Конкурент конкуренту - друг.

ГЛАВА 1.

Эльен, накинув Полог Невидимости, затаился за столиком в углу таверны. Взгляды завсегдатаев и случайных посетителей скользили мимо него не задерживаясь. Только маг, равный по силе, мог бы сейчас его обнаружить и препроводить к наставнику, но таковых здесь не наблюдалось.

Публика нынче собралась самая разнообразная — компания из трех эльфов, десяток людей, несколько гномов и даже один угрюмый тролль, перед которым рядком выстроились пустые деревянные кружки из-под эля. Судя по одежде, все собравшиеся принадлежали к среднему классу — не богачи, но и не оборванцы, у которых ветер гуляет в карманах. Среди них Эльен выглядел бы белой вороной, если бы нашлось кому оценить со стороны. Его зеленый камзол был щедро отделан переплетением золотых и серебряных нитей, пуговицы представляли собой маленькие изумрудики, а на уголках воротника сверкала парочка бриллиантов. Из-под рукавов торчали белоснежные манжеты, выполненные из легчайшей кружевной ткани. Из нагрудного кармана выглядывал аккуратно сложенный ярко-алый платочек. Ноги обтягивали зеленые бриджи, заканчивающиеся чуть ниже колен, а дальше шли белоснежные чулки и легкие кожаные ботинки. Эльен не был худощавым, но и атлетом его назвать ни у кого язык бы не повернулся. Он, как говорят, имел среднюю комплекцию и средний рост. Его лицо, украшением которого служил улыбчивый рот с полными губами и веселые искорки в ярко-голубых глазах, могло бы принадлежать даже ангелу. Белые прямые волосы падали на плечи и спину и доходили до лопаток. Они надежно скрывали удлиненные острые уши, но, даже и не видя их, любой смог бы сказать, что перед ним сидит чистокровный эльф из высокопоставленной семьи. Но не происхождение и прочие отличия от посетителей таверны могли послужить сейчас источником опасности. Шальные искорки, затаившиеся на дне глаз эльфа, выдавали его желание поразвлечься, устроив какую-нибудь каверзу.

Эльен был настоящей головной болью для своего наставника магических наук. Магистр Тираэль частенько вздыхал, поднимая глаза к небу, и вопрошал, за какие грехи ему суждено такое наказание. Нет, к способностям и старательности, с которой ученик подходил к новым знаниям, у него претензий не было. Эльен все моментально усваивал, и редко что могло привести его в замешательство. Но если Тираэль искал над своим столом магическую ловушку, например заготовку для внезапного появления ведра с ледяной водой, то обязательно садился на самую обыкновенную канцелярскую кнопку, зашитую (вручную!) под тонкую шелковую обивку стула. А когда он предусмотрительно менял стул, то у него запросто могла взорваться в руках чернильница, обрызгав с ног до головы. Каждый раз, входя в комнату для занятий, Тираэль настороженно смотрел на ученика и получал в ответ ангельский взгляд. Гордость не позволяла магистру проводить на входе полную магическую проверку помещения, чтобы избежать неприятностей. И совсем немыслимо для тысячелетнего эльфа было бы потрошить стул под насмешливым взглядом ученика. Поэтому он регулярно страдал от каверз Эльена и в наказание назначал дословно выучить за одну ночь кучу мудреных свитков на древнем языке, которые сам бы не запомнил и за неделю. К большому сожалению Тираэля, память так ни разу и не подвела шкодливого ученика. А магистр так надеялся…

Эльен внимательно следил за компанией гномов, сидящей в двух метрах от него за соседним дощатым столом, уставленным разнообразной снедью. Он ловил момент и пытался сообразить, что ему предпринять, чтобы устроить в таверне веселенькие разборки между посетителями, оставаясь при этом вне подозрений. Эльф, поставив локоть на стол и подперев кулаком подбородок, прислушивался к разговору. Только гномы ему сегодня попались какие-то заумные. Их беседа крутилась вокруг горных шахт и тоннелей, инструментов и прибылей. Эльен поморщился и решил, что устроить ссору, сымитировав голос кого-то из бородачей, ему сегодня не удастся. Придется выдумать что-то более примитивное, вроде опрокинутой на одного из них кружки с элем. Эльф осмотрел на гномов, выбирая, кому, по его мнению, выпивка сегодня уже не нужна. Молодому чернобородому гному не слишком плотного сложения? Или рыжему толстячку с бородой до пояса? А может, седовласому с медным обручем вокруг головы? Эльен наметил четвертого — мускулистого юнца с короткой бородкой и кулаками, напоминающими две кувалды.

С ухмылкой он потянулся, чтобы опрокинуть кружку набранного гнома на рыжего толстячка. «Сейчас, сейчас вы у меня попляшете, — подумал он. — Прошлый раз так забавно было наблюдать, как ваши сородичи таскают друг друга за бороды! А еще кичитесь, что все гномы — братья!».

Внезапно Эльен заметил, что между столами по проходу, в который он свесился со стула, идет человек. Двигалась эта личность быстро и решительно, так что бедный эльф еле успел убраться с его дороги, не завершив задуманную шалость. Немолодой, но подтянутый человек с уверенными манерами подошел прямо к компании гномов и заговорил с ними:

— Доброго вам вечера, мастера. Пусть труд ваш будет плодотворен и приносит только радость. Дозволите ли вы присоединиться к вашей беседе и разделить стол?

