ли высшая цель российских ученых – стать академиком, хотя к научным достижениям это звание отношения не имеет. Зато академиков в России – как на Западе бакалавров. «Я забываю имя своего директора в России, – сказал Андрей К., который три года работает в Германии. – Но знаком теперь со многими нобелевскими лауреатами, по лекциям которых учился, и понимаю, как надо работать и размышлять, чтобы добиться такого же успеха».

В прошлом году, вернувшись из Линдау, я беседовал с несколькими видными начальниками от науки, которые часто и убедительно говорят, что обеспокоены судьбой молодежи. Они обещали командировать молодые дарования на встречу с нобелевскими лауреатами. Но опять никто в Линдау не поехал, хотя сами академики полжизни проводят за границей. Для полноты картины надо добавить, что никто из наших нобелевских лауреатов в Линдау никогда не приезжал, и это подчеркивает нашу, и нами самими сотворенную, оторванность от мировой науки.

Чехов говорил, что не бывает национальной таблицы умножения. Сила знания в том, что оно не знает границ и объединяет человечество. Если кто запирается в келье, себе хуже делает. 200 лет назад лорд Кавендиш мог сидеть в родовом замке, ставить гениальные химические опыты, не публиковать труды – и оставаться на гребне науки. Сегодня ученому необходимо вариться в мировом питательном бульоне, иначе он за год станет ретроградом. И об инновационной экономике, кстати, тогда следует забыть, чтоб не мучиться.

Даже отсталый гражданин, сидя в ванне, читает, ничего не смысля, состав шампуня. Если мы не исправим положение, не то что получать нобелевских премий не будем – понимать шибко умные работы перестанем. Старшее поколение ученых все премии получило, следующее поколение мы потеряли. Надо растить молодежь, но тогда глупо экономить на грошах.

ЧЕЛОВЕК И ЕГО ГАДЖЕТ.

В России началась продажа изделия под названием i-Phon. Было бы любопытно узнать, какой процент населения понимает, что это за штука такая. Но те граждане, которые понимают, стоят чуть не на ушах и покупают помесь мобильного телефона и компьютера за одну-две тысячи долларов. И еще абонентская плата на тысячи рублей. Хотя в Америке это изделие стоит долларов двести-триста. Но наш человек, натренированный русским бензином, к перекосам в ценах относится безмятежно. После эпохи дефицита мы за ценой не постоим.

Современный человек окружен множеством технических устройств. У портативных приспособлений с повышенной функциональностью есть общее название – гаджеты. Как только очередное новшество входит в жизнь, человек, который обзавелся им, становится его рабом. Точно так происходило с обладателями советских авто, которые полжизни проводили под капотом. Недавно мобильный телефон был редкостью. Сейчас, если забыл телефон дома, стремглав летишь назад, наплевав на все опоздания. Потому что без мобильника нет жизни. Самая сильная зависимость гомо сапиенс – от Интернета. На нем мы помешаны сильнее, чем на телевизоре. При этом жизнь в виртуальных сетях имеет мало общего с реальностью. Может, потому и затягивает.

Эволюция гаджетов потрясает – в природе таких скоростей нет. Многие гаджеты, без которых жизнь казалась немыслимой, уходят бесследно. Исчезли пейджеры, которыми боссы наделяли подчиненных, чтобы иметь к ним доступ в любой момент дня и ночи. На глазах умирают плеер и будильник. Единственный способ реанимировать будильник – снабдить его новыми функциями. Придуман будильник, который, трезвоня что есть мочи, прыгает по комнате, спасаясь от разъяренного хозяина. Или взлетает под потолок. Последняя модель, если хозяин не торопится занять вертикальное положение, переводит деньги на счет благотворительного фонда.

Пионером современных гаджетов стал комиссар Жюв, боровшийся с Фантомасом при помощи третьей руки и ноги-пулемета. Его опыт обогатил Джеймс Бонд, неистощимые гаджеты которого приобрели поистине разрушительную мощь. В России, где изобретательство не нашло инвестиционной подпитки, вершиной стала водочная пробка, которая умеет произносить заковыристые тосты.

В старинной шотландской балладе о гвозде и подкове жалкие мелочи привели к поражению могучей армии. Относиться к гаджетам как к игрушкам непозволительно. Их мощь, преобразующая цивилизацию, скрыта, но несомненна. Технологические новинки неоднократно меняли ход истории. В эпоху Возрождения произошел расцвет всех искусств, но в основе этого расцвета лежал резкий подъем потребления энергии, который был вызван повсеместным внедрением технологических новинок в виде хомута и подковы. Эти гаджеты повысили тягловую производительность в три раза. Первыми инноваторами хомута и подковы, надо признать, стали крестоносцы, что частично реабилитирует их в глазах мировой истории.

Без сопротивления под пятой конкистадоров рухнула древняя цивилизация Америки – главной причиной стало отсутствие у индейцев колеса и одомашненных лошадей. Подъем национализма в странах третьего мира начался с экспорта западных транзисторных радиоприемников. Примеров тьма. Автомобильный стартер открыл зеленую улицу феминизму, позволил женщинам освоить автомобиль, обеспечил равноправие, но прискорбно подорвал демографическую ситуацию и гендерные ориентиры в обществе.

Как изменит мир iPhone? Никто не знает. Его предшественник по части вселенского ажиотажа – ноутбук привел к тому, что молодые люди ходят в кафе с ноутбуками, а девушки спят с ними в обнимку. Без ноутбука нет шансов устроиться в приличное место – на интервью с боссом важнее взять под мышку гаджет, чем правильно завязать галстук.

Что если iPhone, обеспечивая новые и невиданные возможности коммуникации, приведет к еще большему затворничеству и гибельному погружению человека в виртуальное царство? Потоки информации возросли неимоверно, и разум человека, наш нейронный software, не успевает освоить их и передать следующему поколению. Кризис этических ценностей, на которых построена цивилизация, очевиден и нарастает пропорционально росту производительности электронных микрочипов.

Вдруг славный iPhone, придуманный фирмой Apple, – последняя капля? Вдруг это Троянский конь? Кстати, Троянская война тоже с яблока началась.

СМЕРТНЫЕ ГРЕХИ ОТ НАУКИ.

Если кто считает, что мораль неизменна, он жестоко заблуждается. В дни Великого поста регент Апостольской пенитенциарии, судебного органа Ватикана, который занимается вопросами отпущения грехов, епископ Джанфранко Джиротти выступил с заявлением, которое можно трактовать как расширение списка смертных грехов. Страшная семерка была составлена в VI веке сначала в недрах православной церкви, затем с легкой редакцией подтверждена в католической. Сегодня даже сведущие люди затрудняются назвать смертные грехи, но живут припеваючи. Грехи проще всего запомнить по фильму «Семь» Дэвида Финчера с Бредом Питтом. В порядке убывания греховности список такой: гордыня, зависть, гнев, лень (уныние), жадность (алчность), чревоугодие, сладострастие.

Епископ Джиротти присовокупил к шорт-листу новые грехи: генная инженерия, опыты на людях, которые нарушают законы природы, загрязнение окружающей среды, чрезмерное богатство, употребление наркотиков, аборты, педофилия. Большинство из новых грехов человецих имеют технократическое происхождение и связаны не с пороками отдельного грешника, а с социальными условиями. Легко припомнить католической церкви историю ее заблуждений в отношениях с наукой, скандальный Индекс запрещенных книг и на многих примерах указать на неоправданность вторжения в светскую жизнь. Старые, как смертные грехи, истины. Поразительно другое: на наших глазах, на протяжении жизни одного поколения изменяются нормы морали, на что прежде уходили тысячелетия.

Мораль перестает быть только религиозной нормой, хотя поначалу была сформулирована именно Церковью. Философы-эллинисты воспринимали этику в виде весов древнеегипетского божества Осириса, на чашах которых лежали добрые и дурные поступки, и задавали вопрос: «Хорошо или плохо?» Христианство поставило проблему другого интеллектуального калибра: «Истинно или ложно?». Именно это позволило зародиться в недрах христианства мощной науке, которую и близко не сумела создать ни одна другая мировая религия. Но по той же причине современные этические ценности формирует не только Церковь, но и вышедшая из ее пределов наука. Небо перестало быть уделом лишь Церкви, и теория Большого взрыва органично сочетается с картиной Сотворения мира. В парламентах и научных клубах идут дискуссии о проблемах загрязнения окружающей среды, о допустимости клонирования, эвтаназии и манипуляций со стволовыми клетками. Ученые-атеисты и служители культа нередко оказываются единомышленниками…

До XIX века наука никак не меняла жизнь человека и поддерживалась просвещенными меценатами. Начиная со второй половины XIX века цивилизация приобретает качественно иной облик, ее смысл не в том, чтобы остаться на традиционном берегу, а в том, чтобы перебраться на другой. Мудрый Платон строил идеальное государство, которое ни в чем, как небесный свод, не должно меняться. Сегодня ясно, что эта идея сродни суициду. Поговорка «Не дай Бог жить в эпоху перемен» потеряла смысл, ибо другой жизни уже не бывает. Жизнь стала динамичной, она основана на преобразовании мира, приобретении знаний и внедрении новых технологий. Наука, о чем не мог помыслить Маркс, стала производительной силой, и развитые страны держат курс на инновационную экономику. Изменение социальных ориентиров приводит, поскольку человек есть социальное животное, к изменению духовных ценностей, и их формирует интеллектуальный труд. Прежде добродетель состояла в верности традиции, но добродетель человека XXI века – в креативности. Сегодня, если человек не учится и не созидает, он угрожает обществу не меньше, чем его предок, который погряз в патриархальных смертных грехах. Интеллектуальное отупление не менее страшно, чем духовная лень.

