Что такое Африка.

Африка всегда преподносит что-нибудь новое. Плиний, I в. н. э.

Когда рукопись нашей книги была уже закончена, мы осмелились предложить её для прочтения нескольким знакомым, не испорченным профессиональными знаниями об Африке. Среди них оказалась и Маша, в недавнем прошлом студентка одного из московских вузов, а ныне растущий менеджер одного из рекламных агентств. Маша однажды отдыхала в Египте, где завязала знакомство с чернокожим официантом, так что Африкой её было не удивить. Пролистав наш солидный труд и задержавшись глазами на наиболее крупных изображениях в тексте, она с интересом осмотрела варианты обложки, со знанием дела взвесила рукопись на руке и спросила:

– Ну а где здесь самое интересное?

Поразмыслив несколько минут над реакцией Маши, нашего самого верного читателя, мы выбросили книгу в корзину и написали другую. Теперь Маша может быть совершенно спокойна: в ней содержится только самое интересное.

Так уж случилось, что в России издавалось хронически мало обзорных книг об Африке. Первые из них были переводными научными трудами о географии и природных богатствах континента, такие как книги немца Ф. Гана «Африка» (1903) и американца У. Фицджеральда «Африка» (1947). Они были написаны в русле расового подхода, который проповедовал, что африканцы – люди чернокожие, а потому экзотичные и примитивные в равной степени. Этот подход формировал изучение Африки того времени, но у современного нам читателя многие пассажи тогдашних книг вызывают то ли ужас, то ли улыбку. Удивительно, например, что в Советском Союзе, где любые проявления расизма искренне порицались, была без купюр опубликована книга Фицджеральда, содержавшая такие высказывания:

«НАРОД ЙОРУБА ОБЛАДАЕТ БОЛЕЕ ВЫСОКИМИ УМСТВЕННЫМИ СПОСОБНОСТЯМИ, ЧЕМ БОЛЬШАЯ ЧАСТЬ ИХ РАСЫ», «ПРИМИТИВНЫЕ ИДЕИ И ТУЗЕМНАЯ ФИЛОСОФИЯ УЖИВАЮТСЯ В НИХ С ПОДРАЖАНИЕМ ЕВРОПЕЙЦАМ В МАНЕРАХ И ПОВЕДЕНИИ», «ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ НЕИЗБЕЖНЫМ, ЧТО БЕСКОНЕЧНО БОЛЕЕ СЛАБАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ НЕГРА ДОЛЖНА В КОНЦЕ КОНЦОВ ИСЧЕЗНУТЬ».

Первое отечественное академическое издание об Африке – «Народы Африки» – вышло в свет в серии «Народы мира» в 1954 г. Позже изучение Африки достигло в СССР и современной России больших высот, однако для африканистики, как и для российской науки в целом, характерна определённая закрытость от массового читателя: к сожалению, большинство научных книг и статей, написанных отечественными учёными-африканистами, в том числе и авторами этих строк, предназначены только нашим коллегам в соседних кабинетах. Для широкого же читателя пишут не учёные, а в основном самоучки-энтузиасты и романисты. На этом краю литературного спектра – многочисленные новеллы об Африке, большинство из которых повествует о нелёгкой судьбе белой женщины, жертвующей благами европейской цивилизации ради любви к негигиеничному, но свободолюбивому воину народа масаи.

Из школьных и университетских учебников многие из нас узнавали понемногу об истории, искусстве, народах Африки, но для нас они оставались далёкими, неживыми. В то время как на Западе в свет выходят многочисленные весьма информативные книги об африканской культуре, истории, языках, экономике и политике, ориентированные на широкую читающую общественность, в России жанр качественной научно-популярной африканистики остаётся неразвитым. В поисках такой литературы читатель чаще наталкивается на плохо изданные любительские произведения, содержащие массу ошибок и изобилующие такими пассажами, как, например, этот отрывок из книги С. Каюмова «Разоблачённая Африка», описывающий изображение первого фараона Египта:

«БОРОДАТЫЙ ЦАРЬ НЕПРАВДОПОДОБНО ВЫСОКОГО РОСТА (РАЗА В ДВА ВЫШЕ ОКРУЖАЮЩИХ), В КАКОМ-ТО СТРАННОМ КОЛПАКЕ В ВИДЕ БУТЫЛКИ С ПОМПОНЧИКОМ (ЕГИПТОЛОГИ ПОЯСНЯЮТ, ЧТО ЭТО КОРОНА), ПОПИРАЕТ НОГАМИ ДВУХ ГОЛЫХ МУЖИКОВ (ПЛЕННИКОВ) И ЗАНОСИТ НАД ГОЛОВОЙ ЧТО-ТО ВРОДЕ ГРАНАТЫ С ДЛИННОЙ РУЧКОЙ (ГОВОРЯТ, ЖЕЗЛ), СОБИРАЯСЬ, ПОХОЖЕ, ОГЛУШИТЬ ТРЕТЬЕГО СОБУТЫЛЬНИКА И ДЛЯ УДОБСТВА УХВАТИВ ЕГО ЗА ВОЛОСЫ. ТОТ ЖЕ ГРУСТНО СМОТРИТ НАРМЕРУ В ОБЛАСТЬ… Н-ДА… НУ, СКАЖЕМ, В СЕРЕДИНУ ТЕЛА».

В попытке найти хрупкий баланс между наукой и популярностью мы, как учёные, безоговорочно придерживаемся интересов науки. Это будет научная книга. Но совсем не такая, как наши диссертации. В интересах широкой аудитории, в том числе и нашей подруги Маши, факты и сведения отобраны нами таким образом, чтобы не утомлять нашего читателя излишними деталями и сложным наукообразным языком. Мы попробуем рассказать вам о том, как интересна работа учёного-африканиста, какими проблемами он занят с утра и до самого вечера каждый рабочий день, что уже известно ему из открытий последнего времени и что ещё предстоит открыть.

Ведь мы вовсе не стремились написать «что-нибудь обо всём» – для этого существуют энциклопедии. В этой книге у нас другая цель: заинтересовать читателя Африкой. Мы пишем книгу, которую можно прочесть за несколько дней, получив представление о наиболее интересном, что может предложить Африка, сделав её для себя ближе, доступнее, нагляднее. Мы будем строго следовать достижениям научной африканистики, но постараемся сделать так, чтобы по количеству описанных в нашей книге чудес и удивительных фактов она могла тягаться с самыми захватывающими художественными романами, которые не хочется выпускать из рук. И очень надеемся, что ещё раньше, чем вы перевернёте последнюю страницу этой книги, вы бесповоротно решите посетить Африку – впервые или вновь.

Ещё одна задача, стоящая перед нами, по-настоящему просветительская. Мы хотели бы развеять мифы и клише, существующие среди нас, об Африке как о смертельно опасном континенте. Во многих из нас живёт представление, бытовавшее в Европе ещё в Средние века. В сознании людей того времени Африку населяли кровожадные племена со странными лицами и телами, не отказывающие себе в поедании людей. Едва спасшись от них, человек неминуемо попадал в лапы диких зверей, поджидающих свою жертву за каждым баобабом, ядовитых змей и несущих смерть насекомых. Африка обрушивалась на человека самыми экзотическими недугами, от которых не спасала современная медицина, а на экваторе, как считали ещё всего столетие назад, невозможно находиться из-за нестерпимой жары, сжигающей человека заживо.

Несмотря на то что Чёрный континент ежегодно посещают более 2 млн россиян, лишь малая доля процента их решается выглянуть за пределы египетских и тунисских курортов. Африка привлекательна, как аппетитный экзотический фрукт: он ароматен, его хочется попробовать, но не ядовит ли он?

Даже в ХХI в. многие из этих мифов продолжают существовать среди нас, в том числе в телерепортажах и новостях. Но мы прошли Африку вдоль и поперёк. Мы пересекали пустыню и пробирались через джунгли, пили воду из ручьёв, ели руками маниок из деревенского котла – и остались живы и здоровы, разве что тропический загар никак не смывается. А значит, мифы можно и нужно разоблачить, чтобы истина об удивительном мире Африки открылась не только наиболее бесстрашным из наших соотечественников, но и каждому любознательному россиянину.

Для нас важно не мифологизировать науку африканистику – то, что часто делают сегодня специалисты по исследованию потусторонних миров и инопланетных цивилизаций. Наука африканистика весьма молода, и обилие загадок порождает такое же обилие гипотез их разрешения. Многие неясности в африканской истории, культуре, мифологии и религии теперь объясняют влиянием инопланетных пришельцев или высшего разума, недоступного белому человеку, а колдовство и магия африканских жрецов вызывают у многих такой же ужас, какой четыре века назад вызывали у европейцев их доморощенные ведьмы. Но в этой книге мы не станем транслировать сверхъестественные гипотезы и сенсации вроде межпланетной энергетики египетских пирамид или летающих людей на гвинейском плато. Африка удивительна и без них. Как и всё непознанное, кому-то она предоставляет простор для самой буйной фантазии, а нам – лишь для научного изучения. Да, загадок в Африке осталось ещё много, и на многие вопросы наука пока ещё бессильна ответить. Но не стоит додумывать реальность, когда её можно просто исследовать поглубже.

Мы старательно пытались уйти от идеализации или упрощения Африки, характерных для многих художественных и публицистических книг. Ранние авторы смотрели на Африку сверху вниз, упорно называя её народы «племенами», а культуру и религию – «примитивными». Ещё сто лет назад Африка в глазах большинства учёных и обывателей по определению не могла иметь ни цивилизации, ни культуры. На смену этим взглядам, характерным для периода колониализма, пришёл противоположный взгляд – «сквозь розовые очки»: сегодня многие западные авторы склонны восторгаться естественностью и непосредственностью быта африканцев, единением человека с природой, видеть в африканских обществах модель для «возвращения к истокам» от испортившей человека западной цивилизации. С нашей точки зрения, в основе обоих этих подходов лежит расизм, и нам с ним не по пути.

Кроме того, Африку принято обобщать, вести разговоры об «африканской религии» или «африканской культуре». За этими понятиями скрывается удивительное разнообразие, которое подчас отличает даже соседние народы, городки или деревни. Быть может, издалека Африка кажется однородной, но под пристальным взглядом она расцветает тысячей цветов. Мы старались показать Чёрный континент таким, какой он есть на самом деле: разноцветным. В нашей книге Африка будет доброй и жестокой, мудрой и наивной, поучительной и трагичной. И во всех случаях неизменно разнообразной и интересной.

Но, собственно, кому из наших читателей и чем может быть интересна Африка? Этот вопрос нам приходится слышать довольно часто, и не только от нашей подруги Маши.

Во все века Чёрный континент манил путешественников. Сюда ехали люди, не мыслившие жизни без приключений. Они мечтали пересечь Сахару, найти истоки Нила, загадочный город Тимбукту или копи царя Соломона. Среди них были и русские, о многих из них наши соотечественники почти ничего не знают, и о них мы тоже обязательно расскажем. Однако и спустя столетия после российских первопроходцев туристов из нашей страны на континенте совсем мало. В основном потому, что, кроме курортов Красного моря и сафари в саваннах Кении и ЮАР, нашим соотечественникам Африка остаётся неизвестной. На полках туристических путеводителей в книжных магазинах она занимает до обидного мало места. В этой книге мы попробуем проложить новые маршруты, доступные не только состоятельным экстремалам, но и туристам, привыкшим к комфортному отдыху даже в палатке.

Мы также будем рады, если книга поможет кому-то из читателей сделать выбор в пользу научного изучения Африки. Уже несколько веков сюда отправляются учёные, увлечённые поисками следов первобытного человека, тайнами нильских пирамид, загадочной мифологией и самобытным искусством народов саванны и тропического леса. Многие из наших коллег-учёных «заболели» Африкой в студенческие годы или в зрелом возрасте, впервые посетив Чёрный континент и столкнувшись с одной из хранимых им тайн, наиболее загадочные из которых мы здесь с удовольствием обсудим.

В последние десятилетия Африка всё больше привлекает не только искателей экзотики, но и бизнесменов со всего мира. Быстрый рост населения, открытие многочисленных месторождений полезных ископаемых и освоение плодородных земель для выращивания ценных культур привели к тому, что в начале ХХI в. великие державы вновь начинают борьбу за Африку, на этот раз экономическую. Сюда инвестируют крупнейшие нефтяные и горнодобывающие концерны мира, ведущие банки и мобильные операторы, вступившие в соревнование за миллиард новых клиентов. США, европейские страны, арабские нефтяные монархии и Китай вкладывают миллиарды в экономику африканских стран. Во многом эти державы занимают освободившееся место СССР, лишь недавно одного из самых активных игроков в африканской политике. И хотя российские корпорации также всё больше осваиваются в Африке, специалистов, знающих континент и готовых здесь работать, им хронически не хватает. Российские интересы в Африке представлены весьма слабо прежде всего потому, что она остаётся для наших бизнесменов и менеджеров неизвестной планетой. Мы хотели бы надеяться, что эта книга поможет России вернуться в Африку, где нашу страну по-прежнему помнят и любят очень многие.

Впрочем, помимо путешественников, учёных и бизнесменов, нашим основным и самым любимым читателем останется Маша, она и её друзья, образованные и любознательные молодые люди, познающие мир и мечтающие расширить свой кругозор. Прочтите здесь о чудесах Африки и помните, что ещё совсем недавно мы сами были такими же, как вы, школьниками, студентами, молодыми специалистами, очарованными чудесами далёкого Чёрного континента, мечтавшими прикоснуться к его традициям и культурам. Наша мечта сбылась – пусть сбудется и ваша.

Мы разделили наше путешествие в Африку на несколько крупных глав, каждая из которых делится на множество коротких, удобных для чтения разделов. В главе «Природа» мы расскажем о природе, климате и животном мире континента. О том, например, что Сахара вовсе не состоит из песка и что ближайший родственник слона по внешнему виду больше напоминает хомяка. О самых вкусных африканских блюдах и способах их приготовления мы тоже расскажем здесь, ведь именно в Африке люди здороваются словами «Ты уже ел сегодня?».

Следом идут главы об истории народов и государств африканского континента. Перед нами пройдут парадом все тридцать династий египетских фараонов, строители глиняных мечетей Дженне и каменных крепостей Занзибара. Мы узнаем об истории работорговли и европейского завоевания Африки, а затем углубимся в комичные и трагичные одновременно проблемы современной истории независимых государств континента. Политика и экономика – науки для многих слегка скучноватые, но только не в Африке.

Самое интересное о народах, языках, культурах и религиях Африки мы приберегли под конец. Здесь мы расскажем о четырёх расовых типах и четырёх языках-предках жителей Африки, об удивительных формах письменности, изобретённых африканскими народами, и попытаемся раскрыть тайны секретных и жестовых языков – посмотрим, насколько нам это удастся. Поговорим о религии вуду, современных африканских колдунах и ведьмах, о тайных обществах Африки. Нас ждёт увлекательный поход в мир африканской литературы, мифологии, искусства и музыки, и мы примерим на себя заколдованные африканские маски.

И конечно, мы не могли не придать нашей книге аромата настоящего путеводителя. Лучшие из нестандартных маршрутов по Африке, неизвестные, а потому самые поразительные достопримечательности, избранные нами города и национальные парки – всё это мы попытались уместить в последней главе «Путешествия», после прочтения которой вам, обещаем, нестерпимо захочется немедленно приобрести авиабилет.

Мы свели к минимуму сноски на сотни научных и литературных источников, которыми нам пришлось воспользоваться при подготовке материала для книги. Но зато после каждой главы заинтересованный читатель найдёт названия и аннотации нескольких наших любимых, тщательно отобранных книг, с помощью которых можно будет продолжить знакомство с той или иной сферой изучения Африки.

Кроме того, в этой книге мы собрали целую коллекцию интересных цифр, цитат и особенно географических карт, без которых любой рассказ об Африке будет казаться пресным, как эфиопский хлеб энжера без острого соуса. Карты помогут не только понять удивительный мир природы, флоры и фауны Африки, но и расцветить яркими красками историю и культуру её народов.

Для удобства восприятия африканский континент обычно делят на крупные географические регионы, имеющие определённые общие черты исторического развития, климата и культуры населяющих их народов. В научной литературе таких регионов выделяется до двух десятков, но мы будем оперировать лишь несколькими наиболее известными географическими понятиями.

Легче всего их усвоить, представив себе карту Африки в виде головы самого крупного из её жителей. Тогда Северная Африка объединит всё, что лежит к северу от пустыни Сахара: это голова слона примерно до уровня его глаз. Сюда входят страны Средиземноморского побережья, такие как Марокко, Алжир, Тунис, Ливия (эти четыре страны ещё называют арабским термином Магриб – «закат») и Египет, а также Судан, лежащий к югу от Египта. Само слово «Судан» вносит в африканистику некоторую путаницу, потому что исторически этот регион (по-арабски Biladu s-Sudāni – «страна чёрных») охватывает огромную территорию к югу от Сахары, протянувшуюся от Атлантики до Красного моря. Чтобы отличить название региона от названия государства Судан, первый ещё часто называют Великим Суданом.

Благодаря огромному океану Сахары Северная Африка и географически, и исторически представляет собой особый регион, теснее связанный с Ближним Востоком, нежели с остальной частью континента. В науке и литературе закрепилась традиция, по которой Северную Африку принято изучать вместе с арабским Востоком, в то время как Африку южнее Сахары изучают отдельно, называя Тропической или Субсахарской Африкой.

Многие исследователи отмечали, что это разделение континента необоснованно, потому что во все времена Сахара не только разделяла, но и связывала средиземноморские и тропические районы. Мы решили написать об Африке как о едином целом и стремимся показать не только различия, но и сходства между её основными регионами.

Западной Африкой мы будем называть ухо нашего слона: огромную часть континента, омываемую водами Атлантического океана и его Гвинейского залива, а с севера ограниченную Сахарой. Сюда входит множество больших и малых стран, объединяемых бассейнами великих африканских рек: Нигера, Сенегала и Гамбии. В исторической литературе прибрежная часть Западной Африки называется Гвинеей – это название приняли сразу три государства региона (Республика Гвинея, Гвинея-Бисау и Экваториальная Гвинея).

Восточная Африка – это страны так называемого Африканского Рога, крупного полуострова, врезающегося, подобно слоновьему бивню, в Индийский океан, а также государства к югу от него, в том числе хорошо освоенные российскими туристами Кения и Танзания. Восточная Африка может похвастаться крупнейшими водоёмами на континенте – это Великие озёра Виктория, Танганьика, Альберт и другие.

Всё, что составляет хобот нашего географического слона, и есть Южная Африка, лежащая между двух океанов, к югу от экватора. Здесь находится одна из двух африканских стран с «географическим» названием – ЮАР. Вторая из них – Центрально-Африканская Республика (ЦАР) – расположена в последнем из наших крупных регионов континента. На карте Центральная Африка обозначена добродушной улыбкой нашего слона. Помимо ЦАР, к этому региону, впрочем, относят лишь несколько стран современной Африки: Чад, Южный Судан и Конго (государств с этим названием в Африке тоже два).

Время от времени мы будем упоминать отдельные государства современной политической карты Африки, вот почему эта карта дана в самом начале, чтобы быть всегда под рукой у читателя. А за ней, конечно, следует и карта физическая, на которой читатель легко сможет побродить по пустыням, рекам, озёрам и горным вершинам Африки, упоминаемым в тексте книги. Если вам удастся с первого раза отыскать на ней хотя бы Лимпопо, можете считать себя эрудитом – большинство россиян, уверяем вас, этого сделать пока не в силах.

Думается, рад будет читатель и цитатам из других источников, древних и современных, которыми мы густо приправили собственный текст. Эти яркие высказывания добавят нашим страницам немного аромата древнегреческого папируса, арабского манускрипта и средневековой европейской хроники, исследование которых и делает книгу об Африке самым интересным путешествием даже для такого взыскательного читателя, как наша подруга Маша.

В конце концов, как гласит мудрая пословица народа акан:

«Не следуй по тропинке. Идя там, где её нет, ты сам проложишь тропинку».

Природа.

На таинственном озере Чад. Посреди вековых баобабов. Вырезные фелуки стремят. На заре величавых арабов. По лесистым его берегам. И в горах, у зелёных подножий, Поклоняются страшным богам. Девы-жрицы с эбеновой кожей. Н. С. Гумилёв. Озеро Чад. 1907

Африка удивляет уже при первом взгляде на географическую карту.

Это удивительно гладко очерченный материк, логично скроенный и так не похожий на Евразию или Америку с их бесчисленными заливами и полуостровами. Может быть, потому, что Африка – старейший из всех континентов Земли и именно от неё оторвались в своё время более беспокойные дети: Америка и Евразия.

Длина Африки (7620 км) практически соответствует её ширине (7260 км). Береговая линия настолько ровная, что на весь континент приходится не больше дюжины добротных бухт для крупных океанских кораблей. Все остальные неровности будто отшлифованы природой, кроме Зелёного мыса, живописно выдающегося в Атлантику и указывающего строго на запад, да двух ярко выраженных полуостровов в Африке – Сомали (называемый также Африканским Рогом) в Индийском океане и Бон на Средиземноморье. А из заливов заслуживают упоминания только огромный Гвинейский и залив Сидра у берегов Ливии.

Крупных островов у побережья Африки тоже немного. На севере это тунисская Джерба, на западе – Канары, острова Зелёного мыса, Сан-Томе и Принсипи, а на востоке – Коморы и Сейшелы.

Занзибар и Пемба и, конечно, волшебный Мадагаскар, представляющий собой особый уникальный мир как в природном, так и в культурном плане.

Африка раскинулась по обе стороны экватора так, что по-настоящему холодно здесь не бывает. В отличие от Евразии и обеих Америк (не говоря уж об Антарктиде), которые не понаслышке знакомы с суровыми зимами, Африка, как самый жаркий на свете континент, наслаждается вечным летом. Может быть, поэтому здесь зародился человек и сохранились самые крупные животные в мире?

Однако на самом деле природа Африки разнообразна не меньше, чем на других континентах. Попробуем выяснить, что же делает её столь уникальной.

ХОДЯЧИЕ ПЕСКИ И ГОВОРЯЩИЕ КАМНИ.

Чтобы достичь оазиса, нужно пройти через море песка. Пословица туарегов Сахары

Африка гордо несёт своё звание самого горячего из континентов. Это ведь именно здесь, в пустыне Данакиль на севере Эфиопии, была зафиксирована самая высокая температура на Земле: +58,4 °C. Находящееся там селение Даллол признано самым жарким местом на планете – может быть, поэтому люди и покинули его, сейчас там не найдёшь ни души, кроме разве что туристов с термометрами.

САХАРА ПОРАЖАЕТ БОЛЬШИНСТВО ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ НЕ ПОЛУДЕННОЙ ЖАРОЙ, А НОЧНЫМ ХОЛОДОМ. ОГРОМНЫЕ ПЕРЕПАДЫ ТЕМПЕРАТУР ЗДЕСЬ НАБЛЮДАЮТСЯ КРУГЛЫЙ ГОД, НО ЗИМОЙ В НОЧНЫЕ ЧАСЫ ТЕМПЕРАТУРА ДОХОДИТ ДО –10 °C, ЧТО МОЖЕТ ОКАЗАТЬСЯ ПРИМЕРНО НА 60 ГРАДУСОВ НИЖЕ, ЧЕМ В ПОЛДЕНЬ.

Гигантские песчаные горы Сахары называют эрг.

Сам образ Африки для многих связан с пустыней – безбрежным морем песка и палящим солнцем. Да и самая известная на свете пустыня, конечно, является настоящим африканским брендом, ведь она занимает почти 35 % площади всего материка. Но то, что многие из нас знают об африканских пустынях – стереотипы, наполненные ошибками и предубеждениями.

Крупнейшие пустыни Африки.

САХАРА – крупнейшая в мире пустыня, по площади примерно равна Соединённым Штатам Америки. Она простирается от Красного моря на востоке до Атлантического океана на западе, от Средиземного моря на севере до зоны Сахеля на юге, проходя по территории более десятка государств. Она настолько велика, что внутри в её составе тоже выделяют несколько пустынь, в т. ч. Тенере, Большой Восточный Эрг, Большой Западный Эрг, Танезруфт, а также Аравийскую, Ливийскую и Нубийскую пустыни.

ЛЕГЕНДА ОБ ИСЧЕЗНОВЕНИИ АРМИИ ПЕРСИДСКОГО ЦАРЯ КАМБИЗА II В САХАРЕ ОПИСАНА У ГЕРОДОТА. ПО ЕГО СВИДЕТЕЛЬСТВУ, В 525 ГОДУ ДО Н.Э. КАМБИЗ НАПРАВИЛ АРМИЮ ИЗ 50 ТЫСЯЧ ВОИНОВ В ОАЗИС СИВА, ЧТОБЫ УНИЧТОЖИТЬ ХРАМ ОРАКУЛА БОГА АМОНА, ЖРЕЦЫ КОТОРОГО ОТКАЗЫВАЛИСЬ ПРИЗНАВАТЬ ВЛАСТЬ ПЕРСОВ НАД ЕГИПТОМ. ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ АРМИИ УДАЛОСЬ ДОБРАТЬСЯ ДО ОАЗИСА ХАРГА, ПОКИНУВ КОТОРЫЙ АРМИЯ БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗЛА В ПУСТЫНЕ ВО ВРЕМЯ СИЛЬНОЙ ПЕСЧАНОЙ БУРИ, ТАК И НЕ ДОЙДЯ ДО СИВЫ. В 2005 Г. ИТАЛЬЯНСКИЕ АРХЕОЛОГИ ОБНАРУЖИЛИ В САХАРЕ ОСТАНКИ ОГРОМНОЙ АРМИИ, ПОДТВЕРДИВ ТЕМ САМЫМ, ЧТО ВЕЛИКАЯ ПУСТЫНЯ СКРЫВАЕТ ЕЩЁ МНОГО ИСТОРИЧЕСКИХ ЗАГАДОК.

Вопреки расхожему представлению, лишь около 25 % территории Сахары покрыто песками. Ландшафт остальной части пустыни – каменистые холмы, засоленные почвы, заросли тамариска и молочая, редкие сезонные ручьи. Красные скалы и бело-жёлтые пески перемежаются с черными пятнами так называемого пустынного загара – железно-марганцевой пленки, покрывающей горные породы. В середине ХIХ в. немецкий естествоиспытатель и географ Александр фон Гумбольдт писал, что Сахара – величайшее песчаное море, которое простирается вплоть до Индии. Да и сегодня, когда пересекаешь великую пустыню на самолёте, в течение четырёх часов наблюдая чередования безжизненных пейзажей, кажется, что так было всегда. Но когда-то она выглядела совсем иначе.

Возраст Сахары достигает 2,5 млн лет, однако засушливые периоды её истории постоянно чередовались с периодами бурной влажности, когда на её территории цвели цветы и разгуливали тропические животные.

Чёрная пустыня в Мерзуге, западная часть Сахары.

Впервые об этом заговорили учёные после открытия знаменитой наскальной живописи в самом центре Сахары (подробнее см. в главе «Культура»). По этим изображениям, создаваемым в течение тысячелетий местными жителями, можно проследить, как менялись климат и животный мир великой пустыни. Прекрасно сохранившиеся рисунки свидетельствуют о том, что каких-нибудь 10 тыс. лет назад климат Сахары напоминал саванны или степи. На древних фресках изображены животные, которые водятся только там, где выпадают обильные дожди, а земля покрыта густой растительностью. Увековеченные во множестве быки могли обитать только на плодородных лугах, а для крокодилов и гиппопотамов нужны были реки и озера. Последние сахарские крокодилы ещё в середине прошлого столетия жили в небольших оазисах Алжира.

После исследований древних фресок великая пустыня предстала обширной, зелёной страной, кормившей жирафов и буйволов, слонов, страусов и антилоп. Носороги населяли густые пальмовые рощи, там же бродили львы. Среди них проживали и десятки народов, расселившихся по Сахаре для охоты, рыболовства, а затем и скотоводства. Видимо, именно на территории Сахары был одомашнен дикий бык, появились первые культурные растения. Люди перемещались как по суше, так и по широким рекам, русла которых обнаружены в пустыне.

Но этот последний цветущий период в жизни Сахары начал клониться к закату примерно 6 тыс. лет назад. Стремительное изменение климата привело к уменьшению осадков: в самых засушливых местах пустыни их выпадает сегодня 6 мм в год, а когда-то эта цифра превышала 300 мм. Уровень озёр стал понижаться, а реки – пересыхать. Некогда озеро Чад по своим размерам успешно соперничало с Каспийским морем, а сегодня многие из нас будут долго и безуспешно искать его на карте Африки. Муссонный ветер сменил направление и перестал приносить осадки с Индийского океана, растения стали меньше плодоносить, и животные начали медленное движение на юг и восток. Отступая перед натиском великой пустыни, туда же устремились и люди, что привело к необратимым историческим последствиям, ведь именно выходцами из Сахары, как полагают, была тесно заселена долина Нила и основана древнеегипетская цивилизация.

Один из редких колодцев в песчаном море Сахары, Мали.

Век от века пустыня распространялась всё шире. Оазисов становилось меньше, реки пересохли, а солёные озёра превратились в гигантские залежи природной соли. Именно Сахара в первые века нашей эры погубила некогда богатую империю Мероэ в современном Судане, она же погребла под своими барханами многочисленные торговые города Западной Африки. Сиджилмаса, Кумби-Сале, Тадмекка, Аудагост, Валата – все эти названия когда-то обозначали крупнейшие торговые центры Африки, но сейчас на их развалинах лишь гуляет сирокко. Средневековый арабский историк ал-Бакри описывал город Хама, расположенный в четырехстах километрах к западу от Тимбукту, как цветущий сельскохозяйственный район. Сейчас это место является, наверное, одним из самых безлюдных во всей Мавритании. Некоторые древние города, поглощённые Сахарой, ещё предстоит отыскать археологам или удачливым путешественникам.

На этой выжженной земле когда-то процветал древний город Сиджилмаса.

Отделив Тропическую Африку от Средиземноморья, Сахара надолго изолировала африканские народы и культуры от всего остального мира. Окружённая с трёх сторон безбрежными океанами, Тропическая Африка обнаружила перед собой ещё один – океан пустыни. К началу новой эры коней здесь навсегда заменили верблюды – единственные «корабли», способные пересекать безбрежные просторы Сахары.

Процесс опустынивания продолжается в прилегающих к Сахаре областях и сейчас, к тому же в последние десятилетия он лишь ускорился. Безграмотная эксплуатация земель, вырубка деревьев, резкий рост населения – всё это неизбежно приводит к эрозии и деградации земель, пригодных для хозяйства. Потепление климата и засухи тоже вносят свой разрушительный вклад в эту колоссальную трагедию Африки. Только за одно десятилетие, с 1980 по 1990 г., пустыня продвинулась на юг на 130 км. Озеро Чад, по-прежнему крупнейший водный резервуар Сахары, за полвека, с 1960 г., уменьшилось в размерах на 94 %. По всей вероятности, этот процесс можно замедлить, но нельзя остановить – как и тысячелетия назад, в современной Африке человек бессилен против природы.

Волны песчаного океана Сахары, Тунис.

Мы уже упоминали о том, что большая часть Сахары покрыта вовсе не песком, а камнями. Про камни великой пустыни сложено много легенд, да и жители Сахары считают их живыми. Каменистые фигуры, созданные тысячелетними стараниями ветра, по ночам издают различные звуки, пугая тем самым суеверных людей, для которых эти звуки, конечно, являются не чем иным, как воем злых духов. На самом же деле звуки связаны с тем, что днём каменистые фигуры сильно нагреваются, а значит, увеличиваются в объёме, но так как в них есть отверстия, то эти отверстия тоже увеличиваются в размере, и воздух проходит через них без задержки. К вечеру же температура понижается, и объём трещин в камнях уменьшается, так что воздух проходит с затруднением, со звуком, который напоминает громкий стон.

Очень интересным феноменом Сахары являются её бродячие дюны и барханы, некоторые из которых достигают 11 м в высоту. Песок в пустыне мелок и рыхл, при малейшем ветерке заметает следы путника, а более сильный ветер гонит перед собой песок далеко вперед и насыпает его длинными грядами. Такие места имеют вид океана, покрытого неподвижными волнами, застывшими в одном положении. Однако неподвижность их кажущаяся. Даже самые огромные барханы способны не только менять форму, но и передвигаться со скоростью до сотни метров в год. Так и путешествуют гигантские барханы, засыпая песком дороги, оазисы, деревни, стоянки… Из-за перемещения дюн карты Сахары очень быстро теряют актуальность, и именно поэтому в пустыне так легко заблудиться.

В пору бурь песок оживает по-настоящему. Под воздействием ветра начинает двигаться, собираться в одно место, образует огромные песчаные столбы, которые движутся, кружась по пустыне. При ярком солнечном свете они предстают огненными. Сильный ветер, который гонит эти столбы, иногда разделяет один на два, а то и соединяет несколько в один огромный, доходящий чуть ли не до облаков. Они называются смерчами, и горе каравану, если его настигнет такой смерч. Одна из таких песчаных бурь, видимо, и положила конец персидской армии великого Камбиза.

Но даже если смерч пройдет мимо, опасность для каравана ещё не миновала, потому что вслед за смерчем обычно начинает дуть самум – горячий западный ветер. Он рождается на гигантской сковороде самой жаркой местности на Земле, где от перепадов температур возникают сильнейшие вихри. Иногда он набирает силу настоящей бури, а иногда еле заметен, но всегда жгуч и несет людям сильные страдания.

18 ЯНВАРЯ 2012 Г. В САХАРЕ ВЫПАЛ СНЕГ. ПОД УТРО ПОД СНЕЖНЫМ ПОКРОВОМ ОКАЗАЛСЯ ВЕСЬ ЗАПАДНЫЙ АЛЖИР, И ВЧЕРАШНИЕ БАРХАНЫ ПРЕВРАТИЛИСЬ В ГИГАНТСКИЕ СУГРОБЫ. ЕСЛИ В ГОРАХ АТЛАСА ЭТО НОРМАЛЬНОЕ ЯВЛЕНИЕ, ТО ДО САХАРЫ СНЕГОПАДЫ ДОБИРАЮТСЯ КРАЙНЕ РЕДКО. СНЕГ ДЕРЖАЛСЯ ЗДЕСЬ ПОЧТИ СУТКИ, И НАИБОЛЕЕ ШОКИРОВАНЫ ЕГО ПОЯВЛЕНИЕМ БЫЛИ ВЕРБЛЮДЫ. А ВОТ ФЕРМЕРЫ, НАПРОТИВ, ОСТАЛИСЬ ДОВОЛЬНЫ: ЗАМОРОЗКИ ПОМОГЛИ УНИЧТОЖИТЬ ВРЕДИТЕЛЕЙ НА ФИНИКОВЫХ ПАЛЬМАХ.

Жители Сахары ещё задолго до песчаной бури угадывают её приближение. Она начинается едва заметным движением воздуха, который становится тяжелым и удушливым. Небо затягивается легким сероватым или красноватым туманом. С каждым часом жара усиливается. Даже легкое прикосновение ветерка обжигает, причиняет головную боль, слабость, нагоняет на человека тоску. Постепенно порывы становятся все сильнее и резче и наконец сливаются в сплошной вихрь, а через несколько минут вокруг уже свирепствует настоящая песчаная буря. Ветер свищет и ревет, поднимает тучи песка, духота делается невыносимой, тело обливается потом, но почти сразу же высыхает. Губы трескаются и начинают кровоточить, язык словно наливается свинцом. Потом трескается кожа, а жгучий ветер наносит в раны мелкий горячий песок и тем ещё больше усиливает страдания человека.

ДЛЯ СИРОККО У ЕВРОПЕЙСКИХ НАРОДОВ СУЩЕСТВУЕТ МНОЖЕСТВО РАЗНЫХ НАЗВАНИЙ. ВО ФРАНЦИИ ЕГО НАЗЫВАЮТ «МАРЕН», А В ХОРВАТИИ – «ЮГА». В ГЕРМАНИИ И АВСТРИИ СИРОККО ИМЕНУЕТСЯ «ФЁН», И ИМЕННО ЭТО НАЗВАНИЕ ЗАКРЕПИЛОСЬ ЗА ПРИБОРОМ ДЛЯ СУШКИ ВОЛОС, ЗНАКОМЫМ КАЖДОМУ ИЗ НАС. ТАК ЧТО ТЕ ИЗ НАС, КТО ХОТЬ РАЗ ПОЛЬЗОВАЛСЯ ФЕНОМ, МОГУТ ХОТЯ БЫ ОТДАЛЁННО ПРЕДСТАВИТЬ СЕБЕ, ЧТО ТАКОЕ ВЕТРЫ САХАРЫ.

Неудивительно, что ветров Сахары испокон веков боялись даже в центре Европы. Сюда весной и осенью из Африки приходит сирокко – южный ветер, приносящий с собой массы пыли и сухих туманов как привет из самых жарких районов планеты. Во все времена сирокко был известен как причина нервных расстройств, головных болей, плохого настроения и даже безумия, так что в некоторых европейских странах преступления, совершённые в период сирокко, запрещено было судить слишком строго.

Дожди в Сахаре бывают редко и обычно проходят в виде кратких, интенсивных ливней. За зиму в верхних слоях земли может скопиться достаточно влаги, чтобы крестьяне успели получить урожай, иногда достигающий феноменальных размеров. На рынках Алжира летом можно встретить, например, пугающе крупную морковь – две штуки на килограмм – мечту любого огородника, выращенную безо всяких удобрений и химикатов, на одних только зимних дождях.

Сами дожди, впрочем, тоже способны напугать туристов. В Сахаре, где бури поднимают тучи красной пыли в атмосферу, периодически проливаются кроваво-красные дожди, отмеченные ещё древними авторами. Они способны достигать и Европы, всякий раз вызывая волны апокалиптических предсказаний о конце света. Туареги Сахары на это лишь пожимают плечами – они-то привыкли.

Зато манящим образом Сахары являются небезызвестные миражи – здесь их ежегодно наблюдается около 160 тыс. Они бывают стабильными и блуждающими, вертикальными и горизонтальными. Составлены даже специальные туристические карты караванных путей с оценкой мест, где обычно наблюдаются эти явления. На картах отмечено, где взору путешественника являются колодцы, оазисы, пальмовые рощи или горные цепи. Такие миражи – результат искривления солнечных лучей под воздействием потоков воздуха разной температуры. Нагреваясь, тёплые воздушные массы устремляются вверх, и преломление солнечных лучей превращает пустыню в безбрежное сияющее море, в котором все предметы на поверхности земли отражаются как бы вниз головой. Но бывают и более сложные явления, когда преломление лучей может вызвать появление на горизонте объектов, отстоящих от зрителя на сотни километров, – кораблей в море, заснеженных вершин, городов. Мираж может до неузнаваемости изменить лежащие на земле камни или растения и не раз дезориентировал путешественников, пересекавших пустыню.

ОДНАЖДЫ ФРАНЦУЗСКИЙ КОЛОНИАЛЬНЫЙ ОТРЯД ПЕРЕСЕКАЛ АЛЖИРСКУЮ САХАРУ. НЕОЖИДАННО ОФИЦЕР ЗАМЕТИЛ ДАЛЕКО ВПЕРЕДИ ОТРЯД АРАБСКИХ ВСАДНИКОВ В ИХ ХАРАКТЕРНЫХ БЕЛЫХ ОДЕЖДАХ. ВОИНЫ БЕСШУМНО СКАКАЛИ ПО ПЕСКУ НА ДЛИННОНОГИХ КОНЯХ. ВСТРЕВОЖИВШИСЬ, КОМАНДИР ОТРЯДА ПОСЛАЛ РАЗВЕДЧИКА ПРОВЕРИТЬ, ЧТО ЗА ЛЮДИ ОБНАРУЖИЛИСЬ В ЭТОЙ БЕЗЛЮДНОЙ ЧАСТИ ПУСТЫНИ. КОГДА СОЛДАТ ПРИСКАКАЛ НА МЕСТО, ОН УВИДЕЛ ПЕРЕД СОБОЙ СТАЮ ФЛАМИНГО, МИРНО ИДУЩИХ ГУСЬКОМ К БЛИЖАЙШЕМУ ОЗЕРУ. ДЛЯ ФРАНЦУЗОВ ПТИЦЫ ПЕРЕСЕКЛИ НЕВИДИМУЮ ГРАНИЦУ МИРАЖА, НОГИ У НИХ ВЫТЯНУЛИСЬ И СДВОИЛИСЬ, ВМЕСТО ДВУХ У КАЖДОЙ СТАЛО ПО ЧЕТЫРЕ. ВЕРНУВШИСЬ К СВОИМ ТОВАРИЩАМ С ЭТОЙ НОВОСТЬЮ, СОЛДАТ НАШЁЛ ИХ ВЕСЬМА НАПУГАННЫМИ. ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО В ИСКРИВЛЁННЫХ ЛУЧАХ НОГИ ЕГО ЛОШАДИ СТАЛИ ТАКИМИ ДЛИННЫМИ, ЧТО СОЛДАТАМ КАЗАЛОСЬ, БУДТО ОН ЕДЕТ НА ФАНТАСТИЧЕСКОМ ЧУДОВИЩЕ.

Но всё же, несмотря ни на что, самым распространённым – и самым желанным – миражом для жителя Сахары остаётся оазис и пальмовая роща.

Одинокий оазис в море песка, Тунис.

По всему песчаному океану Сахары разбросаны десятки больших и малых островов – оазисов, образующихся вокруг источника воды. Слово «оазис» древнеегипетского происхождения и означает «место для жизни». Многие из них временны и живут только до тех пор, пока не иссякнут грунтовые воды, но некоторые известны уже тысячи лет. Одним из самых священных мест для древних египтян был оазис Сива в ливийской пустыне, примерно в 500 км к западу от Александрии. Там стоял храм Амона, оракул которого безошибочно предсказывал будущее и оказывал услуги политического прогнозирования многочисленным фараонам. Именно в Сиву шли персидские войска Камбиза, уничтоженные самумом. А вот Александру Македонскому повезло больше – когда ему пришла в голову идея короноваться фараоном Египта, он успешно добрался до Сивы и был провозглашён не только царём, но на всякий случай и богом. Впечатляющим является и то, что население Сивы в течение многих веков противилось исламу, а арабский язык так и не освоило: живущие здесь несколько тысяч человек продолжают говорить на берберском языке.

Тем и интересны оазисы – во многом в первозданном виде они сохранили культуру и обычаи древнего населения Сахары. Их не баловали визитами ни миссионеры, ни европейские колонисты, ни своевременные представители власти, и многие оазисы Ливии, Алжира, Чада по сей день живут так же, как жили тысячу лет назад. В оазисе Куфра в Ливии первые европейцы появились только в 1879 г., но уже спустя десятилетие въезд в него неверных был запрещён: здесь обосновалась ортодоксальная исламская секта сенуситов, создавшая своё государство в самом центре великой пустыни. Завоевать Куфру удалось в 1935 г. итальянцам, но сегодня из-за долгой изоляции Ливии и последних событий в стране оазис снова живёт практически самостоятельной жизнью, надеясь исключительно на урожай финиковых пальм.

А ведь финиковая пальма – это, без преувеличения, божество для жителей Сахары. Бедуины говорят, что из глины Аллах сотворил человека, верблюда и финиковую пальму. Прожить без неё в сегодняшней Сахаре было бы немыслимо. Плоды её служат основной пищей для местных жителей, из высокого ствола дерева они строят дома и изготавливают утварь, из волокон коры плетутся веревки и канаты, из больших перистых листьев – циновки, веники, накидки. Тень от финиковых пальм даёт возможность выращивать в пустыне овощи и сажать фруктовые деревья. Дрова идут в костёр, на котором готовится более 50 вариантов кушаний из фиников, а косточки пойдут на корм козам. Только в пустыне можно оценить всю пользу, которую приносит это дивное растение.

Финиковое дерево лучше других приспособилось к условиям Сахары. Оно растёт на любой почве, ему не страшен резкий перепад температур.

Урожай фиников на одной из плантаций Марокко.

Пальма начинает плодоносить через 4–5 лет, к 11 годам уже дает более 40 кг фиников и продолжает плодоносить в течение 100 лет, обеспечивая питание четырём поколениям африканцев. Немудрено, что она стала своего рода фетишем: «срубить пальму» означает «убить». И когда владелец высохшего уже дерева берет в руки топор, соседи начинают уговаривать его не делать этого – приводят разные доводы, чтобы оправдать «неплодоносящую виновницу». Обряд этот называется «урезониванием пальмы». Хозяин как будто дает убедить себя и, постучав несколько раз обухом по ее сухому стволу, обращается к дереву с «последним предупреждением». Разве можно зарубить старого друга?

КАЛАХАРИ, младшая южноафриканская сестра Сахары, охватывает большую часть Ботсваны, Намибии и часть ЮАР. Она менее засушлива, чем её старшая сестра, и, хотя зимой над ней разражаются всего два-три ливня, дождевая вода просачивается в глубь песка, где корни кустарников, проникая на глубину более 10 м, питаются ею весь год. После дождя у кустарников распускаются листья, а поверхность песчаного грунта покрывается длиннющими стеблями диких дынь.

В этом крайне засушливом районе на самом деле скрыты огромные запасы реликтовой пресной воды. Она содержится в обширной системе пещер, простирающихся на тысячи километров прямо под пустыней. А по поверхности Калахари тем временем протекает самая удивительная река на свете – Окаванго.

РОДИНОЙ НАШЕГО АСТРАХАНСКОГО АРБУЗА ЯВЛЯЕТСЯ ЮЖНОАФРИКАНСКАЯ ПУСТЫНЯ. ЗДЕСЬ ДО СИХ ПОР ПРОИЗРАСТАЕТ ДЫНЯ ТСАММА, КОТОРУЮ СЧИТАЮТ ПРЕДКОМ ИЛИ БЛИЖАЙШИМ РОДСТВЕННИКОМ АРБУЗА. ТСАММА ВНЕШНЕ ПОХОЖА НА АРБУЗ, НО РАЗМЕРОМ ПРИМЕРНО С ГРЕЙПФРУТ. ДЛЯ ОХОТНИКОВ КАЛАХАРИ И НАМИБА ОНА ОСТАЁТСЯ ОСНОВНЫМ ИСТОЧНИКОМ ПИТЬЕВОЙ ВОДЫ.

У неё есть начало, но нет конца. Она появляется в горах Анголы, совсем недалеко от Атлантического океана, но предпочитает не встречаться с ним, а направляется на восток. Однако до морского простора реке дойти так и не приходится: она вынуждена вступать в неравный бой с прожорливыми песками знойной Калахари, где под палящими лучами солнца Окаванго теряет более 95 % влаги. Скромные остатки воды из четвёртой крупнейшей реки Африки образуют одно из самых прекраснейших мест на континенте: живительный оазис, именуемый «внутренней дельтой Окаванго», площадь которого составляет не менее 16 000 км². Неповторимость дельты Окаванго заключается прежде всего в том, что на территории огромного оазиса высушенные солнцем и ветрами пески Калахари сочетаются с влажными и плодородными болотистыми почвами. Территория дельты покрыта зарослями тростника, соседствующими с яркими соцветиями кувшинок. Здесь, в заповеднике, гнездятся десятки видов птиц и живёт множество диких животных. В сухой сезон слетаются сюда и столь же многочисленные туристы.

Калахари может похвастаться и местными жителями. Готтентоты, скотоводы, живущие на окраинах пустыни, и бушмены, охотники, мигрирующие по огромным территориям Калахари, считаются одними из самых древних в Африке, обладая удивительными особенностями как культуры, так и языка. Но об этом мы расскажем чуть позже в главе «Народы и языки».

НАМИБ, ещё одна крупная пустыня Юга Африки, в переводе с языка готтентотов нама означает «место, где ничего нет». Намиб простирается на 1900 км вдоль побережья Атлантического океана от города Намибе в Анголе, через всю Намибию (которая от пустыни и получила свое название) до устья реки Улифантс в ЮАР. От океана она уходит в глубь континента на расстояние от 50 до 160 км к подножию внутриконтинентального плато; на юге соединяется с юго-западной частью Калахари.

Пустыня Намиб чрезвычайно сухая (лишь 10–13 мм осадков в год) и, за исключением нескольких прибрежных городков, практически необитаема. Всегда ли она была такой, неизвестно, но в любом случае Намиб считается самой древней пустыней в мире: пустынные условия существуют здесь беспрерывно уже на протяжении 80 млн лет, а это значит, что ещё динозавры видели её своими глазами такой же, как видим мы. Вследствие чрезмерно долгой жизни здесь возникло несколько эндемичных, уникальных видов растений и животных, которые приспособлены к жизни в чрезвычайно враждебном климате и не встречаются более нигде в мире.

Бескрайнее море песчаных барханов уходит в глубь материка, к высохшему сердцу пустыни. На поверхности фиксировалась температура более 55 °C, слишком высокая для активной жизни большинства существ. Для некоторых животных доступен лишь небольшой промежуток времени между ночным холодом, когда температура для них слишком низкая, и обжигающим жаром дня, когда большинство вынуждено искать укрытие. На первый взгляд совсем немного животных и растений обитает в этом сухом климате, однако стоит только пройти дождю, и пустыня просыпается, начинается яркая и активная жизнь. Семена и луковицы, долгое время погребенные в песке, вдруг дают побеги, сухие долины превращаются в луга, а вслед за растениями появляются птицы и животные. Недавно геологи открыли, что под горячими песками Намибии скрыты залежи полезных ископаемых: урана, меди и даже алмазов; возможно, и эта негостеприимная земля скоро падет жертвой экспансии человека.

Только в Намибе можно встретить удивительное растение, так и называющееся – вельвичия удивительная (Welwitschia mirabilis). За свою жизнь, которая составляет до двух тысяч лет, она отращивает гигантские листья, длина которых достигает трёх метров. Они нужны вельвичии, потому что основным источником влаги для неё является туман, приходящий каждое утро с Атлантического океана. На одном квадратном сантиметре листа расположено 20 тыс. пор, которые поглощают воду из тумана, эквивалентную 50 мм осадков в год. В результате вельвичия может просуществовать несколько лет безо всяких дождей. Вельвичией местные жители гордятся столь сильно, что её изображение красуется на государственном гербе Намибии.

МНОГОЭТАЖНЫЕ ЛЕСА И ПЯТИМЕТРОВЫЕ ТРАВЫ.

Если в сердце Сахары осадки могут составлять лишь 50–100 мм в год, то на экваторе эта цифра превышает 2000 мм – здесь влажно и жарко всегда, вне зависимости от времени года, а сухой и дождливый сезон мало различаются между собой. Дождь в этих областях идёт практически ежедневно, но как будто соблюдает с солнцем некий древний уговор. По утрам лес озаряется лучами, а погода тихая и безоблачная. К полудню зной достигает максимума, и на небе возникают гигантские грозовые облака, достигающие в высоту километра. Они быстро заволакивают небо, и на землю очень скоро обрушивается настоящий ливень, который прекращается только перед самым заходом солнца. Живописный закат над лесом в густой дымке испарений предвещает окончание дня и гарантирует, что и назавтра погода останется неизменной.

Путешествие вверх по реке было как будто возвращением к первым временам существования мира… Деревья, деревья, миллионы деревьев, массивных, огромных, устремлённых ввысь. Дж. Конрад. Сердце тьмы

Влажные экваториальные леса занимают примерно 8 % площади материка. Это непроходимое царство растительного и животного мира, которое в течение тысячелетий служило могучей естественной преградой для перемещения человека. Влага и тепло здесь настолько могущественны, что прорастают даже телеграфные столбы из сухой древесины, пропитанные смолой. В дельтах рек и на побережьях, затопляемых во время приливов, господствуют мангровые заросли, а между речными долинами стоят чащи многоярусного леса. Высокие ярусы в этих лесах образуют гигантские фикусы (в стволе которых может жить целая семья пигмеев), масличная пальма, сейба, кола и другие деревья. В нижних ярусах обильно произрастают бананы, папоротники и либерийское кофейное дерево. Среди лиан особое место занимает ландольфия, дающая каучук, обеспечивая местным жителям естественную обувь. Всего же на один квадратный километр экваториального леса приходится более 200 видов деревьев – больше, чем где-либо в мире.

Непроходимые дебри влажного экваториального леса.

В экваториальном лесу картина не меняется уже миллионы лет.

Лесной пояс Африки никогда не стоит на месте – уже много тысяч лет он постоянно расширяется и сужается, реагируя на изменения климата на планете. Когда-то он простирался от Атлантического до Индийского океана широкой полосой, позже падение уровня влажности и изменение направления ветров существенно сузили его, проделав проходы, через которые в Южную Африку устремились волны переселенцев. В последние годы к климатическому фактору добавился и человеческий – сплошная вырубка и выжигание лесов под плантации и посевы продолжают катастрофическими темпами уменьшать ареал экваториальных джунглей. В бассейне реки Конго эти вырубки приобрели бесконтрольный характер. При этом надо отметить парадоксальный факт: несмотря на буйную растительность, исполинские деревья и наличие всех условий для молниеносного роста растений, почвы экваториального леса чрезвычайно бедны и малопригодны для сельского хозяйства. В течение одного-двух лет после вырубки леса они могут давать урожай, но быстро истощаются, вынуждая крестьян переходить на новые участки. Всё это грозит бедой не только лесам, но и Африке, и даже миру в целом, потому что экваториальные леса – лёгкие планеты, как их иногда называют, – являются крупнейшим резервуаром пресной воды и генератором воздуха для всей Земли.

ХЛОПКОВОЕ ДЕРЕВО, ИЛИ СЕЙБА, МОЖЕТ ДОСТИГАТЬ В ВЫСОТУ 70 М, ОДНАКО НА ПЕРВОМ ЭТАПЕ СВОЕЙ ЖИЗНИ, КАК ПРАВИЛО, ЕЙ С ТРУДОМ УДАЁТСЯ РАСТИ ИЗ-ЗА НЕДОСТАТКА СВЕТА И ВЫСОКОЙ ПЛОТНОСТИ ДЕРЕВЬЕВ. ДОСТИГАЯ ВЫСОТЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РОСТА, СЕЙБА СБРАСЫВАЕТ ЛИСТЬЯ И ОСТАНАВЛИВАЕТСЯ В РОСТЕ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА НЕ РУХНЕТ КАКОЕ-НИБУДЬ СТАРОЕ СОСЕДНЕЕ ДЕРЕВО, ПРИ ЭТОМ ПЕРИОД ОЖИДАНИЯ МОЖЕТ РАСТЯНУТЬСЯ НА 20 ЛЕТ. НО КАК ТОЛЬКО ПОЯВЛЯЕТСЯ ВОЗМОЖНОСТЬ, СЕЙБА СНОВА НАЧИНАЕТ ТЯНУТЬСЯ ВВЕРХ, ОБГОНЯЯ ДРУГИЕ ДЕРЕВЬЯ, И ВЫРАСТАЕТ НАСТОЯЩИМ ИСПОЛИНОМ.

По направлению к северу и югу от экватора влажные тропические леса постепенно разреживаются, состав их становится беднее, а среди массивов сплошных джунглей появляются пятна саванн – африканских степных просторов. Постепенно вечнозелёный лес ограничивается речными долинами, а на водоразделах замещается лесами, сбрасывающими листья на сухое время года, и редколесьями. Изменение растительности происходит в результате сокращения влажного периода и появления сухого сезона, который по мере удаления от экватора становится всё более продолжительным. Люди и животные здесь ждут дождей по нескольку месяцев, но и дожди эти бывают поистине подобны всемирному потопу. Например, в районе Фритауна, столицы Сьерра-Леоне, годовое количество осадков достигает 4300 мм (что вдвое выше среднего значения зоны экваториальных лесов), при этом из них зимой выпадает только 75 мм.

Существует мнение, что широкое распространение высокотравных саванн, сменяющих листопадно-вечнозеленые леса, связано с деятельностью человека, который выжигал растительность во время сухого сезона. Исчезновение сомкнутого древесного яруса способствовало быстрому росту стад копытных животных, в результате чего возобновление древесной растительности стало невозможным.

Если экваториальный лес может похвастаться многоэтажными «небоскрёбами» своих исполинских деревьев, то саванна ничуть не меньше поражает травами. В некоторых районах Восточной Африки, где сезон дождей продолжается по 8–9 месяцев в году, травы достигают высоты до 5 м: например, слоновая трава, бородач и другие. Среди сплошного моря травы и злаков возвышаются редкие деревья: знаменитые африканские баобабы, живописные зонтичные акации, пальмы. Под злаковыми саваннами и редколесьями формируются особые почвы – красные, как кровь молодого быка, как говорят скотоводы масаи.

В некоторых баобабах африканской саванны можно жить всей семьёй.

По климатическим и почвенным условиям саванны благоприятны не только для скотоводов, но и для тропического земледелия. Именно они могут в перспективе прокормить продовольствием не только африканцев, но и всё население планеты. Наиболее распространенные сегодняшние культуры саванны – хлопчатник, земляной орех, кукуруза, табак, сорго, рис, а вот для пшеницы здесь слишком жарко.

ДОГОНЫ МАЛИ ЗАДОЛГО ДО КАРЛА ЛИННЕЯ РАЗРАБОТАЛИ КЛАССИФИКАЦИЮ РАСТЕНИЙ САВАННЫ, РАЗБИВ ИХ НА 22 СЕМЕЙСТВА, В КАЖДОМ ИЗ КОТОРЫХ НАСЧИТЫВАЕТСЯ ДО ДЕСЯТКА ПОДСЕМЕЙСТВ.

В районах ещё дальше к северу от экватора, с продолжительностью влажного периода 2–3 месяца, зона саванн сменяется поясом Сахеля; по-арабски это слово означает «берег», символизируя побережье гигантского океана Сахары. Он протягивается узкой (примерно 400 км) полосой от побережья Атлантического океана до Эфиопии, включая части территории Мавритании, Сенегала, Мали, Буркина-Фасо, Нигера, Чада и Судана.

Здесь травы саванн переходят в заросли колючих кустарников с редкой дерниной. Эти земли неплодородны и скудны, но именно здесь были рождены и расцветали великие империи Средневековья (см. главу «История»). На востоке материка опустыненные саванны занимают наиболее обширные пространства, покрывая весь Сомалийский полуостров.

Жертвы беспощадной засухи в Сахеле, Мали.

За последние 400 лет засухи в Сахеле случались десятки раз. Но, кажется, никогда прежде они не достигали такой силы, как в 1968–1974 и 1984–1985 гг. Оба эти периода вошли в историю Африки под названием «сахельской трагедии». К тому же, начавшись в Сахеле, они распространились и на другие районы континента. Засуха достигла своего апогея в 1973 г., когда впервые в истории пересохли реки Нигер и Сенегал, пали миллионы голов скота, в африканских странах сахельской зоны погибло около 250 тыс. человек. Поверхность единственного крупного озера Сахеля, Чад, сократилась до ¹/₃ его нормальных размеров. При этом ничего особенного не происходило – просто в Сахеле не было дождей. До того как явилась «сухая смерть», почти целых пять лет не выпадали осадки, а в 1973 г. дожди вовсе не пришли. Урожай сгорел на корню, коровы, козы, овцы не находили пропитания на вытоптанных пастбищах и гибли ежедневно тысячами; 40 млн жителей Сахеля грозила голодная смерть, только в эфиопской провинции Волло каждые сутки умирали несколько сотен голодающих. Разорившиеся кочевники и земледельцы хлынули в крупные города, население которых за несколько лет выросло в два-три раза, до крайности обострив экономические, социальные и экологические проблемы. Некоторые кочевники со своими стадами, спасаясь от засухи, мигрировали даже в другие страны: например, из Буркина-Фасо и Мали в Кот-д’Ивуар. После короткого перерыва засуха 1984–1985 гг. охватила уже 24 государства. Весной 1985 г., когда она достигла пика, на континенте голодали 30–35 млн человек, а общая численность недоедающих достигла 150 млн.

Закат над саванной и зонтичная акация, Кения.

В Южной Африке нет своего Сахеля, но полупустынные зоны также существуют. Для полупустынь здесь характерны суккулентные растения, накапливающие в себе воду на весь год: алоэ, молочаи, арбузы и дыни с водянистыми плодами, часто заменяющими местному населению и животным воду. Широко распространены также колючие подушкообразные растения, травы с мощными корневищами и клубнями, ярко цветущие во время короткого дождливого периода (ирисы, лилии, амариллисы).

Отдельного восхищения заслуживает остров Мадагаскар с его уникальной природой, ведь по составу растительности он занимает положение, переходное от Африки к Азии, но три четверти растений острова уникальны – их не найти ни на одном континенте. С убыванием осадков с северо-востока на юго-запад изменяется и растительный покров Мадагаскара: на восточном побережье и восточных склонах гор преобладают влажные тропические леса, которые к западу сменяются саванной и редколесьем, а на плато юго-запада – сухой кустарниковой степью.

ВЕРШИНЫ АФРИКИ.

Африканский континент представляет собой подобие блюда, края которого приподняты над центральной низменностью. Большинство горных цепей и вершин расположены на окраинах материка, в то время как центр представляет собой обширную долину – засушливую в северной части и влажную – в южной.

Ночью мы увидели землю, заполненную огнем. В середине же был огромный костер, достигающий, казалось, звезд. Днем оказалось, что это большая гора, называемая Колесницей Богов. Перипл Ганнона, V в. до н. э.

К крупнейшим горным системам принадлежат горы Атласа на севере, горные цепи Восточной Африки и Капские горы на юге. Хотя средняя высота материка не превышает 750 м над уровнем моря, «вершина Африки», потухший вулкан Килиманджаро, вздымается к небу на 5895 м. Вторая по высоте гора Кения имеет высоту 5199 м.

Атласские горы получили своё название в честь Атланта, который, согласно греческой мифологии, возглавил титанов в борьбе против богов-олимпийцев и, потерпев поражение, в наказание должен вечно держать на своих плечах небесный свод на Крайнем Западе. Так как крайней западной точкой античного мира был Гибралтарский пролив, то и горная система, тянущаяся от Атлантического побережья Марокко до берегов Туниса, получила название Атласа.

Деревушка в Атласских горах, Марокко.

Пустынные горы Северной Африки, Алжир.

Да и сегодня многие марокканцы верят, что горы Высокого Атласа так близки к небу, что на него можно попасть, просто взбираясь по склонам. Высочайшая точка Атласских гор, пик Тубкаль (4167 м), находится на юго-западе Марокко. Именно через территорию Марокко проходят основные маршруты для желающих побродить по горам и полюбоваться их красотой. Впрочем, отправляющимся покорять Атласские вершины нужно приготовиться к капризным погодным условиям. В северо-западной части гор дуют сильные ветры и выпадают обильные осадки, на высокогорных плато летом жарко, а зимы очень суровые. Зато приятен глазу будет растительный мир: полынь, акации, дикорастущая альфа и альпийские луга. В Атласских горах выделяются два резко различных между собой района: северный со средиземноморскими ландшафтами и южный – предсахарский полупустынный; сравнить их между собой весьма любопытно. Кроме того, в горах расположены живописные глиняные крепости деревни берберов – исконного населения Марокко.

В Сахаре высоких гор почти нет, эта пустыня представляет собой сплошное невысокое плоскогорье. Лишь в самом центре великой пустыни находятся нагорья Ахаггар и Тибести, горные плато Эннеди и Дарфур.

В Тибести и Дарфуре расположены две самых высоких вершины Сахары, превышающие 3000 м. Здесь же относительно прохладный климат позволяет заниматься сельским хозяйством многочисленным народностям, предки которых, вероятно, жили в Сахаре ещё в незапамятные времена. На отрогах нагорья Ахаггар в Алжире находится крупнейший памятник африканского изобразительного искусства – наскальная живопись Тассили-н-Аджера.

В Западной Африке тоже нет крупных горных цепей. Нагорья Джос в Нигерии и Фута-Джаллон в Гвинее не могут похвастаться даже двухтысячными высотами, хотя здешние горы, например Нимба на границе Гвинеи и Кот-д’Ивуара, также весьма живописны. Однако все они – лишь невысокие холмы по сравнению с величественным вулканом Камерун, возвышающимся почти у самой кромки Атлантического океана на высоту более 4000 м. Две с половиной тысячи лет назад первая исторически известная морская экспедиция вокруг Африки достигла этих мест и наблюдала извержение Камеруна, красочно описанное в эпиграфе к этому разделу. С тех пор разрушительные извержения продолжают беспокоить местных жителей, одно из них свирепствовало здесь недавно с мая по сентябрь 2000 г. Последний раз вулкан подавал признаки жизни в 2012 г. и затухать пока не собирается.

Поросший папоротником пейзаж Лунных гор Рувензори, Руанда.

Восточная Африка прорезана, как будто ножом, трещинами на месте столкновения двух гигантских тектонических плит – Азии и Африки. На огромном пространстве от озера Ньяса на Юге Африки до Мёртвого моря в Палестине это столкновение породило высокие горы и глубокие озёра, которыми славится Экваториальная Африка. Самые высокие вершины здесь – Килиманджаро (5895 м), Кения (5199 м) и вершины хребта Лунных гор Рувензори (до 5109 м). Во всей Африке к югу от Сахары только эти три горы покрыты вечными снегами, столь экзотическими на экваторе. Правда, благодаря глобальному потеплению ожидается, что к 2020 г. ледники исчезнут на горе Стэнли в Рувензори, да и снега Килиманджаро ежегодно уменьшаются в размерах.

Упоминание о Лунных горах встречается ещё у Птолемея, писавшего о существовании в центре Африки таинственных гор, дающих начало великому Нилу. В дремучих и непроходимых джунглях Африки, согласно североафриканскому поверью, находятся недоступные горы, в которых живёт хозяйка ночи Луна. Здесь она рождается и умирает. Но горы нельзя увидеть, там не бывает солнца. Лишь несколько раз в году, в полнолуние, люди могут полюбоваться их величественными белоснежными вершинами, поэтому и называют их Лунными. Потребовалось две тысячи лет, чтобы выяснить, насколько близка к правде эта легенда. Действительно, текущая с гор Рувензори река Семлики является одним из основных истоков Белого Нила. Вершины гор можно увидеть весьма редко из-за постоянной облачности и туманов. Знаменитый американский путешественник Генри Мортон Стэнли в 1888 г. дважды проходил совсем близко, но лишь с третьей попытки увидел их. В его честь и назвали самую высокую гору Рувензори. Вслед за ним в Лунные горы потянулись авантюристы, разыскивавшие здесь знаменитые копи царя Соломона. Но сокровища так и не были найдены, так что у вас ещё есть шанс попытать счастья!

Климат в горах Рувензори влажный, но совсем не жаркий, что в экваториальных широтах не может не удивлять – вплоть до того, что местные жители по утрам надевают меховые шапки. Здесь можно встретить бамбуковые леса высотой до 15 м, а можно и наши русские одуванчики. Среди древесных видов преобладают кедр, камфора и ногоплодник, вырастающий до 50 м в высоту. Во влажных горах обитают окапи – дальние родственники жирафа, лесные слоны и карликовые антилопы, а если пройти несколько часов по холмам и болотам, можно не только сильно утомиться, но и встретиться с семейством уникальных горных горилл. Здесь же нашли приют последние группы пигмеев экваториального леса, добывающие огонь трением, а постель устраивающие из листьев папоротника.

КАК ВЫСОЧАЙШАЯ ВЕРШИНА АФРИКИ, КИЛИМАНДЖАРО ВХОДИТ В ПРОЕКТ «СЕМЬ ВЕРШИН». ЭТО НЕФОРМАЛЬНОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ АЛЬПИНИСТОВ, СОВЕРШИВШИХ ВОСХОЖДЕНИЯ НА ВЫСОЧАЙШИЕ ВЕРШИНЫ ВСЕХ КОНТИНЕНТОВ. ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, АЛЬПИНИЗМ НА КИЛИМАНДЖАРО РАЗВИТ ПРЕВОСХОДНО. ЗДЕСЬ ЕСТЬ МАРШРУТЫ КАК ДЛЯ ПРОФЕССИОНАЛОВ, ТАК И ДЛЯ НОВИЧКОВ. НАПРИМЕР, ПО ТРЁМ САМЫМ ЛЁГКИМ МАРШРУТАМ – МАРАНГУ, РОНГАИ И МАШАМЕ – НА ВЕРШИНУ МОЖЕТ ВЗОЙТИ ЛЮБОЙ ЗДОРОВЫЙ ЧЕЛОВЕК БЕЗО ВСЯКОЙ ПОДГОТОВКИ. БОЛЕЕ СЛОЖНЫЕ МАРШРУТЫ РАСПОЛОЖЕНЫ В РАЙОНЕ ЮЖНЫХ СКЛОНОВ ВЕРШИНЫ КИЛИМАНДЖАРО И ЗНАМЕНИТОЙ СТЕНЫ БРИЧ УОЛЛ. ВЗОЙТИ НА ОДНУ ИЗ ВЕРШИН КИЛИМАНДЖАРО МОЖНО И СО СТОРОНЫ КЕНИИ, НО ИЗ-ЗА ОТСУТСТВИЯ СИСТЕМ БЕЗОПАСНОСТИ И ОПОВЕЩЕНИЯ ДЕЛАТЬ ЭТО ЗАПРЕЩЕНО.

Гора Килиманджаро возвышается над плоскими, как блин, окружающими долинами Кении и Танзании, и её снежная шапка видна за десятки километров. Человек не ступал на «вершину Африки» вплоть до 1889 г., и, несмотря на то что вулканической активности здесь давно нет, на глубине 400 м под кратером главной вершины Килиманджаро кипит расплавленная лава. Учёные высказывают опасения, что в будущем вулканические извержения здесь снова станут возможными, поскольку с каждым годом температура внутри кратеров растёт.

Вторая не менее знаменитая африканская гора – Кения. Она лежит к северу от Найроби, на восточной стороне долины Грейт-Рифт. Диаметр основания горы составляет около 120 км, северные подножия достигают экватора. Гора Кения тоже вулканического происхождения, и возраст её оценивается в 2,5–3 млн лет. Но если Килиманджаро выглядит как гладкий, покрытый снегом купол, то вершина Кении острой скалой впивается в небесную высь. Верхние части U-образных долин доказывают некогда интенсивное оледенение. Пик, собственно говоря, представляет собой «вулканическую пробку» – ядро очень твердой породы, сформировавшейся в жерле вулкана. Когда окружавшие пробку более мягкие породы разрушились, ядро продолжало горделиво стоять, словно сломанный зуб на вершине горы.

Одинокий марабу любуется закатом на фоне Килиманджаро, Кения.

На острых пиках гор Симиен мало растительности, Эфиопия.

В то время как Килиманджаро носит звание главной вершины Африки, Эфиопское нагорье известно как крыша континента. Эта обширная горная область к востоку от Сахары была бы столь же засушливой, как великая пустыня, если бы не обильные дожди, которые выпадают здесь из-за того, что вершины сдерживают облака с Индийского океана от движения дальше на запад. Благодаря этому в высокогорном озере Тана рождается Голубой Нил, вместе со своим Белым братом несущий миллионы тонн воды на север, в Судан и Египет. На высоте до 2,5 тыс. м цветут саванны и беспощадно палит солнце, но выше, вплоть до главной горы Эфиопии Рас-Дашен, простирается царство дега, как его обычно называют, – уникальный высотный климат нагорья, делающий эту страну столь непохожей на всю остальную Африку. В этом районе произрастает множество уникальных растений, включая тефф, материал для эфиопского хлеба инжеры, и кофе, родиной которого также является Эфиопское нагорье. Эндемичных животных здесь тоже порядком, среди прочих бабуин гелада и эфиопский волк, которые принципиально не заходят больше ни в одну страну в мире. Собственно, своей уникальной, изолированной культурой и эфиопы тоже во многом обязаны труднодоступному нагорью, которое не раз выручало их при нашествиях завоевателей.

Горы Цодило, расположенные в северо-западной части Ботсваны, называют Лувром пустыни: здесь сохранилось более 4500 наскальных изображений, рассказывающих о деятельности человека за последние 100 тыс. лет. Кочевые группы бушменов и сейчас любят потешить здесь свою творческую фантазию. В 2001 г. район Цодило включён в Список всемирного наследия ЮНЕСКО, так что эта территория находится под особым контролем. Тем не менее любителям гор сюда доступ разрешен, и можно смело отправляться на покорение четырёх главных вершин. Самая высокая точка имеет высоту 1400 м и носит название «Мужчина», чуть ниже расположены холмы «Женщина», «Ребенок» и «Бугор». Существует поверье, что «женский» холм является местом, где отдыхают духи покойных и богов, которые отсюда управляют миром. Самым священным считается место почти на верхушке «мужского» холма, где, по преданиям, бог-создатель молился после сотворения мира (интересно, кому?). Бушмены верят, что отпечатки его коленей всё ещё можно увидеть на скале.

Недалеко от Цодило расположились Капские горы – старейшие горы Африки, они образовались 380 млн лет назад. Горная система состоит из множества коротких хребтов, протянувшихся параллельно друг другу вдоль юго-западного и южного побережий Африки. Сложенные твёрдыми породами, они достигают наибольшей высоты (более 2100 м) на севере, в горах Свартберге. В южной части Капская система распадается на небольшие изолированные хребты и массивы, поднимающиеся среди прибрежной равнины. На юго-западе и юге горы подходят под углом к побережью, изрезанному удобными бухтами. В одной из них, у подножия невысокой Столовой горы, стоит крупнейший и красивейший порт Южной Африки – Кейптаун.

Передовые юго-западные хребты Капских гор лежат в субтропическом климате средиземноморского типа. Зимой здесь часты моросящие дожди, предвестниками которых служат густые туманы. В ландшафтах юго-запада много общего с ландшафтами Марокко. Для них также характерны коричневые почвы, зимний паводок на реках и вечнозеленые кустарники.

Столовая гора является национальной гордостью ЮАР и изображена на гербе Кейптауна, является одним из символов страны. Она действительно похожа на стол: вершина у нее не острая, а ровная и плоская. Гора окружена почти отвесными утёсами – пиком Дьявола и головой Льва. Многие экзальтированные туристы считают Столовую гору одним из сильнейших энергетических центров планеты; их легко узнать по горящим глазам и отсутствию обуви – на вершину они бредут босиком.

Драконовы горы (Дракенсберг) – горная система на территории ЮАР, Лесото и Свазиленда – по сути, представляют собой один-единственный гигантский камень. Это монолитная базальтовая стена длиной почти 250 км. Своё сказочное название горы получили из-за дымки, которая скрывает вершины. Кажется, что это клубы дыма, которые выпускает дракон, так что местные жители всегда полагали, что это идеальное место жительства для сказочных существ. Самая высокая точка Драконовых гор Ткабана-Нтленьяна достигает высоты 3482 м.

В Драконовых горах расположен исток самой большой в провинции реки Тугелы. На этой реке можно увидеть захватывающий водопад Тугела – второй в мире по высоте. Он представляет собой каскад из пяти водопадов общей высотой 947 м. Обрыв часто покрывается снегом в зимние месяцы. При этом окрестности превращаются в открытку наподобие картинки зимней страны чудес.

Песчаник, перекрытый темно-цветными толщами базальта, составляет основу Драконовых гор, этим же обусловлена и их совершенно уникальная плоская форма. Зимой на вершины Драконовых гор ложится снег, а ниже влажные тропические леса с вечнозелёными лиственными и хвойными деревьями и лианами покрывают склоны ровным высоким ковром, уступая место саваннам и зарослям кустарников к западу. Говорят, что, попадая в Драконовы горы, чувствуешь себя словно у истоков человеческой цивилизации. Задолго до прихода сюда белого человека бушмены оставили следы своего пребывания в виде наскальных рисунков. Ритуальные сцены охоты, фрагменты бытовой жизни – эта древняя живопись во множестве встречается в этих загадочных горах. Последнюю группу бушменов, коренных жителей Драконовых гор, видели в этих местах в 1878 г., но с тех пор следов жизни кочевников не было обнаружено.

Зато здесь всё так же красиво и загадочно сегодня, как и тысячи лет назад. Чего стоит один лишь вид ущелья Ндедема – могучая гора словно разрезана глубокой горловиной пополам. Одна его часть сплошь покрыта лесом, другая же абсолютно голая. Говорят, что именно эти места вдохновили Рональда Толкиена, родившегося в Южной Африке, сесть за «Властелина колец».

ОРАНЖЕВАЯ РЕКА И РОЗОВОЕ ОЗЕРО.

Всякий здравомыслящий человек с первого взгляда убедится, что Египет… является даром реки. Геродот. История. V в. до н. э.

Кому-то Африка представляется жарким и сухим континентом, но по общему объему речного стока (4600 км³) континент занимает третье место в мире после Евразии и Южной Америки. Правда, воды распределяются по территории Африки крайне несправедливо, наделяя излишней влагой центральные районы материка и лишая подчас даже капли воды огромные пространства Сахары. Как мы уже упоминали, когда-то пересохшие русла Сахары были широкими, полноводными реками, а под поверхностью пустыни и по сей день плещется необъятное подземное море пресной воды, которая находит лишь редкие выходы наружу, образуя цветущие сахарские оазисы.

Африканские реки в нашем сознании овеяны легендами. Нил, Конго, Замбези, Лимпопо и Нигер – одни только названия, кажется, пахнут дикими животными, таинственными племенами и грандиозными приключениями. Каждая из этих великих рек значит для населяющих их долины народов гораздо больше, нежели просто водоём.

Для жителей Египта, например, Нил – это настоящее божество. В течение тысячелетий ему молились и приносили дары древние египтяне. Эти обряды не изменились и с приходом ислама – конечно, примерные мусульмане в сегодняшнем Египте уже не приносят в жертву Нилу своих дочерей, как это сделал, по преданию, один из древних фараонов, но церемонии символических жертвоприношений продолжают проводиться крестьянами ежегодно.

Мама и сын отдыхают на высоком берегу реки Омо, Эфиопия.

Крупнейшие реки Африки.

Нил считается самой длинной рекой Земли, хотя в последнее время и борется за это звание с Амазонкой. Он настолько велик, что сами африканцы никогда не могли толком ответить на вопрос о его истоках. Античные учёные наперебой предлагали самые удивительные гипотезы его происхождения. Например, даже такие – речные волны бьют прямо из-под земли. К ХIХ в. поиски истоков Нила стали в Европе чем-то вроде навязчивой идеи: одна за другой в Африку отправлялись исследовательские экспедиции. Джеймс Брюс обнаружил озеро Тана и истоки Голубого Нила. Джон Спик провозгласил, что Белый Нил вытекает из озера Виктория, за что его подверг резкой критике Ричард Бёртон. Долгие годы Давид Ливингстон бродил по району Великих озёр в попытке разобраться в хитросплетении здешних речных потоков и нащупать водораздел между бассейнами Конго и Нила.

Семейство гиппопотамов отдыхает в Голубом Ниле, Уганда.

Такой богатой историей, таким значением в жизни миллионов людей Амазонка похвастаться, конечно, не может. В конце концов, именно на Ниле и благодаря именно ему зародилась древнейшая в мире цивилизация. Даже богатство имён, которыми называют Нил, уже удивительно. Истоком Нила считают реку Рукарара, берущую начало на высоте более 2000 м на одном из массивов Восточной Африки, к югу от экватора. Рукарара превращается в Кагеру и впадает под этим именем в озеро Виктория. Из озера река выходит окрепшей, а потому обретает новое имя Виктория-Нил. Она протекает через озеро Кьога и впадает в озеро Альберта, ниже которого получает название Альберт-Нил. На всем этом отрезке течения река очень порожиста и образует несколько водопадов. Наиболее крупный из них – водопад Мёрчисона на р. Виктория-Нил – достигает 40 м в высоту. Выйдя из пределов нагорья под названием Бахр-эль-Джебель, река вступает в обширную и плоскую котловину. Течение её замедляется, а русло распадается на рукава, крупнейший из которых именуется уже Собат. Ещё ниже по течению река получает название Белый Нил. И только у суданской столицы Хартум происходит слияние с Голубым Нилом.

Судоходство по Нилу веками затруднялось из-за его многочисленных порогов, преодолеть которые на крупных судах невозможно. Ситуация изменилась после сооружения в Египте огромной Асуанской плотины, которая стала одним из самых масштабных инженерных проектов за всю историю Африки – возможно, со времени строительства Великих пирамид. Построенная при помощи Советского Союза, Асуанская плотина создала огромное водохранилище пресной воды, которое позволило Египту избавиться от тысячелетнего страха и преклонения перед изменчивым характером Нила. Благодаря озеру площадь пахотных земель в Египте увеличилась на треть. И каждый турист, приезжающий сюда, не сможет не изумиться тому факту, что во время строительства плотины знаменитый храм Абу-Симбел был распилен на 1036 кусков весом от 5 до 20 т и заново выстроен на новом месте, выше уровня водохранилища.

Водопад Тис-Исат: истоки Белого Нила, Эфиопия.

Второе место среди рек Африки по праву занимает Конго, самая полноводная водная артерия мира после Амазонки. Конго протекает в Северном и Южном полушариях, дважды пересекая экватор и вбирая в себя мощные потоки рек Убанги, Санга, Касаи. Но главную роль в образовании Конго играют ежедневные проливные дожди. В результате река становится настолько полноводной, что в Атлантическом океане её русло продолжается в виде подводной борозды на расстоянии 150 км от берега. Массы воды, выносимые Конго, опресняют океан на расстоянии нескольких десятков километров. Река настолько высоко ценится африканцами, что сразу две страны гордо носят её название – ну какой другой реке дана такая честь?

Западноафриканский Нигер уступает Конго и Нилу по длине и площади бассейна, но все же относится к числу крупнейших рек Земли. Стартует он на Северо-Гвинейской возвышенности, на высоте 900 м. Истоки его находятся всего в нескольких десятках километров от океана, но Нигер предпочитает сначала отправиться на северо-восток, повидать пустыню, а на границе Сахары резко меняет направление на юго-восточное. В этой части бассейна находится знаменитая внутренняя дельта Нигера, огромный регион болот и озёр, посредине которых на острове стоит древний глиняный город Дженне, основанный много веков назад рыбаками бозо и ставший одним из крупнейших торговых центров средневековой Африки. На Нигере процветали три великие империи Западной Африки – Гана, Мали и Сонгаи, по территории которых проходили пути торговли золотом. А сегодня его дельта, находящаяся на территории Нигерии, является районом крупнейших в Африке разработок чёрного золота – нефти, из-за которой дельту постоянно сотрясают бои между вооружёнными группировками за контроль за этим сокровищем XXI века, подчас именуемым проклятием.

На закате рыба в Нигере клюёт лучше, Мали.

ЗАМБЕЗИ – самая большая река Южной Африки и самая крупная из рек материка, впадающих в Индийский океан. В сезон, когда река полноводна, 7500 м³ воды проходит через водопад Виктория за одну лишь секунду. Объем воды настолько велик и она устремляется вниз с такой мощью, что поднимающееся в воздух облако брызг можно увидеть за десятки километров от великого водопада. Местное название водопада Виктория – «Моси-оа-тунья» – переводится как «Гремящий дым». В брызгах этого величественного водопада играет впечатляющая радуга, поднимаясь на высоту до 300 м.

В ноябре 1855 г. шотландский миссионер и исследователь Дэвид Ливингстон первым из европейцев достиг водопада Виктория. Удивительно, но исследователь совсем не был осчастливлен тем, что открыл такое великолепие, хотя позднее и писал, что тот дарил «виды столь прекрасные, что они должны радовать ангелов в полёте». Но для Ливингстона водопад, представляющий собой стену воды длиной около 1675 м и высотой 107 м, стал прежде всего препятствием на пути христианских миссионеров, стремящихся добраться до земель в центре материка. Несмотря на досаду, вызванную этим открытием, Ливингстон всё же признал, что его величия достойно только одно имя – королевы Виктории.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

ДАВИД ЛИВИНГСТОН (1813–1873) – британский миссионер и первооткрыватель Африки, ставший всемирно известным благодаря своим многолетним путешествиям по неизведанным ранее районам Южной и Центральной Африки.

Давид Ливингстон.

Ливингстон родился в небогатой сельской семье в Шотландии, однако рано проявил способности к познаниям, самостоятельно выучил латынь и древнегреческий и сумел поступить в университет. В возрасте 27 лет он решил стать миссионером и получил возможность отправиться в одну из миссий в Южной Африке.

Однако вскоре выяснилось, что Ливингстона больше интересует открытие неведомых земель, нежели крещение заблудших овец. Известно, что за десятилетия пребывания в Африке (1841–1856, 1858–1864, 1866–1873) ему удалось крестить лишь одного африканца, вождя небольшого племени в Ботсване. Впрочем, вера Христова вовсе не помешала вождю до конца жизни иметь нескольких жён и участвовать в традиционных церемониях призывания дождя с помощью жрецов; он был весьма недоволен тем, что Ливингстон вызывать дождь категорически отказывался.

Ливингстон, прозванный африканцами «Великий лев», долгие годы искал истоки Нила – навязчивую мечту европейцев его эпохи, – но нашёл вместо этого много всего другого. Ему принадлежит честь открытия водопада Виктории, озера Ньяса и ещё множества озёр и рек Африки. В 1871 г. Ливингстон, и так уже ставший национальным героем на родине, ещё более прославился тем, что исчез: его триумфально обнаружила в затерянной африканской деревне экспедиция газеты «Нью-Йорк геральд» во главе с Генри Стэнли. Однако в Европу Ливингстон возвращаться категорически отказался, и на родине оказался лишь после смерти – он похоронен в Вестминстерском аббатстве.

Не менее интересная история и у ОРАНЖЕВОЙ РЕКИ на юге континента. Она была названа так вовсе не потому, что цвет её вод напоминает мандарины. Своё название река получила в конце ХVIII в. благодаря полковнику Гордону, командующему гарнизоном Голландской Ост-Индской компании в Капстаде (нынешнем Кейптауне). Полковник был человеком любознательным и часто совершал экспедиции внутрь страны. Во время одной из них в 1779 г. он обнаружил крупную реку и окрестил ее в честь героя Нидерландской революции Вильгельма Оранского (по-нидерландски Oranje). По всем правилам по-русски река должна была бы называться «Оранской», но название истолковали проще, и оранжевый цвет навеки стал для нас атрибутом южноафриканской реки.

Оранжевая река спускается с Драконовых гор на территорию Королевства Лесото и несет свои воды через пустыню Калахари в один из самых засушливых регионов мира. В верхнем и среднем течении Оранжевая образует многочисленные пороги и водопады. В дождливый сезон Оранжевая река впадает в Атлантический океан, однако в условиях жаркого климата её воды быстро испаряются, и иногда она пересыхает ещё до того, как достигнет океана. В 1947 г. на берегу Оранжевой реки были обнаружены богатые месторождения золота и алмазов, которые здесь относятся к так называемым аллювиальным: их намывают прямо из речного песка. На жёлтый металл Оранжевая река тоже весьма щедра: треть всего золота ЮАР добывается именно в её речной долине.

Менее крупные реки Африки не менее интересны. Стоит упомянуть и о границе белого и чёрного миров – реке Сенегал, и об известной всем детям России и их родителям Лимпопо. Но сейчас поговорим об озёрах, которые своим величием ничуть не уступают африканским рекам.

Крупнейшие озёра Африки.

Неподалеку от Дакара, столицы Сенегала в Западной Африке, находится одно из уникальных чудес природы – ОЗЕРО РЕТБА, благодаря необычному цвету известное как Розовое озеро. Водяное зеркало площадью всего 3 км² раскинулось неподалеку от Зеленого мыса. Оно как будто вышло из русской сказки про молочную реку с кисельными берегами, только здесь всё наоборот: вода розовая, словно клюквенный кисель, а вот берега – белые, как молоко. Необычный цвет озера связан с наличием в воде цианобактерий, которые и производят особый пигмент. Эти создания – одни из немногих, способных выживать в густом рассоле, который представляет собой вода Розового озера. Концентрация соли здесь достигает 40 %, то есть почти в полтора раза выше, чем в Мёртвом море, на волнах которого покачиваются с книжкой многочисленные туристы. Соль толстым слоем лежит и на дне озера. Много лет назад оно было лагуной, соединённой с Атлантическим океаном узкой протокой, но постепенно океанские волны намыли песок, перекрывший протоку, и лагуна стала небольшим солёным озером. Сейчас его глубина не превышает трёх метров.

Красный цвет озера Чамо местные жители объясняют кровью жертв крокодилов, Эфиопия.

Ранним утром добытчики соли направляются к своим плоскодонкам, отвязывают их от берега и выходят на озёрные просторы. Отойдя подальше, они бросают якорь и смазывают кожу растительным маслом, которое добывают из плодов сального дерева. Если пренебречь этой нехитрой процедурой, то концентрированный солевой раствор, плещущийся за бортом лодки, буквально за полчаса разъест кожу чуть ли не до костей. Спрыгнув за борт лодки, добытчики специальным приспособлением вроде лома разрыхляют соль на дне озера, а затем наполняют ею корзину. Лодка вмещает до 500 кг соли, и со стороны кажется удивительным, что небольшое судёнышко с таким грузом не тонет. Однако, чтобы затопить хоть что-нибудь в этих водах или утонуть самому, надо очень постараться – концентрированный раствор держит на плаву и нагруженную плоскодонку, и человека.

Таким образом, для того чтобы загрузить лодку солью и заработать 3–4 доллара, опытному ныряльщику требуется не менее трёх часов. Солёная вода постепенно разъедает кожу, и тело покрывается язвами, поэтому работают здесь только самые бедные, в основном беженцы из соседних стран Западной Африки.

Рыбак перевозит хворост на папирусной лодке через озеро Тана, Эфиопия.

Слухи о существовании в Центральной Африке большого внутреннего моря доходили до европейцев на протяжении столетий. На средневековых картах ХVII–ХVIII вв. очертание огромного озера уже изображалось достаточно отчётливо, вероятно, по свидетельствам арабских торговцев, которые проникали сюда начиная с Х в. Однако лишь в середине XIX столетия, в основном благодаря путешествиям Ливингстона, Европа узнала о существовании целой системы Великих африканских озёр. Британец Джон Спик вышел на берег озера Виктория в 1858 г. Два года спустя Ливингстон, после неудачной попытки подняться вверх по Замбези на судне, начал исследования реки Шире и добрался по ней до южных окрестностей озера Ньяса. Впоследствии оказалось, что амбиции Ливингстона были напрасными: первым из европейцев Ньясу повидал ещё в 1616 г. португальский путешественник Гашпар Букарру. Однако сведения о его открытии оказались погребёнными под вековой пылью португальских архивов, и даже имя этого первопроходца было надолго забыто.

ОЗЕРО ВИКТОРИЯ – второе по величине в мире после Верхнего озера и самое обширное озеро в Африке. В отличие от глубоководных соседей, Танганьики и Ньясы, которые лежат в глубоких ущельях, Виктория заполняет мелкую впадину между восточной и западной сторонами долины Рифта. Озеро получает огромное количество воды от дождей – больше, чем от всех своих притоков. В его водах до сих пор водится огромное количество крокодилов, а также уникальная рыба протоптер, которая не меняет ни облика, ни места жительства уже 300 млн лет. Протоптеры – единственные из всего рыбьего племени – могут вдыхать и задерживать воздух в жабрах, будто в лёгких, и потому считаются связующим звеном между обычными рыбами и наземными животными. Протоптер переживает засуху, зарываясь в ил или глину на дне водоёма, и может находиться без движения до четырёх лет!

ОЗЕРО ТАНГАНЬИКА по объёму воды и глубине занимает второе место в мире – конечно, после Байкала. Берега озера поделены между четырьмя государствами – Демократическим Конго, Танзанией, Замбией и Бурунди. Его глубины представляют собой разлом земной коры между африканской и азиатской плитами, ставший причиной появления и других озёр, в том числе Ньяса и Альберта.

«НЬЯСА» на языке яо означает просто «озеро». Третье по площади и наиболее южное из озёр великого восточноафриканского разлома пролегает с севера на юг и держит третье место по глубине среди пресноводных водоёмов мира. В 1914 г., когда сюда пришли известия о начале войны, на озере состоялся единственный в истории Африки «озёрный бой», когда британская канонерская лодка потопила немецкий вооружённый пароход одним-единственным пушечным выстрелом, причём обошлось без жертв. Это было первое водное сражение Первой мировой войны – к сожалению, не последнее.

В самом центре Африки, посредине между Сахарой и экваториальным лесом, располагается последний реликт древнего Сахарского моря – ОЗЕРО ЧАД. Поверхность озера не постоянна: занимая в среднем около 27 тыс. км², в дождливое время года оно разливается до 50 тыс. км², а в сухой сезон сокращается до 11 тыс. км². Тёмная, грязноватая вода озера повсюду густо зарастает тростником и водорослями, представляя огромное болотистое пространство. Озеро очень мелко – его можно переезжать верхом вброд; глубиной отличается лишь западная часть, но и здесь в самый пик дождей глубина не превышает 11 м. В восточной части озеро покрыто сетью островков, многие из которых населены выходцами из самых разных народностей, волею судеб переселившихся сюда из мест своего обитания. Район озера Чад – один из самых пёстрых в этническом отношении на всём африканском континенте. Впрочем, жить на островах местным обитателям осталось недолго: Чад стремительно высыхает – его площадь сокращается ежегодно на десятки квадратных километров.

Заболоченные берега Чада большую часть года покрыты туманом испарений, выделяющихся из тины и содержащих галлюциногенные вещества. Именно так, во всяком случае, объясняют причудливые верования местных жителей о великанах и привидениях, ранее живших в этих местах и выходящих из вод озера по ночам. В ХIХ в. познакомиться с великанами посчастливилось британским путешественникам Клаппертону и Дэнхему, которые в ночи «увидели человеческие фигуры гигантских размеров – обнажённые, прекрасного телосложения, чёрно-бронзового цвета.

Плавучая деревня на озере Нукуэ, Бенин.

Фигуры стояли неподвижно, словно чего-то ожидая… Великаны, несмотря на дневное освещение, оставались на месте ровно два часа. Мы смело направились в их сторону, но они при нашем приближении как бы уходили в песчаные холмы». Местный вождь, услышав наутро от английских гостей об их видениях, благоразумно предположил, что гигантам нужно что-нибудь пожертвовать, например обувь. После того как вождю были выделены сандалии, чудовища больше не беспокоили путешественников.

Малоизвестным, но оттого не менее любопытным озером является Ассаль, кратерное озеро в центре Джибути в Восточной Африке. Одно из самых солёных озёр в мире лежит всего в 5 км от океана, но на 155 м ниже уровня моря – в Афарской низменности. Водоем наполняют несколько подземных источников, несущих воду из Индийского океана. Солёность озера составляет свыше 35 %; само его название переводится как «соленое». Из-за близости к вулканической лаве вода здесь постоянно горячая, иногда она прогревается до 35–40 градусов. В окрестностях Ассаля нет ни травы, ни кустарников, голые равнины с засоленной почвой соседствуют с полями черной лавы и холмами потухших вулканов. Воды озера абсолютно гладки, а над ними неизменно плывёт дымка испарений. Удивительно синяя вода в сочетании с лишенными растительности соляными полями создает необычайно живописную атмосферу древности, неизведанности и мистической тайны – именно то, чем манит человека Африка.

АФРИКА ЖИВАЯ И ДИКАЯ.

«… Послушай: далёко, далёко на озере Чад Изысканный бродит жираф…» Н. С. Гумилёв. Жираф. 1907

Любой из нас осведомлён, что в Африке проживают акулы, гориллы и большие злые крокодилы – этим, к сожалению, знания о континенте у многих и ограничиваются. Строки Чуковского очень удачно описывают образ Африки, сложившийся у нас с детства. Африка – это континент диких животных, континент наибольшего разнообразия фауны. Так оно и есть: ни на одном континенте не встречается такого биологического разнообразия, как здесь. Поэтому для большинства туристов Африка – это в первую очередь возможность увидеть животный мир в его первозданном великолепии. Но ехать на сафари значительно интереснее, обладая интересной информацией об особенностях и повседневной жизни животных. Именно поэтому мы решили собрать в этой главе самые любопытные факты о животном мире Чёрного континента. Причём, хотя мы хорошо понимаем, что людей обычно больше всего впечатляют размер животного (самое большое и самое маленькое млекопитающие в мире живут именно в Африке: африканский слон и карликовая белозубка) и их количество (стада в сто миллионов антилоп-спрингбок или стаи фламинго в десятки миллионов птиц), мы попробуем осветить и другие, менее известные, но подчас даже более впечатляющие сведения о том, какие диковинные существа проживают на Чёрном континенте.

Дикая фауна – цель большинства туристов, прибывающих в Африку южнее Сахары. При этом, конечно, прежде всего их интересует африканская саванна, раскинувшаяся широкой полосой от Сенегала до Эфиопии в Северном полушарии и от Намибии до Кении – в Южном. Это объясняется тем, что безбрежный океан саванны значительно обгоняет другие природные зоны по количеству и разнообразию видов так называемой мегафауны – крупных животных с массой тела свыше 50 кг.

Сколько зебр на этой фотографии?

Бесспорно, в саванне действительно есть чему поразиться. Ведь именно здесь проживает «большая пятёрка» животных, увидеть которых в естественных условиях хотя бы раз в жизни должен каждый любознательный человек. Чемпионом мира среди сухопутных животных является африканский саванный слон: вес его самцов достигает 12 т, а вес одних только бивней доходит до 200 кг, так что к концу жизни многие слоны умирают из-за невозможности поддерживать тяжесть собственных клыков. При этом слон лишь на первый взгляд кажется неповоротливым животным: как писал Ливингстон, «если вы хотите представить, что такое охота на слона, встаньте на железнодорожные рельсы и отскочите за десять шагов до несущегося на вас поезда».

Саванный слон бесстрашно движется прямо на объектив автора, Уганда.

Когда-то слоны водились по всей Африке, в том числе и на Средиземноморском побережье, откуда во II в. до н. э. 37 из них отправились в знаменитый поход Ганнибала на Рим. Однако примерно 1500 лет назад слоны в Северной Африке вымерли, и сегодня наиболее крупные популяции сохранились лишь в южной части континента – в Танзании, Ботсване и Зимбабве, где слонов насчитывается по 100 тыс. особей. Тем, кому это покажется слишком большим числом, напомним, что ещё 100 лет назад слонов в Африке было не менее 10 млн.

Саванный слон обитает практически на любых высотах и в любых районах степи и лесостепи, где может достать пищу. Подсчитано, что около 75 % своей жизни слон тратит на пропитание и его поиски, чтобы поддерживать массу тела и не закончить столь же плачевно, как когда-то его близкий родич мамонт.

Дамана можно легко встретить в национальном парке Накуру в Кении.

После гибели мамонтов, как это ни странно, ближайшим родственником слона остаётся даман, небольшой африканский зверёк, по виду напоминающий скорее сурка или морскую свинку. Это удивительное реликтовое животное (точнее, четыре его вида, входящие в особый отряд дамановых) тоже обитает в природной зоне саванн.

За второе место среди крупнейших млекопитающих Земли конкурируют гиппопотам и носорог, имеющие массу тела до 5 т. Родственные связи бегемота тоже весьма удивительны: ранее он считался близким родичем свиней, однако сегодня учёные полагают, что генетически он ближе морским китам, нежели сухопутным млекопитающим. Ареал обитания бегемота, как и других крупных животных, постоянно сужается: когда-то он проживал и в дельтах крупных рек Ближнего Востока, где его почитали финикийцы (русское слово «бегемот» происходит из их языка), и в Африке к северу от Сахары, где в его образе временами являлся людям древнеегипетский бог Сет. Но сегодня он сохранился лишь в Тропической Африке, причём иногда в самых удивительных местах. Например, хотя известно, что бегемот может пройти от водоёма к водоёму не более 5 км, в национальном парке Нгоро-Нгоро (Танзания) гиппопотамы живут в кратерном озере, от которого до ближайшего водоёма десятки километров. По всей вероятности, они явились сюда в более влажную эпоху, когда озёр и рек в саванне было значительно больше.

Бегемот, как и другие крупные животные континента, сильно пострадал от охоты на него: клыки гиппопотама по стоимости в отдельные годы превышали слоновую кость. Сегодня его численность продолжает медленно снижаться, но всё ещё составляет около 150 тыс. особей.

Любопытный гиппопотам выглядывает из озера Виктория, Уганда.

Африканский носорог на самом деле представляет собой два рода – белых и чёрных, различных не по внешнему виду (оба они, как ни странно, серого цвета и по оттенку почти не различаются), но по образу жизни. Белый носорог, например, питается саванными травами, а чёрный предпочитает лакомиться древесными листьями. Есть важное различие и в характере. Если белый носорог отличается мирным нравом и относительным добродушием, то чёрный, напротив, весьма агрессивен и с удовольствием нападает не только на человека, но и на джипы с любителями сафари, для которых удар пятитонного зверя тоже может закончиться весьма плачевно, от чего волею судеб был спасен один из авторов этих строк. Численность носорога в дикой природе весьма мала; одно время белых носорогов вообще считали вымершими, а сегодня носорогов насчитывают около 15 тыс. и активно пытаются разводить в национальных парках.

Лев, леопард и гепард составляют триаду самых крупных кошачьих на африканском континенте. Первые два из них – близкие родственники, входящие в один род пантер (вместе с тигром и ягуаром, царями зверей соответственно в Азии и Южной Америке), в то время как гепард существенно уступает им по размеру, составляя особый род. При этом лев и леопард – единственные животные в Африке, которых причисляют к сверххищникам: они находятся на самой вершине пищевой цепочки, и им одним не угрожают никакие другие хищники, кроме, разумеется, самого главного хищника на Земле – человека.

ВСЕ ТРИ КРУПНЫЕ КОШКИ НЕ МОНОПОЛИЗИРОВАНЫ АФРИКОЙ. НЕБОЛЬШАЯ ПОПУЛЯЦИЯ ГЕПАРДОВ СОХРАНИЛАСЬ В ПУСТЫНЯХ ИРАНА, А АЗИАТСКИХ ЛЬВОВ – В ИНДИИ. ЛЕОПАРД ДОВОЛЬНО ШИРОКО РАСПРОСТРАНЁН В АЗИИ, В ТОМ ЧИСЛЕ НА РОССИЙСКОМ ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ.

С тремя хищниками можно встретиться в естественной среде даже в ходе краткого туристического сафари. Например, льва, обычно весьма осторожного и нелюдимого животного, можно почти гарантированно увидеть в середине дня в национальном парке Королевы Елизаветы (Уганда), возле посёлка Ишаша, где они любят пережидать полуденный зной, лёжа на деревьях. В ЮАР и вовсе есть специальные «львиные заповедники». Леопарда лучше всего искать среди ветвей, где он ночует и откуда выслеживает добычу в течение дня. А вот гепард – самое быстрое животное на Земле – предпочитает скрываться в высоких травах саванны. Дело в том, что бежать со своей максимальной скоростью (до 115 км/ч) он может лишь не более 20 сек., в то время как, например, африканский страус способен сохранять крейсерскую скорость до 70 км/ч в течение получаса безо всяких передышек и перекуров.

Львы любят скрываться от полуденной жары на деревьях.

Увидеть льва, леопарда и гепарда – мечта любого туриста, приезжающего на сафари по национальным паркам Африки. Однако гиды часто предупреждают, что льва нужно увидеть по крайней мере дважды. Этот вид обладает нехарактерным для кошачьих половым диморфизмом, то есть внешний вид самки и самца сильно различается, так что для полноты картины желательно увидеть и тех, и других. Львы живут прайдами, и наверняка вам удастся увидеть не одну особь, а сразу целое семейство, лениво наслаждающееся послеобеденным отдыхом на жарком солнце.

Африканский буйвол – крупнейшее копытное континента. Это весьма мощное животное на первый взгляд медлительно и неповоротливо, но может развивать неожиданно быструю скорость в атаке. Парадоксально, но от копыт и рогов буйвола погибает в Африке больше людей, чем от любого другого хищника, в том числе и льва. Африканские гиды, отправляющиеся в саванну на джипах или микроавтобусах с туристами, весьма озабочены тем, чтобы ни в коем случае не встать на пути у буйвола, ведь он никогда не сворачивает перед препятствием и нападает без предупреждения даже на превосходящие его размерами автомобили. Великий предводитель зулусов Чака в начале ХIХ в. использовал для построения своей победоносной армии тактику «атака буйвола». Части его войска назывались «рога», «грудь» и «тело». Как и атаки самих буйволов, эта тактика была весьма успешной и оказалась бессильной лишь перед огнестрельным оружием европейцев.

Другим интереснейшим копытным животным является жираф, наблюдать которого можно практически во всех районах саванны Западной, Восточной и Южной Африки. Раньше было принято делить жирафов на виды по форме окраски, однако позже было доказано, что особую расцветку может иметь не только популяция, но даже отдельное стадо. А расположение пятен на шкуре жирафа и вовсе неповторимо, как отпечаток пальца человека.

Значительно реже удаётся увидеть ближайшего родственника жирафа, окапи Центральной Африки, внешне напоминающего лошадь, но генетически не имеющего к ней никакого отношения. Окапи впервые познакомились с белым человеком лишь столетие назад – в конце ХIХ в. экспедиция Стэнли набрела на группу пигмеев, которых совершенно не удивили лошади: у нас в лесу, сообщили они, водятся такие же. До этого окапи считались очередной легендой, каких в Африке немало. Сегодня установлено, что окапи также является родичем доисторического элладотерия, животного из семейства жирафовых, обитавших в своё время и в Европе.

КРУПНЕЙШЕЕ СКОПЛЕНИЕ АНТИЛОП БЫЛО ЗАФИКСИРОВАНО В ЮЖНОЙ АФРИКЕ В КОНЦЕ XIX В. ЭТО БЫЛО СТАДО СПРИНГБОКОВ, В КОТОРОМ НАСЧИТЫВАЛИ ДО 100 МЛН ОСОБЕЙ – БОЛЬШЕ, ЧЕМ ЧИСЛЕННОСТЬ НАСЕЛЕНИЯ ВСЕЙ ТОГДАШНЕЙ АФРИКИ.

Олени, антилопы и газели Африки составляют целый десяток семейств и весьма сильно различаются и размерами, и внешним видом, и образом жизни. Они обитают и в саваннах, и в лесах, и в пустынях, и когда-то количество их в Африке исчислялось миллиардами. Крупнейшей антилопой саванн является канна (ростом до 2 м), а вот карликовая антилопа западноафриканских лесов не вырастает более 25–30 см и внешне напоминает скорее грызуна. Несмотря на сужение сферы обитания, карликовым антилопам пока ничто не угрожает: они слишком малы и осторожны, чтобы стать добычей охотников. Среди антилоп встречаются и другие удивительные виды – например, ситатунга Центральной Африки большую часть времени проводит в воде и туда же ныряет в случае малейшей опасности, оставляя на поверхности лишь ноздри, или гну, известные своими массовыми – до 2 млн особей – ежегодными миграциями по восточноафриканской саванне.

Антилопы коб в саваннах Восточной Африки.

Саванна.

Второй после саванны зоной активного сафари в Африке является экваториальный лес, раскинувшийся широкой полосой почти через весь континент, от Гвинеи до Уганды. Многие любители фауны считают экваториальную зону даже более интересной, чем «исхоженную» саванну. Этот район, животное разнообразие в котором велико, как нигде в мире (во влажных лесах экватора обитает около 70 % всех видов животных планеты), открылся учёным только в конце ХIХ в. Ещё столетие назад о таких животных, как шимпанзе бонобо, карликовый гиппопотам или большая лесная свинья, в Европе не знали вовсе. А о существовании горилл европейцам хоть и было известно с античных времён (их видели карфагенские мореплаватели в своём удивительном путешествии, о котором мы расскажем чуть ниже), но увидеть и описать их впервые белому человеку довелось лишь в 1847 г.

Оливковый бабуин любит позировать на камеру.

Фауна экваториальной чащи не изучена до конца, и новые виды птиц, рептилий, насекомых здесь продолжают обнаруживать до сих пор (ещё одна из многочисленных возможностей африканского континента, открывающихся для наших читателей). Особенно богат на открытия был ХХ в., и некоторые из тогдашних свидетельств до сих пор звучат весьма загадочно. Известия о таинственных 6-метровых змеях о двух ногах, 15-метровой ящерице, пожирающей носорогов, и таинственном «поедателе слонов» продолжают поступать в распоряжение учёных. В болотах бассейна Конго, по словам местных жителей, проживает таинственный зверь под названием «мбиелу-мбиелу-мбиелу», всплывающий на поверхность воды лишь изредка, демонстрируя спину, поросшую водорослями или пластинами. Предположение о том, что это животное является уцелевшим родственником знаменитого стегозавра, подтвердить пока не удалось, но правда, вероятно, состоит в том, что ещё не все виды животных тропического леса открыты и научно исследованы.

О ТОМ, ЧТО НАХОДКИ ДОИСТОРИЧЕСКИХ ЖИВОТНЫХ В АФРИКЕ ВОЗМОЖНЫ, СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ СЕНСАЦИОННОЕ ОТКРЫТИЕ ЛАТИМЕРИИ – ИСКОПАЕМОЙ РЫБЫ, ЧЕЙ ВОЗРАСТ НАСЧИТЫВАЕТ ОК. 40 МЛН ЛЕТ. ОНА ПОПАЛАСЬ В СЕТИ ЮЖНОАФРИКАНСКОГО РЫБАКА В 1938 Г. И ВЫЗВАЛА ФУРОР В ИХТИОЛОГИИ.

Бывает и так, что разновидности одного вида оказываются генетически весьма неоднородными и заслуживают классификации как разные виды. В начале ХХI в. учёные пришли к выводу о том, что небольшой по размеру лесной слон, проживающий в экваториальной чаще, должен считаться особым видом, в отличие от своего саванного родственника. Это соображение подтверждается не только генетическими и физическими различиями, но и разницей в образе жизни и поведении. В то время как саванного слона африканцы традиционно считают другом человека и относятся к нему с симпатией за его спокойный и добродушный нрав, лесной слон весьма агрессивен и может без видимых причин напасть на человека, так что пигмеи, жители экваториальных чащ, его сильно побаиваются. Отличить лесного слона довольно легко: он отличается меньшим ростом и бивни его растут вниз, практически не изгибаясь вперёд.

Экваториальный лес.

Проживает в лесах и карликовый бегемот, близкий родственник большого гиппопотама саванн. Когда-то ареал его обитания охватывал всё северное побережье Гвинейского залива, но сейчас в нескольких национальных парках сохранились лишь отдельные небольшие популяции, где карликовый бегемот, в отличие от своего сородича, проживает не стадами, а поодиночке.

Восточная (горная) горилла – самый редкий вид человекообразных.

Основной же достопримечательностью экваториального леса по праву можно считать человекообразных обезьян: два вида шимпанзе (обыкновенный и карликовый, или бонобо) и два вида горилл (западная и восточная). Наблюдение за ними оставляет незабываемые впечатления, ведь эти ближайшие родственники человека действительно и выглядят, и ведут себя подчас настолько по-человечески, что многие коренные народы Африки исконно считали их людьми, выделяя из общей массы животных. Пигмеи мбути, например, считают, что шимпанзе изобрели огонь, а люди лишь впоследствии выкрали его у них. В то же время научные исследования африканских человекообразных в последние десятилетия открыли огромное количество фактов, проливающих свет на историю происхождения человека.

Самым редким подвидом гориллы является горная горилла, обитающая на склонах гор Вирунга на границе Уганды, Руанды и Конго. Её обнаружили только в ХХ в., когда германский офицер подстрелил в горах Руанды неизвестного ему примата. После того как нашлись и другие стрелки, общая численность популяции горных горилл опустилась до нескольких сотен, и столько же долларов нужно заплатить за возможность пройти несколько часов по заболоченной чаще, чтобы увидеть этих уникальных животных. К гориллам можно подобраться довольно близко. Вопреки распространённому мнению, они вовсе не являются агрессивными убийцами, как в известном рассказе Эдгара По «Убийства на улице Морг». Их методы защиты нацелены на то, чтобы напугать человека, а не напасть на него. Укусить горилла может только того, кто от неё убегает, отчего у многих лесных народов укус гориллы расценивается как явный признак трусости. Легендарный Кинг-Конг и прочие гориллы – разрушители в мировой литературе и кинематографе – лишь свидетельство страха цивилизованного человека перед неизведанным, таинственным миром африканского леса.

НАУЧНЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ ВЫЯВИЛИ У ГОРИЛЛ И ШИМПАНЗЕ ЯЗЫКОВЫЕ СПОСОБНОСТИ. АФРИКАНЦЫ И РАНЬШЕ СЧИТАЛИ, ЧТО ГОРИЛЛЫ И ШИМПАНЗЕ УМЕЮТ ГОВОРИТЬ, НО ДЕРЖАТ ЭТО В ТАЙНЕ ОТ ЛЮДЕЙ, ПОТОМУ ЧТО БОЯТСЯ, ЧТО ИХ ЗАСТАВЯТ РАБОТАТЬ. УЧЁНЫМ УДАЛОСЬ НАУЧИТЬ ОБЕЗЬЯН «ГОВОРИТЬ» НА ЖЕСТОВОМ ЯЗЫКЕ ГЛУХОНЕМЫХ. ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО ШИМПАНЗЕ МОГУТ НЕ ТОЛЬКО ЗАУЧИВАТЬ «СЛОВА», НО И СОЗДАВАТЬ НОВЫЕ С ПОМОЩЬЮ КОМБИНАЦИЙ УЖЕ ИЗВЕСТНЫХ: НАПРИМЕР, ОБОЗНАЧАТЬ ЛЕБЕДЯ ЗНАКАМИ «ВОДА+ПТИЦА», АРБУЗ – «ФРУКТ+НАПИТОК» И ДАЖЕ ДЕТСКОГО ГЕРОЯ БУРАТИНО – «СЛОН+ДИТЯ». ДОСТУПНО ИМ И СЛОЖЕНИЕ ФРАЗ: НАПРИМЕР, ОДНА ИЗ ГОРИЛЛ СОСТАВИЛА ЦЕЛЫЙ РАССКАЗ О НАПАДЕНИИ БРАКОНЬЕРОВ НА ЕЁ МАТЬ, СЛОЖИВ ОКОЛО ДВУХ ДЕСЯТКОВ СЛОВ. ШИМПАНЗЕ, ВЕРОЯТНО, ДОСТУПНО ПОНЯТИЕ ПИСЬМЕННОСТИ: ОНИ РИСУЮТ ПИКТОГРАММЫ О СВОИХ ЖЕЛАНИЯХ, ПРИНЦИПИАЛЬНО СХОЖИЕ СО ЗНАКАМИ ПРОТОПИСЬМЕННОСТИ ДРЕВНИХ ЛЮДЕЙ. А ГОРИЛЛЫ, КАК ОКАЗАЛОСЬ, УМЕЮТ ДАЖЕ ШУТИТЬ.

Помимо человекообразных, в лесах Африки проживает ещё несколько десятков видов обезьян. И совсем особенный мир приматов представляют собой остров Мадагаскар и соседние Коморские острова, единственная зона обитания множества видов лемуров. Ещё в 1999 г. количество известных нам видов отряда лемурообразных составляло не более тридцати, но к 2008 г. эта цифра увеличилась до 97. Весьма вероятно, что новые открытия ещё ждут зоологов в мадагаскарских лесах, ведь самые маленькие лемуры весят всего 30 г, так что заметить их в ветвях бывает совсем непросто. Совсем иной животный мир открывается туристу и исследователю в пустынях Африки. Многим кажется, что зоологу после саванн и лесов здесь будет скучновато, но это вовсе не так. В пустыне обитают виды животных, которых не увидишь нигде более на планете. Это, например, небольшая уникальная популяция пустынных слонов Намибии: они способны обходиться без воды до пяти суток, храня её запас в особого рода отделе ротовой полости под языком. От обычных слонов их отличают более длинные ноги и сравнительно небольшой вес, что позволяет слонам передвигаться до 80 км в сутки в поисках пищи. Ранее учёные вообще отказывались верить в то, что такое крупное животное может выживать в пустыне, но исследование подтвердило этот феномен.

Пустыни.

А вот орикс – крупная антилопа полупустынных районов Африки – вообще никогда не пьёт воды. Влагу он аккумулирует из потребляемой растительной пищи, тщательно поддерживая её уровень в своём организме.

Среди уникальных животных Сахары стоит вспомнить и фенека – самого маленького представителя семейства псовых. Фенек распространён по всей Сахаре, где, как и многие пустынные животные, ведёт ночной образ жизни, отсиживаясь в течение дня в многоходовых подземных норах. Его размеры даже меньше кошки – длина тела составляет в среднем около 35 см. Так как в европейских домах издавна в моде миниатюрные породы собак, фенеков иногда продают в странах Северной Африки под видом домашнего животного; в большинстве случаев это заканчивается плачевно.

В пустыне Сахара вплоть до недавнего времени сохранялась небольшая популяция крокодилов, которых ещё в 1950-х годах можно было наблюдать в Алжире. Ранее, как известно, они были основной и самой грозной достопримечательностью Нила, но сегодня нильский крокодил из-за неконтролируемой охоты и моды на изделия из его кожи практически полностью исчез в Египте, сохраняясь лишь в странах к югу от Сахары. Помимо нильского крокодила, в Западной Африке обитают ещё два вида этих пресмыкающихся: острорылый и тупорылый крокодилы, размером меньше нильского.

Из прочих африканских рептилий местными жителями выделяется питон, священное и тотемное животное многих народов континента. Африканские питоны размером не столь велики, как их азиатские сородичи, однако обладают мощным и толстым телом, способным переваривать даже крупную добычу, включая детёнышей антилоп. В мифологии многих африканских народов питону принадлежит власть над царством воды, а иногда и над людьми. Догоны Мали полагают, что по ночам священный питон Лебе приходит к их главному жрецу, хогону, и облизывает его языком, передавая таким образом своё сакральное благословение. Даже сегодня, когда хогон пользуется мобильным телефоном и с удовольствием принимает от туристов пожертвования в виде флеш-накопителей, он подтверждает, что еженощно поддерживает столь же тесное общение с питоном Лебе.

ЛЕГЕНДЫ ОБ ОГРОМНЫХ ЗМЕЯХ В АФРИКЕ ВЕСЬМА МНОГОЧИСЛЕННЫ, ОДНАКО УЧЁНЫЕ НЕ СКЛОННЫ БЫЛИ ИМ ВЕРИТЬ, ПОКА В ЕГИПТЕ НЕ БЫЛ ОБНАРУЖЕН СКЕЛЕТ ГИГАНТОФИСА, КРУПНЕЙШЕЙ ИЗ ИЗВЕСТНЫХ НАУКЕ ЗМЕЙ, РАЗМЕРОМ БОЛЕЕ 9 М. ЖИВЫХ ГИГАНТОФИСОВ ПОКА НЕ НАЙДЕНО.

У некоторых народов Африки странным образом распространено поверье о ядовитых ящерицах, в то время как все африканские ящерицы на самом деле безвредны. Возможно, какие-то ядовитые виды существовали здесь раньше, но со временем вымерли, сохранив о себе память лишь в мифологии. Но несмотря ни на что, многие африканцы по сей день уверены – ящерицы несут смерть своими укусами. Автору этих строк однажды пришлось вступить в длительный спор об этой проблеме с жителями гвинейской деревни, но даже когда им было продемонстрировано безвредное действие укуса пойманной ящерицы, они резонно возразили: конечно, белого человека такая ящерица не берёт, а вот чернокожий точно долго не протянет.

Мало кто знает, что в Африке можно увидеть и крупных водных млекопитающих. В реках и прибрежных бухтах Западной Африки проживает ещё довольно многочисленный ламантин – родственник как китов, так и бегемотов. В длину они достигают 4 м, а весят около полутонны. К сожалению, в последнее время усиленное загрязнение африканских рек привело к резкому сокращению популяции ламантинов. А в крупнейшем африканском озере Виктория ещё совсем недавно фиксировали дюгоня – крупное морское животное, которое, как полагали ранее, обитает только в морских водах. Кто бы ни являлся объектом наблюдения в дикой природе Африки, сафари в любом случае остаётся одним из самых увлекательных приключений. Наблюдение за животными не может надоесть. Каждый выход в лес, каждая прогулка по тихой, утопающей в зелени африканской реке с мощным объективом наперевес не будет похожей на предыдущие. В Африке стоит непременно посетить животный мир всех трёх крупных природных зон. Более того, стоит помнить и о ночной фотоохоте, ведь многие животные Африки ведут активную жизнь только в ночное время суток. К ним, например, относятся небольшие, но очень интересные хищники – генетты и циветты, а также уникальное реликтовое животное трубкозуб, происхождение которого до конца ещё не выяснено. По всей Африке вечером или ночью можно наблюдать медоеда, или рателя, – небольшого зверя из семейства куньих характерной чёрно-белой окраски. Впрочем, наблюдать его лучше издали. Этот маленький всеядный зверь чрезвычайно агрессивен и бесстрашен, так что может атаковать и буйвола, и льва, и человека. Его толстая кожа делает его неуязвимым для любых когтей и зубов, да и способность испускать тошнотворный запах не способствует близкому знакомству.

Важно отслеживать и сезонность – многие животные Африки в течение года мигрируют между пастбищами в поисках пищи и воды. И уж конечно, следует помнить о сезонных перемещениях таких крупнейших мигрантов на планете, как птицы.

Сафари за золотыми обезьянами в бамбуковой роще, Руанда.

Животные Африки интересовали и завораживали европейцев ещё в античную эпоху. Выше мы уже описывали, как в первые века нашей эры диких зверей тысячами вели через Сахару и везли по Красному морю для арен цирков и гладиаторских игрищ Римской империи. Африканский лев изображался на гербах бесчисленных феодальных родов Европы, чьи представители не очень представляли себе, как этот лев должен выглядеть.

ИМЯ «ЛЕВ», ШИРОКО РАСПРОСТРАНЁННОЕ ЕЩЁ В РАННЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ, ТОЖЕ СРОДНИ КУРЬЁЗУ – ЭТО ЕДИНСТВЕННОЕ ЛИЧНОЕ ИМЯ, ПРОИСХОДЯЩЕЕ ОТ НАЗВАНИЯ ЖИВОТНОГО, В ЕВРОПЕ НЕ ОБИТАЮЩЕГО. ОСТАЛЬНЫЕ «ЗВЕРИНЫЕ» ИМЕНА ЕВРОПЕЙСКИХ НАРОДОВ ПРОИСХОДЯТ ОТ ПРИВЫЧНЫХ НАМ ЖИВОТНЫХ: ВОЛКА, ЗАЙЦА, ОЛЕНЯ.

Слоны, жирафы, леопарды и в Средние века, и в Новое время считались в Европе и Азии одними из самых изысканных подарков владыкам. Даже в ХХ в. лидеры новых независимых государств Африки дарили диких животных своим друзьям-диктаторам, включая председателя Китая товарища Мао Цзэдуна и великого вождя КНДР товарища Ким Ир Сена.

Для самих же африканцев животные и птицы в течение тысячелетий были прежде всего объектом религиозного поклонения и одновременно средством пропитания. Даже после того, как большая часть населения Африки перешла к земледелию и скотоводству, охота никогда не утрачивала своей важности. Урожай может уничтожить наводнение или засуха, а скот – поразить муха цеце, и в течение веков африканец больше всего опасался именно голода. Зато количество диких животных, пригодных к употреблению в пищу, вплоть до совсем недавнего времени значительно превышало количество людей. Охотник неизменно пользовался в традиционном обществе высоким авторитетом, и в древности мирные земледельцы нередко привлекали соседние охотничьи племена для своей охраны: некоторые учёные считают, что именно так появились первые профессиональные военные.

Популяция чёрного носорога почти истреблена охотниками.

Охота, впрочем, никогда не была в Африке столь массовым явлением, как после появления здесь европейцев. Африканцы и раньше жили добычей дикого зверя, однако немногочисленное население континента не могло повлиять на экологический баланс. Копьём, луком и западнёй вряд ли можно существенно повлиять на многомиллионную популяцию диких животных, населяющую леса и саванны. Однако на смену отравленной стреле африканского охотника пришла свинцовая пуля. Охота стала едва ли не единственным развлечением европейских колонистов, офицеров и чиновников на африканских землях. Всякий уважающий себя британский офицер или французский чиновник должен был привезти из африканской командировки львиную шкуру или ухо слона, самые заслуженные трофеи охотника. В моду в Европе вошли платья с оторочкой из леопарда, аксессуары и обувь из крокодиловой и змеиной кожи, перья экзотических птиц на женских шляпках.

В то же время огнестрельное оружие оказалось в руках у стремительно растущего местного населения, и многовековой баланс между луком туземца и клыком леопарда был нарушен. Кроме убийства ради трофеев, в Африке была освоена и коммерческая добыча животных. Слоновьи бивни, носорожьи рога, мускус виверры и страусиные перья, о ценности которых до прихода европейцев в Центральной Африке даже не подозревали, теперь стали причиной уничтожения миллионов зверей и птиц. В течение короткого (всего 80 лет) колониального периода поголовье африканских слонов снизилось в десятки раз. В конце ХIХ в. только в Великобританию ежегодно ввозилось 550 тыс. тонн слоновой кости.

В 1960-е годы в новых независимых странах Африки были созданы заповедники и национальные парки, где поголовье животных понемногу начало расти. Однако ситуация, на первый взгляд весьма благополучная, осложняется многочисленными межгосударственными и гражданскими войнами, с незавидной частотой вспыхивающими на континенте. Политическая нестабильность ведёт к тому, что животные вновь начинают тысячами гибнуть из-за браконьерства. Например, в заповеднике «Водопады Мёрчинсона» в Уганде еще в 1973 г. насчитывалось не менее 10 тыс. слонов. Ослабление центральной власти и боевые действия в ходе гражданской войны 1981–1985 гг. привели к тому, что их поголовье в 1982 г. снизилось до 25.

При этом охота и поныне не теряет популярности у туристов из Европы и Америки. Однако её объёмы в большинстве стран удаётся регулировать: животных можно отстреливать лишь в специально отведённых парках, где их популяции ничего не угрожает, в особые сезоны, при получении специальной лицензии и под присмотром егерей. Охотники жалуются, что в африканской охоте не осталось ни намёка на романтическое приключение: если раньше это был поединок мужественного человека и дикой природы, то теперь зверь локализуется с помощью GPS-навигатора, до него можно добраться на кондиционированном джипе, а в походе охотника сопровождает целый штат африканских служащих, включая сотрудников охраны парка, фотографа и даже ветеринарного врача-хирурга. Да и цена лицензии на убийство животного возросла в десятки раз: жизнь слона, например, стоит сегодня от 20 тыс. до 70 тыс. долларов, льва – от 18 тыс. до 45 тыс., а довольно редкий чёрный носорог обойдётся в 250–300 тыс. долларов. Оставшиеся члены «большой пятёрки» – гиппопотам и африканский буйвол – стоят несколько дешевле, но из-за их малоподвижности они считаются менее интересной добычей. Некоторые охотники предпочитают бегемоту дикобраза, в которого хотя бы нужно постараться попасть. И всё же спрос на охоту в Африке не ослабевает.

Сегодня, несмотря на жёсткие меры по охране природы в ряде государств и запрет на вывоз слоновой кости, в год Африка теряет не менее 30 тыс. слонов из-за браконьерства и погони за ценным бивнем. Множество видов диких млекопитающих, птиц и рептилий в результате охоты и вовсе оказались на грани исчезновения; некоторые из них, к сожалению, перешли эту черту, откуда пути назад уже нет. Например, ещё в ХIХ в. в высоком вельде Южной Африки паслись стада квагг – интересных копытных животных, напоминавших зебру, но имевших коричневую окраску, с полосами на голове и шее. Красивая голубая антилопа, проживавшая там же, тоже была истреблена ещё в конце XVIII столетия, и мы сегодня имеем лишь слабое удовольствие наблюдать её чучела в музеях Стокгольма, Лондона и Вены. А вот сообщения о последних представителях редчайшего атласского медведя до сих пор приходят из горных районов Марокко и Алжира, где охота на него была запрещена столетие назад.

Вымершая квагга была близким родственником африканской зебры.

Возможно, вымерших животных в Африке было бы значительно больше, если бы не усилия энтузиастов, взявшихся во второй половине ХХ в. за увлекательную работу по разведению исчезающих зверей в неволе. Одним из самых замечательных и успешных специалистов в этой области стал англичанин Джеральд Даррелл. Его мечтой стало создание особого зоопарка, где редкие животные могли бы развиваться в вольных условиях, приближенных к естественной среде обитания. В 1947 г. Даррелл отправился в свою первую экспедицию в Камерун, где целью его «охоты» стали виды, как раз наиболее пострадавшие от охоты: млекопитающие, рептилии, птицы. Разослав их по лучшим зоопаркам Европы и Америки, Даррелл рассчитывал, что со временем удастся собрать жизнеспособную популяцию, которую затем можно будет вернуть в Африку, в специально созданные заповедники. Экспедиции, впрочем, потребовали колоссальных средств, и растративший всё своё состояние Даррелл, для того чтобы обеспечить доход своему предприятию, сел за перо.

Так родился великий писатель, чьи книги продолжают издаваться миллионными тиражами, в том числе и в России. «Если мне нужно раздобыть денег, я сажусь за новую книгу», – говорил Даррелл, открывший в 1959 г. ныне всемирно известный Трест охраны диких животных. Эмблемой треста стала нелетающая птица дронт, когда-то населявшая Маскаренские острова у побережья Африки и исчезнувшая в результате деятельности человека. Благодаря работе Даррелла были спасены от исчезновения несколько видов обезьян, уникальный розовый голубь с острова Маврикий, лучистая черепаха и другие животные и птицы Африки, которых теперь можно вновь увидеть в дикой природе.

Воловьи шкуры составляют ансамбль повседневного костюма народа хамар, Эфиопия.

Животные издревле не только кормили, но и одевали человека. Сегодня одежды из шкур и меха диких зверей у местных народов уже практически не встретишь; пожалуй, повседневная одежда из шкур сохранилась только у охотников леса и пустыни, а также у народов южной Эфиопии и Южного Судана. Однако вожди племён и областей по всей Тропической Африке для наиболее торжественных церемоний всё ещё надевают накидки из леопардовых шкур (как вожди зулу в ЮАР или король ашанти в Гане). Традиционные головные уборы воинов оромо (Эфиопия) делаются только из шкур бабуинов, и, по мнению самих оромо, это придаёт им дополнительных сил в битве и отпугивает противника – в последнее охотно верится. Головные уборы из шкур леопарда не выходят из моды у правителей Центральной и Южной Африки, а самой известной моделью из них стала, конечно, леопардовая шапка-пилотка бывшего президента Заира Жозефа Мобуту, которую он не снимал даже во время государственных визитов в страны Запада. Женщины народов дитаммари (Того) носят плетёные шляпы с высокими рогами антилопы, а ньяруанда (Руанда) украшают свои головные уборы шерстью жирафов.

Эти обычаи происходят из религиозных представлений африканцев, в которых животные всегда занимали центральное место. Зависимость от охоты и особые отношения между охотничьим сообществом и животными уже в глубокой древности привели к созданию религиозных представлений o животном мире. Религия первобытного человека была неразрывно связана с животными, которых он любил и боялся, стремился покорить и умилостивить одновременно. Так возник тотемизм – культ почитания различных животных, птиц и рыб, о котором мы расскажем в главе «Религия и мифология».

МИГРАНТЫ ИЗ РОССИИ И ДРУГИЕ ПЕРНАТЫЕ.

Когда птица Нур молчит, боги хранят молчание, но когда раздаётся крик птицы Нур – это сигнал для богов. Древнеегипетская «Книга мёртвых»

Герана была царицей пигмеев, под властью которой народ жил совершенно счастливо. Настало время, когда её низкорослые подданные решили обожествить её, и вскоре Герана сама поверила в то, что является богиней, – печальная участь многих правителей и поныне. И более того, она провозгласила себя прекраснейшей из всех богинь, включая и тех, кто был прописан тогда на горе Олимп. Супруга Зевса Гера, никогда не отличавшаяся особенным добродушием, прознав об этом, страшно расстроилась и превратила Герану в журавля, возбудив в пигмеях немотивированную агрессию против этих невинных птиц. С тех пор и навсегда пигмеи постоянно сражаются с журавлями.

Коронованный журавль является государственным символом Уганды.

Этот древнегреческий миф представляет собой загадку, которую пытались разгадать многие исследователи. То, что пигмеи Центральной Африки были грекам известны, сомнений не вызывает. Однако что за таинственные журавли выступали соперниками пигмеев, остаётся неясным, и полагают, что в мифе о войне пигмеев и журавлей сохранилась некая древняя африканская религиозная традиция, связанная с почитанием птиц.

Сегодня всё больше людей отправляется в Африку специально для того, чтобы посетить птичье царство. Bird-watching, или наблюдение за птицами, стало популярным видом сафари, тем более что для этого нужно совсем немного: мощный бинокль, телеобъектив и немного терпения. Африка является безусловным лидером по разнообразию пернатых фотомоделей: континент и близлежащие к нему острова населяют 2500 видов, около трети всех птиц планеты. Раньше их было ещё больше – например, вплоть до ХVII в. на острове Маврикий обитала уникальная нелетающая птица дронт или додо, вымершая в результате охоты на неё человека. Говорят, что дронт был совершенно беззащитен, за что и поплатился – к нему можно было просто подойти и ударить палкой по голове, чем первые европейские поселенцы с удовольствием и занимались, пока не вывели уникальную птицу с лица Земли. Самой крупной нелетающей птице мира – африканскому страусу – тоже грозила такая участь, но сейчас он вне опасности и даже, как мы увидим чуть ниже, успешно сотрудничает с человеком.

