Жертвы звёздного храма.

"Слона не задевай спящего, льва не задевай. Голодного, а землянина не задевай никогда!". С.Ярославцев, "Экспедиция в преисподнюю"

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ЗВЕЗДНЫЕ БРАТЬЯ.

…Жечь города, и в церковь гнать табун, И мясо белых братьев жарить! А.Блок, "Скифы".

1. ПРОБУЖДЕНИЕ НАСЛЕДНИКОВ.

Мерцавший впереди свет разгорелся. Он понял, что коридор кончился, и против воли задержал шаг. В спину грубо толкнули, едва не сбив с ног; зазвенели оковы. Из последних сил он рванулся, инстинктивно, уже ни на что не надеясь — локоть пробил чей-то панцирь, и стражник застонал, оседая, но охватывающая горло цепь натянулась, в глазах потемнело, и колени больно стукнули в пол.

Вспыхнул ослепительный свет, и он увидел прямо перед собой сверкающую серебристыми лезвиями Машину — страшное изобретение Повелителя Смерти. Еще несколько мгновений, понял он, и тысячи маленьких ножей разрежут его тело в тонкие ленты, бессильные возродиться к жизни. Лезвия тонко запели, начиная свое убийственное движение, и он почувствовал, что неодолимая сила Машины влечет его вперед, к страшному и несправедливому концу. Так выглядела для наследников Смерть, и он ждал ее в холодном оцепенении.

Шершавая рука страха сжала желудок. В глазах зарябило — он подумал, что милосердные палачи погасили свет — Машина растаяла в появившемся багровом тумане, принесшем с собой адскую головную боль и сухость во рту. Он застонал и повернулся на бок, с трудом разлепляя воспаленные глаза.

Пение серебристых лезвий все еще стояло в ушах. Серые и коричневые пятна медленно превращались в неестественную мебель незнакомой комнаты. Прямо перед глазами он увидел уродливый башмак с металлической подошвой; его продолжением служила неестественно вывернутая нога с задравшейся серой штаниной, проходившей в опасной близости от едко пахнущей лужи блевотины. Обладатель ноги грузной тушей лежал еще дальше, мерно посапывая носом.

Резь в глазах заставила прекратить осмотр; он расположился поудобнее и прохрипел:

— Эй, кто-нибудь! Какого черта! — затем, прокашлявшись и проплевавшись, повторил уже более подобающим наследнику зычным голосом, Эй!

Ответом была тишина. Затем раздался шорох — обладатель башмака делал титанические усилия, пытаясь поднять голову. Наконец ему это удалось, и в поле зрения наследника появилось помятое бледное лицо.

— Ты кто? — спросил незнакомец.

— А ты кто? — машинально ответил наследник, медленно и крайне осторожно, чтобы не потревожить притихшую головную боль, пытаясь вспомнить собственное имя. Оно вертелось где-то на языке, но никак не приходило на ум.

— Я — наследник… — уверенно начал незнакомец и осекся. — Святые пророки!

— Наследник или святые пророки? — язвительно спросил первый наследник, скрывая шуткой охватившее его легкое замешательство. Проклятое имя никак не вспоминалось.

Второй наследник даже не усмехнулся в ответ. Вместо этого он медленно поднялся на ноги и теперь стоял, слегка покачиваясь, получив наконец возможность детально рассмотреть помещение. Правая рука его шарила у пояса, что-то безуспешно разыскивая, на лице появилось недоуменное и злое выражение.

Он стоял посреди светлого круглого зала диаметром в десять шагов. Мягкий длинноворсный ковер устилал пол; из него торчали два одноногих вращающихся кресла, расположенные перед выступающим из стены и пола полукруглым столом-пультом. По обоим сторонам от пульта, друг против друга, располагались две двери, левая была приоткрыта, и из нее тянуло странным, смутно знакомым запахом.

— Эрхар! — услышал он радостное восклицание и резко обернулся на голос. Первый наследник сидел на ковре, поджав ноги, и похохатывал, держась одной рукой за живот и тыча другой в соседа по залу. — Ты — герцог Эрхар, и никто из Трибы еще не видел тебя в таком замешательстве! Ха-ха-ха!

— Хохотун Спирр! — воскликнул названный Эрхаром. — Как же я сразу не догадался!

— Тебя тоже нелегко было узнать в этой рвани! Если бы не твой глупый вид и не привычка чуть что хвататься за фамильный клинок, я до сих пор бы принимал тебя за святых пророков! Да, но где же твой клинок, Эрхар?!

— Понятия не имею, куда его спрятали те, кто нас сюда засунул! Эрхар развел руками. — В моей голове пусто, как после двойной дозы хайзы. Какой гадостью нас опоили? Тебе, я вижу, даже стало дурно?

Он указал себе под ноги не недвусмысленную лужу.

— Чепуха, я уже в форме! Ведь мы — наследники! — с этими словами Спирр вскочил на ноги и обвел комнату победным взглядом. — Мда-с! Наследники без клинков и в арестантских комбинезонах, да еще в такой убогой обстановке! — он потер руки, довольно ухмыляясь. — Это что, тюрьма?

— Ты, как всегда, веселишься, — нахмурился Эрхар, проигнорировав вопрос. — Скажи-ка лучше, что ты еще помнишь, кроме моего имени?

— Всю историю Гало, и все интриги со времен Основания, и всех членов Трибы, и всех девушек Андры!

— А сегодняшнее число? — Спирр замялся, и улыбка его потускнела. Гм! Отшибло начисто! — он пожал плечами и, понюхав воздух, подмигнул Эрхару. Должно быть, нас опоили каким-то зельем! Я чувствую незнакомый запах! Пошли, осмотрим это убогое обиталище!

И, не дожидаясь ответа, Спирр стремительно направился к ближайшей двери. Она вела в комнату, представлявшую собой живописное нагромождение диванов, кресел, гобеленов, амфор, манускриптов, видеодисков, канделябров, столиков на колесах и прочих невероятных предметов.

— Недурно придумано, — возмущенно продолжал Спирр, минуя взглядом всю эту чепуху в поисках источника запаха, — подлить нам свежеизобретенной гадости, лишив памяти, и засунуть в эту нищенскую дыру… А, вот оно!

Он нагнулся и тут же выпрямился, держа в руке цилиндрический, суживающийся кверху стеклянный сосуд — один из многих, в изобилии разбросанных на полу. В нем еще оставалось немного коричневой жидкости с явственным запахом.

— Что это? — спросил Эрхар, появляясь в дверях. — Я осмотрел соседние помещения; похоже, мы на брошенной яхте какого-то простолюдина. Никого нет, шлюзы заперты изнутри.

— Из-нут-ри?! — переспросил Спирр и расплылся в улыбке. — Что я говорил!

— Ты думаешь, это наши братцы-наследники? — Эрхар покачал головой. Они вряд ли оставили бы нас в живых!

Спирр расхохотался:

— Я вижу, твоя память пострадала еще сильней, чем моя! Нас нельзя убить просто так! Для этого нужна Машина Смерти и решение Совета Трибы!

— Верно… — Эрхар задумчиво разглядывал разбросанный повсюду нищенский хлам. — Я еще не все вспомнил. Голова как в тумане… Что это?

Он поднял со столика растрепанную пачку цветастых листов, сшитых с одной стороны и покрытых ровными рядами непонятных знаков.

— Что за хозяин был прежде у этой лоханки?! — Спирр, вытаращив глаза, смотрел на Эрхара, как если бы тот держал в руках клубок змей. — Бумага! Да еще такая новая!

— Подозреваю, что наши любезные братцы решили свести нас с ума, пробормотал Эрхар, с отвращением отшвыривая манускрипт. — Не хватало еще найти здесь спички и свечи…

Он замер, уставившись на стоящий в углу канделябр.

— Что ж, это вполне в духе развлечений Света, — усмехнулся Спирр. Не пора ли нам оглядеться и покинуть это бредилище?

— Верно. — Эрхар шагнул обратно к двери, возвращаясь в главный зал, к панорамному пульту. — Кое-кто дорого заплатит за эту гнусную шутку над наследниками престола Андры!

Когда Спирр влетел в зал, все еще держа в руке сосуд с пахучей жидкостью, Эрхар уже возвышался у пульта, положив руки на его усеянную разноцветными пупырышками поверхность. Схема управления была Эрхару совершенно незнакома, но руки его привычно заняли нужные места, словно многие годы только и делали, что нажимал на кнопки. Эрхар с некоторым удивлением отметил, что пальцы его бегают по пульту, словно отделившиеся от тела маленькие бесенята, покорно выполняющие малейшее его пожелание; потом он решил, что так и должно быть, но память об этом заклинании еще не вернулась к нему.

Экраны затрепетали, лишаясь плоскости, свет погас, и Великая Бездна обступила замерших в благоговении наследников.

Гало двойной пузатой спиралью висело в пространстве, пронизанное голубыми разводами гравитационных полей и зеленоватыми лентами энергетических течений, холодное и безмерно далекое. Эрхар сжал кулаки. До родины наследников не меньше миллиона лли.

— Великие пророки! — возопил Спирр, хватаясь за голову. — Как только у них хватило ума?!

— У кого? — оторопело спросил Эрхар. Спирр нервно засмеялся, в паузах выстреливая короткими фразами:

— Наши братцы-наследники… Эта развалюха останется тут до конца времен… Нас нельзя убить, нельзя надолго заклясть, нельзя заточить в тюрьму… но посадить нас в старую яхту и завести на миллион лли в Великую Бездну и бросить там — это решение проблемы! Я думал, я один знаю это, но, вижу еще у кого-то хватило мозгов…

— Миллион лли, — проговорил Эрхар задумчиво. — Когда мы вернемся в Андру, правнуки наших братьев станут патриархами. Да, это было ловко проделано. Узнаю руку Элиса.

Он замолчал, глядя в черноту бездны. Руки его дрогнули, и пальцы побежали по разноцветью пульта, сплетая новый узор из нажатых кнопок. Гало медленно переместилось в центр переднего экрана.

— У меня такое чувство, — пробормотал Эрхар, следя за делом своих рук, — что я давным-давно управляю этой штуковиной!

Как бы в подтверждение его слов вокруг Гало вспыхнуло пунктирное алое кольцо.

— Это что, прицел? — язвительно осведомился Спирр. — Ты столь мстителен, что собрался разнести наших братьев на атомы вместе с Гало?

— Похоже, мы потеряли память о том, что делали на яхте, но не умение с ней обращаться, — ответил Эрхар, высокомерно пропуская мимо ушей намек Спирра. — Это — фокус Прямого Прыжка.

Спирр схватился за живот, заливаясь смехом:

— Прямого Прыжка? Ой, не могу! — прохихикал он. — Даже наши остолопы-братья не совершили бы такой глупости — оставить на яхте исправный двигатель Прямого Прыжка! К тому же где ты видел я х т ы с Прямым Прыжком?! Разве что они позаимствовали эту колымагу в какой-нибудь колонии…

Эрхар усмехнулся. Подшучивать над колониями, далеко обогнавшими Андру по техническому могуществу, но по-прежнему беспомощными перед самой элементарной магией, было давней традицией Трибы. Наследники все больше чувствовали себя в своей стихии.

— Вряд ли наши братья смогли бы разобраться в устройстве яхты, пробормотал Эрхар, задумчиво перемещая по экрану красное кольцо. — Любая техника сложнее арбалета вызывает головную боль у каждого истинного андрийца…

— Ха! — Спирр напыщенно фыркнул. — А заклинания на что?! Подставляй мешок!

Он пригнулся, пошире расставляя руки, и прошептал несколько заковыристых слов на древнем языке Андры. Между его ладонями и пультом вспыхнуло веретенообразное голубое сияние, пластиковые панели со щелчком отскочили, и на пол посыпались кубики, пластинки, свитые лентой Мебиуса светоносные жгуты.

Не успел Эрхар и глазом моргнуть, как на полу уже высилась изрядная горка загадочных деталей. Экран замигал и покрылся отвратительными белыми пятнами.

— Вот так наши братцы могли отломать здесь что угодно! — победно заключил Спирр и скрестил руки на груди. Голубое сияние поспешно погасло.

— Ты мог бы найти себе занятие получше, чем ломать нашу единственную яхту! — Эрхар сверкнул на Спирра глазами и сделал короткий отвергающий жест. Детали взвились в воздух, смачно втыкаясь в свои места, и пластиковые панели, захлопнувшись, скрыли свои последние следы спирровой победы.

По-мальчишески надув губы, Спирр отвернулся. Мысленно он проклинал наследное право старших братьев разрушать созданное младшими. Но таков был один из устоев Царственного Дома Андры, которому подчинялись все наследники.

Рассеянно он посмотрел по сторонам. Эрхар продолжал манипулировать пультом, экран перед ним то и дело менял цвета, озаряя герцога Андры фантастическими отблесками, и Спирр, почувствовав что-то слишком похожее на недопустимую для наследника скуку, поспешил в соседнюю комнату. Он рассчитывал найти в разбросанном там старье что-либо способное пролить свет на происхождение яхты.

Закрыв за собой дверь, Спирр обнаружил, что перепутал комнаты. Эта, очевидно, была кают-компанией — об этом свидетельствовали несколько поваленных кресел, в беспорядке разбросанных вокруг большого круглого стола. Около одного из них, наполовину утопая в длинноворсном ковре, валялся раскрытый чемоданчик, поразительно напоминавший формой, размерами, цветом, а главное — овальным серым экраном — андрский мануал. Это открытие заставило Спирра радостно присвистнуть:

— Ай да братцы, ай да сукины дети! — прохихикал он, подбирая мануал и водружая его на чудом устоявший столик в углу. — Я вижу, они позаботились о нашем досуге!

Спирр запустил обе руки в груду прозрачных искрящихся дисков, усеянных до боли родными андрийскими иероглифами. Вся история Гало лежала перед ним — былины Семидесяти эпох, межмировые битвы за Обладание, низвержения тиранов и установление справедливой и могучей власти Царственного Дома в обширных звездных ландах. Экран мануала ожил, и перед восхищенным взором Спирра, лорда Андры, понеслись сцены сражений и празднеств, свадеб и погребений, возведения дворцов и разрушения планет…

Внезапный вопль Эрхара заставил Спирра очнуться. Бешеная радость и яростное торжество прозвучали в зычном голосе герцога Андры; и Спирр знал, что это значило. Стремглав он бросился в рубку.

Эрхар возвышался посреди нее, положив руку на рукоять своего фамильного клинка, и на губах его играла улыбка, не сулящая возможным врагам ничего хорошего.

— Где ты его нашел?! — вскричал Спирр, указывая на клинок.

— Я вспомнил, что без клинка никто из нас не может заявить свое право на наследство, — Эрхар пожал плечами. — И вот мой клинок снова со мной!

— А-а! — Спирр ухмыльнулся и подмигнул Эрхару. — Сработала наша природная власть над вещами Дома!

Он крепко зажмурился, присел и подпрыгнул в воздух, вытянув вперед и вверх правую руку, сжимающую воображаемую рукоять:

— Клинок Спирра! Твой хозяин призывает тебя!

Раздался мелодичный звон, и Спирр осторожно приоткрыл глаза.

В его руке удобно, ухватисто лежала изогнутая заржавленная штуковина.

— Что это?! — возопил Спирр, потрясая нежданной добычей.

— Ржавый костыль, на котором висел в твоей комнате портрет Мико, ответил Эрхар без тени улыбки. — Ты прав — наша власть над вещами Дома при нас.

— Ах так?! — Спирр гневно уставился на костыль и вдруг выпалил неприличное заклинание. — Кржом-сврилл-грабб!

Сила заклятия была такова, что экран замигал, а с ковра взметнулись фонтанчики пыли. Ни один приличный лорд никогда не позволил бы себе применять столь шокирующее заклинание в присутствии посторонних. Но хохотун Спирр плевал на приличия.

Ржавый костыль в его руке раскалился добела и медленно вытягивался, осыпая ковер алыми искрами; Спирр, рыча от боли, сосредоточенно управлял ходом процесса. Наконец белое пламя металла вспыхнуло особенно ярко и исчезло. В руке у Спирра сверкал чистый серебристый клинок.

— Уф-ф, — перевел дух наследник. — Вот так-то!

— Полдела сделано, — заметил Эрхар, осторожно затаптывая островки пламени на вспыхнувшем ковре. — Осталось опробовать наши клинки в поединке!

— Это не займет много времени, — беззаботно заявил Спирр. — Здесь есть подходящее для такого серьезного дела помещение?

Эрхар кивнул на дверь и молча вышел из рубки. Миновав широкую винтовую лестницу, наследники попали в огромный пустой зал — по всей вероятности, трюм. Условия для поединка были здесь идеальными: простор, тишина, сумрак и полное отсутствие свидетелей.

Спирр, как и подобало младшему, начал первым. Его клинок трижды просвистел перед носом Эрхара, прежде чем тот позволил себе ответить. Ослепительная вспышка и оглушительный гул сопровождали каждое столкновение фамильных клинков. Спирр наседал, страстно желая взять реванш за шестьсот тридцать семь предшествующих поражений; он осыпал Эрхара боковыми рубящими ударами, служащими прекрасным отвлекающим маневром, и тщательно готовил кинжальный выпад в Средоточие Жизни, ведущий к потере противником сознания и досрочной победе. Эрхар с легкой усмешкой отражал его наскоки, держа клинок прямо перед собой и работая исключительно кистью согнутой правой руки, время от времени разнообразя свою тактику молниеносными выпадами, протыкающими Спирра насквозь в самых неудобных местах.

Внезапно Спирр изменился в лице и начал медленно валиться на левый бок. Клинок его описал нелепую кривую, каким-то чудом парировав стремительный выпад Эрхара. Тонкий фиолетовый луч, делающий невидимое тахионное лезвие клинка зримым для его владельца, прошел в сантиметре над головой Спирра и коснулся стены. Ослепительная вспышка затмила на миг поле боя. Эрхар понял, что не рассчитал длину тахионного лезвия и разрушил несколько жизненно важных модулей яхты, но это ни в малой степени не поколебало его решимости продолжить бой. Он бросил кисть правой руки вниз и влево, гардой защищаясь от самого опасного удара — но клинок Спирра и не думал разить в Средоточие Жизни. Искры посыпались из глаз Эрхара, и настала тьма.

Секундой позже Эрхар пришел в себя. Он лежал, опираясь спиной на покатую стену, а прямо напротив Спирр, отчаянно жестикулируя, загонял бешено ревущее пламя в зияющую пробоину в стене. На помощь со скрипом спешили ремонтные роботы.

— Браво, Спирр, — пробормотал Эрхар. — Ты стал заметно хитрее за время беспамятства! И все-таки удар по голове плашмя — не из самых благородных!

— О, я никогда не стремился превзойти тебя благородством происхождения, — расхохотался Спирр. — Но согласись, что наши клинки с блеском выдержали испытание!

— И с грохотом, — согласился Эрхар. Потом, осторожно поддерживая еще не совсем регенерировавшую голову, поднялся, держась за стену. — Любой клинок по праву считается фамильным, если его создал своим умом и испытал в честном поединке Наследник Дома Андры!

Спирр любовно оглядел клинок, подышал на зеркально блестящее лезвие и стер рукавом несуществующее пятнышко. Щелкнув пальцами левой руки, он коротким заклинанием материализовал себе ножны на роскошной перевязи, опоясался ими и вложил клинок на его теперь уже постоянное место. Обрадованный донельзя этим нехитрым ритуалом, Спирр утробно захохотал.

— Идем-ка обратно, брат! — осадил его Эрхар. Немилосердно колотя ножнами по ногам и по окружающим предметам, Спирр последовал за братом назад в рубку.

Здесь ему попалась на глаза давешняя бутылка с колдовским зельем. В глазах Спирра зажегся огонек интереса. Он поднял бутылку и задумчиво побултыхал содержимым, глядя на просвет.

— Надо понять, чем нас опоили, — пояснил он свои действия. — Попробую разобраться!

Он запрокинул бутылку, и не успел Эрхар опомниться, как половина содержимого с бульканьем скрылась в его глотке.

— Эх-х! — крякнул Спирр. — Обжигает и возбуждает! — Да? Может быть, это яд? — Эрхар протянул руку и перехватил сосуд за узкое горлышко. Аромат напоминает колдовское зелье Гейры… Оно лишает разума, но дарует интуицию.

Он на миг приложился к бутылке и вернул ее Спирру пустой. Потом пошевелил губами и, щелкнув пальцами, поймал в воздухе большой спелый номмил — похожий на грушу плод с пронзительно-освежающим вкусом. Спирр поспешно повторил его жест, но в руке его очутился незнакомый ярко-желтый плод с мягкой кожурой и резким запахом. Спирр секунду оторопело смотрел на свою закуску, а потом решительно отправил ее в рот.

— М-м! — проговорил он, сосредоточенно жуя. — Ого! Вот это вкус! Пожалуй, я посвящу несколько дней совершенствованию своих гастрономических заклинаний!

Эрхар меланхолично кивнул, отбросив пустую бутылку в сторону, где она благополучно растаяла в воздухе, и повернулся к пульту. По мановению его руки экраны раскрылись в Великую Бездну, и Гало вновь возникло в центре величественной панорамы, искрясь миллиардами звезд. Где-то в самом его центре находилась и неприметная звезда Дома Андры, средоточие Мудрости и Справедливости, вечная родина наследников.

— Как красиво! — восхищенно воскликнул Спирр, проглатывая недожеванные остатки лимона. — Как здорово, что мы оказались здесь! Я так давно мечтал отдохнуть от этих вечных интриг в тишине и покое Великой Бездны…

— У тебя будет эта возможность, — спокойно сказал Эрхар, — Когда я высажусь в Андре, я подарю тебе свою половину этой развалюхи, и ты сможешь отправиться на ней хоть на край света. Но до тех пор не забывай, что ты мой _м_л_а_д_ш_и_й_ брат!

— Так ты собрался домой?! — обиженно воскликнул Спирр. — К чему такая спешка?!

— Это _м_о_и_ дела! — высокомерно ответил Эрхар.

— А! — воскликнул Спирр и расхохотался. — Так ты решил, что нас засунули сюда не случайно, и пришло время заявить свое право на… — он протянул руку к экрану, в ту сторону, где в бескрайней черноте Великой Бездны висело Гало, и невольно осекся, застыв на месте.

Гало таяло на глазах. Звезда за звездой растворялась, растекалась мутным пятном на девственной черноте Великой Бездны, и лишь слабые окраинные скопления сияли по-прежнему, не затронутые невидимой дланью, стирающей Гало с лица Вселенной. Это не было сном, но не могло быть и явью — нечто столь грандиозное, что даже в андрийском языке всемогущих не было для него названия, разыгрывалось перед глазами побледневших наследников, как страшный сюрреалистический спектакль.

Последние искорки в центре черного круга, зиявшего теперь на месте гигантского звездного острова, погасли, и Гало исчезло.

Гало исчезло! Еще минуту наследники молча смотрели на черную пустоту, смеявшуюся им в лицо. Мгновение назад Гало, жемчужина бесконечного Пространства, нераздельное владение Дома Андры сияло прямо по курсу во всем своем великолепии — и вот его больше нет. Как и не было.

Эрхар сломил оцепенение и коснулся пульта. Пальцы пробежали по клавишам, проверяя все, что можно было проверить. Сомнений не было — все увиденное было правдой.

Эрхар медленно отодвинулся от пульта. Они со Спирром посмотрели друг на друга, и каждый увидел на лице брата мертвенный ужас.

Молчание тянулось бесконечно. Затем Спирр прошептал:

— Великий Боже, Эрх! Великий Боже!

И Эрхар увидел, как дрожат в ужасе его побелевшие губы. Спирр нуждался в поддержке, и старший брат пришел ему на помощь:

— Быть может, нет, — сказал он, качая головой. — Быть может, это сделал кто-то другой!

— Но кто? — выкрикнул Спирр, борясь с недостойной наследника дрожью. — Кто это сделал и кто вообще может сделать ТАКОЕ?!

— Посмотрим, — рука Эрхара опустилась на пульт. Синие и голубые линии, распрямившиеся с исчезновением Гало, поблекли, уплывая в даль, перспектива изменилась — по краям экрана зажглись желтые точки, на черноту Бездны легла полупрозрачная зеленая пунктирная сеть — все большее число сущностей Великой Бездны высвечивалось перед Наследниками, и Эрхар смотрел на них со странным чувством раздвоенности — все внутри него было мертво, но глаза двигались, внимая переливам разноцветных картин, и какой-то второй слой сознания, казалось, начинал понимать происшедшее.

— Стерли, — прозвучало странное для самого Эрхара слово, и он заговорил, объясняя увиденное — не столь застывшему в немом горе Спирру, сколько самому себе. — Гало исчезло, как картинка с экрана, как стертая с пола лужа; гравитационное поле выпрямилось — вся масса Гало исчезла — в никуда. И сейчас на его месте нет ничего, совсем ничего — только пустота Великой Бездны… Но кто это сделал?!

Неприятный резкий звук прервал поток бессвязных слов. На экране вдруг появилось розовое облачко, в центре которого заискрилось мириадами точек странное шаровое скопление, непохожее ни на один из известных Эрхару Звездных островов. Розовое облачко замигало, и в такт ему в ушах наследников запульсировал тревожный звук, сигнализируя об опасности, исходящей от неведомого противника.

Затем время на экране двинулось вспять; разноцветные линии дрогнули и начали медленно расходиться, уступая место вновь возникающим в центре экрана звездам и туманностям Гало. И к казавшемуся теперь, при изменившемся масштабе таким маленьким и беззащитным Гало тянулась от незнакомого звездного облака грязно-желтая полоса какой-то непонятной, но вполне материальной энергии, дотошно зафиксированной аппаратурой.

— Что это?! — воскликнул Спирр, хватая Эрхара за руку. Гало на экране вернуло себе былое великолепие, а желтая полоса сузилась в ослепительно яркий луч, медленно отступающий обратно в испустившее его звездное облако. Эрхар коснулся пульта, и все произошедшее начало раскручиваться перед наследниками так, как совершилось на самом деле.

Неизвестное звездное скопление вдруг вспыхнуло желтым светом, разгорелось до ослепительной яркости и выбросило тонкое жало желтого луча прямо в сердце Гало. В тот же миг Гало дрогнуло и начало таять в Великой Бездне, а огненно-желтый луч, постепенно слабея, расплылся в окружающем пространстве, скрывая последние следы совершенного злодеяния.

— Это атака, — сказал Эрхар глухо. — И атака успешная. Спирр выпустил его руку и отступил на шаг. На жестко сомкнутых губах его лежала тень слова, и Эрхар знал, что это за слово.

Месть!

2. НАСЛЕДСТВО НАСЛЕДНИКОВ.

Спирр медленно опустился в мягкое, словно скроенное специально для него кресло. Теперь, когда Гало больше не была загадкой, и страшный, но ясно видимый враг находился прямо по курсу, на лицо Спирра вернулся его обычный румянец. С минуту он сдерживал себя, но язвительные слова жгли язык:

— Теперь, Эрхар, твоя задача заметно осложнилась! — воскликнул он наконец с коротким смешком. — Наши братцы, похоже, добились своего. Мы лишены наследства!

Он указал на экран, где не было ничего кроме мрака, и нервно захохотал.

Эрхар не ответил, сосредоточенно изучая пульт. На лице его появилось хорошо знакомое Спирру выражение сосредоточенной отрешенности, с которой герцог Андры привык встречать величайшие испытания. В такие минуты Эрхар действовал с ужасающей точностью и изощренностью, с легкостью находя выход из казавшихся совершенно безнадежными ситуаций.

— Тебе теперь тоже придется потрудиться, юный бездельник, — спокойно сказал Эрхар, продолжая манипуляции с пультом. Его спокойствие заставило Спирра прекратить истерический смех:

— Ты… Ты хочешь сказать, что еще не все потеряно?!

— Да, — Эрхар повернулся к брату. — Пока жив хоть один Наследник Дома, Андра жива! Или ты забыл об этом?!

Спирр не смог скрыть откровенного замешательства.

— Да… Нет… — сказал он. — Я помню это, но… — В глазах его мелькнул восторженный ужас. — Но мы двое — это теперь все, что осталось от Андры! Никогда еще Триба не сталкивалась с делом такой сложности!

— Ты многословен, — Эрхар нахмурился. — Довольно бахвальства. Нам пора подумать, что делать дальше.

— Великие Пророки! — Спирр обеими руками ерошил волосы, захваченный грандиозностью выпавшей на его долю задачи. — Подумать только, Элис так никогда и не узнает, какой подвиг во имя Андры он совершил, запрятав нас в Бездну! Ну-ка…

Неожиданно для Эрхара Спирр протянул руку к пульту. Чернота экрана преобразилась: Великая Бездна заняла скромное место в его углу, а все остальное пространство заполнилось ровным белым светом, на котором вспыхнули сотни маленьких картинок. Над картинками-пиктограммами нависало контурное изображение человеческой руки, двигавшееся в такт руке Спирра.

— Прежде всего, — поучающе сказал Спирр, — нам надо до мельчайших подробностей… — Призрачный экранный палец коснулся пиктограммы с изображением яхты, и та раскрылась, извергнув на экран новый фейерверк изображений. Теперь наследники видели перед собой весь свой корабль, со всеми помещениями, коммуникациями, сотнями сложнейших приборов, носовыми, бортовыми и кормовыми орудиями всех типов, неисчерпаемыми запасами всевозможных диковинных вещей и — самое главное — необъятный холодильник с тускло мерцающим рядом бутылок, наполненных коричневым зельем. В самом центре экрана помещалось изображение главной рубки, в которой два наследника, разинув рты, глазели на все это варварское великолепие. Спирр, боясь шевельнуть правой рукой еще раз, левой осторожно почесал за ухом. Да, до мельчайших подробностей изучить эту колымагу… На досуге, поправился он под насмешливым взглядом Эрхара.

— Мы сделаем это, — сказал тот, одним коротким движением стирая с экрана мозаику разноцветных картинок. — Продолжай.

— Во-вторых, мы должны прочесать каждое лли Бездны там, где раньше сияло Гало! Даже самый могучий враг не смог бы уничтожить все населенные планеты. В периферийных рукавах наверняка осталось немало захудалых протекторов, вроде Индры… — Спирр усмехнулся, сообразив, что привел не самый удачный пример: периферийная Индра была тем не менее одной из самых технически развитых систем Гало.

— Мы сделаем это, сколько бы тысяч лет не отняли поиски, — сурово произнес Эрхар. — Но ты хочешь сказать что-то еще?

— Да! — Спирр недобро усмехнулся. — Когда мы вступим во владение остатками Андры, мы сможем как равные бросить вызов неведомым врагам, уничтожившим Гало! И тогда наши фамильные клинки призовут их к ответу за совершенное ими злодейство.

— Да будет так! — подтвердил Эрхар, давая понять, что разговор окончен. Он встал у пульта, и руки его привычно забегали по панелям и клавишам. Спирр рассеянно следил за его действиями, постепенно осознавая, что не имея представления и о десятой доле возможностей доставшейся им с Эрхаром «лоханки». Столь сложного на вид и столь простого в использовании пульта он не встречал ни на одном из кораблей Гало. Даже на суперновейшей Индрской яхте, которую Спирр угнал прямо из секретного орбитального цеха, дабы удивить необычным подарком одну даму, не было ничего подобного. Скромные размеры и потрясающая оснащенность корабля говорили о высоком техническом уровне создавшей его колонии. У Спирра на миг даже зародилось сомнение — да принадлежит ли вообще загадочная яхта к какому-нибудь из многочисленных андрских флотов? Возможно она строилась по особому проекту в глубокой тайне, дабы быть использованной в одной из данных усобиц? Как бы то ни было, решил Спирр, теперь этот чудо — корабль послужит благородному делу!

Эрхар закончил манипуляции с пультом и вопросительно посмотрел на Спирра. Тот молча кивнул.

Кровь наследников требовала отмщения за нанесенное Андре неслыханное оскорбление. Но еще горячей требовала она скорейшего вступления во владение остатками Гало!

Эрхар положил руку на пульт и резко сжал пальцы в кулак. Корабль впитался в пространство и вынырнул уже посреди Гало — точнее посреди того, что от него осталось. Здесь царили тьма и пустота. Ни грамма материи не было в секторе, где Эрхар рассчитывал обнаружить нужную ему планету.

Кортериал! Средоточие мудрости Гало, ухо и глаз Дома Андры, его память и его тайна! Сюда многие тысячелетия стекались все новости Гало, бесстрастно фиксируемые миллиардами мнеморов.

Кортериал слыл малолюдной и скучной планетой, примечательной разве что своим однообразно суровым климатом. Сюда не забредали ни открыватели миров, ни колонизаторы, ни искатели полезных ископаемых — голый каменистый мир, бедный даже минералами, не привлекал никого. Только маленькая жреческая миссия ордена Великих Пророков ютилась на его бесплодной поверхности. Но наследникам Дома Андры была известна тайна Кортериала.

На заре правления Андры один из легендарных героев Трибы, герцог Джурен, высадившись на Кортериале в результате аварии, случайно обнаружил, что практически вся кора планеты пронизана миллионами каналов и микрокаверн, сливающихся в огромную всепланетную пещеру. При полной тектонической пассивности Кортериала и постоянстве его температуры она представляла собой идеальное место для обитания мнеморов, массовое разведение которых в любых других условиях оканчивалось неизменными провалами. Именно по этому на Кортериале был устроен Архивариум Трибы. В его недра тайно запустили сотню мнеморов, с огромными трудами вывезенных с их родной планеты, и те начали размножаться, питаясь проносящимися мимо информационными потоками. Через какие-нибудь две тысячи лет мнеморы расплодились настолько, что от их чуткого мысленюха не могла укрыться ни одна новость в Гало. Так Андра получила в свои руки одну из основ своего могущества — всеведущий кладезь информации, хранящий ответы на все вопросы.

И вот теперь на его месте простиралась мертвая пустота. Лишь бледные пятна сгустков космических лучей изредка проползали по экрану. Эрхар вел корабль по специальной поисковой траектории в виде трехмерной архимедовой спирали, и с каждой минутой его лицо все более мрачнело.

— Долг наших врагов растет? — осведомился Спирр, когда молчание стало для него невыносимым.

— Похоже что так, — согласился Эрхар. Он убрал руки с пульта потеряв надежду отыскать хоть что-то в окружающем мраке.

— Дай-ка лучше общую панораму, — попросил Спирр, в голову которому пришла неожиданная мысль. Эрхар пожал плечами и коснулся пульта.

Экран исчез — и вместе с ним исчезло все вокруг. Эрхар и Спирр висели теперь в нависшей со всех сторон черноте, в которой едва ощущалось присутствие дальних гравитационных полей. Поеживаясь от жуткого зрелища он впервые видел общую панораму — Спирр дотянулся до пульта и на ощупь произвел необходимые манипуляции. Вокруг ничего не изменилось.

— Вот, — сказал Спирр удовлетворенно.

— Что — вот? — Эрхар огляделся по сторонам, но нигде не было ничего кроме черноты.

— Ничего не видно! — торжествующе вскричал Спирр. — А это значит, что Гало не взорвано и не стерто в порошок, а полностью изъято из данного места Бездны! Так что искать планеты имеет смысл только за пределами Круга, на Периферии, желательно подальше, где-нибудь на Форпосте!

— Форпост… — с сомнением протянул Эрхар. — И в прежние времена я трижды подумал бы перед тем, как направить туда свою яхту!