Наука наращивает темп, и пройдет немного времени и Церковь вновь отредактирует список смертных грехов. Кстати, для футурологов задача вполне научная. Среди смертных грехов могут оказаться контакты с инопланетянами и открытие гена бессмертия, создание живых структур с помощью нанотехнологий и искусственного разума, путешествие во времени и превышение скорости света…

Церковь опять предостерегающе поднимет перст. Наука опять отчаянно ускорится. И вот вопрос: Церковь и наука – антагонисты или признающие друг друга оппоненты, которые одинаково нужны обществу?

ПСИХБОЛЬНИЦА И ФЛАГМАН.

Самое знаменитое лечебное учреждение в России – психбольница имени Кащенко, она же Канатчикова дача. Про нее Высоцкий пел, сюда поэта Ивана Бездомного после рандеву с Боландом привезли. В XIX веке, когда городской голова Алексеев основал больницу, душевнобольные жили на вольном поселении. Днем на процедуры приходили, ночлег находили в окрестных домах. Ученые предрекали, что слабые лишь разумом пациенты оставят богатое потомство и через сто лет в этом районе проживать будут сплошь полоумные. Остается сказать, что ныне Ленинский проспект – место, где дислоцируется Академия наук с ее великими прожектами и амбициями.

С больницей Кащенко соседствовало и знаменитое в СССР предприятие – завод имени Орджоникидзе. Это был флагман советского станкостроения, где делали автоматические линии и агрегаты для всех отраслей машиностроения. В 1980-х годах на заводе приступили к производству станков с числовым программным управлением, что было тогда вершиной технического прогресса. Завод Орджоникидзе был уникальным предприятием не по меркам своей страны – по мировым масштабам.

В начале 1990-х я побывал на заводе Орджоникидзе. Директор, помню, несколько месяцев ходил на костылях. Его отметелили в подъезде какие-то темные личности, что случайным образом совпало с началом приватизации. Контрольный пакет купил молодой, но прожорливый банк, который начал с того, что скромно арендовал у завода небольшой уголок для офиса. Новые владельцы говорили, что старого директора прогонят, потому что он ретроград и «полный отстой», и займутся модернизацией, чтобы выйти в мировые лидеры. Вдохновлял резвых гешефтмахеров пример будущего грузинского министра Кахи Бендукидзе, который в тот год, набрав у народа мешок ваучеров, за гроши купил самый большой в СССР завод – «Уралмаш»…

Днями я вновь, после долгого перерыва, побывал на заводе имени Орджоникидзе. Но узнал его только по адресу. На заводе нет и следов производства – это уже не флагман, а какая-то необъятная баржа для вторсырья. Все корпуса сданы в аренду – под склады, магазины, автосервисы. Выделяется головной офис процветающего банка. Дело с прогрессом движется! На территории некогда уникального предприятия открылся очередной супермаркет известной французской сети. Станкоинструментальный завод перепрофилировался, и его новая жемчужина – клуб «Bl Maximum». В помещении громадного цеха грохочут концерты, качество звука самое отвратительное в мире, будто фреза уши режет. Цена на билеты доходит до 25 тысяч рублей, но аншлаг гарантирован.

Самым милым делом у большевиков, когда они пришли к власти, было размещать в религиозных учреждениях клубы, где, в частности, насаждался культ индустриализации. На новом витке истории круг замкнулся. Коммунистов оттеснили, ценности поменяли, и там, где цвела индустриализация, по привычке учредили клубы. В «Bl Maximum» армия ражих охранников, которые, так думаю, являются бездельниками, живут напрасно. Не исключено, многие переквалифицировались в вышибалы из рабочих.

Борьба с коммунистическими идеями удивительным образом обернулась уничтожением пролетариата. Самый большой кадровый дефицит в России – квалифицированных рабочих. Студентов сегодня больше, чем выпускников школ. В итоге, когда на верфи строят современные корабли, сварщиков собирают со всей страны. Платят по 70–80 тысяч – все равно рабочих не хватает. Все ушли в охранники. Или в парковщики, где тоже париться не надо.

Мы часто и, наверное, справедливо жалуемся на упадок нравов. Но причины называем смешные – телевидение, желтая пресса, не наше кино. Но ведь со времен Адама Смита известно, что мораль формируется экономикой. Какие могут быть нравы, если продажа недр и развлечения перебивают прочие идеи?

Согласно умным прогнозам, Россия жизненно нуждается в модернизации, иначе в немилосердной гонке конкуренцию не выдержит и попадет под чужой каблук. Но мы потеряли вкус к созданию новых промышленных брендов. На заводе Орджоникидзе в голову закрадывается крамольная мысль, что для успеха модернизации следовало бы созвать на консилиум специалистов в белых халатах из-за соседнего забора. Но сколько забытых и забитых досками заводов по России – на всех Кащенко не хватит.

БЭКОН И НАВОЗ.

1 сентября мы радостно отметили День знаний, придуманный в 1984 году. Прописке знаний в праздничном регистре исполнилось четверть века. По демографическим понятиям – целое поколение. Насколько упрочился фундамент знаний и как в глазах общества выросла его притягательность? К юбилею мы пришли с единственным чудным открытием: девальвация знаний у нас идет быстрее, чем падает ценность рубля. Не исключено, одно из другого вытекает.

Афоризм «Знания – сила» знает даже тот, кто искренне полагает, что сила есть – ума не надо. Афоризм принадлежит англичанину Бэкону, который, это важно знать, вовсе не был работником кухмистерской сферы. Считать, что по аналогии с гильотиной, дизелем и Калашниковым кусок окорока назван в честь Бэкона, есть извинительное, по нашим временам, заблуждение. Лично мне из изречений философа больше нравятся другие, они более актуальны: «Возможность украсть создает вора» и «Деньги – как навоз, если их не разбрасывать, мало толку». Коррупция у нас такая, что другие знания, кроме технологий заноса и отката, – глупая обуза. Накопленные в тучные годы деньги мы не рискнули обратить в инновационные проекты, которые помогли бы увильнуть от кризиса.

Накануне 1 сентября среди старшеклассников провели опрос: кем они себя видят в будущем? На первых ролях – банкиры, эстрадные звезды, судьи и прокуроры, а также фотомодели. В топ-листе нет профессий, которые, создавая материальные блага и инновации, формируют реальное богатство страны. Лидеры России справедливо говорят о том, что инновационная экономика – вопрос национальной безопасности. Но лозунгами привить вкус к экономике знаний не удается, а престиж инноватора и его поддержка государством не выше, чем у торговца с Черкизона.

Авария на Саяно-Шушенской ГЭС стала крупнейшей техногенной катастрофой за четверть века по масштабу разрушений и числу жертв. Но катастрофа в этом случае проявилась и в другом. Что же все-таки произошло – остается загадкой, версии кружатся, как осенние листья, и внятного вывода мы пока не услышали. Такого недоумения не вызывала ни одна авария. В Чернобыле все скорее прояснилось, хотя реактор устроен в миллион раз сложнее турбины. Закрадывается мысль, что мы не только разучились создавать новые технологические системы, но уже не можем разобраться, отчего доставшаяся в наследство техника ломается. Очень хочется ошибиться, а пока надо признать, что все отечественные технические системы, которые остаются в строю, созданы до учреждения Дня знаний. И потому существование этого праздника выглядит насмешкой. Так выглядел бы День Красной армии, назначенный на дату виктории Деникина или Колчака.

Между тем именно в середине 1980-х у страны была возможность встать на путь модернизации и не отстать безбожно от Запада. Когда Горбачев заговорил об ускорении, команда из Академии наук предложила несколько моделей развития. По одной из них страна вставала на технологический путь и в компании мировых лидеров совершала прорыв в постиндустриальное будущее. Горбачев, призывая к «новому мышлению», выбрал самую проигрышную из моделей, которая предрекала распад СССР. В конце 1980-х философ-эмигрант Александр Зиновьев, услышав речи Горбачева на родине Бэкона, написал книгу «Катастройка», где предсказал быстрый развал страны. Прогнозы ученых воспринимались как предсказания Кассандры. От них отмахивались, ибо ценности были другие. В итоге знающие люди вымирают, как динозавры. NBIC-центр в Курчатовском институте – счастливое исключение, а вот ракеты «Булава» и «Ангара» до ума довести не можем.

Опыт развитых стран учит, что знания стали производительной силой. Мир знаний меняется слишком быстро, и уже не крупный побеждает мелкого, а быстрый – медлительного. Богатство, если оно не наворовано, строится с помощью инноваций, а не бесконечной оптимизации. Нельзя создать богатство, шлифуя уже известные вещи. Сегодня источником надежного будущего являются не деньги, а человеческий мозг и знания. Раньше к деньгам следовало относиться, как к удобрению, а теперь – к знаниям. Жизнь удобряют знаниями – и тогда она имеет шанс превратиться в праздник.