Помимо легенды о пигмеях и журавлях, птицы играли традиционно важную роль в мифологии и других областей Африки. Хорошо известно, что древнеегипетские боги Гор и Тот изображались с головами соответственно сокола и ибиса, весьма почитаемых в Египте. Их имена на письме обозначались иероглифами в виде птиц. Учёные полагают, что ибис служил египтянам, уничтожая вредных насекомых на полях и змей в огородах. Священные ибисы выкармливались в египетских храмах (после смерти их даже бальзамировали), но сегодня этих птиц уже невозможно увидеть в Египте, хотя в районе восточноафриканских Великих озёр ибис остаётся довольно многочисленным. Если бог Тот был ибисом, то кажется вполне логичным, что его супруга Маат изображалась страусом – ещё одной священной птицей древних египтян. А в Тропической Африке священной птицей является обычный домашний петух; некоторые народы считают его прорицателем и проводником в загробный мир. Эта легенда из Африки перекочевала и в библейские тексты.

Благодаря тому что в Африку улетают зимовать многие птицы европейских широт, в зимние месяцы здесь можно встретить привычных европейскому жителю белых аистов, цапель, куликов, а также обитателей московских парков и подмосковных полей: трясогузку, стрижа, жаворонка и утку, которые ежегодно дважды совершают подвиг по пересечению Средиземного моря и Сахары, причём в самых широких местах. Африканскими лишь наполовину являются и многие красочные птицы, которых в наших широтах встретишь очень нечасто – например, золотистая щурка, обладающая одним из самых ярких оперений, лето проводит в умеренных широтах.

Золотистая щурка лето проводит в Европе, но зимовать предпочитает в Африке.

В Африке можно встретить даже птиц, которые больше ассоциируются у нас с полярными широтами. Например, на жарком побережье Намибии и ЮАР живут большие популяции очковых пингвинов, спасающихся от африканской жары в холодном Бенгельском течении в Атлантическом океане. Останавливается в Африке погреться и полярная крачка, чья родина – Северный Ледовитый океан. Эта птица является рекордсменом по протяжённости перелётов: до 80 тыс. км она преодолевает ежегодно, чтобы перезимовать у берегов Антарктиды и к лету вернуться назад в русское Заполярье.

Описывать всё многообразие африканских птиц – безнадёжный труд, ведь даже если каждому виду будет посвящена одна лишь строчка, наш труд займёт не меньше сотни страниц. Поэтому мы решили описать лишь тех пернатых, кто больше всего заинтересовал нас самих в долгих путешествиях по Африке.

Среди самых удивительных птиц можно назвать марабу, огромного аиста с размахом крыла до 2,5 м, прозванного адъютантом за свою парадную походку. Проживает он в Восточной Африке, и даже на городских улицах подчас можно видеть деревья, усеянные гигантскими марабу, озирающими пространство в поисках пищи. Их не пугают ни загазованность мегаполисов, ни токсичные отходы мусорных свалок, ни присутствие человека. Африканцы считают вкус мяса марабу на редкость отвратительным, и птицы, судя по всему, об этом догадываются, так что ведут себя в городах вполне фривольно.

Венценосный журавль, ставший национальной эмблемой Уганды, человека тоже не боится и селится довольно близко к его жилищу. Своё название он получил благодаря яркому хохолку из жёстких перьев на голове, так что узнать его в саванне довольно легко. В средневековых империях Западной Африки венценосные журавли содержались в царских садах, эта традиция сохраняется и сегодня в некоторых богатых домах Мали, где журавли кормятся буквально с хозяйского стола.

Есть в Африке и птицы, которые живут исключительно за счёт животных. Уникальными можно назвать волоклюев, или буйволиных скворцов, которые обитают по всей африканской саванне и проводят день на шкуре животных, собирая с неё насекомых и личинки. Эту диковинную птицу, живущую только в Африке, можно увидеть на буйволах, слонах, носорогах, с которыми они расстаются только на ночь. Звери, судя по всему, не возражают против такой компании. Другим примером сотрудничества между пернатыми и четвероногими является медоуказчик, небольшая серая птица, которая удивительным образом способна переваривать восковые пчелиные соты. Отследив пчелиный улей, медоуказчик громкими трелями зазывает на него зверей или человека, а после того, как улей будет разорён, съедает выпавшие из него личинки и остатки сот.

В саваннах Восточной и Южной Африки обязательно стоит увидеть птицу-носорога, крупнейший вид которой – кафрский рогатый ворон – проживает на земле и часто отчётливо виден в золотистых травах. Реже можно видеть самок, это происходит потому, что самец некоторых птиц-носорогов имеет галантную привычку замуровывать свою супругу в гнезде в дупле дерева, где она остаётся в течение всего периода высиживания птенцов, получая пищу и общение с внешним миром сквозь узкую щель, куда проходит только её клюв.

Гигантские аисты марабу бродят по мелководью в поисках добычи, Кения.

Рогатый ворон обитает на земле и весьма страдает от внимания охотников.

А вот гнёзда молотоглава, распространённого в Тропической Африке представителя отряда аистов, пожалуй, даже более интересны для туриста, чем он сам. По неизвестной учёным причине молотоглав, не отличающийся крупными габаритами (длина тела около 50 см), сооружает гнёзда размером свыше полутора метров из более чем 10 тыс. веток, которые могут выдержать вес взрослого человека. При этом кажется, что молотоглав никогда не устаёт, потому что в год таких гнёзд он строит до пяти штук. По сути, птица находится в постоянном процессе строительства всё новой недвижимости, переезжая из дома в дом, а иногда и обратно. Человеку запрещено трогать гнёзда молотоглавов: бушмены Южной Африки считают, что нарушителя этого табу поразит молния, а жители Мадагаскара уверены, что он заболеет проказой. Но все сходятся на том, что хорошо он не кончит.

Мир африканских пернатых огромен, а мы так мало знаем о нём. Но в поездке по Африке читателю обязательно встретится и множество других удивительных видов птиц, представляющих интерес не только для научного изучения, но и для обычного туриста, не устающего удивляться и восхищаться причудливостью дикого мира Африки.

ПРОБЛЕМА ДОМАШНЕГО СЛОНА.

Чтобы имело смысл разводить домашних животных, они должны быстро расти… Какой потенциальный фермер-горилловод или слоновод станет ждать 15 лет, пока его стадо достигнет взрослого размера? Дж. Даймонд. Ружья, микробы и сталь

Несмотря на изобилие животного мира, одомашненные животные появляются на Чёрном континенте намного позже, чем на Ближнем Востоке и даже в некоторых областях Европы. Достоверно известно, что африканцами было одомашнено только два крупных диких животных – африканский осёл и кошка (оба в Северной Африке). Оба они стали важны для человека уже после того, как он перешёл от охоты к земледелию. Осёл перевозил грузы и помогал вспахивать землю, кошка спасала амбары и домовые запасы пищи от грызунов. Одомашнивание гигантской крысы в Западной Африке произошло относительно недавно и в основном на мясо. С некоторой долей вероятности полагают, что в Западной Африке также смогли одомашнить местный вид дикого тура, предка современных африканских длиннорогих коров, что явилось вехой зарождения скотоводства. Это предположение укрепилось после того, как генетики установили – в отличие от домашних кошек, все 60 пород которых ведут происхождение от единого вида ливийской дикой кошки, современные домашние коровы по всему миру происходят от нескольких видов диких копытных, одомашненных в различных районах Земли.

ОДОМАШНЕННАЯ В АФРИКЕ КОШКА ПОЯВИЛАСЬ В РОССИИ ТОЛЬКО ПРИМЕРНО В XI В., СПУСТЯ ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ ПОСЛЕ СОБАКИ. ЕЁ ПРИВЕЗЛИ ИЗ ЕВРОПЫ. ВПРОЧЕМ, ВЕСЬМА ВЕРОЯТНО, ЧТО УЖЕ В РАННЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ ДОМАШНЯЯ КОШКА БЫЛА ИЗВЕСТНА В ПРИЧЕРНОМОРЬЕ.

Из всего многообразия африканских птиц были одомашнены только нильский гусь и цесарка – красочная нелетающая птица африканских саванн. Последнее произошло ещё в глубокой древности в Гвинее, откуда эта единственная домашняя птица Тропической Африки распространилась практически по всему континенту.

Что же касается других крупных млекопитающих и птиц Африки, которые могли бы помочь человеку в работе и поиске пропитания, то за тысячелетия сосуществования с людьми они так и не были одомашнены, хотя попытки такого рода предпринимались и в историческое, и, скорее всего, даже в доисторическое время. На древнеегипетских изображениях мы можем видеть приручённых гепардов, антилоп, жирафов и даже хорьков, однако здесь важно не забывать про различие между приручением дикого животного и одомашниванием целого вида. Ни одно из перечисленных животных домашним, как мы знаем, так и не стало. Те же египтяне пытались разводить ориксов, антилоп и гиен, однако безрезультатно.

Восточноафриканские коровы были одомашнены относительно недавно.

Этот удивительный феномен долго объясняли отставанием африканцев в развитии или же тем, что, обладая изобилием диких животных для охоты, а также диких плодов для сбора, африканцы мало задумывались о том, чтобы искусственно разводить и одомашнивать живность и растительные культуры. Сегодня эта упрощённая точка зрения уже не считается научной. Более разумное мнение предложил известный американский биолог Дж. Даймонд. Он показал, что каждый из видов крупных диких животных Африки обладает особенностями, препятствующими одомашниванию. Например, слон, весьма подходящий для человека хотя бы как огромная тягловая сила, очень медленно растёт: приходится не менее 15 лет ждать, пока особь достигнет «трудоспособного» возраста. Значительно экономнее во все времена было отловить и приручить дикого слона, как делал и уже упомянутый Ганнибал и как делается сегодня во многих районах Индии, где прирученные слоны успешно используются в хозяйстве.

Другим животным жить с людьми помешал их врождённый вредный характер. Буйвол, на первый взгляд отличная замена корове, обладает поистине непредсказуемым поведением и, как мы упоминали чуть выше, весьма опасен для человека. Зебра, которую безуспешно пытались одомашнить в течение двух предыдущих столетий, тоже зверь не самого спокойного нрава. Дж. Даймонд пишет, что её склонность неожиданно кусать людей и очаровательная привычка не разжимать челюсти после укуса становятся причиной большего количества травм в американских зоопарках. Отдельные случаи приручения зебр хорошо известны: миллионер Вальтер Ротшильд ещё в конце ХIХ в. ездил по Лондону в карете, запряжённой четвёркой зебр, а южноафриканские буры запрягали их в плуги для вспашки девственных земель вельда. Однако вырастить зебр в неволе, смирив их гордый нрав, оказалось невозможным. И ещё никому, по нашим сведениям, не удалось оседлать зебру так, как когда-то наши далёкие предки (или их соседи) в южнорусских степях оседлали дикую лошадь.

Домашним козам в Марокко приходится искать пищу высоко на деревьях.

В украинском заповеднике «Аскания-Нова» более ста лет назад был начат проект по одомашниванию крупной африканской антилопы канны, чьё мясо и молоко по своему вкусу и питательным свойствам сравнимы с коровьими. Этот эксперимент был продолжен и в Советском Союзе, и на независимой Украине, пережил две мировые войны и продолжается по сей день. Более 400 канн за это время было выращено в неволе, их доят и пасут практически так же, как обычных коров. Об одомашнивании вида говорить пока рано, но, пожалуй, на сегодня это единственный случай, когда один из десятков видов африканских антилоп удалось успешно использовать в экономических целях. В целом антилопы как домашние животные проявляют себя неважно: они легко поддаются панике в закрытом пространстве и могут разбить себе голову об изгородь или даже сетку, не любят держаться в стаде и разбегаются при любом удобном случае, причём с огромной скоростью.

Попытки приручения диких африканских кошачьих тоже заканчивались весьма плачевно, хотя некоторые правители прошлого держали при своём дворе целые питомники гепардов. Древние египтяне даже весьма успешно использовали гепардов на охоте подобно нынешним гончим собакам, однако в неволе их оказалось практически невозможно разводить, и даже для современных зоопарков рождение гепарда – большой праздник.

В ЭФИОПИИ В XIX–XX ВВ. БЫЛА ОСВОЕНА ДОМЕСТИКАЦИЯ АФРИКАНСКОЙ ЦИВЕТТЫ ИЗ СЕМЕЙСТВА ВИВЕРРОВЫХ, ДАЮЩЕЙ ЦЕННЫЙ МУСКУСНЫЙ МАТЕРИАЛ ЦИБЕТИН, ИСПОЛЬЗУЕМЫЙ В ЕВРОПЕ И АМЕРИКЕ ДЛЯ ИЗГОТОВЛЕНИЯ ДУХОВ. НО ПОСЛЕ ОТКРЫТИЯ БОЛЕЕ ДЕШЁВЫХ СИНТЕТИЧЕСКИХ ЗАМЕНИТЕЛЕЙ ЦИБЕТИНА ДОМАШНИМ ЦИВЕТТАМ БЫЛА ДАРОВАНА СВОБОДА, И ОНИ ПРЕДПОЧЛИ ВНОВЬ ОДИЧАТЬ.

Таким образом, большинство крупных млекопитающих континента сумели сохранить свой первозданный образ жизни и противостоять усилиям человека по их одомашниванию, в отличие от своих азиатских коллег: свиньи, лошади, овцы, козы или верблюда. Бывали, впрочем, и обратные случаи: например, африканский осёл использовался жителями долины Нила в хозяйстве уже 6000 лет назад, а его ближайший азиатский родственник – кулан – с людьми так и не сжился из-за своей агрессивности и привычки по любому пустяку кусать человека.

Несговорчивость диких зверей, впрочем, вряд ли является единственной причиной долгого отсутствия в Тропической Африке своих домашних животных. Даймонду можно легко возразить. С одной стороны, весьма сходные с африканскими виды животных – например, дикая свинья – были успешно одомашнены на Ближнем Востоке, но не в Африке. С другой, некоторых из обитателей африканских саванн всё же удалось одомашнить в современных условиях. Помимо уже упомянутых антилоп канн, показательна история страуса, которого с середины ХХ в. успешно разводят на фермах по всему миру, от Южной Африки до Швеции. Страус отлично размножается в неволе, неприхотлив в питании, на нём можно ездить верхом и даже впрягать его в коляску. Если уж африканская птица прекрасно чувствует себя и активно откладывает яйца на ферме «Русский страус» в Московской области, не очень понятно, почему одомашнить страуса не пришло в голову самим африканцам в родных для него природных условиях. Скорее всего, в том, что дикие животные Африки так и остались дикими, повинно несколько причин, как природного, так и цивилизационного характера, и возлагать всю вину на несговорчивый характер и вредные привычки африканских зверей было бы нечестно.

Нелающая собака басенджи имеет африканские корни.

Среди домашних животных, выведенных в Африке ещё до прихода белого человека, выделяется басенджи (или «лесная собака из Конго») – порода собак, вероятно, появившаяся в центральноафриканских лесах не позже пяти тысячелетий назад. Это единственная в мире разновидность собаки, не умеющая лаять. Вместо лая басенджи издают характерные звуки, схожие с урчанием, да и то только в минуты сильного возбуждения. Пигмеи экваториальных джунглей традиционно использовали басенджи на охоте, и их бессловесность добавляла охотникам скрытности при приближении к добыче. Ценили басенджи, судя по некоторым изображениям, и в Древнем Египте, а вот в Европе эта порода впервые появилась только в ХХ в., да и сегодня она остаётся малоизвестной. Дикий предок басенджи, по всей вероятности, уже вымер, но его родственником является дикая гиеновидная собака, которую чаще всего можно увидеть в саваннах юга Африки. Это единственная дикая собака на африканском континенте.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Брем А. Э. Путешествие по Африке.

М.: Эксмо, 2010.

Книга написана в середине ХIХ в., однако по сей день остаётся бестселлером среди книг о великих путешествиях. Брем пишет и о природе, и о животных и птицах, и о народах Северо-Восточной Африки, а также о собственных весьма интересных приключениях. Любопытно и то, что будущему великому натуралисту в момент путешествия было 17 лет.

Гржимек Б. Среди животных Африки.

М.: Армада-пресс, 2001.

Увлекательный рассказ о диких обитателях Чёрного континента и об опасностях их исчезновения в новых условиях цивилизации. Книга легко читается благодаря хорошему стилю, который присущ всем книгам знаменитого путешественника. Эту книгу советуем всем любителям путешествий и дикой природы, а также всем тем, кому небезразлична жизнь братьев наших меньших.

Даймонд Дж. Ружья, микробы и сталь.

М.: Династия, 2009.

Одна из самых модных научно-популярных книг об истории развития цивилизации. Автор выдвинул оригинальную теорию о том, что развитие обществ определяется прежде всего климатическими возможностями определённой территории, и весьма доходчиво и популярно объясняет, почему африканцам не удалось одомашнить крупных диких животных.

Даррелл Дж. Гончие Бафута.

М.: Мысль, 1977.

Одна из лучших книг Даррелла о путешествии в Африку в поисках исчезающих зверей для сохранения и разведения в европейских зоопарках. Книга ведёт читателя от одного забавного приключения к другому и наполнена самым тонким и добрым юмором, который так ценят поклонники этого известнейшего в мире любителя животных.

Дрейсон Н. Книга птиц Восточной Африки.

М.: Фантом-Пресс, 2009.

Этот любовно-приключенческий роман очарует прежде всего читательниц: кому ещё придётся по душе рассказ о двух костюмированных джентльменах, борющихся за сердце прекрасной девушки Роз? Но так как действие происходит не в салонах Лондона, а в сердце Африки, а оба претендента на любовь – учёные-орнитологи, пассажи о любви можно и пропускать, сосредоточившись на удивительном мире африканских птиц.

Иванова-Казас О. М. Птицы в мифологии, фольклоре и искусстве.

СПб.: Нестор-История, 2006.

Книгу можно рассматривать как занимательное приложение к курсу орнитологии. В ней собраны мифы, легенды, поверья и другие материалы o том, как относились к птицам и какие свойства, подчас фантастические, приписывали им люди, в том числе в Африке. Из книги можно узнать, какие птицы пользуются наибольшей популярностью в мифах и сказках и какие роли играют они в мифологических событиях (а роли эти бывают подчас весьма значительными, вплоть до участия в процессах мироздания).

Пэлин М. Сахара: Тайны тысячелетий.

М.: Слово, 2011.

Одно из новейших качественных исследований крупнейшей пустыни мира, её природных особенностей, доисторического развития, следов некогда населявших её народов и цивилизаций. Застывшие пески открывают нам всё больше тайн, но большинство из них по сей день неизвестно широкому читателю.

Goodall J. Africa in My Blood: An Autobiography in Letters. The Early Years.

Mariner Books, 2001.

Автобиография выдающейся писательницы и ученого Джейн Гудолл. Кавалер ордена Британской империи, посол мира ООН, приматолог, этолог и антрополог, она стала широко известна благодаря 45-летнему изучению жизни шимпанзе в Танзании. Книга рассказывает историю о том, как простая английская девочка, получившая в подарок от папы плюшевого шимпанзе, посвятила свою жизнь этим ближайшим родичам человека.

История.

То, что прошло, прошло, и никто туда не вернётся. То, что ты любил, останется в сердце и никогда не уйдёт. Пословица ашанти

5 сентября 1871 г. немецкий путешественник Карл Маух, вот уже несколько лет бродивший по южноафриканской саванне между реками Замбези и Лимпопо, вышел на гранитный утёс, покрытый необычно пышной для этого региона растительностью. Перед ним открылась неожиданная картина: величественные стены и башни древнего города, сложенные из гигантских гранитных блоков. Маух хорошо знал, что в Тропической Африке до тех пор не находили ни одного крупного каменного сооружения: представить, что чернокожие обитатели глиняно-соломенных хижин и краалей могли быть создателями гранитной крепости, было совершенно невозможно.

Мощные стены и башни Великого Зимбабве.

Новость об открытии руин Великого Зимбабве, как местные жители называли покинутый город, сразу же облетела Европу. Один за другим учёные, путешественники и миссионеры, приезжавшие осматривать руины, делали вывод, что Зимбабве ни в коем случае не могли построить африканцы. Овальная стена длиной 250 метров, сложенная из миллиона гранитных блоков, была сооружена с таким ювелирным мастерством, что камни плотно прилегали друг к другу безо всякого соединительного раствора. А в центре крепости – ещё одна загадка – располагалась одиннадцатиметровая коническая башня, целиком сложенная из тех же каменных блоков и не имеющая внутренних помещений.

В европейских географических обществах пошли разговоры о том, что строителями Великого Зимбабве должны считаться египтяне, римляне, финикийцы, арабы… Что гранитная башня является акрополем древних греков, а овальный храм – остатками легендарных «копей царя Соломона». Лишь проведённые здесь позднее работы историков, археологов и этнографов доказали: Великое Зимбабве было столицей мощного южноафриканского государства, созданного народом шона в ХII–ХIV вв.

Городская мечеть в Дженне построена из глины, Мали.

Эта история – одна из самых известных загадок Тропической Африки. О Великом Зимбабве написаны тонны научной и «сенсационной» литературы. Однако с тех пор на континенте было найдено ещё множество исторических памятников безо всякой истории. Как быть с ними? Например, с шестиметровыми стенами Лоропени и ещё десятками покинутых городов в Буркина-Фасо, построенными ещё с Х в., но обнаруженными исследователями только в минувшем столетии. Пишут о них мало, а в России – практически ничего, но великой загадкой Лоропени от этого быть не перестаёт.

О том, какие страсти кипели на Чёрном континенте перед приходом европейцев, нашим соотечественникам известно очень мало. Школьные учебники обильно рассказывают нам о Древнем Египте, но не рискуют выглянуть за пределы долины Нила, увлекая учеников на Ближний Восток, в Грецию и Римскую империю и возвращаясь в Африку только с первыми португальскими мореходами эпохи Великих открытий. Мы знаем об Ассирии и Урарту, но вряд ли сможем толково рассказать, что представляла собой значительно превышавшая их по размеру и могуществу империя Сонгаи. Вполне представляем себе Тадж-Махал и Храм Неба, но с удивлением открываем для себя вырубленные в скалах храмы Лалибелы или гигантскую глиняную мечеть Дженне. Помним о гуннах и монголах, но только мельком слышали, быть может, про завоевания народов фульбе и банту, сравнимые по своему масштабу с крупнейшими миграциями евразийских степных кочевников.

А жаль, ведь история Африки похожа на увлекательный приключенческий роман в стиле Жюля Верна, постоянно держащий читателя в напряжении. И так же, как в романе, который не хочется выпускать из рук, пока не перевернута последняя страница, история Африки полна загадок и тайн, многие из которых не разгаданы до сих пор. Только, в отличие от любого самого захватывающего романа, тайны эти не являются плодом фантазии, а потому интереснее во сто крат.

Так же как и на других континентах, в Африке создавались и с грохотом рушились крупные империи, возносились в зенит могущества и ниспровергались в безвестность племена и народы. Здесь жили эпические герои, которых по сей день помнят и почитают как богов, и творились великие дела.

Причиной того, что загадок в африканской истории сегодня больше, чем открытий, является недостаток письменных памятников. Историю делают тексты: в западной науке ею обычно считается лишь то, что зафиксировано письменными источниками, а многие тысячелетия существования человека до изобретения письма объединяются термином «доисторическая эпоха» (англ. prehistory). Между тем для многих областей Африки эта эпоха продлилась вплоть до начала ХХ в.: человек с пером и бумагой появился там только столетие назад в облике европейского колониального офицера или чиновника, а большинство африканских языков по сей день не имеют письменности. Великий исторический парадокс: пять тысяч лет назад человек изобрёл письмо именно в Африке, но большинство африканцев не знали его вплоть до прошлого столетия.

Но даже там, где они есть, письменные источники об истории Африки традиционно не уделяют большого внимания повседневной жизни людей, их культуре и быту. Историкам всегда больше по душе хроники легендарных правителей и завоевателей, истории возвышения и падения великих царств, строительства знаменательных сооружений. Народы же земледельцев речных долин, скотоводы саванны, охотники экваториального леса не удостаиваются иногда даже упоминания. По сей день, открывая книги по африканской истории, мы вынуждены воспринимать её как цепочку империй, сменявших друг друга в разных частях континента. Между тем на большей части территории континента люди не только не были частью этих империй, но даже не знали о существовании ни одной из них. Их жизнь, жизнь сотен поколений африканцев, тоже попала в «доисторию».

Древние города Африки по сей день хранят историю тысячелетий.

Прошлое Африки зыбко, как песчаный бархан, и наполнено легендами и фактами в равных пропорциях. Значит ли это, что подлинная история жителей Чёрного континента так и останется для нас недоступной? Конечно нет. Отрывочные сведения древних египтян, финикийцев, свидетельства древнегреческих, римских, арабских путешественников позволяют нам узнать о далёких странах и народах, которые не утруждали себя ведением летописей, но история жизни которых от этого вовсе не становится менее увлекательной. Но и там, куда не заглядывали путешественники и летописцы древности, история живёт в мифах, песнях, легендах и сказках людей, в их языке и религии, она скрыта древними курганами и зовёт нас развалинами заброшенных городов и святилищ, наскальными рисунками и следами стоянок древнего человека.

Прошлое Африки хорошо объясняет настоящее. Когда мы задумываемся об особенностях современной психологии африканцев, об их образе жизни, читаем о кровопролитных войнах и кровавых диктатурах в Африке, пытаемся понять их искусство и музыку, ключ к этому пониманию всегда лежит в истории, узнав которую мы откроем дверь в этот всё ещё загадочный для всех нас мир.

В этой главе мы расскажем о тех временах, когда крупнейшая пустыня мира Сахара цвела тысячами цветов. О людях, которые построили первые на Земле монументальные каменные сооружения. О государствах, которых так и не удалось завоевать европейцам с их огнестрельным оружием. О личностях, изменивших жизнь и облик не только Африки, но и всего мира.

Всё это случилось в Африке.

ХРОНИКА ЖИЗНИ ПЕРВОГО ЧЕЛОВЕКА.

Современная наука предполагает, что биологический вид человек Homo Sapiens происходит из Восточной Африки. Именно здесь, в центральной части долины Рифта, где-то на территории южной Эфиопии, Кении или Танзании, много тысячелетий назад родился первый человек, генетическое и физическое строение которого в целом соответствовало современному.

Однажды нога первого человека Доробо опухла, и из внутренней части голени появился мальчик, а из внешней вышла девочка. Из мифа народа нанди

Исследования генетиков, проведённые в последние десятилетия, позволяют воссоздать пути первых миграций людей по планете. В мужском геноме была обнаружена так называемая Y-хромосома, неизменно передаваемая от отца к сыну таким образом, что генетический и географический путь предков каждого мужчины на Земле можно проследить вплоть до гипотетического общего прародителя (его иногда называют «Y-хромосомным Адамом»). В то же время у женщин примерно ту же функцию выполняет так называемый митохондриальный ДНК (мтДНК), позволяющий взять след происхождения по материнской линии, размотав клубок вплоть до нашей всеобщей прабабушки, «митохондриальной Евы».

Эта милая пара, как полагают, проживала в высоких травах восточноафриканской саванны примерно 200 тыс. лет назад. Оба наших первопредка были чернокожими: согласно известному «правилу Глогера», уровень пигментации кожи человека зависит от тепла и влажности окружающего климата, так что жившие в Африке первые люди должны были обладать тёмной кожей, насыщенной пигментом, как и сегодняшние африканцы. В то же время монголоидные и европеоидные обладатели светлой кожи растеряли свой пигмент в ходе тысячелетий, проведённых вдали от яркого солнца, в умеренных широтах. Но это случилось значительно позже эпохи первых людей: лишь спустя 100 тысяч лет после генетических «Адама» и «Евы» их потомки вышли из Африки, чтобы отправиться в своё великое путешествие по планете.

Как именно человек расселялся по африканскому континенту, наука тоже может предположить с большой долей достоверности. К сожалению, археология в Африке ещё не так сильна открытиями, как в Европе или на Ближнем Востоке. Однако на доисторические передвижения предков должны указывать климатические условия, позволявшие им заниматься тем, что составляло суть жизнедеятельности в каменном веке: охотой и собирательством.

Основной деятельностью в каменном веке была охота.

Примерно 40 тыс. лет назад в результате очередного изменения солнечной активности климат в Африке, никогда не отличавшийся низкими температурами воздуха, начал быстро теплеть и терять влажность. Климатические процессы вызвали резкое увеличение площади тропических пустынь Африки – в Калахари и Сахаре стало по-настоящему сухо. В то же время «пояс» влажных экваториальных лесов сузился, а затем и разорвался на востоке, образовав широкий проход по плодородным плоскогорьям, с помощью которого человек мог пересечь экватор с юга на север или обратно и выйти на широкие просторы саванн. В этот период человек совершенствует каменные и костяные орудия, учится плести первые корзины и обжигать глиняную посуду. В Африку приходит неолит – новый каменный век.

Засушливый период растянулся надолго: изменения к лучшему начались только примерно 12–13 тыс. лет назад. Окончание последнего ледникового периода, ознаменованное в умеренных широтах вымиранием знаменитых мамонтов и других крупных травоядных, в Африке выразилось в повышении уровня влажности и росте земель, пригодных для расселения человека. Спустя всего лишь пару тысячелетий (для древнего человека не срок) после начала этого влажного периода Сахара по-настоящему зацвела: редкие оазисы превратились в плодородные долины, по ним потекли широкие полноводные реки, а крупнейшее озеро Центральной Африки – Чад – увеличилось в размерах почти в восемь раз.

Когда-то именно так выглядела безжизненная ныне Сахара.

Всё это позволило неолитическому жителю Африки довольно быстро заселить Сахару, которая по своему климату теперь не отличалась от родной для него саванны. Но главное для африканцев заключалось, вероятно, даже не в этом. Сахара перестала быть препятствием для контактов и взаимного культурного обогащения жителей Африки и к югу, и к северу от неё, они получили возможность обмениваться открытиями и достижениями. Они начали общаться. Так что, когда примерно 7–9 тыс. лет назад в регионе Плодородного Полумесяца (включающего Переднюю Азию и долину Нила) люди нашли способы возделывать первые зерновые культуры (пшеницу, ячмень, просо) и одомашнили скот, эти новейшие технологии того времени довольно быстро распространились по Африке к северу от экватора.

КОФЕ – ТОЖЕ ИСКОННО АФРИКАНСКАЯ КУЛЬТУРА; СЕКРЕТ ЭТОГО НАПИТКА БЫЛ РАСКРЫТ МЕСТНЫМИ ЖИТЕЛЯМИ ОБЛАСТИ КАФФА НА ЗАПАДЕ НЫНЕШНЕЙ ЭФИОПИИ. МЕСТНЫЕ ПО СЕЙ ДЕНЬ УБЕЖДЕНЫ, ЧТО ЛУЧШИЙ КОФЕ НА СВЕТЕ ВАРЯТ, КОНЕЧНО, В КАФФЕ.

В саваннах и на лесных полянах Западной Африки были посажены человеком первые в этом регионе сельскохозяйственные культуры: так одомашнили ямс (по сей день весьма распространённое кушанье в Западной Африке), дикий рис (не тот, что в Азии, но тоже очень вкусный), различные виды проса и масличную пальму.

Так что стереотипное убеждение в том, что древние африканцы жили исключительно промыслом падающих с неба бананов и манго, ни в коем случае не соответствует действительности, тем более что ни бананы, ни манго, как это ни удивительно, не являются местными культурами и были завезены в Африку сравнительно недавно.

Итак, шесть-семь тысяч лет назад на территории Сахары, в долине Нила и на западе Африки человек уже вовсю переходил от утомительной охоты к менее подвижному, но более питательному образу жизни, основанному на земледелии и скотоводстве. Тогда же он начинает и творить – разноцветная наскальная живопись в Сахаре не перестаёт поражать мастерством картин и разнообразием сюжетов.

Авторы этих полотен уже строили дома из банко (смеси глины с соломой), использовали сложные инструменты, знали обработку меди на огне, жили организованными общинами и практиковали религию. Они путешествовали на сотни километров по своей великой родине, контактируя не только с соседями-африканцами, но и с народами Передней Азии. Шесть тысяч лет назад, в то время как в Европе и Америке люди ещё жили охотой и сбором грибов, человек Сахары стоял на пороге создания первой цивилизации на Земле. И именно ему было суждено основать её.

ФАРАОНЫ И РУКОТВОРНЫЕ ГОРЫ.

Его Величество царь Верхнего и Нижнего Египта Хуфу проводил день, ища себе заветные палаты, чтобы сделать себе подобные для своего загоризонтья. «Тексты пирамид» об идее постройки Великих пирамид в Гизе

Первого исторически известного нам человека звали Нармер. Он родился примерно 5100 лет назад в Египте и стал основателем первого государства на земном шаре. С этого человека ведёт свой отсчёт мировая хронология истории, из которой более половины – 3000 лет – просуществовало основанное им государство.

Весьма сложно уложить эти три тысячи лет древнеегипетской цивилизации в несколько страниц. Ободряет то, что многие факты истории Египта читателю хорошо известны и не нуждаются в скучных повторах. Попробуем ограничиться тем, чего наш читатель, возможно, ещё не слышал и что важно отметить в контексте африканской истории.

Головокружительно быстрое развитие Египта из страны патриархальных сельскохозяйственных общин в крупнейшую организованную империю с развитой культурой, крупными городами и величайшими памятниками произошло буквально за несколько столетий – темп, немыслимый для древней истории. Причины этого «египетского чуда» называются различные. Некоторые учёные считают, что государство образовалось благодаря необходимости организовывать тысячи людей для строительства ирригации, чтобы контролировать разливы капризного Нила, вечно грозящего то засухой, то наводнением. Другие полагают, что дело в увеличении плотности населения, резком повышении производительности сельского хозяйства или удачной селекции зерновых. Правда скорее в том, что, как это всегда случается в истории, свою роль сыграли сразу несколько факторов. В числе важнейших – очередное изменение климата в Сахаре, начавшееся примерно 6000 лет назад. Постепенное снижение влажности привело к тому, что миллионы квадратных километров степей снова начали превращаться в пустыни, старые пастбища и возделанные поля приходили в негодность, и начался долгий, медленный исход людей из Сахары (не переживайте, они снова вернутся туда спустя несколько страниц).

История Древнего Египта: долгая, как сам Нил.

Люди уходили в долины великих африканских рек: Сенегала и Нигера в Западной Африке, Нила – в Северо-Восточной. Сахарским происхождением объясняют близость некоторых элементов культуры Древнего Египта и Западной Африки. Возможно, некоторые народы в своём движении из Сахары на Восток прошли через дельту Нила и отправились дальше в Переднюю Азию, как, например, дальние родственники египтян – семиты, предки нынешних арабов и евреев. Но и без них в северной части долины Нила беспрецедентно повысилась плотность населения, что в результате и стало одним из катализаторов «египетского чуда».

Были ли жители Древнего Египта похожи на нынешних египтян? Сегодня много спорят о цвете кожи строителей первых пирамид. Они были, вероятно, смешанного происхождения: во всяком случае, на изображениях египтяне выступают как с европеоидными, так и с негроидными признаками, что подтверждает и анализ древних человеческих останков, найденных на территории Египта.

Но постепенно на территории долины Нижнего Нила сформировался единый этнос, где люди, независимо от оттенка кожи, говорили на едином древнеегипетском языке и верили в единый пантеон богов. В результате борьбы первых небольших княжеств появился и единый вождь – фараон, воплощение бога Хора (а позже – солнечного бога Ра). Подчинение ему было вполне естественным для понимания египтян, ведь если веришь в божественную сущность фараона, логично и исполнять его божественную волю. Первым фараоном, объединившим Верхний и Нижний Египет, и стал упомянутый нами Нармер.

НАСЕЛЕНИЕ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА – НАСТОЯЩЕЙ СВЕРХДЕРЖАВЫ СВОЕГО ВРЕМЕНИ – В ЛУЧШИЕ ГОДЫ РАСЦВЕТА СОСТАВЛЯЛО ВСЕГО ЛИШЬ ОКОЛО 4 МЛН ЧЕЛОВЕК. НАСЕЛЕНИЕ СОВРЕМЕННОГО ЕГИПТА ПРЕВЫШАЕТ 80 МЛН.

Многие учёные всерьёз полагают, что после древних египтян человечество ничего фундаментального не изобрело. Ведь даже этих строк нельзя было бы прочесть, если бы не иероглифическое письмо, которым ок. 5300 лет назад безвестный предшественник Нармера повелел записывать свои подвиги, расходы и складские запасы. Древнейшая бумага для этой цели – из волокон стеблей болотного папируса, в изобилии произраставшего в дельте Нила, – тоже была изготовлена здесь и на несколько тысяч лет стала основным материалом для письма во всем античном мире. Общеизвестные шедевры восточной литературы – сказки «Тысяча и одна ночь» и плавания Синдбада – ведут своё происхождение из стародавних египетских текстов.

Великие пирамиды в Гизе сняты так, что каждая последующая кажется меньше предыдущей, на самом деле все наоборот.

Не обошли египтяне и область точных наук – они создали многие привычные нам технические средства. Кому понадобилось бы изобретать двигатель внутреннего сгорания, если бы египтяне не научились использовать колесо и тягловый скот для перемещения каменных блоков при строительстве пирамид? Да и сами пирамиды являются первым в истории монументальным сооружением человека, всегда мечтавшего построить гору собственными руками. До нас дошло даже имя этого легендарного человека – Имхотеп, главный архитектор, врач, астроном и жрец фараона Джосера. Именно ему однажды утром в XXVII веке до н. э. пришла в голову простая, казалось бы, идея – поставить друг на друга шесть прямоугольных храмов-ярусов, один меньше другого, и получить ступенчатую пирамиду, предшественницу великих пирамид Гизы. Ну а бальзамирование умерших владык – технология, известная нам из Египта, но хорошо знакомая и в наше время любому, кто посещал мавзолей Ленина или его коллег в Китае, Северной Корее или Вьетнаме.

ПИРАМИДА ХЕОПСА В ГИЗЕ ДО СИХ ПОР ЯВЛЯЕТСЯ КРУПНЕЙШИМ СООРУЖЕНИЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ РУК НА ЗЕМЛЕ. ЕСЛИ РАЗОБРАТЬ КАМЕННЫЕ БЛОКИ, ИЗ КОТОРЫХ ОНА СОСТОИТ, ИМИ МОЖНО ОКРУЖИТЬ ВЕСЬ ЕГИПЕТ СТЕНОЙ В 1 М ТОЛЩИНОЙ.

Египтяне изобрели пиво, открыли секреты стекла и цемента, первыми начали применять гончарный круг и ввели в употребление тот самый календарь из 365 дней, которым мы с небольшими изменениями пользуемся и сегодня. Они создали культуру, оказавшую решающее влияние на всю европейскую цивилизацию, и открыли идею веры в единого бога.

Последняя, как и многие другие идеи, опередившие своё время, не прижилась: её творец фараон Эхнатон рано умер, а построенная им столица единобожия – «город солнца» Ахетатон – вскоре была разрушена и покинута. Однако религиозные верования сыграли важнейшую роль в научном и культурном прогрессе: например, именно благодаря религии египтянами была впервые изучена и описана карта звёздного неба. Малоизвестно, что в Древнем Египте зародилось и реалистическое искусство, которого древний человек себе попросту не представлял: точное изображение человека было необходимо, чтобы его душа-двойник «ка» могла найти его среди умерших. Реализм господствовал в мировой живописи вплоть до ХIХ в., когда познавший фотографию и уставший от реальности человек снова принялся выражать свои мысли и чувства символами.

Ступенчатая пирамида в Саккаре – древнейшее из сохранившихся каменных зданий на Земле.

Египтяне освоили обработку металла и начали ковать медное оружие в то время, когда их менее развитые соседи по старинке ещё убивали друг друга каменными топорами и копьями с костяными наконечниками. Военная монополия Египта в регионе держалась до тех пор, пока его земли в XVIII веке до н. э. не атаковали гиксосы – азиатские кочевники неизвестного происхождения; к изумлению египтян, их воины использовали бронзовое оружие, доспехи и конные колесницы. Лошадь одомашнили незадолго до этого в южнорусских степях, но в Африке об этом ещё ничего не знали.

Впрочем, ни гиксосам, ни загадочным «народам моря», пришедшим неизвестно откуда в ХIII в. до н. э. и туда же вскоре исчезнувшим, не удалось покорить Египет. Напротив, влияние могучей сверхдержавы продолжало расширяться, в том числе и к югу, вверх по течению Нила. Известно, что многие фараоны, в том числе знаменитая женщина-фараон Хатшепсут, направляли морские экспедиции в страну Пунт (Сомали), откуда египтяне возвращались с грузом золота, обезьян, слоновой кости и прочих ценных сувениров.

Египетские торговцы и путешественники доходили по Нилу и до великих африканских озёр на экваторе. Именно оттуда ещё в 2280 г. до н. э. восьмилетнему фараону Пепи II привезли в подарок чернокожего танцора чрезвычайно маленького роста – по всей вероятности, это было первое знакомство египтян с пигмеями экваториального леса. Ну а о том, что египтяне знали и о землях нынешней России, свидетельствует любопытный факт: в гробнице одного из вельмож Египта среди драгоценных камней и золотых украшений была найдена игрушка из кости, изображающая северных оленей. Вероятно, богатый египтянин так же, как и мы с вами, мечтал о дальних странствиях и диковинных землях.

Африканская цивилизация Египта в течение многих веков весьма успешно противостояла азиатской цивилизации Ближнего Востока. Но в этой исполинской борьбе континентов Африка проиграла: в VIII в. до н. э. Египет пал под ударами Ассирии и больше никогда уже не смог быть гегемоном Древнего мира. Побеждённый сперва Двуречьем, а затем и Европой, Египет на тысячелетия повернулся спиной к вырастившему его континенту, который отныне был практически изолирован от внешнего мира. Кто знает, как сложились бы судьбы мира, если бы в этой великой борьбе победила Африка?

В IV в. до н. э. Александр Македонский завершил историю тридцати династий Древнего Египта. Но и он попал под влияние местной культуры и, подобно древним фараонам, был провозглашён богом по древнеегипетскому обряду в храме оазиса Сива. Последователей Александра, греков из династии Лагидов, последней представительницей которой была знаменитая Клеопатра VII, сменили римляне (Цезаря на всякий случай тоже на короткое время сделали богом), а римлян – вновь греки, уже византийские. Но древние египтяне, вопреки распространённому мнению, вовсе не вымерли и не были истреблены: их потомки, воспринявшие сначала греческий язык и христианство, а затем – ислам и арабский язык, благополучно проживают и сегодня в тени великих памятников могущества своих предков.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

КЛЕОПАТРА VII ФИЛОПАТОР (69–30 до н. э.) – последний фараон Древнего Египта из македонской династии Лагидов, одна из самых известных женщин в истории человечества. Приобрела свою славу и стала одним из наиболее популярных античных персонажей в литературе и кино благодаря своей красоте, эксцентричным нравам в личной жизни и связям с великими мужчинами своего времени.

Она обладала такой красотой, что многие мужчины своей смертью платили за обладание ею в течение одной ночи. Секст Аврелий Виктор

Клеопатра выросла в Александрии, где поэзия, искусство и наука находились на высочайшем уровне, и получила прекрасное образование – свободно говорила на нескольких языках, изучала философию, была начитанной и играла на музыкальных инструментах. Но самым главным искусством Клеопатры было очаровывать мужчин, чем она с успехом пользовалась и в политике. Она начинала править страной совместно с отцом, затем разделила трон с десятилетним младшим братом, за которого, по обычаю фараонов, вышла замуж. Однако отношения не сложились, Клеопатру отстранили от власти, и в стремлении вернуть трон она обратилась к Цезарю, давно мечтавшему завоевать Египет. Римскому диктатору было пятьдесят два года, а Клеопатре всего двадцать, и она до того вскружила ему голову, что Цезарь отказался от планов аннексии Египта, восстановил Клеопатру на троне и даже планировал сделать их сына Цезариона своим наследником.

Клеопатра стала одним из наиболее популярных персонажей в литературе и кинематографе.

После убийства Цезаря Клеопатра сделала Цезариона своим соправителем (отравив попутно ещё одного младшего брата) и принялась искать нового могущественного покровителя. Им стал римский полководец Марк Антоний, один из претендентов на власть в Римской республике. Антоний прибыл в Александрию, чтобы подчинить Египет, но сам оказался подчинённым и провёл в объятиях Клеопатры целую зиму. Вскоре у них родились двойняшки. Своими завоеваниями Антоний сделал Клеопатру владычицей огромной империи Востока: она и её дети правили всем Ближним Востоком, Северной Африкой и даже Арменией. Однако поражение Антония от его соперника Октавиана стоило ей не только власти, но и жизни – перед лицом плена и позора она покончила с собой при помощи знаменитого укуса египетской кобры. После себя Клеопатра оставила легенды о бесконечных плотских утехах с десятками мужчин, об эпатажных выходках, за которые эти мужчины так любили её, и рецепт молочной ванны, делающей женщину неотразимой: несколько литров молока, полчашки мёда и мужской спермы, сколько найдётся под рукой. Обратите внимание, что использоваться должна продукция мужчин с периодом воздержания не менее 30 дней!

НЕЕГИПЕТСКИЕ ПИРАМИДЫ.

Амон сделал меня владыкой всех стран. Тот, кому я говорю: «Явись торжественно», он появляется торжественно. Тот, кому говорю: «Не являйся торжественно», он не должен являться торжественно. Из надписи мероитского царя Пианхи, VIII в. до н. э.

Да-да, в Африке вовсе не только египтяне строили пирамиды. Эта традиция была позаимствована у фараонов правителями государства, возникшего у южных границ великой нильской державы в Х в. до н. э. Имя этого государства – Куш, но в литературе более известно его позднее название – Мероэ.

По выражению одного из западных историков, о жизни древнего Мероэ нам известно немногим больше, чем узнал о них Геродот от египетских жрецов 25 столетий назад, а узнал он очень мало. Уже античные авторы относились к Мероитскому государству с большим почтением – из-за своей удалённости, древности и недостатка информации оно воспринималось как иллюзорное царство всеобщего мира и справедливости. По сей день многие учёные полагают, что египетская цивилизация зародилась в Мероэ, на Среднем Ниле, территории сегодняшнего Северного Судана. 5500 лет назад по уровню развития культуры Средний и Нижний Нил были примерно равны, но более высокая плотность населения, недостаток земель для скотоводства и опора на земледелие обусловили быстрое развитие в Египте цивилизации, в то время как скотоводам Мероэ ни фараоны, ни письменность были ни к чему.

В любом случае Куш стал, вероятно, первым известным нам государством, созданным чернокожими африканцами. С сохранившихся изображений мероитских царей и вельмож на нас глядят мужчины с негроидными чертами лица, а обрывочные сведения о мероитском языке указывают на его африканское происхождение.

Город Мероэ, давший позднее имя царству Куш, был построен в плодородной долине, образованной слиянием Нила и его притоков, на севере нынешнего Судана. До его расцвета древней священной столицей Куша был город Напата, находившийся в долине Нила чуть севернее Мероэ – именно здесь в пирамидах по традиции хоронили мероитских царей. Помимо пирамид, которые цари стали возводить тогда, когда мода на них в Египте уже тысячу лет как минула, от египтян жители Куша позаимствовали множество культурных достижений. Здесь во множестве строили храмы египетских богов Амона, Птаха и Исиды, осваивали египетский стиль живописи, расписывали стелы иероглифами. В VIII в. до н. э. цари Куша на короткое время сумели захватить Египет, основав там так называемую эфиопскую династию. Однако уже вскоре чернокожих мероитов из Египта вытеснили ассирийцы, и с этих пор культурное влияние великой нильской державы на Мероэ начало падать. Храмы египетских богов были постепенно покинуты и разрушены, живопись и скульптура деградируют, а иероглифы ко II в. до н. э. уступают место уникальной мероитской письменности – первому самобытному алфавиту на африканском континенте. К сожалению, несмотря на то что алфавит был успешно расшифрован ещё в 1911 г., язык мероитских надписей прочитать по сей день так и не удаётся – возможно, близких ему языков в Африке не сохранилось.

ЗА 3000 ЛЕТ ИСТОРИИ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА СТРАНОЙ ЧЕТЫРЕ РАЗА ПРАВИЛИ ЖЕНЩИНЫ: НИТОКРИС В XXII В., НЕФРУСЕБЕК В XVIII В., ХАТШЕПСУТ В XV В. И ТАУСРЕТ В XII В. ДО Н. Э. ОНИ СТАРАЛИСЬ ПОХОДИТЬ НА МУЖЧИН – ИЗВЕСТНО, ЧТО ХАТШЕПСУТ НОСИЛА НА ПУБЛИКЕ НАКЛАДНУЮ БОРОДУ, ЧТОБЫ СООТВЕТСТВОВАТЬ СТАТУСУ. ПЯТОЙ – И ПОСЛЕДНЕЙ – ЖЕНЩИНОЙ ВО ГЛАВЕ СТРАНЫ БЫЛА КЛЕОПАТРА.

Несмотря на египетское влияние, древние обычаи в государственном устройстве Мероэ всегда играли первую скрипку. Здесь были сильны матриархальные традиции – например, огромную роль при царском дворе играла мать царя. Этот обычай распространён в Тропической Африке, а вот для Древнего Египта нехарактерен.

Цари Мероэ женились почти исключительно на родных или сводных сёстрах. Кроме того, здесь в течение многих веков сохранялась интересная традиция перехода власти к брату умершего царя или его племяннику. Однако самому царю при этом спокойно умереть никто не давал: обычно его ритуально умерщвляли по приговору жрецов. Вот этот обычай царям Куша никогда особенно не нравился, что приводило к долгим конфликтам между властью и духовенством, в которых в конце концов победил царь, своим указом отменивший собственное ритуальное убийство.

Пирамиды древнего царства Мероэ сегодня заносят пески Сахары.

Государство Мероэ просуществовало почти полторы тысячи лет, пережив крушение своего великого северного соседа. Оно воевало и с Египтом, и с поработившей Египет Римской империей, но чаще жило с ними в мире, ведь обе стороны зависели от торговли друг с другом. После появления в Африке технологии изготовления железа, требующего высокой температуры плавильных печей, египтяне начали тоннами вывозить из Мероэ древесину, ведь в долине Нила практически не растёт деревьев.

Вырубка густых лесов и обеднение земель стали, по мнению учёных, одной из причин постепенного упадка царства. Сокращение количества осадков и опустынивание некогда плодородных угодий в Судане постепенно снизили плодородность земли и иссушили пастбища. Сахара продолжала наступать на долину Нила, и земля больше не могла прокормить многочисленное население. Племена кочевников великой пустыни наводнили страну в поисках воды и сровняли города с более привычными им пастбищами. Торговые пути постепенно переместились в Красное море, тянуть слоновую кость через нильские пороги стало небезопасным. Потеряв земли, урожаи и доходы от торговли, в IV в. н. э. Мероитское царство пало под ударами Аксума, мощнейшей державы Восточной Африки. Последняя пирамида на Ниле была сооружена около 340 г. н. э., спустя три тысячи лет после ступенчатой пирамиды Джосера.

Мало что дошло до нас из памятников загадочного Куша, но на ритуальных тамгах местных вождей суданской области Кордофан ещё в прошлом веке встречались знаки мероитского иероглифического алфавита. Не осталось наследников у древнего, до сих пор не переведённого мероитского языка, но в памяти сегодняшних суданцев времена их далёких предков продолжают жить. «Теперь здесь стоят лишь одинокие деревья, – рассказывают они, – тогда же было много, много деревьев. Теперь у нас мало деревень, а тогда здесь были большие города, больше, чем в Египте. Тогда вся медь, вся бронза и всё золото на Земле происходили отсюда. В те времена нашей землёй правили великие цари, и все народы доставляли им дары…»

Коптский монах рассказывает о канонах древней христианской церкви в Африке.

Цивилизации Судана, впрочем, было суждено возродиться ещё один раз: под влиянием Византии в VI в. здесь образовалось несколько небольших царств, правители которых приняли христианство монофизитского (коптского) толка и сумели выстроить вполне жизнеспособную экономику. Создателями государств, известных нам как нубийские царства (их было три: Нобатия, Макурия и Алва), стали пришлые народы, не родственные мероитам: беллана и ноба, происходившие из Сахары. Даже после завоевания Египта арабами в VII в. христиане Судана продолжали жить в мире с новыми северными соседями. Перемирие, заключённое между Арабским халифатом и христианской Нобатией, просуществовало 600 лет и стало рекордом в истории международных отношений. Постепенно, однако, миграции кочевников-мусульман и ослабление центральной власти привели к забвению христианских традиций и незаметной для мира гибели христианской цивилизации Судана.

ГДЕ ХРАНЯТСЯ ДЕСЯТЬ ЗАПОВЕДЕЙ.

Аз есмь Иоанн, царь и поп, над цари царь, имею под собою 3000 царей и ещё 300. Сказание об индийском царстве, ХVII в.

Вход в храм, где хранится одна из бесчисленных копий ковчега Завета. Только отшельник-хранитель может видеть его, но и ему запрещено дотрагиваться до святыни.

В Европе и России многие века жила легенда о царе, или «пресвитере», Иоанне, могущественном христианском правителе Востока, который вот-вот придёт на помощь крестоносцам и освободит Святую землю от мусульман. В этой легенде, возможно, отражались отголоски сведений о далёкой христианской Эфиопии.

Согласно библейским текстам, главная святыня иудейской и христианской религий – Десять заповедей, данных Богом пророку Моисею на горе Синай после исхода евреев из Египта. Они были высечены на двух каменных плитах, называемых Скрижалями, и помещены в особый деревянный ларец, обитый снаружи и изнутри золотыми пластинами. Этот ковчег Завета многие христиане считают утраченным, но только не жители Эфиопии. Здесь каждый твёрдо знает: Десять заповедей хранятся в храме Марии Сионской в городе Аксум, столице древнейшего царства Восточной Африки и одного из первых христианских государств на Земле.

Эфиопская легенда свидетельствует о том, что царица Савская, правившая богатым государством в Южной Аравии, была предприимчивой женщиной. Прослышав об интеллектуальных способностях израильского царя Соломона, она предприняла путешествие в Иерусалим вместе со своей служанкой, чтобы собственными глазами убедиться в мудрости легендарного правителя. Переодевшись мужчинами, царица и её спутница попали на Соломонов пир, на котором хозяин действительно проявил мудрость, безошибочно распознав в своих гостях женщин. Ночью Соломон проник в жилище царицы и её служанки и сумел очаровать обеих. Родившийся от этого знакомства сын царицы Менелик вскоре вернулся на родину отца в Иерусалим, выкрал оттуда ковчег Завета и перевёз его в африканский Аксум, где он находится по сей день, охраняя безопасность и благополучие жителей Эфиопии.

Как бы мы ни относились к древним легендам, история Эфиопии и её культура действительно уникальны не только для Африки, но и для всего мира. Первые люди появились на плато Эфиопского нагорья сотни тысяч лет назад, оценив благоприятный климат этой страны. Благодаря большой высоте над уровнем моря, полноводному Белому Нилу и ежегодным обильным дождям, приносимым ветрами с далёкого Атлантического океана, в Эфиопии сложилась особая экосистема, со своими неповторимыми почвами, растениями и животными, не говоря уже о народах и их обычаях.

В течение многих веков Эфиопия поддерживала тесные связи с жителями Аравийского полуострова, от которого её отделяют лишь 17 км узкого Баб-эль-Мандебского пролива. Вероятно, именно через пролив сюда пришли семитские племена, ставшие основателями Аксума. А влияние развитого Сабейского царства (именно им правила царица Савская) привело к тому, что уже за 500 лет до начала новой эры в Аксуме зарождается государство, обладавшее письменностью, развитой аграрной экономикой и мощными городами.

Гигантские скульптурные камни в Тия (Эфиопия) высятся в полупустынной местности; кто их поставил здесь, доподлинно неизвестно.

Расцвет Аксума пришёлся на первые века новой эры. Он был связан с ростом торговли по берегам Красного моря – тем самым, что пришёл на смену торговле по Нилу и во многом оказался губительным для царства Мероэ. Римская империя, завоевавшая Средиземноморье, требовала всевозможной роскоши с Востока: шёлковых тканей из Китая, ароматных специй из Индии, ладана с острова Сокотра, слоновой кости и чёрного дерева из Тропической Африки. Буквально на вес золота ценились в Европе и Передней Азии носорожьи рога, считавшиеся мощным афродизиаком, стимулятором мужской силы. По морю в Европу везли и диких животных для римских зоопарков и гладиаторских игрищ. И все эти экзотические товары проходили через порты Аксума, увеличивая доходы и влияние государства. Торговые связи аксумитов доходили до Южной Африки, Цейлона и далёкой Малакки.

ИМПОРТ ЗВЕРЕЙ НА УБОЙ ИЗ АФРИКИ БЫЛ ПОСТАВЛЕН В ДРЕВНЕМ РИМЕ НА ШИРОКУЮ НОГУ: ДОСТАТОЧНО УПОМЯНУТЬ, ЧТО В 106 Г. Н. Э. В ЧЕСТЬ ОЧЕРЕДНОГО ТРИУМФА ИМПЕРАТОРА ТРАЯНА НА АРЕНАХ БЫЛО УБИТО 11 000 ДИКИХ АФРИКАНСКИХ ЖИВОТНЫХ. УДИВИТЕЛЬНО, ЧТО ИМЯ ЦАРИЦЫ САВСКОЙ, ОДНОЙ ИЗ САМЫХ ИЗВЕСТНЫХ ЖЕНЩИН ДРЕВНОСТИ, ИЗ ИСТОРИИ ИСЧЕЗЛО. ПОЗДНИЕ АРАБСКИЕ ТЕКСТЫ ИМЕНУЮТ ЕЁ БИЛКИС, ЭФИОПСКИЕ ЛЕГЕНДЫ – МАКЕДА. В РУССКИХ ЛЕТОПИСЯХ ЕЁ ИМЕНУЮТ НИКАВЛЯ. В ЛИТЕРАТУРЕ ЗВУЧАЛИ ТАКЖЕ ИМЕНА ЛИЛИТ И АЛЬМАХА.

В IV в. царь Аксума Эзана одним из первых в мире правителей принимает христианство, что на много столетий вперёд предопределило культуру Эфиопии. Единая религия, пусть и обогатившаяся множеством причудливых местных традиций (вроде татуировки в виде креста на лбу), сцементировала многонациональное население и позволила укрепить государственную власть. Известно, что Аксум стал первым государством, использовавшим символ креста на своих монетах, которые стали здесь чеканиться уже в 270 г. – впервые в Тропической Африке. Эзана сумел значительно расширить границы своей империи, покорив даже государство Мероэ, правда, к тому времени от него мало что оставалось. Аксумские цари управляли и частью Йемена на аравийском берегу Красного моря, и районами современного Северного Судана.

Золотая монета Аксумского царства датируется VI в. н. э.

Церковь Бет-Марьям – один из древнейших скальных храмов Лалибелы, Эфиопия.

В самом Аксуме в IV–V вв. были построены великолепные храмы из известняка, воздвигнуты монументальные гранитные стелы в честь славных царей, на которых вырезались пространные надписи с перечислением их деяний. Большинство из этих стел уже обрушились на землю, хотя и сегодня они являются основным источником сведений об истории Аксума. В основном, правда, надписи на стелах повествуют только о завоевательных походах аксумских царей против злоупорных соседей, на которых «с громкими воплями» жаловались соседи добрые. И те и другие включались в состав могущественного христианского царства.

Однако парадоксально, что именно христианство, по-видимому, послужило одной из основных причин упадка Аксума в VIII–IХ вв. После принятия новой веры в Риме начинает падать спрос на диких зверей, скульптуры из бивня и прочие гламурные излишества: христианские священники призывали к аскетичному образу жизни. А германским и славянским варварам, поделившим территорию империи в конце V в., носорожьи прелести были и вовсе ни к чему. В Южной Аравии в VII в. обосновались сперва персы, а затем могущественный Арабский халифат. А мусульманское завоевание Египта в 642 г. почти на тысячу лет изолировало Эфиопию от христианского мира и богатой торговли с Европой.

НАДПИСЬ ЦАРЯ ЭЗАНЫ, СЕР. IV В.: «Я ВЫШЕЛ СРАЖАТЬСЯ С НОБА, ИБО С ГРОМКИМИ ВОПЛЯМИ ОБВИНЯЛИ ИХ МАНГАРТО, И ХАСА, И АТИАДИТЫ, И БАРЕОТЫ, КРИЧА: “ИСТЯЗАЮТ НАС НОБА, ПРИДИТЕ К НАМ НА ПОМОЩЬ!..” И Я ПОДНЯЛСЯ СИЛОЮ БОГА ХРИСТА, В КОТОРОГО ВЕРУЮ, И ОН ПОВЁЛ МЕНЯ».

После упадка Аксума эфиопские христиане оказались в плотном кольце мусульманских и языческих государств и народов, столетиями борясь за выживание своей уникальной культуры. Связующей ниточкой между христианами Африки и остального мира неизменно оставались отношения с Александрийским патриархом, назначавшим в Эфиопию епископов вплоть до 1951 г. Сам патриарх тоже получал свою выгоду от такого сотрудничества: во времена, когда мусульмане Египта позволяли себе притеснения местных христиан-коптов, первосвященник неизменно грозил, что поговорит с эфиопами и те перекроют для Египта воды Нила. Угроза действовала безотказно.

ИЗ ВСЕХ ХРИСТИАНСКИХ СТРАН МУСУЛЬМАНСКИЙ КАНОН ОТНОСИТСЯ С УВАЖЕНИЕМ ТОЛЬКО К ЭФИОПИИ: ЖИТЬ С НЕЮ В МИРЕ ПОВЕЛЕЛ ПРОРОК МУХАММАД, ДОЧЕРИ И ЗЯТЮ КОТОРОГО ЦАРЬ АКСУМА МИЛОСТИВО ПРЕДОСТАВИЛ ПРИЮТ В ТЯЖЁЛЫЕ ДНИ ПОСЛЕ ИЗГНАНИЯ ПЕРВЫХ МУСУЛЬМАН ИЗ МЕККИ.

Европейцы же снова появятся здесь только в ХVI в. и сыграют важную роль в защите державы «пресвитера Иоанна» от мусульманских завоевателей. К тому времени христианской Эфиопией будет править всё та же легендарная Соломонова династия, возводимая местной традицией к бурному роману Соломона с царицей Савской и прервавшаяся только в 1975 г. со смертью последнего негуса Хайле-Селассие I.

Замок в Гондэре напоминает образ всей Эфиопии: нерушимая крепость в кольце неприятелей.

ПЕРВЫЙ КРУИЗ ВОКРУГ АФРИКИ И КОРАБЛИ ПУСТЫНИ.

Африкой много интересовались древнегреческие авторы. Геродот, в V в. до н. э. посетивший Египет, был первым, кто записал со слов местных жрецов легенду об Атлантиде, не зная, что она лишит покоя человечество на тысячи лет вперёд. Он же привёл некоторые смутные данные о народах, живших к югу от Египта. Ко времени Геродота Сахара стала почти безжизненной, а триеры афинян позволяли им плавать лишь в спокойных водах Средиземноморья, и то преимущественно в видимости берегов, так что попасть в Тропическую Африку было весьма сложно. Честь первого путешествия вокруг Африки принадлежит лучшим мореходам древнего мира – финикийцам. Этот предприимчивый народ, близкородственный современным евреям, осуществлял свои масштабные экспедиции с баз на восточном побережье Средиземного моря, с берегов нынешнего Ливана. Когда Афины были ещё малоприметной деревушкой, финикийцы основали первые города Западной Европы: Массалию (Марсель), Гадир (Кадис) и Малаку (Малагу). А в Северной Африке их крупнейшей колонией стал знаменитый Карфаген.

Постановили карфагеняне, чтобы Ганнон плыл за Геракловы Столпы и основывал города. Перипл Ганнона, V в. до н. э.

Финикийские корабли, возможно, доходили до Ирландии и Прибалтики.

Вероятно, африканский «круиз» финикийцев спонсировал египетский фараон Нехо ок. 600 г. до н. э. Выйдя на кораблях в Красное море, они направились на юг и через три года, благополучно обогнув Африку, прошли через Гибралтар в Средиземное море и вернулись в Египет. «Хоть я тому и не верю, – рассудительно пишет Геродот, – и пусть верит, кто хочет, но, по их рассказам, во время плавания солнце оказывалось у них с правой стороны» (т. е. на севере). Невероятность этого факта, заставившая автора упомянуть о нём, и является блестящим доказательством правдивости финикийских мореходов, побывавших в Южном полушарии, где солнце в середине дня светит как раз с севера.

ФИНИКИЙСКОЕ НАЗВАНИЕ КАРФАГЕНА – KARTHADASHT – ПО-РУССКИ ОЗНАЧАЕТ «НОВГОРОД».

Верблюд стал самым надёжным кораблём для океана Сахары лишь 2000 лет назад.

Ещё через полтора столетия карфагенский царь Ганнон получил от городского Сената задание отправиться в Атлантику, за Гибралтарский пролив, и основать по берегам Африки новые торговые колонии для Карфагена. Взяв с собой 60 кораблей и около 30 тыс. поселенцев, Ганнон отплыл на восток. Он и его спутники делали остановки во многих пунктах африканского побережья и доплыли почти до экватора. Согласно сохранившимся записям, они видели «людей, одетых в звериные шкуры», и «огромный костёр, достигавший звёзд», – вероятно, извержение вулкана Камерун. Особого упоминания удостоилось столкновение карфагенян с «людьми, поросшими шерстью»:

«Преследуя, мы не смогли захватить мужчин, все они убежали, карабкаясь по кручам и защищаясь камнями. Трёх же женщин мы захватили. Они кусали и царапали тех, кто их вёл, и не хотели идти за нами. Убив, мы освежевали их и шкуры доставили в Карфаген». Именно так произошла первая встреча жителей Средиземноморья с гориллами, которых карфагеняне считали человеческими существами.

Впрочем, уровень развития мореходства в те времена был слишком низок, а океанские путешествия слишком опасны для успешного развития торговли в Атлантике. Карфагенские колонии на берегах Северной Африки более активно торговали с соседними берберскими племенами, жившими у кромки Сахары и привозившими с той стороны пустыни ценные товары. Их везли на колесницах, запряжённых лошадьми или быками, но эти животные совсем не приспособлены к пустынному климату, плохо переносят жару и требуют большого количества воды. Прорыв произошёл, когда в I тысячелетии до н. э. в Сахаре появляются одомашненные верблюды – знаменитые корабли пустыни, ставшие на многие века единственным средством сообщения Великого Судана с внешним миром.

Караванные пути были проложены через цепочку оазисов Сахары от берегов Нила и Средиземного моря до реки Нигер и озера Чад, и уже спустя несколько столетий после открытия караванной торговли эти чахлые оазисы превратились в крупные города, которым суждено будет процветать полтора тысячелетия. Многие из них ещё стоят живыми памятниками старины, маня ароматом одних только названий: Тимбукту, Гадамес, Агадес, Гао… Другие, как Сиджилмаса, Аудагост и Валата, навсегда погребены под песками.

РОДИНОЙ ВЕРБЛЮДА, ТВЁРДО СВЯЗАННОГО В НАШЕМ ПРЕДСТАВЛЕНИИ С ПУСТЫНЯМИ АФРИКИ И АЗИИ, НА САМОМ ДЕЛЕ ЯВЛЯЕТСЯ СЕВЕРНАЯ АМЕРИКА, ОТКУДА ОН ПОПАЛ НА ЕВРАЗИЙСКИЙ МАТЕРИК В ЭПОХУ ОБМЕЛЕНИЯ БЕРИНГОВА ПРОЛИВА. ИМЕННО ПОЭТОМУ БЛИЖАЙШИМ РОДСТВЕННИКОМ ВЕРБЛЮДА ЯВЛЯЕТСЯ ЮЖНОАМЕРИКАНСКАЯ ЛАМА.

Пользу караванов оценили жители Римской державы. В эпоху расцвета империи (I–III века н. э.) в Риме входят в моду экзотические товары из Африки. Патрицианки украшали свои наряды страусиными перьями, а стены своих вилл – шкурами львов и леопардов. Высоко ценились скульптуры из слоновой кости и чёрного дерева, дикие животные и их шкуры, а также другой живой товар – рабы для гладиаторских боёв. Все эти товары ввозили в империю по Красному морю и через Сахару. Верблюда в Риме тоже уважали – почему-то ему приписывали необычайную мужскую силу, – и его изображение стало чеканиться на специальных монетах, используемых в римских домах терпимости.

В I В. Н. Э. РИМСКИЙ ИСТОРИК ПЛИНИЙ ПИСАЛ, ЧТО ИМПОРТ ПРЕДМЕТОВ РОСКОШИ ОБХОДИТСЯ ИМПЕРИИ В 100 МЛН СЕСТЕРЦИЕВ В ГОД. «ВОТ ВО ЧТО ОБХОДЯТСЯ НАМ НАШ ШИК И НАШИ ЖЕНЩИНЫ!» – СОКРУШАЛСЯ ОН.

Взамен всей этой экзотики в Африку отправлялись железные орудия, фарфор, оружие, керамика, стекло, шёлк и другие ткани. Первые века нашей эры стали настоящим расцветом торговли для гарамантов, туарегов и других народов Сахары. Помимо контроля над караванами (иногда достигавшими десяти тысяч голов) и караванными путями, в их руках оказался ещё один товар, ценившийся в Западной Африке буквально на вес золота. Это была соль пересохших озёр Сахары, которую в невыносимых условиях тропической жары кололи чёрные рабы туарегов. Без соли не могут существовать стада скотоводов саванны, именно поэтому она уже многие века является главной статьёй экспорта Сахары на юг. Ещё и сегодня в порты на Нигере из пустыни завёрнутыми в бурнусы караванщиками свозятся огромные пласты соли, серыми плитами лежащие на пристанях в ожидании отправки дальше на юг. Монополию на этот товар продолжают, как и в старину, держать туареги.

В первые века нашей эры торговля между Средиземноморьем и Западной Африкой выросла настолько, что Сахара, казалось, снова ожила. На её южных рубежах, в зоне Сахеля, начинают появляться города, а вслед за ними – и первые государства. Среди них было суждено возвыситься Гане – первой в цепочке великих средневековых держав западноафриканской саванны.

ВЕЛИКИЕ ИМПЕРИИ ЗАПАДА.

Золото там растёт как морковь, и собирают его на восходе солнца. Ибн-Факих, VIII в.

Слова арабского путешественника Ибн-Факиха, приведённые в эпиграфе к этому разделу, относились именно к Гане. Первой западноафриканской империи суждено было просуществовать полтысячелетия, прославить своё имя несметными богатствами, а затем уйти в небытие, освободив дорогу империям ещё более обширным и могущественным.

Таких великих империй в бассейне Нигера было три, причём каждая последующая строила своё могущество на надёжном фундаменте предшественников. Гана была крупной державой, но сменившая её империя Мали стала ещё крупнее, а наследник Мали, империя Сонгаи, по своему размеру могла сравниться со всей Западной Европой (хотя до Красноярского края и ей было далеко). Однако, хотя каждая из трёх держав имеет свою неповторимую историю, в них больше общего, чем различного, и потому мы расскажем все три истории в одном, пусть и большом, разделе.

НАЗВАНИЯ СОВРЕМЕННЫХ ГОСУДАРСТВ АФРИКИ ЧАСТО ПОВТОРЯЮТ ИМЕНА ДРЕВНИХ ИМПЕРИЙ, НО РЕДКО СООТВЕТСТВУЮТ ИМ ГЕОГРАФИЧЕСКИ. РЕСПУБЛИКА ГАНА НАХОДИТСЯ В ТЫСЯЧЕ КИЛОМЕТРОВ ОТ ГРАНИЦ БЫЛОЙ ИМПЕРИИ ГАНА; ДРЕВНИЙ ГОРОД БЕНИН РАСПОЛОЖЕН ЗА ПРЕДЕЛАМИ РЕСПУБЛИКИ БЕНИН, НА ТЕРРИТОРИИ НИГЕРИИ. ГВИНЕЯ, ЭФИОПИЯ И СУДАН – ДРЕВНИЕ НАЗВАНИЯ ОБШИРНЫХ РЕГИОНОВ АФРИКИ, ЛИШЬ МАЛАЯ ЧАСТЬ КОТОРЫХ ЗАНЯТА СЕГОДНЯ ОДНОИМЁННЫМИ ГОСУДАРСТВАМИ.

Первые городские поселения возникли в Западной Африке, вероятно, уже в начале новой эры. К тому времени здесь уже как минимум три тысячелетия успешно осваивали сельское хозяйство и множество ремёсел, а значит, существовали и постоянные поселения. Археологического материала в нашем распоряжении по-прежнему мало, но хорошо изучена, к примеру, самобытная культура Нок в Северной Нигерии, в центрах которой найдены десятки элегантных терракотовых статуэток из обожжённой глины. Представители этой культуры, как полагают, могли самостоятельно научиться выплавке железа, для которой были пригодны те же печи, что и для терракоты. В любом случае железный век начался здесь примерно тогда же, когда и в долине Нила: в VIII столетии до н. э.

Использование железных орудий повысило производительность сельского хозяйства, а благодаря обилию пищи возросла плотность населения. Это стало катализатором для образования первых государств, среди которых верх одержало небольшое княжество Гана, основанное в междуречье Нигера и Сенегала народом сонинке, по сей день живущим на севере Мали.

С лёгкой руки арабских путешественников название «Гана» закрепилось за государством, которое сами сонинке предпочитали называть Вагаду. Слово гана было царским титулом. Властителя Ганы также называли кая маган, или «хозяин золота», потому что хотя арабская легенда про золотую морковь и является некоторым преувеличением, но золота в Гане действительно было немало. Другой араб, ал-Идриси, в ХII в. с восхищением писал о золотом слитке весом в 15 кг, хранившемся во дворце правителя Ганы; к нему привязывали на ночь царского скакуна, и император хвалился им перед соседями. Впрочем, к моменту опубликования труда ал-Идриси «хозяин золота» уже не имел счастливой возможности хвастаться чем-либо: в 1076 г. после долгой войны столица Ганы была захвачена и разграблена марокканцами из религиозного движения Альморавидов, после чего империя быстро потеряла всякое значение, вновь распавшись на несколько небольших княжеств.

Первые городские поселения на западе Африки.

Статуэтка из терракоты, изготовленная на территории Нигерии два тысячелетия назад.

Ей на смену пришло государство Мали, основанное в золотоносных верховьях Нигера народом манинка около 1000 г. Манинка и сонинке – довольно близкие родственники, оба народа говорят на языках семьи манде. Уже в эпоху Ганы манинка считались предприимчивыми торговцами в купеческих городах на Нигере. Именно на городское, торговое население опирались цари Мали, носившие титул «манса». Первым из строителей великой империи был манса Сундьята из клана Кейта, пришедший к власти, согласно эпосу манинка, в результате искусного колдовства. Легенда рассказывает, что он умел крикнуть на вражеских воинов так, что те разбегались с поля боя; к сожалению, какими именно словами он выражал свои послания врагам, осталось неизвестным. В любом случае к концу ХIII в. государство Мали выросло настолько, что стало преемником Ганы в Сахеле и на торговых путях через Сахару, усмирив многочисленных противников, поглотив множество мелких княжеств и захватив контроль над рядом богатых транзитных городов Сахеля, в том числе знаменитым Тимбукту.

Когда-то на этих землях цвела могущественная империя Гана.

Однако благополучие крупного государства в древности всегда зависело от фигуры правителя, и даже сейчас порой нам кажется, что это так. Если харизматичному лидеру и умелому организатору – такому, как манса Канкан Муса в ХIV в., – удавалось сохранить популярность и уважение подданных и соседей, то слабый правитель не мог сдержать центробежных тенденций, вечно дремлющих в его обширных владениях. В отсутствие хороших дорог, надёжной власти на местах, письменности крупное государство не могло существовать в руках слабого владыки. Известно, что один из царей Ганы, в пожилом возрасте потерявший зрение, вынужден был делать вид, что всё видит, чтобы народ не узнал о его слабости и не сверг его. Как пишет араб ал-Бекри, «перед ним клали различные предметы, а он говорил: это-де красиво, а это безобразно. Везиры царя намёками объясняли ему, о чём идёт речь, а простонародье верило».

Но к концу ХIV в. простонародье уже не верило царям Мали, оказавшимся бледными копиями Канкана Мусы. Принятие мансой и его двором ислама принесло государству доходы от торговли с мусульманскими странами Северной Африки, но усилило разрыв между городской придворной элитой и сельским населением, всегда державшимся древних традиционных верований. К середине XV столетия империя постепенно растеряла свои владения и снова вернулась к положению небольшого княжества на верхнем Нигере, уступив гегемонию в регионе молодому государству Сонгаи.

СОГЛАСНО АРАБСКИМ ХРОНИКАМ, ПЕРВЫЕ ПРАВИТЕЛИ ГАО НОСИЛИ ЛЕГКО ЗАПОМИНАЮЩИЕСЯ ИМЕНА ЗАКОЙ, ТАКОЙ, КАКОЙ И АГУКОЙ. ОДНАКО НА САМОМ ДЕЛЕ НАСТОЯЩИЕ ИМЕНА НЕ СОХРАНИЛИСЬ – В ПЕРЕВОДЕ С ЯЗЫКА СОНГАИ ЭТИ СЛОВА ЗНАЧАТ СООТВЕТСТВЕННО «ВТОРОЙ ПРАВИТЕЛЬ», «ТРЕТИЙ», «ЧЕТВЁРТЫЙ» И «ПЯТЫЙ».

В отличие от названий Ганы и Мали, слово сонгаи не обозначает ни царского титула, ни имени государства, но является названием аристократической касты народа джерма, в раннем Средневековье основавшего на Нигере, у самой кромки великой пустыни, город Гао. Мало известно o происхождении языка и народа джерма, который по сей день мы называем сонгаи: ясно лишь то, что уже в VIII–IХ вв. Гао был весьма процветающим торговым городом, а его предприимчивые купцы совершали длительные экспедиции вверх и вниз по Нигеру.

Могила аскии Мухаммада, одного из известнейших правителей Сонгаи, Мали.

Базар на рыночной площади в Дженне, как и пятьсот лет назад, открывается рано утром.

Принятие политической элитой Гао ислама в 1010 г. ещё более упрочило городское благосостояние и привнесло в государство такой ценный инструмент управления, как письмо: арабские надписи на надгробиях царей Гао, сделанные не позже 1100 г., являются старейшими письменными памятниками в Западной Африке. Город лишь на короткое время терял независимость, подчинившись в ХIV в. императору Мали Канкану Мусе, но быстро восстановил свою свободу, а с ослаблением Мали в начале ХV в. получил возможность перехватить власть в огромном регионе от реки Гамбии до нижнего течения Нигера.

Правители Сонгаи сделали ставку на военную силу. Их мощная, хорошо организованная армия, оснащённая тогда ещё редкой в Западной Африке кавалерией, в ХV в. воевала практически непрерывно и на всех направлениях. Императоров-завоевателей Али Бера и Мухаммада в народном эпосе хорошо помнят и сегодня. Оба они реорганизовали не только армию, но и экономику и систему управления, которые по своей эффективности вполне могли соперничать с современными им государствами Западной Европы.

Все три империи саванны в большой степени были продуктом добычи и экспорта золота из месторождений в верховьях Нигера. Спрос на золото в Европе неуклонно рос, а основным его источником на европейском рынке после VII в. стала именно Западная Африка. Освоение новых месторождений и пик добычи ценного металла приходятся здесь как раз на ХI–ХV вв., и, если бы не государственная монополия Ганы и Мали, забиравшая в казну все золотые слитки, цена на золотой слиток в Африке упала бы до стоимости нескольких клубней ямса. Собственно, однажды так и случилось, когда в 1324 г. манса Канкан Муса отправился на паломничество в Мекку, захватив с собой ни много ни мало тринадцать тонн золота для раздачи жителям ближневосточных городов. После его визита цены на жёлтый металл в Египте и на Ближнем Востоке обрушились минимум на десятилетие. Славные то были времена.

Другие товары тоже играли важную роль в доходах империй Западной Африки. Слоновая кость, чёрное дерево и другие предметы роскоши возвращаются ко дворам европейских монархий, а дурманящие орехи колы не теряют популярности в Северной Африке. Всё бо́льшую выгоду обретает продажа чернокожих рабов для невольничьих рынков Средиземноморья – предвестник грандиозной трагедии Африки в ХVII–ХIХ вв., о которой мы расскажем чуть позже.

Древняя глиняная мечеть Джингарей-Бер в Тимбукту была основана ещё императорами Мали.

В Гане понятия столицы ещё не существовало, и царь постоянно перемещался со своим двором и войском между различными резиденциями. Однако такие города страны, как Кумби-Сале, Диара и Валата, были, несомненно, крупнейшими в Западной Африке: даже с таким скромным, по сегодняшним меркам, населением, как 15 тыс. жителей. В Ниани, столице мансы Мали, проживало не меньше 20 тыс. Тимбукту – главный порт Сахеля – и столица Сонгаи Гао в ХIII–ХV в. выросли в крупные города, а на острове внутренней дельты Нигера в ХIII вв. был основан город Дженне, на века ставший одним из крупнейших экономических центров Западной Африки. Сюда с четырёх сторон света сходились караваны и баржи, гружённые европейскими, азиатскими и африканскими товарами, чтобы быть разложенными цветастыми рядами на грандиозном рынке в тени Большой мечети, работавшем, как и сегодня, ежедневно с семи утра.

Особую роль в жизни всех трёх империй сыграли мусульманские купцы, захватившие лидерство в торговле между Западной Африкой и средиземноморским миром. Установление арабского владычества в Северной Африке в VII–VIII вв. привело к тому, что приверженность Пророку стала необходимым условием для ведения успешного торгового бизнеса. Африканские купцы с готовностью принимали ислам, чтобы вступить во взаимовыгодные отношения или породниться с богатыми купеческими семьями Марокко, Туниса и Египта.

Как власти, так и сельское большинство подданных африканских империй продолжали придерживаться стародавних верований, однако уже правители Ганы в IХ–ХII вв. весьма благосклонно относились к исламу. Мусульманским купцам, правда, запрещено было селиться в одном городе с местными жителями, так что вскоре рядом с глиняно-соломенными городами империи появились каменные поселения торговых гостей. Ислам остаётся религией крупных городов и в эпоху Мали, и в век расцвета Сонгаи, и даже позже, а Тимбукту, в свою очередь, стал одним из признанных мировых центров мусульманской науки. Парадоксально, однако, что при этом сельское население за пределами городских стен продолжало придерживаться культов предков как тогда, так во многом и сегодня.

Именно поэтому, хотя мансы Мали и сонни или аскии (цари) Сонгаи были преданными мусульманами (аския Мухаммад даже получил в Мекке титул халифа правоверных в Западной Африке), они вынуждены были бережно относиться к традиционным культам и подавлять сепаратистские настроения крупных мусульманских торговых городов. Так, освободив Тимбукту от туарегов в 1468 г., Али Бер весьма жёстко обошёлся с городом, подозревая, что городская верхушка состоит в заговоре с туарегами и марокканцами, чтобы избавиться от тяжёлых налогов Сонгаи.

Будущее показало, что он был прав. В конце ХVI в., когда жизненные силы Сонгаи из-за постоянных войн и междоусобиц были уже на исходе, мусульманские купцы Тимбукту, стремившиеся к независимости от империи, сыграли свою роль в организации вторжения на её территорию марокканских войск. Весной 1591 г., вооружённые невиданными в Западной Африке аркебузами, к Гао подошли войска марокканского султана Мулая Ахмеда, им даже удалось перетащить через пустыню 12 португальских пушек. Они не взяли с собой запасов провизии на обратный путь и знали, что отступать будет некуда. 13 марта 1591 г. армия Сонгаи была рассеяна мощью огнестрельного оружия. В этот день, после семи веков владычества в саваннах, завершилась история великих западноафриканских империй.

В СОСТАВЕ МАРОККАНСКОГО ВОЙСКА КАК МИНИМУМ ПОЛОВИНУ СОСТАВЛЯЛИ ЕВРОПЕЙЦЫ: ИСПАНСКИЕ МУСУЛЬМАНЕ И ПЛЕННЫЕ ПОРТУГАЛЬСКИЕ СОЛДАТЫ, СОГЛАСИВШИЕСЯ СЛУЖИТЬ СУЛТАНУ. ИМЕННО ОНИ УМЕЛИ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ АРКЕБУЗАМИ, ПОГУБИВШИМИ СОНГАИ. ЭТО БЫЛО ПЕРВОЕ КАТАСТРОФИЧЕСКОЕ НАШЕСТВИЕ ЕВРОПЕЙЦЕВ НА АФРИКАНСКИЙ КОНТИНЕНТ, НО ОТНЮДЬ НЕ ПОСЛЕДНЕЕ.

ТРЕУГОЛЬНЫЙ ПАРУС ДОНА ЭНРИКЕ.

После захвата Гао марокканцами империя Сонгаи распалась на множество воюющих между собой княжеств и племенных объединений и, по словам летописца, «стала безопасность страхом, благосостояние – мукой и тягостью, а спокойствие – бедой и насилием. Люди начали пожирать друг друга повсеместно, вдоль и вширь, завидуя и воюя за богатства, за людей и за рабов».

Лучи солнца отражались в золотых украшениях, сверкавших перед нашими глазами, и вынести этот блеск было сложнее, чем палящий зной. Мемуары английского посла при дворе царя Ашанти, 1817 г.

Но наивно думать, что лишь поражение от аркебуз марокканского султана Мулая стало причиной падения Сонгаи. Как всегда, причины, подточившие строившееся веками могучее здание, крылись внутри него самого, и четырёхтысячному отряду аркебузеров оставалось лишь выстрелить, чтобы это здание обрушилось.

Одной из таких причин стал треугольный парус.

Дело в том, что средневековые европейские капитаны боялись ходить на парусах вдоль западноафриканского побережья: сильные атлантические ветры помогали быстрому движению на юг, но не позволяли кораблям того времени – баркам и балингерам с их квадратными парусами – возвращаться на север. Точкой невозврата для мореходов в течение столетий служил мыс Бохадор в Западной Сахаре, которого капитаны боялись как огня. Слабы были и навигационные инструменты, не позволявшие точно определять местонахождение судна, и карты, на которых мир за пределами Европы выглядел сплошным белым пятном.

Эльмина – первая крепость, основанная европейцами в Тропической Африке, Гана.

На карте мира 1482 г. Африка предстаёт сплошным белым пятном.

Всё изменили воля и любознательность одного человека. Около 1420 г. наследником португальского престола принцем Энрике была основана навигационная школа на мысе Сагриш, крайней юго-западной точке Европы, куда он пригласил со всей Европы картографов, мореходов и специалистов по кораблестроению. Именно здесь, взяв за образец лёгкие арабские доу Средиземноморья, подопечные дона Энрике разработали каравеллу – небольшое, лёгкое судно с треугольными «латинскими» парусами. Именно благодаря своему парусу каравелла могла ходить против ветра – качество, позволившее капитанам принца отправляться на юг вдоль африканского побережья и успешно возвращаться домой. Год за годом из португальского Лагуша в океан выходили всё новые экспедиции в поисках золота, морского пути в Индию и новых владений для короля. В 1434 г. португальцы успешно обогнули мыс Бохадор, а спустя десятилетие достигли крайней западной точки Старого Света – Зелёного Мыса. Принц Энрике умер в 1460 г., не дождавшись возвращения своей очередной экспедиции – той, что открыла Гвинейский залив. Благодаря его энергии и предприимчивости через двадцать лет после того, как он обрёл спокойствие, португальцы основали первый форт на Золотом берегу (крепость Эльмина в нынешней Гане), через тридцать капитан Бартоломеу Диаш впервые обогнул Африку, а через сорок Васко да Гама высадился в Восточной Африке и достиг Индии – мечты европейцев того времени. Дон Энрике навсегда изменил мир: ни Европа, ни Африка уже не будут прежними, но, по иронии судьбы, принц, прозванный Мореплавателем, за всю жизнь ни разу не выходил в море.

Разработка новых средств навигации и освоение морского пути по Атлантическому океану повлекли за собой и открытие Колумбом в 1492 г. Антильских островов, а в 1498 г. – Америки. Эти события, ознаменовавшие начало нового витка развития мировой истории, эпохи Великих открытий, очень много означали и для Африки.

Во-первых, морская торговля оказалась значительно менее опасной и более эффективной, чем караванная. Отношения между христианской Европой и мусульманской Северной Африкой многократно осложнились, что не могло не отразиться в первую очередь на торговле. В то же время на побережье Гвинейского залива стали вырастать европейские форты и фактории, наладившие выгодные торговые сношения с золотоносными районами без посредничества марокканских султанов, туарегов Сахары и амбициозных империй саванны.

В 1600 Г. В МАРОККО ИЗ МАЛИ ПРИБЫЛ КАРАВАН С ЗОЛОТОМ, СОСТОЯВШИЙ ВСЕГО ИЗ 30 ВЕРБЛЮДОВ. ОДНАКО КАЖДЫЙ ИЗ НИХ ВЁЗ ПРИМЕРНО ПО 140 КГ ЗОЛОТА, ТАК ЧТО СТОИМОСТЬ ЕГО ГРУЗА В СЕГОДНЯШНИХ ЦЕНАХ СОСТАВИЛА БЫ 207 МЛН ДОЛЛАРОВ. МОЖНО СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ, СКОЛЬКО СТОИЛИ КАРАВАНЫ ИЗ 12 ТЫС. ВЕРБЛЮДОВ, ПРОХОДИВШИЕ ЧЕРЕЗ САХАРУ В XVI В.

Во-вторых, само по себе золото стремительно теряет позиции как основной товар африканского экспорта в Европу. После открытия Америки и эпохального завоевания испанцами государств инков и ацтеков в Европу хлынул поток американского золота.

Зато открытие Америки и основание португальцами сахарных плантаций на островах вдоль африканского побережья привели к резкому росту спроса на живой товар. В ХVI в. начинается период расцвета государств побережья Атлантического океана, созданных народами, первыми вступившими в контакт с европейской цивилизацией. В отличие от гигантских централизованных империй саванны, эти государства не отличались крупными размерами: ни в зоне экваториальных лесов, ни в лесостепях невозможно было поддерживать и перемещать крупную мобильную армию, которая могла бы держать отдалённые области в повиновении. Однако в истории Африки эти государства оставили важный след благодаря тому, что о них нам известно подчас значительно больше, чем об империях. Давайте же посмотрим, какая картина предстала в ХV–ХVI вв. перед португальскими капитанами, открывшими для себя огромный мир Западной Африки.

Африканские рабы на гравюре 1868 г.

На территории современного Сенегала с 1350 по 1550 г. процветало государство Джолоф, созданное народом волоф. Общество волоф было чётко поделено на касты, выстроенные в строгую иерархию: аристократия, свободные крестьяне, ремесленники, рабы. Среди мастеров особую роль играли кузнецы, обладавшие, как считают многие африканские народы, таинственной силой, умеющие управлять огнём и превращать камень в железный меч. Особой кастой считались также хранители легенд и эпоса – бродячие артисты-гриоты. Именно они и сохранили для нас историю возвышения Джолоф и его падения. В середине ХVI в. вожди прибрежных княжеств резко увеличивают свои доходы от торговли с португальцами и начинают задумываться, стоит ли делиться с центральной властью. Результатом этих раздумий стал распад Джолоф, на территории которого независимость обрели государства Вало, Баол, Сине и Кайор. Последнее вскоре станет ближайшим партнёром Португалии, а затем и Франции в трансатлантической работорговле.

Кайору не уступало королевство Каабу, образованное на территории сегодняшней Гвинеи-Бисау. Правители Каабу вели свой род от одного из губернаторов империи Мали и говорили на том же языке, что и малийские мансы, это дало им повод считать себя преемником великой империи и даже именоваться «манса-ба». Величие Каабу, впрочем, базировалось лишь на беспрерывных войнах с соседними народами и захвате рабов – основного экспортного продукта и двигателя экономики государства. Но в ХIХ в. Каабу было разгромлено армиями исламского джихада Османа дан Фодио.

К юго-востоку от государств Сенегала, на территории, которую европейцы назвали Золотым Берегом (нынешняя Гана), вес в ХVI в. набирают княжества народа акан, спустившегося из саванны к океану в поисках лучшей доли. Крупнейшим среди них ок. 1670 г. стала Конфедерация Ашанти с центром в городе Кумаси, одно из самых агрессивных и развитых государств Западной Африки. Оно управлялось династией, где власть, как это часто бывает в Африке, передавалась по материнской линии. Это объяснялось просто: никогда ведь не знаешь, кто настоящий отец правителя, а с матерью они уж точно родные по крови. Этот порядок привёл к традиции почитания матери короля: подчас она имела не меньше власти в государстве, чем её сын.

С помощью популярного среди акан жреца Окомфо Аноче правитель Ашанти (его называли асантехене) Осей Туту в начале ХVIII в. выстроил эффективную систему управления и добился подчинения других вождей акан. В доказательство божественного благословения государства и его короля Аноче предъявил народу золотой трон (деревянный табурет, частично покрытый золотой фольгой) и железный меч, якобы упавшие с неба. После этого Осей Туту и его наследники сумели значительно расширить территорию Конфедерации с помощью серии войн и стать сначала надёжными партнёрами, а затем стойкими противниками англичан, неуклонно расширявших своё влияние на Золотом Берегу. Англии понадобится пять войн, чтобы лишь в 1900 г. подчинить Ашанти, но совсем ненадолго: уже спустя 30 лет асантехене был восстановлен на троне. Его наследники правят в Кумаси и сейчас: мать короля по-прежнему непререкаемый авторитет для всех женщин народа акан, железный меч, по рукоятку зарытый в землю, можно увидеть в храме в центре Кумаси, а золотой трон выносят из дворца на публичных церемониях и кладут рядом с королём: сидеть на нём строго запрещено.

В эпоху первых португальских экспедиций вдоль гвинейских берегов акан ещё только открывали для себя Атлантику, в то время как дальше по курсу, на территории нынешней Нигерии, европейцы увидели уже сложившиеся государства. Народ йоруба ещё в ХII–ХIII вв. создаёт мощные укреплённые города к западу от дельты Нигера, наиболее влиятельными из которых стали Ифе и Ойо. По нынешним меркам африканских столиц их население, конечно, было весьма скромным: в лучшие годы не более 25 тыс. человек, но при общей слабой заселённости Африки они по праву считались крупными мегаполисами. Города йоруба создали между собой нечто вроде конфедерации с религиозным центром в Ифе – вероятно, первый опыт такого рода политического объединения в Африке. Города управлялись династиями богатейших кланов, и общинное сознание африканца воспринимало город как большую семью, а всю страну йоруба – как одну огромную деревню, все семьи в которой были дружны и сочетались династическими браками. При этом старшинство в семье городов йоруба отдавалось Ифе как имеющему самую древнюю историю, вне зависимости от его политического могущества.

ГОСУДАРСТВА ГВИНЕЙСКОГО ЗАЛИВА ВСЕГДА ПОРАЖАЛИ ЕВРОПЕЙЦЕВ УРОВНЕМ УРБАНИЗАЦИИ. ЕЩЁ СТОЛЕТИЕ НАЗАД 37 % ЙОРУБА ПРОЖИВАЛИ В ГОРОДАХ – БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВО ФРАНЦИИ И ТЕМ БОЛЕЕ В РОССИИ.

Даже внутри города власть распределялась по родам, каждый из которых нёс ответственность за свой квартал. Очень часто именно они избирали и правителя города, они же были ответственны за совершение общественных религиозных обрядов, которые сплачивали население.

К востоку от йоруба проживали их дальние родственники – народ эдо, создавший в ХV–ХVI вв. одно из крупнейших государств гвинейского побережья. Это государство, выросшее вокруг города Бенин, в конце ХV в. вступило в дружеские сношения с португальцами и благодаря контролю над торговлей в устье Нигера весьма быстро разбогатело. Бенин стал первой африканской страной, отправившей посла в Лиссабон, и одной из первых, наладивших бесперебойную поставку рабов на американские сахарные плантации. Король Бенина, известный как «оба», хорошо говорил и читал по-португальски, хотя и мудро воздержался от принятия католической веры.

Примерно в то же время соседи эдо создают на восточных берегах дельты Нигера свои города-государства, также процветавшие на торговле с европейцами. Здесь было не меньше трёх десятков крупных и малых городов, в основном управлявшихся как аристократические республики, где верховный вождь, если даже он и существовал, был избираем богатейшими гражданами. Но в отличие от государств йоруба и эдо, основная власть здесь принадлежала союзу Экпе, который определял на своих собраниях не только политику государства и фиксированные цены на товары, продаваемые европейцам, но и судьбу каждого человека.

Танцор йоруба в традиционном костюме для мероприятий.

Перечисленные нами государства обладали своеобразными, подчас удивительными особенностями, но объединяло их одно: их возвышению способствовала атлантическая торговля, и в первую очередь торговля людьми. Богатство западноафриканских стран, тесные контакты между цивилизациями Африки и Европы привели к расцвету культуры, сооружению крупнейших городов, консолидации первых национальных государств в Африке. Однако принц Энрике Мореплаватель, чьи каравеллы впервые доставили в Европу дюжину рабов из Африки в 1441 г., конечно, не мог себе представить, что его треугольный парус повлечёт за собой не только величайший расцвет цивилизации в Африке, но и её величайшую трагедию.

ВЕЛИКАЯ АФРИКАНСКАЯ ТРАГЕДИЯ.

У Африки есть ещё одна беда: одни её жители продают других. Ф. де Коммин. ХIV в.

Первый корабль, гружённый рабами, отправился из Африки в Новый Свет менее чем через десятилетие после открытия Колумба, в 1501 г. За последующие четыре века вслед за этим кораблём не менее 11 млн человек будут перевезены через Атлантику в ходе крупнейшей насильственной миграции в истории человечества. Но и эта жуткая цифра вполне может оказаться заниженной: примерно каждый пятый невольник умирал от болезни, бунта или некачественной пищи, не достигнув новой родины.

Существует распространённое заблуждение, что работорговля развилась в Африке лишь с приходом европейцев, но на самом деле она существовала и развивалась здесь ещё со времён Древнего Египта. Труд чернокожих рабов активно использовали и египтяне Нового царства, и великие империи Западной Африки, и прибрежные торговые города на востоке континента. Задолго до освоения европейцами Америки невольников вели через пустыню на виллы римских аристократов и везли через Индийский океан для дворцов богатых вельмож Персии и Арабского халифата. И хотя количественно эти потоки, безусловно, были существенно слабее тех, что позже потекли через Атлантику в Новый Свет, работорговля оставалась работорговлей. Спрос европейцев на рабочую силу пал на благодатную почву: африканские государства перенаправили потоки живого товара на экспорт, и с начала XVI столетия наиболее активная торговля в Западной Африке перемещается на побережье Атлантического океана.

Пословица народа игбо гласит: «Те, кто владеет людьми, богаче тех, у кого есть деньги». Но люди в Африке стоили дёшево: в саванне местные правители давали по 10–15 рабов за одного коня, за мушкет или порцию пороха можно было получить молодую рабыню. Покупали людей и за морские раковины каури, которые в Западную Африку из Индии завезли португальцы, вскоре они же наладили добычу этой «валюты» со дна океана у побережья Анголы и активно использовали каури для приобретения рабочей силы для своих плантаций на островах Сан-Томе и в Бразилии.

Ворота Невозвращения – символический монумент в память о жертвах работорговли, Бенин.

РАКОВИНЫ КАУРИ ЦЕНИЛИСЬ ВЕСЬМА ДЁШЕВО: ЦЕНА ОДНОГО РАБА ДОХОДИЛА ДО 170 ТЫС. КАУРИ, ПРИ ЭТОМ ДЛЯ ПЕРЕНОСКИ ЭТОЙ СУММЫ В ТЮКАХ ТРЕБОВАЛОСЬ КАК МИНИМУМ ВОСЕМЬ РАБОВ.

К 1600 г. добыча рабов на экспорт становится едва ли не главной внешнеполитической целью множества прибрежных государств Африки. Их правители организовывали ежегодные рейды в леса и саванны для захвата всё больше новых пленников среди менее развитых, а потому более беззащитных народов в глубине континента. Но бесконечные захватнические экспедиции требовали новых мушкетов и пороха, а те можно было купить опять же ценой живого товара. В этом замкнутом круге Африка будет крутиться четыре века.

Вход в подземелье замка Эльмины, где рабы ждали прибытия кораблей для отправки в Америку.

Появились государства, сделавшие себе имя и состояние на торговле своими соплеменниками-африканцами. Среди них особое место занимает Дагомея на территории современного Бенина, правители которой в течение двух столетий ежегодно продавали европейским и местным работорговцам десятки тысяч душ для отправки в Америку. Королевство Конго в устье одноимённой реки, чьи правители в ХVI в. приняли католицизм, вскоре сравнялось с Дагомеей по объёму экспорта рабов, и его королям будет не под силу остановить работорговлю своими указами, требованиями к португальцам и даже письмами к Папе Римскому. В устье другой великой африканской реки – Гамбии – правители государства Джолоф продавали работорговцам тысячи скованных цепью пленников каждый год, от них не отставали и короли соседнего Кайора в Южном Сенегале, о них мы уже рассказывали выше.

Работорговля охватила не только западное побережье Африки. Рабов в Америку – хотя и в меньших масштабах – вывозили и через португальские фактории Мозамбика. В Индийском океане давние традиции работорговли получили дополнительный стимул, и в ХV–ХVIII в. постоянно растёт объём вывоза рабов с восточного побережья Африки в Персию, Аравию и Индию. Экспорт невольников через Сахару в Египет и на Ближний Восток тоже не ослабевал: почти 90 % евнухов, ценившихся при дворах ближневосточных султанов и эмиров, вывозились в обмен на мушкеты из империи Канем-Борну, раскинувшейся по берегам озера Чад. Евнух ценился в 10 раз выше самых прекрасных рабынь, но при этом в среднем лишь один человек из семи-восьми выживал при кастрации.

От работорговли страдали жители почти всего континента, от Сахары и до Южной Африки. В рабство «не брали» только пигмеев из-за их малого роста, а также готтентотов и бушменов, которые отказывались работать на плантациях даже под страхом смерти. Остальным жителям внутренних районов Африки приходилось придумывать самые удивительные способы самозащиты, чтобы избежать порабощения. Народ дитаммари в Того освоил строительство уникальных укреплённых домов с «ложным входом», где вошедшего охотника за рабами ждала смерть. У восточноафриканских народов мурси и сурма сохранилась традиция вставлять глиняные диски диаметром до 12 см в нижнюю губу молодых девушек, чтобы отпугнуть от них работорговцев.

ЧЕРНОКОЖИЕ РАБЫ ОКАЗАЛИСЬ ДАЖЕ НА ТЕРРИТОРИИ БЫВШЕГО СССР. В НЕСКОЛЬКИХ СЁЛАХ АБХАЗИИ ПРОЖИВАЕТ ОСОБАЯ ЭТНИЧЕСКАЯ ГРУППА ЧЕРНОКОЖИХ, НАЗЫВАЕМЫХ АБХАЗСКИМИ НЕГРАМИ. УЧЁНЫЕ ЗАТРУДНЯЮТСЯ ОБЪЯСНИТЬ ИХ ПОЯВЛЕНИЕ НА КАВКАЗЕ, НО, СКОРЕЕ ВСЕГО, ОНИ ЯВЛЯЮТСЯ ПОТОМКАМИ РАБОВ, ПРИОБРЕТЁННЫХ ГРУЗИНСКИМИ АРИСТОКРАТАМИ В XVII В. ДЛЯ РАБОТЫ НА МАНДАРИНОВЫХ ПЛАНТАЦИЯХ. ОТДЕЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ ЭТОЙ ГРУППЫ ОБНАРУЖИВАЛИСЬ И В ЗАКАВКАЗЬЕ, ГДЕ И БЫЛА В 1870 Г. СДЕЛАНА ЭТА ФОТОГРАФИЯ С ВПЕЧАТЛЯЮЩЕЙ ПОДПИСЬЮ: «НЕГРО-АРАБО-ГОРЕЦ ИЗ КАРАБАХА».

В западной литературе подчас принято оправдывать африканские государства за их осознанную торговлю своими соотечественниками. Приходится слышать, что местные правители не имели выбора – для выживания государства нужны были европейские инструменты и оружие, а купить их можно было только за живой товар. К тому же, если один правитель отказывался торговать людьми, работорговец всегда мог отправиться к его соседу. Этот подход возлагает вину всецело на «заказчиков» преступления – европейцев. Это, конечно, неверно. Торговля людьми в равной мере лежит на совести как продавца, так и покупателя. Европейские державы в ХVI–ХIХ в. крайне редко захватывали рабов самостоятельно – в этом не было необходимости, ведь их охотно выставляли на продажу вожди прибрежных княжеств и королевств, прекрасно понимавшие, что отправляют своих ближних на вечную каторгу или смерть. Мы не знаем, сколько из них испытывали при этом муки совести. В Африке продажа в рабство вообще не считалась преступлением, эта традиция существовала здесь тысячелетиями и была пресечена лишь после того, как в середине ХIХ в. торговля и владение людьми были объявлены вне закона в государствах Европы – Англии и Франции, – а затем и в США.

Весьма любопытно то, что запрет трансатлантической работорговли привёл к резкому росту рабовладения в самой Африке. После завоевания глубинных районов континента в начале ХХ в. французские чиновники были изумлены, обнаружив по результатам переписей, что не менее половины их новых африканских подданных находятся в рабстве. Такая же пропорция существовала и в торговых городах суахили в Восточной Африке.

Работорговля, принявшая гипертрофированные размеры в ХVII–ХVIII в., привела к нравственному разложению африканских традиционных обществ. У многих народов стало считаться едва ли не нормой продавать в рабство своих дочерей и даже родителей. Ценность человеческой жизни стремительно скатывалась к нулю, становясь не дороже горсти пороха, и африканцы начинали воевать друг с другом за живой товар, что породило бесчисленные межплеменные войны. Разрыв доверия между властью и людьми достиг катастрофического размаха, и во многом этой причиной объясняется относительно слабое сопротивление африканцев европейским завоевателям. Шрамы от работорговли заживают долго: она оставила заметный след и в культуре, и в сознании людей по всему континенту. В Конго и сегодня бытует страшный миф о неведомой стране Мпуту, жилище мёртвых, где исчезают герои и откуда нет возврата. Название этой страны – сокращение от Мпутулезо, как в старину здесь называли Португалию.

Негро-арабо-горец из Карабаха.

Дом дитаммари, созданный специально для защиты от агентов работорговцев, Того.

Вовсе не европейцы начали торговлю рабами в Африке, но именно они довели её до абсолюта. И им же предстояло прекратить её, подчас силой оружия принуждая африканских правителей остановить продажу людей в рабство. Окончательно работорговля была побеждена только после раздела Африки между великими державами, то есть всего сто лет назад. Последней страной, где рабство было законодательно запрещено, стала именно та, что осталась вне европейского контроля, – Эфиопия. Рабство было отменено там лишь в 1942 г. Но и сегодня в некоторых районах континента, где центральная власть по-прежнему слаба, бытовое рабство продолжает существовать, и иногда целые этносы по традиции считаются рабскими; об этом мы расскажем подробнее в главе «Повседневная жизнь».

В ЭТО ВРЕМЯ НА ЮГЕ.

Царь Бенаметапы владеет огромным государством. К нему относятся с величайшим благоговением и обращаются, преклонив колени. Дамиан ди Гоиш, ХVI в.

В ходе нашего повествования некоторое время незаслуженно забытой оставалась южная часть африканского материка. Древняя история Африки творилась в долине Нила, Средневековье мы встретили на востоке, а провожали на западе континента. Тем временем в Южной Африке, сжатой между экваториальным лесным «поясом» и двумя океанами, а потому в значительной степени изолированной от внешнего мира, происходило множество весьма интересных событий.

Если район Великих африканских озёр и вправду был колыбелью современного человечества, то перед теми, кто отправился оттуда на север, открылся весь мир. Те, кто пошёл на юг, должны были довольно быстро – быть может, за пару тысячелетий – достичь мыса Игольный, крайней южной точки Старого Света. Это были охотники и собиратели – далёкие предки современных койсанских народов Намибии и Ботсваны: маленького роста, с узким разрезом глаз и жёлто-бурым цветом кожи, вовсе не похожие на привычных нам чернокожих африканцев. Они оставили память о себе в виде миллиона изображений на десятках скальных поверхностей по всей Южной Африке. Древнейшие из них, обнаруженные в Намибии, выполнены не менее 26 000 лет назад. А инструменты, используемые и сегодня охотниками-бушменами (например, наконечники для стрел и палочки для нанесения на них яда), уже изготовлялись здесь 44 000 лет назад.

В Бенине стоит памятник Туссен-Лувертюру, чернокожему рабу с острова Гаити, поднявшему первое успешное восстание рабов в Америке.

Держа в обеих руках орудия, которые разделяют сорок тысячелетий и которые остались почти идентичными по конструкции и стилистике, учёные поражаются, насколько стабильными были быт, хозяйство и культура народов этой части Африки. Этому способствовала изоляция юга Африки от внешнего мира. Европейская цивилизация выросла, потому что имела возможность воспринимать опыт других народов и культур. Тропической Африке воспринимать что-либо было практически неоткуда. Сохранившиеся следы древних контактов очень малочисленны, хотя и интересны: в Конго найдена фигурка древнеегипетского бога Осириса, а статуэтка с именем фараона Тутмоса III (ХV в. до н. э.) достигла даже берегов реки Замбези. Однако о регулярных контактах между севером и югом Африки в древний период говорить не приходится.

Первые резкие изменения произошли лишь примерно 2500 лет назад, когда из Восточной Африки на юг приходит скотоводство. Небольшие группы, владеющие навыками разведения коров и коз, расселяются по саванному поясу юга континента, тесня своих далёких родственников – охотников-бушменов. Эти скотоводы, называющие себя кхой (а нам более известные как готтентоты), сумели сохранить свой образ жизни и сегодня. Вторая волна резких изменений нахлынула в Южную Африку спустя ещё тысячу лет. Примерно в 300–500 гг. н. э. земледельческие негроидные народы группы банту, происходящие из Западной Африки, начинают расселяться по южной части континента. Под давлением многочисленных, вооружённых железным оружием банту потесниться пришлось уже не только бушменам, но и готтентотам: к 1000 г. они оказались зажатыми в пустыне Калахари, а этническая и языковая карта региона в целом приобрела современные нам очертания.

Земледельцам банту довелось стать строителями первых государств и городов юга Африки, в том числе и Великого Зимбабве, открытие которого так удивило европейцев 150 лет назад.

О Великом Зимбабве, несмотря на неослабевающий интерес, известно по-прежнему очень мало: в отсутствие исторических документов нам приходится ориентироваться на мифы, археологические находки и сами стены древнего города, которые, как оказывается, тоже могут многое рассказать. Например, толщина стен у основания указывает на то, что высота их некогда могла составлять до 10 метров! А фундаменты каменных строений и площадь опоясанного стенами пространства позволяют утверждать, что Зимбабве, процветавший в ХII–ХIV вв., был крупнейшим городом доколониальной Южной Африки, сравниться с которым по численности жителей смогли лишь города, появившиеся здесь в XIX столетии.

Фауна саванны на скалах Южной Африки.

Несмотря на то что само название Зимбабве переводится с языка шона как «каменные дома», фундаментальные строения из камня предназначались вовсе не для жилья: эти здания служили культовым целям, в них жили только боги, в то время как сами шона продолжали, как сотни лет до и после Великого Зимбабве, ютиться в глиняных хижинах с соломенными крышами. Богам требовались лучшие жилищные условия, ведь они приносили людям самое ценное – дождь, орошавший поля и пастбища. Дождь у местных жителей настолько плотно связан с богатым урожаем, что даже сегодня, приветствуя друг друга, люди в этом регионе желают не здоровья, а дождя.

Как это часто бывает с древними городами, причины упадка Зимбабве остаются загадкой. Вероятно, его экономика держалась на экспорте золота к океанским портам, что позволяло городу богатеть в течение примерно двух столетий (1250–1450), после чего торговые пути по каким-то причинам сменились, оставив Зимбабве в стороне. Та же участь постигла чуть раньше и менее известный, но также весьма могущественный город Мапунгубве на берегу Лимпопо, процветавший на торговле золотом, слоновой костью и носорожьим рогом с восточным побережьем. На раскопках города был найден символ богатства Мапунгубве – золотая фигурка носорога, изготовленная в ХIII в., древнейшее изделие из золота на юге Африки.

Чуть севернее Великого Зимбабве вскоре после его крушения выросло другое государство шона, которое европейцы называли королевством Мономотапа. Оно весьма активно торговало с португальцами, которые, впрочем, так и не смогли утвердить здесь своё влияние. Однажды иезуитскому миссионеру удалось даже склонить местного правителя принять христианство, но уже через несколько дней влиятельные мусульманские купцы потолковали с владыкой так, что тот решительно вернулся к вере предков, а иезуита приказал для верности казнить. Карательная экспедиция португальцев закончилась плачевно: солдаты десятками гибли от малярии, после чего попытки завоевать Мономотапу были оставлены.

На скале Мапунгубве в ЮАР были найдены средневековые предметы быта и золотые украшения.

Восточное побережье, благодаря торговым связям с которым расцветали и увядали Зимбабве, Мапунгубве, Мономотапа и другие средневековые города и государства Южной Африки, в тот период уже сформировалось в единую, вполне самобытную цивилизацию, ощущавшую себя скорее частью мира Индийского океана, нежели африканской ойкумены. Миграции народов и торговля здесь существовали с незапамятных времён. Примерно в V–VI вв. н. э. в ходе одного из самых потрясающих переселений в истории жителями индонезийского острова Борнео был заселён Мадагаскар, там и сегодня говорят на одном из малайских языков. Индонезийцы почему-то не стали селиться на материке, но зато подарили Африке один из её самых известных и вкусных фруктов – банан. Океан бороздили суда индийцев, персов, арабов, жителей Цейлона и Юго-Восточной Азии.

ТОРГОВЛЕ В ИНДИЙСКОМ ОКЕАНЕ С ДРЕВНИХ ВРЕМЁН СПОСОБСТВУЮТ МУССОННЫЕ ВЕТРЫ: ЛЕТОМ ОНИ ДУЮТ ПО НАПРАВЛЕНИЮ ИЗ АФРИКИ К АРАВИИ И ИНДИИ, А ЗИМОЙ – НАОБОРОТ, ЧТО ПОЗВОЛЯЛО ТОРГОВЦАМ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ИМИ КАК СВОЕГО РОДА РЕЙСОВЫМ ПАРОМОМ.

Сохранился уникальный документ, опубликованный около 50 г. н. э., – путеводитель по коммерческим центрам восточноафриканских берегов, написанный безымянным торговым агентом эллинистического Египта. Этот «Перипл Эритрейского моря» даёт понять, что на рубеже тысячелетий греческие купцы активно торговали с Восточной Африкой через Красное море, соперничая с конкурентами из Индии, с берегов Персидского залива, из Южной Аравии и Аксума. Многие из них находили для себя новую родину на побережье Африки или ближайших к нему островах – Занзибаре, Пембе, Мафии.

Женщины народа ндебеле в традиционных костюмах продают куклы собственного производства.

Примерно в IХ в. в Восточную Африку приходит ислам, сыгравший важнейшую роль в создании единого народа суахили – потомков иранцев, арабов, индусов и африканцев. Появился и общий для аборигенов и переселенцев язык суахили, созданный на основе одного из языков банту. В последующие века восточный берег Африки от Сомали до Мозамбика покрылся цепочкой процветающих городов со своей богатой архитектурой, торговыми традициями и широкими связями по всему Индийскому океану. Посольства суахилийских городов открывались даже в Китае.

Цивилизация суахили, хотя и частично африканская по происхождению, лицом всегда была повёрнута к странам Азии. Даже сегодня жители Занзибара нередко именуют себя «ширази», считая своими предками персов из иранского Шираза, некогда заселивших остров. Переселение из Аравии, Персии и Индии в Африку не прекращалось в течение столетий.

Один из древних минаретов, возвышающихся над Каменным городом Занзибара.

Процветавшей океанской торговле был нанесён сильный удар с приходом португальцев. Несмотря на то что именно суахилийский проводник из Малинди привёл Васко да Гаму в Индию в 1498 г., новые хозяева океана вскоре издали указ, что любая морская торговля может производиться только на португальских судах. Как и любая монополия, это решение не принесло торговле ничего, кроме разорения. Города на восточном побережье Африки потеряли своё былое значение, а затем и вовсе попали под власть европейцев. А в начале ХVIII в. сюда снова приходят завоеватели из Аравии: португальцев изгнали могущественные султаны Омана, один из которых в 1840 г. установил контроль над побережьем и даже перенёс свою столицу в Занзибар.

ПОЯВЛЕНИЕ АФРИКАНСКОГО ЖИРАФА НА УЛИЦАХ ПЕКИНА В 1415 Г. СТАЛО ОДНИМ ИЗ САМЫХ ПАМЯТНЫХ СОБЫТИЙ ХРОНИК ДИНАСТИИ МИН. ЖИРАФ БЫЛ ПОДАРКОМ ИМПЕРАТОРУ ОТ АФРИКАНСКОГО ГОРОДА МАЛИНДИ.

Впрочем, к тому времени в Индийском океане уже господствовала другая европейская держава – Британская империя. Начиная с середины ХVIII в. Англия постепенно прибирает к рукам торговые города восточного побережья Африки. В следующем столетии этот нажим только усилился уже под флагом борьбы с работорговлей, чрезвычайно развитой в регионе. Перейдя под контроль англичан, многие некогда процветавшие города суахили ушли в забвение или погрузились в вековой сон. Килва, Малинди, Софала – когда-то крупные города, гавани которых принимали до сотни судов, снова стали небольшими городками и рыбацкими деревушками. Судьба других более благоприятна: Могадишо стал столицей Сомали, Момбаса остаётся крупнейшим портом Кении, а остров Занзибар, переживший множество взлётов и падений, считается сегодня одним из самых привлекательных туристических уголков Восточной Африки.

Крепость Занзибара не смогла защитить султана от притязаний англичан, принесших сюда свои порядки.

Но в то время, как города суахилийского побережья постепенно теряли былую славу, переходя под контроль колониальных империй, в глубине Южной Африки ещё только росла держава, которой суждено было стать самым ожесточённым противником европейского колониализма на юге континента. Вслед за народом шона, строителями средневековых каменных городов, на историческую арену выходят зулу, предпочитавшие строить вместо зданий могучую армию.

ИНТЕРЕСНО, ЧТО РУКОВОДИТЬ ВОЕННЫМИ ПОСЕЛЕНИЯМИ, ГДЕ КВАРТИРОВАЛА АРМИЯ ЗУЛУСОВ, ЧАКА СТАВИЛ ТОЛЬКО СВОИХ СЕСТЁР И ТЁТОК, НЕ ДОВЕРЯЯ РОДСТВЕННИКАМ-МУЖЧИНАМ. И ПРАВИЛЬНО ДЕЛАЛ: В КОНЦЕ КОНЦОВ ЧАКУ УБИЛ ЕГО СОБСТВЕННЫЙ БРАТ ДИНГААН.

Создание зулусского государства в 1816 г. связано с именем легендарного вождя Чаки, карьеру которого можно сравнить с историей Чингисхана. В возрасте двадцати пяти лет, возглавив военное подразделение небольшого союза зулусских племён, Чака сумел создать на его основе боеспособную армию, которая своей дисциплиной, тактическими навыками и выучкой не имела равных в Южной Африке. Все взрослые зулу, как мужчины, так и женщины, считались мобилизованными в армию, любое нарушение дисциплины (в том числе, например, внебрачная связь) каралось немедленной смертью.

Чака усовершенствовал тактику боя и сумел за десять лет создать крупную империю, объединившую не только всех зулу, но и некоторые соседние народы. Непобедимая армия не помогла Чаке: из-за своей жестокости и деспотизма он был убит в результате заговора, – однако его государство Квазулу просуществовало ещё полвека, постепенно отступая на север под давлением белых колонистов. Сегодняшние зулу не забывают о нём: после падения апартеида в ЮАР штат Наталь, где живут зулусы, был переименован в Квазулу-Наталь, а народ зулу остаётся одной из самых влиятельных этнических групп ЮАР.

К СЕВЕРУ ОТ САХАРЫ.

Если Южная Африка в течение веков сохраняла свою традиционную культуру, то на севере континента уже с VII в. безраздельно владычествует ислам. В 642 г. непобедимая армия Пророка вторгается в Египет, сокрушив ослабевшие от бесконечных войн империи – Византию и Персию. Лишь чуть больше полувека потребовалось арабской кавалерии, чтобы дойти до берегов Атлантики и пересечь Гибралтар, высадившись в 711 г. в Испании. С этого времени и по сей день Северная Африка является неотъемлемой частью исламской цивилизации и значительно прочнее связана с Ближним Востоком, нежели с остальной Африкой, лежащей за океаном Сахары.

Если бы передо мной открылся с одной стороны путь на небо, а с другой стороны – путь в Алжир, я бы пошёл в Алжир. Ж. ле Ваше, ХVII в. НАЗВАНИЕ ГИБРАЛТАРА – ИСКАЖЁННОЕ АРАБСКОЕ ДЖЕБЕЛЬ ТАРИК, «ГОРА ТАРИКА», НАЗВАННАЯ В ЧЕСТЬ АРАБСКОГО ПОЛКОВОДЦА ТАРИКА ИБН-ЗИЯДА, ЗАВОЕВАВШЕГО ИСПАНИЮ В VIII В. И ПО СЕЙ ДЕНЬ В ИСПАНИИ СОТНИ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ НАЗВАНИЙ ИМЕЮТ АРАБСКОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ.

Развалины древнего скального города Шенини, существовавшего с ХII в., Тунис.

Ко времени арабского нашествия Северной Африке уже пришлось пережить несколько завоеваний. Сегодня в это трудно поверить, но в античную эпоху этот регион, прежде всего Египет и Тунис, служил основной житницей Европы, поставляя в Грецию и Рим бо́льшую часть зерна. Контроль над столь урожайными районами всегда был мечтой любого государства, доминировавшего в Средиземном море. Впрочем, поселившиеся здесь ещё в IХ в. до н. э. карфагеняне предпочитали жить в мире со своими соседями. Однако после разгрома Карфагена во II в. до н. э. им на смену пришли римляне, всем видам дипломатических отношений предпочитавшие завоевание. К тому времени в Северной Африке, на территории современного Алжира, возникло Нумидийское царство со своей самобытной культурой, религией и письменностью, после череды войн оно было уничтожено Римом.

На смену римлянам в V в. н. э. приходят самые неожиданные завоеватели – племена из далёкой Германии. Африки они достигли в ходе Великого переселения народов, пройдя через территорию Франции и Испании. Это были знаменитые вандалы, восточногерманский народ, родственный готам. Королевство вандалов со столицей в Карфагене просуществовало здесь чуть больше века (за этот период они успели варварски разграбить Рим и тем обессмертить своё имя), после чего они потерпели поражение от войск византийского императора Юстиниана и бесследно исчезли с исторической сцены.

ПОСЛЕ ПОБЕДЫ НАД КАРФАГЕНЯНАМИ ВЛИЯТЕЛЬНЫЙ РИМСКИЙ ПОЛИТИК МАРК ПОРЦИЙ КАТОН НЕ УСТАВАЛ ПОВТОРЯТЬ: «КАРФАГЕН ДОЛЖЕН БЫТЬ РАЗРУШЕН!» (CARTHAGO DELENDUM EST!) ПО ЕГО СЛОВАМ, ЕСЛИ ГОРОД СОХРАНИТЬ, РАНО ИЛИ ПОЗДНО ОН ВНОВЬ ВОЗВЫСИТСЯ И БУДЕТ УГРОЖАТЬ РИМУ. КАТОНА ПОСЛУШАЛИ, НО ЕГО ПРОРОЧЕСТВО ВСЁ РАВНО СБЫЛОСЬ ШЕСТЬ ВЕКОВ СПУСТЯ САМЫМ УЖАСНЫМ ОБРАЗОМ: В 455 Г. ИЗ КАРФАГЕНА ОТПЛЫЛО ВОЙСКО ВАНДАЛОВ, ОВЛАДЕВШИХ РИМОМ И ПОДВЕРГШИХ ЕГО ЖЕСТОЧАЙШЕМУ РАЗГРАБЛЕНИЮ.

Всё это время, пока волны завоевателей с востока, запада и севера сменяли друг друга, свою культуру и языки сохраняли жившие здесь испокон веков берберские земледельцы, а также родственные им туареги Сахары, никогда не признававшие власть ни одного государства. Став провинциями Арабского халифата после поражения Византии, города Северной Африки быстро восприняли и арабскую культуру, и арабский язык, неразрывно связанные с исламом. Однако сельское население современных Алжира, Ливии, Марокко продолжало оставаться преимущественно берберским, хотя и приняло новую веру. Несмотря на то что в первые века после завоевания арабы довольно мягко относились к местному населению, принятие новой религии означало освобождение от налогов, налагавшихся арабами на «неверных», и хорошие отношения с новыми властями.

После распада Халифата на территории Северной Африки сменяют друг друга многочисленные и малоизвестные государства и династии. Большинство из них были по происхождению арабскими, но некоторые имели местные корни. В Марокко, крайне западной стране региона, которую по-арабски называют ал-магриб, «закат», в ХI в. приходит к власти берберское религиозное движение Альморавидов. Им удалось захватить контроль и над Испанией, и над перевалочными оазисами Сахары, через которые войска Альморавидов прошли на юг в 1076 г., чтобы нанести сокрушительный удар империи Гана. Спустя пять веков, в 1591 г., как мы помним, по этой же проторенной дороге на юг выйдет ещё одна марокканская армия, на этот раз чтобы положить конец владычеству могущественных сонгаи. Впрочем, надо сказать, что в промежутке между двумя этими событиями взаимоотношения между Марокко и Западной Африкой были преимущественно мирными – обе стороны получали выгоду от транссахарской торговли.

В Алжире и Тунисе Средние века прошли под знаком борьбы местных династий друг с другом и с арабскими кочевниками, нередко беспокоившими своими набегами плодородные долины средиземноморского побережья.

Освоив также морские просторы, в ХIV в. алжирцы приобрели известность по всему Средиземноморью как опасные пираты, с которыми безуспешно боролся в ХVI в. даже могущественный испанский Карл V. В его владениях, как тогда говорили, никогда не заходило солнце, но и ему не удалось уничтожить базы берберских разбойников, хозяйничавших у самых испанских берегов. Набеги пиратов на торговые суда в регионе прекратятся только в конце XVIII столетия.

Огромный римский амфитеатр в тунисском Эль-Джеме размером почти не уступает Колизею.

Глиняные деревни-крепости в южном Марокко создавались для отпора кочевникам пустыни.

Соборная мечеть в Кайруане стала первой опорой мусульман в Северной Африке.

Что же касается Египта, то на его долю снова, как и в древности, выпало множество событий, судьбоносных для всего мира. Именно здесь правил самый успешный противник европейских крестоносцев, завоеватель Иерусалима Салах ад-Дин (Саладин), здесь же был нанесён и смертельный удар самой идее Крестовых походов – после того как в 1250 г. в дельте Нила был разгромлен и пленён французский король Людовик IX. После изгнания крестоносцев к власти в Египте приходят профессиональные солдаты – военная каста мамлюков, которых подростками покупали на невольничьих рынках Кавказа и Причерноморья, обращали в ислам и растили в казармах в постоянной муштре. Мамлюки не имели ни родины, ни близких, им нечего было терять, поэтому сражались они с безграничным фанатизмом и отвагой. Мамлюкскому султану и военачальнику Бейбарсу, победителю крестоносцев, выпала на долю и другая победа, повернувшая ход мировой истории: в 1260 г. он разгромил дотоле непобедимую великую армию монголов, докатившихся почти до самого Средиземного моря после завоевания Средней Азии и Ирана. Монгольское продвижение на запад было остановлено, а египетское государство мамлюков, созданное Бейбарсом, просуществовало больше 250 лет.

В ХVI в. в Северной Африке появляется новый мощный игрок. Османская империя, основанная очередной волной кочевников – на этот раз пришедшими из глубин Центральной Азии тюрками, – сокрушила тысячелетнюю Византию, подчинила себе Балканы, Крым, Кавказ и Ближний Восток. А тот, кто владел Ближним Востоком, в древности становился хозяином и севера Африки. Захватив священную Мекку, турецкий султан провозгласил себя халифом всех мусульман, намереваясь, таким образом, подчинить себе весь исламский мир. В 1517 г. турки захватывают Египет, а вскоре после этого – Ливию и Тунис. Подчинить султанов Марокко им так и не удалось. Турецкое господство продлится в Северной Африке вплоть до начала ХХ в. – их последний оплот в Африке, Ливия, будет завоёван итальянцами в 1911 г.

И вновь особая судьба в Новое время была уготована Египту. В 1805 г. турецкий султан назначил его губернатором Мухаммеда-Али, человека поистине великих амбиций. Пользуясь ослаблением центральной власти в Османской империи, ведущей частые и преимущественно неудачные войны с Россией, наместник султана создал огромное, де-факто независимое государство с сильной армией и развитой экономикой. Турецкие войска была разгромлены египтянами, вооружёнными и организованными по последней европейской моде, и под власть мятежного губернатора перешли турецкие провинции Сирия, Палестина и Аравия. Мухаммед-Али захватил бы, возможно, и Стамбул, если бы, по иронии судьбы, именно Россия не оказала военной помощи турецкому султану.

ОБА ВЕЛИЧАЙШИХ ЕГИПЕТСКИХ ПОЛКОВОДЦА, БЕЙБАРС И МУХАММЕД-АЛИ, ПО ПРОИСХОЖДЕНИЮ ЕВРОПЕЙЦЫ: ПЕРВЫЙ РОДОМ ИЗ КРЫМА, ВТОРОЙ – ИЗ АЛБАНИИ. ТРЕТИЙ ВЕЛИКИЙ ЕГИПТЯНИН – ЗНАМЕНИТЫЙ ПОБЕДИТЕЛЬ КРЕСТОНОСЦЕВ САЛАХ АД-ДИН – БЫЛ ПО НАЦИОНАЛЬНОСТИ ИРАКСКИМ КУРДОМ.

Обращая свою неукротимую энергию на юг, Мухаммед-Али завоевал Судан, представлявший к тому времени пёструю мозаику небольших мусульманских княжеств. Власть египтян над Суданом сохранится целое столетие, хотя она вскоре станет чисто номинальной: в конце ХIХ в. фактический контроль над ним захватит Англия, и страна получит диковинное, уникальное в мировой истории наименование «Англо-Египетский Судан».

После смерти неугомонного Мухаммеда-Али Египет остался в центре внимания всего мира: в 1859 г. здесь началось строительство Суэцкого канала, с великой помпой открытого десятилетие спустя.

Собственно, идея судоходного пути между Средиземным и Красным морями возникла вовсе не в ХIХ в. Первый канал между Нилом и Красным морем был проведён ещё ок. 1800 г. до н. э., он функционировал при фараонах Хатшепсут и Рамзесе II. Затем морской путь между двумя океанами был занесён песками и вновь открыт (точнее, отрыт) после персидского завоевания Египта в VI в. до н. э. Сохранилась даже доходчивая надпись персидского царя Дария: «Говорит царь Дарий: я перс. Отправившись из Персии, завоевал я Египет. Я приказал прорыть этот канал от реки, называемой Нилом, что течёт в Египте, к морю, что начинается в Персии. Когда канал был готов, как я приказал, корабли пошли из Египта через этот канал в Персию, как раз как я и планировал». Потом канал обновляли при греческой династии Лагидов, но в Средние века идея сообщения между Средиземноморьем и Индийским океаном была в очередной раз заброшена, на этот раз до XIX в.

Мухаммед-Али сделал Египет крупнейшей державой Ближнего Востока.

ОДНА ИЗ ИЗВЕСТНЕЙШИХ ОПЕР ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ «АИДА» БЫЛА НАПИСАНА ПО ЗАКАЗУ КОРОЛЯ ЕГИПТА СПЕЦИАЛЬНО К ОТКРЫТИЮ СУЭЦКОГО КАНАЛА И ВПЕРВЫЕ ИСПОЛНЕНА В КАИРЕ В 1871 Г.