Эльен с удивлением уставился на чудака, добровольно пожелавшего послушать скучнейшие рассуждения о качестве камня, методах работы и о другой дребедени, которую он уже пропускал мимо ушей. Взгляд незнакомца выражал живейший интерес к любым словам гномов. Так что седовласый нахмурился, но все равно жестом предложил занять место у их стола. Эльен почувствовал раздражение. «Ну и зачем ты мне здесь сдался? — с досадой подумал он. — Развлекаться мешаешь!».

Но человек с головой ушел в беседу, живо интересовался любыми сведениями, и весь его вид говорил, что он обосновался за столом надолго. Терпения белокурого эльфа хватило всего на пятнадцать минут. «Сам напросился», — наконец решил он, потянулся и опрокинул кружку крепыша на колени рыжему гному, как и намеревался вначале. На пол она не скатилась.

— Мой эль! — громко пробасил Эльен, подражая голосу мускулистого гнома. — И кружка теперь негигиенично грязная! — Эльф задумался, а знакомо ли вообще «темным» гномам такое слово, как «гигиена». Вряд ли у них настолько богатый словарный запас. Однако пофилософствовать ему не дали.

— Что?!! — взревел рыжий гном. — Это меня, своего товарища, ты назвал грязным?! — Он привстал из-за стола и отвесил крепышу тяжелую оплеуху.

Тот недоуменно моргнул, так как твердо знал, что ничего не говорил вслух, и, оскорбившись, ответил тем же. Только вот сил у него было побольше, так что толстячок слетел со стула и с грохотом приземлился на устланный соломой деревянный пол.

— Прекратите, пожалуйста, — вмешался человек, схватив мускулистого гнома за руку. — Мы еще не все обсудили! Продолжите свою драку чуть позже!

Зря он так сказал…

— Драку?! — взревел рыжий гном, вскакивая с пола. — Гномы никогда не дерутся между собой! У нас была просто воспитательная беседа! Когда мы решаем драться, мы бьем кулаком, вот так! — Он продемонстрировал удар, целясь оскорбившему их род человеку в челюсть.

Незнакомец едва успел увернуться. А промах еще больше распалил рыжего.

— Торин, не надо! — вмешался чернобородый гном, Вставая между коллегой и человеком. — Мы же не до конца обсудили дела!

— С дороги! — проревел вспыльчивый гном и с силой толкнул миротворца. Он замахнулся правой рукой на человека, но тот блокировал его удар, нацеленный в лицо. Зато кулак левой руки с силой погрузился в живот незнакомца, заставив согнуться пополам.

— Наших бьют! — раздался чей-то вопль в другом углу таверны.

Шестеро человек повскакали с мест и с угрожающим видом двинулись к гномам, чтобы отомстить за соплеменника.

Такого успеха своей затеи Эльен не ожидал! Он цапнул с соседнего стола яблоко и вгрызся в него белоснежными зубами, с интересом следя за развитием событий. Выходило веселее, чем в театре!

Гномы, оставшись в меньшинстве, не струсили и решили дать достойный отпор, показав, как надо драться. Первый же приблизившийся человек встретился с огромным кулаком Торина и отлетел на несколько метров, приземлившись на стол к эльфам. Жаркое из птицы и почти полный кувшин вина полетели на пол. Эльфы возмущенно вскочили на ноги. Одежда двоих из них была безнадежно испорчена расплывшимися пятнами вина и жира. Они подхватили с пола бессознательное тело, лишившее их оплаченного ужина, и отправили его в обратный полет. Тело метко сбило двоих из драчунов. Головы гномов и людей повернулись в сторону эльфов. На лицах остроухих застыло презрительное высокомерное выражение.

— Невежественные скоты! — произнес один из эльфов, платочком счищая с камзола поджарку из лука и клейкую массу соуса.

Лучше бы он промолчал…

И люди, и гномы приняли оскорбление на свой счет и решили поквитаться. Кулаками. Обгоняя и мутузя друг друга по дороге, они ринулись на эльфов. Завязалась общая драка.

— Дай ему! Тащи за бороду! Лупи! — азартно и во весь голос болел Эльен за своих, попутно жуя все, что не успели опрокинуть на пол со столов драчуны. Его голос терялся в какофонии громких звуков. Эльфы, хоть и не отличались силой, но постоять за себя могли. Эльен не рассчитывал, что в драку будет вовлечено столько народа, но сейчас назвал свою сегодняшнюю шалость вполне удавшейся. Весело, только что-то не очень безопасно…

— Куда?!! — завопил Эльен, обнаружив, что драка слишком близко подкатилась к нему, и поспешно отошел в сторону, к еще не опрокинутому столу с едой. Жаль будет, если все добро так и пропадет, когда рядом есть голодный эльф.

— Ринг для вас — слева, а места для зрителей, для меня то есть, — справа! — громко уточнил он, но его, естественно, никто не услышал. — Не увлекайтесь! Мне синяки ни к чему! Я сам и драться-то не умею! Это занятие не для эльфа, владеющего магией.

Дерущиеся никак не отреагировали на его пламенную речь и разбрелись или разлетелись (кто не так везуч) и на правую, и на левую сторону таверны.

— Ребята, я же свой! — завопил Эльен эльфам. — Как же вы допускаете, чтобы вокруг меня бродили гномы?!! Лупи их! А кто разрешил взлет этому человеку?! Он же меня едва не сбил! — возмущался белокурый эльф, носясь по таверне и веселясь от души. — О! А это, наверное, уже подводная лодка, — указал он на человека, лежащего в громадной луже эля. — Или корабль?.. Нет! Если без сознания — то подводная лодка! Говорят, в Алории есть такая странная конструкция для погружения под воду. А столы не трогайте, я еще не поел!!!