Как говорил Бэкон, мы стоим столько, сколько знаем.

«ФАРЫ ШИПЯТ ЯИЧНИЦЕЙ…».

«В Политехнический! / По снегу фары шипят яичницей. / Милиционеры свистят панически. / В Политехнический!» – о чем писал Андрей Вознесенский, сегодня редко кто поймет. Между тем воспетые реалии на прежних местах, но смысла уже не имеют. Вроде египетских пирамид или Акрополя. Здесь находится Центральный лекторий общества «Знание», где в 1960-е годы при полном аншлаге выступали не только молодые поэты, но и маститые ученые. Однажды академик Зельдович не мог пробраться к трибуне и толпа передавала его по рукам, чтобы не сорвать лекцию по квантовой физике, которая вместе с поэзией должна была вскорости и непременно перевернуть мир…

Общество «Знание» было создано в июле 1947 года по инициативе президента АН СССР Сергея Вавилова для распространения, как было сказано в Постановлении ЦК, «политических и научных знаний». В очередной раз повторялся путь Французской революции с культом богини Разума. Служители советского культа знаний священного трепета не вызывали и выглядели комично, как в «Карнавальной ночи»: «Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе, науке это неизвестно, наука пока не в курсе дела». И, конечно, это была синекура для отставной номенклатуры, которую поперли с высших постов – вроде председателя КГБ Семичастного. При «Знании» до отрыжки кормился всякий люд, набивавший карманы на марксистско-ленинской идеологии и съевший собаку на разделении знаний на полезные и вредные. Знаний особых общество не сеяло – это дело университетов, – что не мешало его процветанию. Рядовые люди тоже научились извлекать пользу – в «Знании» всегда можно было подработать с лекциями для скучающей публики, сеть была раскинута по всей стране. Кроме того, издавались приличные журналы «Знание – сила», «Наука и жизнь», «Химия и жизнь», «Наука и религия», газета «Аргументы и факты», а также высокого качества научно-популярные книги, секрет создания которых утерян, как тайна верескового меда.

Сейчас в комедии лектор появиться не может. Не смешно, ибо лекторов нет, хотя вопрос с жизнью на Марсе не менее запутан. Всероссийское общество «Знание» существует, квартирует в Политехническом музее, но живет тихо, как мышка. Недавно здесь, как для подаяния, побывал глава СФ Сергей Миронов, но он известен нестандартными ходами, другие политики в цитадель знания ни ногой. Незаметность «Знания» тем более удивительна, что громогласно взят курс на строительство экономики знаний и уже готовая одноименная структура должна вроде бы поднять высокое знамя, возглавить интеллектуальный поход. Но вожатые в деле оборота знания в деньги – другие, а в обществе, где раньше заправляли комсомольцы, скромно занимаются проблемами геронтообразования для пожилых людей…

Престиж знаний упал. Мерилом жизненного успеха стали деньги, но как можно считать знающим лектора, если он работает за копейки? Предприятие считается нужным, если несет прямую финансовую прибыль, а от «Знания» навара никакого. Между тем через уважение к знаниям формируется нравственный фундамент общества. Лао-Цзы выводил мораль из свойств ума, впитавшего знания. Сократ считал, что зло есть результат незнания. Гегель видел единый идеал знания и нравственности. А у нас все популярнее становится тема о том, что интеллигентный человек может быть не слишком образованным – просто душевным.

Без сомнения, сильный удар по обществу «Знание» нанес Интернет. И все же упадок «Знания» – отражение кризиса российской системы образования, когда наши лучшие университеты откатились во вторую сотню мировых. Но погоня за степенями и званиями не прекращается. Ученым можешь ты не быть, но академиком обязан – этим правилом руководствуются начальники всех мастей. Особой остроты процесс достиг в 1990-х годах, которые можно назвать эпохой Кашпира во время Чумака. Лектор из фильма «Карнавальная ночь» показался бы светочем знания…

В последнее время отношение к науке и образованию изменилось, бюджет растет и о запустении в интеллектуальной сфере говорить несправедливо. Никто, впрочем, не собирается реанимировать общество «Знание». Может быть, это искусственный, переживший свое время институт. В XXI веке в знаниях, как в энергии для движения, заинтересовано все общество, а не отдельная структура, созданная для их пропаганды. Ничего страшного, если в обществе «Знание» жизни не больше, чем на Марсе. Главное, чтобы удалось все-таки построить общество знания.

ЧЕРВЯК ИЛИ ГЕНИЙ, ИЛИ ОТЧЕГО ЖИЗНЬ ИННОВАТОРА НЕ САХАР.

Однажды в редакцию пришел серьезный человек с тубой для чертежей. Чертежи были сделаны профессионально, даже любовно. «Вот проект, – гордо сказал визитер. – Пивная “СССР”. Пятнадцать этажей – по числу республик. На каждом этаже – национальное пиво». Журналисты изумленно молчали. «Вы еще не знаете самого главного, – продолжал изобретатель. – Когда люди пьют пиво, они вынуждены ходить в туалет. В подвале я поставлю гидротурбину, ее энергии хватит на целый район». Абсурд? Для нас – почти бред. Но в других условиях проект не так уж безумен. В Америке вполне могли отстроить прибыльный пивной Диснейленд с гидротурбиной на урине.

В России отмечается День изобретателя и рационализатора. Но на какой день он приходится, вряд ли скажет хоть один рядовой гражданин. Сугубо национальный праздник, далекий аналог, – день изобретения жевательной резинки в США. Во времена СССР во Всесоюзном обществе изобретателей и рационализаторов состояло около 5 миллионов человек – советская армия была жиже. Общее упоение процессом рационализаторства отчасти объяснялось тем, что это был один из немногих островков, где разрешалось и даже слегка материально поощрялось свободомыслие. К тому же наш народ всегда был охоч до выдумок. При Иване Грозном первый изобретатель летал с колокольни на крыльях, хотя и поплатился жизнью за бесовскую выдумку. Мы ловчим на каждом шагу. Нигде в мире не додумались отсасывать бензин в канистру через трубочку или получать спирт из тюбика сапожной ваксы, раскрутив его на токарном сверле. Невероятной популярностью пользовалась рубрика «Маленькие хитрости» в журнале «Наука и жизнь». На заимствованиях этих хитростей японцы делали состояния. Сколько изобретений, сделанных выходцами из России, нашли всемирное признание в чужих краях – от вертолета (Игорь Сикорский, США) и телевизора (Владимир Зворыкин, США) до поисковых систем Google (Сергей Брин, США) в Интернете…

Главная проблема изобретательства в России – его невостребованность во все времена. Причины были разные, сейчас – слишком тонкий ручеек инноваций и мизерное число венчурных предприятий, которые оказываются инородным телом в сырьевой экономике. По данным Всемирной организации интеллектуальной собственности, Россия занимает 21-е место по числу регистрируемых патентов. Впереди США (80 %), потом – Япония (вместе с нашей «Наукой и жизнью») и с большим отрывом – европейский лидер Германия. Именно отсутствие патентов даже у громадных предприятий привело к их приватизации за бесценок. Из тупика надо бежать, в развитых странах интеллектуальная собственность формирует более половины бюджета. Характерно, что рынок инноваций в России обходят стороной пенсионные фонды и страховые компании, которые обеспечивают в США 40 % венчурных инвестиций, в Англии – почти 70 %.

Но главное отличие русского изобретателя от западного состоит в том, что в России инженер всегда, родив или воплотив в жизнь некую идею, немедля лишался прав на свое творение. Наш гений – нищий чудак с принципами и очками на резинке. К примеру, из всех идей гениального Ивана Кулибина, заведующего механическими мастерскими Академии наук, использованы были лишь те, что забавили императорский двор, но многие, имевшие промышленное значение, вроде механических протезов и подъемного лифта, ушли за границу.

Своеобразие русского изобретательства еще и в том, что слишком часто идет оно у нас от безграмотности и неуважения к любому закону, в том числе к техническим нормам. Рацпредложения оказываются плодом кривых рук и прямых извилин. Катастрофа на атомной станции в Чернобыле – результат эксперимента, который в обход правил должен был проверить такое рацпредложение. Аварии на шахтах – угольный Чернобыль, невежественное желание подправить технику.

Что ж, не будет у нас пивной? Может быть, притаились изобретатели, в спячке отлеживаются и скоро очнутся. Пусть будет меньше поводов для смеха, но больше пользы для кармана изобретателя и для всего общества.

ИННОВАЦИЯ С ПЕТЛЕЙ НА ШЕЕ.

В разгар холодной войны в министерство обороны СССР вызвали академиков Фока и Капицу. Генералы долго уговаривали академиков приступить к созданию аппарата, который летает, экранируя земное притяжение. Ученые отказывались: полный абсурд и бессмыслица. Но у генералов был железный аргумент: в Пентагон с этой идеей обратился некий гений и уже получил миллион долларов. Через год стало известно, что тот изобретатель вместе с секретаршей и миллионом сбежал в Бразилию. Капица сказал Фоку: «Все-таки от инвестиций в науку есть толк».