Суэцкий канал и стал одной из причин утраты Египтом его независимости. В 1879 г. огромные долги местного монарха, пытавшегося спекулировать на акциях канала, привели к тому, что контроль над бюджетом страны перешёл к Франции и Англии. Высадив свои войска в Египте в 1882 г., англичане пообещали, что уйдут, как только в стране восстановится политическая и экономическая стабильность. Они остались здесь на 75 лет, а Египет фактически стал английским протекторатом, частью грандиозной цепи африканских владений Британской империи от Кейптауна до Каира. К этому времени Алжир и Тунис были захвачены Францией; Марокко делили между собой Франция и Испания. В Северной Африке, равно как и к югу от Сахары, наступила колониальная эпоха.

Первые суда проходят через Суэцкий канал на рисунке 1869 г.

ПЕРЕД ОТКРЫТИЕМ СУЭЦКОГО КАНАЛА В 1869 Г. ЕВРОПУ ОХВАТИЛА ПАНИКА: ПО ГАЗЕТАМ ХОДИЛИ НЕКИЕ «ИНЖЕНЕРНЫЕ РАСЧЁТЫ НАПОЛЕОНА», ДОКАЗЫВАЮЩИЕ, ЧТО УРОВЕНЬ КРАСНОГО МОРЯ НА 10 М ВЫШЕ СРЕДИЗЕМНОГО И ЧТО ОТКРЫТИЕ КАНАЛА НЕМЕДЛЕННО ЗАТОПИТ ПОЛ-ЕВРОПЫ.

ЕВРОПЕЙСКАЯ АФРИКА.

Неси это гордое Бремя – Родных сыновей пошли На службу тебе подвластным Народам на край земли – На каторгу ради угрюмых Мятущихся дикарей, Наполовину бесов, Наполовину людей. Р. Киплинг. Бремя белого человека. 1899

Парадоксально, но именно европейцы, чья варварская работорговля стоила Африке миллионов жизней, в ХIХ в. стали причиной быстрого роста населения континента, продолжающегося по сей день. Португальские мореплаватели привезли из Америки новые сельскохозяйственные культуры, резко повысившие урожайность влажных прибрежных районов, а американские корнеплоды маниок и таро почти не требуют ухода, в отличие от африканского ямса. Зерновая кукуруза меньше подвержена атакам птичьих стай, чем просо и фонио. Все эти культуры, кроме того, значительно более калорийны, чем традиционные продукты африканского земледелия. Их появление ускорило рост населения, хотя вплоть до XIX столетия этот рост компенсировался грабительским вывозом и уничтожением людей работорговцами. Однако запрет рабства европейскими державами в ХIХ в. и колонизация ими Африки привели к более широкому распространению на континенте современных средств медицины, а также ограничению межэтнических войн, так что в XX столетии рост населения приобрёл взрывной характер.

К 1900 Г. НАСЕЛЕНИЕ АФРИКИ СОСТАВЛЯЛО 0,8 % ЖИТЕЛЕЙ ПЛАНЕТЫ (ОК. 133 МЛН ЧЕЛ.). СЕГОДНЯШНИЙ ПОКАЗАТЕЛЬ – СВЫШЕ МИЛЛИАРДА ЧЕЛОВЕК – ПРЕВЫШАЕТ 14 % НАСЕЛЕНИЯ ЗЕМЛИ.

Вопреки распространённому мнению, европейцы вовсе не с первой секунды своего пребывания на африканском берегу принялись завоёвывать её так же, как они делали это в Америке. Африка встретила первых колонистов опасными болезнями, централизованными государствами и многочисленными, хотя и слабо вооружёнными, армиями. Первые попытки агрессии против африканских королевств показали, что завоевать их с отрядом в 120 человек, как это сделал Писарро с империей инков, не удастся. В результате в течение почти четырёх столетий после появления в Африке первого португальского форта Эльмины (1482 г.) европейские державы практически не имели возможности контролировать глубинные районы материка, довольствуясь лишь колониями на побережье и в устьях рек.

Колониальная архитектура на улицах африканских городов уже приходит в негодность.

В колонизации Чёрного континента успели поучаствовать многие страны Европы. На правах первых «хозяев» Африки, которая была им дарована специальной буллой Папы Римского, португальцы чрезвычайно быстро, буквально при жизни одного поколения, сумели захватить или основать опорные пункты в Западной, Южной и Восточной Африке. В начале ХVI в. Османской империей была захвачена Северная Африка. Лишь спустя столетие, в ХVII в., за этими двумя империями последовали молодые колониальные львы – Англия, Нидерланды, Франция. Свои колонии в Африке в ХVII в. имели Дания, Швеция, Испания, Бранденбург и даже Курляндия, небольшое прибалтийское герцогство, некоторое время владевшее островом и крепостью в устье реки Гамбия, где колонистами были поселены безземельные латышские крестьяне.

Европейцы предпочитали покупать или арендовать землю у местных правителей, нежели воевать за неё. В Африке их интересовала не земля, а прежде всего товары: рабы, золото, слоновая кость, чёрное дерево, – и эти товары можно было сравнительно недорого покупать или брать в качестве дани. Кроме того, в Европе того времени господствовало убеждение, что в глубине континента климат невыносим для белого человека, и это было чистой правдой: малярия, шистосомоз и сонная болезнь существенно сокращали жизнь европейца в Африке. Больше других продвинулись в глубь континента португальцы в Анголе и Мозамбике и голландские колонисты в Южной Африке, но в целом карта европейских владений на континенте в 1850 г. немногим отличалась от 1600 г.

В 1721 Г. ПЁТР I ПОСТАНОВИЛ СНАРЯДИТЬ ЭКСПЕДИЦИЮ ДЛЯ ОСВОЕНИЯ РОССИЕЙ ОСТРОВА МАДАГАСКАР. ЕЙ НЕ СУЖДЕНО БЫЛО СОСТОЯТЬСЯ, НО В АРХИВАХ СОХРАНИЛОСЬ ПИСЬМО ИМПЕРАТОРА ВСЕРОССИЙСКОГО К НЕКОЕМУ НЕСУЩЕСТВУЮЩЕМУ «КОРОЛЮ МАДАГАСКАРА», ГДЕ ПЁТР ИМЕНУЕТ СЕБЯ ЕГО «ПРИЯТЕЛЕМ»: «БОЖИЕЮ МИЛОСТИЮ МЫ, ПЕТР I, ИМПЕРАТОР И САМОДЕРЖЕЦ ВСЕРОССИЙСКИЙ И ПРОЧ., И ПРОЧ., И ПРОЧ., ВЫСОКОПОЧТЕННОМУ КОРОЛЮ И ВЛАДЕТЕЛЮ СЛАВНОГО ОСТРОВА МАДАГАСКАРСКОГО НАШЕ ПОЗДРАВЛЕНИЕ. ПОНЕЖЕ МЫ ЗАБЛАГОРАССУДИЛИ ДЛЯ НЕКОТОРЫХ ДЕЛ ОТПРАВИТЬ К ВАМ НАШЕГО ВИЦЕ-АДМИРАЛА ВИЛСТЕРА С НЕСКОЛЬКИМИ ОФИЦЕРАМИ: ТОГО РАДИ ВАС ПРОСИМ, ДАБЫ ОНЫХ СКЛОННО К СЕБЕ ДОПУСТИТЬ, СВОБОДНОЕ ПРЕБЫВАНИЕ ДАТЬ, И В ТОМ, ЧТО ОНИ ИМЕНЕМ НАШИМ ВАМ ПРЕДЛАГАТЬ БУДУТ ПОЛНУЮ И СОВЕРШЕННУЮ ВЕРУ ДАТЬ, И С ТАКИМ СКЛОННЫМ ОТВЕТОМ ИХ К НАМ ПАКИ ОТПУСТИТЬ Ж ИЗВОЛИЛИ, КАКОГО МЫ ОТ ВАС УПОВАЕМ, И ПРЕБЫВАЕМ ВАМ ПРИЯТЕЛЬ. ДАНО В С.-ПЕТЕРБУРГЕ НОЯБРЯ 9-ГО 1723 ГОДА».

Что касается карты глубинных районов Африки до европейского завоевания, её обычно представляют сплошным белым пятном. Легко убедиться, что это не так: в середине ХIХ в. на континенте существовало не менее двух десятков довольно развитых государств, с которыми европейцы до поры до времени поддерживали весьма тесные и относительно дружеские отношения.

Всё изменилось буквально в один миг в последней четверти ХIХ в., и причин тому было несколько. Европа узнала свойства хинина, производимого из коры южноамериканского хинного дерева и способного лечить малярию, которая теперь уже не столь страшна была для европейских переселенцев. Европа разработала технологию нарезного оружия, обладавшего огромными преимуществами перед гладкоствольным мушкетом, которым были оснащены самые передовые африканские армии. Европа накопила достаточно сведений о внутренней Африке благодаря целой серии славных путешественников, успешно прошедших через джунгли, болота, пустыни и доказавших, что солнце там вовсе не сжигает человека заживо, как полагали древние авторы. Наконец, Европа пережила промышленную революцию и остро нуждалась в новых рынках сбыта для фабричных товаров, производившихся с невиданной дотоле скоростью и в больших объёмах. Для начала колониальной гонки нужно было лишь сделать первый выстрел. Сделать его суждено было не великим державам, а маленькой Бельгии.

Этот выстрел раздался в 1876 г. в Брюсселе, когда бельгийский король Леопольд II объявил о создании Африканской международной ассоциации для продвижения научных и гуманитарных проектов в бассейне реки Конго. По всей Европе этот шаг был воспринят как начало завоевания бельгийцами Центральной Африки, и так оно и было на самом деле. Высадившись в устье Конго, бельгийские солдаты и вооружённая ими чернокожая милиция направились в глубь континента, силой вынуждая местных вождей подписывать кабальные договоры с королём Леопольдом о «союзе», фактически отдававшие землю за бесценок в руки европейцев. Многие вожди попросту не понимали, под чем ставят свою подпись или отпечаток пальца. Несогласных убивали или заключали под стражу, восстания подавлялись с невиданной жестокостью. Западным журналистам были известны случаи, как нанятые королём милиционеры не только убивали, но и поедали своих жертв среди мирного населения, в первую очередь детей. По своей жестокости эксплуатация местного населения на организованных бельгийцами каучуковых плантациях, шахтах, строительстве дорог не знала ничего подобного в истории Африки. Люди гибли десятками тысяч, и при этом репрессии и грабёж оставались бесконтрольными, потому что «Свободное Государство Конго», как с жутким цинизмом была названа эта огромная территория, не управлялось бельгийским государством, а было личной собственностью Леопольда. Это уникальное беззаконие продолжалось до 1908 г. А мира в этой части суши нет и до сих пор.

Африка в 1870 г.

Африка в 1910 г.

За Бельгией незамедлительно последовали Англия, Франция, Португалия и Испания, чуть погодя к разделу вдруг ставшего столь модным африканского пирога присоединились молодые великие державы Германия и Италия, также мечтавшие о собственных колониальных империях.

Гонка приобрела ураганную скорость. Повсюду в Африке, где удавалось договориться с племенными вождями или сломить сопротивление местных княжеств, немедленно водружался европейский флаг, и территория считалась присоединённой к империи. На Берлинской конференции 1885 г., где раздел Африки был узаконен, великие державы призывали друг друга к корректному, цивилизованному поведению, но, как всегда бывает при дележе, столкновений сложно было избежать. Один из самых известных «инцидентов» произошёл возле суданского местечка Фашода в 1898 г., когда шедший из Западной Африки французский отряд Маршана нос к носу столкнулся с английской экспедицией Китченера, также занятой расстановкой флажков. Понадобились интенсивные переговоры и многочисленные уступки, чтобы избежать войны: французы отошли к югу, а Судан отошёл в сферу влияния Британии.

Нельзя сказать, что этот молниеносный раздел континента обошёлся колонизаторам без потерь. Англичанам пришлось пройти через несколько кровопролитных сражений для захвата Конфедерации Ашанти в Гане и зулусского государства в Южной Африке, а французы преодолевали отчаянное сопротивление эмиратов фульбе и туарегов Мали. В течение двух лет германским войскам пришлось подавлять восстание гереро в Намибии, закончившееся масштабным геноцидом африканцев.

Хотя к 1900 г. африканский континент превратился в подобие лоскутного платка, закрашенного цветами европейских империй, Танганьика (территория нынешней Танзании) была подчинена Германией только в 1907 г., а Франция обеспечила себе контроль над Западной Африкой не раньше 1913 г. Освободительная борьба ливийских племён против итальянцев продолжалась до 1922 г., а испанцам удалось усмирить воинственных берберов Марокко только в 1926 г.

Независимость сумело сохранить лишь одно государство, созданное африканцами, – Эфиопия. В конце ХIХ в. эфиопскому негусу Менелику II даже удалось поучаствовать в разделе Африки, более чем вдвое расширив границы своего государства за счёт различных племён на юге, западе и востоке.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

Лошадь Аба-Даньи не стала бы трусливой: трусливая лошадь тени боится, начиная от слона и кончая жирафом. Народная песня о Менелике II

МЕНЕЛИК II (имя при рождении САХЛЕ МАРИАМ, 1844–1913) – император, «царь царей» Эфиопии с 1889 г. Знаковая фигура африканской истории, он вдвое увеличил размеры своего государства путем территориальных захватов и единственным из африканских правителей сумел сохранить независимость, разгромив европейскую армию в одной из самых известных битв в истории Африки. Завершил централизацию государства и сумел воссоздать единое эфиопское государство.

Внутри страны император жёстко подавлял сепаратизм, основал новую столицу в Аддис-Абебе и сумел создать мощную боеспособную армию. В эпоху раздела Африки между европейскими державами Менелик умело использовал наличие острых противоречий между ними для сохранения независимости Эфиопии и расширения её границ. Он установил тесные контакты с Российской империей, что помогло получить из России груз стрелкового оружия. В 1896 г. в битве при Адуа эфиопская армия разгромила 15-тысячный итальянский экспедиционный корпус, а вскоре серия договоров с Францией, Англией и Германией подтвердила независимость Эфиопии. Менелик прочно сел на императорском троне, представлявшем собой, по иронии судьбы, электрический стул, импортированный из США.

В конце жизни Менелик много болел. Он не верил лекарствам, но свято верил в силу Библии, и когда плохо себя чувствовал, то отрезал страницы Святого Писания и съедал их. К моменту своей смерти в 1913 г. император успел съесть всю Книгу Царей.

Плантации индийского чая на холмах Восточной Африки, Кения.

Своеобразную специфику представляли собой государства Южной Африки, созданные белыми колонистами-бурами, – Южно-Африканская Республика (позже Трансвааль) и Оранжевое Свободное Государство; впрочем, они также будут на короткое время присоединены к Британской империи в ходе Англо-бурской войны 1899–1902 гг. Независимость сохранила Либерия – государство, созданное в начале ХIХ в. освобождёнными в США чернокожими рабами.

Раздел Африки между европейскими государствами произошёл очень быстро, но их господство в глубине континента продолжалось не более двух поколений. Уже в 1914 г., с началом Первой мировой войны, европейцам стало совсем не до Африки, а распад колониальных империй начался вскоре после Второй мировой, в 1950-е годы. В течение полувека сотни тысяч африканцев в самых разных районах континента даже не узнали, что были подданными великих колониальных империй. И всё же влияние колониального периода на жизнь Африки и её жителей оказалось поистине огромным.

Облик континента изменился решительно и навсегда. Многие народы за эти десятилетия совершили головокружительный прыжок из каменного века в век индустриальный, так что деда и внука, встречавшихся на семейных торжествах, иногда разделяли поистине тысячелетия. С невероятной скоростью выросли крупные индустриальные города с сотнями тысяч жителей. Между побережьем и внутренними областями были построены железные, а затем и автомобильные дороги. Возводились шахты, фабрики, электростанции, миллионы гектаров распахивались под плантации неведомых дотоле африканцам сельскохозяйственных культур – чая, какао, кешью, хлопчатника, каучука. Менялось и устройство общества: со своей страстью к педантичной классификации европейцы разделили всё население на «племена» (нередко без учёта реальной языковой или этнической карты) и выстроили иерархию власти, в которую традиционные вожди, монархи, жрецы оказались вплетены подчас самым удивительным образом. Все эти искажения ещё аукнутся Африке после обретения независимости во второй половине XX в.

Наконец, деформацию претерпела и духовная жизнь Африки. Вслед за солдатами и чиновниками пришли миссионеры, крестившие миллионы африканцев и создавшие сотни миссий самых разных христианских конфессий. В городах входили в моду европейская одежда, музыка, кино, образ жизни, традиционные африканские культуры стали многими рассматриваться как анахронизм. С появлением школ и первых колледжей начал расти уровень образования.

ПОРТУГАЛЬЦЫ БЫЛИ ПЕРВЫМИ, КТО ОСНОВАЛ КОЛОНИАЛЬНУЮ ИМПЕРИЮ В АФРИКЕ В 1482 Г., И ПОСЛЕДНИМИ ИЗ ЕВРОПЕЙЦЕВ, КТО УХОДИЛ ОТСЮДА СПУСТЯ ПОЛТЫСЯЧЕЛЕТИЯ, В 1975 Г.

Движение за независимость во многом было следствием появления узкой прослойки образованных африканских интеллектуалов, познакомившихся с ценностями западной демократии в Европе или социалистическим экспериментом в СССР. В 1957 г. первой из африканских стран независимость от Великобритании получила Гана, за ней в следующем году последовала франкоязычная Гвинея. Начинался самый интересный период в жизни Африки.

РУССКИЙ СЛЕД.

В той земле Эфиопской были мы пять дней. Божией милостью зла не случилось. Много роздали рису, да перцу, да хлеба эфиопам. И они судна не пограбили. Афанасий Никитин. Хождение за три моря. ХV в.

О русской Америке знают многие – о русской Африке большинство из нас даже не слышали. Между тем история «наших в Африке» насчитывает уже не одну сотню лет, и мало кто знает, что когда-то на берегах Африки развевался российский флаг, а в судьбе нескольких государств континента русские сыграли определяющую роль.

Афанасий Никитин, купец и специалист по коммерческому шпионажу из Твери, вполне мог оказаться одним из первых наших соотечественников, оказавшимся в Тропической Африке – по пути назад из своего «хождения за три моря» он останавливался на берегах Сомали, хотя и написал об этом весьма кратко (см. эпиграф к настоящему разделу).

Вполне возможно, что у Никитина было множество безвестных последователей, которые просто не утруждали себя увековечением своих путешествий. Одним из таких малоизвестных героев является некий Варги, житель города Кизляра на Северном Кавказе, вероятно, армянин по происхождению. В 1823 г., когда географические общества европейских столиц обещали приз любому европейцу, кто первым обнаружит легендарный город Тимбукту, в «Королевской газете» британской колонии Золотой Берег были опубликованы репортажи о странствиях «одного татарина» Варги, которые свидетельствуют, что именно российский подданный, а вовсе не прославленные западноевропейские путешественники Гордон Ленг и Рене Кайе, был первым европейцем, посетившим Тимбукту. Варги удалось проделать путь из Египта через Сахару, города-государства хауса на севере Нигерии, торговые центры Тимбукту и Дженне на Нигере и вплоть до нынешней Ганы, где попал на британскую территорию. Приза Варги никакого не получил, а Русское географическое общество тогда ещё не существовало.

САМЫЙ ИЗВЕСТНЫЙ РУССКИЙ АФРИКАНЕЦ, ПРАДЕД ПУШКИНА АРАП ГАННИБАЛ, ПРОИСХОДИЛ, ВОЗМОЖНО, НЕ ИЗ ЭФИОПИИ, КАК СЧИТАЛ САМ ПУШКИН, А ИЗ НАРОДА КОТОКО, ЖИВУЩЕГО ПО СЕЙ ДЕНЬ НА БЕРЕГАХ ОЗЕРА ЧАД. ОБ ЭТОМ СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ В ТОМ ЧИСЛЕ И ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ФАКТЫ: АБРАМ ПЕТРОВИЧ ГАННИБАЛ, КАК ОКАЗАЛОСЬ, ДО СМЕРТИ ПОМНИЛ НЕСКОЛЬКО СЛОВ РОДНОГО ЯЗЫКА.

Российское государство к Африке относилось весьма безразлично: в ХIХ в. его волновали задачи расширения на Восток – Кавказ, Средняя Азия, Приморье. Путешествия под эгидой Русского географического общества в Африку начинаются лишь в 1870-е гг., и одним из пионеров освоения Чёрного континента стал Василий Юнкер. В 1875–1886 гг. он совершил два длительных путешествия в регион сегодняшних Южного Судана и ЦАР, к тому времени остававшихся сплошным белым пятном на карте Африки. Юнкеру, который с немецкой пунктуальностью вёл ежедневные записи в дневник, отмечая буквально всё, удалось собрать грандиозный объём сведений о народах Экваториальной Африки, а также солидную коллекцию артефактов, ставшую основой Этнографического музея Санкт-Петербурга. Удивительно, но собрание Юнкера по сей день остаётся крупнейшей африканской коллекцией в России.

Впрочем, Россия и в этом случае проявила обидное равнодушие к столь потрясающим научным результатам – труды Юнкера до сих пор так и не были полностью изданы на русском языке, а все его рукописи остались в Вене.

Российских путешественников отличало от их западных коллег то, что они не преследовали целей колонизации Африки. Они не стремились подкупать вождей, обращать население в истинную веру, устанавливать сферы влияния и учреждать торговые фактории. Отсутствие российского политического интереса к Африке предопределяло чисто научный характер путешествий, носивших в ХIХ в. также сильный художественно-романтический флёр. Об Африке россияне узнавали вовсе не по отчётам путешественников, как это происходило в Англии и во Франции. В Петербурге зачитывались «Фрегатом “Паллада”» Ивана Гончарова, рассказами Василия Немировича-Данченко о Северной Африке, а в начале XX столетия – африканским циклом стихов Николая Гумилёва. Малоизвестен факт, что атаман Пётр Краснов, один из самых активных деятелей Белого движения, был автором бестселлера того времени «Казаки в Абиссинии», повествующего о самом интересном периоде российского освоения Африки.

Слышал ли наш уважаемый читатель о Новой Москве? Для русских в конце XIX столетия это понятие располагалось вовсе не в Подольске и не в Троицке, а в Африке, и история его самая удивительная.

Терский казак Николай Ашинов был настоящим авантюристом, ведь только авантюристу могла прийти в голову идея основания казачьей станицы в Африке, на берегу Красного моря. Каким-то образом он сумел получить в этом деле поддержку ряда влиятельных должностных лиц Российской империи, стремившихся в то время наладить связи с христианской Эфиопией. В 1888 г. ему удалось собрать около 150 добровольцев, готовых отправиться на освоение Африки, и зафрахтовать судно, которое в январе 1889 г. высадило экспедицию на территории нынешнего Джибути. На беду Ашинова, права на эту землю уже успели предъявить французы, и высадка русских казаков не могла пройти незамеченной. Ашинов с товарищами нашли заброшенный египетский форт, укрепили его и подняли российский флаг, назвав первое русское поселение в Африке Новой Москвой. Станица просуществовала меньше месяца – триколор развевался над Новой Москвой с 14 января по 5 февраля 1889 г. Затем оно было разгромлено французским флотом, а Ашинов и его коллеги были переданы российскому правосудию. Так закончилась первая и последняя попытка российской колонизации Африки.

Сегодня о жизни Анастасии Ширинской снимают фильмы.

Однако российское проникновение в Эфиопию на этом отнюдь не закончилось. В январе 1895 г. в древнейшее независимое государство Африки прибыла русская экспедиция Николая Леонтьева, которая начиналась как исследовательская, но превратилась в дипломатическую. В результате встречи Леонтьева с негусом Менеликом II было принято решение открыть дипломатические отношения между двумя странами. В январе 1896 г. Леонтьев возвращается в Эфиопию и становится военным советником Менелика во время итало-эфиопской войны, в ходе которой с помощью русского оружия колонизаторы были разгромлены, а Эфиопия сохранила независимость. А в 1898 г. за особые заслуги перед императором Леонтьев и вовсе стал одним из первых людей в эфиопском государстве – он был назначен правителем новых экваториальных провинций Эфиопии и сумел исследовать огромную территорию в долине реки Омо.

В тот же период, в 1896–1898 гг., в Эфиопии действовал и Александр Булатович, ставший первым европейцем, исследовавшим область Каффу на западе страны. Каффа была завоёвана и присоединена к владениям негуса, а сам Булатович получил высшую награду страны и с почётом вернулся в Россию, где впоследствии неожиданно оставил военную карьеру и стал монахом. Вторично он вернётся в Эфиопию с целью основания православного монастыря, но не получит поддержки властей.

Эфиопия была не первым государством Африки, с которой Россия установила официальные отношения. Ещё к ХVIII в. относятся первые попытки установления связей с Африкой – выше мы уже упоминали о письме Петра I «мадагаскарскому королю», а Екатерина II несколькими десятилетиями позже вступила в переписку с марокканским султаном.

В течение второй половины ХIХ в. российские консульства были открыты в контролируемых европейцами североафриканских странах – Марокко, Алжире, Тунисе и Египте. Именно сюда, в Северную Африку, в тунисскую Бизерту, был эвакуирован в 1920 г. российский Черноморский флот, покинувший Севастополь после разгрома Белого движения большевиками. Русские консульства работали вплоть до 1924 г., а по городам Северной Африки рассеялись тысячи русских эмигрантов, некоторые из которых получили на новой родине определённую известность.

МНОЖЕСТВО РУССКИХ ДОБРОВОЛЬЦЕВ ВОЕВАЛО В АНГЛО-БУРСКОЙ ВОЙНЕ 1899–1902 ГГ. В ЮЖНОЙ АФРИКЕ. НАИБОЛЬШУЮ ИЗВЕСТНОСТЬ ИЗ НИХ ПОЛУЧИЛ ЕВГЕНИЙ МАКСИМОВ, РУССКИЙ ОФИЦЕР, ВОЕВАВШИЙ В ЕВРОПЕЙСКОМ ЛЕГИОНЕ В СОСТАВЕ АРМИИ БУРОВ. В 1900 Г. ОН ВОЗГЛАВИЛ ЛЕГИОН И ВСКОРЕ СТАЛ ПЕРВЫМ И ЕДИНСТВЕННЫМ ЕВРОПЕЙЦЕМ, УДОСТОИВШИМСЯ ЗВАНИЯ ГЕНЕРАЛА БУРСКОЙ АРМИИ.

Одной из них стала Анастасия Ширинская, попавшая в Тунис в возрасте восьми лет в 1920 г. и посвятившая всю жизнь сохранению памяти последней эскадры императорского флота и её моряков. Работая учительницей математики в Бизерте, все свои средства Ширинская вкладывала в уход за кладбищем, ремонт и обслуживание православного храма, построенного эмигрантами, и в течение долгих десятилетий ждала возвращения – своего в Россию или России к ней. Умерли её родители, уходили из жизни последние моряки флота и даже их дети, ещё помнившие Гражданскую войну. Только в 1990 г. Ширинская смогла вернуться домой, в Лисичанск. Уже тогда ей предлагали обменять паспорт беженца, с которым она прожила семьдесят лет, на советский, но она принципиально ждала российского паспорта, который ей и вручили после указа Президента России в 1999 г.

АНАСТАСИЯ ШИРИНСКАЯ: «Я ЖДАЛА РУССКОГО ГРАЖДАНСТВА. СОВЕТСКОЕ НЕ ХОТЕЛА. ПОТОМ ЖДАЛА, КОГДА ПАСПОРТ БУДЕТ С ДВУГЛАВЫМ ОРЛОМ – ПОСОЛЬСТВО ПРЕДЛАГАЛО С ГЕРБОМ ИНТЕРНАЦИОНАЛА, Я ДОЖДАЛАСЬ С ОРЛОМ. ТАКАЯ Я УПРЯМАЯ СТАРУХА».

После её смерти в 2009 г. в честь Анастасии Ширинской была названа площадь Бизерты, на которой по сей день стоит построенный моряками – участниками Гражданской войны православный храм Александра Невского.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Давидсон А. Б., Макрушин В. А. Облик далёкой страны.

М.: Наука, 1973.

Книга ведущих российских африканистов о том, как россияне открывали для себя Южную Африку по рассказам, картам, документам, корабельным журналам. Это история России и Африки в одном переплёте, написанная увлекательно и ярко.

Жюльен Ш.-А. История Северной Африки.

М.: Издательство иностранной литературы, 1961.

Книга предоставляет хорошую возможность получить представление о том, что происходило к северу от Сахары с VII по ХIХ в., об извечной борьбе кочевников и земледельцев, об алжирских корсарах и египетских мамлюках, а также о многовековом противостоянии Европы и исламской цивилизации в Средиземноморье.

История Африки в древних и средневековых источниках.

Хрестоматия. М.: Наука, 1990.

Прекрасная, никогда не устаревающая коллекция сведений древних и средневековых авторов об Африке, начиная от древнеегипетской хроники плавания в загадочный Пунт и заканчивая арабскими и португальскими авторами ХIV–ХV в. Самые удивительные и самые фантастические рассказы – от первого лица.

Кларк Дж. Д. Доисторическая Африка.

М.: Наука, 1977.

Автор суммирует основные достижения археологии и палеоботаники, рассказывает о гипотезах происхождения человека и находках останков доисторических людей на африканском континенте. Если пролистывать изображения каменных орудий, книга доставляет большое удовольствие не только учёным.

Кобищанов Ю. М. На заре цивилизации. Африка в древнейшем мире. М.: Мысль, 1981.

Увлекательный рассказ о первых цивилизациях Африки – Древнем Египте, Нубии, Карфагене, а также о загадочных «народах моря», культуре Нок, сабейских колониях в Эфиопии и сахарских гарамантах.

Конрад Дж. Сердце тьмы.

М.: Азбука, 2011.

Знаменитый английский роман столетней давности о реке Конго и об эпохе колониализма, который делал несчастными не только африканцев, но и их временных белых хозяев. А ещё о том, как цинизм и жажда наживы превращают цивилизованных людей в первобытных белых варваров.

Мириманов В. Б. (ред.). Африка: Встречи цивилизаций.

М.: Мысль, 1970.

Сборник сочных рассказов различных учёных о том, как в древности и Средневековье африканские народы и цивилизации контактировали с другими континентами. Многие из этих сведений удивительны просто потому, что очень малоизвестны.

Непомнящий Н. Н., Кривцов Н. В. Неведомая Африка.

М.: Вече, 2004.

Сборник многочисленных историй о загадках и тайнах древней и новой истории Африки. О зарытых и пока не найденных сокровищах, о белой и чёрной магии, о покинутых городах в пустыне и многих других, подлинных и мнимых секретах Африки.

Николаев Н. Н. Русская Африка.

М.: Вече, 2009.

Со времён Афанасия Никитина и вплоть до последней волны эмиграции в 1990-е годы россиян в Африке побывало гораздо больше, чем мы можем себе представить. Многие из них оставили отчётливый след на Чёрном континенте, внеся свой важный вклад в историю Африки, но остались при этом почти неизвестны на Родине. Автор-составитель старается исправить эту досадную ошибку.

Collins R., Burns J. A History of Sub-Saharan Africa.

Cambridge University Press, 2007.

Одно из лучших англоязычных описаний древней, средневековой и новой истории Африки южнее Сахары, включающее множество новых данных, открытых наукой в начале ХХI в. и во многом ещё не отражённых в отечественной литературе.

Современность.

Мы предпочтём свободу в бедности, нежели богатство в рабстве! Ахмед Секу Туре, первый президент Гвинеи

12 февраля 1951 г. политический заключённый Кваме Нкрума, вот уже больше года отбывавший наказание за мятеж в колониальной тюрьме Форт-Джеймс, был неожиданно выпущен на свободу, чтобы на следующий день принять от британского губернатора Золотого Берега полномочия премьер-министра нового правительства. Через некоторое время он станет главой первого в Тропической Африке постколониального независимого государства – Ганы.

Судьба Нкрумы оказалась судьбой всей Африки: превращение бывших рабов и угнетённых в хозяев всех богатств континента, безграничная свобода и безграничная ответственность за судьбы народов – всё это случилось как по волшебству в считаные мгновения истории. С 1956 по 1966 г. независимость получили 34 государства Африки, большинство из которых никогда не существовало на политической карте мира. Всего же во второй половине ХХ в. на карте континента появилось 49 государств.

На торжествах по поводу независимости и в инаугурационных речах лидеры новых полноправных членов мирового сообщества много говорили о том светлом будущем, которое ждёт Африку и её народы после освобождения от пут колониализма. Не только по всему континенту, но и по всему миру люди мечтали о свободной, богатой, быстро растущей Африке, в которой не будет места ни голоду, ни войнам, ни рабству.

Памятник Кваме Нкруме в столице Ганы. Рука президента указывает направление независимости.

Для многих Африка должна была неминуемо стать единой. Долгие годы президент Египта Гамаль Абдель Насер призывал к единству арабов против западного империализма, позже его последователем стал Муаммар Каддафи из Ливии, однако арабские правители в соседних странах не спешили объединять усилия. Президент Ганы Кваме Нкрума, пионер независимости, мечтал объединить в составе «Соединённых Штатов Африки» весь континент и имел поддержку некоторых других африканских лидеров, но и этим мечтам не суждено было сбыться.

А сбылись ли мечты о свободе и богатстве? Современное состояние Африки, как и её история последних пятидесяти лет, вряд ли соответствует тем идеалам, к которым стремились первопроходцы 1950-х. Однако, безо всяких сомнений, Африка выработала свой уникальный стиль и в политике, и в экономике, сделав их частью своего чудесного, полного приключений и удивительной экзотики образа.

В этой главе мы предложим краткую хронологию современной истории Африки, а также расскажем самое интересное о политических системах, конфликтах и экономическом состоянии континента.

СЕВЕР: ОТ АРАБСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ ДО «АРАБСКОЙ ВЕСНЫ».

1951 Первой в Африке независимость получает Ливия: после Второй мировой войны Италия слишком слаба, чтобы удержать свои колонии. Главой государства провозглашается король Идрис I. Спустя несколько лет в Ливии будут найдены значительные залежи высококачественной «лёгкой» нефти, что на многие годы определит судьбу государства. Однако, несмотря на быстрый рост бюджетных доходов, королевское правительство не спешит делиться ими ни с народом, ни со значительной частью элиты. Ливия исторически представляет собой объединение трёх крупных регионов – Триполитании на западе, Киренаики на востоке и Феццана на пустынном юге. Местные кланы в каждой из трёх областей остаются очень влиятельными. Недовольство региональных элит продолжает расти параллельно росту доходов государства.

Президент Египта Гамаль Абдель Насер пришёл к власти не в последнюю очередь благодаря своей харизме.

1952 23 июля группа армейских офицеров совершает государственный переворот в Египте, заставив короля Фарука I отречься от престола и вскоре провозгласив республику. Один из лидеров переворота, харизматичный красавец полковник Гамаль Абдель Насер, вскоре объявил о начале «арабской революции», установил в стране жёсткую диктатуру и вступил в конфликт с Великобританией, требуя освобождения Суэцкого канала и Судана, остававшихся под контролем Лондона.

1954 Рано утром 1 ноября боевики Фронта национального освобождения (ФНО) Алжира совершили по всей стране десятки нападений на французские колониальные гарнизоны, начав войну за освобождение своей страны. Несмотря на успешные действия французских войск, войну не удастся завершить быстро, к 1955 г. объектами нападений ФНО станут и мирные французские колонисты. Война будет продолжаться с возрастающей интенсивностью восемь лет, приведёт к падению Четвёртой республики во Франции и закончится в 1962 г. признанием независимости Алжира.

1956 В период острого военного конфликта в Алжире правительство Франции приняло решение направить сюда все свои силы в Северной Африке – в Алжире были дислоцированы более 500 тыс. солдат и офицеров. В марте 1956 г. Тунис и Марокко получили независимость.

1956 23 июля президент Египта Насер шокировал западный мир, объявив о национализации Суэцкого канала – важнейшей артерии мировой торговли. Спустя несколько месяцев войска Израиля, Франции и Англии атаковали Египет с земли, моря и воздуха. Однако против агрессии выступили как США, так и СССР, причём Советский Союз пригрозил Великобритании применить ядерное оружие. Спустя сутки после этого Англия, Франция и Израиль заявили о прекращении боевых действий. Суэцкий кризис сделал Насера героем Африки и всего третьего мира.

ИЗ ПОСЛАНИЯ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА МИНИСТРОВ СССР ПРЕМЬЕР-МИНИСТРУ ВЕЛИКОБРИТАНИИ 5 НОЯБРЯ 1956 Г.: «В КАКОМ ПОЛОЖЕНИИ ОКАЗАЛАСЬ БЫ САМА АНГЛИЯ, ЕСЛИ БЫ НА НЕЕ НАПАЛИ БОЛЕЕ СИЛЬНЫЕ ГОСУДАРСТВА, РАСПОЛАГАЮЩИЕ ВСЕМИ ВИДАМИ СОВРЕМЕННОГО ИСТРЕБИТЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ? А ВЕДЬ ТАКИЕ СТРАНЫ МОГЛИ БЫ В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ И НЕ ПОСЫЛАТЬ К БЕРЕГАМ АНГЛИИ ВОЕННО-МОРСКОГО ИЛИ ВОЕННО-ВОЗДУШНОГО ФЛОТОВ, А ИСПОЛЬЗОВАТЬ ДРУГИЕ СРЕДСТВА, НАПРИМЕР РАКЕТНУЮ ТЕХНИКУ. ЕСЛИ БЫ РАКЕТНОЕ ОРУЖИЕ БЫЛО ПРИМЕНЕНО ПРОТИВ АНГЛИИ ИЛИ ФРАНЦИИ, ВЫ, НАВЕРНОЕ, НАЗВАЛИ БЫ ЭТО ВАРВАРСКИМ ДЕЙСТВИЕМ. ОДНАКО ЧЕМ ЖЕ ОТЛИЧАЕТСЯ БЕСЧЕЛОВЕЧНОЕ НАПАДЕНИЕ, СОВЕРШЕННОЕ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ АНГЛИИ И ФРАНЦИИ, НА ПОЧТИ БЕЗОРУЖНЫЙ ЕГИПЕТ?».

1956 Судан получает независимость от Великобритании. На протяжении последующих лет за власть в стране будут бороться секуляристы и исламисты, марксисты и сторонники сближения с Западом, а на Юге будет продолжаться вялотекущая война между центральной властью и негритянским населением, преимущественно враждебным исламу.

1967 В результате жестокого поражения Египта в Шестидневной войне с Израилем в Северной Африке ширится арабский национализм и антагонистичное отношение к Западу.

1969 В результате военного переворота в Ливии приходит к власти 27-летний офицер связи Муаммар Каддафи, направивший страну на социалистический путь развития (как он его понимал). В 1977 г. он провозгласит создание Ливийской Арабской Джамахирии и сосредоточит в своих руках всю власть, официально не занимая при этом ни одного поста в государстве, – уникальный случай в истории.

Впоследствии ливийский лидер Муаммар Каддафи слишком поздно увидит угрозу своему режиму.

Дарфурские беженцы уже десяток лет проживают в лагерях на территории соседнего Чада.

1975 Испания покинула свою колонию – Западную Сахару, передав контроль над территорией соседним Марокко и Мавритании. Однако против этого раздела и за независимость Западной Сахары выступили формирования Фронта Полисарио, поддержанные Алжиром. Через некоторое время Мавритания потерпит поражение и выведет свои войска, но марокканцы продолжают по сей день контролировать 80 % территории Западной Сахары. Остальная часть страны существует как независимое государство, признанное в 82 странах (но не в России).

1978 После высылки из страны советских военных советников и подписания Кэмп-Дэвидских мирных соглашений с Израилем президент Египта Анвар Садат становится одним из ближайших союзников США в регионе. Советское влияние в Египте стремительно падает, но и самому Садату прозападный курс будет стоить жизни – его изрешетят пулями офицеры-националисты на военном параде в 1981 г.

1986 В ответ на ряд террористических атак в Западной Европе, за которыми, возможно, стоял Муаммар Каддафи, 15 апреля США совершают воздушную атаку военных и промышленных объектов в Ливии. Несмотря на разрушение аэродромов и другой военной инфраструктуры и потерю военных самолётов, ощутимого ущерба Ливии нанесено не было, потери США составил один самолёт. ООН осудила американскую бомбардировку, Советский Союз отреагировал весьма сдержанно.

1989 В Судане в результате очередного военного переворота к власти приходит Омар Башир, сторонник форсированной исламизации страны. Введены различные виды смертной казни: например, через повешение или распятие на кресте (за ограбление) или через забивание камнями (за измену мужу). Согласно кодексу поведения, женщинами и мужчинам запрещалось танцевать вместе на праздниках. Была создана вооружённая арабская милиция, призванная подавить всякое инакомыслие в неисламских регионах страны и уполномоченная религиозными деятелями Судана убивать неверных без ограничений.

2003 После ряда лет столкновений между арабскими скотоводами и чернокожим земледельческим населением из-за земель вспыхнула война в суданском регионе Дарфур. Живущие здесь народы фур, загава и масалит создали несколько вооружённых формирований, рассчитывая изгнать арабов со своих угодий. Правительственные войска и особенно созданное на государственные средства арабское ополчение «джанджавид» обрушились на Дарфур, породив одну из самых страшных волн геноцида на африканском континенте. Сотни деревень были уничтожены огнём и бомбардировками, сотни тысяч людей погибли, около миллиона покинули свои дома. Несмотря на миротворческий контингент в регионе, конфликт в Дарфуре продолжается по сей день.

2010 17 декабря уличный торговец из Туниса Мохамед Буазизи поджёг себя перед офисом губернатора после того, как власти конфисковали его товар за какой-то мелкий проступок. Это незначительное на первый взгляд событие ознаменовало начало «арабской весны» – грандиозного политического сдвига на Ближнем Востоке и особенно в Северной Африке. По всему Тунису вспыхнули беспорядки, перекинувшиеся на соседние страны. Уже 14 января 2011 г. президент Туниса Бен Али бежит из страны, 11 февраля будет свергнут многолетний президент Египта Хосни Мубарак, 23 августа в результате поражения в гражданской войне, в которой Запад примет сторону мятежников, будет убит ливийский диктатор Муаммар Каддафи. Не дожидаясь подобного конца, король Марокко Хасан VI добровольно пойдёт на реформы: уступит власть в стране правительству и сделает берберский язык тамазиг вторым официальным языком страны. С тех пор в Египте власть сменится ещё раз, вновь приведя к власти военных, в Тунисе будет принята новая конституция, а гражданская война в Ливии фактически разорвёт страну на части. Из Африки «арабская весна» перекинется на Ближний Восток, где гражданская война запылает в Сирии, Йемене, а затем и в Ираке.

ЗАПАД: НЕФТЬ, АЛМАЗЫ И КРОВЬ.

1957 6 марта объявлена независимость Ганы: дан старт масштабной деколонизации Африки. К 1965 г. в Западной Африке было уже полтора десятка независимых государств, а единственными колониальными державами в регионе оставались Испания и Португалия. В 1961 г. президент Ганы Нкрума выдвинул идею создания единой федеративной Африки, которая спустя два года привела к созданию Организации африканского единства – первой политической организации африканских государств, предшественника нынешнего Африканского Союза.

В ОДНОМ ТОЛЬКО АВГУСТЕ 1960 Г. НАД АФРИКОЙ БЫЛО ПОДНЯТО ДЕВЯТЬ НОВЫХ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ФЛАГОВ: РАСПАДАЛАСЬ ФРАНЦУЗСКАЯ КОЛОНИАЛЬНАЯ ИМПЕРИЯ, И ПАРИЖСКИЕ ЧИНОВНИКИ ВЕСЬ МЕСЯЦ ПЕРЕЛЕТАЛИ ИЗ ОДНОЙ ТОЧКИ АФРИКИ В ДРУГУЮ, ЧТОБЫ УЧАСТВОВАТЬ В ЦЕРЕМОНИЯХ СПУСКА ТРИКОЛОРА.

1958 Британская компания «Шелл» начинает промышленную добычу нефти в южной Нигерии. Спустя менее чем десятилетие экспорт нефти составит уже четверть всех бюджетных доходов страны, а открытие новых месторождений и подключение к нефтяным разработкам других транснациональных и местных корпораций приведёт к тому, что Нигерия окажется полностью зависимой от экспорта нефти, став вторым крупнейшим её производителем в Африке после Ливии. Впоследствии крупные запасы нефти будут разведаны также в Анголе, Габоне, Конго, Чаде и Экваториальной Гвинее.

1966 15 января произошёл кровавый переворот в Нигерии, обостривший противоречия между тремя основными регионами страны – мусульманским севером, где доминируют народы хауса и фульбе, христианским западом, населённым йоруба, и христианским юго-востоком, где преобладают игбо. За январским переворотом последовал ещё один, в июле, и к власти пришли северяне, что категорически не устраивало игбо. 30 мая 1967 г. они провозгласили независимость своего региона под именем Республики Биафра, дав старт кровавой гражданской войне в Нигерии, которая продолжалась три года. Общественное мнение в Европе было на стороне Биафры, и в её армии сражалось немало белых добровольцев. Однако официально и многие страны Запада, и СССР поддержали правительство Нигерии, и после трёх лет сопротивления мятежная территория была возвращена в состав страны. Война стоила Нигерии более миллиона жизней.

1966 24 февраля группа офицеров совершила переворот в Гане, отстранив от власти президента Нкруму, находившегося с визитом в Китае. Прижизненно объявленный «африканским мессией» и «отцом каждого африканца», он сумел за десятилетие полностью развалить экономику одной из самых перспективных стран Африки. Его отличала любовь к гигантоманским проектам вроде строительства крупнейшей в Африке судоверфи, которая оказалась совершенно бесполезной, а также стремление объединить новые независимые государства континента под своей эгидой. На пропаганду идей Нкрумы – нкрумаизма – за рубежом были потрачены миллионы долларов. Между тем объёмы производства и экспорта неуклонно снижались, падал и уровень жизни. После свержения Нкрумы граждане страны высыпали на улицы, с восторгом круша его памятники и срывая с домов портреты «мессии».

В результате засухи сотни тысяч квадратных километров земли превратились в пустыню.

1968 Испания покинула свою единственную колонию в Тропической Африке – Экваториальную Гвинею. К власти в новообразованном государстве пришёл Франсиско Масиас Нгема, сын деревенского колдуна, развязавший репрессии против собственного народа. По некоторым данным, из 300 тыс. жителей за годы его правления будут убиты до 80 тыс. человек, десятки тысяч убегут в соседние страны. Экономика страны будет полностью разорена, зато официальным девизом страны станет изречение: «Нет бога, кроме Масиаса Нгемы». В 1979 г. бог-президент будет свергнут в результате переворота своим же племянником и вскоре по решению суда казнён. Местные войска побоятся расстреливать «великого колдуна», для этой цели будет специально нанят взвод марокканских солдат.

1972 Этот год оказался пиком величайшей в ХХ в. засухи в огромном регионе Сахеля, последствия которой нанесли удар экономике по всей Западной Африке. В течение ряда лет дожди были лишь кратковременными – в 1972 г. их не было практически совсем. Летом впервые в истории пересох Нигер, только Мали потеряло до 40 % поголовья крупного рогатого скота. Урожай арахиса – источника дохода миллионов крестьян севера Нигерии – сократился с 760 тыс. т до 25 тыс. т. Засуха нанесла удар не только по уровню жизни: она до предела обострила политические проблемы, территориальные споры из-за земли и другие проблемы, вылившиеся в 1970-е годы в серию вооружённых конфликтов в регионе.

1973 В этом и следующем году португальские колонии Гвинея-Бисау и Острова Зелёного Мыса (ныне Кабо-Верде) последними из западноафриканских государств объявляют о своей независимости. Этому предшествовали почти два десятилетия партизанской войны против колониальных войск под руководством Амилькара Кабрала, поддержанного СССР и Кубой. Несмотря на убийство Кабрала в 1973 г., «революция гвоздик» в самой Португалии привела к распаду колониальной империи.

1980 Президент Сенегала Леопольд Сенгор стал первым в независимой Африке главой государства, добровольно уступившим власть в стране. Это неудивительно: Сенгор был одним из немногих истинных интеллектуалов среди африканских лидеров, известным во Франции поэтом и одним из авторов идеологии чернокожего возрождения – негритюда. Спустя три года после отставки Сенгор станет и первым в истории африканцем, избранным членом Французской Академии.

1989 В Либерии началась одна из самых жестоких гражданских войн Африки. После того как президент Сэмюэль Доу развязал в стране репрессии против ряда народностей, выступивших против его диктатуры, его бывшие сподвижники Чарльз Тейлор и Принц Джонсон подняли мятеж. Вскоре президент Доу будет схвачен и казнён, причем перед казнью Джонсон прикажет отрезать ему ухо, которое лично съест, записав происходящее на видео. Тейлор и Джонсон примутся воевать друг с другом, уничтожая и насилуя мирных жителей по всей стране. Появятся и новые вооружённые группировки. Война завершится шатким перемирием в 1996 г., однако мир окажется недолгим.

1990 В Мали и Нигере вспыхнуло восстание туарегов. Белые кочевники-туареги всегда относились без восторга к своим чернокожим правительствам, требуя для себя большей автономии. Беспорядки случались здесь и раньше, но засухи и снижение уровня жизни в Сахеле в 1980-е годы спровоцировали восстание, которое будет бушевать в обеих странах пять лет. Туареги совершат многочисленные нападения на полицейские участки, армейские казармы, небольшие города. В 1994 г. в малийском городе Гао развернутся настоящие боевые действия. Война завершится в 1996 г. церемонией символического сожжения оружия в Тимбукту, однако вопрос автономии туарегов так и не будет решён, и стороны начнут готовиться к новому противостоянию.

1991 Вторжением боевиков с территории объятой войной Либерии 23 марта началась кровопролитная гражданская война в Сьерра-Леоне. «Война за алмазы», как её принято называть, безо всяких правил: в повстанческих армиях будут воевать тысячи детей, и по всей стране будут твориться страшные зверства. Контрабанда алмазов достигнет пиковых размеров: в условиях эмбарго на экспорт алмазов их крупнейшим продавцом станет соседняя Либерия, через территорию которой будет вывозиться ценное сырьё. Несколько перемирий и даже дислокация в стране контингента миротворцев ООН не приведут к миру. Лишь после того, как в Сьерра-Леоне высадятся британские войска, поддержавшие правительство, сопротивление мятежников будет сломлено, и в 2002 г. они пойдут на мирные переговоры.

1999 Спустя всего три года после торжественного подписания мирных соглашений гражданская война в Либерии разгорелась с новой силой. На этот раз в войну оказались вовлечёнными Сьерра-Леоне и Гвинея, правительства которых выступили против одиозного президента Либерии Чарльза Тейлора. Его наступление на Гвинею быстро провалилось, а в самой Либерии начался хаос, невиданный для ХХI в. Обе стороны используют детей в рядах своих армий, станут проводить этнические чистки и сжигать деревни. Великобритания и США открыто поддержат противников Тейлора, в войну вмешается и соседний Кот-д’Ивуар. В августе 2003 г. президент Тейлор вынужден будет уйти в отставку, спустя неделю будет подписан мир. Очень скоро Тейлор будет пойман в Нигерии в автомобиле, набитом деньгами и героином, предстанет перед международным трибуналом и будет приговорён к 50 годам заключения за военные преступления.

2002 Волна кровавых конфликтов в странах Западной Африки добралась и до одной из самых благополучных стран региона – Кот-д’Ивуара. В течение десятилетий сюда в поисках лучшей жизни иммигрировали десятки тысяч человек в год – к 2002 г. четверть населения страны составляют мигранты, преимущественно из мусульманского Буркина-Фасо. Экономические трудности и ухудшение условий жизни привели к тому, что трения между «исконными ивуарийцами» южанами и «пришлыми» северянами переросли в вооружённый конфликт: после отказа мусульманскому кандидату Аласану Уаттара баллотироваться в президенты север взялся за оружие. Уже через год страна фактически окажется разделённой на мусульманский север и христианский юг. После нескольких лет утомительных переговоров мир будет подписан, однако стороны сохранят зоны контроля за собой, пообещав друг другу провести честные выборы. Они пройдут в 2010 г., но закончатся предсказуемо: каждая из сторон объявит себя победителем, и война разгорится с новой силой. В 2011 г. на стороне мусульманского севера выступят французы, чей спецназ арестует президента страны Лорана Гбагбо. Президентом будет провозглашён Уаттара.

2012 Туареги и арабские бедуины, составлявшие одну из самых боеспособных боевых единиц гвардии ливийского лидера Муаммара Каддафи, после его гибели не стали складывать оружие. В январе 2012 г. они пересекли северную границу Мали и провозгласили начало войны за независимость «государства Азавад». В союзе с ними выступали вооружённые группировки арабских исламистов – «Ансар ад-Дин» и «Аль-Каида исламского Магриба» (ныне «Солдаты халифата»). Малийская армия потерпела молниеносное поражение и полностью потеряла управление. 22 марта группа офицеров низложила президента Мали Амаду Туре, однако это не спасло положения: к апрелю туареги захватили города Кидаль, Гао и Тимбукту, больше половины территории страны, после чего остановили наступление, объявив независимость Азавада. Однако между туарегами и исламистами начался конфликт, в ходе которого последние сумели одержать верх и установить на захваченной территории шариатские законы. В дело вмешаются французские войска: в январе 2013 г. они начнут наступление на позиции исламистов, к февралю малийские войска при поддержке французов уже вновь контролируют крупные города севера страны. Партизанские действия против центрального правительства продолжаются по сей день.

Памятник очередному перемирию между туарегами и правительством Мали в Тимбукту оказался недолговечным.

ВОСТОК: ПОСЛЕДНИЙ КОРОЛЬ ШОТЛАНДИИ.

1952 В Кении, одной из провинций Британской Восточной Африки, началось восстание, получившее в литературе название «мау-мау». Восстали крестьяне кикуйю, недовольные тем, что колониальные власти захватывали всё больше земли для своих плантаций. Против повстанцев будут брошены войска, к 1956 г. боевые действия сойдут на нет. Это было чрезвычайно странное восстание – ни кенийцы, ни британцы не знали его лидеров, не было создано крупных вооружённых формирований повстанцев, арестованные кикуйю в один голос говорили, что никаких «мау-мау» они не знают. В 1963 г. Кения получит независимость, и главой нового государства станет один из предполагаемых лидеров «мау-мау» Джомо Кеньятта.

1960 Парад независимости восточноафриканских стран стартовал в Сомали 1 июля 1960 г. и продолжился в 1961 г. в Танганьике, в 1962 г. в Руанде, Бурунди и Уганде, в 1963 в Кении и на Занзибаре. Коморские и Сейшельские острова получат независимость только в 1975 и 1976 гг., а в 1977 г. французы предоставят свободу Джибути. Все эти страны встанут в ряд со старейшей в Африке независимой державой – Эфиопией, которой довелось провести под властью европейцев лишь пять лет. Все освободившиеся территории изберут республиканскую форму правления, кроме Занзибара, где главой государства останется султан. В Уганде президентом и вице-президентом страны станут два монарха: короли традиционных государств Буганда и Бусога. Однако монархическое правление в Восточной Африке, как вскоре окажется, было обречено.

Диктатора Уганды Иди Амин недруги обвиняли в каннибализме.

1964 В ночь на 12 января отряды вооружённых чернокожих повстанцев заняли радио, телеграф и административные здания Султаната Занзибар, управляемого арабоязычным меньшинством. Султан и его приближённые бежали с острова на яхте, их дворцы были захвачены и разграблены. Британские войска на острове решили придерживаться нейтралитета, и в течение дня революция завершилась. Она была практически бескровной, но кровь пролилась днями позже: уже на следующий день после революции боевики принялись расправляться с арабским и индийским населением, погибло несколько тысяч человек. Власть в стране перешла к чернокожему большинству, лидеры которого ориентировались на социалистический блок. В апреле 1964 г. Занзибар объединится с Танганьикой, создав Объединённую Республику Танзанию, однако сохранит значительную автономию.

1971 В результате военного переворота к власти в Уганде пришёл генерал Иди Амин Дада, один из самых ярких диктаторов Африки. Он наградил себя десятками орденов, самим же им придуманных, провозгласил себя королём Шотландии и принял специальный титул «Завоевателя Британской империи». Его сопровождали самые разнообразные легенды о десятках детей от разных женщин, об убитых им собственноручно жёнах (всего их было шесть или семь), о жертвоприношении собственного сына в попытке удержать власть и о людоедских привычках. Однако факты этнических чисток и многочисленных убийств политических противников были доказаны неопровержимо: Уганда потеряла не менее сотни тысяч жизней. За восемь лет правления Амин нанесёт экономике процветающей страны такой ущерб, что в Уганде начнётся голод. В 1972 г. он прикажет выслать из страны индийцев, составлявших прослойку процветающих торговцев и фермеров, и тем ещё больше углубит кризис. Венцом его диктатуры станет попытка аннексировать одну из провинций соседней Танзании, результатом чего будет поражение его армии и бегство Амина в Ливию в 1979 г.

1974 Африка лишилась самой древней монархической династии: от власти в Эфиопии был отстранён император Хайле Селассие I (ранее известный как рас Тафари). Жестокая засуха 1972–1974 гг. привела к резкому падению экономики, обнищанию и голоду населения, в 1973 г. к этому добавился взлёт цен на продукты и топливо в результате мирового нефтяного кризиса. Императорское правительство было неспособно ни улучшить ситуацию в экономике, ни сдержать недовольство, несмотря на ряд реформ. В феврале 1974 г. взбунтовалась армия, а в сентябре к власти пришёл Дерг – координационный комитет офицеров, вскоре провозгласивших Эфиопию республикой. В 1977 г. главой Дерга станет полковник Менгисту Хайле Мериам, поддержанный СССР и установивший в стране тоталитарную диктатуру. Дела в экономике поправятся ненадолго, страна фактически будет держаться на советской военной и экономической помощи. Хайле Селассие умрёт при загадочных обстоятельствах в 1975 г., его останки будут обнаружены в 1992 г. под бетонной плитой возле дворца, где он провёл последние дни жизни, и перезахоронены в соборе. Почитающие его растафарианцы по всему миру убеждены, что рас Тафари жив и сейчас.

Последний император Эфиопии Хайле Селассие I со своим домашним питомцем.

1977 С момента прихода к власти в 1969 г. президент Сиад Барре всегда грезил о создании Великого Сомали, куда он включал территории Джибути, Восточной Эфиопии и Северо-Восточной Кении, населённые этническими сомали. Его час настал в 1977 г., когда, воспользовавшись очевидной слабостью Эфиопии, его войска вторглись в провинцию Огаден. Между двумя противоборствующими сторонами оказался СССР – союзник как сомалийского, так и эфиопского режима. После ряда попыток отговорить Барре от вторжения Советский Союз принял сторону Эфиопии, что и предопределило ход Огаденской войны. В Эфиопию было направлено современное вооружение, в стране высадились кубинские войска. После ряда крупных первоначальных успехов сомалийская армия потерпит крупное поражение под Дыре-Дауа в феврале 1978 г., а уже в марте война будет закончена восстановлением статус-кво. Режим Сиада Барре серьёзно пошатнулся.

1981 В Уганде вспыхнула очередная гражданская война – на этот раз между политиками, не поделившими наследие Иди Амина. Вернувшийся после изгнания Амина президент Милтон Оботе опирался в основном на вооружённые отряды своих северных соплеменников – ланги и ачоли, в то время как его соперник Йовери Мусевени пользовался поддержкой бантуязычных южан. Война нанесёт жестокий удар по экономике и особенно экологии Уганды: в заповедниках будет практически истреблено поголовье диких животных, которых армии противоборствующих сторон с удовольствием поедали в перерывах между боями. После нескольких лет противостояния уставшие от войны ачоли свергнут президента Оботе, но это не принесёт им победы: в 1986 г. войска Мусевени захватят столицу и провозгласят своего лидера новым президентом страны. Он правит в Уганде по сей день.

1991 Распад Советского Союза означал катастрофу для целого ряда государств Африки, зависевших от советской военной помощи. Одним из первых пострадавших стала Эфиопия, где режим полковника Менгисту едва справлялся с сепаратистскими движениями в разных частях страны. В 1989 г. эфиопская армия потерпела унизительное поражение от эритрейских повстанцев, с нескольких сторон на столицу страны двигались мятежные войска. В мае 1991 г. Менгисту вместе с семьёй и приближёнными вылетел в Зимбабве (где проживает до сих пор), к власти пришло либеральное правительство, провозгласившее создание федеративного государства. Вскоре Эритрея объявит о своей независимости, а отношения между двумя бывшими лидерами революционных войск, ставшими главами соседних государств, начнут резко ухудшаться.

1991 В том же году пал и режим главного противника Менгисту – сомалийского диктатора Сиада Барре. Разразившаяся в январе гражданская война привела к бегству Барре на юг, под защиту родного клана, но уже в мае он вынужден был уехать из страны. В отличие от Эфиопии, в Сомали так и не удастся создать устойчивого правительства: страна фактически распадётся на части, контролируемые различными кланами, и прекратит своё существование как единое государство. На её территории ныне существуют непризнанные и полунезависимые образования Пунтленд, Сомалиленд и Исламский Эмират Сомали, в некоторых районах власть держат клановые вожди. Федеральное правительство контролирует лишь несколько районов в центре страны и столицу Могадишо.

Один из транспарантов на улице руандийского города призывает помнить о жертвах геноцида.

1994 Взаимная неприязнь между скотоводческой аристократией тутси и земледельческим большинством хуту в Руанде достигла своего пика в начале 1990-х годов. В стране разразилась гражданская война, в ходе которой взаимная ненависть между двумя общинами дошла до предела, и хотя в 1993 г. президент Хабьяримана подписал перемирие с повстанцами, консервативные хуту были недовольны его уступками тутси. Ряд высокопоставленных военных и чиновников принялись тайно вооружать хуту и создали народное ополчение Интерахамве, готовое по первому призыву начать истребление тутси. Этот призыв прозвучал по национальному радио 6 апреля 1994 г., когда стало известно о гибели президента Хабьяримана в авиакатастрофе. В его убийстве были обвинены тутси, и по всей стране ополченцы хуту и примкнувшие к ним крестьяне, зомбированные призывами радио, начали геноцид тутси. В течение ста дней с апреля по июнь было убито до миллиона человек: безоружных тутси убивали целыми семьями, поджигали в домах и церквах, заставляли казнить друг друга. Западные лидеры, поддерживавшие хуту, некоторое время заявляли, что геноцид является вымыслом, и не предпринимали никаких усилий для остановки кровопролития. Около 70 % всех тутси в стране были убиты, остальные покинули страну или бежали в районы, контролируемые вооружёнными повстанцами тутси. Повстанцы начали немедленное наступление и в считаные дни разгромили правительственные войска. К июлю 1994 г. страна была под контролем тутси, и убийства прекратились, однако миллионы хуту, в свою очередь, принялись покидать страну. Последствия самого страшного геноцида в истории Африки не изжиты в Руанде по сей день.

1998 Ещё недавно, в начале 1990-х, лидеры освободительной борьбы Мелес Зенауи и Исайяс Афеворки боролись бок о бок с режимом полковника Менгисту. Но в 1993 г. Эритрея провозгласила свою независимость, и вскоре два лидера соседних государств вступили в территориальный спор, завершившийся ожесточённой двухлетней войной. Первые успехи Эритреи были сведены на нет контрнаступлением эфиопской армии, после чего война стала позиционной. Россия снабжала вооружением обе стороны конфликта, но в конце концов предпочла сосредоточить усилия на поддержке Эфиопии. Две беднейшие страны африканского континента потратят сотни миллионов долларов на закупки вооружений и снабжение войск, однако результаты войны будут крайне незначительными для обеих сторон, а граница между странами не изменится. Отношения между Эфиопией и Эритреей продолжают оставаться весьма натянутыми.

2005 Новости о дерзких нападениях на торговые суда возле африканских берегов сделали сомалийских пиратов одной из самых обсуждаемых тем мировой политики. После распада государства в 1991 г. военно-морской флот Сомали был заброшен и перешёл под контроль различных полевых командиров и местных вождей, которые весьма скоро осознали преимущество нападений на торговые и рыболовецкие суда возле берегов Сомали. Международное законодательство лишило возможности сомалийцев добывать рыбу в некоторых районах, зато в год по акватории Аденского залива и Аравийского моря проходило до 30 тыс. коммерческих судов, многие из которых незаконно рыбачили или сбрасывали мусор в сомалийских водах. Однако вскоре пираты уже не довольствовались данью с рыбаков и принялись нападать на крупные торговые суда и нефтяные танкеры. В 2008 и 2009 гг. практически ежедневно происходят нападения пиратов на лёгких моторных судах на торговые корабли различных стран. Будет создана целая сеть по взиманию выкупа с компаний и правительств, включая агентов в Европе и США, занимающихся разведкой и определением подходящих объектов для атаки. К 2008 г. выкупы составят миллионы, а за 2010 г. их объём превысит 238 млн долл. Отсутствие внятного законодательства по обращению с пиратами не позволит эффективно бороться с ними: чаще всего захваченных пиратов отпускают, отобрав оружие. В 2010 г. в Аравийском море появятся военные суда целого ряда государств, в т. ч. США и России, что позволит постепенно свести на нет успехи пиратов. После 2011 г. сообщения о нападениях на торговые суда появляются всё реже, в 2013 г. состоялось всего 9 нападений пиратов на суда и не было ни одного захвата.

6 МАЯ 2010 Г. РОССИЙСКИЙ ПРОТИВОЛОДОЧНЫЙ КОРАБЛЬ «МАРШАЛ ШАПОШНИКОВ» ОТБИЛ НЕФТЯНОЙ ТАНКЕР «МОСКОВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ» У ЗАХВАТИВШИХ ЕГО ПИРАТОВ: ОДИН ИЗ 11 НАПАДАВШИХ БЫЛ УБИТ, ОСТАЛЬНЫХ ПО МЕЖДУНАРОДНОМУ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ ПРИШЛОСЬ ОТПУСТИТЬ. В МИНИСТЕРСТВЕ ОБОРОНЫ РФ С ПЛОХО СКРЫВАЕМЫМ УДОВОЛЬСТВИЕМ КОНСТАТИРОВАЛИ, ЧТО ПИРАТАМ НЕ УДАЛОСЬ ДОБРАТЬСЯ ДО БЕРЕГА.

ЦЕНТР: СЕРДЦЕ ТЬМЫ.

Опыт гражданского руководства в Конго не прижился: интеллигенту Патрису Лумумбе это стоило жизни.

1960 В «год Африки» независимость от Франции и Бельгии получили все государства Центральной Африки: Чад, Центрально-Африканская Республика, Габон, Французское и Бельгийское Конго. Но последнее независимое государство появится здесь лишь спустя полвека – в 2011 г. на карте Африки появится Южный Судан.

1960 Не прошло и двух недель с момента объявления 30 июня независимости Бельгийского Конго, как страна заполыхала в гражданской войне. «Сердце тьмы» назвал свой знаменитый роман о Конго Джозеф Конрад. Эта страна оказалась чересчур огромной, чтобы правительство могло её контролировать. Независимой объявила себя Катанга, богатая ресурсами южная область страны; сепаратистов поддержали бельгийские власти и горнодобывающие компании. Премьер Патрис Лумумба был весьма популярен в народе, однако отказался повысить содержание армии – в числе других причин это стоило ему и карьеры, и жизни. Западные страны поддержали Катангу, и в попытке подавить мятеж Лумумба обратился за помощью к СССР. Этот резкий внешнеполитический поворот не устроил многих его коллег ни в армии, ни в правительстве. 14 сентября в Конго произошёл военный переворот, к власти пришёл поддержанный Западом генерал Джозеф Мобуту; Лумумба был сперва задержан, затем бежал на север к своим сторонникам, но вскоре снова пойман и доставлен к своему злейшему врагу Моизу Чомбе, главе Катанги. Спустя три месяца после переворота Лумумба будет расстрелян солдатами Катанги под командованием бельгийского офицера. После двух лет гражданской войны, доказав свою лояльность Западу, Мобуту сумеет вновь присоединить Катангу.

1965 Второе пришествие Мобуту: генерал, некоторое время остававшийся в тени, в результате очередного переворота вновь пришёл к власти – на этот раз более чем на три десятилетия. На Западе приветствовали «сильную руку» в качестве противовеса «коммунистической угрозе»: Мобуту стал первым африканским лидером, удостоившимся статуса государственного визита в Вашингтоне, он встречался со всеми президентами США, от Никсона до Буша. В течение ряда лет Мобуту удавалось получать помощь и от коммунистического Китая. В стране установилась диктатура, распространившаяся на личную жизнь граждан: эксцентричный диктатор приказывал ходить только в традиционной одежде абакост (сокращение от «долой костюм»), запретил христианские имена, установил однопартийную систему и переименовал страну в Заир. Его правление действительно стабилизирует ситуацию в стране, однако запредельный уровень коррупции и экономическая некомпетентность не позволят добиться всенародной поддержки. В середине 1990-х положение Мобуту внутри страны резко осложнится, поднимет голову оппозиция, а на востоке страны зревшие годами этнические проблемы будут стоить Мобуту власти.

1965 Уже вскоре после получения независимости в Чаде разразилась гражданская война. Одна из беднейших стран Африки была лишена выхода к морю, бедна полезными ископаемыми и сельскохозяйственными землями. Основой экономики оставался хлопок, но на мировом рынке у Чада были конкуренты куда как сильнее его. Кроме того, страна оказалась разделённой на арабский север и негритянский юг, и власть в стране была монополизирована южанами, что сделало гражданскую войну неизбежной. В 1965 г. северяне восстали и двинулись на столицу. Вмешательство французских войск в 1968 г. не остановит войну, жестокая засуха начала 1970-х только подольёт масла в огонь конфликта. В 1975 г. будет убит президент Томбалбай, власть на некоторое время будет разделена между южанами и партизанами севера, но вскоре конфликт возобновится. На сцене на некоторое время появятся ливийские войска, и Муаммар Каддафи даже объявит о создании объединённого ливийско-чадского государства, но эта афёра закончилась для него плачевно: в 1987 г. ливийцы будут разгромлены. В 1990 г. президентом страны станет Идрис Деби, которому с тех пор удаётся удерживаться у власти даже несмотря на то, что каждые несколько лет повстанцы с завидным упорством захватывают столицу страны.

1967 На фоне Чада прибрежный Габон смотрится в Африке настоящим островком стабильности. За весь период независимости с 1960 по 2015 г. здесь произошла лишь одна попытка государственного переворота – редчайший для Африки случай, – а страной правили всего три президента, причём оба раза смена власти была ненасильственной, а происходила в результате смерти предыдущего лидера. В 1967 г. именно так пришёл к власти один из самых влиятельных африканцев ХХ в. Омар Бонго, которому более 40 лет удавалось удерживать стабильность в стране, несмотря на все мировые и африканские кризисы. Габон почти не вмешивался в конфликты соседних государств, не ввязывался в холодную войну и вообще всегда старался вести себя максимально тихо на международной арене. В результате сегодня страна входит в тройку лидеров Африки по уровню ВВП на душу населения, и благодаря открытию месторождений нефти его экономика продолжает процветать. Кроме того, население страны растёт весьма медленно и не ложится серьёзным грузом на экономику. В 2009 г., после смерти Бонго, президентом самого примерного африканского государства был избран его сын Али бен Бонго.

Император Бокасса I короновался по сценарию своего коллеги Наполеона Бонапарта.

1976 После свержения эфиопского негуса Хайле Селассие казалось, что в Африке никогда больше не будет императоров. Но в 1976 г. президент Центрально-Африканской Республики Жан-Бедель Бокасса неожиданно провозгласил себя императором Бокассой I, организовал коронацию в наполеоновском стиле, а ЦАР переименовал в ЦАИ. Один из самых эксцентричных диктаторов ХХ в. прославился в первую очередь многочисленными подозрениями о пристрастии к каннибализму, которые так и не были убедительно доказаны. Но он совершал и много других удивительных поступков: например, в честь Дня матери приказал казнить всех мужчин, уличённых в насилии над женщинами; несколько раз менял свою веру с христианства на ислам и обратно; брал себе в жёны по одной женщине из каждой страны (всего около двадцати), включая француженку и румынку; носил ботинки, занесённые в Книгу Гиннесса как самые дорогие в мире, и так далее. Ни одна из этих ярких выходок не способствовала благополучию одной из самых бедных стран континента, и уже в 1979 г. Франция, некогда благоволившая к императору, будет вынуждена организовать государственный переворот, после которого Бокасса сбежит в Европу. Но его эксцентричность ещё даст о себе знать: приговорённый заочно к смертной казни, Бокасса в 1986 г. неожиданно вернётся в ЦАР, будет осуждён, семь лет проведёт в тюрьме и выйдет на свободу по амнистии. Последний император Африки умрёт безвестным горожанином в одном из неказистых домов своей столицы в 1996 г.

ЖАН-БЕДЕЛЬ БОКАССА ОПЛАТИЛ ИЗ ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТА СВОЮ ИМПЕРАТОРСКУЮ КОРОНАЦИЮ, СТОИВШУЮ 22 МЛН ДОЛЛ., – И ЭТО В СТРАНЕ, ГДЕ БОЛЬШИНСТВО НАСЕЛЕНИЯ ЖИЛО НА 1 ДОЛЛ. В ДЕНЬ. ОН ГОВОРИЛ, ЧТО БУДЕТ ПРАВИТЬ ВЕКА, А ВЫШЕДШИХ НА УЛИЦУ ОТ ГОЛОДА ШКОЛЬНИКОВ ПРИКАЗАЛ ПЕРЕБИТЬ, ПРИЧЁМ, КАК УСТАНОВИЛ СУД, ЛИЧНО УЧАСТВОВАЛ В КАЗНЯХ.

1996 В годы кровавой гражданской войны в Руанде (см. выше) миллионы беженцев наводнили восточные районы Заира. Многие из них ушли с оружием и принялись воевать с местными жителями за доступ к сельскохозяйственным землям. Среди них были хуту, поддержанные президентом Заира Мобуту, и тутси, за которыми стоял новый лидер Руанды Поль Кагаме, поддержанный также правительством Уганды. В 1996 г. новое правительство Руанды помогло вооружиться противникам Мобуту, которые двинулись в наступление на столицу Заира. Уже к декабрю огромная территория востока страны была под контролем руандийских войск и мятежников. Попытки Мобуту призвать на помощь европейских союзников провалились, не дадут результата и переговоры престарелого диктатора с вождём повстанцев Лораном Кабилой. В мае 1997 г. Мобуту бежит в Марокко, войска Кабилы войдут в столицу. Впрочем, войну это не остановит: как это часто бывает, победители быстро рассорятся из-за дележа наследства Мобуту. Угадийцы и руандийцы захватят контроль над богатыми районами на востоке, и Кабила не будет иметь возможности повлиять на своих бывших патронов. Уже в августе 1998 г. война вспыхнет с новой силой, к боевым действиям подключится ряд соседних стран. К 2001 г. огромная страна окажется разделённой на враждующие фракции и, несмотря на затихание конфликта, остаётся раздробленной по сей день.

Лагерь конголезских беженцев в Руанде пополняется всё новыми волнами несчастных.

2011 9 июля объявлена независимость Южного Судана, народы которого несколько десятилетий воевали с суданским правительством. Освоение гигантских нефтяных месторождений ускорили вмешательство в события великих держав, в результате чего Южный Судан получил независимость под протекцией США. Впрочем, границы между Суданом и его бывшими провинциями так и не были урегулированы: уже осенью между двумя государствами начались боевые действия за контроль над нефтеносными районами. В самом Южном Судане в 2013 г. развернётся гражданская война между крупнейшими этносами – динка и нуэр. Президент страны Салва Киир (по национальности динка), известный по всему миру своей ковбойской шляпой, подаренной ему президентом Бушем, схватится за власть со своим вице-президентом Риеком Мачаром, лидером нуэров. Многовековой конфликт двух народов, получивших наконец государственность, остановить пока не удаётся.

2012 После десятилетия мятежей и политической нестабильности в ЦАР оппозиционные группировки на севере страны, населённом преимущественно мусульманами, объединились в единый фронт «Селека» и 10 декабря объявили войну христианскому правительству президента Франсуа Бозизе. Несмотря на помощь ряда африканских государств, направивших свои войска в столицу ЦАР Банги, Бозизе удалось продержаться лишь четыре месяца: в марте 2013 г. отряды «Селеки» заняли столицу, где начались грабежи и убийства. Франция, чьи войска дислоцированы в столице, ограничится защитой белого населения и в конфликт предпочтёт не вступать. Под давлением соседних государств лидер «Селеки» вынужден будет уступить власть временному гражданскому президенту Катрин Самба-Панза. Однако насилие это не остановит: к февралю 2014 г. страна фактически разделится на мусульманский север, контролируемый «Селекой», и христианский юг. В столице продолжатся погромы. Очередное перемирие, подписанное в июле 2014 г., неизбежно станет временным.

ЮГ: ЧЁРНЫЕ НАЧИНАЮТ И ВЫИГРЫВАЮТ.

1948 После прихода к власти в ЮАР Национальной партии апартеид – система расовой дискриминации – объявлен государственной политикой. Борьба с апартеидом почти на полвека стала одной из основных мировых тем, связанных с Африкой. Большинство законов, принятых и введенных в действие после 1948 г., берет свое начало в предшествующей политической линии, поддержанной белыми избирателями. В экономике, основу которой составлял труд чернокожих рабочих, белые оставались привилегированной группой. Цветное население, составлявшее три четверти всего населения страны, не имело избирательных прав и подвергалось угнетению, установленному законом. Более 70 % земель было зарезервировано для заселения белыми, выезд чернокожих из резервации и их появление в крупных городах могли производиться лишь по специальному разрешению или при наличии рабочего места. Расовая дифференциация и сегрегация, уже ставшие всеохватывающими, сделались еще более жесткими, чем до Второй мировой.

1953 В мае английский парламент утвердил решение об образовании Федерации в составе Северной Родезии (нынешняя Замбия), Южной Родезии (Зимбабве) и Ньясаленда (Малави). Федерация была создана 1 августа как образец «среднего пути» между новыми независимыми африканскими государствами и странами, где власть продолжали удерживать белые поселенцы (ЮАР, Ангола, Мозамбик). В декабре состоялись выборы федерального парламента, в котором 29 европейцев представляли 250 тыс. белых, а 6 африканцев представляли 6 млн человек коренного населения. Федерация распадётся через 10 лет, в 1963 г., когда независимость получат Замбия и Малави. Лондон откажется предоставить независимость Южной Родезии, пока власть в стране не будет передана чернокожему населению. В ответ премьер-министр Южной Родезии Ян Смит провозгласит независимость в одностороннем порядке, а Лондон в 1965 г. наложит на неё экономические санкции. Начнётся период непрекращающейся партизанской войны в стране.

1960 21 марта расстрел мирной демонстрации чернокожих в Шарпевиле (ЮАР) стал водоразделом в истории Южной Африки. Панафриканистский конгресс (ПАК) преждевременно инициировал планируемую совместно акцию протеста с Африканским национальным конгрессом (АНК), боровшимся против режима апартеида: стрельбу начали несколько белых полицейских, после чего их примеру последовали остальные пятьдесят. В течение 40 секунд было убито 69 человек, в том числе 8 женщин и 10 детей, 180 человек ранено. 1 апреля Совет Безопасности ООН принял резолюцию, осуждающую правительство Южной Африки. До Шарпевиля движение сопротивления апартеиду стояло на позициях ненасильственного сопротивления, но после 1960 г. оба африканских политических движения в ЮАР будут запрещены, в результате чего будут вынуждены уйти в подполье, а их лидеры будут либо арестованы, либо высланы из страны. Начнётся вооруженное сопротивление.

1964 На сессии Международного олимпийского комитета (МОК) представители Национального олимпийского комитета СССР, поддержанные представителями других стран, вторично добились решения об отстранении спортсменов ЮАР от участия в Олимпийских играх 1964 г. в связи с продолжавшейся расовой дискриминацией и в ответ на пожизненный приговор, вынесенный лидеру Африканского национального конгресса Нельсону Манделе. К тому времени ЮАР уже была исключена из Международной федерации настольного тенниса и FIFA. В 1968 г. ЮАР попытается вернуться в олимпийское движение, однако страны Африки пригрозят бойкотом Олимпиады, и ЮАР вновь не будет допущена на Игры. В мае 1970 г. на сессии МОК в Амстердаме было принято решение об исключении ЮАР из МОК в связи с несовместимостью апартеида и принципов Олимпийской хартии, которая отвергает любые виды дискриминации. Лишь в 1992 г., после того как в ЮАР был взят курс на демонтаж режима апартеида, членство страны в МОК будет восстановлено.

1967 3 декабря в госпитале Кейптауна была произведена первая в мире удачная пересадка человеческого сердца. Кристиан Барнард (ЮАР) пересадил 55-летнему Луису Вашканскому, страдавшему неизлечимым сердечным заболеванием, сердце 25-летней Денизы Дарваль, погибшей в автокатастрофе. Несмотря на то что операция была проведена безукоризненно, Вашканский прожил лишь 18 дней и умер от двусторонней пневмонии.

1971 В июле Гастингс Банда, глава Республики Малави, объявлен пожизненным президентом и получил официальное имя «нгвази доктор» (в переводе с чева нгвази означает «вождь вождей»). В 1969–1970 гг. в Малави была создана система традиционных судов, получивших право выносить смертные приговоры. Банда окружил себя ореолом мистицизма, принялся утверждать, что является наследником пророка Чилембы, заклинателем дождя и великим колдуном. На публике он всегда держал в руках кисточку из львиной гривы, которой отгонял злых духов. Банда будет управлять – и фактически владеть – Малави до 1994 г.

СОГЛАСНО НЕКОТОРЫМ ДАННЫМ, В 1970-Х ГГ. ГАСТИНГСУ БАНДЕ ПРИНАДЛЕЖАЛО ДО 40 % ГОСУДАРСТВЕННЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ В СТРАНЕ. ПРИ ЭТОМ ПО ОБЪЁМУ ВАЛОВОГО НАЦИОНАЛЬНОГО ПРОДУКТА НА ДУШУ НАСЕЛЕНИЯ – 84 ДОЛЛАРА В 1971 Г. – МАЛАВИ ЗАНИМАЛА ОДНО ИЗ ПОСЛЕДНИХ МЕСТ В МИРЕ.

1974 После Революции гвоздик 25 апреля Португалия предоставила независимость своим колониям в Южной Африке: Мозамбику и Анголе. Народная Республика Мозамбик провозглашена 25 июня 1975; 11 ноября была провозглашена Народная Республика Ангола. В обеих странах очень скоро разгорелись гражданские войны между различными партиями: МПЛА, ФНЛА и УНИТА в Анголе, ФРЕЛИМО и РЕНАМО в Мозамбике. В этих войнах, по устоявшейся к тому времени традиции «холодной войны», приняли активное участие СССР, США и их союзники. После долгих конфликтов сторонники социалистической ориентации в обоих случаях одержали верх над своими противниками, однако к тому времени недолго оставалось до обрушения самой социалистической системы.

1980 Первые всеобщие выборы в Южной Родезии привели к власти партию темнокожего большинства во главе с ветераном партизанской войны Робертом Мугабе, ориентировавшимся больше на СССР и КНР, нежели на Запад. В 1980-е гг. в стране разразится кровопролитная гражданская война между двумя партиями, ЗАНУ и ЗАПУ, а фактически между народами шона и ндебеле. В 1987 Мугабе получит пост президента и станет фактически пожизненным диктатором.

1986 19 октября над территорией Южной Африки потерпел катастрофу Ту-134, пилотируемый советским экипажем: погибли 39 человек, в том числе президент Мозамбика Самора Машел. Существуют предположения, что причиной ошибки в ориентировании могла стать диверсия, проведенная спецслужбами ЮАР против просоветского лидера соседней страны. Вдова президента Граса Машел неоднократно требовала провести должное расследование причин гибели ее первого мужа в авиакатастрофе, однако удовлетворительных результатов ни одно расследование так и не дало.

1990 21 марта провозглашена независимость последней африканской колонии – Намибии. Первым президентом страны стал Сэм Нуйома, который будет занимать этот пост три срока подряд. Так завершилась война за независимость Намибии – вооружённый конфликт, продолжавшийся с 1966 по 1989 г. Борьба за независимость была тесно переплетена с гражданской войной в Анголе. Боевые действия велись между ЮАР и ангольской УНИТА, с одной стороны, и намибийскими партизанами, ангольской и кубинской армиями, с другой.

ГРАСА МАШЕЛ – ЕДИНСТВЕННАЯ В ИСТОРИИ ДВАЖДЫ ПЕРВАЯ ЛЕДИ. ЕЙ УДАЛОСЬ ДВАЖДЫ ОСУЩЕСТВИТЬ МЕЧТУ ЛЮБОЙ ЖЕНЩИНЫ: ВЫЙТИ ЗАМУЖ ЗА ПРЕЗИДЕНТА. В 1975 Г. ГРАСА СИМБИНЕ СТАЛА ЖЕНОЙ ПРЕЗИДЕНТА МОЗАМБИКА САМОРЫ МАШЕЛА, А СПУСТЯ 12 ЛЕТ ПОСЛЕ ЕГО ГИБЕЛИ В АВИАКАТАСТРОФЕ – СУПРУГОЙ ПРЕЗИДЕНТА ЮАР НЕЛЬСОНА МАНДЕЛЫ. СЕЙЧАС ГРАСА МАШЕЛ ВОЗГЛАВЛЯЕТ УНИВЕРСИТЕТ КЕЙПТАУНА, И ПОСЛЕ СМЕРТИ МАНДЕЛЫ В 2013 Г. ПЕРЕД НЕЙ ОТКРЫЛАСЬ ЗАМАНЧИВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ НОВОГО ЗВЁЗДНОГО БРАКА.

1990 11 февраля после более чем двадцати семи лет заключения вышел на свободу лидер чернокожего большинства ЮАР Нельсон Мандела. Немедленно начались переговоры об изменении существующего в стране политического режима, которые завершились объявлением первых всеобщих выборов в ЮАР. 26 апреля 1994 г. победу на них с огромным перевесом одержит Африканский национальный конгресс. Нельсон Мандела станет первым чернокожим президентом страны, начав новый этап в истории континента. Ввиду падения режима апартеида и изменений в расстановке сил в регионе в середине 1990-х гг. на африканском континенте вновь возродится идея о создании Африканского Союза (АС). В итоге, в июле 2002 г. на саммите Организации африканского единства в Дурбане Африканский Союз, членами которого стали большинство государств континента, будет учрежден как преемник ОАЕ.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

Я благодарен тем двадцати семи годам, которые я провел в тюрьме, потому что это дало мне возможность сосредоточиться. С тех пор как я вышел на свободу, я эту возможность потерял. Нельсон Мандела

НЕЛЬСОН РОЛИХЛАХЛА МАНДЕЛА (1918–2013) – первый чернокожий президент Южно-Африканской Республики, один из самых известных политических деятелей XX в.

Возглавив борьбу чернокожего большинства против режима апартеида, Мандела провел в тюрьме более четверти века. В 1964 г. он был приговорен к пожизненному тюремному заключению за участие в заговоре с целью свержения власти. Большую часть срока он отбывал в одиночной камере в тюрьме на острове Роббен. За двадцать семь лет в заключении Мандела заочно прошел обучение в Лондонском университете и получил степень бакалавра юридических наук.

Мандела стал символом свободы и правосудия для черного населения всей Африки. Выйдя на свободу в 1990 г., Мандела возглавил процесс демократизации в ЮАР и в 1993 г. был удостоен Нобелевской премии мира. На состоявшихся в апреле 1994 г. первых свободных парламентских выборах 62 % голосов получила партия Африканский национальный конгресс, возглавляемая Манделой. Вскоре он официально вступил в должность Президента ЮАР. В 1999 г., после окончания президентского срока, ушел из политики.

В 2009 г. Генассамблея ООН объявила 18 июля Днем Нельсона Манделы. Это решение ООН стало первым в истории случаем провозглашения «всемирного дня» в честь отдельной персоны. У Манделы было 50 почётных званий, и он стал последним человеком, удостоенным Международной Ленинской премии.

Нельсон Мандела был трижды женат. С первой женой Эвелин он прожил с 1944 по 1958 г. В этом браке были рождены четверо детей – две дочери и двое сыновей. Брак со второй супругой, Винни, продлился с 1958 по 1996 г., у них родились две дочери. А в возрасте восьмидесяти лет Мандела женился на вдове президента Мозамбика Грасе Машел.

2002 В феврале в ходе операции правительственных войск убит лидер ангольской повстанческой группировки УНИТА Жонас Савимби. С его уходом в Анголе закончилась гражданская война, унесшая жизни не только сотен тысяч ангольцев, но и сотен кубинских и десятков советских солдат и офицеров. Вооруженные отряды УНИТА вели партизанскую войну против ангольских властей в течение 27 лет.

2008 После радикальных земельных реформ экономический кризис обвалил экономику Зимбабве. Ранее большинство земель находилось в руках белого меньшинства, и первоначально правительство осуществляло выкуп этих земель с последующей их передачей в руки чернокожего населения. С начала 2000-х гг. началось насильственное изгнание белых фермеров. Перераспределение земли привело к спаду продуктивности в сельском хозяйстве и катастрофическому росту цен и безработицы. Инфляция достигла мирового рекорда, составив, только по официальным данным, 231 000 000 % в год, а по некоторым западным оценкам – невообразимые 6,5 квинкватригинтиллиона процентов. Власти Зимбабве за три года провели три деноминации валюты (последняя – по курсу 1 к триллиону), но это не помогло: в Зимбабве стала заканчиваться бумага для печатания денег, и в апреле 2009 г. руководство страны заменило национальную денежную единицу долларом США. Итогом преобразований стало превращение одной из богатейших и экономически развитых стран Африки в нищую, голодную страну с разрушенной финансовой системой.

2011 В апреле по всему Свазиленду прошли многотысячные митинги оппозиции с требованиями отставки короля Мсвати III – последнего абсолютного монарха в Африке. Оппозиция обвинила монарха в разграблении государственной казны ради обеспечения роскошной жизни для себя и своих бесчисленных жён и детей. Король оправдывался тем, что до рекорда ему далеко: Мсвати III имеет лишь 13 официальных жен и 24 ребенка. Один из его предков в начале ХХ в. имел 600 детей, и даже до отца, у которого в момент смерти в возрасте 83 лет было 70 жён, 180 детей и около 1000 внуков, Мсвати ещё далеко. Впрочем, королю лишь 48 лет.

Король Мсвати III с одной из своих жён.

ДЛЯ БОРЬБЫ С ВОЗРАСТАЮЩИМИ ТЕМПАМИ РОСТА ВИЧ-ИНФИЦИРОВАННЫХ В СТРАНЕ В 2001 Г. КОРОЛЬ СВАЗИЛЕНДА МСВАТИ III ИЗДАЛ УКАЗ «О ПРАВЕ НА ЦЕЛОМУДРИЕ», ЗАПРЕЩАЮЩИЙ ЗАНИМАТЬСЯ СЕКСОМ С ДЕВУШКАМИ ДО 21 ГОДА. НАРУШИТЕЛЕЙ ДОЛЖНЫ БЫЛИ ШТРАФОВАТЬ НА ОДНУ КОРОВУ. НО ПЕРВЫМ НАРУШИТЕЛЕМ УКАЗА СТАЛ САМ КОРОЛЬ, ВЫБРАВШИЙ ВОСЬМУЮ ЖЕНУ – НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЮЮ. ПОСЛЕ ЧЕГО ОН, КАК ЗАКОНОПОСЛУШНЫЙ ГРАЖДАНИН, ЗАПЛАТИЛ ГОСУДАРСТВУ КОРОВУ.

2013 5 декабря на девяносто шестом году жизни умер Нельсон Мандела. Его уход для многих ознаменовал конец эпохи, конец той постколониальной Африки, которая обосновывала свои ошибки и неудачи колониальным прошлым. С уходом «Мадибы», как уважительно называли Манделу, на континенте началась новая эпоха, в которую ответственность за свои судьбы всецело ложится на самих африканцев.

РЕСПУБЛИКАНСКИЕ КОРОЛИ И ПОЖИЗНЕННЫЕ ПРЕЗИДЕНТЫ.

Многие из эфиопских законов значительно отличаются от законов других народов, и особенно законы об избрании царей. Диодор Сицилийский, I в. до н. э.

Африканские государства, образовавшиеся за последние полвека после распада европейских колониальных империй, за небольшим исключением, становились республиканскими и принимали систему правления, заимствованную из Западной Европы или США: президентскую республику с относительно сильным парламентом. Эта же форма принималась в странах, свергнувших прежние монархические режимы – в Египте, Ливии и Эфиопии, например. Случай смены республики на монархию носил форму курьёза – это коронация императора Центральной Африки Жозефа Бокассы, удержавшегося на созданном им престоле менее трёх лет.

Предвыборный плакат на улице Луанды призывает сделать единственно верный выбор.

Однако, пусть даже созданные по образу и подобию западных демократий, государства Африки с первых же дней показали, что их политическая система будет такой же удивительной и самобытной, как и вся африканская цивилизация.

Начать с того, что истинную демократию в европейском понимании, на которую равнялись новые государства Африки после получения независимости, сумели построить лишь немногие африканские республики. Основа любой демократии – свободные выборы, они на африканской почве приживаются сложно. Это вполне объяснимо, ведь и Европа шла к ним через века феодальных княжеств, абсолютных монархий и революций, а африканской демократии исполнилось едва полвека. В большинстве стран Африки не принято проводить честных выборов – правящая партия или группа элиты редко избегает искушения задавить недовольных, монополизировать средства массовой информации, запретить пять – десять оппозиционных партий, пересажав по тюрьмам своих политических конкурентов, или же посчитать голоса таким образом, чтобы получить приемлемый для себя результат. Независимый механизм контроля за проведением выборов и подсчётом голосов, подобный европейским избирательным комиссиям, был создан лишь в некоторых государствах, а называемые таким образом органы часто состоят из максимально лояльных правительству чиновников и членов их семей. Да и сам процесс подсчёта голосов, который в европейских странах преимущественно автоматизирован, в Африке, за исключением разве что некоторых стран юга континента, проходит вручную, при отсутствии внятных списков избирателей, и оставляет мало шансов на объективное отражение результата любого голосования.

Впрочем, эта несправедливость с лихвой компенсируется тем, что никто из проигравших выборы никогда не признает нежелательного для себя итога. Если выборы подтасованы, значит, объявленным результатам верить нельзя. А так как противостояние на выборах обычно происходит между двумя крупнейшими силами, одна из которых стоит у власти, а вторая стремится прийти к ней, то исход выборов чреват для государства самыми глубокими и кровавыми потрясениями.

В период выборов наибольшую безопасность обеспечит только оружие на поясе или в руке.

В преддверии любых общенациональных выборов жители готовятся к худшему, а иностранные туристы и сотрудники международных гуманитарных организаций пакуют вещи, потому что хорошо известно, что выборы в Африке очень часто приводят к гражданским войнам. Действующий лидер и лидер оппозиции – а иногда и несколько таковых – одновременно объявляют себя победителями, а страна раскалывается на противоборствующие вооружённые группировки. Иногда война предопределена ещё до выборов – например, в Уганде в 1979 г. лидер оппозиции Мусевени накануне выборов предупредил своего соперника президента Оботе, что в случае поражения намерен начать гражданскую войну. Ровно так и случилось, и насилие в стране бушевало шесть лет.

За первые сорок лет существования независимой Африки (1960–2000) лишь четверо из действующих президентов добровольно оставили свои посты по итогам выборов, уступив оппозиционным кандидатам. И по сей день мирная смена власти остаётся экзотическим, заметным событием на африканском континенте, характерным только для наиболее благополучных государств – таких как ЮАР, Гана, Кения или Намибия.

СОВРЕМЕННЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ДОЛГОЖИТЕЛИ АФРИКИ РЕДКО ВСПОМИНАЮТ О ВЫБОРАХ, НО ЕСЛИ УЖ ТАКОВЫЕ СЛУЧАЮТСЯ, ОДЕРЖИВАЮТ НЕИЗБЕЖНУЮ ПОБЕДУ. ПРЕЗИДЕНТ КАМЕРУНА ПОЛЬ БИЯ НАХОДИТСЯ У ВЛАСТИ С 1975 Г., ТЕОДОРО НГЕМА МБАСОГО ИЗ ЭКВАТОРИАЛЬНОЙ ГВИНЕИ – С 1978 Г., АНГОЛЬСКИЙ ЛИДЕР ЖОЗЕ-ЭДУАРДУ ДУШ САНТУШ, ЦЕЛОВАВШИЙСЯ ЕЩЁ С САМИМ Л.И. БРЕЖНЕВЫМ, У ВЛАСТИ С 1979 Г. ЕЩЁ ЧЕТВЕРО ИЗ ДЕЙСТВУЮЩИХ ПРЕЗИДЕНТОВ АФРИКИ, В Т. Ч. И ДЕВЯНОСТОЛЕТНИЙ РОБЕРТ МУГАБЕ ИЗ ЗИМБАБВЕ, У ВЛАСТИ СВЫШЕ ДВАДЦАТИ ПЯТИ ЛЕТ, И ЛИШЬ СМЕРТЬ СМОЖЕТ РАЗЛУЧИТЬ ИХ С ЛЮБИМЫМ НАРОДОМ.

Но даже и в промежуток между выборами демократия чревата потрясениями и политическими неурядицами: в глазах многих африканцев она сильно расшатывает государство и дестабилизирует повседневную жизнь человека. Африканская демократия в большинстве случаев означает слабость центральной власти, ослабление полицейского контроля в городах, рост бытовой преступности и прочие прелести свободы. Демократия в Африке нередко превращается и в разгул коррупции: сегодняшние мировые коррупционные лидеры – Кения и Нигерия признаны Западом как одни из образцовых демократических стран континента.

Демократические главы государств часто оказываются жертвами переворотов и вынуждены уступать власть военным диктатурам либо сами становятся диктаторами. Это происходит потому, что в условиях демократии они не в состоянии держать под жёстким контролем ни разношёрстную многонациональную элиту, ни региональных князей, стремящихся к власти, ни вооружённые силы. В глазах большинства африканцев всё это может сделать только сильный авторитарный правитель, наследник великих героев мифологического прошлого. Власть для многих африканцев – это сила. Победив на выборах, глава государства вполне искренне полагает, что выиграл в игре, где победитель получает всё. Он воспринимает страну как свою собственность и не готов терпеть никаких возражений своей абсолютной власти. Точно так же полагают и его соотечественники, и потому путь от демократически избранного главы государства до параноидального тоталитарного диктатора в Африке рекордно короток. За это африканцев не стоит осуждать – следует лишь признать, что они исповедуют иные ценности, чем ценности европейской индивидуальной свободы и частной собственности, и что попытка привить Африке основы европейского мышления оказалась не слишком удачной.

Это стало очевидно с самых первых лет истории независимой Африки. Спустя всего несколько недель после обретения независимости глава Малави Гастингс Банда разогнал министров, мешавших ему править единолично, и впредь заявлял: «Всё, что я говорю, – закон. В буквальном смысле. В этой стране будет так».

И было так. В государствах Африки личной свободы никогда не было много, не стало её больше и с получением независимости. Африканцы, привыкшие жить в авторитарных условиях сельской общины, обнаружили себя частью более крупных и ещё более авторитарных общин – государств. В том же Малави диктатором Бандой регулировались все стороны общественной и личной жизни. Запрещено было носить длинные волосы (для мужчин) и короткие юбки (для женщин). Любое слово могло быть истолковано против главы государства, и тюрьмы по всему континенту уже к середине 1960-х наполнялись реальными или мнимыми диссидентами, которые не слишком рьяно восхваляли вождя.

Культы личности в современной африканской истории могут перещеголять даже известного нам не понаслышке товарища Сталина. Президент Гвинеи Секу Туре, например, официально именовался «Великий Сын Африки», «Ужас Международного Империализма, Колониализма и Неоколониализма» и «Доктор Революционных Наук». Он издал 20 томов своих сочинений, обязательных для прочтения гражданами, а студентов заставляли наизусть читать на экзаменах его длинные поэмы об образовании. Отменив де-факто действие законодательства, он правил с помощью своих указов и лично вмешивался в работу судов, отменяя любое их решение. В то же самое время президент Ганы Кваме Нкрума в официальной печати именовался «наш отец, наш учитель, наш брат, наш друг, вся наша жизнь, потому что без него мы бы существовали, но не жили… Мы обязаны ему больше, чем воздуху, которым дышим, потому что он сделал нас так же, как сделал Гану».

Такие мелочи, как принцип разделения властей, конституция или парламентаризм, до начала ХХI в. практически нигде не принимались во внимание, когда власть концентрировалась в руках пожизненного лидера. Политические партии, стоявшие за лидерами, нередко выигрывали выборы со счётом 95 %, а состоять в них обязаны были все граждане страны от мала до велика. Когда президента Туниса Хабиба Бургибу попросили рассказать о политической системе его страны, он ответил: «Какая ещё система? Я и есть система!» В условиях низкого уровня жизни и социального развития эта «система» воспринималась и властью, и народом как единственно возможная. Африканские диктаторы, натасканные европейскими учителями, увидели для себя огромные возможности применения западной политической системы на африканской почве с ее самобытным мировоззрением и быстро перестроили её на свой лад.

Прижизненный памятник пожизненному президенту: золотой мальчик Хабиб Бургиба на площади города Монастир.

Однако система включает в себя, помимо диктатора, ещё и узкий круг людей из его окружения. В 1960 г., к моменту получения независимости, в Конго насчитывалось всего 12 африканцев с высшим образованием. К моменту обретения независимости Африка не имела национальной элиты, способной на коллективное управление государством. Получив бразды правления в собственные руки, глава государства в большинстве случаев не мог опереться ни на кого, кроме близких родственников или соплеменников – малообразованных и не имеющих ни малейшего представления о том, как управлять государством в ХХ в. Всё, что они делали, – пользовались моментом для того, чтобы скопить миллионные состояния и сидеть на мешках с деньгами, не представляя, что делать дальше. Эта традиция государственной службы сохранилась в большинстве стран Африки по сей день: министры и высшие чины государства считают себя превыше закона, принимают решения исключительно по собственному усмотрению, чаще всего безо всяких экспертов и без учёта мнения своих сотрудников, без ограничения черпают деньги из казны и без оглядки на органы правопорядка пользуются откатами и взятками, которые вполне охотно предоставляют им отечественные и зарубежные бизнесмены. Стать министром – как правило, на короткое время – в Африке означает получить шанс всей жизни без какой-либо ответственности. Сегодня это отношение постепенно меняется под влиянием более высоких стандартов образования и более высокого уровня информированности населения.

БЮДЖЕТНЫЕ РАСХОДЫ СЕНЕГАЛА В 1964 Г. НА 47 % СОСТОЯЛИ ИЗ ЗАРАБОТНОЙ ПЛАТЫ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЧИНОВНИКОВ. НО К 2004 Г. ИХ ДОЛЯ СНИЗИЛАСЬ ДО 5,5 %.

В результате правителю, который, безусловно, прекрасно осознаёт гигантские размеры воровства и коррупции вокруг престола, приходится рассчитывать только на себя. Так и получилось, что, например, президент Центрально-Африканской Республики Бокасса назначил себя сразу на 12 министерских должностей, а президент Малави Банда и вовсе подчас увольнял всех до одного министров, принимая на себя их обязанности: так ему казалось спокойнее и эффективнее.

Назначая на государственные должности своих братьев, племянников и односельчан, африканский лидер эффективно решает вопрос лояльности своих приближённых (хотя и это не всегда срабатывает), но загоняет в тупик вопрос этнического баланса во власти – ещё одну капитальную проблему африканской политики.

ЛИДЕР ЭКВАТОРИАЛЬНОЙ ГВИНЕИ ФРАНСИСКО НГЕМА В КАКОЙ-ТО МОМЕНТ ПЕРЕСТАЛ ДОВЕРЯТЬ ГЛАВЕ СВОЕГО ЦЕНТРАЛЬНОГО БАНКА, ПРИКАЗАЛ ЕГО УБИТЬ И ПЕРЕТАЩИЛ В РОДНУЮ ДЕРЕВНЮ ВЕСЬ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ БЮДЖЕТ НАЛИЧНЫМИ. ОН ДЕРЖАЛ ДЕНЬГИ В БАМБУКОВОЙ ХИЖИНЕ РЯДОМ С СОБСТВЕННЫМ ДОМОМ, СЧИТАЯ ЭТО ЕДИНСТВЕННЫМ ВЕРНЫМ СПОСОБОМ СОХРАНИТЬ НАЦИОНАЛЬНОЕ ДОСТОЯНИЕ, И ПОСЛЕ ЕГО СВЕРЖЕНИЯ ОБНАРУЖИЛОСЬ, ЧТО БОЛЬШАЯ ЧАСТЬ ВАЛЮТНЫХ РЕЗЕРВОВ СТРАНЫ СЪЕДЕНА ВОВСЕ НЕ ИНФЛЯЦИЕЙ, А ТЕРМИТАМИ.

Как мы уже упоминали, африканцы живут в многонациональных государствах, где этническое разнообразие является нормальным явлением. Лишь несколько стран на континенте этнически однородны, но и здесь население распределено, как, например, в Сомали, между кланами, имеющими сложные отношения друг с другом. Большинство африканцев не чувствуют себя, скажем, нигерийцами или танзанийцами: для них значительно важнее принадлежность к своей этнической группе. Эта традиция существовала здесь тысячелетиями и не может, конечно, быть сломлена за полвека. Однако в результате практически вся политика в странах Африки основана на объединениях по этническому (и реже – религиозному) признаку. Большинство политических партий не имеют никакой иной программы, кроме стремления к власти определённой этнической группы, и борются с партиями, представляющими конкурирующие этносы. В случае гражданской войны они легко преобразуются в такие же этнические вооружённые формирования, принимаясь уничтожать представителей противоборствующего народа. Например, после обретения независимости Анголы в 1975 г. в стране были созданы три такие этнополитические группировки: костяк МПЛА составляли мбунду, УНИТА объединяла овимбунду, а ФНЛА состояла из представителей народа конго. Война между ними продолжалась два десятилетия. В 1959 г. президент Гвинеи Секу Туре сказал: «Через 3–4 года никто не будет помнить межплеменных, этнических или религиозных трений». Прогноз этот вряд ли сбудется и через столетие.

Приходя к власти, новый глава государства окружает себя своими соплеменниками, устанавливая фактическую диктатуру одного народа или племени. В 1980 г. в результате военного переворота в Либерии к власти пришёл 29-летний сержант Сэмюэль Доу из народности кран. В Африке каждый этнос занимает свою ступеньку в сложной иерархии престижа, так вот кран находились у самого подножия этой лестницы – окружающие народы относились к ним свысока. Словно желая отомстить за эту обиду, Доу создал в стране настоящую диктатуру кран, вознеся своих родственников и односельчан на высшие посты в государстве. Кончилось это печально и для него, и для его народа – после свержения и зверского убийства Доу в 1990 г. в стране начался настоящий геноцид кран.

Сэмюэль Доу прославился и тем, что активно использовал в политике традиционные религиозные и магические практики. В Африке методы государственного управления ХХI в. – Интернет, пиар и новейшие вооружения – причудливым образом переплетаются с тысячелетними традициями колдовства и использования силы духов для защиты правящего режима. Президент Доу активно привлекал к работе магию: на него работал целый штат колдунов со всей Западной Африки, которые, по его собственным словам, сделали его непроницаемым для пуль, наделили способностью исчезать в любой момент и избегать авиакатастроф, в которых погибли многие африканские лидеры и которых Доу страшно боялся. Правда, для достижения этой непобедимости, по слухам, президент вынужден был пить кровь беременных девушек и есть неродившихся детей. Со своими противниками Доу тоже обращался вполне в духе древних колдовских практик: его офицеры поедали сердца убитых врагов, полагая, что становятся обладателями их силы. Президенты ЦАР Бокасса и Экваториальной Гвинеи Нгема также считали себя главными колдунами своих государств и, по некоторым сведениям, совершали многочисленные и подчас весьма кровавые обряды для поддержания своей власти.

СЕГОДНЯШНИЕ АФРИКАНСКИЕ ЛИДЕРЫ ТОЖЕ ОХОТНО ПОЛЬЗУЮТСЯ УСЛУГАМИ ЧАРОДЕЕВ. ИЗВЕСТНА ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК ВЕЛИКИЕ ТАНЗАНИЙСКИЕ КОЛДУНЫ ПОДАРИЛИ ЮЖНОАФРИКАНСКОМУ ПОЛИТИКУ ДЖЕЙКОБУ ЗУМЕ ПЕРСТЕНЬ ИЗ ЧЁРНОГО КАМНЯ, СДЕЛАВШИЙ ЕГО НЕПОБЕДИМЫМ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЕ. С ЭТИМ ПЕРСТНЕМ ЗУМА СТАЛ ПРЕЗИДЕНТОМ ЮАР И ВЕСЬМА УСПЕШНО РУКОВОДИЛ СТРАНОЙ. ПОТЕРЯВ ДОРОГОЕ КОЛЬЦО – ПОЛИТИЧЕСКИЙ АМУЛЕТ, ОН СТОЛКНУЛСЯ С ПРОБЛЕМАМИ, ПРЕСЛЕДУЮЩИМИ ЕГО И ПО СЕЙ ДЕНЬ.

Традиционные институты власти в Африке постепенно уступают место европейским моделям, однако происходит это медленно. После обретения независимости Уганды традиционный монарх, кабака Буганды Мутеса II, стал президентом республики, однако его авторитет среди соплеменников-ганда был столь высок, что премьер-министр Оботе, происходивший из народа ланги, в конце концов изгнал Мутесу из страны и сам стал президентом. Однако потребность в лояльности различных этнических групп заставляет государство бережно сохранять традиционных вождей и подкармливать их в обмен на политическую поддержку, ведь большинство племенных правителей по-прежнему пользуются высоким престижем среди населения. В 1988 г. кабака вернулся в Уганду и вскоре был торжественно коронован.

В сегодняшней республиканской Африке насчитывается около 200 «королей» – больше, чем где-либо в мире. В одной Намибии проживают более 30 официальных монархов, каждый из которых номинально «правит» своим народом или племенем. Король зулусов Гудвилл Звелитини ка Бхекузулу получает от южноафриканского правительства ежегодную пенсию в 6 млн долл., летает на частных самолётах и содержит коллекцию экзотических автомобилей, и всё это из карманов налогоплательщиков ЮАР, многие из которых еле сводят концы с концами. И во многом потому, что президент страны является по национальности зулу.

Современные республиканские короли также собирают полудобровольные пожертвования со своих соплеменников, ведь община может повернуться к тебе спиной, если ты не пожертвуешь часть дохода своему вождю. Они же, являясь крупными землевладельцами, продают своё влияние бизнесу: так, оби Ачебе, король области Ониша в Нигерии, работает председателем совета директоров местного филиала корпорации «Юнилевер», а его коллега оба Гбадебо, король народа эгба, возглавляет совет директоров крупной энергетической компании «Оандо». Самый богатый нигерийский оба, правитель области Угбо, обладает состоянием в 300 млн долл., управляя нефтяной корпорацией и сетью автозаправок.

Король консо вернулся в родную Эфиопию из европейского университета, чтобы мудро править своим народом.

При этом престиж традиционных монархов нередко превышает престиж государства и институтов власти. Жители города Кумаси в Гане горды тем, что живут по сей день в славном Королевстве Ашанти, где земля, власть и суд принадлежат королю и его многомудрой матери. Часть налогов с этих земель идёт на содержание королевской семьи, а президент страны всячески старается заручиться лояльностью короля в каждой предвыборной кампании.

ОГНЁМ И МАЧЕТЕ.

Детей они обучают метанию в цель и дают пищу только тем, кто попадает; поэтому из них получаются воины удивительной ловкости. Диодор Сицилийский. I в. до н. э.

Получив независимость, африканским государствам удалось за какие-то считаные годы вывести свой континент в абсолютные лидеры по количеству вооружённых конфликтов. По нашим подсчётам, с 1960 г. по 2015 г. на его территории велось 115 войн – больше, чем за весь ХХ в. во всём остальном мире. Не стоит забывать, что больше половины этого периода пришлось на времена холодной войны, участники которой стояли за множеством военных конфликтов на континенте, если не провоцировали и разжигали их. Конечно, войны в Африке активно шли и раньше, и едва ли менее частые, но в ХХ в., благодаря «помощи» великих держав, это уже не были межплеменные столкновения «армий» в 100–200 человек, использующих копья и отравленные стрелы. О масштабах сегодняшних африканских войн может весьма красноречиво свидетельствовать эта небольшая табличка с оценочными данными жертв крупнейших конфликтов.

За пятьдесят лет кровопролитных войн в зоне конфликта оказались до трети всех африканцев, и общее число потерь достигло, вероятно, 40 млн человек, около 20 млн оказались беженцами или перемещёнными.

Одна из причин этой трагедии кроется, конечно, в экономике. Войны за ресурсы, именуемые «ресурсным проклятием» Африки, далеко не редкость. Среди наиболее известных можно упомянуть «урановую войну» туарегов, заинтересованных в получении доли доходов от урановых месторождений, против правительства Нигера в 2009 г. В 1985 г. Мали и БуркинаФасо открыли боевые действия из-за «полосы Агачер», где были разведаны залежи природного газа. А вялотекущая война в дельте р. Нигер между войсками Нигерии и повстанческими отрядами народов иджо имеет своей целью делёж миллиардных доходов от добычи нефти в этом районе. Межэтнические столкновения из-за пастбищ и пахотных земель – например, в Южном Судане или Эфиопии – не могут остановить даже правительства с их танками и авиацией. А кровопролитные войны в ДР Конго, идущие по сей день, во многом объясняются гигантскими залежами алмазов, меди, кобальта и другого ценного сырья.

В современной Африке автомат Калашникова стал привычным предметом обихода.

На войну работает бедность – самая критическая проблема Африки. В благополучное время число конфликтов падает, зато любой экономический кризис, которыми изобилует новейшая история континента, приводит к резкому всплеску гражданского насилия. Засухи 1970-х и 1980-х годов совпали с пиковыми периодами как гражданских, так и межгосударственных конфликтов: например, конфликт между Сенегалом и Мавританией начался в 1989 г. из-за сокращения сельскохозяйственных земель в долине р. Сенегал вследствие засух. Та же причина лежит в основании долгой гражданской войны в суданском Дарфуре. Однако в результате улучшения экономической ситуации в большинстве стран континента в начале ХХI в. число конфликтов пошло на спад.

Бедность вовсе не всегда равнозначна войне – об этом свидетельствует вполне мирная новейшая история многих небогатых регионов Азии. Однако дело в том, что решение любых спорных вопросов военными методами является традиционным для африканской культуры, и с самых первых дней независимости новые государства принялись вооружаться и конфликтовать друг с другом. Само понятие политического компромисса, решения конфликта за столом переговоров для многих африканцев является унизительным, зато военная победа создаёт из главы государства героя, которым его хотят видеть все его подданные. Конфликты в Африке в прошлом разгорались подчас из-за сущей ерунды – например, контроля над речным бродом или холмом. И, как и в древности, спор может решиться только силой, потому что ни одна сторона его не готова принять разумный компромисс для урегулирования разногласий. Как спор из-за колодцев в Сахаре привёл к эпохальной войне между Марокко и Сонгаи в 1591 г., так и сегодня аналогичные «споры из-за колодцев» приводят к многотысячным жертвам вооружённых конфликтов.

Детские игрушки, изготовляемые в Африке, часто носят военный подтекст.

Причины конфликтов кроются и в колониальном прошлом Африки. Мы уже упоминали о том, что лишь 26 % границ между африканскими государствами проходят по естественным рубежам, разделяя этносы и демаркируя географические регионы. Остальные проводились колониальными державами по параллелям, меридианам и просто на глазок, в результате чего этнос, разделённый границей между двумя государствами, на многие годы остался источником напряжённости. Сомалийские меньшинства, живущие в Эфиопии, Кении и Джибути, послужили причиной трёх межгосударственных войн за последние 50 лет и продолжают оставаться головной болью для правительств всех трёх стран, не говоря уже о самом Сомали. Туареги Сахары, самый гордый и свободолюбивый народ Западной Африки, из-за прихоти европейцев оказались разделёнными между пятью государствами и нигде не смогли наладить добрососедских отношений с иноязычными правительствами. Подчиняться властям Мали, Нигера, Буркина-Фасо, где чернокожие исконно были их данниками или рабами, туареги считают противоестественным. Результатом стали восстания и войны, не прекращающиеся по сей день в Мали, Нигере, Ливии, Алжире. Этническая чересполосица в таких многонациональных странах, как Нигерия, Чад, Мали, Либерия и Кот-д’Ивуар, вкупе с недальновидной политикой по ущемлению прав меньшинств стала причиной гибели миллионов людей в кровопролитных гражданских войнах.

Отдельным, самым жутким примером этнического геноцида является гражданская война в Руанде, о которой мы уже говорили выше. Эта резня, по своей скорости в пять раз превосходящая гитлеровский холокост, стала итогом хитроумной политики европейских держав, в течение ряда десятилетий стравливавших между собой скотоводческую элиту тутси и земледельческое большинство хуту.

Межэтнические конфликты – а в Африке их всё же пока большинство – всегда приводят к большому количеству жертв среди мирного населения: маховик взаимной мести приводит к тому, что уничтожению подлежат все представители вражеского народа, не исключая ни женщин, ни детей. Гражданская война в Дарфуре (продолжается с 2003 г.) между арабами, с одной стороны, и негроидными народами региона, с другой, стоила стране от 250 до 400 тыс. жизней и сопровождалась ужасающими зверствами против мирного населения: тысячи детей были убиты, десятки тысяч женщин были изнасилованы бойцами арабской милиции Джанджавид, желавших, чтобы у жён их врагов рождались арабские дети. В ходе геноцида в Руанде весной 1994 г. боевики хуту ставили своей целью не прийти к власти и не захватить территорию – к моменту войны хуту уже были у власти, – а именно полностью уничтожить тутси как этнос. По этой логике истреблению подлежали грудные дети, мужчины и женщины – весь народ, от мала до велика.

Религиозные войны для Африки тоже не в новинку. Джихады прокатывались по её саванному поясу регулярно, начиная ещё с ХVI в., и агрессивный ислам замер лишь на короткое время колониализма, чтобы вновь поднять голову в конце XX столетия. Распространённые в Африке исламские экстремистские группировки активно действуют в странах Севера и Запада: это «Исламский джихад» в Египте, «Движение за единство и джихад в Западной Африке» в Мали и Нигере, исламистские группировки в разорённой войной Ливии, а также «Хисба» и «Боко харам» (в переводе «Западное образование вредно») в Нигерии. В Сомали ужас на жителей и соседей наводят экстремисты из «Аш-Шабаб». На счету каждой из этих групп – сотни жизней, и уничтожить их пока не удаётся.

Второй важной особенностью африканских конфликтов стало широчайшее использование регулярных войск или наёмников из соседних государств или даже совсем издалека. В эпоху холодной войны считалось нормальным, что участниками гражданской войны в Анголе (1975–1991) были три группировки, поддерживавшиеся СССР, США и Китаем, а кубинские подразделения организовывали боевые операции против войск ЮАР с американскими советниками в штабах. В периоды наиболее затяжных гражданских войн соседние государства редко воздерживались от искушения вмешаться в конфликт на чьей-нибудь стороне: Алжир направлял помощь и оружие повстанцам в Западную Сахару в 1976 г., Гвинея воевала на стороне одной из многочисленных этнических армий в Сьерра-Леоне в 1999 г., а Чад вводил войска в Центрально-Африканскую Республику в 2006 г.

Ливия в течение ряда лет играла роль всеобщего возмутителя спокойствия в Африке: кипучая энергия её лидера Муаммара Каддафи заставляла его вмешиваться в десятки конфликтов по всему континенту. Его вмешательство, как правило, кончалось поражением для Ливии, хотя причиной его собственного печального конца стало вовсе не это, а события «арабской весны» в его собственной стране и агрессия НАТО.

Конфликт, разразившийся в Заире в 1996 г., продолжался до 2003 г. и стал известен как «Первая мировая война Африки»: в войну постепенно оказались вовлечены практически все страны Востока и Юга континента. Руанда, Уганда, Танзания, Замбия, Ангола, Намибия, Зимбабве, Чад и, конечно, Ливия направляли в Заир свои подразделения, вступали в войну и выходили из неё, заключали временные союзы и боролись друг с другом за богатые минеральными ресурсами районы раздираемой войной страны. Более безопасным вариантом, нежели призывать на помощь жаждущих наживы соседей, в последние десятилетия стала практика привлечения на службу европейских наёмников. Европейские отряды с охотой участвовали в гражданской войне в Нигерии (1967–1970), когда шведские пилоты Карла-Густава фон Розена на нескольких спортивных самолётах уничтожили прямо на аэродромах половину всей нигерийской авиации. В Конго в 1960 г. работали бельгийские отряды, боровшиеся с правительством Патриса Лумумбы. В тот же период в Кении в подавлении восстания «мау-мау» участвовали бывшие британские офицеры, гримированные под африканцев и одетые в чёрные парики при командовании чернокожими отрядами.

В 1991 г. достоянием гласности стали факты секретного финансирования белым правительством ЮАР зулусского движения Инката, боевиков которой оно использовало для борьбы с оппозиционным Африканским национальным конгрессом, в том числе и террористическими методами. В стране накопилось значительное количество высококвалифицированных и опытных профессиональных военных, а в Африке места и возможностей для реализации этого потенциала всегда было предостаточно.

Широкую известность во всём мире получила южноафриканская компания Executive Outcomes (ЕО), сделавшая бизнес из поставок профессиональных наёмников на поля боевых действий Тропической Африки. Объединив бывших сотрудников спецподразделений ЮАР, оставшихся не у дел после падения апартеида, ЕО получила свой первый боевой заказ от правительства Анголы, с которым, по иронии судьбы, юаровские спецназовцы ранее долго и безуспешно воевали. С 1993 по 1994 г. наёмники из ЕО настолько успешно выполняли боевые задачи, что ангольские войска сумели получить контроль над обширными нефтеносными районами и подписать выгодное соглашение о перемирии с УНИТА. Одним из условий перемирия, выставленных УНИТА, был разрыв контракта с наёмниками. Вскоре после этого, в 1995 г., ЕО поступила на службу к правительству Сьерра-Леоне, где ранее работали другие ландскнехты – британцы из компании Gurkha Securities. В отличие от англичан, южноафриканцам удалось за год безжалостно подавить очаги сопротивления повстанцев и натренировать армию Сьерра-Леоне. Контракт стоил правительственному бюджету 1,8 млн долл. в месяц, а также солидного бонуса в виде алмазов.

Крупным источником финансирования партизанской войны в Анголе тоже были алмазы – по данным ООН, с 1992 по 1998 г. только УНИТА выручила от продажи неогранённых камней ок. 4 млн долл. Эти деньги были потрачены на закупку оружия и снаряжения. Несмотря на введённое в 1998 г. эмбарго, УНИТА продолжила продажу и обмен алмазов для финансирования войны.

В 1999 Г. «КОНФЛИКТНЫЕ» АЛМАЗЫ ИМЕЛИ СОВОКУПНУЮ СТОИМОСТЬ В 255 МЛН ДОЛЛ. (ОКОЛО 4 % МИРОВОГО ПРОИЗВОДСТВА); ИЗ ЭТОЙ СУММЫ 35 МЛН ПРИХОДИЛОСЬ НА АЛМАЗЫ ИЗ КОНГО, 150 МЛН – ИЗ АНГОЛЫ, 70 МЛН – ИЗ СЬЕРРА-ЛЕОНЕ. ДОЛЮ НЕЛЕГАЛЬНЫХ АЛМАЗОВ НА СЕГОДНЯШНЕМ МИРОВОМ РЫНКЕ ОЦЕНИВАЮТ ПРИМЕРНО В 20 %.

Действительно, в Африке свободно «гуляют» алмазы, которые используются и правительствами, и повстанческими движениями для финансирования войны. Термин «кровавый алмаз» родился именно в Африке и получил известность в ходе войн в Либерии и Сьерра-Леоне в 1990-е годы. Когда в 2012 г. бывший президент Либерии Чарльз Тейлор предстал перед международным судом, алмазы стали основой обвинения против него. Одной из свидетельниц на процессе выступила известная супермодель Наоми Кэмпбелл, заявившая, что Тейлор и ей дарил алмазы.

Помимо наёмников, активными участниками африканских войн являются женщины и дети – и это, пожалуй, самая жуткая страница в нашей книге. В 1990-е годы в ходе войны в Сьерра-Леоне потеря кормильцев, полное обнищание и отсутствие каких-либо перспектив стали причинами того, что женщины стали добровольно записываться в противоборствующие вооружённые отряды. В составе одной из армий они составляли до 25 % боевого состава. Молодые девушки, пройдя военную подготовку и отличившись в бою, гарантированно получали мужа из числа боевиков – для многих из них это было весьма привлекательным вознаграждением. Те же методы привлечения «амазонок» практиковали и повстанческие группировки в Либерии. Многие женщины, войдя во вкус новой профессии, даже командовали подразделениями, становились членами военных советов, участвовали в геноциде и военных преступлениях. В других странах девушки не видели для себя иного выхода, чем стать «штатными» проститутками при военных формированиях, работая в буквальном смысле за еду. Это гарантировало им определённого рода безопасность, ведь в той же Сьерра-Леоне, скажем, в ходе гражданской войны 1991–2002 гг., по некоторым данным, было изнасиловано 86 % всех молодых женщин, многие из которых убиты.

Феномен детей-солдат – типичная черта африканских войн конца XX – начала ХХI в. В середине 1990-х гг. в той же Сьерра-Леоне одна из повстанческих армий наполовину состояла из детей от 8 до 14 лет. А гражданскую войну в Либерии даже назвали «войной детей» – практика найма в войска мальчиков 10–12 лет широко распространилась по обе стороны фронта. Потеряв в войне своих родителей, оставшись без помощи и средств, они охотно брали в руки автомат Калашникова. Такой ребёнок становился фанатично преданным своему командиру, не ценил ни своей, ни чужой жизни и не был связан никакими моральными ограничениями. Дети не стремились к обогащению и рассматривали войну как своего рода игру. Сообщалось, что либерийские несовершеннолетние солдаты разукрашивали лица кровью врагов и украшали свои причёски человеческими костями. Они могли вспороть живот беременной женщине, поспорив на пол её ребёнка. В 1996 г. в Либерии действовала «голая бригада» детей, воевавших нагишом в убеждении, что это поможет спастись от пуль. Не помогало.

Дети-солдаты составляют солидный процент личного состава «Армии сопротивления Господа» – вооружённой банды, вот уже почти 30 лет действующей в Уганде и соседних государствах в виде полуармии-полусекты. Её основатель Джозеф Кони, пророк Христа и глас Святого Духа, намерен построить новый мир на Земле с помощью детей, не тронутых грехами современной цивилизации. Это своё намерение он подкрепляет массовыми убийствами мирных жителей и похищениями детей, которых затем обучают как боевиков, беззаветно преданных сумасшедшему пророку. Любопытно, что финансирование своих зверств «Армия Господа» получает в том числе из мусульманского Судана, желающего дестабилизировать обстановку в соседних странах. Многие другие террористические и сепаратистские группировки также финансируются из-за рубежа, причём как с мусульманского Востока, так и из «христианских» Европы и Америки.

Бандитские «армии» вроде этой продолжают действовать в нескольких регионах Африки, пользуясь отсутствием какой-либо власти. Сегодня «ничьей» территорией остаются огромная территория ДР Конго и большая часть Сомали, продолжаются внутренние конфликты в Уганде, Нигерии, Мали, Нигере, в Судане и Южном Судане. Обостряется гражданская война в Ливии, весьма нестабильной остаётся политическая обстановка и в Египте. Несмотря на то что в первое десятилетие нового века количество войн в Африке резко снизилось, в момент, когда мы пишем эти строки, не менее десятка конфликтов полыхают на территории Африки, унося десятки тысяч жизней ежегодно.

Зато хотя бы атомная война на территории Африки кажется невозможной. Большинству африканских стран далеко до собственных атомных разработок. В 1970–1980-е годы правительство ЮАР финансировало разработку собственной атомной программы и даже создало несколько боеприпасов, готовых к использованию, общей мощностью до 18 килотонн. Однако затем был объявлен коренной поворот: в 1991 г. ЮАР присоединилась к Договору о нераспространении и уничтожила всё своё атомное оружие, материалы и компоненты. Одной из причин считается то, что дело шло к падению власти белого меньшинства, и правительство опасалось, что атомная бомба попадёт в руки его чернокожих оппонентов. На сегодня Африка свободна от ядерного оружия.

БЛЕСК И НИЩЕТА АЛМАЗНОГО КОНТИНЕНТА.

Можете взять его себе… таких булыжников здесь множество. М. И. Пыляев об открытии алмазов в Южной Африке в 1867 г.

Экономические ресурсы африканского континента кажутся поистине безграничными. В Африке расположено 12 % мировых запасов нефти, 80 % всего мирового золота, до 90 % хрома и платины, здесь сосредоточено до 80 % всех алмазов планеты. Африка лидирует среди континентов по месторождениям бокситов и марганца, колтана и редкоземельных металлов: без всего этого не может обойтись современная промышленность. Отсюда на мировой рынок уходит треть мирового объёма кофе и две трети какао-бобов, так что африканские продукты большинство из нас, да и во всем мире, потребляют практически ежедневно.

Минеральные ресурсы африканского континента: в Африке есть всё.

В условиях истощения мировых запасов природных ресурсов и роста цен на них Африка, казалось бы, может диктовать всему миру свои условия экономического сотрудничества и торговли, повышать своё влияние в мире и эффективно решать свои собственные проблемы за счёт диктата цен на монополизированные ею запасы минерального сырья. По некоторым прогнозам, уже в 2024 г. везде, кроме Африки, будут исчерпаны мировые ресурсы хрома, в 2025 г. будет добыто всё разведанное ныне золото, а в 2030 г. из земли будет поднят последний доступный человеку алмаз. Уже сегодня страны ЕС, например, на 100 % зависят от импорта полутора десятков металлов, в добыче которых африканский континент является монополистом. В этих условиях Африка, кажется, обречена на богатство.

КРУПНЕЙШИЙ В МИРЕ АЛМАЗ «КУЛЛИНАН» БЫЛ ОБНАРУЖЕН В 1905 Г. В ЮЖНОЙ АФРИКЕ: ЕГО ВЕС СОСТАВЛЯЛ 3107 КАРАТОВ, РАЗМЕРЫ – ПРИМЕРНО 10×10×10 СМ. ТАК КАК АЛМАЗ СОДЕРЖАЛ ТРЕЩИНЫ, ОН БЫЛ РАСКОЛОТ НА НЕСКОЛЬКО ЧАСТЕЙ, ВСЕ ОНИ ПРИНАДЛЕЖАТ СЕГОДНЯ БРИТАНСКОЙ КОРОНЕ.

Однако это не так. Несмотря на все эти предпосылки, Африка остаётся самым бедным континентом на Земле. Более того, по целому ряду показателей она продолжает стремительно отставать от других регионов мира: например, с 1970 по 2010 г. её доля в мировом экспорте упала с 5 % до 3,3 %, снизилась и доля в мировом производстве. ВВП пока ещё настолько низкий, что на сегодняшний день список из 15 беднейших стран мира состоит сплошь из африканских государств (в нём лидирует Бурунди с показателем ВВП на душу населения ок. 200 долл. в год). И это при том, что ВВП находящейся в состоянии хаоса ДР Конго объективно посчитать вообще невозможно, а на Сомали, уже два десятилетия не существующее как государство, мировая статистика и вовсе махнула рукой.

Огромный рынок в Кумаси, Гана, – средоточие экономики региона.

О причинах такого вопиющего дисбаланса можно говорить много, но основные мы обязательно перечислим.

Сами африканские экономисты и многие из их западных коллег привычно списывают проблемы африканской экономики на тяжкое колониальное наследие. Это, разумеется, отчасти верно: европейские колониальные державы нисколько не заботились о создании на континенте ни промышленности, ни научно-исследовательской базы, ни образовательных учреждений, которые могли бы создавать новые технологии. Всё, что было нужно европейцам, – выкачивать ресурсы из африканских недр и обеспечивать здесь рынок для своих промышленных товаров. В результате к моменту ухода европейских держав из Африки – 1960-е и 1970-е годы – экономика континента оставалась сырьевой.

В 1960 Г. ТРИ АМЕРИКАНСКИЕ КОРПОРАЦИИ – GENERAL MOTORS, DUPONT И BANK OF AMERICA – ГЕНЕРИРОВАЛИ БОЛЬШЕ ПРОДУКТА, ЧЕМ ВЕСЬ АФРИКАНСКИЙ КОНТИНЕНТ В СОВОКУПНОСТИ.