Один из эльфов не успел увернуться и попал под удар к чернобородому гному, отчего пролетел полкомнаты. Приземление было шумное. Он рукой смел со стола все стоящие перед флегматично сидящим троллем кружки и врезался спиной в стену. Стена выдержала, а вот нервы у тролля — нет…

Громадный зеленокожий верзила с голым черепом и стальными мускулами с громким ревом вскочил на ноги. У всех драчунов аж уши заложило. Эльен, стоя в проходе между столами, застыл, схватившись за голову. Ему показалось, что он оглох. Эльф зажмурился и потряс головой, впрочем так и не выпустив из рук «одолженной» с соседнего стола ветчины. Эх, зря он закрывал глаза!.. Перед тем как потерять сознание, Эльен успел заметить только нечто громадное и зеленое, с ревом несущееся по проходу в его сторону. Такого развития событий эльф не ожидал. Хотя и тролль был очень удивлен, встретив преграду на своем пути и увидев, как из ниоткуда в воздухе появляется тело и отлетает на несколько метров в сторону. Ветчина приземлилась чуть дальше.

Викэлю было скучно. Он брел по улице сквозь плотные ряды народа и пытался придумать себе развлечение на остаток вечера. Его долговязая худощавая жилистая фигура на полголовы возвышалась над остальной массой людей. Черные, коротко остриженные волосы разметались от ветра, на затылке несколько прядей встали торчком, придавая их обладателю небрежный и воинственный вид. Сейчас он напоминал всклокоченного петуха-забияку. Худой длинный нос вполне можно было сравнить с клювом. На лице выделялись также высокие скулы и непроницаемо черные глаза. Вокруг тонких губ затаились мелкие мимические морщинки, указывающие, что данный субъект умеет не только хмуриться и грустить, но и от души веселиться. Как ни странно, но острые угловатые черты и квадратный подбородок смотрелись вполне гармонично и вместе создавали красивое мужественное лицо. А как же иначе? Ведь эльф не может быть уродом, это скажет вам каждый. А глядя на острые уши, и не спугаешь его с человеком.

Одежда Викэля была неброской. Черные широкие брюки поддерживались на поясе плетеным кожаным ремнем с массивной пряжкой. Низ кремовой свободной рубашки с одного бока был небрежно заправлен за ремень, а с другого — свободно свисал, развеваясь на ветру. Верхняя пуговичка выскользнула из петли, открыв грудь с серебряным медальоном на тонкой цепочке. Короткий черный камзол был полностью расстегнут.

С первого взгляда Викэль производил впечатление не очень богатого эльфа, но если приглядеться… Мрачная ткань его камзола была заговоренной и обладала способностью отклонять скользящие удары ножей и стрелы, выпущенные из не слишком мощного лука. В ее качестве хозяин уже успел убедиться в нескольких стычках. Один метр такой ткани стоил столько, сколько иной горожанин зарабатывал за десять лет напряженного труда. А если бы еще кто-то мог рассмотреть печатку на мизинце левой руки Викэля, то был бы очень удивлен, узнав герб одного из самых богатых и знатных семейств государства. Отец Викэля был министром иностранных дел при правителе.

Но судить о качестве и цене ткани могли не многие встречные на пути эльфа, а печатку он предусмотрительно перевернул гербом в сторону ладони. Не то чтобы он скрывал свое происхождение… просто выпуклый ободок драгоценного металла мешал ему хорошо и бескровно наносить удары. А подраться Викэль любил, о чем ясно свидетельствовали сбитые костяшки на обеих руках. Зря его отец сотрясал воздух словесами о поведении, недостойном наследника столь знатного рода. Да и воспитательные беседы наставника Тираэля результатов не давали.

Данный эльф был второй головной болью для опытного учителя магии. Викэль легко раздражался и вспыхивал от малейшего оскорбления. Зачастую терял от этого концентрацию, и все заклинания, которые он творил в данный момент, имели самые неожиданные последствия. Тираэль мог бы сравнить его с ящиком пороха, оставленным в окружении ярко пылающих костров. Викэль не обладал особым мастерством и не отличался хорошими способностями к учебе, однако его сила и мощь поражали. Без особых знаний, только на голых эмоциях он мог сотворить такое, что было под силу только опытным магам, перешедшим тысячелетний рубеж. Одна беда: разрушать и портить у черноволосого эльфа получалось гораздо чаще, чем создавать. Таков уж характер.

Учеником Тираэля он числился уже десять лет, за предыдущие пять успев поменять девятерых наставников, которые с радостью прощались с ним навсегда. Как и положено, Викэля начали учить применять магию в возрасте ста лет, когда он по меркам эльфов достиг совершеннолетия и проснулся его природный дар. Считалось, что в этом возрасте на смену детской безрассудности приходит здравый смысл и умение взвешивать свои поступки, а потому и просыпается магический дар, реагируя на перестройку психики. Однако некоторые наставники могли бы поспорить с этим утверждением на примере отдельных личностей. Познакомившись с Викэлем, они начинали склоняться к мысли, что цифра «сто» просто служила ключом к двери, за которой таились способности к использованию магии. Хотя приход здравого смысла и умения взвешивать свои поступки мог и подзадержаться…