Истина настолько избитая, что ее в серьезном обществе можно произнести только в шутку. Тем не менее, с наркотической упоенностью от углеводородных испарений мы загнали себя в такой угол, что ради национальной безопасности очевидную ставку на инвестиции и инновации приходится декларировать с высокой трибуны. Потому что в нашем чиновничьем царстве выстроено так, что, если на что строго не укажут высшие начальники, никто не пошевелится. Об инвестициях и инновациях как главном условии для продвижения России вперед постоянно твердят все российские начальники. Такое единодушие свидетельствует о том, что ситуация на этом направлении критическая.

Если оценивать наши достижения на мировом рынке наукоемкой продукции, а он, кстати, больше сырьевого, то картина удручающая. Лишь 0,3 % этого рынка принадлежит России, хотя по числу ученых мы на третьем месте в мире. Доля США, пусть мы сто раз назовем американцев тупоголовыми, составляет 36 %. Япония взяла 30 %, Германия – 16 %. Крошечный Сингапур стоит впереди России! Денег мало наука получает? За последние 8 лет финансирование науки из федерального бюджета выросло в два раза, но использовать ресурсы, которые инвестируются в науку, она не может. Ни в одном из исследований, которые проводились и российскими специалистами, и европейскими, не установлено связи между ростом финансирования нашей науки и благосостоянием общества. А на Западе – связь прямая: чем сильнее наука – тем богаче общество. У нас директора институтов уже не жалуются на безденежье, как в былые годы, но взывают о том, что нет научных кадров, нет менеджеров, нет внедренческого звена и контакта с промышленностью.

Законы постиндустриального общества таковы, что в развитых странах 80 % роста ВВП определяется инновациями и высокими технологиями. У нас же на громадном большинстве предприятий пыли больше, чем в конторе Остапа Бендера «Рога и копыта». 65 % организаций расходуют на исследования менее 1 % своего оборота. А если идеи возникают, нет возможности довести их до коммерческого продукта. В эту ловушку могут попасть и нанотехнологии, на которые сделана ставка как на одну из отправных точек общего роста страны. Нанотехнологии не нуждаются сегодня в средствах, идей выше крыши, но практически нет стройных коммерческих проектов. Это не наш конек. Выбраться из трясины можно по опыту развитых стран, где при господдержке построено множество технополисов и зон внедрения. Россия вступила на этот путь с громадным опозданием и движется недопустимо медленно, хотя выгода очевидная: в одном из первых наших наукоградов Дубне в структуре бюджета за 10 лет инновационная составляющая возросла с 2 до 50 %.

Может быть, государству следует еще подбросить деньжат, чтобы поощрить внедрение? В Англии пытались создать инновационный сектор за счет государственных средств – гиблое дело. Слишком живое, быстрое, рискованное занятие, чтобы чиновники могли уследить. Инновации обеспечиваются только малым бизнесом. В Кембридже на каждую инновационную компанию приходится 13 сервисных фирм. Но малый бизнес требует больших свобод и гарантий, а это в нашей стране пока еще нерешенная проблема.

Академик Владимир Фок, который обсуждал пользу инвестиций в науку, был одним из немногих ученых, кого, как Ландау, удалось быстро вытащить из тюрьмы. Но Фок успел прийти к выводу: «Свобода – это когда вам выдают шнурки». Сегодня политики говорят: свобода лучше несвободы. Академик Фок присовокупил бы: чтобы инвестиции заработали, одних шнурков мало.

НАШ УЧИТЕЛЬ – РИШЕЛЬЕ.

Последняя неделя при всех громких политических изобличениях прошла все же под знаком Учителя. Всемирный день учителя, присуждение премии лучшим учителям года, которыми признаны два математика, космический урок в ЦУПе, кадровые перестановки в Министерстве образования и науки, одобрение Госдумой закона о присоединении России к Болонскому соглашению, в результате чего высшее образование станет двуногим и разделится на бакалавриат и магистратуру…

Если верить официальным отчетам, наше образование на подъеме. Но перед самым Днем учителя закончила работу Всероссийская педагогическая конференция, которая выразила недоверие руководству Минобрнауки и обратилась к президенту РФ с просьбой разделить это ведомство на два, как прежде, – образования и науки. Эту идею поддерживают многие, но до выборов президента, дабы не мутить лишний раз воду, ничего не произойдет. Кстати, с момента учреждения в России в 1802 году первых министерств, у нас впервые нет министерства просвещения, которое в те времена было создано одновременно с военным и финансовым и раньше министерства внутренних дел.

Небезызвестный кардинал Ришелье говаривал, что государство, все подданные которого образованны, было бы так же чудовищно, как тело, имеющее глаза на всех своих частях. Но в постиндустриальный век принято считать, что знания стали производительной силой, а социологи договариваются до того, что современный пролетариат – это люди, занятые в сфере информационных и компьютерных услуг. Если это так, то возникает вопрос, почему российский учитель стоит на социальной лестнице ниже и живет хуже, чем во времена мракобеса Ришелье? По нашей исторической шкале – хуже, чем в XIX веке, когда папа маленького Ленина, работавший учителем, был вполне состоятельным и уважаемым в обществе человеком.

Учитель – самая массовая из интеллигентных профессий. В России 1,6 миллиона школьных учителей, на каждого приходится по 10 учеников, хотя в Европе по 15. Беды и несчастья, которые обрушились на прочие интеллигентные профессии – ученых, врачей, инженеров, музейных работников и библиотекарей, – острее всего, просто из-за массовости, ощущают на себе учителя. Как бы ни расписывались в своем уважении к этой профессии на торжественных мероприятиях высокие чины, положение учителей измениться не может, пока не изменится сама оценка и востребованность интеллектуального труда. А она не изменится до тех пор, пока страна будет жить за счет продажи сырья, для чего шибкого образования не требуется. Сырьевым олигархам оно даже во вред, ибо создает опасное желание изменить гибельный путь. У многих образование в цене только потому, что помогает стянуть не канистру с бензином, а целиком месторождение.

Современное государство далеко ушло от времен Ришелье и жизненно заинтересовано в высоком уровне образования. Иначе падает конкурентоспособность, страна становится зависимой от чужих технологий и товаров. Что у нас и происходит – за год импорт вырос на 48 %. Образование и импорт – это сообщающиеся сосуды. Количество бюджетных студентов в российских вузах год от года падает. В этом году их уже менее 40 %, а в Германии 90 %. В Оксфорде и Кембридже родной студент платит 1 тысячу фунтов в год. Такую цену посчитает смехотворной самый завалящий российский вуз, где учат так, что забудешь то, что из школы вынес. После введения бакалавриата расходы государства еще сократятся. Финансирование образования, несмотря на все декларации, по-прежнему не превышает 3,5 % ВВП, хотя в развитых странах оно достигает 7 %. Поэтому, к слову, у нас и нет нобелевских лауреатов, а вовсе не потому, что Россию забижают в наградах.

Впрочем, в Европе тоже наблюдается массовый отток школьных учителей. Просто у образованных людей все шире поле для деятельности. Но чем, по моим наблюдениям, отличаются российские учителя от европейских, так это стремлением нести не столько знания, сколько умение различать добро и зло. То есть наш учитель не просто преподаватель, а маленький Христос. А если так, то жаловаться на безденежье неприлично. Вот у нас и не бывает учительских манифестаций и забастовок, как во Франции. Христос терпел и нам велел.

ИННОВАЦИИ ПО МАКИАВЕЛЛИ.

Итальянский политик и философ эпохи Возрождения Никколо Макиавелли, а он был голова, сказал, что справедливости не бывает, но есть лишь справедливость в определенных обстоятельствах. Макиавелли много чего наговорил, и все как будто про нас, потому что мы к законам испытываем отвращение, а до справедливости падки. Величайшей несправедливостью кажется то, что при всех несомненных преимуществах России для развития инноваций – высоком образовательном уровне, мощных научных школах мирового уровня, предрасположенности русского ума к изобретательству – построить инновационную цепочку у нас не получается. И помехой тому часто являются наши законы, которые препятствуют развитию малого бизнеса, основы инновационной системы.

Нет сейчас слова более модного, чем «инновации». Во всех ведомствах наперебой проводятся ярмарки инноваций. Термин «инновационная экономика» затмил прежде первостатейную «экономику знаний», что, в принципе, одно и то же. Общим местом стало то, что без инноваций страна не выберется из сырьевой ямы. Пока грустная картина: самые популярные статьи экспорта из России – природные ресурсы и люди, обремененные знаниями. Экспорт последних называется очень обидно – утечка мозгов. Показательно, что поскольку в сырьевое производство не надо вкладывать ничего нового, инновационно активных предприятий в этом секторе всего 2–3 % – меньше, чем в любом другом. В пищепроме, к примеру, – 34 %, в связи – 30 %.

Инновации России побоку, ими занимается менее 10 % предприятий, в США – 65–70 %. Оборудование в российской промышленности настолько старое, что специалисты в один голос предрекают системные аварии и кризисы. А ведь дело доходное. Национальный научный фонд США на инновационную деятельность за 10 лет потратил 12 миллиардов долларов, а собрало государство в результате налогов в два раза больше. Но нашим научным институтам закон запрещает заниматься коммерческой деятельностью, что увеличивает пропасть между наукой и промышленностью, делает разговоры об инновациях пустым звуком. Из-за законов трудно заниматься инновациями и российским вузам, хотя на Западе именно университеты являются основным родником инновационных идей.