Однако надо сказать, что за первые полвека независимости правительства африканских государств сделали чрезвычайно мало, чтобы избавиться от дисбаланса. Несмотря на декларации о стремлении перейти к обрабатывающим производствам, многие из них взяли курс на формирование монокультурных экономик, пользуясь высокими ценами на своё сырьё на мировом рынке, прежде всего в Европе и США. В результате сегодня экономика Сенегала и Гамбии на 70–80 % зависит от экспорта арахиса, Экваториальной Гвинеи – на 90 % от нефти, Малави – на 70 % от табака, а Бенина – на 70 % от пальмового масла. Мали экспортирует хлопок, Нигерия – нефть, Замбия – медь, и без спроса на эти продукты их экономику ждёт быстрый коллапс.

Пока мировые цены оставались на высоте, спрос обеспечивал потребности и государства, и особенно правящей элиты – на покупку вилл на Лазурном берегу и бриллиантов (добытых в Африке и обработанных в Израиле или в Европе) в европейских бутиках. Никто и не собирался вкладывать деньги в развитие промышленности, импортозамещение или даже рост производительности сельского хозяйства. Средства вместо этого вкладывались в дворцы для ослепительных ежегодных саммитов Организации африканского единства, а бесчисленные жёны короля Свазиленда летали в Европу за покупками на частных самолётах, пока страна балансировала на краю нищеты.

Первый удар по монопродуктовой экономике нанесла великая засуха 1968–1973 гг., которая резко снизила урожай всех сельскохозяйственных культур в государствах Сахеля и по всему Великому Судану. Вслед за этим последовал нефтяной кризис 1973 г., когда повышение цен на нефть с 3 до 12 долл. в течение одного года нанесло ощутимый ущерб торговому балансу большинства стран Африки.

В Африке производится сырьё для самых дорогих и популярных в мире косметических продуктов – такое, как крем карите.

В 1978 г. обрушился мировой рынок продовольственного сырья: какао, кофе и арахиса. Один только Берег Слоновой Кости (ныне Кот-д’Ивуар) недосчитался 1 млрд долл. доходов от экспорта; другие сельскохозяйственные экономики также начали рассыпаться как карточные домики. В результате за десятилетие с 1970 по 1982 г. внешние долги африканских государств выросли с 6 млрд до 66 млрд, и выплачивать их было неоткуда. Африка прочно села на иглу международной помощи, слезть с которой ей не под силу и сегодня.

В 1960–2005 гг. Западом было вложено в Африку около 1 трлн долл. экономической помощи, сегодня туда направляется поток в 50 млрд долл. ежегодно. Большая часть этих денег, распределяемых международными организациями, идёт в карманы африканских лидеров и их доверенных лиц, а внутренние доходы африканских стран дают ещё более крупные цифры коррупции. По оценкам западных экспертов, не менее 150 млрд долл. в год составляют потери государственных бюджетов Африки от финансовых злоупотреблений. Один из мировых лидеров по этому показателю – Нигерия, страна с гигантскими запасами нефти. С 1970 по 2000 г. страна продала «чёрного золота» на 280 млрд долл., а доход на душу населения за этот период только снизился. Из примерно 50 млрд долл., получаемых сегодня нигерийской государственной корпорацией NNPC от экспорта нефти, только четверть возвращается в страну. Что-то уходит обратно международным инвесторам в виде льгот на закупку сырья. Всё остальное, по-видимому, оседает в дорогих отелях, особняках и ювелирных магазинах Европы и США.

ЗА ПЕРИОД С 1977 ПО 1979 Г. ЗАИРСКИЙ ДИКТАТОР ДЖОЗЕФ МОБУТУ, ПО НЕКОТОРЫМ ПОДСЧЁТАМ, ПРИСВОИЛ 150 МЛН ДОЛЛ. ИЗ ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТА. В ОДНОМ ТОЛЬКО 1977 Г. ОН И ЕГО ПРИБЛИЖЁННЫЕ ПЕРЕВЕЛИ НА СВОИ СЧЕТА В СОВОКУПНОСТИ БОЛЬШЕ 300 МЛН ДОЛЛ.

Парадоксально, что даже средства, попадающие в государственные бюджеты, вовсе не всегда расходуются на инвестиции или повышение качества жизни. Африка продолжает оставаться крупнейшим потребителем вооружений, осуществляя грандиозные вложения в укрепление и поддержание армии, а также, собственно, в ведение боевых действий. В начале ХХI в. размер расходов на оборону снизился, однако в некоторых странах он по-прежнему составляет 7–8 % от ВВП. Ни одно государство Африки сегодня не гарантировано от внешних вторжений, гражданских войн и революций, и поэтому ожидать резкого снижения военных расходов и их переориентации, например, на образование пока не приходится. Африка остаётся крупнейшей в мире «барахолкой» для списанного и устаревшего оружия, которое направляется сюда со всего мира, а чёрный рынок благополучно процветает, придавая новые импульсы для развития конфликтов на континенте.

В 2007–2008 ГГ. БЮДЖЕТ ЭФИОПИИ НА 90 % СОСТОЯЛ ИЗ ИНОСТРАННОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ. ЦЕЛЫЙ РЯД СТРАН ТРОПИЧЕСКОЙ АФРИКИ С 1970 Г. НА 70 % ДОТИРУЕТСЯ МЕЖДУНАРОДНЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ И ИНОСТРАННЫМИ ПРАВИТЕЛЬСТВАМИ.

Благосостоянию экономики препятствует и неконтролируемый рост населения. Много рожали в Африке и раньше – меньше пяти детей здесь иметь непрестижно, – однако высокая смертность не позволяла населению стремительно расти. Тенденция к демографическому взрыву наметилась в колониальный период в результате прекращения работорговли и массового доступа к базовому уровню современной медицины. Медицина делала большие успехи в Африке и в первые десятилетия после ухода европейцев: средняя продолжительность жизни за последние полвека возросла на 15 лет, и уже в 1960-е гг. прирост населения достиг 2,5 % в год – эта цифра сохраняется и сегодня. Это означает, что население Африки растёт быстрее, чем где-либо в мире, и к 2050 г. доля африканцев в населении планеты увеличится с 13 % до 20 %. Несмотря на пандемию СПИДа, высокую смертность от малярии и других заболеваний, голод, войны и другие бедствия, население континента уже превысило 1 млрд человек. Ни рост экономики, ни производство продуктов питания не поспевают за таким стремительным ростом, и тенденцию пока не удаётся переломить (да и мало кто старается это сделать). Государственные дотации на детей лишь провоцируют бедные семьи рожать ради денег.

Трущобы из фанеры и жести в последние десятилетия стали привычным ландшафтом столиц африканских государств.

За ростом населения не поспевает и образование: Африка по-прежнему лидирует по числу неграмотных, лишь ок. 60 % африканских детей обучаются в школе. Это объясняется как традиционной культурой – никому не хочется отрывать детей от хозяйства, в котором они оказывают помощь взрослым, – так и недостаточным финансированием образования. В африканских школах не хватает ни мебели, ни книг, ни учителей, согласных работать за мизерную плату. Во многих странах приходится наблюдать, как дети за отсутствием бумаги используют мел вместо ручки и маленькую грифельную доску вместо тетрадки. Кроме того, в условиях царящей безработицы школа никак не даёт гарантированной занятости ни юношам, ни тем более девушкам, многим из которых вместо карьеры придётся стать конвейером по производству детей. Из-за этого девочек вообще боятся отпускать в школу, и сегодня 100 млн женщин Африки не умеют ни читать, ни писать.

Одна из сельских школ в Мали: ни мебели, ни учебников, а вместо тетрадей используются доски.

Небоскрёбы Йоханнесбурга – столицы африканского бизнеса.

Новые технологии – главный фактор развития экономики – не только не производятся в Африке, но и слабо поступают на континент. Развитым странам всегда было выгодно «сбрасывать» африканским партнёрам устаревшие технологии, укрепляя таким образом технологический разрыв между двумя мирами. Что же касается частных инвестиций в высокотехнологичные производства, то они остаются, мягко говоря, весьма рискованными. Не говоря уже о том, что внезапная гражданская война может за неделю разрушить любой бизнес, частая смена режимов и отсутствие всякой правовой защиты инвесторов от самоуправства властей сильно снижают жажду иностранных компаний прочно обосновываться в Африке. В 2006 г. российский «Русал» приобрёл за 19 млн долл. завод по добыче бокситов в Гвинее. Спустя три года, после смены власти в стране, новое правительство посчитало, что завод должен был стоить все 257 млн. Все налоги также были задним числом пересчитаны, и российскому инвестору выставили солидный счёт на 860 млн долл. В 2010 г. власть в очередной раз сменилась, и сумма требований к «Русалу» выросла уже до миллиарда долларов. Договорённости в таких случаях достигаются вовсе не судебными процессами, а личными контактами с очередной правящей группировкой. Однако прозрачности инвестиционному климату это не добавляет, так что инвестиции в Африку по-прежнему не так велики, как в другие континенты. Исключение составляют китайские инвесторы, о всеядности которых мы расскажем чуть ниже.

И всё же, несмотря на все проблемы, сегодняшняя африканская экономика находится на взлёте. Вот уже несколько лет Африка остаётся экономически самым быстрорастущим континентом, ежегодно увеличивая свой ВВП на 5–6 % и обгоняя по темпам роста даже Восточную и Юго-Восточную Азию. Некоторые страны, как, например, Ангола и Мавритания, растут по 18–20 % в год. По итогам 2013 г. Африка обошла Россию по объёму ВВП, в 2015 г. должна приблизиться к Великобритании. В Африке меньше, чем на других континентах, ощущаются последствия глобальной рецессии, а возврат на инвестиции остаётся выше. Вероятно, именно поэтому Чёрный континент становится всё более привлекательной площадкой для крупных бизнес-проектов, а также – как следствие – ареной крупных геополитических столкновений.

НОВАЯ СХВАТКА ЗА АФРИКУ.

Знаменитая «Схватка за Африку» – раздел континента между европейскими империями в конце ХIХ в. – лишь на время приостановила соперничество великих держав на Чёрном континенте. Оно вновь развернулось здесь сразу же после ухода европейцев в 1960-е годы, причём приняло более ожесточённые формы. Однако теперь главными геополитическими игроками в Африке стали Советский Союз и Соединённые Штаты, воевавшие друг с другом за сферы влияния по всему миру.

Китаю наплевать на положение рядовых африканцев, лишь бы вывозить из Африки её полезные ископаемые и сбывать свою продукцию. Бельгийская газета Standaard, 2009 г.

Для того чтобы очистить себе дорогу в Африку, обе сверхдержавы стали главными пропагандистами африканской самостоятельности и приветствовали освобождение континента от колониальной зависимости. Но очень скоро новые независимые республики ощутили зависимость нового типа – от военной и экономической помощи СССР и США, стремившихся заручиться лояльностью африканских диктаторов и готовых ради этой лояльности поступиться любыми принципами свободы и народовластия, социализма и рыночной экономики. И демократические США, и социалистический СССР поддерживали самых жутких тиранов Африки в борьбе за своё влияние: в активе «друзей Америки» тоталитарный диктатор Заира Джозеф Мобуту и серийный убийца Иди Амин из Уганды, а среди «друзей Советского Союза» – кровавый полковник Менгисту из Эфиопии и гвинейский деспот Секу Туре.

После распада СССР ситуация резко изменилась: советские союзники в Африке либо пережили болезненную смену власти, либо с лёгкой душой отказались от строительства социализма. Казалось, что капиталистическая система окончательно победила на пространстве от Каира до Кейптауна, и мировые державы на время утратили свой интерес к Африке. Однако уже в первые годы ХХI в. на африканской земле наметилось новое глобальное противостояние. За сферы экономического и политического влияния здесь схватились западноевропейские державы, Соединённые Штаты и растущий Китай. К концу первого десятилетия нового века на африканской почве среди прочих возросли интересы обосновавшихся здесь Индии, Бразилии, Турции, вновь появились и российские следы.

Стела со звездой – всё, что осталось от социалистической Эфиопии сегодня.

Китай начал свою активную экспансию в Африку ещё в эпоху Мао Цзэдуна, однако вплоть до начала ХХI в. она не приносила больших дивидендов, просто потому что была чересчур политизированной. В новом тысячелетии китайское проникновение на континент носит принципиально иной характер. Китайские инвестиции, технологии и помощь приходят уже не под лозунгом социализма – они вообще лишены каких-либо острых политических соусов. В отличие от стран Запада, китайцы даже символически не требуют от африканских лидеров соблюдения международных правил good governance, а именно уважения прав человека, свободных выборов, защиты окружающей среды и прочих символов западного образа жизни, к которым африканцы всегда относились весьма безразлично. Напротив, китайские инвестиции приходят сюда без предварительных политических условий, безвозмездно, в том числе и к тем режимам, которые Запад подвергает остракизму – например, в Зимбабве или Судане. По сути, единственным твёрдым условием Пекина становится отказ от признания Тайваня, и в этом КНР в последние годы весьма преуспела. Лишь четыре из десятков стран, некогда установивших отношения с Тайванем, остаются верны острову: это Буркина-Фасо, Гамбия, Сан-Томе и Принсипи и Свазиленд.

Китайские инвестиции в Африку затрагивают все основные секторы экономики.

Кроме того, китайцы вовсе не ограничивают свои инвестиции сферой разработки полезных ископаемых, как это традиционно делали европейцы. Китайские компании всячески подчёркивают своё отличие от белых колониалистов, веками эксплуатировавших природные богатства региона. Чтобы доказать это, КНР инвестирует в масштабные инфраструктурные проекты: строительство дорог, портов, гидроэлектростанций, сетей фиксированной и мобильной телефонной связи, социальных объектов. Кажется, скоро в Африке не останется ни одной столицы, где на средства Китая не построен гигантский стадион или не проложены шоссе. Это позволяет Поднебесной выстраивать значительно более позитивный имидж, чем странам ЕС и США, закоренелым империалистам в глазах любого африканца. Однако природные ресурсы, конечно, КНР при этом далеко не отвергает: 20 % всех китайских инвестиций направляется в сферу добычи и транспортировки нефти и газа, ещё 25 % – в разработку месторождений железной и медной руды, других полезных ископаемых. До 2015 г. китайские компании вложили в Африку не менее 100 млрд долл., но только в одном этом 2015 г. планируются инвестиции в 50 млрд долл. Помимо минеральных ресурсов, это позволит КНР пристраивать миллионы собственных рабочих на строительстве объектов в Африке. Многие из них поселятся впоследствии в африканских городах, формируя китайские диаспоры.

В то же самое время Китай обильно кредитует африканские экономики безвозмездными ссудами на миллиарды долларов. С помощью таких щедрых кредитов он открывает для своих предприятий густонаселённые африканские рынки, наводняя их недорогими промышленными товарами собственного производства. Объём товарооборота между Китаем и странами Африки с 6 млрд долл. в 1995 г. вырос к 2015 г. до 300 млрд, КНР сегодня является основным торговым партнёром всех крупнейших экономик континента.

Сегодня в Африке находится ок. 3000 китайских солдат – они служат в миротворческих соединениях ООН в горячих точках континента. Но миг, когда здесь появятся китайские военные базы, может наступить весьма скоро: это желание было впервые заявлено Китаем в 2007 г. В качестве регионов их размещения рассматриваются суданский Дарфур и район нижнего течения р. Нигер в Нигерии. Если это случится, Китай фактически перейдёт от экономической к военно-политической экспансии в Африку, важность которой для своей внешней политики КНР часто подчёркивает.

Все описанные процессы, произошедшие буквально за два десятилетия на глазах у изумлённых США и Европы, могут серьёзно угрожать геополитическим интересам Запада на континенте. Влияние западных стран в отдельных районах Африки уже стремительно падает. В 2008 г. МВФ планировал выделение Анголе крупного кредита и, как обычно, обнёс его рядом жёстких условий. Накануне подписания договора западные чиновники узнали, что Ангола получила 2 млрд долл. от КНР безо всяких условий и в помощи Запада более не нуждается. Позже от денег МВФ в пользу китайских ссуд отказались и другие страны Тропической Африки. Режимы, неугодные США, вроде гвинейской хунты или президента Зимбабве Роберта Мугабе, активно передают права на свои месторождения китайцам. Опорными пунктами китайского влияния в Африке остаются Алжир, Гана, Нигерия, Ангола и Замбия.

На пути китайской экспансии Западу сложно выставить какой-либо эффективный заслон. Экономическая выгода африканских стран от сотрудничества с КНР вполне очевидна, да и моральный аспект нельза снимать со счетов, в то время как в условиях экономических трудностей последних лет Западу всё сложнее конкурировать с Китаем при помощи финансов. В этих условиях США и Евросоюз, похоже, делают ставку на политические инструменты противодействия КНР.

Гражданская война и интервенция в Ливии, свержение режима Каддафи нанесли чувствительный удар по позициям Китая в Африке. К марту 2011 г. в Ливии работали 75 китайских компаний с персоналом в 30 тыс. специалистов, а объём заключённых инвестиционных контрактов достиг 18 млрд долл. Большинство проектов было сосредоточено в нефтяном секторе страны. Отношения между КНР и полковником Каддафи были безоблачными. Смена власти в стране вынудила Китай эвакуировать свои проекты и привела к миллиардным потерям для него. Весьма вероятно, что место КНР в Ливии может занять Запад – если, конечно, ему удастся справиться с бесконтрольным разрастанием гражданской войны в стране.

Следующий мощный удар по экономическим интересам Китая был нанесён в Судане, который считается одним из стратегических союзников КНР на континенте. Провозглашение независимости Южного Судана стало мощной внешнеполитической победой США, которые в течение десятилетий снабжали Народную армию освобождения Судана, воевавшую против прокитайского правительства. Судан являлся одним из крупнейших поставщиков нефти в Китай, но теперь большая часть месторождений оказалась на территории Южного Судана, фактически подконтрольного США.

Сама транспортировка нефти из Судана в КНР через Аравийское море всё ещё остаётся нестабильной из-за действий сомалийских пиратов, пик которых пришёлся на 2007–2011 гг. Крупный ущерб нефтеперевозкам в Китай и весьма пассивная позиция западного сообщества по вопросу борьбы с пиратством заставили многих экспертов и журналистов делать выводы о том, что пираты активно используются США в борьбе с экономической экспансией Китая в Африку. Сомалийским пиратам, о которых мы уже рассказывали ранее, удалось получить выкупов на сотни миллионов долларов, прежде чем совместными усилиями многих стран морские пути удалось в целом обезопасить.

Продолжается геополитическая борьба за ресурсы и на западе Африки. В дельте Нигера, где стараются обосноваться крупнейшие китайские нефтедобывающие компании, продолжается активная деятельность повстанческих группировок, которые, как полагают, могут спонсироваться Западом. Во всяком случае, заявление повстанцев о том, что, «если китайцы войдут в нефтяную отрасль Нигерии, это будет бедствием для нефтеносных районов», вполне соответствует интересам западных компаний, давно работающих в этом регионе. Вооружённые группировки в дельте Нигера контролируют, по некоторым данным, до 20 % всей добычи нефти в стране, и продаётся она контрабандой прежде всего на западные рынки.

Местное противодействие растущему китайскому влиянию тоже используется в политических целях. В 2006 г. президент ЮАР Мбеки наложил ограничения на поставку дешёвых китайских текстильных изделий в страну, заявив, что импорт подорвал местную промышленность, а «Китай может стать новой колониальной державой». Эти новости были активно транслированы крупнейшими западными СМИ, хотя и не имели особенного экономического эффекта – уже вскоре Китай стал лидирующим торговым партнёром ЮАР. В том же 2006 г. на выборах в Замбии западные державы поддержали оппозиционного кандидата, выступавшего за ограничение китайского засилья в добывающей промышленности. Однако выборы выиграл действующий президент, ориентирующийся на КНР.

В отличие от Китая, делающего ставку на денежные вливания, и США, использующих преимущественно закулисные политические комбинации для достижения своих целей, Франция – самый яркий европейский игрок в сегодняшней африканской политике – продолжает опираться на боевые вертолёты. Оставив свою колониальную империю африканцам, Франция продолжает активно вмешиваться в политические процессы во франкофонных странах, гарантируя свои интересы на континенте. Только с 1962 по 1995 г. французские войска 19 раз осуществляли интервенцию в страны Африки для того, чтобы оказать содействие лояльным режимам или подавить очередной мятеж. Несмотря на стойкую неприязнь к себе со стороны простых африканцев практически по всему континенту, этот подход обеспечивал Франции лояльность элит и долгосрочные экономические интересы. Французская энергетика, например, на треть зависит от поставок уранового топлива из Нигера, что обусловило участие французских войск в подавлении восстания туарегов в стране в 2009 г.

Французские десантники в Центральной Африке продолжают оставаться важнейшим политическим фактором.

В последние годы участие Франции в урегулировании политических разногласий в странах Западной Африки вновь активизировалось. Её войска поставили решающую точку в гражданской войне в Кот-д’Ивуаре в 2011 г., захватив в плен президента страны Лорана Гбагбо. В следующем году французские десантники спасли от неминуемого поражения армию Мали после того, как половина страны была захвачена воинственными туарегами и исламистами из Ливии. В 2012–2014 гг. французы участвовали в гражданской войне в ЦАР и остаются важным фактором политического спокойствия в Чаде. Военные базы Франции сохраняются в Габоне, Джибути, Сенегале и на Мадагаскаре. Все указанные страны, бывшие колонии Франции, продолжают оставаться в её политической и экономической орбите.

В отличие от Франции, Великобритания удерживает позиции в Африке с помощью инвестиций. За десятилетие с 2003 по 2013 г. британские компании осуществили на континенте сделок на сумму более 30 млрд. Английские войска не проводят громких операций на континенте, как французы, однако удерживают свои бывшие колонии даже более эффективно с помощью экономических рычагов. Однако, не обладая таким ресурсом, как Китай или США, Англия не будет в состоянии поддерживать свои экономические позиции и обречена уступать всё больше влияния. После разрыва с режимом Мугабе в Зимбабве англичанам не удалось сменить его на посту президента, что поставило крест на некогда масштабных британских инвестициях в Зимбабве. Хотя в политическом ракурсе отношения с ЮАР также продолжают оставаться весьма натянутыми, в экономическом отношении эти страны по прежнему близки. В своих прежних колониях Великобритания сегодня практически не имеет политического веса, хотя целый ряд стран Южной, Восточной и Западной Африки по-прежнему объединены в Содружество наций (в ХХI в. его покинули Зимбабве и Гамбия). Британское влияние сохраняется в странах Восточной Африки – Уганде, Кении и Танзании.

В этой ситуации одним из самых интересных вопросов становится вопрос о том, какую роль на африканском континенте будет играть Россия.

РОССИЙСКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ.

В последние месяцы Россия наращивает разведку и производство газа в Алжире и других уголках Африки… Западной Европе стоит очень сильно обеспокоиться. Издание U.S. News, 25.04.2014

Советский Союз делал очень большую ставку на Африку. В начале 1960-х гг. казалось, что весь континент, как один человек, поднимается на борьбу с колониализмом (а значит, с капиталистическим Западом), вот-вот стряхнёт он путы рабства и твёрдой ногой станет на светлый путь строительства народного социализма.

Эти мечты сбылись лишь в очень небольшой степени. Несмотря на то что ради получения советской финансовой и материальной помощи многие страны декларировали свою социалистическую ориентацию, на деле они не стремились ни осуществлять эффективных социальных преобразований, ни становиться под знамя социалистического лагеря. Многие страны постоянно метались от СССР к США и обратно лишь под влиянием политической конъюнктуры, и закрепить за собой союзников Советскому Союзу надолго не удавалось. В 1960-е с убийством Патриса Лумумбы было потеряно Конго (Заир), попавшее под контроль США и Западной Европы; в 1970-е после смерти Гамаля Абдель Насера резко сменил ориентацию некогда дружественный Москве Египет, был убит лидер Гвинеи-Бисау Амилькар Кабрал, а сомалийский президент Сиад Барре вдрызг рассорился с Советским Союзом. В 1980-е гг. ушёл в отставку идеолог танзанийского социализма Джулиус Ньерере, умер гвинейский диктатор и некогда друг СССР Секу Туре, погиб в авиакатастрофе мозамбикский лидер Самора Машел.

Были и крупные победы: например, приход к власти в Эфиопии офицеров-марксистов в 1977 г., победа «марксизма-ленинизма» в Конго, Бенине и на Сейшельских островах, поражение США и ЮАР в ожесточённой войне в Анголе в 1980-е, где им противостояли советские специалисты и кубинские войска. Однако все дружественные Советскому Союзу режимы либо рухнули, либо мгновенно отказались от идей Маркса и Ленина после того, как экономическая помощь от СССР иссякла. Одной из крупнейших побед советской политики в Африке было падение режима апартеида в ЮАР и приход к власти Нельсона Манделы и Африканского национального конгресса, которому Советский Союз помогал в течение многих лет. Но после 1991 г. Россия фактически добровольно самоустранилась от африканской политики, пытаясь решить более насущные внутриполитические задачи, и задумалась о возвращении лишь десятилетия спустя, когда её место в Африке было уже занято новыми игроками.

Россия в Африке представлена растущим числом промышленных корпораций.

В настоящий момент африканской политики у России нет. Присутствие России на этом огромном и перспективном континенте связано преимущественно с запланированным расширением сотрудничества с Южной Африкой в рамках объединения БРИКС, а также международной деятельностью крупнейших российских корпораций. У них самих тоже не всегда есть внятная стратегия развития бизнеса в Африке, а зачастую интересы компаний обусловлены личными пристрастиями их руководящего менеджмента к африканскому сафари и охоте. В тех же случаях, когда стратегия действительно существует, она не является частью общего и четко определенного национального плана работы на африканском континенте. Политический капитал, наработанный благодаря поддержке Советским Союзом национально-освободительных движений, во многом утрачен. Лидеры, пользовавшиеся помощью и поддержкой Москвы, обучавшиеся в СССР, постепенно уходят с политической сцены (одним из последних стал Хосни Мубарак в Египте, свергнутый «исламской весной» 2011 г.); рычаги управления и во власти, и в бизнесе переходят к новому поколению, для которого Россия означает не больше, чем любая другая крупная страна, о которой следует судить по ее конкретным действиям «здесь и сейчас». Такой же подход существует и к российскому бизнесу, который зачастую проявляет себя на африканском континенте не лучшим образом.

Русский ресторан на окраине Бамако: пока российские инвестиции в Африке выглядят весьма скромно.

Острая и постоянно усиливающаяся конкуренция за доступ к африканским ресурсам, настороженное отношение к российским компаниям из-за невыполнения российскими бизнес-структурами договоренностей и обязательств, специфика внутриполитического развития стран и властных структур затрудняют проникновение российского бизнеса на рынки Африки, однако не закрывают эту дверь полностью.

Два десятилетия, прошедшие с момента крушения апартеида в Южной Африке и прихода к власти правительства чернокожего большинства, отдалили Россию и ЮАР друг от друга. Возобновление интереса к налаживанию российско-южноафриканских отношений основано на объективных экономических и политических предпосылках, обусловленных ростом экономик России и ЮАР в современном мире, а также началом нового острого противостояния между Россией и Западом. Начало новому африканскому этапу в российской дипломатии положили визиты президентов России Владимира Путина и Дмитрия Медведева в Марокко, ЮАР, Ливию, Алжир, Анголу, Намибию, Нигерию, Египет. Первым визитом российского лидера в южную часть континента стала поездка Владимира Путина в ЮАР в 2006 г. И хотя ситуация в Африке с тех пор уже сильно изменилась, сформулированные тогда основные направления политического и экономического сотрудничества остаются актуальными.

Торговля России с африканскими странами все еще развита слабо и до последнего времени на три четверти осуществлялась лишь с Северной Африкой. Но сегодня расширяется круг африканских государств, с которыми налаживается инвестиционное сотрудничество – Экваториальная Гвинея, Ботсвана, Гана, Либерия, Сьерра-Леоне. ЮАР заинтересована не только в импорте высокотехнологичных российских товаров, но и в их совместном производстве. Отношения между двумя странами – членами объединения БРИКС в истории долго не складывались. В конце ХIХ в. была предпринята попытка открытия российского посольства в Трансваале, прерванная после завоевания республики Великобританией. В 1942 г. по инициативе фельдмаршала Смэтса были установлены консульские отношения, расторгнутые в 1956 г. Но сегодня отношения вновь идут в гору, и Россия уже занимает 12-е место по количеству инвестиционных проектов в ЮАР.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

ЯН ХРИСТИАН СМЭТС (1870–1950) – южноафриканский государственный деятель, премьер-министр Южно-Африканского Союза, фельдмаршал и мыслитель, основатель течения холизма в современной философии.

В молодости Смэтс командовал отрядом буров во время Англобурской войны (1899–1902), участвовал в партизанских действиях против англичан. А уже спустя лишь 12 лет он стал командующим британской армией в Восточной Африке и активно сражался с немцами, став затем военным министром ЮАС. Он представлял страну на Версальской конференции по итогам Первой мировой, не подозревая, что ему предстоит стать единственным человеком, поставившим подпись под мирными договорами, завершившими и Первую, и Вторую мировые войны. Одним из величайших его международных достижений стало участие в создании Лиги Наций в 1919 г., разработка и утверждение устава которой были возложены именно на Смэтса. А позднее он призвал к формированию новой международной организации для мира – Организации Объединённых Наций – и написал преамбулу уже к её уставу.

В 1941 г. Смэтс стал фельдмаршалом британской армии и работал в Имперском военном кабинете под руководством Черчилля. Он стремился перестроить отношения между Великобританией и колониями, работал над созданием Британского Содружества наций. Но при всём стремлении разработать новую эффективную систему международных отношений внутри страны Смэтс до конца жизни оставался убеждённым расистом, за что его дружно осуждали и в Америке, и в Европе, и в СССР. Несмотря на установление отношений между ЮАС и Советским Союзом в 1942 г., Смэтс стал первым западным политиком, призвавшим к созданию антисоветского блока после Второй мировой войны.

В перерывах между политическими и военными делами Смэтс был выдающимся философом: он разработал концепцию холизма, которая синтезировала в себе как идеалистическое, так и материалистическое начало. Холизм символизирует принцип целостности, где часть подчиняется целому. В 1926 г. Смэтс издал основополагающий труд холизма – трактат «Холизм и эволюция». Слово «холизм» он изобрел сам, определив его как «природную тенденцию создавать целые формы, превосходящие по значению и составу сумму их частей».

В преклонном возрасте, удалившись с поста премьер-министра ЮАС, Смэтс занялся тем, что выучил наизусть около 5000 книг.

России нужна Африка. В нашей стране, лишившейся множества месторождений минеральных ресурсов после распада СССР, растет дефицит таких полезных ископаемых, как марганец, хром, бокситы, цинк и олово. Таким образом, экспансия российских компаний в Африке не только перспективна с точки зрения укрепления их позиций, но и востребована, чтобы обеспечить доступное сырье для отечественного производства. В то же время Россию не в той мере интересуют вопросы импорта из Африки необработанного минерального сырья, как это интересует США, Китай и Индию. Ведь экономика нашей страны лишена критической зависимости от ее ресурсов и этим выгодно отличается от конкурентов.

Российский бизнес в Африке представлен как государственными, так и частными корпорациями. Среди них – нефтяные гиганты «Роснефть» и «Лукойл», алюминиевый «РусАл», газовый «Газпром», металлургические «Норникель» и «Ренова», а также «Алроса», «Рособоронэкспорт», «Росатом». В Ливии до недавнего времени много работало «РЖД», в Северной Африке сильны позиции телекоммуникационного «Вымпелкома». Однако, хотя спектр экономического взаимодействия расширился, на долю Африки приходится всего лишь 1,5 % всех зарубежных инвестиций России. Россия активно списывает задолженность африканским странам: в 2008–2012 гг. она простила долги африканским партнёрам на сумму более 36 млрд долл.

Наша страна может добиться успеха в экономической экспансии в Африку и благодаря независимому положению на международной арене, которое позволяет африканским властям расширять число иностранных партнеров. Так, например, о планах строительства нефтепровода из Мозамбика в Зимбабве (с возможными ответвлениями в Замбию, Малави и Ботсвану) заявляла «Роснефть». В таких стратегических проектах экономика и дипломатия действуют параллельно, но для российского бизнеса крайне важно научиться работать в Африке с учетом особенностей региона, уважения национальных интересов, культуры и традиций той или иной страны. Этого добиться крайне сложно, потому что образованных специалистов по Африке в России по-прежнему мало.

Российские врачи в Западной Африке весьма активно участвуют в борьбе с вирусом Эбола.

Однако этого, конечно, недостаточно для завоевания прочных позиций в Африке. Советский Союз был для африканцев не только донором – он ковал элиту без преувеличения для всего континента. В советских вузах учились президенты Экваториальной Гвинеи, Сомали, ЮАР, Египта, ЦАР, сотни будущих генералов, министров, учёных, послов. С любовью из России возвращались все те, кому предстояло определять политику своих стран на протяжении десятилетий, и многие из них до сих пор весьма влиятельны. В российских вузах и сегодня учатся свыше 8 тыс. студентов из Африки, больше половины из них – бесплатно. А сколько врачей, пилотов, инженеров из СССР и России работали и продолжают ещё работать в странах Африки, помогая её жителям своей высокой квалификацией, своими талантами. Для миллионов африканцев Россия – больше чем просто крупная держава. Это ностальгия по молодости, это спасённые докторами жизни, это десятки крупных инфраструктурных проектов, это, в конце концов, настоящий старый друг. Сохранить старых и ковать новых друзей в Африке – задача, стоящая перед современной Россией.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Давидсон А. Б. (ред.). История Африки в биографиях.

М.: РГГУ, 2012.

Прекрасная коллекция подробных биографий наиболее ярких личностей в истории Африки – политических лидеров, общественных деятелей, вождей и героев, деятелей науки и культуры – всех тех, кто своими судьбами сделал изучение африканской истории таким интересным.

Коновалов И. П., Шубин В. Г. Современная Африка: войны и оружие.

Пушкино: ЦСИ, 2013.

Книга содержит краткие очерки всех значимых вооружённых конфликтов Африки в 1950-х – 2000-х гг., а также богатую коллекцию сведений и фотографий вооружения, с помощью которого эти конфликты велись и ведутся по сей день. Авторы особо отмечают, что в книге не перечислено оружие времён Первой мировой, но это, пожалуй, единственный недостаток работы.

Кутзее Дж. Бесчестье.

М.: Амфора, 2005.

Роман южноафриканского писателя, удостоенный Букеровской премии, лауреат Нобелевской премии по литературе. Действие разворачивается в постапартеидовской ЮАР и повествует о жизни профессора университета, потерявшего репутацию и работу из-за связи со студенткой. Он покидает Кейптаун и поселяется у своей дочери, лесбиянки Люси. Сюжет, вполне в духе «Униженных и оскорбленных», обязательно западёт в душу российским читательницам.

Шубин В. Г. Горячая холодная война.

М.: ЯСК, 2013.

Книга посвящена национально-освободительному движению на Юге Африки в период холодной войны и роли советских специалистов в поддержке этого движения. Она основана на отечественных и зарубежных архивных документах, воспоминаниях участников событий и личном опыте автора, одного из ведущих российских африканистов.

Arnold G. Africa: A Modern History.

Atlantic Books, 2006.

Весьма популярная на Западе книга о том, как африканские борцы за свободу превращались в тоталитарных диктаторов, а мечты о богатстве и равноправии тонули в крови гражданских войн и слезах голода. О дестабилизирующей роли Запада, об экономических проблемах и островках стабильности на африканском континенте – и всё это весьма увлекательным языком.

Mandela N. Long Walk to Freedom.

South Africa: Macdonaldo Purnell, 1995.

Как и сама жизнь выдающегося африканского лидера, книга глубока, ярка и впечатляюще познавательна для понимания того, что такое свобода и права человека. Это хроника жизни, начиная с детства будущего Нобелевского лауреата в деревне и вплоть до его вступления в должность первого демократически избранного президента Южной Африки.

Meredith M.

The State of Africa: a History of 50 Years of Independence.

Free Press, 2005.

Профессиональное, хотя и слегка агрессивное, исследование новейшей политической истории Африки поражает обилием интересных фактов, шокирующих цифр и ярких цитат. Пятьдесят лет независимости проходят перед читателем красочным, но и весьма трагическим спектаклем, главные действующие лица которого определяли судьбы народов Африки.

Народы и языки.

Язык их не похож ни на какой другой: они издают звуки, подобные писку летучих мышей. Геродот. История. V в. до н. э.

Несмотря на давнее знакомство с Африкой и её обитателями, европейская наука до самого недавнего времени поразительно мало знала о народах и языках континента. Даже сегодня в Тропической Африке случаются находки ранее неизвестных этносов и языков, а некоторые языки древности до сих пор не прочитаны. По количеству и народностей, и языков Африка лидирует среди континентов, а тот факт, что развитие современного человека начало свой путь именно отсюда, придаёт особой остроты поискам остатков или следов «общего предка» или «праязыка человечества», которые ищут (и иногда находят) в Африке.

В этой главе мы познакомимся с самыми интересными особенностями этнической и языковой карты африканского континента.

ГРУППА, ПЛЕМЯ И НАРОД.

Раньше принято было думать, что мир разделён искони на низшие и высшие расы, на чёрных и белых. И. В. Сталин. 1927 г.

Классификация африканцев по племенам, народностям, расам и языкам возникла только после появления здесь европейцев: для самих жителей Чёрного континента она явилась совершенным сюрпризом.

Доколониальная Африка представляла собой пёструю мозаику этнических групп, государственных и предгосударственных образований, племенных объединений, подверженную постоянным и быстрым изменениям. Понятий политической карты, этнических и языковых границ, национального самосознания в традиционной Африке не существовало. Народы и народности возникали и исчезали вследствие миграций, войн, эпидемий, создания и распада государств и племенных союзов. Они могли объединять людей разной культуры, языка и даже цвета кожи. И только европейская наука, обосновавшись в Африке со второй половины ХIХ в., начала ожесточённый спор о критериях, на основании которых можно выделять здесь понятия «племени», «народа» или «этноса». Спор этот продолжается по сей день.

Одним из главных факторов, всегда служивших важным подспорьем для учёных-этнографов, стал тип хозяйства. Ведь несмотря на то что более 40 % африканцев проживает сегодня в городах, каждый горожанин прекрасно знает, к какому именно типу принадлежит его родная община, что делали и чем жили его предки. Различные научные школы выделяют множество разновидностей хозяйствования, но с «птичьего полёта» их всего шесть: охота и собирательство, рыболовство, обработка земли, скотоводство, торговля и ремесло.

Небольшие этнические группы, а таких в Африке абсолютное большинство, как правило, целиком принадлежат к одному из перечисленных типов. Так достигается очень чёткое, ярко выраженное распределение труда между народами, позволяющее им обмениваться результатами своего труда. Те, кто родился в скотоводческой общине, почти не имеет шансов стать земледельцем, кузнецом или рыбаком, так что этническое разнообразие Африки отчасти напоминает кастовое распределение. Нередко тип хозяйства – это основной критерий, позволяющий отличить группы людей друг от друга. Например, скотоводы хамар и кузнецы башада в Эфиопии говорят на одном языке, практически неотличимы внешне и имеют очень схожую культуру, но никогда не смешиваются именно потому, что тип их хозяйствования кардинально различается.

Африку отличает удивительное многообразие этнических и языковых разновидностей.

Переход народности от одного типа деятельности к другой возможен в условиях кризиса. Охотники лесов, вытесняемые властями из заповедников, принудительно приобщаются к земледелию. Народ каро на берегах восточноафриканской реки Омо ещё несколько лет назад был скотоводческим, но жестокая эпидемия сонной болезни, вызванная мухой цеце, уничтожила почти весь их скот, так что каро пришлось осесть на плодородных берегах реки и перейти к земледелию – в наши дни они учатся выращивать кукурузу на заливных поймах. Вероятно, нечто похожее имело место и в древности у различных народов Африки: например, народ бозо в Мали живёт в основном рыболовством, однако их тотемным животным является бык. Весьма вероятно, что некогда предки бозо были скотоводами, однако неведомые нам события древности привели их на острова внутренней дельты Нигера, где они стали прославленными рыбаками.

По устоявшейся культурной традиции, общепринятой почти повсюду в Африке, на вершине неписаной общественной иерархии находятся скотоводы. Они считают себя самым «благородным» народом – точка зрения, долгое время разделявшаяся в европейской литературе, – и смотрят на своих соседей сверху вниз. Агрессивные и мобильные группы скотоводов довольно часто в африканской истории диктовали свою волю народам саванны и лесной зоны, захватывая и порабощая земледельцев, грабя и разоряя целые империи. Их презрительное отношение к тем, кто живёт плодами земли, во многом объяснялось неспособностью последних защитить себя от набегов: воинственные кочевники чаще всего одерживали верх над оседлыми народами.

Кроме того, скотоводы никогда не понимали высшей ценности земли для тех, кто её обрабатывает. В самом деле, какой толк в богатстве, которого нельзя унести с собой, перевести на другое место, как стада коров? Какой толк в земле, которая сама по себе ничего не стоит, ведь вся её стоимость состоит из вложенного труда? Какой резон дорожить землёй, которую ежедневно и круглый год приходится обрабатывать ради урожая, в то время как скот растёт и размножается сам по себе и ухода почти не требует? И как можно доверять земле, если при всех титанических усилиях отдача всегда зависит от прихоти дождя и солнца?

Неравные союзы скотоводов и земледельцев существовали в разных регионах Африки. Стремление кочевников разнообразить свой рацион за счёт растительной пищи, а одежду из шкур сменить на более удобные ткани приводило не только к мирному обмену товарами, но и к завоеваниям. Туареги Сахары много веков назад поработили группы оазисных земледельцев, которых здесь называют харратинами. Сегодня это «оседлые туареги», воспринявшие язык своих хозяев, – их вполне логично считать особым народом. В Руанде пришедшие с севера скотоводы тутси веками эксплуатировали более многочисленных, но миролюбивых земледельцев хуту, хотя языковые и внешние различия между ними за это время практически стёрлись. Попытка хуту поменять правила игра, поддержанная в середине ХХ в. колониальными властями, привела к кровавым войнам и самому массовому геноциду в истории Африки. По соседству с Руандой такой же взрывоопасный «мезальянс» существовал между скотоводами хима и земледельцами ленду и иру. А в Западной Африке земледельческие народы веками страдали от набегов скотоводов Сахеля – туарегов, фульбе и прочих, – которые внесли солидный вклад в развитие работорговли в Африке.

Скотовод акан ведёт стадо домой с пастбища, Гана.

Большинство скотоводческих народов Африки проживает в полупустынном поясе Сахеля и в обширных саваннах по обе стороны экватора. Их жизнь обеспечивает крупный рогатый скот – огромные стада коров, которые считаются главным богатством семьи и символом престижа. Их редко режут на мясо и не стараются добыть побольше молока: важна не продуктивность стада, а количество голов. Чтобы сберечь стадо, готтентот Намибии никогда не берётся за нож, а мясо добывает только охотой. Любое иное имущество скотоводами презирается – у суданских динка, к примеру, ничего, кроме бус, не живёт дольше одного поколения.

В 2007–2008 ГГ. БЮДЖЕТ ЭФИОПИИ НА 90 % СОСТОЯЛ ИЗ ИНОСТРАННОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ. ЦЕЛЫЙ РЯД СТРАН ТРОПИЧЕСКОЙ АФРИКИ С 1970 Г. НА 70 % ДОТИРУЕТСЯ МЕЖДУНАРОДНЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ И ИНОСТРАННЫМИ ПРАВИТЕЛЬСТВАМИ.

На севере и юге Африки, а также в некоторых районах саванны пасут также овец, а в более засушливых районах преобладают козы, которые от недостатка подножного корма прибегают подчас к удивительным ухищрениям: например, в Южном Марокко козы приноровились залезать высоко на аргановые деревья в поисках свежей листвы. Туареги Сахары пасут в основном верблюдов, которые служат им прежде всего для переправки товаров через пустыню. Чтобы прокормить стада, многие народности вынуждены кочевать на десятки километров, балансируя между сезонами и нередко не обращая внимания на государственные границы. Скотоводы оромо в Восточной Африке перемещаются по территории Кении, Эфиопии и Сомали, подчас даже не зная, в какой стране они сегодня пасут свои стада.

Для жителей саванны нет большего богатства, чем стадо.

Помимо соображений престижа, скот используется для изготовления одежды и обуви, на воловьих шкурах кочевники спят и отделывают ими жилища, а из коровьих рогов изготавливают сосуды и орудия. Козьи шкуры и овечья шерсть, конечно, тоже идут в хозяйство, а жители Сахары делают из шкур свои дома.

Земледельцев Африки можно разделить на две большие группы по их основному продукту – зерно в саванне и корнеплоды в лесной зоне. При этом ни те ни другие практически не используют плуга, разве что в Северной Африке и Эфиопии, и работают исключительно мотыгой. Причина этого проста: для плуга нужен тягловый скот, а его в тропических областях очень берегут. У некоторых земледельческих народов, впрочем, принято держать коров и коз – обычно уход за ними является мужским делом, в то время как женщины работают в поле. Мелких домашних животных также редко выращивают на мясо или молоко (даже яйца в Тропической Африке собирают только для продажи европейцам), но зато они помогают справиться с мусором. Житель гвинейской деревни бросает очистки и остатки еды прямо на улице: он знает, что через десять минут мусор оперативно «уберут» собаки, козы и куры, и дорога снова станет в буквальном смысле вылизанной дочиста.

Земледельцы поддерживают отношения сотрудничества с соседними племенами охотников-собирателей, рыболовов, а из своей среды выделяют особые касты ремесленников, которые со временем становятся отдельными народностями. Одними из самых интересных народов в Африке считаются кузнецы и гончары, представители ремесленного типа хозяйства. В Африке к ним принято относиться одновременно с уважением, превосходством и страхом. Как скотоводы, так и земледельцы саванн часто используют кузнецов в качестве рабов, однако верят при этом, что кузнецы обладают навыками колдовства, общаются с духами и могут серьёзно навредить обидчику. Поэтому деревни кузнецов принято обходить стороной, земледелец никогда не отдаст кузнецу свою дочь, а в мифологии они фигурируют как ближайшие помощники духов и небожителей, обладающие навыками колдовства.

Кузнец для большинства африканцев сродни настоящему чародею.

Схожее отношение в Африке сохраняется и к малочисленным общинам охотников саванн, пустынь и экваториального леса. Охотники (в науке более принят термин «охотники-собиратели», потому что ничего не собирающих охотников на свете не существует) ещё несколько столетий назад занимали большую часть континента, но сегодня, как и повсюду в мире, эта поистине древнейшая на свете профессия сохраняется лишь в самых удалённых, наименее пригодных для жизни районах континента. Численность охотников постоянно и быстро сокращается, но зато к ним относятся несколько самых интересных народов африканского континента. Это пигмеи экваториального леса (Конго, Уганда, Руанда, Габон, Камерун), реликтовые племена охотников восточноафриканских саванн (Кения и Танзания), которых местные жители именуют доробо, и несколько народностей южноафриканских пустынь Намиб и Калахари, в том числе народы сан в Ботсване и Намибии (более известные как бушмены), чимба в Намибии и квиси в Анголе.

Охотники живут небольшими мобильными семейными группами и имеют самое неприхотливое хозяйство. Вынужденные постоянно кочевать в поисках быстро исчезающей пищи, они строят только временные убежища и не имеют практически никакого движимого имущества, кроме оружия и некоторой простейшей утвари. Пока мужчины находятся на охоте, женщины занимаются сбором диких плодов, мёда и личинок, ловлей речных креветок. Дети также помогают им в этом: с десяти лет они живут вполне самостоятельной жизнью. Несмотря на гордое название охотников, в действительности семьи пигмеев и бушменов живут на 80 % плодами женского и детского собирательства. В отсутствие открытых источников питьевой воды бушмены выжимают сок из корней пустынных растений. Для ночёвки они используют шалаши, в то время как пигмеи предпочитают проводить ночь либо в травяных хижинах на деревьях, либо в пещерах, укрываясь листьями папоротника.

ЕЩЁ ДВА СТОЛЕТИЯ НАЗАД БУШМЕНЫ ЮЖНОЙ АФРИКИ С АЗАРТОМ ОХОТИЛИСЬ НА ФЕРМЕРСКИХ КОРОВ, НЕ ПОДОЗРЕВАЯ, ЧТО ЖИВОТНЫЕ ВООБЩЕ МОГУТ БЫТЬ ЧЬЕЙ-ТО СОБСТВЕННОСТЬЮ. С ОГОРОДОВ БЕЛЫХ ПЕРЕСЕЛЕНЦЕВ ОНИ ВЫКАПЫВАЛИ НЕЗРЕЛЫЙ БАТАТ И МОРКОВЬ, СЧИТАЯ ВСЁ ЭТО ДИКОРАСТУЩИМИ КОРЕНЬЯМИ. К СОЖАЛЕНИЮ, ЭТИ ФАКТЫ ЛИШЬ СЕГОДНЯ КАЖУТСЯ ЗАБАВНЫМИ – НА ПРОТЯЖЕНИИ СТОЛЕТИЙ НАИВНОСТЬ БУШМЕНОВ СТОИЛА ИМ МНОЖЕСТВА ЖИЗНЕЙ.

Чуть ниже мы ещё расскажем, как в сознании земледельцев охотничьи народы ассоциируются с могущественными гномами, как молва приписывает им знание языков зверей и птиц, умение исчезать и появляться в самых неожиданных местах. Считая лесных охотников существами низшего порядка, африканцы на самом деле всерьёз боятся обидеть их и стремятся избежать контакта с этими загадочными существами. Точно так же и пастухи юга Африки нередко предпочитают перегнать своё стадо на новое место, если видят неподалёку охотника-бушмена с его отравленными, бьющими без промаха стрелами.

Охотник тва демонстрирует приёмы, отработанные тысячелетиями.

Особняком в иерархии занятий стоит торговля, которую в Африке традиционно тоже представляют особые народности. Так как с древности самой выгодной торговлей являлся обмен товарами между Тропической Африкой и миром Ближнего Востока и Северной Африки, то и в восточной, и в западной части континента местные торговцы рано приняли ислам, облегчавший им взаимоотношения со средиземноморскими партнёрами (о том, как это происходило, мы уже рассказывали в главе «История»). По проторенным торговым путям через Сахару шли караваны туарегов и купцов сонгаи, а южнее их коллеги вангара и дьюла углублялись в леса Западной Африки в поисках рабов, золота и слоновой кости. В Восточной и Южной Африке доминирующим торговым этносом стали жившие на побережье суахили. Специализация на торговле, зародившаяся в глубоком прошлом, во многом сохраняется и сегодня: например, весь обмен валюты на центральном рынке Абиджана в Кот-д’Ивуаре контролируется торговцами народа дьюла, а туареги Сахары, как и тысячу лет назад, перевозят из пустыни огромные пласты соли на рынок Тимбукту.

Любой кризис, будь то война или засуха, способен в одночасье изменить этническую карту, складывавшуюся веками. На берегах озера Туркана в Восточной Африке около ста лет назад появляется народ даасанеч, объединивший мигрантов и беженцев различного происхождения. Среди них были как скотоводы, так и земледельцы, носители как кушитских, так и омотских, и нилотских языков. Они образовали кастовое общество, состоящее из нескольких племён или союзов деревень, безо всякого единого управления, однако все они и сегодня называют себя даасанеч и считают себя одним народом.

В Северной и отчасти Западной Африке основным критерием при классификации народов многие века оставалась религия, и жители делились на мусульман и язычников. Религия диктовала образ жизни, определяла культуру и этническую идентичность. Так, народы манинка, бамбара и дьюла в Западной Африке проживают рядом, говорят на одном языке и имеют единое происхождение, однако дьюла представляют собой купеческую касту, принявшую ислам для выгод торговли с государствами Северной Африки, а крестьяне манинка и бамбара исповедовали традиционные политеистические религии. При этом различие между ними лежит и в истории. Манинка считают себя потомками жителей средневековой империи Мали, а этнос бамбара образовался в одноимённом государстве на берегах Нигера в XVIII в.

Исторический критерий вполне привычен европейцам, ведь в Европе этносы также формировались внутри государств. Однако в Африке понятие государства имеет совершенно иную природу. Большинство государственных образований, возникавших в Африке начиная с раннего Средневековья, никогда не имели чётких границ и понятия гражданства. Они не задавались целью создать нацию, спаянную единым языком, как это происходило в Европе Нового времени: даже в Древнем Египте мирно уживались представители различных этнических групп, языковых сообществ и антропологических типов, и объединяло их только подданство фараону. Последнему, конечно, никогда не приходило в голову проводить переписи населения по этническому, расовому или языковому принципу. Многие учёные справедливо указывали на то, что понятия государства, его территории, правителя и народа в Африке идентичны. Так было у народа лози в Южной Африке, который считал своими соплеменниками всех тех, кто подчинялся единому вождю. В государстве Лунда правители усыновляли вождей завоёванных племён, которые – вместе со всем своим народом – в результате также становились лунда. Во многих случаях история народа, созданного великим вождём, завершается с его смертью. Так произошло, например, с государством Гаренганзе в Южной Африке: основанное вождём Мзири в 1856 г., оно стало гегемоном в регионе и исчезло безо всяких следов после гибели Мзири в 1891 г. В течение 35 лет его жители, говорившие на различных языках, называли себя гаренганзе, но уже в первые десятилетия ХХ в. такого народа на карте Африки не существовало.

Народ арборе, вероятно, является результатом недавнего смешения нескольких различных этносов, Эфиопия.

Народ сото стал одним из немногих, кому удалось создать своё государство и сохранить его поныне, Лесото.

А вот зулусский народ пережил своё царство. Когда великий вождь Чака объединил под своими знамёнами разрозненные народности юга Африки, все они стали называть себя зулу по имени племени вождя. Постепенно сформировался и язык зулу, и зулусская культура, хотя сегодня этому народу насчитывается менее 200 лет.

Там, где государства не зарождались, не было и понятий национальной принадлежности: здесь люди исконно жили родами, деревнями, союзами деревень. Большую роль играла религия: мои сородичи – это те, кто поклоняются духам моих предков. После колонизации Африки европейскими державами все эти критерии, характерные для традиционных обществ, но давно забытые в Европе, в большинстве случаев не были приняты во внимание. Перед европейскими администрациями встал вопрос о том, по каким признакам следует классифицировать народы Африки, где проводить границы между областями, как называть те или иные сообщества.

Сделано это было по-европейски решительно, болезненно и весьма топорно. Крупнейшим критерием для классификации стало понятие расы, которое включало не только антропологический тип – то есть совокупность биологических признаков, – но и культуру и образ жизнедеятельности народа. Например, в носители «хамитской расы» записали всех скотоводов саванны и кочевников Сахары, так что в «хамиты» попали и туареги, и масаи, и койсанские народы Южной Африки, не имеющие ничего общего ни в антропологическом, ни в языковом, ни в историческом плане.

Расы, в представлении колониальных администраторов того времени, следовало разделить на племена. Чиновникам было важно создать чёткую классификацию для облегчения управления территориями. «Каждое племя должно рассматриваться отдельно, – говорилось в инструкции английского чиновника в Восточной Африке в 1926 г. – И каждое племя должно иметь вождя». Небольшие группы были объединены в крупные племенные образования, хотя подчас имели между собой не самые лучшие взаимоотношения, веками враждуя. За многими новыми «племенами» были закреплены уничижительные названия, данные им соседями. Границы между новосозданными «племенами» рисовал какой-нибудь молодой чиновник, только что приехавший из метрополии руководить округом размером с пол-Франции и не имевший никакого представления о специфике этнической истории, языке, традициях и культуре своих подопечных. В результате одни народы оказались разрезанными между колониями, другие «записаны» в одну графу, а распределение по «племенам» подчас вообще не отражало ничего, кроме фантазии бюрократа. Один из племенных вождей в Замбии в середине ХХ в. заметил, что его соплеменники никогда не считали себя «соли» до тех пор, пока это имя не дал им колониальный администратор.

НАРОД СОМАЛИ ЖИВЁТ НА ТЕРРИТОРИИ ДЖИБУТИ, СОМАЛИ, КЕНИИ И ЭФИОПИИ. НАРОДЫ МАНО, ЛООМА И КПЕЛЛЕ ПРИМЕРНО ПОПОЛАМ РАЗДЕЛЕНЫ ГРАНИЦЕЙ МЕЖДУ ГВИНЕЕЙ И ЛИБЕРИЕЙ. А СКОТОВОДЫ ФУЛЬБЕ ПРОЖИВАЮТ НА ТЕРРИТОРИИ 11 СТРАН ЗАПАДНОЙ АФРИКИ.

Иногда в угоду европейцам несколько народов сливались в единый этнос, а иногда, наоборот, колонизаторам было выгодно разделить своих подданных, имевших единый язык и общую культуру, на несколько групп и провести между ними административную границу. В Нигерии таким образом был «создан» народ и язык йоруба, «диалекты» которого на самом деле представляют собой до десятка независимых языков. Кенийские народы, говорящие на языках группы нанди, были искусственно объединены в рамках этноса календжин, по схожей методике в Южной Африке был «сформирован» народ шона.

Чтобы разобраться в этом хаосе, потребовались десятилетия. Но постепенно научный подход возобладал, и основными критериями при классификации коренных африканских народов стали два: антропологический тип и язык.

Совокупность антропологических признаков – строение черепа, волосяной покров, цвет кожи и некоторые другие – в литературе ХIХ–ХХ вв. было принято называть расами. В последние десятилетия по разным политическим причинам термин «раса» стал в западной литературе едва ли не ругательным, однако в российской литературе это понятие по-прежнему используется.

В противоположность расхожему мнению, Африку населяют далеко не только представители негроидного типа. Крупных антропологических типов на континенте не меньше четырёх. Так, Северную Африку и большую часть Сахары населяют представители средиземноморского европеоидного типа (в западной литературе его именуют кавказским) – это арабы, берберы и туареги. Для народов этой части Африки, больше схожих по внешнему виду с жителями Южной Европы, Ближнего Востока и Аравии, характерны узкое и высокое лицо, прямой нос, светлая кожа, прямые или вьющиеся волосы. Предполагают, что средиземноморский тип даже зародился в Северной Африке, и оттуда его представители расселялись как по Азии, так и по Южной Европе.

Четыре основных типа африканцев далеко не исчерпывают её антропологического разнообразия.

Южнее Сахары господствует хорошо известный нам негроидный тип – негроидных народов в Африке большинство. Негроидов легко узнать по тёмной, иногда почти чёрной коже, курчавым волосам, широкому плоскому носу и толстым губам. Таково население почти всей Тропической Африки, хотя и негроиды делятся на несколько антропологических групп, заметно различающихся между собой.

В Экваториальной Африке и к югу от неё встречаются два других, менее известных типа: пигмоидный и койсаноидный. Внешность пигмеев разительно отличается от облика их соседей: прежде всего, конечно, чрезвычайно малым ростом (средний рост мужчины – 142 см), но также светло-коричневым цветом кожи, круглой формой головы, непропорционально большими глазами и сравнительно тонкими губами. Вполне вероятно, что пигмеи и негроиды происходят от единого предка, а разница в их облике объясняется средой, в которой вынуждены были тысячелетиями существовать пигмейские народы: в тёмном экваториальном лесу практически нет солнечного света и недостаточно пищи, что не могло не повлиять на рост и строение пигмеев. Сегодня последние группы пигмеев быстро ассимилируются соседними негроидными народами – это связано с тем, что они вынуждены выходить из лесов и наниматься на работу к соседям, жить в их деревнях. Любопытно, что девушки-пигмеи пользуются популярностью у негроидных женихов, а вот низкорослые мужчины-охотники сельских невест совсем не привлекают – выходить замуж за пигмея считается непрестижным.

САМЫМ ТЁМНЫМ – В БУКВАЛЬНОМ СМЫСЛЕ ЧЁРНЫМ – ЦВЕТОМ КОЖИ ОБЛАДАЮТ ЖИТЕЛИ СТРАН ЗАПАДНОЙ АФРИКИ: ГАМБИИ, СЕНЕГАЛА, ГВИНЕИ-БИСАУ. ДАЛЕЕ К ЮГУ И ВОСТОКУ ОТТЕНОК ПОСТЕПЕННО НАЧИНАЕТ СВЕТЛЕТЬ, А НЕГРОИДНОЕ НАСЕЛЕНИЕ ЮЖНОЙ АФРИКИ И ВОВСЕ ОТЛИЧАЕТСЯ ЯРКО-КОРИЧНЕВЫМ ЦВЕТОМ КОЖИ.

Наконец, в Южной Африке проживают койсаноиды, обычно называемые в литературе бушменами и готтентотами (эти названия по происхождению европейские). Кожа койсаноидов не чёрная, а скорее буро-желтоватая, рост небольшой, лицо довольно плоское с очень морщинистой кожей, тонкий нос. Одной из характерных черт лица является эпикантус – складка кожи над верхним веком, создающая узкий разрез глаз и делающая койсанцев похожими на монголоидных жителей Восточной Азии.

«Монголоидный» разрез глаз, хорошо заметный, например, во внешности президента ЮАР Нельсона Манделы, образовался в Африке независимо и с Восточной Азией никак не связан.

Между антропологическими типами существуют многочисленные переходные группы, образованные в результате многовекового смешения народов различного происхождения. К одной из таких групп, например, относятся жители Эфиопии и Сомали, имеющие в целом средиземноморские черты лица, но довольно тёмный цвет кожи и курчавые волосы. Особую группу образует народ фульбе в Западной Африке: их черты лица также показывают влияние средиземноморского типа, с представителями которого, по всей вероятности, успешно взаимодействовали предки фульбе в Сахаре. Существует и много других, иногда совсем небольших, групп смешанного типа, происхождение которых пока не изучено до конца.

ЖИТЕЛИ ОСТРОВА ЛАМУ У ПОБЕРЕЖЬЯ КЕНИИ СЧИТАЮТ СЕБЯ ПОТОМКАМИ КИТАЙСКИХ МОРЕПЛАВАТЕЛЕЙ, ПОТЕРПЕВШИХ КОРАБЛЕКРУШЕНИЕ У АФРИКАНСКИХ БЕРЕГОВ В 1415 Г., И МЕСТНЫХ ЖЕНЩИН. ЭТА ЛЕГЕНДА НЕОЖИДАННО ПОДТВЕРДИЛАСЬ, КОГДА НЕСКОЛЬКО ЛЕТ НАЗАД ГЕНЕТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОКАЗАЛ У НЕКОТОРЫХ ЖИТЕЛЕЙ ЛАМУ СЛЕДЫ ВОСТОЧНОАЗИАТСКОЙ КРОВИ.

Весьма вероятно, что много тысячелетий назад расселение народов, принадлежащих к различным типам, по Африке было совсем иным. При недостатке данных археологии об этом мы можем узнать благодаря другим наукам. Дело в том, что распределение между антропологическими типами жителей Африки поддерживается данными других наук, прежде всего генетикой и лингвистикой. Языкознание, кроме того, даёт возможность объяснить происхождение различных народов и заглянуть в далёкое прошлое Африки. В следующих разделах мы расскажем, какие удивительные факты открывают перед нами языки Африки.

СКОЛЬКО В АФРИКЕ ЯЗЫКОВ?

Здесь каждая гора населена отдельным племенем, говорящим особенным языком, имеющим особенные от других нравы. Е. П. Ковалевский о Судане, 1848 г.

Языковая карта Чёрного континента выглядит пёстрой и яркой, как оперение африканского зимородка. Здесь говорят на двух тысячах различных наречий – это треть всех известных на сегодняшний день языков мира. Не говоря уже о прочих загадках, количество языков Африки само по себе остаётся предметом научных споров: во многом потому, что лингвистика ещё не дала однозначного ответа на вопрос о том, где проходит граница между языком и диалектом. В Африке, как и на других континентах, это приводит к тому, что оба понятия играют политическую роль. Нередко носители двух разновидностей языка отлично понимают друг друга (например, жители Руанды и Бурунди), но предпочитают говорить о независимости своих языков друг от друга.

Чаще всего языки похожи между собой в тех случаях, если они развились из единого языка-предка сравнительно недавно. Примерно в то же время, когда предки англичан, немцев и датчан разошлись в разные концы Западной Европы (это случилось около двух тысяч лет назад), в Африке произошёл распад единого сообщества народов семьи банту. Её потомки расселились по огромной площади к югу от экватора, однако по сей день неплохо понимают друг друга – настолько, что в ХV–ХVI вв. португальские мореплаватели, огибая Африку, нанимали себе переводчиков в Анголе, на западном побережье, и с успехом использовали их помощь в Мозамбике, на противоположном берегу континента. Некоторые учёные в шутку говорят о «пятистах диалектах» банту.

СЛОВО BA-NTU ПОЧТИ НА ВСЕХ ЯЗЫКАХ ГРУППЫ БАНТУ ОБОЗНАЧАЕТ «ЛЮДИ», ТАК ЧТО БОЛЕЕ ЛОГИЧНОГО НАЗВАНИЯ ГРУППЫ НЕ НАЙТИ.

Однако единство языков банту – уникальный пример близости между языками крупного ареала. В Западной Африке, напротив, плотность и разнообразие языков настолько велики, что их носители зачастую не понимают тех, кто живёт по соседству. В Камеруне, Нигерии, Судане есть области, где каждое селение использует свой собственный язык, и такая чересполосица продолжается здесь в течение многих столетий. Бывает, что языки соседних деревень похожи, и учёным удаётся отследить их единое происхождение. Жители и сами нередко считают, что «вон в той деревне за холмом» живут их далёкие родственники, и даже могут рассказать интересные легенды о том, когда и по какой причине их предки разошлись по разные стороны того самого холма. Но случается, что языки соседних поселений столь же различны, как русский и суахили.

Языковые семьи и крупнейшие языки Африки.

Безусловно, в Африке существуют и крупные языки, которыми пользуются миллионы и десятки миллионов людей. Но, в отличие от Европы или Азии, их весьма немного. Это, конечно, связано с тем, что на большей части континента долгое время не существовало ни крупных государств, объединяющих своих подданных единой языковой нормой, ни литературной традиции. Распространение языков шло преимущественно за счёт развития торговли. Так завоевал популярность язык суахили в Восточной Африке. Сегодня этот «торговый язык» используется в 14 странах, им владеют не меньше 30 млн человек.

Женщины суахили собрались на деревенское торжество, Занзибар.

Крупнейшим языком на западе Африки остаётся хауса (34 млн человек) – он тоже когда-то распространился в результате торговой и политической экспансии одноимённого народа, основавшего несколько влиятельных городов-государств на территории Северной Нигерии. Среди крупных языков следует назвать шона и зулу в Южной Африке (по 10 млн человек каждый), йоруба, фула и игбо на западе континента (соответственно 28, 25 и 24 млн), оромо и амхарский в Эфиопии (оба примерно по 25 млн человек), сомали с 15 млн носителей (угадайте, в какой стране) и несколько других. Ну а на севере континента безраздельно господствует арабский язык, на различных диалектах которого с детства говорят не меньше 150 млн человек.

И всё же число языков, которыми с рождения владели бы больше миллиона людей, на всём огромном континенте не дотягивает до пятидесяти. Все они когда-то начинали свою историю как языки небольших народов или племенных объединений, распространивших своё влияние с помощью торговли и завоевания.

Крупнейшие языки Африки.

Многие сотни прочих языков Африки называют малочисленными, некоторыми из них сегодня пользуются лишь несколько десятков человек. В Нигерии, в дельте знаменитого Нигера, в одной-единственной деревне доживают свой век два-три десятка стариков, ещё владеющих языком дефака. По их словам, в своё время их народ был многочисленным и процветал. На юге Эфиопии, в долине реки Омо, не больше трёхсот человек говорят между собой на языке квегу. Когда-то они жили тем, что собирали дикий мёд и охотились на гиппопотамов, но гиппопотамы в Эфиопии перевелись, и квегу стали наниматься на работу к соседним земледельческим народам, быстро теряя свой язык и культуру. А в Центральной Гане, в такой же затерянной деревне, вдалеке от шума современной цивилизации, лишь несколько стариков помнят свой родной язык мпре, происхождение которого остаётся загадкой для учёных.

ЭФИОПСКИЙ ЯЗЫК КВЕГУ – ЕДИНСТВЕННЫЙ НА ЗЕМЛЕ, ГДЕ СЛОВО «МЯСО» ПРОИСХОДИТ ОТ СЛОВА «ГИППОПОТАМ».

И дефака, и мпре, и квегу вряд ли переживают от потери своего древнего языкового достояния, зато сильно страдают от наплыва полевых учёных-исследователей со всего мира, заставляющих их на старости лет вновь и вновь проговаривать многоэтажные грамматические конструкции и вспоминать сказки и легенды на своём исчезающем наречии.

Малые языки Африки.

Языки вымирали и продолжают вымирать. Это происходило всегда и на всех континентах. Вспомним хотя бы, что ещё тысячу лет назад на берегах Москвы-реки благополучно проживал финноязычный народ меря, от языка которого до нас не сохранилось ни слова, кроме собственно названий народа и реки. Процессы вымирания малых языков происходят и сегодня, однако значительно более интенсивно, чем когда-либо раньше. По мнению учёных, примерно до середины прошлого тысячелетия количество языков в мире постоянно увеличивалось: народы расходились по планете, осваивая новые земли, абсолютное большинство людей в мире проживало в небольших сельских общинах, а крупные города и державы с единым государственным языком были скорее исключением, чем правилом, особенно в Африке. На смену этой тенденции пришла противоположная: количество языков стало быстро сокращаться благодаря появлению городов, централизованных государств, письменности, а позже благодаря системе образования, средствам массовой информации и пресловутой глобализации. Африканский крестьянин, попадая в крупный, многонациональный город, стремится поскорее обучиться общепринятому в нём языку, постепенно забывая родную речь, на которой в городе просто не с кем пообщаться. Но и оставаясь в деревне, он вынужден учить официальные языки своего государства, ведь школы по всей Африке обучают детей на английском, французском, арабском или португальском, а газеты, радио и телевидение (в тех редких случаях, когда они доступны сельскому населению) вещают только на крупных языках. Даже на рынке и в быту африканцы нередко предпочитают использовать более «престижный» язык, нередко стесняясь своей идентичности, потому что принадлежность к более крупному народу увеличивает шансы на собственную реализацию в обществе.

Каждую неделю в мире вымирает один язык – это мнение частенько повторяют наиболее убеждённые пессимисты среди учёных. В том числе и по этой причине количество языков в Африке довольно сложно посчитать. Однако оптимисты, к которым с гордостью относит себя и автор этих строк, не забывают и о противоположной тенденции: в лесах и саваннах Африки ежегодно обнаруживают новые, неизвестные науке языки.

В ПОГОНЕ ЗА НОВЫМИ ЯЗЫКАМИ.

Для европейцев этот язык слушать очень неприятно, изучить его невозможно. О. Даппер. Любопытное описание африканских стран. ХVII в.

В Африке по сей день обнаруживается множество неизвестных науке народов и языков.

Это случилось в январе 2010 года. Группа российских учёных и студентов направлялась в лесные районы Гвинеи, западноафриканской страны, где предполагалось продолжить ежегодную работу по записи нескольких местных наречий. Однако в этот раз внимание руководителя экспедиции, петербургского профессора, привлекли записки одного американского миссионера, в которых кратко упоминались некие «люди зиало», живущие в труднодоступной местности в нескольких десятках километров от ближайшего города. В лаконичных миссионерских записках не содержалось ничего, кроме имени, но это-то интриговало больше всего. Российские учёные решили узнать, кто же такие эти таинственные зиало. Стоило немалых усилий попасть на их территорию – автору этих строк пришлось даже провести незабываемое время в гвинейской тюрьме по обвинению в шпионаже, – однако в холмистые, покрытые лесом районы, где живут зиало, всё же удалось проникнуть. И первые же записи речи местных жителей показали: зиало говорят на неописанном, неизвестном науке языке.

Для того чтобы сделать такой вывод, необязательно (хотя и желательно) знать все две тысячи языков Африки. Достаточно иметь под рукой описания или учебники нескольких соседних языков, чтобы иметь возможность определить, что представляет собой заново открытое наречие – диалект одного из уже описанных языков или самостоятельную языковую единицу. Как если бы, к примеру, нам предстояло бы определить статус французского, имея под рукой учебники испанского, итальянского и немецкого языков. Этого было бы достаточно, чтобы с лёгкостью установить, во-первых, что речь французов ближе к испанской и итальянской, нежели немецкой, и во-вторых, что при этом она обладает своеобразием, заставляющим придать ей статус самостоятельного языка.

ОПРЕДЕЛИТЬ БЛИЗОСТЬ ЯЗЫКОВ МЕЖДУ СОБОЙ ПОМОГАЕТ СРАВНЕНИЕ 100 СЛОВ ЭТИХ ЯЗЫКОВ ПО СПИСКУ, РАЗРАБОТАННОМУ АМЕРИКАНСКИМ ЛИНГВИСТОМ МОРРИСОМ СВОДЕШЕМ. В НЁМ СОДЕРЖАТСЯ БАЗОВЫЕ ПОНЯТИЯ, ИМЕЮЩИЕСЯ ПОЧТИ В КАЖДОМ ЯЗЫКЕ МИРА: «ГЛАЗ», «СОЛНЦЕ», «ПИТЬ», «МЫ», «БЕЛЫЙ» И ДРУГИЕ.

На небольшом, окружённом полузасушливой степью плато в Западной Африке живёт народ догонов, известных своей причудливой мифологией и удивительными астрономическими познаниями. Их изолированная культура и недоверие к чужакам долгое время не позволяли исследователям сделать удовлетворительные выводы о происхождении и структуре языка догонов. Ещё 30 лет назад, в 80-е годы ХХ в., учёные затруднялись выдвинуть гипотезы о родственных связях догонского языка. Полевые исследования последних лет произвели буквально взрывной эффект: оказалось, что догоны говорят минимум на двадцати различных, хоть и родственных, языках, большинство из которых взаимонепонимаемы. А один из них, язык бангери-ме, вообще не должен быть отнесён к догонской семье и близких родственников среди языков Африки не имеет.

Нередко подлинные открытия происходят весьма прозаичным образом. Один из российских учёных, работая со знакомым ему информантом в небольшой деревне в Кот-д’Ивуаре, как-то невзначай задал ему вопрос о том, что за люди живут там, за речкой, на соседнем холме. В ответ он услышал, что живут там люди как люди, ничего особенного, но, быть может, уважаемому месье покажется интересным, что они говорят на языке бо. Никакого бо в списках известных науке африканских языков не обнаружилось. Отправившись наутро проверять эту информацию, лингвист действительно обнаружил в соседней деревне неописанный язык, который, видимо, очень скоро появится в энциклопедиях.

Нередко честь открытия языка принадлежит первым исследователям, знакомившимся с Африкой во второй половине XIX или в начале ХХ в. – колониальным военным, чиновникам и картографам. Когда автор этих строк впервые оказался в удалённой деревеньке в лесах Южной Гвинеи, местные жители с удовольствием сообщили ему, что он второй белый человек, посетивший их места. Первым был французский офицер, более ста лет назад составлявший карту новых владений своей республики. Однако, нанеся на карту очередной народ или населённый пункт, первопроходцы вовсе не имели целью исследовать обнаруженные языки, оставляя это удовольствие профессиональным лингвистам с горящими глазами и диктофоном в руке. Языков, о которых известно только их название, и то нередко искажённое, в Африке по-прежнему очень много.

Из двух тысяч лишь 100–200 языков Африки могут похвастаться качественными, подробными словарями и грамматическими описаниями. Ещё для нескольких сотен имеются короткие словарики или очерки, написанные людьми, подчас не имевшими к языкознанию никакого отношения, в основном христианскими миссионерами, стремившимися не столько изучить язык с научной точки зрения, сколько облегчить своим последователям проповедь Божьего слова для местной паствы. Все остальные языки, даже если мы знаем их названия и можем показать их на карте, остаются неизученными и ждут своих первооткрывателей.

Идёт работа над изучением недавно обнаруженного языка зиало, Гвинея.

Подарить миру новый язык – золотая мечта любого лингвиста. Ещё лучше, если этот язык окажется изолированным, то есть не будет иметь никаких видимых родственников среди уже изученных языков, или обладает какими-нибудь уникальными звуками, причудливыми грамматическими особенностями.

Языковеда обычно представляют себе в виде бледного, взъерошенного человека в очках, проводящего дни и ночи за своим рабочим столом в неравной битве с небоскрёбами словарей и учебников. Языковед-африканист не таков. Это хронически загорелый, готовый ко всему человек, прошедший с карандашом и блокнотом через пустыни, болота и джунгли. Он жил в тростниковых хижинах, вброд пересекал Оранжевую реку и вытаскивал из непроходимых, заселённых нильскими крокодилами болот междугородные микроавтобусы вместе с полусотней других пассажиров. Его кусала зелёная мамба, пытали чиновники на границе непризнанного государства Пунтленд, за ним охотились десятки самых изысканных тропических заболеваний. Иногда он питался ямсом и маниоком, но чаще сушёными насекомыми, запивая их терпким пальмовым вином. Но всё это время он с упорством, достойным, с точки зрения местных жителей, лучшего применения, записывал стословные списки Сводеша и анкетировал всё новых информантов в попытке выжать из них языковой материал. Африканист знает: крупнейшее, самое упоительное открытие ждёт его не в библиотеке, а «в поле».

Ведь даже в нашем, ХХI в. на лингвистической карте Африки остаются белые пятна или пятнышки, заштриховывать которые посчастливится сегодняшним, а может быть, и завтрашним поколениям. Каждые два-три года список языков Африки пополняется новыми диковинными названиями, и можно только догадываться, сколько таких загадок ещё хранят непроходимые джунгли и необъятные саванны Чёрного континента.

ЧЕТЫРЕ ВЕЛИКИХ ПРЕДКА.

Многообразие африканских языков часто объясняют тем, что именно Африка была колыбелью современного человека и, следовательно, именно здесь мог зародиться первопредок всех языков земного шара.

Всё побережье от Красного моря и вплоть до мыса Доброй Надежды… – это всё один язык; а от мыса Доброй Надежды и до островов Зелёного Мыса говорят на другом языке. А. Корсали. 1518 г.

О путях появления и развития языка человека продолжают ожесточённо спорить. Известно, что звуковые сигналы других млекопитающих, в том числе ближайших родственников человека – таких как шимпанзе, – не могут считаться полноценной языковой системой. Этому мешают как строение органов речи (знаменитая «опущенная гортань» из всех приматов присуща только человеку), так и, в первую очередь, недостаточный уровень развития сознания. Правда, попытки искусственным путём обучить человекообразных жестовому языку после десятилетий работы привели к неплохим результатам – шимпанзе обучились даже строить простейшие фразы, однако все эти фразы оказались весьма однотипными, и дальше бытовых просьб дело не пошло.

Некоторые учёные полагают, что ключ кроется в отсутствии у обезьян так называемого кооперативного сознания – они хорошо формулируют такие сигналы, как «дай мне банан», но не могут, например, обратить внимание собеседника на что-то, что может заинтересовать его, или предложить ему что-либо. Даже крики, издаваемые человекообразными во время групповой охоты, имеют целью не помочь другим членам стаи, а скорее сигнализировать о своей претензии на часть добычи. Взаимопомощь и кооперация между индивидами стала, вероятно, одним из ключевых факторов появления человеческого общества и его основных атрибутов, в том числе и языка.

Если так, то язык появился на этапе позднейших видов рода Homo. Согласно теории моногенеза, или единого происхождения языков мира, следы древнего родства можно обнаружить в языках всех континентов.

Известно, что около 100 тыс. лет назад именно из Африки человек разумный начал своё путешествие по планете, к этому времени он уже должен был обладать развитым языком. Вполне вероятно, что, зародившись в одном месте, этот первый язык стал родоначальником всех языков мира. Некоторые (возможно, наиболее разумные) группы Homo sapiens решили остаться в тепле и отказались покидать африканскую родину. Может быть, им удалось сохранить элементы древнейшей речи? Именно среди африканских языков учёные особенно активно пытаются обнаружить сведения о том, каким он был – праязык человечества.

Многообразие тысяч африканских языков сильно затрудняет научную классификацию.

НЕКОТОРЫЕ СЛОВА, ГИПОТЕТИЧЕСКИ РЕКОНСТРУИРУЕМЫЕ ДЛЯ ПРАЯЗЫКА ЧЕЛОВЕЧЕСТВА. НАЙДЁТЕ ЛИ ВЫ ИХ В ИЗВЕСТНЫХ ВАМ ЯЗЫКАХ?

Поиском и реконструкцией праязыков занимается сравнительное языкознание, или компаративистика. С её помощью сегодня можно ответить на вопросы о происхождении и родственных связях многих языков мира. К примеру, все мы знаем, что общим предком русского, белорусского и украинского языков, их праязыком, был древнерусский; на нём написаны десятки книг и документов. Его предком, в свою очередь, был славянский праязык, общий предок древнерусского, польского и болгарского, распавшийся на отдельные языки, когда различные славянские племена разбрелись по Центральной и Восточной Европе. Но люди, говорившие на славянском, ещё не обладали письменностью, поэтому о его словаре и грамматике мы можем судить только по сравнению древнейших славянских текстов. Что уж говорить о более древних языках народов, не знавших письменности! Ещё раньше, 6000 лет назад, где-то в Евразии существовал индоевропейский праязык, общий предок и русского, и польского, и английского, и хинди.

Наши предки вышли из Африки 100 тыс. лет назад, но письменность они изобретать не торопились: она появилась чуть раньше 5000 лет назад. Как ветвились родословные деревья языков мира до этого, письменные документы не могут нам сообщить. В Африке существовали древние письменные языки – такие как древнеегипетский и мероитский в долине Нила или пунический в Северной Африке, – но они исчезли много веков назад. А в тропиках к югу от Сахары письменность появилась только с приходом арабской и европейской цивилизаций – в Средние века. В этих условиях единственным шансом воссоздать речь древних африканцев является сравнение языков и реконструкция их общих предков. Чем ближе к нам период распада праязыка, тем легче его реконструировать. Именно поэтому, например, праязык банту, существовавший ещё в I тысячелетии до н. э., восстанавливается относительно надёжно, но большинство языковых семей Африки этим похвастаться не могут.

В середине ХХ в. американским учёным Джозефом Гринбергом была выдвинута сенсационная гипотеза о том, что все языки африканского континента должны быть разделены на четыре крупные семьи (или макросемьи) и, таким образом, восходят к четырём языкам-предкам. Это смелое утверждение не было убедительно доказано, но пока убедительно и не оспорено, так что продолжает поддерживаться большинством лингвистов.

ОДНО ИЗ СОПОСТАВЛЕНИЙ, С ПОМОЩЬЮ КОТОРЫХ ГРИНБЕРГ ОБОСНОВЫВАЛ ПРОИСХОЖДЕНИЕ 1500 НИГЕРО-КОНГОЛЕЗСКИХ ЯЗЫКОВ АФРИКИ ИЗ ЕДИНОГО ЯЗЫКА-ПРЕДКА: ТЕМНЕ BI «ЧЁРНЫЙ», БОЗО BIBI «ЧЁРНЫЙ», КАБРЕ BIYO «ЧЁРНЫЙ», ИДОМА OBI «ТЕМНОТА», ЭФИК OBUBIT «ЧЁРНЫЙ», САНГО BI «НОЧЬ».

Классификация Гринберга сильно упрощает классификацию языков континента. Согласно ей, север и северо-восток Африки с древнейших времён населены носителями языков афразийской макросемьи (ранее её принято было называть семито-хамитской), юг континента – народами койсанской макросемьи, запад и центр – крупнейшей макросемьи нигерконго, а небольшие районы в Восточной Африке и к югу от Сахары населены народами нило-сахарской макросемьи.

Праязыки всех четырёх семей должны были существовать примерно десять тысяч лет назад, и потому их успешная реконструкция значительно раздвинет границы истории Африки.

Если письменный век ограничивает рамки человеческой истории пятью тысячами лет, то сравнение языков позволяет значительно углубить её, раскрыв перед нами подчас самые красочные детали повседневной жизни доисторического человека. К примеру, если сравнение языков семьи позволяет восстановить в их общем праязыке корень слова со значением «колесо», значит, с большой вероятностью его носители пользовались колёсным транспортом. Таким же способом можно узнать, где именно проживали далёкие предки тех или иных народов: по наличию в праязыке таких слов, как «море» или «пустыня», названиям растений и животных. В праязыке банту есть слова «слон», «обезьяна» и «лев», известные повсюду в Африке, но есть и «финиковая пальма», которая на юге Африки появилась очень недавно, следовательно, прародину банту там искать бессмысленно. Поддаются реконструкции названия ремёсел, инструментов, предметов одежды и многое другое, вплоть до деталей религиозных верований древнего человека.

Африканские языки, вероятно, тоже дадут нам возможность узнать подробнее о жизни людей Чёрного континента много тысяч лет назад. Сегодня реконструкция праязыков четырёх макросемей Африки находится только в самом начале этого увлекательного пути. Тем не менее языки каждой из них обладают своими удивительными особенностями и заслуживают отдельного обсуждения.

НАСЛЕДНИКИ СИМА И ХАМА.

Это сыновья Симовы по племенам их, по языкам их, в землях их, по народам их. Бытие, 10: 22

Эфиопские монахи до сих пор владеют одним из древнейших семитских языков – геэз.

У библейского пророка Ноя, как известно, было три сына, сложные отношения с которыми увлекательно описаны в Ветхом Завете. Для нас же более интересно то, что старший, Сим, стал, согласно Библии, родоначальником семитов, а средний, Хам, вечная головная боль Ноя, – предком хамитов. Сегодняшняя лингвистическая наука придерживается похожей точки зрения на родство семитских и хамитских языков. Согласно генеалогической классификации, в северо-восточной части Африки или по соседству с ней, в Передней Азии, некогда существовал афразийский праязык, потомками которого считаются пять языковых семей:

– семитская (включающая арабский, иврит, языки Эфиопии, а также языки, на которых говорили жители Древнего Вавилона, Ассирии и Карфагена);

– берберская (она же хамитская, объединяющая языки исконного населения Северной Африки, а также туарегов Сахары);

– чадская (около 200 языков Западной Африки, включая уже упоминавшийся хауса);

– кушитская (включает языки Восточной Африки – оромо, сомали и другие);

– омотская (объединяет малоизученные языки земледельцев и скотоводов Эфиопии и Судана).

Кроме них, афразийским по происхождению был и язык Древнего Египта. Его прямой потомок коптский язык вышел из употребления всего около 400 лет назад, но при желании его можно услышать и сегодня в священных гимнах египетских христиан-коптов (слова «копт» и «Египет» вообще родственны).

Афразийцы в основном принадлежат к средиземноморскому типу европеоидной расы (семиты, берберы, отчасти древние египтяне) и к уже упоминавшейся эфиопской группе. Омотские и чадские народы – преимущественно негроидного типа, но и их выделяют в особый «удлинённый» подтип благодаря особой форме головы. Учёные полагают, что древние афразийцы были светлокожими, а предки сегодняшних чернокожих эфиопов, чадцев и омотов просто перешли на афразийский язык либо смешались с более светлыми завоевателями.

Народы афразийской семьи весьма примечательны своими культурными достижениями. Достаточно сказать, что именно афразийские языки были среди первых письменных языков на Земле: аккадский в Междуречье и древнеегипетский на Ниле. Афразийцы-семиты стали первооткрывателями принципа алфавитного письма, и хотя самих алфавитов в разное время и разных регионах мира было разработано не меньше сотни, сам принцип алфавита «буква = звук» изобрели только однажды в истории. На семитских языках написаны священные книги, положившие начало трём мировым религиям – иудейская Тора (на древнееврейском), христианская Библия (частично на арамейском) и мусульманский Коран (на арабском). Официальным языком эфиопской монофизитской церкви также является древний семитский язык геэз.

СЕМИТСКИМИ ПО ПРОИСХОЖДЕНИЮ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ, ВПОЛНЕ ВОЗМОЖНО, ЯВЛЯЮТСЯ СЛОВА «ВИНО» (СЕМИТ. *WAYN) И «СЕМЬ» (АРАБ. SAB‘).

Многие афразийские языки интересны прежде всего тем, что любое понятие в них выражается комбинацией двух или трёх согласных звуков. К примеру, в арабском языке сочетание k-t-b обозначает всё, связанное с понятием письма. Гласные играют роль, но не смысловую, а только вспомогательную: они заполняют пространство между согласными, меняя грамматическое значение слова. Так и получается, что kataba по-арабски означает «он написал», aktubu «я пишу», uktub «пиши», а kātib «писатель». Если гласные расположить по-иному, поменяется и значение, но оно всегда будет вертеться где-то поблизости от письма: kitāb будет обозначать книгу, а kutub – несколько книг. Префиксами и суффиксами можно разнообразить трёхбуквенные сочетания: ma-ktab – это «письменный стол» или «офис», а katab-tu – «я написал». Структура слова при этом всегда остаётся канонически неизменной, что сильно облегчает изучение языка. Ведь все схемы расположения гласных имеют заранее определённое значение, и если мы знаем, к примеру, что jalasa означает «он сидел», а julūs «сидение», то от глагола dahala «входить» так же легко образовать существительное duhūl, которое со стопроцентной вероятностью будет обозначать «вход».

Именно тем, что гласные в афразийских словах не имеют смыслового значения, объясняют обычно тот интересный факт, что письменность этих языков состоит обычно из одних согласных букв: так происходит в арабском, еврейском, финикийском, арамейском алфавитах, в древнеегипетском письме и письме берберов тифинаг, о которых мы расскажем чуть ниже.

Афразийские языки любопытны своим пристрастием к гортанным звукам: в некоторых языках их количество достигает десятка. Даже сама гортанная смычка, которую в русском языке мы слышим, например, в разговорном отрицании «не-а», во многих афразийских языках рассматривается как отдельный звук, обозначаемый и на письме.

Но многие другие черты грамматики роднят афразийские языки с нашими, индоевропейскими. Здесь тоже существуют мужской и женский род существительных, именные падежи (в семитских языках их три: именительный, родительный и винительный), глагольные времена – всего этого в других языках Африки практически не сыщешь. Учёные считают, что афразийские языки являются дальними родственниками индоевропейских, хотя их общий предок существовал так давно, что следов родства сохранилось лишь совсем немного. В качестве таких следов указывают на афразийские слова *qš «кость», *mn – «человек» (вспомним английское man), *qr «кора» или *ṭm «тёмный» – здесь и далее реконструкции даются после знака звёздочки.

ТЕКСТ НА ЯЗЫКЕ ХАУСА (ЧАДСКАЯ ГРУППА АФРАЗИЙСКОЙ СЕМЬИ, НИГЕРИЯ)* ASALIN HAUSAWA AN CE: WAƊANSU MUTANE NE, WA DA KANE; SU KA ZO DAGA KASAL LARABAWA DA MATAN SU BIU. SU KA ZAMNA WANI JEJI KUSA DA KASAL BARNO, SUNANSA GABI, SU KA YI BUKOKI, SU NA HALBIN NAMUN JEJI, DON SU MAHALBA NE, HAR MATAR KANEN NAN TA HAIFI YA. [ПОПРОБУЙТЕ ПЕРЕВЕСТИ ПРЕДЛАГАЕМЫЕ В ЭТОЙ ГЛАВЕ ТЕКСТЫ САМОСТОЯТЕЛЬНО. ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПЕРЕВОДЫ ДАНЫ НА СТР. 478].

МЕЖДУ НИГЕРОМ И КОНГО.

Макросемья нигер-конго была названа так благодаря двум величественным рекам, в бассейнах которых проживают носители её языков. Но на самом деле нигеро-конголезскими народами, принадлежащими к негроидному антропологическому типу, населено около половины территории африканского континента. Семья нигер-конго – бесспорно крупнейшее языковое объединение во всём мире, в нём насчитывается свыше 1500 языковых единиц, едва ли не четверть всех языков планеты.

Языки всего африканского континента к югу от экватора… показывают несомненные доказательства родства. Дж. Причард, 1837 г.

Вполне вероятно, что далёкие предки народов этой семьи около 10 тыс. лет назад проживали где-то на территории западноафриканской саванны (тогда, собственно, Сахара тоже была саванной). Трудно сказать, что стало катализатором успешной экспансии нигеро-конголезцев по всей Западной Африке, происходившей примерно в IV–VI тысячелетиях до н. э. Вероятнее всего, их успеху в первую очередь способствовал более высокий уровень технического развития: одомашнивание злаковых растений и животных, обладание более совершенным оружием и инструментами. Должны были сыграть свою роль и климатические факторы: засухи в Сахаре, отступление непроходимых экваториальных лесов и смещение к югу зоны саванн, в которых предпочитали селиться нигеро-конголезцы.

Женщины народа фульбе несут на голове выручку с рынка, а за спиной – собственных детей.

Во II тысячелетии до н. э. начинается новый этап этой гигантской экспансии. Пришли в движение народы банту, проживавшие на восточной окраине нигеро-конголезского ареала, на территории современного Камеруна. Западное и северное направления были уже освоены другими нигеро-конголезцами, на юге лежали непроходимые влажные леса, так что банту приняли единственно верное решение идти на восток, а впоследствии по «коридорам», образованным саванной в тропическом лесу, проникли на юг континента. Благодаря железным орудиям и продуктивному земледелию освоение слабонаселённой Южной Африки не представляло для банту никакой трудности. Примерно 1000–1200 лет назад народы банту, предки нынешних зулусов и ко́са в ЮАР, вышли к южноафриканской реке Фиш, конечной точке их великого наступления, где им вскоре предстояло столкнуться с первыми европейцами.

Предшественниками народов банту в саваннах южной части континента были племена, говорившие на койсанских языках. Им пришлось либо перейти на новые места обитания, где койсанские языки сохранились по сей день (о них мы расскажем чуть ниже), либо освоить языки пришельцев. А в лесной зоне, протянувшейся широким поясом вдоль экватора, с давних пор жили охотники-пигмеи, также сохранившие свой особый тип внешности. Учёные полагают, что ещё несколько столетий назад небольшие группы пигмеев могли говорить на собственных языках, однако в результате сильнейшего культурного влияния народов банту, постепенно проникавших всё дальше в лес, эти языки были утеряны. Их следы можно искать в речи современных пигмеев: замечено, например, что наименования множества растений и некоторых животных, используемые пигмеями, не находят параллелей в языках банту. Многие термины из области флоры и фауны, охоты и собирательства банту заимствовали у пигмеев. Эти факты помогут лингвистам восстановить древнюю исчезнувшую речь, возможно, самых интересных людей на Земле.

Сегодня огромный ареал Восточной и Южной Африки от Нигерии до Мозамбика заселён практически монопольно носителями пятисот языков банту. Их далёкие родственники, народы других групп нигеро-конголезской семьи, за это время завершили освоение Западной Африки, вытеснив или покорив почти всех, кто говорил на других языках.

Остатки древних языков Африки, уцелевших после экспансий нигероконголезцев, остаются излюбленными, самыми увлекательными загадками для лингвистов, изучающих языки Чёрного континента. Возможно, в числе таких реликтов – небольшая группа иджоидных языков (к ним относится и исчезающий язык дефака, о котором уже упоминалось выше), примерно миллион носителей которых проживает в низменной дельте великого Нигера. Мифология народов иджо полна притч о некогда обширных землях, населённых их предками, о битвах с пришельцами и о героях, вынужденных в результате поражений уйти со своих земель в кишащие москитами протоки Нигера. В отличие от абсолютного большинства нигеро-конголезских языков, иджоидные языки используют категорию грамматического рода (в некоторых языках она, как ни удивительно, включает все те же три значения, что и в русском: мужской, женский, средний), но не знают системы именных классов, считающихся отличительной чертой языков нигер-конго.

Дело в том, что все существительные в нигер-конго разделены на классы, каждый из которых обозначается в речи либо префиксом (ставится перед существительным), либо суффиксом (после него). В языке конго, к примеру, существуют особые классы для обозначения людей, растений, домашних животных, жидкостей, круглых и продолговатых предметов. Общее число именных классов в языках Западной Африки может доходить до сорока, и очень часто классную принадлежность того или иного существительного приходится зазубривать, потому что исходное деление всех предметов на классы уже здорово перемешалось.

Но в некоторых случаях именно показатель класса может прояснить значение слова. Например, в языке лингала (Конго) корень tula охватывает несколько значений, связанных с кузнечным делом:

Mo-tula «ковка»,

Ku-tula «процесс ковки»,

N-tula «стиль работы кузнеца»,

Bo-tula «мастерство кузнеца»,

E-tuli «кузнечное изделие».

Для тех, кто изучает языки банту, ещё бо́льшие сложности представляет собой глагол. Дело в том, что глаголы здесь представляют собой цепочку коротких частиц, каждая из которых выражает одно грамматическое значение. Такая цепочка может содержать до 20 частиц, так что все члены предложения легко умещаются в одном – но огромном – слове.

ГЛАГОЛ-ПРЕДЛОЖЕНИЕ ЯЗЫКА НАНДЕ (КОНГО) TUNÉMUNDISYATASYAYABAKINGULIRANISIÁKYÔ ПЕРЕВОДИТСЯ КАК «МЫ ЕЩЁ РАЗ ПОЗВОЛИМ ИМ ОТКРЫТЬ ЭТО ДРУГ ДЛЯ ДРУГА». В ЭТОМ СЛОВЕ-ПРЕДЛОЖЕНИИ СОДЕРЖИТСЯ ЛИШЬ ОДИН КОРЕНЬ KING, «ОТКРЫВАТЬ», ОСТАЛЬНОЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТ СОБОЙ ЦЕПОЧКУ ЧАСТИЦ С РАЗЛИЧНЫМИ ГРАММАТИЧЕСКИМИ ЗНАЧЕНИЯМИ.

При этом, составляя в уме такие головоломные шарады, нужно ещё и помнить, что многие звуки могут меняться под воздействием соседей.

Зато системы согласных звуков нигеро-конголезских языков можно назвать относительно несложными. Пожалуй, наиболее интересными звуками являются распространённые в нигер-конго имплозивные [], [] и [], произносимые не на выдохе, как все согласные русского языка, а на вдохе, а также двухфокусные звуки [kp] и [gb]: последний звучит так, будто вы одновременно произносите «б» и «г» – попробуйте потренироваться!

Языки народов Западной Африки отличаются богатым разнообразием тонов.

Кроме этих сложностей, в нигеро-конголезских языках присутствует такая особенность, как различие тона гласных звуков. Русское ударение меняет лишь силу звука – африканский тон меняет высоту. Тоны как ноты – один и тот же гласный звук может звучать высоко или низко или переходить от низкого к высокому (такой тон называется восходящим). Речь на тональном языке слышится как настоящая музыка. В старину европейцы, впервые слышавшие язык с тонами, сравнивали его с пением птиц или «писком летучих мышей», как Геродот в приведённом нами эпиграфе. Но тон – не просто мелодия: он играет важнейшую роль для различения смысла. Например, в нигерийском языке кана тонов четыре – три ровных и один контурный, и их изменение сильно меняет значение слова: так, fá (ровный высокий тон) означает «кишки», fă (контурный восходящий) «машина», fā (ровный средний) «очищенный», а fà (ровный низкий тон) «сорняк». Иногда тон меняет часть речи – yēb обозначает «танец», а yèb с низким тоном – «танцевать». Различие в тоновой реализации может переводиться на русский язык и целым словом: в языке зиало bà с низким тоном означает «мой рис», а bá с высоким – «его рис». Нередко разница в тоне и вовсе создаёт антонимы: в языке йоруба súrú значит «маленький (лист)», а sùrù «большой (лист)».

Тональные различия характерны не только для языков Африки, есть они и в китайском, и во вьетнамском, в языках индейцев Америки. Но нигеро-конголезские языки Африки являются абсолютным рекордсменом по количеству ровных тонов: язык чори (Нигерия) использует их целых шесть, не считая восходящих и нисходящих, так что распознать такую речь может лишь самое музыкальное ухо европейца.

ТЕКСТ НА ЯЗЫКЕ СУАХИЛИ (ГРУППА БАНТУ НИГЕРО-КОНГОЛЕЗСКОЙ СЕМЬИ, КЕНИЯ / ТАНЗАНИЯ). ALIKUWAKO MTU MMOJA ALIYEKUWA KIPOFU TOKEA KUZALIWA KWAKE. ОН-БЫЛ-ТАМ ЧЕЛОВЕК ОДИН КОТОРЫЙ БЫЛ СЛЕПОЙ С РОЖДЕНИЕ ЕГО. SIKU MOJA IKAPITA HEKAYA, MACHO YAKE YAKAFUMBULIWA HIVI TU KWA GHAFULA. ДЕНЬ ОДИН ПРОХОДИЛ-МИМО ЧУДО ГЛАЗА-ЕГО СТАЛИ-ОТКРЫТЫМИ ТАК ТОЛЬКО ВНЕЗАПНО. NA MBELE YAKE KULIKUWA NA PUNDA AMESIMAMA, И ПЕРЕД ЕГО ОНО МЕСТО-БЫЛО С ОСЁЛ ОН-СТОЯЛ. AKAMWONA HUYU PUNDA ASIONE KITU ZAIDI. ОН-ЕГО-УВИДЕЛ ЭТОТ ОСЁЛ ОН-НЕ ВИДЕЛ. MARA MACHO YAKE YAKAFUMBWA TENA. BASI IKAWA ULIMWENGU WAKE WOTE PUNDA! СРАЗУ ГЛАЗА ЕГО СТАЛИ-ЗАКРЫТЫМИ СНОВА. И ВОТ ОНО-БЫЛО МИР-ЕГО ВЕСЬ ОСЁЛ.

Происхождение тонов связано с процессом укорачивания слов: утрата конечных или начальных звуков ведёт к формированию сверхкратких (односложных) слов типа fa с различными значениями, для различения которых язык вырабатывает новый признак – тон. Известно, в частности, что утрата долгого гласного звука может дать высокий тон, а краткого – низкий. В китайском тоны возникли в результате утраты старых конечных согласных, что отчетливо видно при реконструкции древнекитайского произношения по косвенным данным иероглифической письменности. Так как африканские языки древности нам неизвестны, сравнивать современное состояние нам, к сожалению, не с чем.

И всё же произношение в языках нигер-конго покажется вам до смешного лёгким, если вы узнаете об удивительных звуках койсанских языков, аналогов которым нет больше нигде на всём земном шаре.

«ЩЁЛКАЮЩИЕ» ЯЗЫКИ.

В земле своей называются оные готентотен, а говорят языком подобно как у нас куры кричат. И. Гибнер. Земноводного круга краткое описание. 1719 г.

Бушмены Калахари разводят огонь для ужина.

Самой небольшой – всего 30 языков, – но зато и самой необычной языковой общностью Африки является койсанская, на языках которой говорят живущие в южной части континента скотоводы-готтентоты (они называют себя кхой) и полукочевые охотники и собиратели-бушмены (сан). Койсанцы представляют собой одну из самых интересных загадок Африки, и не только в области языка, но и в области происхождения. Об их особом антропологическом типе мы уже упоминали в начале главы. А согласно последним исследованиям генетиков, по своему строению геном койсанца резко противостоит геному всех остальных людей на Земле. Всё это может свидетельствовать о том, что предки бушменов и готтентотов были первой ветвью, отделившейся от родословного дерева всего человечества.

Удивительно то, что генетический состав групп койсанцев между собой столь же сильно различается, как и при сравнении его с генами других народов Африки. Аналогично и койсанские языки не дают возможности говорить об их близком родстве – вполне вероятно, что их предки разошлись по южной части континента 20 или 30 тыс. лет назад. Установить родственные связи на таком глубоком уровне невероятно сложно: скорость языковых изменений такова, что за 18–20 тыс. лет язык обновляет свой словарь практически полностью. Бесспорно одно: если сегодня область распространения языков бушменов и готтентотов ограничена саваннами юго-запада Африки и пустыней Калахари, а численность не превышает 350 тыс. человек, то ещё тысячу лет назад они доминировали повсюду к югу от экватора. На это указывают и следы древней культуры койсанцев, такие как наскальные рисунки, обнаруживаемые в разных районах Африки, так и найденные учёными несколько небольших языков на востоке континента, содержащих характерные для койсанцев особенности. В частности, к койсанским относят языки хадза и сандаве в современной Танзании, на них говорят в совокупности лишь несколько сотен человек (носителей сандаве осталось не больше пятидесяти), однако некоторые слова и грамматические элементы в них вполне сравнимы с койсанскими языками Юга Африки. Кроме того, и хадза, и сандаве так же как и языки бушменов, содержат знаменитые «щёлкающие» согласные, самую главную отличительную характеристику койсанских языков.

Эти звуки действительно уникальны. Пощёлкивания языком «ц-ц-ц», которые мы слышали от бабушки в качестве порицания за досрочно съеденное варенье, или щелчок языком о задние зубы, которым наездник подгоняет своего впавшего в задумчивость скакуна, мы не рассматриваем как звуки русского языка и не используем их в словах. В койсанских же языках эти и другие щелчки (в науке их называют кликсами, из англ. clicks «щелчки»), производимые с помощью губ, языка, нёба и зубов, могут формировать целые слова и даже более частотны, чем обычные согласные звуки. Речь койсанцев, наполненная такими щелчками, звучит весьма причудливо, а на письме кликсы принято обозначать особыми значками (см. врезку).

КАК ОБОЗНАЧАЮТСЯ КЛИКСЫ В ПИСЬМЕННОСТИ КОЙСАНСКИХ ЯЗЫКОВ. ʘ – ГУБНОЙ КЛИКС (ПОХОЖ НА ЗВУК СУХОГО ПОЦЕЛУЯ); / – ЗУБНОЙ (КАК РАЗ ТОТ САМЫЙ БАБУШКИН ЗВУК С ОДНОЗНАЧНЫМ «НЕ БАЛУЙСЯ»); # – ПАЛАТАЛЬНЫЙ (ЗАДНЯЯ ЧАСТЬ ЯЗЫКА СОПРИКАСАЕТСЯ С НЁБОМ); ! – АЛЬВЕОЛЯРНЫЙ (КОНЧИК ЯЗЫКА ПРИКАСАЕТСЯ К АЛЬВЕОЛАМ НАД ВЕРХНИМИ ЗУБАМИ); // – БОКОВОЙ (УЧАСТВУЮТ ЯЗЫК, ЗАДНИЕ ЗУБЫ И ЩЕКА, ЭТО И ЕСТЬ ЗВУК ЖОКЕЯ).

Перечисленные пять кликсов называют «основами», однако в большинстве койсанских языков к ним присоединяется ещё и артикуляция, в которой участвуют голосовые связи, и иногда количество этих артикуляций (или «исходов») едва не достигает двух десятков. Так что, например, в языке бушменов къхонг насчитывают не менее 70 щёлкающих звуков!

О происхождении кликсов имеются различные гипотезы: весьма вероятно, что эти звуки были весьма обычными для языка первобытного человека, а впоследствии исчезли везде, кроме Африки, заменённые обычными согласными. В одном из койсанских языков Анголы процесс отмирания кликсов и перехода их в более привычные нам согласные можно отследить, что называется, «в реальном времени». Интересно, что в ряде случаев можно видеть и обратный переход «обычных» согласных в щёлкающие. При сравнении койсанских языков друг с другом видно, например, что зубной кликс регулярно соответствует таким переднеязычным звукам, как «ц» и «ч», а альвеолярный – звукам «к» и «г».

СЛОВО «БУШМЕН» ПО-АНГЛИЙСКИ ОЗНАЧАЕТ «ЛЕСНОЙ ЧЕЛОВЕК», А «ГОТТЕНТОТ» ПО-НИДЕРЛАНДСКИ «ЗАИКА» – ГОЛЛАНДСКИЕ ФЕРМЕРЫ-ПОСЕЛЕНЦЫ РАСЦЕНИВАЛИ ЩЁЛКАЮЩИЕ ЗВУКИ КАК ДЕФЕКТ РЕЧИ.

Не менее удивительным, чем щёлкающие звуки, кажется и набор гласных в койсанских языках. В том же къхонг, по некоторым подсчётам, гласных звуков не больше и не меньше чем 88 (в русском, напомним, всего шесть). Они могут быть долгими, краткими, носовыми, произносимыми с гортанной и заднеязычной артикуляцией. Особую серию составляют так называемые шепотные гласные, требующие заметно меньшего участия голосовых связок при произнесении. Лингвисты теряются в поисках ответа на вопрос, какую роль играет такое количество гласных звуков для функционирования языка и почему нельзя было обойтись их меньшим количеством. Возможно, эти загадки и есть следствие глубокой древности языка койсанцев, который некоторые учёные склонны считать остатком самого первого языка человечества.

ТЕКСТ НА ЯЗЫКЕ НАМА (ЦЕНТРАЛЬНОКОЙСАНСКАЯ СЕМЬЯ, НАМИБИЯ / БОТСВАНА).

НЕМНОГО О «ЯЗЫКЕ ИНОПЛАНЕТЯН».

В стране негров говорят на разных языках и диалектах, один из распространённых называется сунгаи. Лев Африканский. Африка – третья часть света. ХVI в.

Четвёртой макросемьёй народов и языков в Африке является нило-сахарская, объединяющая около двухсот языков, разбросанных по всей южной границе великой пустыни. На них говорят народы негроидного типа, весьма примечательные своими особенностями и своей историей. Например, представители восточноафриканских скотоводческих народов нило-сахарского происхождения считаются самыми высокими людьми на земле, их средний рост достигает 195 см. Средневековый врач Тахир аль-Марвази полагал, что виной всему солнце, рождающее высоких и жизнерадостных людей: «Жара является самой сильной причиной вытянутости вверх, и от этого рост их стал таким высоким. И так как жара раскрывает и расширяет предметы, она расширяет их души, которые стремятся проявиться вовне; поэтому эфиопов всегда можно видеть веселыми, играющими, смеющимися». По мнению же современных учёных, это связано с необходимостью быстро перемещаться в высоких травах саванны. Известно, что американский президент Барак Обама принадлежит по отцу к одному из нило-сахарских народов – луо, чем, возможно, и объясняется его высокий рост (187 см).

Девушка мурси со своим неповторимым аксессуаром, Эфиопия.

В культурном отношении нило-сахарские народы также весьма своеобразны. Европейским туристам в Эфиопии хорошо известны народы скотоводов мурси и сурма, чьи девушки носят в нижней губе глиняный диск. Когда девочке исполняется десять-одиннадцать лет, мать разрезает ей губу и вставляет в отверстие палочку. Чуть позже ее заменяют на диск наподобие тарелки: вначале маленький, со временем побольше. Диаметр такого украшения со временем достигнет 15 см, создавая по-настоящему пугающее впечатление. Чтобы диск не давил на нижние зубы, иногда некоторые из них просто удаляют. Диски вынимают во время еды или перед сном, а со временем снимают вовсе – пожилые женщины обходятся без него, но нижняя губа их навсегда останется растянутой.

Происхождение и значение глиняного диска до сих пор до конца не понятны исследователям. Вроде бы мурси и сурма считают, что чем больше диск, тем выше социальный статус женщины и тем больший выкуп должны за нее отдать перед свадьбой. Но иногда девушек успешно выдают замуж и вовсе без диска в губе. Существует мнение, что тарелка говорит о возрасте – чем она шире, тем старше женщина. Согласно другой версии, размер тарелки напрямую зависит от социального авторитета, тем более что на диске содержатся знаки, информирующие окружающих о «паспортных данных» женщины. На диске указано её происхождение, клан, уровень благосостояния родителей, так что любой проходящий мимо молодой человек, которому – предположим на секунду – приглянулась девушка мурси, может запросто узнать её анкетные данные, даже не вступая в утомительный флирт. Некоторые мурси верят, что злые духи могут проникать в человека через рот, а диск в губе этому препятствует. А в литературе можно встретить и мнение, что вытянутые губы нужны для имитации гиппопотама, священного для мурси и сурма животного. Наконец, среди учёных распространена версия, что с помощью диска люди сознательно уродовали своих женщин, чтобы их не увели работорговцы, некогда свирепствовавшие в этой части континента. Однако сегодняшние девушки уверены, что диск – вовсе не уродство, а атрибут женской привлекательности. На западном конце нило-сахарского ареала, вдоль среднего течения великого Нигера, живёт народ сонгаи, язык которого содержит элементы, схожие как с соседними афразийскими, так и с нигеро-конголезскими языками. Откуда происходят сонгаи, не очень понятно, но уже в эпоху империи Гана (VII–ХII в.) их предприимчивые рыбаки и торговцы стали основывать колонии вдоль Нигера и отправлять караваны к средиземноморским берегам. Позже государство Гао, созданное сонгаи, выросло до размеров новой крупнейшей империи, которая в ХV–ХVI вв. практически безраздельно доминировала в транссахарской торговле. Сонгаи активно контактировали и смешивались как с туарегами Сахары, так и с чёрными земледельцами Мали, в результате чего язык приобрёл множество слов и грамматических элементов, затрудняющих определение его происхождения. Средневековые арабские хронисты писали, что язык сонгаи «отягощён варварством», но этим и ограничивали свои исследования. В последние же десятилетия о родственных связях языка сонгаи выдвигалось столько разноречивых научных гипотез, что его стали в шутку называть «языком инопланетян», впрочем, происхождение сонгаи надёжно выяснить так и не удалось.

Зажиточный купец сонгаи на улице Тимбукту, Мали.

Другой нило-сахарский народ, канури, стал создателем не менее могущественной средневековой империи Канем на берегах озера Чад. А если и жители древнего царства Мероэ в долине Нила, как считают некоторые лингвисты, говорили на одном из нило-сахарских языков, то сегодняшние нило-сахарцы должны по-настоящему гордиться своими великими предками. Сегодня империи остались в прошлом, а на языках нило-сахарской семьи говорят в основном скотоводы саванны, составляющие в своих странах, как правило, меньшинство. Самым известным из этих народов, видимо, являются знаменитые масаи, неизменные спутники туристов, отправляющихся на сафари в национальные парки Кении и Танзании. Сюда они не так давно спустились из Южного Судана в поисках новых пастбищ для своих многотысячных стад. Как и масаи, другие нило-сахарские народы Восточной Африки являются пришлыми с севера. Ни один нило-сахарский язык не является государственным или официальным: даже образованное в 2011 г. государство Южный Судан, где нило-сахарские народы составляют большинство, в качестве официального языка использует только английский. Это сделано прежде всего для того, чтобы не обижать другие народности: многие из них имеют довольно сложную историю взаимоотношений с динка.

ТЕКСТ НА ЯЗЫКЕ ФУР (НИЛО-САХАРСКАЯ СЕМЬЯ, СУДАН).

Многие учёные сегодня считают, что нило-сахарская гипотеза является вымыслом: уж слишком мало общего можно найти между языками масаи, сонгаи и канури. Даже схожих черт, которые бы характеризовали нилосахарские языки наподобие тех, что мы отмечали выше для афразийских, нигеро-конголезских или койсанских, здесь определить не удаётся. Впрочем, причина вполне может скрываться в недостаточной изученности – в труднодоступных районах южной части Сахары десятки малых языков ещё ждут своих исследователей. Так что то, что сейчас может показаться «языком инопланетян», просто заслуживает более системного и подробного изучения.

СТАРЫЕ И НОВЫЕ ЯЗЫКИ АФРИКИ.

Говоря на языке, который они понимают, ты обращаешься к их головам. Говоря на их родном языке, ты обращаешься к их сердцу. Нельсон Мандела

Зато о языках пришельцев можно говорить вполне серьёзно, имея в виду след, оставленный в Африке европейскими завоеваниями и колонизацией. Даже избавившись от колонизаторов, современная Африка продолжает пользоваться их языками. Английский, французский, португальский и арабский остаются государственными или официальными в абсолютном большинстве государств континента. Это происходит не потому, что эти языки оставили по себе такую добрую память, а потому, что они стали «лингва франка» – языками межэтнического общения сотен народов, которые в противном случае не смогли бы найти возможности разговаривать друг с другом в городах и на рынках.

В МАРТЕ 2014 Г. ПРЕЗИДЕНТ ГАМБИИ ЯЙЯ ДЖАММЕ ЗАЯВИЛ, ЧТО ЕГО СТРАНА ОТКАЗЫВАЕТСЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК В КАЧЕСТВЕ ОФИЦИАЛЬНОГО. «МЫ СОБИРАЕМСЯ ГОВОРИТЬ НА СВОЁМ РОДНОМ ЯЗЫКЕ», – ПРОВОЗГЛАСИЛ ПРЕЗИДЕНТ, НЕ УТОЧНИВ, КАКОЙ ИЗ 10 ЯЗЫКОВ ЭТНИЧЕСКИХ ГРУПП ОН ИМЕЕТ В ВИДУ. СВОЁ ЗАЯВЛЕНИЕ ГЛАВА ГОСУДАРСТВА ДЕЛАЛ НА АНГЛИЙСКОМ.

Дело в том, что современные государственные границы в Африке не имеют ничего общего с этническими и языковыми рубежами. В основном эти границы были прочерчены во второй половине ХIХ в. колониальными чиновниками, имевшими очень мало или вовсе не имевшими представления о том, по какой области пройдёт рубеж и кто её населяет. Граница проводилась на карте континента, лежавшей на столе переговоров где-то в Западной Европе, и в результате крупные этносы оказались разделёнными, а веками враждующие народы оказались согражданами. Спустя столетие эти же границы сохранились и в независимой Африке, и сегодня, например, вполне компактный ареал языка хауса разделён почти поровну между Нигером и Нигерией, а ареал тсвана – между Ботсваной и ЮАР. Берега озера Чад, населённые некогда могущественным народом канури, разделены на четыре части между Нигером, Нигерией, Чадом и Камеруном. Создание этнических государств по образцу европейских в Африке практически неосуществимо, и абсолютное большинство стран являются многонациональными.

Кроме того, все государства Африки, конечно, должны поддерживать систему образования, а она базируется на учебниках, подготовленных ещё в колониальные годы на соответствующих европейских языках. Перевод учебной литературы – как, впрочем, и художественной, и научной – на языки народов Африки нельзя назвать лёгким делом, и он займёт ещё не одно десятилетие.

Важным является и вопрос престижа языков, их взаимоотношений между собой. Захочет ли гвинейский школьник, говорящий на сусу, пользоваться учебником, написанным на фула? Учитывая, что отношения между двумя этносами далеко не всегда складывались мирно, вряд ли. «Почему, собственно, официальным языком должен быть их, а не наш?» – законно спросит он, и именно такие вопросы неоднократно приводили к гражданским войнам в Африке. Арабский язык в Судане десятилетиями игнорировался чернокожим населением на юге и западе страны. Нарушивший правила дорожного движения туарег из Мали никогда не будет общаться с гаишником на принятом в полиции языке бамбара, потому что бамбара для него – язык негров, к которым светлокожий туарег веками относился свысока. А полицейский из народности бамбара, конечно, тоже не собирается учить берберский язык туарегов. Однако жители Судана при общении друг с другом с удовольствием воспользуются «нейтральным» английским, а жители Мали – французским, ведь с этими языками не связано никаких межнациональных трений африканских народов.

Студенты коранической школы учат арабский по старинке, Буркина-Фасо.

В результате стран, где в качестве государственных приняты только местные языки, в Африке всего две. Это Эфиопия, где ещё со времён империи используется амхарский язык (чему, впрочем, не очень-то рады представители других народов страны), и Сомали, где этнический состав весьма однороден, так что язык сомали является родным для большинства населения. По пальцам можно пересчитать и страны, где одним из официальных является африканский язык. Это Эритрея, Руанда и Бурунди в Восточной Африке, Зимбабве, Малави, Лесото и Свазиленд на юге – относительно небольшие по размеру страны с одним доминирующим этносом. Когда же дело доходит до крупных государств, при выборе государственных языков проявляются ощутимые проблемы.

Эта французская надпись на автобусной остановке понятна представителю любого этноса, Гвинея.

В ЮАР после падения режима апартеида, установленного белым меньшинством, официальный статус получили сразу одиннадцать языков, включая и языки бывших колонизаторов: африкаанс и английский. Схожую ситуацию пытались создать несколько десятилетий назад и власти Гвинеи, объявив официальными сразу шесть языков крупнейших этносов. Это не может не приводить к хаосу в системе образования и ещё большему обострению этнических проблем, ведь всегда найдётся седьмой по численности народ, который «не позвали» в элитный клуб шестерых и который теперь неизбежно будет чувствовать себя незаслуженно обделённым. После целого ряда коллизий гвинейские власти отменили спорный закон.

В некоторых странах официальный статус завоевали языки, сформировавшиеся в течение нескольких последних столетий в качестве койне, то есть «компромиссных» языков, образованных сочетанием элементов близкородственных диалектов. Таким феноменом в Восточной Африке стал язык суахили, «торговый язык» группы банту, уже упоминавшийся на предыдущих страницах. Когда-то на нём говорили арабские, африканские и персидские купцы в торговых городах восточного побережья, но вслед за купцами начиная примерно с IХ в. суахили постепенно расширил зону своего применения, проник в глубь материка, в Уганду, Танзанию, Кению и другие страны, и местные племена, некогда говорившие на близкородственных языках (принадлежащих к той же семье банту), с лёгкостью перешли на суахили или используют его в качестве второго языка. Впитав в себя заимствования из местных языков, а также множество элементов арабского, хинди, персидского и английского, суахили перестал быть языком небольшой социальной группы и стал общим для многих народов региона. Наравне с английским он является официальным языком Кении, Танзании и Уганды.

Язык санго менее известен, чем суахили, хотя его судьба даже более любопытна. Санго стал результатом смешения элементов нескольких близкородственных языков Центральной Африки. Представители этих народов, интенсивно торговавших между собой на реке Убанги, выработали некоторую общую языковую норму, которая в конце ХIХ в. была дополнена элементами других языков, появившихся здесь с приходом французской администрации. Французы привезли с собой помощников из других районов Африки, так что в словаре санго появились слова самого разного происхождения. Сегодня этот язык койне является государственным в Центрально-Африканской Республике наравне с французским, и на нём говорят не менее 5 млн человек.

ТЕКСТ НА ЯЗЫКЕ КРИО (КРЕОЛЬСКИЙ ЯЗЫК, СЬЕРРА-ЛЕОНЕ).

Наряду с целым рядом наречий, образовавшихся в Африке в результате взаимодействия языков различного происхождения, санго называют языком креольского типа (от слова «креол», означающего человека смешанного европейско-африканского происхождения). Креольские языки, известные и на других континентах, образуются в ходе развития так называемых пиджинов, вариантов упрощённой речи, создаваемой представителями разных национальностей, например, при торговле. Два народа, торгующих между собой и не знающих языка друг друга, нередко изобретают некоторую смешанную форму речи. Обычно пиджин появляется в результате наложения слов одного языка на грамматику другого. Так на берегах Карибского моря появились пиджины на основе английского словаря, которыми пользовались чернокожие рабы в общении друг с другом и своими англоязычными владельцами. Не имея возможности выучить всю систему нового для себя языка, они употребляли английские слова, строя предложение так, как привыкли на своих родных языках.

В ХVII–ХVIII вв. на берегах Африки и островах у её побережья европейскими колонистами и местными жителями создавались многочисленные пиджины на основе английского, французского и португальского языков. От смешанных браков рождались дети, креолы, для которых пиджин становился уже родным языком. Так появились различные креольские языки как на западном, так и на восточном побережье континента. Крупнейшим из них сегодня является язык крио в Сьерра-Леоне: его создали потомки освобождённых рабов, которых высаживали здесь английские корабли в ХIХ в. Постепенно крио завоевал устойчивые позиции в стране и сегодня продолжает вытеснять из оборота не только аборигенные языки, но и литературный английский. На крио, по некоторым подсчётам, говорят до 4 млн человек. На Сейшельских островах его аналогом стал сейшельский язык (сеселва) на основе французского, а на островах Зелёного Мыса – кабовердинский на основе португальского.

В Африке, ставшей буквально заповедником креольских наречий, существуют такие языки на основе арабского (нуби в Уганде), африкаанс (цоциталь в ЮАР) и португальского (криуло в Гвинее-Бисау). Некоторые креольские языки созданы на основе африканской речи, таковы, например, торговые языки китуба и лингала в Конго.

Для всех креольских языков характерна упрощённая фонетика, относительно бедная грамматика, не использующая склонения и спряжения, и слабое развитие сложных предложений. Некоторые учёные считают, что ряд современных языков Африки, имеющих весьма тривиальную грамматическую систему, на самом деле являются по происхождению древними креольскими языками, просто история их возникновения не дошла до нас из-за отсутствия письменности.

ЧЕМ ПИШУТ АФРИКАНСКИЕ ЯЗЫКИ.

Эллины пишут свои буквы слева направо, а египтяне – справа налево. И все же, делая так, они утверждают, что пишут направо, а эллины – налево. Геродот. История. V в. до н. э.

С письмом в Африке всегда было туго: ещё сто лет назад из двух тысяч африканских языков письменными были лишь пара десятков. Сегодня усилиями правительств африканских государств, научных институтов и христианских миссионеров письменности созданы или создаются уже для сотен языков Африки, которые принято называть младописьменными. Но на большинстве из них, помимо Библии, пока не вышло в свет ни книг, ни газет, ни даже словарей.

Более удивительно, что, как уже говорилось выше, письменность была впервые изобретена человеком именно в Африке. Первые древнеегипетские иероглифы, найденные на глиняных сосудах и костяных табличках, датированы примерно 3300 г. до н. э., последние – 394 г. н. э. Вопреки распространённой точке зрения, иероглифы (сами египтяне называли их maduneter «слова бога») не всегда обозначали целые слова, некоторые из них имели и звуковое значение, как буквы привычного нам алфавита. Это и стало сюрпризом для европейцев в начале ХIХ в., когда англичанин Томас Юнг и француз Франсуа Шампольон сумели расшифровать египетскую иероглифику. Оказалось, что, помимо идеограмм – то есть знаков, обозначающих слово, – среди иероглифов есть и те, что читаются как одиночные согласные звуки «п», «т», «ф» и другие. До этого было принято считать, что иероглифы – это лишь символы, каждый из которых может быть сродни целому философскому понятию.

Африка является родиной множества неординарных видов письменности.

Почему египтяне не перешли полностью на алфавит, значительно более простой в усвоении, чем сотни идеограмм, не совсем ясно. Искусство письма в Древнем Египте принадлежало высокообразованным и весьма консервативным жрецам, которые крайне болезненно относились к любым инновациям. Будучи хранителями секретов письма, жрецы не хотели его упрощать, считая, что «слова бога» не подлежат даже малейшим изменениям. В результате причиной забвения древней иероглифики стало, как ни странно, стремление сохранить её. За три с половиной тысячелетия существования иероглифов египетский язык сильно изменился, но писцы отказывались вносить новшества в старые, канонические литературные нормы. В результате к началу новой эры мало кто из простых египтян мог толком прочесть иероглифическую надпись, язык которой уже мало соответствовал их разговорной речи. Ненадолго появились новые варианты письма, в том числе скоропись, названная демотической, то есть народной. Но с развитием христианства и более лёгких для усвоения греческого, латинского и коптского алфавитов была забыта и она.

По соседству с Древним Египтом, на Синайском полуострове, соединяющем Африку с Евразией, в ХХ в. до н. э. было создано протосинайское письмо – далёкий предок десятков современных алфавитов Европы и Азии. А к началу новой эры, то есть два тысячелетия назад, на континенте уже существовал целый ряд систем письма. Правда, все они были сосредоточены в Северной Африке.

РУССКАЯ КИРИЛЛИЦА, ЛАТИНСКИЙ АЛФАВИТ ЕВРОПЫ, АРМЯНСКИЙ И ГРУЗИНСКИЙ АЛФАВИТЫ, АРАБСКАЯ ВЯЗЬ, ИНДИЙСКОЕ ДЕВАНАГАРИ И СЛОГОВОЙ АЛФАВИТ ТАЙСКОГО ЯЗЫКА – ВСЕ ОНИ ЯВЛЯЮТСЯ ПРЯМЫМИ ПОТОМКАМИ ПРОТОСИНАЙСКОГО ПИСЬМА АФРИКИ.

Мероитский (со II в. до н. э.) и коптский (со II в. н. э.) алфавиты были созданы в долине Нила, и если первый из них был забыт вскоре после падения царства Мероэ, то сегодняшние египетские христиане-копты продолжают использовать свой древний алфавит в священных текстах. Мероитское письмо основано на египетских иероглифических знаках; коптский же алфавит базируется в основном на греческом, хотя из тридцати одной коптской буквы семь ведут происхождение из древнеегипетского письма – они были включены в состав алфавита, потому что некоторых звуков коптского языка в греческом просто не существует.

ИЗ КОПТСКОГО ПИСЬМА В КИРИЛЛИЦУ ПРИШЛИ ЗНАКИ «Ш» И «Щ», ПРОИСХОДЯЩИЕ ИЗ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО ИЕРОГЛИФА «ША», ОЗНАЧАЮЩЕГО «ЗАЛИВНОЕ ПОЛЕ»:

В Х в. до н. э. ближневосточные колонисты на средиземноморских берегах Африки принесли сюда финикийский алфавит, который около тысячи лет использовался жителями знаменитого Карфагена. Соседние берберские племена довольно быстро переняли письмо у карфагенян и развили довольно самобытный нумидийский алфавит. 23 знака этого письма весьма эстетичны и почти исключительно угловаты, ведь их приходилось вырезать на каменных надгробных плитах. Нумидийский алфавит любопытен тем, что направление письма шло справа налево и снизу вверх, в отличие от большинства известных нам письменностей.

ОДИН ИЗ ПЕРВЫХ ЕВРОПЕЙСКИХ АЛФАВИТОВ – ТУРДЕТАНСКОЕ ПИСЬМО ДРЕВНИХ ЖИТЕЛЕЙ ИСПАНИИ – БЫЛ ЗАИМСТВОВАН ИЗ АФРИКИ, А ИМЕННО ИЗ НУМИДИЙСКОГО ПИСЬМА.

Знаки древнеливийского (нумидийского) письма.

В III в. н. э. этот алфавит вышел из употребления, но древние нумидийцы передали свою письменность гуанчам Канарских островов, язык которых был утрачен после завоевания Канар испанцами в XVII веке, а также племенам берберов и туарегов Северной Африки и Сахары. Так появилось письмо тифинаг, используемое и сегодня в Марокко и Алжире. Этот алфавит стал в конце прошлого столетия одним из символов берберской идентичности, былой свободы туарегов Сахары. Возможно, именно поэтому в Марокко ещё совсем недавно сажали в тюрьму за употребление тифинаг, да и в Ливии в эпоху Каддафи этот алфавит был строго запрещён. Сегодня, впрочем, в марокканских школах налажено преподавание берберских языков, и дети снова имеют возможность писать на самом древнем из сохранившихся в Африке алфавитов.

Но помимо иероглифических и алфавитных видов письма, древняя Африка знает и третий тип – слоговые азбуки, или силлабарии, каждый знак которых обозначает слог, обычно содержащий согласный и гласный звуки. Эфиопское письмо, заимствованное семитскими народами государства Аксум из Южной Аравии в IV в. до н. э., именно такой силлабарий. Если кому-то из читателей захочется блеснуть ещё одним малоизвестным термином, добавим, что эфиопский вид письма также называют абугидой – это значит, что знаки с одинаковым согласным и разными гласными (например, «ка», «ки», «ку») являются слегка изменёнными формами базового знака «к». Абугида является шагом вперёд по сравнению с мероитским или финикийским алфавитами, потому что обозначало не только согласные, но и гласные звуки.

Настоятель монастыря демонстрирует древнюю рукопись на языке геэз, Эфиопия.

Эфиопским письмом пользовались жрецы христианского Аксума, переводившие Священное Писание на древнеэфиопский язык геэз. Сегодня этот язык уже непонятен современным эфиопам, но древняя абугида была адаптирована для современных языков Эфиопии и Эритреи: амхарского, тигринья, гураге и тигре. Всего в эфиопском письме 26 основных знаков для обозначения согласных, при этом каждый из них может сочетаться с семью гласными, а некоторые – также с сочетаниями «ва» и «йа». Так как этот алфавит остаётся единственным древним африканским письмом, используемым на государственном уровне, в Африке нередко звучат голоса о том, что и другим языкам континента следует отказаться от «пришлой» латинской графики и перейти на более патриотичную эфиопскую абугиду. Но пока это предложение не находит откликов.

Арабская вязь появляется в Африке вместе с первыми мусульманскими завоевателями в VII веке. Священный Коран, как известно, можно читать только на языке пророка Мухаммада, так что арабы никогда сильно не заботились об адаптации письменности для языков африканских народов, оказавшихся подданными Халифата. Принимая ислам, африканские правители автоматически принимали и необходимость изучать арабский и писать на нём. Так, могилы царей Гао в Западной Африке уже начиная с ХI в. содержат арабские эпитафии.

Но так же, как и в Азии, литературные языки нуждались в письменности. Примерно с ХV в. наиболее прогрессивные государства южнее Сахары начинают адаптировать арабскую графику для своих языков. Наиболее успешно это получилось у хауса Северной Нигерии, где возникшая на арабской основе письменность аджами используется до сих пор, и у народа волоф в Сенегале. Старики волоф ещё помнят старый алфавит волофаль, хотя большинство сенегальцев сегодня пользуются более простым для запоминания латинским письмом.