Викэль размашистым шагом дошел до конца квартала и свернул к площади. Чтобы поднять себе настроение, он принялся тихонько насвистывать любимую мелодию. Соловей, услышав его, точно бы удавился. Вот только не от зависти, а от ужаса. Слуха у черноволосого эльфа абсолютно не было, впрочем, хорошего голоса тоже. Со стороны людей было слишком опрометчиво наделять весь род остроухих великолепными музыкальными способностями. Хотя… Может, это просто Викэль являлся исключением из всех правил. Ему гораздо ближе оказалось воинское искусство. Ни одна шайка городских бандитов, наученная горьким опытом, уже не рисковала с ним связываться. Шпагой, кулаками, кастетом, кинжалами вспыльчивый эльф владел лучше всех в столице. В драке для него не существовало запрещенных приемов, там было не место благородным жестам, зачастую граничащим с глупостью. Конечно, у военных были великолепные учителя — правитель не жалел денег на содержание армии, — но у Викэля был опыт, причем приобретенный не в учебных поединках. Подобным могли похвастаться только ветераны военных кампаний и рыцари плаща и кинжала. Но все равно у них не было еще одного преимущества, которым владел черноволосый эльф, — магии, которая в случае угрозы жизни (о чудо!) начинала работать почти в соответствии с желаниями своего хозяина.

Викэль вышел на площадь, в центре которой возвышалась пятнадцатиметровая статуя основателя столицы. Впереди он услышал громкий голос. На зевак орал сержант городской стражи:

— Разойдись! С дороги, придурки! Кто здесь хочет провести ночь в каталажке?

Эльф сделал еще пару шагов, и причина злости служителя порядка стала для него понятна. Шестеро стражников с красными от натуги лицами пытались пронести сквозь толпу в сторону дворца какую-то подозрительную громадную металлическую конструкцию. Что это такое, Викэль не понял. Скорее всего, подарок от соседней державы — Алории, где магов было маловато, зато вовсю развивалась техника на основе магии. Эльф слышал, что в столицу как раз прибыло посольство из этой страны.

Конструкция представляла собой несколько колец разной высоты и разного диаметра, соединенных между собой шестью лучами от центра. Самое маленькое внутреннее кольцо имело диаметр где-то в полтора человеческих роста и ширину в один локоть. Внешнее было раза в два-три шире, и его диаметр вмещал примерно три человеческих роста. Между этими кольцами было закреплено еще несколько с разным шагом и шириной — от одного пальца до трех локтей. Викэль так и не разобрал, по какому принципу выбирали, какое кольцо за каким следует, но ему стало любопытно. «А не облегчить ли мне труд стражникам?» — с ухмылкой подумал он, перебирая варианты. Эльф представил, какая поднимется на площади паника, если громадная тяжелая конструкция взлетит над головами, и мечтательно улыбнулся. Одно плохо: с левитацией предметов у него были проблемы. Викэлю понадобилось на уроке около часа напряженной работы мысли и около двадцати минут медитации (рекорд для неусидчивого эльфа!), чтобы приподнять над столом перышко. Левитация требовала чересчур большой сосредоточенности.

«Попробовать, что ли? — задумался Викэль. — Хорошая шутка должна выйти. А какие глаза должны стать у стражников, когда они поймут, что бесценная конструкция улетает от них, будто воздушный шар! А как все должны вопить!».

Тут черноволосого эльфа сильно толкнули и отвлекли от мечтаний. Вокруг поднялся страшный шум. Викэля чуть не сбили с ног. Народ явно куда-то заторопился и не желал мириться с преградами на своем пути. Эльф поднял глаза от тротуара и не сдержал хохота. Металлическая конструкция висела в воздухе в центре площади прямо над головой статуи. Внешнее кольцо медленно вращалось по часовой стрелке. За него лихорадочно цеплялись пятеро стражников, дрыгая в воздухе ногами. Их шестой товарищ оказался умнее или удачливее и вовремя убрал руки от конструкции. По иронии судьбы это оказался командир. Теперь он бегал кругами вокруг статуи и орал:

— Вы куда его утащили?! Спускайте его пониже! Магистр нас убьет, если мы что-то поломаем! Грэг, опускай его, я приказываю!

— Сам опускай! — огрызнулся названный стражник. — Я и себя-то не знаю как спустить! Ты еще скажи, что поймаешь нас внизу!

Командир мигом как-то позеленел и поспешил отойти Нв десяток шагов подальше.

— Так, двое пытаются уцепиться за статую и тянут кольцо к земле, а остальные прыгают и ловят его внизу! — распорядился он.

— Ку-у-да прыгают? — недоуменно переспросил один из стражников. — Я тут что-то стога сена не вижу, а без него с такой высоты прыгать не буду!

— Это дезертирство! Прямое неповиновение приказу! Да я вас… — брызжа слюной, разорялся командир.

Викэль, наблюдая за этой сценкой, согнулся пополам от хохота. За его спиной веселился народ, собравшийся на некотором удалении от статуи. Эльф ничуть не выделялся из толпы, состоящей из людей, орков, троллей и его собратьев. Никто не смог бы в нем заподозрить виновника происшествия.

— Подтягивайтесь наверх! — продолжал давать советы командир. — Попробуйте на нем попрыгать!

— Только после вас! — откликнулся Грэг. — Командир всегда должен служить примером. Вот и покажи, каким образом можно прыгать на сооружении в палец толщиной!

— У меня уже голова кружится! И пальцы немеют! Я сейчас упаду! — пожаловался самый толстый из стражников. — Остановите его, а?