— Там есть много чего кроме Форпоста, — улыбнулся Спирр, изящным движением руки вновь преображая экран. Теперь в окружающей наследников тьме зажглись тут и там — до некоторых, казалось, можно дотянуться рукой, — разноцветные точки, шарики и облачка, обозначавшие скопление массы, еще оставшиеся в Великой Бездне около исчезнувшего Гало.

— Ты прав, — мрачно сказал Эрхар, указывая на яркое зеленое облако, висевшее в пустоте заметно дальше других. — Вот он, Форпост! А вот и Тихие Миры… Они уцелели, а великое Гало Андры больше не существует…

Он умолк, сокрушенно качая головою.

— По крайней мере, мы можем заняться их покорением, — заметил Спирр, расхохотавшись, — теперь нас ничего не отвлекает! Ну-с, куда полетим? Может быть, сюда?

Палец его наметился на группу фиолетовых искорок в верхней части мрака.

— Планеты-монстры! — с отвращением воскликнул Эрхар, и Спирр поспешно одернул палец. Когда-то Ассоциация Независимых Магов проводила тайные эксперименты по оживлению планет, стоившими Дому небольшой войны с порожденными чудовищами. Часть их удалось уничтожить, остальные бежали из Гало и обосновались в одном из безлюдных рукавов, совершая оттуда редкие набеги на пограничные королевства. Вряд ли они могли служить гостеприимным прибежищем. — Уж лучше… — Эрхар задумался, созерцая рассыпанные во тьме искорки, и Спирр вновь опередил его, ткнув пальцем в желтое пятно у себя под ногами:

— Гэннское скопление — вот что нам нужно! — воскликнул он тоном, не терпящим возражение. Ближняя Периферия, благородный нейтралитет, лучшее в Гало белое вино и Серый Замок на Горе — исконное пристанище наследников! Тамошний герцог — то есть мэр, у них нет титулов, — не раз клялся мне, что ни один слух Андры не минует его ушей. Как же его звали, этого пройдоху…

— Уймар, — коротко бросил Эрхар. — Сейчас, когда Гало больше нет, он наверняка перейдет на сторону Форпоста. Если уже не перешел.

— Так ты желаешь планет не прекрасных, но верных? — рассмеялся Спирр. — Ну, тогда полетели на…

Палец его завис в пустоте, что-то безуспешно разыскивая.

— Ее нет, — печально произнес Эрхар. — И Иствара — тоже. — Проклятье!

Траурным пологом в рубке повисала тишина. Пустота слепо щерилась на наследников осколками некогда могучих королевств. Неведомый и беспощадный враг лишил наследников выбора, подсунув вместо чарующего многообразия Гало горсть мерцающих пустышек.

— Дому нужно было уделять периферии больше внимания, — криво усмехнулся Спирр. — Неужели нам некуда лететь?!

— Остается одно, — Эрхар со вздохом стер с экрана звездное конфетти, выделив узкое темное пятно на фоне белой туманности. — Кошачий глаз.

— Гархи? — поморщился Спирр. — Они же нас презирают!

— Они не приемлют нашей роскоши и тщеславия, но в помощи нам не откажут, ибо уважают нашу магию!

— Не откажут… — усмехнулся Спирр. — Боюсь только, у меня опухнет язык от заклинаний, которые придется произнести, чтобы расплатиться за их помощь! К тому же люди, не признающие чести и титулов, скорее прочих могут быть подкуплены врагами! Нет уж! — Спирр рубанул воздух рукой, и в черноте вновь засверкали многочисленные огоньки. — Полетели сюда!

Он указал на одинокий белый шарик в совершенно пустом секторе Бездны.

— Что это? — неприязненно спросил Эрхар. — Уж не мятежный ли Каллист?!

— Он самый! — Спирр довольно рассмеялся. — Насколько я помню, мятеж так и не был подавлен, так что его народы довольно вкусили прелестей демократии, дабы вновь вновь воспылать любовью к владыкам!

Слова Спирра заставили Эрхара задуматься. С минуту он в молчании рассматривал белый светлячок. Потом согласно кивнул:

— Ты прав, пожалуй. В этом есть смысл. Каллист откололся от Андры лет десять назад, главным образом рассчитывал на свою сырьевую обеспеченность… Шутка ли — пятьдесят звездных систем, целое субскопление. Одно время их правительство даже считало Каллист третьей силой в Гало — после Андры и Форпоста.

— Вот-вот, — закивал Спирр, тонко улыбаясь. — Только недолго они тешились этой иллюзией! Почти сразу же начались усобицы между системами, объявилось множество претендентов на президентство, местные премьеры вовсю отстаивали независимость своих планет… Так что теперь от силы половина систем объединена в Конфедерацию, остальные же постоянно воюют друг с другом. Появление тех, кто наведет в Каллисте порядок, будет встречено с пониманием! Несогласным с нами придется туго, ведь народ будет на нашей стороне… — Спирр внезапно умолк, и лицо его стало печальным. — Народ! Были дни, когда Дом повелевал правителям, и многие поколения наследников правили, не употребляя слово «народ»… Но сейчас в Гало осталось меньше людей, чем раньше — королевств.

— И мы должны обратить наши клинки на службу народам? — усмехнулся Эрхар. — Я склоняюсь к тому же. Что бы ни случилось с Гало, мы не должны изменять традициям Трибы! Наследник Дома рожден быть повелителем — так значит, каллистяне рождены стать нашими первыми подданными.

Эрхар замолчал, и несколько минут в рубке царила тишина. Спирр смотрел на брата со все возрастающим недоумением.

— Что же ты, Эрхар? — спросил он наконец. — Командуй кораблю!

Эрхар повернулся к нему.

— Спирр, — сказал он со странной интонацией. — Если мы теперь последние наследники Дома, полноправные правители Гало или того, что от него осталось — то в нашем походе мы должны титуловаться в полном соответствии со своим новым положением! И кроме того, мы не можем путешествовать, а тем более сражаться на безымянном корабле!

— Это верно, — кивнул Спирр, почесывая в голове. — Но поскольку гибель всех остальных наследников не доказана, я в немалом затруднении! С другой стороны, если все они погибли, Андра вот уже второй час не имеет законного повелителя! Знаешь, Эрхар, сознавать это нестерпимо. Но кто же из нас будет регентом?!

— Судьбе было угодно распорядиться так, — громовым голосом ответил Эрхар, вставая, — чтобы я, старший из оставшихся в живых наследников Дома Андры, принял на себя бремя правления над народами Гало! — Эрхар гордо выпрямился, произнеся эти священные слова. Черты его обрели древнее благородство, и во взгляде вспыхнул древний огонь властности, ждущий своего часа в каждом из наследников Андры. — Чрезвычайное положение вынуждает меня пренебречь долгими и утомительными обрядами Посвящения во Владыки. Тебя, Спирр, я по праву назначаю Царственным Братом, и в случае гибели моей в битве или в походе правление над Гало переходит к тебе и к твоим наследникам! — Эрхар перевел дух и зевнул, приобретая свой обычный облик. — Воспользуйся своим правом Царственного Брата и дай имя нашему кораблю!

Спирр молчал, раздираемый противоречивыми чувствами. Формула наследования магически действовала на его сознание, воспитанное в Духе Почитания, но в глубине души осела горечь. Он снова был вторым…

— "Меч возмездия", на первоязыке — "Ярхал", — предложил он название для корабля.

— Да будет так, Царственный Брат!

— Да будет так, Повелитель!

Эрхар обнажил фамильный клинок и поднял его трепещущее фиолетовое лезвие прямо перед собой, отдавая священный боевой салют:

— Я объявляю свою волю, Царственный Брат! — громко и ясно произнес он. — Мы возвратим народам Каллиста радость нашего владычества!

3. ПРАВО НАСЛЕДНИКОВ.

Сухой кашель Председателя разнесся по замершему в ожидании Залу Высшего Совета. Голос не заставил себя ждать.

— Мы собрались сегодня, господа, чтобы обсудить чрезвычайное — не боюсь этого слова! — событие… — как всегда витиевато и напыщенно начал Председатель, открыв тем самым историческое семьсот сорок шестое заседание Совета. Депутаты слушали его вполуха, ожидая начала прений, где каждый мог показать себя.

— Итак, Гало исчезло с экранов наших телескопов! — возвысил голос Председатель. — Что это значит?! Только одно: сегодня как никогда еще в истории Каллиста необходимы чрезвычайные меры во имя спасения демократии! Я предоставляю слово главнокомандующему Объединенными Силами Каллиста генералу Кироде!

— Господа! — Генерал начал говорить, еще не добравшись до трибуны. Исчезновение Гало означает для нас потерю всякой возможности следить за действиями так называемой Андры, нашего злобного врага! Коварные феодалы применили против нас невиданное доселе оружие, позволяющее под покровом невидимости вынашивать гнусные планы покорения Каллиста! Мы должны сплотиться перед лицом столь явной угрозы! Я требую от Совета решительных мер по мобилизации всей ресурсов для отражения возможной агрессии и всемерного содействия Объединенным Силам! Положение наше куда серьезней, чем десять лет назад, когда силы Андры были отвлечены конфликтом с Форпостом! Вношу на голосование следующее предложение: немедленное введение чрезвычайного положения на всей территории Конфедерации, сосредоточение всей силы власти в руках Комитета Спасения Каллиста. Вот список предлагаемых мной членов Комитета…

— Совершенно верно, генерал! — воскликнул с места председатель Промышленной партии и, не дожидаясь приглашения, воздвиг свой огромный живот над притихшим залом. Голос Кратора был голосом денежных мешков Каллиста. — Я требую от Комитета Спасения решительных мер по прекращению забастовки Рудбаса без удовлетворения требования бастующих, которые не могут быть выполнены! — Кратор гневно выстрелил глазами в сторону депутатов Трудовой Конфедерации, возмущенно хватавших ртами воздух при виде столь наглого демарша извечного противника. — В сложившейся ситуации каждый забастовщик должен быть признан врагом свободы и демократии, играющим на руку феодальной военщине!

Зал взорвался криками одобрения и гнева — гнева против одобрения и одобрения гнева. Кратор величаво проследовал к Председателю и передал ему свой список кандидатов в Комитет Спасения.

Председатель долго давил на кнопку сирены, пытаясь утихомирить разбушевавшийся Совет. Наконец большинство избранников народа смолкло, держась за уши и морщась от боли, и слово получил знаменитый академик Тупор. Он медленно взошел на трибуну, наслаждаясь напряженной тишиной, с которой зал ожидал его слов.

— Меньше всего, господа, — разнесся его шепелявый голос, — мне бы хотелось витать в научных абстракциях здесь и сейчас, в минуты, когда судьба Каллиста поставлена на карту нашего решения!

Он сделал паузу, давая депутатам шанс понять смысл своих слов.

— И в эти минуты я не могу молчать! Исчезновение Гало — событие из тех, что поворачивают русла мировой науки! Наша теория пространства-времени, по которой рассчитываются торговые пути звездолетов, бессильна объяснить происшедшее! Я не поручусь более за надежность космической связи! Мы не знаем, что произошло с Гало, и я не стыжусь это признать. Но за стеной невидимости и пустоты уже зреют коварные замыслы наших врагов! Каким оружием будет сражаться наша гвардия со столь могучим противником?!

Зал, затаив дыхание, слушал витийствующего вице-президента Академии Военно-Технических Наук. Слова его были абсолютно справедливы: случившееся с Гало не лезло ни в какие ворота.

— Как же спасти нашу независимость, нашу демократию?! — Тупор стал медленно обводить взглядом зал; депутаты отводили глаза и прятали лица. Никто из них не знал, как спасти независимость и демократию. — Есть только один выход! Немедленное массированное изучение феномена нуль-Гало силами Военно-Технической Академии, изучения, не ограниченного в средствах! Каждый истинный каллистянин, без сомнения, сочтет за честь отдать последнее во имя торжества свободы и демократии! Я готов взять на себя бремя ответственности и лично возглавить предлагаемую операцию, которая получила кодовое название "Кровь зверя"!

Ответом академику был общий вздох, который тот с удовлетворением посчитал покорным согласием. Тупор раскланялся и чинно сошел с трибуны. На смену ему уже спешил, потрясая кипой предложений и заявлений, постоянный оратор Трудовой Конфедерации Гренум.

— Друзья и враги! Уважаемые депутаты! Кто с этой трибуны более всех кричит о новых военных расходах?! Тот, кто ворочает миллиардами, кто никогда не стоял в очередях на бирже труда! Но кто будет оплачивать новые вооружения и авантюрные исследования? Простой налогоплательщик, который и без того стонет от непомерных поборов! На наших глазах простое астрономическое явление используется для снятия последней рубашки с трудового народа! Нам ли верить в россказни богатеев и продажных ученых из ВТА?! Довольно! Наша конфедерация выражает свое недоверие правительству и оставляет за собой право принять собственные меры по консолидации всех прогрессивных сил! В заключении от имени Конфедерации я заявляю о нашей солидарности с бастующими горняками Рудбаса!

Свист и улюлюканье депутатов, крики "Отщепенец!", "Предатель!", "Пособник феодалов!", стук диктофонов по подлокотникам были прерваны ужасающим воем председательской сирены.

— Слово предоставляется, — спокойно сказал Председатель, когда все стихло, — представителю Прорицателей, Мудрейшему Пятой Ступени господину Хангу!

Гул одобрения пронесся по залу, и вскоре Ханг, маленький человечек среднего возраста, с длинными черными волосами и короткой седой бородкой, взошел на трибуну.

— Каллистяне! — начал он с традиционного обращения на языке древних грилонцев, основателей Конфедерации. — Темны времена сии! И горькой будет ошибка! Мы, скромные провидцы, хранящие крупицы древних знаний, узнав о горе, постигшем Гало, попытались проникнуть в грядущее, соединив порыв наших душ. Близок срок решения судеб Каллиста, и высоко вознесется он в возрожденной Андре! В великие битвы вступят наши войска, и по всему Гало прославят древний Каллист! А потому, каллистяне, заклинаю вас — не пытайтесь изменить судьбу, ибо уже выкован Меч и получил титул хозяин его!

"Возрожденной Андры? — шепотом переспросил Председатель у своего секретаря. — Этого только не хватало…" Зал молчал, пораженный странным пророчеством. Не считаться с ним было опасно — впадая в коллективный транс, предсказатели практически не ошибались. Но поверить в Андрский Каллист — а следовательно, в реставрацию монархии?!

Минуты тянулись в общей растерянности, и новые выступающие не появлялись. Председатель понял, что настало время для голосования, и поднялся, чтобы выполнить требуемый ритуал.

— Господа, — произнес он. — Мнения наши как всегда разделились, и я приглашаю вас тайным голосованием принять решение, к которому обязывает нас чрезвычайная ситуация, решение, свидетельствующее о нашей мудрости и единстве — решение…

— Решение уже принято! — замогильным голосом перебил Председателя Ханг. Обернувшиеся на звук депутаты увидели, что он стоит по среди зала, и длинный костлявый палец его указывает вверх, под самый купол сводчатого потолка.

Там, постепенно разгораясь и увеличиваясь в размерах, сиял теплым желтым светом искристый золотой шар. Вздох удивления и ужаса пронесся по залу. Мигом смолкли кулуарные разговоры. Сотня депутатов, затаив дыхание, следила за тем, как шар, сверкая уже нестерпимо ярко, опускается в сторону президиума, явно нацеливаясь на место за трибуной.

"Что это?!" — шепотом спросил Председатель у секретаря, и на этот раз получил ответ. Секретарь ответил, сделав охраняющее знамение: "Это Знак Андры! Это Знак Андры!".

— Дом Андры снова с нами! — раздался чей-то громовой голос, и в середине зала поднялась огромная фигура. — Владыки явили нам милость свою! В сей трудный час они спешат на помощь своим заблудшим вассалам!

Шар завис над трибуной, заставив президиум попятиться от нестерпимого света. Грянула торжественная, величавая музыка. Еще несколько человек в зале встали — старики из Аристократического Союза узнали древний гимн Трибы и запели его, подняв в приветствии левые руки. Шар раскрылся точно апельсин, вокруг него зазмеились голубые молнии. Два человека божественного телосложения стояли на пылающем желтом цветке, пристально вглядываясь в онемевший зал.

— Эрхар! — воскликнул один из них. — Что это за сборище?! Какие-то перепуганные интеллигенты! Неужели это и есть наши верные слуги, готовые сокрушить любого врага по первому приказу Владыки?!

По залу прошла волна перешептываний. Один депутат из Аристократического Союза привстал, чтобы получше разглядеть говорившего и тут же склонился к своим соратникам, оживленно жестикулируя.

— Не суди их строго, Спирр! — раздался мощный голос второго визитера. — Это смертные, всего только смертные. — Он поднял в приветствии руку и сделал шаг вперед. — Представители народов Каллиста! Я, Эрхар Владыка, от имени Дома Андры приветствую вас в этом зале!

Председатель Совета робко выбрался из-за спин телохранителей, куда юркнул при первой же опасности:

— Приветствуем и вас, — промямлил он, — но что привело извечных врагов Каллиста на его суверенную территорию?!

— Как твое имя, смертный?! — вскричал Спирр, но тут же вспомнил, что сам еще не представлен, и толкнул Эрхара в бок. Тот понял намек и пробурчал:

— Тебя спрашивает Спирр, Царственный Брат Дома Андры!

Председатель, устрашенный обилием титулов, долго собирался с мыслями:

— Я — Председатель Высшего Совета Каллиста, — выдавил он, — и мое имя — Абдул Ражжи. Но… — он с опаской взглянул на наследников, — что нужно вам, представителям чужого государства, от бедного маленького Каллиста?!

— Чужого?! — Громовой голос Эрхара заставил содрогнуться стены Зала Совета. — Каллист был и остается исконным подданством Андры, лишь временно милостью Эдварда, герцога Андры, пользующимся правом самоуправления! И сейчас, когда темные силы нанесли предательский удар по Дому Андры, я, Владыка Андры, требую от вас, мои подданные, только одного — полного повиновения. Я сказал и жду от вас присяги на верность!

Молчание было ему ответом. Депутаты сидели, точно пораженные громом, и только председатель потихоньку подбирался к трибуне.

— Как видишь, — язвительный голос Спирра разорвал тягучую тишину, эти так называемые смертные вполне вкусили плодов демократии. Как ты думаешь, они сподобятся ответить в ближайший час, или мне пока пойти вздремнуть?!

Одинокий, но сильный голос донесся из зала в ответ:

— Аристократы Каллиста готовы присягнуть на верность своим исконным Владыкам! Но…

— Но?! — вскричал Эрхар, повернувшись к ложе Аристократического Союза, где по-прежнему возвышалась великанская фигура. — Назови свое имя, отважившийся говорить!

— Лорд Горвик Торрский!

— В чем же ты сомневаешься, лорд Горвик?

— Вам предшествовал Знак Андры, — пояснил Горвик, ясно выговаривая слова, — и никто не в праве сомневаться в законности ваших требований, Владыки Андры! Но нас смущает одно странное обстоятельство…

— Какое же?! Говори кратко, как подобает воину! — нетерпеливо воскликнул Спирр, которому порядком надоело это препирательство.

— В последней из схваток с Форпостом наследник Дома, бесстрашный воин и мудрый маг благородный лорд Спирр геройски погиб! Прах его был развеян в просторах Гало, и семидневный траур объявлен по всем доминионам Андры! Аристократы Каллиста оплакали лорда Спирра, как и подобает верным подданным Андры, и было то три года назад! И вот сейчас мы видим лорда Спирра живым и невредимым рядом с тобой, Владыка!

— Я погиб?! Развеян в просторах Гало?! — воскликнул Спирр и издал леденящий душу вопль. Вибрирующий звук вырвался из его горла, заставив в ужасе и смятении пасть ниц тех, кто имел несчастье стоять слишком близко к президиуму. Председатель Ражжи сжался в комок, прячась за трибуну. Издревле владыки Гало тренировали благородное искусство подражания звериным рыкам животных различных планет, бывших предметом их охотничьей страсти. И некоторым из них лорды Трибы повергали в ужас пещерных чудовищ Лайяны, не страшащихся даже боевых лучей смерти. — Если ты лжешь, лорд Горвик…

Крик Спирра смолк так же внезапно, как и начался. Он понял, что зашел слишком далеко: как любой аристократ, лорд Горвик не мог унизиться до лжи.

— Эрхар! Как же долго нас не было?! — прошептал Спирр в ужасе.

— Три года, очевидно, — Эрхар говорил сдержанно, но было видно, что ярость кипит в его сердце, — вполне достаточно, чтобы замести следы этого неслыханного кощунства. Но теперь наши братья сполна уплатили по счету, исчезнув вместе с Гало, и не о них должны быть наши заботы. — Он повернулся обратно к залу. — Ты прав, лорд Горвик! Лорд Спирр, советник Дома Андры, погиб, и прах его с почестями развеян по Гало. Но Царственный Брат Спирр, чудом воскресший, дабы в этот грозный час разделить со мной тяготы дела Андры, стоит рядом со мной! И это знамение должно наполнить мужеством ваши сердца, о благородные аристократы!

Председатель, проползя под столом на четвереньках, добрался наконец до своего места и попытался включить сирену. Сизый дымок из пульта — вот все, чего он смог добиться. В отчаянии он знаком подозвал телохранителя и прошептал: "Прервать трансляцию! Немедленно!". Телохранитель бросился выполнять указание.

Едва его пальцы коснулись рубильника, как одна из голубых молний, кружащих у ног наследников, взметнулась над залом и пала на его руку. Телохранитель взвизгнул и отлетел на несколько шагов.

— Остановись, Ражжи, — вскричал лорд Горвик, простирая в сторону председателя длинную жилистую руку, — или ты будешь иметь дело с рыцарями меча! Владыки! — обратился он к Эрхару и Спирру. — Демократы забыли о чести, и нам нет нужды более признавать над собой их грязную власть! Аристократы Каллиста присягают на верность тебе, Эрхар Владыка, и готовы доказать свою преданность тем, что бросят зарвавшихся политиканов к вашим ногам умолять о пощаде!

— Со своей стороны, — встрял неожиданно поднявшийся на ноги Гренум, раздавая телекамерам обаятельные улыбки, — я напоминаю, что Дом Андры всегда был милостив к своему народу, и если новые Владыки сохранят эту славную традицию, Трудовая Конфедерация готова поддержать их!

Привыкшие к парламентским передрягам депутаты все же не смогли сдержать общий стон зависти. Представитель трудовиков неожиданно заговорил с позиции силы и теперь ставил условия всемогущим андрским лордам!

— Мне кажется, — пробормотал Спирр, скептически озирая зал, — что эти демократы опять занялись своей любимой болтовней, и мы прождем присяги до скончания веков!

— А что ты предлагаешь?! — прошипел Эрхар. — Я и сам еле жив от всего этого ритуального бреда! Но владыки должны иметь силы преодолевать глупость своих подданных!

Зал тем временем загудел с новой силой. Расталкивая высыпавших в проходы депутатов, к трибуне решительно направился генерал Кирода.

— Каллистяне! — вскричал он, выбрасывая вперед сжатый кулак. Неужели я дожил до такого позора?! Вы, избранники народа, готовы предать идеалы свободы и демократии и присягнуть на верность наглым захватчикам?! Раз так, я принимаю на себя ответственность за поддержание порядка и, как главнокомандующий Объединенными Силами, принимаю на себя всю полноту власти!

Подняв вверх левую руку, он прервал в зародыше поднявшийся было ропот. В зал ворвался грохот кованых сапог. Два взвода солдат, четко промаршировав по проходам, заняли ключевые места, направив боевые излучатели на сверкающие в лучах вновь вспыхнувшего света лысины депутатов.

Раздался громовой, всепобеждающий хохот. Это Спирр, держась обеими руками за живот, оправдывал свое исконное прозвище. Голубые молнии взметнулись вверх и сплелись в бешено вращающийся кокон, обозначив грань, за которую не было доступа смертным. Эрхар, нахмурясь, сплетал и расплетал искрящиеся от желания действовать пальцы.

Тем временем события в зале разворачивались совсем не по сценарию генерала. Лорд Горвик издал боевой вой и выхватил фамильный самострел. Его товарищи по Аристократическому Союзу сделали то же самое, окутавшись в призрачные полевые доспехи. Левая часть зала, где располагались трудовики, буквально ощетинилась сверкающим металлом. Запахло грандиозной дракой.

Не отличавшиеся драчливостью депутаты с громким шорохом ползли между сидениями к аварийному выходу, не подозревая, что он уже взят под контроль председательской охраной.

При виде мгновенной реакции трудовиков у генерала Кироды возникло нехорошее предчувствие, что к зданию Совета уже приближаются отряды рабочей самообороны. Нервы у него не выдержали.

— Солдаты! — вскричал генерал. — Судьба отечества в ваших руках! Схватите и обезоружьте мятежников!

Солдаты бросились выполнять приказ, на ходу соображая, кого же считать мятежниками. Возникла паника, путаница и в завершении всего перестрелка.

— Они друг друга поубивают, — растерянно проговорил Спирр. Происходящее уже не казалось ему смешным. — Похоже, они давно собирались устроить это разбирательство!

В кокон ткнулся случайный лазерный луч, на миг затмив панораму зала.

— Ты прав, — кивнул Эрхар. — Пора прекратить это. Он поднял правую руку, и свет в зале вспыхнул ослепительно ярко. Наступила внезапная тишина: сотни людей почувствовали, что не в силах пошевелиться.

— Остановитесь! — гремел голос Эрхара. — Я, Владыка Андры, даю вам последний шанс с честью войти в историю! Да утихнут ваши мелочные страсти! Вы вольны принять любое решение — присягнуть нам на верность или отказаться служить нам; в любом случае Дом Андры будет править Каллистом. Но не позорьте древность Каллиста усобицами и убийствами! Решайте здесь и сейчас сообразно вашему новомодному обычаю, совершайте ваш выбор путем тайного голосования — воссоединиться с Андрой добровольно или пасть смертью отступников!

Депутаты почувствовали, что к ним вернулась способность произносить речи.

— Никогда! — тут же взревел генерал Кирода. — Никогда! — хором повторили армейские и промышленные депутаты.

— Воссоединение! — грянули депутаты Аристократического Союза.

Депутаты-трудовики, не произнося лишних слов, деловито нажимали на кнопки, присоединяя свои голоса к голосам аристократов. Над трибуной вспыхнуло огромное табло, отразив обычный для Совета расклад голосов — два к одному.

Председатель с трудом привстал и, дотянувшись до микрофона, провозгласил с нескрываемым торжеством:

— Незванные гости из несуществующей более Андры! Большинством голосов в шестьдесят два против тридцати трех при пяти воздержавшихся вам отказано в вашей просьбе о подчинении независимого Каллиста иноземной монархии!

— Да, брат, — скептически заметил Спирр, поглаживая рукоять своего фамильного клинка, — настали дни, когда право наследников приходиться подтверждать силой!

— Горе вам! — раздался сквозь гром оваций замогильный голос предсказателя Ханга. — Горе вам, нечестивцы! Вы отвергли Право Андры, и ничто теперь не защитит вас от ее гнева!

Словно в подтверждение его слов зал погрузился в кромешную тьму, скрывшую от глаз депутатов дальнейшие действия наследников.

4. СИЛА НАСЛЕДНИКОВ.

Яркая вспышка молнии осветила большую лесную поляну, нещадно поливаемую дождем. Посреди поляны качался и скрипел под ударами ветра огромный алый шатер, увенчанный золотым, словно светящимся изнутри шаром. Вокруг шатра пылали костры, отбрасывающие кровавое зарево на стоящих и сидящих людей, сложенное тут и там разнообразное оружие, привязанных к деревьям лошадей и выступающую из-под мрачных сводов леса громаду космического корабля. На пустой круглой площадке перед шатром стояли два человека, с обнаженными мечами в руках. Один из низ отсалютовал противнику и бросился вперед, нанося быстрые, почти невидимые удары. Его противник изящно поднял руку, и в черном ночном воздухе вспыхнули гроздья голубых искр, рожденных пересечением серебристых клинков. Поляна озарилась призрачным светом, то вспыхивающим, то угасающим сообразно выбранному сражающимися темпу.

Эрхар отбил очередной ребяческий выпад Спирра, ушел от вторичной атаки и обрушил чудовищной силы удар на незащищенную голову брата.

Внезапно из черноты леса к площадке, где наследники в очередной раз скрестили фамильные клинки, метнулась неясная тень.

— Прервемся! — сказал Эрхар, молниеносно отбрасывая меч Спирра и выставляя свой клинок перед человеком, столь внезапно появившемся из мрака.

— Это Варрон, гонец Союза, — сказал Спирр, опуская клинок в ножны. Потом он поднял левую руку, и золотой шар на верхушке шатра запылал солнечным светом, превратив ночь в день. Дождь, еще минуту назад сплошной стеной падавший на поляну, стих и шумел лишь далеко в лесу. Поединок наследников был завершен, и в осложняющих обстоятельствах более не было нужды.

— Какие новости, Варрон? — спросил Эрхар, делая шаг к гонцу. Тот поклонился по старинному обычаю, приветствуя Владыку, и начал говорить:

— Владыка Эрхар! Верные тебе воины Аристократического Союза числом до сорока тысяч готовы по первому твоему слову сокрушить отступников, окопавшихся на Грилоне! Пятнадцать союзных миров принесли тебе присягу на верность и лишь два еще колеблются по своему невежеству! Бессменный предводитель Союза, лорд Горвик Торрский, избранный всеми аристократами Каллиста маршалом нашей армии, прибыл со мной, дабы лично выслушать твою волю!

Эрхар нетерпеливо кивнул. Варрон, согнувшись в поклоне, сгинул во тьму, поспешно уступая место лорду Горвику, который приблизился к Эрхару с величавой медлительностью.

— Итак, лорд, ваши воины готовы отстоять справедливость? — спросил Эрхар вполголоса, выказывая лорду высшее доверие.

— Да, Владыка. Мои вассалы готовы к любым, даже самым жестоким сражениям…

— Думаю, что им придется сражаться вполсилы! — перебил его Спирр, добродушно посмеиваясь. — Армия Каллиста состоит из грязных наемных убийц, способных воевать только с безоружными демонстрантами!

— Я хотел бы, чтобы ты оказался прав, — улыбнулся Эрхар и кивком приказал Горвику продолжать.

— Но есть еще странные известия, Владыка.

— Какие же?

— У границ Каллиста появились чужаки.

— Кто они?

— Они скрываются раньше, чем удается распознать это. Я боюсь, что у нас появился еще один враг.

— Новый враг уничтожается не менее решительно, чем старый, пренебрежительно усмехнулся Спирр, — но пусть не рассчитывает, что мы начнем с него! Что еще?

— В Лойбе, столице Грилона, схвачены и ввергнуты в тюрьмы все семьи аристократов. — лорд Горвик понурил голову. — Генерал Кирода заявил, что казнит их жесточайшим образом, если Союз не сложит оружия.

Спирр поймал на себе внимательный взгляд Эрхара и положил руку на фамильный клинок:

— Этого следовало ожидать, — презрительно фыркнул он. — Подонки! Воевать с женщинами и детьми! Нет! — воскликнул он вдруг, выпуская рукоять фамильного клинка. — Я не запачкаю это благородное лезвие их ядовитой кровью!

— Ты слышал, лорд Горвик? — спросил Эрхар. — Не беспокойся более о заложниках — этим займемся мы. Что еще?

— Я все сказал и жду приказа, — сказал Горвик, смиренно склоняя голову.

— Тогда слушай! — Эрхар простер перед собой правую руку, и в воздухе перед ним появился шар метрового диаметра — точная, хотя и уменьшенная, копия Грилона. — Демонстрационными ударами с орбиты сюда, сюда и сюда добиться капитуляции всех промышленных городов. Подавить спутниковую оборону и блокировать армии отступников на их базах. После этого — десант на Зеленый континент. Здесь, в густых лесах, наша кавалерия будет непобедима. Вы должны окружить Лойбу и ждать нашего появления. На все это даю вам шесть часов.

Горвик еще раз поклонился в знак согласия и пошел прочь. Эрхар переглянулся с Царственным Братом. Ход их мыслей на мгновение соединился.

Мы должны наказать этих подонков… Да, настало время показать свою силу… Только тогда наша власть будет безмерна… Пусть Андра воцарится, и мы сможем отомстить… Да, память Гало взывает к отмщению!.. Ты хочешь сделать это один, но сейчас все решают минуты… О, Эрхар, разве я могу обойтись без твоей помощи…

— Решено, — кивнул Эрхар и, четко повернувшись, направился в шатер.

Спирр сделал было шаг в том же направлении, но внезапно обострившийся в полевых условиях слух наследника уловил легкое содрогание воздуха. Ночное насекомое задело ветку, или порыв ветра уронил каплю росы с широкого листа? Но ветра больше не было на поляне, и дальний защитный барьер не пропускал насекомых. Спирр мгновенно обернулся, готовый поразить врага мечом или заклинанием.

Темная молния скользнула мимо Спирра — это Эрхар, тоже почувствовавший недоброе, мчался в дальний угол поляны, туда, где седлали лошадей Варрон и Горвик. Спирр взмахнул рукой, торопливо проговаривая заклинание — свет пронизал каждую травинку, каждую веточку на сотню шагов вокруг.

Кто-то выругался от неожиданности, и Спирр мигом разглядел в кустах на опушке поляны нацеленный в спину Горвику арбалет. Удар голубой молнии слился со звоном спущенной тетивы. Из кустов вывалился одетый в черное человек, а лорд Горвик покатился по земле, отброшенный в сторону могучей рукой Эрхара. Стрела наполовину вошла в дерево, у которого только что стоял маршал Аристократического Союза.

— Кто это? — спросил Эрхар, указывая на упавшего. Затем он помог встать несколько ошарашенному Горвику.

— Почем я знаю! — Спирр пожал плечами и поднял стрелявшего, держа его перед собой на вытянутой руке. Тот все еще был без сознания, лицо его скрывала черная маска.

Эрхар нетерпеливо щелкнул пальцем, и маска слетела с лица убийцы. Лорд Горвик отшатнулся, с ужасом узнав ночного гостя;

— Бертран! Как ты посмел?! — вскричал он. — Кто это? — гневно спросил Эрхар. — Мой сын, — в смятении и ужасе прошептал старый лорд. Спирр осторожно опустил Бертрана на траву и похлопал его по щекам, приводя в чувство. Горвик стоял рядом, что-то шепча трясущимися губами. Случившееся ошеломило всех: никто не ожидал столь скорого предательства в своем стане.

— Лорд Горвик! Поговорите со своим сыном и примите решение, — глухо произнес Эрхар и, не добавив более ни слова, удалился в шатер. Спирр пожал плечами и растворился в темноте вслед за братом. Несчастный Горвик с тоской смотрел им вслед: он догадывался, какого решения ждут владыки.

— Проклятье вам, презренные промышленники! — прошептал старый лорд, сжимая кулаки. — Вы отняли у меня все — родовую планету, фамильный замок, бесчисленные земли, и вот теперь — еще и родного сына. Никогда в роду Горвиков не было предателей! — вскричал он вдруг с неожиданной силой. — Ты мне не сын больше!

Очнувшийся Бертран вздрогнул от этих слов и бросил по сторонам короткий затравленный взгляд. Мгновения хватило ему, чтобы оценить ситуацию:

— Отец! — отчаянно воскликнул он, протягивая руки к Горвику. — Я не хотел этого! Меня обманом завлекли в плен и дьявольским гипнозом лишили собственной воли! Я не владел собой, когда мое тело совершало это злодеяние!