В ХIХ в. в странах Западной Африки начинается движение за поиск новых, исконно африканских типов письма в противовес агрессивной западноевропейской культуре. В результате этого процесса в Сьерра-Леоне, Либерии, Нигерии и других западноафриканских странах появляется сразу несколько самобытных систем письма, с некоторыми из которых связаны настоящие детективные истории. Например, в начале ХХ в. некто Томас Льюис, выходец из либерийского народа басса, объявил о находке им древнего и забытого алфавита, сохранившегося лишь в памяти нескольких басса, чьи предки были вывезены в рабство в Бразилию. Льюис, получивший хорошее образование в США, оказался весьма предприимчивым человеком: из Америки он вернулся в Либерию, заказал в Европе печатный станок для открытой (или изобретённой?) им письменности и создал школу, где обучал детей родного народа. В 1907 г. вышла первая книга на басса, а сегодня, спустя столетие, этот алфавит из 30 согласных и 7 гласных букв, идеально повторяющий систему звуков и тонов языка басса, продолжает пользоваться уважением старших поколений, хотя книги на нём уже практически не издаются.

Местная аптека вывешивает свой ассортимент письмом нко, Кот-д’Ивуар.

Возможно, более радужные перспективы у алфавитно-слоговой письменности нко, созданной в 1949 г. гвинейским писателем Сулейманом Канте для нигеро-конголезского языка манинка. Благодаря сравнительно лёгкому начертанию знаков нко быстро распространилась по странам Западной Африки, некоторые языки которой (бамбара в Мали, дьюла в Кот-д’Ивуаре и другие) чрезвычайно близки манинка. Нко содержит лишь 27 знаков (из них 7 гласных), на письме обязательно обозначаются тоны. Алфавит явно испытал арабское влияние: знаки пишутся справа налево, соединяясь между собой. За последние полвека число пользователей нко выросло до 30 млн человек, в результате чего уровень грамотности в Мали и Гвинее сильно повысился. Успешное будущее нко гарантируется и тем, что в последние годы были разработаны специальные шрифты, позволяющие использовать её на компьютерах. Остаётся только дождаться, пока в Гвинее или соседних странах разрешат создавать доменные имена на нко.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

СУЛЕЙМАН КАНТЕ (1922–1987) – африканский писатель, создатель уникальной алфавитной письменности нко, успешно конкурирующей с латиницей в странах Гвинейского побережья. Канте родился в Гвинее в семье потомственного марабута, содержавшего кораническую школу, и получил религиозное образование. Позднее он торговал орехами кола в Кот-д’Ивуаре, но этот бизнес его не увлёк. В 1944 г. в руки молодого Сулеймана попала статья из ливанской газеты, повествовавшая о том, что все африканские языки примитивны, неупорядоченны и напоминают щебет птиц, вот потому-то африканцы и не могут создать себе нормальной письменности. Статья оказала огромное влияние на Канте, и он решил подарить своему народу письмо. Изучение арабской и латинской графики дало ему ключ к пониманию алфавита. А 14 апреля 1949 г. случилось чудо: во сне к Сулейману Канте пришла идея письменности нко, и проснулся он – по его собственным словам – с готовым алфавитом в голове.

Письмо нко, знаки которого частично заимствованы из латиницы, а частично из арабского алфавита, тем не менее идеально подошло для нескольких близкородственных языков семьи манде, потому что точно отразило их звуковую систему, включая как звуки, так и тоны. Несколько оригинальных символов автор придумал сам.

Сулейман Канте создал, помимо алфавита, письменную литературу на языке манинка, а также культурное движение, сложившееся вокруг нко, и самоорганизованную систему народного образования. Канте написал на нко около 200 томов, в т. ч. толковый словарь манинка, перевод Корана, серию книг по истории и многое другое. Сегодня изобретённая им письменность продолжает процветать, на ней издаются книги, газеты, а в некоторых городах Гвинеи и Кот-д’Ивуара вывески на нко встречаются едва ли не чаще, чем на латинице.

Знаки письменности нко.

Другие, менее известные письменности Западной Африки – а их за последние два столетия было разработано здесь не менее двух десятков, – по-видимому, обречены на забвение. Среди них слоговое письмо народа ваи в Либерии, привлекающее изысканными линиями своих знаков, явно придуманными человеком с хорошей фантазией и художественным вкусом. Это также письменность бамум, созданная одним из племенных вождей Камеруна в конце ХIХ в. и буквально за десятилетия прошедшая путь от идеограмм до слогового алфавита.

Но самую большую загадку представляет собой рисуночная письменность нсибиди, о которой в науке ходят самые невероятные предположения. Начать с того, что никто не может определить более или менее точного времени происхождения нсибиди. Это письмо состоит из пиктограмм, каждая из которых, вероятно, обозначала целое понятие. Оно было впервые обнаружено британскими исследователями в Южной Нигерии, у народа ибибио, в начале ХХ в., но сколько лет или столетий использовалось до этого – неясно. Местные жители рассказали учёным значение лишь нескольких знаков, но полностью искусством нсибиди владели только члены тайного общества Экпе, которое продолжает оставаться закрытым и для европейцев, и для большинства местных жителей. Многие ибибио до сих пор считают, что знаки нсибиди обладают колдовскими свойствами и неизбежно принесут болезнь и смерть тем, кто использует их неверно.

Некоторые знаки письменности нсибиди.

Чаще всего пиктограммы нсибиди изображались на расщеплённых пальмовых стволах и могли толковаться как любовное послание, сообщение о рождении или смерти, запрет на какие-либо действия в дни священных церемоний. Письмо нсибиди настолько глубоко увязано с традиционной религиозной культурой народа ибибио, что выяснить подробности его происхождения и использования так и не удалось, и мы даже не знаем, умеют ли писать на нём современные ибибио. Сохранилась лишь легенда о том, что нсибиди принесли людям обезьяны, собиравшиеся вокруг лесных костров древнего человека.

ЯЗЫКИ ТЕЛА.

Однажды в старину наши предки воевали с соседями, и бог Кити дал им снадобье для храбрости, от которого воины оглохли. Легенда о происхождении жестового языка адаморобе

Небольшое селение Адаморобе на востоке Ганы уже несколько десятилетий удивляет весь мир. В деревне проживают полторы тысячи человек, из которых около тридцати врождённо глухие. Однако не только люди с ограниченным слухом, но и остальные жители деревни для общения между собой, помимо родного языка акан, используют специальный язык, который бесспорно можно назвать одним из самых замечательных языков Африки: жестовый язык адаморобе.

Этот язык был создан безо всякой помощи европейских учёных и тогда, когда в этих местах вообще не было никаких европейцев. Деревня Адаморобе, согласно местной мифологии, основана во второй половине ХVIII в., но уже тогда здесь – по причинам, которые нам доподлинно неизвестны, – рождалось множество детей с нарушениями слуха. Необычайно высокий процент глухих среди жителей, вероятно, доходил до 30 %; сегодня слабослышащих в Адаморобе всего 2 %, хотя и этот показатель существенно выше нормы. Таким образом, язык адаморобе насчитывает не меньше двух столетий и за это время превратился в полноценную языковую систему, имеющую свою грамматику, строение слов и предложений, даже свои заимствования и – что может показаться удивительнее всего – фонетику.

На жестовых языках сегодня «разговаривают» миллионы людей по всему миру, а мы так мало знаем о них. Во многом они похожи: как речевые языки по всей планете используют гласные и согласные, глаголы и числительные, так и жестовые языки имеют свои универсальные принципы. Примеры адаморобе и других старых жестовых языков в Африке, тем не менее, хорошо демонстрируют, насколько неожиданным и многообразным может предстать перед нами мир языка.

Языков, подобных адаморобе, на африканском континенте несколько: все они были обнаружены недавно, некоторые – буквально несколько лет назад. Сообщения учёных вроде «Шёл по деревне, увидел людей, сообщавшихся жестами, записал знаки их языка» появляются в научных журналах регулярно. Жестовые языки всегда вырастают там, где количество глухих по каким-то причинам сильно завышено, но нередко охватывают и их родственников, и знакомых, а так как в пределах деревни все входят в одну из этих двух категорий, жестовым языком начинает пользоваться всё население. В Мали жестовым языком пользуются жители деревни Тебул, в Нигерии несколько лет назад был открыт жестовый язык деревни Бура. Случается, что язык жестов употребляет лишь горстка людей: так, в деревне Нанабин в Гане несколько поколений одной семьи с проблемами слуха используют жестовый язык, с большой вероятностью их дети также будут глухими, а следовательно, уникальный язык будет сохранён.

Несмотря на то что все жестовые языки в мире в целом схожи, язык адаморобе имеет свои весьма специфические особенности, которые могут объясняться его самобытностью и независимым развитием: не будем забывать, что языки глухонемых в странах Европы и Америки развивались во взаимодействии и, строго говоря, представляют собой единую «семью».

Жесты, используемые носителями адаморобе, выражаются вовсе не только руками. Необычайно важную роль играют также ноги, плечи и мимические знаки, демонстрируемые с помощью губ и лицевых мышц. Обозначаемые ими понятия и действия иногда легко понятны всем, кто общался с маленькими детьми, ведь их разговор тоже является своеобразным жестовым языком. Например, «машина» обозначается в адаморобе вибрирующей струёй воздуха, проходящей между неплотно сжатыми губами, а «ветер» – сильным потоком воздуха между верхними зубами и нижней губой, сопровождаемым звуком «ффф». Это хорошо известные знаки детского языка. Но вовсе не все знаки адаморобе столь иконичны, то есть похожи на те предметы, которые они обозначают. Ведь носителям языка приходилось придумывать и сотни знаков для абстрактных понятий. Например, слово «позавчера» выражается с помощью губ, спрятанных во рту. Легко догадаться, что «футбол» изображается с помощью ноги, но совсем непросто понять, почему нога участвует в обозначении «оскорбления». А при помощи предплечий адаморобе могут «называть» бутылку, дитя и даже «человека народа эве», в последнем случае имитируется движение особого танца, характерного для культуры эве.

Есть в адаморобе и своеобразный «алфавит»: набор определённых положений пальцев и кисти, которые воспроизводятся для обозначения сразу нескольких понятий в зависимости от движений руки. Практически все такие жесты труднообъяснимы с точки зрения логики: например, одной такой «буквой» с помощью различных движений кисти могут обозначаться «деньги», «смотреть», «праздник», «покупать», а также «фуфу» – распространённая в Гане вкуснейшая каша из ямса. Кстати, именно знак «фуфу» лингвисты считают уникальным для жестовых языков: в нём участвуют обе руки, их жесты несимметричны, и ни одна при этом не доминирует. Объяснение весьма любопытно: одна рука измельчает ямс в ступе, а вторая месит в корыте готовое тесто.

В отличие от 33 букв русского алфавита, в «алфавите» адаморобе целых 360 знаков. Однако учёным этот язык удивителен прежде всего тем, что, в отличие от европейских и американских жестовых языков, он предпочитает отображать своими знаками суть понятия, а не его очертания. Может быть, стоит задуматься об отличиях в видении мира традиционной африканской и современной европейской культурой? Этот вопрос задают себе социолингвисты и психолингвисты, для которых жестовые языки Африки по-прежнему представляют собой одну из самых интересных загадок.

РЕЧЬ СВИСТА И БАРАБАНА.

Когда на Занзибаре играют на барабанах, танцует вся Африка до Великих озер. Пословица суахили

Рейнджеры в африканских заповедниках часто переговариваются при помощи языка свиста, Уганда.

На африканской почве возник ещё один удивительный коммуникационный код – это так называемый сильбо, язык свиста, распространённый в некоторых районах Западной Африки. Общение с помощью пересвиста зафиксировано и в других районах мира – в Гиндукуше, Непале, Турции и даже в европейских Пиренеях. Однако всех сильнее, по-видимому, оказался сильбо небольшого острова Гомер в Канарском архипелаге у западного побережья Африки. Здешние жители издавна общаются друг с другом с помощью громкого пересвиста, который слышен на расстоянии до 14 км. Сила свиста, издаваемого при помощи пальцев, губ и языка, достигает 200 децибел, в то время как сила звука человеческого крика составляет всего около 60–70 децибел. Сложно сказать, что послужило причиной появления сильбо – обычно считается, что это связано с горной местностью, сильными ветрами и природными шумами, которые препятствуют слышимости человеческого голоса в отдалении. Находясь на склонах соседних гор, пастухи могли с помощью высоты тона, длительности и амплитуды звука передавать свистом весьма сложные сообщения. При этом сильбо соотносится с тем языком, на котором в обычной ситуации говорят собеседники – с помощью кончика языка они артикулируют обычные слова, но вместо голосовых связок используют свист. Таким образом жители острова Гомер, к примеру, говорят на родном для них испанском языке.

Некоторые народы западноафриканских саванн также используют свист для переговоров между деревнями. Например, груси (Буркина-Фасо) могут общаться таким образом по нескольку часов. А в дождь, когда проводимость воздуха понижается, они берут в руки специальные флейты, извлекая из них громкие свистящие звуки, передающие речь на длительное расстояние.

Но, конечно, самым «говорящим» музыкальным инструментом Африки во все времена был тамтам.

Согласно мифологии догонов Мали, тамтам появился на Земле ещё раньше первого человека: в руках создателя он стал инструментом молитвы. А народы Восточной Африки поклонялись тамтаму вождя не менее почтительно, чем самому вождю, ведь с помощью тамтама говорят космические силы, так что и властью он обладает не меньшей, чем сам правитель. К тому же правители, как известно, меняются, а тамтам при бережном отношении переживает не одно поколение.

Самое древнее средство удалённой коммуникации в Африке, тамтамы могут передавать информацию на тысячу километров в течение буквально одного часа. Долгая неравная борьба с телеграфом и радио постепенно вытеснила из обихода этот метод общения, а последний мощный удар нанесла тамтамам мобильная связь, но кое-где к югу от экватора они продолжают использоваться для переговоров между удалёнными деревнями. Днём их звук слышится хуже, потому что жаркий воздух несёт сигнал вверх, зато ночью, особенно вдоль больших рек, он разносится на десятки километров! Большие, «царские» барабаны могут звучать на расстоянии 40–50 км, а когда их собирают в ансамбли по 10–15 музыкантов, то становятся возможными настоящие «беседы» с далёкими родичами или соседями по ту сторону гор. Как же происходит такое общение?

Школы обучения языку тамтамов существуют по всей Тропической Африке, Руанда.

С помощью тамтама можно передавать целые фразы – звуки слова различаются при помощи контраста высоких и низких тонов или различного ритма игры. Удар музыканта может выполняться ладонью, кулаком или только пальцами, палочками или специальными молоточками. В зависимости от места удара – по центру или ближе к краю мембраны – звук также будет существенно различаться. У ашанти Ганы все сообщения производятся двумя барабанами – «мужским» с низким голосом и «женским» – с высоким, а у их соседей эве барабанов в ансамбле будет три и более. Они имеют разную толщину стенок и различные формы щели на корпусе – все эти признаки регулируют качество звучания.

Как мы уже упоминали, большинство африканских языков тональны, что и позволяет музыканту обозначать с помощью барабанов не только гласные и согласные, но и высоту тона, и длительность слога: это добавляет к «речи» дополнительные признаки, с которыми её легче расслышать. Большую роль играют и паузы, отделяющие слоги и слова друг от друга. Однако и «говорящий», и его адресаты всё равно должны хорошо знать язык тамтамов, потому что многие понятия обозначаются условными символами, передаваемыми из поколения в поколение. Африканские музыканты детально знают приёмы музыкальной длительности, простой или раздробленной. Отдельные сигналы существуют для начала и окончания сообщения, для имён деревень или их вождей. Кроме того, для уточнения и лучшего понимания «говорящий» часто прибегает к перефразированию, в результате чего весьма краткое сообщение может звучать до двадцати минут.

ТИПИЧНОЕ СООБЩЕНИЕ, ПЕРЕДАННОЕ С ПОМОЩЬЮ ТАМТАМА В ВОСТОЧНОЙ АФРИКЕ, ПРАКТИЧЕСКИ ИДЕНТИЧНО НАШИМ РАДИОСВОДКАМ: «ПЕРЕДАЁТ МВЕРУ. СООБЩЕНИЕ ДЛЯ НГОНГУ. НАЧИНАЮ СООБЩЕНИЕ. КОГДА СОЛНЦЕ БУДЕТ ВЫСОКО, ПРИБЫВАЕТ БОЛЬШОЙ ХАМЕЛЕОН ИЗ ДЕРЕВНИ ТАМТАМА РЫЖЕЙ РАСЦВЕТКИ. ПРИБЫВАЕТ ТАКЖЕ БРАТ, КОТОРЫЙ ЖИВЁТ В ЛЕСУ С ДЕРЕВЬЯМИ, КОТОРЫЕ ПОЙДУТ НА ПОСТРОЙКУ ЛОДОК. ЗАКАНЧИВАЮ СООБЩЕНИЕ».

Учёными замечено, что язык тамтамов имеет много общего по всей Тропической Африке. И на Сенегале, и на Нигере людям известно, что три резких удара по центру мембраны означают опасность и тревогу, два глухих и низких удара по двум или трём тамтамам означают смерть вождя, а если ударить по ним дважды резко и коротко, то по всей округе будет ясно: появились вооружённые люди. Никто и никогда не созывал общеафриканские конференции для утверждения единого языка вроде морзянки, но всё же с помощью тамтамов по Африке может разнестись буквально любое сообщение. В 1901 г. по всему континенту за 2–3 дня распространилась печальная весть о смерти королевы Виктории, а о взятии британскими войсками суданского Хартума в 1898 г. уже на следующий день знали жители Сьерра-Леоне, за пять тысяч километров от Судана. В 1971 г., когда ООН выделила 2 млрд франков КФА для помощи семьям пострадавших от засухи в Западной Африке, в течение дня эта новость разнеслась по огромному региону, причём в самых отдалённых районах к вечеру знали, в какой день и час будет производиться выплата и сколько денег приходится на один гектар. Даже мобильная связь не смогла бы дать такого молниеносного эффекта, ведь, в отличие от владельцев мобильных телефонов, игрокам на тамтамах не нужно оплачивать международный роуминг.

ГОВОРЯЩИЕ ИМЕНА.

Река может пересохнуть, но имя сохранит. Африканская пословица

Знаете ли вы, что обозначает ваше имя? На этот вопрос большинство европейцев, в том числе и наших соотечественников, пожмёт плечами или во всяком случае крепко задумается. Имена в нашей культуре выбираются в честь родственников или друзей, святых христианского календаря или просто по красоте звучания.

В Африке каждое имя обладает вполне конкретным и совершенно прозрачным значением. Детей в африканской семье редко бывает меньше пяти, и потому самым простым способом никого не перепутать будет назвать их порядковыми номерами: «первый», «второй», «третий» и далее. При этом имена, конечно, различаются для мальчиков и девочек, имеющих особый счёт.

Система личных имён в языке мано (Гвинея).

Впрочем, даже когда у вас родится седьмой ребёнок, не стоит отчаиваться – в большинстве языков Африки есть вполне устойчивые имена для новорождённых вплоть до двенадцатого номера! В языке акан существует даже имя, обозначающее «последний ребёнок». Правда, акан хорошо знают, что жизнь может повернуться по-разному, и поэтому придумали также имя «первого ребёнка от нового мужа». В крайнем случае пол новорождённого не так уж важен: известно, например, что герой зулусского народа великий воин Нозишада всю жизнь носил женское имя, потому что его папе больше хотелось девочку.

Второе место по популярности в Африке прочно удерживают имена, связанные с временем рождения. Мало кто из нас с вами сможет вспомнить, в какой день недели он родился, но жителям стран Гвинейского залива об этом напомнит их имя. Именно так мы можем точно сказать, например, что премьер-министр Того Квеси Ахумей-Зуну родился в воскресенье, первый президент Ганы Кваме Нкрума – в субботу, а генеральный секретарь ООН Кофи Аннан – в пятницу.

Особыми именами отмечаются памятные обстоятельства, при которых юный африканец появился на свет. Ганское имя Афуом обозначает «рождённый в поле», а Окван – «рождённый на дороге». Все Беко родились в период войны, а все Афирие – в хороший, урожайный год, и пусть все годы их жизни будут такими же. А вот Обимпе и Йемпе не повезло: отец отказался принимать их как своих детей – в Африке нередкая ситуация – и всю жизнь им придётся носить грустные имена, означающие «никто не хотел тебя».

В Африке есть также имена для близнецов, отмечающие, кто из них был старше, кто младше – видимо, чтобы не забыть этих важных фактов при дележе наследства. А если ребёнок, что случается часто, погибнет вскоре после рождения, воспоминание об этом несчастье будет держаться в имени брата или сестры, родившихся после него.

В отличие от России, где ещё полтора века назад фамилия была скорее исключением, нежели правилом (до отмены крепостного права крестьян принято было обозначать скорее прозвищами вроде Степан Пробка или Микола Великие Лапти), в Африке родовое имя существует испокон веков. Чаще всего род именуют по названию главного священного животного – родового тотема. Так, гвинейская фамилия Гилавоги говорит о почитании собаки, а Коивоги – пантеры. Фамилия Зуманиги у народа зиало буквально означает «внимательные» и напоминает родовую легенду о том, как внимательность спасла жизнь великому предку. Личные имена тоже часто обращаются к тотемным животным: популярными именами в Восточной Африке остаются Фезела – «Скорпион», Касуку – «Попугай», Раша – «Газель» и Нама – «Лев».

У народа сото в Южной Африке считается, что настоящее имя нельзя разглашать чужим, так что каждый ребёнок получает при рождении два имени – обычное и секретное. Секретное имя знают родители и вождь деревни, его используют при тайных религиозных церемониях, но бережно хранят от чужих ушей. По сей день многие женщины сото годами ждут, прежде чем сообщить своему мужу главный секрет – своё настоящее имя. «Знакомство» между супругами происходит уже после рождения трёх-четырёх детей. Аналогичные секретные имена часто имеются и у потомков африканских рабов, живущих сегодня в Америке, в то время как их паспорта содержат обычные американские имена Джон или Мэри.

Конечно, распространение христианства привело к тому, что многие африканцы получают имя при крещении, а значит, оно будет европейским, потому святых с африканскими именами в христианском календаре пока немного. Но даже после крещения африканцы сохраняют своё прежнее, языческое имя. Так же много веков назад делали и наши предки: известно, что Ярослав Мудрый был крещён Георгием, а Владимир Красное Солнышко стал после крещения Василием. В тех районах Африки, где распространился ислам, практически все личные имена имеют арабское происхождение – как, в частности, и имя президента США Барака Хусейна Обамы, отец которого родом из Кении.

Отказ от западных, «инородных» имён и возвращение к именам исконным приобрели моду в Африке после обретения независимости в результате роста национализма. В 1972 г., например, президент Заира Джозеф Мобуту запретил давать детям христианские имена и заставил всех граждан страны отказаться от крестильных и выбрать себе традиционные африканские имена. Сам себе, после длительных размышлений, он придумал имя весьма скромное и лаконичное – Мобуту Сесе Секо Куку Нгбенду ва за Банга, что означает: «Всемогущий воин, который благодаря своей стойкости и несгибаемой воле к достижениям пойдёт от победы к победе, оставляя за собой лишь огонь».

ОТКУДА ВЗЯЛСЯ РУССКИЙ ВЕРБЛЮД.

Русская речь не так уж богата заимствованиями из африканских языков, к тому же те, что удаётся найти, как правило, пришли к нам через посредство европейских или ближневосточных языков, имевших непосредственный контакт с языками Африки. Но тем они и интересны, ведь то, что произошло с ними «по пути» в Россию, подчас просто удивительно.

Слово «Африка» очень древнее и попало к нам из латыни. Древние римляне называли так небольшую область, где в течение веков возвышался их упорный соперник в Восточном Средиземноморье – Карфаген. Впоследствии, после завоевания Карфагена, так называлась образованная здесь провинция Римской империи. Слово это по происхождению финикийское, потому что и сами карфагеняне звали так окрестности своего города. Вполне вероятно, что термин «Африка» отражает созвучие с названием одного из берберских племён, когда-то живших на территории современного Туниса. Люди этого племени исчезли безвозвратно, так и не узнав, что именно им выпала честь подарить своё имя огромному континенту.

Разумеется, африканизмы в русском языке обозначают реалии, нехарактерные для нашей страны. Это, например, продукты питания, связанные в нашем представлении с Чёрным континентом. Несмотря на то что банан завезли в Африку малайские мореплаватели, этот питательный фрукт попал в Европу из Западной Африки, а его название почти без изменений повторяет слово banaana из языка волоф, распространённого в Сенегале. Другим истинно африканским продуктом является малоизвестный в наших магазинах ямс – клубневое растение, отдалённо напоминающее картофель. В течение уже нескольких тысяч лет ямс является основным питанием многих народов Западной Африки, а название это, прежде чем попасть в русский язык, прошло длинную цепочку превращений: из слова языка акан anyinam ‘вид ямса’ в португальское inhame и английское yam (во множественном числе yams).

Некоторые другие, не только несъедобные, африканские растения тоже проникли в русский лексикон. Слово «баобаб» происходит из Западной Африки, где его впервые увидели европейцы, а слово «кофе» – из Восточной, где он был выращен земледельцами эфиопской области Кафа.

Африканским по происхождению является, конечно, и слово «сафари» – термин этот пришёл к нам из восточноафриканского языка суахили. Впрочем, ещё раньше это слово приплыло к берегам Африки на узких арабских лодках доу – по-арабски safar означает просто ‘путешествие’. Но если сафари по Африке мы представляем себе в основном на открытых джипах, то и пеший поход, trek, от которого ведёт начало модное нынче слово «трекинг» – тоже африканское слово. В языке африкаанс так называли миграцию фермеров на новые земли при освоении Южной Африки в ХVIII–ХIХ вв.

Слово «вуду», как и корни этой своеобразной религии в Африке и Латинской Америке, ведёт свою историю из Бенина, где добрых и злых духов, неизменно требующих танцев и крепкого спиртного в качестве жертвенных возлияний, и сейчас зовут vodũ. Слово это происходит из близкородственных языков эве и фон. Но менее известно, что и названия вполне мирских танцев танго и самба тоже происходят из Африки. В частности, аргентинское танго изначально родилось как танец под барабаны чернокожих рабов. А в языке ибибио в Нигерии слово tamgu и сейчас значит «танцевать». Джазовой музыке, как и её названию, мы тоже обязаны чернокожим переселенцам из Африки: видимо, везли их из Гамбии, где в языке мандинка сохранилось слово jasi.

Ну а как обойти многочисленных животных Африки, известных нам под своими исконными, африканскими именами? Ближайшие сородичи человека бережно хранят свои исконные названия. Так, имя шимпанзе происходит из языка луба, распространённого в Конго, а его соседка горилла зовётся термином, ещё 2500 лет назад привезённым из дальних странствий по Африке карфагенскими мореходами: как мы помним, они считали горилл «людьми, покрытыми шерстью». «Жираф» появился в русском языке из арабского, а там оказался по милости одного из африканских языков – к сожалению, уже неясно, какого именно, но возможно, сомали. Муха цеце (из языка тсвана), ядовитая мамба (из суахили) и прочие вредные звери Тропической Африки тоже обосновались в русском языке благодаря африканцам.

Но самую удивительную этимологию имеет, конечно, русское слово «верблюд». К древним славянам оно забрело из языка их соседей, германского народа готов, где слово ulbandus, однако же, обозначало вовсе не верблюда, а слона. Славяне не очень правильно позаимствовали облик готского слова, но и сами готы явно были туги на ухо, потому что взяли своего «слона» из греческого elephantos. А греки в незапамятные времена (здесь учёные уже не столь уверены) составили это слово из берберского elu «слон» (так его до сих пор зовут народы Марокко) и древнеегипетского abw «слоновая кость». Возможно, в эту цепочку несуразностей внесли свой вклад и карфагеняне, но в любом случае приходится верить тому, что elu-abw и «верблюд» – это одно и то же слово, до неузнаваемости изменившее и звучание, и значение в ходе своего тысячелетнего путешествия из Африки в Россию.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Дробышевский С. В. Происхождение человеческих рас. Африка.

М.: Либроком, 2014.

На основе генетических данных исследуется происхождение и развитие современных расовых типов в Африке, причём классическая точка зрения о четырёх антропологических разновидностях африканцев подвергается мощной критике, а решение предлагается весьма нетривиальное.

Ольдерогге Д. А. История изучения африканских языков.

М.: Наука, 1990.

Курс лекций одного из родоначальников советской африканистики подробно описывает, как западный мир и Россия знакомились с языками Африки, какими этапами и с какими приключениями проходили эти исследования.

Петровский Н. С. Египетский язык.

Ленинград: ЛГУ, 1958.

Чтобы во время экспедиции к Великим пирамидам не слушать россказни гида, а самому прочесть иероглифические письмена, существует несложный для восприятия советский учебник, позволяющий научиться и писать, и читать по-древнеегипетски, раз уж поговорить на нём уже много веков не с кем.

Heine B., Nurse D. African Languages: An Introduction.

Cambridge University Press, 2000.

Коллекция очерков о крупнейших языковых семьях Африки, а также о структуре, звуках, частях речи и интересных особенностях языков континента. Книга предназначена для студентов-африканистов, уже освоивших базовые понятия лингвистики.

Tucker Childs, G. An Introduction to African Languages.

John Benjamins, 2003.

Одно из лучших современных введений в африканское языкознание, рассказывающее увлекательным английским языком об особенностях фонетики и грамматики языков Африки. К сожалению, на российской почве книг на эту тему пока ещё очень мало.

Санаев А. Уругуру.

М.: Рипол Классик, 2009.

Московский топ-менеджер неожиданно оказывается втянутым в запутанную историю с мифическими летающими людьми, странными смертями и, конечно, чернокожей красавицей, вместе с которой распутывать клубок африканских тайн значительно интереснее. Один из лучших современных российских романов об Африке.

Повседневная жизнь африканцев.

Все они ведут образ жизни, который не имеет и какого порядка и никакого смысла. Лев Африканский. Африка – третья часть света. ХVI в.

Для того чтобы понять, как функционирует традиционное общество, как мыслит живущий в нём человек, важно помнить главное: человек здесь никогда не бывает один. Понятия индивидуальности в том смысле, как мы привыкли её воспринимать, здесь не существует. Традиционный африканец рождается, проводит жизнь и умирает как часть системы рода или общины, которые регулируют практически все аспекты его жизнедеятельности. Община действует как коллективный разум, и её основная функция состоит в том, чтобы бережно охранять вековые традиции, обеспечивать их стабильность, преемственность и незыблемость.

Подобная организация характерна для традиционных обществ во всём мире и ещё не так давно была вполне обычным явлением в России, где сто лет назад сельские общины жили тем же коллективным разумом. В непростых условиях традиционного хозяйства человеку невозможно было выжить в одиночестве – он оставался практически беззащитен перед силами природы без помощи со стороны родичей или соседей, будь то в охоте, обработке земли или скотоводстве. Однако со временем общество научилось регулировать природу вокруг себя, и человек получил право на частную собственность и возможность определять свою жизнь более или менее самостоятельно, как делаем это мы в странах Европы. Но в современной Африке индивидуализм – одно из важнейших свойств европейской цивилизации – пока проигрывает традиционному укладу не только в деревне, но даже в крупных городах.

Любой африканец знает: его община всегда поможет и всегда подскажет правильный путь. Она защитит того, кому угрожает опасность, отомстит за своего члена, уладит его споры с родственниками и коллегами, поможет ему в постройке дома, организации свадьбы или похорон. Она одолжит денег, похлопочет за него перед органами правопорядка, найдёт ему жену. Если он заболеет, община будет обрабатывать его участок плантации, а если умрёт, позаботится о его вдове и детях. Ведь общиной руководят не только мудрые старейшины, но и вещие духи предков. Именно поэтому она воспитывает каждого из своих новых членов в духе солидарности, взаимопомощи и железной дисциплины.

РОД, ГРУППА, КАСТА.

Тем не менее устройство общины и принципы, по которым она существует, по всему континенту различаются весьма сильно. Наиболее архаичной структурой, как полагают учёные, является устройство общества по принципу генетического рода. Самые главные отношения здесь – отношения родства между членами группы. Соответственно авторитет и власть сосредоточены в руках отца семейства или старших родичей, а все члены общины делятся на «старшие» и «младшие» ветви, создавая незыблемую иерархию. Родовые отношения характерны для небольших групп людей, живущих изолированно, например бушменов Южной Африки, небольшие семьи которых передвигаются по малонаселённым областям и не имеют ни нужды, ни возможности строить постоянные поселения. Такая же структура общества присуща и охотникам-пигмеям. В состав рода принимаются жёны, которых берут из соседних родов, а все члены группы прекрасно знают своё место в структуре рода.

I am because we are. Африканская пословица

Старейшины деревни догонов собрались на торжество, Мали.

Будучи наиболее привычной для небольших групп охотников, родовая структура оставила следы во всех обществах традиционной Африки, даже и в ранних государственных образованиях. Например, средневековые государства Нигерии строились по принципу «большой семьи», главой которой провозглашался правитель, считавший всех подданных своими детьми. Все жители страны объявлялись потомками единого предка-прародителя, а вновь завоёванные народы также «усыновлялись» королём, включаясь в состав единого родового государства.

Так генетическое родство постепенно заменяется социальным – значительно более распространённым в сегодняшней Африке. В условиях социального родства деление членов общины происходит по иным критериям, нежели генетическое происхождение. В качестве примера такого общества можно назвать систему возрастных классов, весьма распространённую в Западной Африке. Дети – подростки – женихи – молодые мужчины – зрелые воины – мудрые старейшины: все эти этапы жизненного цикла проходит каждый мужчина деревни (у женщин, конечно, тоже есть свои возрастные группы-ступени), и каждая фаза, как новое воинское звание, открывает для него частицу сокровенного знания общины, новые возможности и перспективы, повышает его в общественной иерархии. Иногда классам присваиваются имена животных: у каримоджонг Кении это «Газель», «Зебра», и «Лев», а у их соседей кикуйю даже есть классы «Самолёт» и «Шиллинг».

Молодые воины цамай выходят на торжество, Эфиопия.

Система возрастных групп – отличный способ разделения труда и власти в общине, где каждый знает своё место, свои права и тех, кому он должен повиноваться. Конечно, эта система полностью лишает возможности для талантливого и «отличающегося» человека реализовать себя раньше своих сверстников или пойти наперекор традиции, но именно эта цель и преследуется общиной. Зато отстающему гарантирована помощь в течение всей жизни, что бы ни случилось. Каждому предоставлена своя роль, свой участок общественной работы, определены нормы поведения по отношению к остальным группам. Эта система стабильна и незыблема на протяжении веков. Кроме того, проходя путь длиною в жизнь по ступенькам возрастных групп, люди сплачиваются крепчайшими узами, которые превосходят семейные. В государстве зулу, созданном в начале ХIХ в. в Южной Африке и включавшем множество различных народностей, возрастные классы формировались в полки, воины каждого из которых считали себя родными братьями. Социальное родство вытесняло понятие родства генетического.

Там, где возрастные классы строго не стратифицированы, власть в общине всё равно, как правило, принадлежит старейшинам – наиболее заслуженных отцам семейств в деревне. Главную роль играет прежде всего возраст, а не заслуги или таланты человека. Вождь может быть и сравнительно молодым человеком, особенно сегодня, когда вождей в деревне нередко назначают указом сверху, «из района». Но его полномочия весьма номинальны, так как основные вопросы функционирования общины решают в любом случае старейшины. В конце концов, только они знают традиции проведения праздников и церемоний, религиозные обряды, они являются хранителями культуры, обычаев и, следовательно, социальной стабильности в общине. Вне зависимости от родового деления все решения в деревне будут приниматься советом старейшин.

ФЕНОМЕН СОЦИАЛЬНОГО РОДСТВА ПОНИМАЕШЬ, КОГДА ПОЛУЧАЕШЬ ШАНС ПОЖИТЬ В АФРИКАНСКОЙ ДЕРЕВНЕ. ДЛЯ АФРИКАНЦЕВ ЛЮБОЙ ЧЕЛОВЕК ОБЯЗАН ПРИНАДЛЕЖАТЬ К КАКОМУ-ЛИБО РОДУ. АВТОРУ ЭТИХ СТРОК БЫЛО ПОЗВОЛЕНО ВСТУПИТЬ В СОСТАВ МЕСТНОГО РОДА НА ПЕРИОД ПРОЖИВАНИЯ СРЕДИ НАРОДА ЗИАЛО В ГВИНЕЕ: СТАРЕЙШИНЫ ПРИСВОИЛИ ЕМУ НОВОЕ ИМЯ И ПОЗНАКОМИЛИ С НОВЫМИ «РОДСТВЕННИКАМИ», ОБЪЯСНЯЯ, КТО КЕМ БУДЕТ ТЕПЕРЬ ПРИХОДИТЬСЯ. ТАК ИНФОРМАНТ, С КОТОРЫМ АВТОР РАБОТАЛ НАД ЯЗЫКОМ ЗИАЛО, СТАЛ ЕМУ МЛАДШИМ БРАТОМ, А ЕГО РОДИТЕЛЕЙ НУЖНО БЫЛО НАЗЫВАТЬ «МАМА» И «ПАПА», ПРИЧЁМ ОБА ОТНОСИЛИСЬ К ЭТОМУ КАК К ДОЛЖНОМУ. ОДНАЖДЫ ВОЖДЬ ДЕРЕВНИ ПОСЕТОВАЛ, УКАЗЫВАЯ НА СТАТНУЮ ЧЕРНОКОЖУЮ ДЕВУШКУ: «ЕСЛИ БЫ ОНА НЕ БЫЛА ТВОЕЙ СЕСТРЁНКОЙ, ТЫ БЫ МОГ ВЗЯТЬ ЕЁ В ЖЁНЫ».

Старейшины деревни конкомба слушают рассказ белого человека, Гана.

Возраст является в Африке определяющей характеристикой человека, его влияния и уважения к нему. Чего бы ни добился в жизни молодой человек до 30 лет, будь он даже миллионером и доктором наук, для своих соплеменников он останется прежде всего пти («малыш»), как во франкофонной Африке называют молодёжь. Вождём ему не стать, и на собраниях старейшин по вопросу о покупке дизельной молотилки никто не спросит его мнения. Зато старого человека, вне зависимости от его заслуг и достижений, все будут величать отцом, ему достанется лучший кусок в праздничной трапезе, и никто не посмеет перебивать его во время беседы. Подобные представления, характерные для традиционных обществ повсюду в мире, в Африке остаются практически незыблемыми.

По сей день в Африке довольно много примеров сословных или кастовых обществ, более или менее схожих с обществами древней и средневековой Европы. Здесь возрастные отношения мало что значат, а власть строится на основе подчинения основной части населения некоторой «аристократической» касте, образованной чаще всего в результате завоевания одним народом другого. Классическими примерами такого развития являются страны Восточной Африки, где вторжения скотоводческих народов нилотского происхождения в страны земледельцев-банту в ХV в. привели к образованию ряда «аристократических государств». Например, в Руанде и Бурунди правящей кастой в течение веков являлись скотоводы тутси, а значительно более многочисленные земледельцы-хуту рассматривались как подчинённая каста. В Уганде скотоводы хима получили такую же власть над земледельцами иру. И даже несмотря на то, что завоеватели полностью переняли язык и культуру своих подданных, несмотря на практически стёршиеся различия в образе жизни и внешнем виде, в сегодняшней Руанде тутси и хуту по-прежнему относятся друг к другу как неравноценные группы. А в традиционных общинах доминирование тутси над хуту продолжает оставаться стержнем общественной организации.

ИНИЦИАЦИЯ, СВАДЬБА И ПОХОРОНЫ.

С рождения жизнь человека связана с семьёй – его самыми близкими людьми являются родители. Но в Африке семейные узы противоречат общинным, и уже с раннего детства их начинают ослаблять. Прежде всего, человек должен чувствовать себя членом своего рода, «большой семьи», где отцом для него является любой родич старшего поколения. Во многих языках Африки нет даже терминов «дядя, дедушка», их называют папой так же, как и родного отца. До двух-трёх лет ребёнок проводит всё своё время в непосредственном контакте с мамой – как правило, у неё на спине, сидя в специальном платке, сравнимом с модным ныне слингом, обвязанном вокруг материнской груди, из которого его достают только для того, чтобы покормить или помыть. Любой африканец знает страшные сказки о том, как мать оставила люльку с сыном на ветке дерева и её утащил злой дух, гном или колдун, так что даже во время тяжёлого физического труда матери боятся снять со спины свою драгоценную ношу. Проведя на маминой спине два года, ребёнок спускается на землю и начинает ходить в тот же день. Но кормить его грудью мать будет ещё несколько лет, чтобы тем самым сэкономить на покупке продуктов. В некоторых культурах ребёнок кормится материнским молоком до шести-семи лет, причём к этому времени он уже имеет несколько младших братьев и сестёр.

Они… удаляют у мальчиков соски грудей, чтобы груди их не походили на груди женщин. Аль-Якуби. История. IХ в.

Ребёнок довольно мало общается со своим отцом – в Африке дети целиком находятся на попечении матери, тем более что у многих народов муж выстраивает себе отдельную хижину и с женой не сожительствует. Он будет приходить к семье лишь изредка по вечерам, чтобы провести ночь с супругой, в остальное же время будет спать отдельно – или же с другими жёнами.

Становясь старше, ребёнок начинает приобщаться к коллективному труду. Игры, в которые играют африканские дети, почти всегда имитируют жизнь взрослых: мальчики изображают охоту или строительство хижин, девочки стирают платочки в реке, «понарошку» сажают в поле маниок или учатся носить на голове ведёрки воды. Скотоводы лепят для своих детей глиняные фигурки быков, а охотники строгают маленькие ружья из дерева или щит из кокосового ореха. Сегодняшние игрушки небогатых африканцев, особенно в сельской местности, удивительно разнообразны – как раз потому, что в их распоряжении нет фабричных продуктов. Здесь можно встретить машинки из ржавых консервных банок, кукол из полиэтиленовых пакетов и кусочков ткани, игрушечные домики из старых канистр и футбольный мяч, связанный из тростника или вручную сделанный из сока каучуковых деревьев. Хотя в последнее время наплыв китайских товаров вытесняет самобытность и в самых отдаленных частях континента.

Детей стараются вовлечь в работу матери, отца и дяди, и постепенно они усваивают навыки труда взрослых. Тогда же впитываются и представления о ценностях: например, у скотоводов Восточной Африки, буквально обожествляющих свой скот, в возрасте пяти-шести лет каждый мальчик получает в подарок молодого бычка, о котором он должен ежедневно заботиться. Бычок носит то же имя, что и ребёнок, и они воспринимаются как родные братья. Этот бык на многие годы будет для подростка едва ли не ближе, чем его настоящие братья.

Именно в этот период, в возрасте пяти – семи лет, у некоторых народов происходит то, что в литературе именуется инициацией, – посвящение во взрослые члены общины. По всей Африке существуют сотни разновидностей процедуры инициации, разнится и возраст, при котором дети проходят их (от года до 20 лет), но их роднит одно: стремление общины прервать опеку родителей над подростками, обучив последних социальным нормам жизни в рамках общины. Разрыв с миром детства иногда бывает болезненным, хотя в сегодняшней Африке он проходит обычно весьма формально. Чаще всего для перехода во взрослую жизнь подростки проводят некоторое время в изоляции от родных, в специальном лагере в лесу или в саванне, где жрецы или старейшины преподают им уроки поведения в общине, навыки религиозного поведения, семейной жизни, основы мифологии и истории племени. Внешний мир для них как бы перестаёт существовать, они умирают, отделяются от своего прошлого, чтобы переродиться вновь для будущего, где родными для них будут все члены общины, не только родители. Они участвуют в специальных церемониях и таинствах, призванных оказать сильное впечатление на ребёнка до конца дней, беседуют со старейшинами и проходят практику «взрослой жизни», куда нередко включается обучение и хозяйству, и войне, и религии, и сексу. После проведения всех обрядов ребёнок прощается с семьёй и становится членом общины – для этого ему иногда присваивается и новое имя.

Однако никакая инициация не может обходиться без тяжёлых испытаний, которые придётся пройти подростку. Для начала это может быть длительный, до месяца, период воздержания от нормальной пищи, нередко почти без сна, с изнурительными физическими упражнениями или ритуальными танцами. В некоторых племенах инициируемые вынуждены проводить целые дни в темноте или в молчании, испытывать физическую боль, голод и изнеможение, символизирующие смерть и последующее воскрешение в ином мире. У догонов Мали мальчики бегают наперегонки, развивая немыслимую скорость, потому что верят, что прибежавшего последним ночью сожрёт питон. А хамар в Эфиопии обмазывают юношу навозом и дают трижды пробежать по спинам девяти быков, ни разу не оступившись. У народов Западной Африки дети получают надрезы на щеках или на лбу, которые навечно определяют их принадлежность к племени. В Восточной Африке девочкам подпиливают зубы, прокалывают уши или нижнюю губу, куда будет вставлено что-нибудь вроде знаменитого глиняного диска, о котором мы уже рассказывали в главе «Народы и языки». Никакой анестезии, кроме затормаживания реакции с помощью монотонного пения или ароматического дыма, не применяется. Но ещё чаще, чем операции на лице, инициация предполагает операции на половых органах.

Инициация юноши скотоводческой народности хамар проходит с непременным участием быков, Эфиопия.

По всей Африке чрезвычайно распространено обрезание мальчиков, которое засвидетельствовано уже в Древнем Египте. Сегодняшнее ритуальное обрезание иудеев и мусульман Ближнего Востока ещё в древности было заимствовано именно у египтян. Оно продолжает практиковаться в Африке и мусульманами, и христианами, и носителями традиционных верований. Хотя некоторые учёные полагают, что обрезание призвано спасать мужчину от инфекционных заболеваний жаркого климата, гигиенические истоки этого обряда так и не были вразумительно доказаны, зато хорошо известно, что от инфекций, вызванных ржавыми ритуальными ножами и грязной «священной» водой, в Африке продолжают умирать тысячи инициированных детей.

По сей день врачи и учёные всего мира безуспешно борются с женским обрезанием, применяемым в большинстве стран Африки к северу от экватора. Обычно оно заключается в том, что девушке удаляют клитор, рассматриваемый в африканской мифологии как ненужное «мужское начало» в женщине. Нередко обрезанию подвергаются и половые губы, в некоторых ритуальных случаях они и вовсе сшиваются между собой, что навсегда лишает женщину возможности вести какую бы то ни было половую жизнь и иметь детей. Особенно распространён этот древний обычай в Египте, Судане, Эфиопии и Сомали, а в Западной Африке – в Мали, Гвинее и Сьерра-Леоне. Всего в Африке, по данным Всемирной организации здравоохранения, остаётся не менее 100 млн женщин, подвергшихся операциям обрезания.

Обычай этот, отвергаемый сегодня и исламом, и христианством, объясняют по-разному, в том числе и необходимостью лишить женщин либидо и, следовательно, желания изменять мужу. В мусульманских странах его объясняют религиозными предписаниями, и неграмотные женщины лишь много лет спустя узнают, что в Коране нет ни слова про женское обрезание.

ИЗ РАССКАЗА ЭФИОПСКОЙ ДЕВУШКИ: «АМХАРЦЫ [Т. Е. ВЛАСТИ] ПЫТАЮТСЯ ЗАСТАВИТЬ НАС ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ДРЕВНИХ ТРАДИЦИЙ, НО Я САМА ПРОСИЛА БАБКУ, ЧТОБЫ МНЕ СДЕЛАЛИ ОБРЕЗАНИЕ. ЕСЛИ БЫ Я НЕ СДЕЛАЛА ЭТОГО, Я БЫ НА ВСЮ ЖИЗНЬ ОСТАВАЛАСЬ ГРЯЗНОЙ, КАК ЖИВОТНОЕ, И ВСЕ ВОКРУГ ДРАЗНИЛИ БЫ МЕНЯ, НАЗЫВАЛИ ДИКИМ ЖИВОТНЫМ. А СЕЙЧАС Я СТАЛА НАСТОЯЩЕЙ ЖЕНЩИНОЙ, КАК МОЯ МАТЬ И МОЯ БАБКА, КАК ВСЕ МОИ ПОДРУГИ».

Несмотря на то что обрезание клитора обрекает женщину на вечные физические мучения при взаимодействии с мужчиной и начисто лишает всякого удовольствия при этом, несмотря на целый букет смертельных заболеваний и резкий рост угрозы бесплодия, многие африканки добровольно идут на обрезание и даже активно противодействуют усилиям правительства отучить их от этого. Необрезанные девушки считаются развратными, нечистыми, в сельских общинах у них не будет шанса ни выйти замуж, ни сохранить уважение соплеменников. Женщина с клитором, полагают в Судане, неминуемо станет проституткой, хотя по статистике из 100 суданских проституток 85 как раз обрезаны. А женщины в Сьерра-Леоне, отправляясь под нож местного целителя, уверены, что из клитора со временем вырастет огромный мужской член, если его вовремя не обрезать. В тех районах континента, где половые органы девушек зашивают, чтобы сохранить их девственность до брака, мужьям приходится нередко резать собственную жену ножом, потому что идти с этим к врачу считается позором.

Инициация, свадьба и похороны – три главных события в жизни общины, и каждое из них жёстко регулируется традициями. Даже и сегодня, проживая в крупных городах, африканец не отрывается от корней и должен отправиться в деревню своих предков, если получит известие о предстоящем празднике. Ритуалы прописаны до мелочей, и за их соблюдением ревностно следят старейшины деревни.

Существенно то, что и свадьба, и похороны требуют от семьи громадных имущественных жертв. Например, похороны отца семейства должны сопровождаться таким количеством угощений, жертвоприношений и церемоний, что могут разорить даже зажиточного человека. Сотни людей – социальные родственники – должны в течение нескольких дней кормиться буквально на убой, богатые жертвы будут принесены духу умершего и его коллегам – духам предков. Нередко хозяину торжества приходится брать банковский кредит под залог недвижимости, резать или распродавать весь свой скот, только чтобы обеспечить пышные похороны по неписаным законам своего народа. С помощью таких обычаев добровольно-принудительной раздачи накопленного община искусственно поддерживает своеобразное равенство между своими членами. Да, соседи всегда помогут и не допустят разорения семьи покойного, но когда-нибудь потребуют помощи взамен. Отказаться же от расточительных похорон при этом совершенно невозможно – это будет равносильно оскорблению всей деревни, обычаев отцов и дедов, и уж, конечно, это сильно не понравится духам.

Мастерская по изготовлению «профессиональных» гробов, Гана.

В НЕКОТОРЫХ КУЛЬТУРАХ КУЛЬТ ПОХОРОН ПРИНИМАЕТ СВОЕОБРАЗНЫЕ ФОРМЫ. НА ЮГЕ ГАНЫ СУЩЕСТВУЕТ ОБЫЧАЙ ИЗГОТОВЛЯТЬ «ГОВОРЯЩИЕ ГРОБЫ», КОТОРЫМ ПРИДАЁТСЯ ОСОБАЯ ФОРМА В СООТВЕТСТВИИ С ПРОФЕССИЕЙ УСОПШЕГО. ЕСЛИ ОН БЫЛ РЫБАК, ЕГО ПОЛОЖАТ В ГРОБ В ВИДЕ УЛЫБАЮЩЕЙСЯ РЫБЫ, А БАРМЕН УПОКОИТСЯ В ДЕРЕВЯННОЙ ПИВНОЙ БУТЫЛКЕ. ВЕСЬМА РАСПРОСТРАНЕНЫ ГРОБЫ В ВИДЕ АВТОМОБИЛЯ, ПЛОДА МАНИОКА ИЛИ ПАПАЙИ.

Свадьба тоже не может остаться кулуарным событием, «только для близких» – на неё созываются вся деревня, родственники из города, из соседних общин. Её подготовка, помимо приготовления угощения на сотни гостей, включает сбор средств для выкупа невесты, который может достигать немыслимой для рядового африканца суммы в несколько тысяч долларов. Впрочем, семье невесты не придётся воспользоваться этими деньгами для повышения благосостояния – часть средств сразу же уйдёт на церемонии в честь духов, а часть будет отложена на ближайшие похороны или сватовство собственного сына.

Женщина сонгаи в свадебных украшениях, Мали.

В современной Африке большинство молодых людей, живущих в городах, выбирают себе невесту и жениха самостоятельно. Однако и здесь существуют свои ограничения, так как родители и родственники могут с неодобрением воспринять жениха, принадлежащего к иной религии или, ещё хуже, к иной народности, ведь многие этнические группы в Африке находятся в глухой вражде во много раз дольше, чем Монтекки и Капулетти. В сельской местности решение по-прежнему принимает община: родители жениха и невесты заключают между собой договор, освящённый согласием деревенской верхушки. Иногда такая договорённость существует, пока жених и невеста ещё не научились даже ходить, и со временем их ставят перед фактом. Пренебрежение мнением соплеменников может повлечь за собой утрату общинной взаимопомощи, которой африканец очень дорожит, ведь она означает помощь не только живых, но и духов. Разумеется, в таких условиях брак по собственному выбору является привилегией лишь обеспеченного человека, не обременённого к тому же чересчур серьёзным отношением к традициям, а это весьма сложно даже при наличии хорошего западного образования.

В то же время глобализация и взаимопроникновение культур играют не последнюю роль, и количество межрасовых браков продолжает расти. Собственно, в Африке они никогда не были редки: в Древнем Египте жили люди белой и чёрной расы, а цивилизацию суахили, зародившуюся ещё два тысячелетия назад, можно назвать результатом смешанных браков между арабами, иранцами, индийцами и коренными африканцами. Смешение рас происходило веками на Мадагаскаре и в зоне Сахеля. В эпоху колониализма активная метисация населения происходила в португальских колониях —

Анголе и Мозамбике, а большинство населения Кабо-Верде сегодня – потомки именно смешанных браков. Большое количество одиноких белых женщин, преимущественно француженок, продолжает прибывать в Африку в поисках молодого мужа, а русские и украинские невесты с готовностью пополняют гаремы по всей Северной Африке. Метисы попадаются и среди глав африканских государств: нынешний президент Ботсваны Ян Кхама – сын белой женщины.

Ранние браки, несмотря на борьбу с ними государства и международных организаций, остаются общепринятыми в ряде регионов. Народы манден в Западной Африке цитируют пословицу о том, что «ранний брак убивает распутство», и считают, что, если молодую девушку своевременно не выдать замуж, она неизбежно вскоре забеременеет. В результате, например, средний (!) возраст невесты в Нигере пятнадцать – шестнадцать лет, ничуть не лучше ситуация в соседнем Мали. Ещё в середине ХХ в. для эфиопов нормальным считалось выдать девочку замуж в двенадцать – тринадцать лет. Для родителей это способ сбыть с рук лишнего едока, а если подворачивается случай, сделать это ещё и за хороший выкуп, да в богатую семью… Но и бедняк может рассчитывать на молодую супругу: крестьянин, например, заключает брачный договор с родителями четырёхлетней девочки и до момента её созревания должен работать на них по хозяйству. Первая же менструация дочери означает неминуемую свадьбу. Таковы традиции, и борьба с ними требует времени, но постепенно изменения происходят, и брачный возраст в Африке растёт. В Намибии, например, даже в традиционных общинах средний возраст замужества превышает двадцать шесть лет, так что проблема ранних браков здесь не возникает.

Добрачные половые связи в Африке не являются строгим табу – в некоторых обществах они даже поощрялись. Среди исповедующих ислам туарегов такая практика описывалась ещё пару десятилетий назад. Однако нет ничего хуже, чем добрачный ребёнок, родившийся прежде, чем родители получили общественное согласие на брак. Это наибольший позор для девушки, и за подобный проступок ещё недавно можно было с лёгкостью лишиться жизни. В Уганде безвременно родивших девушек отправляли в одиночестве на микроскопический островок посреди озера Буньони, где оставляли на голодную смерть. Ребёнок отходил её родителям, а мужчина – виновник трагедии – отделывался лёгким порицанием. Когда мы слышим призывы некоторых африканских и западных учёных о «возвращении Африки к традиционной культуре», нам хочется верить, что речь идёт не об этой изуверской практике.

ОБЩИНЫ И РАБЫ XXI ВЕКА.

О работорговле в Африке слышали многие (мы рассказывали о ней в главе «История»), но лишь немногие знают, что в сегодняшней Африке рабство продолжает существовать, а количество рабов с ростом населения даже увеличивается.

Если нужно дойти быстро, иди один. Если нужно дойти далеко, идите все вместе. Пословица сомали

Официальный запрет рабства, провозглашённый европейскими правительствами ещё в первой половине ХIХ в., мало затронул многовековые порядки во внутренних районах континента. Трансокеанская работорговля постепенно сошла на нет, но в самой Африке в рабстве продолжали оставаться миллионы людей, а большинство африканских государств относилось к этому вполне лояльно. Там, где работорговля была запрещена законом, на этот закон не обращали никакого внимания, ведь в Африке привыкли ориентироваться не на законы, а на традиции. Так, российский путешественник Василий Юнкер в конце ХIХ в. описывает активную работорговлю в египетском Судане, которую вели представители власти с местными вождями. По его словам, мальчики-рабы, захваченные во время набегов на местные племена, были почти у каждого египетского солдата, служа для них оруженосцами. Британский коллега Юнкера, путешественник Мунго Парк, в середине ХIХ в. полагал, что на одного свободного в Африке приходится примерно трое рабов.

Борьбу с рабством в Африке, как ни парадоксально, возглавили те же самые европейцы, которые ранее служили главным стимулом работорговли. После раздела Африки между колониальными державами рабство было официально запрещено практически повсюду. Англичане не раз использовали военную силу против африканских государств, используя работорговлю как предлог для начала завоевания. По иронии судьбы, двумя последними государствами, где рабство было разрешено законом, стали сохранившие свою независимость от колонизаторов Либерия (до 1931 г.) и Эфиопия (до 1942 г.).

Чернокожий раб белла на рынке города Дженне, Мали.

Запрет рабства, записанный в конституциях, впрочем, не оказал серьёзного впечатления ни на кого, кроме европейских держав. Тропическая Африка издревле не могла похвастаться культурой особенно скрупулёзного соблюдения буквы закона (писаных законов там просто не существовало), так что и в колониальный период рабство во многих областях континента продолжало процветать под покровительством местных вождей. Они не могли понять: как же тогда обходиться с пленными, доставшимися в ходе войны, или разорившимися должниками – не убивать же их? Африканские традиционные общества хранят многовековую традицию так называемого домашнего рабства, когда рабы, захваченные в ходе войн или набегов на соседние народы, а также местные преступники поступают в распоряжение семьи победителя или кредитора, который может воспользоваться ими по собственному усмотрению. Африканские рабы живут рядом со своими хозяевами, пользуются вполне гуманными условиями существования, обладают некоторыми правами. Они могут создавать между собой семьи, иметь возможность строить собственные жилища, а работают и принимают пищу наряду со своими хозяевами. В общинах они считаются членами того же рода, что и их владельцы. Домашние рабы в Африке – это далеко не те несчастные с колодками на шее, что в нашем воображении гремят цепями, ежеминутно получая удар плетью от надсмотрщика.

Во многих сообществах рабы превратились в своего рода замкнутые касты со своими культурными и антропологическими особенностями. Например, у каждой зажиточной семьи туарегов Мали есть одна или несколько семей рабов, так называемых харратинов или белла, потомков населения саванны, захваченных туарегами в ходе набегов предыдущих столетий. Они готовят еду и чинят одежду, ухаживают за верблюдами и выполняют тяжелейшую работу по добыче и транспортировке соли из Сахары на рынки долины Нигера. Белла говорят на диалекте языка тамашек и исповедуют ислам – так же, как и сами туареги. Они обладают относительной свободой перемещения, имеют свою личную жизнь и ведут собственное хозяйство. Даже ночуют они подчас в тех же палатках, что и их хозяева. Более того, белла исполняют свои обязанности вполне добровольно, безо всякого принуждения со стороны туарегов, под воздействием прежде всего традиции. Они осведомлены о том, что по сегодняшним законам могут в любой момент встать и уйти от своего хозяина, но не делают этого по двум причинам: во-первых, из боязни потерять кров и стол и, во-вторых (что даже важнее), потому что так жили их отцы и деды. Потому что так было всегда.

После обретения африканскими странами независимости доля рабов в обществе продолжает снижаться, но процесс этот остаётся весьма медленным – тысячелетние общественные устои трудно изменить в одночасье или даже в течение жизни одного поколения. Вялые законодательные запреты на рабский труд, не подкреплённые уголовным кодексом, мало волнуют как рабовладельцев, так и тем более закабалённое население, которое об этих запретах зачастую и не подозревает. Каждый межгосударственный или этнический конфликт в Африке приводит к новым захватам и удержанию рабов: массовые случаи такого рода фиксировались и в ходе недавних войн в Конго, Уганде, Южном Судане. Что касается традиционного рабства в странах Западной Африки, где чернокожее население веками работало на сахарских кочевников, то цифры здесь по-прежнему шокируют. В Нигере, где наказание за рабовладение было внесено в уголовное законодательство только в 2003 г., рабами остаётся до 10 % населения. А в Мавритании, где пятая часть всех граждан, не менее 600 тыс. человек, принадлежат к подневольным кастам, рабство было объявлено преступлением только в 2007 г. Рабство в Африке – это феномен не далёкого Средневековья, а технологичного XXI столетия, и борьба с ним ещё далеко не закончена.

Стоит заметить при этом, что рабы в Африке всегда работали бок о бок со своими хозяевами. Этот обычай тоже ложится в традиционную модель жизнедеятельности африканцев. Ничто так не сплачивает общину – родственников и соседей, свободных и подневольных, молодёжь и стариков, – как совместная работа. Труд здесь преимущественно коллективный, и его результаты распределяются так, чтобы в общине сохранялся баланс, не было ни нищих, ни богатых. Сельскохозяйственная деятельность требует этого по естественным причинам: в одиночестве человек не сможет ни построить плотину, ни вспахать большое поле в отсутствие необходимых инструментов, животных или машин, ни смолотить зерно. В одиночестве охотник может подстрелить антилопу дик-дик отравленной стрелой, но не справится со слоном – для этого тоже нужны коллективные усилия. Кооперация в труде имеет важнейшее объединяющее значение, будь то совместная рыбная ловля у фон в Бенине, семейная загонная охота у бушменов Ботсваны или строительство домов у нупе в Нигерии.

Рыбаки тянут общественный невод из океана, Бенин.

Труд – это общественная ценность, и он редко зависит от воли человека. Оплачиваемая работа в африканской деревне по сей день встречается редко, любая работа для члена общины обязательна и ничем не компенсируется, кроме взаимной помощи со стороны общины. Если даже наёмный труд и встречается, оплата производится натурой – зерном, угощением или новорожденным телёнком. Понятий отпуска или каникул здесь тоже не существует. Рассказы белых людей об отпуске и способах его проведения в сельской Африке неминуемо вызывают дружный искренний смех.

Именно поэтому нередко и кофейная плантация, и ямсовое поле, и стада коз и коров являются собственностью нескольких семей или даже всей деревни. Человек может иметь в своём распоряжении небольшой огород для выращивания овощей, но и его сложно считать частной собственностью, потому что в случае, если овощи понадобятся соседям для какого-нибудь праздника, их придётся отдать. Зато община может собрать деньги и купить себе дизельную машину, с помощью которой каждый сможет сделать муку из кукурузы, или даже трактор. Община рыбаков совместно построит рыболовный катер и сплетёт огромные сети, в которые сможет наловить рыбы на всю деревню – после рыбалки вся она будет поделена поровну, разве что вождь и старейшины получают более солидные доли улова. Общими для всей деревни могут быть кузница, плуг, и свободно бродящие по улицам козы и куры. Из животных только коровы и собаки, пожалуй, знают своего единственного, настоящего хозяина. Но все эти особенности, конечно, имеют в основе одно фундаментальное отличие африканского традиционного общественного строя от привычного нам европейского – отсутствие частной собственности на землю. Такого понятия в Африке не существовало никогда, и введение этого правового термина в ХХ в. мало что изменило как в сознании большинства африканцев, так и в политике властей, которые продолжают повсеместную практику «волнового» отъёма и передела собственности после каждой смены власти в стране.

Зато основой коллективного труда в Африке является принцип взаимопомощи, давно позабытый в европейском обществе с его опорой на индивидуализм. В общине многие видели залог построения подлинного «африканского социализма». Этот почти коммунистический образ хозяйствования активно эксплуатировался Советским Союзом и его сторонниками во второй половине ХХ в., когда уравнительная система, подобная деревенской общине, строилась на уровне всего национального хозяйства, хотя и далеко не везде с успехом.

Этот принцип помогает каждому из членов общины ощущать стабильность в жизни, определённую степень защиты от житейских и природных невзгод. При условии выполнения некоторых обязанностей любому гарантирован кусок хлеба, а в случае непредвиденного несчастья – помощь со стороны односельчан, что в условиях отсутствия пенсионного обеспечения и иной господдержки становится важнейшим фактором. С другой стороны, для талантливых и инициативных людей, стремящихся выбиться из заранее отведённой им роли в общине, такая система представляет собой естественный тормоз. И если ещё столетие назад разрыв с общиной означал для такого «диссидента» неминуемую гибель, то сегодня у каждого сельского жителя есть выход – сменить место жительства, отправившись в город, и попытаться реализовать амбиции, для которых сельская община оказывается слишком консервативной.

ЖЕНСКАЯ ДОЛЯ.

Граница ума женщины – её грудь. Пословица бамбара

Помимо категории возраста, играющей определяющую социальную роль повсюду в Африке, категория пола также является центральной в общественной иерархии. Права и обязанности полов различаются здесь настолько глубоко, что иногда может создаваться впечатление, что мужчины и женщины живут в разных мирах. Это хорошо видно и в традиционных общинах, и в тех регионах, где ислам и христианство уже пустили глубокие корни в образ жизни африканцев.

Женщины несут в город вязанки хвороста по 30–40 кг каждая, Эфиопия.

Женское и мужское общество разделены и в труде, и в быту, и в культуре, и в религии. Женские и мужские виды работ чётко распределены, и переход границ здесь недопустим. Ни один взрослый мужчина не запятнает себя позором пронести ведро воды от ручья до деревни, ни одна женщина не осмелится отправиться на охоту или на кофейную плантацию. При этом женские профессии, как правило, включают самые тяжкие виды физических работ: вспашку и обработку полей, сбор урожая ямса или сорго. Только женщина может толочь зерно или пальмовые орехи в ступе – потому-то африканки так изумляются, когда западные туристы-мужчины бросаются позировать перед фотоаппаратами возле ступы с пестом в руках. Рыбалка в лесных речушках в Западной Африке считается исключительно женским занятием, хотя невод для жены должен сплести мужчина. В Гане мужским делом считается изготовление знаменитых тканей икат, а женщине запрещено даже прикасаться к ткацкому станку. А вот носильщиками самых тяжёлых грузов будут неизменно женщины.

В охотничьих общинах экваториальных лесов и южноафриканских пустынь женщины добывают 70–80 % пропитания с помощью сбора плодов, корней, трав и насекомых. Охотник может рассчитывать только на удачу, которая является далеко не каждый день, особенно в сегодняшней Африке, где популяции диких животных снизились до исторического минимума. Женщина, исходившая всю округу с ребёнком на спине в поисках съедобных растений, отвечает за выживание всей семьи и накопление запасов.

При этом жена и сама по себе является запасом, эквивалентом благополучия и богатства мужчины. Почти повсеместно на Чёрном континенте, не исключая и христианские страны, распространена полигамия (надо сказать, нормальное явление для 80 % народов мира). Зажиточные африканцы платят за жён солидный выкуп, понимая, что жёны ценнее любого богатства, ведь они обеспечивают продолжение рода, рост числа наследников, престиж владельца. Браки, кроме того, создают сеть матримониальных союзов между родами, во много раз увеличивая влияние мужчины. У правителя города-государства Кано в Нигерии в ХIХ в. было несколько сотен жён, так как старшие дочери всех его вассалов автоматически доставались ему: так он укреплял семейные связи с подданными и заодно демонстрировал народу свою необычайную мужскую силу. Но и для обычного крестьянина несколько жён в радость: они способны обработать большое поле и откопать добротный урожай маниока, который мужчина с выгодой продаст на городском рынке. Именно поэтому сами женщины чаще рады появлению «коллег» в семье – для них это помощницы по хозяйству, а ревность африканской культуре не очень свойственна. По ценности жёны могут сравниться разве что с крупным рогатым скотом, основным мерилом благополучия в африканской саванне. Жену, например, нельзя было продавать в рабство, в отличие от сестры или дочери. Африканские мужчины никогда не могли понять христианских миссионеров, стремившихся ограничить многожёнство, и с большей охотой выбирали ислам.

Жёны, впрочем, не только обогащают, но и обременяют богатых мужчин – здесь различий с Европой меньше. Вожди народа луба в Конго имели до сотни и больше жён и вынуждены были кормить их за свой счёт, принимая в гарем всё новых и новых вдов и старых дев. Ведь жена, как и всякое имущество, передаётся по наследству. То, что сегодня содержать жену становится дорого, – одна из основных причин роста моногамных семей в Африке. Обуза, в которую превращается вдова, перешедшая после смерти мужа в семью его родственников, иногда устраняется очень просто: вдову обвиняют в колдовстве и изгоняют из деревни, что всё-таки лучше, чем старые обычаи некоторых народов убивать вдов, оставляя трупы птицам (как ламба в Замбии), или хоронить их заживо, перебивая ноги (в Бенине).

Уважаемые женщины деревни зиало, Гвинея.

Будучи принадлежностью мира вещей, женщина является предметом заботы и внимания, как и всякое ценное имущество. Но мнение о ней в Африке весьма невысоко: её считают неумелой, непостоянной, глуповатой, чересчур эмоциональной и неспособной себя контролировать (мнения авторов настоящей книги по этому вопросу разделились). Доверять ей нельзя, но без неё никак не обойтись. Из этого противоречия и складывается отношение к женщинам в Африке.

Религиозная жизнь в традиционных общинах разделена на мужскую и женскую. Мужчины проводят свои церемонии (на многие из которых вход женщинам и детям запрещён), танцы масок, обряды жертвоприношений в священных рощах или у алтарей предков. В свою очередь, женская часть общины имеет право на свои собственные ритуалы, куда ни один мужчина не осмелится показаться.

Положение женщин нисколько не облегчается и исламской религией. Для мусульман женщина отвечает за жизнь внутри дома, а мужчина – вне его. На практике это означает, что все тяжёлые домашние работы, включая доставку воды, уборку, приготовление пищи и уход за животными, возлагаются на женщину, окружённую к тому же детьми, в буквальном смысле висящими на её шее. Отношение к женщине как к имуществу, средству производства пищи и воспроизводства детей в неизменном виде перекочевало из традиционной африканской культуры в культуру мусульманской Африки. Причём, если ближневосточные мусульмане всё же предоставляют женщинам весьма значительные права, в том числе и имущественные, многие африканцы предпочитают оставлять своих жён вне ислама. Нередко бывает так, что мужчина ходит в мечеть и соблюдает рамадан, в то время как на женщину возлагается обязанность поддерживать алтари предков и старые языческие культы.

Физическое насилие в отношении женщин остаётся чрезвычайно распространённым. У скотоводов Судана принято поколачивать женщину по вечерам, приходя домой: считается, что это должным образом воспитывает молодую хозяйку, способствует появлению у неё чувства ответственности и разума, которые иначе как побоями ведь никак не вызовешь. Существует в Судане и интересный обычай ритуального бичевания жён. Это праздничная церемония, её практикуют во время торжеств инициации, свадьбы или похорон. Муж должен отстегать свою жену по спине и животу так, чтобы выступила кровь. Рубец затем наполняют растительной смесью с золой, чтобы он превратился в незаживающий, выпуклый шрам – такие сегодня можно видеть на спине почти каждой женщины в регионе. В дополнение к декоративному шрамированию, о котором мы ещё расскажем ниже, эти следы семейной жизни буквально не оставляют на теле женщины живого места.

НА ОДНОМ ИЗ ПРАЗДНИКОВ ИНИЦИАЦИИ В ЭФИОПИИ АВТОР НАСТОЯЩИХ СТРОК НАБЛЮДАЛ, КАК МЕСТНЫЕ ЖЕНЩИНЫ САМИ НАСТАИВАЮТ НА СОХРАНЕНИИ ОБЫЧАЯ БИЧЕВАНИЯ. ИЗРЯДНО НАКАЧАВШИСЬ ПРОСЯНЫМ ПИВОМ И ВДОВОЛЬ НАПЛЯСАВШИСЬ НА ПРАЗДНИКЕ, ОНИ НАПРАВИЛИСЬ К СВОИМ МУЖЬЯМ С ПРУТЬЯМИ В РУКАХ И МАЗОХИСТИЧЕСКИМИ ТРЕБОВАНИЯМИ. НО МУЖЧИНЫ НЕ ВЫРАЖАЛИ НИКАКОГО ЖЕЛАНИЯ КОГО-ЛИБО ИЗБИВАТЬ. «НЕ НАДО, – ГОВОРИЛ ОДИН ИЗ НИХ, – ПЕРЕСТАНЬ. ПОСМОТРИ, ЗДЕСЬ ЖЕ БЕЛЫЕ. НЕПРИЛИЧНО!» СУПРУГА ПРИШЛА В НАСТОЯЩУЮ ЯРОСТЬ: «БЕЙ МЕНЯ СЕЙЧАС ЖЕ! ИНАЧЕ ТЫ НЕ МУЖЧИНА! ТЫ СЛАБАК, И Я ВСЕМ РАССКАЖУ, КАКАЯ ТЫ ТРЯПКА!» МУЖЧИНЕ ПРИШЛОСЬ ВЗЯТЬ ПРУТ И НЕСКОЛЬКО РАЗ ДЛЯ ВИДА ЛЕГОНЬКО СТЕГАНУТЬ СУПРУГУ, КОТОРАЯ ПРИ ЭТОЙ ПРОЦЕДУРЕ ВИЗЖАЛА С ЯВНЫМ УДОВОЛЬСТВИЕМ.

Впрочем, не везде в Африке женская доля столь беспросветна. Её роль как символа плодородия, земли и воды отражалась в почитании женских божеств и существовании специальных жреческих должностей для женщин в земледельческих обществах. Культ матери известен и на Западе, и на Востоке Африки, и он нередко приводил женщин к власти. Мы уже упоминали, что в истории Древнего Египта насчитывают не менее четырёх женщин-фараонов. В государстве Мероэ на Среднем Ниле правительница кандака обожествлялась и обладала огромной властью, так что нередко даже правила вместо своего сына или убитого мужа. Есть сведения, что цари Мероэ обязаны были брать в жёны родных сестёр, чтобы обеспечить легитимное потомство. Примерно такую же власть имеет в сегодняшней Гане королева-мать асантехема, соправительница народа ашанти. Асантехема даёт советы своему сыну-королю, которых он не может ослушаться, предводительствует над советом старейшин и является, кроме того, подобием мирового судьи для своих подданных. Со всех концов земель Ашанти к ней стекаются женщины, и в приёмные дни асантехема вершит суд над неверными мужьями, сварливыми соседями и драчливыми рыночными торговцами. Она может обязать мужчину, к примеру, ежедневно являться домой не позже восьми вечера. И её вердикты выполняются беспрекословно, даже несмотря на то, что в Гане давно уже установлена республика.

«Королевой дождя» называют свою правительницу люди народа лобеду в ЮАР. Власть здесь наследственная и передаётся по женской линии – согласно мифам, эта традиция насчитывает 400 лет. «Королева дождя» является верховным судьёй, верховной жрицей и осуществляет ритуальную власть, которая для многих лобеду значительно важнее, чем власть полиции и местной префектуры. Ведь ни полиция, ни префектура не умеют вызывать дождь – главное условие выживания всей общины. А королева Моджаджи умеет и проводит этот ритуал ежегодно, причём неизменно успешно. Но может она наслать и засуху, о чём хорошо знают вожди соседних народностей, стремящиеся всячески сохранить с Моджаджи хорошие отношения. Сам великий Чака, легендарный правитель зулусов, не раз приезжал к королеве лобеду просить благословения. А уже в наше время, говорят, к ней ездили все руководители стран Юга Африки.

Спина любимой жены после мужских побоев, Эфиопия.

Сегодня Моджаджи, как и её предшественницам, предоставлена роскошная резиденция – глиняный крааль на одном из холмов в земле лобеду. Ей прислуживают многочисленные «жёны», направленные из разных общин в качестве символа лояльности, и от брака этих «жён» с теми мужчинами, кого выберет королева, рождаются наследницы Моджаджи. Престиж женщины у лобеду на порядок выше, чем у соседних племён, где повелителями дождя работают мужчины. К сожалению, после смерти в 2005 г. королевы Моджаджи V наследница так и не была избрана, так что королевский престол остаётся вакантным, а напряжение и социальные неурядицы растут.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

МУХАММАД ИБН АБДУЛЛАХ ИБН МУХАММАД АТ-ТАНДЖИ, более известный как ИБН БАТТУТА (1304–1369) – знаменитый арабский путешественник и писатель, странствующий купец, объехавший все страны исламского мира – от Волжской Булгарии до Момбасы, от Тимбукту до Китая. Автор книги «Подарок созерцающим о диковинках городов и чудесах странствий».

Родился он в Танжере в семье берберских ученых и судей. В 1325 г., решив выполнить долг мусульманина и совершить хадж в Мекку, Ибн Баттута отправился из Марокко вдоль побережья Северной Африки до Каира и оттуда в Дамаск, где присоединился к каравану. Приключения при переходе пустыни навели его на мысль продолжить путешествия. В 1326–1327 гг. он путешествовал по южной Персии и Ираку, затем посетил Йемен, отправился по морю из Адена к арабским факториям в Восточной Африке и возвратился в Мекку через Оман и Персидский залив. Но путешествие не утомило его: у Ибн Баттуты созрел замысел побывать в Индии, поскольку он много слышал о султане Дели. Он выбрал окольный путь: пересек Малую Азию и отплыл в Крым, а оттуда добрался до Сарая, поволжской столицы Золотой Орды, и подался на Кавказ. Воспользовавшись возможностью посетить Константинополь, вернулся на Волгу и продолжил путь в Индию через Хиву, Самарканд, Хорасан и Афганистан. В 1333 г. Ибн Баттута благополучно добрался до реки Инд.

После восьми лет в Дели в 1342 г. Ибн Баттута был направлен посланцем к императору Китая, но в Каликуте на юге Индии его отряд попал в беду. Ибн Баттута отплыл на Мальдивские острова, где работал судьёй. Посетил Цейлон, Суматру, где сел на судно, направлявшееся в Амой (современный Сямынь) в Китае. Вернувшись оттуда в Мекку, Ибн Баттута решил следовать домой в Марокко. В 1352–1353 гг. он совершил последнее путешествие и пересек Сахару, добравшись до империи Мали. После возвращения в марокканский Фес продиктовал воспоминания о своих путешествиях. Умер Ибн Баттута в Фесе и был погребен на родине – в Танжере.

За свою жизнь Ибн Баттута преодолел около 120 тыс. км и посетил территорию 44 современных стран, став крупнейшим путешественником Средневековья.

Роль женщин в обществе традиционно высока у туарегов и других жителей великой пустыни. Здесь ещё с древности господствовал матрилокальный брак (то есть молодожёны оставались жить у родителей жены), а родство считалось по материнской линии, так что наследниками мужчины считались не его дети а дети его сестры – уж они-то точно одной с ней крови. Арабские путешественники и купцы, попадавшие в торговые города Сахары, не переставали удивляться свободным нравам местных женщин, имевших право иметь несколько «друзей» при живом муже, прилюдно не закрывавших лицо и считавших семейный шатёр своей личной собственностью. Мужья здесь отличались отсутствием всякой ревности и сами с удовольствием ходили по чужим жёнам. Вот такой рай свободной любви, воплотившийся на земле.

ИБН БАТТУТА О НРАВАХ ГОСУДАРСТВА МАЛИ: «Я ОТПРАВИЛСЯ К АБУ МУХАММЕДУ – ТОМУ, С КОТОРЫМ МЫ ПРИБЫЛИ В ВАЛАТУ. ОН СИДЕЛ НА КОВРЕ, А НА ЛОЖЕ ПОД БАЛДАХИНОМ СИДЕЛА ЕГО ЖЕНА И ВЕЛА БЕСЕДУ С КАКИМ-ТО МУЖЧИНОЙ. Я СПРОСИЛ АБУ МУХАММЕДА: – ЭТО ЧТО ЗА ЖЕНЩИНА? – ЭТО МОЯ СУПРУГА, – ОТВЕТИЛ ОН. – А ТОТ, КТО СИДИТ РЯДОМ С НЕЙ? – ЭТО ЕЁ ДРУГ. – НЕУЖЕЛИ ТЫ ДОВОЛЕН ТАКИМ ПОЛОЖЕНИЕМ ВЕЩЕЙ? ТЫ, КОТОРЫЙ ЖИЛ В НАШЕЙ СТРАНЕ И ЗНАЕШЬ ПРЕДПИСАНИЯ ИСЛАМА? – ОБЩЕНИЕ ЖЕНЩИНЫ С ДРУГИМИ МУЖЧИНАМИ У НАС СЧИТАЕТСЯ ПРИЛИЧНЫМ И ВПОЛНЕ БЛАГОПРИСТОЙНЫМ… ВПРОЧЕМ, НАШИ ЖЕНЩИНЫ СОВСЕМ НЕ ТАКИЕ, КАК В ВАШИХ КРАЯХ. Я БЫЛ УДИВЛЁН ЕГО ГЛУПОСТЬЮ, УШЁЛ И БОЛЬШЕ НИКОГДА К НЕМУ НЕ ПРИХОДИЛ».

Подобные нравы сохраняются в Сахаре и сегодня. Женщины туарегов, живущих на плато Ахаггар (Алжир), пользуются полной независимостью не только до свадьбы, но и после неё, что ошеломляет чиновников-арабов. Они получают от своих матерей более глубокое образование, чем мужчины, в том числе умение играть на музыкальных инструментах и читать берберское письмо тифинаг. В отличие от мужчин, прячущих лицо за широкими платками, женщины ходят с открытыми лицами. Они участвуют в собраниях общины и вольны высказывать своё мнение. Они самостоятельно выбирают себе мужей и так же самостоятельно могут инициировать развод. И так же, как полторы тысячи лет назад, до появления здесь ислама, незамужние девушки устраивают по вечерам своеобразные вечеринки ахал, приглашая на них по нескольку поклонников и в конце посиделок делая выбор в пользу одного из них, с которым и заканчивают вечер.

ИБН БАТТУТА О НРАВАХ ИМПЕРИИ МАЛИ: «ОДНАЖДЫ Я ВОШЁЛ К СУДЬЕ ВАЛАТЫ, ПРЕДВАРИТЕЛЬНО ПОСТУЧАВ И ПОЛУЧИВ РАЗРЕШЕНИЕ, И УВИДЕЛ ЕГО РЯДОМ С ОЧЕНЬ МОЛОДОЙ И НЕОБЫКНОВЕННО КРАСИВОЙ ЖЕНЩИНОЙ. Я ПОЧУВСТВОВАЛ НЕЛОВКОСТЬ И ХОТЕЛ БЫЛО ВЫЙТИ, НО ЖЕНЩИНА, ДАЖЕ НЕ ПОКРАСНЕВ ОТ СМУЩЕНИЯ, СТАЛА ВЕСЕЛО СМЕЯТЬСЯ НАД МОИМ ЗАМЕШАТЕЛЬСТВОМ. СУДЬЯ СКАЗАЛ МНЕ: “ЗАЧЕМ ТЕБЕ УХОДИТЬ? ЭТО ВЕДЬ МОЯ ПОДРУГА!” Я УДИВИЛСЯ ПОВЕДЕНИЮ ЭТИХ ЛЮДЕЙ. И ЭТО ЗАКОНОВЕД, ХОДЖА!».

«Супермодель» народа хамар одета в воловьи шкуры, Эфиопия.

ОБЩЕСТВО ЯВНОЕ И ТАЙНОЕ.

Ни один представитель власти никогда не знает, где и когда произойдет кровопролитный ритуал и сколько жертв он унесет. Лоуренс Грин, ХХ в.

В Западной Африке социальное разделение полов привело к образованию устойчивых организаций – тайных обществ, деятельность которых направлена на социальное сплочение мужчин, закрыта от посторонних глаз и намеренно мифологизируется.

Тайные общества вовсе не являются тайной для окружающих – в сельской местности едва ли кто-то не слышал об их существовании, – но их иерархия, законы, ритуалы и церемонии держатся в строжайшем секрете. Все они имеют религиозную подоплёку, однако, так как религия в Африке неотделима от общественной жизни, тайные союзы охватывают все стороны жизни своих членов.

О тайных обществах в Африке написано немало литературы. В определённых районах их деятельность не носила ни религиозного, ни мистического характера, а напоминала скорее европейские купеческие гильдии или муниципальные корпорации. В руках союза Экпе в Южной Нигерии, о котором мы уже упоминали, находилась вся торговля в дельте Нигера, и европейские купцы вынуждены были иметь здесь дело с монополией, фактически диктовавшей свои цены и условия сделок. Законы Экпе, очень сходные с законами средневекового европейского Ганзейского союза, тщательно соблюдались не только местными торговцами, но и европейцами, которых ссора с могущественной гильдией могла разорить в один день. Вооружённая «полиция» Экпе запросто перекрывала сообщение на Нигере или блокировала выход из европейских факторий. В обществе Экпе аккумулировались огромные ресурсы, что давало ему и экономическую, и политическую власть.

В других обществах упор делался на поддержание общественного порядка: тайный союз брал на себя обязанности полиции, судьи и палача, разыскивая, осуждая и карая преступников, как общество Ман у игбо (Нигерия) или общество Нгиу у фанг (Габон). Их коллеги в других странах были более добродушны и обеспечивали лишь сохранение священного знания в виде традиций и мифов, как общества Ава у догонов (Мали) и Йондо у сара (Чад). Общество Эгунгун у народа йоруба в Нигерии представляло собой нечто вроде религиозного театра: его члены являли собой вестников духов, устраивая развлекательные представления и пантомимы на деревенских площадях.

Вход в святилище – только для посвящённых, Бенин.

Некоторые союзы разрастались до регионального уровня, перешагивая этнические границы, и становились своего рода международными организациями, с которыми бессильны были бороться официальные власти – особенно бурно они расцвели в колониальную эпоху. Союзы Симо и Поро в начале ХХ в. охватывали огромные области Гвинеи. Мужское общество Поро играло ведущую роль в политике и экономике, объявляя мир и войну между племенами, верша суды, регулируя цены на рынках и облагая налогами население. В несколько изменённом виде оно существует и сегодня. Для вступления в Поро молодому мужчине требуется внести денежный взнос и пройти ряд церемоний, нередко сопровождаемых испытаниями на выносливость и храбрость, после чего он может рассчитывать на карьеру внутри общества. Поро проводит периодические собрания членов, обсуждая на них не только религиозные, но и бытовые вопросы, так что его влияние на общественную жизнь по сей день чрезвычайно высоко. Параллельно с ним в Гвинее и Сьерра-Леоне действует женское тайное общество Санго, ответственное за обучение молодых девушек семейной жизни и проводящее свои собственные церемонии, о которых ни одна жена не расскажет мужу.

Многие тайные союзы намеренно пытались внушить людям чувства почтения и страха при помощи своих эзотерических ритуалов, демонстрации тесной связи с духами и магией, секретного языка и прочих атрибутов таинственного. Члены тайного общества появляются в деревне ночью, в масках и устрашающих костюмах, с глухими звуками трещоток и вращаемых над головой дощечек, создающих имитацию голосов предков. Утром на земле видны их удивительные следы в виде крокодильих когтей или лап гигантского льва. Как следствие, африканцы всегда боялись – очень часто и сейчас боятся – тайных обществ и склонны демонизировать их деятельность, уверенные, например, что члены общества Экпо в Нигерии (известного как Общество Леопарда) по сей день практикуют ритуальные человеческие жертвоприношения и каннибализм. В южных районах Нигерии любой расскажет вам историю о том, как люди-леопарды нападают на путников на лесных тропах и вгрызаются им в горло, а затем сжирают сердце. Никакая полиция не может справиться с ними: во-первых, они тщательно маскируют свои собрания, а во-вторых, многие полицейские также связаны с Леопардами. Вероятно, эти слухи успешно распространяются самими членами общества Экпо. По берегам Конго говорят о людях-крокодилах, в Габоне боятся людей-горилл, а люди-пантеры вообще расплодились по всей Западной и Центральной Африке. Их роль в жизни людей гипертрофируется, и ко всем бесчисленным африканским страхам добавляется ещё один. В реальности же в сегодняшней Африке влияние тайных обществ стремительно падает, хотя и в сельской местности, и в городах они ещё продолжают существовать, действуя наподобие закрытых религиозных орденов или масонских лож в Европе.

Колыбелью тайных обществ ХХI в. стали западноафриканские университеты. Здесь встречались представители самых разных народов, стремившихся найти и защитить себя в чужом городе, создать иерархическое общество взаимопомощи, схожее с традиционными обществами своих родных деревень. Первые сведения о студенческих тайных обществах относятся к 1950-м гг., а к концу ХХ в. в одной лишь Нигерии, как полагали местные спецслужбы, насчитывалось два десятка тайных объединений, которые терроризировали студентов, взимали дань с однокурсников и заставляли преподавателей лояльно относиться к своим членам. Стилистика тайных обществ была навеяна как древними африканскими обычаями, так и гангстерскими боевиками из Голливуда. Кандидаты в члены общества проходили болезненные процедуры посвящения, принимая участие в преступлениях или подвергаясь избиениям. К концу прошлого столетия правительство приняло закон об уголовной ответственности за участие в студенческих обществах, но это не изменило ситуации: в 1990-е гг., например, из одного лишь колледжа в Эдо были исключены 170 студентов – членов братства «Чёрный топор». Однако и в Бенин-Сити, и в Порт-Харкорте, и в Лагосе университетские тайные общества по-прежнему живы.

МИР ХИЖИНЫ.

Традиционное жилище африканца обычно представляют себе в виде круглой глиняной хижины с соломенной крышей, но на самом деле даже в пределах одной страны разнообразие видов жилых домов иногда поражает.

Жилища всех этих людей строятся из глыб каменной соли. Геродот. История. V в. до н. э.

Простейшим типом жилья в Африке пользуются охотники-пигмеи, вынужденные постоянно перемещаться по экваториальному лесу в поисках новых удобных стоянок для охоты и сбора дикого мёда. Им нет нужды строить постоянные жилища. В ходе миграций в качестве естественного убежища используются пещеры и скальные навесы, где вся семья размещается на ночлег на земле, используя листья папоротника в качестве и постели, и подушек, и одеял, укрываясь ими полностью. Лишь после рождения ребёнка может быть сооружена небольшая хижина из листьев и сухой травы. Во многих случаях для защиты от диких зверей такую хижину для молодой матери строят на высоте, на развилке ветвей большого дерева.

В пещерах на уступе Бандиагара в Западной Африке когда-то тоже жили люди, только не совсем обычные. Догоны – нынешние обитатели здешних мест – говорят, что десятки пещер, непостижимым образом выдолбленных на большой высоте в скальной породе, населяли теллемы, мифические летающие люди, обладавшие сверхъестественными способностями. При первом же взгляде заметно, что попасть в эти пещеры можно только по верёвкам, а выдолбить – только при помощи современной строительной техники, поэтому «пещеры теллемов» остаются одной из самых таинственных загадок Западной Африки. К сожалению, во многие из этих пещер доступ закрыт местными жрецами под страхом смерти, поэтому об их настоящем происхождении, способе изготовления и предназначении можно только догадываться.

Дом на дереве предназначен для молодой матери, Уганда.

Дома «летающих людей» теллемов, Мали.

Давно покинутые дома скального города Шенини, Тунис.

Пещеры в скалах из мягкого песчаника обустроили себе некогда берберы южного Туниса. Сегодня их скальные поселения Шенини, Дуирет и другие превратились в необитаемые города-призраки, однако под сводами пещер ещё можно видеть остатки утвари ремесленных мастерских, каменные кровати и лепной орнамент, в котором чаще всего повторяется древний символ пещерного искусства – рисунок раскрытой ладони.

Здесь же, в Тунисе, а также в соседней Ливии можно увидеть последних из легендарных троглодитов (от греч. trōglē «пещера») – людей, строящих свои дома под землёй. Жаркий климат и знойные ветры Сахары, нашествия воинственных арабских бедуинов в Средние века вынудили издревле живущие здесь племена берберов освоить уникальную строительную технику. В твёрдой земле делают круглую яму глубиной 4–5 и диаметром 8–15 м, со дна которой в разные стороны отходят комнаты-землянки – иногда их число доходит до десяти, включая и кухни, и спальни, и кладовые с красивыми сводчатыми потолками. В центре подземного семейного двора вырывают колодец. Такой дом удобен: он спасает от жары и холода, его не поджечь и не разрушить. Многие из подземных квартир сегодня уже необитаемы или превращены в отели для падких на экзотику туристов, но в некоторых ямах берберские семьи продолжают жить и даже проводят туда электричество. По всей вероятности, именно берберы Северной Африки послужили источником туманных древнегреческих сведений о троглодитах, которые много веков спустя оформились даже в научную теорию Карла Линнея, который выделял особый вид человека Homotroglodites, поросшего шерстью и говорящего нечленораздельно. Сегодняшние троглодиты Туниса этой теории ничуть не соответствуют. Впрочем, известно, что жизнь под землёй провоцирует развитие лёгочных и глазных болезней, от которых нередко страдают жители подземных домов.

Традиционные дома в Африке варьируются от самых элементарных шалашей из травы и соломы до элегантных каменных построек в несколько комнат. Соломенные хижины на одного-двух человек характерны для скотоводческих народов африканской саванны. Шалаши таких народов Эфиопии, как мурси и нянгатом, делаются из сухой травы, которую накладывают на каркас из тонких жердей и обвязывают сверху верёвками из животных жил или прочных стеблей. Такие дома могут быть построены за один день и стоять целое десятилетие, только каждый год в сухой сезон на них приходится докладывать новой травы. Поселение обычно состоит из 10–15 хижин, поставленных на расчищенной от растений площадке и огороженных плетнём.

Подземный дом большой берберской семьи в местечке Матмата, Тунис.

Временная хижина пастухов фульбе, Мали.

Тенты туарегов Сахары, Мали.

Жители пустынных областей Сахары – бедуины, туареги, афары, мавританские арабы хассания – живут в шатрах, представляющих собой сшитые циновки или верблюжьи шкуры, натянутые на остов из кольев. Такой низкий и широкий фелидж вмещает всю семью и отлично спасает как от палящего солнца, так и от песчаных бурь Сахары. Сегодня среди зажиточных туарегов большую популярность приобретает и брезент, но сами они любят жаловаться – да, европейская ткань практичнее и легче в использовании, но она не «дышит» так, как верблюжья кожа…

Но самым популярным материалом для строительства домов по всей Африке – от Каира и до Кейптауна – остаётся сырцовый кирпич (в литературе его называют саман, банко или адоб). Сделать его несложно, если под рукой имеется обычная глина. Её разминают, разводят с водой и с помощью деревянной формы штампуют прямоугольные блоки, которым предстоит в течение нескольких суток сохнуть на солнце. Они не проходят обжига, как привычные нам кирпичи, и потому весьма недолговечны. Этим объясняется то, что по всей Африке дома строят только в сухой сезон. Для устойчивости и прочности в глину добавляют другие материалы, чаще всего нарезанную солому, но также землю, золу, щебень или навоз. Из сырцового кирпича в Западной Африке построены целые города, некоторые дома в которых насчитывают по нескольку сотен лет. Одним из самых ярких примеров можно назвать город Кано (Нигерия), некогда центр зажиточного торгового государства народа хауса. Его глинобитные четырёхугольные дома с плоскими крышами сохранились с ХVIII в., и новые дома продолжают строить по тем же принципам, неизменно украшая фасады геометрическими орнаментами. На крыше каждого строения можно увидеть закруглённые глиняные зубцы – ровно по количеству детей у хозяина дома.

Круглые тукули и соломенные крыши города Лалибелы, Эфиопия.

В Марокко из банко строили настоящие города-крепости, служащие для защиты от набегов кочевников пустыни. Сохранившиеся сегодня ксары Южного Марокко насчитывают несколько сотен лет, и некоторые из них очень популярны не только у туристов, но и у режиссёров. Например, укреплённая деревня Аит-бен-Хадду недалеко от города Уарзазат, построенная ещё в ХI в., переживает настоящее паломничество съёмочных групп: за последние 50 лет здесь снималось полтора десятка блокбастеров, включая «Лоуренса Аравийского», «Мумию» и «Гладиатора».

Глина хороша тем, что ей можно придавать практически любые очертания. Весьма любопытны по своей форме дома жрецов народа догонов. В то время как вся деревня состоит из квадратных хижин под остроконечной соломенной крышей, жилище жреца огона ничуть на них не похоже и напоминает диковинные пчелиные соты со множеством ниш, в каждой из которых огон хранит ритуальные предметы. В фасад дома могут быть вмурованы головы змей и панцири черепах, рога быков, раковины, статуэтки и другие священные амулеты.

Глинобитные дома имеют либо круглую, либо четырёхугольную форму – и та, и другая имеют свои преимущества. Круглую хижину с соломенной конусообразной крышей – тукуль – легче обогреть и легче покрывать крышей. Прямоугольные дома из того же материала, но с плоской крышей характерны для севера и запада Африки, где они, возможно, появились с приходом арабов.

В МУСУЛЬМАНСКИХ ДОМАХ ЖЕНЩИНАМ ЧАСТО ЗАПРЕЩАЕТСЯ ВЫХОДИТЬ НА УЛИЦУ, НО В ДОМАХ НЕ ДЕЛАЮТ ОКОН, ТАК ЧТО БО́ЛЬШУЮ ЧАСТЬ ВРЕМЕНИ ОНИ ПРОВОДЯТ НА КРЫШЕ. ЗДЕСЬ МОЖНО СТИРАТЬ, СУШИТЬ ОДЕЖДУ И ПЛОДЫ, ЗДЕСЬ ХРАНЯТ ХВОРОСТ, ОБЕДАЮТ ПО ВЕЧЕРАМ, А НЕРЕДКО И СПЯТ, СПАСАЯСЬ ОТ ЖАРЫ.

В некоторых районах южного Туниса сохранились уникальные многоэтажные дома-крепости из глины. Снаружи в такую крепость можно попасть только через одни ворота, зато с внутренней стороны стены усеяны входами в комнаты, больше напоминающие ячейки без окон. Лестниц здесь мало, и жителям приходится карабкаться на свой четвёртый этаж, цепляясь за уступы наподобие альпинистских скалодромов. Для пенсионеров предусмотрены льготы: пожилого человека переселяют на первый этаж, а в его квартиру на высоте отправляется новая молодая семья.

Ксар Улед-Солтан, Тунис, – в этом «городе-улье» до сих пор живут семьи.

Поселения, где все дома объединены общей наружной стеной или кровлей, не редки в Африке, где безопасность всегда была существенной проблемой. В Восточной Африке распространены дома тембе – с внутренним двором наподобие небольшого родового поселения, в разных комнатах которого проживают члены большой семьи, иногда до 50–60 человек. Ещё более крупным поселением такого типа является крааль, поселение скотоводов Восточной и Южной Африки. В краалях народа масаи хижины расположены вплотную друг к другу, образуя сплошную окружность с единственным входом в неё, который по ночам перегораживается воротами. Вход в каждую хижину возможен лишь изнутри крааля. Дома строятся из навоза, смешанного с землёй и глиной, без окон и дверей, и в каждой из них, разделённые лишь циновкой, в тесном соседстве проживают люди, телята и ягнята. В центральный двор крааля на ночь загоняют скот, а днём здесь, в тени зонтичной акации, проходят собрания взрослых мужчин.

«Мужской дом» – вообще очень распространённое явление в Тропической Африке, где собрание мужчин определяет жизнь деревни. Его обычно легко узнать – это самое крупное здание в поселении. Его используют не только для собраний: мужчины проводят здесь довольно много времени. Здесь они плетут корзины, делают из глины посуду, оборудуют кузницу, а в последнее время в «мужском доме» можно услышать и рёв дизельной молотилки, купленной в городе и находящейся в общей собственности нескольких семей. Сюда же поселят юношей, готовящихся к обряду инициации, или до прихода полиции оставят преступника, уличённого в колдовстве.

Дома из камня или тем более из брёвен – явление в Африке относительно редкое. Каменные постройки характерны лишь для горных районов, да и там они относительно редки. В Северной Африке сохранился древний тип каменного дома демс с черепичной крышей – воспоминание о далёких временах Римской империи, ведь domus по-латыни означает просто «дом». Дома из камня строили и жители городов суахили в Восточной Африке, где традиция каменного зодчества существует уже полтора тысячелетия. А деревянные хижины непривычны даже в лесных районах: ведь брёвна довольно быстро поедают вездесущие термиты, причём так, что снаружи ничего не будет заметно, но тронешь пальцем – развалится.

Амбары для хранения зерна народности каро, Эфиопия.

Для строительства используются и необычные материалы. Иногда крышу и даже стены домов плетут из тростника, как циновку: так делают, например, нилотские народы Судана. А круглые амбары для хранения зерна в Конго или Судане представляют собой огромные плетёные корзины, поставленные на сваи и накрытые такой же огромной плетёной крышкой. Застройка поселения лишь у некоторых народов имеет определённую систему – круговой крааль у масаев Кении или линейная деревня у яунде Камеруна. В Западной и Южной Африке деревни редко строятся по какому-либо плану, застройка ведётся скорее хаотично, хотя у многих народов принято соблюдать баланс между секциями деревни, принадлежащими различным родам. В центре селения находятся «мужской дом», алтарь местного божества, церковь или просто площадь, на которой проходят религиозные церемонии. В деревнях конголезского народа монго на такой площади ставят также огромный барабан, звук которого слышен за несколько километров в округе – так селения обмениваются важными новостями.

Люди в Африке, даже веками ведущие осёдлый образ жизни, привыкли воспринимать поселение как нечто непостоянное: если климатические условия изменятся, почва начнёт плодоносить хуже или соседний ручей иссякнет, деревню всегда можно будет перенести на другое место. Например, народ зиало в Гвинее, опасаясь гражданских войн и политических конфликтов, традиционно строил деревни на лесистых холмах вдалеке от дорог. В отсутствие колодцев, рыть которые зиало не привыкли, доставка воды является настоящей каторгой для молодых женщин, в чьи обязанности она входит. Но сейчас в стране стало спокойнее, и старейшины некоторых деревень принимают решение «переехать» всей деревней вниз, поближе к шоссе и ближайшему рынку. Молодые женщины, конечно, не против.

У многих народов не принято жить под одной крышей всей семье. У йоруба после рождения первого ребёнка отец обычно строит отдельную хижину, в которой будут впредь проживать его жена и дети, а он будет лишь иногда наведываться в гости. Однако это вовсе не разделяет супругов: ведь африканцы практически всё время проводят на улице.

Этот феномен легко объяснить, если представить себе обстановку типичной африканской хижины где-нибудь в саванне. В ней чаще всего нет окон, и солнечный свет сюда не попадает (электрический свет по понятным причинам тоже). Здесь нельзя ни шить, ни готовить, ни стирать, ни заниматься ремеслом. При наличии очага дымоход чаще всего не предусмотрен, и едкий дым медленно выходит на улицу через дверной проём или отверстие в крыше. Так как саванна бедна деревом, основным топливом для тепла (африканцы мучаются холодом даже при 23–25°) является кизяк – сушёный навоз, что никак не способствует аромату домашнего очага. В доме практически нет мебели: большинство сельских жителей в Африке спят на циновках или шкурах, разложенных на земле, или специальном глиняном возвышении, а уж такие излишества, как стулья или шкафы, для многих народов до сих пор в новинку. Единственным предметом домашней мебели, за исключением трёх камней очага, может быть боркото – микроскопическая табуреточка с резным орнаментом, которую житель Восточной Африки всегда носит с собой: на ней он сидит во время еды или собраний, её же кладёт под голову ночью.

В результате понятие дома в глазах африканца не имеет ничего общего с нашим, европейским представлением. Дом значительно менее ценен, чем, например, скот. Скотоводы могут свернуть или заново поставить жилище за считанные часы. Даже у земледельческих народов дом легко и быстро можно построить из подручных материалов, это умеет делать любой мужчина, а соседи обязательно помогут в строительстве. Соломенную хижину можно соорудить за один день, для глиняного дома с каркасной крышей потребуется максимум неделя. Так же легко дом можно в случае необходимости разобрать, перенести на другое место или забросить. В доме не хранится ничего ценного – такого, что можно было бы сравнить с ценностью земельного участка, плантации кешью или стада коров. Наконец, дом не предоставляет комфорта ни для работы, ни для отдыха – в нём не делают окон, не создают уюта. В глазах африканца он создан только для того, чтобы спать или спасаться от непогоды. Весь его день проходит на воздухе, а вечера жители деревни коротают у костров с друзьями и родственниками. Возможно, это тоже объясняет тот факт, что монументальными строениями в Африке всегда были только храмы и крепости.

Кочевники фалата пока сохраняют сельский образ жизни, Судан.

Урбанизация на глазах меняет Африку. Люди уходят из глиняных хижин, чтобы жить в многоэтажных домах или городских трущобах, которые ещё их отцы и деды считали «горами со множеством пещер». Недалеко то время, когда большинство африканцев, как и большинство россиян, будут проживать в панельных городских многоэтажках, а традиции строительства самобытных домов сохранятся лишь в удалённых районах. Успеть увидеть своими глазами, исследовать и понять древнюю культуру – задача нашего поколения.

ПОЛЮС ГОЛОДА.

Любую сочную ветку они разжёвывают и хорошо переваривают. Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. I в. до н. э.

Традиционный обед в деревне, Гана.

Древнеегипетские фрески демонстрируют нам изысканные пиршества аристократии, происходившие на африканской земле четыре тысячи лет назад, когда наши предки в лесах Евразии ещё только знакомились с выращиванием хлеба. Столы уставлены разнообразными блюдами из дичи, рыбы, овощей, льётся рекой ячменное пиво, ждут своей очереди десерты из арбузов и экзотических фруктов… С тех пор времена сильно изменились, а изобилие и голод по иронии судьбы поменялись местами на карте мира. Подавляющее большинство голодающих планеты сегодня проживает в странах Африки. Серьезную нехватку продуктов питания, по данным ООН, испытывают 26 африканских государств, это примерно половина стран континента. Примерно каждый четвёртый житель Тропической Африки недоедает, свыше 40 % детей истощены из-за плохого питания, и каждую секунду, что вы читаете эти строки, в Африке от недостатка пищи и воды умирают люди.

Трагедия хронического голода в Африке тем более парадоксальна, что здесь существуют все условия для выращивания богатых урожаев самых различных культур, мясного животноводства. Африка является одним из крупнейших мировых сельскохозяйственных экспортеров. Плодородной земли, воды и солнца здесь в несколько раз больше, чем в Европе и России, вместе взятых. В своё время Северная Африка кормила своими продуктами всю Римскую империю – сегодня Африка способна кормить весь земной шар. К тому же ²/₃ её жителей заняты в сельском хозяйстве, в отличие от Европы, где эта цифра не достигает и 10 %. Но сегодня, как ни парадоксально, потоки продовольствия идут в обратную сторону: Европа снабжает продовольственной помощью два десятка стран Африки и сотни тысяч людей, живущих в лагерях беженцев на кусок хлеба в день.

Конечно, стоит принимать во внимание резкие климатические различия между регионами Африки. Земледельцы экваториальных лесов в течение тысячелетий испытывают постоянный белковый голод, потому что основой питания здесь служит растительная пища, фрукты и корнеплоды, а добыча от охоты весьма невелика. В то же время еда в саваннах бедна витаминами А, В и С, особенно в весенние и летние месяцы. Более или менее равновесную пищу потребляют только охотники, хотя именно у них питание самое нерегулярное. Кроме того, Африка весьма бедна солью, и за пределами крупных поверхностных залежей в Сахаре и Восточной Африке этот продукт всегда ценился буквально на вес золота. А нехватки золота здесь не наблюдалось.

Но в целом ситуация с продовольствием, никогда не обеспечивавшая сильного прироста населения в Африке, сегодня ещё более ухудшилась, и прокормить себя Чёрный континент уже не в состоянии.

Причин этой нелепой ситуации много. Темпы роста населения в Африке примерно вдвое превышают прирост производства продуктов, а урожайность земель из-за их неграмотного использования продолжает падать. Денег на минеральные удобрения африканцам взять неоткуда, а без них невозможно достичь современного уровня производительности сельского хозяйства. Климатические изменения привели к ускорению опустынивания, а также к многочисленным засухам, которые во второй половине ХХ в. унесли не менее 20 млн человеческих жизней, и росту детской смертности, которая в некоторые годы достигала 30 %. Потрясающее расслоение общества за последние полвека привело к тому, что элита, составляющая 5 % населения, присваивает себе около половины национального дохода африканских государств. Продовольственная и финансовая помощь, поступающая извне, попадает в руки тех же людей.

Добавьте к этому слабое и порочное управление экономикой и многочисленные эксперименты по отъёму и перераспределению земли, и вы получите вполне реалистичное представление о том, почему Африка голодает. К примеру, реформа землевладения в Зимбабве с 2000 по 2007 г. привела к снижению производства зерновых в два раза.

Девушки зарабатывают на кусок хлеба, продавая ананасы, Кот-д’Ивуар.

Нам с вами довольно сложно представить себе, что такое голод. Блокада Ленинграда воспринимается как далёкая героическая эпоха, со времён которой мы настолько высоко поднялись наверх по знаменитой пирамиде Маслоу, что забыли, что происходит внизу, у подножия человеческих потребностей. Теряющий работу россиянин откажется от походов в ресторан, от поездок на машине, от развлечений. Он может продать жильё и купить что-нибудь подешевле, может пересесть на метро, может сэкономить на новых сапогах для жены или на отпуске. Спуск по ступеням пирамиды будет долог, и всё это время он будет жить. Африканец, потерявший доход, немедленно теряет самое необходимое – еду, потому что больше ему терять практически нечего. От дневного заработка в городе, от урожая, здоровья стада или удачи на охоте зависит не настроение и не здоровье, а сама жизнь его и семьи. Потеря работы, дееспособности или земли – это начало отсчёта дней своей жизни. Эти дни сегодня считают не меньше 40 млн африканцев.

Мир может и должен помочь Африке. Те в Европе и Америке, кто не считает так, пусть отправятся в Нигер или Демократическое Конго, взглянут на деревни Южного Сомали или поговорят с жителями лагеря беженцев в Уганде. Пусть они прогуляются по африканским кварталам европейских городов, быстро растущее население которых спасается здесь вовсе не от сытой жизни. А может быть – далеко ходить не надо, – им стоит продемонстрировать одну из фотографий того голодающего негритянского ребёнка, который сможет прожить целый месяц на сумму, эквивалентную билету в кино или одному пирожному из московской «Шоколадницы». Но следует понимать и то, что задача избавления от голода – это задача и самих сегодняшних африканских государств, без ответственности и усилий которых никакая международная помощь не сможет кардинально повлиять на ситуацию. Основная причина голода одна – пороки современного африканского общества, отчасти взращённые европейцами. Научить африканцев жить и работать на своей земле – вот, пожалуй, самое главное, что может сделать мир для Африки.

НА КУХНЕ ЧЁРНОГО КОНТИНЕНТА.

Слабосильный мужчина не ест острого. Пословица конго

«Что они там едят?» Этот вопрос задала одному из авторов этой книги маленькая девочка, прослушавшая лекцию о языках Африки. Ответить на него оказалось невероятно сложно. Во-первых, потому что традиционная африканская еда разительно отличается от привычной нам европейской или азиатской, и среднестатистический обыватель даже не слышал названий большинства продуктов, которые употребляются в пищу в Африке. И во-вторых, потому что в разных странах и пища, и обычаи её поедания сильно варьируются. Жителю Египта кушанья из Нигерии покажутся такой же диковинкой, как и нам с вами, а эфиопские блюда вызовут в Гвинее в лучшем случае недопонимание. Поэтому мы попытаемся предпринять небольшое гастрономическое путешествие по основным регионам Африки и познакомиться с самыми интересными, самобытными её блюдами.

Природные ограничения и сложные условия выживания африканцев привели к формированию весьма спартанского пищевого рациона на большей части территории континента. В течение трапезы обычно подаётся одно-единственное блюдо, приготовленное из основного продукта: это будет зерно на севере Африки, рис – в саванне, бананы или корнеплоды вроде ямса и маниока – в лесной зоне. К блюду полагаются соусы, один или несколько, бесчисленные варианты которых способны эффективно разнообразить самую простую еду. Едят африканцы обычно дважды в день, в полуденный зной и вечером, в то время как завтрак представляет собой в лучшем случае остатки ужина.

Поскольку пищу принято есть руками, она должна быть определённой температуры и консистенции, чтобы её удобно было брать. Полужидкие соусы можно употреблять в пищу при помощи хлеба или рисовой лепёшки, твёрдые куски берут руками. Из крупы делают густые каши или плотные шарики, которые удобно и сохранять, и переносить в случае необходимости. Ну и конечно, часть еды за традиционным африканским столом всегда полагается духам предков и других существам, которые незримо присутствуют и без доброй воли которых трапеза эта и вовсе не состоялась бы.

Уже в древности кулинарные обычаи африканских жителей приводили хронистов в настоящее изумление. Пище африканцев посвящено много пассажей в трудах Геродота, Диодора, Страбона – греков, привыкших к пшеничному хлебу, оливкам и вину. Не имея сведений о названиях множества народов, живущих в глубине африканского континента, они именовали их согласно привычкам в еде: так на древних картах мира появлялись ихтиофаги (рыбоеды), хелонофаги (поедатели черепах), струтофаги (страусоеды), ризофаги (поедатели корней) и другие народы с тем же элементом «-фаги» в названии. Сказочные подробности их жизни сегодня могут вызвать улыбку, но исследования показали, что отголоски реальности в этих описаниях всё же присутствуют. Например, на тунисском острове Джерба по сей день питаются плодами лотоса, как и лотофаги Геродота две с половиной тысячи лет назад. Охота на черепах и страусов – весьма обычное занятие для жителей океанского побережья, островов Индийского океана и африканских саванн. Конечно, трудно себе сегодня представить народ акридофагов, которому, согласно Диодору, «саранча служит обильной пищей в течение всей жизни», но ассортимент растений и животных, традиционно употребляемых в пищу в Африке, всегда был весьма широк, а жареная саранча, и это мы можем авторитетно засвидетельствовать, вещь вполне деликатесная.

Кусочки известняка предназначены для беременных женщин, Гвинея.

ЕВРОПЕЙСКИЕ АВТОРЫ XIX В. С ИЗУМЛЕНИЕМ КОНСТАТИРОВАЛИ, ЧТО АФРИКАНСКИЕ ЖЕНЩИНЫ ОТ ГОЛОДА ГРЫЗУТ КАМНИ. НА САМОМ ДЕЛЕ ЭТО МЕЛ: АФРИКАНСКАЯ ПИЩА БЕДНА КАЛЬЦИЕМ, И, ЧТОБЫ ДЕТИ ПОЛУЧИЛИСЬ ЗДОРОВЫМИ, БЕРЕМЕННЫЕ ЖЕНЩИНЫ ЧАСТО ГРЫЗУТ КУСОЧКИ МЕЛА, СПЕЦИАЛЬНО ПРОДАВАЕМЫЕ НА РЫНКАХ.

Но основные африканские пищевые навыки всё же не ограничиваются насекомыми. На территории континента издревле культивируется целый ряд вкуснейших растений, включая гвинейский ямс – корнеплод, распространившийся почти по всему континенту южнее Сахары, а также сорго и просо – зерновые, служащие основой традиционного хлеба и пива. На западе Африки был одомашнен вид риса, а на Эфиопском нагорье с его специфическим климатом был окультурен целый ряд пищевых растений, которые и сегодня употребляются только здесь: это масличный нуг, мелкий злак тефф, «ложный банан» энсета, а также кофе, чей аромат распространился из Эфиопии едва ли не в каждую кухню на планете.

Это кажется удивительным, но многие растения, которые и мы, и сами африканцы считают самыми привычными для здешней кухни, на самом деле пришли сюда с других континентов. Таковы, например, банан, завезённый в Африку индонезийскими мореплавателями, маниок, кукуруза, кокос и папайя, которые европейцы привезли из Америки, а также азиатский рис и манго из Индии. Жители Ближнего Востока ещё в древности познакомили североафриканские народы с пшеницей, показали способы возделывания винограда, олив, инжира.

Кушанья Северной Африки, сдобренные цветочными настойками и порошками, восхищали древних путешественников. Как писал Геродот, кухня здесь «великолепна настолько, что всякий, вкусивший местных яств, не в состоянии был по своей воле расстаться с хлебосольными хозяевами». Еда здесь примечательна эклектикой древних традиций африканских народов и переселенцев с Ближнего Востока, она имеет весьма отчетливые характеристики средиземноморской, в ней ощутимо влияние турецкой и европейской кулинарной традиций. В Египте и Тунисе с удовольствием едят множество разновидностей рыбы, морепродукты, а также птицу – в Египте особенно популярны голуби. Здесь распространены супы, точнее, похлёбки из различных бобовых и злаков, прежде всего чечевицы. Сладкие и нежно-пряные ароматы марокканской кухни известны сегодня жителям многих европейских городов, где открыты марокканские рестораны, но в Марокко она, конечно, гораздо вкуснее. Большинство блюд готовится по традиционным рецептам, которые передаются в семье из поколения в поколение. В качестве первых блюд могут подавать густые супы, например, хариру – рыбный суп с гвоздикой. Ни один приём пищи не обходится без приготовления таджина. Это блюдо готовят из курицы, говядины или баранины с добавлением меда, сухофруктов, орехов и различных приправ. Для его приготовления используют специальную глиняную посуду с конусообразной крышкой, благодаря которой мясо получается сочным и мягким. Таджин подают на стол в качестве основного блюда, сопровождая его не менее знаменитым марокканским кускусом. Он готовится из специальной пшеничной крупы, которая внешне похожа на пшено. Ещё не так давно кускус считался пищей бедняков, его изготавливали из самой дешевой манки, но сейчас это праздничное блюдо, украшение стола. Постепенно он стал распространяться по всей Северной Африке, хотя приготовление крупы кускуса вручную – довольно трудоемкий процесс. Сначала манку высыпают в плоскую тарелку, предварительно наполненную мукой, добавляют оливковое масло и немного подсоленной воды. Затем руками перекатывают крупу до тех пор, пока не образуются крупные зернышки. После этого готовые крупинки просеивают через крупное и мелкое сито. В итоге диаметр зерна кускуса должен составлять около 1 мм.

К популярным блюдам марокканской кухни относят также бстеллу и бриуаты. Из специального теста готовится бстелла – пирог с курицей, бараниной, голубятиной, изюмом и пряностями. Сочетание соленого, острого и сладкого придает блюду взрывной вкус. А бриуаты – это конвертики из теста с различной начинкой, обжаренные во фритюре. В качестве начинки используют мясо, фарш, морепродукты или миндальную пасту с медом.

Многообразие этнических групп, населяющих Западную Африку, отразилось и в кулинарных традициях стран региона. Традиционным для здешней кухни является использование специй и приправ, особенно с острым перцем чили, который позволяет дольше сохранять продукты свежими. Чили завезли сюда европейские мореплаватели, но в Западной Африке есть и своя разновидность перца, семена которой обладают сильной остротой – гвинейский перец. Кроме того, ни одно блюдо здесь не избежит добавления пальмового масла – масличная пальма является одним из самых древних культурных растений в Африке. На пальмовом масле жарят, его добавляют в овощи, в блюда из корнеплодов, тоннами экспортируют в Европу и Америку. Именно пальмовому маслу западноафриканские блюда обязаны своим красивым золотисто-оранжевым цветом, ярким и нежным ароматом и особым вкусом продуктов, который они приобретают при жарке.

Кускус с бараниной и перепелами. Положить кускус в подходящую посуду, добавить 1 ст. л. оливкового масла, подсолить и залить 600 мл горячей воды. Плотно накрыть и оставить в тепле на 5–10 минут. Нарезать лук, морковь, чеснок. В сковородке с толстым дном разогреть оливковое масло, добавить сливочного, потушить овощи 5 минут. На 2 минуты добавить изюм, нут и шафран. Баранину нарезать небольшими кусочками. Перепелов разрезать на 4–8 частей. Положить в сковородку к овощам баранину и жарить, часто перемешивая, 5 минут. Добавить перепелку, подсолить, приправить перцем и готовить на сильном огне ещё 5 минут. Влить в сковородку 200 мл горячей воды, накрыть крышкой и тушить на небольшом огне 10 минут. Мелко нарезать кинзу, добавить в сковородку, перемешать и снять с огня. Разложить по тарелкам кускус, на него выложить мясо с перепелкой и овощами и полить соусом из сковородки. Украсить листочками кинзы.

Мясо в Западной Африке едят редко. Даже скотоводы саванны с их бесчисленными стадами не могут похвастаться богатой мясной кухней, вместо этого они предпочитают хвастаться количеством голов скота – вечным мерилом богатства и авторитета в Африке. Скот используется для выкупа при браке, для торговли, для укрепления репутации – но только не для еды, и понятие «мясного голода», выглядящее противоестественным для скотоводов, широко распространено в том числе и в этих районах.

Имеющиеся мясные блюда здесь представлены в основном козлятиной, которая по жёсткости легко выдержит сравнение с вельдовыми почвами саванн, а также бараниной и курицей. В Западной Африке курица является блюдом для праздников, её дарят почётному гостю, который перед приготовлением должен собственноручно свернуть птице голову. Некоторое количество мяса добывают и на охоте, но для большинства жителей Африки это скорее редкий деликатес. Мясные блюда не поражают разнообразием – обычно мясо подают в виде небольших кусочков, плавающих в остром соусе, куда макают хлеб или просяную лепёшку. Внешне это выглядит как суп, но принципиально отличается от него – супы в Тропической Африке в диковинку. Один российский учёный как-то умудрился приготовить для своих африканских друзей настоящий борщ. Увидев перед собой мясо в соусе – вполне традиционное блюдо для африканца, – они мгновенно выловили его и съели, но никто не мог их заставить съесть также и жидкость.

Фуфу из маниока с говядиной. Маниок и плоды плантена почистить, нарезать, из маниока удалить сердцевину. Положить в холодную воду на 3–4 дня, меняя воду два раза в день. Отваривать вымоченный корень 15–20 минут, пока не разварится. За 5 минут до готовности добавить нарезанный плантен. Слить воду и размять вилкой. Посолить по вкусу и добавить гвинейский перец. Остудить и сформировать мокрыми руками шарики желаемого размера. Есть фуфу следует руками, отщипывая по кусочку. Говядину нарезать и положить в кастрюлю вместе с луком, помидорами, солью. Довести до кипения и варить 30–45 минут. Добавить копченую рыбу, измельченный чили, кокосовое молоко. Дать покипеть на слабом огне ещё 15 минут. Залить фуфу получившимся супом и подавать в глубокой фарфоровой миске или салатнице.

Основная пища в западных регионах континента – рис и корнеплоды. К исконно африканскому ямсу с течением времени добавились более урожайные таро и маниок, которые отлично растут в жарком климате. Западноафриканская густая каша фуфу (или футу, как её называют в Гвинее) может готовиться из маниока, ямса или банана с добавлением муки, пальмовых орехов, лука, помидоров и тыквы.

Гарри также является одним из самых популярных и известных блюд традиционной кухни Западной Африки. Готовится оно из маниока, и кроме Нигерии его можно встретить в Камеруне, Гане, Сьерра-Леоне. При нагревании маниоковая масса образует шарики, которые можно засушить и хранить в течение долгого времени. Гарри добавляют в кипящую воду и затем подают с тушеным мясом или первыми блюдами. Кислый вкус гарри делает это блюдо важным в нигерийской кухне, его можно использовать как гарнир к мясу, рыбе или овощам, а также как десерт.

Огромные клубни ямса на продажу на рынке, Кот-д’Ивуар.

В Кот-д’Ивуаре славится ачеке – особая крупа из маниока, которая в разварном виде употребляется в пищу с помидорами и превозносится всеми без исключения западными туристами. И конечно, в любое блюдо здесь добавят «короля соусов» – соус грэн, приготовляемый из пальмовых орехов.

Весьма велико в Западной Африке число блюд из риса, которые включают и холодные, и горячие блюда. Помимо жареного и отварного риса, сюда можно добавить кокосовый рис, который готовится путем смешивания риса с кокосовым молоком, а также рис джоллоф, который представляет собой смесь варёного риса с помидорами, луком, красным перцем и пальмовым маслом. В Африке рис считается не гарниром, а основным блюдом, в которое в качестве гарнира могут быть добавлены мясо, рыба, овощи или фрукты.

А на десерт в любой западноафриканской стране вам подадут жареный банан с мёдом или арахисовую пасту – именно отсюда она так широко распространилась в Северной Америке.

В НИГЕРИИ БОЛЬШОЕ ВНИМАНИЕ УДЕЛЯЕТСЯ РАЦИОНУ ПИТАНИЯ ДЕВУШЕК. ЖЕНСКАЯ КРАСОТА ЗДЕСЬ АССОЦИИРУЕТСЯ С ПЫШНЫМИ ФОРМАМИ, ПОЭТОМУ ПОЛНОТА ЯВЛЯЕТСЯ ГАРАНТИЕЙ УДАЧНОГО ЗАМУЖЕСТВА, И ДЕВУШКИ ВЫНУЖДЕНЫ ПРИНИМАТЬ НЕВЕРОЯТНО БОЛЬШОЕ КОЛИЧЕСТВО ВЫСОКОКАЛОРИЙНОЙ ПИЩИ. МЕНЮ НЕВЕСТЫ СОСТОИТ ИЗ ЖИРНОГО МОЛОКА, КУСКУСА ИЗ МАННОЙ КРУПЫ, ТУШЕНОГО МЯСА И ОВОЩЕЙ, ШАРИКОВ ИЗ ПРОСА, ЗАМЕШАННЫХ НА МОЛОКЕ И МАСЛЕ. ЕСЛИ У СЕМЬИ НЕДОСТАТОЧНО СРЕДСТВ НА ОТКОРМКУ ДОЧЕРИ, ЕЁ МОГУТ ПЕРЕПОРУЧИТЬ СОСТОЯТЕЛЬНОЙ РОДСТВЕННИЦЕ ИЛИ СОСЕДКЕ.

В Восточной Африке европейское гастрономическое влияние оказалось менее сильным, чем на западе континента. Зато здесь весьма распространены арабские, персидские и индийские традиции в кулинарии. Например, в Кении и Уганде национальными блюдами считаются индийский соус масала, хлеб нан и блинчики чапати. Здесь же весьма популярны индийский рис и чай, которые широко возделывают на заливных лугах и горных террасах Восточной Африки. Здешняя кухня основана на крахмалистых блюдах с просом, бананами и молоком. Часто используется кукурузная мука. Арабы внедрили в восточноафриканскую кухню блюда из риса, в том числе и плов. Гранатовый сок, шафран, гвоздика, корица – основные приправы этого региона, и все они ближневосточного происхождения.

Традиционным повседневным блюдом в лесных регионах Восточной Африки служат блюда на основе плантена – вида банана, который не употребляют в сыром виде, но жарят, тушат и запекают в печи вместе с овощами и арахисом.

Мясо на востоке Африки более популярно, чем на западе, особенно в городах, где традиции азиатской кухни требуют присутствия в меню баранины, козлятины и курицы. В Эфиопии весьма популярны блюда из сырой говядины – это, например, китфо в виде сырого фарша или доро-вот в виде кусков парного мяса в остром соусе. Европейские туристы любят подозревать сырые блюда в различных инфекциях, однако сами жители Эфиопии с удовольствием поедают сырое мясо, содержащее больше витаминов, чем прошедшее термическую обработку. К тому же обилие острых специй убивает любую инфекцию.

Доро-вот. Курица разделывается на двенадцать частей. Куски обжарить в растительном масле и положить в кастрюлю для тушения. Лук провернуть через мясорубку и положить в кастрюлю, добавить ложку берберского перца, соль, зёрна кориандра, тушить 30–40 минут. Отварить вкрутую несколько яиц, очищенные яйца добавить в кастрюлю. Тушение заканчивается тогда, когда у соуса исчезает специфический луковый вкус. Соус можно загустить небольшим добавлением муки. Готовое блюдо выкладывают на тарелку, на которой в несколько слоёв уложены эфиопские блины инжера. Рядом с кусками курицы выкладываются яйца и домашний творог, с тем чтобы облегчить остроту блюда.

Эфиопские блюда всегда имеют в основе инжеру.

В целом же эфиопская кухня занимает особое место в африканской кулинарии – как и вся культура Эфиопии, блюда здесь неповторимы. Чего стоит только знаменитая инжера – эфиопский серый хлеб, сделанный в виде огромных блинов из специфического здешнего злака теффа. Инжера для жителей Эфиопии – и хлеб, и столовый прибор, потому что с его помощью берут еду из общего блюда.

В Кении особенно любят киманту – блюдо из говядины со шпинатом, луком, томатом и добавлением карри. А крупнейший народ Кении кикуйю обожает матоке – мясо, тушённое в общем котле с луком, бананами, пикантным мясным соусом и куркумой. Для кенийского обывателя как вполне привычная еда воспринимается мясо крокодила. Его жарят на открытом огне, добавляют в острые тушеные блюда. Крокодил легко разделывается и режется, а по вкусу напоминает нечто среднее между жирной курицей и осетриной.

В отличие от земледельцев и охотников, скотоводы Восточной Африки, как и их коллеги на западе континента, не любят пускать своих коров под нож и мяса почти не едят. Однако другими продуктами животноводства пользуются весьма широко: прежде всего это молоко и масло, которые составляют основу белкового питания в саванне.

В прибрежных районах и по берегам Великих озёр рацион населения обусловлен рыболовством. Так как рыба быстро портится, здесь её солят и сушат – традиции, весьма непривычные для Африки. Сушеная рыба в Уганде называется гуру и подается с луком и зеленым сладким перцем. На гарнир подадут угали – кашу из кукурузной крупы. А на Занзибаре и в лучших купеческих домах Момбасы стоит оценить жареных креветок с лимоном, омаров, рагу из осьминога, запечённую на углях морскую рыбу со специями в банановых листьях, а также салат из водорослей.

Переходя к Южной Африке, стоит сказать о схожести здешней кухни с европейской. Например, в традиционных блюдах Мозамбика и Анголы ощущается сильное португальское влияние. Многие кулинарные традиции и способы приготовления были заимствованы из бывшей метрополии, ведь португальцы обосновались здесь ещё в ХV в. Их влияние перемешалось с местными кулинарными традициями и технологиями. Католическая религия и португальская культура способствовали введению в местное меню постов и скоромных дней, употреблению в пищу лайма, лимона и апельсина, а также большого количества рыбы.

РАЦИОН ПИТАНИЯ ОХОТНИКОВ АФРИКИ СИЛЬНО ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ БЛЮД ИХ СОСЕДЕЙ – СКОТОВОДОВ И ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ. КВЕГУ, НЕБОЛЬШАЯ НАРОДНОСТЬ ЭФИОПИИ, ЕЩЁ НЕДАВНО ЖИЛИ ДОБЫЧЕЙ ГИППОПОТАМОВ В РЕКЕ ОМО, А НЕКОТОРЫЕ ПЛЕМЕНА ЮГА АФРИКИ ПО СЕЙ ДЕНЬ ПРОМЫШЛЯЮТ КИТОВ НА АТЛАНТИЧЕСКОМ ПОБЕРЕЖЬЕ. ОХОТНИКИ РАДЫ ПРАКТИЧЕСКИ ЛЮБОЙ ДИЧИ: ПИГМЕИ УГАНДЫ, НАПРИМЕР, СТАВЯТ СИЛКИ НА ГРЫЗУНОВ, ДИКОБРАЗОВ И ОБЕЗЬЯН, СТРЕЛЯЮТ ИЗ ЛУКА ЛЕСНЫХ АНТИЛОП (ЕСЛИ ПОБЛИЗОСТИ НЕТ ПОЛИЦИИ И РЕЙНДЖЕРОВ). НО ОСНОВНУЮ ПИЩУ ОХОТНИЧЬИХ ГРУПП СОСТАВЛЯЮТ ПРОДУКТЫ СОБИРАТЕЛЬСТВА: ЛИЧИНКИ, ТЕРМИТЫ, НАСЕКОМЫЕ, ГРИБЫ, ПЛОДЫ И КОРНИ РАСТЕНИЙ. ПИГМЕИ ЗАВОРАЧИВАЮТ ИХ В КРУПНЫЕ ЛИСТЬЯ, СКРЕПЛЯЮТ ПАКЕТ ЧЕРЕНКАМИ ЛИСТА, УКЛАДЫВАЮТ ВОЗЛЕ ТЛЕЮЩЕГО ОГНЯ И КОПТЯТ В ТЕЧЕНИЕ ПОЛУЧАСА.