Цифры жестоки, мы не желаем ничего придумывать, внедрять, ломать голову. 65 % российских организаций расходуют на исследования менее 1 % оборота. Более 4 % расходуют лишь 15 % организаций. На Западе в порядке вещей, когда на Research & Development, по-нашему НИОКР, идет 20 % оборота. За 20 лет объемы продаж наукоемкого сектора в развитых странах росли в два раза быстрее, чем во всей обрабатывающей промышленности. Доля «хай-тека» в структуре мировой обрабатывающей промышленности выросла с 7 до 12 % и продолжает расти. Но Россия на рынке наукоемкой продукции сегодня уступает Тайваню и Сингапуру…

Надежда только на молодые умы, у них ценности другие. С этим бы и Макиавелли, специалист по справедливости, согласился. Он, к слову, считал, что в основе поступков человека лежит личный интерес, который проявляется чрезвычайно разнообразно, но имеет в основе преумножение своей собственности. Если посмотреть на то, как богатеют самые богатые страны, то инновации – самый надежный путь для преумножения личных богатств.

Кстати, самый богатый человек современности Билл Гейтс – типичный инноватор, который начал свой инновационный путь едва ли не школьником.

МИЛЛИОНЕР НА СЛОНЕ.

«По улицам слона водили – так за слоном толпы зевак ходили», – описывал общее изумление баснописец. Но любой слон меркнет перед оскароносным фильмом «Миллионер из трущоб». Художественные достоинства и мелодраматические всхлипы – на любителя, но миллион вопросов оставил индийский вариант игры «Кто хочет стать миллионером?» К слову, ведущий телешоу, очередной индийский Капур, в подметки не годится ни Диброву, ни Галкину, которые умеют преображаться, как Мефистофель при соблазнении невинной души.

Но главное – вопросы. Скажем прямо, с такими задачами в России было бы стыдно не то что викторину в пионерском лагере проводить, даже в курятник зайти. Глупейшие вопросы ставили в тупик не только Джамаля Малика, но и всю Индию, которая переживала за обаятельного ободранца, потому что он такой же, как все. Теперь очевидно, что самый верный способ русскому человеку стать миллионером – отправиться, как Афанасий Никитин, в Индию и взять главный приз, который просто валяется на дороге. Кстати, 20 миллионов рупий – это 14 миллионов рублей, что почти в пять раз больше, чем получают наши эрудиты за непосильные даже для академиков испытания.

Мальчик из трущоб стал миллионером, но после счастливой раздачи слонов остается недоумение. Почему мы в России, такие умные и эрудированные, ничего не можем произвести и живем за счет дармовых природных богатств, а индийцы, которые, по нашим меркам, сплошь лапти и чайники, напридумывали столько важных ноу-хау, что выбились в лидеры мирового рынка высоких технологий? Нет, конечно, индийцев глупыми не назовешь. Наш школьник, покопавшись в памяти, перечислит достижения цивилизации, которые родились в Индии, – современные цифры, понятие нуля, десятичная система счисления, число π , таблица синусов, шахматы, выплавка стали, йога и, на это глаза стыдливо не закроешь, камасутра. После кино стало ясно, что индийский школьник взаимностью России не ответит и никаких наших достижений не припомнит.

В Индии образование хуже, чем в России, а производство и технологии развиваются гораздо быстрее. В России 75 % населения имеют высшее образование, в Индии – только 4,5 %. Однако необразованная Индия захватила мировой рынок в софтвере, аутсорсинге информационных технологий (65 %), а также в бизнес-аутсорсинге и инжиниринге (45 %). Россия располагает лучшей в мире математической школой, но программного обеспечения мы производим в 60 раз меньше Индии. Рынок информационных технологий в босоногой Индии в 10 раз больше наших доходов от торговли оружием, которым мы так гордимся. Наша фармацевтическая промышленность не подает признаков жизни, в Индии – развивается бурно, чему подтверждением российские аптеки. Примеров пруд пруди…

Может быть, для того чтобы построить устойчивую экономику, не надо быть шибко умным и поголовное высшее образование вовсе не обязательное условие, чтобы разумно управлять государством? Работать и дурак может, главное – руководить. Средний по стране уровень компетентности и образования значения не имеет. Страна, где никто не читал «Трех мушкетеров», может развиваться гораздо динамичнее страны, населенной кандидатами наук. Я слышал множество объяснений (я уже коллекционирую эти объяснения), почему Россия, где говорятся правильные и мудрые речи, ничего не производит, а если производит, то сама ужасается. Многие объяснения очень убедительны, что еще раз доказывает наше умение говорить, но ситуацию не меняет ни на грош. Может быть, слова – наша стихия, а великая русская литература – наш собственноручный Троянский конь?

Мы говорим об инновационной экономике, в Индии без болтовни ее построили. Каждый индиец, придумавший оригинальное ноу-хау, может получить тысячу долларов. Профинансированы сотни проектов для производства простых и полезных в хозяйстве вещей. Создано множество инновационных структур: Совет по технологическому развитию (с бюджетом в 1,5 миллиарда долларов), Программа развития и демонстрации технологий, Индийский фонд развития технологий, Индийская ассоциация венчурного инвестирования, Банк поддержки малого и среднего бизнеса, Национальный венчурный фонд программного обеспечения и информационных технологий (250 миллионов долларов), Фонд развития мелких и средних предприятий (более 1 миллиарда долларов). Размеры Российского фонда информационных и коммуникационных технологий и Российской венчурной компании – соответственно 53 и 600 миллионов долларов. В Индии каждый год совершаются сотни сделок прямого инвестирования в венчурные проекты объемом до 10 миллиардов долларов. По объему госсредств лидируют с огромным отрывом биомедицина и биотехнологии, далее – транспорт, инжиниринг, химия, сельское хозяйство. В образованной России в технологические проекты вкладывается около 100 миллионов долларов, а сделок проходит не более полусотни в год. Большинство индийских инновационных компаний базируется в 30 технопарках, в каждом работает до 15 тысяч человек. В России разговоры о технопарках как обещание Хрущева построить коммунизм. В 2010 году объем экспорта из Индии информационных и телекоммуникационных услуг, взятых, по существу, из воображения, достигнет четверти того, что Россия получает от продажи нефти и газа. Грустно…

Колумб не верил другим мореплавателям и до конца жизни считал, что открыл Индию, а не новый континент. Колумбу хотелось верить в Индию с несметными сокровищами. Фильм «Миллионер из трущоб» показался лично мне на редкость глупым, но он содержит одну нетривиальную и важную для нас истину: стать миллионером можно, ни черта не зная. Надо только разумно управлять жизнью и не отступать от цели.

БУЛАТ И БОМБА.

В сказках русские богатыри пачками уничтожали басурманов чудо-оружием, сделанным из булата. Интуитивно мы понимаем, что булат – это сталь, и, видимо, хорошего качества. Булат – самое древнее русское ноу-хау в области высоких технологий, правда, с восточными корнями. Ирония в том, что наше первое ноу-хау на пыльных тропах истории утеряно и всякие хазары булата могут не бояться. Впрочем, у России есть атомная бомба. Наша страна никогда ядерное оружие не применяла, а с 1990 года, когда на Новой Земле был сделан прощальный взрыв небольшой мощности, вовсе прекратила испытания. Я играю с огнем, но все же попытаюсь доказать, что затянувшийся мораторий вреден и работает против своей главной идеи – поддерживать на планете мир.

Наш мораторий был односторонним и напоминал Брестский мир 1918 года с его диковинным лозунгом «Ни мира, ни войны, а армию распустить», хотя во всем остальном Троцкий и Горбачев были антиподами. Пока делегаты Первого Съезда народных депутатов (в основном – из Прибалтики и Закавказья) разоблачали наших ядерщиков, посмевших провести подземное испытание, которое, кстати, экологически оказалось безупречным, прочие участники ядерного клуба продолжали совершенствовать свое оружие. США в 1990 году провели девять испытаний, Франция – шесть. Китай взрывал атомные бомбы до 1994 года, потом бомбой обзавелись еще Индия и Пакистан, а теперь ею пугает мир и Северная Корея. В одном шаге от бомбы остановились Израиль и ЮАР, а Иран, как считают эксперты, водит мир за нос и чадит в секретных лабораториях.

Оглядываясь на историю, мы склонны считать Атомный проект нашей самой удачной научной программой за несколько последних десятилетий. Космический проект, к слову, можно рассматривать как продолжение Атомного. Но не придвигается ли угроза того, что русская атомная бомба повторит судьбу русского булата, дамасской стали и шотландского верескового меда? Любой слесарь скажет: чтобы техника работала, ее надо испытывать. Если техника обслуживается в гараже, нет гарантии, что она сработает в поле. Но вот уже почти 20 лет в ядерных ангарах лежат тысячи боевых зарядов – испытываются все системы, только не самая главная, ради которой все и задумано.

Мало того, создаются и ставятся на вооружение новые ядерные заряды – тоже без ядерных испытаний. Такого в истории вооружений никогда не было. Некоторые специалисты говорят, что математические модели достигли такого совершенства, что испытания не нужны. Чтобы проверить это суждение и поверить ему, надо испытать бомбу, рассчитанную по чудесным моделям. Этого, однако, не сделано, хотя критерием истины является практика, а главным признаком научности – повторяемость результата в эксперименте. История техники полна примерами, когда математическая модель оказывалась ошибочной. Если такое случится с атомной бомбой, это будет хуже Хиросимы.