— Я не отец тебе, — вскричал лорд Горвик в ответ, однако. оглядевшись по сторонам и увидев, что за ним никто не наблюдает, неожиданно сбавил тон, — до тех пор, пока ты не докажешь обратное. Беги, негодяй, и кровью врагов смой свой позор!

Бертран тут же вскочил, едва не опрокинув подавшего ему руку Горвика, и в два прыжка оказался на коне. Тот, почуяв торопливость всадника, взвился свечой и канул в ночную мглу. На опушке поляны остался безумный от горя старик, мысленно проклинающий и благословляющий сына.

— Лорд Горвик! — Эрхар вновь стоял перед ним, опершись на фамильный клинок, сверкавший серебристым сиянием. — Выполняй приказ, и не позволяй более отступникам нарушать твои планы!

Горвик мысленно выпрямился, расправляя богатырские плечи. Эрхар поднял руку, и голубые молнии коснулись лорда, зажигая на его плаще Знак Андры. Мгновением позже Горвик легко вскочил в седло и поскакал прочь.

— Кажется, теперь наша очередь? — осведомился подошедший из темноты Спирр.

— Да… — рассеянно ответил Эрхар, разводя руками. Спирр изумленно протер глаза: они стояли уже в центральной рубке «Ярхала». Эрхар воистину был Владыкой — столь элегантной телепортации мог позавидовать и сам богоравный Ютан.

— Нам следует поторопиться… — все так же задумчиво проговорил Эрхар, оживляя экран. — Как знать, быть может их палачи уже готовят новых предателей!

Спирр не ответил, разглядывая экран. Он был разделен на четыре части. Вверху слева светилась карта Лойбы с восемью красными крестиками тюрьмами, где содержались заложники. Рядом мелькали перехваченные изображения из внутритюремных сетей — унылые арестантские физиономии, злобные рожи палачей, отвратительные сцены пыток… Под картой простирался казавшийся бесконечным список арестованных аристократов — имена и титулы, пол, возраст, номера камер, тюрьмы, текущее состояние. В правом нижнем углу мерцала схема одной из тюрем с указанием оптимального маршрута захвата.

Эрхар присвистнул. «Ярхал» не уставал удивлять наследников своими безграничными возможностями.

— Великолепно! — вскричал Спирр. — Мы перещелкаем их одну за другой, как орешки!

— Восемь тюрем, — проговорил Эрхар задумчиво. — Стоит поднять переполох в одной, и в остальных начнутся казни… Одну за другой не получится.

— Значит, мы должны оказаться в каждой одновременно, глубокомысленно отметил Спирр. — В четырех ты и в четырех — я.

— Так и сделаем, — кивнул Эрхар. Руки его приподнялись на уровень груди, и между ними зажглось голубое сияние. Вспышка молнии — и справа от изрядно побледневшего Эрхара встал еще один Эрхар. Вместе они вновь подняли руки, озарив рубку магическим сиянием.

Спирр посторонился и вытащил из кармана записную книжку. При вторичном ударе молний он поморщился, с видом превосходства посмотрел на всех четырех стоявших перед ним Эрхаров и громко произнес:

— Крамм-Кваттро-Гремз-Спирр-Альтион!

Все четыре Эрхара одновременно изменились в лице, но было уже поздно. Звуки страшного заклинания впитались в стены, и свет в рубке померк под гнетом происходящих трансформаций. Когда он вновь засиял в полную силу, в глазах Эрхара зарябило: вокруг него толпилась добрая дюжина Спирров!

— Кваттро — на Первоязыке двенадцать, — с неудовольствием буркнул Эрхар, делая отвергающий жест. Кто учил тебя магии?!

Спирр пожал плечами и с сомнением осмотрел трех оставшихся Спирров:

— Справятся ли?…

Эрхар рассмеялся:

— Ты что, не доверяешь самому себе?!

Один из двойников Спирра усмехнулся в ответ:

— Я тоже ему не доверяю. Но выбора нет.

— Ладно, — буркнул Спирр. — Тогда — по тюрьмам!

Он вытащил из-под пульта и выложил на стол восемь портативных терминалов, изображения на которых в точности повторяли главный экран. Эрхар тут же положил на один из них широкую ладонь:

— Я беру на себя Замок Забвения, — коротко сказал он и исчез, предоставляя двойникам самим разбираться с прочими. Те мигом похватали терминалы и сгинули, едва назвав выбранные тюрьмы.

Спирр, зазевавшись на старте, опомнился только оставшись в полном одиночестве. На последнем терминале светился план секретной подземной тюрьмы Корр-Те. Пожав плечами, Спирр произнес простейшее заклинание перемещения.

Дремавший на своем посту в безлюдном переходе охранник чуть не упал от неожиданности, когда перед ним в облаке золотого света возник наследник и Царственный Брат Спирр. Тот был явно не в настроении, напряженно рассматривая план тюрьмы на терминале, который поворачивал то так, то сяк. Наконец он нашел подходящее положение и приказал охраннику:

— Веди меня к камерам семнадцать, шестьдесят шесть и сто сорок восемь!

Но возглас его был обращен к пустому месту. Заперев перед Спирром дверь, охранник изо всех сил улепетывал по коридору. Спирр выругался, испепелил дверь взглядом и вновь уткнулся в терминал, морща в напряжении лоб.

Наконец он сообразил, что находится на втором этаже подземной тюрьмы, в секторе камер с двести сороковой по двести шестидесятую. Следовательно, к требуемым камерам нужно было подняться на один этаж. Или спуститься,

Спирр почесал в затылке. Относительно нумерации этажей в подземных тюрьмах он не имел ни малейшего представления.

Выстрел из бластера прервал его размышления. Чувствуя некоторую боль в спине и тягучую слабость начала регенерации, Спирр повалился ничком, неспешно ругая собственную глупость и хитроумие архитекторов, измысливших столь сложную тюрьму.

Охранники, грохоча сапогами, подошли к распростертому на полу телу. Спирр, почти продырявленный насквозь, вызывал скорее жалость, чем страх.

— Кто это? — спросил первый охранник, повыше ростом.

— Черт его знает. Какая разница? — шмыгнул носом второй.

— Ладно, потащили… — вздохнул первый, хватая Спирра за ближнюю ногу. Его напарник схватился за вторую, и они потащили незадачливого лорда по коридору, сначала прямо, потом налево, потом вверх по широкой винтовой лестнице.

— Это какой? — спросил высокий, останавливаясь и переводя дух.

— Первый. Немного осталось, — ответил второй, не подозревая, насколько он близок к истине.

Попав на нужный этаж, Спирр позволил себе очнуться. Охранники, мгновенье назад раздумывавшие, не выпустить ли тяжеленные ноги и не отдохнуть ли по-человечески, с удивлением обнаружили, что им нечего выпускать из рук. Труп как сквозь землю провалился!

В следующее мгновение Спирр уже укладывал своих невольных помощников поудобнее, полагая, что так они дольше будут оставаться без сознания. Затем он огляделся. Камеры начинались в нескольких шагах от лестницы, и прямо напротив находилась восемьдесят девятая. Не колеблясь ни мгновения, Спирр решительно взмахнул рукой.

Тяжелая пуленепробиваемая плита рассыпалась в пыль. Из темной глубины на Спирра глядели огромные испуганные глаза.

— Выходите! Скорее! — голос наследника гулко прокатился по пустому коридору. Из камеры, держась за стену, нерешительно вышла молодая женщина в далеко не арестантском платье. Увидев Спирра, возвышавшегося подобно древнему божеству во всем великолепии своего наполовину сожженного бластером костюма, открывающего могучий торс, она воскликнула от радости и упала в обморок. Но еще до того, как ее тело коснулось пола, Спирр коротким движением пальца телепортировал освобожденную пленницу на «Ярхал».

— Первая! — гордо констатировал Царственный Брат. — А сколько ж их тут еще? — он уставился в терминал и крякнул с досады. — Проклятье! Это восемьдесят девятая, а мне нужна шестьдесят шестая!

Огласив коридор очередным проклятьем, Спирр бросился вперед. Изумленные охранники увидели какой-то голубой вихрь, промелькнувший мимо них и обративший в прах все промежуточные решетки. У двух камер в противоположных концах тюрьмы почти одновременно вылетели двери. Вслед за этим истошно взвыла сирена: происходящее вызвало тревогу у автоматики.

Выскочившие из дежурки усмирители не успели пробежать и десятка шагов, как в потолке коридора почти над ними раскрылся темный проем, и оттуда спрыгнул лоснящийся от пота Спирр.

Усмирители дружно припали на одно колено и нацелили в живот чудаку раструба спецбластеров.

— Где тут у вас сто сорок восьмая? — осведомился Спирр, оглядываясь по сторонам.

Ответом ему был залп: нервы у большинства усмирителей ни к черту не годились. Когда рассеялся дым, перемешанный с цементной крошкой, коридор был девственно чист, заставив усмирителей ломать голову — то ли они испепели чужака подчистую, то ли он успел удрать. Вскоре топот склонил их к последней мысли.

Спирр бежал по коридору, неотвратимо приближаясь к сто сорок восьмой камере.

— Сколько их там… — бормотал он, разглядывая терминал. — Ого! Шестьдесят человек!

Делом мгновения было вышибить дверь и скомандовать: "Выходи по одному!". Цепочка арестантов потянулась из камеры прямо в трюмные отсеки «Ярхала». Измученные долгим заключением люди даже не понимали, кто и зачем командует ими.

— Пятьдесят семь… Пятьдесят восемь… — считал Спирр, поглядывая в коридор, где, по его расчетам, должны были вновь появиться усмирители. Пятьдесят девять… Все что ли? Эй! — прокричал он, заглядывая в саму камеру.

В дальнем его углу лежало неподвижное маленькое тело. Спирр одни прыжком оказался рядом и подхватил его на руки, произнося наспех составленное заклинание. С топотом ворвавшиеся в камеру усмирители дали залп по тающему голубому призраку и долго недоуменно таращились в пустоту.

На «Ярхале» Спирр застал Эрхара сверяющимся со списком.

— Ну что, все? — спросил Царственный Брат, передавая ребенка одному из кишевших вокруг бывших арестантов.

— У меня все, — ответил Эрхар и косо посмотрел на брата, — а вот у тебя одна лишняя!

Столпившиеся вокруг аристократы с почтением внимали диалогу владык.

— Ангелы ада! Восемьдесят девятая! — Спирр хотел схватиться за голову, но, вспомнив о свидетелях, передумал. Но не отправлять же ее обратно! Пойду выясню, кто она.

Оставив брата распределять по трюмам оставшихся аристократов, Спирр отправился в уже заполненные помещения, где, окруженные наспех созданной роскошью, располагались освобожденные ранее.

В огромном зале нелегко было разыскать хрупкую женщину с тонкими чертами лица и огромными глазами, которую Спирр лишь мельком видел на пороге восемьдесят девятой камеры. Однако внимание наследника сразу привлекло совершенно безлюдное пространство у небольшого розового диванчика. Там, совершенно одна, в окружении недобрых взглядов, сидела, закрыв лицо руками, спасенная Спирром женщина.

Приосанившись, Спирр гордо прошествовал по залу прямиком к ней, не обращая внимания на удивленное перешептывание грилонской знати.

— Лорд Спирр, Царственный Брат Андры, приветствует тебя, леди! громко сказал он, с достоинством поклонившись. — Назови свое имя и поведай историю, приведшую тебя в печальное место нашей предыдущей встречи!

— Царственный Брат Андры?! — воскликнула женщина, отнимая руки от лица, и Спирр поразился ее совершенной красоте, говорившей о многих поколениях благородных предков. — Так вы из Дома Андры? Ах, что я говорю! — Она всплеснула руками. — Благодарю вас, благородный лорд Спирр, за спасение из рук этих негодяев каллистян! — При этих словах стоявшие вокруг каллистяне зафыркали от возмущения, и Спирру пришлось приподнять бровь, чтобы поставить их на место. — Надеюсь, теперь моя жизнь и моя честь вне опасности?…

— Слово Царственного Брата! — пылко воскликнул Спирр. — Но вы не назвали свое имя и свой титул!

— Меня зовут Грези, и я — принцесса Ольми, — просто отвечала незнакомка. — Во время охоты на пограничной планете Офсейн я была подло и коварно похищена и увезена в дебри дикой планеты Грилон, где стала залогом нейтральности моей родины по отношению к этому скоплению негодяев! Вот уже восемь месяцев прошло с тех пор, и ни одному из моих братьев не удалось еще освободить меня! Поэтому я приношу свою благодарность вам, благородный лорд!

— Принцесса Грези! — воскликнул Спирр, прижимая правую руку к сердцу. — Тысячелетия вражды Андры и Ольми блекнут перед вашей красотой! Заверяю вас, что вы всегда будете только гостьей в любом из владений Дома Андры!

Он склонил в поклоне гордую голову. Грилонские аристократы, сообразив наконец, куда дует ветер, встали, готовые приветствовать принцессу Ольмийского королевства, на военном языке именовавшегося также Форпостом.

Внезапно в мозгу Спирра возникло ощущение чьего-то присутствия. Он понял, что это Эрхар прибег к простейшему способу общения на расстоянии, и отпустил свои мысли на волю. Вернись в рубку… Сейчас, но взгляни, кого я освободил, это принцесса Ольми!.. Этого только не хватало, но сейчас не время, скорее сюда… Новости?.. Да, еще какие новости!

— Прошу вас, леди, следовать за мной! — учтиво произнес Спирр, подавая принцессе руку. Они прошли по заполненному народом трюму, более походившего сейчас на тронный зал, оставляя за собой шлейф восхищенных вздохов. Спирр невольно посмотрел в попавшееся по дороге зеркало — они с Грези и впрямь были неплохой парой, невысокий — для наследника, разумеется, — белокурый Спирр и хрупкая темноволосая Грези.

В каюте Эрхара — изысканный кодекс чести не позволял использовать для леди собственных помещений — Спирр вежливо поклонился:

— Прошу простить, но меня ждут великие дела. Надеюсь, вы сумеете справиться со скукой в мое отсутствие. Здесь вы будете в относительном покое и в полной безопасности; что же касается меня, то я скоро вернусь!

И, с удовлетворением глядя в бездонные глаза Грези, Спирр пятясь покинул каюту. Мгновение спустя он уже вбежал в рубку:

А вот и я! Надеюсь, новости приятные?! — спросил он весело и подмигнул Эрхару. Тот стоял у пульта, скрестив на груди могучие руки.

— Еще не знаю. Столица Грилона была атакована с воздуха и с моря. После недолгого сопротивления гарнизон и силы особого назначения сдались.

— Кем атакована?! — изумился Спирр.

— Нашей армией под командованием маршала Горвика.

— Как?! — вскричал Спирр. — Он ослушался приказа?! Начал штурм без нас?! Тысяча демонов, как же нам теперь наказывать победителя?!

— Никак. Лорд Горвик пал в битве.

— Как, он еще и погиб?! — Спирр аж задохнулся от возмущения. Мерзкий старикашка! На кого ж нам теперь возложить корону Каллиста?

— На его сына, лорда Бертрана Горвика.

— На этого гнусного предателя?! — Спирр изумленно захлопал глазами. Разве его не повесили?!

— Бертран принял командование из рук умирающего отца, первым ворвался во Дворец Совета и схватил изменника Кироду.

— Для предателя это тонкий ход, — одобрительно хмыкнул Спирр. — Я хочу видеть этого интригана!

— Лорд Бертран Горвик! — громовым голосом произнес Эрхар, делая левой рукой приглашающий жест. Вторая дверь в рубку распахнулась, и на пороге показался стройный молодой человек с гордо поднятой головой. Выдержав приличествующую паузу, он медленно поклонился владыкам:

— Примите мою присягу, Владыки Андры! — он опустился на одно колено и положил перед Эрхаром свой меч. — Коварные враги, отнявшие у меня разум, дорого заплатили за это — их кровь на моем мече. Я отомстил за себя и своего отца! Прошу вас принять мою вассальную верность и верность восемнадцати подвластных мне миров!

Эрхар коснулся плеча Спирра, предотвращая ненужные гримасы изумления, и на миг проник в его мозг. Совет Союза Аристократов избрал его новым маршалом… Ай да Бертран!.. О да, по способностям к интриге он достоин быть членом Трибы, не то что королем Каллиста.

— Я принимаю твою верность, Бертран, король Каллиста! — величественно произнес Эрхар. Встань и служи нам во славу Каллиста и возрожденной Андры! Возвращайся к своему народу и готовься к новым битвам, ибо близок час столкновения с врагом куда более могущественным, нежели кучка жалких демократов!..

— Этот час уже настал, — перебил его Спирр, указывая на экран. В ту же секунду «Ярхал» содрогнулся, как от прямого попадания боевого луча средней мощности.

Эрхар стремительно обернулся. На экране косым клином светилась россыпь боевых звездолетов. «Ярхал» содрогнулся вторично.

Глаза Эрхара вспыхнули холодным пламенем ненависти. Он коснулся пульта управления, и экран заволокло багровое зарево догорающих остатков вражеских кораблей.

— Это был разведывательный отряд, — пояснил Эрхар, брезгливо отряхивая руки. — Но Форпост вышел на тропу войны, и следом придут тысячи и миллионы кораблей. Готовьте ваши руки к сражениям!

5. СОВЕТ НАСЛЕДНИКОВ.

Черные острые башни замка четко вырисовывались на фоне пылающего закатного неба. Часовые бесшумно шагали вдоль стен. Тишина стояла такая, что на обзорную площадку центральной башни, где прогуливались наследники, доносился шелест листвы из едва видневшейся внизу рощи.

Эрхар молча смотрел на опускающееся солнце, стоя у парапета со скрещенными на груди руками. Легкий ветерок развевал его легкий белый плащ, открывая висящий на поясе сверкающий фамильный клинок.

— Солнце садится, — сказал подошедший Спирр. — Закат прежней Андры…

Он был непривычно печален. Вот уже три дня Владыка и Царственный Брат принимали в замке Горвик, избранном местом временной резиденции, посланников уцелевших миров Гало, откликнувшихся на их призыв к воссоединению под знаменами Новой Андры. Иные являлись лично, иные предпочитали зыбкие и мерцающие объемные изображения, но все были поражены и испуганы последними событиями — не столько исчезновением Гало, до которого большинству провинциалов не было особого дела, сколько столь резкой сменой политики царствующего Дома. Многие считали, подобно каллистянам, что исчезновение Гало — лишь тонкий политический ход всемогущей Трибы, используемый для достижения решающей победы над Форпостом. Жалобы на происки последнего слышались непрестанно и благосклонны принимались Владыками, поощрявшими неподдельную ненависть к извечному врагу Андры. "Да здравствует Новая Андра!" — восклицали посланники, выслушав приглашение прибыть на Военный Совет Владык в замок Горвик. Все это казалось Спирру жалким и убогим подражанием былым Верховным Приемам в добром старом Доме Андры, собиравшем миллионы королей, королев, принцев и герцогов, в старом Доме, навсегда потерянном, но вечно в памяти, пока жив хоть один наследник!

— И восход новой! — Эрхар резко обернулся, глядя прямо в лицо Спирру. Глаза его сверкали. — Клянусь не оставлять усилий, не пить вина и не касаться женщины, пока Новая Андра не станет такой же блистательной и могучей, как прежняя, пока слава ее не разнесется по всем звездным островам, и имя наследника не станет вновь священным для каждого смертного!

Спирр отшатнулся, пораженный столь неожиданной и страшной клятвой. Но кровь наследника, бежавшая в его жилах, не позволила ему промолчать:

— Клянусь Великими Пророками, — воскликнул он, — мы сделаем это!

И фамильные клинки наследников, выхваченные из ножен в едином порыве, огненными лучами взлетели к небу.

— А теперь, — сказал Эрхар, опуская клинок, — пойдем на Совет. Мы достаточно заставили себя ждать!

— Совет?! — переспросил Спирр, все еще витавший мыслями в древней и славной истории Андры. — Какой еще совет?

Эрхар не удостоил его ответом, предоставив следовать за собой.

Огромный зал был освещен высоким сияющим куполом, точным подобием ясного вечернего неба. Тончайшая мозаика пола, плавно переходящая в стенные росписи, изображала легендарные события времен битв за Обладание. Закатные лучи выхватывали кровавыми бликами лица легендарных героев, повергающих богов и устрашающих чудовищ. Казалось, суровые воины прошлого явились на Совет, дабы вселить в потомков свою непобедимую отвагу.

В центре зала легкие винтовые колонны поддерживали вышитый лучшими кибермастерицами Каллиста паланкин. Под ним на небольшом возвышении стоял резной трон, начиненный разнообразными приспособлениями для создания максимальных удобств сидящему (без чего мало кто из королей Каллиста смог бы выдержать двадцатичасовые церемонии Встреч с Народом). На троне восседал король Бертран, с задумчивым опасением взиравший на явившихся наследников. Он успел уже сделать несколько распоряжений относительно собственной безопасности, и теперь лишь рука Владыки могла покарать его за те не слишком приглядные действия, благодаря которым он оказался на этом троне (и о которых мы скорее всего никогда не узнаем). Но пока для опасений не было особых оснований — царственные братья были заняты другими, более важными делами.

Перед троном за бескрайним, как футбольное поле, столом, уставленном золотыми блюдами с лучшими яствами Каллиста и серебряными кубками, в которые бесчисленные виночерпии не уставали направлять потоки тысячелетних вин с виноградников Унгрии, славившихся по всему Гало, восседали прибывшие на Совет представители верных Андре миров. Спирр быстро пробежал взглядом казавшийся бесконечным ряд незнакомых лиц, впервые пожалев о том, что по молодости так до сих пор и не удосужился запомнить в лицо каждого из видных людей Гало. Теперь ему оставалось только мучительно выискивать знакомых в этом невообразимом сборище провинциалов.

Рядом с Бертраном Горвиком сидел, слегка склонив свою словно выточенную из черного дерева голову, предсказатель Ханг, углубившийся, дабы не терять времени, в пророческий экстаз. Неподалеку от него, едва помещаясь в роскошном антикварном кресле, располагался посланник Кошачьего Глаза, могущественный магнат Ормир Брасс. Он выложил перед собой миниатюрный пульт дистанционного управления — гордость технологии гархов и надавил на одну из клавиш. Над блюдом с заливными змеями вспыхнул голубоватый шар, и Гарх вышел на связь со своим правительством, изолировав себя от посторонних ушей.

С противоположной стороны стола, в приличествующем пленнице скромном серебристо-сером платье, сидела Грези, принцесса Ольми, медленно покачивавшая головой, как будто все происходящее казалось ей волшебным сном. Рядом с ней, пытаясь быть галантным, суетился посол Гэннского скопления Воолерано Изящный, профессиональный танцор и музыкант, избранный своим народом для участия в Совете благодаря выдающимся — для гэнца, разумеется, — ораторскими способностями. На него хмуро поглядывал через стол Рыжий Стэн, парень с внешностью и габаритами лесоруба, недавно прибывший на Каллист узнать, что там творится, со своей собственной еще более отдаленной планеты и угодивший по протекции Спирра прямо сюда, в сверкание роскоши и титулов, на Совет, решавший судьбы мира. Рыжий Стэн был хорошо известен андрийской молодежи своими невероятными для смертного похождениями, и многие — в том числе и Спирр — подозревали в нем побочного отпрыска одного из герцогов Андры.

Размышления Спирра прервал трубный зов. Величественные звуки гимна Трибы заполнили зал, заставив подняться на ноги даже неповоротливого и заносчивого Ормира Брасса, и Эрхар со Спирром двинулись к своим почетным местам, сверкая парадными золоченными доспехами.

Гимн смолк, оборванный на полуноте.

— Не время на церемонии, — сказал Эрхар, опускаясь в свое скромное, но прочное кресло. — Объявляю Совет открытым.

Спирр, присевший было рядом с ним, тут же вскочил:

— Благородные и могущественные лорды, прекрасные леди! Я буду краток! Таинственное исчезновение Гало до сих пор темным пятном лежит на наших душах, но все возрастающая угроза со стороны Форпоста, пославшего свои разбойные звездолеты в самое сердце только что освобожденного Каллиста где они и были уничтожены — заставляет нас незамедлительно сплотить ряды и объединить усилия в борьбе за свободу союзных миров, объединенных, как повелось от века, под священными знаменами Дома Андры! Нам надлежит сегодня сообща восстановить все подробности постигшей Гало беды, принять план совместных боевых действий и поднять здесь, на Альберре, третьей планете Конфедерации Каллиста, избранной нами в качестве временной резиденции, Знамя Дома Андры — символ нашего нерушимого единства.

Спирр перевел дух и осмотрелся. Все в зале смотрели на него, ожидая продолжения, и Спирр горделиво приосанился, готовясь потребовать от собравшихся вассальной клятвы верности.

— Чьими же гербами новоявленные Владыки намерены украсить Знамя Андры? — раздался в наступившей тишине наглый уверенный голос. Головы присутствующих судорожно повернулись к главному входу. На пороге зала, гордо опираясь на громадный боевой клинок, возвышался стройный светловолосый человек в летном комбинезоне.

— Кто ты такой?! — вскричал король Бертран, обливаясь холодным потом ужаса. Врожденная привычка рассчитывать на худшее подсказывала молодому Горвику, что у короновавших его Владык появился могущественный соперник, которому ничего не стоило распространить свой гнев и на смертного короля.

— Я, — глаза пришельца гневно сверкнули, заставив Бертрана отвести взгляд, — законный наследник Дома Андры герцог Элис!

— Ах Элис?! — От удивления и возмущения Спирр развел руками. Гнусный интриган, засунувший нас в ржавую жестянку! Предатель, не останавливающийся ни перед чем, чтобы получить трон Андры! Скольких еще наследников ты устранил за время нашего отсутствия?! Или… — Спирр обратил свой взор к пораженному таким поворотом событий залу, исчезновение Гало — тоже его рук дело!

— Молчи, призрак! — хладнокровно произнес Элис, делая несколько шагов вперед. — Вот уже пять лет, как ты мертв и развеян по просторам Гало! Убирайся в бездну, откуда пришел!

И прежде чем кто-либо успел понять ужасный смысл этих слов, краткое заклинание Ввержения сорвалось с бледных губ наследника Элиса.

Голубая молния толщиной в бревно ударила у ног Спирра, ослепив большинство присутствующих и заставив закричать от страха начинающего короля Каллиста.

Искусственное солнце на сияющем куполе ослепительно вспыхнуло, пытаясь рассеять выступившую из дверных проемов тягучую тьму потустороннего мира, жаждущую дотянуться до наследника Спирра. Несколько мгновений свет и мрак боролись, потом тьма отступила.

— И впрямь это Элис, — послышался в наступившей мертвой тишине, залитой ослепительным светом, гнусавый рассудительный голос. — Приветствую тебя, брат!

С этими словами, поразившими всех присутствующих куда более страшных заклинаний и голубых молний, Рыжий Стэн встал со своего места и подошел к герцогу Элису, фамильярно хлопнув того по плечу.

— Стэн?! — изумленно воскликнул Элис, светлея лицом. — Слава Пророкам, ты жив!

— Пророки тут не при чем, — так же рассудительно проговорил Стэн, чтобы уцелеть в этой заварушке, мне пришлось потрудиться самому…

Он, очевидно, собирался рассказать еще целую историю, воспользовавшись тем, что Спирр от возмущения окончательно потерял дар речи. Но тут со своего места медленно поднялся Эрхар и громовым голосом заявил:

— Приветствую тебя, высокородный герцог Элис! В этот час грозных испытаний да не будем мы следовать печальной традиции междоусобиц, быть может и навлекшей на Андру постигшее ее несчастье! Присоединись к нашему столу, доблестный герцог, и поведай, что происходило в Доме в дни нашего отсутствия!

С этими словами он подошел к Элису и раскрыл ему свои широкие братские объятия.

Элис оторопел. Он ожидал всего — поединка, подлого удара в спину, явления Князя Тьмы, — но только не распростертых объятий. Всесильное заклинание обернулось пшиком, словно исчезновение Гало поставило законы мира с ног на голову, и все же обладавшие несомненным численным перевесом владыки не торопились сводить свои счеты с извечным врагом. Пока Элис силился проникнуть в тайну столь неподобающего для наследника поведения, Эрхар подобно священному Змею уже сжимал его в своих могучих руках.

Наконец он разжал объятия, способные задушить кита, и Элис перевел дух, поспешно отступая назад при виде Спирра, также вознамерившегося обнять новоявленного родственника.

Не найдя другого выхода, Элис быстрым движением руки сотворил себе кресло и уселся в него, предоставив Спирру обнимать пустоту. Зал затаил дыхание, ожидая реакции наследников. Владыки молчали, обмениваясь многозначительными взглядами; пауза грозила перерасти границы приличия.

— Ну, я пошел, — сказал наконец Рыжий Стэн, демонстративно поворачивая к своему месту. Его слова заставили Спирра очнуться:

— Постой-ка! — вскричал он, нацеливая указательный палец в мясистую переносицу владельца планеты Артак. — Ты назвал герцога Элиса братом! Не значит ли это, что мы и тебя должны приветствовать как наследника Дома?!

Рыжий Стэн отрицательно покачал головой:

— Мои претензии не заходят так далеко! Я всего лишь ратный побратим Элиса, о чем еще два года назад было объявлено по Трибе, и не имею ни малейших прав на наследование Дома!

Спирр с неудовольствием убрал палец и пробормотал, опускаясь в свое кресло:

— Кажется, мы несколько поторопились с посвящением себя во владыки.

Эрхар смерил его коротким презрительным взглядом, приведшим Спирра в восхищение. Эрхар как истинный герцог Андры никогда не сомневался в однажды принятом решении. По праву или без него, он был Владыкой, и судьбы этого мира зависели от него, а не от кого-нибудь другого.

— Не будем, подобно демократам, длить бессмысленные словопрения, сурово произнес Эрхар, протягивая руку в сторону Элиса. — Мы ждем твоей речи, Герцог!

Элис начал говорить не сразу. Несколько мгновений он мрачно взирал на Спирра, отвечавшего ему обворожительной улыбкой, затем на некоторое время сконцентрировался на Эрхаре, пробуя усилием воли проникнуть в его сущность. Призвав на помощь древние силы Постигающей магии, Элис пытался разрешить мучившую его загадку. Но сколь бы глубоко не проникал он в души и тела сидевших перед ним наследников, все было тщетно: Эрхар и Спирр были сами собой, несомненными и прирожденными наследниками Дома и лордами Андры. И все же это было невозможно!

Элис легко мог поверить и в то, что Спирр, официально развеянный по Гало пять лет назад, нагло усмехается ему в лицо. До сих пор подобное вытворяли лишь наиболее искусные в магии герцоги Андры, но все меняется, а Спирру нельзя было отказать в своеобразном магическом таланте.

Но чтобы Эрхар, схваченный уникальным заклинанием, на которое у самого Элиса, по праву считавшегося мастером Жеста, ушло три месяца, Эрхар, заточенный в секретном замке далеко за пределами Гало под неусыпной охраной двух могучих из подвластных Элису демонов, Спрелга и Стривга, Эрхар, никогда не помышлявший о власти и лишь стоявший Элису поперек дороги — чтобы этот Эрхар не только председательствовал на Совете Андры, но и выступил два дня назад по Общему Каналу, повергнув самого себя в элисовых подземельях в состояние, близкое к безумию?!

Поверить в такое Элис не мог и на хотел. И все же самозванец, надменно восседавший перед ним, был признанным Владыкой Андры, ожидавшим рассказа о последних годах Андры! Элис почувствовал, что еще минута промедления — и он навсегда лишится шансов на доверие новых владык: долгое обдумывание слов выдавало скрывающую в них ложь. Вздохнув, Элис начал рассказ:

— Последние годы я почти безвыездно проводил в охотничьих угодьях Лайяны, — с притворной горечью произнес он, — не подозревая о том, как мало времени осталось у Дома и Трибы… Не задолго до катастрофы я ощутил неясное беспокойство и покинул Лайяну, но не успел достичь даже предместий Андры…

Элис замолк, сокрушенно качая головой, и продолжал рассказ лишь после того как расслышал несколько сочувственных восклицаний.

— Язык мой слишком беден, чтобы описать эту ужасную катастрофу… Услышав это, Спирр тихо фыркнул. Его язык был способен описать что угодно. — Миллиарды светил Гало разом мигнули, словно легкая дымка заволокла просторы Бездны. Светоносное Сердце Мира вдруг начало порождать тьму. Мрак, сравнимый лишь с дьявольской теменью Кратора, достиг самых отдаленных пределов Гало, слившись с Великой Бездной. В тоске и отчаянии ожидал я возвращения своего сознания из тенет колдовского наваждения. Не прошли и сутки, другие — и я понял, что наше драгоценное Гало кануло в неизвестность…

Произнеся исполненные неподдельного горя фразы, Элис отливал в завораживающую собравшихся магию слов свое действительное потрясение событиями последних грозных дней. Весь свой талант ловкого интригана он обратил на то, чтобы проникновенной речью вызвать в самозваных братьях хоть тень сочувствия. Но Эрхар и Спирр с минами царственного величия бесстрастно внимали речи, способной растрогать ростовщика. Объединив потоки мыслей, они немо беседовали о судьбе наглеца, явно приложившего руку ко всем последним событиям и все же вместо открытого покаяния во всех своих прегрешениях осмелившегося смущать умы новоприобретенных подданных душещипательными речами. Роль Элиса в грядущих событиях была неясна, но в любом случае его ожидало нечто совсем иное, чем он ожидал.

— Как безумный, я три дня рыскал по пустынным безднам, безуспешно взывая в безмолвствующем эфире, — продолжал между тем Элис, старательно имитируя волнение. — и вот когда я уже совершенно отчаялся и предался мыслям о смерти, мой приемник поймал вашу передачу, вздохнувшую в меня новую жизнь. Я поспешил на зов людей, которые никак не могли быть моими братьями, но все же, как и надеялся я в глубине души, оказались ими!

— Прими мои соболезнования, брат, — печально произнес Спирр, приложив руку к груди. — Ведь вместе с Гало и погибли и все твои вассальные владения?!

Элис содрогнулся. Спирр нанес удар в самое уязвимое место. Даже герцог Андры, лишившись вассальных владений, терял право голоса на традиционных Советах Трибы. Таков был суровый, но справедливый обычай Дома Андры.

Единственной оставшейся у Элиса подвластной планетой был Джаффир, чудом обнаруженный им в свое время на немысленном расстоянии от Гало и превращенный в тайную базу для самых разнообразных предприятий. Именно там, с черном замке Сторг, бился в сыром подземелье закованный в цепи настоящий Эрхар, и Элис скорее готов был отказаться от всех герцогских привилегий, чем столкнуться с риском освобождения своего могущественного врага. Но терять слово на Совете Трибы, в котором вместо обычных сорока тысяч осталось всего лишь три наследника, было нестерпимо. Элис сидел молча, не зная, на что решиться.

— Молчание — знак согласия! — поспешил прокомментировать его поведение Спирр, ловко использовавший древнюю андрскую поговорку, ведущую свою родословную еще с былинных времен, когда на судах, вершимых членами Трибы, обвиняемым затыкали рот. — Мы рады, о временно потерявший голос брат, что ты почтил своим присутствием наш скромный совет. Да пребудет с тобой Дух Андры, высокородный герцог!