Викэль уже и сам был бы рад опустить и стражников, и конструкцию на землю, но сделать ничего не мог. Эльф попытался смотреть в тротуар и считать до двадцати, надеясь, что без его внимания левитация перестанет действовать, но все было бесполезно. Магия, порожденная его эмоциями, не желала действовать по обычным законам. Викэль начал волноваться, представляя, что в скором времени может произойти. Он на ватных ногах начал пробираться сквозь толпу к краю площади, где, как запечатлела его память, должны стоять скамейки для отдыха. Силы воли эльфу хватило только на то, чтобы дойти до них. Сесть он не успел, рухнув в обморок прямо на брусчатые плиты площади.

Через пару секунд раздался ужасный грохот, земля содрогнулась, как от землетрясения. В ближайших к площади домах повылетали стекла и витражи. Конструкция при падении немного помялась и потеряла несколько деталей, отлетевших в толпу. Командир стражников в ужасе схватился за голову, созерцая образовавшийся вокруг статуи ряд низеньких заборчиков. Пятеро его подчиненных сидели на брусчатке, ошалевшими глазами смотрели на новое «украшение» площади и потирали синяки, полученные во время доблестного несения службы.

ГЛАВА 2.

В кабинете правителя Морении, названной так из-за окружающих территорию державы морей, собрались трое. Магистр Тираэль нервно ходил от одной стены к другой. Это был темноволосый эльф, опытный маг, возглавлявший Совет магистров. По человеческим меркам он выглядел лет на сорок, не больше. Магистр предпочитал одеваться преимущественно в коричневое и не расставался с записной книжкой, которая всегда выпирала из заднего кармана брюк. Что он в нее записывает, никто не знал. Тираэль говорил, что это его заметки на случай старческого склероза. Проблема была в том, что как минимум еще пятьсот лет подобная болезнь ему не грозила. К тому же никто не слышал, чтобы эльфы страдали подобным недугом.

Возле двери, прижавшись спиной к стене, чтобы не мешать магистру, стоял тридцатилетний человек с неприметной внешностью, но очень неприятным взглядом. Любой, с кем он встречался глазами, тут же чувствовал холодный озноб. Глава тайной полиции прекрасно знал об этом эффекте своего взгляда, а потому, выходя на улицу, опускал на нос чуть затемненные очки в тонкой серебряной оправе, которые сейчас торчали из нагрудного кармана рубашки. Близкое окружение правителя знало его под именем Диего. Они не представляли, как шеф разведки попадал во дворец, минуя стражу, и как отсюда выходил, не представляли, где он живет и каков его титул. Просто, когда Диего нужен был правителю, он появлялся перед дверями кабинета и просил доложить о его приходе. Выследить его никому из любопытных так и не удалось. Предполагали, что он обладает даром предчувствия, позволяющим ему приходить, когда это необходимо. Поговаривали также, что входит этот человек через тайный ход, показанный ему правителем, однако точно никто не знал. Правитель обращался к нему всякий раз, когда хотел что-то узнать о происшествии в стране или за ее пределами. Он хорошо плати/ Диего и не интересовался, кто на него работает, сколько человек, в каких городах, главное — результат.

Третий человек сидел в кресле с высокой спинкой за массивным столом, сплошь заваленным бумагами, порядка в которых на первый взгляд совсем не наблюдалось. Впрочем, на второй и третий — тоже… Любой шпион отчаялся бы найти здесь нужный документ. Бумаги, относящиеся к одному делу, можно было отыскать в разных стопках на разных концах стола, и, чтобы собрать их вместе, надо было хорошо потрудиться или просто являться человеком, который их так разложил. Причем правитель действовал так не из-за шпионов, а в силу характера, потому что любил головоломки и все необычное, странное. А еще ему доставляло большое удовольствие наблюдать, как секретарь лихорадочно пытается собрать все нужные документы, злится, но делает (безуспешно, впрочем) бесстрастное лицо. Правителю подобная маска в такие моменты удавалась лучше… В общем, он развлекался, как мог и как позволяло его общественное положение. Близкие друзья, к которым, несомненно, относились Тираэль и Диего, звали его по имени — Берт, но только наедине. В остальное время правителю приходилось привычно пропускать мимо ушей кучу титулов. Поэтому большого скопления народа и гостей Берт очень не любил, но вынужден был делать любезную мину. Став правителем, он начал очень ценить одиночество и простоту. Это произошло пять лет назад, когда ему было двадцать три.

— Ну и что мы будем делать с Черным и Белым? — поинтересовался Берт. — Это же настоящее стихийное бедствие!

— И ты мне об этом будешь еще рассказывать?! — возмущенно всплеснул руками Тираэль. — Это я с ними общаюсь почти каждый день! Это мне на прошлой неделе пришлось укоротить волосы до плеч, так как Белый подпалил мне шевелюру.

— Насколько я знаю, — с непроницаемым лицом начал уточнять Диего, — это не он подпалил твои локоны, а ты сам зачем-то принялся наматывать их на взорвавшийся карандаш.

— Ага, а на нем что, написано было, что он через двадцать секунд взорвется?! — повернулся к нему магистр.

— Ну, зная Белого, надо было ожидать… — неожиданно неуверенно протянул Диего.

— Зная Белого, надо приходить в окружении полной магической защиты, в старинных тяжелых доспехах и рогатом шлеме! — воскликнул Тираэль в ответ на это замечание.

— Хочешь одолжу?! — с веселым прищуром поинтересовался правитель. — У меня в оружейной где-то должны стоять такие латы.