Кухня ЮАР тоже родилась из смешения разных кулинарных традиций. Европейская колонизация, адаптация традиционной кухни народов банту и большое количество иммигрантов – всё это повлияло на развитие южноафриканской кухни. Голландские поселенцы принесли с собой свои способы ведения сельского хозяйства, британские торговцы разнообразили мясное ассорти, в которое вошла и африканская дичь; французы первыми культивировали южноафриканские виноградники, продукция которых сегодня известна во всем мире. Индийские рабочие привнесли в местную кухню острую нотку карри. Дичь, баранина, южноафриканские омары и широкий репертуар рыбы составляют поистине космополитичную кухню Южной Африки.

Баботи. Разогрейте духовку до 160 °C. Добавьте сливочного масла в большую сковороду с разогревающимся растительным маслом и обжарьте лук и чеснок до полупрозрачного состояния. Потом присыпьте смесь солью, перцем, карри, куркумой и другими специями до получения яркого аромата. Снимите смесь с огня и добавьте размоченный белый хлеб, молоко, лимонную цедру, сок лимона, яйцо, абрикосы, яблоки, изюм и миндаль, перемешайте с мясным фаршем. Выложите смесь в форму, разровняйте и украсьте сверху лавровыми листьями. Закройте фольгой и запекайте 1,5 часа при температуре 200 °C. Взбейте яйца с молоком и специями, залейте сверху и запекайте еще 15 минут до готовности, пока поверхность не подрумянится. Подавайте с желтым рисом, нарезанным бананом и кусочками кокоса.

На востоке ЮАР, в саваннах, употребляют в пищу больше баранины, в лесной южной зоне и на севере страны предпочитают говядину, на западе и в прибрежных зонах питаются в основном рыбой. Пожалуй, только кукурузную муку делают и едят повсюду. Используют ее в двух видах: сэмп и пап, крупный и мелкий помол. В деревнях традиционно варят сэмп, в городах предпочитают пап.

ЧТО БУДЕТЕ ПИТЬ?

При своих болезнях они лечатся молоком: разбавив его водой, пьют. Ал-Омари, ХIV в.

Бедуин разливает чай традиционным способом на стоянке в Сахаре, Тунис.

С точки зрения географии напитков Африку вполне можно было бы разделить на три крупные зоны: север континента – это страна чая, в саваннах доминируют просяное пиво и молоко, а экваториальные леса специализируются на лёгких пальмовых и банановых винах. Эфиопия и Южная Африка, как всегда, идут своим собственным путём: первая является родиной кофе, а вторая – великолепных виноградных вин, не уступающих по качеству своим французским предкам.

Без чая, занесённого в Северную Африку арабами, не обходится сегодня ни одна трапеза в странах Магриба. В марокканской культуре универсальным напитком является традиционный зеленый чай с большим количеством мяты и сахара. Местные жители пьют его едва ли не непрерывно, с утра до вечера. Ароматный чай в маленьком стеклянном стаканчике непременно предложат гостям. Недаром марокканская пословица гласит: «Между чаем и чаем мы пьем чай». Ароматный напиток разливают по стаканчикам необычным способом: поднимают чайник на полметра от стола и выливают чай тонкой прицельной струйкой, чтобы «по дороге» он немного остыл, а в стакане образовалась пена. Такой стиль подачи чая характерен для всей Северной Африки.

В Египте национальным напитком является каркаде, тёмно-красный напиток из лепестков гибискуса, или суданской розы. Стоит заглянуть в любое кафе для местных жителей в Каире, чтобы понять, насколько здесь популярен этот красный чай. Его пьют и горячим, и холодным, в высоких стаканах с добавлением большого количества сахара, из-за чего по вкусу каркаде напоминает русский морс. Египтяне считают красный чай лекарством от всех болезней мира, но язвенникам так не покажется – каркаде резко увеличивает кислотность в желудке.

В Египте широко распространено и молоко, коровье или верблюжье, основа питания многих скотоводческих народов Великого Судана. Излюбленным напитком скотоводов – таких как масаи в Кении или динка в Южном Судане – является свежая бычья кровь, смешанная с молоком. Это напиток воинов, женщинам его пить строго воспрещается. Для его приготовления вовсе не нужно убивать животное: кровь сцеживается из шейной артерии быка, после чего рана заботливо прикрывается пучками травы и навозом, останавливающими кровотечение.

Кофейными традициями, да и вообще всем, связанным с кофе, заведует Эфиопия. Отсюда кофе попал в Йемен, а затем через Ближний Восток – в Европу и на другие континенты. Но для жителей Эфиопии этот напиток – не просто тонизирующий стаканчик перед началом рабочего дня, а целый ритуал. Кофейная церемония включает воскурение фимиама, передачу по кругу кофейных зерен, чтобы их одобрили гости, и их обжаривание прямо на месте. Каждый из участников церемонии по кругу получает по стаканчику свежесваренного ядрёного кофе, и с каждым кругом крепость напитка возрастает до бесконечности. Разливать его должна хозяйка дома, которая при этом к кофе вообще не притрагивается. Земледельцы африканских саванн варят тягучее, мутное и крепкое просяное пиво, сшибающее с ног одним своим запахом. У догонов Мали этот напиток, именуемый доло, достигает пугающего ярко-зелёного цвета за счёт добавления различных трав. Кроме того, повсюду в Западной Африке его обильно сдабривают перцем. Получившееся пьют на праздниках и религиозных церемониях, причём нередко в первых рядах пивом наслаждаются женщины, доводя себя буквально до последней черты. Кроме проса, для изготовления пива в Западной Африке используют другие злаки, а также тамаринд и дикую сливу.

Кофейная церемония представляет собой сложный обряд, Эфиопия.

Пальмовое вино – вещь весьма коварная. По крепости оно редко превышает 5–7 градусов, но в условиях жаркого климата способно быстро вывести из строя самого стойкого знатока алкоголя. Пальмовое вино делают по всей Центральной Африке, и разновидность пальмы при этом совершенно не имеет значения. В Конго известны вина из различных видов масличной пальмы (нгаси или нсамба), из рафии (дибондо), из кокосовой пальмы (кокоти), сильно различаются и способы его приготовления. В деревнях Западной Африки пальмовое вино – удел мужской части общества. Алкоголизм в Африке встречается редко, но в большинстве случаев его причиной является именно пальмовое вино. В Восточной Африке конкурентом пальмового стало медовое вино (в Эфиопии) и брага из несъедобного вида банана (в Уганде), которое ферментируют, оставляя в огромных корытах, укрытых банановыми листьями. Но несмотря на популярность на родине, промышленного значения ни пальмовое, ни банановое вино не имеют. В отличие от южноафриканского – виноградного. Его традицию на юг Африки привезли ещё в ХVII в. французские гугеноты, знавшие толк в добром анжуйском. Их навыки здесь очень пригодились: почвы и климат юго-запада современной ЮАР идеально подходят для изготовления вин, которые сегодня считаются одними из лучших в мире. Первая бутылка была получена в 1659 г., но экспорт развился лишь в 1990-е гг. Сегодня ЮАР выбрасывает на мировой рынок миллионы бутылок превосходного рислинга, пино, шардоне и шампанского.

ПОМИМО АЛКОГОЛЯ, АФРИКАНЦЫ ЛЮБЯТ ПОБАЛОВАТЬ СЕБЯ ЛЁГКИМИ ПРИРОДНЫМИ НАРКОТИКАМИ. НА ЗАПАДЕ КОНТИНЕНТА ДОМИНИРУЮТ ОРЕХИ КОЛЫ, СТАВШИЕ ЗДЕСЬ ЦЕННЫМ ЛАКОМСТВОМ ЗАДОЛГО ДО ТОГО, КАК ИХ ЭКСТРАКТ РАСПРОСТРАНИЛСЯ ПО МИРУ В СОСТАВЕ «КОКА-КОЛЫ». ОРЕХИ КОЛА – ЛУЧШИЙ ПОДАРОК И ЗАМЕНА ДЕНЕГ В ЛЮБОЙ ДЕРЕВНЕ. НА ВОСТОКЕ КОНТИНЕНТА ПРЕДПОЧИТАЮТ ЖЕВАТЬ ЛИСТЬЯ КАТА, ВЕЧНОЗЕЛЁНОГО КУСТАРНИКА, БЕЗ КОТОРОГО НЕ МОГУТ ПРОЖИТЬ НИ ДНЯ МНОГИЕ ЖИТЕЛИ ЭФИОПИИ И СОМАЛИ. КАТ ДЕЙСТВУЕТ СЛАБО, И МУЖЧИНАМ НУЖНО БУКВАЛЬНО НАБИВАТЬ СЕБЕ РОТ ДО ОТКАЗА, ЧТОБЫ ИСПЫТАТЬ «ПРИХОД». ОН СНИМАЕТ УСТАЛОСТЬ, ОБЛЕГЧАЕТ БОЛЬ, УЛУЧШАЕТ НАСТРОЕНИЕ И СЕКСУАЛЬНУЮ ФУНКЦИЮ. ЗНАЧИТЕЛЬНО БОЛЕЕ ЛЮБОПЫТНЫЙ ЭФФЕКТ ОКАЗЫВАЮТ МАЛОИЗУЧЕННЫЕ ГАЛЛЮЦИНОГЕННЫЕ РАСТЕНИЯ, КОТОРЫЕ УПОТРЕБЛЯЮТ НА ДОСУГЕ ПИГМЕИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АФРИКИ. ВЕСЕЛИТЬСЯ ХОЧЕТСЯ ВСЕМ.

Кроме вина, Южная Африка славится своим крепким имбирным пивом, а также чайным напитком ройбуш, известным в том числе и магазинам в России.

Стоит завершить этот небольшой рассказ экскурсом о самом важном и нужном напитке, без которого не может прожить человек ни в Африке, ни на других континентах, – о воде. Африканский континент может похвастаться крупнейшими озёрами и полноводными реками, но питьевой воды африканцам хронически не хватает. Её качество остаётся в целом значительно ниже среднего.

Продавец орехов кола на рынке в Дженне, Мали.

Многие народы Африки предпочитают не рыть колодцев в деревнях, и в большинстве районов источником воды является близлежащий ручей, речка или озеро, вода из которых часто несёт риск множества заболеваний. Только каждый пятый африканец может получать воду в своём доме или на участке. В результате в 2013 г. количество жителей, имеющих доступ к мобильной связи, превысило в Африке число тех, кто может пить здоровую воду, – шокирующий и извращённый парадокс XXI века.

КРАСОТА ПО-АФРИКАНСКИ.

Мы привыкли к современной западной культуре, в которой внешность человека стандартизована, а телевидение, кино, популярная культура демонстрируют и пропагандируют эталоны нашего цивилизованного мира. Коренные народы Африки – особенно те, что не имеют пока широкого доступа к достижениям голливудского кинематографа, – сохраняют свои традиционные представления о внешности человека, о критериях красоты и безобразия, о том, как должен выглядеть человек. Эти представления у различных народов сильно разнятся, однако что-нибудь новенькое, модное, необычное часто заимствуется у соседей. Подчас красота по-африкански кажется нашим соотечественникам сплошным ужасом, но интерес к ней это только подогревает. Попробуем удовлетворить его в этом разделе: мы рассмотрим здесь разные стороны африканской эстетики – от костюма и косметических средств до практики модификации лица и тела.

Всё, что есть у слона, – для него не тяжесть. Африканская пословица

Сразу оговоримся: в Африке эстетические представления накрепко увязаны с социальными и религиозными требованиями. Ни одно украшение, ни один предмет одежды не существует просто так, для красоты и удовольствия. Каждый мельчайший аксессуар, мазок косметики представляет собой элемент сложнейшей знаковой системы, демонстрирующий социальный статус человека для окружающих. И костюм, и украшения, и орнамент на теле содержат в себе информацию о происхождении носителя, его этнической группе, семейном положении, благосостоянии – вся эта информация легко «читается» посвящёнными. В то же время при помощи «правильных» аксессуаров и украшений тела африканец достигает и другой цели: пытается обезопасить себя от зловредных духов, вечно старающихся найти лазейку и свалить человека с ног. В результате любой предмет обихода, который мы привыкли рассматривать как мелочь и безделушку – заколки для волос, форма браслетов на руках и ногах, оттенки красок для украшения лица, татуировки, – в Африке приобретают богатое символическое значение и для людей, и для живущих с ними в одном мире богов и духов.

Сегодняшние африканцы, вопреки устоявшимся представлениям, весьма редко ходят нагими. На севере и юге континента таких привычек не было никогда, ведь погода здесь бывает весьма прохладной. В засушливых районах северного тропического пояса обнажённое тело тоже не в ходу из-за беспощадного солнца, заставляющего людей, наоборот, закрывать не только тело, но и лицо. Но даже на экваторе, где тёплая погода держится постоянно, а солнце более дружелюбно, сегодня не встретишь обнажённых людей. Одежда стала одним из первых следствий колониального культурного влияния – с приходом в Тропическую Африку белого человека местные жители принялись стремительно обживать различные виды одеяний, которые несла с собой цивилизация. А ведь ещё полтора столетия назад Василий Юнкер, русский путешественник по Центральной Африке, сообщал о племенах, у которых не было практически никакой одежды, кроме набедренных повязок. Женщины наблюдаемых им племён носили передники из железных цепочек или пояса из травы вокруг бёдер. Повсюду у народов Экваториальной Африки можно было встретить футляры из соломы или шерсти для защиты мужского полового органа (например, у сомба в Бенине), а женщины закрывали наиболее чувствительные места лентой между ногами, пучками травы или даже пробкой в форме пениса, как у фали в Камеруне. У готтентотов Намибии сельские девушки также ходят безо всякой одежды до инициации, но представить себе замужнюю женщину обнажённой на людях уже невозможно.

Девочки в Африке с детства учатся ценить красоту косметических средств.

Девушка нянгатом в традиционной одежде – бусах, Эфиопия.

Простейшие виды одеяний присущи пигмеям экваториального леса, которые изготавливают свои одежды из кусков размягчённой в воде коры, напоминающей по виду и на ощупь тонкое сукно. Это мбугу – «замша тропического леса», модная и среди земледельцев Центральной Африки. На востоке континента, на территории Северной Кении, Южного Судана и Эфиопии, в костюме скотоводов саванны по сей день господствует кожа. Повседневной одеждой продолжают оставаться воловьи и козьи шкуры, покрывающие переднюю и заднюю части бёдер, в то время как выше пояса и мужчины, и женщины продолжают оставаться обнажёнными. Шкуры могут богато расшиваться бисером и раковинами каури, различаться фасоном и отделкой. Место шкур иногда занимает юбка из шерсти или волокон рафии, которые, впрочем, в ХХI в. стремительно заменяются привозными полотняными одеждами. Но верхняя часть тела по-прежнему остаётся свободной, что вызывает восторг у европейских туристов мужского пола. Ну, а на голове жительницы этих районов носят разве что тыкву калебас, который в иное время служит сосудом для воды, пива или просяной каши.

ИЗ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ ДО НАС ДОХОДЯТ ИНОГДА СОВЕРШЕННО ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ПОДРОБНОСТИ АФРИКАНСКОЙ МОДЫ. ОДНА ИЗ НИХ ПРИНАДЛЕЖИТ ПЕРУ ЯКУТА (XIII В.): «ОДЕВАТЬСЯ ОНИ НЕ УМЕЮТ, А ЛИШЬ СМАЗЫВАЮТ ТЕЛА ЖИРОМ. СОСУД ЖЕ С ЭТИМ ЖИРОМ – ЭТО ЕГО КРАЙНЯЯ ПЛОТЬ: ОН ЕЁ НАПОЛНЯЕТ ЖИРОМ И ЗАВЯЗЫВАЕТ НИТКОЙ. ЧЛЕН СТАНОВИТСЯ БОЛЬШИМ, КАК БУТЫЛЬ. ЕСЛИ КОГО ИЗ НИХ УКУСИТ МУХА, ОН ВЫНИМАЕТ ИЗ КРАЙНЕЙ ПЛОТИ НЕМНОГО ЖИРА И СМАЗЫВАЕТСЯ, А ЗАТЕМ ЗАВЯЗЫВАЕТ ЧЛЕН».

Одежда по всей Африке является показателем общественного положения, но в Западной Африке это явление приобрело гипертрофированные формы. Здесь в результате распространения хлопководства и ближневосточной моды на длинные свободные одежды возникли самобытные традиции шикарных нарядов из хлопчатой ткани или шерсти. Ткани эти могут быть по происхождению как местными (в Мали, например, производится богатая хлопчатая ткань боголан), так и привозными – в основном из Западной Европы. По фасону и материалу просторного платья бубу можно рассказать многое о человеке: о его состоянии, семье и роде занятий, например. Вожди народов фульбе и канури почёта ради надевали на себя по 8–10 бубу одновременно, несколько пар штанов, огромный тюрбан, а сверху всю эту конструкцию покрывали пледом и обматывали полотенцем на уровне шеи.

А всё потому, что одежда, вопреки нашему северному представлению, в Африке служит не только защитой от непогоды, а демонстрацией богатства и авторитета. Костюм – основной социальный код, по которому можно судить об этнической принадлежности и чётком месте, занимаемом человеком в социальной иерархии общества. Элементы цвета и узора сами по себе уже скажут о человеке больше, чем обстоятельная беседа с ним. По будням западноафриканские крестьянки обычно надевают юбки весьма скучных расцветок, оставаясь нередко топлес, но в праздничные или рыночные дни на свет извлекаются длинные бубу и головные платки из ткани самых пёстрых и диковинных расцветок. Скромные традиционные мотивы остаются в прошлом: сегодня на одежде можно увидеть, например, зелёные грузовики на жёлтом фоне, изображения Эйфелевой или Пизанской башни, рыбы-пилы, президента Обамы или иной экзотики. Главное – чтобы рисунок на ткани был ярким, разноцветным и необычным. Именно благодаря любви к красочности традиционный костюм продолжает яростно сопротивляться исламу с его стремлением обрядить женщину в скучную чёрную абаю. Даже в самых правоверных мусульманских общинах дамы не отказываются от многоцветных одежд, весёлые оттенки которых, так подходящие к тёмной коже африканок, продолжают радовать глаз и в берберских деревушках Марокко, и на улицах городов Сенегала, Чада и Судана.

Виды тканей, их узор и рисунок сильно варьируются, а стоимость доходит иногда до заоблачного уровня. Например, знаменитые хлопковые ткани кенте в западноафриканской Гане, которые носят несшитыми, перебрасывая через плечо, доступны разве что вождям, жрецам и чиновникам высшего ранга, надевающим их по случаю праздника. Изготовление одного лишь многоцветного пояса по технологии кенте может занять до месяца, и стоить он будет несколько сотен долларов. Ведь лишь самые искусные мужчины-ткачи в известных всей стране деревнях вокруг города Кумаси способны изготовить «настоящие» кенте, с добавлением шёлка, с причудливым геометрическим узором.

Берберская женщина в традиционной одежде и с татуировками, Тунис.

Большой ценностью в Гане считаются и набивные ткани адинкра. Когда-то технику восковой печати завезли сюда из Юго-Восточной Азии, затем она распространилась по территории всей Западной и Центральной Африки. Сегодня эта техника обрела в Гане особую культурную, социальную и экономическую значимость, потому что узоры на тканях адинкра – говорящие. В них зашифрованы пословицы, поэмы и даже элементы эпоса. Каждый символ обозначает определенное слово, понятие, изречение. Знаки в совокупности формируют систему наподобие символического письма, сохраняющую культурные ценности народа акан. Символы адинкра используются и на посуде, в предметах обихода, в архитектуре.

Набивные ткани адинкра сушатся на солнце, Гана.

Отделка, особенно на мужской одежде, характерна главным образом для народов, исповедующих ислам, таких как хауса в Нигерии. Этот земледельческий народ издавна снабжал почти всю Западную Африку своими изделиями из хлопка, причём ткани различных оттенков и рисунков носили различные наименования и могли предназначаться специально для шаровар или головных платков. Целые кварталы города Кано были заняты окрашиванием тканей природными красками, для изготовления которых мастера проявляли удивительную изобретательность. Лимонный сок, волокна и корни растений, переваренная древесная кора, смолы и измельчённые минералы – всё это шло на нужды текстильной индустрии и африканской моды ещё задолго до того, как африканские орнаменты появились на подиумах модных домов Европы.

В лесной зоне к югу от саванн в ходу преимущественно ткани из волокон пальмы рафии, коры фикуса и других местных растений, так как хлопок не выдерживает влажного экваториального климата. Уже в ХVI в., открыв для себя ткани народа конго, европейцы дивились их качеству и сравнивали с лучшими разновидностями бархата. То, что в XX столетии ткани из рафии постепенно уступили место хлопчатобумажной европейской мануфактуре, объясняется прежде всего сложностью обработки пальмовых волокон, которые следовало по нескольку суток держать в болоте, после чего подвергать сложной процедуре высушивания. Как и повсюду в Африке, ткачество было здесь уделом исключительно мужчин. Мужская одежда начиналась на бёдрах, женские накидки закреплялись у груди с помощью особого узла под мышкой.

В Центральной Африке на одежде из рафии женщины луба вышивают узоры, имеющие особый магический смысл. И мужская, и женская одежда практически одинакова – фигура сильно задрапирована тканью, причем предпочтение отдается широким полотнищам материи. Чем длиннее одежда, тем выше социальный статус её хозяина. И хотя под влиянием торговли и постоянного взаимодействия с европейской культурой стиль одежды и рисунок тканей постепенно меняются, во многих районах костюм по-прежнему является главным показателем социального положения и ритуального статуса. Например, набросить на себя леопардовую шкуру в Африке не посмеет никто, кроме вождя или правителя.

Большинство народов Африки исторически не знали обуви – эта диковинка приходит сюда только с белыми переселенцами. Лишь в Северо-Восточной Африке распространены сандалии, закреплённые на большом пальце, а в Марокко ни один уважающий себя человек не обойдётся без бабушей – мягких кожаных туфель без задника.

Мало распространены в Африке и головные уборы. Народы севера континента, рано оказавшиеся под влиянием арабской культуры и исламской религии, восприняли фасоны, характерные для Ближнего Востока, – тюрбан либо круглую шапочку такыю, а для женщин – платок хиджаб или чадру. Под турецким влиянием в ХVIII в. здесь распространилась феска, чтобы вновь исчезнуть к XXI столетию. Туареги Сахары, как и тысячи лет назад, драпируют лицо, голову и плечи огромным платком синего, сиреневого или чёрного цвета – это тагельмуст, который мужчина носит постоянно, оставляя открытыми лишь глаза. А вот жёны туарегов лица как раз не закрывают. Южнее, в западноафриканских саваннах, распространённым головным убором для мужчин является коническая широкополая кожаная шляпа бамбула, какие носят пастухи фульбе и акан, земледельцы сенуфо – у каждого народа для неё есть своё название. Среди мусульман и здесь распространилась такыя, а вот женщины, кроме платков и многоцветных тюрбанов, иных головных уборов не носят. Совсем по-другому обстоят дела в Южной Африке, где самобытные виды шляп украшают головы женщин-зулу, свази и ндебеле: это, например, огромный пирамидальный убор исичоло у зулусских женщин, родившийся из обычая подвязывать гигантскую пушистую причёску широкой лентой. А Восточная Африка демонстрирует многочисленные виды головных обручей из металла и бисера, надеваемых чаще всего на коротко стриженную или гладко выбритую голову.

Рогатый головной убор женщины дитаммари, Того.

Африканские причёски заслуживают особого внимания. Женщины большинства восточноафриканских народностей бреют голову, предоставляя нудное занятие плести косички юным воинам – моранам, имеющим вдоволь свободного времени. Оромо-борена – один из немногих народов Кении, чьи женщины украшают свои головы сотнями тоненьких черных косичек, ниспадающих до плеч и красиво обрамляющих их длинные шеи. Женщины мвила, проживающие в Анголе, славятся своими необыкновенными причёсками. Они покрывают волосы особой пастой онкула, приготовленной из протёртого в порошок красного камня. В порошок затем добавляются масло, древесная кора, коровий навоз и растения. Вся эта гремучая смесь наносится на волосы и укладывается в косы, которые виртуозно украшаются бусинами, ракушками, перьями. Кос обычно четыре или шесть, а если их всего три – это верный знак, что в семье кто-то умер. Не менее занимательны и причёски женщин химба (Намибия, Ангола) – их уложенные волосы напоминают многочисленные длинные дреды. Чтобы достичь такого результата, волосы покрываются смесью масла и охры. Девочкам разрешается иметь только две «сосиски», а взрослым девушкам – столько, сколько пожелают.

Украшений африканских женщин европейским модницам не переплюнуть никогда. Прежде всего это касается количества аксессуаров, которые африканка надевает на себя даже в самые будничные часы – например, для работы в кукурузном поле. Женщина народности нянгатом в Эфиопии, например, наденет на себя лишь пару козьих шкур на бёдра, но зато на шее у неё будут навешаны несколько десятков ниток бус, рассказывающих всю историю её семьи и её собственную биографию; на щиколотках и запястьях будут красоваться массивные металлические браслеты, поясняющие, какой по счёту женой она доводится своему мужу и сколько у него коров; в ушах можно увидеть серьги, сделанные из железных бирок или ключей от европейских замков, невесть как попавших в эти края; а в нижней губе будет вдета массивная булавка из серебра – всё богатство семьи женщина носит на себе.

Правда, африканские украшения редко делаются из драгоценных металлов, как золотые подвески и серёжки у зажиточных женщин бамбара и фульбе в Мали. Чаще это менее дорогие, но символически значимые ожерелья и амулеты из твёрдого камня, из кости, клыков леопарда, раковин каури или даже европейских пуговиц. В Восточной Африке бусы и браслеты ещё не так давно изготовлялись из семян и сушёных бобов, однако с конца ХIХ в. здесь безраздельно стал господствовать бисер. В некоторых районах Эфиопии и Кении бисерные нитки ожерелий так усеивают женскую шею, что под ними не видно ни груди, ни подбородка. Но самое удивительное заключается в том, что большая часть этого бисера произведена вовсе не в Африке, а в Чехии – фирмой «Яблонекс», которая вот уже почти столетие является монополистом по ввозу этого чрезвычайно востребованного товара в Восточную Африку.

Впрочем, разве может бисерное ожерелье украсить тело так же, как его естественная красота? Если европейские народы в достижении абсолютной красоты сделали основную ставку на одежду, косметику и ювелирные украшения, то в Африке по сей день бытуют разнообразные и удивительные обычаи модификации человеческого тела – преимущественно, конечно, женского.

Некоторые из этих обычаев могут ошеломить кого-то из наших читателей своей жестокостью, но это будет лишь субъективной реакцией человека иного воспитания, иной культуры. Возьмем, к примеру, традицию подвергать девочек «утюжке груди». Про такую процедуру большинство из наших читателей никогда не слышали, но в Камеруне она имеет очень давнюю традицию, от которой пока не собираются отказываться. «Утюжке» подвергается грудь молодых девочек-подростков, а её целью является, как ни странно, предотвращение нежелательной беременности до окончания школы. Многие камерунцы уверены в том, что рост груди их дочерей способствует половому созреванию, а физически развитая девочка привлекает к себе куда больше внимания со стороны мужчин. Чтобы не допустить опасных ранних романов, матери массируют и дробят молочные железы дочерей. Наиболее распространенный инструмент при этом – деревянная скалка, обычно используемая для дробления клубней на кухне. Применяются также нагретые бананы и скорлупа кокосовых орехов.

Причёска воина хамар, которую делают после убийства врага, Эфиопия.

ВОСПОМИНАНИЯМИ ДЕЛИТСЯ СТУДЕНТКА ДЖЕРАЛДИН СИРРИ: «МОЯ МАТЬ БРАЛА СКАЛКУ, ХОРОШЕНЬКО РАЗОГРЕВАЛА ЕЕ НА ОГНЕ, ПОТОМ Я ЛОЖИЛАСЬ НА СПИНУ, А ОНА ПРОХАЖИВАЛАСЬ СКАЛКОЙ ПО МОЕЙ ГРУДИ. И ЕЩЕ ОНА БРАЛА КОКОС, ГРЕЛА ЕГО НА ОГНЕ И ПРОГЛАЖИВАЛА ИМ МОИ ГРУДИ. Я КРИЧАЛА И ПЫТАЛАСЬ ВЫРВАТЬСЯ, НО НЕ МОГЛА».

Богатый узор из шрамов на теле юношей мурси, Эфиопия.

По статистике, через процедуру «утюжки груди» сегодня проходит до четверти камерунских девочек, и результатом этой процедуры их матери весьма довольны. Деформированная грудь считается здесь своеобразным атрибутом женской красоты.

Ещё один из самых болезненных обычаев Африки – деформация формы головы женщины. Это происходит при помощи различных ухищрений, сводящихся к ограничению развития черепной коробки девочки. Для народа мангбету в Центральной Африке основной критерий красоты женщины – длина ее головы. Чем длиннее, тем лучше. Чтобы добиться идеальной внешности, сразу после рождения голову девочки туго обматывают бинтами. Удлинённая форма черепа достигается путём перетягивания специальной повязкой черепной коробки по окружности, по сторонам прикладываются дощечки для усиления эффекта, что приводит к утолщению лобной части головы с последующим вытягиванием затылочной области. Получившуюся конструкцию называют «башенная голова». Взрослые девушки для того, чтобы усилить впечатление башни, носили прически в виде цилиндров. Считалось, что это поможет привлечь мужское внимание и защитить девушку от колдовства. Удлинить череп и подчеркнуть высокий лоб – гордость женщины, соглашаются фульбе в Западной Африке, но они делают это менее радикальными методами: девушки просто удаляют себе ресницы и брови.

Традиция украшать тело с помощью шрамов существует в Африке с незапамятных времён. Шрамирование, или скарификация, – явление, известное повсюду в странах к югу от Сахары, хотя и сами методы нанесения шрамов, и значение этой процедуры весьма различаются. Шрамы здесь играют примерно такую же важную роль, как татуировки у народов Европы, Азии и Америки, ведь на тёмной коже африканцев татуировка видна плохо, поэтому её приходится заменять рельефным изображением. В северных районах Африки, среди народов со светлой кожей, татуировки, напротив, весьма распространены, особенно у берберов Туниса, где женщины любят украшать изображениями практически всё лицо и руки.

В Западной Африке – в Гане и Буркина-Фасо – шрамы-насечки на лбу и щеках являются подобием паспорта: они наносятся мальчику в первые дни жизни и свидетельствуют об этнической принадлежности человека – иногда учёные объясняют их необходимостью узнать своих во время боя или стычки с соседними народностями. Мужчины народа шиллук из Южного Судана украшают лоб цепочкой из бусиноподобных шрамов, а воинов табва из Конго можно узнать по рядам длинных шрамов, пересекающих щёки и лоб. Лицевые насечки делают по мере взросления человека – при рождении, инициации, вхождении в круг воинов. Они имеют и религиозное значение – по местным поверьям, насечки разрывают связь новорождённого с миром мёртвых и обеспечивают покровительство общинных духов. А в Восточной Африке процедура скарификации играет эстетическую роль – помимо информации о социальном положении и происхождении человека, она символизирует красоту тела.

Во многих культурах шрамы гарантируют успех у противоположного пола: женщина, не украшенная орнаментом из шрамов, считается непривлекательной, а мужчина – трусом, избегающим боли. Последовательность нанесения орнамента на тело, его дизайн регламентируются традицией. У гаанда в Нигерии шрамы начинают наносить на тело девочки уже с пяти лет. Сначала рисунок наносится на живот, через определённые промежутки времени добавляются рисунки на лбу, предплечьях, талии, бёдрах. После того как все узоры будут нанесены, девочка считается готовой к замужеству. Мужчины тоже часто прибегают к шрамированию, ведь для них это в первую очередь демонстрация мужества. Например, у народов Южного Судана по количеству рубцов на правой руке воина можно узнать, сколько врагов было им убито. Так что никаких доказательств преступления искать не требуется: убийца всегда носит их с собой.

Процедура шрамирования весьма неприятна: чаще всего кожу разрезают лезвием, приподнимают с помощью шипа акации и втирают в рану смесь из золы и сока растений, вызывая раздражение. В результате шрам приобретает желаемую выпуклую форму. Некоторые поклонники экстремального шрамирования предпочитают наносить на тело «вогнутые» шрамы. Они получаются в процессе срезания скальпелем верхнего слоя кожи, после чего рисунок представляет собой углубление на теле. Самыми популярными местами для шрамов на теле являются руки, плечи, грудь, живот и спина.

Татуированная девушка цамай, Эфиопия.

Женщина масаи с традиционными отверстиями в ушах, Кения.

Другим распространённым украшением тела в Африке является пирсинг. В современном обществе мода на пирсинг появилась лишь несколько десятилетий назад, а в Африке так украшают себя уже тысячи лет. Подобно другим украшениям тела, пирсинг имеет и эстетическое, и социальное значение: по проколам на голове и теле намётанный глаз может определить возраст носителя, его любовные и военные подвиги, статус в обществе. Пирсинг играет и ритуальную роль – ношение украшений на губах, носу, в ушах и половых органах является гарантированной защитой от злых духов и отрицательной энергии. Так, по поверьям жительниц Центральной Африки, проколотый язык не только дарит необычное ощущение при поцелуе, но и защищает от злых сил. Девушки народов Южного Судана и Центрально-Африканской Республики вставляют в нижнюю губу длинные и подчас довольно толстые костяные или деревянные палочки, приманивая в дом материальное благополучие. Чем больше украшений нанизывается на проколотую нижнюю губу, тем больше еды будет в доме. А в Южной Африке женщины ньянджа ещё совсем недавно считали модными гигантские кольца в верхней губе. Девушки мурси и сурма (Эфиопия) пошли ещё дальше своих соседей: они вытягивают нижнюю губу вниз и вперёд с помощью глиняного диска, о котором мы уже рассказывали в главе «Народы и языки».

Женщинам народа масаи, проживающего на юге Кении и на севере Танзании, с помощью схожего диска удлиняют не губы, а уши. Девочкам в раннем возрасте прокалывают мочки осколком рога, а в отверстие вставляют различные деревянные предметы. Со временем груз увеличивают с помощью более громоздких украшений, пока мочка не отвиснет до самых плеч. Чем длиннее уши, тем более уважаемой и красивой выглядит женщина в глазах своих соплеменников. Той же логике следуют на острове Мадагаскар и в Центральной Африке, где в мочке уха девушки делают большое отверстие и вставляют туда деревянные пуговицы. В некоторых районах Нигерии женщины продевают в ушное отверстие большую серебряную серьгу в виде обруча, сильно оттягивающую мочку. А девушки из Мозамбика прокалывают себе иногда целых 15 дырочек по краю ушной раковины: чтобы не травмировать такую красоту во время работы, мочку закрепляют за верхним краем уха. Отверстия в ушах в Африке используют и в практических целях: туда могут вставить нужные предметы, например сигарету или трубку для курения, а то и нож, чтобы руки были свободными. Удлиняют в Африке не только мочки ушей, но и половые губы женщин.

Этот пикантный обычай существует, например, среди тутси в Руанде и Бурунди, а также у готтентотов и бушменов Южной Африки. Девушкам прикрепляют на внешние половые губы металлические клипсы, которые они вынуждены носить целыми днями, не снимая. Считается, что это усиливает не только привлекательность женщины, но и удовольствие от сексуальных контактов для обоих партнёров.

А как же лебединая шея? Это понятие хорошо знакомо южноафриканским ндебеле, пусть и сроду не видавшим в природе лебедей. Здесь шею женщины с юности унизывают многочисленными браслетами, которые символизируют богатство семьи – чем больше браслетов, тем выше статус. С раннего детства женщины этого народа носили на шее латунные обручи, благодаря чему шея могла удлиниться на 40–50 см. Эти обручи нельзя было снимать, так как ослабление шейной мускулатуры привело бы женщину к немедленной травме. Женщина с самой длинной шеей считалась не только самой богатой (металл в этих районах ценится высоко), но и самой красивой. Несколько колец носятся также и на бёдрах. Их первичное предназначение – имитировать складки жира, «добавлять тела», так как худоба считается некрасивой. На самом деле шейные и бедренные кольца добавляют не столько тела, сколько веса: в зависимости от их количества и ширины его может набраться до 25 кг! Неудивительно, что женские церемониальные танцы ндебеле очень медленные и размеренные – с таким грузом особенно не попляшешь.

О красках на теле и лице мы расскажем чуть ниже, в главе «Культура». Придание своему телу особого оттенка – тоже требование моды. Женщины народа химба (Ангола и Намибия) начинают свой день с необычной косметической процедуры – они обмазывают себя с головы до ног смесью из охры, жира и пепла. В мазь добавляют смолу кустарника омузумба – она придает телу красный оттенок. Такая смесь не только делает женщин химба привлекательными в глазах мужчин, но и защищает кожу от палящего солнца и насекомых. Но и этого бывает недостаточно для того, чтобы женщина выглядела восхитительно. После обряда посвящения во взрослую жизнь девушкам удаляют четыре нижних зуба.

Странный обычай удалять мужчинам шесть нижних передних зубов самым примитивным способом – их выбивают копьём в детстве – был ещё недавно широко распространен среди нилотских народов Восточной Африки. Эта практика до сих пор бытует среди народов нуэр, динка, шиллук в Южном Судане. Существует немало объяснений этого обычая, и одним из них является почитание скота в материальной и духовной жизни: поскольку у быка нет нижних передних резцов, то нилоты, чтобы быть похожими на своих любимых бычков, удаляют зубы и себе.

Спиливание и удаление зубов является неотъемлемой частью стандартов красоты не только на востоке Африки. Дамы народа луба и некоторых из их соседей в Конго почти полностью стачивают себе все зубы, видные снаружи. У женщин на Мадагаскаре подпиленные зубы тоже в моде. Свои резцы они полируют таким образом, чтобы улыбка походила на оскал акулы – против такой ни один мужчина не устоит.

Девушки цамай чистят зубы палочками из особой древесины, Эфиопия.

Вообще стоит отметить, что белоснежная африканская улыбка, которой удивлялись многие европейцы, – результат в том числе того, что африканцы тщательно ухаживают за своими зубами. В течение дня они чистят зубы корой или корнями, при этом мякоть служит пастой, а волокна – щеткой. По всей Африке к югу от Сахары можно видеть, как люди занимаются своими повседневными делами с небольшой палочкой или веточкой в зубах, которую они жуют и перекладывают из одного угла рта в другой. Веточки деревьев и кустарников – это и есть африканские зубные щётки и зубочистки. Их пользователи уверяют, что они гораздо более эффективны и дешевы, чем красиво упакованная, дорогостоящая стоматологическая продукция. Природные средства обладают лекарственными свойствами, поэтому они не только помогают содержать полость рта в чистоте, но и лечат целый ряд недугов. Лабораторные исследования показали, что растения, из которых изготавливают палочки, содержат антимикробные соединения: они убивают бактерий, вызывающих кариес и пародонтоз.

Как известно, 80 % мужчин предпочитают толстых женщин и только 20 % – очень толстых. Это правило без сбоев действует и в Африке, где проблема недоедания – самая сложная из жизненных проблем. Вес представительницы слабого пола напрямую говорит о возможностях её отца или мужа – может ли он обеспечить своей дочери достойное проживание? Полнота ассоциируется с плодородием – главной функцией женщины в любом африканском обществе.

У многих народов принято заставлять девочек набирать лишний вес с детства: их кормят жирами, лишают возможности слишком много двигаться, заставляют питаться верблюжьим молоком. В некоторых районах Судана тело невесты в течение многих дней обильно натирают жиром, после чего преподносят около килограмма каши из дурры без соли и приправ, которую нужно съесть до последней капли. За невестой следит неумолимая родственница, вооруженная палкой или плетью из кожи гиппопотама. Если несчастная будет не в состоянии проглотить массу противной каши, репрессии неизбежны.

БЕЗОПАСНОСТЬ В АФРИКЕ.

Я мечтаю об Африке, которая была бы в согласии с самой собой. Нельсон Мандела

Прочитав заголовок этого раздела, наш любезный читатель может улыбнуться. Безопасность и Африка! Все же знают, что это «две вещи несовместные»: самое малое, что ожидает всякого, ступившего на африканскую землю, это встреча с мухой цеце, полчищами малярийных комаров, неизвестными, а потому и неизлечимыми болезнями, не говоря уже о носорогах-убийцах и полчищах вооружённых до зубов чернокожих боевиков с различной, но всегда агрессивной идеологией и склонностью к каннибализму.

Давайте же поговорим по порядку о том, какие не мифические, а реальные опасности подстерегают того, кто отважился отправиться «в Африку гулять», и как с ними можно успешно справиться.

Африканская природа богата не только флорой, фауной, минеральными ресурсами, но и многими диковинными заболеваниями, поэтому здоровье здесь заслуживает особого внимания. Сегодня, когда имя лихорадки Эбола победно гремит по всему земному шару, прочие болезни Африки отступили в общественном мнении на второй план, но самыми тяжкими недугами на континенте продолжают оставаться малярия, желтая лихорадка, тиф, сонная болезнь (трипаносомоз), амёбиаз, шистоматоз и, конечно, СПИД, по широте распространения которого Африка лидирует среди континентов планеты. Некоторые из болезней можно с лёгкостью предотвратить прививкой, таковы, прежде всего, брюшной тиф и жёлтая лихорадка. Многие страны Тропической Африки требуют у каждого въезжающего наличия международного сертификата о вакцинации против этих болезней, так что заболеваемость в целом находится на весьма низком уровне.

Прививок от малярии не существует. Это болезнь, существующая в тропических регионах Африки уже десятки тысяч лет, и хотя её практически нет в странах Северной Африки и в ЮАР, в центральных районах континента малярия продолжает оставаться одним из самых распространённых заболеваний. По странной прихоти природы она свирепствует только в осёдлых сообществах и почти не трогает кочевников. Вплоть до конца ХIХ в. малярия убивала тысячи европейских переселенцев в Африку, пока открытие хинина не сделало победу над этой болезнью возможной.

Малярия переносится обычными комарами, и страдания заражённого человека весьма мучительны: приступы перепадов температуры тела – от 35 до 41°, сильнейшая лихорадка, головокружение и головная боль. Конечно, лестно войти в историю вместе с погибшими от малярии Александром Македонским, Чингисханом, Колумбом и Байроном, но для нас с вами это слабое утешение. Гораздо вернее будет запастись профилактическими таблетками (такими, как лариам или маларон), еженедельный приём которых позволит значительно снизить риск заболевания. Впрочем, все путешественники по Африке хорошо знают, что самой лучшей профилактикой болезни является простая москитная сетка, защищающая от укусов насекомых во время сна.

Местная аптека наглядно демонстрирует чудеса лечения самых различных проблем, Того.

В РАЙОНАХ РАСПРОСТРАНЕНИЯ МАЛЯРИИ ПРОЖИВАЕТ 2,4 МЛРД ЧЕЛОВЕК, ИЛИ ТРЕТЬ ВСЕГО НАСЕЛЕНИЯ МИРА. ЕЖЕГОДНО ФИКСИРУЕТСЯ 350–500 МЛН СЛУЧАЕВ ЗАРАЖЕНИЯ ЛЮДЕЙ (ДАВАЙТЕ СРАВНИМ С ЛИХОРАДКОЙ ЭБОЛА – НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТКОВ ТЫСЯЧ), И ЧИСЛО ЭТО ПРОДОЛЖАЕТ РАСТИ. ПРИ ЭТОМ ПОЧТИ 90 % СЛУЧАЕВ ЗАРАЖЕНИЯ ПРИХОДИТСЯ НА РАЙОНЫ ТРОПИЧЕСКОЙ АФРИКИ. В ПОДАВЛЯЮЩЕМ БОЛЬШИНСТВЕ СЛУЧАЕВ МАЛЯРИЕЙ ЗАБОЛЕВАЮТ ДЕТИ В ВОЗРАСТЕ ДО 5 ЛЕТ. ЕЖЕГОДНО ОТ МАЛЯРИИ УМИРАЕТ ОТ ПОЛУТОРА ДО ТРЁХ МЛН ЧЕЛОВЕК – ЭТО В 15 РАЗ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ОТ СПИДА, И В ПЯТЬСОТ РАЗ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ОТ ЭБОЛЫ. ПО НЕКОТОРЫМ ПОДСЧЁТАМ, КАЖДЫЕ 30 СЕКУНД ОТ МАЛЯРИИ В АФРИКЕ УМИРАЕТ РЕБЁНОК. СМЕРТНОСТЬ, КАК ОЖИДАЕТСЯ, ВЫРАСТЕТ ВДВОЕ НА ПРОТЯЖЕНИИ СЛЕДУЮЩИХ 20 ЛЕТ.

Трипаносомоз, или сонная болезнь, передаётся той самой мухой цеце, которую хорошо знают и боятся все российские дети. Слава её пошла по миру со страниц приключенческих романов Жюля Верна и Луи Буссенара, где авторы живописно описывали симптомы сонной болезни и её ужасные последствия. Трипаносомоз эндемичен в 36 странах Африки южнее Сахары, т. е. там, где обитают эти самые мухи. Вообще-то цеце охотится в основном за коровами и является причиной крупнейших эпидемий для скотоводов саванны. Но и для человека её укус страшен: болезнь развивается медленно, приводя к нарушениям сознания, анемии, быстрой смене приступов слабости и гиперактивности. Даже если трипаносомоз не лечить, смерть наступает только спустя несколько лет, однако современная медицина вооружена мощным арсеналом средств, позволяющих уничтожить болезнь практически на любой стадии. К тому же муху цеце можно легко отпугнуть не только репеллентами, но и просто-напросто свободной белой одеждой. Сегодня заболеваемость трипаносомозом медленно, но верно идёт на спад, но им всё равно больны не менее полумиллиона человек, большинство из которых умрут. Болезнь изучена плохо: например, загадкой остаётся тот факт, что во многих районах, где водятся мухи цеце, сонной болезни никогда не наблюдалось.

МУХА ЦЕЦЕ НАПАДАЕТ НА ЛЮБОЙ ДВИЖУЩИЙСЯ ТЕПЛЫЙ ПРЕДМЕТ, ДАЖЕ НА АВТОМОБИЛЬ (НИ ОДИН ИЗ КОТОРЫХ, ВПРОЧЕМ, НЕ ПОСТРАДАЛ). У ДИКИХ КОПЫТНЫХ, В Т. Ч. АНТИЛОП, НА ЕЁ УКУСЫ ВЫРАБОТАН ИММУНИТЕТ. УДИВИТЕЛЬНО, НО МУХА ЦЕЦЕ ИГНОРИРУЕТ ЗЕБРУ, КОТОРУЮ, ПО-ВИДИМОМУ, ВОСПРИНИМАЕТ НЕ КАК ЖИВОТНОЕ, А КАК МЕЛЬКАНИЕ ЧЕРНЫХ И БЕЛЫХ ПОЛОС.

Другая прославленная африканская болезнь – амёбиаз, или амёбная дизентерия. Её возбудителя, дизентерийную амёбу, можно легко заглотнуть вместе с сырой водой. Именно поэтому в Африке следует соблюдать осторожность с водой – пить её только из фабрично закупоренных бутылок либо кипятить, а при отсутствии такой возможности обильно разбавлять таблетками хлора. Вода от этого приобретает стойко отвратительный вкус, но зато сохраняет жизнь и здоровье. Ну, а с заболеванием успешно справляются антимикробные препараты – такие, например, как метронидазол.

Шистосомоз – болезнь пострашнее дизентерии. На этот раз вредители поджидают свою жертву в стоячих водоёмах – озёрах и прудах – и проникают под кожу, поражая впоследствии кишечник человека. Опустив руку в озеро Чад всего на несколько секунд, вполне можно получить заражение. Сегодня по всему миру шистосомозом инфицировано более 200 млн чел., в Африке от этой болезни ежегодно умирают более 200 тыс. заболевших. Помимо противопаразитарного препарата, который сравнительно быстро борется с инфекцией, рекомендуется иметь голову на плечах и не купаться в сомнительных африканских прудах, где, помимо паразитов, можно легко поймать и крокодила.

Прозванный «чумой XX века» ВИЧ, как полагают, возник у обезьян в Конго и был передан людям в конце XIX или начале ХХ в. Фиксация ВИЧ-инфекции в организме человека относится к 1959 г., но первая научная статья, подарившая миру СПИД, была опубликована только в 1981 г., и с тех пор эпидемия победно шагает по планете. Сегодня в мире около 34 млн ВИЧ-инфицированных, две трети из которых живут в Африке к югу от Сахары. Каждый год примерно 1,5 млн человек заражаются страшным вирусом, но ещё больше рождается инфицированных ВИЧ детей.

По счастью, болезнь уже миновала свой пик, и количество людей, заражённых ВИЧ, постепенно спадает: ещё десятилетие назад количество ежегодно инфицированных достигало 2,6 млн человек. Однако носителями вируса по-прежнему являются до 26 % населения Свазиленда, до 23 % населения Ботсваны, 17 % жителей ЮАР. Избежать СПИДа при этом совсем несложно, этому помогут два простых рецепта: одноразовый шприц и презерватив.

Геморрагическая лихорадка Эбола впервые была диагностирована в 1976 г. в Заире, где получила своё имя от небольшой местной речушки. Однако всемирную славу болезнь получила в 2014 г., после необычайно сильной вспышки в другом районе Африки – в Гвинее, Либерии и Сьерра-Леоне. Вполне вероятно, что источником заражения в данном случае также стали животные, однако болезнь по сей день слабо изучена и содержит больше вопросов, чем ответов. Эбола характеризуется чрезвычайно высокой летальностью – до 90 % смертности заболевших. Болезнь не распространяется воздушно-капельным путём, однако контакта слизистых оболочек вполне достаточно для быстрого развития эпидемии. Несколько десятков тысяч человек стали носителями болезни в различных странах Африки, примерно половина из них погибли. Первые случаи болезни в том же 2014 г. зафиксированы в Европе, Азии и Америке. До недавнего времени из-за небольших очагов эпидемии и финансовой несостоятельности африканцев мировые фармацевтические гиганты не вкладывали средств в поиск лечения лихорадки, предпочитая заниматься болезнями богатых европейцев. Но затем паника в мировых СМИ привела к тому, что мировая фармацевтическая промышленность, в течение десятилетий не ударившая палец о палец для разработки лекарства от болезни, стала делать первые успехи. Это даёт надежду на то, что вирус удастся победить, однако до тех пор некоторые страны Западной Африки останутся закрыты для посещения туристами.

«СПИД повсюду: защищайтесь!» – плакат на улице Дженне, Мали.

Конечно, Африка была бы скучной, если бы в ней были распространены лишь семь перечисленных нами заболеваний. Мы были бы рады рассказать в подробностях и о речной слепоте, и о водянке, и о различных видах дизентерии, и о других экзотических недугах, однако все они далеко не столь опасны, как «большая семёрка», о которой мы рассказали. Избежать этих семи – уже надёжная гарантия сохранения здоровья при путешествии в любую точку континента. Тем более что, как мы показали, уберечься от них весьма несложно при соблюдении определённых правил осторожности и приёме необходимых медикаментов.

Смертность от болезней в Африке остаётся высокой в том числе и потому, что многие африканцы предпочитают рассматривать их по традиции как последствие колдовства и злых чар. А раз причиной болезней является магия, то европейские таблетки, прививки и презервативы против них бессильны. В попытках одолеть СПИД, Эболу и шистосомоз многие жители континента склонны обращаться к шаману и фетишу, нежели в поликлинику. Продолжает сохраняться и недоверие к «белым» методам лечения: ещё в 1980-е гг. в ЮАР многие на полном серьёзе считали, что СПИД придумали власти страны с целью снизить рождаемость чернокожего населения. Местные религиозные секты и традиционные жрецы распространяли призывы не слушать белых врачей и расшифровывали английскую аббревиатуру AIDS (СПИД) как «Authorities’ Initiative to Deprive us of Sex» («Инициатива властей по лишению нас секса»). После прихода к власти чернокожего большинства на некоторое время в противостояние с официальной медициной включился даже президент страны, собравший в ЮАР международный конгресс в попытке убедить общественность, что СПИД вовсе не так страшен, как его малюют. Всё это время в ЮАР умирали от болезни десятки тысяч человек.

Традиционные знахарские средства на рынке фетишей в Ломе, Того.

Негативное отношение к современной медицине сохраняется и в других районах континента, где принято полагаться на свои методы лечения и даже свои болезни. Ведь в Африке продолжают существовать мнимые болезни, предания о которых оказываются более живучими, чем малярия, и которых местные жители очень опасаются. Например, в некоторых районах Сомали, как и на близлежащем острове Сокотра, среди скотоводов распространён страх перед некой загадочной «белой мухой», которая проникает в организм человека через нос или рот и уничтожает его изнутри. По этой причине пастухи здесь тщательно закрывают себе лицо во время выпаса скота в саванне, игнорируя мнение официальной медицины о том, что никакой белой мухи в природе не существует.

Помимо болезней, все остальные природные опасности в Африке за последние годы сильно притупились. Нападения льва или леопарда, ещё столетие назад едва ли не самая страшная опасность для жителей африканских саванн, сегодня случаются всё реже. Численность диких животных, особенно крупных, сократилась в десятки раз, и хотя некоторые из них весьма агрессивны, человек с ружьём гораздо опаснее их. Чаще всего на человека в Африке нападают буйвол, лев, гиппопотам и крокодил. Статистику отследить сложно, потому что не все случаи нападения власти фиксируют, но известно, например, что нильский крокодил совершает около 300 нападений на людей в год, и примерно две трети из них смертельны. Правда, в Ниле его сегодня уже практически не встретишь, так что в борьбе человека с крокодилом счёт далеко не в пользу последнего.

Относиться к крупным животным с осторожностью не помешает никому и никогда, даже если хищниками они не являются. Известно, что напасть на человека может и слон, и чёрный носорог, и зебра – повсеместные обитатели национальных парков и заповедников для туристического сафари. Если не приближаться к животным слишком близко в попытке сделать незабываемый кадр или подёргать зверя за ухо, свидание наверняка закончится вполне мирно. Ну, а в раздражённом виде травму может нанести и некрупный, вполне добродушный на вид зверь – например, бабуин или африканский медоед, хватка челюстей которого поистине мёртвая.

Ядовитых змей в Африке порядком, но случаев их нападения на человека относительно мало – это происходит лишь в том случае, если на змею наступить или начать приставать к ней. Сами африканцы сильно боятся змей, особенно чёрную мамбу, которая в случае нападения совершает до двенадцати укусов и очень ядовита. Как объяснили автору этих строк, имевшему счастье познакомиться с чёрной мамбой в гвинейских джунглях, в Западной Африке её называют «десять шагов», потому что именно столько может пройти человек в случае укуса.

НЕКОТОРЫЕ НАРОДЫ ЗАПАДНОЙ АФРИКИ – НАПРИМЕР, ДОГОНЫ МАЛИ – СЧИТАЮТ ЯДОВИТЫМИ И ЯЩЕРИЦ. ТОТ УСТАНОВЛЕННЫЙ НАУКОЙ ФАКТ, ЧТО ЯДОВИТЫЕ ВИДЫ ЯЩЕРИЦ ВОДЯТСЯ ТОЛЬКО В ЮЖНОЙ АМЕРИКЕ, ИХ НИСКОЛЬКО НЕ УБЕЖДАЕТ – ОНИ ПОЛАГАЮТ, ЧТО ЯД ЯЩЕРИЦЫ СИЛЬНЕЕ ЗМЕИНОГО. КАК-ТО РАЗ АВТОР ЛИЧНО ПРОДЕМОНСТРИРОВАЛ МЕСТНЫМ ЖИТЕЛЯМ АБСОЛЮТНУЮ БЕЗВРЕДНОСТЬ УКУСА ЯЩЕРИЦЫ, НО АУДИТОРИЮ ЭТО НЕ ВПЕЧАТЛИЛО. «БЕЛОМУ ЧЕЛОВЕКУ, КОНЕЧНО, НИЧЕГО НЕ БУДЕТ, – РАЗУМНО РАССУДИЛИ АФРИКАНЦЫ. – А ВОТ НАМ СРАЗУ КОНЕЦ ПРИДЁТ». ДОБРОВОЛЬЦЕВ ПРОВЕРИТЬ ЭТО СУЖДЕНИЕ НЕ НАШЛОСЬ.

Самая большая опасность в Африке происходит от вооружённых людей. В какой-нибудь стране обязательно идёт гражданская война или действуют вооружённые банды (на момент написания этих строк такими странами являются Ливия, Судан, Южный Судан, Сомали, Нигерия, ЦАР и Демократическое Конго). Таких стран лучше без особой надобности избегать. Но осторожность не помешает и в более мирных регионах, особенно в крупных городах – например, трущобы Найроби или Йоханнесбурга, быть может, живописны, но таят вполне ощутимую опасность грабежа или ножевого ранения. Впрочем, то же можно сказать и о Нью-Йорке, и о Париже. Будущая жертва нападения видна издалека и заранее: она медленно передвигается, вертит головой по кругу, беспомощно шевелит губами в попытке прочесть уличный указатель, останавливается для изучения дорожной карты и всем видом выражает растерянность. А так как белый человек в Африке продолжает ассоциироваться с огромными (по местным меркам) деньгами и наследием колониального режима, то он остаётся любимым объектом нападений воров и грабителей.

Правила безопасности в городах Африки мало отличаются от тех, что рекомендованы для других стран. Будьте внимательны на улицах и не гуляйте в тёмное время суток в гордом одиночестве по неосвещённым городским трущобам. Не носите дорогих украшений и часов и не держите денег на виду. Не пейте до потери ориентации в компании малознакомых африканцев. Садясь в машину, запирайте двери, а окошко приоткрывайте так, чтобы сквозь узкую щель нельзя было просунуть руку. Авторам этого повествования довелось объехать два десятка стран континента, и ни одного эксцесса с ними не случилось – исключительно благодаря предусмотрительности.

Западные путеводители по Африке пестрят предупреждениями об опасности столкновения с африканскими властями, однако для российского гражданина коррупция – явление вполне привычное, и нормы поведения в таких случаях нам вполне знакомы. Уровень коррумпированности африканских обществ значительно выше российского, и всякий человек в униформе считает своим долгом разжиться чем-нибудь за счёт гражданских лиц. На дорогах по всей Африке расставлены блокпосты, где полиция или просто вооружённые люди неопределённой принадлежности берут мзду с проезжающих автомобилей и пассажирских автобусов. Для местных эта дань будет весьма невелика, но белый турист неизбежно вызовет рост расценок. Если вы путешествует на автомобиле, у вас обязательно обнаружится отсутствие домкрата или различие протекторов на передних и задних колёсах, за что с вас потребуют уплаты штрафа. В городе полицейские любят останавливать белых прохожих за неправильный переход улицы или – особенно – за фотографирование охраняемых объектов. Шпиономания царит во многих странах континента. От греха подальше не стоит фотографировать мостов, поездов, военных, полицейских, государственных учреждений и всего остального, что связано с вооружёнными людьми. По крайней мере, стоит сперва спросить разрешения на фото. В сельской местности не стоит козырять подробными картами местности, которые могут вызвать подозрительное отношение жителей: автору этих строк довелось провести незабываемое время в гвинейской тюрьме благодаря именно такой карте.

ЧАСТО С ДОРОЖНОЙ ПОЛИЦИЕЙ МОЖНО ТОРГОВАТЬСЯ. НАПРИМЕР, ОФИЦЕР НАШЁЛ У ВАШЕГО АВТО ТРЕЩИНУ НА ЛОБОВОМ СТЕКЛЕ И ТРЕБУЕТ С ВАС ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ФРАНКОВ, А ВЫ БОЛЬШЕ ТЫСЯЧИ ДАТЬ ЗА НЕЁ НЕ ГОТОВЫ. ВЫ ССЫЛАЕТЕСЬ НА НЕЗНАЧИТЕЛЬНОСТЬ НАРУШЕНИЯ, ЕГО СЛУЧАЙНЫЙ ХАРАКТЕР, А ТАКЖЕ НА СВОЮ ГОЛОДНУЮ СЕМЬЮ, ЖДУЩУЮ ВАС ГДЕ-НИБУДЬ В МОПТИ, ПРОЗРАЧНО НАМЕКАЯ ПРИ ЭТОМ НА ВЛИЯТЕЛЬНЫХ ДРУЗЕЙ В ПОЛИЦЕЙСКОМ ДЕПАРТАМЕНТЕ, КОТОРЫЕ НЕ ПОЛЕНЯТСЯ ПРИЕХАТЬ СЮДА И СРОВНЯТЬ ЭТОТ БЛОКПОСТ С ЗЕМЛЕЙ. В КОНЕЧНОМ ИТОГЕ ВЫ СХОДИТЕСЬ НА ДВУХ ТЫСЯЧАХ И УДАРЯЕТЕ ПО РУКАМ.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Гаудио А. Цивилизации Сахары.

М.: Наука, 1985.

Книга весёлого итальянского журналиста, несколько лет прожившего среди туарегов Сахары и посвятившего свою книгу их обычаям, бытовым традициям и взаимоотношениям между людьми в суровой общине кочевников пустыни. Как и большинство журналистских повествований, книга читается легко, но не свободна от расхожих штампов.

Иллюстрированная энциклопедия «Кулинарные шедевры народов мира». Т. 9. Африканская кухня.

М.: Медиа Пресс, 2010.

Если вам захотелось удивить себя и гостей африканскими блюдами, эта книга станет вам лучшим гидом. От красочных иллюстраций всевозможных яств, кажется, веет ароматами пустынь и саванн, и самые замысловатые рецепты, оказывается, можно победить своими руками при поддержке отечественных продуктов.

Корочанцев В. А. Африка под покровом обычая.

М.: Наука, 1978.

Книга, вышедшая из-под пера советского журналиста, долгое время работавшего в различных странах Африки. Не будучи учёным, автор не пытается найти научное объяснение удивительным явлениям, однако описывает их во всех красочных подробностях – разве что подчас не без идеологических перебивок, которые, впрочем, можно пропускать.

Маке Ж. Цивилизации Африки южнее Сахары.

М.: Наука, 1974.

Прекрасное научное исследование, больше сосредоточенное даже не на внешних проявлениях культур Африки, а на внутренних, психологических причинах возникновения многих явлений, обычно изумляющих европейского читателя. Кроме того, книга изобилует интересными случаями и историями из жизни африканцев.

Непомнящий Н. Н. Тайные общества Чёрной Африки.

М.: Вече, 2013.

Коллекция сведений разных источников обо всех самых тайных тайнах и загадочных загадках африканских обществ: о людях-леопардах, о приручении крокодилов, о магии и волшебстве, и всё это весьма и весьма популярным языком.

Львова Э. С. Этнография Африки.

М.: МГУ, 1984.

Лучшее введение в изучение этнографии Чёрного континента: понемногу обо всех аспектах материального и духовного мира, много любопытных фактов, системное изложение и относительно мало идеологии, что в советских учебниках ценится больше всего.

Тернбул К. Человек в Африке.

М.: Наука, 1981.

Книга американского этнографа посвящена формам развития африканских обществ, их происхождению и трансформации в наше время. Автор с любовью описывает «простую» и «близкую к природе» жизнь африканца (хоть и подчас сильно идеализирует её), стремясь доказать, что западному обществу есть чему поучиться у Африки.

Хоффманн К. Белая масаи.

М.: Рипол Классик, 2011.

Европейский бестселлер о судьбе одной из десятков тысяч женщин, которым по достижении определённого возраста наскучил европейский быт и захотелось приключений с чернокожим мужчиной. Четыре года, проведённые уроженкой Швейцарии в краале скотоводов Кении, описаны во всех подробностях ежедневной борьбы за выживание, тотального дискомфорта, бытовых и социальных неурядиц, а также всепоглощающей любви, которая делает всё вышеперечисленное несущественным.

Культура.

Если музыка негров кажется нам резкою и неблагозвучною, то сами негры имеют о ней другое мнение. Ф. Ган. Африка. 1903 г.

Примитивное искусство – разве эти слова не несут негативного подтекста? А ведь именно такой подтекст имели практически все труды об африканском творчестве, издававшиеся в Европе и Америке в течение нескольких столетий, вплоть до середины ХХ в. Недостаточно понимая африканское искусство, построенное на совершенно иных принципах, канонах и функциях, нежели искусство европейское, западные учёные и путешественники предпочитали либо смотреть на него снисходительно, как на чудачества недоразвитых, необразованных существ, либо же агрессивно отвергать его.

Отрицание творческого начала шло в связке с отрицанием достижений африканской цивилизации вообще. Ещё в 1970 г. в Нью-Йорке был издан сборник статей, в котором говорилось, что «африканская цивилизация немногим отличалась от цивилизации диких животных, рыскавших в джунглях Африки». Солидные западные научные тома вещали, что Большое Зимбабве построили арабы, доказывая это тем очевидным фактом, что чернокожие африканцы ничего подобного построить не могли. Едва ли не любой учёный XIX столетия подтвердил бы вам, что скульптура Африки – это «уродливые гримасы дьявола». Английский путешественник С. Голберри писал, что фольклор африканцев – «нелепые и лживые истории», что гриоты – такие же плохие музыканты, как и поэты. Что они аккомпанируют себе на балафоне, который слишком сложен, чтобы его изобрели «негры, не знающие основ музыки и способные воспроизвести на нём лишь отвратительные беспорядочные звуки». А Р. Бёртон в середине ХIХ в. убеждал европейского читателя, что в Африке нет и поэзии, хотя бы потому, что нет «ни рифмы, ни ритма, ничего, что возбуждало бы или смягчало чувства или сдерживало страсти». Да и вообще, африканская литература – это «грубые, необработанные и неинтересные формы». Над всем этим торжеством невежества царило известное выражение французского писателя Поля дю Шайю: «Благодарю Бога за то, что я не родился африканцем».

Африканские маски – это не только искусство, но и символизм, и религия, и история.

Цивилизованный мир медленно отвыкал от этого заблуждения. Понятие «примитивного искусства» бытует и в сегодняшней литературе, а восприятие африканского творчества – будь то скульптура, музыка, танец или фольклор – как чего-то простенького, недалёкого распространено среди нас и поныне. И это несмотря на то, что искусство Африки давно уже перешагнуло границы своего континента и оказало колоссальное влияние на современную культуру всего человечества.

Давайте попробуем узнать об этом поподробнее.

АФРИКАНСКИЕ ДЕВИЦЫ ПИКАССО.

Я понял, для чего негры использовали свои скульптуры… Они были оружием. Чтобы помочь людям не попасть вновь под влияние духов. П. Пикассо

Бронзовая голова – яркий пример высочайшего мастерства древних бенинских мастеров.

Мало кто знает, что именно скульптура открыла Африку западному культурному миру и что именно африканская скульптура стала одним из родоначальников современного искусства. А ведь случилось это совсем недавно.

В коллекциях и музейных собраниях Европы скульптурные изображения из Тропической Африки начали появляться уже в ХVIII в., но широким потоком шедевры из дерева и металла хлынули в Европу только в конце ХIХ в. В 1907 г. в Париже открывается большая выставка, посвящённая культуре народов Африки. Посетивший её молодой художник Пабло Пикассо настолько впечатлён увиденным, что за несколько дней создаёт шедевр, которому суждено совершить настоящую революцию в европейском искусстве. Написанная им картина «Авиньонские девицы», где лица женщин стилизованы под африканские маски, становится первым произведением кубизма, с которого рождается новый этап развития, восприятия и понимания искусства – то, что мы называем современным искусством.

Мода на африканскую скульптуру захлёстывает Европу несмотря на то, что ещё за несколько десятилетий до Пикассо западные путешественники и миссионеры называли её не иначе как «примитивной» и «уродливой». Конечно, у каждого свой взгляд и мнения в отношении искусства и его течений, но ни тем ни другим африканская скульптура не является, однако по меркам европейского искусства она действительно обладает рядом особенностей, резко контрастирующих с нашими привычными и «классическими» представлениями о скульптурных изображениях.

Прежде всего африканской скульптуре чужда реалистичность. Изображения человека или животного вовсе не обязаны передавать верные пропорции, напротив, художник выделяет те черты, которые ему кажутся максимально важными, не слишком обращая внимание на схожесть изображения и натуры. Реализм, зародившийся в Древнем Египте и в течение двух с половиной тысячелетий царивший в Европе, в Тропической Африке оказался невостребованным в нашей современности. Например, в африканской скульптуре соотношение головы и тела – 1 к 3 или 1 к 2, в то время как реальные пропорции человеческого тела – 1 к 5, а в древнегреческой пластике – даже 1 к 6. Это было связано с тем, что голова, по африканским поверьям, вмещает божественную силу и энергию человека. Именно огромные головы африканских скульптур вызывали отторжение у европейских эстетов прошлого, а сегодня являются повсеместным приёмом и изобразительного искусства, и графической иллюстрации по всему миру. Вместо реализма африканской скульптуре присущ богатый символизм.

Ещё первые исследователи, и в их числе пионер изучения африканского искусства русский учёный Владимир Матвей, отмечали многообразие и огромное значение пластических символов, применявшихся в изображении различных реалий, – например, ракушка или щель вместо глаза. Этот символизм проистекает из того простого факта, что искусство для африканца несёт не декоративную, как в нашей культуре, а богатую социальную, религиозную, духовную нагрузку. Скульптура – часть веры, а не просто украшение интерьера. Следовательно, она должна нести в себе определённую информацию для верующего, защищать его или призывать. В то же время западного ценителя всегда поражала точность некоторых деталей скульптуры – так несовместимая, казалось бы, с общим пренебрежением к реалиям. Однако эти детали – например, причёска, шрамы на лице и теле, украшения – важны африканцу не сами по себе, а лишь как индикаторы, символы социального или этнического статуса. Зритель должен чётко знать, кого именно изображает эта скульптура, а длина рук или ног (или даже их наличие) вовсе не играет ключевой роли.

Африканская скульптура напрочь лишена эмоциональной насыщенности, привычной нам по европейскому искусству ещё со времён греков и этрусков. Выражения лиц предков, божеств, священных животных, людей абсолютно нейтральны, позы скульптурных композиций статичны. Эмоциональное выражение, столь важный элемент повседневного быта любого африканца, практически полностью отсутствует, что не могло не удивлять первых экспертов, изучавших африканское искусство.

Деревянные скульптуры великих предков – традиция, живущая по сей день в деревнях консо, Эфиопия.

Бронзовая плита из дворца в Бенине.

Африканскую скульптуру характеризует и крайняя степень консерватизма. Путь Европы от Фидия до Родена длиною в две с половиной тысячи лет кажется нам калейдоскопической сменой художественных стилей. Бронзовые головы археологической культуры Нок, изваянные за несколько столетий до новой эры, выглядят близнецами сегодняшних статуй и масок Западной Африки, как будто бы их изготовил на прошлой неделе мастер-догон из Бандиагары. Тайна этой тысячелетней преемственности продолжает изумлять исследователей всего мира.

Первые образцы ювелирного терракотового наследия культуры Нок были обнаружены в 1932 г.: крестьяне на плоскогорье Джос, находя в своих огородах глиняные статуэтки, обычно не мучали себя вопросами об их происхождении, а приспосабливали их под чучела для отпугивания птиц. Самые ранние из найденных статуэток изваяны примерно в V в. до н. э., последние – 800 лет спустя. Однако и после загадочного падения культуры Нок традиция скульптурных изображений не пропадала – она чудесным образом возродилась в Х в. в культуре бронзовых скульптур народа йоруба в городе Иле-Ифе (Юго-Западная Нигерия). И хотя Иле-Ифе пришёл в упадок в ХIV в., его скульптура практически в неизменном виде сохранилась в искусстве Бенина, государства уже Нового времени. Бронзовые головы, фигурки животных, регалии королевского достоинства, сделанные из слоновой кости, бронзы и латуни, представляют собой настоящие шедевры мирового искусства, сокровища музеев Европы и Америки. Большинство скульптур имело религиозное значение и использовалось для погребального культа – как, вероятно, и фигуры культуры Нок. Но бенинский оба уже знал толк не только в религиозной символике, но и в эстетике. Стены, пол и колонны в своём дворце он приказывал покрывать рельефными металлическими плитками с сотнями скульптурных изображений. Здесь видны хроники войн, охоты, приёма посольств, на некоторых угадываются даже португальские гости в широкополых фетровых шляпах, с любопытством осматривающие столицу Бенина.

В конце ХIХ в. искусство Бенина погибло вместе с государством, завоёванным англичанами. Но сегодняшние скульптуры, используемые в священных церемониях или продаваемые туристам в лавках и аэропортах по всей Западной Африке, несут в себе всё те же канонические черты, впервые изваянные из глины за 2500 лет до появления первых магазинов duty-free.

Помимо терракотовых и металлических изделий мастеров Нигерии, нам известно ещё несколько очагов древней скульптурной традиции в Западной Африке. Один из них – производство своеобразных латунных гирек, которое расцвело на территории современной Ганы с XVII по начало ХХ в. Первоначальная их цель весьма утилитарна – измерять вес золотого песка, однако гирьки стали служить и важными социальными аксессуарами (набравший полный набор мужчина считался состоятельным и уважаемым), и даже иллюстрациями к сказаниям и мифам. Фигурки, изображавшие животных, людей, божеств, различные предметы, хранят в себе истории из жизни, забавные анекдоты, правила поведения в обществе.

Падение цивилизации ашанти под ударами англичан в начале ХХ в. навсегда прервало эту традицию своеобразной «скульптурной литературы», аналогов которой в мире почти нет.

По сравнению со странами западной части континента Восточная и Южная Африка не сохранили такого богатого наследия, однако и здесь есть примеры богатой скульптурной традиции. Один из них – богатое творчество народа маконде в Мозамбике. Оно родилось не так уж давно – в ХVIII в. – и было порождено высоким спросом европейских и индийских купцов на деревянные статуэтки с мифологическими и бытовыми сюжетами. Сегодня, в эпоху современной экономики, резчики маконде объединены в кооперативы, которые столь же успешно торгуют своими изделиями из эбенового дерева по всему Мозамбику.

ГИРЬКА С ИЗОБРАЖЕНИЕМ ПТИЦЫ-НОСОРОГА И ЗМЕИ РАССКАЗЫВАЕТ ПРИТЧУ О ПТИЦЕ, НЕ ТОРОПИВШЕЙСЯ ОТДАВАТЬ ДОЛГИ ЗМЕЕ. ОНА СЧИТАЛА, ЧТО В ЛЮБОЙ МОМЕНТ СМОЖЕТ УЛЕТЕТЬ ОТ ПОЛЗУЧЕГО КРЕДИТОРА. НО ЗМЕЯ НАБРАЛАСЬ ТЕРПЕНИЯ И, ДОЖДАВШИСЬ, ПОКА ПТИЦА-НОСОРОГ УТРАТИТ БДИТЕЛЬНОСТЬ, СХВАТИЛА ЕЁ ЗА ШЕЮ. ПРИТЧА ЗАВЕРШАЕТСЯ ПОСЛОВИЦЕЙ НАРОДА АКАН: «ХОТЯ ЗМЕЯ И НЕ ЛЕТАЕТ, ОНА ПОЙМАЛА НОСОРОГА, ЧЕЙ ДОМ В НЕБЕ», МОРАЛЬ КОТОРОЙ – ПРИЗЫВ К ТЕРПЕНИЮ И ОПТИМИЗМУ.

Ещё более древними являются знаменитые «птицы Зимбабве» – полуметровые каменные скульптуры из стеатита, установленные на колоннах по стенам Великого Зимбабве, о котором мы рассказывали ранее, в главе «История». Это изображение – по всей вероятности, орла-рыболова – красуется теперь на гербе Республики Зимбабве (вместе с автоматом Калашникова). Однако помимо неё, никаких скульптурных произведений на территории знаменитого древнего города найдено не было.

Один из примеров изысканной деревянной скульптуры маконде.

Это, впрочем, вовсе не значит, что их не существовало. Недостаток наших знаний о скульптуре других районов Тропической Африки объясняется прежде всего непрочностью материала – традиционно скульптурные изображения здесь изготавливались из дерева и других органических материалов, которые во влажном тропическом климате быстро становятся жертвой гниения, червей и термитов. Однако о том, что скульптурное искусство существовало по всему континенту ещё задолго до появления первых европейцев, можно судить по богатому, до конца ещё не изведанному и оттого таинственному миру африканских масок.

ЧТО ТАЯТ АФРИКАНСКИЕ МАСКИ.

Человек с незапамятных времён изготавливал маски – традиции маскарада присутствуют в культурах всех континентов. В традиционной культуре маски сохраняются и в Азии, и на Дальнем Востоке, и на островах Тихого океана, и в Америке. Использовали их ещё с дохристианских времён и на Руси, где в масках животных выступали ряженые и скоморохи на Масленицу; и в Древней Греции, где из религиозных маскарадов в честь Диониса родился классический античный театр – предок современного европейского театра. Итальянский театр комедии дель арте, знаменитый своими сатирическими масками, также ведёт своё начало от народных карнавалов жителей Римской империи. Значит, считать маски элементом первобытной культуры нет ровно никакого основания, и всё же вовсе не русские народные маски украшают сегодня стены квартир, сделанных самыми именитыми дизайнерами, – мода на африканские маски доминирует по всему миру. Возможно, это случилось потому, что нигде их роль в культуре, религии и повседневной жизни не приобрела такого огромного значения, как в Африке, у народов которой маски являются основой любой культовой церемонии.

Когда я надеваю маску, я перестаю быть собой. Из интервью участника танца масок, Мали

Традиции изготовления этих изделий на африканском континенте существуют уже много тысячелетий. Люди в масках отмечены как в наскальной живописи Тассили-н-Аджер в Сахаре, датируемой не позже 5000 г. до н. э., так и в рисунках древних охотников Южной Африки. Сведения ранних авторов отрывочны и разрозненны: в ХIV в. о масках с изображением птиц упоминает Ибн Баттута, в ХVII в. французский путешественник Ф. Форже зарисовал танцора в маске на традиционной церемонии инициации юношей в Гамбии. Всё это говорит о том, что сегодняшние африканские маски насчитывают не одно столетие. Однако это вовсе не значит, что традиция стоит на месте: как это ни удивительно, новые маскарадные ритуалы и новые виды масок возникают в Африке и сегодня, на наших глазах, в начале XXI в.

То, что африканские маски в огромном количестве появились на рынках и завалах старьёвщиков, не только результат моды на этнический стиль в богатых европейских домах, но и печальное следствие забвения древней культуры. Прежде всего это «заслуга» христианских миссионеров и мусульманских проповедников, яростно убеждавших народы Африки избавиться от предметов старого культа. Вот уже несколько столетий по всей Африке маски сжигают, ломают или выбрасывают за ненадобностью, а ещё чаще их уничтожают термиты в покинутых людьми священных рощах, где когда-то проводились шумные религиозные праздники. Наиболее разумным было бы собирать и систематизировать их в музеях африканских стран, но крупных этнографических музеев в Африке очень мало, и потому приобретение масок в музеи и частные коллекции Европы и Америки становится едва ли не единственной реальной возможностью сохранить это уникальное наследие загадочной африканской культуры. Так как любая музейная коллекция влечёт за собой научное изучение предмета, то неудивительно, что практически все обзорные труды по африканским маскам созданы на основе музейных или частных собраний.

ЭТА МАСКА, ИЗГОТОВЛЕННАЯ МАСТЕРОМ НАРОДА ДОГОНОВ (МАЛИ) ИЗ ТКАНИ, РАСТИТЕЛЬНЫХ ВОЛОКОН И УКРАШЕННАЯ РАКОВИНАМИ КАУРИ, ЗАКОЛДОВАНА. НАДЕВАТЬ ЕЁ МОГУТ ТОЛЬКО УЧАСТНИКИ ТАНЦА МАСОК; ЛЮБОЙ ДРУГОЙ, ПРИМЕРИВ ЕЁ, УМРЁТ. ПРОВЕРИТЬ ЭТО ЗАКЛЯТИЕ НА СЕБЕ МОЖНО, ЗАГЛЯНУВ В МУЗЕЙ ЭТНИЧЕСКИХ ГОЛОВНЫХ УБОРОВ «МИР ШЛЯПЫ» В РИГЕ, ГДЕ СЕГОДНЯ ХРАНИТСЯ ЭТО СОКРОВИЩЕ.

Маски сложно изучать, и прежде всего потому, что у большинства народов Африки они считаются священными, и видеть их, а уж тем более исследовать их смысл строго запрещено не только иностранцам, но подчас и самим жителям деревни, которые обладают такой возможностью только при особых событиях.

Христианство и ислам сделали маски ненужными, но старики в деревнях ещё продолжают хранить старые реликвии. Автору этих строк нередко приходилось получать безразлично-отрицательный ответ от деревенских стариков на вопрос о масках: «Мы всё выкинули (или сожгли), когда стали христианами (или мусульманами)». Позже выяснялось, что маски надёжно хранятся в священной роще или особой наглухо запертой хижине в лесу, как церковные сокровища в криптах, и по-прежнему используются теми же самыми стариками для церемоний связи с духами.

Сегодня маску можно купить на развале любого крупного африканского города, но узнать что-то о её значении, о символах и мифах, стоящих за ней, значительно сложнее. Продавцы масок на рынках, как правило, являются перекупщиками и способны лишь указать страну происхождения того или иного предмета, а зачастую они не знают и этого. То, что удалось разведать по сей день исследователям, путешественникам и коллекционерам, составляет лишь верхнюю, незначительную часть айсберга. Христиане и мусульмане Африки не любят говорить о своих старых верованиях, а приверженцы традиционных религий тем более неохотно делятся своим сокровенным знанием с чужаками. А ведь именно религиозное значение является основным для африканских масок.

Маски могут использовать лишь посвящённые: жрецы, обученные танцоры, члены тайных обществ. Количество типов масок даже у одного народа может исчисляться десятками, а когда-то, возможно, и сотнями. Их столько, сколько священных существ знает религия данного народа. Надевая маску, танцор становится воплощением определённого духа, божества, славного предка или легендарного героя, а возможно, тотемного животного, охраняющего жизни людей. Маска может принадлежать и духу врага или демона, стремящегося уничтожить человеческий род и неизменно терпящего поражение в борьбе со своим более гуманным коллегой.

У НАРОДА ИДОМА (НИГЕРИЯ) МАСКИ ИКПОБИ ЗАМЕНЯЛИ ГОЛОВЫ УБИТЫХ ВРАГОВ, КОТОРЫМИ КОГДА-ТО ПОХВАЛЯЛИСЬ МОЛОДЫЕ ВОИНЫ, ВОЗВРАЩАЯСЬ В ДЕРЕВНЮ ПОСЛЕ УДАЧНОЙ ОХОТЫ ЗА ГОЛОВАМИ. ТАК МАСКА СМЕНИЛА КРОВАВЫЙ ОБЫЧАЙ.

Все эти могущественные, но весьма опасные существа являются жителям деревни, чтобы присутствовать на похоронах стариков или инициации юношей, на празднике в честь снятого урожая или начала нового сельскохозяйственного года. Поэтому маски бывают либо зооморфными, изображая животных и птиц, либо антропоморфными, с человеческим лицом (хотя у народа игбо в Нигерии засвидетельствована маска, изображающая нож для ямса). Впрочем, очень часто черты различных существ искусно совмещаются в масках мужчины с шакальими ушами, трубкозуба с рогами антилопы или женщины с дятлом вместо причёски.

Маска икпоби народа идома.

Реалистичность изображения не обязательна: маска отображает миф, хорошо известный зрителям, так что портретное сходство с конкретным животным или человеком не является важным. Многие маски (например, народа бауле) изображают своего героя весьма схематично, выделяя лишь глаза, рот или рога, вырезанные на обычной доске. Этим простейшим образцам противостоят удивительные по своей сложности составные конструкции, совмещающие в себе целый коллектив божеств или духов – как, например, маска эпа народа йоруба (Нигерия), изображающая правителя в окружении своих подданных.

Такие маски представляют собой настоящее бремя для танцора, ведь подчас они сравнимы с ним по весу. Например, маска дмба народа бага (Гвинея) может весить до 60 кг, не включая костюма из листвы и соломы, который покрывает тело танцора. Знаменитая маска сириге народа догонов достигает в высоту 6 м, и лишь самый выносливый и искусный специалист сможет плясать в ней по площади, поддерживая непостижимый баланс в ритм барабанной музыке. К слову, работа танцора вовсе не всегда удел мужчин: например, в Сьерра-Леоне свои маски имеются у женского тайного общества Санде, в церемониях которого могут принимать участие только женщины.

Слева направо: сириге, маски бауле, эпа, дмба.

В научных трудах общепринятой классификации масок ещё не сложилось. Условно их делят в зависимости от того, какие части тела они закрывают: так выделяются лицевые, налобные, наголовные и наплечные маски. Однако существует и масса иных, более экзотичных видов. Например, маска иджеле народа игбо (Нигерия) закрывает человека целиком, с головы до ног, а маска насоло народа сенуфо (Кот-д’Ивуар) столь велика, что её можно нести только вдвоём. Некоторые изображения лиц и вовсе не надевают на голову: их вешают на шею (у народа игала в Нигерии) или на пояс (у народа фон в Бенине) в качестве амулета или символа власти. А в Гвинее и Кот-д’Ивуаре каждый житель с детства имеет свою карманную «маску» размером с ладонь: учёные называют их «паспортами», но в отличие от общегражданского паспорта, они не только идентифицируют личность, но и защищают от злого духа.

Маска пигмеев тва представляет собой чёрную сажу, нанесённую на лицо, и некоторые другие декорации для лица.

Большинство масок сделаны из дерева, однако это далеко не единственный материал, используемый для их изготовления. Народ чокве (Конго и Ангола) использует для своих масок вязкую смесь из глины и смолы, при помощи которой мастер искусно лепит тонкие черты лица. У шиллук (Судан) маски делаются на основе высушенного калебаса, набитого навозом, у йоруба (Нигерия) для той же цели более человечно используется глина. В Мали, Камеруне, Конго известны маски из ткани или растительных волокон, черты лица которых подчёркиваются с помощью ниток бисера или раковин каури. Ираку в Танзании делают маски из кожи, а лега в Конго – из костей крупных диких животных. Правитель Бенина носил на поясе небольшое изображение вроде маски, сделанное из слоновой кости, а бронзовые и латунные головы, которые в этой западноафриканской державе изготавливали ещё в ХV в., получили всемирную известность. Сегодняшние африканцы тоже весьма изобретательны: после Первой мировой войны у народов Западной Африки встречались маски, сделанные из европейских противогазов и украшенные каури. Нельзя не упомянуть и «живые» маски, коллекционировать которые можно только на фотографиях: имеются в виду разноцветные росписи и узоры на лицах танцоров, принятые, например, у народа уби (Кот-д’Ивуар). Пигмеи тва (Уганда) не делают скульптурных масок, однако танцоры, изображающие злого духа Ньявинджи, мажут лицо чёрной сажей и набивают ею рот, а голову и тело покрывают специальным костюмом из травы.

В качестве украшений распространёнными материалами являются волосы и кость – из последней обычно делаются зубы маски. Конечно же, рога у маски антилопы и перья у маски священной птицы чаще всего настоящие. Помимо этого, маски могут быть украшены мехом и шерстью животных, семенами, металлическими заклёпками, а в последнее время – и пуговицами. Можно заметить, что большинство масок выкрашено в чёрный цвет – это следствие применения масел и соков растений или долгого копчения над огнём. С помощью таких средств можно спасти древесину от червей и термитов.

Горизонтальная «женская» чивара изображает самку антилопы, тотемного животного народа бамбара.

Изготовитель масок – почётная профессия в Африке. Над ними работают профессиональные резчики, иногда – представители особой наследственной касты, хорошо известные в округе и имеющие множество учеников. Это прославленные люди, которых будет помнить не одно поколение. Они сами учились у славных мастеров и нередко сдавали настоящие экзамены. Например, в Камеруне молодой резчик должен показать свой первый самостоятельный труд вождю племени: только если тот одобрит работу, художник может открывать собственную мастерскую.

В европейской науке долго господствовало мнение, что резчик масок в своей работе руководствуется лишь традицией, делая маску по заранее известному шаблону, но это не так. У каждого мастера есть свой язык, а фантазии и инновации, которые он вносит в свой труд, нередко преображают существующий тип масок до неузнаваемости.

В качестве примера можно привести широко известную маску чивара, принадлежащую народу бамбара (Мали). Связанный с ней ритуал, вероятно, довольно древний, однако сама маска примерно столетие назад резко изменила свой вид. Когда-то она представляла собой лишь налобную шапку с рогами антилопы, сегодняшняя же чивара – это сложная резная фигура высотой до двух метров, изображающая антилопу с детёнышем или и вовсе целый ансамбль из трубкозуба, панголина и рогов газели. Скорее всего, такая удивительная метаморфоза была связана с вдохновением конкретного художника.

От вдохновения, впрочем, зависит далеко не всё. Маска – не просто кусок дерева, она сама по себе содержит сверхъестественную силу, а значит, должна изготавливаться по канону, с использованием всех положенных магических ритуалов. У многих народов принято, чтобы мастер во время изготовления маски придерживался поста или полового воздержания или же пел во время работы особые песни. Догоны считают, что маска, изготовленная для продажи, не будет иметь никакой силы, потому что она сделана без использования ритуала, призывающего духов, и следовательно, никакой дух никогда не пожелает в неё вселиться. По мнению африканцев, наличие духа в маске всегда можно определить: многие, например, убеждены, что по ночам «настоящие» маски обязательно издают звуки – клацают зубами или тихо воют. Страх перед масками доходит до абсолюта: бангва (Камерун) считают маску тро настолько опасной, что её не рискуют даже надевать на голову, а носят на плече.

Если уж некоторые африканские маски впечатляют нас, привыкших к голливудским спецэффектам, то легко представить, какое впечатление они производят на местных жителей. Многие маски могут испугать одним внешним видом, – например, подростков на церемонии инициации. Приходя в священную рощу готовиться к посвящению в мужчины, они нередко впервые видят маскарадное представление и готовы поверить, что перед ними – сверхъестественное существо. Некоторые маски для этого специально хранят взаперти, доставая только для процедур инициации. А некоторые выносят из леса лишь во время кризисов – недорода, голода или смерти вождя, – чтобы защитить жизнь и благополучие жителей от злых духов и колдовства, источников любого несчастья.

Жрецы, ведающие церемониями, хорошо обучены различным приёмам, убеждающим зрителей в нереальности происходящего. Например, во время церемонии зангбето в Бенине можно наблюдать, как по деревенской площади под музыку кружится существо в широком наряде из растительных волокон, похожее на копну сена. После того, как музыка стихает и зангбето останавливается, один из жрецов подходит к нему и переворачивает, но человека под нарядом не оказывается, копна сена совершенно пуста. С помощью подобных приёмов (автору, кстати, так и не удалось разгадать этот фокус) жрецы искусно поддерживают веру в сверхъестественные силы духов.

Впрочем, вера держится вовсе не на фокусах. Во время разговоров с африканцами можно легко убедиться – они прекрасно знают, что под маской находится их сосед или родственник. Но люди верят, что, надевая маску, танцор оказывается во власти духа, которого он изображает, он перевоплощается в него и перестаёт быть человеком. Все движения одержимого подчинены воле того, чью маску он несёт. Танцор и сам думает так же. Он не способен на человеческие проявления, его действия становятся совершенно особыми. Трудно сказать, вызвано это экзальтацией либо профессиональным искусством исполнителя. Ведь не только резчик по дереву, но и танцор, надевающий маску, должен пройти специальное обучение, иногда в течение нескольких лет. Он учится и движениям танца, и особому голосу, и даже тайному языку.

Традиция «языка масок» хорошо знакома многим народам Западной и Центральной Африки. Во многих случаях он представляет собой язык того народа, от которого пришла традиция маскарада. Например, ещё столетие назад народ бете (Либерия) вовсе не использовал масок, они были заимствованы у соседнего народа нябва, и в ходе сегодняшних церемоний танцоры обмениваются командами на языке нябва. Точно так же и бауле (Кот-д’Ивуар), позаимствовав у своих соседей уан традицию масок голи, пользуются их языком во время таинств. Но нередко происхождение «языка масок» установить не удаётся. Например, уже упоминавшиеся догоны Мали пользуются во время танцев тайным языком, который, по их словам, принадлежит теллемам, легендарным летающим людям, жившим когда-то в незапамятные времена на этой земле. Исследователи до сих пор не имеют возможности изучить этот тайный язык, потому что тем немногим догонам, которые им владеют, под страхом смерти запрещено передавать знание чужестранцам.

Впрочем, вовсе не всегда маски сопряжены с религией. Весьма возможно, что первые из них появились в Африке тысячелетия назад с практической целью – в качестве охотничьего камуфляжа. В ЮАР сохранились пещерные рисунки, изображающие охотника с луком в костюме страуса или маске антилопы, подбирающегося к своей добыче. Маски птиц и сегодня используют охотники западноафриканской саванны. Возможно, имитация сцены охоты на тотемных животных и привела древнего человека к созданию сложных и наполненных глубоким символизмом церемоний маскарада.

Сегодня культура изготовления и использования масок постепенно уходит. У некоторых народов Африки, отказавшихся от традиционной религии, маски используются лишь для развлечения, в том числе во время христианских праздников, а также для торжественного приёма дорогих гостей, но их религиозный символизм уже утрачен. Однако традиция остаётся подчас весьма живучей. Иначе как можно объяснить тот факт, что во время религиозных церемоний догонов, популярных среди европейских туристов, в последние годы наряду с масками крокодила, удава, шакала и бога воды стала появляться новая маска, о которой в догонской мифологии нет ни слова?

Маска европейского туриста.

МОНУМЕНТАЛЬНАЯ АФРИКА.

В центре страны стоит квадратная крепость, каменная внутри и снаружи, сложенная из камней поразительной величины. Ж. де Барруш о Великом Зимбабве, 1552 г.

Когда заходит речь об архитектуре, мы представляем себе монументальные сооружения вроде замков, соборов и крепостных стен, хорошо известных достопримечательностей крупных городов мира. По какой-то странной причине самые шикарные здания в мире всегда возводились вовсе не для жилья. Чудеса древней архитектуры представляют собой либо сооружения религиозного характера (храмы, святилища, обелиски), либо защитные укрепления (стены, башни и крепости). Если сооружение строили для жизни, то разве что для загробной – пирамиды и мавзолеи. Антропологи объясняют такое неравенство между сакральной и повседневной архитектурой просто: человек древности чувствовал себя зависимым от природы, от высших сил, определяющих его жизнь и благосостояние. Засуха и наводнение могли уничтожить его урожай, шторм на море – потопить его рыбачью лодку, а эпидемия – убить его скот, а то и всю семью. Он был практически беззащитен перед болезнями и дикими животными. От этих напастей не было иного лекарства, кроме умилостивления духов или божеств, безраздельно контролирующих судьбу человека. Величественный храм казался достойным обиталищем для божественных существ, а сам человек вполне мог довольствоваться и скромной землянкой. Очевидной причиной было и то, что храмы и мавзолеи строились «всем миром», а за строительство жилого дома отвечала каждая семья по отдельности.

Вот и получалось, что древние греки строили просторные и светлые храмы из мрамора, стоящие вот уже две с половиной тысячи лет, а сами ютились в глиняных хижинах без окон, от которых остались только изображения. А в России вплоть до ХIХ в. в большинстве городов каменными зданиями были лишь церкви и соборы, в то время как жилые дома даже для богатых людей строились почти исключительно из дерева и регулярно горели. Как и на других континентах, крупнейшими и самыми знаменитыми архитектурными постройками в Африке являются храмы, усыпальницы и крепости. Это всё, что осталось нам в память об исчезнувших цивилизациях, и подчас мы не знаем практически ничего о том, как жили сами люди много веков назад. Но традиции возведения жилой архитектуры сохранились в Африке доныне, и её уникальные, подчас причудливые формы, о которых мы рассказывали в предыдущей главе, ничуть не менее интересны, чем монументальные сооружения древности. Широко распространённое когда-то в Европе убеждение в том, что африканцы не могут и никогда не могли построить ничего, кроме бамбукового шалаша, встречается среди наших соотечественников и сегодня. На самом же деле каждый регион Африки может похвастаться монументальной архитектурой, интересной как раз тем, что она малоизвестна и уникальна по своей стилистике.

Памятники древнеегипетской цивилизации долины Нила известны на весь мир не только из-за своей древности, но и благодаря хорошей сохранности: некоторые из них остались практически нетронутыми даже спустя четыре-пять тысяч лет. Три Великие пирамиды в Гизе осматривают в год около 3 млн туристов – это самая известная и посещаемая достопримечательность Африки, последнее из «семи чудес света», по знаменитому трактату Филона Византийского. Давно уже сожжена (причём дважды) Александрийская библиотека, землетрясение разрушило родосского Колосса, а местонахождение Висячих садов Семирамиды даже нельзя с уверенностью локализовать, но для пирамид время будто бы остановилось. Крупнейшая из трёх усыпальниц – пирамида Хеопса – в течение 4000 лет оставалась самым высоким рукотворным сооружением в мире, пока её не обогнал один из европейских готических соборов. Ей посвящено бесчисленное количество литературных произведений и самых сумасшедших псевдонаучных гипотез, венцом которых является теория о том, что космические пришельцы собрали пирамиду в Аравии, приподняли её над Землёй и поставили обратно, когда планета «довращалась» до Египта.

Знаменитый минарет Кутубия в Марракеше был построен в ХII в.

Ломаная пирамида в Дахшуре лучше своих соседей сохранила гладкую облицовку, сверкающую на солнце.

Значительно менее известными и практически лишёнными внимания туристов остаются не менее прекрасные пирамиды в Саккаре, Дахшуре и Мейдуме, южнее Гизы. Между тем они уникальны: например, Ломаная пирамида фараона Снофру в Дахшуре сохранила практически полностью свою глянцевую облицовку шлифованным камнем, которую Великие пирамиды со временем растеряли. А ступенчатая пирамида Джосера в Саккаре, всего в нескольких километрах от Гизы, является древнейшим на земле каменным сооружением такого размера. Как и Гиза, Саккара и Дахшур являются некрополями, созданными фараонами первых египетских династий, но их почти не балуют визитами туристические автобусы, что резко увеличивает наслаждение от посещения этих мест.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

Лучше быть бедным и жить в пустыне, но с лотосом в душе, чем быть богатым и жить среди людей, но с пустотой в душе. Имхотеп

ИМХОТЕП (букв. «пришедший в мире») – архитектор, астролог и главный советник египетского фараона Джосера (ок. 2700 до н. э.). По происхождению простолюдин, он сумел выдвинуться на самый верх государственной иерархии и стал известен как мастер на все руки. Выдающийся врачеватель, политический советник и гениальный зодчий, под руководством которого была построена первая из знаменитых египетских пирамид – ступенчатая пирамида в Саккаре. Уже спустя столетие после смерти Имхотепа почитали как святого, обладавшего оживляющей силой, а в VI в. до н. э. его и вовсе обожествили – древние греки знали его под именем бога Асклепия, а римляне – Эскулапа. Имхотеп считается первым в мировой истории архитектором и учёным, а его прямыми потомками считали себя Гиппократ и Аристотель.

Придумать пирамиду древнему человеку было не так уже просто: до Имхотепа египтяне умели строить лишь прямоугольные храмы с наклонными к центру стенами – мастабы. Но ему пришла в голову гениальная идея поставить одну мастабу на другую, и так родилась ступенчатая пирамида, а Имхотеп стал основоположником архитектурной традиции Древнего царства. Кроме того, есть основания считать его также изобретателем колонны как элемента архитектуры. Кроме своих заслуг зодчего, Имхотеп считается автором фундаментального медицинского исследования, определявшего реальные причины многих болезней. В результате его называют и отцом медицины. Во время раскопок у ступенчатой пирамиды были найдены фрагменты статуи фараона Джосера, на пьедестале которой вместе с именем фараона стояла следующая надпись: «Имхотеп – хранитель сокровищницы царя Нижнего Египта, первый после царя в Верхнем Египте, распорядитель великого дворца, наследник Бога, главный жрец Гелиополя, строитель, архитектор, ваятель каменных ваз».

Памятники нубийской цивилизации, о которой мы рассказывали в главе «История», изучены очень мало. Пирамиды и храмы города Мероэ на территории сегодняшнего Судана принимают лишь несколько тысяч туристов в год, несмотря на их неповторимый архитектурный облик и загадочную историю. Это связано не в последнюю очередь со сложностями получения суданской визы и политической нестабильностью в стране.

Архитектурные чудеса стран Магриба (Ливии, Туниса, Алжира и Марокко) относятся в основном к римской и христианской эпохам. Если избегать многочисленных развалин с колоннами, столь привычных для всего Средиземноморья, имеет смысл всё же взглянуть на громадный римский амфитеатр в Эль-Джеме (Тунис), сохранившийся значительно лучше римского Колизея – не только для удовольствия туристов, но и для мирового кинематографа: именно здесь проходят съёмки множества фильмов с древнеримскими декорациями.

Мечеть Ибн Тулуна – древнейший из сохранившихся мусульманских памятников Египта.

Однако основными достопримечательностями Северной Африки за пределами Египта остаются древние города. Многие из них представляют собой целостное произведение искусства, так как стилистика, материал и даже цвет домов являются канонами, отступать от которых запрещено. Так и получилось, что небольшой марокканский город Шефшауэн (куда европейцам было запрещён доступ вплоть до 1912 г.) поражает яркой синевой своих стен, дверей и даже мостовых, которые красят после каждого дождя, а древняя столица Мекнес играет всеми оттенками зелёного. Древнейшая часть любого североафриканского города – его медина (араб. «город»), средоточие базаров и жилых кварталов с узкими улочками без единого прямого угла. Крупнейшая медина Марокко – красный город Марракеш – предоставляет посетителю уникальный шанс потеряться без надежды найти выход, потому что большинство улиц не имеет названий, а если они и имеются на карте, то местным жителям, как правило, неизвестны. Зато, потерявшись, можно обнаружить массу самых интересных мест, от рынка кованых железных изделий до торговцев колдовскими амулетами, и получить сильнейшие травмы слуха и обоняния. И даже площадь, где ещё столетие назад торговали рабами, по-прежнему пугает европейцев деревянными колоннами, хранящими следы цепей белых и чернокожих невольников. Древнейшие исламские памятники Африки – мечеть Ибн Тулуна в Каире и соборную мечеть в Кайруане (Тунис) – можно дополнить изумительными по красоте исполнения христианскими монументами северной Эфиопии. Каменные церкви Лалибелы уникальны тем, что вырублены прямо в скальной породе, и одна из них – церковь Спасителя Мира – остаётся крупнейшим монолитным строением в мире. Ещё более ранней эпохой датируются памятные обелиски в соседнем Аксуме, установленные ещё в IV–V в. в честь правителей Аксумской державы – первого христианского государства Африки.

В то время как у граждан высокогорной Эфиопии под рукой всегда было достаточно базальта для строительства сооружений на века, жители Сахары и западноафриканских саванн были ограничены глиной. Из сырцового кирпича, самого популярного стройматериала Африки, здесь были построены поистине грандиозные сооружения. Среди глиняных городов Сахеля, которые следует посетить непременно – Тимбукту, Гао и Дженне (Мали), а также затерянный в Сахаре пыльный Агадес (Нигер). Эти древние торговые города, веками служившие перевалочными пунктами для транссахарской торговли, были открыты европейцами совсем недавно, ещё 150–200 лет назад путь туда «неверным» был накрепко заказан. В Тимбукту особенно сильно не любили чужаков, и даже марокканские купцы из Феса предпочитали испросить у старейшин разрешения, прежде чем войти в городские ворота. Попытки проникнуть в Тимбукту стоили жизни не одному европейскому путешественнику прошлого, и только француз Рене Кайе, изучив арабский язык, сумел в 1826 г. пройти в город под видом арабского купца, закутанный по самые глаза в традиционный лисам, а потом через Триполи вернуться в Париж и рассказать Европе о легендарном городе. Сегодня поездка в Тимбукту и Гао всё так же сопряжена с риском для здоровья: в Мали лишь недавно завершилась гражданская война, но стычки правительственных войск со свободолюбивыми туарегами не прекращаются. Однако, по мнению некоторых туристов, это лишь добавляет впечатлений от захватывающей дух глиняной мечети Санкоре в Тимбукту и мавзолея аскии Мухаммеда в Гао. Любители архитектуры обязательно оценят их глухие глиняные башни конической формы, усеянные для прочности деревянными кронштейнами, создающими этим своеобразным минаретам Африки вид подушки с иголками.

Неподалёку от Тимбукту, но в более безопасном регионе находится крупнейшее глиняное строение в мире – знаменитая мечеть в Дженне (Мали), впервые построенная в XII или ХIII в. Каждый год дожди размывают её великолепную крышу, каждый год оползают глиняные стены, и каждый год жители древнего города на острове посреди реки Нигер собираются все вместе, чтобы уложить новые тонны глины с соломой на своё чудо света, которое никто не назовёт «колоссом на глиняных ногах». Это самый известный пример суданского стиля архитектуры – одного из самых самобытных стилей зодчества в мире.

Жемчужины монументальной архитектуры Африки.

Синий город Шефшауэн.

На востоке Африки строительством из камня занимались преимущественно суахили – торговцы смешанного азиатско-африканского происхождения. Местные традиции каменного зодчества были укреплены влиянием выходцев из городов Аравии и Персии, и на африканской почве возникла совершенно новая, уникальная стилистика архитектуры, лучше всего сохранившаяся сегодня в Каменном городе на острове Занзибар (Танзания), где крепость, старые купеческие дома и минареты мечетей сохраняют свой средневековый облик.

К сожалению, это один из весьма редких примеров монументальной архитектуры к югу от экватора. Но, конечно, в их ряду на первом месте стоят руины Большого Зимбабве. Только после того, как были последовательно опровергнуты фантастические гипотезы об их сооружении древними греками, римлянами, египтянами и сабейцами, мировая наука поверила в теорию, впервые высказанную Гертрудой Кейтон-Томпсон, что столь масштабное каменное строительство было выполнено руками самих африканцев. Однако открытие в Южной Африке множества других, менее крупных древних каменных городов в долине реки Замбези подтверждает, что и здесь существовала городская цивилизация. А значит, стоит ожидать и новых открытий.

В 1885 Г. ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО В ЛОНДОНЕ ВЗОРВАЛ ДОКЛАД АМЕРИКАНСКОГО ШОУМЕНА И ПУТЕШЕСТВЕННИКА ДЖИЛАРМИ ФАРИНИ: В ПУСТЫНЕ КАЛАХАРИ ОН ОБНАРУЖИЛ РАЗВАЛИНЫ ОГРОМНОГО ЗАТЕРЯННОГО ГОРОДА. В СВОЕЙ ВСКОРЕ ВЫШЕДШЕЙ В СВЕТ КНИГЕ ФАРИНИ ПОВЕДАЛ И О ЗАНЕСЁННЫХ ПЕСКОМ МОСТОВЫХ, И О ФУНДАМЕНТАХ ВЕЛИКИХ СТРОЕНИЙ, И О ПОЛУКРУГЛОЙ КРЕПОСТНОЙ СТЕНЕ. В РАССКАЗЕ СОДЕРЖАЛОСЬ МНОЖЕСТВО ДЕТАЛЕЙ, НО НЕ БЫЛО ОДНОЙ – ТОЧНОГО МЕСТОНАХОЖДЕНИЯ РАЗВАЛИН. ЗА 130 ПРОШЕДШИХ С ТЕХ ПОР ЛЕТ ДЕСЯТКИ ЭКСПЕДИЦИЙ ПЫТАЛИСЬ НАЙТИ ЗАТЕРЯННЫЙ «ГОРОД ФАРИНИ», НО ОН ТАК И НЕ БЫЛ ОБНАРУЖЕН. БОЛЬШИНСТВО УЧЁНЫХ СЧИТАЮТ РАССКАЗ ФАРИНИ МИСТИФИКАЦИЕЙ, ЕЩЁ ОДНИМ ШОУ-ПРОЕКТОМ ТАЛАНТЛИВОГО ИМПРЕСАРИО.

О ЧЁМ ПОЁТ ГРИОТ.

Я пробудил их из небытия. Гриот о героях своих сказаний

Мы решили выделить этот рассказ в отдельный раздел, потому что искусство африканских бродячих сказителей сложно отнести к какому-либо одному жанру. Оно объединяет в себе и песню, и эпос, и фольклор, и музыку. Западноафриканские гриоты и их эфиопские коллеги азмари – касты профессиональных сказителей – в течение веков остаются хранителями исторической традиции и литературной памяти народов.

От марокканского Марракеша до Кано в Нигерии на городских базарах и деревенских праздниках и сегодня можно увидеть гениальных артистов, совмещающих в себе учёного, сказочника, историка, циркового фокусника и эстрадного исполнителя. Различные народы Мали, Мавритании, Гвинеи, Нигерии, Кот-д’Ивуара, Сенегала, Гамбии, Нигера именуют своих сказителей по-разному (чаще всего джали), но в европейской литературе за ними закрепилось португальское по происхождению название гриотов. Поразительна память этих людей – с детства они зазубривают гигантский, постоянно растущий объём знаний о прошлом своего народа и его соседей, мифов, сказок, песен и танцев. Гриоты держат в голове тысячи имён и, по некоторым сведениям, могут перечислить до сорока поколений предков знатных родов, объяснив по дороге значение и символику имени каждого. Они хранят в памяти бесконечный архив стихов своих предшественников, к которым в течение жизни обязательно добавляют свои собственные, ни разу не взяв в руки шариковой ручки.

Вероятно, каста сказителей зародилась в Западной Африке ещё в доисламскую эпоху, не менее тысячи лет назад, и какой именно народ дал Африке первых гриотов, сегодня уже не вспомнят даже они сами. Расцвела эта каста после появления здесь первых государств. Араб ибн Баттута упоминает о поэтах при дворе правителя Мали в ХIV в. Причины происхождения сословия гриотов также точно не установлены, однако некоторые сведения и народная устная традиция дают право сделать предположение, что эта социальная группа происходит из рабов. Гриоты составляли замкнутую касту, ремесло передавалось по наследству. Жили они при дворах правителей, были их советниками, воспитателями наследников, хранителями традиций, законов, норм права и родословных. Каждый уважающий себя вождь кормил своего гриота, воспевавшего славные дела, ратные подвиги, мудрость и щедрость своего хозяина и его предков, а заодно собиравшего по деревням слухи, сплетни и иную оперативную информацию о состоянии дел в государстве. Подобно современным менеджерам по связям с общественностью, они умело смешивали «белый» пиар с «чёрным», высмеивая или обличая в своих рассказах вождей соседних племён.

Гриоты были для правителей и источником сведений о деяниях великих предшественников, и советниками, и живой библиотекой художественной литературы. Накопленные их памятью исторические сведения, правовые нормы, традиции заменяли собой архивы, которых не могло быть у бесписьменных народов. Все эти разнообразные знания, передававшиеся в изустной форме из поколения в поколение, сложились в своеобразные исторические хроники, которые в виде сказаний дошли и до наших дней.

При этом гриотам не разрешено было иметь никакой собственности и даже своего дома. Зачем? Ведь их образ жизни заключался в постоянных передвижениях от деревни к деревне, от города к городу. В отличие от других рабов, гриоты пользовались полной свободой передвижения.

Их роль в традиционной Африке можно сравнить с сегодняшними радио и телевидением. Они транслировали пропагандистские «рекламные ролики» своего правителя для его подданных, передавали жителям удалённых общин последние новости государства и развлекали жителей песнями и фокусами. Именно поэтому сказители всегда пользовались неизменной популярностью в народе – люди с радостью принимали у себя гриотов, кормили их и предоставляли ночлег. Вплоть до недавнего времени для сельского жителя Западной Африки это была одна из немногих возможностей связи с внешним миром.

«…МНЕ ИЗВЕСТНЫ ИМЕНА ВСЕХ ПРАВИТЕЛЕЙ, КОТОРЫЕ СМЕНИЛИ ДРУГ ДРУГА НА ТРОНЕ МАНДИНГО. Я ЗНАЮ, КАКИМ ОБРАЗОМ ЛЮДИ РАЗДЕЛИЛИСЬ НА ПЛЕМЕНА, ИБО МОЙ ОТЕЦ ПЕРЕДАЛ МНЕ ВСЕ СВОИ ЗНАНИЯ. Я ЗНАЮ, ПОЧЕМУ ТАКОЙ-ТО ЗОВЕТСЯ КАМАРА, ТАКОЙ-ТО КЕЙТА, А ДРУГИЕ – СИДИКИ ИЛИ ТРАОРЕ: КАЖДОЕ ИМЯ ИМЕЕТ СМЫСЛ, ТАЙНОЕ ЗНАЧЕНИЕ. Я РАССКАЗЫВАЛ ЦАРЯМ ИСТОРИЮ ИХ ПРЕДКОВ, ЧТОБЫ ЖИЗНЬ СТАРШИХ СЛУЖИЛА ИМ ПРИМЕРОМ, ИБО МИР СТАР, НО БУДУЩЕЕ РОЖДАЕТСЯ В ПРОШЕДШЕМ. МОЙ РАССКАЗ ВЕРЕН И СВОБОДЕН ОТ ВСЯКОЙ ЛЖИ. ЭТО РАССКАЗ МОЕГО ОТЦА, ЭТО РАССКАЗ ОТЦА МОЕГО ОТЦА. Я ПЕРЕДАМ ВАМ РАССКАЗ МОЕГО ОТЦА ТАКИМ, КАКИМ УСЛЫШАЛ ЕГО, ИБО ГРИОТАМ НЕВЕДОМА ЛОЖЬ…».

На самом деле, конечно, сказители с удовольствием украшали свои рассказы о прошлом преувеличениями и сказочными деталями, как это можно хорошо видеть в «Эпосе о Сундьяте» – одном из самых масштабных эпических произведений устного народного творчества Африки. Но гипербола свойственна любому эпосу, она придаёт ему необходимое очарование. С той же целью во время своих песен и рассказов гриоты аккомпанировали себе игрой на музыкальных инструментах. Типично гриотскими инструментами считаются особая лютня кора, о которой мы расскажем в разделе, посвящённом африканской музыке, и маленькие барабаны, привязанные к запястьям.

Для того, чтобы получить звание гриота, наследники сказителей долго учатся либо у собственных родителей, либо в специальных закрытых школах. Обучение может длиться многие годы, и каждый гриот, едва обучившись профессии, должен избрать себе преемника и начать в свою очередь учить его своему искусству. Первым «классом» такой школы является заучивание наизусть длинного генеалогического перечня всех имён правителей своего народа в хронологическом порядке. Когда ученик запомнил имена и последовательность правителей (а также и количество лет у власти, ведь никаких дат гриоты не учат), список начинает обрастать плотью исторических сведений о каждом из них. Сведения излагаются в специальных поэмах, построенных ритмически, что облегчает их запоминание. Затем сказитель должен совершить поездку по стране, чтобы своими глазами увидеть места, где происходили исторические события, а главное – поучиться у прославленных мастеров.

Существует несколько деревень, которые в сегодняшней Западной Африке остаются своеобразными центрами обучения сказителей. Наиболее известна из них деревня Кейла недалеко от столицы Мали Бамако. Здесь живет старинная семья гриотов Диубате, которая ревностно хранит «секреты народа мандинго». Их история – монополия этой семьи. Все сказители окрестных стран считают великой честью для себя учиться у прославленных гриотов Диубате: сюда приходят сказители из Сенегала, Гамбии и Гвинеи. Обучение в Кейле, предназначенное для молодых гриотов, длится обычно от полугода до года, и обучают здесь не только истории, но и ораторскому искусству. Здесь же студенты проходят практику: под наблюдением учителей они выступают перед народом на небольших церемониях и праздниках.

Неподалёку от деревни сохранилась хижина, которую, по преданию, построил один из правителей Мали ещё в ХIV в. и где нашёл убежище последний манса четыре столетия спустя. Хижина эта окружена тайнами, и неоднократные попытки европейцев проникнуть в неё неизбежно встречают враждебный отпор со стороны гриотов Кейлы. Здесь, говорят они, символически сосредоточена вся история народов Мали. Каждые семь лет, когда в хижине меняют соломенную крышу, вокруг неё собирается узкий круг сказителей, чтобы вновь вспомнить славную историю страны.

Гриот настраивает свою неизменную спутницу кору перед представлением.

Кастовая замкнутость гриотов создала особый профессиональный язык, непонятный непосвященным. Гриот связан клятвой: он имеет право рассказывать простым людям лишь то, что разрешает ему эта система, ибо истинная наука должна оставаться тайной. Как и любая закрытая каста, гриоты чрезвычайно неохотно раскрывают свои секреты, особенно европейцам.

Сегодня, в современном мире, многим гриотам приходится менять образ жизни. Мыльные телеоперы и голливудские блокбастеры вытесняют искусство традиционных сказителей. Вынужденные зарабатывать иными средствами, многие из них оставляют старинное искусство. Но в деревнях, вдали от больших городов, ещё и сейчас есть сказители, находящиеся на содержании деревенской общины. В торжественных случаях, например на похоронах старейшины деревни, они рассказывают народу о прошлом деревни, её основании, о вождях, которые сменяли друг друга с незапамятных времен, о событиях седой старины. А на центральной площади Марракеша Джемаа-эль-Фна сегодня можно встретить сказителей, освоивших новый жанр: они рассказывают людям смешные анекдоты о чиновниках и белых туристах, пользующиеся неизменным спросом.

ПРЕДКИ БРАТЦА КРОЛИКА.

Как африканские гриоты, так и учёные разницу между мифом и сказкой определяют просто. Мифы рассказывают о том, что, по мнению рассказчика, случилось на самом деле, а сказка рассматривается как вымысел, плод народной фантазии. В обоих типах повествования фигурируют люди, божества, животные и птицы, небесные светила и природные стихии, однако миф в сознании представителей традиционной культуры – это вполне осязаемая реальность, часть веры и философии. Ведь мифология создана для того, чтобы передавать новым поколениям всю мораль и философию народа – от простейших форм сказки до сложных и запутанных эзотерических материй.

Попроси детей отрезать тебе голову и взять её на пастбище, а когда они вернутся, пусть слегка ударят тебя, и ты проснёшься. Из сказки гирьяма о Петухе, обманувшем Зайца

В африканском творчестве и мифы, и сказки занимают особое место. Первые подпитываются эпическими сказаниями о прославленных государствах и великих героях, вторые обогащаются сюжетами из жизни человеческого и животного общества, нередко взятыми из повседневного быта, ещё чаще – из фольклора соседних народов. Может быть, именно этим объясняется то, что сказки «гуляют» по миру, обнаруживая удивительный параллелизм сюжетов и мотивов в России и Центральной Америке, в Африке и Австралии.

ЗНАМЕНИТЫЙ БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЙ СКАЗОЧНЫЙ ЦИКЛ «ТЫСЯЧА И ОДНА НОЧЬ», ЗАПИСАННЫЙ АРАБАМИ В СРЕДНИЕ ВЕКА, НА САМОМ ДЕЛЕ ВО МНОГОМ ПОВТОРЯЕТ ИСТОРИИ ИЗ ЕГИПЕТСКОГО ТЕКСТА XV В. ДО Н. Э. «ВЗЯТИЕ ЯФФЫ». ВЕРОЯТНО, ДРЕВНИЕ СКАЗКИ СОХРАНИЛИСЬ В ЕГИПТЕ ВПЛОТЬ ДО АРАБСКОГО ЗАВОЕВАНИЯ И БЫЛИ ВОСПРОИЗВЕДЕНЫ АРАБСКИМИ ПИСАТЕЛЯМИ.

Лучшим примером африканской сказки, за несколько веков в полной сохранности дошедшей до российского читателя, является цикл «Сказок дядюшки Римуса» с их знаменитым Братцем Кроликом и его интеллектуальными победами над Братцем Лисом и остальной лесной компанией. Дядюшка Римус, поведавший о похождениях Братцев американскому писателю Джоэлю Харрису, был чернокожим и сохранил предания, которые его предки вывезли в ХVII–ХVIII вв. из Западной Африки. Именно там учёными были обнаружены и сюжеты, и исконные герои сказок – на месте понятных жителю нашей средней полосы Кролика и Лиса в Африке действуют Заяц и Гиена, а также прочие, более привычные африканцу персонажи, самыми популярными из которых являются черепаха, паук, лев, шакал, хамелеон и слон.

На протяжении пути, который сказки цикла «Гиена и Заяц» проделали от западноафриканских саванн через Северную Америку в книги и грампластинки нашего детства, сюжеты и характеры героев остались в целом неизменными. Изменился лишь культурный фон сказок – то, что делает африканский фольклор таким экзотичным, странным и подчас несколько пугающим для нашего восприятия.

Конечно, как и другие области культуры, африканские сказки весьма сложно объединять «под одну гребёнку» – у разных народов они обладают бесчисленными разновидностями отличительных характеристик. Однако мы попробуем суммировать то, что, с нашей точки зрения, объединяет сказочный жанр африканского континента, перекликается или противопоставляет его русским и европейским сказкам нашего детства.

Хорошо известно, например, что в африканских сказках о животных чаще всего напрочь отсутствует привычная нам мораль. Вывод вроде «не рой другому яму – сам в неё попадёшь» довольно резко контрастирует с деятельностью героев африканских сказок. Западноафриканский Заяц, предок Братца Кролика, столь же хитёр, как и его потомок, но абсолютно лишён понятий справедливости и благородства. Противостояние с противником здесь разрешается не умом, а исключительно коварством. При этом коварен, лжив и весьма жесток Заяц не только к противникам, но и к друзьям и даже близким родичам, которые нередко не заслужили обмана, особенно с таким трагическим финалом, как в сказке про брата и сестру Зайцев.

Брат и сестра Зайцы решили вырыть себе норы. Заяц вырыл множество выходов из норы, а Зайчиха – только один. Когда люди разожгли костёр и дым проник в заячьи норы, Заяц благополучно выскочил наружу, а Зайчиха принялась просить его о помощи. «Встань на голову, и тебе будет легче», – посоветовал Заяц. Она встала на голову, потеряла сознание и умерла. С тех пор Заяц всегда хвастался перед зверями: «Смотрите, какой я мудрый!».

В этой сказке Заяц – классический трикстер. Так в фольклористике называется ловкий пройдоха и остроумный выдумщик, любимец сказочников всего мира. Помимо французского Кота в сапогах, трикстеры известны нам и в русских сказках: это Мужик, многократно обводивший Медведя вокруг пальца с вершками и корешками, или Солдат, учивший Бабу-ягу варить кашу из топора. Только в Африке, в отличие от русских сказок, трикстер не добродушный весельчак, а настоящий злодей. На протяжении повествования, которое может включать в себя один за другим несколько эпизодов, Заяц ворует, подставляет друзей под нож, лжёт и своим, и чужим безо всякой видимой мотивации и самолично добивает попавших в беду зверей. Он варит свою подругу Газель в кипятке, вспарывает брюхо Гиппопотаму, заставляет Льва проглотить раскалённый камень (сказка детально описывает, как камень проходит сквозь тело, сжигая львиные кишки), убивает Циветту, чтобы продать её шкуру, а потом принимается грабить поля людей, пока его наконец не отловят. Но и тогда он во время казни подставляет вместо себя вождя, а после его смерти благополучно ускользает, оставляя за собой шлейф немотивированных убийств. За эти шалости ему, как правило, ничего не будет – ими сказка обычно и заканчивается, как, к примеру, эта история гвинейского народа зиало.

Гиена и Заяц были друзьями. Однажды они отправились ставить силки на мышей. Когда в силки попалось пять мышей, Заяц уговорил Гиену отдать их ему – «а завтра, когда мы поймаем больше, всё достанется тебе». Но и на другой день, и на третий повторилось то же самое. Заяц забрал себе всех мышей, засушил их, растолок в ступе, а получившийся порошок положил в коробочку. Когда они с Гиеной встретились, он потряс коробочкой, и порошок застучал «кпеке-кпеке-кпеке». Гиена спросил Зайца: «Что это у тебя за коробочка?» – «Там моя мать, – ответил Заяц. – Я её убил, высушил, растолок и вот теперь ем». Тогда Гиена отправилась домой и сказала матери: «Мама, подойди». А когда та подошла, Гиена ударила её пестом по голове, высушила, растолкла в ступе и положила в коробочку. Но коробочка звучала по-иному: «кпоко-кпоко-кпоко». «Что ты наделала?» – закричал Заяц, услышав этот звук. – «Ты убила свою мать! О горе тебе!» И убежал, а Гиена погналась за ним. С тех пор Гиена и Заяц больше не дружат.

В других регионах континента западноафриканскому Зайцу соответствуют шакал, паук, черепаха или богомол, но трикстер при этом везде остаётся злодеем, и его приёмы ничуть не изменяются. Кое-где, например в Восточной Африке, место хитрого зверя занял даже человек – это знаменитый Банаваси, как на суахили называют Абу-Нуваса, известного в Северной Африке поэта VIII в. Став героем сказок, он заменил собой другого арабского героя Джуху, которого в Средней Азии называют Ходжой Насреддином. Только в отличие от последнего, друга всех бедняков и спасителя угнетённых, Банаваси, как и его коллега Заяц, всем вокруг обычно приносит только горе. Африканцы же неизменно встречают рассказы о таких неоднозначных проделках с юмором. Обман – это добродетель, показатель изощрённого ума, во всех случаях виновным воспринимается не обманщик, а его жертва, ведь она страдает от собственной глупости. Некоторые западные исследователи считают, что сказки о трикстере отражают подспудный протест маленького человека против социальной иерархии, слабого против сильного: в честном бою победить надменного богача, жестокого вождя или колдуна нельзя, но их можно и нужно перехитрить, отомстив за унижение и неравенство в общине.

Новые сказки о трикстерах продолжают появляться и в современной Африке. В одной из сказок готтентотов Южной Африки, например, шакал успешно обманывает белого миссионера. А несколько лет назад в Гвинее автором этих строк был записан следующий, вполне современный сюжет.

Однажды чернокожая девушка полюбила белого мужчину. Он ласкал её и ласкал, пока жил здесь, в Африке. Потом она спросила его: «Когда же мы поженимся?» И он сказал: «Приходи завтра на пристань в полдень, вот там мы и поженимся». Она пришла и увидела, как в океан уходит большой белый корабль, а на борту стоит её белый мужчина, машет ей рукой и смеётся. Как же она плакала!

При последних словах все без исключения африканцы, присутствовавшие при рассказе (все они были мужского пола), одобрительно засмеялись.

Однажды три женщины, взяв детей, отправились к реке. У реки две женщины сказали третьей: «Брось ребенка в воду, своих детей мы уже бросили». На самом же деле они спрятали детей под дерево. Женщина бросила своего ребенка в воду, и крокодил проглотил его. Тогда они стали смеяться над ней: «Мы обманули тебя!» Тогда мать взобралась на дерево и сказала: «Я хочу подняться еще выше», и дерево стало расти, пока не достигло неба. Там она встретила леопардов, которые спросили: «Куда ты?», и она рассказала им, что хочет вернуть ребёнка. Она была добра к ним, и они показали ей дорогу к деревне Мулунгу. Мулунгу был всемогущ: он призвал к себе крокодила и вернул женщине её ребенка. Женщина взяла ребенка и спустилась вниз, к своему дому. Её подруги, услышав о случившемся, немедленно побросали своих детей в воду и залезли на дерево. Но они дерзко разговаривали с леопардами и даже осыпали их бранью. Затем они пришли к Мулунгу. «Чего вы хотите?» – спросил он. Женщины сказали: «Мы бросили своих детей в воду». – «Что же заставило вас сделать это?» – спросил Мулунгу. Женщины скрыли истинную причину своего поступка и ответили: «Ничего». Но Мулунгу сказал: «Это ложь. Вы обманули свою подругу, а теперь вы лжете мне». Мулунгу взял калебас с молнией и сказал: «Ваши дети здесь». Женщины взяли калебас, который вдруг издал ужасный звук, похожий на выстрел из ружья, и они умерли.

Не только в «трикстерском» цикле, но и в других сюжетах африканская сказка может удивить своей жестокостью. Наказанием за любую провинность, за поражение в состязании, за малейшую оплошность является смерть, не более и не менее. Злые силы стремятся не отнять и не обмануть, а убить. В результате торжества справедливости никто не проучит, не переубедит и не прогонит злодея – наказание может быть только смертельным. Даже за добро не всегда воздаётся добром, что ярко демонстрирует сказка южноафриканских тонга о женщине и лесном младенце.

Одна женщина обнаружила в лесу маленького ребёнка, собиравшего ягоды с дерева. Она решила, что ребёнок потерялся, сжалилась над ним, посадила на спину и принесла домой. Но когда она вошла в хижину и хотела усадить ребёнка у огня, чтобы тот согрелся, она не смогла снять его со спины. Соседи поняли, что это вовсе не ребёнок, а дух, и послали за шаманом, который бросил кости и сразу всё понял. Жители деревни решили, что женщина должна отнести ребенка туда, где нашла. Хранитель леса, сурово отчитав женщину, принес в жертву от её имени белого петуха, умоляя духов смилостивиться над ней: «Она сделала это не нарочно. Она думала, что это ребёнок, она не знала, что это дух». Когда жертва была принесена, странное существо слезло со спины женщины и исчезло, и никто не знал, как и куда оно отправилось. Что до женщины, то её охватили судороги, и она умерла.

Едва ли не каждая африканская сказка содержит описания убийств или смерти разной степени детализации. Этому не следует удивляться, если понимать, что такие сюжеты вовсе не являются отражением какой-то особой природной жестокости африканцев. Скорее они диктуются чрезвычайной суровостью повседневной жизни человека в традиционном сообществе, постоянно живущего на грани выживания. Угроза голода, смертельные болезни, дикие звери, полная беззащитность перед силами природы – всё это приводило к тому, что смерть всегда находилась на расстоянии вытянутой руки от человека, составляла привычное ему зрелище, а потому не воспринималась так остро, как в современной европейской культуре. Если из появившихся на свет детей в младенчестве погибает больше половины, если стариков оставляют умирать или даже убивают, чтобы сэкономить пищу, а перспектива голодной смерти постоянно витает над небольшой общиной, стоимость человеческой жизни всегда будет чрезвычайно низкой. Нельзя забывать, что тысячелетие назад условия жизни в Европе были ненамного менее суровыми, и европейские сказки находились примерно на том же уровне человеколюбия. Сюжеты устного творчества, дошедшие до наших дней, постепенно модифицировались и очеловечивались по мере повышения уровня жизни и культуры. Африканские же сказки ценны тем, что ещё не утратили памяти о чрезвычайно тяжёлой и жестокой повседневности, которой жили не только предки африканцев, но когда-то и наши собственные. Сказки доносят до нас ещё один отголосок бедственных условий существования человека в Африке. Практически повсюду мы видим, что самое страшное бедствие в них – голод, самая желанная награда – пища. В сказке лесных народов Габона охотник, подружившись с волшебной антилопой, получает в награду свою мечту. Но что это? Это не золото, как в схожей индийской сказке «Золотая антилопа». Это неограниченные запасы еды. Питон-оборотень, сватающийся к девушке под человеческим обличьем в сказке из Сьерра-Леоне, описывается как обладатель сказочных богатств; впоследствии из описания мы узнаём, что это за богатства: в комнате огромных размеров лежат горы риса, проса и другой крупы. Африканские аналоги скатерти-самобранки являются пределом мечтаний любого сказочного героя, с которым сравниться может разве что жена-красавица – но безо всякого полуцарства в придачу. В одной из сказок герой восклицает: «Разве ты видел зерно, валяющееся без присмотра у дороги?» В условиях отсутствия денежных отношений, слабости государств и чрезвычайно низкой ценности земли не золото, не царства и не товары, а именно пища была для земледельцев и охотников главным богатством, гарантией продолжения жизни. Для скотоводческих народов ту же роль всеобщего эквивалента играли стада.

Волшебные сказки в Африке, хотя и имеют примерно тот же алгоритм развития сюжета, что и наши истории про Иванушку-дурачка и его ещё более глупых братьев, нередко представляют нехарактерный для европейских сказок открытый конец. Например, в одной из историй народов Мозамбика трое братьев принимают долевое участие в спасении прекрасной девушки: один узнал о её кончине из волшебного зеркала, второй обеспечил всем троим транспортировку к месту гибели в волшебной корзине, а третий вернул её к жизни посредством живого порошка. Здесь следует риторический вопрос: кто из троих получит девушку в жёны? Конца у этой истории нет: право решить судьбу спасённой предоставляется аудитории, которая слушает сказку, сидя под вечер у деревенского костра. Именно ради таких дискуссий африканцы и собираются вокруг рассказчика, и сказки-дилеммы, как их называют, остаются весьма популярным жанром по сей день.

Современный рассказчик историй и сказок на площади Марракеша, Марокко.