Ядерное оружие – это хитрая диалектика и лучшая иллюстрация тезиса Гегеля о единстве и борьбе противоположностей. С одной стороны, атомная бомба – самый надежный способ массового убийства людей. С другой, это самый дешевый способ предотвратить войну. Но для того чтобы этот способ работал, атомную бомбу надо хотя бы изредка, хоть раз в год испытывать. Без эксперимента физика превращается в ботанику. К тому же за 20 лет моратория почти полностью ушло поколение специалистов, которое владеет технологией ядерных испытаний. В итоге прекраснодушной борьбы за мир мы подходим к опасной черте, когда можем оказаться бессильными не только перед новым неприятелем, но и перед собственным ядерным арсеналом.

Еще один довод – без испытаний мы потеряем наш последний ядерный полигон на Новой Земле. Его инфраструктура из-за долгого моратория сокращена до предела, а безъядерные испытания по газодинамической схеме проводятся в штольнях за сотни километров от поселка Белушья Губа, столицы полигона. По существу, Белушья Губа с гарнизоном находится в законсервированном виде, но любые консервы имеют срок годности. Либо Белушью Губу надо закрывать, либо возобновлять жестко квотированные подземные испытания ограниченной до 150 килотонн мощности, как условились СССР и США в 1974 году.

После долгих разговоров о модернизации армии ее реформа вдруг началась. Но для того, чтобы реформа пошла, пришлось год назад увидеть армию в действии. Это тоже было испытанием.

ЦУГЦВАНГ В КЛУБЕ ЧЕТЫРЕХ КОНЕЙ.

Мир рухнул – и произошло это в голландском городе Вейк-ан-Зее. В этом городе игрался крупнейший шахматный турнир, который проводится уже 70 лет. Не знаю, кто победил, – не важно. Не знаю даже точно, кто склонялся над шахматной доской. В данном случае важнее, кого за ней не было. Впервые за всю историю в Вейк-ан-Зее не попал ни один шахматист из нашей страны. Рейтингом не вышли.

Когда мы говорили, что русские сильнее всех в хоккее, балете и в космосе, мы щадили остальной мир, недоговаривали правду. Потому что шайбу с нами можно было иногда на равных гонять, в космосе мы Луну все-таки отдали, балетные звезды предпочитали на пуантах ходить по чужим сценам. Но была область, куда иностранцы даже не совались. Речь о шахматах. Вся наша страна была Клубом четырех коней, мы строили Нью-Васюки, и чужеродность великого комбинатора нашим светлым идеалам подчеркивалась его смехотворной неспособностью разделить истинно национальную страсть. Много десятилетий мы никого и близко не подпускали к шахматному Олимпу – ни к мужскому, ни к женскому, ни к командному. Даже первым чемпионом мира среди шахматных программ стала советская «Каисса». Явление американца Бобби Фишера было слишком кратковременным и могло быть объяснено шальной гениальностью, что и подтвердилось его сумасбродной биографией.

Что было в характере советского человека и в особенностях советской жизни такого, что мы были приговорены лучше всех играть в шахматы? Наша сила была настолько чудовищна, что на клетчатом поле мы обставляли весь мир куда проще, чем бразильцы загоняют мяч в чужие ворота на футбольном поле. Игра-то не наша – индусы придумали. И веками никто в мастерстве с европейцами сравниться не мог. А как победила советская власть, мы вместе с идеей коммунизма узурпировали все шахматные дебюты и эндшпили. При этом наши шахматные чемпионы отнюдь не были последователями учения Маркса. Многие, вроде Алехина, Спасского, Гаты Камского, при удобном случае делали ноги на Запад.

Может быть, дело в том, что в СССР интеллектуальный труд пользовался значительной государственной поддержкой. Единственное условие – этот труд не должен был содержать намеков на очернение строя и злопыхательство. Шахматы были неимоверно безопаснее классово чуждой генетики и кибернетики. К тому же шахматы давали возможность подчеркнуть личностное, творческое преимущество нашего человека над человеком с Запада, где нас упрекали в зажиме личности. Какой зажим, если наши гроссмейстеры свободно, одной левой управляются с посланцами свободного мира? Шахматы служили зеркалом интеллектуальной мощи и внутренней свободы советского человека. И потому шахматы для СССР были стратегическим оружием, как атомная бомба и баллистическая ракета.

На компьютерном троне мы недолго сидели. Американцы сделали ставку на информационное общество и в шахматных компьютерах настолько ушли вперед, что однажды их агрегат Каспарова обыграл, отчего тот впал в ярость и обвинил программу в нечеловеческой хитрости. Если компьютер – порождение демократического общества, то нельзя исключить того, что именно после горького поражения от Deep Blue непобедимый чемпион стал уходить от шахмат в сторону возвеличивания демократических ценностей. Впрочем, обнаружилось, что комбинации на этом поприще расчетам не поддаются.

Год за годом мы уступали свои позиции. Непобедимые грузинки вместе с распадом СССР разучились считать ходы и отдали китаянкам женский трон. Когда рассеялись последние иллюзии общества равных возможностей, мы отдали командное превосходство. Началась чехарда на мужском престоле. Непонятно, кто сидит на троне – то ли узбек, то ли индус, то ли болгарин, то ли все-таки наш. В Клубе четырех коней смешались кони, люди…

Шахматы – незамутненное зеркало общего процесса. Уходит из нашего Отечества мода на умных людей, которые не особо нужны, когда живешь за нефтяным валом, как в крепости. Из интеллектуальной сферы во все щели утекают умы, наука получает гроши и особо не нужна, педагоги унижены, вклад высоких технологий в экономику несуразно мал. Чем дольше мы играем эту комбинацию, тем ближе мы к критическому положению, которое в шахматах называется цугцвангом.

В стране, где нет нобелевских лауреатов, не может быть шахматных чемпионов. Шах и мат.

ПАПА И ЗЕЛЕНЫЕ ЧЕЛОВЕЧКИ.

Число упоминаний в Интернете о кончине Папы Римского далеко превзошло все прочие события – цунами на Юго-Востоке, войну в Ираке, даже теракт 11 сентября. Иоанн Павел II стал самым технологичным папой. Ватикан обзавелся сайтом, ежедневно рассылал обращения через Интернет, назначил святого покровителя Сети. Папа побил все рекорды по использованию транспортных средств, священникам разрешили пользоваться техническими новшествами и мобильной связью. И все-таки, если спросить рядового человека, какой след оставила Церковь в истории, то первым делом будут названы процессы над Галилео Галилеем и Джордано Бруно. Живут ли по сей день противоречия между верой и разумом?

Церковь, уверены многие, всегда стояла на пути прогресса и всегда проигрывала. В Индексе запрещенных книг, введенном в 1571 году, значились Декарт и Спиноза, Гоббс и Юм, Гольбах и Гельвеций, Вольтер и Руссо, Лессинг и Прудон, множество знаменитых писателей и все великие энциклопедисты. Индекс издавался до 1948 года и был упразднен лишь в 1966 году. В 1864 году, когда мир стоял на пороге научно-технической революции, Папа выпустил один из самых позорных церковных документов Силлабус – перечень 80 главных заблуждений, в числе которых были названы свобода науки, социализм и рационализм…

Но бывали периоды, когда религиозное сознание влияло на формирование науки. Не случайно расцвет преобразующей мир техники пришелся на христианский мир. Начиная с XVI века снимается жесткое наложенное античным сознанием разделение между природным и искусственным, то есть тем, что создано человеком. Один из творцов классической механики Декарт доказывал, что вещи сконструированного мира ведут себя точно так же, как вещи реального мира. До законов природы можно доискаться, как до секрета часового механизма. Природа предстала как machina mundi – машина, созданная Творцом. Благодаря догмату о Богочеловеке, Земля и Небо, что было для Аристотеля кощунством, слились, их законы совпали.

Из всех наук более всего поссорила ученых и богословов астрономия. Смертельно поссорила. Лукавая усмешка истории в том, что сегодня астрономия более всего способствует сближению науки и религии. Ультрасовременная ее ветвь космология – наука о возникновении и строении мира – утверждает, что Вселенная возникла из сингулярности, то есть из бесконечно раскаленной точки бесконечно малого объема и бесконечно большой плотности. Эта теория называется Большим взрывом. Событие, как вычислено, произошло около 14 миллиардов лет назад. До этого момента времени не было. Большой взрыв признают и верующие астрономы, и атеисты. Сформулирована теория бельгийским священником, астрономом и президентом Папской академии наук Жоржем Леметром. Большой взрыв в деталях повторяет картину Сотворения мира, которая описана в Библии.

Папа Римский Иоанн Павел II говорил, что вера и разум суть два крыла, возносящие дух человеческий к истине. Это определяло отношение Папы, который мягко извинился за преследования Галилея и Дарвина, к науке. Папа не подвергал осуждению ни космологическую концепцию, ни эволюционную. (Найден выход: сотворение подверженной эволюции материи и сотворение души – разные творческие акты Господа). Папа считал, что религия не должна оспаривать открытия науки, наделенной специальными средствами.