Элис лишь скрипнул зубами в ответ. Возразить было нечего. Единственным утешением герцогу служило его неотъемлемое право присутствия на совете, и Элис собирался им воспользоваться, дабы выведать дальнейшие планы обнаглевших соперников.

Внезапно принцесса Грези ахнула и беспомощно поникла в кресле, прижав к сердцу бледную руку. Вокруг нее мгновенно образовалась небольшая толпа жаждущих прийти на помощь рыцарей, почти превратившихся в истуканов в своих креслах. Эрхар пристально разглядывал Грези, озабоченно качая головой. Толпа чуть раздалась, приоткрыв как всегда поспевшего первым Спирра, осторожно поддерживающего ольмийскую принцессу.

Эрхар медленно поднялся, обводя зал суровым взглядом.

— Я вынужден прервать совет! — четко произнес он. — Только что Форпост попытался установить мозговой контакт с принцессой, дабы узнать о наших планах. Это можно расценить как подтверждение агрессивных намерений, в которых мы и так не сомневались. От имени учрежденной нами Новой Андры я Объявляю войну Форпосту!

Пораженные представители вассальных миров, выкатив глаза и разинув рты, безропотно выслушали это леденящее душу известие. Но это было еще не все.

— Таким образом, — гремел голос Эрхара, — во всей новой Андре вводится военное положение. В бою нет места долгим советам; все совещания будут носить рабочий характер. Решения будут приниматься лично мной и моим Царственным Братом!

Элис вскочил, отшвырнув кресло на десятки шагов. Больше он не мог сдерживать себя. Самозванцы превзошли все пределы наглости, и огромный фамильный клинок герцога Андры уже готов был призвать их к ответу. Но чья-то твердая и решительная рука легла на плечо Элису, остановив его неудержимый порыв. Элис резко обернулся, намереваясь наказать нахала, и встретился со спокойным взглядом Рыжего Стэна.

— Я дважды спасал тебе жизнь, — вкрадчиво проговорил он, глядя прямо в полные бешенства глаза андрского герцога, — но, клянусь дьяволом, еще одно движение — и тебя не спасет даже чудо!

6. ПОДВИГ НАСЛЕДНИКОВ.

Мрачный багровый полумрак заполнял центральную рубку «Ярхала», придавая сосредоточенным лицам сидящих в ней зловещий оттенок. В черно-красном мареве окружающего пространства искрились разноцветные облачка, обозначающие диспозиции боевых флотов. Эрхар, подобный богу войны, нависал над пультом, и руки его без устали бегали по клавиатуре. Спирр, утопая в огромном, наскоро скопированном с бертрановского кресле, скрывал за рассеянной улыбкой напряжение затянувшегося ожидания. Все новые и новые флоты Форпоста выныривали из пустоты; казалось, их появление будет длиться еще тысячу лет.

Внезапно Спирр расслышал свистящий шепот Элиса:

— Царственный Брат! Не кажется ли тебе, что в этот решающий момент разумнее было бы иметь надежные тылы?!

— Еще бы, — буркнул Спирр, не понимая, куда клонит хитроумный герцог. — Мне давно не дает покоя ощущения ножа, приставленного к спине!

— А между тем, — шепот Элиса стал еще тише, — я мог бы стать твоим надежным союзником. Поддержи меня, и я дам тебе регентство!

— Что-о?! — вскричал Спирр, забыв о том, где находится. — Мне регентство, мне достойному править всем миром?! — В негодовании он сломал подлокотник и едва не швырнул его в Элиса.

— Всем миром? — язвительно прошипел Элис. — Твой братец Эрхар — вот кто будет им править, оставив тебе вонючие дыры Периферии! Тебе гораздо выгоднее объединиться со мной, потому что в моем теперешнем положении я готов на любые кабальные условия!

— Негодяй! — взревел Спирр, обнажая клинок. Ответ Элиса был мгновенен: его огромный меч со свистом рассек воздух. Спирр очертя голову бросился в атаку, но клинок его мягко спружинил, словно наткнувшись на стену из ваты.

Эрхар спокойно развел своим клинком ослепших от ярости противников.

— Не время и не место! — коротко произнес он, указывая свободной рукой на экран. Флоты ольмийского двора выстраивались там в боевые порядки.

— Я принимаю ваши извинения, — прошипел Элис, вкладывая меч обратно в ножны. — Но ты сильно изменился после смерти… — пробормотал он себе под нос, исподлобья рассматривая Спирра.

— Герцог Элис! — сурово сказал Эрхар, глядя в глаза своему брату. Ты можешь отказаться сражаться на стороне Новой Андры. Но я призываю тебя забыть на время наши разногласия и повернуть свой клинок против извечного врага Андры!

— Иное было бы позором для наследников Дома! — высокомерно заявил Элис, поглаживая рукоять меча. — Но после победы я сам распоряжусь своим мечом!

Спирр пробормотал древнее ругательство. Произнесенная Элисом фраза означала отказ в верности Владыкам — иными словами, объявление войны! Спирра поразило нечеловеческое спокойствие, с которым Эрхар воспринял это чудовищное заявление.

— К бою! — скомандовал Владыка Андры. Могучий корабль содрогнулся. Бесчисленные излучатели, поглощатели, конверторы времени, истребители пространства сотрясались от предельного напряжения, готовясь к страшной битве.

Спирр наскоро составил заклинание, убравшее из памяти присутствующих смертных малейшие воспоминания о только что происшедшей размолвке в стане наследников, и сосредоточил свое внимание на панорамном экране. Мгновением позже он схватил за рукав стоявшего рядом адмирала Мерло, прославленного командира федеральных флотов Каллиста, волею судеб оказавшегося на посту начальника штаба вооруженных сил Новой Андры.

— Адмирал, — нежно сказал Спирр, — что это затеяли ваши флота?!

Мириады кораблей Андры сновали по всему экрану в полном беспорядке. Казалось, они и не собирались вступать в битву.

— Владыка! — подобострастно кланяясь, ответил генерал. — Это тонкий тактический маневр…

Как бы не так, подумал Спирр, отодвигая генерала подальше от экрана и занимая его место. Сейчас дряхлый вояка увидит, что такое тактика и что такое стратегия!

— Говорит Спирр! — рявкнул лорд Андры в ощерившиеся микрофоны. — Беру командование на себя! Подберите перья, желторотые! — И из полубожественных уст младшего Владыки посыпались сленговые словечки, принятые в обращении среди андрских военачальников. Командиры боевых кораблей с наслаждением вслушивались в забытый жаргон, и пьянящее упоение битвой передавалось от них младшим офицерам.

Строй андрских флотов неуловимо изменился. Расчерчивая пространство пристрелочными вспышками аннигиляторов, облачка алых точек смыкались вокруг собравшихся в огромный синий шар кораблей противника.

Взгляд Спирра лихорадочно метался по экрану, еще и еще раз оценивая соотношение сил. Шестистам восьмидесяти флотам Форпоста Новая Андра смогла противопоставить только четыреста двадцать; для победы в этой решающей битве требовалось нечто большее, чем обычный военный гений, с молоком матери впитываемый наследниками.

— Нахохлиться! — закричал Спирр внезапно, заставив вздрогнуть понимавших жаргон Эрхара и Элиса. Эрхар с сомнением покачал головой, но не стал мешать Царственному Брату. — Клюйте, братва, но навострите уши!

Экран несколько раз мигнул, адаптируясь к превратившемуся в океан огня космосу. Залп четырехсот флотов и ответный залп шестисот — такого еще не видывали эти забытые богом окраины Гало!

"Ярхал" содрогнулся. Один из сиреневых лучей смерти, выпущенный флагманом гвардейского ольмийского флота, коснулся его защитной оболочки.

— А теперь, — вскричал Спирр, не замечая, что в боевом экстазе уже не держится на ногах, летая над пультом от микрофона к микрофону, — всем под воду! Хватайте мошек на вылете!

Экран наконец очистился, и на нем появились истерзанные остатки совсем недавно могучих и многочисленных флотов. Около сотни расплывшихся синих пятен и меньше шестидесяти красных. Спирр услышал стон ужаса, вырвавшийся из слабой груди адмирала Мерло.

Андрские флоты почему-то медлили с выполнением последнего приказа.

— Отродья ехидны! — заорал Спирр. — Ныряйте, да сгрызет вас болотная вонючка!

И только после этого красные облачка мигнули и пропали, нырнув в относительно спокойное левое пространство. В лагере противника возникло замешательство. Могучие рейдеры выписывали в пространстве спирали, напоминая озлобленных хищников, но их командиры были явно бессильны разгадать смысл маневра андрцев.

Спирр с хрустом сжал кулак и выразительно тряхнул руками. Словно повинуясь этому жесту, пустота вокруг ольмийских флотов наполнилась бешено крутящимися вихрями уничтожаемой материи. В одно мгновение десятки флотов некогда непобедимого Форпоста сгинули в адской мясорубке изуродованного пространства-времени.

— Чисти перья! — скомандовал Спирр, готовый обнять всех этих славных парней, невидимыми выходящих из растревоженного ими ада.

— Браво, — буркнул восхищенный против воли Элис, качая головой. Только сейчас он начал понимать, какого союзника не смог приобрести в лице Спирра. Всяческие подозрения о самозванстве этого весельчака и забияки покинули мозг Элиса, и там обосновалась другая, еще более коварная мысль.

— Неплохо, — произнес Эрхар, однако, к смущению и удивлению Спирра, голос его был напряжен и серьезен. В ужасе начинающего приходить понимания Спирр снова взглянул на экран.

Сотни голубых точек вынырнули из темноты, окутавшись в зеленоватой дымке поглощенного пространства! Вопль ужаса раздался в рубке «Ярхала». Это тайные силы Форпоста, последние, самые отборные флоты, вырвались из неведомых бездн, чтобы нанести удар в спину не успевшим еще рассчитать новые траектории в левом пространстве андрским флотам!

Ужас сковал Спирра, и он медленно опустился на мягкий ковер рубки, не в силах более удерживать себя в воздухе. Эрхар шагнул к пульту.

— Говорит Эрхар! — прогремел его легендарный голос, и Спирр понял, что его царственный брат берет на себя командование, а вместе с ним и ответственность за неизбежное поражение. — Кончай кочевряжиться, ныряй втемную!

И Эрхар добавил пару таких выражений, что мало кто из уцелевших андрских командиров осмелился медлить с выполнением приказа.

"Ярхал" вновь содрогнулся — на этот раз луч смерти попал прямо в цель. Экран погас, и лишь зоркий глаз Эрхара успел разглядеть последний кадр почти проигранного сражения: красные точки одна за другой исчезали в левом пространстве, спасая свои жизни и боеспособность Андры, в то время как ольмийские флоты превращали в ничто попавшиеся под горячую руку звезды, планеты и туманности. Эрхар опустил руку на пульт, и «Ярхал» ушел в бездну.

Коротким, но емким словом Спирр подвел итог сражению:

— Дерьмо!

После этого он оглянулся на Элиса, желая посмотреть на выражение его лица в эту роковую минуту.

Кресло Элиса было пусто.

— Предатель! — взревел Спирр, готовый ринуться на поиски сбежавшего брата.

Эрхар остановил его коротким движением руки. Легкое содрогание корпуса подсказало ему, что один из боевых катеров «Ярхала» покинул свой ангар. Преследовать брата на куда более мощном «Ярхале» не было достойным делом.

Экран вспыхнул и тут же почернел, открывая глазам наследников привычное зрелище бездны. Яхта вновь вышла в открытый космос за многие тысячи лли от места битвы, но и отсюда вывернутое бельмо сожженного и перекрученного пространства на месте встречи звездных армад ужасало смертных. Владыкам же было не до зрелищ.

— У нас есть немного времени, дабы посовещаться, — деловито сказал Эрхар. — Минут пять наши вояки будут зализывать раны, еще три — вскрывать секретные пакеты и читать указания. Еще через две минуты они соберутся вместе на траверсе Бордума.

— Так ты предвидел все это?! — с нескрываемым изумлением спросил Спирр. Бордум, планета-монстр, был столь ужасен, что решиться на бой в его окрестностях можно было только в самом крайнем случае — как раз в таком как сейчас. Но ведь секретные пакеты были составлены Эрхаром еще до сражений!

— Ольмийцы были слишком сильны, — улыбнулся Эрхар, — у нас не было шансов одолеть их в честном бою. Но теперь, подзадоренные бегством наших флотов, они жаждут крови и вполне могут сунуться в пасть зверю!

— Это будет последняя битва наших флотов, — раздался замогильный голос адмирала Мерло. Очнувшись от кошмара сражения, он поднялся из своего кресла, бледный как смерть. — Мой долг — умереть вместе со своим войском!

— Мы уважаем ваше решение, адмирал, — сурово произнес Эрхар, склоняя голову.

— Вызываю "Контол"! — молниеносно среагировал Спирр. На экране появился сверкающий корабль, выглядевший как новая игрушка — адмиральская яхта в сражении не участвовала. — Примите адмирала. Дальнейшее командование сражением поручается ему!

Спирр отвернулся от «Контола», давая понять, что сообщение закончено. Как он и ожидал, Эрхар был в недоумении:

— Командовать будет адмирал?! — переспросил он. — А мы останемся зрителями в ожидании решения своей судьбы?! Я не понимаю тебя, Спирр!

— У нас будет забот по горло, — весело отвечал Царственный Брат. — Мы ударим в самое сердце Форпоста! Ведь все его флота брошены в бой?!

Эрхар нахмурился. Как всегда, Спирр предугадал его мысли и выложил их как свои.

— Хорошо, — сказал он. — Такое дело по плечу только нам. Адмирал, принимайте командование флотами.

Мерло с благоговением взирал на царственных братьев. В это мгновение он и в самом деле готов был умереть на поле битвы во славу Андры.

Владыкам, однако, уже не было дела до старика. Короткой вспышкой молнии Эрхар отправил его на «Контол» и пригласил Спирра к пульту. Тот не заставил себя ждать.

— Меня беспокоит исчезновение Элиса! — горячо заявил он, делая разнообразные пассы над клавиатурой. На экране появилось и начало постепенно увеличиваться Скопление, в центре которого находилась главная планета ольмийского королевства. — Он вполне способен переметнуться на сторону врага!

— Никогда! — твердо возразил Эрхар. — Он истинный сын Дома Андры, движимый честолюбием, а не предательством. Он будет тысячи лет строить планы нашего устранения, но не потратит и минуты на помощь врагам Андры.

— Как сказать, — хмыкнул Спирр. — Он поможет им, выступив против нас!

— Тысячелетиями лорды Андры поражали врагов, не прекращая междоусобных распрей, — махнул рукой Эрхар. — И все же хотел бы я знать, что задумал наш любезный братец…

— Увы, — Спирр развел руками. — Я не помню даже координат его вассальных владений! Что ж говорить о его тайных намерениях…

Скопление заполнило собой весь экран, и в центре его, окруженное розовым мигающим кольцом прицела, возникла Ольми — центральная планета Форпоста, давшая название всему королевству.

— Владения Элиса там же, где и все Гало — в аду, — усмехнулся Эрхар. — Забудем на время о семейных проблемах. Что ты намерен делать на Ольми?

— О! — Спирр облизнулся. — Мы ворвемся в королевский дворец стремительно, как вольгейские драконы, и пленим Зерака, да отсохнет его тысячелетняя борода!

Эрхар скептически посмотрел на брата:

— Это было бы впечатляюще, — усмехнулся он. — Боюсь только, что Магический Синклит пленит нас раньше, чем мы успеем представиться!

Спирр возмущенно потряс головой.

— Глава Синклита покроет себя вечным позором, если откажет в поединке главе царственного дома, воюющего с Ольмийским королевством! А пока вы будете обмениваться ударами и заклинаниями, я займусь судьбой Зерака! Думаю, он не откажет в аудиенции своему будущему зятю. — Спирр сатанински захохотал.

— Поединок? — задумчиво проговорил Эрхар. — Ну что ж, пора поразмяться! Принимается!

"Ярхал" словно хищная птица с родовых гербов андрских герцогов молниеносно пал в центр Скопления. Волна возмущенного вакуума, катившаяся впереди корабля, ослепила и оглушила сеть пограничных станций, и без того слепых и глухих без ушедших на решающую битву к Бордуму экипажей. Владыки ворвались на Ольми неожиданно и неотвратимо.

В тронном зале королевского дворца в этот предвечерний час было людно. Сотни искрящихся свечей заливали ослепительным желтым светом темно-зеленые нефритовые плиты пола. Там и тут группами стояли лорды и герцоги Ольми, живо обсуждая подробности первого раунда войны с Новой Андрой. Поговаривали, что вот-вот в зале появится сам Зерак, дабы лично поздравить с победой своих вассалов.

Внезапно в мягкую музыку, заполнявшую зал, вкрались пронзительные ноты. В центре зала возник в сполохах голубых молний огромный золотой шар. Дремавший в своем кресле Стефан, глава Магического Синклита, вскочил, продирая глаза, потрясенный могучим потоком магической энергии.

Золотой шар раскрылся, и под величавые звуки гимна Андры в зал сошел прекрасный рыцарь в серебристых доспехах. Стефан, как и многие в зале, узнал высокого лорда Андры, не раз побеждавшего в поединках ольмийских аристократов, герцога Эрхара Непобедимого.

— Лорд Стефан! — прогремел мелодичный голос, казавшийся слишком божественным, чтобы исходить из уст человека. — Я, Владыка Эрхар, вызываю тебя на поединок, дабы в честном бою решить судьбу наших королевств! Я уважаю старинный обычай, по которому король Ольми не сражается на дуэлях, и обращаю свой вызов тебе, глава Магического Синклита!

Стефан на негнувшихся ногах двинулся вперед, изрядно ошарашенный невиданным доселе явлением герцога Андры в самое сердце Ольми.

— Я принимаю твой вызов, — ровным голосом ответил он. — Но поединок наш не повлияет на судьбу Андры, которая решается сейчас в титанической битве звездных флотов!

— Не время заниматься словоблудием, лорд! — высокомерно прервал его Эрхар.

Лицо главы Магического Синклита позеленело. Придворные ахнули: давно уже знак крайнего гнева не появлялся на челе его Святейшества!

Стефан вскинул руки к своду тронного зала. Изумрудное пламя окутало его с ног до головы и тут же растаяло: перед пораженным собранием ольмийской знати предстал лорд Стефан Неистовый. В черных, покрытых змеящимися рунами доспехах, целующий бликующее лезвие явно колдовского меча, Стефан выглядел поистине ужасающе. Эрхар покрепче сжал рукоять клинка.

Два длинных, дымных заклинания слились в один ужасный стон, заставивший еще остававшихся в тронном зале свидетелей искать спасения под роскошными диванами у самых стен. Две молнии, алая и голубая, ударили друг в друга и опали, оставив толстый слой копоти на высоком потолку зала. Стефан сделал шаг вперед и выбросил вверх левую руку со скрюченными в немыслимом напряжении пальцами. От нее струилось постепенно усиливающееся сиреневое сияние, издававшее характерное магическое потрескивание. Эрхар поднял свой клинок на уровень груди и сделал первый выпад.

Тахионный невидимый луч замер на полпути, остановленный неведомой, но могущественной силой. На скрытых за черным забралом устах Стефана Неистового появилась печальная усмешка, и он мягко послал свой меч к сердцу наглеца, посягнувшего на мир и безопасность ольмийского королевства. Еще мгновение, и герцог Эрхар, могучий боец, но, по правде сказать, весьма посредственный маг, будет лежать бездыханным на нефритовых плитах тронного зала, а душа его перейдет в Зал Мрака в отдаленном Замке Власти, старинном владении семьи Стефанов, дабы пополнить собой коллекцию поверженных врагов…

Неспешный удар Стефана вдруг натолкнулся на неожиданное препятствие. Эрхар по-прежнему безуспешно пытался высвободить свой клинок из цепких объятий сиреневого пламени, но темный, переливающийся рунными сполохами меч Стефана замер в нескольких пядях от цели, пойманный в хитроумный механический захват короткого боевого кинжала, который Эрхар по давней традиции держал в левой руке. Легкость, с которой герцог Андры перехватил смертельный удар, заставила Стефана ощутить страх.

С губ главы Синклита сорвалось заклинание, которое он искренне надеялся никогда более не применять. Спасая свою честь, а быть может, и нечто большее, Стефан швырнул своего противника в Мир Колеблющихся Теней. Серебристые доспехи Эрхара покрылись темными пятнами ржавчины, и левая рука его дрогнула под напором меняющегося времени; со страшным грохотом треснули каменные стены дворца, и по разноцветным мозаикам потянулись вверх стремительно растущие инопланетные серые колючки.

Эрхар почувствовал, как шершавая рука смерти сжала его сердце. Сквозь застящие глаза чудовищные рожи демонов и привидений он из последних сил сжимал левой рукой рукоять кинжала, в то время как правая его рука закаменела в неимоверном напряжении, пытаясь вырвать фамильный клинок из паутины нечистых заклинаний. Эрхар то тянул клинок на себя, то резко поворачивал его в сторону, то наносил могучие прямые удары — и в один из этих моментов его пальцы утратили ощущение рукояти.

Только легкий стон отчаяния сорвался с побелевших губ Владыки Андры, но сгрудившиеся вокруг него демоны и духи отшатнулись при звуке этого стона. Опустевшая кисть правой руки Эрхара сжалась в кулак и, не удерживаемая более сопротивлением меча, устремилась вперед, угодив прямиком в забрало стефановского шлема. Раздался гулкий металлический грохот, и призрачный мир вокруг Эрхара растаял, открывая глазам пораженного герцога невиданную доселе картину.

Под медленно рассеивающимся облаком колдовского тумана в полном боевом облачении лежал, раскинув руки, великий лорд Стефан Неистовый, поверженный неизвестной силой.

Эрхар стоял над ним, все еще сжимая правую руку в огромный кулак, и свирепо оглядывался по сторонам, разыскивая мерзавца, осмелившегося силой или магией похитить фамильный клинок из рук его владельца. Вид Эрхара был настолько ужасен, что мигом столпившиеся вокруг него аристократы долго не решались произнести ни единого слова.

Меж тем из незаметной дверцы в дальнем углу зала выскользнул маленький сгорбленный человечек. Придворная челядь и благородные рыцари торопливо посторонились, уступая ему дорогу. "Ключник Тан!" — пронесся по залу шепот удивления и страха. Эрхар, услышав сбоку от себя семенящие шаги, резко обернулся.

— Ты нарушил благородные правила поединка, пришелец! — проскрипел карлик, подобравшись к самым ногам Эрхара, недоуменно разглядывавшего его с высоты своего роста. — Отдай свой меч и не усугубляй своих прегрешений противлением судьбе!

— Примите мой меч, о достойнейший! — язвительно произнес Эрхар, протягивая карлику пустые ладони.

Ключник Тан отпрянул, подозревая в жесте андрийца тайное колдовство. Пробормотав десяток охранительных заклинаний, он отважился вновь посмотреть на Эрхара.

— У тебя нет меча?! — изумлению Тана не было предела. — Неужели лорд Стефан сражался с безоружным?!

И, в ужасе от такого позора обхватив голову руками, ключник Тан залился горючими слезами. Сердце Эрхара дрогнуло:

— Нет, благородный Тан! Мы бились на равных, как и подобает рыцарям, но неведомая сила вырвала меч из моих слабых рук и швырнула оземь благородного Стефана. — Эрхар печально вздохнул. — Мир его душе, он был честным воином и могущественным магом…

— О чей душе идет речь? — раздался из-под черного забрала потусторонний голос Главы Синклита. Эрхар и Тан посмотрели под ноги: Стефан Неистовый делал мучительные попытки подняться на ноги, но по охватившей его слабости раз за разом оседал обратно на пол. Как бы то ни было, речь об его душе зашла явно преждевременно.

— Я в немалом затруднении, благородные лорды! — вскричал вдруг под самым ухом ключника Тана невесть откуда взявшийся рыцарь в голубом плаще. "Айнур! Герольд Айнур!" — пронесся по толпе аристократов уважительный шепот. Да, знаток рыцарских правил, чья слава гремела некогда далеко за пределами Ольми, взял слово в этой невиданно запутанной ситуации. Имеющийся свод правил, охватывающий пятьсот фолиантов, не позволяет разрешить возникший спор! В то же время исчезновение меча у нашего благородного гостя не позволяет продолжать поединок, делая необходимым присуждение победы! Поэтому я препоручаю разрешение этой задачи суду Господа!

С этими словами он бросил в середину выложенной в полу звезды свою широкополую шляпу и прошептал короткое слово Вызова. Ольмийские лорды приблизились к звезде, образовав живой круг. Шляпа вспыхнула, испустив клуб сизого дыма, дым свернулся в призрачный столб, который медленно наливался неестественно белым светом.

— Ответь нам, Дух Ольми, — торжественно вопросил Айнур, прикрываясь рукой от этого всеочищающего света, — кто победил в сем поединке и как поступить нам, дабы соблюсти законы чести?

Ослепленный светом, он не заметил отчаянных знаков, которые подавал ему ключник Тан. Сверкающий столб распался на грани, подобно недавнему золотому шару, и в веере ослепительных лучей над тронным залом повис еще один рыцарь в серебристых доспехах.

— Сдавайтесь — вот единственное, что я вам могу посоветовать! прогремел на весь зал добродушный голос Спирра, сопровождаемый громовым хохотом, с детства знакомый большинству из ольмийских дворян. В ужасе замерли лорды; Айнур побледнел как мел; ключник Тан в бессильной злобе шептал древние заклинания, оседавшие на пол серой пылью. И лишь Стефан Неистовый сумел-таки подняться на ноги, гордо глядя в глаза своим торжествующим соперникам.

— Я проиграл! — мрачно сказал он. — Это колдовство выше моего понимания!

Искрящийся столб с треском захлопнулся, увлекая ошеломленного таким поворотом событий Эрхара в свои светоносные внутренности, и тут же погас, оставив после себя струйку вонючего дыма. Стефан развеял ее коротким нетерпеливым жестом и повернулся как раз вовремя, чтобы подхватить вбежавшего в людской круг человека. В который раз ольмийские дворяне нарушили тишину зала изумленным перешептыванием: многие узнали в задыхающемся, едва стоящем на ногах темнокожем гиганте Архипа, личного телохранителя Зерака.

— Король… — прохрипел он, силясь подняться и перевести дух, Король похищен! Убейте меня, я не смог уберечь Зерака!

7. ВОЛЯ НАСЛЕДНИКОВ.

В горящих бессильной яростью глазах Зерака отражалась центральная рубка «Ярхала». Скованный ловко сплетенными заклинаниями рыжебородый, гигантского роста король Ольми мог влиять на происходящее только силой своего слова. Эрхар и Спирр, переводя дух после недавней вылазки на Ольми, подкреплялись таинственным прозрачно-коричневым напитком.

— Налейте и мне! — воспользовался последней из оставшихся у него способностей властелин Ольми.

Спирр с небрежным изяществом взмахнул рукой. В губы Зерака ткнулся невесть откуда взявшийся бокал с тем же загадочным напитком. Пленник шумно втянул воздух, принюхиваясь к напитку. Приятный ядреный запах чем-то напоминал цветы, которыми женщины Ольми тысячелетия назад украшали свои волосы. Зерак знал толк в напитках, цветах и женщинах.

Решительно, словно прыгая в холодную воду, он сделал огромный глоток. Огонь побежал по жилам, и тело наполнилось сатанинской легкостью. Зерак быстро допил остатки колдовского зелья и весело взглянул на своих мучителей.

— Еще?! — изумился Спирр, по-своему истолковав этот взгляд. — Прости меня, великий Зерак, но у нас будет серьезный разговор!

Как бы в подтверждение его слов экран над пультом наполнился светом, и белое лицо адмирала Мерло появилось в нем на фоне непроглядной черноты Бездны.

— Владыка! — трясущимися губами произнес адмирал. — Мы победили, но мы уничтожены. Три флота — вот все, что осталось от великой армии Новой Андры!

— Соболезную, адмирал, — деловито отозвался Спирр. — Я вижу, вам даже не удалось погибнуть во славу Андры?

Адмирал Мерло опустил глаза, не зная, куда деваться от насмешливого взгляда Царственного Брата.

— А сколько флотов осталось у Ольми? — прогремел Зерак, возбужденный напитком.

— Ни одного! — ответил Мерло, гордо вскидывая голову. Эрхар знаком повелел ему убраться с экрана.

— Флоты Ольми разбиты, Зерак! — сказал он сурово. Трех уцелевших флотов Андры вполне достаточно для полного уничтожения Ольми и всех ее владений!

Хмель мигом улетучился из мудрой головы ольмийского короля.

— Ваши условия? — глухо произнес он.

Эрхар и Спирр переглянулись. Ни один из них не ожидал столь быстрой капитуляции. Занятые сражениями с врагом, владыки так и не успели обсудить предъявляемые ему требования.

— Вот уже одиннадцать тысяч лет, — издалека начал Спирр, давая Эрхару собраться с мыслями, наши королевства разделены непримиримой враждой. Трижды за это время злоба и ненависть заставляли нас забывать священные принципы рыцарства и бросать в кровавые мясорубки космических битв тысячи флотов. Трижды армии Ольми и Андры бессмысленно гибли в просторах Бездны, не принося успеха ни одной стороне! В нашей борьбе не может быть победителя. Сегодня кара богов обрушилась на Андру; но кто знает дальнейшие планы всемогущих?! Своей враждой мы бросаем вызов самой природе, вместо того чтобы объединиться перед лицом общего врага, скрывающегося в Великой Бездне! Битва у Бордума должна стать последней усобицей в Гало!

Зерак, плотно сжав губы, приготовился выслушать ультиматум андрских владык.

Эрхар опустил правую руку на пояс, пытаясь нащупать утерянный фамильный клинок, и выступил вперед:

— Исчезновение Гало — наше общее дело! — печально начал он. — Я с большей радостью говорил бы эту речь на мирном совете, чем на борту военного корабля! Но сила Традиций выше желаний Владык, и потому я и мой царственный брат Спирр по праву победителей вынуждены диктовать условия мира. — Эрхар кивнул брату, и тот наполнил бокалы, держа их наготове. Первое. Ольмийское королевство становится протекторатом Андры. Второе. Ты, великий зерак, даешь клятву вассальной верности нам, владыкам Андры. Третье. В знак вечности нашего союза ты выдаешь свою дочь, принцессу Грези за Царственного Брата Спирра!

— Где она, моя несчастная дочь?! — горестно воскликнул рыжебородый великан.

— Как, разве ты не знаешь?! — тихо изумился Спирр. Он хотел попенять ольмийскому королю, что не по-рыцарски использовать родное дитя в качестве безвольного шпиона, но чувства, отраженные в глазах Зерака, выглядели подлинными, и Спирр промолчал, решив, что ольмийский двор болен изменой, и предательство сокрыто от глаз Зерака.

— Обманом и коварством презренные демократы-каллистяне похитили Грези и держали в плену до последних дней, надеясь таким образом отвести наш гнев от своих жалких миров, — гневно поведал Зерак давно известные владыкам обстоятельства. — Но в бурях последних событий Стефан, поддерживающий с ней постоянный телепатический контакт, утратил ощущение ее мыслей. Быть может, бедняжки уже нет в живых…

— О нет! — вскричал Спирр, прижимая руку к сердцу. — Я чувствую, что она жива! Мы немедленно найдем ее, и горе тому, кто посмеет нам помешать!

— В тот миг, когда я снова смогу обнять свою дочь, — просто ответил на это Зерак, король Ольми, — я приму ваши условия, герцог Эрхар и лорд Спирр!

— Владыка Эрхар! — гневно поправил Спирр забывшегося пленника.

— И Царственный Брат Спирр! — добавил Эрхар, бессильно сжимая правую руку в кулак. Фамильный клинок все еще был разлучен со своим хозяином. Да будет так! Скрепим наш договор по древнему обычаю!

Он сделал короткий жест, и поднос с тремя высокими бокалами с прозрачно-коричневого зелья повис между королем и владыками. С рук Зерака спали сети заклятий, и он поднял бокал, в душе испытывая глубокое облегчение.

Условия победителей были столь благородны, что любому из них он спокойно доверил бы всех своих дочерей.

Допив свой бокал, Спирр склонился над пультом, пытаясь превзойти самого себя в искусстве манипулирования пространством. Наконец это ему удалось.

Бездна с воплем приняла в себя «Ярхал». Далеко позади осталось ольмийское Скопление, и как только мир на экранах обрел свой естественный облик, на лица высокородного экипажа пал свет солнц Каллиста.

Едва уловив в эфире позывные царственной яхты, аристократы Каллиста заполнили экран своими изображениями, наперебой поздравляя владык то с "великой победой", то со "славным подвигом". Спирр нетерпеливо отмахнулся от этого лицеворота и вызвал на связь замок Горвик.

На экране появился трепещущий от страха и подобострастия дворецкий.

— Король Бертран еще не вернулся из похода! — пролепетал он под грозными взглядами владык.

— К демонам Бертрана! — заорал Спирр. — Как чувствует себя принцесса Грези?!

— Ее высочество… — Дворецкий впал в полуобморочное состояние. Она… Похищена диавольской силой!

— Как?! — Зерак всплеснул руками. — Опять похищена?! Воистину она дочь своего отца!

Спирр, побелевший и как обычно в ярости воспаривший над своим креслом, влекомый жаждой немедленного действия, при этих словах плюхнулся обратно на мягкое сиденье и расхохотался.

Эрхар бросил на него короткий успокаивающий взгляд и проник внутренним зрением в самые сокровенные закоулки памяти безымянного дворецкого замка Горвик. То, что он там обнаружил, наложило на его лицо печать отчаяния.

— Кто?! — коротко спросил Спирр. Эрхар не успел ответить. Экран вспыхнул адским багровым светом, и на нем появилось до отвращения прекрасное лицо герцога Элиса. Он стоял, небрежно опершись на сверкающую тысячами лезвий Машину Смерти, в своем лучшем зелено-фиолетовом костюме, увенчанный сверкающим семирогим шлемом рыцаря Серпа, а за его спиной, бесстрастно глядя перед собой, сидела в высоком кресле дочь короля Зерака принцесса Грези.

— Я рад сообщить вам, братья, — произнес Элис хорошо поставленным голосом, что теперь у меня есть вассальное владение, и я вновь имею право говорить на совете Дома! Взгляните, вот мир, избранный мной!

Экран разделился на две половинки, и по левой его части медленно поплыли изумрудные леса и бирюзовые озера. Эрхар сразу узнал Идиллию главную планету Ордена Серпа, древней, как никто кичащейся своей независимостью религиозной общины. Спирр присвистнул, пораженный предложением, что горделивые рыцари Серпа добровольно принесли клятву вассальной верности коварному похитителю чужих невест.

— Итак, возлюбленные братья мои, — продолжал Элис, — самое время открыть новый Совет Дома Андры!

— Не раньше, чем принцесса Грези будет возвращена туда, откуда была похищена! — холодно заявил Спирр, с тихой яростью сжимая фамильный клинок.

— Как раз напротив, — Элис рассмеялся Спирру в лицо, — принцесса погостит у меня до завершения совета. А вот где она окажется потом, зависит от принятых на нем решений!

И Элис недвусмысленно похлопал по отполированному кожуху Машины Смерти.

— Герцог Элис! Вы пренебрегаете законами чести, — негромко наполнил Эрхар.

— Для того чтобы учить меня, у тебя не хватает сущей малости, Эрхар! — Элис положил руку на рукоять своего инкрустированного изумрудами фамильного клинка. — Мне надоели ваши потуги на оскорбления. Остановите языки и напрягите мозги! Я требую ответа всего на один вопрос: по какому праву ты, Эрхар, называешь себя Владыкой?!