Многие исследователи удивлялись, что сказки африканских народов подчас начисто лишены привычной нам логики повествования. Это, конечно, не так, однако с позиций привычной нам логики к ним подходить бессмысленно. Нас не должно удивлять, например, то, что в ходе сказки герои подчас полностью сменяются, так что в концовке фигурируют совершенно иные персонажи, нежели в начале. Это происходит потому, что сказкам вообще свойственно не иметь ни начала, ни конца: как в России, так и в Африке они могут объединять несколько эпизодов, которые рассказчик комбинирует по своему эстетическому вкусу. При этом он полагается лишь на свою память, а следовательно, может путать героев или забывать завязку истории. Так как в Африке сказки рождались и продолжают существовать как устное творчество, нам не приходится ожидать стройности изложения, характерной для письменно зафиксированных произведений.

Той же причиной можно объяснить и то, что сказка нередко включает абсолютно непонятные, тёмные эпизоды и не ясно, зачем приводимые детали. У озера Виктория записана сказка, в самом начале которой мужчина встречает на дороге женщину, несущую огромный барабан, и женится на ней. Это странное обстоятельство в дальнейшем никак не комментируется, и барабан ни разу более не упомянут, а речь идёт вообще об иных приключениях. Для чего барабан введён в сказку, казалось бы, остаётся загадкой – но это не так. Для сознания архаичного человека он наверняка что-то значил, но мифологическое значение барабана было с веками утеряно, забыто, он остался лишь следом, по которому специалисты обязательно смогут истолковать давно утерянные мотивы и аспекты африканской мифологии, равно как и детали жизни далёкого африканца.

Многие неясности следует списать на трудности перевода, недопонимание и неточную запись, тем более что до недавнего времени путешественники не пользовались в Африке ни звукозаписывающей аппаратурой, ни даже синхронной письменной фиксацией, а воссоздавали истории по памяти. Некоторые эпизоды и явления, несомненно, приведены в литературе в «европейском» толковании, которая весьма далека от традиционной африканской ментальности. Непоследовательность и нелогичность традиционной сказки следуют в основном из непонимания, ведь самим жителям Африки их сказки кажутся вполне ясными.

Большое распространение в Африке имеют сказки о происхождении тех или иных существ, их характеров, явлений или отношений, преимущественно в животном мире. Такие сказки, которые принято называть этиологическими, объясняют, откуда у жирафа взялась такая длинная шея, почему игуана живёт у воды, а ласточка в небе, отчего у медоеда такой резкий запах. Суахили Восточной Африки хорошо знают, по какой причине змея ползает по земле: ведь она одолжила свои ноги многоножке, которая желала от души поплясать на чьей-то свадьбе. Многоножка отдала змее в залог свои глаза, но обратный обмен так по сей день и не состоялся. А в Западной Африке всем хорошо известно, что, когда животным раздавали хвосты, шёл дождь, и Заяц решил остаться дома, попросив получить свой хвост Леопарда. Самые разные явления окружающей природы объясняются, чтобы у взрослеющего человека не оставалось никаких вопросов об их происхождении.

Этиологические сказки по жанру уже довольно близко перекликаются с мифами о происхождении. Истории о появлении человека, животных, растений, рек и озёр, животных и птиц, даже облечённые в форму сказки, представляют собой образцы древней мифологии, с помощью которой африканцы объясняли себе окружающий их миропорядок. Но миф, как уже говорилось, сложнее сказки тем, что он узаконивает существующее положение в природе и обществе, выстраивает систему религиозных верований и не подвергается сомнениям в традиционном обществе. В мифах более заметное место занимают божества, духи предков, другие сверхъестественные существа. Многие известные нам религии обладают более или менее обширной мифологией, стоит вспомнить хотя бы древнегреческий цикл о богах Олимпа или Библию, трактующую сотворение мира и всего сущего с помощью традиционных для Ближнего Востока мифов. Кузница богов, как известно, во все времена находилась на Земле, и Африка не является исключением.

ГЕРАКЛ И ХЛАКАНЬЯНА.

О Чака! О тот, кто сварил ведьму Нтомбази в горшке, который она предназначала для него! Из эпической песни зулу

Эпос – высшая ступень развития африканского устного творчества. Ещё столетие назад западные учёные убеждали себя и других, что никаких эпических циклов, подобных европейским «Песни о Нибелунгах» или «Калевале», в Тропической Африке существовать не может, что эта форма фольклора, как и все остальные достижения, была принесена сюда более цивилизованными европеоидными народами. Сегодня доказано, что эта точка зрения не имеет отношения к действительности. Там, где зарождались ранние государства, формировались целые эпические циклы. Помимо манденского эпоса о Сундьяте и конголезских мифах о Лианже и его предках, это предания о Фаране у сонгаи долины Нигера, эпический цикл сказаний о Лионго-Фумо, родившийся в городах суахили в Восточной Африке, южноафриканские песни о вожде зулусов Чаке. А сколько таких эпосов не дошло до наших дней просто потому, что никогда не были записаны! Для историков Африки эпические истории о героях былых времён являются, конечно, бесценными, ведь они хранят память о реально существовавших правителях или воинах далёкого прошлого. Да, они редко отражают реальность без гипербол. Но ведь героям во всём мире приписывают неординарные способности, обычно гипертрофированные. Как и в случае с Гераклом, Ахиллом или Христом – героями средиземноморской мифологии, – рождению африканских героев сопутствуют чудесные обстоятельства. Необычный человек просто не может родиться обычным способом. Зулусский герой Хлаканьяна, например, начал говорить ещё до того, как был рождён, а герой Итонде из мифа народа нкундо мог выходить из чрева матери и возвращаться обратно. Раянгомбе у хима сразу же после своего появления на свет съел целого буйвола. Что касается Бокеньяны, героя-предка народа нанди, то он стал продуктом настоящего непорочного зачатия: его мать обварила кипятком голень, откуда и появился чудесный младенец.

Детство героя может быть разноплановым. Некоторые растут с волшебной скоростью и в младенческом возрасте забрасывают в небо копьё, которое возвращается только через три дня. Другие, напротив, физически или умственно недоразвиты (вспомним ранние годы нашего Ильи Муромца) и становятся предметом насмешек сограждан, которым вскоре придётся дорого поплатиться за это.

Хорошим примером эпического героя является Сундьята Кейта, основатель империи Мали, о котором мы уже упоминали в главе «История». Знаменитый эпос народов манден в Западной Африке хорошо помнит самые чудесные моменты его биографии.

Сундьята был рождён вождём и чудесной женщиной-буйволом Соголон. Рождение его сопровождалось знамениями: чёрные тучи закрыли солнце, раздались удары грома, полил дождь. Ребёнком он был немощным калекой – до семи лет едва волочил ноги. Но когда настало время, Сундьята встал и пошёл шагами великана. Посланный за листьями баобаба, он вырвал дерево одним взмахом руки, взвалив его на плечи. Его лук никто не мог натянуть. Он стал вызывать зависть других наследников вождя и был вынужден бежать из своей страны. В изгнании Сундьята в совершенстве овладел военным искусством и был обучен магии. Призванный своим народом, он возглавил борьбу с завоевавшим страну колдуном-кузнецом Сумаоро. Проблема заключалась в том, что Сумаоро был неуязвим для оружия: он ловил стрелы, пущенные в него Сундьятой, а копья запросто отскакивали от его груди. Он мог принимать 69 различных обличий: в разгар битвы ускользал от врагов, превращаясь в муху либо и вовсе растворяясь в воздухе. Сундьяте удалось одолеть Сумаоро лишь после того, как он узнал от своей сестры, жены врага, что того может сразить только стрела с наконечником из шпоры белого петуха – тотема Сумаоро. Победив колдуна, Сундьята восстановил правление своей династии и создал великую империю Мали.

«Настоящих», эпических героев не стоит путать с героями-трикстерами африканских сказок вроде уже упоминавшегося Банаваси Восточной Африки. Если трикстеры известны лишь своими не всегда забавными проделками (вроде того, чтобы подложить собственному отцу навоз вместо обеда), эпические герои совершают великие подвиги, бесповоротно влияющие на жизнь окружающих, спасают свой народ или хотя бы его лучшую представительницу – прекрасную принцессу. Героический эпос Африки сродни эпическим сказаниям других народов мира – о борьбе героев с силами зла. И, как и в других регионах мира, он строится по канонам, включающим наличие героев-помощников (чаще всего это животные), волшебные снадобья и амулеты, а также финальный бой героя с антигероем, результатом которого будет народное счастье. Именно так в конголезском эпосе Мокеле добыл для людей солнце, Лонкундо одарил всех богатством, а Иянья построил для соплеменников новую деревню. Продолжатель той же легендарной династии Лианжа воскресил умерших людей с помощью магического мешочка из кошачьей шкуры.

Эпос о падении великого государства Вагаду, известного нам как Гана, любопытным образом соотносится с историческими свидетельствами. Мусульманские народы Западной Африки рассказывают, что государство Вагаду, основанное народом сонинке, состояло из четырёх областей и держалось на власти «хозяина» – чёрного змея по имени Бида, который, вероятно, действительно был тотемным животным правящего клана Ганы. Ежегодно в столице империи Кумби-Сале собирались представители четырёх областей на торжественную церемонию жертвоприношения Биде, без которой единство, урожайность и богатство страны были невозможными. Каждая из областей по очереди должна была доставлять девушек к пещере, где обитал Бида, для ежегодного жертвоприношения. Но во время правления седьмого правителя Вагаду случилось страшное: девушку, предназначавшуюся в жертву, спас её возлюбленный, неосмотрительно убивший змея. Перед тем как умереть, змей произнёс проклятие – и страну постигла ужасная засуха, а золото исчезло. Это был конец Вагаду. А голова убитого змея откатилась в земли малинке, которые стали известны как «страна золота» – вскоре, как нам известно из истории, именно здесь была основана империя Мали.

Хорошо известен и более поздний эпос о Чаке, воинственном основателе государства Квазулу, жившем совсем недавно – в начале ХIХ в. Из эпических сказаний о нём, записанных уже спустя два-три поколения после его гибели, можно узнать множество важных исторических подробностей о жизни этой легендарной личности, которая в памяти зулусов по сей день фигурирует как «могущественный лев и слон» одновременно.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

Придет день, и ты станешь самым великим вождем в нашей стране, – говорила ему Нанди. – Это видно по твоим глазам. Когда ты сердишься, они сверкают, как солнце. Из Эпоса о Чаке

ЧАКА КАСЕНЗАНГАКОНА (1787–1828) – основатель и первый правитель (инкоси) державы Квазулу, ставший знаменитым по всему миру благодаря своим победам.

Он был незаконнорожденным сыном Сензангаконы, вождя небольшого племени зулу, и Нанди – осиротевшей принцессы из племени лангени. За какую-то провинность Сензангакона прогнал жену, и она с сыном вынуждена была скитаться по Южной Африке (весьма расхожий мифологический сюжет), пока не нашла убежище в племени мтетва. Когда отец Чаки умер, вождь мтетва Дингисвайо выделил отряд воинов, чтобы Чака мог отстоять свои права на наследование и стать вождем зулусов. Реализация амбициозных планов молодого вождя, войско которого не насчитывало и полутора тысяч человек, началась с создания мощной армии.

Чака революционизировал вооружение своей армии и её тактику – он разделил войско на полки и включил в их состав представителей побежденных племен и даже женщин. Он установил новую норму дневного перехода армии – 80 км. Разработал сложные боевые построения, которые позволяли неожиданно обходить противника с флангов (особенно известно построение «рога буйвола»). Чака поменял и тактику, предложив применять ассегай – короткое копье для ближнего боя, сменившее привычный способ метания копий издалека. Его солдаты должны были соблюдать обет безбрачия по меньшей мере до тридцати лет, и карой за нарушение этого правила была смерть – так же, как и за проявление страха в бою. Жестокость и властолюбие вождя зулусов современные психологи иногда объясняют безрадостным детством, насмешками ровесников над его торчащими ушами и необычайно коротким половым органом. «Посмотрите на его пенис, он похож на маленького земляного червя!» – говорили о нём (слово «чака» на зулу означает «червь»). За такое не грех было и отомстить врагам.

Никаких других целей, кроме завоевания, Чака не ставил. Он развязывал кровавые войны, которые завершались полным уничтожением противника, и в результате очистил прибрежные территории, а с 1820 г. занялся систематическим уничтожением всех конкурирующих племен на плато Наталь. Сложно сказать, до каких пределов протянулась бы его империя, если бы в 1828 г. Чака не был убит своим сводным братом Дингааном. Созданная им империя просуществовала до самого конца XIX в.

Поздние эпические сказания отличает невиданный взлёт рациональных мотивов, в отличие от волшебных элементов древних сказаний. В эпосе о Чаке уже практически нет ни заклинаний, ни вмешательства высших сил – герой побеждает благодаря своим природным человеческим качествам: интеллекту, силе и ловкости. Ближе даже к исторической хронике, чем к героической сказке, стоят эпические предания о Да и Буакари, исторических правителях государства Сегу в нынешнем Мали в начале ХIХ в. Буакари побеждает кочевников-фульбе с помощью умелой тактики (а вовсе не колдовства или амулета) и преодолевает препятствия благодаря своей выдержке и гордости. Да и действия его с общечеловеческой точки зрения не всегда бесспорны, скорее реалистичны. Так, он нападает на соседние с Сегу города на том основании, что у их вождя растёт борода или же имя у него оказалось какое-то неподходящее. Вождь молит: «Отпусти меня, я вторично пройду обряд наречения и возьму новое имя!» Но Буакари хладнокровно устраняет вождя со словами: «Твоя голова слишком стара для этого».

Героические легенды и сказки существуют и у многих других народов Африки, и везде они отражают борьбу человека за утверждение своей власти над природными силами и первобытно-общинным образом жизни. Соотношение сил между природой и человеком в Африке всегда было неравным: население было в целом очень немногочисленным, разделённым на небольшие группы, а неустойчивое хозяйство и полная зависимость человека от стихии, урожайности земли, осадков, эпидемий и диких животных порождали постоянный страх перед завтрашним днём. В мифах ещё живы воспоминания о тех временах, когда этот страх заставлял людей приносить в жертву своих сыновей и дочерей, которых оставляли в лесу или отправляли на съедение крокодилам. Именно эпические герои, побеждая огромного змея, крокодила или иное чудовище, царя зверей, духа-хозяина воды или земли, побеждали тем самым владычество природы над своей общиной, освобождаясь от необходимости кровавых жертвоприношений, утверждая власть человека, в том числе и оформленную в виде государства. Только человек, но никакое не чудовище может быть подлинным хозяином земли и воды.

Герой становится таковым по одной-единственной причине: он попытался изменить существующий порядок вещей, против которого не осмеливается поднять голос обычный человек. Он яркая личность, которых так не хватало традиционному мировоззрению африканца. Община делает всё, чтобы блокировать проявления эгоизма, индивидуальности, регулируя все аспекты жизни своих членов и всеми силами пытаясь сохранить традиционный порядок. Против этого порядка могут выступить только действительно экстраординарные личности: вроде Сундьяты, который пошёл на решающий бой с самим колдуном – олицетворением общинной верхушки и традиционной религии. Неудивительно, что, держа в памяти лишь не более трёх поколений собственных предков, своих героев африканцы помнят многие века. Вне зависимости от того, какие природные, социальные или экономические предпосылки сыграли свою роль в исторических событиях, двигателями их всегда выступали герои. В этом и проявляется стремление человека к свободе и индивидуальному самовыражению, которые у жителя Африки ничуть не менее сильны, чем у европейца.

ЖИВОПИСЬ НА ЛИЦО.

Хотя в традиционном африканском искусстве однозначно доминирует скульптура, в этом нет вины самих африканцев. Изобразительное творчество расцветает там, где существуют материалы и инструменты для изображений, а также подходящие поверхности для этого. В Тропической Африке до последнего времени не было ни бумаги, ни холстов, а изображения на коже и древесине быстро приходят в негодность, так что историческую традицию здесь проследить невозможно.

Люди, жившие здесь, изображали свою жизнь: одни занимались охотой, другие– скотоводством, третьи – войной… Какой поразительный контраст с окружающей нас сейчас пустыней! Анри Лот. В поисках Тассили

Однако и в живописи африканцам есть что предложить, причём традиции изобразительного искусства здесь оказываются намного древнее европейских, и они оставили ощутимый след в истории мирового искусства.

Традиции раскрашивания лица распространены по всей Африке, от Гибралтара до мыса Доброй Надежды.

Живопись достигла феноменальных высот в Древнем Египте, на тысячелетия ставшем эталоном для культур Средиземноморья, в том числе и культуры Античности. Как мы уже писали, именно здесь – по религиозным соображениям – возник реализм, здесь же берут начало и другие стилистические приёмы, развитые затем в европейской живописи. Несмотря на то что древнеегипетское искусство было насквозь пронизано религиозно-мистическими мотивами, несмотря на то что создавалось оно в основном для мёртвых, в центре его всегда был не бог и не потусторонний мир, а человек. Именно это гуманистическое начало навеки усвоила европейская живопись.

Другой очаг африканского изобразительного искусства возник в Средние века в Эфиопии. Здешняя иконопись, заимствовав довольно много как из древнеегипетской, так и из античной традиций, достигла расцвета в обстановке изоляции Эфиопии от остального христианского мира. Здесь родился жанр известных нам сегодня комиксов: чтобы объяснить неграмотным прихожанам канву Священного Писания, церковные художники расписывали стены храмов реалистическими сценами из Библии, понятными безо всякой письменности.

Некоторые рисунки Тассили подтверждают, что живописцы древней Сахары использовали в качестве холста не только скалы, но и тела.

Однако ещё столетие назад никто и предположить не мог, что главной художественной галереей Африки, настоящим музеем под открытым небом станет пустыня Сахара. Сегодня в великой пустыне обнаружены десятки мест, где жили и творили древние люди, где ещё начиная с 10 тысячелетия до н. э. на скалах стали появляться изображения, дошедшие до нас благодаря сухости климата и уходу человека с прежних мест обитания. В Марокко, Алжире, Ливии и Египте продолжают открывать всё новые удивительные мастерские художников каменного века, по которым мы можем воссоздать хотя бы в общих чертах мир и образ жизни древних обитателей Сахары.

Одним из самых известных мест изучения наскальной живописи с конца ХIХ в. стало плато Тассили-н-Аджер в Южном Алжире, где количество рисунков исчисляется не одной тысячей. Здесь, на бесплодных ныне берегах пересохших рек и озёр, люди жили тысячелетиями, до тех пор пока примерно 5 тыс. лет назад в Сахаре не начался длительный засушливый период. В Тассили, в отличие от многих других «музеев» изобразительного искусства Сахары, скалы покрыты не только петроглифами (т. е. нацарапанными или выбитыми в камне изображениями), но и фресками, выполненными с помощью красок. Определить их возраст весьма непросто, и универсальной методики для этого пока не создано. Анри Лот, один из самых известных исследователей Тассили, придерживался вполне логичной периодизации изображений исходя из их содержания. Древнейший слой росписей представляет собой «охотничий» период жизни сахарских обитателей: на рисунках изображены носороги, слоны, жирафы, буйволы, сцены охоты на них темнокожих охотников с луками, у некоторых из которых на лицах надеты звериные маски. Ранние изображения довольно схематичны – в частности, речь идёт о «круглоголовых» людях, смахивающих на инопланетян и нарисованных одной краской – жёлтой охрой. Затем они становятся всё более реалистичными и многоцветными. Этим изображениям, по самым скромным подсчётам, никак не менее 7–8 тысячелетий.

Фото периода расцвета Сахары – дикие носороги соседствуют со стадами одомашненных коров.

Позже появляются рисунки, изображающие жизнь скотоводческой общины. Сложно сказать, были ли скотоводы Сахары наследниками первобытных охотников или пришли сюда из соседних стран: скорее всего, по огромным саваннам сегодняшней пустыни постоянно мигрировали различные племена. На рисунках Тассили и других районов Сахары можно видеть и чернокожих людей, и представителей койсанского (бушменского) антропологического типа, и белокожих европеоидов. Однако скотоводство быстро распространилось по всему региону, и главным мотивом фресок становится фигура быка, которому жители Сахары, видимо, горячо поклонялись. Расширяется диапазон сюжетов – охота, выпас стад, пиршества, танцы…

Интересно, что древние художники, подобно современным европейским мастерам, сперва делали на скале наброски с помощью камня, а уже потом раскрашивали их – эта техника в других регионах мира для наскальной живописи нехарактерна. Рисунки уже выполнялись множеством цветных красок, изготовленных из глины, камня и соков растений, а в стилистике кое-где стало проступать египетское влияние – свидетельство того, что на Ниле уже вовсю росла первая в мире цивилизация.

ФРЕСКИ ТАССИЛИ ВКЛЮЧАЮТ КРУПНЕЙШИЕ В МИРЕ СКАЛЬНЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ – СРЕДИ НИХ ЗАСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНЫ РИСУНКИ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ФИГУР ВЫСОТОЙ В 5 М. ШИРИНА ОДНОГО ИЗ ИЗОБРАЖЕНИЙ ЛЬВА ДОСТИГАЕТ 4 М – ВИДНО, НАСКОЛЬКО ЧЕЛОВЕК БЫЛ ВПЕЧАТЛЁН МОЩЬЮ ВЕЛИКОГО ХИЩНИКА.

Самыми поздними признаны изображения колесниц, запряжённых лошадьми – период знаменитых гарамантов, о которых писали античные авторы в I тысячелетии до н. э. В эту эпоху Сахара уже высыхала, и изображений диких животных саванны становится всё меньше. А с началом новой эры на скалах высыхающих рек Сахары появляются рисунки первых верблюдов, оставленные уже знакомыми нам туарегами. Таким образом, искусство в великой пустыне непрерывно развивалось на протяжении восьми тысячелетий.

Традиции наскальной живописи, помимо Сахары, существуют и в Южной Африке. Интересно то, что потомки древних авторов здешних рисунков, охотники-бушмены, вероятно, продолжают и сегодня художественно оформлять скалы своими изображениями.

Южноафриканская наскальная живопись разбросана по всей территории ЮАР, засвидетельствована в Намибии и Ботсване. Несмотря на глубокую древность (некоторые изображения в Цодило в Ботсване относят на 24 тысячи лет назад), она в целом представляется понятной. С помощью рисунков предки бушменов исполняли религиозные ритуалы: изображения в основном демонстрируют мир духов и шаманские практики. Мы можем видеть ритуальные танцы шамана в трансе, фигуры людей, пляшущих с подобием антилопьих копыт вместо ступней, а также изображения вознесения жреца на небо по вертикальным лучам света. Всё это сюжеты мифологии койсанских народов, и их отображения на скалах создавали здесь святилище для многих поколений охотников. На одном и том же гладком камне авторы наслаивали более поздние рисунки на ранние образцы, и во многих местах количество таких слоёв картин достигает сорока, а последние из них совсем свежие.

Изображения кистей рук – идеальный орнамент для глиняной хижины в любой африканской деревне.

Традиции наскальной живописи по сей день живы и в Восточной Африке – у охотников хадза и сандаве, и в Западной – у загадочных догонов Мали. И везде изобразительное творчество служит для связи человека с миром сверхъестественного – то, чему и должно, по представлению африканцев, служить любое искусство.

Гладкие скалы представляют собой идеальный холст для любого художника. Там же, где их нет, африканцы находят другие возможности для творчества. В странах Африки весьма популярным остаётся украшение домов с помощью различных узоров и картин. В Эфиопии оромо любят использовать для этого геометрические фигуры, а в Бенине – полосы белой краски на тёмном фоне, которые, как считается, отпугивают насекомых. Народ дан в Кот-д’Ивуаре украшает свои дома изображениями растений, цветов, животных и рыб, инструментов, даже автомобилей и самолётов. Но одним из самых распространённых является рисунок ладони, наносимый простейшим способом с помощью белой краски по всей внешней стене дома, – древний как мир узор. Встречаются и символические, и религиозные изображения, смысла которых сегодня не помнят даже сами жители хижин. А на одном из домов в Гвинее автор этих строк видел даже грубо изображённый самолёт – современная цивилизация стремительно модифицирует мотивы изобразительного искусства.

В Южной Африке яркими геометрическими орнаментами украшены дома народа ндебеле. Согласно легенде, потерпев поражение от белых переселенцев, повстанцы ндебеле не покорились завоевателям и связь друг с другом осуществляли через узоры на стенах хижин. Только женщины могут расписывать стены домов пальцами, используя известковую побелку в качестве краски. Традиционно цветовая палитра была простой – красно-коричневый, черный и белый цвета (по всей Африке они играют важную символическую роль), и лишь с появлением акриловых красок дома ндебеле заполыхали яркостью, прославившей их на весь мир.

Следует сказать ещё об одном распространённом виде африканской живописи – о росписях лица и тела. Раскрашивать свои тела африканцы любят с древнейших времен. Об этом можно судить по наскальным рисункам в пещерах Тассили-н-Аджер, где тела изображённых людей покрыты различными видами орнамента. В современной Африке эта традиция местами жива по-прежнему.

В Северной Африке и странах Африканского Рога доминирующим материалом для этого вида искусства служит знаменитая хна, лучший друг советских модниц-брюнеток. С помощью хны марокканские женщины покрывают цветами и геометрическим орнаментом всё тело, девушки победнее ограничиваются ступнями и руками до локтя. В Сомали распространён обычай покрывать руки, ноги и шею хной перед свадебными торжествами и важнейшими религиозными праздниками.

Что касается Тропической Африки, то здесь хна не растёт, да и выращивать её нет никакого смысла: на тёмной коже самая затейливая роспись будет лишь еле видна. В Восточной Африке мужчины, женщины и дети раскрашивают тело белой краской, сделанной из известняка, или яркими цветами растительных красок. Рисунки на теле могут указывать на социальный статус, происхождение и семейное положение. Тело воина, выкрашенное определенной краской, становится неуязвимым для врага. Краска на теле может отпугнуть злого духа, зловредного гнома или попросту комаров, как уверяют мальчики-пастухи в долине реки Омо, покрывающие своё обнажённое тело белыми пятнами «под леопарда». В праздник юноши Судана и Эфиопии раскрашивают друг другу лица разноцветными красками, создавая удивительный орнамент из полос и точек. «Язык тела» наполнен символизмом, но сегодня лишь отдельные старики помнят, что означает тот или иной узор. Богатые традиции боди-арта постепенно уходят из Африки, перемещаясь при этом к нам в Европу.

Девочки народности каро раскрашивают белой известью и лицо, и тело. Эфиопия.

Цвет имеет важный символический смысл, причём для разных племён значение может быть разным. Например, красный – цвет крови, для многих групп Центральной Африки он символизирует жизнь, радость, здоровье. Знахари разрисовывают тела больных красной краской, чтобы стимулировать жизненные силы. Белый цвет для некоторых африканских народов символизирует связь с духами предков, хотя в некоторых культурах это цвет недобрых существ. Белый цвет часто используется в церемониях инициации, где он символизирует чистоту. Юноши народа коса (ЮАР) в период инициации каждый день покрывают всё тело белой краской. Белый цвет в данном случае означает очищение и особый переходный статус из состояния ребёнка в статус воина.

Косметике на лице мужчины в Африке уделяют едва ли не больше времени, чем женщины. Раз в год в деревнях народа водабе в Нигере проходит «парад женихов». Молодые люди проводят не один час, нанося друг другу краски на лицо, чтобы выглядеть максимально привлекательно: кожа осветляется, вдоль носа рисуется полоска, чтобы зрительно его сузить, область вокруг глаз и губ затемняется, чтобы выделить белизну глаз и зубов. А молодые мужчины народности сурма в Эфиопии несколько раз в год собираются для ритуальных дуэлей на палках, перед которыми на тела и лица наносится особый орнамент, особый для каждой деревни. Рисунок призван подчеркнуть физические достоинства участника боёв и произвести неизгладимое впечатление на девушек. У их соседей, народности каро, для исполнения ритуальных танцев на тело наносится рисунок, символизирующий различных животных: пятна на груди и спине – леопард, узкие полоски над глазами – антилопа, штрихи на ногах – шакал. Орнамент никогда не повторяется. У нуба в Судане существуют даже своеобразные соревнования, где рисунки на лицах и телах мужчин выносятся на суд всей деревни, которая одобряет удачные композиции и высмеивает нелепые цветовые сочетания или безвкусные этюды в стиле постмодерн.

У народа лоома в Гвинее тела раскрашивают, наоборот, только женщины. По случаю обряда инициации девочки в деревню приглашается художник. Каждая семья хочет выделиться, чтобы на теле их дочери был самый красивый орнамент. Рисунок наносится преимущественно чёрной краской, иногда с добавлением пары штрихов белой.

Роспись одного из эфиопских храмов содержит десятки лиц ангелов – каждое со своим выражением.

В ХХ в., с появлением новых красок и новых образцов для подражания, африканская живопись наконец была перенесена на бумагу и холст. Традиционная любовь африканцев к ярким цветам диктует стиль и моду: и вот уже изображения самых разных сюжетов появляются на кричаще-ярких платьях и головных платках по всей Тропической Африке. Большинство этих тканей по сей день моделируется и производится в Индии или в Европе (а в последнее время чаще в Китае), однако Африка остаётся крупнейшим и самым благодарным потребителем красочных тканей с разнообразными рисунками. Случается, что в саваннах Кении туристам встречается женщина-масаи, единственный предмет одежды которой являет собой набедренную повязку с изображением статуи Свободы или Пизанской башни. Украшение домов и общественных зданий также поднято на новую высоту: ни один владелец маки́ (небольшого ресторанчика) в Западной Африке не откажет себе в удовольствии расписать своё заведение скабрёзными картинками, привлекающими по вечерам мужчин выпить по стаканчику пива и посмотреть футбол. Точно так же и падре из соседней католической церкви с удовольствием закажет себе на стену реалистическое и назидательное изображение грешников, горящих в адском огне.

Появляются и новые стили. Если в первой половине столетия новые африканские художники, ознакомившись с тенденциями европейского искусства, осваивали преимущественно абстрактную живопись и стилистику постмодерна, то после обретения независимости авторы всё больше обращаются к традиции: развивают народные, преимущественно примитивистские мотивы, изображают сцены народной жизни и предпочитают яркие, поистине африканские цвета. Пусть африканские картины лишены перспективы и выглядят немного по-детски на фоне сумасбродных артпроектов европейских музеев, зато африканская живопись снова обрела своё настоящее, уникальное и самобытное лицо.

ГОЛОС АФРИКИ.

Сначала Бог создал барабанщика, потом охотника и кузнеца. Предание мандинка

Даже в самом доисторическом африканском автомобиле магнитола будет работать бесперебойно.

Музыка и Африка неразделимы. Музыка здесь сопровождает человека повсюду, и без неё африканец не может прожить ни единого дня. Прохожие на улицах африканских городов нередко поют на ходу, люди на остановках в ожидании автобуса выстукивают барабанные ритмы рукой на лавочке, а любое публичное учреждение немыслимо без пронзительно хрипящего радиоприёмника или магнитолы. Самое обидное, что можно сказать африканскому водителю: «Сделайте звук потише, пожалуйста». Потише он сделает, но через некоторое время неминуемо сам затянет песню без конца и края, которой хватит на самое длительное путешествие.

Понятие музыки в сознании африканца неразрывно связано и с песней, и с танцем – во многих языках южнее Сахары все эти понятия объединены одним термином. Вероятно, это объединение характерно для большинства традиционных культур, и лишь европейская классическая культура разделила жанры.

Как и другие сферы культуры, музыка всегда воспринималась африканцами в религиозном контексте. Она является неотъемлемой частью любой культовой церемонии, включая деревенские праздники, обряды инициации, свадьбы и похороны. Музыка призвана создать нужное настроение во время религиозного торжества и нередко довести либо участников, либо публику до настоящего экстаза. Священные союзы мужчин в странах Гвинейского залива выработали специальный жанр музыки асафо, обладающий мощным магическим воздействием. Каждому из ритуалов поклонения духам и языческим божествам обычно соответствуют свои музыкальные инструменты, мелодии и песни. Но и церковные службы по всему континенту, от Эфиопии до ЮАР, сопровождаются музыкой, пением и танцами. Молитва в Африке всегда существовала в образе песни и никак иначе, а бой барабана и религиозный танец воспринимаются как самая короткая дорога к Богу.

ПРИБЫВ В XVI В. В ЭФИОПИЮ, ПОРТУГАЛЬСКИЕ МИССИОНЕРЫ БЫЛИ ПОРАЖЕНЫ «РАЗНУЗДАННЫМИ ПЛЯСКАМИ» НА ХРИСТИАНСКИХ ЦЕРКОВНЫХ СЛУЖБАХ. ПОПЫТКА ИХ ЗАПРЕТИТЬ СТАЛА ОДНИМ ИЗ ПОВОДОВ ВОССТАНИЯ ПРОТИВ КАТОЛИКОВ, ПОСЛЕ КОТОРОГО КАТОЛИЧЕСКОЙ И ЭФИОПСКОЙ ЦЕРКВАМ УЖЕ НИКОГДА НЕ УДАВАЛОСЬ ДОГОВОРИТЬСЯ.

Но и в бытовых условиях, напрямую не связанных с религией, музыка и танец участвуют в жизни африканца значительно больше, чем в жизни наших соотечественников. Песня помогает в труде: при коллективных полевых работах в Африке принято петь. Сенуфо, живущие в Кот-д’Ивуаре, организуют целые ансамбли на рисовых полях: барабанщики исполняют дробь, а женщины поют хором, причём песня может быть модифицирована в зависимости от обстоятельств. В неё включают куплеты с похвалами хорошему работнику или подбадривают отстающих. Во время работы по сбору фруктов и овощей африканцы неминуемо приплясывают под песню, что может вызвать удивление – ведь на танец уходит много энергии, – но он очень помогает не уставать от монотонного труда.

Хоровод поющих девушек народности хамар под режущие слух надрывные звуки дудочек, Эфиопия.

Когда в ХIХ в. в Южной Африке создавалась горнодобыча, зулусские рабочие, работавшие в шахтах, изобрели особый стиль хорового пения, основанный на походных военных кричалках государства Квазулу. Этот стиль, получивший названия искатамия, сегодня остаётся весьма популярным в ЮАР.

Бубенчики на ногах танцора создают какофонию, но зато представление получается воистину громким, Руанда.

Военные песни и танцы во все времена воодушевляли армии. Для мощного зулусского войска в ХIХ в. они были одним из самых эффективных средств сплочения солдат, набранных из различных племён, достижения чувства локтя и отваги. У камерунского народа бамум есть легенда о том, что во время кровопролитных войн с фульбе в начале ХIХ в. великий вождь Мбомбо объявил своему народу: каждый, кто принесёт ему голову поверженного фульбе, сможет танцевать вместе с вождём танец мбансие. Эта привилегия настолько впечатлила мужчин, что от вражеских голов при дворе не стало отбоя, а бамум сумели сохранить независимость от фульбе. Сегодня мбансие под аккомпанемент барабанов, колокольчиков и трещоток танцуют все.

Многочисленные варианты музыки и танца существуют для самых разных бытовых нужд, подчас и для весьма экзотических. Во время болезненных медицинских процедур – например, при обрезании – монотонная музыка выполняет роль анестезии. Отрывистая ритмичная мелодия во время родовых схваток способствует удачным родам. У народа дан в Кот-д’Ивуаре существует так называемый лечебный танец, с помощью которого охотники приобретают иммунитет от укусов змеи: при помощи пронзительной психоделической музыки и чрезвычайно энергичного танца вокруг ящика со змеями мужчины доводят себя до исступления, после чего смело хватают ядовитых змей руками. С точки зрения современной медицины это действо вряд ли излечит от яда, однако оно совершенно точно излечивает от врождённого человеческого страха перед змеями.

А в Камеруне есть мелодии, которые используют только во время судебных процессов: истец излагает жалобу в виде придуманной с ходу песни (потому, наверно, песня и называется жалобной). Там же существует мвитонго – особая мелодия, исполнявшаяся только по случаю опалы и казни какого-нибудь царского приближённого. Когда вождь выносил решение о казни, к дому обречённого выдвигался специальный оркестр, который посреди ночи заводил у его ворот мрачную мелодию – сочетание барабанов, гонга и резких выкриков хора. Так как о церемонии никого не предупреждали заранее, жители соседних домов, вероятно, бывали очень недовольны.

В 1970-Е ГГ. В КАМЕРУНЕ РАЗРАЗИЛАСЬ ЗАСУХА, ИЗБАВИТЬСЯ ОТ КОТОРОЙ, ПО МЕСТНОМУ ПОВЕРЬЮ, МОЖНО БЫЛО ЛИШЬ С ПОМОЩЬЮ ТАНЦА МАВУ, ИСПОЛНЯЕМОГО ОБНАЖЁННЫМИ ЖЕНЩИНАМИ ДЕРЕВНИ В ТЕЧЕНИЕ ВСЕЙ НОЧИ. НА УЛИЦАХ ПРИ ЭТОМ НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ МУЖЧИН, А В ДОМАХ – СВЕТА. ГАЗЕТЫ СООБЩАЛИ О СЛУЧАЯХ САМОСУДА, КОГДА РАЗЪЯРЁННЫЕ ТАНЦОВЩИЦЫ НАПАДАЛИ НА ЗАМЕШКАВШЕГОСЯ ПРОХОЖЕГО ИЛИ ПРОЕЗЖИХ ВОДИТЕЛЕЙ, В ИЗУМЛЕНИИ ОСТАНОВИВШИХСЯ ПЕРЕД ТОЛПОЙ ГОЛЫХ ЖЕНЩИН.

Мелодии и танцы в Африке строго классифицированы не только по функциональному, но и по половому, социальному и другим признакам. Если в России любой человек может при желании спеть «Калинку», то ни один африканский мужчина не посмеет исполнить «женскую» песню, крестьянин не дерзнёт сыграть мелодию, предназначенную для вождя, а священный танец масок смертельно опасно танцевать непосвящённому.

Ограничения распространяются и на время и место исполнения музыкальных произведений. Некоторые народы Западной Африки – например, дан или леле – считают возможным музицировать и танцевать только после захода солнца. Народ га (Гана) не может ни петь, ни плясать три недели накануне сбора урожая ямса – это совершенно точно убьёт весь ямс. Ну и конечно, особые ограничения действуют на использование тех или иных музыкальных инструментов, которых в Африке великое множество.

Уличный музыкант с барабаном аккомпанирует танцевальному коллективу на улице Марракеша, Марокко.

Считается, что основой африканской музыки является ритм. Сложнейшие ритмические рисунки африканских музыкальных композиций завораживали, изумляли, иногда отвращали западных исследователей, но все и всегда сходились на том, что ничего подобного в музыке других континентов не существует. Господство ритма означает, что важнейшее значение в африканском ансамбле музыкальных инструментов занимают ударные. И королём музыки, безусловно, во все времена остаётся барабан.

Невозможно описать все разновидности барабана, известные в Африке. Не говоря уже о размерах (которые варьируют от карманного варианта до гиганта весом в сотню килограммов) и формах (от простого цилиндра до U-образного тамтама), барабаны распределяются по различным типам устройства и воспроизведения музыки. Мы с лёгкостью представим себе барабан, издающий звуки при ударе ладонями или палочками, однако в Африке существуют и так называемые фрикционные барабаны, где с помощью трения ладоней о мембрану создаётся особый, неповторимый звук. Оттенки звучания зависят от того, приходится ли удар исполнителя на центр или край мембраны; звук можно менять, натягивая мембрану пальцем свободной руки, а прикасаясь палочкой к звучащей после удара мембране, можно получить звук наподобие тремоло. Существуют барабаны, способные говорить низким «мужским» или высоким «женским» голосом, есть и барабаны-«дети». «Семья» из четырёх барабанов под умелыми руками одного исполнителя способна воспроизвести столько оттенков звука, что, как мы уже рассказывали в главе «Народы и языки», с помощью тамтамов создаётся особый язык для сообщения между поселениями.

СУЩЕСТВУЮТ СВЕДЕНИЯ, ЧТО В СТАРОДАВНИЕ ВРЕМЕНА, ИЗГОТОВИВ БОЛЬШОЙ БАРАБАН, ЖРЕЦЫ ДЕРЕВНИ ОКРОПЛЯЛИ ЕГО КРОВЬЮ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖЕРТВЫ. СЧИТАЛОСЬ, ЧТО БАРАБАН НЕ СМОЖЕТ «ГОВОРИТЬ» ДОЛЖНЫМ ОБРАЗОМ, ПОКА НЕ УСЛЫШИТ ПРЕДСМЕРТНОГО ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ВОПЛЯ. ТАКИЕ ЛЕГЕНДЫ УСИЛИВАЮТ ПОЧТИТЕЛЬНОЕ И БЛАГОГОВЕЙНОЕ ОТНОШЕНИЕ ЛЮДЕЙ К РИТУАЛЬНЫМ МУЗЫКАЛЬНЫМ ИНСТРУМЕНТАМ.

Помимо знакомых нам тамтамов, по всей Африке к югу от Сахары распространены щелевые гонги, выдолбленные из ствола дерева с прорезанной щелью. А в Западной Африке встречаются водяные барабаны – сосуды, наполовину наполненные водой, звук которых из-за этого получается совершенно неповторимым.

Школа тамтамного мастерства проводит урок в одном из городов Гвинеи.

Ударным барабанам обычно сопутствуют металлические колокольчики всевозможных форм, а также различные шумовые инструменты: это пустые тыквы, плоды баобаба или плетёные сумки, наполненные камнями и зёрнами, издающими характерный треск. Танцовщицы в Южной Эфиопии веселятся, привязывая к запястьям и щиколоткам подобие погремушек, которые в их ансамбле являются единственным инструментом.

К каким инструментам отнести западноафриканский балафон – ударным или клавишным, – наука пока не совсем определилась. Его «клавиши» представляют собой дощечки разной длины из твёрдого дерева, под каждой из которых расположена тыква-резонатор. Исполнитель бьёт по клавишам палочками, издавая звуки весьма широкого музыкального ряда – до 20–22 нот. Игра на балафоне считается в Западной Африке весьма уважаемым занятием, и без него не обходится ни один деревенский праздник. Вопреки теориям о его заморском происхождении, балафон является исконно африканским инструментом, засвидетельствованным в империи Мали ещё в ХIV в. По преданию, создатель империи Мали Сундьята захватил балафон у злобного правителя сусу, а игравшего на нём гриота Фасеке Куяте сделал своим приближённым. Сегодняшние Куяте этим весьма гордятся и продолжают славную традицию музыкальной династии.

В ОТЛИЧИЕ ОТ СВОИХ БЛИЗКИХ РОДСТВЕННИКОВ КСИЛОФОНА, ЛИТОФОНА И МЕТАЛЛОФОНА, НАЗВАНИЯ КОТОРЫХ СОДЕРЖАТ ГРЕЧЕСКОЕ ФОН – «ЗВУК», БАЛАФОН С ГРЕЧЕСКИМ ЯЗЫКОМ НИЧЕГО ОБЩЕГО НЕ ИМЕЕТ: С ЯЗЫКОВ МАНДЕН ЕГО НАЗВАНИЕ BALA-FÕ ПЕРЕВОДИТСЯ КАК «ИГРАТЬ НА БАЛА», А СХОДСТВО С НАЗВАНИЯМИ ЕВРОПЕЙСКИХ ИНСТРУМЕНТОВ ЯВЛЯЕТСЯ СОВПАДЕНИЕМ.

Простейший струнный инструмент, по сей день используемый в Африке – так называемый земляной лук, где струна-жила привязывается к верхушке небольшого дерева и балансируется камнем у самой земли. Сейчас его чаще изготавливают дети, но в магических целях земляной лук по-прежнему незаменим, ведь он способен издавать действительно жуткие звуки. Прочие струнные инструменты более приятны уху: это всевозможные виды арфы, цитры и лютни. Весьма вероятно, что некоторые из них не были изобретены в Африке, но распространились здесь несколько тысяч лет назад с Ближнего Востока (откуда многие из них попали и в Европу). Сложнейшим струнным инструментом является ко́ра – главное орудие знаменитых гриотов Западной Африки. Кора изготавливается из большого калебаса, обтягивается кожей и имеет двадцать одну струну из жил антилопы, которые при звучании отдалённо напоминают блюзовые гитарные композиции. Играют на ней обеими руками. Сложность изготовления и высокое искусство игры привели к тому, что уважение к коре очень велико – камерунский национальный гимн так и называется «Троньте струны вашей коры, ударьте в балафоны».

Среди духовых инструментов в Африке наиболее распространены различные разновидности флейт, в том числе «флейты Пана», где несколько флейт различной длины связаны в единую духовую «установку». Такие флейты описывал в своих дневниках ещё Васко да Гама в ХV в. Во многих районах во время празднеств мужчины и женщины извлекают различные, на первый взгляд весьма беспорядочные, звуки из коровьих и антилопьих рогов, свистков и гигантских труб из слоновой кости, однако в целом трубы в Африке распространены менее широко, чем флейты.

Танцор на площади ночной деревни пляшет под ритм тамтамов и музыку дудочек, Кот-д’Ивуар.

Сложно сказать, что появилось в Африке раньше – вокальное пение или мелодии, извлекаемые первыми музыкальными инструментами. В любом случае хоровое пение остаётся и сегодня, спустя много тысячелетий, самой распространённой музыкой и одним из самых любимых занятий африканцев. Причём, в отличие от наших академических хоровых композиций, африканская песня обычно представляет собой диалог между запевалой и хором или двумя группами участников, на манер старой русской игры в бояр. Песня – особый тип коммуникации. Солист начинает куплет вопросом или восклицанием – которые всякий раз могут оказаться импровизацией, – а остальные участники завершают его ответом или заканчивают фразу. Каждый из участников хора тянет свою партию до тех пор, пока хватит воздуха, и часто обрывает свою партию на полуслове, но так как все вдыхают в разное время, то песня продолжается. Солист может варьировать текст песни, даже её мелодию, тогда как партия хора остаётся неизменной: обе части повторяются несколько раз в разных звуковысотных комбинациях. Используя такую технику, африканцы создают песни, состоящие из шести, восьми и более частей (путём повторений, изменения последовательности или введения новых элементов). Так как песня при каждом исполнении заметно модифицируется, записывать её не имеет никакого смысла. Всё содержание композиции зависит от контекста, от текущей ситуации, и цель такой музыки – прежде всего социализация людей в рамках единой общности. Это и делает африканскую песню столь непохожей на европейскую, которая прежде всего является выражением чувств индивида.

Ансамбль туарегов исполняет песню а капелла, аккомпанируя себе только ладонями, Мали.

Практика создания вокальных произведений «с ходу» известна во многих районах Африки. Целители бушменов слышат особую мелодию во сне накануне культовой церемонии: наутро каждый член охотничьей группы прибавляет к ней свою партию, в результате чего получается полифоническая хоровая композиция, которая затем коллективно исполняется в ходе праздника. Примерно так же происходит сочинение музыкальных произведений и у охотников экваториального леса. Разумеется, при этом их создатели всё равно ориентируются на те мелодии, которые уже слышали ранее, и действуют, таким образом, строго в традициях своей культуры.

Африканская музыка, как и скульптура, в ХХ в. неожиданно для многих оказала мощное влияние на формирование современной музыкальной культуры. Целый ряд направлений современной западной музыки имеет корни в культуре африканских рабов, вывезенных в страны Северной и Южной Америки в предшествующие столетия. Ритмы и мелодии, исполнявшиеся рабами на юге Соединённых Штатов, получили распространение после отмены там рабства в 1865 г., и спустя несколько десятилетий Южный Орлеан стал столицей зарождавшихся направлений мировой музыки – джаза, блюза и спиричуэлса. В ранних композициях так называемого сельского блюза, например, отчётливо заметны приёмы, используемые по сей день в хоровых рабочих песнях Сахеля и саванн Западного Судана. Так африканская музыка, пройдя путь в сотни лет и тысячи километров, стала известной по всему миру. А в 1960-е созданный на Карибских островах стиль рэгги, также впитавший в себя ритмическую музыку африканских рабов, вернулся в Африку.

Африканский танец, в свою очередь, тоже сумел оставить свой глубокий след в современной мировой танцевальной культуре. Латиноамериканская румба зародилась в бараках рабов на кубинских сахарных плантациях, где преобладающим влиянием пользовались выходцы из Конго и Анголы, ещё помнившие африканские танцы юка и макута. Зародившийся среди освобождённых потомков африканских рабов на улицах бразильского города Баия в конце ХIХ в., танец самба быстро распространился по всей стране и стал не только визитной карточкой бразильского карнавала, но и одним из символов Южной Америки в глазах всего мира. Его истоки видят в традиционных танцах островов Зелёного Мыса и Конго. Аргентинское танго тоже появилось на свет не в последнюю очередь благодаря кандомбе – танцам уругвайских чернокожих рабов, некогда привезённых сюда из Южной Африки.

Танцоры на ходулях ждут своего выхода, чтобы принять участие в священном танце масок, Мали.

Впрочем, парного танца типа танго в Африке, конечно, не встретишь. Танцы здесь вообще обычно распределены по половому признаку, и даже если к танцу допускаются и мужчины, и женщины, касаться друг друга им строго запрещено. Танец вообще существует вовсе не для развлечения, хотя эту функцию он, конечно, несёт. Но первичное значение танца, как и музыки, в целом религиозное. Это относится в первую очередь к танцам масок, далёких предков южноамериканских карнавалов, в которых имеют право принимать участие лишь специально обученные танцоры, одевающиеся в костюмы тотемных животных, божеств, духов или предков. Танцы масок активно используются при похоронах вождей, при инициации юношей и девушек, во время других культовых церемоний.

ОДНИМ ИЗ САМЫХ ИЗВЕСТНЫХ ТАНЦЕВ АФРИКИ ЯВЛЯЕТСЯ АДУМУ – ТАНЕЦ ВОСТОЧНОАФРИКАНСКОГО НАРОДА МАСАИ, ТРАДИЦИОННО ИСПОЛНЯВШИЙСЯ ПО СЛУЧАЮ ИНИЦИАЦИИ ВОИНОВ, А СЕГОДНЯ ЧАЩЕ В КАЧЕСТВЕ ПРИВЕТСТВИЯ БЕЛЫХ ТУРИСТОВ. ОН ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО ОДИН ИЛИ ДВОЕ УЧАСТНИКОВ СТАНОВЯТСЯ В ЦЕНТР КРУГА И ИЗО ВСЕХ СИЛ ПРЫГАЮТ В ВЫСОТУ ПОД ХОРОВОЙ АККОМПАНЕМЕНТ. ЗАТЕМ ИХ СМЕНЯЮТ СЛЕДУЮЩИЕ ПРЫГУНЫ. СОБСТВЕННО, В ЯЗЫКЕ МАСАИ СЛОВО АДУМУ И ОЗНАЧАЕТ «ПРЫГАТЬ».

Практически любой танец в Африке призван изобразить какую-либо сцену или сымитировать поведение того, кого представляет собой танцор. Некоторые исследователи полагают, что танец и зарождался как спектакль – наподобие тех танцев-пантомим, которые известны сегодня у пигмеев Центральной Африки. Во время танца они рассказывают аудитории о прошедшей охоте, движениями имитируя поочерёдно крадущегося охотника, настороженную собаку, пугливую антилопу или агрессивного лесного слона. В Южной и Западной Африке известны танцы воинов, имитирующие схватку с врагом. Впоследствии такой танец становится более символичным, однако и сегодня танцы скотоводов имитируют движения быков, а танцор в маске повторяет движения, характерные для животных или людей, дух которых вселяется в него во время танца.

Африканский танец – это отражение африканской жизни: и рассказ, и театр, и концерт одновременно.

НОЛЛИВУДСКАЯ УЛЫБКА.

Я понял: чтобы достучаться до своего народа, мне придётся научиться снимать кино. Увидеть и понять фильм смогут и неграмотные. Режиссёр Сембен Усман

Что мы знаем об африканском кинематографе? В нашей стране африканские фильмы широкому зрителю практически не демонстрируются, а киноманам известен разве что южноафриканский хит «Боги, должно быть, сошли с ума» (1981) и его продолжение. На больших экранах африканские фильмы появляются крайне редко, и то в основном в рамках кинофестивалей, и «чёрное» кино почти никому не известно, разве что редким и искушенным киноманам, готовым потратить и время и силы на поиски африканских бриллиантов в недрах всемирной сети. Африканский кинематограф сегодня развивается семимильными шагами. Его считают одной из новых мировых киношкол. В одной Нигерии ставший уже знаменитым Нолливуд выпускает в месяц 200 фильмов, обойдя по этому показателю все кинокомпании США, вместе взятые. Доход нигерийской киноиндустрии в год достиг 250 млн долл.

А ведь, как писал Жорж Садуль во «Всеобщей истории кино», «в 1960 году, через 65 лет после изобретения кинематографа, еще не было создано ни одного подлинно африканского полнометражного фильма, то есть написанного, сыгранного, снятого и смонтированного африканскими неграми и озвученного на одном из африканских языков».

СОГЛАСНО ОТЧЁТУ ЮНЕСКО, В 2006 Г., В ПЕРИОД РАСЦВЕТА «ДОКРИЗИСНОГО» КИНЕМАТОГРАФА, В ИНДИИ БЫЛ ВЫПУЩЕН 1091 ФИЛЬМ, В НИГЕРИИ – 872, А В США – 485.

Кинематограф Африки развит неравномерно. После того как в 1909 г. тунисский фотограф Шмама Шикли заснял родной город на киноплёнку с воздушного шара, лидерство в кино на африканском континенте на несколько десятилетий заняла Северная Африка. В Египте в 1927 г. на экраны страны вышел первый художественный фильм – «Лейла» А. Галаля, а уже в следующем десятилетии страна стала лидером не только африканского, но и ближневосточного кинематографа. Как в ранних, так и в последующих египетских лентах преобладают рвущие душу мелодрамы с их гиперболизированными до степени ненатуральности страстями и героями, лишёнными рассудка от любви или ненависти. В центре сюжета, как правило, находятся влюбленные, попавшие в роковые обстоятельства и вынужденные переносить множество испытаний и житейских трудностей. Но в финале, преодолев все преграды, вызванные кознями злоупорных соперников и примкнувших к ним родичей, они соединяются в законном исламском браке.

К египетскому кино в середине века прибавляется алжирское: здешние режиссёры были хорошо знакомы с гениями французского кинематографа и прошли во Франции отличную школу киноискусства. В 1970-е гг. алжирское кино по многим показателям начинает превосходить египетское. Однако в этот период к югу от Сахары уже складывается кино Чёрной Африки. Колониальный период оставил новым независимым государствам Африки лишь мизерное число кинотеатров, принадлежащих в основном западным компаниям (в Того в 1960 г. функционировал только один, а в Нигере – два кинозала), но не оставил ни съемочных павильонов, ни лабораторий, ни специалистов, ни киношкол. Правда, службы кино в той или иной форме существовали во всех африканских колониях, но в их задачи не входило создание национального киноискусства. Ленты, которые они выпускали или помогали выпускать, разумеется, не имели отношения к суверенитету народов Африки. В лучшем случае эти картины входили в «тарзанью» серию, в худшем – прославляли империалистические походы западных колонизаторов. Таков, например, был фильм «Люди двух миров» Т. Дикинсона, оправдывающий британское господство в Африке. К югу от Сахары кино снимали только европейцы, используя Африку в качестве экзотической декорации.

Сембен Усман.

Хотя повсеместно считается, что день выхода на экраны фильма «Borom Sarett» выдающегося сенегальского режиссера Сембена Усмана (1963) является днём рождения нового африканского кинематографа, первые собственные фильмы появились в Тропической Африке ещё в 1950-х. Пионерская лента, снятая африканцем на Чёрном континенте, – документальная картина суданца Гадаллы Губара «Песнь Хартума». Он показал Хартум того времени: в фильме современный город, архитектура, магазины, ночные клубы, мода, перемежаются с фольклорными элементами танца мечей. Автор «Borom Sarett» пошёл по иному пути: в своём рассказе о жизни возчика, пострадавшего от внедряемых новой администрацией порядков, он защищает интересы бедняков Дакара, одного из зарождавшихся африканских мегаполисов. Этот короткометражный фильм, знаменующий собой символическое обретение голоса, способствовал пробуждению самосознания и проторил дорогу целым поколениям кинематографистов, глубоко укоренённых в культуре родного континента.

В начале 60-х гг. первые документальные фильмы стран Черной Африки появились почти одновременно в нескольких странах: в Сенегале это документальная лента П. Вьейра «Рождение нации», рассказывающая о борьбе страны за национальную независимость; в Нигере – «Ауре», этнографический фильм, воспроизводящий свадебные обряды народов страны; в Камеруне – кинорепортаж Ж. П. Нгасса «Путешествие во Францию» об африканских студентах, обучающихся в Париже; в Гане – лента Т. А. Дэниелса «Пришла свобода», рассказывающая о жизни страны со дня провозглашения независимости (1957) до военного переворота 1966 г. Вообще документальное кино, рассказывающее об освобождении страны от колонизаторов и последующей героической борьбе правящего режима за свободу и счастье народа, на годы стало основным жанром африканского кино, в котором игровые ленты снимались значительно реже. Почти все африканские режиссеры прошли школу документального кино. Его сильное влияние на киноискусство – одна из основных особенностей кинематографа Африки. Другая его особенность – связь с фольклором, традиционной культурой. Сплав этих начал образует своеобразный эстетический облик африканского киноискусства.

БЮДЖЕТ ТИПИЧНОГО НОЛЛИВУДСКОГО ФИЛЬМА СОСТАВЛЯЕТ ОКОЛО 15 ТЫС. ДОЛЛАРОВ. СЪЕМКИ КАРТИНЫ ПРОДОЛЖАЮТСЯ ПРИМЕРНО НЕДЕЛЮ И ПРОХОДЯТ «НА НАТУРЕ» – НИКАКИХ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫХ ПАВИЛЬОНОВ ИЛИ ДЕКОРАЦИЙ. ЕСЛИ, НАПРИМЕР, НИГЕРИЙСКИЙ РЕЖИССЕР ХОЧЕТ СНЯТЬ СЦЕНУ В ОФИСЕ, ТО ОН ИДЕТ В НАСТОЯЩИЙ ОФИС И ДОГОВАРИВАЕТСЯ ОБ АРЕНДЕ ПОМЕЩЕНИЯ НА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ.

Считается, что первым полноценным фильмом нигерийского Нолливуда стала картина К.О. Рапу «Жизнь в путах» (Living in Bondage, 1992), представлявшая собой мистический триллер вполне в традициях африканской культуры. Главный герой картины в поисках богатства решает стать членом религиозной секты и приносит в жертву свою жену. Ему действительно удаётся разбогатеть, однако его начинает преследовать дух погибшей супруги. Этот фильм не попал в кинотеатры, которых в то время в Нигерии становилось все меньше и меньше, а был выпущен сразу на видеокассетах. Дело в том, что у продюсера картины скопилось большое количество кассет с иностранными фильмами – вот он и записывал поверх них собственное творение. «Жизнь в путах» стала не только хитом континентального масштаба (фильм получил премию Африканской киноакадемии), но и примером для подражания для многочисленных последователей Рапу.

За последние годы развились и другие киношколы, а африканский кинематограф подарил миру нескольких признанных мастеров. Среди них – Абдеррахман Сиссако из Мали («Жизнь на Земле» 1998, «Heremakono» 2002, «Бамако» 2006), Махамат Салех Харун из Чада («Abouna» 2002, «Daratt» 2006, «Плачущий человек» 2011), Флора Гомес («Po di Sangui» 1996, «Nha Fala» 2002), Ньютон Адуака из Нигерии («Эзра» 2007). Фильм Гэвина Худа «Цоци» (2005) получил премию «Оскар» за лучший зарубежный фильм.

Мировое увлечение традиционной, «этнической» культурой породило множество фильмов об Африке и в европейском, и в американском кинематографе. Это кино, действие которого разворачивается в Африке или связано с событиями, происходящими на территории континента, как, скажем, «Переводчица» С. Поллака (2004). Раньше Поллак уже снимал кино об Африке, описав Кению в ленте «Из Африки» (1985). Но некогда кино об Африке было не так политизировано: даже знаменитая картина военных лет «Касабланка» М. Куртиса (1942), события которой происходят в Марокко, политики касается лишь во вторую очередь – помните эпизод с бутылкой воды «Виши», которую французский офицер бросает в мусорную корзину, олицетворяя этим разрыв с вишистским прогитлеровским правительством? Но в целом это скорее мелодраматический, а не политический фильм.

В последние десятилетия политика вышла уже на первый план в кинолентах об Африке. К примеру, «Последний король Шотландии» К. Макдональда (2006) захватывает не только актёрской работой, наигранной на номинацию Оскара Форестом Уитейкером, но и эффектным диктатором Уганды Иди Амином на экране. Много фильмов вышло о событиях в ЮАР, о расовой дискриминации и о политике апартеида, например «В моей стране» Д. Бурмана (2004) с Самуэлем Джексоном и Джульетт Бинош в главных ролях, фильм рассказывает о судебном процессе над «руками» апартеида. Сложный переходный период в истории ЮАР в период правления Нельсона Манделы блестяще отразил К. Иствуд в своём биографическом фильме «Непокорённый» (2009), дважды номинированном на «Оскара». В 2006 г. вышел «Кровавый алмаз» Э. Цвика о контрабанде алмазов в Сьерра-Леоне. Советских и российских фильмов об Африке по сей день насчитывается очень мало, но знаменитый сериал В. Фокина «ТАСС уполномочен заявить» (1984) тоже по своей природе политическое кино.

Кроме политических и социальных проблем континента, козырной картой любого кино об Африке всегда были необычайные природные красоты континента. Отдельным направлением африканского кино можно считать кино о природе, о диковинных животных и птицах континента, а также о знаменитом африканском сафари. Да и о её самобытных народах – ведь уже упоминавшаяся картина «Боги, должно быть, сошли с ума» притягивает прежде всего описанием удивительного быта и культуры бушменов.

Древние города и природные ландшафты Марокко давно стали популярными декорациями для съёмок десятков голливудских фильмов. Глиняные крепости южного Марокко фигурируют в «Царстве рая», «Гладиаторе», «Последнем искушении Христа» и, конечно, незабываемом «Лоуренсе Аравийском» – однако список этот можно продолжать долго. Центром киноиндустрии Марокко является город Уарзазат, где монтаж и демонтаж декораций, кажется, не прекращается ни на минуту.

В целом же Африка предоставляет неисчерпаемое количество сюжетов и тем для кино. Любители приключенческого фильма могут вспомнить о похождениях Индианы Джонса и Алана Куотермейна на Чёрном континенте, а поклонники анимации – «Короля Льва» и многосерийный «Мадагаскар». Мелодраматическое искусство включает недавний европейский фильм Ш. Хормана «Цветок пустыни» (2009) о более чем нелёгкой судьбе сомалийской фотомодели Варис Дарие.

Несмотря на наличие интереса к обширному спектру продукции африканского кино, кинематограф здесь продолжает испытывать большие трудности, связанные с недоразвитым кинопрокатом, слабостью производственной базы и узостью национального кинорынка. С самых первых дней обретения независимости контроль над киноаудиторией прочно держат западные прокатные фирмы: ранее французские, а сегодня американские. На экранах стран Африки повсеместно господствуют американские блокбастеры, зачастую демонстрирующие подход к освещению действительности, весьма далёкий от африканской культуры, например, в Габоне доля американского кино составляет 94 % проката. Они определяют и вкус современного потребителя. Национальное африканское кино в условиях свободного предпринимательства постоянно находится под угрозой гибели.

«МОЖНО ЛИ ВСЕРЬЕЗ ГОВОРИТЬ ОБ АФРИКАНСКОМ КИНО? – СПРАШИВАЕТ СЕНЕГАЛЬСКИЙ РЕЖИССЁР СЕМБЕН УСМАН И САМ ЖЕ ОТВЕЧАЕТ: – МЫ ПОКУПАЕМ ПЛЁНКУ В ЕВРОПЕ И ТУДА ЖЕ ПОСЫЛАЕМ ЕЁ ДЛЯ ОБРАБОТКИ. ПРОКАТ НАШИХ ФИЛЬМОВ ЧАЩЕ ВСЕГО ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ НЕАФРИКАНСКИМИ ФИРМАМИ И ОРГАНИЗАЦИЯМИ. ИЗ-ЗА ГРАНИЦЫ ЖЕ ПОСТУПАЮТ СКУДНЫЕ ФИНАНСОВЫЕ СРЕДСТВА, КОТОРЫЕ НАМ УДАЁТСЯ РАЗДОБЫТЬ. В СУЩНОСТИ, ОСНОВНЫЕ ТРУДНОСТИ ЛЕЖАТ В СФЕРЕ ПРОИЗВОДСТВА И ПРОКАТА, ТАК КАК БЕЗ ФИНАНСИРОВАНИЯ КИНО РАЗВИВАТЬСЯ НЕ МОЖЕТ. ЧАСТНЫХ ПРОДЮСЕРОВ В САМИХ АФРИКАНСКИХ СТРАНАХ ОЧЕНЬ МАЛО, А БЮДЖЕТЫ НАШИХ ГОСУДАРСТВ СЛИШКОМ СКРОМНЫ, ЧТОБЫ ВЫДЕЛИТЬ БОЛЕЕ ИЛИ МЕНЕЕ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЕ СУММЫ НА РАЗВИТИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ КИНОПРОМЫШЛЕННОСТИ».

Африканские кинематографисты стремятся сплотить свои силы. В странах Западной Африки создан Межафриканский консорциум распределения кинопродукции, который призван монопольно распоряжаться импортом, экспортом и распределением картин среди стран-участниц, передавая часть вырученных денег для субсидирования съемок африканских фильмов. Образован Межафриканский центр кинопроизводства, который должен обеспечивать кинематографистов Тропической Африки материалами и кинооборудованием. C 1966 г. в Тунисе проводится Карфагенский кинофестиваль арабских и африканских стран. Особое значение приобрел Всеафриканский кинофестиваль, международно признанное событие не только на африканском континенте, но и в мире в целом, проводимый раз в два года в Уагадугу, столице Буркина-Фасо. Главный приз этого фестиваля – «Скакун Иенненги» – символизирует движение африканского кино вперёд и вверх.

Двигаясь туда, африканское киноисскуство способно обогатить палитру мирового кино в любом жанре, от документального до аниме. Для интересующегося и любознательного зрителя Африка таит много неизведанного и маняще самобытного.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Громыко А. А. Маски и скульптура Тропической Африки.

М.: Искусство, 1984.

Одна из немногих в российской науке монографий, посвящённых основному жанру африканского искусства. Читается запоем, с первых страниц погружая в аромат непознанного: мистический и в буквальном смысле слова многоликий мир африканской скульптуры.

Дэвидсон Б. Африканцы: введение в историю культуры.

М.: Наука, 1975.

Ещё один труд знаменитого и очень популярного в Советском Союзе британского африканиста: на этот раз речь пойдёт о том, какие процессы сыграли важнейшую роль в формировании культурного облика нынешней Африки и какие удивительные метаморфозы пришлось пережить африканской культуре за тысячелетия.

Казанков А. А. Традиционная музыка Африки.

М.: Институт Африки РАН, 2010.

Лёгкое для прочтения (может быть, местами даже чересчур) научное исследование музыкальных инструментов и стилей традиционной африканской музыки. Если вам интересно, как устроен знаменитый тамтам или как научиться играть на коре, эта книга не имеет себе равных в отечественной литературе.

Коростовцев М. А. (ред.). Искусство народов Африки: очерки художественной культуры с древности до настоящего времени.

М.: Искусство, 1975.

Отличное введение в африканскую культуру от самых истоков – Древнего Египта – и до современности. Каждый период или регион представлен обзорной статьёй, так что по прочтении книги вполне можно считать себя не новичком в изучении скульптуры, живописи, музыки африканского континента.

Кулик Е. Г. Многоликий мир африканского кино.

М.: Наука, 1993.

Уникальная работа, всесторонне рассматривающая киноискусство Тропической Африки. История становления кинематографа на континенте неразрывно переплетена с фольклором, литературой, традиционным театром. Книга знакомит с основами африканского киноискусства и является ценным материалом, систематизирующим основные вехи его развития.

Лот А. В поисках фресок Тассили.

М.: Издательство восточной литературы, 1962.

Захватывающее повествование из первых уст от первооткрывателя многих потрясающих шедевров доисторической живописи на сахарском плато Тассили-н-Аджер. Интересно читать обо всём: о ежедневных новых открытиях, о стилях живописи древнего человека и о том, как сложно приходилось исследователю выживать и работать в глубинах пустыни.

Мириманов В. Б. Искусство Тропической Африки.

М.: Искусство, 1986.

Научная книга открывает читателю всё разнообразие африканского искусства, показывая его эволюцию от ретроспективной реконструкции до современности. Интерес представляет и то, что традиционная культура, выраженная в искусстве, позволяет реконструировать историю народов, не знавших письменности, а также подчёркивает уникальность каждого этноса.

Hahner-Herzog I. & al. African Masks: the Barbier – Mueller Collection.

Prestel, 2002.

Описание одной из крупнейших западных коллекций африканских масок даёт прекрасный типологический обзор, множество деталей культуры масок и танцев Африки, но главное достоинство книги – богатый иллюстративный материал: не только сами маски, но и исторические фотографии танцев и танцоров.

Hale T. Griots and Griottes: Masters of Words and Music.

Indiana University Press, 1998.

О гриотах, их феноменальной памяти и их исчезающем древнем искусстве. Книга снабжена множеством текстов, записанных у последних мастеров неписаного эпоса Западной Африки.

Религия и мифология.

Это великие идолопоклонники: у них нет никакого закона, и люди они самые жестокие. О плаваниях мессера Да Мосто, венецианского дворянина», ХV в.

Несмотря на то что в сознании многих из нас африканские религии прочно связаны с танцами масок, человеческими жертвоприношениями и шаманскими тамтамами, сегодняшняя Африка уже совсем иная – по крайней мере внешне. На большей части её территории безраздельно господствуют мировые религии – ислам и христианство, ведя между собой непрерывную борьбу за сферы влияния в самом центре континента. Границы между ними, примерно обозначенные на карте, весьма условны и находятся в постоянном движении. Примерно равное количество африканцев называют себя последователями обеих религий, однако на груди многих из них вместо креста по-прежнему видны амулеты из заговорённых трав, а в кармане вместе с Кораном по-прежнему лежит маска-оберег от злых духов.

Христианство (желтым) и ислам (зеленым) в Африке.

КРЕСТ И ТОТЕМ.

Процесс проникновения мировых религий из ближневосточного очага их возникновения начался ещё две тысячи лет назад. Христианство имело естественную фору в шесть веков и за это время сумело закрепиться в Северной Африке и в регионе Африканского Рога, где Аксумская империя стала одним из первых в мире христианских государств.

ТРУДНО СКАЗАТЬ, ЧТО ЗАСТАВИЛО АКСУМСКОГО ЦАРЯ ЭЗАНУ В IV В. ПРИНЯТЬ ВЕРУ В ХРИСТА, НО ПО ЕГО НАДПИСЯМ НА СТЕЛАХ В ЧЕСТЬ ВОЕННЫХ ПОБЕД МОЖНО СУДИТЬ О ЛЮБОПЫТНОЙ ДИНАМИКЕ ПРЕВРАЩЕНИЯ ЯЗЫЧНИКА В ПРАВОВЕРНОГО ХРИСТИАНИНА. ЕСЛИ РАННИЕ СТЕЛЫ НАЗЫВАЮТ ЭЗАНУ «СЫНОМ БОГА МАХРЕМА», ТО ПОЗЖЕ ЦАРЬ УЖЕ ДЕЙСТВУЕТ СИЛОЙ НЕКОЕГО АНОНИМНОГО «ВЛАДЫКИ НЕБЕСНОГО», И ЛИШЬ НЕМНОГО ПОГОДЯ В НАДПИСЯХ ПОЯВЛЯЕТСЯ И ТРОИЦА. ВЕСЬМА ВЕРОЯТНО, ЧТО ПЕРЕХОД К ХРИСТИАНСТВУ В СОЗНАНИИ МОНАРХА ОСУЩЕСТВЛЯЛСЯ В НЕСКОЛЬКО ЭТАПОВ.

Римские города сегодняшних Туниса, Ливии и Алжира были в числе крупнейших христианских центров, в Северной Африке жили и творили такие Отцы Церкви, как Блаженный Августин (родившийся в Алжире), Тертуллиан и Киприан Карфагенские, Кирилл Александрийский. Однако после первого арабского нашествия в VII в. здесь начинается массовое обращение местного населения в ислам, а следующие с ХI в. волны миграций воинственных арабских бедуинов и всплески религиозных гонений вовсе вытеснили христиан из городов и сёл в монастыри. Вероятно, последние христианские общины в южном Тунисе существовали ещё в ХV в. Лишь египетским христианам-коптам удалось сохранить до сегодняшнего дня довольно крупную общину (до 10 % населения страны) и собственного патриарха в Александрии. Коптские богослужения, одни из самых красивых в христианском мире, по сей день проводятся на языке, восходящем напрямую к языку Древнего Египта, хотя в быту сегодняшние копты говорят уже только на арабском.

Эфиопский монах демонстрирует изображения средневековой монастырской Библии.

Эфиопская церковь тоже сумела успешно справиться с нашествиями мусульман. Пережив падение Аксумской империи, многочисленные периоды расцвета и распада государства, эфиопские христиане и сегодня – самая многочисленная конфессия в своей стране. В России распространено ошибочное мнение, что Эфиопская церковь придерживается православия, но это не так. Большинство эфиопов, как и их египетские собратья копты, монофизиты, они верят в божественную природу Христа, но отрицают его вторую, человеческую сущность. В этом и во многом другом принято видеть сильное влияние иудаизма. И действительно, Ветхому Завету здесь следуют не менее последовательно, чем Евангелию. Например, эфиопские христиане продолжают почитать пищевые запреты, установленные Моисеем (согласно его предписанию, употреблять в пищу можно только животных с разделённым копытом, жующих жвачку), используют особый способ приготовления кошерного мяса, делают обрезание мальчикам на восьмой день жизни и празднуют субботу наряду с воскресеньем. В обрядности и символизме эфиопских христиан сильны элементы, пришедшие, видимо, из древних африканских обычаев. К ним относятся, например, экзальтированные танцы, пение и игра на барабанах во время богослужений, а также обычай татуировать лоб или запястье христианским крестом.

Эфиопские храмы также весьма своеобразны по своей структуре. В центре церкви располагается табот, символ ковчега Завета, который, по преданию, был некогда похищен со Святой земли и перевезён в Аксум. Этот архитектурный элемент позаимствован, как полагают, из эпохи ветхозаветных иудейских храмов в Палестине. Табот запрещено видеть мирянам, так что открытыми для посещения являются, по сути, только преддверия святая святых. Поэтому службы в эфиопских храмах проводятся на свежем воздухе, где одетые во всё белое прихожане в течение пяти-шести часов молятся, поют и танцуют. Стены церквей, украшенные многочисленными росписями библейских сюжетов (включая, например, живописную сцену вырезания богом ребра Адама с целью создания Евы), вполне заменяют неграмотным прихожанам тексты Священного Писания.

Некоторые эфиопские иконы содержат труднообъяснимые с точки зрения европейских христиан сюжеты.

В ОТЛИЧИЕ ОТ ЕВРОПЕЙСКИХ ХРАМОВ, РОСПИСИ И ИКОНЫ ЭФИОПСКИХ ЦЕРКВЕЙ ПРАКТИЧЕСКИ НЕ ОГРАНИЧЕНЫ СОДЕРЖАНИЕМ. ЗДЕСЬ ВО МНОЖЕСТВЕ ИЗОБРАЖАЮТСЯ СЦЕНЫ С УЧАСТИЕМ БОГА ОТЦА, СВЯТОГО ДУХА, ГЕРОЕВ ВЕТХОГО И НОВОГО ЗАВЕТОВ. ЧЛЕНЫ СВЯТОЙ ТРОИЦЫ РАСПОЛАГАЮТСЯ РЯДОМ В ВИДЕ ТРЁХ БОРОДАТЫХ МУЖСКИХ ФИГУР, СХОЖИХ, КАК БЛИЗНЕЦЫ. НЕКОТОРЫЕ ИКОНЫ СОДЕРЖАТ ЛЮБОПЫТНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ДОХРИСТИАНСКИХ ВЕРОВАНИЙ. А ОДИН ИЗ ЦЕНТРАЛЬНЫХ СОБОРОВ АДДИС-АБЕБЫ УКРАШЕН РОСПИСЬЮ, ПРЕДСТАВЛЯЮЩЕЙ ВЫСТУПЛЕНИЕ ИМПЕРАТОРА ХАЙЛЕСЕЛАССИЕ ПЕРЕД ЛИГОЙ НАЦИЙ 30 ИЮНЯ 1936 Г.

В течение столетий Эфиопия существовала в изоляции от остального христианского мира. Возможно, что средневековые европейские легенды о «пресвитере Иоанне», могущественном христианском владыке, живущем за восточными морями, относятся именно к эфиопскому государству. Войти в контакт обеим христианским цивилизациям удалось лишь в ХVI в., но отношения между Европой и Эфиопией никогда не складывались просто. В течение последних пяти столетий европейские католики неоднократно пытались сблизить эфиопские ритуалы с католическими, но дело неизменно заканчивалось изгнанием европейцев из страны, так что уникальное эфиопское христианство, почитающее на равных и Ветхий и Новый Завет, продолжает существовать в своём первозданном виде.

Европейское проникновение на новый материк начиная с ХV в. наравне с мечом осуществлялось и при помощи креста. В 1491 г. португальским миссионерам удалось крестить королевскую семью Конго, что, правда, существенно не повлияло на религиозные верования населения страны. Почти триста лет христианские короли Конго правили своими подданными, исповедовавшими традиционные религии, что в итоге стоило государству жизни. В некоторых странах Западной Африки правители также крестились, надеясь таким образом приобрести надёжных и могущественных союзников в лице европейских держав, снабжавших своих африканских единоверцев огнестрельным оружием. Однако чаще всего крещение оказывалось кратчайшей дорогой к социальной нестабильности, быстрому развитию работорговли и в конечном итоге гибели самих африканских государств.

Решительное наступление христианства на африканский материк началось лишь в конце ХIХ в., вскоре после того, как европейские державы начали его раздел на колониальные владения. Библия ненамного опередила винтовку, но всё же миссионеры появились во многих глубинных районах Африки раньше солдат. Многие известные путешественники, открывшие Африку для европейцев XIX столетия, были миссионерами, хранившими идеалистические представления о благах просвещения, которые принесёт европейская цивилизация племенам аборигенов. Миссионеры принесли в Тропическую Африку современную медицину, образование, новые технологии сельского хозяйства и управления. Они же внесли основной вклад в уничтожение уникальных африканских государств, культур и религий, о многих из которых мы уже никогда не узнаем. Миссионеры несли африканцам добро и зло в равной пропорции, но в любом случае сыграли чрезвычайно важную роль в истории. Одним из них был и знаменитый шотландец Давид Ливингстон, один из наиболее выдающихся путешественников по Африке. Миссионеры всячески способствовали повышению уровня знаний об Африке в своих европейских метрополиях. Многие из них изучали языки и культуры африканских народов, собирали обширные коллекции этнографического материала, составляющие сегодня гордость европейских музеев. Кроме того, и большинство грамматик и словарей, написанных по африканским языкам в первой половине ХХ в., принадлежит перу миссионеров. Правда, не будучи учёными, они нередко искажали информацию и о религиях, и о языках, которые изучали, но несмотря ни на что, их труды остаются весьма ценными источниками научных данных.

В КОНЦЕ XIX И НАЧАЛЕ XX В. В АФРИКЕ АКТИВНО РАБОТАЛИ МИССИОНЕРЫ ИЗ РОССИИ, ПРЕЖДЕ ВСЕГО ЭСТОНЦЫ. ЭСТОНСКИЕ ПРОПОВЕДНИКИ ЖИЛИ В ЭФИОПИИ, КЕНИИ, ЮЖНОЙ АФРИКЕ, ИХ КНИГИ И ЭТНОГРАФИЧЕСКИЕ КОЛЛЕКЦИИ И СЕГОДНЯ МОЖНО УВИДЕТЬ В МУЗЕЯХ ЭСТОНИИ. МИССИОНЕР ЛЕОНАРД БЛЮМЕР, НАПРИМЕР, ПРОЖИЛ ОКОЛО ЧЕТВЕРТИ ВЕКА СРЕДИ СКОТОВОДОВ МАСАИ В ВОСТОЧНОЙ АФРИКЕ. С ЦЕЛЬЮ ОБУЧЕНИЯ ТУЗЕМЦЕВ ГРАМОТНОСТИ ОН СОСТАВИЛ НА ЯЗЫКЕ МАСАИ БУКВАРЬ, ПО КОТОРОМУ, ПОМИМО ПРОЧЕГО, ЮНЫЕ АФРИКАНЦЫ ЗАУЧИВАЛИ СЛОВА «ЭСТОНИЯ», «РОССИЯ» И «ВОЛГА».

Именно миссионеры сыграли огромную роль в том, что уже в начале ХХ в. в Африке проживало около 9 млн христиан. В течение столетия эта цифра выросла почти в 50 раз. Христианская религия, хотя и навязывалась европейцами, становилась как бы пропуском в новый для африканца мир – мир современной медицины, образования, технологии, благосостояния, – а Христос воспринимался как бы необходимым довеском к этому миру. Например, наличие христианского имени открывало африканцу многие двери в жизни, но получить его можно было чаще всего при крещении. Кроме того, относительная лёгкость завоевания европейскими государствами огромной Африки выглядела для местных жителей лучшим доказательством всемогущества христианской религии в сравнении с духами предков. Таким образом, миллионы местных жителей шли креститься в церковь. Причём, если в начале ХХ в. прирост численности христианской паствы во всех европейских владениях происходил благодаря действиям колониальных властей, то к середине века самыми активными проповедниками христианства стали сами африканцы. Подъём национально-освободительного движения в Тропической Африке привёл к тому, что здесь стали появляться десятки и сотни независимых христианских церквей, движений и сект, проповедовавших свои учения в пику официальной церковной идеологии. Чем острее становилось противостояние между колониальной системой и местным населением, чем сильнее было давление официальной церкви, действовавшей заодно с властью, тем больше сторонников завоёвывали сепаратистские церковные тенденции в Африке, видимо, поэтому учёные склонны считать их одним из проявлений освободительной борьбы. Однако и после обретения независимости эти автономные местные церкви продолжают множиться и плодиться весьма интенсивно. Сегодня на континенте насчитывают более 11 тыс. христианских деноминаций: в одной только ЮАР их зарегистрировано около трёх тысяч.

Это многообразие можно объяснить и тем, что в Африке южнее Сахары человеку не свойственно принадлежать к крупной религиозной общности – к этому стремятся лишь жители городов. Сельскому обитателю важна не религия, а церковная община, к которой он принадлежит точно так же, как раньше принадлежал к своей традиционной общине с её собственными духами предков. По этой причине сегодня, даже повесив крест на грудь, африканец привержен конкретному церковному приходу и «своему» пастору, стремясь отмежеваться при этом от соседних общин.

Реалистическое изображение христианских мучеников на стенах католической миссии, Гвинея.

В большей или меньшей степени учения новых африканских церквей сводятся к частичному возврату к традиционным ценностям: от «европейского» христианства к «африканскому», с использованием привычных африканцу древних ритуалов и терминов. Смешение христианских догм и традиционных обрядов нередко создаёт чрезвычайно причудливые формы религии, которые называют синкретическими сектами.

ПРАВОСЛАВНУЮ ВЕРУ В ТРОПИЧЕСКУЮ АФРИКУ ПРИНЕСЛИ ГРЕЧЕСКИЕ ТОРГОВЦЫ, НО СЕГОДНЯ БОЛЬШИНСТВО ПОСЛЕДОВАТЕЛЕЙ ЭТОЙ ЦЕРКВИ – ИСКОННЫЕ АФРИКАНЦЫ. ТЫСЯЧИ ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН ЖИВУТ В ТАНЗАНИИ, КЕНИИ, ЮАР, ЗИМБАБВЕ, ИМЕЕТСЯ ПРАВОСЛАВНЫЙ ХРАМ ДАЖЕ В СТОЛИЦЕ МАДАГАСКАРА. А УГАНДУ НАЗЫВАЮТ СЕРДЦЕМ ПРАВОСЛАВНОЙ АФРИКИ – ЗДЕСЬ ПРОЖИВАЕТ ВНУШИТЕЛЬНАЯ ОБЩИНА ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН, РУКОВОДИМАЯ МИТРОПОЛИТОМ. СУЩЕСТВУЕТ В УГАНДЕ И ОБЩИНА ЧЕРНОКОЖИХ СТАРООБРЯДЦЕВ С СОБСТВЕННЫМ КИРПИЧНЫМ ХРАМОМ.

Так, один из известнейших в Западной Африке проповедников Уильям Харрис принялся проповедовать после того, как был отправлен колониальными властями в тюрьму за неповиновение. Из заключения Харрис, прежде простой учитель в американской миссии, вышел пророком, резко настроенным против белых угнетателей, и отправился в паломничество по странам Гвинейского залива, держа в руках бамбуковый крест и погремушку из тыквы – традиционный атрибут жреца. В течение 1913–1914 гг. Харрису удалось обратить в свою веру более 100 тыс. человек. Он поощрял многожёнство (в странствиях его всегда сопровождали шесть жён), разрешал пение и танцы во время молитв и считал себя не последователем Иисуса Христа, а его родным братом.

А в лесах Кот-д’Ивуара в середине XX столетия была основана «Церковь пепла и очищения», более известная как Деима, основательница которой Дьигба Давано заварила настоящую гремучую смесь из христианства и традиционных верований и сумела покорить ею не менее 200 тыс. человек. Учение «настоящего Иисуса» госпоже Давано снизошло в откровении, переданном божественным драконом Гбогбомеле. Это откровение помогает исцелять болезни и злокозненную порчу с помощью элегантного сочетания Библии и особой жидкости, изрыгаемой чудовищем. По воскресеньям последователи церкви Деима собираются на пение христианских псалмов, но наряду с Евангелием почитаются предания о божествах и духах, живущих в священном ручье. Такая вера ближе и понятнее африканцу, чем официальная христианская религия, создававшаяся на европейской культурной почве.

Были в истории Африки и трагические случаи влияния христианства. В 1857 г. усилия миссионеров, работавших среди южноафриканских коса, привели к неожиданному и страшному результату: учение о загробной жизни и воскресении Христа было здесь истолковано так, что коса решили перестать работать. По призыву одержимых, буквально воспринявших христианскую доктрину о втором пришествии, они перебили 40 тыс. голов скота и отказались сеять, ожидая, что колосья взойдут сами собой в «день воскресения». Ничего такого, конечно, не произошло, и тысячи людей погибли от голода.

ВСЕ ТРИ ВЕЛИКИЕ БЛИЖНЕВОСТОЧНЫЕ РЕЛИГИИ – ИУДАИЗМ, ХРИСТИАНСТВО И ИСЛАМ – ИМЕЮТ АФРИКАНСКИЕ ИСТОКИ. ВО ВСЯКОМ СЛУЧАЕ, ИМЕННО ЭТОТ ВЫВОД ДЕЛАЮТ МНОГИЕ СОВРЕМЕННЫЕ УЧЁНЫЕ, УКАЗЫВАЯ НА МНОГОЧИСЛЕННЫЕ КУЛЬТУРНЫЕ ВЛИЯНИЯ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКИХ ВЕРОВАНИЙ В ИДЕОЛОГИИ МИРОВЫХ РЕЛИГИЙ. ЭТО ВЕДЬ ЕГИПЕТСКИЙ ПТАХ ЕЩЁ РАНЬШЕ БОГА ОТЦА СОЗДАЛ МИР СИЛОЙ СЛОВА; ИЗ ЕГИПТА ПРОРОК МОИСЕЙ, СОВРЕМЕННИК ЭХНАТОНА, ПРИНЁС СВОЙ ЗАВЕТ, В ТОМ ЧИСЛЕ И САМУ ИДЕЮ ЕДИНОГО БОГА; А КУЛЬТ БОГОМАТЕРИ ОБЪЯСНЯЮТ БЫЛОЙ ПОПУЛЯРНОСТЬЮ ЕГИПЕТСКОЙ БОГИНИ ИСИДЫ. ДА И РЯД ОБРЯДОВЫХ ТРАДИЦИЙ, ВКЛЮЧАЯ ОБРЕЗАНИЕ ИУДЕЕВ И МУСУЛЬМАН, ТАКЖЕ ПРИШЛИ НА БЛИЖНИЙ ВОСТОК ИЗ АФРИКИ.

Многие сепаратистские церкви держатся на харизматичной фигуре пророка, сумевшего объединить паству своими эмоциональными проповедями. Обычно в нём живёт святой дух, а на церемониях он представляет собой Христа. Чтобы не отставать от деревенских жрецов и целителей, он умеет совершать чудеса: изгоняет демонов из тел своих приверженцев, вводит людей в транс и дарит им успех и благополучие в жизни несколькими несложными заклинаниями. В отличие от традиционных культов, где фигуре жреца не придаётся особенно большого значения, большинство христианских сект строго иерархизированы и поддерживают авторитарный стиль руководства.

Синкретические культы, созданные для противодействия «цветному барьеру» в европейских колониях ХХ в., считают Христа чернокожим и верят, что именно африканцы являются богоизбранным народом, ради которого чернокожий бог, так похожий на традиционного предка-прародителя, вскоре спустится на Землю. Одно из таких учений было основано в 1921 г. в Бельгийском Конго (нынешнее Демократическое Конго) местным баптистским проповедником Симоном Кимбангу. На проповеди Кимбангу разъяснил своим согражданам, что он является мессией, призванным принести божье царство добра и справедливости чернокожим и свергнуть власть белых угнетателей. Последние отреагировали оперативно, и остаток жизни Кимбангу провёл в колониальной тюрьме, но это лишь усилило его влияние в Конго, где сегодня последователями кимбангизма являются более 7 млн человек. Используя традиционные заклинания и музыку тамтамов во время богослужений, борясь с помощью христианских молитв со злыми духами, они продолжают почитать предков и украшать их могилы, считая, что умершие оказывают помощь живым. В то же время, как ни парадоксально, кимбангизм весьма агрессивно относится к некоторым традиционным культам и всячески призывает к их уничтожению.

Адам, Ева, чернокожий епископ, колониальный офицер и прочие идолы на веранде «новой» христианской церкви, Гана.

АФРИКАНСКИЕ ПРОРОКИ И ПРОВИДЦЫ ПОЛУХРИСТИАНСКОГО ТОЛКА – ЯВЛЕНИЕ ВОВСЕ НЕ НОВОЕ. ЕЩЁ В НАЧАЛЕ XVIII В. НА ТЕРРИТОРИИ КОНГО ДЕЙСТВОВАЛА НЕКАЯ КИМБА ВИТА, КОТОРАЯ ВЫДАВАЛА СЕБЯ ЗА СВЯТОГО АНТОНИЯ И ВЕСЬМА ПРЕУСПЕЛА В ЗАВОЕВАНИИ ДУШ ПАСТВЫ. В 1706 Г. ОНА БЫЛА СОЖЖЕНА НА КОСТРЕ КАК ЕРЕТИЧКА. НО СЕГОДНЯШНЯЯ ПОЛИТИКА «АФРИКАНИЗАЦИИ» КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ, ПРОВОДИМАЯ ВАТИКАНОМ, ВО МНОГОМ ПОВТОРЯЕТ ПРИЗЫВЫ КИМБЫ ВИТЫ.

В Тропической Африке христианство подчас настолько тесно интегрировалось с традиционными верованиями, что отделить одно от другого весьма сложно. Так, некоторые афрохристианские секты разрешают полигамию и ввели обрезание в обряд конфирмации. Традиционная и христианская религии могут и сосуществовать: например, в ходе путешествий по Западной Африке автор настоящих строк нередко встречал людей, посещающих с удовольствием и проповеди пастора, и танцы масок, и церемонии жрецов. Африканцы оказались весьма прагматичными людьми и готовы просить поддержки у божеств любого пантеона. В Бенине, например, объясняют, что Христос выполняет просьбы безвозмездно, но не всегда и не сразу, а дух Зангбето более пунктуален и оперативен, но слишком много берёт взамен. В Гане же многие традиционные жрецы используют в своих церемониях не только толчёные черепа обезьян, амулеты и курения, но и Священное Писание. Для стопроцентного эффекта на всякий случай можно присоединить к ним и Коран.

АФРИКАНСКОЕ ХРИСТИАНСТВО XXI В. ЛУЧШЕ ВСЕГО ХАРАКТЕРИЗУЕТ СЛЕДУЮЩАЯ ЗАПИСАННАЯ АВТОРОМ ИСТОРИЯ. К ЖРЕЦУ НЕБОЛЬШОГО ГОРОДКА В ГАНЕ ПРИШЁЛ ПАСТОР МЕСТНОЙ ЦЕРКВИ. ПОЖАЛОВАВШИСЬ НА СКУДОСТЬ СВОЕЙ ПАСТВЫ, ОН ПОПРОСИЛ ВЫДАТЬ ЕМУ ДЖУДЖУ, ЗАГОВОРЁННЫЙ АМУЛЕТ, ЧТОБЫ ДУХИ ПОМОГЛИ ЕМУ ПРИВЛЕЧЬ БОЛЬШЕ ПРИХОЖАН. ЖРЕЦ СОГЛАСИЛСЯ С УСЛОВИЕМ, ЧТО ПОСЛЕ ТЫСЯЧНОГО ПРИХОЖАНИНА ПАСТОР ВЕРНЁТ ЕМУ ДЖУДЖУ ВМЕСТЕ С ДЕНЕЖНЫМ ВОЗНАГРАЖДЕНИЕМ. НО ОБЕЩАНИЕ СВОЁ ХРИСТИАНИН НЕ СДЕРЖАЛ. ПРИДЯ КАК-ТО РАЗ НА ВОСКРЕСНУЮ СЛУЖБУ В ЕГО ЦЕРКОВЬ, ЖРЕЦ ОБНАРУЖИЛ ТАМ ВНУШИТЕЛЬНУЮ ТОЛПУ НАРОДА. ВСКОЧИВ НА КАФЕДРУ, ОН ПРИЛЮДНО ПРИНЯЛСЯ ТРЕБОВАТЬ ОТ ПАСТОРА СВОЙ АМУЛЕТ И ДЕНЬГИ. НАЧАЛАСЬ ПОТАСОВКА, КАДРЫ С КОТОРОЙ ЕЩЁ ДОЛГО ТРАНСЛИРОВАТЬ МЕСТНЫМИ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯМИ В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ.

ПОЛУМЕСЯЦ И СВЯЩЕННЫЙ ЛИС.

К числу дурных обычаев относится то, что их служанки, невольницы, маленькие девочки показываются перед людьми голыми, с обнаженными половыми органами. Ибн Баттута о мусульманах Мали. ХIV в.

Можно с уверенностью сказать, что сегодня в Африке проживает никак не меньше 300 млн. человек, регулярно посещающих мечеть. После Азии это второй континент мира по численности мусульман – и безусловно, самый интересный по разнообразию и пестроте форм, которые эта догматическая религия приобрела здесь за пятнадцать столетий своего существования.

Если христианство пришло в Тропическую Африку по морю в виде португальских кораблей, бросавших якорь в Гвинейском заливе, то ислам распространялся в основном через песчаный океан великих пустынь. Зелёное знамя пророка африканцы впервые увидели в 639 г., когда небольшой отряд арабов в 3500 человек сумел всего за год завоевать густонаселённый Египет, принадлежавший тогда ослабевшей Византии. Население, уставшее от византийских репрессий, встречало арабов вполне дружелюбно, так что в течение последующих лет арабы прочно обосновались на территории Египта и Ливии, а к концу VII в. Арабский халифат и его государственная религия распространили свою власть по всей Северной Африке вплоть до Атлантического океана.

Берберское население Магриба, по своему хозяйственному типу сходное с арабами, быстро, хотя и не всегда мирно, приняло ислам: в последующие столетия уже именно берберы стали самыми фанатичными воинами джихада на африканском континенте. Берберы, и прежде всего племена Сахары, и раньше с удовольствием осуществляли набеги через пустыню на богатые золотом районы Тропической Африки, но с принятием новой веры эти рейды получили новый, религиозный, импульс: грабёж оседлого населения долины Нигера был оправдан теперь как священная война, а работорговля неверными считалась вполне законным делом для мусульманина. Под исламским знаменем берберы дважды наносили смертельные удары по африканским империям саванн – в ХI в. под ударами марокканских Альморавидов пала Гана, в ХVI в. оттуда же, из Марокко, пришли в долину Нигера войска, сокрушившие империю Сонгаи.

Глиняная деревенская мечеть созывает жителей по пятницам, Мали.

Впрочем, распространению ислама в Западной Африке способствовало не столько насилие, сколько торговля. Транссахарские торговые связи между Африкой и Средиземноморьем оказались теперь в руках мусульманских купцов, так что принятие новой веры стало залогом успешной караванной торговли. Уже к ХI в. в столице Ганы существовало особое поселение для мусульман со своей мечетью, ислам надёжно обосновался в долине Сенегала, надгробия исламских правителей появились в городе Гао на Нигере. В XIII столетии ислам принимает император Мали, и по всему течению Нигера теперь ходят лодки мусульманских купцов дьюла и сонгаи, предпочитавших иметь дело только с единоверцами. Приняли новую веру и правители царства Канем на озере Чад, хотя они несколько веков искусственно сдерживали распространение ислама среди своих подданных, чтобы брать с них джизью – налог с неверных. В африканском Сахеле бурно растут центры исламской мысли, а город Тимбукту на несколько веков стал своеобразной африканской столицей исламской науки и философии, его высоко ценили арабские путешественники. Известно около 700 тыс. рукописей, созданных в Тимбукту в основном с XIII по ХVII в. Мусульманская архитектура Сахеля представляет собой настоящие чудеса, созданные из самана, – мечети и мавзолеи Дженне, Гао, Агадеса и других городов в Мали, Гане, Буркина-Фасо и Нигере.

Вторым путём проникновения ислама на юг стала долина Нила. Хотя христианское Нубийское царство сумело противостоять арабскому завоеванию, всё больше мусульман селилось на его территории, так что с течением веков ислам завоевал прочные позиции на территории современного Судана. В ХIV в. нубийский царь Мукурры и сам принял веру пророка, а вскоре исламизированы были жители практически всей восточной Сахары.

Мусульманка и христианка разминулись на улочке города Нзерекоре, Гвинея.

Арабские и персидские купцы, издавна торговавшие на восточных берегах Африки, принесли в эти районы ислам уже в VIII–IХ вв. Здесь смешение ближневосточных культур и местных традиций породило уникальную цивилизацию суахили, торговые города которых вскоре усеяли побережье Африки от Сомали до Мозамбика. В таких городах, как Килва, Момбаса, Ламу и Занзибар, строятся мечети и медресе, чеканятся монеты с исламскими религиозными формулами. Однако за пределы этой узкой полоски побережья ислам практически не проник: несмотря на активное проникновение суахилийских купцов в глубь материка, народы саванн Восточной Африки оставались верными своим традиционным религиям. После прихода европейцев они более благосклонно отнеслись к христианству, хотя жители прибрежных городов Кении, Танзании, Мозамбика и сегодня исповедуют ислам.

Легко понять, что именно привлекало и продолжает привлекать африканцев в такой строгой религии, как ислам. В течение веков это было не только ожидание торговых барышей от сделок с богатыми мусульманскими купцами, но и относительная лёгкость принятия ислама новообращёнными. Для того чтобы стать мусульманином, не нужно учить заповеди, читать Евангелие или проходить через процедуры крещения: достаточно лишь трижды произнести заветную формулу. Исполнять требования ислама тоже весьма просто, тем более что многие из них весьма схожи с исконными африканскими традициями. Например, ислам признаёт мужское обрезание и полигамный брак, которые были распространены в Африке задолго до появления первых мусульман. Богослужения в исламе сравнительно просты, а религиозной иерархии вроде христианского епископата не существует. Всё это облегчало усвоение африканскими скотоводами и земледельцами новой религии. Кроме того, в колониальный период ислам, как афро-азиатская религиозная идеология, стал считаться более «своим», чем навязанная колонизаторами «европейская» христианская религия, и сотни тысяч мусульман пришли к новой вере благодаря оппозиции европейским властям. В крупных городах принадлежность к исламу воспринимается как участие в престижном международном сообществе, в отличие от узких традиционных общин, которые в многообразии городского социума часто просто растворяются.

При этом ислам как образ жизни – с его строгой регламентацией быта, отношений в семье, принятия пищи и прочего – оказался, напротив, сложен для усвоения. Жители Тропической Африки никогда не отличались особой преданностью одной религиозной системе и не привыкли к суровым тоталитарным догмам религии. Ещё средневековые арабские хроники с горечью констатировали, что даже правители исламских государств Африки, формально приняв новую веру, продолжали участвовать в традиционных церемониях и не стесняли себя в еде в течение священного месяца рамадана. Они пренебрежительно относились к необходимости пятикратных ежедневных молитв и не понимали, зачем стоит ограничивать себя четырьмя жёнами, когда можно завести сорок четыре. В ХIV в. мусульманин Ибн Баттута с возмущением писал о том, как дочери африканских правителей-мусульман танцевали на улицах города, не только не закрывая лиц, но и вообще практически обнажёнными. Крестьяне же в массе продолжали придерживаться религии своих предков и если даже ходили в мечеть, то от прежних верований отказываться вовсе не спешили.

В результате исламу в Африке пришлось стать более либеральным, чем на Ближнем Востоке. В сегодняшней Эфиопии есть области, где люди в течение жизни три-четыре раза переходят из ислама в христианство и обратно, а по праздникам вместе участвуют в традиционных церемониях. От новообращённых мусульман в Африке обычно не требуется отказываться от прежних религиозных убеждений, а божества старого традиционного пантеона сохраняют свои позиции в исламе при условии принятия старшинства Аллаха. Духи предков получили почётное звание джиннов и прекрасно уживаются с нормами Корана. В Сахаре, например, они продолжают, как и до прихода ислама, определять повседневную жизнь кочевников, причём добрые джинны, упомянутые в священной книге мусульман, здесь не обитают, зато их злобные коллеги по-настоящему правят бал. Джинны способны, например, говорить мужскими и женскими голосами, сбивая путников с дороги обещанием сокровищ или иными прелестями.

В некоторых сообществах мусульман сохраняются весьма свободные отношения между полами, а среди туарегов, например, женщины по традиции не закрывают своих лиц – это считается обязанностью мужчин. Сегодняшние африканские мусульмане с удовольствием употребляют алкогольные напитки – пальмовое вино и просяное пиво, – а пищевые запреты иногда и вовсе не принимаются во внимание. Африканцы продолжают верить в колдовство, а в городах и деревнях Западной Африки мусульмане по-прежнему ходят к жрецам-малламам, которые изготовление заговорённых фетишей сопровождают чтением Корана во время церемоний, чтобы изгнать злых духов или принести клиенту баснословное богатство и удачу в жизни.

Культы различных духов мест и предков поддерживаются и в Сомали, где во многих деревнях вплоть до недавнего времени успешно работали заклинатели огня, дождя и моря, одновременно исполнявшие и обязанности имамов в местной мечети. Да и в Египте, исламская история которого насчитывает уже почти 1400 лет, крестьяне-феллахи продолжают приносить жертвы Нилу, который никогда не перестанет быть для египтян божеством.

ДОГОНЫ МАЛИ ХОДЯТ УЗНАВАТЬ СВОЮ СУДЬБУ НА ПЛАТО БАНДИАГАРА К АБДАЛЛАХУ – ПРЕДСКАЗАТЕЛЮ, КОТОРЫЙ С ЛЁГКОСТЬЮ ОПРЕДЕЛЯЕТ БУДУЩЕЕ ПО СЛЕДАМ БЛЕДНОГО ЛИСА УРУГУРУ, НЕПУТЁВОГО СЫНА БОГА АММЫ. ПО ВЕЧЕРАМ АБДАЛЛАХ ЧЕРТИТ НА СПЕЦИАЛЬНОЙ ПЛОЩАДКЕ МАГИЧЕСКИЕ ЗНАКИ, СООТВЕТСТВУЮЩИЕ ЗАПРОСУ КЛИЕНТА, И РАЗБРАСЫВАЕТ НА НИХ АРАХИС, А БЛЕДНЫЙ ЛИС ПО НОЧАМ СЪЕДАЕТ ПРИМАНКУ И ОСТАВЛЯЕТ СЛЕДЫ, РАССКАЗЫВАЮЩИЕ О БУДУЩЕМ ЗАЯВИТЕЛЯ. УТРОМ МОЖНО ВЕРНУТЬСЯ И ЗАСТАТЬ ПРОРИЦАТЕЛЯ СИДЯЩИМ НА ПЕСКЕ И РАЗГАДЫВАЮЩИМ ЗНАКИ УРУГУРУ. ОФИС АБДАЛЛАХА РАБОТАЕТ ЕЖЕДНЕВНО, КРОМЕ ПЯТНИЦЫ, ВЕДЬ ОН ПРАВОВЕРНЫЙ МУСУЛЬМАНИН И ЭТОТ ДЕНЬ ПРОВОДИТ В МОЛИТВАХ.

Предсказатель Абдаллах сочетает поклонение Аллаху со службой Бледному Лису.

Мировые религии принесли в Африку не только новую культуру и абсолютно новые для континента религиозные доктрины. С ними вместе в Африке появилось и такое совершенно неизвестное ранее явление, как религиозная нетерпимость. В традиционной Африке народам не приходило в голову вступать в войну за веру: каких именно духов и богов почитать, каждая община решала самостоятельно. Навязывать свою религию согражданам не рисковали и ранние африканские государства: в Средние века, чтобы добиться унификации верований среди населения, владыки просто включали местных духов различных областей в общегосударственный пантеон – это оказывалось более эффективным, чем пытаться искоренить у подвластных народов веру в своих предков и заставлять почитать чужих. Однако с приходом христианства и ислама народы Африки были искусственно разделены на «истинно верующих» и «неверных», так что с последними следовало вести постоянную борьбу. Ислам взялся за это с особым рвением: джихад оправдывал любое кровопролитное нашествие, любые жертвы, ведь третья сура Корана ясно указывает, что убитые на пути Аллаха мёртвыми не являются. В ХI в. Северная Африка была разорена кочевыми племенами арабских бедуинов; в конце того же столетия под ударами мусульманских фанатиков пала империя Гана. Джихад скотоводческого народа фульбе, начатый ещё в ХVII в., достиг своего пика в начале XIX столетия, когда религиозный проповедник Осман дан Фодио объединил под своей властью обширную территорию в Западной Африке, беспощадно уничтожая приверженцев традиционных религий.

ВЕЛИКИЕ АФРИКАНЦЫ.

Что касается султанов, то они, несомненно, являются неверными, даже если они исповедуют исламскую религию, потому как они… поднимают мирской флаг над знаменем ислама. Осман дан Фодио

ОСМАН (УСМАН) ДАН ФОДИО (1754–1817) – руководитель исламского джихада в Западной Африке, основатель халифата Сокото, религиозный учитель, писатель и распространитель ислама. Считается одной из самых ярких и неординарных фигур в новой истории Африки.

Дан Фодио происходил из класса городских фульбе, живущих в городах хауса на севере современной Нигерии. Учитель исламской школы права, он мирно жил в городе-государстве Гобир до 1802 г., когда, руководствуясь своими реформистскими идеями и в связи с усилением репрессий со стороны местных властей, восстал и увёл своих последователей в изгнание. Так же как у пророка Мухаммада, это изгнание стало началом политической и социальной революции, которая из Гобира распространилась по всей территории Нигерии и Камеруна и была поддержана скотоводами фульбе, начавшими джихад по всей Западной Африке. Результатом молниеносных завоеваний фанатичной армии дан Фодио стало создание халифата Сокото, крупнейшего на тот момент государства Западной Африки.

Однако великий завоеватель видел себя не правителем, а учителем. Сразу после победы восстания он отошёл от активной политической деятельности, отказался от руководства халифатом и в последние годы вёл замкнутый и строгий образ жизни. Огромным государством правил его сын Мухаммад Белло, а сам дан Фодио жил в резиденции сына, писал стихи и пропагандировал всеобщую грамотность и образование, в том числе для женщин. Одна из его дочерей стала учёным и писателем.

Имам проводит время в философской беседе у входа в свою мечеть в Тимбукту, Мали.

Схожее движение возникло в конце ХIХ в. в Судане, где имам Мухаммад Ахмад в 1881 г. провозгласил себя пророком (махди) в том числе для того, чтобы начать жестокий геноцид против негроидного населения южного Судана: религиозные войны и репрессии в этом регионе успешно перешагнули в ХХ в. и не закончились даже после провозглашения независимости Южного Судана в 2011 г.

Кровопролитные войны между мусульманами и христианами в Эфиопии не утихали с ХIV в., унося с собой сотни тысяч жертв. Даже сегодня напряжённость между преимущественно христианскими Эфиопией и Кенией, с одной стороны, и исламистами в Сомали, с другой, является одной из причин продолжающейся нестабильности в регионе.

Африканские мусульмане принадлежат к суннитскому направлению, мусульман-шиитов здесь совсем мало. Однако среди различных суннитских школ уже в Средние века шли нескончаемые кровопролитные войны. В Северной Африке Альморавиды дрались с Альмохадами, и мусульманские династии сменяли друг друга с калейдоскопической быстротой в кровопролитных нашествиях. По всему Великому Судану приверженцы религиозной школы Кадирийя громили города приверженцев школы Шадилийя, создавались и гибли новые, исконно африканские религиозные учения, сторонники которых немедленно включались в братоубийственные межконфессиональные конфликты. Они продолжаются на континенте и сейчас. Например, фанатичные мусульмане-салафиты, на короткое время захватившие в 2012 г. Тимбукту, немедленно принялись уничтожать многочисленные мавзолеи, созданные здесь в Средние века их единоверцами суфийского направления. Поклонение святым салафиты считают язычеством. На всякий случай была взорвана и мечеть Сиди-Яхья, построенная в ХV в.: салафиты объяснили, что её архитектура не соответствует Корану и «Аллаху не нравится». Памятники африканского ислама, бережно охранявшиеся христианскими властями в колониальную эпоху, оказались разрушенными самими мусульманами.

Ислам в Африке продолжает набирать вес, тесня как традиционные верования, так и христианство. По причинам, о которых можно дискутировать вечно, мусульманская религия нередко оказывается сильнее христианской – во всяком случае, истории неизвестны случаи массового перехода населения из ислама в христианство, в то время как обратных примеров великое множество. В последние годы ислам завоёвывает новые прочные позиции в Гане, Камеруне, Габоне, Кении и других странах. Однако динамика очень часто зависит от политической ситуации: если к власти приходит исламская элита, положение мусульман существенно облегчается, и наоборот. В частности, в последние годы мусульманам удалось укрепить своё положение в Кот-д’Ивуаре после победы оппозиции в многолетней гражданской войне в 2011 г. А вот в Центрально-Африканской Республике гражданская война 2012–2014 гг. привела к взаимному геноциду христиан и мусульман и их массовому исходу из страны. В последние годы не утихает и в ближайшие годы вряд ли утихнет насилие в Нигерии, примерно пополам разделённой между двумя крупнейшими мировыми религиями.

ИУДАИЗМ В АФРИКЕ.

Ещё не так давно в Северной Африке проживало довольно много евреев: в основном это были сефарды, изгнанные из Испании королевскими эдиктами Фердинанда и Изабеллы в конце ХV в. В городах Марокко, Алжира и Туниса существовали обширные кварталы, заселённые иудеями, которые весьма мирно уживались с мусульманским населением. Однако в ХХ в. иудейская диаспора сильно поредела: этнические конфликты и усиление влияния исламистов вынудили еврейское население эмигрировать из Марокко в Израиль, а из Алжира и Туниса – во Францию. Сегодня знаменитое еврейское кладбище в марокканском Фесе почти заброшено, а в Тунисе сохранилась единственная синагога на острове Джерба, охраняемая армейскими подразделениями как настоящая крепость. В 2002 г. перепись населения Ливии выявила лишь одну женщину-еврейку, хотя столетием ранее здесь проживало более 20 тыс. иудеев. Вероятно, в Северной Африке сегодня живёт не более 10 тыс. евреев, в то время как ещё в 1948 г. в одном лишь Марокко их насчитывалось более 250 тыс. человек.

Окружают их с трёх сторон владения пяти царей эфиопских, с которыми они находятся в постоянной войне. Первое упоминание об иудеях-фалаша, IХ в.

Подходит к концу и история иудейской общины в Эфиопии. Это фалаша, несколько сотен человек, проживающих компактными общинами в деревнях на севере страны. Когда-то последователей первой из ближневосточных монотеистических религий в Эфиопии было значительно больше: иудеи появляются здесь ещё на заре нашей эры. После распада Аксумской империи в первые века новой эры на её развалинах появляются иудейские княжества – весьма необычное явление для Африки.

В этих районах, в северной части Эфиопии, евреи преимущественно занимались кузнечным и гончарным ремёслами, а в деревнях земледелием. По сей день в окрестностях города Гондэра фалаша считаются прекрасными кузнецами. В Средние века они составляли грозную силу и не раз поднимались на войну против эфиопского правительства за свою религиозную и политическую независимость. Однако исторические перипетии сильно сократили численность эфиопских иудеев, а жестокая засуха и голод в 80-х гг. ХХ в. поставили их на грань выживания. Тогда по соглашению с правительством Эфиопии забрать всех фалаша на землю обетованную решил Израиль – большинство последователей иудаизма были вывезены на Святую землю. Последний самолёт с фалаша приземлился в Израиле в августе 2013 г.

Последние представители еврейской общины острова Джерба читают Тору в охраняемой танками синагоге, Тунис.

Эфиопские фалаша торгуют сувенирами в одном из последних селений неподалёку от Гондэра.

Забавно, что по своим религиозным воззрениям фалаша ближе к христианам, нежели к ортодоксальным евреям. Да, Новый Завет они не считают священной книгой, но и Талмуда не знают вовсе, а Ветхий Завет (Тору) читают на священном языке эфиопских христиан геэз, а вовсе не на древнееврейском. Священные книги фалаша в основном заимствованы из коптской церкви. Да и обряды фалаша весьма сходны с обрядностью соседей-христиан.

Вдобавок ко всему этому в этническом смысле слова к евреям фалаша тоже не имеют никакого отношения ни по крови, ни по языку: учёные полагают, что они исконные жители Африки, ведь вплоть до самого недавнего времени большинство фалаша говорили на кушитских языках.

Вероятнее всего, иудаизм распространился здесь в эпоху империи Аксум благодаря еврейским купцам из Йемена, сумевшим распространить свою веру среди местного населения. Тем удивительнее видеть сегодня на улицах Тель-Авива чернокожих и курчавых израильтян – эфиопских фалаша.

Общины иудаистов, впрочем, сегодня имеются не только в Эфиопии, где история фалаша насчитывает сотни лет. В ХХ в. схожие общины стали возникать по всей Африке. Так, в 1919 г. один из жителей деревни на юге Уганды прочитал Ветхий Завет и вместе с домочадцами принял иудейскую веру. Сегодня в созданной им общине абаюдая (на языке ганда обозначает «иудеи») не менее двух тысяч человек, построены синагоги и религиозные школы, практикуются обрезание и приготовление кошерной пищи. Есть подобные общины и в ЮАР (где евреев в целом насчитывается до 75 тыс. человек), Зимбабве, Нигерии, Кении. Правительство Израиля оказалось перед сложным выбором – можно ли разрешить африканским иудеям, генетически никак не связанным с еврейским народом, репатриироваться на землю обетованную? С одной стороны, юридических причин препятствовать этому не имеется. Однако израильские политики предупреждают: как только Израиль начнёт оказывать помощь «новым» африканским иудеям вроде абаюдая, миллионы чернокожих африканцев охотно запишутся в евреи и немедленно станут претендовать на репатриацию.

ЦАРЬ И БОГ.

Да живёт царь Верхнего и Нижнего Египта, любимец обеих земель Пиопи, дающий вечную жизнь. Древнеегипетские тексты пирамид

Для этнографа нет ничего сложнее, чем писать об африканской традиционной религии. Прежде всего потому, что изучена эта сфера по-прежнему слабо. Вплоть до недавнего времени многие учёные полагали вслед за У. Фицджеральдом, что в Африке «примитивные идеи и туземная философия уживаются с подражанием европейцам в манерах и поведении», и только во второй половине ХХ в. наука оценила по достоинству сложность и разнообразие африканской религии. Однако по сей день имеющаяся по этой теме богатая литература, преимущественно изданная на Западе, создаёт чрезвычайную неразбериху фактов и соображений. Даже сведения о верованиях одного и того же народа могут расходиться вполне диаметрально. Первые исследователи неаккуратно толковали услышанное и увиденное, создавая разбросанность и нечёткость в терминологии, которую африканистике не удаётся преодолеть по сей день. Кроме того, очевидно, что африканские информаторы подчас намеренно вводили исследователей в заблуждение, стремясь не допустить проникновения чужаков в сокровенное знание своего народа.

Но даже если запись материала всегда будет чёткой и единообразной, интерпретация религиозных верований отдалённых народов неизбежно будет нести глубокий отпечаток культуры и образа мысли самого исследователя, что может до неузнаваемости исказить сущность описываемого. Конечно, можно ограничиться лишь изложением фактов; но описания ритуалов, религиозных запретов, пантеонов божеств, какими бы увлекательными они ни были, не позволят по-настоящему раскрыть религиозное сознание жителя Африки – то, что на самом деле значительно интереснее имён или функций божеств.

В традиционном обществе, которое в Африке вплоть до самого последнего времени довлело над современным, религия и отношение к ней со стороны человека коренным образом отличаются от привычных нам представлений. В отличие от современного общества, где религия уже несколько веков вытесняется на периферию общественной жизни, является частным делом каждого и относится к внутреннему миру человека, в традиционном обществе религия – это исключительно социальное явление. Она принадлежит не человеку, а общине и неотделима от повседневной жизнедеятельности общины. Её предназначение – служить фундаментом самоопределения членов сообщества, укреплять их связи между собой, отделяя от соседних общин. Религиозные обычаи и традиции ничуть не выделяются из норм бытового взаимодействия людей и настолько естественно интегрированы в повседневную жизнь, что жителю традиционной африканской деревни вряд ли даже придёт в голову задуматься, что такое религия. Рождение, болезни и смерть, супружеская жизнь, посевные работы, удача на охоте или в торговле, погода и настроение – всё в жизни традиционного сообщества увязывается с верованиями.

Традиционный жрец и целитель в своём киоске на рынке в Ломе, Того.

В нашем современном обществе вера и религия – вещи очень разные. Житель Москвы может вовсе не ходить в церковь и не знать толком ни одного православного праздника, кроме Пасхи, но при этом верить в Бога, в чёрную кошку, гороскопы и эзотерическое живое знание. Кроме того, сфера действия сверхъестественных сил в наши дни постоянно сужается: большинство из нас больше не считает молнию божественной дланью, а в заговоры, ворожбу и сонники верят только самые отчаянные энтузиасты. Веру в сверхъестественное заменяют научные представления. В традиционном обществе всё совсем по-другому.

Собственно, традиционное сознание вообще не предполагает разделения мира на естественное и сверхъестественное. Для африканца этих понятий просто не существует: мир богов, духов, людей и животных един. Да, некоторые существа в нём невидимы глазу, но, как сказал автору один житель Уганды, «клоп тоже невидимый, но никому же не приходит в голову говорить о его сверхъестественности». Тем более, добавил он после длительного размышления, что духи могут показываться человеку в любом обличье, если захотят, а вот клопы никогда этого не делают.

Во многих африканских религиях мир подчинён высшей силе, которая контролирует всё происходящее в нём, и для этой высшей силы чаще всего даже нет особого имени. Именно она выстроила иерархию мира, в которой все – и божества, и духи предков, и священные животные, и человек – стоят на своих местах, постоянно взаимодействуя, и не существуют друг без друга. Если манго падает сверху вниз, а не наоборот – значит, так распорядилась высшая сила, и дискуссия о принципах земного тяготения не имеет никакого смысла.

Идея монотеизма, веры в единого бога, впервые возникла именно в Африке, когда египетский фараон Аменхотеп IV в 1345 г. до н. э. запретил поклонение иным богам, кроме солнечного диска Атона. Но в сегодняшней традиционной Африке высшая сила далеко не всегда осознаётся людьми в виде божества. Западные исследователи, воспитанные в христианской культуре, любят подчёркивать, что у большинства народов Африки, сохранивших традиционные верования, в мифологии присутствует Бог – создатель всего сущего, более или менее соответствующий понятию единого Бога в мировых религиях. Однако даже если такое божество не является следствием влияния миссионеров, в Африке оно не играет основополагающей роли, как в исламе, иудаизме или христианстве. Бог создал мир, первых животных, иногда также человека, после чего счёл, что сделал уже предостаточно, и удалился со сцены, оставив вопросы функционирования Вселенной своим помощникам – будь то божества, духи или иные посредники между высшей силой и человеком. Народ акан в Гане считает, что верховный Бог раньше контактировал с людьми, однако его слишком много беспокоила одна старая женщина, вечно задевавшая его своим пестом, так что он ушёл от людей на небо. Африканцы, как правило, даже затрудняются описать его. Создатель не руководит миром и не обладает всемогуществом, как Бог мусульман или христиан. Он не вмешивается в повседневную жизнь человека, а потому перестаёт быть желанным или опасным. Богу-создателю не молятся, не строят алтарей и не приносят жертв, он присутствует в сознании человека как чистая идея, философское понятие высшей силы, даже если обладает именем и некоторыми общими характеристиками.

Так как бог-создатель представляется чем-то весьма далёким и не влияющим непосредственно на жизнь человека, в сознании некоторых народов он слился с более конкретными образами предка-прародителя или главного тотемного животного. В саваннах Восточного Судана, например, скотоводы шиллук представляют верховного бога в виде быка, а в Гвинее его истолковывают как первого человека, которому в силу его уникальных умственных способностей удалось создать Вселенную.

Сведения о верховном небожителе – а африканские верования сходятся на том, что проживает он именно на небесах – часто дополняются информацией о его паре: женщине, богине земли, которая также принимала участие в творении мира. Противопоставление небесного бога-отца земной богине-матери является самой распространённой основой божественного пантеона – вспомним Зевса и Гею в греческой мифологии, – и африканские религии здесь не являются исключением. Бинарное противопоставление, основа классификации всех явлений, в глазах африканца чётко делит мир на две части – противостоящие друг другу, беспрерывно воюющие, но не существующие друг без друга. Они создают порядок, одержавший победу над хаосом. Небо и Земля, жизнь и смерть – всё поровну делится между владениями отца и матери, двумя божественными прародителями любого существа или явления окружающего мира.

Фараон Эхнатон с женой Нефертити наслаждаются верой в единого бога.

Супружеские пары богов в африканской религии.

Женское и мужское начала в религиях Африки.

Впрочем, изначальный бог мог существовать уже на стадии всемирного хаоса, и в этом случае он был гермафродитом, как Роог у народа сереер в Сенегале или Олорун у йоруба. Иногда он оплодотворяет сам себя, как египетский Ра, который сообщал о себе следующее: «Упало моё семя в мой собственный рот». Но мир всё же начинается тогда, когда на сцене появляется первая пара. У догонов Мали, например, верховный бог Амма, существовавший в виде просяного зерна, добивается власти над женщиной-землёй, связь с которой и делает возможной всю дальнейшую историю мира.

Идея изначальности вполне логична для любой религиозной идеологии, и из неё вовсе не следует вывод о монотеистическом характере африканских верований. Единобожие возникает там, где существует запрет на почитание иных божеств, но для африканских религий это совершенно нехарактерно. Вообще, вопрос о существовании единого бога-создателя, кажется, больше волнует исследователей, нежели самих африканцев. Настойчивые вопросы исследователей о верховном боге часто приводят к забавной путанице: например, в Уганде на вопрос «Кто создал главного бога Мукасу?» был получен ответ, что у него, конечно, были отец и дед. Откуда, в свою очередь, взялись эти персонажи, вопрошаемый затруднился ответить.

Нельзя исключать, что информация о боге-создателе по крайней мере в некоторых культурах явилась следствием влияния мировых религий, известных сегодня, без сомнения, каждому взрослому африканцу. Во всяком случае, именно этим влиянием можно объяснить то, что в некоторых культурах создателя описывают как «старика с белой бородой», явно с картинок библейских брошюр. У народов банту на юге Конго Христос смешался с богом-создателем, а Богоматерь – со старой богиней земли Бунси. Вероятно, и богиня, дающая грудь божественному младенцу в мифологии народа бауле в Кот-д’Ивуаре, тоже позаимствована из Евангелия.

В БОЛЬШИНСТВЕ АФРИКАНСКИХ РЕЛИГИЙ, ГДЕ СУЩЕСТВУЕТ ПОНЯТИЕ ВЫСШЕГО БОЖЕСТВА, ОНО ВОСПРИНИМАЕТСЯ КАК СУЩЕСТВО МУЖСКОГО ПОЛА. ЛИШЬ У НЕМНОГИХ НАРОДОВ ЕГО ФУНКЦИИ ИСПОЛНЯЕТ БОГИНЯ-МАТЬ ИЛИ ЖЕНЩИНА-ПРАРОДИТЕЛЬНИЦА. НАПРИМЕР, НАРОДЫ АНГОЛЫ СЧИТАЮТ, ЧТО ИМЕННО ОНА ИЗГОТОВИЛА ПЕРВУЮ МАСКУ, С ЧЕГО И НАЧАЛАСЬ ЖИЗНЬ ВО ВСЕЛЕННОЙ, ДОТОЛЕ ПУСТОЙ. ВПРОЧЕМ, СОЗДАНИЕ МАСКИ ЕЁ И ПОГУБИЛО: МУЖЧИНЫ ОТОБРАЛИ МАСКУ СЕБЕ, А ПРАРОДИТЕЛЬНИЦУ РАЗРЕЗАЛИ НА КУСКИ И СЪЕЛИ. В ЭТОМ РАНЕЕ ВИДЕЛИ ВОСПОМИНАНИЕ О МАТРИАРХАТЕ, ОДНАКО СЕГОДНЯ ЭТА ТОЧКА ЗРЕНИЯ УЖЕ НЕ ПОЛЬЗУЕТСЯ ПОПУЛЯРНОСТЬЮ.

Представление о том, что во главе мировой иерархии стоит единое существо, отразилось в древнем, распространённом по всей Африке почитании священного царя, на которого смотрят как на олицетворение божественного начала на Земле. Священный царь – вовсе не атрибут царства, это может быть и простой племенной вождь, однако его культ развит в Африке повсеместно и является весьма древним. Ещё пять тысячелетий назад фараона обожествляли в Древнем Египте, где запрещалось произносить его имя; позже священные монархии возникают и в Западной, и в Восточной, и в Южной Африке. Царь был бессмертен, и когда он менялся, его дух и сила просто переходили в иную оболочку, только и всего. Личность не имела значения, да и сами цари иногда считали себя вечными. Например, правитель Буганды говорил: «Я перенёс эту деревню на новое место 400 лет назад», имея в виду своего далёкого предшественника.

Правитель Абомея в Бенине именовался «отцом света» и «хозяином мира» и обладал божественным даром. Простые смертные не могли смотреть на него, разговаривать с ним, есть или пить в его присутствии. Священному царю прислуживали только особые люди (например, непорочные девушки или, наоборот, старые женщины): в Абомее одна из них день и ночь собирала в чашку плевки царя и волосы, упавшие с его головы, чтобы ночью закопать их в землю.

Мами-Вата – богиня-прародительница народов Гвинейского залива, испытавшая влияние то ли Богоматери, то ли святой Троицы.

КУЛЬТ СВЯЩЕННОГО ЦАРЯ НЕМАЛО РАЗДРАЖАЛ ЕВРОПЕЙЦЕВ, ВЫНУЖДЕННЫХ ВЕСТИ ПЕРЕГОВОРЫ С АФРИКАНСКИМИ ПРАВИТЕЛЯМИ В СРЕДНИЕ ВЕКА. ПОРТУГАЛЬЦЫ, ОКАЗАВШИЕСЯ В XVI В. ПРИ ДВОРЕ ЭФИОПСКОГО НЕГУСА, ОПИСАЛИ АУДИЕНЦИЮ, ПОКАЗАВШУЮСЯ ИМ В ВЫСШЕЙ МЕРЕ СТРАННОЙ. ЦАРЬ НАХОДИЛСЯ В ЗАКРЫТОМ ШАТРЕ, НЕВИДИМЫЙ ДЛЯ ПОСЛОВ, И ЕГО СЛОВА ВЫНОСИЛ ОТТУДА СПЕЦИАЛЬНЫЙ ЧИНОВНИК. ТРИЖДЫ ПОРТУГАЛЬЦАМ БЫЛ ЗАДАН ОДИН И ТОТ ЖЕ ВОПРОС: «КТО ВЫ И ОТКУДА?», И ХОТЯ ОНИ ВСЯКИЙ РАЗ ТЕРПЕЛИВО ОТВЕЧАЛИ, ЧТО ОНИ ПОРТУГАЛЬСКИЕ ПОСЛЫ, ВОПРОС ПОВТОРЯЛСЯ ВНОВЬ. В КОНЦЕ КОНЦОВ, КОГДА ОТЧАЯВШИЙСЯ ПОСОЛ ОТВЕТИЛ: «НЕ ЗНАЮ», ПОСЛЕДОВАЛА МУДРАЯ РЕПЛИКА ЦАРЯ: «ТО-ТО И ОНО».

Культ священного царя предполагал физическое и духовное совершенство правителя. Прежде чем провозгласить нового вождя, жрецы придирчиво осматривали тело претендента на предмет недостатков, в результате чего много кандидатов отметалось с порога. Девятый оба Бенина был насмерть забит камнями, когда у него парализовало ноги – это значило, что божественная сила покинула царя, а без неё он никому не был нужен. Жизнь правителей по всей Африке состояла из сплошных ограничений, подчас весьма мучительных: правитель Уиды (Бенин) мог выходить из дворца всего дважды в год; у некоторых народов Гвинеи вождя уединяли в труднодоступной хижине в глубоком лесу. Правитель Руанды мвами не мог двигаться с места без сопровождения тамтамов и не имел права смотреть на луну – можно было лишь любоваться её отражением в кувшине молока. Ему запрещалось предаваться плотским наслаждениям во время периода поста в мае – июне, в то время как все граждане его страны преспокойно получали удовольствие от жизни. В случае военного вторжения мвами запрещалось даже двигаться и смотреть по сторонам – он должен был часами сидеть неподвижно и глядеть вперёд, пока войско не будет готово к походу.

Жизнь огона – верховного жреца догонов Мали – наполнена самыми тяжкими и обременительными ограничениями.

Ко всем этим несчастьям прибавлялась высокая вероятность насильственной смерти. Раз священным правителем может быть только физически совершенное существо, одряхлевшего монарха следовало убить. Так поступали ещё жрецы древнего царства Мероэ на Ниле, так поступали спустя тысячелетия в том же регионе старейшины народа шиллук: когда правитель терял половую силу (об этом любезно сообщали народу его жёны), его убивали или замуровывали живьём. Как и у шиллук, у нупе Нигерии следовало убивать царя за любую болезнь или просто за чиханье. Чтобы перестраховаться, нупе в любом случае умерщвляли царя каждые семь лет, после чего наследник съедал его мозг, сердце и почки. У хима в Буганде стареющий царь должен был выпить яд из рук верховного жреца, а у йоруба в Нигерии царь убивал себя сам, получив «чёрную метку» от жрецов – яйцо попугая. Всё это происходило потому, что царь – бог на земле – не может быть несовершенным.

Первородная высшая сила, будь то верховный бог или некая безымянная субстанция, для африканцев стоит на вершине довольно сложной иерархии всех существ на Земле, видимых и невидимых. Следом за ней в этой иерархии представлены многочисленные божества-посредники, отвечающие за различные сферы небесной и земной жизнедеятельности. Это основной пантеон традиционной африканской религии, весьма схожий подчас с языческими пантеонами древней Европы и Азии. Даже там, где под влиянием мировых религий высший бог стал занимать центральное место в культе, второстепенные божества активно функционируют, не давая религии стать строго монотеистической. Они могут являться порождениями верховного божества, его супругами, детьми или внуками, частями его тела, но нередко существуют сами по себе.

Пантеоны божеств надёжнее всего изучены там, где издавна функционирует государство. Одним из наиболее разветвлённых считается, например, пантеон йоруба, где насчитывают до 400 ориша, или богов-охранителей, некогда представлявших собой части тела бога-создателя Олоруна. Среди них – и супруги Обатала и Одудува, слепившие из глины первых людей; и Орунмила, посадивший в землю первый пальмовый орех, источник людского благосостояния; и господин небесной молнии Шанго, и многие другие. Огромное количество божеств, вероятно, объясняется политикой властей древнего государства йоруба, которые инкорпорировали в свою религию культы многочисленных подвластных племён. Боги и богини отвечают за различные сферы жизнедеятельности человека. Например, бог Шопона лечит проказу, оспу и другие болезни, которые сам же и принёс в своё время на Землю. Огун покровительствует кузнецам и воинам, Ошоси – охотникам, а Осейн знает магические тайны растений, которые может поведать людям, если ему принести жертву. Кладбище и рынок, деторождение и любовь, реки и дороги – всё имеет своего бога-покровителя среди этой армии ориша, и вряд ли хотя бы один йоруба сможет перечислить весь список божеств своего пантеона. Кроме того, функции божеств могут различаться по городам и районам, где почитаются боги-покровители места. Всё это характерные черты политеистической религии, известные и в Древнем Египте, и у древних славян. При этом общество богов всегда очень похоже на общество людей – например, у бушменов боги тоже охотятся на зверей, собирают дикий мёд и выкапывают яйца термитов для пропитания.