— Измываетесь?!

— Берт, — обратился Диего к правителю, — боюсь, что тебе тогда придется выделить нашему магистру и персональных носильщиков, а то кое-кто немного хлипковат и, боюсь, под весом доспехов сможет передвигаться только ползком. Несолидно как-то… В его-то годы.

— Точно измываетесь, — констатировал Тираэль. — И, между прочим, на свои бы годы посмотрели! Я всего на десяток лет старше по человеческим меркам!

— Да? — прищурился Берт. — А кто же тогда был советником у моего прапрапрадеда? Твоя тень? Так что разница не в десятке лет, а в тысяче!

— Да что вы все про мой возраст! Лучше скажите, что будем делать с Черным и Белым?

— Совсем распустились, — поморщился Берт. — Эльен сорвал мне сделку государственной важности с гномами. А ведь мой человек с ними почти договорился! Все было так хорошо рассчитано… Гномы отказались заключить сделку на поставку драгоценных камней непосредственно с государством, а так они и не догадались бы, что случайно подсевший к ним делец — мой посредник. Этот «ангелочек» своей очередной шуточкой оставил государство нищим!

— Не преувеличивай, — хмыкнул Диего. — До нищеты тебе еще далеко.

— Это ты моему казначею скажи, который у меня вчера в кабинете два часа стенал из-за провала сделки с гномами. У меня что — уши казенные?!

— Ну, поскольку ты целиком занимаешь государственную должность, — с серьезным видом начал рассуждать Диего, — то, стало быть, уши, как часть тебя, казенные! — И шеф тайной полиции ехидно улыбнулся.

— Хам! — Правитель запустил в друга тяжелым хрустальным пресс-папье. Берту оно никогда не нравилось, но это был подарок жены. Так что сейчас он нашел хороший повод его разбить. «В порыве гнева, дорогая… Случайно… Первое попалось под руку», — сочинил речь правитель, хладнокровно наблюдая за полетом хрупкого хрусталя.

Диего ловко поймал пресс-папье в воздухе на подлете и хмыкнул:

— Даже и не надейся избавиться от него с моей помощью. Разбирайся с женой и ее подарком сам. — Он преувеличенно аккуратно поставил хрустального зайца на стол и протер пальцем морковку, зажатую в его лапах.

Правитель отобрал у Диего пресс-папье и отодвинул подальше на другой конец стола, чтобы он не крутил статуэтку и не смог прочитать на дне дарственную надпись. Но было поздно. Чтоб шпион и не заметил такого компромата?! Тем более что тот сам в прямом смысле прилетел к нему в руки.

— Что там написано? — ехидно поинтересовался Диего. — Я верно понял: «Моему любимому зайчонку»?

Берт смущенно покраснел, и ему не удалось это скрыть.

Тираэль не сдержал смешка, за что был награжден преувеличенно грозным взглядом правителя.

— Не сердись, — заметил магистр. — Поздно. Твой секретарь наверняка уже тоже прочел надпись и по секрету рассказал половине дворца.

— Мой секретарь, в отличие от некоторых, — правитель кинул взгляд на главу разведки, — не читает все подряд. Да и некогда ему крутить в руках всякие статуэтки и замечать всякие глупости.

— Верно, — согласился магистр. — Он у тебя постоянно лихорадочно перерывает весь стол, но вряд ли успевает осмыслить содержание хоть одной бумажки. Просто не успевает.

— Да, — согласился Берт, — моя система раскладывания бумаг, как оказалось, абсолютно не оставляет времени для посторонних вещей. Бедолага под моим требовательным взглядом чересчур торопится, чтобы во что-то вчитываться.

— А у тебя случайно нет какой-нибудь системы, чтобы, наоборот, заставить кое-кого вникать в смысл информации? — поинтересовался магистр. — Очень бы не помешало опробовать ее на Черном.

— Да, твой второй ученичок тот еще фрукт, — согласился Берт. — Это же надо было разбить подарок Алории?! Как я с их послом объясняться буду?! Они прислали нам стационарный телепорт для мгновенного перемещения любых лиц и вещей к их столице, а мы, получается, его демонстративно разгрохали и не нашли ничего лучше, как применить в качестве ограды для памятника! Только бы никто из алорцев не заметил этой конструкции на площади раньше времени, пока я не придумаю правдоподобное объяснение и со скорбным видом не сообщу им!

— В истинное объяснение я бы тоже не поверил, — заметил Диего. — Только вот послы же не глухие, а народ до сих пор вспоминает вчерашнее веселье.

— Пусть вспоминает, — отмахнулся Берт. — Ничего алорцы не услышат, маги должны были об этом позаботиться. Тираэль, ведь так?

— Ага. Я к послу еще и леди Мирабэль приставил в качестве сопровождения. Надеюсь, алорцу сейчас совсем не до слухов.

— Да, — хмыкнул Берт, — леди-несчастье времени на раздумья ему не даст.

— А вам посла не жалко? — поинтересовался Диего.

— Мне себя будет жалко, если до него дойдут слухи, — ответил шпиону правитель.

— Тем более что леди Мирабэль радовалась, как ребенок, когда ей дали ответственное поручение, — заметил магистр. — Обычно ей ничего не доверяют. А галантный алорец не посмеет пожаловаться на даму, — хохотнул Тираэль. — Так и будет страдать молча. Вот бы и ученичков моих от проказ так отвлечь!

Диего с правителем переглянулись. Их обоих посетила одна и та же мысль.