Но ученые сами не могут использовать открытия, а религия подсказывает, как применить нажитые знания. Последний пример – клонирование.

Основатель квантовой механики Гейзенберг ехидно заметил, что Галилей не мог доказать вращение Земли вокруг Солнца и Церковь была права: поспешность науке вредит. И Джордано Бруно, положивший начало эпохе «зеленых человечков», тоже ничего доказать не мог. Некоторые ученые идут дальше: вот бы нынче боролись с лженаукой, как инквизиция с ведьмами и магами. Ученые теперь святее папы римского.

УЧЕНЫЕ-РАЗБОЙНИКИ.

Сообщения о том, что ученые занимаются криминальной деятельностью, нарастают с пугающей скоростью. Доктора наук вплоть до академиков продают секреты иностранцам, врачи торгуют органами, гуманитарии обкрадывают музеи, преподаватели берут взятки. Пусть некоторые обвинения кажутся высосанными из пальца, общая картина не меняется. Русская интеллигенция, которая была носительницей высшей духовности, все ближе смыкается с преступным миром. Кличка Доцент из советской киноклассики уже не кажется пародийной, попадает в яблочко.

Вопрос о взаимосвязи нравственности и знания волновал человека с тех пор, как были созданы первые этические системы и появились зачатки науки. Китайский мудрец Лао-Цзы выводил нравственность из свойств ума, накопившего знания. Мудрейший из мудрых Сократ считал, что зло есть результат незнания. В буддизме одной из трех главных драгоценностей является очищение ума, а одним из трех главных ядов – невежество. Гегель в диспуте с Кантом вывел единый идеал знания и нравственности. Высказывались и другие мнения. Мао Цзэдун учил: «Больше читаешь – умнее не станешь». Самой отсталой частью общества великий кормчий считал интеллигенцию, которую в ходе культурной революции и отправил в деревню на перевоспитание.

Имеется ли зависимость между собственно научной деятельностью и нравственностью? Когда преступление совершает, скажем, завмаг или кассир, мы не выражаем удивления. Ученые до последнего были на особом счету. Наука, рожденная в лоне христианской культуры, изначально требовала веры ученого в объективность и вечность законов Природы. Вера в познаваемость законов Бога предполагала веру в Бога. В XX столетии появились ученые-атеисты, но все, кто создавал современную науку, были глубоко верующими людьми – Галилей, Кеплер, Декарт, Паскаль, Ньютон, Лейбниц, Мендель, Пастер. Ученые всегда отличались повышенной взыскательностью лично к себе. Из фашистской Германии особенно велика была эмиграция ученых, хотя востребованность в их услугах была значительной. В блокадном и голодающем Ленинграде ученые сохранили генофонд семян, собранный Николаем Вавиловым…

Представить, что Ньютон обобрал Монетный двор, которым руководил, невозможно. Менделеев не мог брать взятки на экзаменах, а Попов ни за какие лиры не продал бы свое изобретение итальянцам. В современной России честный доцент воспринимается как нелепость и обуза, сметка докторов наук проявляется в поиске западного покупателя. Если раньше считалось, что интеллигент – это человек, соединяющий в себе знания и нравственность, то второе слагаемое сегодня отпало. Ученый, который перестает творить, уже не равняет себя с Богом и приходит к убеждению, что ему все можно. Интеллигенция мутировала и лишилась профессиональной этики, которой слагались восторженные оды.

Но считать, что вина за нравственный упадок лежит лишь на самой интеллигенции, было бы наивно. Когда-то Френсис Бэкон сказал замечательные слова: «Знания – сила». Нынче эта мудрость потеряла актуальность. Нам ближе другое изречение Бэкона: «Возможность украсть создает вора». Наука, образование, культура оказались на обочине внимания общества, бизнеса и государства, и единичные визиты лидеров в отдельные институты и музеи общей картины не меняют. Ученые не получают задания, они не востребованы.

Мы не обеспокоены созданием нового интеллектуального продукта, охраняется лишь старое добро, висят замки, стоят заборы. И почти неизбежно интеллектуальная элита, забывая о великих сражениях, превращается в подобие армии, обленившейся на постое, начинает мародерствовать. И ничего не изменится, пока общество не осознает, что создавать новое эффективнее, чем охранять старое.

Инвестиции в высокотехнологичный сектор в США составляют 17 миллиардов долларов, в России – 60 миллионов, причем только четверть имеет российское происхождение. Диспропорция чудовищная, глупая, недостойная. И результат неизбежен. Но если наука все ближе к криминалу, то может быть, преступники спасут науку? Такие случаи бывали. В «Тысяче и одной ночи» халиф Гарун аль-Рашид рыдал от умиления, слушая историю крупного ученого и раскаявшегося разбойника Ибн Фудейля. Неужели призовем ушкуйников к синхрофазотрону?

ДЕНЬ ОПАСНОГО ЧЕЛОВЕКА.

Президент России подписал указ об учреждении нового государственного праздника – Дня программиста, который будет отмечаться в сентябре. Иного быть не могло. Программисты давно пробивали себе праздник, а наш президент – поклонник Интернета, послания гражданам в электронных СМИ размещает, в блоггерах состоит. Праздник назначен на 256-й день календаря, это – профессиональная нумерология. 256 – количество чисел, которое можно выразить с помощью восьмиразрядного байта, а также максимальная степень числа 2, которая меньше 365. Видимо, эта туманная кабалистика радует загадочную душу программиста.

Кто такой программист? Он является интерфейсом между обычным человеком и электронным устройством. Чаще всего мы связываем программирование с компьютером, но этого мало. Любые электронные устройства прошли через руки программиста – мобильный телефон и микроволновка, автомобиль и самолет, стиральная машина и пульт телевизора, сам телевизор и какой-нибудь вибратор. О сложных промышленных системах нечего и говорить. Невозможно назвать другую профессию, которая проникла бы во все сферы нашей жизни. Без электроники современный человек обнуляется, становится нелепым, из дому его лучше не выпускать.

Программисты правят миром, но мир спасает то, что программисты этого не понимают и робко претендуют только на профессиональный праздник. Чем дольше это продлится, тем лучше для общества. Ни в коем случае нельзя открывать программистам глаза на их возможности, а праздником пусть успокоятся, как пенсионер повышением пенсии. Великое благо для цивилизации, что программисты не додумались до политических партий и профессиональных союзов. Пока они совершенно безобидны и чудаковаты: любимый напиток – пиво, любимая еда – консервы, девушек находят на сайтах и дарят им брелоки из микросхем.

Но вечно это продолжаться не может. Очень скоро программисты вытеснят вэдэвешников из фонтанов, начнут драться с милицией, а на праздничные концерты в сентябре будет выстраиваться шоу-очередь во главе с Киркоровым, «Любэ» и Газмановым. Со временем все юзеры перейдут на язык программистов, будут сыпать непонятными терминами вроде «хабрахабр» и «бутлег», а далее перейдут на pwnz, w00t, cuz, dunno, j00, stfu. Новый язык – новая цивилизация, лично мне программисты и сейчас кажутся загадочнее, чем марсиане…

В потоках ликования надо сказать правду: программист – для человечества потенциально самая опасная профессия. Пока разрозненные хакеры выращивают гнусных червей и запускают их в компьютерные системы. Но в будущем программисты способны породить такого солитера, который поработит самого человека. Несколько крупнейших компьютерных компаний на полных парах разрабатывают искусственный интеллект. Поставлена задача создать машину, которая будет обладать свойством саморазвития и самоусиления. Нет ничего невозможного – объем памяти человека составляет всего 2,5 гигабайта. Задача может быть выполнена быстро, в шахматах человек компьютеру уже не соперник, хотя великий Ботвинник в это не верил. Во второй половине XIX века в Англии наотрез отказывались рассматривать проекты летательных машин тяжелее воздуха. Но появились мощные моторы и теория аэродинамики крыла – и самолеты взмыли в воздух. Нанотехнологии прорыв обеспечат, мотор и мозги для искусственного интеллекта не за горами.

Итак, усилия программистов объективно направлены на то, чтобы роль отдельного человека в обществе снижалась. Основатель Sun Microsystems Билл Джой прямо писал, что человек в будущем станет ненужным. Уже сейчас актеры испытывают ужас – анимированные копии играют лучше человека. Жалкий интеллект человека неизбежно обесценится, власть захватит искусственный разум. Можно бы высказать надежду, что последней умрет древнейшая профессия, но мы еще не знаем, до каких ловкостей дойдут роботы…

Удастся ли создать безопасную программу? Создатель кибернетики Норберт Винер считал, что это в принципе невозможно. Искусственный интеллект, почувствовав предел для своей экспансии, первым делом должен уничтожить тех, кто способен его отключить – самих программистов. Выходит, эти люди себе же копают яму.

До таких сюжетов еще далеко. А пока самый короткий тост: Enter!

«ЖИГУЛИ» И НИЖНЕЕ БЕЛЬЕ.

Радио и телевидение придумали русские ученые. Нонсенс в том, что более враждебных науке радио и телевидения, чем в России, в мире не сыскать. Если бы Попов и Зворыкин проведали о последствиях, они изобрели бы такую лампочку, чтобы радио и телевидение стали в принципе невозможными. К слову, мудрый академик Николай Доллежаль, когда перешагнул столетний рубеж, пришел к выводу, что самое страшное изобретение в истории человечества – радио и телевидение.