Пантеоны божеств существуют у игбо, эдо, ашанти и других народов Западной Африки, ещё в Средние века создавших государственные образования. Менее многочисленные, но тоже очень схожие пантеоны, состоящие из родственников, известны и в Южной, и в Восточной Африке. При этом языческие религии с лёгкостью заимствуют богов из пантеонов соседей, и Африка здесь не исключение. Например, в синкретической религии вудуизма на побережье Гвинейского залива в состав пантеона были приняты Бог Отец, Иисус Христос и Дева Мария. А с тех пор, как английские колониальные власти начали свозить сюда рабочих из своих индийских колоний, на стенах вудуистских храмов появляются изображения Кришны и Ганеши, которым теперь приносят жертвы не только индусы, но и африканцы.

В АФРИКЕ ПРОЖИВАЕТ НЕ МЕНЕЕ 3 МЛН. ИНДУИСТОВ: В ОСНОВНОМ В ЮАР, БЫВШИХ АНГЛИЙСКИХ КОЛОНИЯХ ЗАПАДНОЙ И ВОСТОЧНОЙ АФРИКИ И НА ОСТРОВАХ ИНДИЙСКОГО ОКЕАНА ВБЛИЗИ АФРИКАНСКОГО ПОБЕРЕЖЬЯ. ЗДЕШНИЙ ИНДУИЗМ СИЛЬНО ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ ИСКОННОГО ПО ОБРЯДНОСТИ (НАПРИМЕР, НЕ ПРАКТИКУЕТСЯ ТРУПОСОЖЖЕНИЕ) И СОСТАВУ ВЕРУЮЩИХ – В ОСНОВНОМ ЭТО ПРЕДСТАВИТЕЛИ НИЗШИХ КАСТ, КОТОРЫХ СВОЗИЛИ СЮДА В КАЧЕСТВЕ РАБОЧИХ И СЕЛИЛИ В ОБЩИХ БАРАКАХ, ЧТО СПОСОБСТВОВАЛО СМЕШЕНИЮ КАСТ. СЕГОДНЯ ИНДУСЫ В ОСНОВНОМ ЗАНИМАЮТСЯ ТОРГОВЛЕЙ И БИЗНЕСОМ: В ЧАСТНОСТИ, ИМЕННО В ЮАР НАЧИНАЛ СВОЮ КАРЬЕРУ МАХАТМА ГАНДИ. В ОДНОЙ ИЗ СТРАН АФРИКИ – МАВРИКИИ – ИНДУИСТЫ ДАЖЕ СОСТАВЛЯЮТ БОЛЬШИНСТВО НАСЕЛЕНИЯ.

ДУХИ И ПРЕДКИ.

Наше самое большое достояние – это наши умершие предки. Запись слов сказителя зулу, начало ХХ в.

Именно так безвестный африканец сформулировал основной принцип религиозной доктрины большинства африканских традиционных обществ – анимизма.

Духи предков занимают центральное место в верованиях большинства африканцев даже в нашем ХХI в. Их авторитет значительно шире, чем роль объекта религиозного поклонения. Предки – это основа социального единства сельской общины, подлинные вожди и моральные судьи своих потомков, мнение которых имеет решающее значение в жизни не только сельского жителя, зависящего от урожая маниока, но и школьного учителя в районном центре, и университетского профессора в столице. За поступками каждого человека неустанно наблюдают умершие предки, хранители культурных традиций и нравственных устоев, и если они разгневаются неправедным поведением своего потомка, то кара наступит неминуемо.

Мнение предков легко узнать – они напоминают о себе болезнями, несчастьями, неудачами в делах. Если привычная европейская религиозная мысль идёт от причин к последствиям (если я сделаю Х, бог даст мне Y), то африканская, напротив, оценивает поступки по результатам: раз со мной приключилось Y, значит, я совершил X. Последствия порождают причину. Если человек внезапно простужается, если умирает ребёнок, если муж уходит из семьи или кошелёк потерян на улице – всё это очевидные проявления недовольства предков. Это означает, что человек сам виноват в своих несчастьях: он нарушил табу, мало уделял внимания алтарям предков, занимался колдовством или не соблюдал законы общины. А так как влияние предков распространяется на все сферы жизни без исключения, то и судьба человека в любом случае находится в зависимости от воли предков.

Например, если традиционный целитель берётся лечить человека, то исходом его манипуляций может быть либо выздоровление, либо смерть. В первом случае целитель хорошо справился со своим делом, ему удалось договориться с предками. Во втором – целитель не считается виноватым. Раз, несмотря на все жертвы духам, пациент скончался, значит, духи были чрезвычайно раздражены им. По всей вероятности, он был колдуном и мог бы принести большой вред обществу. Но теперь он умер, и все могут вздохнуть спокойно, включая и жён, и детей покойного: никому ведь не хочется жить под одной крышей с колдуном. В Африке многократно описывались случаи, как человек умирал от сильнейшего психологического стресса, узнав, что нарушил табу – например, осквернил священную землю предков.

Так как предки продолжают жить среди людей, их мнение остаётся важным для решения бытовых вопросов. Любые сомнения и споры, возникающие среди жителей деревни, могут быть разрешены обращением к предкам. В Западной Африке разработан церемониал «допроса трупа», когда внезапно умерший член общины рассказывал с того света, кто именно из жителей деревни повинен в его смерти (о нём мы подробно расскажем ниже). Мнение трупа при этом оглашали жрецы, и у собравшихся не возникало ни малейшего сомнения в истинности их решения. Если предок требовал наказать виновного, того могли убить или изгнать из общины, что было равносильно смерти. Ещё столетие назад этот обычай приводил в Гвинее к массовым убийствам и существенному сокращению населения. Архивы судебных процессов по всей Тропической Африке рассказывают о ритуальных убийствах, которые периодически происходили по зову умерших предков.

Самым героическим из предков является первопредок, прародитель данного племени или народа, созданный верховным божеством из части собственного тела, глины или тростника. Первопредок – это всеобщий отец и одновременно культурный герой, персонаж бесчисленных мифов, как Ункулункулу у зулусов Юга Африки или Мулунгу у народов банту в Восточной Африке. Обычно африканцы помнят имена не более трех-четырех поколений своих прямых предков, но имя первопредка помнят всегда, ведь он вывел свой народ из дупла дерева или из тростникового болота, как Моримо у народа сото. Сейчас первопредок уже мало походит на человека, так как обладает в представлении людей гигантским ростом, оставляет на камнях огромные следы. Народ мукулехе в Камеруне верит, что первопредок обладал половым органом в несколько метров длиной, который он обматывал при ходьбе вокруг талии.

Статуя мифического предка в священной роще, Бенин.

Духи любят селиться в стволах особых деревьев, которые веками используются для поклонения, Бенин.

Место жительства духов предков – небо, река, омут глубоководных озёр, пещеры или камни неподалёку от деревни. Могут они селиться также в дуплах деревьев и под крышами хижин, но охотно перемещаются по округе. Обычным местом дислокации духов, кроме того, являются священные рощи – распространённые по всей Африке участки леса, где принято хоронить предков и устраивать церемонии. Там, согласно представлениям африканцев, духи собираются вокруг костра, совсем как двенадцать месяцев в восточноевропейской сказке. Иногда их можно и увидеть, что удаётся, однако, в основном служителям культа или членам тайных обществ. А по соседству с ними живут духи предков других народов, причём своей внешностью они соответствуют живым людям. Так, некоторые жители Мали уверены, что духи туарегов обладают белой кожей, а духи чернокожих народов гур – иссиня-чёрные. Существуют на свете духи европейцев и духи-карлики, предки древних пигмеев, некогда населявших эту землю. Все они обладают известной силой и требуют уважительного отношения.

Но мир был бы слишком прост, если бы в нём обитали лишь духи предков. Анимистические верования африканцев значительно расширили круг духов, которые воздействуют на человеческое существование. Некоторые из них являются порождением богов (как, например, иебаны, которые в мифологии догонов являются родными внуками бога-создателя Аммы), некоторые появились в результате несчастий и ошибок людского племени.

Отдельная категория «местных духов», как их обычно называют в литературе, связана с топонимикой – местами, хорошо известными сельскому жителю и важными для него. У лесов, рек, озёр, гор и крупных скал тоже есть духи, отвечающие за безопасность человека в соответствующих местах. Люди тонут в быстрой реке, потому что духи решили забрать их к себе. От них зависит успешная рыбалка или охота. Местные духи были созданы одновременно с соответствующими природными объектами, и большинство африканцев согласится с выводом, что у каждого существа или предмета, в принципе, есть свой дух.

Некоторые, наиболее вредные разновидности духов видят свою цель исключительно в том, чтобы портить людям жизнь. Африканцы не всегда могут объяснить доходчиво, откуда взялись эти твари, но в некоторых случаях они являются посмертными воплощениями древних людей, некогда живших в этих местах. Иногда это аналоги европейских привидений, как духи ньяма у народа бамбара (Мали). Южнее экватора обычно считается, что злые духи появились в результате бед, приключившихся с людьми. Это души людей, которые были отравлены, убиты колдунами, утонули, были поражены молнией или съедены в лесу дикими животными.

КОНЦЕПЦИЯ ДУХОВ ВОВСЕ НЕ ТАК ДАЛЕКА ОТ НАШИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ, КАК КАЖЕТСЯ НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД. НАМ САМИМ ИНОГДА СВОЙСТВЕННО СОЗДАВАТЬ ДУХОВ, НАПРИМЕР, ИЗ НАШИХ АВТОМОБИЛЕЙ. ВЕДЬ ЕСЛИ Я СОДЕРЖУ СВОЮ МАШИНУ В ХОРОШЕМ СОСТОЯНИИ, ОНА ЕДЕТ И РАДУЕТ МЕНЯ БЕСПЕРЕБОЙНОЙ РАБОТОЙ. ЕСЛИ ЖЕ ОНА ОСТАНОВИТСЯ, ЗНАЧИТ, КТО-ТО НЕДОДАЛ ЕЙ ВНИМАНИЯ – Я САМ, ДОМОЧАДЦЫ ИЛИ МЕХАНИК В АВТОСЕРВИСЕ. КОГДА МЫ ЗЛИМСЯ НА НЕЁ, МЫ МОЖЕМ БОЛЬНО УДАРИТЬ ЕЁ ПО РУЛЮ, А КОГДА БЛАГОДАРНЫ, ГЛАДИМ И НАЗЫВАЕМ ЛАСКОВЫМИ СЛОВАМИ. МЫ НЕ ТАК УЖ ДАЛЕКИ ОТ СОЗДАНИЯ СВОЕГО СОБСТВЕННОГО МИРА ДУХОВ.

Злые духи агрессивны и мстительны. В отличие от добрых предков, с которыми можно легко договориться, если вовремя приносить им жертвы и соблюдать все установленные нормы, злобные создания не умаслить ничем. Единственной защитой от них являются обереги и амулеты, которые изготовит жрец или целитель. Вид, форма и качество амулета при этом разнятся. В большинстве случаев это может быть мешочек с травами или семенами, который вешают на шею, однако попадаются и браслеты, и специальные булавки для волос, а женщины народа сара в Чаде носят под одеждой искусственные половые члены для защиты от злых духов кой, которые постоянно пытаются овладеть ими.

Во многих культурах злобных духов смешивают с различными человекообразными созданиями – гномами, карликами и прочей нечистью, которую человеку время от времени приходится видеть, обычно к своему несчастью. Об этих чудовищах мы должны рассказать отдельно.

ГНОМЫ И ЧУДОВИЩА.

Легион полубожественных созданий, возглавляемый духами и привидениями, включает множество антропоморфных существ. Мы решили объединить их в общее понятие «гномов», потому что, хотя они и вызывают у людей прежде всего страх, речь обычно идёт об относительно небольших по размеру существах. При этом внешний вид маленького чудовища зависит только от буйства фантазии верующего: это могут быть и циклопы, известные в мифологии всего мира, и существа с глазами на ногах, и полулюди-полузвери наподобие средневековых европейских волков-оборотней. Их население весьма велико и разнообразно и включает, например, одноруких и одноглазых существ, летающих людей и обитателей подводного мира.

«Это птица или гном?» – спросила я ближайшего ко мне носильщика. «Это гномы», – ответил он. Больше мы их не видели и не слышали. Э. Вернер. Мифы и легенды банту. 1933

Все они – далёкие родственники русских леших и домовых, европейских эльфов и троллей. Например, менде в Западной Африке отлично знакомы с симпатичным старичком, заманивающим охотников в глубь леса, – аналогом европейского лешего. В тех же районах живёт и вокло, маленький воришка, который забирается во дворы по ночам и тащит еду из неплотно закрытых калебасов и кувшинов, но может полакомиться и человеческой плотью, если дети ночью выйдут на улицу. Чем не наш русский домовой?

Иебаны у догонов представляются малорослыми существами с большой головой и светлой кожей. Они знают целебные травы и язык зверей, могут вылечить от болезни или подарить сокровенное знание, а в остальное время прячутся от людей в зарослях и пещерах. В отличие от иебанов, гномы андумбулу, маленькие волосатые и бородатые люди, с лёгкостью убивают всех, кто попадётся им под руку или окажется на их земле. По ночам они приходят к специальным алтарям и забирают приготовленные для них жертвы – единственное средство задобрить андумбулу.

Господин Нана Абасс, по сей день самый авторитетный жрец города Кумаси в Гане, в 2012 г. рассказал автору этих строк о том, что своими способностями врачевания и решения людских проблем он обязан именно гномам. Нана Абасс, регулярно летающий в Америку и раздающий посетителям визитные карточки с адресом электронной почты, в детстве был неоднократно похищаем гномами, которые в течение нескольких одномесячных курсов обучали его своим тайным премудростям. В последний раз это случилось уже в юношеском возрасте, и после возвращения на Землю гномы посадили Нану Абасса на верхушку огромного дерева, забраться на которое с земли не было никакой возможности. «Тогда, – буднично вспоминает жрец, – приехали пожарные машины и снимали меня с дерева. Всё это снимало телевидение, потому что Фейсбука ещё не было».

Гномы могут казаться дружелюбными, но на самом деле они ужасно свирепы и обидчивы, особенно страдая из-за своего роста. Едва ли не во всех концах континента африканцы знают, что, встретив в лесу гнома, нельзя дразнить его низким ростом. Гирьяма в Танзании рассказывают, что гномы кацумбакази всегда спрашивают встреченного ими человека: «Где ты увидел меня?» И если в ответ сказать, что видно его только вблизи, то дни человека сочтены. Напротив, если солгать: «О, я увидел тебя издалека!», остаётся шанс уйти от кацумбакази живым. В других инструкциях подчёркивается, что лучше пройти мимо такого опасного собеседника, сделав вид, что не приметил его вовсе, иначе вас ждёт смерть. Однако те же гномы нередко могут сделать человеку какое-нибудь добро. И уж точно именно они всегда являются источниками передачи своего сокровенного знания жрецам и знахарям.

Могущественные маленькие люди жили на Земле задолго до появления человека – так утверждают мифы многих скотоводческих и земледельческих народов Африки. Это говорит о том, что своим происхождением мифы о гномах обязаны во многом древнейшим охотничьим народам лесов и пустынь: пигмеям мбути, ака, тва, бушменам, сандаве и другим, уже исчезнувшим. Когда сельскохозяйственные народы распространялись по Африке, на этих землях уже обитали первобытные охотники, к которым крестьяне и скотоводы всегда относятся с опаской из-за их отравленных стрел и искусства маскировки. Зулусская легенда о гномах-абатва позволяет легко узнать в них пигмеев, воспоминания о которых зулусы сохранили даже спустя тысячи лет после ухода из зоны экваториального леса.

Так же и догоны Мали считают, что малорослые существа теллемы, умеющие летать и по сей день скрывающиеся в пещерах на плато Бандиагара, – это первые люди, заселившие плато.

Абатва – совсем маленький народ, куда меньше всех прочих маленьких людей. Они передвигаются в высокой траве и спят в муравейниках; они бродят в тумане; они живут в глуши, вдали от селений, в лесах и скалах; у них нет поселений, о которых вы могли бы сказать: «Вот деревня абатва». Их деревня там, где они убивают дичь; они съедают все подчистую и уходят. Вот каков их образ жизни. Их не разглядеть в высокой траве. Вот человек идет, смотрит перед собой и думает: «Если покажется человек или животное, уж я увижу их». И вдруг – глядь! – а в траве абатва. Человек чувствует, что в него выпустили стрелу, оглядывается, но не видит лучника и пугается.

И так как сами догоны в своей стране лишь гости, теллемам следует приносить разнообразные жертвы, чтобы умилостивить их.

Скотоводы масаи Восточной Африки полагают, что бог поселил человека в мир, где уже жили низкорослые гномы-охотники ндоробо; откуда взялись эти последние, мифы масаев не объясняют. Подмечено, что в мифах народов банту Южной Африки о происхождении человека бушмены тоже игнорируются: они существовали изначально, вместе с дикими животными, и, следовательно, рассматриваются как полулюди-полузвери, обладающие нечеловеческими способностями.

Как и полагается детям природы, гномы прекрасно знают лекарственные растения и яды, умеют разговаривать со зверьми и птицами. Во многих районах им приписывают изобретение искусства обработки глины и металла – ремёсел, которые повсюду в Африке считаются граничащими с волшебством. «Маленькие люди» очень богаты и всегда знают, где зарыто золото, – ещё одна поразительная аналогия с гномами западноевропейских сказок. Но богатство не мешает им пользоваться плодами людского труда: у народа яо в Малави низкорослые существа итове пожирают фрукты и овощи на полях. У них две ноги, но передвигаются они на четвереньках, как звери. В числе чудовищ для африканцев и просто все те, кто живёт далеко.

Сельский житель за всю жизнь практически не покидает родной деревни, и в его представлении чем дальше от него живут люди, тем они чудеснее и опаснее одновременно. Народы, живущие за пределами ойкумены среднего африканца, обладают ужасными сверхъестественными способностями. Люди народности лугбара из Уганды, к примеру, уверены, что уже в 15–20 км от их деревни люди ходят вверх ногами и поедают друг друга. За 20 км о них самих можно услышать примерно то же.

ВО ИМЯ СВЯТОГО УХА.

Кому из них понравится что-либо из растений, зверей или минералов, тому он и поклоняется. Аль-Масуди. Х в.

Жрец храма питонов в Уиде носит своего святого покровителя на шее не снимая.

Один из самых образованных из наших знакомых африканцев, директор школы в городе Масанта (Гвинея) Даласу Гилавоги, никогда не пробовал орехов колы. Этого излюбленного бодрящего лакомства миллионов африканцев он избегает как огня. Ведь орех кола – тотем его рода, и надкусившего его ждёт самая настоящая беда. По той же причине Даласу никогда не ударит собаку и не попробует её мяса. Собака, по преданию, спасла его предков от врагов, указав им брод через великую реку, и в благодарность все Гилавоги всегда будут носить с гордостью свою фамилию, которая буквально переводится на русский как «собачий хвост».

Сам термин «тотем» происходит из Северной Америки, где индейцы оджибве называли этим словом животное, которому поклонялся тот или иной клан. Явление тотемизма существовало и в других регионах: даже в Европе ещё в Средние века существовала вера в пса – защитника детей, которого христиане называли святым Гинефором. Римляне почитали волчицу, восточные славяне – летающего пса Семаргла, индуисты поклоняются быку Нанди и птице Гаруде, а китайцы приносят жертвы животным календарного цикла. Но африканский тотемизм вполне может посоперничать с европейским, азиатским и североамериканским по богатству образов и распространённости даже в современном обществе.

В качестве тотема для африканского рода или этнической группы могут выступать как животные, так и растения, а также их части, например стебель кукурузы у акан или голова черепахи у догонов. Иногда тотемами считаются определённые виды камней, металлы, насекомые или даже явления природы, например солнце или луна. Даже образованные горожане носят на шее кулоны с изображениями или частицами своих тотемов, подобно тому, как наши с вами соотечественники покупают драгоценные камни, соответствующие своему знаку зодиака.

Правительства африканских стран делают всё возможное, чтобы создать общий тотем для всех сограждан, объединив с его помощью разрозненные народности в единую нацию. В Уганде, например, любой гражданин знает, что существует национальная птица (венценосный журавль) и национальное животное (антилопа коб, известная ещё под менее романтическим именем болотного козла). Национальным деревом Южной Африки по неизвестной нам причине признан широколистный подокарп (Podocarpus latifolius), а баобаб признают своим национальным символом граждане целого ряда стран тропической зоны.

Кладбище священных обезьян – хранителей жизни и благополучия деревни, Гана.

Но наибольшее распространение, конечно, имеют тотемы животных и птиц. Среди них особенно распространены змея (обычно питон), крокодил, паук, антилопа, черепаха, зимородок. Животное когда-то спасло или защитило родового предка, навеки заслужив почитание его потомков. В Мали, например, каждый знает, что люди по фамилии Диара почитают льва, для клана Траоре это пантера, для Кулибали – рыба, а для Бамба – сверчок. Согласно традиционным представлениям, род и его тотем являются сородичами, они неотделимы друг от друга и оказывают друг другу всяческую помощь. Вероятно, изначально подразумевалось, что тотемное животное является первопредком данного клана, но сегодня большинство африканцев уже не считают, что ведут свою родословную от кабана или питона. И тем не менее родственная связь есть: считается, что когда-то очень давно человек и его тотемное животное заключили между собой своеобразное мистическое соглашение, став навеки партнёрами вроде супругов. Однако соблюдение этого соглашения зависит целиком только от человека. Разумеется, в этих условиях наносить вред своим сородичам нельзя: табу распространяется на убийство, принятие в пищу, ношение шкуры.

Существует множество легенд о деревнях, исчезнувших с лица Земли после того, как их жители убили священного питона. Их смерть была ужасной: обычно рассказывают, что они перебили друг друга в междоусобной схватке, все до последнего человека. Ещё в середине ХIХ в., когда англичане покупали земли в устье Нигера для строительства своих факторий, в договорах с местными вождями они обязывались не трогать питонов, даже встретив их в своих домах.

Тсвана на Юге Африки пошли ещё дальше: они избегают называть крокодила его именем, даже говорить о нём и смотреть на него считается предосудительным и опасным. Подобного же отношения люди ждут от своих тотемов: скорпион не жалит членов «своего» рода, а крокодил проплывает мимо своих сородичей, не трогая их. Если же он всё-таки нападёт на человека, включается уже описанный выше принцип «последствия > причина»: значит, человек этот прогневал священное животное своими действиями и должен был умереть. К крокодилу при любом раскладе никаких претензий.

О том, что тотемизм существовал в Африке издавна, можно судить по религиозным представлениям Древнего Египта, где каждое племя, позже оформленное в виде нома (области), имело собственный тотем. Животные-покровители сохранялись столетиями у всех крупных египетских городов, некоторые из которых и известны нам только по «звериным» названиям из Геродота: Крокодилополь или Элефантина. В процессе становления единого древнеегипетского государства тотемные звери постепенно обрели антропоморфные черты языческих божеств и были включены в общегосударственный пантеон: так крокодил стал богом Себеком, священный ибис – богом Тотом, а сокол – Гором, при этом большинство из них изображались в образе людей с головами соответствующих животных и птиц. Общепринята точка зрения, что развитие религии в большинстве цивилизаций человечества шло именно по этому пути: от почитания тотемных животных – через антропоморфные божества – к богам «по образу и подобию» человека.

Воспоминания о тотемизме в Африке были сильны и там, где религия давно перешагнула его рамки и перешла на более развитый уровень, став политеистической, и где было создано государство. Большим почётом в традиционных африканских культурах продолжают пользоваться лев и леопард, считающиеся символами власти, силы и величия. Аристократические и монаршие семьи Африки непременно выводили свой род от хищных зверей-тотемов. Царь Ашанти, например, вёл свою родословную от любовной связи женщины с леопардом.

ЭФИОПСКИЙ НЕГУС БЫЛ ПРАВНУКОМ ЛЬВА, И ЭТО ЗНАЛ КАЖДЫЙ ГРАЖДАНИН СТРАНЫ. СОГЛАСНО ЭТИКЕТУ, НЕГУСА ПОВСЮДУ СОПРОВОЖДАЛ РУЧНОЙ ЛЕВ, ЛОЖИВШИЙСЯ У ЕГО НОГ В ТРОННОМ ЗАЛЕ. ПОСЛЕДНИЙ ИМПЕРАТОР ХАЙЛЕ СЕЛАССИЕ, ПРАВИВШИЙ ДО 1974 Г., ОСТРОУМНО ПРИСПОСОБИЛ ТРАДИЦИЮ К ВЕЯНИЯМ ВРЕМЕНИ И ВОЗИЛ С СОБОЙ ЛЬВА В ПЕРСОНАЛЬНОМ АВТОМОБИЛЕ. СЕБЯ САМОГО ОН ТОЖЕ ДОЛЖЕН БЫЛ СЧИТАТЬ ЛЬВОМ, ЧТО И БЫЛО ЗАЯВЛЕНО В ЕГО ОФИЦИАЛЬНОМ ТИТУЛЕ: «ЛЕВ-ПОБЕДИТЕЛЬ ИЗ КОЛЕНА ИУДОВА, ИЗБРАННИК БОГА, ЦАРЬ ЦАРЕЙ ЭФИОПИИ».

Европейские путешественники начала ХХ в. не знали, смеяться им или изумляться, видя, как глава государства Буганда в Восточной Африке в своей походке имитирует движения льва. В Бенине при царском дворе содержались приручённые пантеры и леопарды, к которым обращались так же, как и к самому монарху. Бронзовые скульптуры из Бенина демонстрируют и царя в обществе двух леопардов, и его воинов, украшенных амулетами из леопардовых клыков и шкур. Таким образом, они получали частицу смелости и силы дикого зверя, так же как воины южноафриканских шона, которые перед битвой втирали себе в раны на руках пепел сожжённых шкур леопарда. Почитание леопарда и страх перед этим животным стали благодатной почвой для развития в Африке многочисленных тайных обществ, поклоняющихся этому хищнику и известных (вероятно, во многом благодаря гипертрофированной фантазии) своими жестокостями, о коих мы уже рассказывали в главе «Повседневная жизнь».

Даже сегодня, когда миллионы африканцев считают себя христианами или мусульманами, они прекрасно помнят легенды о том, что в незапамятные времена их род был основан собакой, леопардом или антилопой, и члены рода свято хранят ритуалы, связанные с тотемными культами. Автор этих строк в ходе своего пребывания в Гвинее в деревне народа зиало был с большими почестями принят в состав рода Зуманиги и предупреждён: с этого момента ему нельзя убивать или есть собаку или сома – это родовые тотемы. С каждым из них связана определённая легенда, объясняющая происхождение тотема, и легенду эту в роду знают все Зуманиги от мала до велика. Можно быть совершенно уверенным: даже живя в большом городе, в тысячах километров от родной деревни, ни один Зуманиги не прикоснётся к консервам из сома и не посмеет ударить собаку. Особенным предметом поклонения при этом является собачье ухо, которому члены клана должны усердно поклоняться.

Маски тотемных животных – коровы, козы, зайца – на представлении догонов, Мали.

Устное творчество продолжает связывать божества с животными. Так, нама Южной Африки отождествляют бога-создателя Цагна с богомолом, его жену – с даманом, а дочь – с дикобразом, создавая тем самым непостижимую генетическую загадку. Паук Ананси, герой огромного количества забавных сказок у народа акан в Гане, тоже имеет божественное происхождение. По всей Тропической Африке распространены могущественные боги-змеи. Змея является воплощением идеи бессмертия и вызывает страх у человека ещё со времён, предшествующих появлению вида Homo Sapiens. Специальные алтари, посвящённые питонам и созданные для жертвоприношений змеиному богу, существуют среди народов йоруба, эве, фон, бауле в Западной Африке.

ХРИСТИАНЕ БЕНИНА, ЧЬИ ПРЕДКИ ЕЩЁ НЕ ТАК ДАВНО ПОКЛОНЯЛИСЬ ПИТОНУ, НАШЛИ СВОЮ ПРАВДУ В КНИГЕ БЫТИЯ И ПРОДОЛЖАЮТ ПОЧИТАТЬ СВЯЩЕННОГО ЗМЕЯ, ОТКРЫВШЕГО, СОГЛАСНО БИБЛИИ, ГЛАЗА АДАМУ И ЕВЕ. В ЕВРОПЕЙСКОЙ ЖЕ МИФОЛОГИИ ЕГО, НАОБОРОТ, ПРИНЯТО СЧИТАТЬ ЗЛОБНЫМ ИСКУСИТЕЛЕМ.

Животными-божествами в Тропической Африке могут также являться ламантин, крокодил и хамелеон. Из них крокодил окружён особенным почётом – даже там, где в дикой природе он вымер, крокодилов продолжают содержать в искусственных водоёмах по всей Африке южнее Сахары, а ещё несколько столетий назад их прикармливали и в нильских оазисах, и в южном Алжире.

Духом тотемизма проникнуты и верования людей, живущих на морском побережье. Подобно сиренам и медузам, которых так боялись и одновременно почитали древние греки, или огромной рыбе из библейских легенд, африканцам не даёт покоя мифическое морское животное мами-вата (из англ. mummy-water «мама-вода»), которая выходит из воды на берега Гвинейского залива. Этому созданию, которое видели, по их рассказам, все без исключения рыбаки в Либерии и Кот-д’Ивуаре, приписывают самые разнообразные атрибуты и человека, и животного. В последние годы говорят даже, будто оно обладает и мужскими, и женскими половыми органами, а на себе может носить бусы, серьги, нейлоновые чулки и даже туфли на высоком каблуке. Изображения мами-вата – распространённый мотив рисунков на стенах домов и жилищ целителей на берегах Атлантики по сей день.

Один из самых поразительных обычаев почитания животных сохранился в городе Харэр (Эфиопия). История о харэрских гиенах является уникальным случаем социальной взаимосвязи человека и животного, и, хотя эта взаимосвязь ещё не до конца изучена, она постоянно привлекает внимание как учёных, так и туристов, приезжающих в этот город в Восточной Африке специально для того, чтобы увидеть священных гиен, которые считаются священными покровителями города уже много сотен лет. Согласно местной легенде, в Х в. их приручил создатель города святой Абадир. Вскоре в пустыне разразилась засуха, голодные гиены стали нападать на людей, и тогда одна женщина догадалась накормить их. Гиены успокоились, а традиция их кормления сохранилась с тех пор в десятках мусульманских мечетей по всему городу. По ночам гиены беспрепятственно ходят по городским улицам, а днём отдыхают в его окрестностях в тени баобабов. Ритуальная процедура кормления гиен начинается у городских ворот после захода солнца, её проводят люди, принадлежащие к особой касте, из поколения в поколение ответственной за взаимоотношения с этими животными. Сегодня в Харэре таких специалистов почти не осталось, но по вечерам всё ещё можно видеть, как последние из них встречают своих питомцев, сходящихся из пустыни к воротам города. Старики знают почти всех зверей по именам. Их кормят, передавая сырое мясо изо рта в рот, и это почётное право может получить – конечно, за вознаграждение – любой турист. Охотников, впрочем, находится немного.

Вера в сверхъестественные способности животных породила бесчисленные сказки и мифы, в которых звери, птицы и насекомые фигурируют наравне с людьми и богами, а иногда даже определяют судьбу человечества. В африканских сказаниях звери обладают сокровенным знанием, которое недоступно людям, и внушают уважение и страх. Это и понятно, ведь животные обитают там, куда людям хода нет: птицы летают в небесах и поддерживают связь с небесными божествами, рыбы и рептилии властвуют в подводном и подземном мирах. Иногда и вполне приземлённые, в буквальном смысле, звери могут иметь связь с небом: например, койсанские народы Юга Африки считают, что ёж является одушевлённым образом упавшей с неба звезды, так что даже понятия «ёж» и «звезда» в некоторых койсанских языках обозначаются одним и тем же словом.

Животных просят, с ними советуются, от них ждут помощи даже тогда, когда хотят их убить. Когда бушмен убивает на охоте антилопу (как правило, усыпляя её с помощью особого яда, которым смазан наконечник стрелы), он несколько минут должен «поговорить» со своей жертвой, объяснить ей, что его семье нужно мясо, и попросить прощения за свой поступок. Если этого не сделать, царь антилоп разгневается и отнимет у охотника удачу.

Похожие охотничьи ритуалы существовали и в других областях континента. Вероятно, ещё пять тысячелетий назад неведомые художники на плато Тассили-н-Аджер (Алжир) изобразили для нас танцы людей в костюмах и с рогами антилоп, призванные умилостивить животных и сделать их лёгкой добычей на охоте. Вероятно, именно поэтому не меньше половины африканских ритуальных масок, о которых мы рассказывали в предыдущей главе, представляют собой животных и птиц – объекты почитания человека. Традиционная медицина и магия, широко практикуемые по всему континенту, также неразрывно связаны с животными. На городских рынках от Марракеша до Йоханнесбурга непременно находятся торговые ряды, заполненные колдовскими и целебными снадобьями: засушенными ежами, черепами гиен, языками змей и измельчёнными птичьими головами. Зубы и когти используются как могущественные амулеты, а головы и черепа животных очень часто украшают вход в жилище африканца, охраняя его от злых духов, тоже нередко представляемых в образе животных. Никакая современная цивилизация не может изменить того факта, что мир африканца остаётся наполненным сложными взаимоотношениями с животным миром, и расстояние между людьми и животными в Африке гораздо меньше, чем в нашей просвещённой Европе.

Ритуал вечернего кормления гиен у стен средневекового города Харэр, Эфиопия.

ФЕТИШ И МАГИЯ.

Купи череп обезьяны, растолки в ступе, смешай с кокосовым молоком, добавь сока молодой травы мпонде, через шесть часов выпей, а остаток вылей себе на голову. Рецепт бенинского лекаря

Фульбе считают себя мусульманами, но не забывают и надеть пару фетишей на шею, Эфиопия.

Эта удивительная история случилась в Тамале, на севере Ганы. Жители здесь друг друга хорошо знают, новости быстро расходятся по городу, и уж, конечно, муж хорошо знал, что жена ему неверна. Поэтому, отправляясь в командировку в столицу, он зашёл к местному жрецу и попросил дать ему фетиш-джуджу, чтобы покарать неверную супругу. Жрец взялся за дело серьёзно: нашёл две страусиные головы и сушёную жабу, добавил колдовской травы, собранной в полночь, растолок всё это в ступке и выдал мужу заговорённый мешочек-амулет, который тот подложил в сумку своей супруги, а сам преспокойно уехал в Аккру.

Вечером жена, разумеется, пригласила к себе домой мужчину, с которым они занимались вовсе не просмотром семейного фотоархива. Однако, когда всё закончилось, любовник неожиданно почувствовал, что не может разъединиться со своей возлюбленной в самом буквальном смысле. И так пробовал, и этак – ничего не выходит. Женщина стала кричать, и на её крик сбежались соседи. Ситуация представляла собой верх пикантности, и потому был вызван тот самый жрец – хранитель супружеских уз, который приказал наказать неразлучных любовников: посадить их в грузовик с открытым верхом. В таком положении их возили по всему городу, где большинство жителей знали обоих лично, и люди смеялись до хрипоты, пока жрец не расколдовал прелюбодеев. Так был придуман джуджу, с которым жена может изменить мужу только раз.

Эту историю рассказал автору этих строк местный житель, уверявший, что видел тот грузовик своими собственными глазами. Но как бы там ни было, большинство африканцев сегодня продолжают верить в сверхъестественные способности жрецов, ведунов и целителей, бронебойным оружием которых является могущественный фетиш.

Джуджу в Западной Африке является универсальным лекарством от любых проблем, которые только могут появиться у человека: от болезней, бесплодия, бедности, неудач в делах, спортивных поражений, мужской и женской непривлекательности. К фетишам прибегают не только сельские жители, но и самые образованные слои городского населения: так, среди клиентов гадателей и знахарей в Нигерии значительную долю составляют студенты, желающие усилить свои мнемонические способности перед предстоящей экзаменационной сессией с помощью амулетов, которые действуют посильнее любых шпаргалок. С помощью фетиша ищут потерянные ключи от автомобиля, привораживают красивую девушку и богатого мужчину, охраняют дом от воров и спасаются от поборов дорожной полиции (хотя все, побывавшие в Африке, единодушны в том, что от последнего спастись невозможно: должно быть, фетиши полицейских более сильные).

Знахари могут изготовить фетиш самостоятельно, как стародавние аптеки в Европе готовили лекарства. Некоторые ингредиенты для волшебного лекарства может найти только сам целитель; это касается, например, трав, собранных где-нибудь на вершине горы или у реки в полнолуние, чтобы потом замешать их в мешочек-амулет. Однако во многих случаях целитель лишь «выписывает» фетиш, ингредиенты которого пациент отправится покупать на специальном рынке.

Для того, чтобы вера в магию фетиша была близкой к абсолюту, чародеям и целителям во все времена приходилось изрядно трудиться. Никакое зелье не будет воспринято с доверием, если оно исходит из рук человека, не обладающего познаниями в области магии. Поэтому традиционному целителю важно постоянно доказывать свою компетенцию в этой сфере, и подчас весьма любопытными способами. Известны случаи, когда ворожея ныряла в реку обнажённой и через минуту появлялась на поверхности, с головы до ног обвешанная бусами. В другом случае, описанном европейцами, жрец выпивал воду из калебаса и выплёвывал её обратно вместе с десятком живых разноцветных рыбок. Авторы настоящего повествования также имели множество случаев убедиться в мастерстве традиционных африканских иллюзионистов. В Того чародеи садятся в горящий костёр и кладут на язык раскалённые угли, а затем и глотают их безо всякого ущерба для организма. В соседнем Бенине танцоры, участвующие в церемонии в честь духа Зангбето, пляшут по деревенской площади в огромных костюмах из соломы, но в какой-то момент хитроумно исчезают из них: любой из зрителей может поднять и осмотреть костюм, но человека под ним не обнаружит. По всей Западной Африке распространены ведуньи, безбоязненно плавающие в прудах, кишащих крокодилами, и жрецы, меняющие голос до неузнаваемости и способные превращаться в животных.

ОДИН МУЖЧИНА ПОСЛЕ СВАДЬБЫ ОБНАРУЖИВАЕТ, ЧТО ОН ИМПОТЕНТ. ОБРАТИВШИСЬ К ЦЕЛИТЕЛЮ, ОН ВЫЯСНЯЕТ, ЧТО ЕГО СЕСТРА-ВЕДЬМА УКРАЛА ЕГО ЯИЧКИ, И ИХ НУЖНО ВЕРНУТЬ. ЦЕЛИТЕЛЬ ВЫЗЫВАЕТ СЕСТРУ ПАЦИЕНТА, КОТОРАЯ МГНОВЕННО ПРИЗНАЁТСЯ В КРАЖЕ И СООБЩАЕТ, ЧТО ЯИЧКИ БРАТЦА ОНА СПРЯТАЛА В БЛИЗЛЕЖАЩЕМ МУРАВЕЙНИКЕ. НА ВОПРОС, НЕ СЪЕЛИ ЛИ ИХ МУРАВЬИ, ОНА УСПОКАИВАЕТ ПРИСУТСТВУЮЩИХ ТЕМ, ЧТО ПОЛОЖИЛА ЯИЧКИ В КОРОБКУ ИЗ-ПОД СИГАРЕТ. ВСЕ ПРИСУТСТВУЮЩИЕ ИДУТ К МУРАВЕЙНИКУ И НАХОДЯТ В НЁМ ПУСТУЮ КОРОБКУ. ЭТОТ «ФЕТИШ» ПЕРЕДАЁТСЯ ПАЦИЕНТУ, И ЕГО ПОЛОВАЯ ЖИЗНЬ ОТНЫНЕ НОРМАЛИЗОВАНА.

Знахари могут использовать любой предмет в качестве фетиша с помощью гипноза и убеждения, и эти методики способны дать поразительные по нашим меркам результаты. Современная психиатрия признаёт, что методы работы традиционных целителей в принципе мало чем отличаются от практики психотерапевтов Европы и Америки, однако подлинные возможности гипноза и убеждения ещё предстоит изучить.

Фетиш является лишь материальным выражением магических способностей целителя – традиционная африканская медицина без магии и помощи духов попросту не работает. При этом рецепты снадобий действительно содержат целительные травы и элементы, которые могут помочь вылечить болезнь. Очень часто в составе лекарств присутствуют кассия и мелисса, которые неплохо продаются и в европейских аптеках. Кожицу ириса применяют при зубной боли, а корень этого цветка – для лечения половых инфекций. В Западной Африке лечат артрит пальцев при помощи золы от перьев птицы турако, а укусы скорпиона врачуются при помощи жира варана. Целую книгу можно написать об искусстве изготовления ядов для стрел из таких растений, как строфант, молочай и калабарские бобы – все эти растения задействованы в современной медицине. Однако принимать что-либо внутрь или наносить на тело вовсе не обязательно, если применяется фетиш – леопардов клык, панцирь черепахи или нагрудный амулет. И в любом случае основой рецепта будет магия.

Один из прилавков со стандартным ассортиментом на рынке фетишей в Ломе, Того.

Рынки фетишей – уникальная африканская особенность и одно из самых поразительных зрелищ для любого путешественника. Даже сегодня, в ХХI в., их можно найти в крупных городах по всей Африке, от Марракеша до Йоханнесбурга, и так же, как тысячи лет назад, здесь торгуют всеми средствами магического врачевания. Крупнейший на континенте рынок фетишей расположен в Ломе, столице Того, где на ваш выбор предложат широкий ассортимент черепов гиен, обезьян и гиппопотамов, игл дикобраза, высушенных ежей, голов, лап и хвостов всевозможных животных и птиц. Здесь во множестве торгуются пятиметровые шкуры питонов, змеиные и страусиные яйца, а также магические амулеты и фигурки из дерева и камня, которые целитель заговорит для вас в специальной хижине, расположенной прямо на рынке. Там, где специализированных рынков амулетов нет, на любом крупном африканском базаре всегда найдутся один-два прилавка, торгующие фетишами и иными предметами традиционного культа, даже если население города поголовно расписывается в верности христианству или исламу.

Цены на фетиши обычно невысоки, ведь их покупают преимущественно небогатые люди. Однако всё зависит от качества и силы амулета. Зуб леопарда, да ещё заговорённый авторитетным жрецом, может потянуть на годовую зарплату среднего африканца. Служители культа хорошо знают, что для верующего человека такой амулет будет оказывать мощный эффект: например, робкий в любви мужчина, повесив на шею леопардов зуб, станет уверенным в себе.

Само собой разумеется, что могущество фетишей может служить как добру, так и злу. Подобно ревнивому мужу, сорвавшему удовольствие своей жены с помощью заговорённого амулета, тысячи африканцев ежедневно тратят свои деньги на то, чтобы навредить нелюбимой тёще, свести в могилу дряхлого мужа, разрушить здоровье придирчивому начальнику или отвадить любовника от супруги. С этими целями они обращаются к ремеслу, страшнее которого для африканца нет ничего на свете – колдовству.

КОЛДУНЫ И ВЕДЬМЫ.

Когда-то на земле не существовало колдовства, считают бамбара в Мали. Но бог Пембеле, которому было одиноко на Земле, решил создать себе женщину из гнилого ствола дерева, смазав его своей слюной. Первая на свете женщина и стала прародительницей всех ведьм и колдунов. Эта весьма нелестная для всего слабого пола легенда подчёркивает древний страх перед женщиной – тот же, что стал в своё время причиной тысяч костров во время охоты на ведьм в средневековой Европе.

У тебя есть отец и мать, много братьев и сестер, мы рады будем съесть любого из них. Из легенды о колдунах народа икома, Нигерия

О причинах колдовства в Африке обычно не задумываются. По африканским представлениям, колдуны и ведьмы действуют во вред людям просто потому, что этим они поддерживают собственную жизнь. Некоторые полагают, что колдуну необходимо высасывать кровь из своих жертв, чтобы поддерживать своё здоровье, или что смерть и несчастья других дают жизнь для него самого. Но чаще всего нам приходилось слышать, что колдовство не имеет причин. Колдун – это проявление некоего абсолютного зла, которое обязательно должно существовать на Земле. И как положено всякому злу, действует оно преимущественно ночью.

Ритуал поедания огня у кузнецов Того неизбежно создает им репутацию колдунов.

Учёные объясняют веру в колдовство более глубокими причинами. Африканец, придерживающийся традиционного образа мысли, испытывает вековой страх перед могуществом природы, которое он не в силах побороть. Большинство африканских болезней смертельны; засуха и наводнение несут голод, которому нечем противостоять; дикая природа полна опасностей, от которых малочисленная община практически ничем не защищена. Многие из этих опасностей сегодня уже не так актуальны, но на смену им приходит груз проблем, связанных с попыткой адаптироваться в современном обществе с его грузом сложных, малопонятных проблем: гражданские войны, эпидемии, безработица, полиция. В результате человек тысячелетиями живёт в страхе перед каким-то неуловимым, непостижимым злом. И помещение этого зла в некий стабильный объект – в данном случае колдуна или ведьму – помогает локализовать страх, сделать его управляемым, найти ему телесную оболочку, с которой можно было бы бороться.

Практически любые беды, происходящие с общиной или отдельным человеком, приписываются в Африке колдовству. Падёж скота, отсутствие дождя, неожиданная смерть от болезни, гибель новорожденного ребёнка или урожай зерна, съеденный птицами по недосмотру заснувшего сторожа, – всё это имеет только одну причину: кто-то из недоброжелателей применил чёрную магию против жителей деревни.

В этом случае старейшины селения садятся обсуждать бедствие, и ни один из них не выскажется о его причинах – здесь как раз всё понятно. Это колдун превратился в змею и укусил человека. Это он подговорил слонов растоптать плантацию таро, обезьян – выкопать весь арахис в поле, а мышей и птиц – объесть кукурузные початки. Он направил на человека падающее дерево, раздавившее его, на деревню обрушил молнию, а на женщину наслал бесплодие. Так что относительно причин бедствия никаких разногласий нет. Осталось лишь узнать, кто именно колдун, и нейтрализовать его. В процессе обсуждения будет предположено, что колдовские чары исходят из соседней деревни, с которой в прошлом году возникли напряжённые отношения из-за украденной коровы. Мы, значит, украли и съели их корову, а они наслали на нас колдовские чары, от которых подозрительно скоропостижно скончался наш восьмидесятивосьмилетний вождь. Если так, то нужно немедленно начинать войну и перебить как можно больше соседей, тогда они больше не посмеют колдовать против нас.

Кто-нибудь выскажет иную версию: чары испускает одинокая женщина, живущая на краю деревни. В прошлом году скончался её муж, и она живёт на попечении своего брата, жена которого уже несколько раз обвиняла золовку в колдовстве, особенно после таинственной пропажи курицы в соседнем лесу. Эта версия кажется вполне остроумной: в самом деле, а от чего, собственно, умер её муж в прошлом году? Не погубила ли она его своим колдовством? Да, всем известно, что он с детства страдал хроническим несварением, но всё же – почему вдруг взял и умер?

В этот момент кто-то из старейшин вспоминает, что его внук видел эту женщину во сне – там она варила колдовское зелье. Посылают за внуком, который подтверждает: да, ему рассказали про эту женщину, будто она ведьма, и той же ночью ему привиделось, как она варит какие-то травы в горшке. Старейшины встречают эти показания дружным одобрением, и мальчика отпускают домой.

Наконец, последним доказательством будет «допрос трупа» умершего вождя, проводимый жрецом в присутствии всех жителей деревни. Трупа при этом может и не быть, если он уже похоронен: достаточно пряди волос, ногтей или даже личных вещей покойного. Родственники приносят их на деревенскую площадь на специальных носилках, после чего ведущий церемонии призывает духа умершего указать своего убийцу. Родственники обходят каждого жителя, и когда дух видит ведьму, носилки слегка наклоняются в её сторону. Так виновницу обнаруживают, и никто из жителей не будет сомневаться в вердикте.

Одна из обитательниц «лагеря ведьм» проживает здесь уже 25 лет, Гана.

Ведь сам колдун может не знать, что в нём живёт зло, потому-то он не всегда признаётся в своих деяниях. Колдуном можно стать, просто съев отравленный суп или семечко. В результате колдовской становится душа человека, которая выходит на охоту, когда он спит. Она летает на огромных крыльях, опережая всех птиц, или на спинах летучих мышей, садится в полночь на крыши домов простых граждан и, заставив их перевернуться во сне на спину, впивается в грудь своим клювом. На следующее утро жертва колдовства заболевает, и так как в её тело колдун вставил зловредный фетиш, то смерть будет неминуемой, если только целитель не сможет его достать. Целителю, впрочем, это обычно удаётся – после целого ряда церемоний и манипуляций с телом больного человека он ловко высасывает из жертвы колдуна фетиш: пучок травы, птичьи перья или камни, предварительно спрятанные во рту.

Такое лечение оказывает сильнейший психотерапевтический эффект на больного: ощущая себя заколдованным, люди нередко умирают просто от страха, после же процедуры «излечения» от колдовских чар пациент непременно поверит в выздоровление.

ЦИВИЛИЗАЦИЯ НЕ СТОИТ НА МЕСТЕ. В ПОСЛЕДНИЕ ДЕСЯТИЛЕТИЯ КОЛДУНЫ, ПО РАССКАЗАМ АФРИКАНЦЕВ, ПЕРЕДВИГАЮТСЯ УЖЕ НЕ ТОЛЬКО НА ЛЕТУЧИХ МЫШАХ, НО И НА САМОЛЁТАХ И ЛЕТАЮЩИХ МОТОЦИКЛАХ, А В ТЕЛО СВОИХ ЖЕРТВ ВЖИВЛЯЮТ НЕ ИГЛЫ ДИКОБРАЗА, А ГВОЗДИ, ГАЙКИ, ШУРУПЫ, А ИНОГДА И ПРОСРОЧЕННЫЕ СИМ-КАРТЫ.

Если ведьма не признаётся в своём колдовстве – а как правило, так и случается, – соплеменники устраивают над ней специальное испытание, которое может быть чрезвычайно жестоким. Жертве дают выпить яд, вливают ядовитый древесный сок в глаза или заставляют опустить руку в кипящий котёл. Раньше результатом судилища в большинстве случаев являлась казнь жертвы, но с приходом в Африку современной цивилизации её заменяют изгнанием, что в большинстве случаев, впрочем, тоже означает социальную смерть.

С этими явлениями не может справиться даже XXI век. Законами целого ряда стран колдовство официально запрещено, на Сейшельских островах колдуны гри-гри объявлены вне закона и разыскиваются как самые настоящие преступники. Правительства африканских государств создают специальные «лагеря ведьм», в которые свозят со всех концов страны колдунов и колдуний, изгнанных из своих домов сородичами. Под обвинения в колдовстве практически всегда попадают самые незащищённые жители деревни, ведь никому не хочется содержать на своей шее одинокую вдову или старика, пережившего своих детей. Община видит в них отклонения от нормы и стремится устранить их. Колдунов часто находят среди увечных, хромых, глухих людей, ими почти неизбежно будут считаться альбиносы, нередко страх колдовства распространяется на детей-близнецов, которых во многих районах Африки считают предвестниками несчастья для общины.

Бывают случаи, когда под воздействием антиколдовской истерии, под прессом которой постоянно живёт африканец, человек сам начинает ощущать себя колдуном или ведьмой. В «лагере ведьм» Нгани на севере Ганы нам удалось поговорить с двумя его обитательницами, живущими здесь уже многие годы. Их истории чрезвычайно трагичны: по обвинению в колдовстве против своих родственников они были изгнаны из родных домов и лишены возможности видеться с детьми. Сегодня их дети уже взрослые, однако они никогда не приедут повидаться со своей матерью, для них она не существует. Одна из «ведьм» при этом признаётся в том, что она колдовала против собственного брата – с помощью колдовства она убила его жену и маленького ребёнка. Но, добавила она, ничего страшного: после прибытия в «лагерь ведьм» местный жрец провёл над ней обряд очищения, изгнал злого духа из её тела, и теперь она безобидна для окружающих. Многие жители «лагеря ведьм» обретают здесь новую работу, дом, а некоторые – и счастливые семьи.

ИЗ ДОПРОСА ВЕДЬМЫ НАРОДА ФАНТИ (ГАНА): «В МОЁМ ВЛАГАЛИЩЕ ЖИВЁТ ВОЛШЕБНАЯ ЗМЕЯ. КОГДА Я СОБИРАЮСЬ НА НОЧНОЙ ШАБАШ ВЕДЬМ, Я ОСТАВЛЯЮ ЗМЕЮ ДОМА, ЧТОБЫ МУЖ СПАЛ СПОКОЙНО ДО МОЕГО ВОЗВРАЩЕНИЯ. КОГДА МУЖ ХОЧЕТ ИМЕТЬ СО МНОЙ ПОЛОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ, Я ВЫНИМАЮ ЗМЕЮ ИЗ ВЛАГАЛИЩА, ПРЯЧУ ЕЁ И КЛАДУ НА МЕСТО ТОЛЬКО ПОСЛЕ ТОГО, КАК МУЖ КОНЧИЛ СВОЁ ДЕЛО».

Исповеди колдунов – весьма распространённый жанр судебных хроник и заметок путешественников по всей Тропической Африке. Один из таких рассказов записан в Конго, где колдун сообщил, что его привлёк к злодейству его отец, а он, в свою очередь, своего сына. При этом каждый раз следовало убить человека и дать новообращённому кусочек его мяса в пищу. По ночам этот колдун отправлялся в глухой лес, связав свою очередную жертву паутиной по рукам и ногам, и там после бешеного танца у священного камня умерщвлял её вместе со старухой ведьмой, живущей по соседству. На вопрос о том, как могла немощная старуха преодолеть солидное расстояние до леса и участвовать в бешеной пляске, колдун пожимал плечами: ну разумеется, она долетела туда, обернувшись пчелой!

ХРАМЫ И ЖЕРТВЫ.

Египтяне также были первыми, кто стал воздвигать богам алтари, статуи и храмы. Геродот. История. V в. до н. э.

Последнее, о чём мы хотели бы рассказать в этой главе, – это религиозные обряды и церемонии африканцев. Где, как и в каком виде молится простой африканец? Этому вопросу в литературе уделено значительно меньше внимания, чем мифологии и пантеонам божеств, но для читателей, стремящихся понять психологию жителей Чёрного континента, эта информация будет несомненно полезной.

Африканские религиозные культы обычно не предполагают создания особых храмовых сооружений в честь почитаемых божеств и духов. Религиозная архитектура всегда была присуща только развитым обществам, способным мобилизовать тысячи людей на строительные работы, – древние храмовые комплексы Древнего Египта, Мероэ и Аксума не имели аналогов в Африке южнее Сахары. Многочисленные храмовые постройки сохранились в районе цивилизации Зимбабве в Южной Африке, однако известно о них очень мало, а по сохранившимся нельзя сказать ничего определённого о культах, бытовавших здесь в Средневековье. В традиционных сообществах религиозные церемонии и жертвоприношения богам проводятся либо в закрытых для посещения священных рощах, на вершинах холмов или скал, но вполне могут иметь место и на деревенской площади.

Выше мы уже упоминали, что религия в Африке не отделена от повседневной жизни человека. Любой праздник имеет религиозный подтекст, будь то свадьба, окончание сбора урожая, весеннее равноденствие или церемония инициации юношей и девушек. Некоторые из указанных процедур исполняются узкой группой посвящённых лиц – жрецами, старейшинами или членами тайных обществ, – но в празднике всё равно принимает участие вся деревня. Чаще всего это выражается в музыкальных представлениях и танцах на главной площади, где люди, нарядившись в маски тотемных животных, божеств или духов, исполняют отработанные веками церемонии. Особого религиозного сооружения для этого обычно не требуется.

Вудуистский храм в одной из деревушек южного Бенина.

Под влиянием христианства и ислама, с их развитой культовой архитектурой, некоторые традиционные религии Западной Африки также принялись создавать свои храмы. Они нередко вырастают над алтарями божеств, веками стоявшими в определённых местах в деревне или поблизости от неё, или строятся на месте хижин жрецов и целителей, в которых принимают посетителей, готовят целебные снадобья и проводят ритуалы. В Бенине такие хижины обозначаются белым флагом на высоком флагштоке и фактически исполняют роль храма, в котором ждут и местного жителя, и проезжего путника. В Того и Бенине, где традиционная религия испытала особенно сильное влияние христианской обрядности, сегодня возводятся храмы в честь различных божеств вудуистского пантеона.

В БЕНИНСКОМ ГОРОДЕ УИДА БОЛЬШОЙ ИЗВЕСТНОСТЬЮ ПОЛЬЗУЕТСЯ ХРАМ ПИТОНОВ – МЕСТО ПОЧИТАНИЯ ОДНОГО ИЗ САМЫХ ПОПУЛЯРНЫХ В АФРИКЕ ТОТЕМОВ. НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТКОВ ЗМЕЙ ПРОЖИВАЮТ ЗДЕСЬ КРУГЛЫЙ ГОД, ПОЛУЧАЯ ПИЩУ ИЗ РУК СПЕЦИАЛЬНЫХ ПОТОМСТВЕННЫХ СЛУЖИТЕЛЕЙ. ПРИНЕСЯ ЖЕРТВУ ПИТОНАМ, МНОГИЕ МЕСТНЫЕ ЖИТЕЛИ ОТПРАВЛЯЮТСЯ ЧЕРЕЗ ДОРОГУ – НА СЛУЖБУ В КАТОЛИЧЕСКИЙ СОБОР.

У других народов жилище жреца, напротив, окружено запретами. У догонов, например, во двор огона запрещено заходить всем жителям деревни, кроме одной старой женщины, уполномоченной приносить жрецу еду и воду. Она же имеет возможность разговаривать с огоном – точнее, транслировать его слова визитёрам, стоящим за высокой оградой. Сам огон тоже лишён возможности покидать свой дом, помимо особых церемоний, зато известно, что каждую ночь к нему является священный питон Лебе и облизывает его тело. Дом огона по своей конструкции выглядит совершенно иначе, чем хижины его обычных соплеменников: его стены украшаются многочисленными нишами, напоминая огромный прямоугольный муравейник.

Единственным религиозным сооружением, распространённым по всей Тропической Африке, являются алтари под открытым небом и скульптурные изображения богов в священных местах. Статуи божеств могут выглядеть вполне реалистично, с лицом, руками и ногами, как у народа консо в Эфиопии, но у большинства народов Западной Африки это лишь невысокие столбики из глины, символизирующие божество. Эве и фон устанавливают эти алтари в особом месте на окраине деревни, а у дагомба в Гане они стоят во дворе каждого дома.

Существуют и более важные места поклонения, к которым сходятся жители нескольких деревень или даже целых областей. Это жилища особо могущественных местных духов, зарекомендовавших себя по всей округе. В Бенине самым известным из таких мест поклонения является Данколи, своеобразный храм под открытым небом, где пообщаться с духами может каждый желающий, без каких-либо посредников. Когда-то здесь стояло священное дерево, от которого сегодня остался лишь трёхметровый ствол, обвязанный белой материей. Но ствол сам по себе не имеет значения: в нём живёт могущественный бог-дух Легба, и именно ему ежегодно приносят жертвы тысячи людей, создав здесь за столетия настоящий холмик из плоти и крови заколотых кур и козлят. Впрочем, для того, чтобы ваше желание было исполнено Легбой, необязательно убивать животину: достаточно просто босиком взойти на холм, вбить в него деревянным молотком небольшую дощечку и полить место ромом или джином, попросив при этом Легбу об услуге.

Чем амбициознее ваше желание, тем сложнее будет ритуал, необходимый богам и духам, чтобы выполнить его. Однако основой общения между человеком и божеством всегда будет жертвоприношение. Жертвовать обычно приходится то, что считается наиболее ценным: как и люди, невидимые существа любят деньги, раковины каури, мясо, тонизирующие орехи кола, алкогольные напитки. Культ вудуизма на побережье Гвинейского залива сделал крепкие возлияния основной разновидностью жертвоприношения, а так как в этом районе Африки ничего крепче пальмового вина не изготовить, то жертвы богам принялись закупать у европейских поселенцев. По сей день в хижинах жрецов Того и Ганы можно видеть старинные бутылки из-под португальского рома и голландского шнапса; после ухода голландцев богам сгодился и английский джин, а русская водка пользуется здесь особым религиозным почётом – жрецы уверяли нас, что ею можно задобрить буквально любое божество вудуистского пантеона.

Из мясного африканские божества обычно предпочитают кур и козлят. Более ценные бараны и крупный рогатый скот считаются особо ценными жертвами: например, при обряде вызывания дождя, самой важной церемонии у народов южноафриканских саванн, используется чёрный бычок или чёрный баран. Если их принести в жертву небесному божеству, то и облака превратятся в чёрные дождевые тучи. Ценнейшей жертвой для богов догонов является «бородатый» баран – старый, с особыми складками жира на шее, почему-то напоминающий догонам льва.

Впрочем, жертвы далеко не всегда и не везде были столь безобидны. Ещё не так давно Африка была знаменита и своими человеческими жертвоприношениями. Судебные архивы колониальных властей по всей Западной и Южной Африке пестрят описаниями процессов над фанатиками, совершавшими ритуальные убийства своих соплеменников или соседей в угоду какому-нибудь зловещему культу. Впрочем, эти зверства были характерны в основном для критических периодов в жизни племени – например, во время хронического голода, когда людям казалось, что жертва богам должна быть по-настоящему ценной. Существует множество сведений о человеческих жертвоприношениях в тайных обществах (мы говорили о них в главе «Повседневная жизнь»), по сей день функционирующих в странах Западной Африки: не исключено, что эта информация порождена страхом перед ними.

ПОИСКИ ЧЁРНОГО БАРАШКА У НАРОДА ЛОВЕДУ В ЮАР НЕРЕДКО ПРЕВРАЩАЮТСЯ В НАСТОЯЩИЙ ДЕТЕКТИВНЫЙ СЕРИАЛ. КОРОЛЕВА ДОЖДЯ МУДЖАДЖИ, ОТВЕТСТВЕННАЯ ЗА ОБЩЕНИЕ С НЕБЕСНОЙ КАНЦЕЛЯРИЕЙ, ОДНОГО ЗА ДРУГИМ ОТВЕРГАЕТ ПРЕДЛАГАЕМЫХ ЕЙ ЖИВОТНЫХ, МОТИВИРУЯ ОТКАЗ ТЕМ, ЧТО БАРАН ДОЛЖЕН БЫТЬ БЕЗ ЕДИНОГО СВЕТЛОГО ПЯТНЫШКА. ВНОВЬ И ВНОВЬ ЕЁ ПОСЛАНЦЫ ОБХОДЯТ ОКРУГУ НА ДЕСЯТКИ КИЛОМЕТРОВ, ЧТОБЫ ДОСТАТЬ БАРАШКА НУЖНОГО ЦВЕТА. В ПОИСКАХ ЖЕРТВЫ ПРОХОДИТ СТОЛЬКО ВРЕМЕНИ, ЧТО РАНО ИЛИ ПОЗДНО НА НЕБЕ СКАПЛИВАЮТСЯ ГРОЗОВЫЕ ТУЧИ, И ТОГДА ЖРИЦА ПРОВОДИТ НЕОБХОДИМЫЙ РИТУАЛ – ДОЖДЬ НАЧИНАЕТСЯ НЕПРЕМЕННО.

У святилища Данколи ежедневно приносятся в жертву духу десятки козлят и кур, Бенин.

Вероятно, в прошлом обычаи человеческих жертвоприношений были широко распространены в Африке, и ничего в них нет странного, если учесть, что ещё в Средние века людей приносили в жертву богам и в Европе, – в частности, и на Руси. Впоследствии, в наш век гуманности, живую плоть заменяют её символическими выражениями – соломенными куклами, статуэтками или продуктами питания.

Боги не против.

СОЛНЦЕ, ЛУНА И ИХ ДЕТИ.

Попросим нашего уважаемого читателя пересказать или хотя бы назвать один-единственный славянский миф. Трудновато, не правда ли? Славянская мифология либо сильно сдала позиции под тысячелетней цензурой христианства, либо не была разработана и укоренена слишком уж глубоко. А теперь вспомним классический пример Древнего Египта, несколько тысячелетий питавшего мифологическими сюжетами и Ближний Восток, и всю Южную Европу.

Когда первый предок спустился с небес, он стоял на квадратном осколке неба, принявшем форму первого амбара. Из мифа догонов

Но даже в наши дни мифология многих народов африканского континента отличается чрезвычайной детальностью и весьма обширна. Нам хорошо известны мифы догонов и бамбара Мали, чьи космогонические представления о сотворении мира значительно сложнее христианских. Детально описаны мифологии готтентотов и бушменов Южной Африки, йоруба Нигерии, ганда района Великих озёр. Там, где существовали развитые государства – например, в саваннах Западной Африки, а позже в Конфедерации Ашанти и Дагомее, в городах суахили, – мифология приобретала «официальный» характер, создавался эпос, появлялись профессиональные сказители. Не исключено, что и системы мифологических представлений других народов не менее богаты, просто они до сих пор остаются незаписанными. Миф свят, а следовательно, на него налагаются такие же ограничения, как на всё священное. В отличие от сказок, мифы не являются общедоступными, их знают, сохраняют и передают избранные члены общины (старейшины, жрецы, члены тайных обществ), и уж точно закрытыми они должны оставаться для чужестранцев. Вот почему во все времена, и даже сейчас, хранители мифов не очень охотно делятся своим знанием с иностранцами, особенно вооружёнными диктофоном. Вот почему и знания об Африке во многом окутаны ореолом загадочности, подчас граничащей с сакральностью.

Один из древнейших египетских мифов – о солнечной ладье бога Ра, ежедневно идущей с Востока на Запад.

Африканскую мифологию многократно пытались структурировать и подвергали различным попыткам классификации, в том числе в отечественной литературе. Это оказалось делом весьма сложным: стремление свести разнообразие к единству сильно искажает реальность, особенно на таком огромном пространстве, как африканский континент. Кроме того, какие-либо научные обобщения затрудняются тем, что мифы доходят до нас посредством записи миссионеров, путешественников или учёных, которые нередко неверно толкуют их смысл и содержание. Очень многих вопросов, на которые пытались получить ответ западные исследователи, беседуя с хранителями легенд, сами африканцы никогда себе не задавали. Например, вопрос о происхождении мира весьма нехарактерен для мифологии Тропической Африки (хотя и встречается). Мир воспринимается как данность. Мифы африканских народов, как правило, значительно более конкретны, когда рассказывают о появлении небесных светил, человека, животных или растений, женщин и мужчин, жизни и смерти, но не «мира» в целом, потому что такого понятия даже не существует в большинстве африканских языков. Интересно, что некоторые мифы о происхождении мира из водного хаоса, записанные на протяжении ХХ в., до боли напоминают Книгу Бытия и, весьма вероятно, были позаимствованы из рассказов христианских миссионеров.

В своих мифах африканцы одушевляют любые природные объекты вокруг себя, и все они, как правило, обладают сверхъестественной силой. Пигмеи Центральной Африки считают лес живым существом. Огонь и ветер действуют во многих мифах как весьма активные персонажи (вспомним аналогичную активность ветра, солнца и месяца в «Сказке о царе Салтане»). Солнце и Луна в представлениях африканцев тоже обладают не только душой, но и своеобразными характерами, что показывает хотя бы миф о происхождении звёзд, бытующий у народа эве в Того.

Солнце и Луна решили убить своих многочисленных детей и устроить из них себе пир. Солнце, следуя договорённости, умертвило своих детей и съело их на пиру вместе с Луной. Последняя же спрятала своих отпрысков в огромном кувшине для воды и сказала Солнцу, что все они разбежались. Теперь она позволяет своим детям выходить на улицу только ночью, когда Солнце отдыхает. Вот почему Солнце бездетно, а детей Луны – звёзды – можно видеть на небе каждую ночь.

В другой истории, принадлежащей бушменам, Луна и Солнце – два поссорившихся мужчины, первый из которых был пронзён ножом (солнечными лучами) и искромсан до такой степени, что от него остался только крошечный кусочек – полумесяц. Всякий раз он вырастает заново, и ежемесячно Солнце вновь принимается наносить свои удары.

Интересно узнать, как африканцы представляют себе Землю и её взаимодействие с небесными светилами. Но надо признать, что далеко не все народы вообще задумываются об этом, большинство известных мифологий обходит вопрос стороной. Наиболее очевидное толкование – о рождении Солнца на востоке и его ежедневной гибели на западе – бытовало в Древнем Египте, где дневное светило плыло по небу на золотой ладье. В древнеегипетских легендах богиня неба каждый вечер заглатывала Солнце, чтобы вновь родить его утром. В мифах же догонов Мали, известных своими поразительными познаниями в астрономии, Солнце, наоборот, неподвижно: догоны задолго до Коперника догадались, что Земля вращается вокруг Солнца, а также и вокруг своей оси, хотя и представляли они Землю не шаром, а подобием плоского жернова на шесте.

Боги и духи, основные объекты религиозного почитания африканцев, действуют в мифах чаще всего. Они могут как оказать помощь, так и погубить людей, в зависимости от отношения последних. Если к духам прийти за помощью – обычно это делается с помощью подводного ныряния либо восхождения на небо по высокому дереву или длинной верёвке, – они вершат справедливость и одаривают тех, кто выполняет определённые испытания. Божества или духи почти во всех африканских мифологиях являются творцами жизни на Земле, но они же и создатели смерти. Смерть, как и в библейской традиции, может быть дана в виде кары за нарушение людьми, некогда бессмертными, какого-то божественного предписания или запрета. Но в некотором смысле африканская традиция более гуманна, нежели ближневосточная: человеку всегда даётся шанс на бессмертие, который он упускает не по своей вине, а по вине хитрого змея, обманувшего создателя, или посланцев верховного божества, играющего в своеобразную игру, как в мифе народа зулу Южной Африки.

Бог послал к людям Хамелеона и Ящерицу и сказал: «Когда ты, Хамелеон, придёшь к людям, скажи им: “Вы будете умирать и возвращаться”. Ящерице он дал другое поручение: «Скажи им так: “Когда люди умрут, они исчезнут навсегда”. Хамелеон ушел первым, но, так как он двигался очень медленно, Ящерица скоро обогнала его. Она первая нашла людей и передала им послание бога. Через некоторое время пришел Хамелеон и сказал: «Люди умрут, но вернутся». – «Мы уже слышали слова Ящерицы, что смерть станет для нас концом, – сказали люди, – а теперь является Хамелеон и говорит своё! Что за вздор!» И по сей день люди, увидев Хамелеона, засовывают ему в рот табак, чтобы Хамелеон умер, приговаривая: «Ты тащился по дороге, вместо того чтобы поспешить и прийти к нам первым». Ибо, в конце концов, лучше ведь умереть и вернуться, чем уйти насовсем.

Животные – основные персонажи африканских сказок – активно участвуют и в мифах. В представлениях африканцев они стоят выше людей по своим способностям и значительно ближе потустороннему миру богов и духов. Это представление – отголосок того самого тотемизма, о котором мы говорили в предыдущей главе. К моменту создания богами человека животные уже населяли мир. Ещё чаще они представляются древними людьми, заколдованными когда-то и за что-то рассерженными богами. Не человек произошёл от обезьяны, а наоборот: согласно мифам народа чага в Танзании, павианы переродились из людей, одичавших и бежавших жить в лес. Пигмеи также считают горилл и шимпанзе заколдованными людьми. Заяц в легендах бушменов тоже когда-то был человеком, пока боги не прокляли его за коварство, а у хауса Нигерии той же участи подвергся паук – некогда мужчина, которого лев разорвал за его хитрость. И уж по всей Африке в теле ядовитых змей живут души плохих людей, принявших змеиное обличье, чтобы и после смерти вредить соплеменникам. Например, в мифах нигерийских ибибио питоны – это перевоплощения ранее умерших дурных людей. Они живут на дне рек и озёр и топят лодки с рыбаками, требуя от человечества бесконечных жертв.

Одомашнивание животных тоже представляется африканцам процессом «наоборот»: у народа фанг в Габоне записана легенда о том, как некогда люди и животные жили все вместе, но из-за ссоры женщин между собой бог развёл их. Из зверей с человеком остались только собака и курица (иногда сюда добавляется и коза), а остальные ушли в лес и стали дикими.

В силу своего положения где-то между человеческим и потусторонним миром животные всегда служили посредниками между богом и людьми. Посланцем высших сил во многих районах Тропической Африки выступает богомол, герой множества мифов. Хамелеон и ящерица, участники уже описанного забега на жизнь и смерть, считаются дурными вестниками, которых лучше убить, зато собака почитается добрым гонцом: именно она, согласно мифам суданского народа шиллук, принесла людям огонь с небесного костра, зацепив его хвостом, обмотанным соломой. Этот миф распространён во многих районах континента – как и древние греки, африканцы огонь обычно считают похищенным у богов или иных сверхъестественных существ. В Экваториальной Африке даже считается, что огонь люди заимствовали у шимпанзе.

Особый интерес, конечно, представляют мифы о происхождении человека. Здесь Африка предоставляет нам широчайшую гамму выбора: одно только перечисление легенд о сотворении людей может занять не один десяток страниц. Самая известная в мире легенда – о сотворении богомтворцом мира из хаоса и человека «по образу и подобию своему» – тоже африканского происхождения: во всяком случае, этот библейский сюжет был записан в Египте ещё в ХХII в. до н. э., задолго до появления Библии. В Тропической Африке люди обычно появляются внезапно из мира богов и духов, туда же и отправляются после смерти. Некоторые народы Восточной Африки полагают, что люди «вышли из тростника», хотя как они оказались там, мифы не объясняют. Люди появились из трещины в скале, из пещеры или глубокой норы в земле. Они спустились с неба (как и в легендах американских индейцев) или родились от священного дерева: народ гереро (Намибия) ещё недавно даже показывал это дерево путешественникам. Наконец, люди нередко материализуются из частей тела божественных существ или первопредков, которые существовали искони и сами по себе. В мифе масаев и нанди – скотоводов Кении и Танзании – говорится о старике, который жил когда-то на Земле в полном одиночестве до тех пор, пока не стал страдать от опухоли колена. Когда нарыв прорвался, из него вышли девочка и мальчик, ставшие предками всех людей на свете. Был ли этот старик богом, кем был рождён он сам и что делал, пока не состарился, легенда не сообщает – ни рассказчик, ни аудитория об этом не задумываются. Интересно, однако, что роль прародителя выполняет именно колено – совсем как у индоевропейских народов, в языках которых слова «колено» и «род, рождение» однокоренные.

Однажды охотнику по имени Нколле посчастливилось убить в лесу антилопу. Когда он начал разделывать тушу, из леса вдруг вышли неизвестные существа. Они были совершенно обнажены, и охотник увидел, что это не мужчины: на груди у них висело по два мешка. Существа с удивлением рассматривали охотника, подпоясанного шкурой. Они увидели тушу и спросили: «Что там у тебя?» Нколле ответил: «Это мясо антилопы гулунгве». – «Что ты будешь с ним делать?» – «Я буду есть его сырым». – «Если ты дашь нам кусок, мы принесем тебе огня». Нколле отдал женщинам кусок мяса, и те попросили его вернуться на другой день. Назавтра охотник снова пришел в лес, был встречен и проведён в лагерь женщин. Те поджарили на огне мясо, угостили его и попросили, чтобы он привел с собой других мужчин. Охотник, восхищённый вкусом жареного мяса, дал его попробовать друзьям, и все они захотели пойти с ним к женщинам. Каждая из них выбрала себе мужчину, и люди стали жить вместе.

Мифы истолковывают и происхождение различных человеческих категорий: мужчин и женщин, скотоводов и земледельцев, белых и чернокожих. Мифологические гипотезы в основном весьма экзотичны. Например, в Южной Африке у многих народов бытует миф о том, что мужчины и женщины когда-то жили отдельно, не подозревая о существовании друг друга; путь к сердцу мужчин, конечно, уже тогда лежал через желудок.

Мифами объясняют и социальное неравенство между народами и кастами. Согласно руандийской легенде, это неравенство создал Имана, верховный бог, сотворивший трёх братьев: Тва, Хуту и Тутси. Он дал им молоко на сохранение, которое Хуту пролил, Тва выпил, и лишь Тутси отнёсся бережно к подарку бога, за что и стал править над своими братьями. Эта легенда, придуманная, конечно, скотоводами-тутси, должна была объяснять подчинённое социальное положение пигмеев-тва и земледельцев-хуту, веками существовавшее в Руанде.

В Намибии объясняют разницу цвета кожи людей тем, что, когда их предки делили тушу первого убитого быка, негроиды-гереро съели печень и стали чёрными, а готтентотам достались лёгкие и кровь, отсюда более светлый, красноватый оттенок их кожи. А согласно верованиям народа шиллук в Судане, бог-создатель Джуок сначала принялся делать людей из белой глины, и он изготовил их довольно много, но потом от долгой работы руки его и глина стали совсем чёрными, такими получились и африканцы.

Белый цвет кожи большинством африканских мифов воспринимается как более престижный, но это позднее явление – результат знакомства с богатыми и технологически развитыми европейцами. Более архаичные легенды сохранили не зависть к белой коже, а скорее ужас перед ней. Божества в человеческом сознании всегда кардинально противопоставлены людям: в африканской мифологии белым цветом кожи обладают только они. Бог Бумба-Чемба народа конго был белокожим, и белой же краской окрашивали себя жрецы на посвящённых ему церемониях. Люди-прародители народа сенуфо (Кот-д’Ивуар) Вулона и Вулото тоже были белыми, как и духи нигерийских иджо, а сонгаи Мали считают, что богиня реки Нигер – это выходящая из воды светловолосая девушка. Изредка рождающихся в африканских деревнях детей-альбиносов тоже считали посланцами мира духов, но чаще изгоняли или убивали, чем почитали.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Вернер Э. Мифы народов Африки.

М.: Центрполиграф, 2007.

Одна из фундаментальных работ по африканской мифологии, содержащая не только десятки интереснейших сюжетов, но и их элегантный, увлекательный анализ. Лучшая возможность открыть для себя мир африканских верований и мифов на самые разнообразные темы.

Гэсо П. Д. Священный лес.

М.: Восточная литература, 1979.

Небольшой, но от этого даже более увлекательный рассказ о том, как европейским журналистам посчастливилось участвовать в священном религиозном ритуале западноафриканского народа лоома и что в ходе этого ритуала случилось.

Иорданский В. Б. Звери, люди, боги. Очерки африканской мифологии.

М.: Наука, 1991.

Качественное отечественное исследование мифологических мотивов народов Тропической Африки: весь многогранный духовный мир жителя Африки раскрывается через красочные легенды и сказания о том, что составляет внешний мир африканцев. Кроме того, когда научная книга написана лёгким языком, это всегда приятно.

Кобищанов Ю. М. История распространения ислама в Африке.

М.: Наука, 1987.

Серьёзное, но очень занимательное исследование того, какие причудливые формы принимала в Африке столь догматическая религия, как ислам, с момента первого появления зелёного знамени на африканском континенте в VII в. и вплоть до наших дней.

Котляр Е. С. Эпос народов Африки южнее Сахары.

М.: Наука, 1985.

Когда-то считалось, что у примитивных народов Африки не может быть своей литературы, но она есть, и весьма обширная. Только записать её удалось относительно недавно: это эпические сказания о героях и великих империях, о подвигах в борьбе с мифологическими чудовищами, которыми не побрезговали бы ни Геракл, ни Добрыня Никитич.

Оля Б. Боги Тропической Африки.

М.: Наука, 1976.

Свойственно ли африканцам единобожие? На чём основано почитание тотемов? Откуда произошёл первый человек – и особенно откуда взялась первая женщина? Французский учёный подробно рассматривает происхождение религии и мифологии множества культур Чёрной Африки.

Пирцио-Бироли Д. Культурная антропология Тропической Африки.

М.: Восточная литература, 2001.

Книга итальянского исследователя наполнена яркими, «вкусными» фактами о жизни и философии африканцев, многие из которых поистине уникальны. И хотя в книге чувствуется небольшой перекос в сторону теоретического обоснования функциональной школы, к которой принадлежит автор, это не уменьшает читательского интереса к приводимых данным о религии и мифологии Африки.

Asante M. K., Mazama A. (eds). Encyclopedia of African Religion.

Sage, 2009.

Прекрасная, богато иллюстрированная энциклопедия, откуда можно почерпнуть сведения о самых разнообразных богах, духах, мифах и верованиях множества народов Африки. Её можно вполне комфортно открыть на любой странице и забыть о времени на весь остаток дня.

Путешествия.

Каждый путешественник не прерывает езды на арбе даже на время еды и сна. В моей арбе к тому же было три невольницы. Ибн Баттута, XIV в

Изучать Африку на расстоянии интересно, но бессмысленно. Её невозможно познать и почувствовать, не ощутив её резких запахов и острых вкусов, не побывав на её базарах и деревенских праздниках, не проехавшись в тесном микроавтобусе по её пыльным красным дорогам. Нет на свете ни одного сто́ящего африканиста, познавшего Африку за столом своего кабинета и не побывавшего ни в одной полевой экспедиции. Но и тем, кто не связывает свою жизнь с Африкой, тоже полезно на пару недель влюбиться в этот загадочный и особенный мир, так непохожий на все остальные миры. В этой главе мы промчимся со скоростью звука (и буквы) по проторенным туристическим дорогам и заросшим лианами тропинкам африканского континента, смело взглянем в глаза горной горилле и чёрному носорогу, опустимся на океанское дно и познакомимся с нетривиальными и захватывающими маршрутами, которые могут подойти нашему уважаемому читателю для проведения самого интересного отпуска в его жизни.

ШИРОКИМИ ДОРОГАМИ.

Египет. Марокко. Южная Африка. Намибия – Ботсвана. Эфиопия. Мали.

ЕГИПЕТ.

Когда ехать.

Сухой климат круглый год, однако летом температура может доходить до 45 градусов. В марте – апреле часты песчаные бури. Оптимальный сезон – с сентября по март.

Как лететь.

Прямые рейсы из Москвы в Каир, Хургаду, Шарм-эш-Шейх. Виза. Ставится в аэропорту.

Лучшие маршруты.

Каир – Саккара – Вади-Натрун – Александрия (7 дн.).

Двадцатимиллионный Каир сперва поражает своим хаосом, потом зачаровывает древним колоритом, сохранившимся в некоторых его районах. Стоит потратить полдня на коптские церкви и монастыри в христианском квартале, ещё полдня на исламские памятники и городскую цитадель. Посвятить день всем богам Древнего Египта в Национальном музее, завершив его круизом по Нилу на катерке, а наутро отправиться в Гизу на осмотр Великих пирамид. Последнее лучше сделать в девять утра, когда сюда ещё не прибыла дивизия тяжёлых туристических автобусов. От Гизы на такси (или на верблюде) совсем недалеко до Саккары, где стоит древнейшая в мире пирамида Джосера, а гробницы аристократов сохранили яркие фрески Древнего царства. Здесь мало туристов, но ещё меньше их в близлежащем Дахшуре: вы ведь ещё не видели Красную пирамиду Снофру и загадочную Кривую пирамиду? Они сохранились значительно лучше своих собратьев в Гизе. Четвёртый день можно выделить на посещение Верблюжьего рынка в Биркаше недалеко от Каира, а также закупить все сувениры мира на огромном каирском базаре Хан-эль-Халили. Рано утром садитесь в такси – вы легко поймаете частника возле отеля – и отправляйтесь на север, в долину Вади-Натрун, где сохранились уникальные раннехристианские монастыри из песчаника и где коптские монахи прошепчут вам о своей удивительной культуре. Отсюда по пустынному шоссе совсем недалеко от Александрии, европейской столицы Египта. Проведите день в компании с колониальной архитектурой, освежающим бризом и хорошей средиземноморской кухней, и можно возвращаться: вот теперь вы и побывали в настоящем Египте.

Христианские монастыри в Вади-Натрун редко посещаются туристами.

Луксор – Западный берег – Дендера – Асуан (5 дн.).

Луксор и Карнак – древние Фивы – сохранили множество монументальных памятников, которые не успевают надоесть, потому что очень разнообразны. Погуляйте между колонн храма Амона в Луксоре, пробегитесь по карнакскому храму, а на второй день отправляйтесь на западный берег Нила на осмотр Долины царей, отлично сохранившегося храма в Мединет-Абу и самого живописного из древнеегипетских сокровищ – храма царицы Хатшепсут в Дейр-эль-Бахари. Устав от жары, отправляйте на денёк на север, в Дендеру, где на берегу Нила стоит не столь известный, но зато совершенно целый храм богини Хатхор, построенный самой Клеопатрой. На одной из его стен изображены сама царица, Цезарь и их сын Цезарион. Вернувшись в Луксор, садитесь в поезд и направляйтесь в Асуан, на осмотр монументального скального храма в Абу-Симбеле и острова Филе. Ночной обратный поезд доставит вас в Луксор или Каир.

Бахария – Фарафра – Дахла – Харга (7 дн.).

Уверяем вас, что в этих местах из ваших знакомых не бывал никто. Четыре оазиса в Ливийской пустыне хранят четыре самобытных культуры, уникальные природные достопримечательности и древние памятники. Наймите в Каире добротный джип и на восходе солнца выезжайте на запад через крупнейшую в мире странствующую песчаную дюну Абу-ль-Мухарик. Проведите вторую половину дня в оазисе Бахария, любуясь на Чёрную пустыню и осматривая Долину золотых мумий. На следующий день при подъезде к оазису Фарафра вас ждёт уже Белая пустыня с её причудливыми ландшафтами и нерукотворными скульптурами. Отдохните здесь от пыльных дорог и проведите день, фотографируя лунный пейзаж при различном освещении: облачность вам не грозит. В оазисе Дахла, где жители по сей день ходят в национальных костюмах, погрейте руки над серным источником, а быть может, съездите в недавно раскопанный в пустыне древний город Келлис. В последнем на вашем пути оазисе Харга сохранилось множество древнеегипетских и раннехристианских храмов, а отсюда уже рукой подать до Луксора и долины Нила.

Сделать обязательно.

Посмотреть службу в коптском храме.

Выпить стакан холодного каркаде в каирском уличном кафе для местных.

Взобраться на пирамиду одной из фараоновых жён, подкупив сторожа.

Заночевать в Белой пустыне в тени одного из загадочных каменных столбов.

МАРОККО.

Когда ехать.

На севере страны климат средиземноморский, что грозит дождями в зимний период. Зато юг засушливый и жаркий, зимой здесь комфортнее всего, а вот летом путешествовать будет тяжеловато. Лучшие сезоны для всей страны – весна и осень.

Лучшие маршруты.

Касабланка – Рабат – Мекнес – Фес – Сефру (6 дн.).

Все шедевры марокканской цивилизации вы можете проехать за несколько дней на поезде, автобусе или даже «гран-такси», где в один «мерседес» умудряются втиснуться семеро. Касабланка – западная витрина Марокко со своими зелёными проспектами, европейскими бутиками и отелями, а также новой, с иголочки, огромной мечети Хасана II – единственной во всей стране, которую может посетить иностранец. Отсюда можно отправиться в Рабат, столицу страны, знаменитой своим блестяще-белым старым городом – мединой. Если вам удастся выбраться из лабиринта её улочек и базаров, взгляните на грандиозный кирпичный минарет мечети Султана Хасана. Следующая остановка – зелёный город Мекнес с его мечетями и украшенными городскими воротами, а отсюда можно двинуться на день в Фес, сохранивший стойкий аромат Средневековья, поныне исходящий от его красильных цехов. Но вместо того, чтобы тратить ещё один день на запруженную туристами медину Феса, не поленитесь заехать в обнесённый средневековыми стенами городок Сефру с его живописными крышами и глиняными домами.

Одна из бесчисленных глиняных крепостей, стоящих покинутыми в горах Южного Марокко.

Марракеш – долина Драа – Мерзуга – Тафилалет (7 дн.).

Красный город Марракеш с его бесчисленными мавзолеями, мечетями и шедевром Средневековья – минаретом Кутубия – захватит вас на двое суток: вторые уйдут только на то, чтобы насладиться апельсиновым соком и бараньими мозгами на гигантской площади Джемма-ль-Фна. Отсюда, перевалив через Атласские горы, вы попадёте в совершенно иной мир: предместья Сахары, веками страдавшие от набегов туарегов, украшенные глиняными деревнями-крепостями, каждая из которых – сокровище средневековой архитектуры. В долине реки Драа их особенно много; осмотрите несколько штук за рулём джипа или квадроцикла. Отсюда по ровному шоссе можно добраться до Мерзуги, крупнейшей дюны из красного песка во всей стране, окружённой чёрной пустыней. Вдохнув воздух Сахары и встретив восход над дюнами, отправляйтесь в древний оазис Тафилалет, где тысячелетняя история Марокко оставила след старыми крепостными стенами, этническими деревушками и развалинами древних городов. А вот туристов здесь как не было в Х в., так и нет до сих пор.

Танжер – Тетуан – Шефшауэн (3 дн.).

Если судьба уготовила вам спуститься с парома, следовавшего из Южной Испании в Марокко, там тоже будет что посмотреть. Танжер вам не понравится – он вообще никому не нравится. Отправляйтесь сразу в Тетуан, столицу бывшего испанского Марокко, где и королевский дворец, и рынок, и местные жители в халатах с гигантскими капюшонами выглядят на редкость колоритно. И уж совсем очарованными вы останетесь в голубом городе Шефшауэне в Рифских горах, где по утрам голубой краской покрывают даже дорожки во дворах домов. Шефшауэн застыл в каком-то особом времени, и его умиротворённая атмосфера так непохожа на смущающие своим резким шумом другие города Марокко. Здесь хорошо быть писателем, художником или на худой конец фотографом – попробуйте себя!

Сделать обязательно.

Переночевать в старинной глиняной касбе в долине Драа.

Забраться на пальму, чтобы попробовать свежих фиников.

Взойти на крупнейшую в Марокко дюну Шебби.

Заблудиться в медине старого Марракеша и самостоятельно найти выход.

ЮЖНАЯ АФРИКА.

Когда ехать.

Пик сезона приходится на летний сезон: ноябрь – февраль. В районе мыса Доброй Надежды практически всегда ветрено, и даже в разгар январского лета рекомендуется брать с собой куртку и солнцезащитный крем. В сентябре на плоскогорье Намакваленд и в провинции Квазулу-Натал распускаются цветы, здесь можно найти королевскую протею – национальный символ ЮАР. В это же время в Претории цветёт джакаранда – её цветами украшены все основные улицы города.

Лучшие маршруты.

ЮАР – Свазиленд – Мозамбик (10 дн.).

Если вас привлекают авантюрные приключения и поиск сокровищ, то отправляйтесь в Мпумалангу, в Национальный парк Крюгера, созданный ещё в 1898 г. Но ваш путь лежит дальше, мимо третьего по размеру в мире каньона реки Блайд, в пещеры Судвала. Это одни из старейших пещер в мире, их возраст – около 240 млн лет. Именно там, среди необычайной красоты огромных сталактитов и сталагмитов, окрашенных солями железа и марганца, президент Трансвааля Поль Крюгер во время Англо-бурской войны спрятал свои миллионы – сотни золотых слитков. Может быть, вам удастся найти несколько из них? На территории провинции Мпумаланга люди живут уже десятки тысяч лет, подтверждением чего являются найденные наскальные рисунки бушменов. Далее отправляйтесь в Свазиленд, в заповедник Мути-Мути. Это уникальное место, используемое активно практикующими традиционными лекарями Иньянга и Сангома для сбора разнообразных трав, используемых в их нелёгкой работе («мути» можно грубо перевести как «волшебство» и «лекарство» одновременно). Обучившись изготовлению приворотного зелья и опробовав его на попутчиках, продолжайте свой путь к побережью Мозамбика – одному из самых красивых в Африке. Дайвинг и рыбалка и на самом побережье, и особенно на архипелаге Базаруто будут незабываемыми.

Дороги Южной Африки практически безошибочно приводят к неизведанному.

Дорога садов и винные маршруты Западного Кейпа (7 дн.).

На этом популярном маршруте каждый найдет своё: здесь вы встретите и непроходимые джунгли, и скалистые горы, и водопады, и уединенные бухты, и золотистые пляжи, и тихие заливы. В «Прекрасном Кейпе» расположены Кейптаун, Капский полуостров с легендарным мысом Доброй Надежды, винные районы и знаменитая Дорога садов. Из Кейптауна первым делом отправляйтесь дегустировать уникальные южноафриканские вина. Вас проведут по погребам, усадят за стол и дадут отведать лучшее из лучшего. Главное – не теряйте сознания, пока не продегустируете легендарный бушендал из запасников миллиардера Сесиля Родса и его друга Редьярда Киплинга. После этого можно смело отправляться в саванну и бесстрашно смотреть в глаза гепардам и крокодилам и даже попробовать испытать себя на самой высокой «тарзанке» в мире, высотой 216 м. Насладитесь великолепными садами вдоль восточного побережья мыса Доброй Надежды, где произрастают почти все растения, которые только можно представить в этом климате. Обязательно загляните в Оудсхурн – «страусиное царство», где разводят крупнейших птиц в мире, делают уникальные изделия из их кожи и перьев, а также устраивают беговые соревнования. Не забудьте оседлать страуса и прокатиться верхом!

Сделать обязательно.

В деревне Гаабо-Мотто под барабанную дробь принять участие в сакральном ритуале.

Спрятаться под сенью хрестоматийно знаменитого «почтового дерева», под которым еще 500 лет назад складывали свои письма моряки.

Съесть самую вкусную устрицу в Найзне.

Поприсутствовать на официальной встрече двух океанов на мысе Игольном.

Посмотреть китов, нередко приближающихся к побережью на расстояние 50–60 м (с конца июля до конца ноября).

Посетить традиционного целителя и предсказателя, попробовать местную еду и полюбоваться уникальной настенной росписью в деревне народа ндебеле.

НАМИБИЯ – БОТСВАНА.

Когда ехать.

На Юг Африки можно ехать круглый год. Отличительной характеристикой климата Намибии и Ботсваны является непостоянное и редкое количество осадков с очень высоким уровнем испарения влажности и 300 солнечными днями в году. Лучший сезон для сафари длится с мая по октябрь – это сухие зимние месяцы. Именно в это время года легко застать животных у водоемов. Некоторые регионы прекрасно подходят для путешествия на сафари круглый год. В самом начале лета, в декабре, любители фотосъемок могут увидеть многочисленное потомство антилоп и увлекательно наблюдать за птицами.

Лучший маршрут.

Виндхук – пустыня Калахари – пустыня Намиб – побережье Намибии (Волфиш Бэй / Свакопмунд / Кейп Кросс) – наскальные рисунки – Национальный парк Этоша – дельта Окаванго (14 дн.).

Если вы чуть-чуть романтик в душе, отправляйтесь в Намибию и встретьте рассвет на самой большой дюне в мире – дюне № 7 высотой 350 м. Потом добавьте адреналина и на квадроцикле избороздите океан пустыни Намиб. Для яркого контраста проникнитесь красотой безбрежных песков и пересохших соляных озер, между которых прогуливаются страусы и ориксы, а потом окунитесь в море, чтобы на яхте совершить небольшое океанское путешествие, во время которого можно подружиться с фламинго, котиками, дельфинами и даже китами. Не забудьте про Свакопмунд – жемчужину Намибии, аккуратный и чистый курортный городок с разноцветными, как бы игрушечными домиками, основанный немцами в ХIХ в. Проезд по загадочной Лунной долине, образовавшейся миллионы лет назад, когда тысячи притоков реки размывали мягкие породы, не оставит ваше сердце равнодушным. Потом отправляйтесь в заповедник Кап-Крос, на лежбище морских котиков. Иногда здесь собирается до 140 тыс. этих уникальных морских животных, и их сверкающие и лоснящиеся тела покрывают все прибрежные скалы. Далее держим путь к горам Брандберг (Горящие Скалы), где находится самая высокая гора Намибии – Кёнигштайн. Пройдя по ущелью, изобилующему грызунами, попадем в пещеру, где увидим наскальные рисунки предков бушменов. По дороге в Национальный парк Этоша не забудьте заехать в деревню народности химба, которым до сих пор удалось сохранить традиционные верования и ритуалы со священным огнём. Насытившись общением со всеми 114 видами млекопитающих, 340 видами птиц, 50 видами змей и множеством экзотических растений парка Этоша, расширьте границы возможного и осмотрите уникальную по насыщенности животных и птиц зону дельты Окаванго, Национальный парк Чобе, где обитает 120 тысяч слонов, а также горы Цодило, которые некоторые ученые считают местом зарождения человека. Проделав все эти подвиги, не забудьте посетить самый крупный из найденных на Земле метеоритов – он весит более 60 т, а его диаметр составляет около 3 м. Прикоснувшись к его холодной тверди, нужно загадать желание, которое непременно сбудется.

Сделать обязательно.

Запечатлеть из фоторужья всю знаменитую африканскую пятерку.

Забраться на самую высокую дюну в мире.

Отправиться на акулью рыбалку и самому не стать приманкой.

Повидать стоянку охотников-бушменов.

Навсегда запомнить яркое звёздное африканское небо в пустыне.

ЭФИОПИЯ.

Когда ехать.

Лучше всего зимой. Эфиопия лежит в основном на высокогорье, и летом здесь не жарко, однако дожди могут быть весьма сильными, зато с октября по март здесь сухой и весьма приятный для нас сезон.

Девушка сурма с таким же удивлением смотрит на камеру, как и камера на неё.

Лучшие маршруты.

Аксум – Лалибела – Бахр – Дар – Гондэр (7 дн.).

Золотой треугольник, в который уместились главные сокровища эфиопской цивилизации, начинается со столицы Аксумского царства с её ковчегом Завета (вход воспрещён) и знаменитыми стелами первых веков новой эры. Отсюда по разбитой дороге или на самолёте малой авиации отправляйтесь в Лалибелу, где в ХII–ХIII вв. в скалах были вырублены огромные храмы, по сей день посещаемые тысячами колоритных паломников с татуировками креста на лице. Храм св. Георгия в виде правильного креста выдолблен прямо под вашими ногами и является шедевром мировой архитектуры. Из Лалибелы всего пара сотен километров до озера Бахр-Дар, на островах которого сохранились древние христианские монастыри, а гигантский водопад Тис-Исат знаменует собой начало великого Нила. А в Гондэре, после осмотра дворца Фасилидэса ХVII в., не забудьте заехать к последним фалаша – эфиопским иудеям, живущим своей уникальной культурой в окрестностях города.

Долина реки Омо (7 дн.).

Если вас интересует островок каменного века в XXI веке, поезжайте на юг Эфиопии, где в долине Омо время остановилось. Маршрут вашего джипа ведёт из Аддис-Абебы в Арба-Мынч, проходит через заповедник озера Чамо с его крокодилами и гиппопотамами, а затем начинается царство племён. Дорзе (деревня Ченча) удивят своими изысканными домами и одеждами, консо – своими террасными полями, цамай и хамар (город Джинка) – удивительными причёсками из глины с навозом и весёлыми праздниками, а мурси (нац. парк Маго), конечно, диском в нижней губе, за фото которого будьте готовы оставить пару купюр. Даасанеч, арборе, нянгатом, каро и прочие экзотические народности – каждая обладает своей уникальной культурой, костюмом и деталями быта, которые в остальной Африке уже уступили место цивилизации. Кроме того, здешняя саванна по-прежнему радует обилием экзотических птиц, редких животных и удивляет 6-метровыми термитниками.

Сделать обязательно.

Оттанцевать воскресную службу в храме Лалибелы.

Поучаствовать в церемонии инициации юношей народа хамар.

Пройтись по священному лесу консо в поисках деревянных статуй прежних вождей.

Покормить стаю огромных марабу на берегу озера Чамо.

МАЛИ.

Когда ехать.

Сухой сезон зимой. Он избавляет от необходимости пересекать бурные потоки вброд при переездах по саванне и позволяет сделать хорошие фотографии Большой мечети в Дженне.

Лучшие маршруты.

Бамако – Сегу – Мопти – Дженне – Тимбукту – Гао (10 дн.).

Пусть вся история древних западноафриканских монархий пройдёт перед вашими глазами. После посещения гигантского базара в столице Бамако поезжайте в Сегу, столицу королевства бамбара, с его глиняными дворцами и мечетями. В Мопти посмотрите на главный порт на реке Нигер, где длинные пироги готовят к переходу в Тимбукту, и проведите день на одной из них, медленно обозревая просторы саванны и рыбацкие деревни по берегам великой реки. В Дженне встаньте по-раньше, чтобы в тишине осмотреть главную достопримечательность региона – Большую мечеть, а потом влейтесь в базар на главной площади. Попейте чай в шатре туарегов в Тимбукту или подождите караван верблюдов, которые ещё ходят из Сахары, гружённые серыми пластами соли. В Гао, столице древнего государства Сонгаи, троньте рукой могилу аскии Мухаммеда – вот вы и побывали в настоящем африканском Средневековье.

Автобус довезёт вас до Дженне, только если удастся преодолеть Нигер.

Страна догонов (5 дн.).

Самый закрытый и в то же время самый популярный народ Африки проживает вдоль длинного утёса, образующего плато. Его можно обследовать с запада, начиная от Бандиагары, или с востока, от Дуэнцы. В любом случае стоит посетить наскальные рисунки возле деревни Санга, пройтись пешком вдоль плато через несколько колоритных деревень и вскарабкаться наверх, где на плато ждёт своих клиентов предсказатель будущего Бледный Лис. Побывайте в соломенной христианской церкви и подойдите поближе к пруду священных крокодилов – они совсем ручные. В одной из деревень догонов обязательно станьте зрителем знаменитого танца масок. И избегайте выходить из дома после заката солнца, когда таинственные теллемы, летающие люди, выходят из своих пещер на плато, а огромный питон приходит к первосвященнику деревни, чтобы облизать его тело.

Сделать обязательно.

Прокатиться на лодке по великому Нигеру.

Услышать ночью крики священной птицы балако в догонской деревне.

Поторговаться за шкуру леопарда или заколдованные маски на рынке Бамако.

Дождаться каравана с грузом соли из Сахары.

НЕХОЖЕНЫМИ ТРОПАМИ.

Тунис. Гана – Того – Бенин. Камерун.

ТУНИС.

Когда ехать.

Осенью или весной наилучшее время, когда на севере, в Средиземноморье, нет зимних дождей, а на Юге, в Сахаре, температура ещё не зашкаливает за 50.

Лучший маршрут.

Кайруан – Матмата – Дуз – Татауин – Джерба (6 дн.).

Тунис обычно предоставляет свои пляжи многочисленным отдыхающим, но не дайте обмануть себя – это чрезвычайно интересная и очень малоисследованная россиянами страна. Закажите себе внедорожник и отправляйтесь прямо из аэропорта на юг, где вас ждут удивительные открытия древних культур. Остановитесь в Кайруане для посещения старейшей в Магрибе мусульманской мечети и старого города – первой столицы арабской Африки. Отсюда ок. 300 км на юг по хорошей дороге приведут вас в Матмату, логово троглодитов – людей, живущих в земле. Свои удивительные дома они по сей день выкапывают в твёрдом грунте, и в одном из них можно остановиться на ночлег. В местечке Дуз в 100 км от Матматы оседлайте верблюда и проведите ночь в палатке в Сахаре, в окружении песчаных барханов, миллиона звёзд на небе и абсолютной, неестественной тишины. А с утра поезжайте в Татауин, в окрестностях которого сохранились ксары, многоэтажные глиняные дома-деревни, некоторые из которых ещё обитаемы. Заманчиво было бы рвануть отсюда дальше на юг, к кочевникам пустыни, но если времени недостаточно, посетите остров Джерба, где веками сохраняется уникальная культура секты ибадитов, подземные мечети, древняя синагога и интересные народные костюмы местных общин. Такого Туниса русские туристы пока не знают.

Путь по тунисской Сахаре проходит через живописные холмы и остатки древнеримских укреплений.

ГАНА – ТОГО – БЕНИН.

Когда ехать.

Сухой сезон, как всюду в африканской саванне, длится с октября по март, и это лучшее время (хотя и самое пыльное) для осмотра достопримечательностей региона.

Лучший маршрут.

Ломе – Уида – Абомей – Сокоде – Тамале – Кумаси (10 дн.).

Три небольших западноафриканских страны как будто прилепились друг к другу и представляют отличную возможность объехать их кругом, ежедневно удивляясь новым чудесам. Приземлившись в Ломе, столице Того, зайдите на крупнейший в Африке рынок колдовских амулетов и фетишей, где головы обезьян и леопардов соседствуют с сушёными змеями, шкурами гиен и заколдованными фигурками вудуистов. Отсюда по прибрежной дороге поезжайте на восток, где посетите деревню Глиджи с её традиционными храмами и загадочными церемониями возлияний местным богам. После пересечения бенинской границы отправляйтесь сразу в Уиду, город Храма питонов, где жрец с ритуальными шрамами на щеках и удавом на плечах расскажет вам о местных обрядах поклонения змее. Где-нибудь неподалёку, в деревне, обязательно проводится какой-нибудь религиозный праздник, где торжествуют древние обычаи вудуистов, а заколдованные предметы пляшут по площади без помощи человека. После посещения бенинской «Венеции», городка Ганвие, где между свайными домами курсируют лодки, поезжайте на север в Абомей, столицу древнего королевства Дагомея. Затем, по дороге в Сокоде, дальше на север, обязательно остановитесь в деревне Паратау, где местные жители умеют глотать огонь и грызть горящие угли. На самом севере страны посетите народ таммариба, деревни-крепости которого из глины с соломой вас не смогут не удивить. Далее возвращайтесь в Гану, где по пути с севера на юг вас ждут водопады Кинтампо, лес священных обезьян Боабенг-Фиема и город Кумаси, столица древнего царства Ашанти.

КАМЕРУН.

Когда ехать.

На экваторе всегда жарко и влажно, здесь нет чёткого распределения на сезонность. Но если вы хотите посетить север страны, зимний период, безусловно, оптимальный выбор.

Лучший маршрут.

Дуала – Баменда – Фумбан – Яунде – Нгаундере – Криби (10 дн.).

По прилёту в Дуалу, коммерческую столицу страны, разведайте обстановку в окрестных деревнях. В Камеруне постоянно проводятся красочные фестивали: постарайтесь посетить один из них, осведомившись о расписании в одном из турагентств страны. Если же фестивалей нет, отправляйтесь на север, на прохладное плато Адамауа, где сохранились самобытные культуры местных народов. В Бафуте осмотрите дворец фона (местного князя) и священный лес, где ещё не так давно казнили осуждённых за колдовство. Ударьте по огромному говорящему барабану, только аккуратнее – как бы в соседних странах не подумали, что началась война. В Бафуссаме загляните в домик священных фетишей, а в Фумбане зайдите в гости к местному султану в его затейливый дворец. В каждом из этих городков, а также в Баменде и Банджуне, вы сможете понаблюдать культуру народов бамилеке, весьма самобытную. Отсюда садитесь на машину или автобус до столицы Яунде, чтобы вылететь на север страны, в Нгаундере. Именно здесь расположен последний в Западной Африке затерянный мир, где народ кома продолжает жить в каменном веке, надевая на себя лишь набедренные повязки из листьев. Посмотрите их и соседние племена, а потом вылетайте обратно в Яунде. На юге страны вас ждут ещё местный курорт Криби, водопады Лобе и экваториальный лес, в котором сохранились последние племена пигмеев бака.

САФАРИ.

Серенгети. Бвинди. Центральная Калахари. Амбосели. Нгоронгоро. Парк Крюгера. Дельта Окаванго. Горы Симиен. Этоша. Остров Тивай.

Совершенно справедливо говорят, что Африка представляет собой один гигантский заповедник. Несмотря ни на колониализм, ни на ещё более катастрофические события постколониального периода, ни на одном континенте планеты не сохранилось столько дикой природы, сколько в Африке. Миллионы людей со всего света ежегодно едут сюда только для того, чтобы увидеть самое удивительное разнообразие животного мира на планете. Эти поездки с их неизбежной фотоохотой с лёгкой руки восточноафриканских суахили получили название сафари, от арабского слова safar «путешествие». На сегодняшний день африканские сафари – это целая индустрия, с десятками туристических компаний и лоджей в центре саванны, сотнями проторенных маршрутов, тысячами открытых джипов и микроавтобусов. Но 335 заповедников и национальных парков Африки способны вместить гораздо больше туристов и продолжают хранить в себе непроторенные тропы, на которые может ступить и ваша нога. Десять самых драгоценных жемчужин природного богатства Африки мы опишем в этом разделе, и будьте уверены – если вы посетили их все, дикая Африка покорена вами.

СЕРЕНГЕТИ (ТАНЗАНИЯ).

Классика африканской саванны, Серенгети уже десятилетиями остаётся и навсегда останется самым знаменитым парком Африки, самой раскрученной телекартинкой Африки и самым интересным зрелищем Африки: ежегодной великой миграцией миллионов антилоп-гну и сотен тысяч газелей и зебр. Здесь играет роль количество, и здесь как нигде и никогда понимаешь всю беспомощность человека перед дикой природой. Вся «большая пятёрка» африканских гигантов, все крупнейшие хищники и все самые интересные фотокадры сосредоточены здесь, на 13 тыс. км² саванны в северной Танзании. Периодами миграции являются осень (октябрь – ноябрь), когда звери бегут на юг, и весенние дожди (апрель – май), когда они возвращаются в северные холмы.

Сафари по африканской саванне в дождливый сезон неизбежно станет незабываемым.

БВИНДИ (УГАНДА).

Не всякий турист из тех, что колесят по саванне на комфортабельных джипах, осмелится ступить ногой во влажную тьму экваториального леса. Именно поэтому здесь, в высокогорной местности на юго-западе Уганды, сохранилась экосистема, в которой обитают одни из самых редких животных Африки. Здесь из-за плотной завесы ветвей на вас смотрит тяжёлым немигающим взглядом горная горилла, одна из 700 оставшихся на Земле. Здесь проводники не выпускают из рук заряженного ружья, каждую секунду ожидая нападения лесного слона, быстрого и агрессивного. Здесь в бамбуковых зарослях живёт золотая обезьяна, с интересом рассматривающая редких туристов. Здесь в глубокой чаще на деревьях вьют свои хижины низкорослые охотники-пигмеи, которые научат вас разводить огонь во влажном как парная баня лесу, добывать мёд и поклоняться стволам старых священных деревьев.

ЦЕНТРАЛЬНАЯ КАЛАХАРИ (НАМИБИЯ).

Любопытный страус заглядывает в объектив в одном из национальных парков Намибии.

Второй по величине национальный парк мира (после Северо-Восточной Гренландии) представляет лучшую возможность познакомиться с миром пустыни после того, как вы побывали в саванне и во влажном лесу. Помимо крупных животных, характерных для саванной зоны – львов и жирафов, например, – здесь можно встретить бурую гиену, голубую антилопу гну и дикую собаку. Здесь же сохранилась большая популяция гепардов. Но самой большой достопримечательностью Калахари остаются бушмены, кочующие по территории заповедника и представляющие самый любопытный объект для изучения, ведь образ их жизни не меняется вот уже сорок тысяч лет. Лето (которое в Намибии считается зимой) – наилучший сезон для поездки в Калахари.

АМБОСЕЛИ (КЕНИЯ).

Один из самых классических и известных заповедников Кении расположен на плоской, как диск, зелёной равнине, на горизонте которой величественно возвышается снежная шапка Килиманджаро, делая любой кадр неповторимым. Это хорошее введение в животный мир Африки. Страусы и журавли, стада слонов и буйволов, интересный масайский жираф, крокодилы и гиппопотамы, а также многочисленные хищники не дадут туристу соскучиться. Научитесь различать по внешнему виду чёрного и белого носорога – по цвету они оба серые, однако чёрный нападает без предупреждения, и об этом лучше знать заранее. Парк доступен для посещения круглый год, однако зимние дожди могут сделать некоторые дороги непроходимыми.

НГОРОНГОРО (ТАНЗАНИЯ).

Заповедник уникален своим происхождением – это кратер огромного вулкана диаметром 21 км, окружённый высоким гребнем. Здесь как в ловушке оказались законсервированными популяции множества диких животных, и в течение веков они оставались нетронутыми человеком. Здесь можно встретить едва ли не всю саванную фауну, включая слонов, буйволов, гиппопотамов, множество видов антилоп (включая и карликовых) и всех основных хищников, включая гепардов, леопардов, львов, шакалов и лисиц. Плотность звериного населения здесь больше, чем во всех других заповедниках Восточной Африки. Забавный колорит этому разнообразию придают племена масаи, бродящие по заповеднику. А в соседнем ущелье Олдувай, где находят ископаемые останки доисторических слонов, согласно данным археологии, зародился современный человек. Летом и осенью здесь сухо, в дождливые же периоды кратер сильно заливается водой.

ПАРК КРЮГЕРА (ЮАР).

Лучший и один из самых доступных заповедников ЮАР, всего в 5 часах езды от Йоханнесбурга. 145 видов млекопитающих – вся основная фауна саванны – ждёт вас здесь в совокупности с удобными дорожками, специально пропитанными дёгтем, и комфортабельными лоджами прямо в саванне. Лучше всего приезжать сюда зимой (сезон июнь – сентябрь), когда скудная растительность не загораживает обзор, животные собираются возле водоемов, а риск заразиться малярией минимален, и возможность увидеть всех животных «большой пятёрки» на одном пятачке сильно возрастает. Как и все южноафриканские парки, посещать заповедник Крюгера лучше всего с мая по сентябрь, в засушливое время года.

ДЕЛЬТА ОКАВАНГО (БОТСВАНА).

Это не только крупнейшая внутренняя дельта в мире, но и уникальное природное явление, родившееся на стыке влажных тропических болот с иссушающей пустыней Калахари. По этой причине разнообразие как растительной, так и животной жизни в дельте Окаванго чрезвычайно велико, и здесь можно найти как пустынную дыню тсамму, так и нильский папирус. Леопарды и гиены частые гости здесь: их привлекает обилие антилоп в болотных зарослях. Туристу особенно интересно будет увидеть ситатунгу, водную антилопу, а также водяных козлов личи. А уникальные виды африканских птиц способны расцветить любой альбом фотоохотника. В дельте проживают скотоводы гереро и тсвана, удивительным образом приспособившие свой быт к капризам этого уникального климата.

ГОРЫ СИМИЕН (ЭФИОПИЯ).

Если вы хотите совершенно особенного сафари, поезжайте именно сюда – в Эфиопии всё особенное. На высокогорном плато, окружённом низменностями, в течение тысячелетий формировался уникальный климат, с таким же уникальным набором фауны. Именно здесь проживают некоторые из самых интересных эндемиков Эфиопии – например, пушистый бабуин гелада и исчезающий эфиопский волк. Правда, не забудьте запастись тёплыми вещами: даже летом здесь, на высоте более 3000 м, весьма прохладно, и местные амхарские пастухи предпочитают носить шерстяные балахоны и шапки. На пикнике опасайтесь орлов: как показала практика, они любят полакомиться бутербродами туристов, мгновенно вырывая их прямо из рук в стремительном пике.

ЭТОША (НАМИБИЯ).

С мая по сентябрь, в сухой сезон, Этоша представляет собой весьма однообразный пейзаж – необозримые поля белой глины с редкой растительностью. Однако именно здесь, как ни удивительно, водятся редчайшие виды крупных африканских животных – например, чёрный носорог или черномордая антилопа импала, горные зебры и голубые винторогие антилопы, самые высокие в Африке жирафы и самые крупные антилопы канны. Животных лучше всего ждать у водопоя, куда приходят и хищники, и их жертвы. К сожалению, в заповеднике запрещено разъезжать на открытых джипах, так что большинство кадров придётся сделать из окна автомобиля.

ОСТРОВ ТИВАЙ (СЬЕРРА-ЛЕОНЕ).

Всего 12 км² этого тропического острова на реке Моа могут предоставить фанату дикой природы уникальные возможности для наблюдения и съёмки. Здесь проживают 11 видов приматов – африканский рекорд по плотности обезьяньего населения, – в том числе шимпанзе, которых в Африке очень непросто обнаружить, а также обезьяны диана и колобус, излюбленные объекты фотоохоты. Кроме того, именно здесь можно увидеть редкого и потому скрытного карликового гиппопотама, некогда обитавшего по всей Западной Африке. 130 видов птиц, многие из которых не встречаются на востоке и юге континента, помогут вам оценить великолепие западноафриканской фауны, во многом неизведанной пока туристами. Ехать в Сьерра-Леоне следует зимой, чтобы избежать летних дождей.

ДАЙВИНГ.

Острова Бразерс (Египет). Дахаб (Египет). Аллея акул (ЮАР). Ангарош (Судан). Нуси-Таникели (Мадагаскар). Бриссар (Сейшельские острова). Гон сардин (ЮАР). Флик-ан-Флак (Маврикий).

Неважно, если вы только начинаете знакомство с подводным миром или уже навеки сроднились со скубой и как-то некомфортно себя чувствуете без баллона с найтроксом за спиной, в любом случае Африка предназначена для вас. Здесь расположены и самые популярные русскоязычные дайв-центры для обучения новичков, и знаменитые курорты Индийского океана с богатейшей морской фауной, и настоящие кладбища давно затонувших, а потому загадочных для любого исследователя кораблей. Гигантские черепахи и трёхметровые белые акулы, сады морских угрей и тысячи оттенков коралловых рифов – подводной Африке не стыдно соперничать с континентом по своему разнообразию и обилию приключений. Мы собрали небольшую подборку самых интересных дайв-сайтов, окружающих континент.

Какие только создания не встретятся вам в глубине африканских вод – особенно ночью!

ОСТРОВА БРАЗЕРС (ЕГИПЕТ).

Просто удивительно, насколько резко безжизненные берега Красного моря контрастируют с безудержным буйством красок здешнего подводного мира. Для того чтобы получить первое представление о том, как мало мы знаем о Мировом океане, не нужно уезжать далеко от российской туристической мекки Шарм-эш-Шейха: достаточно погрузиться у мыса Умм-Сид в черте города или на риф Джексон недалеко от курортного побережья. Но лучшее место для знакомство с фауной Красного моря – конечно, острова Бразерс, две огромные колонны, возвышающиеся из моря в 53 км от египетского побережья. Двухметровые мурены, стаи барракуд, акулы-молоты и дельфины – все смогут вам это подтвердить в любое время года. Здесь встречаются 4–5 видов акул и сотни видов рыб, а коралловое царство представляет бесконечный простор для подводной камеры на глубине не выше 40 м. Степень сложности дайв-сайтов оценивается как средняя, хотя течение в районе островов обычно весьма сильное.

ДАХАБ (ЕГИПЕТ).

На курорте расположено не менее десятка дайв-сайтов и вдвое больше русскоязычных дайв-центров, где помогут любому новичку впервые надеть скубу, а опытному дайверу обязательно покажут что-нибудь новенькое. Среди самых интересных мест – Голубая дыра глубиной свыше 100 м, пройти через которую мечтает каждый профессионал, Сад угрей с сотнями нор, из которых торчат головы симпатичных морских змей, каньоны и заросли водорослей, столь редких в Красном море. К сожалению, многие из прибрежных сайтов обрекают дайвера на 50-метровый переход по мелководью с баллоном за плечами, что немного охлаждает пыл субтильных девушек, впервые решившихся надеть компрессор. Но спустя минуту после погружения они об этом, как правило, забывают.

АЛЛЕЯ АКУЛ (ЮАР).

Лучший дайвинг в Африке предлагают южноафриканцы – в этом убедит вас любой южноафриканец. И действительно, побережье двух океанов предлагает потрясающие виды и уникальные впечатления, одним из которых, бесспорно, будет погружение в Аллею акул в заливе Фолс-Бэй возле Кейптауна. Здесь, где сталкиваются холодные воды Атлантики и тёплые течения Индийского океана, на расстоянии вытянутой руки от вас проплывают гигантские белые акулы, пришедшие сюда, чтобы полакомиться живущими на окрестных островах морскими котиками. Можно лишь поблагодарить дайв-центры за то, что погружение производится в железной клетке, откуда, впрочем, лучше не высовывать рук. Адреналин по-настоящему зашкаливает, а успокаивает лишь то, что в этой же клетке в Аллею акул погружались Брэд Питт, британский принц Гарри и другие звёзды – и все они вернулись на поверхность целыми и невредимыми. Тем же, кто не рискнёт опробовать клетку на прочность, акул удастся наблюдать прямо с корабля – в погоне за пищей они высоко выпрыгивают из воды, демонстрируя свои челюсти размером ничуть не меньше, чем в фильме Спилберга.

АНГАРОШ (СУДАН).

Несмотря на то, что этот сайт считается сложным, после получения суданской визы любые сложности покажутся детскими. Ангарош по праву считается одним из самых интересных мест для нырялки на Красном море, ведь здесь, в течениях вокруг этого атолла в виде капли, можно увидеть стаю акул-молотов или гигантских мант, медленно распахивающих свои трёхметровые крылья прямо рядом с вами. Дайверы ценят и чернопятнистую тэниуру, а также множество других весьма ярких обитателей почти заброшенного рифа. Максимальная глубина сайта достигает 40 м, а погружение обычно происходит у южного берега – течение здесь лишь незначительное.

НУСИ-ТАНИКЕЛИ (МАДАГАСКАР).

Коралловый остров расположен возле одного из самых популярных курортов Мадагаскара – Нуси-Бе. На Нуси-Таникели можно зайти в воду прямо с пляжа, и уже на небольшой глубине вам откроются все чудеса Индийского океана. Гитарные скаты причудливой формы лежат на песке между кораллами. Косяк красочных луцианов движется синхронно едва ли не лучше, чем шоу-балет «Тодес». Среди морских вееров проносится ядовитая и восхитительная скорпена. А морская звезда протореастер с её красными иглами смотрится настоящей драгоценностью. Здесь встречаются крабы, черепахи и множество интересных видов рыб.

БРИССАР (СЕЙШЕЛЬСКИЕ ОСТРОВА).

На Сейшелах погружения не слишком сложные и, как правило, неглубокие, что привлекает сюда новичков с их свежими сертификатами PADI Open Water Diver и новенькими хрустящими логбуками. Скала Бриссар расположена недалеко от столичного атолла Маэ и достижима за несколько минут на катере. Дайверов привлекают крупные косяки всевозможных рыб: кефалей и луцианов. Однако дайвмастер покажет вам и потаённые уголки здешних коралловых зарослей: например, у западного берега в ложбинке обитает целая колония угрехвостых сомов, а неподалёку от них можно увидеть гигантских мурен, груперов и красочных параприакантусов. Скатхвостокол, черепаха-бисса, затейливый острорылый иглобрюх – все они выстроятся здесь при вашем приближении, чтобы удобнее позировать перед камерой. Воздержитесь от искушения взять на память несколько раковин каури, которые ещё недавно служили валютой по всему Индийскому океану – сейчас их можно запросто купить в сувенирной лавке.

ГОН САРДИН (ЮАР).

Ежегодно в июне и июле вдоль восточного побережья ЮАР проходит одно из самых драматичных и зрелищных событий в мировой природе. Многомиллионные косяки сардин (длиной да 15 км, шириной до 4 км и глубиной до 40 м) движутся вдоль побережья. Тысячные отряды дельфинов сгоняют сардин к поверхности воды, где начинается кровавый пир, к которому присоединяются сотни медных акул и тюленей. В гигантскую бойню врываются стаи китов-полосатиков, добавляющих свою лепту в это грандиозное зрелище, а с поверхности воды сардин хватают острые клювы тысяч хищных бакланов. Безусловно, шанс стать свидетелем такого спектакля привлекает внимание дайверов со всего мира, и в летние месяцы на побережье провинции Квазулу-Наталь организуются многочисленные дайв-туры. Стоит отметить, что уровень подготовки должен быть не ниже Advanced Open Water.

ФЛИК-АН-ФЛАК (МАВРИКИЙ).

На западном побережье одного из самых шикарных тропических курортов Африки расположено свыше трёх десятков дайв-сайтов, представляющих опыт на любой вкус – и для новичков, и для опытных профессионалов. Здесь имеется четыре затонувших корабля (о которых у дайверов есть сильное подозрение, что они были затоплены специально для них), обширные подводные пещеры и коралловые сады. Из живности в окрестностях Флик-ан-Флак можно увидеть, в числе прочего, гигантских омаров, черепах, черноплавничных акул и дельфинов. Лучшим сезоном для дайвинга на Маврикии считается период, когда температура повышается до 29 градусов: с октября по декабрь, а также ранней весной.

ЧТО ПОЧИТАТЬ.

Верн Ж. Приключения троих русских и троих англичан.

М.: Ладомир, 1994.

Самый знаменитый автор приключений в мире на этот раз отправляет своих героев, английских и русских учёных, в путешествие по югу африканского континента. Хитросплетениям сюжета добавляет огня полученное известие о начале военных действий между двумя могущественными державами.

Гумилёв Н. С. Африканский дневник.

Полное собрание сочинений в одном томе. М.: Альфа-Книга, 2011.

Российский поэт был очарован Абиссинией (Эфиопией) и провёл несколько лет в странствиях по стране, записывая свои приключения и впечатления – тонкие и чувственные, как и его поэзия об Африке.

Саворньян де Бразза П. Экспедиции в Экваториальную Африку: 1875–1882. Документы и материалы.

М.: ВШЭ, 2012.

Первое отечественное издание материалов двух экспедиций на африканский континент знаменитого французского путешественника, которые привели к открытию обширных земель между реками Огове, Конго и Атлантическим океаном и стали отправной точкой в создании французской колониальной империи в Центральной Африке. Мемуары и письма содержат информацию как о самих экспедициях, так и о географии и этнографии Африки.

Стенли Г. В дебрях Африки.

М.: ОГИЗ, 1948.

Перу известного путешественника по Африке Генри Стенли принадлежит ряд трудов, посвященных описанию Африки. Будучи журналистом, Стэнли немало приукрашивал свои труды и вносил в них изрядную долю напряжения. Вы хотели африканских приключений и жгучих страстей? Погружайтесь в прочтение этой книги, и получите искомое.

Хаггард Г. Копи царя Соломона.

М.: Азбука-классика, 2008.

Охотник, аристократ и отставной капитан отправляются в Африку на поиски алмазных копей царя Соломона. Но на их пути встают дикие туземцы, не менее дикие, но хотя бы предсказуемые хищники, природные катаклизмы и девушка Фулата, которую требуется героически спасти. Один из самых известных викторианских романов об Африке.

Юнкер В. В. Путешествия по Африке.

М.: Географгиз, 1949.

Дневники российского путешественника по Центральной Африке, которые день за днём описывают всё новые удивительные особенности жизни нетронутых цивилизацией народов экваториального леса. В отличие от трудов западных исследователей, книга Юнкера представляет чисто русскую точку зрения на Африку.

Livingstone D. Travels and Researches in South Africa.

Philadelphia: Bradley, 1858.

Бесценные и яркие записи наблюдений и впечатлений во время шестнадцати лет путешествий Ливингстона, посвятившего Африке большую часть своей жизни, пройдя преимущественно пешком свыше 50 тыс. км по внутренним районам Южной и Центральной Африки. Описания и приключения выдающегося исследователя не оставят равнодушным ни одного читателя.

Заключение.

Что за женщина жила (Бог ее помилуй!) - Не добра и не верна, Жуткой прелести полна, Но мужчин влекла она Сатанинской силой. Р. Киплинг об Африке, 1903 г.

Наше путешествие по Африке подходит к концу. На протяжении 500 страниц мы пересекали белую пустыню и сплавлялись по мутно-коричневым рекам, бродили по средневековому Тимбукту и становились участниками тайных церемоний в священной роще, слушали говорящие барабаны и пробовали на вкус футу из маниока. Мы трудолюбиво боролись за внимание читателя, но хорошо понимаем: мы, конечно, не смогли здесь рассказать обо всём самом интересном, чем манит современного человека Африка. Мы, собственно, только начали. Мы приоткрыли дверь в почти неизвестный широкому читателю мир, дали первое представление о том, насколько он загадочен, разнообразен, непрост для понимания и ещё более сложен для жизни. Но, в конце концов, разве не для того мы писали эту книгу, чтобы читатель захотел узнать больше?

Мы не претендуем и на то, что всё написали верно. Африка для каждого своя, и учёные не устанут спорить о ней веками. Именно поэтому нам было бы очень приятно, если бы вы открыли её для себя самостоятельно, вооружившись самым эффективным инструментом, который когда-либо существовал у человека, – любопытством, желанием узнавать новое и расширять границы своей вселенной. Африка для этого подходит как нельзя лучше – она таит в себе несметное множество богатств, которые ещё предстоит обнаружить, и открытий, которые ещё предстоит сделать.

Быть может, именно вам?

Переводы текстов на африканских языках, приведённых в главе «Народы и языки».

Текст на языке хауса (чадская группа афразийской семьи, Нигерия).

Происхождение хауса, говорят, такое: некие люди, старший и младший братья, пришли из страны арабов с двумя жёнами. Они поселились в пустыне близ страны Барно, по имени Габи, построили хижины, охотились на дичь, т. к. были охотниками, пока жена этого младшего брата не родила дочь.

Текст на языке суахили (группа банту нигеро-конголезской семьи, Кения / Танзания).

Жил-был один человек, он был слепым с самого рождения. Однажды случилось чудо: его глаза вдруг открылись. Перед ним в тот момент стоял осёл. Слепой увидел только осла и больше ничего. И вдруг его глаза закрылись снова. Весь мир теперь был для него этот осёл.

Текст на языке нама (центральнокойсанская семья, Намибия / Ботсвана).

Говорят, что лев – правитель всех зверей и сильнее всех, потому что у него мощная грудь, тонкая талия, и бегает он быстро. И вот каждое утро молодой лев выходил в лес и шёл меряться силой с другими зверьми. И каждый день он возвращался победителем.

Текст на языке фур (нило-сахарская семья, Судан).

У Гиены и Зайца была общая корова. Их корова родила телят. Когда они выросли, их поделили. Гиена взяла быка, а Заяц корову. Когда они пасли их, корова Зайца родила телёнка. Тогда Гиена смазала быка коровьей кровью и принесла телёнка к быку, чтобы он пил молоко. Заяц пришёл и увидел, что его корова родила, а Гиена забрала телёнка и смазала быка коровьей кровью, а потом сказала Зайцу: «Мой бык отелился». Заяц сказал: «Да это моя корова родила!» И стали они спорить.

Текст на языке крио (креольский язык, Сьерра-Леоне).

Однажды в воскресенье Черепаха пришла поздороваться с Козлом. Козёл встретил её в гостиной, и они сели поговорить. Он сказал ей, что только что поставил картошку вариться на огонь. Они поговорили, пока картошка не сварилась. Козёл оставил Черепаху в гостиной, чтобы пойти вымыть горшок, а та взяла немного горячей картошки, положила себе в шляпу и надела её на голову. Козёл вернулся и спросил Черепаху, почему она потеет. Она сказала, что плохо себя чувствует, и ушла. На улице она сняла шляпу, но все её волосы выпали, а голова была обожжена. Черепаха побежала в воду, чтобы остудить голову, и с тех пор живёт в воде.

В ОФОРМЛЕНИИ ИЗДАНИЯ ИСПОЛЬЗОВАЛИСЬ ИЗОБРАЖЕНИЯ:

C. 14 Shutterstock.com, c. 47 Shutterstock.com, с.70 Shutterstock.com, с. 90 erichon/Shutterstock.com, с.100 Shutterstock.com, с.109 Shutterstock.com, с.117 Shutterstock.com, с. 120 Dietmar Temps/Shutterstock.com, с.123 Library of Congress Prints and Photographs Division Washington, с.128 InnaFelker/Shutterstock.com, с. 135 Shutterstock.com, с. 136 Shutterstock.com, с.146 East News, с. 151 Shutterstock.com, с. 152 Mohamed Elsayyed/Shutterstock.com, с.153 Legion-Media, с. 154 Sadik Gulec/Shutterstock.com, с. 156 Shutterstock. com, с. 160 фото из книги «Speech by His Excellency the President of the Republic of Uganda, General Idi Amin Dada» 1973 г., с. 161 Library of Congress Prints & Photographs Division Washington, с. 164 Legion-Media, с. 166 photo collection, National Archives of Romania, с. 172 Legion-Media, с. 173 LegionMedia, с. 194 (2) Shutterstock.com, с. 199 Legion-Media, с. 203 Library of Congress Prints and Photographs Division Washington, с. 341 Shutterstock. com, с. 342 Shutterstock.com, с. 345 Shutterstock.com, с.373 фото из книги «Travels and Adventures in Eastern Africa» 1836 г., с.392 Ullstein bild/Vostockphoto, с. 393 Legion-Media.