— По праву наследника!

— Ты — самозванец! Настоящий герцог Эрхар полгода назад побежден мной в поединке и находится в заточении в подвалах моего замка!

— Каков интриган! — изумленно вздохнул Спирр. Эрхар хранил завидное спокойствие.

— Доказательства? — потребовал он.

— Прошу! — Элис не шелохнулся, но левый экран показал теперь мрачное подземелье, освещенное громоздкой лампадой, с грудой цепей в углу и лежащим на полу огромным чешуйчатым телом изрубленного на мелкие куски демона.

На правом экране с лица Элиса медленно сползла улыбка.

— Это воистину доказательство! — вскричал Спирр, выведенный из себя подобным издевательством. — Теперь даже самому вшивому пастуху на твоей планете будет ясно, что ты спятил, Элис!

— Проклятье, — прошипел Элис, глядя на Эрхара с суеверным страхом. Потом в его глазах мелькнула искра надежды. — Все равно! Пусть настоящий Эрхар сумел бежать — это не делает тебя подлинным. Где твой клинок, самозванец?! Ведь он может принадлежать только тебе! В любой точке Гало он окажется в твоей руке по первому твоему зову, если… — Элис сделал паузу, — если ты — настоящий Эрхар! Но попробуй призвать его, и все мы увидим, кто ты есть на самом деле — предавший создателя безродный дубль! Знай же, презренный, что настоящий Эрхар все равно сквитается с тобой, даже если я потерплю поражение! Сложи с себя полномочия Владыки и передай их мне, старшему из бесспорных наследников! Только так ты можешь сохранить свою жизнь, жалкий самозванец!

Эрхар только теперь осознал всю двусмысленность своего положения. От него ждала ответа вся Новая Андра. Спирр, Зерак и даже безучастная ко всему Грези взирали на него с надеждой. Пришла пора доказать свое право называться Владыкой.

Эрхар вытянул вперед правую руку и прикрыл глаза, припоминая мало-мальски подходящее для такого случая заклинание. Пауза непростительно затягивалась. Эрхар начал беспокоиться, и тут нужные слова сами собой всплыли на зыбкую поверхность сознания. Эрхар поднял веки — глаза весельчака и лихого волшебника Спирра тепло улыбались.

С пришедшей вместе с заклинанием уверенностью Эрхар произнес заветную фразу. Корабль вздрогнул. Рубка озарилась синим мертвенным светом. Гул пробужденных бездн Кратора ужасом отозвался в сердцах. Изображения на экране исказились, и весь его немалый объем заняло изумленное лицо Элиса. С мучительным стоном разорвалось пространство. Пальцы законного Владыки Андры благодарно приняли надежную тяжесть рукоятки фамильного клинка.

Губы Элиса, длинной полосой протянувшиеся на его громадном, во весь экран, лице, дрогнули, пытаясь извергнуть достойный ответ. Но молчание не было нарушено: Элис понял, что игра проиграна. Малейшее сомнение в правах Эрхара означало теперь короткое преследование и позорную смерть. Глаза Эрхара блеснули слезами бессильной злобы. Кашлянув, он сделал шаг назад, и экран вернул ему нормальные размеры.

— Я… — хрипло произнес верховный рыцарь Серпа. — Я действовал во имя Андры… Теперь мы знаем, кто из двух Эрхаров самозванец… Я приношу свои извинения…

— А также, — подхватил Спирр, вперяя палец в лицо экранного Элиса, клятву вассальной верности новым владыкам Андры!

— Клятву вассальной верности, — пробурчал Элис, уже справившийся с отчаянием.

— И в знак повиновения, — продолжал неумолимый хохотун, — ты доставишь сюда принцессу Грези, которую столь бдительно охранял в военное время!

Умение делать хорошую мину при любой игре всегда украшало Спирра. Элис склонил по-прежнему украшенную шлемом голову. Он четко понимал, что лишь повиновение может сохранить ему жизнь для грядущей борьбы.

Коротким жестом он перебросил себя через тысячи лли и очутился перед братьями, положив руку на спинку кресла, в котором появилась по-прежнему безучастная к происходящему принцесса Грези.

Спирр бросился к ней, упал на одно колено и, бережно взяв холодные руки Грези в свои, заглянул ей в глаза особым способом, который делал лордов Андры неотразимыми кавалерами. Любовь — чувство сверхъестественной красоты и силы — пробудило усыпленную лукавой магией душу девушки. Грези широко открыла глаза и томно прошептала:

— Спирр…

Зерак, король Ольми, едва сдерживаясь, чтобы не заключить в свои объятия царственных влюбленных, с достоинством произнес:

— Никогда еще не встречал я рыцарей, подобных вам, владыки Андры! Я приношу вам клятву вассальной верности!

Он поднял правую руку, полыхнула яркая молния, обернувшаяся длинным узким ольмийским мечом, и Зерак опустил его перед Эрхаром, Владыкой Андры.

Спирр взял Грези за руку и подвел ее к отцу.

— Великий Зерак, Властитель Ольми! Я, Царственный Брат Спирр, прошу руки вашей дочери!

Седеющий воин и благородный король, Зерак коротким наклоном головы дал свое согласие.

— Объявляю свою волю! — сказал Эрхар, и слова его услышали все подданные Новой Андры. — Отныне и вовеки Дом Андры живет в мире и согласии с Двором Ольми, что скрепляется браком моего царственного брата Спирра и принцессы Грези Ольмийской! Мы восстановили честь и славу великого Дома Андры и можем теперь приступить к наказанию врагов, принесших всем нам столько горя! Мы найдем и накажем негодяев, осмелившихся погасить Гало, и сделаем так, чтобы оно и далее могло озарять нас сиянием Ста Великих Солнц и Семидесяти Славных Эпох! — завершил Владыка Эрхар, делая неуловимый знак своему царственному брату.

И под аккорды величавого гимна Андры в блистательный круг высокородных всплыли бокалы, наполненные искрящимся веселящим зельем.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПЛАМЯ МЕСТИ.

1. ВОЗРОЖДЕНИЕ АНДРЫ.

Ледяной ветер дул, казалось, из самых бездн черного, усеянного редкими крупными звездами неба, простирающегося всюду вокруг узкой каменной террасы. Человек в сером халате осторожно ступал по ней, держась левой рукой за шершавую стену. Внезапно ноги его соскользнули, и человек без крика полетел вниз, в темную пропасть, глубину которой был бессилен измерить человеческий взгляд.

Спустя минуту над покатым, выщербленным веками краем террасы показалась рука. Ощупав камень, она нашла точку опоры, окостенела в нечеловеческом напряжении — и в то же мгновение владелец серого халата вновь вскарабкался на террасу. Даже не переведя дыхания, как будто подобные падения были для него привычным делом, он осторожно двинулся дальше.

Через несколько десятков шагов карниз привел его к широкой амбразуре, которую можно было принять за окно. Человек осторожно постучал о стену рядом с темным проемом. Тишина была ему ответом.

— Ты что, спишь? — изумленно воскликнул человек и развел в недоумении руками, потеряв столь необходимую дополнительную точку опоры. Злой ветер воспользовался случаем и резким порывом буквально сдернул человека с карниза. Он нелепо всплеснул руками и повис, удерживаемый чьей-то мощной рукой за полу своего халата.

— Спирр! — раздался слегка удивленный голос. — Что ты здесь делаешь?!

— Что за идиотское место, — послышалось снизу брюзжание, — ты выбрал для нашей резиденции?! Темно, скользко, да еще этот кошмарный ветер… Спирр неуклюже вскарабкался на площадку. — Эрхар! Я хочу с тобой поговорить!

— Тогда входи, — Эрхар посторонился в оконном проеме, давая кузену возможность убраться с гиблого карниза в безопасность своих покоев. — Но почему в такой час?.. в таком виде?.. таким путем?

— Таким путем, — объяснил Спирр, усаживаясь в кресло и коротким заклинанием зажигая свет, — потому что в таком виде. А в таком виде потому, что у моей крошки Грези потрясающе чуткий сон. Начни я напяливать на себя нашу парадную форму, на шум сбежался бы весь замок! Поэтому стоит мне захотеть ночью проведать моего повелителя, я вынужден вылезать из супружеской постели, напяливать халат и тащиться к тебе по карнизу вокруг всей этой помпезной горы.

— Таков крест Владык, — Эрхар наклонил голову, словно смиряясь с их общей тяжкой судьбой. — Но к чему такая срочность?

— Присядь, Эрхар, ибо новость эта не из тех, которые стоит выслушивать стоя. — Спирр посерьезнел и задумчиво посмотрел на девственно пустой столик в изголовье роскошной постели Повелителя Андры. Губы его сложились в сложное заклинание, и на столике появилась большая бутыль с прозрачной коричневой жидкостью.

Эрхар без слов понял, что это означает. Щелчок пальцами — и он уже сидел в появившемся из воздуха кресле.

— Итак? — спросил он, глядя, как бутылка летает в воздухе, наполняя королевским напитком два высоких бокала из горного хрусталя.

— Ты помнишь Рыжего Стэна, владельца Антрэ?

— Приятный молодой человек, кажется, ему нет и семисот?.. проговорил Эрхар, поднимая бокал и разглядывая причудливую игру света на его гранях. — Он выставил один из трех уцелевших в Последней Битве флотов…

— Он — близкий друг Элиса. Они больше ста лет провели вместе на Планетах Зла и много раз спасали друг другу жизнь.

— Пока Элис не нарушил присяги, — нахмурился Эрхар, — это не может служить основанием для обвинения! К чему ты клонишь?

— Девять минут назад он вызвал меня с помощью какой-то чертовщины и опросил, где находишься ты.

— Он что, спятил?!

— Нет, он говорил всерьез. И у него были к этому основания. — Спирр большими глотками опустошил свой бокал. — Когда он чуть посторонился в призрачном круге света, которым сопровождал и ограничивал свое появление, я увидел за его спиной… кого бы ты думал?

— Элиса, — без колебаний предположил Эрхар.

— Тебя!

— Меня?! — Эрхар поставил свой бокал на столик и напрягся, словно готовясь вскочить на ноги. — Ты уверен?

— Конечно нет! — рассмеялся Спирр. — Я видел тебя, но без фамильного клинка, и поспешил сюда, чтобы рассеять сомнения. Однако тот, второй Эрхар — не иллюзия и не миф. Он существует!

— Самозванец, — сказал Эрхар голосом, которым в Андре выносились смертные приговоры. — Я должен увидеть его.

— Нет ничего проще, — Спирр улыбнулся. — Через минуту рыжий Стон снова появится передо мной, и ты сможешь увидеть, кого он прячет за своей широкой спиной! Однако прежде я хочу тебе кое-что напомнить.

— Говори!

— Мы осознали себя на «Ярхале» после шести лет беспамятства, и я до сих пор не могу вспомнить ничего из этих шести лет! Кто-то другой, не мы, действовал вместо нас в Трибе, кто-то другой, а не я, погиб в битве с Форпостом! Похоже, Элис не просто захватил нас в плен — задолго до того он умудрился создать наших двойников! Пока мы болтались без задних ног в глубинах Бездны, элисовские выкормыши спокойно занимали наши места в Совете Трибы! — Спирр возмущенно фыркнул. — Правда, мой двойник оказался настолько бестолковым, что позволил себя убить. А вот твоему повезло больше, он выжил и теперь заявился к Рыжему Стэну, дабы бросить тебе вызов!

— Отлично! — прогремел Эрхар, поднимаясь и вытягивая перед собой руку, В сполохах света в ней возник фамильный клинок. — Эта победа станет символом возрождения единой Андры под правлением одного Владыки!

Раздался едва слышный звон, и перед Эрхаром в воздухе повисло голубое сияние. Медленно погасая, оно открыло зрению путь сквозь неведомые толщи пространства на другую планету, где рыжий Стэн ждал ответа на заданный недавно вопрос.

Увидев Эрхара, он отшатнулся, и из-за его плеча выступил высокий человек в одежде воина, как две капли воды похожий на Владыку. Два возгласа слились в один:

— Самозванец! Как смеешь ты…

Осознав, что они говорят одновременно, Эрхар и его двойник смолкли, дав шанс Спирру встрять в разговор:

— Вот Владыка Эрхар, Стэн! Как видишь, ты был прав, сомневаясь в своем госте!

— Фамильный клинок в твоей руке, Эрхар, — сказал Стэн, склоняя голову. — Я был неправ…

— Ты был прав, — взревел двойник Эрхара, и даже ослабленный тысячами парсеков расстояния, голос его был ужасен, — но это колдовство сильнее, чем я думал! Настанет день, самозванец, и мы встретимся в честном поединке!

— Я готов, самозванец! — отвечал Эрхар, простирая левую руку к колеблющемуся призрачному кругу. — Ступай же сюда, и мы на деле решим, кто из нас Владыка Гало!

Рука его натолкнулась на невидимую преграду. Хрупкая связь между мирами, нарушенная неосторожным прикосновением, заколебалась, голубое сияние вспыхнуло вновь, заволакивая фигуры Рыжего Стэна и двойника Эрхара. До чуткого слуха Спирра донеслось только начало ответного восклицания последнего:

— Не как тать в нощи, но принародно… — и сияние погасло, оставив за собой резкий запах озона.

— Ты видишь, Эрхар, что я не зря побеспокоил тебя, — сказал Спирр, наливая себе новый бокал. — Это обстоятельство может затянуть нашу священную месть.

— Никогда! — голос Эрхара был тверд. — Восстань против меня все демоны ада, я и тогда займусь ими не раньше, чем мы отмстим нашим врагам! Однако я вижу, что нам должно поспешить, ибо число их растет.

— Я думал об этом же, Эрхар. — Спирр встал и подошел к окну, всмотрелся в пронзительную черноту ночи и легонько свистнул. — Через минуту «Ярхал» примет нас!

Эрхар утвердительно кивнул и коротким движением пальца растворил в воздухе все сотворенные во время ночной беседы излишества. Еще одно движение — и фамильный клинок скользнул в появившиеся на Эрхаре ножны.

— Ты так и отправишься на битву в халате? — спросил он у Спирра, приросшего к окну. Младший брат Эрхара любил смотреть в черное звездное небо Смирги, новой резиденции Владык Гало, и не раз, случалось, забывал при этом обо всем.

— Ах да, — Спирр растерянно оглядел себя. — Как же там…

Эрхар предусмотрительно сделал шаг назад. Спирр произнес длинное заклинание, и в тот же миг едкий дым окутал его с головы до ног. Из дыма посыпались искры, послышалось леденящее душу шипение, и Эрхару стоило немалых трудов сохранить царственное спокойствие.

Когда дым рассеялся, Спирр был одет в роскошный боевой костюм, но лицо его было измазано сажей.

— Сколько раз я тебе говорил, — пробормотал Эрхар, морщась от еще витающих в воздухе запахов, — не пользуйся непроверенными заклинаниями…

— Какой интерес в повторении известных? — беспечно фыркнул Спирр, вытирая лицо белоснежным платком. Окно за его спиной осветилось, и через него в комнату вполз покрытый длинноворсным ковром трап. «Ярхал», радостно урча антигравитаторами, встречал своих хозяев.

— Пора, — сказал Эрхар, ступая на мягкое тело ковра. — Сейчас, когда возрожденная Андра с замиранием сердца ждет новой воли своего Владыки, мы более не можем медлить. — И изо рта Владыки вырвался древний боевой клич Трибы:

— Смерть врагам!

— Смерть врагам! — эхом отозвался Спирр, поднимаясь следом. Вступив на потертый пластиковый пол своей яхты, Владыка и Царственный Брат почувствовали, как сердца их сжались под напором воспоминаний. Здесь провели они дни своего горя и своей славы, дни, когда Гало погибло, но Андра была спасена и обрела новых повелителей. Эрхар вошел в главную рубку. Все оставалось здесь как раньше — и загадочный пульт, в устройстве которого не смог разобраться ни один из уцелевших в Катастрофе техников, и шесть одноногих кресел, вращающихся в разные стороны, и ковер, прожженный во многих местах неведомым пламенем.

— И вновь выходим мы в поход, — произнес Эрхар пришедшую на память строку знаменитой поэмы.

— А где столик?! — воскликнул Спирр, входя в рубку следом и сразу замечая пропажу. — Столик, за которым Зерак признал господство Андры? Историческая реликвия?

— Не знаю. Я думал, «Ярхал» находится под твоим присмотром.

— Мне это не нравится, — Спирр боязливо огляделся. — Я чувствую, что здесь прячется тайна.

— Не хочешь ли ты сказать, что пропажа столика заставит нас отказаться от мести?

Спирр оценил остроту и залился своим знаменитым смехом. Эрхар коснулся пульта, и стены рубки исчезли. Панорамный экран, создававший полную иллюзию реальности, показывал окрестности замка, состоявшие главным образом из причудливых черных скал. Эрхар брезгливо изогнул губы, и черные скалы сгинули с глаз, словно унесенные вечно злобствующим снаружи северным ветром. Вокруг герцогов Андры простиралась теперь цветастая мозаика из сотен и тысяч лиц их ближайших подданных, оторванных от дел во славу Андры внезапным ночным вызовом Владыки.

— Вассалы! — торжественно произнес Эрхар. — Час пробил! Возрожденная Андра полна сил, чтобы достойно ответить неведомому врагу, подло и предательски уничтожившему Гало три месяца назад! Я призываю всех, в чьих сердцах горит священное пламя мести, соединить свои флоты под командованием моего кузена Элиса у Звездного Маяка! Завтра на рассвете мой Царственный Брат поведет вас в поход мести!

— Я?! — Спирр подпрыгнул на месте. — А как же ты, Эрхар?

Эрхар воззрился на кузена с недоумением:

— Неужели ты забыл? Владыка Андры не должен обнажать меч иначе чем в защиту своих подданных! Ты, и только ты можешь возглавить карательную экспедицию.

Весельчак Спирр, казалось, потерял добрую половину присущего ему оптимизма. Скорчив кислую мину, он поерзал в кресле и наконец пробормотал:

— Тогда я должен сказать пару слов Грези… Как-то неудобно будет погибать во славу Андры, не предупредив ее.

— Конечно, — Эрхар наклонил голову и коснулся пульта. Вокруг рыжего круга ковра взметнулись высокие стены темного покоя, прямо перед пультом очутилась высокая кровать о балдахином. На кровати никого не было.

— Гм, — сказал Спирр, опознав собственную спальню. — Вышла. Странно, это не в ее привычках… Ладно, потом. Покажи мне хотя бы, кого я должен покарать!

Эрхар вновь коснулся экрана, запуская запись того ужасного мгновения, когда Гало было уничтожено страшным и загадочным врагом. Вновь мириады звезд побежали по экрану, сметаемые в кучу нечеловеческой силой, направляемой с притаившегося в самом углу экрана туманного облака. Экран по мановению руки Эрхара изменил ракурс, и Спирр увидел свою цель.

— Вот наш враг, — произнес Эрхар, указываю на окутанную желтым сиянием неведомой энергии маленькую галактику, при таком увеличении смутно напоминавшую навеки утерянное Гало.

— Где? — спросил Спирр, всматриваясь в мелькание искорок, каждая из которых была целой звездной системой. — На какой планете он прячется?

— На планете? — Эрхар криво усмехнулся. — Все звезды этой галактики работают в унисон, чтобы породить эту желтую мерзость, уничтожающую мириады миров.

— Боевая галактика?! — Спирр приподнялся в кресле. — Однако! Кто-то же должен ею управлять!

— Совершенно верно. Его-то ты и разыщешь. — Эрхар снова коснулся пульта, и боевая галактика врага стремительно съежилась, сжимаясь в мельчайшую точку. На экране появились другие галактики, и у Спирра сжалось сердце — так жалко и бледно выглядели на их фоне остатки Гало! — Все это время «Ярхал» держал чужаков под наблюдением, — сообщил Эрхар. — Вот где они сейчас.

Спирр вскочил на ноги. Маленькая яркая точка приближалась к огромному звездному острову, к соседней с Гало галактике, и в этом движении чувствовалась осторожность хищника, подкрадывающегося к жертве.

— Они продолжают свое гнусное дело, — пробормотал Спирр. — Мне придется поторопиться!

Эрхар вздохнул и положил руку на плечо кузена:

— Тебе понадобиться вся мощь Андры. Быть может, пришло время снять Заклятие Забвения с…

— Не произноси его имя! — вскричал Спирр, прикладывая палец к губам. — Опомнись! Десять тысяч кузенов Трибы отдали свои жизни, чтобы заклясть его — и ты смеешь предлагать такое?!

— Я не уверен, что даже это поможет тебе. — Эрхар отошел и положил руку на рукоятку клинка. — Враг слишком силен…

Спирр фыркнул:

— Любой писающий в штанишки мальчишка Трибы может гасить галактики! Достаточно мне произнести парочку свежих заклинаний, которые я сочинил в качестве свадебного подарка Грези, и эти выскочки будут валяться у наших ног!

— Свежих заклинаний? — Эрхар поморщился. Его отношение к изыскам Спирра в области магии заклятий было тому хорошо известно. — Именно этого я и боюсь…

— Полно! — Спирр расхохотался. — Неужели ты можешь представить себе, что герцог Андры, член Трибы в третьем поколении уступит в схватке каким-то чужакам?! К тому же, — Спирр подмигнул Эрхару, — со мной будет Элис.

Улыбка появилась на губах сурового Владыки Андры, и он махнул рукой:

— Будь по-твоему! Но ради пророков, не дожидайся, когда тебя убьют снова. Помни, что я не должен карать, но могу защищать!

— О, я обязательно приглашу тебя на решающую схватку! — Спирр похлопал по рукоятке своего клинка и самодовольно улыбнулся. — А сейчас свяжи меня с Грези, я все-таки попробую проститься!

Эрхар кивнул и склонился над пультом.

Рассвет окрасил стены опочивальни в призрачный серый цвет. Ночной ветер чуть стих, и полог балдахина уже не вздымался подобно парусу; покой и тишина царили в комнате. Однако кровать была по-прежнему пуста.

— Ничего не понимаю… — На лице Спирра проступило беспокойство, и губы его зашевелились. Эрхар привычно поморщился, но на этот раз заклинание не дало никаких неприятных эффектов.

Оно вообще не дало никакого эффекта. Спирр нахмурился:

— Я не могу вызвать ее даже через Хаос. Мне это не нравится!

Эрхар пожал плечами и приподнял обе руки. Между ними зажглось сияние, ударил гром, и сквозь стены «Ярхала» в глубины Вселенной устремилась призрачная молния. Подождав с минуту, Эрхар покачал головой:

— Ты прав. Ее нет в Андре!

— Либо она хорошо спрятана, — возразил Спирр. — Святые пророки, но ведь мы расстались всего полчаса назад! Да и как можно против ее воли захватить Леди Ольми, не повредив даже мебели?! Эрхар, я ничего не понимаю!

— Я понимаю не больше твоего, — сказал Эрхар, опуская руки, — но воля Повелителей высказана, и наши подданные ждут. Что бы ни случилось, ты должен возглавить армию Андры и отомстить. А что касается Грези, то этой тайной займусь я.

На лице Спирра отразилась та титаническая борьба, которую он вел с самим собой. Наконец он победил себя:

— Да, к утру не успеть. У меня такое ощущение, Эрхар, что наши враги вновь вылазят из своих нор! Да свершиться то, что должно свершиться.

И фиолетовый колеблющийся тахионный клинок, вырванный из ножен, застыл перед его лицом в боевом салюте.

— Смерть врагам! — воскликнул царственный Брат.

— Смерть врагам! — ответил Владыка.

2. АРМИЯ АНДРЫ.

Огни «Ярхала» еще плыли в сумеречной дали новорожденного утра, когда Владыка вернулся в свои покои. Душа Эрхара пылала жаждой мщения и рвалась вслед своему верному кораблю, но неотложные деда требовали его присутствия здесь, в самом центре Возрожденной Андры.

Миновав спальню, Эрхар по внутренней галерее прошел в зал, недоступный никому из видимых и невидимых слуг Повелителей. Здесь Спирр проводил свои магические эксперименты, эхо которых нередко откликалось в потусторонних мирах. Здесь же Эрхар тайно следил за происходящем в пределах собственного могущества: советовался с Мудрейшими, принимал решения, посылал неугодным Ангелов смерти и в редких случаях награждал отличившихся подданных. Но сейчас Владыка намеревался совершить нечто поистине ужасное.

Секретный покой встретил Эрхара странной, настороженной тишиной, в которой явственно раздавались глухие удары нечеловеческого сердца. В этих звуках не было ничего необычного: Спирр частенько забывал прибраться после своих магических изысков. Драконы средних размеров, плавящие камень силою взгляда, или мрачные демоны, одним вздохом вымораживавшие человека до мозга костей, были постоянными гостями этих мест.

— Очень кстати, — пробормотал Эрхар, коротким движением руки заставив вспыхнуть магические шары под куполом бескрайнего зала. — Ну-ка, кто это?

Огромная бесформенная туша грузно ворочалась вдали. Завидев свет, демон — на дракона это чудище никак не походило — заурчал и медленно развернулся к Эрхару огненной пастью. Длинный язык вылетел из-за тройного ряда зубов и словно бич щелкнул у ног Владыки. Из пасти демона вырвался торжествующий рев.

— Сгодится, — кивнул Эрхар, не обращая внимание на подобравшееся перед прыжком чудовище. Он не спеша обнажил фамильный клинок и выставил его перед собой, держа обеими руками. Короткое движение — и клинок превратился в сверкающий конус фиолетового света, очертивший вокруг демона магический круг. Демон так и не успел прыгнуть, пригвожденный к месту сиянием тахионного луча.

Эрхар произнес первые строки заклинания, и сияние магических шаров померкло. В углу, где демон пытался прорвать едва видимую, но тем не менее несокрушимую твердь воли Владыки, раздался низкий гул. Туша демона поднялась вверх, подпираемая встающим из земли каменным алтарем.

Размер у алтаря был как раз подходящий. Эрхар еще раз кивнул и нараспев прочел вторую строфу заклятья. Рука его слегка дрогнула, и сдерживающий демона конус света на миг исказил свою форму. Эрхару было не по себе. Впервые за много лет обращался он к магии столь древней, что для нее недостаточно было жеста — требовались слова, уложенные в звучные строфы. И, более того, требовалась жертва.

Вокруг алтаря взметнулись огненные столбы ревущего пламени. Демон задергался и от неожиданности захлопнул пасть. Своими ничтожными мозгами он не в силах был постичь ожидающую его участь, но шкурой уже чувствовал силу колдовского огня.

Эрхар прочел третью строфу и вложил фамильный клинок в ножны. Кольцо огненных столбов медленно сжималось вокруг несчастного демона, ставшего вдруг удивительно подвижным. Он бился в пламени, как пескарь на сковородке, но поздно: над алтарем, в половине высоты до потолка, сгустилось облако мрака, и тонкий, похожий на смерч усик тьмы протянулся вниз, коснувшись лоснящейся шкуры демона.

Рык, от которого даже демон вмерз в воздух, заставил Эрхара побледнеть. Никогда доселе он не сталкивался с живым воплощением зла, чистого и первозданного. На миг Владыке стало жалко демона.

— Я доволен! — Низкий голос, исходящий из мрака, заставил содрогнуться стены замка. — Говори, чего ты хочешь, смертный!

— Явись мне в подобающем обличье! — прогремел Эрхар. И чтобы подкрепить свое право повелевать, Владыка выговорил последнюю строфу заклятья, стертую со всех магических скрижалей, кроме священной Книги Запрета.

Облако тьмы дрогнуло и взвилось к потолку. Наполовину съеденный, но все еще весьма живой демон с визгом сгинул в свой мир, оставив характерный запах нечисти. У ног Эрхара разверзлась бездна. Стены и потолок унес прочь бешеный ветер. Перед Владыкой плескалось сумрачным блеском пламя адова дна. Среди огненных волн плыл умопомрачительной громадой гранитный утес, на вершине которого, завернувшись в черные крылья, стоял Князь Тьмы страшный пленник Трибы.

Князь вскинул на Эрхара глаза. В голове Владыки словно ударили в огромный колокол. Почти как ломом, неожиданно подумал Эрхар, и гул мгновенно исчез.

— Так это ты, Тюремщик? Зачем ты потревожил меня? — не лишенным очарования голосом загремел Князь. — Неужели война?!

— Пока нет, — усмехнулся Эрхар.

— Но ты принес жертву, — с надеждой проговорил Князь. — Или это новое придворное развлечение?

— О нет, это проверка. — Эрхар в упор разглядывал Князя, и под этим взглядом Хозяин Бездны заметно осунулся. Даже его утес уже не нависал над Эрхаром, а только высился впереди, омываемый огненной пеной.

— Проверка?! — взревел Князь и с силой хлопнул крыльями. Огненная волна понеслась на Эрхара, разбившись о невидимую преграду у самого лица Владыки. Осознав, что его Тюремщик даже глазом не моргнул, Князь Тьмы перестал бесноваться. — Что за проверка?

— Годен ли ты хоть на что-то, — пояснил Эрхар.

Следующую минуту ему пришлось провести, созерцая бушующее пламя: Князь Тьмы разошелся не на шутку.

— Не будь на мне этих пут, — объявился он наконец за огненными брызгами и распахнул крылья, — ты поплатился бы душой за свои оскорбления!

Эрхар внимательно рассмотрел серебряные нити, охватившие каждый сантиметр сатанинского тела. Да, они выглядели все такими же новыми и блестящими, как миллионы лет назад, в дни Битвы за Бездну. Хорошо все-таки, подумал Эрхар, что Спирра нет поблизости. Он наверняка стащил бы пару нитей для своих магических исследований…

— Мне нужно знать, где находится леди Грези, принцесса Ольми! прогремел Эрхар. — Или ты не можешь даже этого?

Князь Тьмы расхохотался:

— Детские забавы! Я разыщу ее в любом из трех сущих и девяти не-сущих миров! Но — чего ради?

— Быть может, — произнес Эрхар, делая задумчивое выражение лица, тогда я буду чаще навещать тебя, Отец Зла!

Князь Тьмы оскалил черные зубы в огненной пасти:

— Не пройдет и часа, как ты увидишь принцессу! Это все?

Эрхар кивнул и сделал жест, разрушающий чары. Кошмарное видение исчезло. Величественный алтарь медленно ушел в землю. Казалось, ничто более не нарушало тишину магического зала. Но, увидев летящую в него молнию, Эрхар понял, что еще не все незваные гости убрались восвояси. Владыка без колебаний выхватил фамильный клинок. Отраженный заряд магической энергии пробил стену и скрылся в глубинах космоса. Эрхар коротким взмахом клинка зацепил чужака, пытавшегося спрятаться за нефритовой статуей Ютана Богоравного, и швырнул его на середину зала.

— Кто ты, тайно пробравшийся в мой дворец? — страшным голосом прокричал Эрхар, жестом повелевая залу осветиться.

— Клянусь пером Черного Ангела, я обознался! — воскликнул смутно знакомый каркающий голос.

Послышался шорох раздвигающихся портьер, и через приоткрывшиеся окна в зал пролился утренний свет трех восходящих солнц. В центре зала с брусчатого пола поднялась громадная фигура, закутанная в тускло мерцающий плащ. В темном провале под козырьком легкого шлема горели голубым пламенем два безжалостных глаза.

— Стефан Неистовый! — воскликнул Эрхар. — Как ты сюда попал?! И зачем ты испытывал мое терпение жалкими молниями?!

— Я уже сказал: я обознался, — мрачно отозвался Стефан. — Еще минуту назад я исследовал внутренности горного рака, свистящего при ясной погоде, и вдруг неведомая сила перенесла меня в этот мрачный вертеп. Я услышал шаги — и не стал дожидаться, когда на меня нападут.

— Нападать первым — жестокость, а не храбрость, — осуждающе произнес Эрхар. — Неведомая сила? Какая сила может быть неведома главе Магического Синклита?!

— Та, что принесла меня сюда, — достойно ответил Стефан. — Но раз я здесь, Эрхар, я воспользуюсь этим случаем и кое-что расскажу!

— Говори. — Эрхар стоял, скрестив руки на груди. Ольмийскому магу не с чего было рассчитывать на радушный прием в замке недавних соперников.

— История еще покажет, кто более достоин быть Владыкой Гало — вы, андрцы, растерявшие свои родовые миры, или мы, ольмийцы, издревле хранящие земли и мудрость своих предков! — патетически воскликнул маг Стефан.

— Измена?! — В голосе Эрхара звучало изумление. Явиться в замок Владыки, дабы воскрешать давно умершие претензии Ольми на трон? Но маги такого класса, как Стефан, редко сходили с ума. Эрхар нахмурился. — Ну что ж, ты будешь казнен за действия, направленные против законной власти, во имя мира и спокойствия объединенного королевства Ольми и Андры…

— К счастью, — грубо перебил его Стефан, — в Гало есть еще люди, сохранившие честь и верность традициям!

Ольмийский маг простер левую руку, растворяя стены и открывая глазу зрелище, могущее повергнуть в трепет простого смертного. Маленькая, неприметная на штурманских картах планета, окруженная роем вспыхивающих разноцветными огнями и снующих взад и вперед светлячков. Опытному глазу нетрудно было различить характерные признаки базы огромного боевого флота.

— Что это? — спросил Эрхар, подозрительно глядя на Стефана.

— Перед тобою флот известного пирата Дюрека, недавно перешедшего ко мне на службу, — ответил тот торжествующе. — Доблестный рыцарь короткого меча разделяет мои убеждения относительно ваших прав на власть в Гало!

— Скорее, — усмехнулся Эрхар, припоминая нравы Дюрека, — ему было обещано десятка два планет, полных коллекционных вин и прекрасных туземок. Великие предки, до какого убожества опустился Магический Синклит!

— Как бы то ни было, — возразил Стефан, — кораблей у Дюрека побольше, чем осталось у Андры после Битвы у Бордума! Подумай, Владыка, что станет с вашими землями после новой битвы?! И даже если вы победите, ольмийцы никогда не смирятся с господством чужеземцев! Вы станете повелителями зомби, властелинами пепелищ! Этого ли ты хочешь, Эрхар Владыка?!

— Мне кажется, — величественно произнес Эрхар, — что вы нездоровы, уважаемый лорд. Не лучше ли будет, если вы вернетесь к своим ученым занятиям?

— Помни мои слова, Владыка! — проскрежетал Стефан, окутываясь сиреневым дымом. Мгновением спустя зал был пуст.

Эрхар еще несколько мгновений разглядывал впечатляющую картину на магическом экране, затем сделал повелевающий жест, приближая к себе планету, служившую базой для пиратского флота. Пузатый шар повернулся, убирая с глаз Владыки пустынный океан и открывая зрению единственный материк, раскинувшийся по обе стороны экватора в виде древнего иероглифа урожая. Рука Эрхара вновь взметнулась в воздух, изображение укрупнилось, материк расплылся в стороны, и перед Владыкой простерлась видимая с большой высоты бескрайняя степь. Вдалеке высилось здание, не узнать которое было невозможно.

— Храм Забытых Богов! — пробормотал Эрхар. — Не может быть, чтобы Стефан случайно выбрал это место…

Внезапно магический экран осветила яркая вспышка. Степь понеслась под ноги Эрхару, стремительно приближая Храм; Эрхар разглядел величественную колоннаду, протянувшуюся на много дней пути — сейчас она едва мелькнула мимо — похожие на разбросанные зубы дракона Часовни Безымянных, перевернутую пирамиду Храма и, наконец, статую Неназываемого на площади, где сходятся все дороги.