— А почему бы и нет? — со зловещей усмешкой сказал шпион. — Леди Мирабэль вроде замуж пора?

— Да, — подтвердил магистр. — Только вот она одна, а учеников у меня двое. Не сходится.

— Сойдется! Вы им соревнование устройте, — предложил Диего.

— Не пойдет, — вздохнул Тираэль. — Они решат за километр обходить это ходячее несчастье и добровольно за ней ухаживать не станут.

— Значит, будут ухаживать под принуждением! — припечатал правитель. — Я отдам приказ, по которому Совету магистров будет разрешено создать вокруг Викэля и Эльена Сферу Отчуждения, скажем, на двести лет. Запрет на пользование магией будет снят только с того из них, кто женится на леди Мирабэль.

— Сурово, — покачал головой Диего. — Они окажутся меж двух огней. Но это может сработать. Совершеннолетние эльфы, привыкшие пользоваться магией, не мыслят без нее своей жизни. Да и враги…

— Значит, решено! — подвел итог совещания правитель. — Тираэль, готовь валерьянку для своих учеников. На ухаживания им дается три месяца.

— Я бы им обоим лучше наркоз приготовил. Антигуманный. Твоим пресс-папье по головам. Хоть раз в жизни бы отыгрался, — вздохнул магистр.

— Новость о том, что им придется добиваться руки леди Мирабэль, будет покруче любого пресс-папье, — успокоил его Диего. — Гарантирую, результат тебе понравится.

— Да… — мечтательно закатил глаза Тираэль. — Эту новость я просто обязан сообщить им лично. Я не мстительный, нет. Я взрослый рассудительный эльф, но иногда об этом так хочется забыть!

— Только, может, не оставлять Викэлю и Эльену возможности пользоваться магией во время ухаживания? — спросил Диего. — Опасно.

— Нельзя, — покачал головой Берт. — По справедливости одному в наказание за шалость достается жена, а второй лишается возможности колдовать на двести лет. А если сразу магию отобрать… Ритуал-то сложный. Совет магистров будет роптать, если их через месяц заставят снимать одну из Сфер Отчуждения.

— Только ты леди Мирабэль не сказани, что она — наказание, — предупредил правителя Тираэль. — Скажи просто, что ее благосклонность дарует одному из эльфов прощение. А лучше вообще ничего не говори! Не хватало еще, чтоб леди решила, что ей не подходят оба кандидата, что она не хочет пока замуж. Не спугни, в общем!

ГЛАВА 3.

Счастливо улыбаясь оттого, что кому-то нужна, Мирабэль шагала по улице Морьедага — столицы Морении и рассказывала обо всех достопримечательностях, мимо которых они с послом двигались. Длинные, ниже пояса, рыжие, абсолютно нетипичные для эльфов, к расе которых она принадлежала, волосы свободно развевались на ветру, скрывая заостренные кончики ушей. Серое платье, которое папенька почему-то называл балахоном, совсем не стесняло стремительных движений. Оно, может, и не совсем модное, но вполне удобное и практичное. В общем, платье ее очень устраивало. На ворчание, что главнокомандующий войск Морении мог бы одевать дочь получше, Мирабэль не обращала внимания. На всех не угодишь. Папенькин старый военный мундир вызывал еще больше кривотолков. А в чем же тогда ходить? Оборочки и ленточки модных платьев постоянно цеплялись за все выступы и были какими-то… мм… чересчур легко рвущимися.

— О! — воскликнула Мирабэль. — А справа от нас сейчас будет великолепный фонтан со статуями русалок.

Алорский посол почему-то резко шарахнулся влево и с опаской посмотрел в указанном направлении. «И чего так, спрашивается, дергаться? — подумала эльфийка. — Ну, каюсь, пару часов назад отвела его посмотреть на тренировку папенькиных лучников, ну, забыла предупредить, чтоб смотрел по сторонам, так как лучники — справа, а мишени — слева. Это же не повод так дергаться! Сравнил. Фонтан-то летать, в отличие от стрел, не умеет! А в том, что посол запачкал и порвал свой лучший камзол, я вообще не виновата! Предупреждала же, чтоб одевался удобнее, так как у нас по улицам пройти, не запнувшись раз десять, невозможно! Хам! Еще ворчал себе под нос, думая, что я не слышу, что в мое отсутствие он прекрасно ходил, не запинаясь и не падая. И какой дурак назвал алорцев самым галантным народом в мире? За свои неполные девяносто восемь еще ни разу не встречала действительно галантного кавалера ни среди эльфов, ни среди людей, ни среди гномов, о троллях и орках вообще молчу».

Посол Алории — трехсотлетний серьезный эльф по имени Анориэль тем временем прикидывал, а не будет ли с его стороны вопиюще невежливым незаметно скрыться от девушки в ближайшем переулке. Он потом скажет, что потерялся в толпе. Даже извинится! Зря он обрадовался, когда ему вместо вредного ворчащего старика предложили в сопровождающие симпатичную эльфийку в бесформенном балахоне. Анориэль рассчитывал провести время гораздо приятнее, а потому оставил двоих телохранителей ожидать его на постоялом дворе возле дворца. Зря! Во время прогулки они были бы нелишними. Не хочет он теперь знакомиться поближе с этим стихийным бедствием! А тут еще в городе непонятно что творится! Анориэль был в растерянности. Вчера все окружающие его люди почему-то разговаривали только про урожай, посевы и влияние на них погоды. Бедный эльф не поверил своим ушам, когда подобное услышал в беседе двух высокопоставленных леди, а затем и в узком переулке от двух бандитского вида орков, которые хоть, слава богам и телохранителям, не решились на него напасть. А сегодня у всех граждан была новая тема — астрология. Несмотря на идущее рядом стихийное бедствие, Анориэль услышал, как бакалейщик, который вряд ли и читать-то умеет, рассуждает перед покупателем о звездах с умным видом! Он не знал, что и подумать. Посол даже решил вечерком полистать свод законов Морении. А вдруг там строго регламентируется тема беседы на каждый день года? Кто этих сумасшедших моренийцев знает.