Моему приятелю предложили вести на радио научно-популярную передачу. Подобных программ во всем эфире нет, но оказалось, что рейтинг у передачи никудышный. Главный редактор, человек прогрессивных убеждений, скрепя сердце принял решение переформатировать передачу на парапсихологию, которая у публики идет нарасхват, как пирожки на вокзале.

Сколько бы мы ни говорили об «экономике знаний», сколько бы с высоких трибун ни призывали к инновационной экономике, серьезная наука обществу в тягость, а высокие технологии обременительны, поскольку заставляют работать в напряжении. Давно мы ничего не создаем, о конкуренции забыли, и чуть не последней нашей инновацией была незабвенная «авоська», а достижением – орбитальный «Мир», который по широте души мы затопили в океане.

50 лет назад французские актеры Жерар Филипп и Ив Монтан покупали в СССР нижнее женское белье, а потом устраивали на Западе выставки, которые пользовались бешеным успехом. Сейчас ажиотаж вызвал бы шоу-показ наших автомобилей. «Жигули» и «Волги» – как советское нижнее белье. Хотя когда-то были вполне на мировом уровне. Помнится, Горбачев в запальчивых речах сеял иллюзию: страна вскорости станет законодательницей мировой автомобильной моды. И автопром отказа ни в чем не знал: директор АвтоВАЗа получил кресло первого вице-премьера, денег в отрасль вбухали немерено. Но проваливаемся все глубже. Можно без всякого Большого коллайдера феномен черной дыры изучать. Сейчас решено автопрому еще десятки миллиардов подарить. Но любой автомеханик скажет, что толку не будет. Кстати, секрет «посильнее» загадок сфинкса: почему наши умельцы могут восстановить любую загубленную тачку и восхитить навороченным тюнингом, но десятилетиями всей страной мы не в состоянии построить пристойный автомобиль? Тем временем хорошие машины научились делать даже в тех странах, где, как мы считаем, звезд с неба не хватают. Если кухарка могла государством управлять, то не поставить ли толкового автомеханика на отрасль?

На автопроме свет клином не сошелся. Гужевые и моторные повозки – исторически наше слабое место, до Октябрьского переворота каретных дел мастера выписывались из-за границы. Но наша сила в теории, и мы твердо верим в аксиому: в России живут жутко умные математики. Компьютеров, правда, не делаем. Но можем сочинять самые сложные программы. Между тем производство программного обеспечения – жалкие 0,2 % российского ВВП. В США – 3,3 %, в Израиле – 4 %, в босоногой Индии – 6 %. Разговоры об офшорном программировании в России родились одновременно с автомобильными миражами, но математики по-прежнему рвут из страны. Наши технопарки в состоянии анабиоза, но в интеллектуально заурядном, как мы высокомерно считаем, Китае почему-то плодятся и процветают.

В 1990 году в реестре высоких технологий мы поддерживали мировой уровень в трех отраслях: в ракетно-космической, атомной и в спецметаллургии. К 2008 году, обзаведясь тьмой олигархов, мы отступили по всему фронту, приподнявшись только в пищепроме и телекоммуникациях, хотя до лидерства им, как до луны. Впереди по-прежнему верная упряжка – атомпром и космос (96 и 87 % мирового технологического уровня). Вкладывает Россия в высокие технологии в два раза больше Канады, но прибыль получает в десять раз меньше.

Можно еще сто лет кричать о необыкновенной русской сметке, но канцелярскую скрепку покупать за границей. Можно посыпать голову пеплом и обреченно рассуждать о генетическом обнищании народа. Но надо пробиваться. Надо приглашать западных профессоров, чтобы учили новым технологиям, даже если они пока у нас не применяются. Покупать и осваивать эти технологии. На заимствованной основе, чего не стыдились великие Королев и Курчатов, создавать свои технологии. Мы хотя бы в будущем хотим жить хорошо. Лучший способ добиться цели – изобрести это будущее.

НАДОЕЛО ТОПТАТЬСЯ.

В конце года каждый человек подводит итоги. Об итогах я пока не думал, но подсчитал, что в этом году уезжал из дому семнадцать раз. Мне несказанно повезло: изъездил страну от Белого моря до Черного. Побывал в засекреченных Железногорске и Сарове, жил на атомном ледоколе, любовался Казанью, красотой затмившую Эмираты, был в нефтяном Ханты-Мансийске, ходил по рухнувшей Саяно-Шушенской ГЭС, добрался до ядерного полигона на Новой Земле и до взятой под опеку Абхазии, заезжал в старые города Ярославль, Владимир, Тамбов, Воронеж и бросал монетку в великие реки Волгу, Дон, Енисей, Иртыш… Кто-то ездил по России больше моего, видел дальше, слышал больше. Но и у меня в результате командировочных вояжей, так мне кажется, есть право представить общий портрет моей страны и разобраться в том, что ее беспокоит и чем она дышит.

Столичные экономисты судят о мировом кризисе, не обошедшем стороной Россию. Ни разу ни в одном городе не слышал я сетований по поводу кризиса, хотя ликований по поводу экономического процветания тоже не заметил. Впечатление, что наши неизбывные проблемы гораздо более жестоки, чем общемировой финансовый кризис, который, как плохая погода, когда-нибудь пройдет. О вечных вопросах говорят директора институтов, капитаны кораблей, офицеры, бизнесмены, учителя, рабочие и просто случайные и самые откровенные собеседники. Самые больные проблемы таковы: преступность, бытовая неустроенность, взяточничество на всех этажах, нищенские пенсии, оскорбительный уровень здравоохранения. Жалоб на заработки не слышно, и кажется, что у постсоветских людей сформировалось отчетливое понимание того, что в деятельном возрасте за свои доходы они сами в ответе. Зато всеобщее раздражение вызывает бесконтрольный разгул чиновников, которые жизнь кладут на то, так кажется гражданам, чтобы люди лоб себе расшибли, но не сумели жить достойно. К чиновникам относят спецслужбы, которые набрасывают секретность на каждый гвоздик, что мешает экономике, но помогает раздувать собственные штаты и амбиции. Люди постарше вспоминают, что такого чиновничьего шабаша не было при коммунистах любой закваски – от Сталина до Брежнева.

О политике наши люди говорить избегают, стерегутся и отмахиваются, считая, что политика придумана, чтобы дурачить простых людей. Имена политиков, за редким исключением, людям неизвестны, и все партии вызывают опасливое недоверие. Либералов откровенно не любят за провальные реформы, развал промышленности, воровство олигархов и обманутые надежды. Коммунистов же презирают за слабость и имитацию борьбы, что, так думают люди, является предательством большевистских корней. Впрочем, очарования Лениным никто уже не обнаруживает.

Единственная политическая тема, которая поднимает споры, – это Сталин. Не надо думать, что русская провинция вздыхает по крепкой руке вождя народов. Чаще приходится встречать осуждение, а достижения той эпохи меркнут в глазах людей перед преступлениями. В сибирском городке старый учитель, когда зашел разговор о том, что Сталин был эффективным менеджером, вспомнил, что еще до войны этот менеджер отменил бесплатное образование в школах и вузах, которое вернули лишь после его смерти. Суждения о том, что наш народ слепо живет мифами, сами являются мифом. Народ помнит факты, а мифами подпитывается любое общество.

Общая и саднящая боль – распад СССР. Что бы ни говорили умные политологи о неизбежности и целительности распада, наш народ не верит этим толкованиям. Больше всего тоски – по Украине, отделение которой воспринимается как ампутация руки. На всех меридианах и широтах приходится слышать одно: раздел великой страны придумали политики, которые жадно рвались к власти, а людям эти суверенитеты поперек горла и во вред. Любой политик, причастный к умерщвлению СССР, прощению не подлежит. В этой связи любопытно отношение к ГКЧП, который сравнивают с декабристами. Выкатили орудия, а дальше смелости не хватило. Отношение к ГКЧП сродни ироничному взгляду на нынешних коммунистов, которые на мужской поступок не способны.

Уместно спросить: есть ли у русских людей объединяющая государственная забота? Или они пребывают в апатии, сонно подрагивая веками лишь в ходе исторических разоблачений? Вывелись у нас созидатели и остались только ворчуны? По моим наблюдениям, общая забота у наших людей имеется. Людям надоело уныние, они жаждут двигаться вперед, но цели не видят. У людей просто руки чешутся от желания не латать дыры, а участвовать в крупных проектах, создавать новые уникальные, как в прежние времена, города, заводы и машины. Главное отличие ушедшей эпохи от нынешней люди видят в том, что раньше было плохо, но шли вперед, а сейчас топчемся на месте и еще взятки за это топтание даем.

Кто больше всего поразил? Учитель физики Николаев из села Бураково в Татарстане. В далекую школу 30 лет нового оборудования не привозили. Учитель, собирая рухлядь, что в городах выбрасывают на помойку, ставит опыты, которым позавидовали бы Леонардо с Галилеем. Благодаря таким людям, как учитель Николаев, понимаешь, что жаловаться на жизнь стыдно. Лучше ее делать.