У ног Неназываемого — но далеко не безымянного! — бога сидела, положив руки на колени и невидяще глядя перед собой, принцесса Грези. Эрхар почувствовал, как сердце его впервые с разрушения Гало дало сбой. В этот миг он постиг всю низость замысла Стефана.

Магический экран заколебался и померк. В последних лучах чужих солнц Эрхар заметил распахнутые черные крылья и оскал огненной пасти. Князь Тьмы сдержал свое слово.

Эрхар степенным шагом вышел из зала и направился вверх по винтовой лестнице. Впервые за многие месяцы Возрождения Андры он ощутил потребность обдумать происходящее. И лучшим местом для этого была смотровая галерея замка, вознесенная выше самых высоких гор планеты.

Положение возрожденной Андры казалось более чем серьезным. Весь ее флот отправлялся за миллионы лли от родных туманностей, дабы свершить священную месть — отменять свой приказ Эрхар не стал бы и под угрозой мучительной смерти. А тем временем в спину еще не окрепшей монархии уже целился предательский нож, выкованный Стефаном из отбросов космических трасс. Сам ольмийский маг готовил гнусный обряд, собираясь потревожить бога, древнего как сама Вселенная. Эрхар-самозванец недвусмысленно заявил свои права на престол.

Но не эти повседневные мелочи волновали Владыку. Поднимаясь по сложенным из огромных глыб сиреневой пемзы ступеням, Эрхар вновь и вновь обращался к давно откладываемому, но так до сих пор и не решенному вопросу.

Кто станет Палачом Возрожденной Андры?

Эрхар вышел на открытую всем ветрам крышу замка. Под ногами тяжело теснилась тучи. Едва приподнявшиеся над горизонтам солнца не в силах были рассеять тьму Бездны: над головой Владыки чернело холодное, пустынное небо, где вместо звезд клубились туманные пятна изуродованной материи.

— Да, Брат, — проговорил Эрхар, поднимая глаза к небу, — сейчас мне не помешал бы даже твой совет.

В недавней катастрофе помимо ста миллиардов звезд начисто погиб и род Аррана Тяжелого Топора, чьи предки и потомки миллионы лет завершали жизненный путь врагов Трибы. Достойной замены непревзойденным операторам Машины Смерти так и не нашлось, и враги Андры поднимали головы, вдохновленные небывало долгим сроком, минувшем со дня последней Казни. Сегодня Эрхар понял, что медлить более невозможно.

— Ты звал меня, Брат? — послышался с черного неба насмешливый голос.

— Спирр?! — впервые за сегодняшний день Эрхар удивился по-настоящему. — Как ты узнал?..

— Внепространственное чутье, — усмехнулся Спирр, лицо которого бледным пятном проступило на небе. — Как тебе новый облик «Ярхала»?

Эрхар покачал головой. Спирр оставался самим собой — неистощимым на выдумки забавником, готовым прозакладывать Трибу ради свежего каламбура. Бросить армию, идущую на жестокую битву с могущественным врагом, и корчить рожи, трансформируя собственную яхту… Не будь появление Спирра столь своевременным, Эрхар, пожалуй, перестал бы именовать своего брата Царственным.

— Как мог ты покинуть армию? — грозно спросил Эрхар.

Спирр расхохотался, заставив окрестные горы содрогнуться:

— Покинуть? Ха-ха-ха! Как бы не так! Все уверены, что «Ярхал» по-прежнему болтается чуть впереди впереди флагмана Элиса, посверкивая крутыми боками в лучах Звездного Маяка! Я оставил им очень похожую всеволновую копию. А связь отсюда даже лучше, чем в упор — ну, знаешь, эти тахионные парадоксы…

— Всеволновую копию? Тахионные парадоксы?! — оторопел Эрхар. Услышать такое от Наследника! Уж не вступил ли Спирр в тайное общество технофилов?!

— Словом, Владыка, прошу на борт! — заключил Царственный Брат свою поразительную тираду. — Сдается мне, что внепространственное чутье меня не обмануло: нам срочно нужно куда-то лететь!

Эрхар кивнул и протянул руки по швам, запрокинув голову к небу. Через мгновение, привычно пронзив пространство, он уже стоял в рубке «Ярхала». Спирр тут же бесцеремонно отпихнул своего повелителя в угол и повернулся к экрану, приняв надменную позу. На экране появился Элис, в роскошном боевом комбинезоне расхаживающий по бескрайней рубке своего флагманского крейсера.

— Я желал бы узнать, где мне находиться во время похода. На флагмане или же на борту "Ярхала"? — спросил Элис, довольно ухмыляясь.

— Что-то не припомню, чтобы мне требовалась помощь в управлении моим кораблем, — язвительно ответил Спирр.

— Тогда прошу под прикрытие моего флагмана, — с подозрительным гостеприимством предложил Элис, делая приглашающий жест. На экранах «Ярхала» возникло изображение великолепного звездного крейсера. Рядом с его громадой бессменный корабль владык казался бы докучливой мухой, надоедающей гиганту. Спирр в негодовании фыркнул:

— Благодарю за приглашение, но Владыки ходят иными путями. — Спирр не глядя опустил руку на клавиатуру и переключил экран на общий прием. На всех кораблях армии Андры появилось его изображение, и сотни тысяч глаз повернулись к сферическим экранам.

— Воины Андры! — воскликнул Спирр, вновь принимая подобающую Царственному Брату напыщенную позу. — Мы начинаем поход священной мести. Я не стану призывать вас сражаться храбро — среди вас, победителей в Битве у Бордума, нет и не может быть трусов! Я не стану сулить вам новые земли там, где мы встретим врага лицом к лицу, скорее всего не будет никакой земли. Скорее всего, там не окажется ничего, кроме хаоса, огня и смерти. И раз речь зашла о смерти, — возвысил голос Спирр, — то вот вам мой приказ: смерть врагам!

— Смерть врагам! — тысячеголосо отозвалось эхо, и экран заполнился тысячами лиц, потому что каждый стоявший неподалеку от экрана солдат слал свое ответное приветствие своему командиру. Спирр видел в этот момент всех, кого он повел к славе и гибели, и слезы навернулись ему на глаза от этого зрелища — плотского воплощения бессмертного Духа Андры.

Один за другим огромные боевые корабли ныряли в левое пространство, уходя в последний для многих поход к далекой, далекой боевой галактике. Спирр провожал их взглядом и оторвался от экрана не раньше, чем космос у Звездного Маяка вновь зачернел первозданной пустотой. Только тогда он вновь повернулся к Эрхару:

— Ну, не тяни, выкладывай!

— Место Палача до сих пор вакантно, — хмуро поделился Эрхар наболевшим.

Вечная улыбка сползла с лица Царственного Брата:

— Верно. — Спирр неуверенно повел плечами. — Но… нас же всего трое, уцелевших Наследников! Или ты хочешь довериться смертному?!

— Никогда! — Эрхар сделал отвергающий жест.

— Тогда — Элис?.. — осторожно предположил Спирр, с надеждой глядя на Владыку. Правая рука Эрхара дернулась, как будто собираясь взлететь к виску в диковинном приветствии. Спирр каким-то шестым чувством понял, что высказал не самую лучшую мысль.

— Но тогда остаюсь только я! — воскликнул Спирр, подпрыгивая и повисая в воздухе. — В Палачи! Ни за что! Да зачем нам, в конце концов, палач?! Нас и так осталось только трое!

— Четверо: ты забываешь Самозванца, — возразил Эрхар мрачно. — И есть еще Стефан…

— Вот уж нет! — фыркнул Спирр. — Стефан не из Трибы, он может быть казнен по-военному, нечего для этого палачей разводить. А Самозванец… О! Это идея!

— Боюсь, он согласится только если мы станем его первыми жертвами, вздохнул Эрхар. — А я-то думал, ты мне поможешь…

— Ну, мне надо подумать, — с извиняющимся тоном пробормотал Спирр, опускаясь обратно на пол. — Может быть, у нас есть еще какие-то проблемы, попроще? Вот, например, где Грези?

— Ах да, — Эрхар поднял голову. — Чуть не забыл. Это Стефан похитил твою жену и, судя по всему, собирается принести ее в жертву какому-то из Старых Богов. А еще он нанял пирата Дюрека, чья группа флотов несколько превосходит нашу армию по численности. И, само собой, предъявил свои права на престол.

— Что, очередной внебрачный сын Юбера? — язвительно поинтересовался Спирр.

— Нет, просто он считает, что теперешняя Андра должна называться Ольми.

— Вот прекрасный повод для трибунала! — восхитился Спирр. — Ба, я все придумал! Мы освободим Грези, потреплем флоты старого кретина Дюрека и казним Стефана по-походному.

— Мы? Твой долг — быть с армией Андры, — сурово напомнил Эрхар.

— Конечно, но только в бою! — возразил Спирр. — Почему-то «Ярхал» пронзает пространство мгновенно, а наши боевые корабли еле ползут. Они нападут на чужаков не раньше ужина. Эрх, мы успеем!

— Тогда полетели, и побыстрее, — устало согласился Владыка, рассудив, что Палач не понадобится по крайней мере до появления первого Приговоренного.

— Трепещите, предатели, пираты и властолюбцы! — вскричал Спирр, ударяя по клавишам, словно исполняя похоронный марш по врагам Андры. — Ваш час пробил!

3. ВРАГИ АНДРЫ.

Мертвенный свет магического пламени, плясавшего на растопыренных пальцах потемневшей от времени статуи шестирукого Гарру, бога света Ильтона, падал на бледное лицо Главы Магического Синклита. Ключник Тан, глава пиратов Питер Дюрек и еще один человек в черной полумаске ждали, застыв в своих креслах, когда же Стефан Неистовый начнет очередное тайное совещание. Наконец Глава Синклита собрался с мыслями.

— Наш план удался, — сказал он, позволив себе слегка улыбнуться. Владыка Эрхар поверил моему небольшому спектаклю и «Ярхал» полным ходом летит в нашу западню.

— Мы прихлопнем его одним залпом, Всемудрый! — вставил Питер Дюрек неожиданно тонким для его внушительной фигуры голосом.

Стефан Неистовый усмехнулся:

— Весь твой жалкий флот — коробка детских игрушек против «Ярхала»! Тан! Ты сделал то, что я тебе приказал?

— Да, всемудрый, — проскрежетал карлик. — Это — дьявольский корабль! Никогда со стапелей Гало не сходило ничего подобного! Он создан где-то в глубинах Великой Бездны. Но и он может быть уничтожен!

— Как? — коротко спросил глава Синклита.

— В главной рубке на пульте есть маленькая красная кнопка…

— Достаточно, — Стефан Неистовый хлопнул ладонью по столу. Остальное ты объяснишь Гюйо!

Ключник Тон опасливо покосился на человеческую фигуру в черной полумаске, по-прежнему сидевшую неподвижно. Это был самый ужасный из потусторонних слуг Стефана, Проникающий демон Гюйо из Мира Прожорливых Камней. От него нельзя было скрыться ни в бескрайних просторах Бездны, ни за многометровыми стенами. Немногие из дворян Андры и Форпоста могли похвастать, что без страха произносят его имя!

— Гюйо! — повысил голос Стефан, и демон, вздрогнув, повернул голову. — Ты уничтожишь «Ярхал», но ты появишься там не раньше, чем Эрхар и Спирр отойдут от него на сто шагов!

— Ты сказал — я услышал, — ответил демон ангельским голосом, который, впрочем, никого не мог обмануть.

— Отойдут на сто шагов?! — фыркнул Дюрек. — Это с чего бы вдруг?! Зачем им покидать свою скорлупку, если она и впрямь так могуча, как ты говоришь? А, Всемудрый?!

— Грези, — коротко произнес ольмийский маг. — Здесь, в Храме древних Богов, я буду совершать жертвоприношение, которое заставит содрогнуться этих царствующих выскочек!

— Ты говоришь… о вызове Неназываемого?! — прошептал ключник Тан, единственный из присутствовавших постигший смысл сказанного. — Неужели ты в самом деле…

— Молчи! — оборвал его Стефан. — Конечно нет, но об этом никто не должен знать! Тебе же я поручаю проследить, чтобы ни один волос не упал с головы Принцессы Грези!

— Задумано крепко! — одобрительно просипел Дюрек. — Но одного я не понял, Всемудрый! Что буду делать я со своими ребятами?!

Стефан Неистовый метнул в него острый взгляд:

— Вы станете мишенями в этой перестрелке с судьбой! Выставь половину своего флота вокруг Ильтона и попытайся не пропустить сюда Владык! Они не должны заподозрить, что это ловушка!

Лицо Дюрека медленно вытянулось. Только сейчас беззаботный пират понял, что такое служба Главе Магического Синклита.

Стефан поднялся, давая понять, что совещание окончено, и с легким треском растаял в воздухе. Дюрек пробормотал несколько древних ругательств, которые, как считали пираты, помогают от близкой смерти, и пулей вылетел из Круглого Зала, отправленный коротким заклинанием ключника Тана прямо на свой флагманский корабль.

— Дармоеды! — завопил он тут же, давая выход накопившемуся гневу. Полундра! Суда летит сам Эрхар на своей развалюхе! Баррон, Баррон, ты меня слышишь, разгрызи тебя бог?!

— Слышу, — экран коммуникатора высветил необъятное лицо Правой Руки Дюрека, стратега Грегори Баррона. — Пальнуть в них, что ли?

— Пальни себе в задницу, если так хочешь! — напустился на него Дюрек. — Бери всю свою эскадру и сматывайся так, как сматывался с Гарду Кастиля пять лет назад! Жди меня у Семи Звезд, и если я не появлюсь через месяц, принимай команду на себя! Пшел!

Рот Баррона широко раскрылся, обнажив гнилые зубы, и тут же захлопнулся.

— Понял, шеф, — пробормотал он и исчез с экрана. Его место занял щуплый лысый человечек в круглых очках.

— Что за шум, капитан? — осведомился он.

— Каррамба! — взорвался Дюрек. — Ты всегда был копухой, Макс, протри свои очки — сюда прет сам Эрхар на «Ярхале», а твоя эскадра разбрелась по пространству, как коровы по полю! Занять круговую оборону вокруг Ильтона, болван! Стоять насмерть!

— Это запросто, — пообещал Левая Рука Дюрека Максим Крам и тут же разразился потоком ругательств в адрес своем эскадры. Питер Дюрек опустился в свое кресло и перевел дух. Он сделал все, что ему было приказано, и теперь с любопытством ждал, чем все это кончится.

Долго ждать ему не пришлось. Свет в рубке померк, и вокруг Дюрека вспыхнули редкие неяркие звезды. Флагман перешел в боевое состояние. Руки Питера Дюрека невольно вцепились в рычаги управления Лучом Смерти.

Как затравленный волк, он оглядел черноту окружающего пространства. Внизу, под левой ногой, лежал полукруг Ильтона, где в Храме Забытых Богов уже должно было начаться нечестивое действо. Из-за спины сверкало безымянное солнце этого мира. Вокруг простирался вечный мрак Бездны, усеянный многочисленными еле заметными искорками. Это корабли эскадры Макса, замаскированные под кометы и астероиды, занимали боевые позиции. Все было готово к встрече врага. И он появился.

Прямо по курсу вспыхнула ослепительная красная точка, к которой сразу же со всех сторон потянулись разноцветные линии — это эскадра дала залп. Дюрек лихорадочно поймал чужака в перекрестье прицела, но голос, внезапно раздавшийся из коммуникатора, заставил его замереть.

— Смерть врагам! — раздался из динамиков древний боевой клич Андры.

Выругавшись, Дюрек надавил на гашетки. Флагман дрогнул, посылая энергию тысяч солнц навстречу одинокой беззащитной яхте Владык Андры.

И Дюреку пришлось выругаться вторично. «Ярхала» уже не было там, куда все еще тянулись ограниченные скоростью света лучи смерти. А светлые точки пиратской эскадры вспыхивали и гасли одна за другой, длинными пунктирными линиями, как будто оказавшись на пути огромного меча, рассекавшего Бездну.

— Смерть врагам! — вторично громыхнули динамики. Дюрек бросил взгляд на малый экран, и руки его безвольно отпустили рычаги.

Спирр и Эрхар стояли посреди устланной роскошным ковром рубки «Ярхала», спиной к спине, держа в руках фамильные клинки, чьи фиолетовые лезвия сверкали огнем смерти. С каждым их ударом вокруг Ильтона оставалось все меньше пиратских кораблей.

Дюрек узнал страшное оружие Дома Андры — тахионные клинки. В мгновение ока пронзали они Бездну до самых Окраинных Звезд, и не было спасения от их удара, направленного недрогнувшей рукой.

— Пощады! — взмолился пират.

— Пощады? — Спирр погасил тахионное лезвие и повернулся лицом к коммуникатору. — У меня нет времени брать тебя в плен, предатель! Отвечай, где твой продавший душу дьяволу хозяин прячет мою Грези?!

— Гарантируй мне жизнь, — быстро проговорил пират, — или я ничего не скажу!

— Гарантирую тебя жизнь, — прорычал Спирр, направляя клинок прямо в лоб Дюреку, — в обнимку с демонами, если через минуту я не буду знать всей правды!

— Она в Храме Забытых Богов! — в ужасе закричал Дюрек. — Стефан Неистовый приносит ее в жертву Неназываемому!

— Что?! — Клинок выпал из разжавшихся пальцев Спирра. С лица его сползла вечная улыбка. — Что?!

Эрхар нанес последний рубящий удар по невидимым простым взглядом кораблям противника и, вытирая пот со лба, бросил клинок в ножны. Рука его легла на плечо Спирру:

— Возьми свой меч, Брат! — сказал он сурово. — Успеем мы предотвратить злодеяние или нет, мы будем сражаться до последнего!

— До последнего врага! — ответил Спирр, и фамильный клинок снова засверкал в его руке. — В Храм Забытых Богов! Я выпущу из Стефана по стакану крови за каждую слезинку Грези!

— В таком случае он останется невредим, — пробормотал Эрхар, отдавая яхте необходимые команды. — Грези не из тех, кого можно заставить заплакать!

Мрак вокруг «Ярхала» исчез, пол задрожал, заставив Спирра переступить с ноги на ногу, разноцветные полосы замелькали на экране, безуспешно пытаясь слиться в хотя бы одно устойчивое изображение. «Ярхал» пронзил пространство и завис над темными замшелыми плитами храмовой площади. Аристократы Ольми и Андры, собравшиеся со всего Гало поглазеть на небывало древний ритуал жертвоприношения Неназываемому, с воплями ужаса отпрянули прочь.

Парадный трап с грохотом рухнул оземь, и в черном проеме, открывшемся в неказистой громаде «Ярхала», появились две могучие фигуры.

— А почему не в храм? — спросил Спирр, скорчив гримасу неудовольствия. — Тут еще метров сто осталось…

— Это — священное место, и его не пристало осквернять жалкой техникой, — ответил Эрхар. — Пойдем неспешно, как и подобает Владыкам!

И, вдвоем против а тысячи врагов, они спустились по трапу и медленно, под звуки величавого гимна Андры, направились к Храму. Застывшая в мистическом ужасе толпа следила за их продвижением с тем настороженным вниманием, с которым приговоренный к смерти ждет палача.

В полном молчании кузены прошли сквозь вырубленные в камне двери и вступили в алтарный зал Храма. В окружении одетых в зеленое служителей Стефан Неистовый бился в ритуальном танце внутри очерченного кровью круга, опоясывающего обсидиановый алтарь. А на алтаре, под ужасной статуей Неназываемого, стояла Грези: лицо ее было белее мела, широко открытые глаза невидяще смотрели на ритуал, который должен был кончиться ее смертью.

— Грези! — вскричал Спирр и бросился вперед.

— Остановись! — прогремел в ответ голос ольмийского мага. Он прервал ритуальный танец, и магические огни под куполом заколебались, заполнив зал причудливыми тенями. — Стоит тебе переступить эту черту, и Неназываемый явится в мир, воспользовавшись телом Грези! Ты станешь причиной гибели всех нас!

Спирр замер у самой черты. Губы его зашевелились, формируя постигающее заклинание.

— Стефан! — прогремел Эрхар, обнажая фамильный клинок. — Твои преступления уже и так слишком велики, чтобы позволить тебе пасть от руки воина! Прекрати этот кощунственный ритуал, освободи Грези и достойно прими смерть!

Ответом ему был жуткий смех.

— Я смеюсь над тобой, Эрхар! — пояснил Стефан, скрещивая руки на груди. — Ты осмелился явиться сюда один, без армии, без охраны! Ты полностью в моей власти! Мне, и только мне по праву принадлежит трон Гало! Ты волен признать это и присягнуть мне на верность, либо умереть, но от твоего выбора уже ничего не зависит!

— Слишком много слов! — коротко бросил Эрхар, и его фамильный клинок во свистом рассек воздух. Зеленые прислужники с воплями бросились врассыпную. Раздался громовой удар, посыпались искры, но Стефан даже не шелохнулся, целым и невредимым стоя на прежнем месте.

— Эта магия неподвластна тебе, Эрхар, — спокойно и даже устало сказал Ольмийский Маг. — Здесь действуют силы такие древние, что вся мудрость Андры и Ольми становится пред ними детским лепетом. Твой клинок не может сейчас убить и мухи. Покорись, Эрхар, я не хочу твоей смерти!

Эрхар почувствовал — для этого ему не нужно было оглядываться — как за спиной его смыкается строй закованных в латы воинов. Еще и еще раз клинок рассек воздух и бессильно упал вниз, натолкнувшись на невидимую преграду.

— Покорись, Спирр, — обратился меж тем Стефан к Царственному Брату, покорись, или я продолжу ритуал!

— Сейчас, — ответил Спирр странным голосом, как будто происходящее его совершенно не касалось, — сейчас…

Стефан изменился в лице. Его провидческих способностей хватило, чтобы увидеть будущее, но не хватило, чтобы его предотвратить.

Губы Спирра зашевелились и камни под его ногами, дрогнув, испустили клубы оранжевого дыма. Храм зашатался, словно началось землетрясение.

Эрхар, раскрыв рот, с вытаращенными глазами повторял за Спирром формулу его новопридуманного заклинания. Он никогда не упускал случая чему-нибудь научиться.

Все остальные в зале внезапно почувствовали, что не в силах сделать ни единого движения. Заклинание начало оказывать свое действие задолго до того, как было закончено. Стефан, на лице которого выступил пот, с огромным усилием поднял левую руку к лицу и с глухим стоном сложил из пальцев охранительный знак. Спирр громко выкрикнул последнее слово заклинания:

— Хракт!

В тот же миг кровавый круг на полу поднялся в воздух и начал медленно стягиваться вокруг Стефана, Грези и статуи Неназываемого.

Медленно, призвав на помощь все известные ему магические силы, Стефан присел и в последний момент вывалился из-под этой кошмарной удавки. В то же мгновение острие клинка Спирра заплясало у него перед лицом.

— Только от руки палача! — крикнул Эрхар, и его клинок отбил смертельный удар Царственного Брата.

Стефан, наконец освободившийся от уз заклятия, вскочил на ноги. Дрожащие губы его с трудом выговорили дерзкие слова:

— Ты совершил невозможное, выскочка! Но я предусмотрел и это! Гюйо! Время!

Вслед за этим странным воплем он поднял руки над головой, окутался серебристым сиянием и молнией взвился вверх, пробив в крыше храма внушительных размеров отверстие. Солнечный луч, ворвавшийся через него, лег у ног Грези, спустившейся с алтаря. Красный круг стал алым шарфом на шее Неназываемого, и лицо статуи заметно посинело.

— Интересно, — проговорил Эрхар, — что он хотел сказать этим своим "время"?..

Спирру, однако же, не стал ему отвечать. Он бросился вперед и заключил Грези в свои объятья.

Ответил Эрхару голос, заставивший его еще крепче стать рукоятку фамильного клинка.

— Этот презренный предатель давал сигнал своему демону, чтобы тот взорвал твой корабль! — раскатился под сводами Храма знаменитый и неповторимый голос Эрхара Громогласного. — Но я явился сюда вовремя, чтобы сохранить для Андры ее «Ярхал» — сохранить для Андры, но не для тебя, Самозванец!

Два Эрхара стояли друг перед другом, но один из них сжимал в руке фамильный клинок, другой же держал в левой руке полузадушенного демона в черной полумаске. В дверях храма высилась фигура Рыжего Стэна, небрежно поигрывающего двухпудовым дезинтегратором.

— Итак, поединок? — коротко спросил первый Эрхар.

— Итак, поединок! — ответил второй. — Но сначала ты отдашь мне мой фамильный клинок!

С этими словами он отшвырнул демона, покатившегося по полу в темный угол, и протянул вперед правую руку. Солнечный луч на миг померк, и фамильный клинок вырвался из руки первого Эрхара.

Но руки Эрхара второго он не достиг. Как бы в нерешительности, клинок завис между двумя Эрхарами, совершая небольшие колебания то в сторону одного, то в сторону другого.

На лицах герцогов Андры отразилось то страшное напряжение, с которым они пытались вырвать победу в этой необычной схватке. Минута проходила за минутой, но клинок все так же висел в воздухе посреди двух Эрхаров.

Служители храма и ольмийские дворяне стояли, пораженные этой невиданной схваткой. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем Спирр наконец разжал свои объятия и оглянулся.

— Великие Пророки! — воскликнул он. — Неужели у меня двоится в глазах?!

— Нет, Царственный Брат, — ответил ему Рыжий Стэн. — Ты видишь именно двух Эрхаров, и я не поручусь, что знаю, какой из них настоящий.

Спирр приблизился к ближайшему из Эрхаров и протянул руку, пытаясь коснуться его плеча. Громовой вопль двух глоток был ему ответом:

— Не вмешивайся, Младший!

Голубые молнии зазмеились вокруг Царственного Брата, и он сам не заметил, как оказался отброшен на несколько шагов.

— Э-э! — воскликнул он в замешательстве. — И долго вы так собираетесь стоять?!

Ответа не было. Грези тем временем подошла к мужу и, взяв его за руку, сказала:

— Ты спас меня, и больше тебе нечего здесь делать, Спирр! Твой долг перед Андрой — отомстить врагам за гибель Гало! Ступай, командуй армией и возвращайся с победой!

— Это верно, — пробормотал Спирр. — Но…

Однако ему не довелось сформулировать свои возражения. Ослепительный луч зеленого света ворвался в двери Храма и замер двухметровым шаром перед Царственным Братом. В шаре появился ухмыляющийся Элис.

— Привет, кузен! — сказал он, обмахиваясь белым платком. — Присягай, я весь внимание!

— Что-о?! — взревел Спирр. — Присягать?!

— Ну да, братишка. Пока эти остолопы занимаются перетягиванием клинка — а насколько я знаю такие штуки, этим можно заниматься несколько веков, я как самый старший из оставшихся в строю Наследников по праву принимаю на себя тяготы регентства. Или ты забыл кодекс Трибы?!

— Мой Владыка — Эрхар, — ответил Спирр, сжимая кулаки, — и сколько бы не объявилось его двойников, я не присягну никому другому! Я обвиняю тебя в попытке мятежа…

— Почему же только в попытке? — Элис криво усмехнулся. — В отличие от тебя армия Андры оказалась верна заветам отцов и признала мое регентство. Так что твое неподчинение я и сам могу посчитать мятежом! Но сначала, — он снова махнул платком, — я разделаюсь с врагами Андры! До встречи, кузен!

Перед тем как погаснуть, шар высветил раскинувшуюся перед Элисом звездную россыпь, в которой Спирр без труда узнал боевую галактику чужаков.

4. БИТВА АНДРЫ.

Храм Древних Богов не знал более величественного зрелища, нежели то, что предстало теперь перед редкими зрителями, сохранившими мужество удерживать сознание на поверхности мутящегося разума. Два великана-близнеца окаменели в сверхъестественной попытке вырвать друг у друга клинок Владыки Гало, Повелителя Андры и сопредельных миров.

Спирр уже несколько долгих мгновении пребывал в немом оцепенении, бешено перебирая варианты выхода из дичайшей ситуации. Каждая победа оборачивалась новым предательством со стороны едва успевших присягнуть на верность вассалов. Справедливое правление Владык встречало злобное сопротивление. На куски рвали самое дорогое. В попытках добиться Трона герцоги Андры и Ольми пытались превзойти чужаков по масштабам разрушений, нанесенных Гало.

Спирр готов был разорвать на куски все на свете, но прекрасно понимал, что на его долю осталось не так уж и много. Нужно было сделать что-то великое, что-то, что вечно никак не приходит в голову…

Некоторые из присутствовавших аристократов уже начали обмениваться замечаниями о прелестной скульптурной группе "Два Владыки и Царственный Брат", образовавшейся у подножия Храма, когда негромкий голос Грези разрушил оцепенение Спирра:

— Ну что же ты медлишь? — прошептала Принцесса Ольми едва слышным, но ощутимо раздраженным голосом. — Наши враги там, в глубинах Бездны! И никто, кроме тебя, не в силах поразить их, защитив наши родовые земли!

Словно мутная пелена спала с глаз Спирра. Родовые земли! Сто семьдесят изобильных планет, достойное — хотя и не столь достойное, как можно было предполагать до женитьбы — приданое Грези! Как он мог забыть…

— Да, — вскричал Царственный Брат, — довольно уподобляться Созерцающим Пупок! Присмотри за раздвоившимся Эрхаром, а насчет врагов не беспокойся — навряд ли они доживут до ужина!

Скрепив сказанное нежным поцелуем, Спирр мягко отстранил Грези и быстро отошел на несколько шагов. Отсюда он без опаски выкрикнул заклинание, и прозрачные, но совершенно неодолимые стены отделили застывших в извечном противостоянии Эрхаров от остального мира.

Даже не оглядываясь, Спирр огромными прыжками помчался к кораблю, давая выход клокотавшей в нем ярости. Едва он поднялся на борт, трап с грохотом захлопнулся, и из казавшихся декоративными жерл планетарных двигателей вырвалось алое пламя. Клубы дыма и пыли взметнулись в воздух, ясно давая понять невольным свидетелям происходящего всю глубину ненависти Царственного Брата к своим врагам.

Мгновением спустя «Ярхал» исчез, за какие-нибудь мгновения преодолев изрядный кусок Бездны.

Войдя в рубку, Спирр с удивлением обнаружил в одном из пилотских кресел невзрачного скорчившегося человека, почти полностью скрытую за ворохом бумажных листов, которые он зачем-то держал перед собой. Отведя острием фамильного клинка эти жалкие щиты, андрийский герцог присвистнул:

— Ба! Сам преподобный Тан соизволил подняться на борт моего скромного судна!

Ключник Тан без страха посмотрел в глаза Царственному Брату.

— Шпионишь? — поинтересовался Спирр, поигрывая фамильным клинком.

— Разве я осмелился бы! — вскричал карлик, проявляя несвойственную ему горячность. — Небо Гало во-время просветлило мой доселе дремлющий разум и указало, с кем мне следует быть накануне великих событий!

Спирр пронзил ключника Тана своим взглядом и не обнаружил в его полупустой голове никаких задних мыслей. Пожав плечами, он убрал клинок в ножны.

— И что же ты имеешь сообщить перед тем, как я попрошу тебя покинуть корабль? — спросил младший Владыка, склоняясь над пультом.

Тан поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, и тихим вкрадчивым голосом заметил:

— Повелителю необходим советник.

— До сих пор я обходился без советника, — пробормотал Спирр, набирая на пульте неиспытанную доселе комбинацию клавиш. «Ярхал» следовало отправить в место, о котором Спирр знал только одно: там через какой-нибудь час из левого пространства вынырнет Армия Андры.

— Позволю себе заметить, повелитель, — смиреннейше продолжал карлик, — что ваши соперники постоянно опережают вас на один ход. Искусство интриги не получило в Андре столь высокого развития, как у нас в Ольми, поскольку огромное число Наследников склоняло действовать скорее грубой силой, нежели хитростью. Вот почему ничтожнейший Стефан раз за разом становится на вашем пути к Процветающей Андре, и вы не можете с ним ничего поделать.

— Похоже, ты говоришь дело, — удивился Спирр, отрываясь от пульта. И как же, по-твоему, я должен сейчас поступить?

Карлик наклонился вперед и перешел на зловещий шепот:

— Никто в Гало не сомневается, что ты бросишься на помощь Армии Андры! Но именно этого-то и не следует делать.

— Вот как? — вскричал Спирр, мгновенно усомнившийся в необходимости наличия у советника головы.

— Стефан Неистовый, к слову сказать потерявший доверие магического Синклита, — при этих словах рука Спирра, тянувшаяся к клинку, остановилась, — скрывается от справедливого гнева Владык в своем родовом имении, беспрестанно скитающемся от звезды к звезде — в неприступном замке Норр-Гле! Он отлично укреплен и оснащен таким множеством установок Лучей Смерти, — Спирр поморщился при упоминании этого жалкого оружия, — что не уступит в битве сотне флотов! Но сейчас, когда всему свету известно, что Эрхар сражается в поединке со своим двойником, а Спирр спешит воссоединиться с Армией Андры, Стефан совершенно не ожидает нападения, уединившись для очередного грязного ритуала!

Карлик довольно ухмыльнулся и потирая ладони продолжил:

— Если Повелитель прислушается к совету ничтожнейшего из бессмертных, — Тан подобострастно склонил плешивую голову, — и захватит резиденцию бывшего главы Магического Синклита, Стефан не сумеет оказать достойного сопротивления, и с ним будет покончено! В спину Владыки более не будет целиться нож измены! А кроме того, в его распоряжении окажется мощь, равная по силам самой Армии Андры!

— Отличная идея! — сверкнул глазами Спирр, приходя в восторг при мысли о скорой и, что самое главное, весьма неожиданной для врага встрече со Стефаном. — Указывай дорогу к замку Норр-Гле!

— Повелителю известен рой Блуждающих Камней? — робко осведомился бывший ключник, а ныне без пяти минут Советник Тан.

— Конечно! — фыркнул Спирр, пожимая плечами. — Любой хоть раз выводивший корабли в Великую Бездну отлично знает этот рой, попасть в который равносильно смерти!

— Там находится сейчас логово Стефана, — прошептал карлик, пронзив сухим костлявым пальнем призрачное изображение расплывчатого пятна на самом краю жалких остатков Гало.

— Он сам выбрал место своей гибели, — а с мрачной решимостью ответил Спирр, коротким движением руки посылая «Ярхал» сквозь толщи пространства.

Ведомый неукротимой волей Царственного Брата «Ярхал» вынырнул в кошмарном потоке смертоносных каменистых глыб. Тусклые звезды Гало исчезли с экрана, заслоненные холодным блеском бесчисленных метеоритов и астероидов, изредка вспыхивающих искорками вкрапленных в их древние тела драгоценных камней. Где-то поблизости в этом вихре непокорной Владыкам материи скрывался предавший всех Стефан Неистовый, лелея безумные мечты о Троне Гало.

Спирр задействовал экраны «Ярхала» на глубинное проникновение. Летающие горы, с чудовищной скоростью проносящиеся мимо, сделались прозрачными как стекло, и сквозь них проступила далекая черная громада правильной пирамидальной формы. Спирр произнес заковыристое заклинание прозрения, и его мысленному взору открылись внутренние покои замка Норр-Гле, где Стефан Неистовый в бешенстве отдавал жестокие приказания подвластным демонам и смертным наемникам, заполонившим наружные галереи обреченного огню и мечу обиталища. Спирр не слышал самих приказов, но по скорости, с которой приспешники Стефана бросались их выполнять, можно было догадаться: Стефан готовится к бою.

— Смерть врагам! — взревел Царственный Брат, обнажая фамильный клинок. Ключник Тан, осенив себя дюжиной знамений, вытащил из-под складок своего бесформенного плаща лучевой кинжал и с сомнением взвесил его на ладони. «Ярхал» слегка дрогнул под ударом первого Луча Смерти опомнившегося наконец неприятеля.

— Оставайся здесь и не подвергай риску свою ничтожную жизнь! — бросил Спирр дрожащему от страха Тану, который с радостью подчинился этому приказу. Затем Царственный Брат окутался испускающим золотое сияние облаком и без малейшего шума перенесся в главный зал замка Норр-Гле.

Собравшиеся здесь слуги Стефана замерли, пораженные внезапным появлением Лорда Андры. Клочья пламени летели из-под ног Спирра, с кончиков пальцев его срывались голубые молнии, попавшие под его горящий жаждой мести взгляд демоны валились наземь, чтобы никогда более не подняться. Разящий меч Царственного Брата не знал пощады, и толпы наемников бросились прочь с переставшего быть безопасным убежища Стефана, толкая и топча друг друга у немногих аварийных выходов.

— А, это снова ты, недоучка?! — послышался раздраженный вопль, и сам хозяин странствующего замка возник перед Спирром, неистово вращая магическим мечом.

— Кому суждено умереть от руки палача, — отвечал Спирр, с легкостью парируя направленные гневом и потому абсолютно безвредные удары Стефана, тому ничего бояться в поединке!

С этими словами он играючи закрутил меч противника своим клинком и резким поворотом кисти буквально вырвал его из рук ошеломленного мага. Меч просвистел над опустевшим залом и поразил одного из последних оставшихся верными Стефану наемников, прицелившегося было в Спирра из атомного арбалета. Вторым ударом не знавшего поражений клинка Спирр разрубил наплечные завязки, и заговоренные доспехи свалились со Стефана, как штукатурка с прогнившей стены.

— Ну а теперь, — промолвил Спирр, торжествуя победу, — замри, неистовый властолюбец!

Но уже срывающееся с языка заклинание неожиданно застряло у Спирра в зубах. Безоружный и беззащитный Стефан, гнусно ухмыляясь, сделал обеими руками сложный жест, сотворив из воздуха что-то похожее на тончайшую, едва заметную вуаль, и тахионный клинок Спирра запутался в ее липких объятиях. Наученный неудачей с Эрхаром, Стефан не стал тратить время на поношения противника. Приложив ладони к виску, он вперил в глаза Спирру тяжелый взгляд ольмийского мага, нараспев произнося формулу древнейшего заклятья бессилия.

Спирр почувствовал, как слабеют его руки, как — самое страшное! отнимается его язык. Ноги его подкосились, и только ужасным усилием воли он сумел устоять, покрывшись холодным потом. Грези, подумал Спирр, похоже, нам не скоро суждено увидеться вновь…

— И этот недоучка осмеливается бросать вызов самому Стефану Неистовому, — расхохотался ольмийский маг, хватаясь за живот. — Попасться в ловушку, которую знает каждый сопливый ученик чародея! Какая магическая дуэль решается звоном мечей?!

Внезапно Стефан оборвал смех и подозрительно вгляделся в глаза Спирра, читая в них непонятно откуда взявшееся изумление. Мгновением позже искусный маг разгадал его смысл и стремительно обернулся, успев как раз во-время, чтобы встретить удар приклада двуручного бластера лбом, а не затылком.

— Я учел твое пожелание, — пробормотал Рыжий Стэн, закидывая свою игрушку обратно за правое плечо, — как видишь, мой меч не покидал ножен.

— Так вот как ты спасал жизнь Элису! — воскликнул Спирр, колдовская слабость которого исчезла вместе с ее виновником. — Клянусь Пророками, ты подоспел во-время! Но какого дьявола ты здесь делаешь?!

— Мой сеньор Эрхар Близнец слишком увлекся дележом Трона Андры, усмехнулся Стэн, переступая через поверженного Стефана и протягивая Спирру свою мозолистую руку. — Понадеявшись на его магические способности, я не захватил в ту поездку собственного корабля; чтобы убраться с Ильтона, мне пришлось воспользоваться «Ярхалом». Ну, а когда я увидел, что здесь происходит… Разве можно пропустить такую заварушку?! — Рыжий Стэн развел руками, всем своим видом выражая недоумение по поводу людей, которые могли бы позволить себе пропустить такую заварушку.

— Так твой сеньор — Эрхар?! — вскричал Спирр, подпрыгивая на месте. А как же Элис? Ведь формально он сейчас самый старший из дееспособных Наследников Дома?!

— Испокон веков Стэны присягали людям, а не званиям, — гордо ответил Рыжий Стэн. — Пока наши сеньоры сражаются в поединке, нам следует объединить усилия во славу принадлежащей им Андры!

— И побыстрее, — пробормотал Спирр. — Интересно, сколько еще народу набилось в «Ярхал», пока он стоял с дверьми нараспашку?..

Глаза царственного Брата оценивающе обежали зал. Сочтя размеры его подходящими, Спирр пробормотал заклинание призыва, и в тот же миг «Ярхал», покрытый сверкающим инеем космических бездн, возник перед ним во всем своем великолепии. Парадный трап опустился к ногам Спирра, и вырвавшийся через главный вход чистый белый свет озарил полутемное убежище Стефана Неистового. В светлом проеме появилась сгорбленная мрачная фигура.

— Советник Тан! — обратился Спирр к своему так кстати обретенному союзнику. — Обыщи «Ярхал» от рубки до трюма! У меня есть подозрение, что там прячется добрый легион наших благожелателей!

— О нет, надменный Владыка! — осклабился Тан, отбрасывая капюшон и производя в воздухе традиционные для ольмийской магии пассы. — Ты сделал свое дело, вернув Синклиту его заблудшую овечку, и теперь тебе следует просить, а не приказывать!

Тело Стефана, испуская легкое голубое свечение, приподнялось над полом и медленно поплыло в отверстый вход «Ярхала».

Сообразив, в чем дело, Спирр поспешно высвободил меч из полуразложившихся остатков колдовской вуали; вторя ему, Рыжий Стэн взял ключника Тана на прицел своего ужасающего бластера.

— Остановись! — произнес Спирр тоном последнего предупреждения, легко вспрыгивая на трап. — Прочь с моего корабля, вероломный предатель!

— Конечно, конечно, — закивал Тан, опутывая тело Стефана несколькими мотками светящихся магических нитей. — Маги Синклита не нуждаются в ржавых консервных банках, которые так любите вы, Наследники!

С этими словами он вспыхнул алым пламенем и сгинул в неведомых безднах, унося с собой бездыханное тело отступника Стефана.

— Туда им и дорога, — констатировал Рыжий Стэн, поднимаясь следом за Спирром на борт «Ярхала». — По крайней мере, Блуждающий Замок в наших руках.

— И наши враги на себе испытают его мощь, — подтвердил свои намерения Спирр, с сожалением опуская клинок в ножны. — Но сначала мы его немного перестроим…

Рыжий Стэн, наслышанный о магических привычках Спирра, поспешно отступил под защиту нерушимой брони «Ярхала». Спирр произнес заклинания, и все вокруг заполнила вязкая мутная слизь, по которой пробегали подсвеченные фосфоресцирующими прожилками судороги. Спирр виновато пожал плечами, но Рыжий Стэн глядел на слизь со спокойным любопытством, нисколько не виня царственного Брата в неопрятности его магии.

Наконец слизь схлынула, явив боевым соратникам преображенный зал. Рыжий Стэн присвистнул. Мрачные темные своды сменились геометрически правильным кубом, беломраморные стены которого были украшены гобеленами, картинами и коллекционным оружием. Весь зал был теперь заставлен всевозможными образцами военной техники Андры, вперемешку с роскошными диванами, уставленными яствами столиками и монументальными канделябрами. Неподалеку от «Ярхала» в воздухе висел овальный предмет, снабженный доброй сотней ручек и кнопок, в котором только бывалый пилот смог бы распознать выносной пульт управления.

Спирр потер руки от удовольствия — заклинание явно ему понравилось и пальцем поганил летающий овал. Тот послушно подплыл к Царственному Брату.

— Однако! — заметил Рыжий Стэн, вложив в одно слово все свое восхищение.

— То ли еще будет! — пообещал польщенный Спирр, оборачиваясь спиной к окружающему «Ярхал» великолепию, чтобы занять наконец свой боевой пост в центральной рубке бессменного корабля Владык Андры.

Когда Рыжий Стэн догнал наконец царственного Брата, тот закончил уже отдавать команды обоим своим кораблям управления и задумчиво смотрел, скрестив на груди царственные руки, на окутанное желтым облаком изображение боевой галактики чужаков. Рядом с ней светились немногочисленные алые точки, напоминавшие комаров, пытающихся съесть бегемота. Флоты Андры, ведомые узурпатором Элисом, готовились вступить в бой с врагом, в миллиарды раз превосходящим их по боевой мощи.

— Мы должны им помочь! — вскричал Рыжий Стэн, взмахивая двухпудовым бластером.

— "Ярхал" и Норр-Гле обгоняют мысль, спеша к месту битвы, — мрачно отвечал Спирр, — но расстояние слишком велико. Еще целых две минуты наши флота будут беззащитны перед лицом неприятеля…

— И мы будем спокойно смотреть, как гибнут лучшие сыны Андры?!

— Все, что я могу сделать — это выключить экран, — печально ответил Спирр. — Проклятый Тан отнял у нас последнее время!

Боевая галактика все прибывала в размерах, занимая теперь пол-экрана. С этого расстояния она казалась почти такой же огромной, как прежнее Гало. Более миллиарда звезд, связанных в сложную гирлянду желтыми и синими силовыми жгутами, исходящими из черного зрачка окутанного светлыми туманностями ядра, летели навстречу «Ярхалу», а пространство между ними струилось бешеным пламенем перерожденного вакуума. В любое мгновение по приказу незримых повелителей вся эта мощь могла обрушиться на скорлупки андрцев.

Однако Элис не был новичком в межзвездных битвах. За миг до того, как желтые жгуты чужака налились светом и испустили смертоносное облако пожирателя пространства, алые точки флотов исчезли с экрана, ныряя в спасительное левое пространство. Спирр вскрикнул от радости — чужаки нанесли первый удар, и он оказался напрасным!

— Смерть врагам! — издал он всепобеждающий боевой клич и обнажил фамильный клинок, выдвигая тахионное лезвие на немыслимую доселе длину.

Спирр едва успел нанести свой первый удар, как вопль изумления, вырвавшийся из уст Рыжего Стэна, заставил его остановиться. Рыхлое тело боевой галактики, маячившее на экране, рассекла толстая желтая полоса. Фонтаны жидкого золота били из перерубленных межзвездных жгутов; оставшиеся целыми каналы набухали и лопались под напором потерявшей порядок энергии. Галактика содрогалась и пылала, повергнутая в шок одним-единственным прикосновением фамильного клинка Спирра.

— Святые Пророки! — прошептал тот, не веря своим глазам.

— Однако! — с уважением произнес Рыжий Стэн, поглядывая на подрагивающий в руке Спирра клинок. — Смотри, они удирают!

Ядро иноземной галактики, тусклым пятном маячившее в ее центре, внезапно вспыхнуло ослепительно-зеленым светом и, медленно набирая скорость, двинулось прочь от превратившегося в огненный ад звездного острова. Немногие нити, еще соединявшие беглецов с брошенным телом звездного монстра, лопались на лету, озаряя визуальное пространство желтыми вспышками. И тут на пути чужаков выросло облако алых точек.

— Задай им, Элис! — вскричал Рыжий Стэн, в нетерпении топая ногой по дорогому ковру, устилающему рубку «Ярхала».

Спирр скрипнул зубами, пряча в ножны фамильный клинок. Армия Андры подошла слишком близко к врагу, чтобы он мог позволить себе разить тело мира сплеча.

Невиданное сражение тем временем разгоралось, фиолетовые лучи смерти превратили черный бархат Великой Бездны в исчерканную синим мелом грифельную доску. Пылающее зеленое ядро огрызалось, выбрасывая навстречу андрийским флотам вспыхивающие сверхновыми звезды, и многие замешкавшиеся корабли гибли в их ослепительном пламени. Бой затягивался, не суля перевеса ни одной из сторон.

— Ну что же он медлит?! — вне себя от боевого запора вскричал Спирр. — Надо бить в центр скопления, неужели он не винит…

— Не видит, — покачал головой Рыжий Стэн. — «Ярхал» — единственный корабль в Гало, чьи сканеры способны проникать в недра Черных Туманностей.

— В таком случае, — глаза Спирра сверкнули, — мы должны прийти им на помощь…

Царственный Брат поднял левую руку, и скрежещущие звуки кощунственного заклинания разорвали окутывавшую рубку тишину. Экран, потолок, стены, ковер — все закружилось перед глазами Рыжего Стэна, и он вскрикнул от неожиданности, стремительно падая в бездну тьмы и беспамятства.

5. ГОРЕ АНДРЫ.

Придя в себя, Рыжий Стэн с удивлением обнаружил, что по-прежнему стоит, опершись на спинку кресла, перед панорамным экраном в рубке доброго старого «Ярхала». Спирр нависал над пультом управления, словно пианист-виртуоз, исполняющий в одиночку целую симфонию. «Ярхал» содрогался в попытке совершить невозможное.

Стэн посмотрел на экран. Там, в сером облаке защитных туманностей, медленно приближаясь, светился во всем великолепии защитных полей и боевой геометрии граней приплюснутый восьмигранник. Стэн понял, что Спирр каким-то чудом сумел заставить «Ярхал» пронзить последние миллионы лли Бездны, отделявшие их от флагмана жестокого врага.

— Не стреляй! — тут же вскричал владелец планеты Аттрак.

— Э? — изумленно отозвался Спирр, оглядываясь на Рыжего Стэна и разглядывая его так, словно бы тот превратился в паука. — Что значит — не стреляй? Твои слова пахнут изменой!

— Мы должны взять их живьем, — пояснил Стэн, срывая с плеч свой громадный бластер. — Я хочу быть уверенным в том, что другой подобный звездный монстр не сожрет когда-нибудь остатки Гало!

— Ты прав, — воскликнул Спирр, хлопая себя по лбу. — Но я не представляю, как мы будем брать в плен эту махину…

— Как обычно, — пожал плечами Стэн, — фризерами по реактору и силовая сеть.

Спирр подозрительно посмотрел на Стэна и вдруг расхохотался:

— Силовая сеть? Хо-хо-хо! Да размер этой тарелочки — с приличный материк! Чужаки явно не мелочились, строя себе резиденцию!

В глазах Рыжего Стэна появился странный блеск:

— Но в таком случае нам остается только…

— Абордаж, — заключил Спирр, потирая руки. — Пора сбить спесь с этих надменных вояк, небось ни разу не видевших врага лицом к лицу!

— Нам потребуется язык, — напомнил Стэн, принимая горячность Царственного Брата за непредусмотрительность.

— И может быть, не один, — подтвердил Спирр, на ходу бормоча заклятье всеобщего понимания. — Впрочем, я рассчитываю попасть прямо к их командиру.

Он повернулся к пульту и нажал несколько клавиш. Восьмигранник чужаков, приблизившийся уже настолько, что с трудом вмещался в экран, стал полупрозрачным, и по его призрачным внутренностям забегал маленький красный кубик.

— Вот сюда, — довольно заключил Спирр, останавливая кубик в подходящем, на его взгляд, месте. — Поехали!

Никогда еще Рыжий Стэн не исполнял приказ чужого повелителя с такой охотцей. Сделав быстрый шаг, он встал рядом со Спирром, спиной к спине, выставив перед собой раструб своего бластера.

В тот же миг рубка «Ярхала» растаяла в черноте, и ей на смену возник из небытия большой светлый отсек, пол, стены и потолок которого мягко перетекали друг в друга, сверкая ослепительной белизной. По обоим сторонам продолговатого отсека Стэн заметил широкие двери. В одной из них, широко расставив ноги, стоял огромного роста человек в сером комбинезоне и зловеще улыбался. В руках чужак держал ажурный цилиндр, недвусмысленно направленный на нежданных пришельцев.

Ощущение опасности, не очень острое, но вполне достоверное, заставило Рыжего Стэна выстрелить. Из раструба гигантского бластера брызнула тонкая струйка прозрачной жидкости, попавшая прямо в лицо опешившему чужаку. Даже не изменившись в лице, тот ничком повалился на пол, с хрустом сокрушив свое диковинное оружие.

— Яд? — деловито поинтересовался Спирр.

— Наркотик, — уточнил Рыжий Стэн, забрасывая свой боевой агрегат обратно на плечо и склоняясь над незнакомцем. Перевернув его на спину, Стэн бесцеремонно принялся шарить у парализованного в карманах. — Ага, пробормотал он, вытаскивая на свет тонкую зеленую карточку размером с половину ладони, на которой мерцали какие-то знаки. — Кажется, это то, что нужно.

— А что это? — спросил Спирр.

— Я думаю, это персональный телепортер, — пояснил Рыжий Стэн. — Не пешком же они ходят, корабль вон в пол-материка…

Он повертел карточку, разглядывая ее со всех сторон и шевеля губами. Спирр с интересом следил на незнакомой ему магией. Наконец Рыжий Стэн удовлетворенно хмыкнул:

— Угу… Стоит набрать код, и ты уже в нужном отсеке…

Его толстый указательный палец уперся в розовый развод на лицевой стороне карточки, и Спирр почувствовал, как пронизывающе-холодный мрак заволакивает все окружающее его пространство. Сообразив, что произошло, он прошептал короткое, до сих пор ни разу не испробованное охранительное заклинание и стал терпеливо ждать конца этой нуль-пространственной — самой медленной и неприятной из известных Наследникам — транспортировки.

Когда черный туман растекся по углам средних размеров покоя, в котором оказались Спирр и Рыжий Стэн, Царственный Брат уже знал, что попал в самое логово коварного врага Андры. Межпространственное чутье не обмануло Спирра — прямо перед ним, в скромном, инкрустированном звездным жемчугом кресле, сидел худощавый седой человек, надменная поза и презрительный взгляд которого не оставляли сомнений в его принадлежности к высшему кругу имеющих власть.

— Кто вы? — прогремел он бесстрастно-металлические голосом, отрывая глаза от сложенной на колене кипы бумажных листов.

Спирр уже сложил подходящее заклинание, которое, несомненно, произвело бы впечатление на этого бездушного крючкотвора, но в самый последний момент обнаружил, что не в силах произнести ни слова. Тело его было окутано непроницаемым вихрем магической энергии, делавшим Царственного Брата абсолютно неуязвимым, но одновременно с тем неподвижным и бессловесным. Вот каким оказался результат необдуманно брошенного в межпространствие заклинания! Спирр мысленно выругался и принялся лихорадочно искать выход из безвыходного положения.

— Лорд Спирр, Царственный Брат Владыки Андры, и Стэн Рыжий, повелитель планеты Аттрак, — не без изящества высказался Рыжий Стэн, ухитрившийся догадаться о состоянии Спирра. — Прикажи своим солдатам прекратить бессмысленное сопротивление, и сдайся на нашу милость!

Человек в кресле презрительно усмехнулся:

— На вашу милость? Жалкие людишки, не сумевшие защитить свою единственную галактику — неужели вы не поняли, с кем вы имеете дело?! В другое время я скрасил бы последние минуты вашей жизни рассказом о миссии Жнеца, но ныне близость Достойного Противника не позволяет мне тратить время на подобные сантименты. Довольно слов! — чужак внезапно возвысил голос. — Сейчас я буду иметь честь убить вас!

Хорошо бы, подумал Спирр. Он был согласен на что угодно, лишь бы сбросить с тела оковы неуязвимости.

Едва чужак выкрикнул последнее слово, гладкие белые стены зала разлетелись на мельчайшие пластинки, мгновенно сгинувшие неведомо куда. Враг, облаченный теперь в зеркальный боевой скафандр, висел перед Спирром и Стэном посреди Великой Бездны, уже поднимая правую руку, чтобы нанести первый удар.

Рыжий Стэн, осознав, что дышать в окружившем его вакууме нечем, хлопнул себя по животу, и невзрачный рабочий костюм его ожил, вспучившись защитной оболочкой и закрыв лицо прозрачным щитком. Спирр же понял, что от ледяного дыхания Бездны его защищает лишь мощь уникального заклинания, и гнев ударил ему в голову. Подлый враг не желал честной битвы, он явно намеревался убить своих гостей, просто швырнув их в межгалактическую Пустоту, а сейчас с явным раздражением нацеливал на Спирра уже знакомое ажурное устройство.

В Спирра ударил ослепительный луч, мгновенно увязший и иссякший в коконе защитного заклинания. Спирр с неудовольствием констатировал, что боевая магия Андры заметно опередила технику пришельцев. Ах, где же мы были раньше, печально подумал Наследник.

Тем временем Рыжий Стэн направил на врага дуло своего наркомета и без колебаний нажал на спуск. На этот раз его аппарат выпустил искрящееся облачко мельчайших льдинок и на этом иссяк.

Враг вновь зажег свой ослепительный луч и нанес второй удар — на этот раз по Рыжему Стэну. Спирр увидел, как сияющий жгут всеистребляющего огня ударил в болтающуюся посреди жалкого комка искристого тумана огромную фигуру — и в то же мгновение все мельчайшие льдинки туманного облака засверкали подобно Солнцу. Невообразимо мощный поток света устремился обратно к поднявшему лучевой меч, и Спирр даже с помощью Скоростного Зрения не успел рассмотреть, как Враг превращается в облако газа. Вспышка была так ярка, что Спирр позволил себе зажмуриться.

Когда он открыл глаза, вокруг медленно вращались далекие холодные звезды. На месте Рыжего Стэна осталось только слабо посверкивающие в звездном свете кристаллики льда, а там, где только что сверкал серебристый скафандр безжалостного врага, таяло в окружающей черноте большое бурое облако. Вокруг стояла поистине космическая тишина.

Отлично, подумал Спирр. Все, кто мог вытащить меня из этой дыры, мертвы, а сам я не способен даже вытереть себе сопли. Похоже, мне придется дожидаться здесь Конца Времен, когда наконец воскреснут Предвечные Предки, и уж тогда-то просить их о помощи.

Великая Бездна медленно разворачивала перед Спирром свою беспощадную и величественную панораму, и вот взору Царственного Брата предстал бессмысленно-темный угольный мешок Черной Туманности, в которой прятался флагман врага. Черный бархат неба был усеян многочисленными алыми точками, в которых Спирр без труда узнал аварийные огни боевых кораблей Андры. Медленно, как в кошмарном сне, перед Наследником проплывали обреченные на смерть остатки еще вчера славной и могучей армий Андры. Отчаяние наполнило слезами глаза Спирра.

Внезапно Бездна озарилась призрачным голубоватым сиянием, исходящим из уже хорошо знакомого Спирру восьмигранника чужаков, показавшегося над его головой. Спирр увидел перед собой исковерканные, разрушенные, потерявшиеся всякое подобие строя флоты Андры, и ледяной обруч сжал его грудь. Вражеский восьмигранник хищно проскользнул верхом, и первый же луч смерти, вырвавшийся из его недр, поразил шесть гигантских крейсеров Андры. Спирр смотрел на распускающийся перед ним огненный шестилепестковый цветок, и не мог отвести окаменевшего взора от этого ужасного зрелища. В ушах его стоял многоголосый вопль боли и ненависти заживо сгорающих людей, вопль, в котором чудились проклятья ему и всем лордам Андры.

Если бы Спирр был свободен, он стер бы вселенную в порошок, чтобы помочь этим славным парням, гибнущим нелепо и страшно в бессмысленной звездной мясорубке — гибнущим не во славу Андры, не в защиту своих планет, а в силу нелепой прихоти своих Владык. Но жестокое заклятье не позволяло двигаться и говорить, и Спирр в отчаянии воззвал в пустоту потустороннего мира, позволив своей мысли оторваться от тела. Я недостоин быть Царственным Братом, раз допустил такое, но есть же в Гало еще кто-нибудь! Придите же им на помощь!

— Совершенно верно, братишка, в Гало есть еще кое-кто, — услышал Спирр потусторонний голос. Перед внутренним взором Спирра появилось ухмыляющееся лицо Элиса.

— Так ты жив?!

— Странный вопрос бессмертному!

— Как ты мог допустить такой разгром?!

— Ну, то, что то называешь разгромом, я склонен считать допустимыми потерями!

Внезапно Спирр вспомнил, что Элис отличался крайне формальным подходом к исполнению приказа, и ни разу за всю историю Андры не завершил битву, не понеся положенных потерь. С ужасом Царственный Брат осознал, что в недавно отданном Элису приказе допустимым было признано потерять половину армии! И приказ этот отдал ни кто иной, как он, Наследник Спирр.

— Прекрати это, если можешь! — взмолился Спирр.

— Конечно, кончено, — ухмыльнулся Элис. — Но сначала я хотел бы обсудить один пустяковый вопрос. Не находишь ли ты, что в создавшейся ситуации тебе ну просто до зарезу хочется признать меня законным Владыкой Андры?

Вся глубина дьявольского замысла Элиса высветилась перед Спирром в один момент. Заманить флоты в ловушку, бросив ее в решающий момент… может быть, даже приложить руку к неудачно сформулированному кузеном заклинанию… обречь гибели половину Армии — и все это для того, чтобы завладеть троном?

В былые времена Спирр только языком прицокнул бы от восхищения. Как и любой Наследник, в аду и в раю, в горячке боя и в предсмертном бреду герцог Элис жил одной мыслью — мыслью о власти над Андрой. Но сейчас план Элиса внушал ему омерзение.

Я же ничего не могу, звенели в голове какие-то чужие мысли, они погибнут все, погибнут ни за что, и я никогда не прощу себе, что не спас их, когда для этого было достаточно одного моего слова! В конце концов, формально Элис действительно старший из оставшихся вне подозрения Наследников… а я — второй по старшинству!

Раздираемый на части противоречивыми чувствами, Спирр висел в Бездне, а перед ним один за другим расцветали огненными цветами лучшие корабли Андры. Свет померк в глазах Царственного Брата, и в беспредельном отчаянии он с нечеловеческой силой воззвал к Эрхару — единственному человеку, который еще мог спасти ситуацию.

Только с его согласия Спирр мог принять грязное предложение Элиса.

Но Эрхар молчал, и после веков отчаяния Спирр открыл глаза. Он смотрел, ничего не понимая. Он стоял перед величественными сводами Храма Древних Богов, и два Эрхара сражались перед ним не на жизнь, а на смерть, замерев в окружении сотен зрителей в бесплодных стараниях завладеть единственным на двоих фамильным клинком.

— Спирр! — воскликнула Грези, бросаясь к мужу и тут же отлетая прочь под ударом магической энергии. — Они околдовали тебя! — тотчас вскричала она, складывая руки в особый, одной ей ведомый магический жест. В ту же секунду Спирр почувствовал, как трескается и рушится непроницаемая магическая оболочка, в которую он так непредусмотрительно облачил себя злополучным заклинанием. Никто на свете не смог бы уничтожить ее, кроме Грези, от которой Спирр никогда бы не стал защищаться.

Мгновенно память о только что пережитом вспыхнула в сознании Царственного Брата.

— Даррм Зри грост! Пунгм пруу-кха! — выкрикнул он кощунственные, давно висевшие на языке заклинания крайнего бешенства. Невидимый вихрь смел защитный купол Эрхаров и повалил их обоих на замшелые плиты тысячелетнего пола. Фамильный клинок, лишившийся на мгновение двусторонней поддержки, со звоном упал между ними.

— Достойно ли герцога Андры делить фамильную железяку, когда тысячи наших парней обречены на гибель в глубинах Бездны! — продолжал Спирр, забыв умерить голос, и многометровые колонны Храма зашатались, а зрители с трудом удерживались на ногах, цепляясь друг за друга. — Я верю, что истинный Эрхар предпочтет битву во славу Андры дележу ее вшивого трона!

Осознав наконец, что он сделал и что сказал, Спирр закрыл рот рукой и опасливо оглянулся. Эрхары неторопливо поднялись на ноги, разглядывая друг друга, как если бы встретились впервые. Фамильный клинок неподвижно лежал между ними. Затем ближний к Спирру Эрхар тряхнул головой и шагнул к своему младшему брату.

— Ты прав, Спирр, — сказал он. — Мне кажется, все это было в кошмарном сне… Мое место — с Армией Андры!

Другой Эрхар, очнувшись от минутного оцепенения, протянул вперед правую руку, и фамильный клинок тусклой молнией скользнул в его раскрытую ладонь.

— Вы слышали?! — громовым голосом произнес он. — Самозванец признал свое поражение! Он и его приятель, нагло именующий себя лордом Спирром, но допустивший такие кощунства в адрес Дома, что и за меньшие преступления его ждала бы машина Смерти, объявляются отныне Вне Закона! Отныне я, Эрхар, по праву являюсь Владыкой Андры!

И с этими словами он поцеловал фамильный клинок, взметнув его к небесам в древнем салюте. Зрители, уже вторые сутки ожидавшие исхода невероятного поединка, грянули андрийский гимн. Спирр гневно обернулся к толпе:

— Не гимн славы, а песни горя следует петь вам! — вскричал он страшным голосом, в котором чувствовались боль и печаль по погибшим смертным. — Тысячами тысяч жизней заплачено за эту минуту! Да пребудет великое горе над Андрой от сего момента и до того дня, когда от руки палача погибнет здесь, перед Храмом Древних Богов, последний враг Андры!

— Да будет так, — угрюмо подтвердил первый Эрхар, скрещивая руки на груди и взглядом посылая в центр площади тонкую голубую молнию. Грянула траурная музыка, из камня выскочили и взметнулись вверх острия флагштоков, развернув навстречу медленному ветру полотнища приспущенных знамен. Смерть врагам!

Остолбеневшие аристократы с ужасом взирали на двух столь схожих и столь разных Эрхаров, завершивших свою невиданную дуэль событием, равно достойным празднеств и траура.

А Эрхар и Спирр, обменявшись короткими взглядами, окутались искрящимся туманом и исчезли с площади перед Храмом Древних Богов, оставив за собой жалкую возню у трона и мерзкий шепот придворных подлиз.

6. ДУХ АНДРЫ.

Ровный белый свет лежал на клетчатом полу просторного приемного зала. Посреди него, у небольшого, напоминающего жертвенный камень возвышения, стоял, задумчиво скрестив руки на груди, человек в сером комбинезоне, Унгер вен Фейт, еще недавно бывший Вторым Сокрушителем. Он стоял так уже несколько минут, еще и еще раз обдумывая только что полученное сообщение.

Сколько раз Унгер точно так же стоял у подножия Трона, выслушивая мудрые — или глупые, что не так уж и важно, — слова Верховного, наклоняя голову в знак повиновения и тайно надеясь со временем подняться еще на одну ступеньку. И вот сегодня мечта его осуществилась — но столь странным и непостижимым образом, что Унгер не решался торжествовать по этому поводу.

Бывший Верховный Сокрушитель, исчезнувший с Базы три штанда назад, до сих пор не подал ни одного из шестнадцати предусмотренных на этот случай сигналов. И в сочетании с недавним разрушением Жреца это недвусмысленно говорило о…

Мелодичный, но все равно ударивший по нервам сигнал вызова отвлек Унгера от мрачных мыслей. Он косо посмотрел на Трон, в ответ послушно преобразившийся левой своей стороной в приемное устройство, и кивнул, изъявляя согласие слушать. Трон зажег над пультом управления большой светлый шар, в котором тут же появилось изображение кого-то из младших офицеров. Всмотревшись в невыразительное, осунувшееся от долгих размышлений лицо, Унгер узнал вызывавшего:

— Эвгон? Чем обязан?

— Я прошу трех минут твоего времени, Сокрушитель, — произнес Эвгон со склоненной головой, но в голосе его Унгер не услышал подобающего смирения. Видимо, офицер еще не готов был признать Унгера подлинно Верховным Сокрушителем.

Легким наклоном головы Унгер даровал Эвгону разрешение говорить.

— Я трижды просмотрел записи последнего происшествия, — сухо начал Эвгон. — Подробно, во всех диапазонах, не упустив даже показания несовершенных пока тахиоскопов. Вот мое заключение: разрушение Жнеца вызвано тахионным потоком немыслимой для нас мощи. Поток пришел из точки, расположенной в полутора дугах от атаковавшей нас группы флотов на расстоянии около ста тысяч световых лет. Параметры потока свидетельствуют о его искусственном происхождении. Я все сказал, Сокрушитель.

Глаза Унгера сжались, превратившись в тоненькие полоски:

— Ты понимаешь, что могут означать эти слова?

— Да, Сокрушитель, — уверенно ответил Эвгон. — Я думаю, что это Он!

— Ты проверил все несколько раз, прежде чем вызвать меня, констатировал Унгер. — Нет оснований не доверять твоему заключению. Как только уничтожение посягнувшей на нашу безопасность армады будет завершено, мы займемся источником этого тахионного потока. Тебе я поручаю спланировать новый поход.

— План уже готов. Я не смел потревожить тебя, не обдумав все детали, — спокойно ответил Эвгон. — Кем бы Он ни был, ему от нас не уйти!

— Ты молод, Эвгон, — произнес Унгер со странной печалью, тысячелетия скитаний по Пространству не остудили твой пыл… Как знать, может быть именно этим ты стал угоден Всевышнему?

Эвгон склонил голову, но в позе его по-прежнему не было ничего от преклонения. Когда он снова поднял глаза, изображение Сокрушителя исчезло с маленького офицерского экрана, уступив место черноте окружающего Базу космосу. Там, в кромешной тьме и ледяном молчании, подходила к концу отчаянная схватка лишившейся всех ресурсов своего Жнеца Базы и непонятно откуда взявшейся здесь, в межгалактическом пространстве кучки допотопных боевых кораблей. Эвгон склонился над пультом, уточняя координаты источника тахионного излучения. Он знал, что приказ Сокрушителя уже известен каждому из шестисот офицеров Базы.

Легкое покалывание в запястье заставило Эвгона вскинуть правую руку к глазам. Встроенный в браслет индикатор необычного сообщал о появлении близкого и мощного источника тахионного поля. Пораженный внезапным предчувствием, Эвгон стремительно обернулся.

Перед ним, со сверкающими непереносимым фиолетовым сиянием обнаженными клинками в могучих руках, стояли два варвара в ярких доспехах. От неожиданности Загон замер с открытым ртом.

— Мы не слишком его напугали? — осведомился Спирр, быстро подходя к Эвгону и заглядывая ему в рот. — Вроде бы нет, язык не обложен…

— Спирр, Спирр, — с трудом сохраняя серьезность, воззвал к брату Эрхар, — вспомни, что он — один из тех, кто погубил Гало!

— Покойный Рыжий Стэн завещал мне пленить их и как следует допросить, — ответил Спирр, перестав улыбаться, — и он прав, потому что они недостойны смерти от руки воина. Но, кажется, наш собеседник приходит в себя!

Эвгон прикрыл рот левой ладонью, по-прежнему с восторгом переводя глаза со сверкающих клинков андрийцев на экран, индицирующий мощность тахионного поля, и обратно, к притягивающим взор клинкам. Наконец в мозгу его сложилось необходимое умозаключение.

— Так это вы уничтожили Жнеца?! — воскликнул он с такой радостью, что Спирр в недоумении опустил клинок.

Эрхар осуждающе посмотрел на Спирра:

— Ты уничтожил Жнеца?

— Какого еще Жнеца?! — возмутился Спирр. — Все, что я сделал — это рубанул разок по ихней боевой галактике, которой от этого явно не поздоровилось; но никто называющий себя Жнецом мне под руку не попадался…

— Все верно! — с восторгом вскричал Эвгон, подпрыгивая на месте от возбуждения. — Я же говорил, что это Он!

Эрхар и Спирр уныло переглянулись:

— Спятил от страха, — предположил Спирр.

— У нас мало времени, — Эрхар сжал губы, и глаза его вспыхнули безжалостном алым огнем. Полыхнула короткая вспышка, и Эвгон окутался черным облаком, впрочем, тут же рассеявшимся в воздухе.

— Прикажи прекратить огонь по атакующей вас армии! — скомандовал Эрхар.

— Такой… приказ… может… отдать… только Верховный Сокрушитель… Унгер, — медленно, с трудом выдавливая слова возразил Эвгон.

— Так чего же мы тут торчим?! — вскричал Спирр, размахивая в воздухе фамильным клинком. — Дыр бул Унгер!

Эрхар и рта не успел раскрыть, так Спирр уже растаял в воздухе. Покачав неодобрительно головой, Эрхар приступил к допросу, оставив брату разбираться с вражеской бюрократией. В конце концов, после потери своей боевой галактики враг более не представлял опасности.

— Имя? — спросил Эрхар.

— Эвгон!

— Должность?

— Начальник технических служб разведки.

— Звание?

— Майор!

— Выслуга лет?

— Шестьсот двадцать семь!

— Количество боевых операций?

— Сорок две галактики!

Эрхар изумленно отшатнулся. Сорок две галактики, подобных Гало, были уничтожены с участием этого от силы восьмисотлетнего мальчишки!

— Цель боевых действий? — продолжил он допрос, уже слегка побаиваясь ответов.

— Проверка достойности Противника!

Эрхара бросило в жар. Если Эвгон говорил правду — а именно так оно и было, силу своим заклинаниям Эрхар хорошо знал, выходило, что Андра оказалась для чужаков слишком слабым противником! Он был готов ко всему истребителям разума, каннибалам, жрецам безумной религии, требующей чудовищных жертвоприношений — но не такого обидного объяснения.

— Что происходит, если ваш противник оказывается достойным?

— О! — воскликнул Эвгон, закатывая глаза. — Неужели это свершилось…

— О нет, — криво усмехнулся Эрхар. — Быть может, вы и сочтете нас достойным противником; но сражаться с вами в честном бою — значит покрыть себя вечным позором. Вы, нападающие без предупреждения, издалека, даже не показывая своих лиц на коммуникационных экранах… — Эрхар презрительно сплюнул, и секундой позже с изумлением замер, осознав, что он сделал. Неужели в привычках герцога Андры было унижать себя столь низменными поступками? Эрхар ощутил неясное, но крайне недоброе предчувствие. Отвечай на вопрос! — приказал он пленнику, решив, что не время предаваться самокопанию.

— Когда явится достойный Противник, все Жнецы прекратят свою жатву, и у подножия Звездного Храма состоится последняя Битва, где Добро окончательно восторжествует над Злом!

Эрхар перевел дух. Все-таки религия! Жрецы, Храм, поиски Избранного… Все это давно стало седой историей Дома, победившего в честной битве своих богов. Но чужие боги до сих пор собирали кровавую жатву.

— Сколько всего Жнецов? — коротко спросил Эрхар.

— Когда мы уходили в Пространство, их было отправлено около трех тысяч. Но каждая сжатая галактика со временем порождает нового Жнеца, и сейчас их число — четыре тысячи двести сорок семь.

— Кто отправляет их? — вскричал Эрхар, пораженный масштабом и мощью врага. Эвгон открыл рот, но не успел произнести ответ: маленький экран осветился, являя всем офицерам Базы бледное лицо Унгера.

— Прекратить сопротивление, — торжественно приказал он. — Немедленно сложить оружие. Мы побеждены, а вы знаете, что это значит!

Мгновением позже на экране появился Спирр, который подмигнул Эрхару так, словно их не разделяли сотни шагов легированной стали:

— Верховный Сокрушитель внял моим увещеваниям! В обмен на обещание сохранить ему жизнь до суда он приглашает нас на чай!

— Чай? — повторил Эрхар странное, смутно знакомое слово. — Хорошо… Оставайся здесь! — приказал он Загону, перед тем как присоединиться к Царственному Брату.

Эрхар не стал тратить время на заклинания. Короткий взмах рукой вырвал из пространства огромный кусок и с легкостью переместил его в приемный зал Верховного Сокрушителя.

— Как вы это делаете? — полюбопытствовал Унгер. Сейчас, сидя в простом легком полукресле и нервно перебирая пальцами, он не производил впечатление человека, способного сокрушать целые галактики. Но Эрхар уже знал подлую манеру врага нападать только на безоружных и не поддался первому впечатлению.

— Магия, — небрежно пояснил Спирр. — Сущий пустяк, мне не хотелось бы отвлекать им ваше внимание…

— Мы слушаем тебя, пленник! — прогремел Эрхар, опуская руку на фамильный клинок. Унгер перевел на него взгляд и заметно погрустнел.

— Я буду краток, — быстро заговорил он. — Наш Жнец, или, как вы его называете, боевая галактика, странствовал по Вселенной в поисках того, кто сможет оказать ему достойное сопротивление. Только такой противник мог бы иметь шанс в Последней Битве. Чтобы найти его, и только для этого мы сжинали галактику за галактикой, не пропуская ни одной из встреченных на пути. Теперь в вашем лице Достойный Противник найден, и я могу передать вам Пророчество.

Унгер встал и по очереди поклонился Эрхару и Спирру.

— Явится Достойный Противник, — заунывно затянул он, — с невиданной мощью, и у подножия Звездного Храма вступит в Последнюю Битву, в которой добро одержит окончательную победу над Злом, и по всем галактикам пребудет мир на вечные времена, и смертные станут бессмертны, а бессмертные счастливы…

— Ужас какой, — прокомментировал Спирр.

— Ты что же, — нахмурился Эрхар, — считаешь, что нашел в нас воплощение Зла?!

— Пророчество молчит о том, кто выступит на стороне Зла, да и никому не дано знать Истины, — извернулся Унгер. — Но только в Последней Битве Зло может быть побеждено, и битва должна состояться.

Он протянул руку к стоящему перед его креслом столику и взял за изогнутую ручку пузатый узкогорлый кувшин с длинным изогнутым носиком. Наклонив его, Унгер налил себе в непрозрачный приплюснутый бокал горячей темной жидкости.

— И с кем же нам предстоит сразиться? — полюбопытствовал Спирр.

— У него нет имени, — ответил Унгер, прихлебывая жидкость — внезапно Эрхар вспомнил, что именно она носила странное название «чай». — Миллионы лет воины Звездного Храма отправляют Жнецов во все концы вселенной, но ни разу за это время Ждущий не явился даже патриархам.

— Мистика какая-то, — пожаловался Спирр, щелканьем пальцев превращая свое низкое широкое кресло в привычный поворотный боевой стул. — Значит, мы должны явиться в этот ваш Храм и ждать, когда появится Ждущий?

— Вы верно поняли все, что я должен был сказать, — кивнул Унгер. Так говорит Пророчество. Теперь я могу умереть спокойно…

— Еще нет! — прервал его Эрхар. — Сначала ты ответишь еще на один вопрос.

— Чем больше их будет, тем дольше я проживу, — согласился Унгер.

— Патриархи Звездного Храма знали о том, что вы делаете со встреченными галактиками?

— Конечно! Весь Звездный Храм построен…

Эрхар жестом заставил Унгера замолчать.

— Ты слышал, Спирр? — угрюмо спросил он. — Вот те враги, чьи головы скатятся с плеч у ворот Храма Забитых Богов!

Спирр положил руку на рукоять фамильного клинка и произнес:

— Да будет так!

Унгер непонимающе переводил взгляд с одного андрийца на другого. Постепенно, однако, смысл только что сказанного преодолел предрассудки Пророчества.

— Не понимаю! — искренне воскликнул он. — Неужели после того как вы услышали, что ожидает вас в Звездном Храме, вы все еще можете беспокоиться о судьбах галактик, населенных жалкими дикарями?!

— Не понимаешь? — сурово спросил Эрхар, и глаза его полыхнули гневом. — Ты до сих пор не понял, что последняя уничтоженная вами галактика принадлежала нам?! Неужели мысль о возмездии никогда не посещала твою седую голову?!

— Последняя уничтоженная?! — вскричал Унгер, вскакивая на ноги. — Но это же… Не может быть!

— У тебя будет время поверить в это, — произнес Эрхар, делая короткий повелевающий жест. Лицо Унгера отразило легкое беспокойство, он попробовал выговорить какие-то слова, но в тот же миг воздух вокруг его серого комбинезона потерял прозрачность, сгустившись в легкий и прочный кокон, сковавший Сокрушителя по рукам и ногам.

— Надеюсь, — заметил Спирр, произнося отсылающее заклинание, — у нас в трюме хватит места на всех…

— Экипаж этой Базы — не больше десяти тысяч человек, — Эрхар мигом произвел необходимые подсчеты. — Просто им будет немножко тесно.

Он вновь коротко взмахнул рукой. Ноги Спирра утонули в роскошном ковре, по-прежнему устилавшем рубку «Ярхала». Скрестив руки на груди, Эрхар мрачно смотрел на экран, показывающий постепенно заполняющийся пленниками трюм. Спирр, потирая руки, тараторил на магическом языке, сервируя стол.

— Послушай, — вдруг прервал он свое любимое занятие, — а почему, собственно, мы всех их берем в плен? Ведь наш девиз — "Смерть врагам!", а не "Твой дом — тюрьма!".

Эрхар покачал головой:

— Они недостойны смерти от руки воина. А во всем королевстве, как ты наверное помнишь, нет ни одного палача…

— Ну, теперь за этим дело не станет! — усмехнулся Спирр. — Твой двойник, я думаю, уже назначил их добрый десяток!

Эрхар ничего не ответил. Правая рука его легла на рукоять фамильного клинка, вытащила его из ножен и подняла на уровень глаз. Эрхар сосредоточенно рассматривал зеркальное лезвие, удивленно покачивая головой.

— Это мой клинок, — произнес он странным голосом. — Я помню каждую руну на его эфесе, каждый смарагд в его рукояти… Но почему он снова со мной? Ведь тогда мы покидали Ильтон, он оставался в руке моего двойника?

— Если бы я прочел о чем-то подобном в донесении разведки, — хмыкнул Спирр, — я бы предположил, что ты и твой двойник — один и тот же человек. Быть может, чудовищное потрясение, пережитое Гало, расщепило тебя надвое?

— Мы разные, в этом все дело! — резко возразил Эрхар, и клинок его звякнул, опускаясь обратно в ножны. — Когда я предпочел битву во имя Андры сваре за ее трон, он остался там, у храма Забытых Богов…

— К тому же объявив нас вне закона, — услужливо напомнил Спирр. Подобное заявление в адрес Владык дает нам определенные права!

— Новая война за престол, — задумчиво произнес Эрхар и покачал головой. — Новые миллионы жертв… Зачем все это?

— Ну-у… — Спирр развел руками. — Надо хотя бы покарать изменника!

— Как мы покарали Унгера, — сказал Эрхар, качая головой в такт своим мыслям. — Трюм «Ярхала» велик… но провести всю жизнь, наполняя его пленниками?!

— Вот еще! — фыркнул Спирр. — Пленим твоего близнеца, казним патриархов Звездного Храма — и делу конец! Мои демоны и драконы порядком по мне соскучились…

Эрхар покачал головой:

— А Элис? А Стефан? А сотня других претендентов, которые не замедлят появиться, стоит нам хоть на миг задержать в ножнах наши клинки? Вспомни историю правления Ютана! Или Юргена, да пребудет в веках имя его!

— К чему ты клонишь?! — спросил Спирр, нервно подцепляя со стола бокал с коричневым зельем и делая огромный глоток. — Тебе что, надоело быть Владыкой?!

Тяжелая тишина повисла в рубке «Ярхала». Эрхар и Спирр во все глаза смотрели друг на друга, пораженные прозвучавшими только что словами.

Для любого андрийца нет горшего позора, чем разочароваться в борьбе за трон, чем истомиться в вечной битве, выдвигающей во Владыки лучших из лучших. За всю историю Дома не было случая, чтобы Владыка добровольно отказался от завоеванного престола. В крови каждого Наследника живет извечный дух Андры — неугасающая страсть к великой войне всех против всех, к вящей славе Дома и себя самого!

И вот сейчас дух Андры угасал в ее Владыке прямо на глазах.

Осознав, какие именно слова он произнес, Спирр поглощал бокал за бокалом, пытаясь побороть нервную дрожь. Эрхар стоял все так же молча и неподвижно, и лишь вырывающееся из его рта прерывистое дыхание служило знаком, что он еще жив.

После тысячи лет тишины и неподвижности Эрхар медленно отстегнул ножны своего фамильного клинка и выпустил их из рук. Спирр вздрогнул от глухого звука, с которым ножны упали наземь.

— Ты прав, — изменившимся голосом произнес Эрхар. — Я не хочу быть Владыкой.

У ног его сверкнула голубая вспышка. Наклонив голову, Спирр увидел, что фамильный клинок Эрхара больше не покоится в ножнах; он исчез, сгинул в пространстве, возвращаясь в неведомые бездны, исторгнувшие его.

— Но тогда, — пробормотал Спирр, облизывая пересохшие губы, — тогда трон Андры переходит к твоему двойнику? А он объявил нас вне закона. Следовательно, нам вновь на будет покоя в Андре!

Эрхар криво усмехнулся:

— Мой двойник — не единственный претендент на престол. Как и подобает, трон Андры перейдет к тому, кто сумеет завладеть им в сверкании мечей и тенетах интриг. Им хватит забот и без нас!

7. КЛИНКИ АНДРЫ.

Центральная рубка «Ярхала» освещалась лишь тусклым светом далеких звезд. В окружении черноты и пустоты Спирр и Эрхар, утопая в глубоких креслах, неторопливо потягивали драгоценный коричневый эликсир, предаваясь размышлениям о бренности бытия. «Ярхал» несся сквозь Бездну, с каждой минутой приближаясь к цели — Храму Забытых Богов.

— Мне на дает покоя одна мысль, — задумчиво произнес Эрхар. Спирр вздрогнул и обратил к брату свое непривычно серьезное лицо:

— Я тоже не нахожу себе места! Ведь о твоем отречении еще никто не знает — что, если мы угодим в самый эпицентр гражданской войны?!

— Не это беспокоит меня, — поморщился Эрхар. — Я долго думал, пытаясь понять, что послужило причиной моего отречения. Такой причины нет! возвысил он голос, заставив Спирра оторваться от спинки кресла. — Нет никаких иных оснований к этому шагу, кроме моего желания — ты понимаешь, что это значит?!

Спирр разинул рот, в изумлении уставившись на бывшего Владыку:

— Ты хочешь сказать, что на тебя наложены чары?!

— Ты тоже подумал об этом, — кивнул Эрхар, — значит, так оно и есть. Все это слишком похоже на историю Эшера Отшельника!

Спирр ничего не ответил, поспешно наполняя свой бокал. Он прекрасно помнил короткое царствование Эшера, прерванное одним удачным заклятьем, лишившим могущественного Владыку желания править и вынудившее его удалиться на периферийную планету Гидеон, оказавшуюся, впрочем, недостаточно периферийной, чтобы уцелеть в недавней звездной мясорубке. Заклинания такого класса были подлинными произведениями искусства, и даже величайшие искусники Дома не брались за их расшифровку. Если Эрхар поражен одним из подобных заклятий, подумал Спирр без малейшего энтузиазма, ближайшую тысячу лет нам придется провести главным образом в обществе демонов и драконов…

— Есть только один путь проверить это, — продолжил Эрхар, не дождавшись ответа. — Маловероятно, что заклятье отняло у меня только желание править, и не затронуло боевой мощи. Если я вступлю в поединок с одним из тех, того раньше играючи побеждал, и проиграю, мы узнаем наверняка — я заколдован!

— Счет наших боев — три к двум, — поспешно отозвался Спирр. — Вряд ли поединок со мной…

— Речь не о тебе, Спирр, — усмехнулся Эрхар. — Элис — вот кто нам нужен!

Спирр почесал в затылке:

— Оно конечно… Боюсь только, что сразиться с ним можно, лишь покрепче привязав его к дереву! Более трусливого Наследника я в жизни своей не встречал…

— Он будет биться, — перебил Эрхар брата. — Призом в нашем поединке станет трон Андры!

— О! — воскликнул Спирр, восхищенно раскрывая глаза. План Эрхара вызвал у него легкое чувство зависти — столь изысканное использование давнего врага в собственных интересах сделало бы честь самому Якову Хитроумному.

Эрхар отбросил в сторону бокал с недопитым зельем и поднялся, заняв привычное место перед пультом. Окружающая его тьма отступила, потесненная зажегшимся в глубине пространства слабым сиреневым свечением. Спирр пристально следил за действиями брата, проникающего сквозь толщи пустоты соединенной силой своей магии и чудесной техники «Ярхала». Сиреневое сияние разгорелось, обернулось бирюзовым шаром, и глазам Наследников предстали два человека, настороженно разглядывающие друг друга через разделяющий их огромный стол.

Элис смотрел в глаза своему давнему врагу, силу которого он хорошо знал, и ждал, когда тот первым нарушит молчание. Одиночное заключение многих делает покладистей, думал он про себя, жаль только, что у меня нет больше времени ждать.

Стефан, некогда Первый министр и Глава Синклита, а ныне — почетный пленник в самом заброшенном из своих родовых замков — взирал на незванного визитера с недоумением. При всей своей вошедшей в поговорку неукротимости Стефан не был фанатиком и успел уже смириться с тем, что сотканные вокруг него магические оковы непреодолимы даже для его не знавшей поражений Силы. И вот теперь андрийский герцог, недостойный даже сдувать пыль с хрустального шара истинного мастера, отваживается презреть волю Синклита?! Безумца ждет жалкая участь, решил Стефан и криво усмехнулся:

— Ты выбрал не лучший способ самоубийства, Элис!

— Но наверняка не самую худшую компанию, — парировал Элис, облегченно вздохнув. Итак, Стефан ничего не подозревает. Тем лучше. — Я хочу рассказать тебе о последних событиях в Андре!

— Зачем заживо похороненному мирские вести?

— Затем, что тебе настало время покинуть склеп! — коротко бросил Элис, вскидывая руку в изящном подобии экспансивного жеста, на деле являющемся мощным охранительным знаком. Стефан почувствовал, как дрогнули силовые линии, окутывавшие его замок: кто-то извне пытался понять, что творится здесь, в пустынном Главном зале — и не мог проникнуть за завесу, играючи возведенную Элисом. Пожалуй, не стоит его недооценивать, решил про себя Стефан.

— Ты думаешь, что в силах вернуть мне свободу? — усмехнулся он и покачал головой. — Даже если бы ты совершил этот подвиг, он принес бы тебе лишь еще о одного врага!

Элис начал неторопливо расстегивать свою отороченную чешуей демонов куртку:

— Вернуть тебе свободу легко. Труднее предложить тебе достойную цену за ту услугу, о которой я собираюсь просить. Но еще труднее, — он глянул в черные глаза ольмийского мага, и тот задержал дыхание, — обеспечить твою верность после заключения договора! — и Элис выхватил из-за пазухи искрящийся, переливающийся разными цветами даже в тусклом свете электронных факелов свиток. Стефан впился в него глазами:

— Драконова кожа?! Великие предки!…

— Вот что скрепит наш договор! — веско заявил Элис, опуская свиток на стол. — Ну а теперь — о деле. Едва ты скоропалительно покинул храм Забытых Богов, там объявился — кто бы ты думал — нет, не Безымянный, гораздо хуже — двойник Эрхара! Они тут же схватились между собой, наши чудо-богатыри и в битве не уступили друг другу. Я думаю, они могли бы сражаться вечно, предоставив мне спокойное регентство — но этот выскочка Спирр прервал их в высшей степени благородное занятие. Один из Эрхаров — по-моему, тот, первый, — отказался продолжать поединок. Второй, по давнему обычаю, тут же был признан победителем и законным Владыкой Андры. Но любому нормальному дворянину понятно, что близнецам не место на престоле! Следовательно, перед тобой — единственный подлинно законный Наследник Трона!

Глаза Стефана вспыхнули, но он погасил вспышку гнева. Не время и не место перечить безумцу, дорога к трону ведет путями обмана.

— Ты хочешь моей помощи против Эрхара? Я согласен, — просто сказал бывший Глава Магического Синклита.

— Змеиная кровь! — вскричал Спирр, наблюдавший эту сцену из запредельных далей. — Кажется, Элис бьет все рекорды андрийской интриги! Загрызи меня демоны, если он не завоюет трон, не ударив и пальцем о палец!

— Одной битвы ему не миновать, — произнес Эрхар. — Но тише: они подписывают Договор!

Кровь Элиса и Стефана высохла на искрящемся листе, впечатав в его тело мертвые черные буквы.

— Свобода и власть над Ольми — тебе, трон Андры — мне! — торжествующе заключил Элис, пряча свиток за пазуху. — Ну а теперь — прочь отсюда!

Маячившее перед Наследниками изображение пошло полосами, заколебалось и расплылось; низкий гул рушащихся каменных стен донесся до их ушей и быстро затих. Чернота Бездны вновь взирала с экрана, но перед глазами Спирра все еще стояло последнее, что он сумел разглядеть — злобная усмешка, скользнувшая по губам Стефана.

— Эрхар! — вскричал Спирр обеспокоенно. — Стефан предаст его, подведет в самый последний момент! Тебе не с кем будет сражаться!

— Они подписали Договор на драконовой коже, — возразил Эрхар недоуменно. — Неужели та забыл, что это значит?!

— Я не знаю способа обойти высшую справедливость, — пробормотал Спирр, — но готов поклясться, что Стефан его знает!

— Или думает, что знает, — философски заметил Эрхар. — Как бы там ни было, мм почти у цели.

Бескрайние просторы вокруг начали заполняться мельчайшими искорками. Это не были звезды — разбросанные на сотни тысяч лли, они не складывались больше в величественную картину Ста Созвездий. Пустоту, окружавшую Ильтон, наполняли тысячи и тысячи звездолетов, прибывших сюда со всех концов Гало. Спирр, разинув рот, взирал на это столпотворение.

— Я вижу, слух о нашем поединке широко распространился по Гало, буркнул Эрхар, искусно лавируя в звездолетной каше.

— Столица автоматически переносится на Ильтон, — загадочно хихикнул Спирр. — Не сомневаюсь, что твой двойник уже отдал на наш счет соответствующие распоряжения!

— Не думаю, чтобы хоть кто-нибудь бросился их выполнять, — вздохнул Эрхар. — Наше дворянство всегда отличалось исключительным чутьем на дворцовые перевороты… чему, впрочем, научили его мы, члены Трибы!

"Ярхал" пробил наконец окружавшее Ильтон облако кораблей, и огромный бок сине-зеленой планеты загородил половину вселенной. Эрхар коснулся пульта. На сером разводе в нижней части безбрежного каравая зажглась и замигала красная точка — аппаратура яхты безошибочно определила местонахождение Храма.

Спирр поспешно опустил руку на фамильный клинок — и вовремя. Легонько звякнули невидимые склянки, «Ярхал» привычно дрогнул, преодолевая оставшееся расстояние, и многоголосый гул собравшейся перед Храмом толпы ворвался в рубку через наружные микрофоны. Почти тотчас экраны поблекли, защищая хозяев корабля от беспощадного света лучей смерти.

— Похоже, нас ждали… — недовольно пробормотал Эрхар.

— Еще бы! — фыркнул Спирр. — Им и в голову не могло прийти, что ты явишься сюда только для того, чтобы отречься от престола!

— Однако стрелять без предупреждения… ах да! — Эрхар облегченно вздохнул. — Мы же вне закона!

Спирр меланхолично кивнул и в свою очередь дотронулся до пульта, вызвав на экране фейерверк всевозможных картинок. Посмотрев несколько секунд на последнюю — яркую зеленую цифру «9» с какой-то закорючкой сверху — он пошевелил губами и произнес без особой уверенности:

— Защита «Ярхала» продержится еще девять часов… если я ничего не путаю… Ведь это, — он ткнул пальцем в непонятную закорючку, — означает час?

— Это означает год, — уточнил Эрхар. — Но нам в любом случае придется покинуть «Ярхал». К тому же, отсюда ничего не видно!

Слова Эрхара редко расходились с делом. Не закончив фразы, он окутался солнечным светом и растаял в воздухе. Спирр, чертыхнувшись, поспешно забормотал заклинания, пытаясь проследить невидимый путь, которым Эрхар покинул «Ярхал».

Очутившись в неглубокой полутемной нише, из которой открывался вполне сносный вид на храмовую площадь, Спирр констатировал, что выследить Эрхара не удалось даже ему. Его двойник, уже успевший увенчать себя невесть откуда извлеченной древней короной, стоял на площади, командуя расчетом четырех лучеметов смерти. «Ярхал», искрясь серебристым защитным полем, бесстрастно впитывал в себя залп за залпом. Толпа дворян и наемников, увлеченная происходящим, не придала особого значения двум людям в монашеских одеяниях, смиренно вышедший из Храма. Внезапный порыв ветра откинул капюшон с головы шагавшего первым, и Спирр удовлетворенно причмокнул — пышные развевающиеся на ветру волосы и чистокровный андрийский профиль лишали Элиса последнего шанса остаться неузнанным.

Поняв это, кандидат во Владыки ускорил шаг. Ропот пробежал по рядам аристократов, и Эрхар-второй обернулся, чтобы лицом к лицу встретиться с подбирающейся сзади опасностью. Увидев Элиса, он отпрянул, сжав кулаки.

— Приветствую тебя, любезный брат! — приветливо произнес Элис, широко улыбаясь. — Не помнишь ли ты пункт седьмой священного андрийского Канона?!

Точно бешеный шквал налетел на седые стены древнего храма. Тысячи дворянских глоток издали единый приглушенный вздох. Элис бил в самое уязвимое место соперника. Пункт седьмой предписывал неповторимую внешность повелителям любого ранга, лишая тем самым близнецов и имеющих двойников прав не то что на престол, но даже на командование собственным крейсером. Любого из тридцати тысяч членов Трибы можно было легко отличить от всех остальных — и никто из присягавших им на верность не смог бы ошибиться в опознании повелителя. И вот теперь Эрхар, имевший близнеца, нагло попирал священный закон!

Аристократы встрепенулись, предвкушая крутую заварушку.

— Еще несколько минут, — отвечал Эрхар без тени сомнения, — и мой злокозненный двойник будет уничтожен вместе со своим дьявольским кораблем. Надеюсь, тогда ты первым из членов Трибы присягнешь мне на верность!

— Тогда — быть может, — усмехнулся Элис, обнажая крепкие белые зубы, — но сейчас по праву старшего из действительных претендентов на трон я требую присяги от тебя.

Новый залп лучеметов смерти озарил лица Наследников фиолетовым светом. Эрхар нахмурился:

— Довольно шуток, брат! Я готов забыть наши прошлые разногласия, но терпение мое не беспредельно…

— О небо! — вскричал Элис. — Ты остался таким же идиотом, как и был! Неужели сидя в моих подземельях, ты так и не понял, что я никогда не шучу?!

Он раздраженно махнул рукой. Эрхар начал поворачиваться к немногим верным ему наемникам, очевидно, вдохновленный идеей развернуть на время один из лучеметов, но тут стоявший за Элисом монах сделал робкий шажок вперед и откинул капюшон.

Одного взгляда хватило Эрхару, чтобы оценить обстановку. Голубая молния вырвалась из его правой руки и ударила у ног Стефана; но в ту же секунду желтое мерцающее облако заколыхалось вокруг могучей фигуры незадачливого Владыки, и Элис легким щелканьем пальцев по пояс погрузил Эрхара в землю. Стефан брезгливо стряхнул с себя остатки синего пламени.

Толпа аристократов издала недовольный гул. Схватка закончилась слишком быстро; но превосходство Элиса было очевидно, и желающих расплачиваться жизнями за прихоти бессмертных не нашлось. Расчеты лучеметов мигом прекратили огонь, браво взяв под козырьки. Элис приветливо улыбнулся своим — наконец-то своим! — подданным.

Стефан за его спиной всплеснул руками, и тонкий, невидимый ни для кого, кроме знавшего толк в подобных вещах Спирра луч протянулся от его пальцев к скованному по рукам и ногам Эрхару. Желтое сияние на миг потускнело, но могучему герцогу Андры хватило и этого короткого мгновения.

Вторая голубая молния сорвалась с его руки и ударила прямо в улыбающееся лицо Элиса.

Еще секунду новоявленный Владыка стоял, обводя невидящими глазами сцену своего возвышения и своего позора, а потом рухнул на холодный камень храмовой площади.

Спирр в своей нише вполголоса выругался и пробормотал несколько сугубо медицинских заклинаний. Поскучневшие было аристократы вновь воспрянули духом.

— Великие события свершатся в этот день, — громко произнес Стефан, выступая вперед. — Горько видеть, как лучшие сыны Андры гибнут в междоусобицах. Но к счастью для Гало, свежая ольмийская кровь готова влиться в клонящийся к закату дом Андры! Во славу Андры и Ольми, объединенных после тысячелетий раскола, я принимаю на себя управление Гало. Время заносчивых феодалов уходит; я призываю вас вместе со мной приветствовать расцвет Новой Андры!

И пока разинувшие рты подданные таращили глаза, внимая этим неслыханным речам, Стефан закончил свое выступление короткой и веской фразой:

— Можете появиться, Дюрек!

В тот же миг сотни боевых глайдеров, возникших прямо в воздухе, затмила солнце. На большом белом диске, зависшем прямо перед храмом, поднялась толстая внушительная фигура, приложила руку к животу и отрапортовала:

— Ваше величество! Королевская гвардия готова навести порядок в подвластных вам пределах!

— Браво, Дюрек! — растроганно произнес Стефан.

Но великие дела, которым он сам повелел свершиться в этот день, продолжились весьма неожиданным образом. Наступившую мертвую тишину нарушил гулкий металлический звон. Это открывшийся трап «Ярхала» стукнулся об отполированные тысячами ног гранитные плиты. В парадном проеме «Ярхала» стоял Эрхар, могучий, озаренный Знаком Андры, неуязвимый.

Дюрек на своем глайдере опустил руку, близоруко прищурился и икнул от страха. Стефан нахмурился:

— Я забыл, что двойники обычно появляются вдвоем… Но у меня есть чем порадовать и тебя!

— Гнерм бдриг скромм, — перебил его Спирр. — Боюсь, у моего братца нет настроения получать подарки!

Заклинание, произнесенное Спирром, побило все рекорды низости и нечистоплотности. Вот так, со спины, в момент расслабления перед ответственным заклинанием, никто еще не нападал на Стефана со столь гнусными намерениями. Побелев как полотно и зажав нос, Стефан со страдальческой миной погрузился в разверзшееся у его ног озеро жидкого навоза. Он не пытался сопротивляться. Пропустивший такой удар маг никогда уже не сможет внушить своим подданным ничего кроме неудержимого смеха.

Эрхар, которому по понятной причине никто не препятствовал, сошел по трапу на твердую землю и остановился перед лежащим без признаков жизни Элисом. Почувствовав на себе тяжелый испытующий взгляд, Элис приоткрыл один глаз.

— Еще один?! — вскричал он тут же, вскакивая на ноги и принимая защитную стойку. — Или…

Взгляд его устремился к поясу Эрхара, на котором — увы! — не висел сейчас его фамильный клинок.

— Почему бы тебе, — презрительно произнес Эрхар, — не приостановить позорящие мужчину интриги и не попытаться завладеть Троном в честном бою?!

— Э-э-э… Это что, вызов?! — пробормотал Элис, дрожащими пальцами нащупывая собственный фамильный клинок. Почувствовав под рукой его холодную рукоять, он несколько приободрился. — Ты предлагаешь поединок?!

— Совершенно верно! Мои условия: проигравший присягнет победителю, и да пребудет покой над многострадальным Гало!

— Но… у тебя нет клинка! Я не могу сражаться с безоружным! схватился Элис за последнюю соломинку.

— Это будет магическая дуэль, — холодно произнес Эрхар. — Ты готов?

— Магическая?! — Элис изумленно воззрился на Эрхара. — Но… но…

Слова не шли у него с языка. Сражаться с Эрхаром на тахионных клинках было безумием — но точно так же вступить с ним в магическую дуэль означало покрыть себя позором расправы над беззащитным. Чего ради Эрхар шел на верное поражение? Или… Прочтя в серых глазах Эрхара ответ, Элис изменился в лице.

— Хорошо, я согласен. Защищайся! — быстро произнес он.

Мириады голубых молний сплелись в воздухе, тяжкие громы сотрясли древний храм. Магические дуэли скоротечны — вот и сейчас не успели вконец опешившие зрители сообразить, что происходит, как один из дуэлянтов уже лежал на земле, спеленутый по рукам и ногам мягким, но беспощадным заклинанием покоя.

Элис вытер пот со лба и затравленно оглянулся. Судьба готовила ему еще одно испытание.

С обнаженным клинком в руке к Элису приближался невесть откуда взявшийся Спирр.

Элис следил за его приближением с расширившимися от ужаса глазами. Устоять против Спирра в любом поединке — магическом или фехтовальном — он даже не мечтал и потому обдумывал только варианты почетного бегства. К сожалению, бегство относилось к тем действиям, которые никогда не были в Андра в почете.

Спирр неожиданном опустился на одно колено и положил перед Элисом свой клинок.

— Клянусь служить тебе, Владыка! — произнес он извечную формулу.

Земля поплыла под ногами Элиса, стены храма, толпы зрителей, зеленое небо — все закружилось перед глазами. Новый Владыка Андры робко улыбнулся и затряс головой, пытаясь отогнать наваждение, но меч все так же лежал у его ног, и Спирр стоял перед ним, преклонив колено в знак покорности. Не в силах поверить в свершившееся, Элис стоял, затаив дыхание, и многие зрители приняли его позу за властную и надменную.

Спирр подобрал свой клинок и подошел к Эрхару, созерцающему зеленое небо Ильтона.

— Вот видишь, — произнес тот недовольно. — Я так и думал, что это заклятье…

— Опомнись! — возопил Спирр. — Какое заклятье?! Ты что, забыл, что Элис всегда побивал тебя в магии?!

— Разве? — простодушно изумился Эрхар. Спирр ничего не ответил, воздев руки к небу. Эрхар несколько раз моргнул, уясняя ситуацию. — Ты хочешь сказать, что мы зря все это устроили?!

— Ну, — пробормотал Спирр, косясь на полуживого от счастья Элиса, не так чтобы уж совсем зря… По крайней мере Андра обрела наконец достойного ее Владыку.

— И мы можем с чистым сердцем приступить к завершению мести, мечтательно произнес Эрхар. — Клянусь своим утерянным клинком, что мы найдем и уничтожим Звездный Храм — сосредоточение мирового зла, кто бы и что бы не скрывалось за этим названием!