Откуда ж бедному Анориэлю было знать, что все ведущиеся при нем разговоры граждан изменены для его ушей магией, чтобы не дать ему возможность услышать про разбитый телепорт? Как же он мог догадаться, что вчера за этим следил маг, отвечающий за посевы и урожай, а сегодня эта работа досталась астрологу? Оба, не сговариваясь, пустили заклинание на самотек, выбрав знакомые темы и даже не подумав как-то, что разные слои населения не могут рассуждать об одном и том же. А если у них и закралась такая мысль, то они ее быстро загнали в дальний угол и заперли там. Сильно напрягаться из-за какого-то посла, который не владеет магией, им не хотелось. По странной прихоти судьбы в Алории было очень мало сильных магов. Способностью стать таковым обладал только каждый двухсотый эльф и тысячный человек. Поэтому там больше надеялись на приспособления, работающие от приложения минимального магического усилия, а таковое было доступно почти всем эльфам.

— Посмотрите, какие чудесные русалочки! — прервала Мирабэль раздумья Анориэля. — Они были вырезаны из мрамора две тысячи лет назад и защищены от влияния времени специальным заклинанием.

Зрелище действительно было красивое. Четыре нагие русалки плескались в струях воды, умело направленных на них создателями фонтана. Они выглядели почти живыми, только цвет имели белый с небольшой желтизной.

Посол подошел поближе к бортику, чтобы полюбоваться на игривых русалок, и даже чуть склонился к воде, не обращая внимания на мелкие брызги, попадающие в лицо.

— Обратите внимание вон на ту девушку, которая как будто собирается ласточкой нырнуть в воду с постамента, — указала эльфийка Анориэлю. — Правда, она — чудо? Это моя любимая.

Эльф послушался и внимание обратил. Только радости от этого не почувствовал. К его ужасу, статуя, которая простояла в подобном наклонном состоянии пару тысяч лет, внезапно рухнула со своего места, открыв небольшую дыру. Оттуда прямо на посла под большим напором рванула струя холодной воды. Его сбило с ног, и он грохнулся прямо на пыльную брусчатку тротуара.

Поток воды задел и Мирабэль, промочив балахон насквозь. Она досадливо поморщилась и отошла в сторону. Ничего, к неприятностям ей не привыкать. Какое-то в этом городе все… непрочное.

Анориэль, сдавленно ругаясь себе под нос (громче не позволяло воспитание), поднялся на ноги в мокрой одежде и с грязным пятном на молочного цвета брюках.

— Очевидно, заклинание в фонтане испортилось, — виновато сказала Мирабэль и примиряюще улыбнулась, стараясь не засмеяться во весь голос. Вид у мокрого, ошарашенного падением и купанием в грязи посла был очень забавным. Эльфийка достала из кошеля на поясе маленький батистовый платочек и протянула его бедняжке Анориэлю, которому так не повезло не вовремя подойти к фонтану. — Вот, возьмите, вытрите лицо, — предложила она.

Посол зачем-то попятился от нее вместо того, чтобы подойти. «Боится запачкать, что ли?» — подумала Мирабэль.

— Спасибо, не стоит так утруждаться, — простонал посол и сделал еще шаг назад.

В следующее мгновение девушка наблюдала, как гордый эльф кувыркнулся через низкий бортик фонтана и рухнул в воду. «Странный он все-таки. И чего начал пятиться, я же помочь хотела?!» — подумала эльфийка. Огибая бьющую струю воды, она подошла к краю бортика и протянула Анориэлю руку:

— Держитесь, я помогу вам оттуда выбраться.

— Мама! — завопил посол и на четвереньках попытался отползти по дну фонтана. — Уберите ее! Я не хочу утонуть! — Анориэль резво полз от девушки, давая возможность каждому убедиться, что грязное пятно на брюках в том месте, на которое он приземлился, еще не отмылось.

— Да где здесь можно утонуть? — удивилась Мирабэль. — Это же надо очень постараться. По-моему, без посторонней помощи это невозможно!

— А то ты мне не поможешь!

— За кого вы меня принимаете?! — все-таки оскорбилась дочь командующего.

— За ходячее несчастье, на которое не позарится ни один нормальный эльф! — выкрикнул посол, выбираясь из фонтана с противоположной от девушки стороны. — А мне этот ваш маг еще предложил приглядеться к тебе получше! Ну у него и шуточки! Это же можно приравнять к попытке убийства! Я все расскажу вашему правителю! — Анориэль, забыв об эльфийской гордости, резво помчался прочь, оставляя за собой мокрые следы.

— Ябеда. — Мирабэль показала его спине язык и зыркнула по сторонам на зевак, которые могли слышать, как ее оскорблял посол.

Не успела она раскрыть рот, чтобы сказать им что-нибудь язвительное, как улица мгновенно опустела. Вдали мелькнули только спины тех, кто не успел скрыться за ближайшим углом, так как желающих попасть туда было чересчур много. В отличие от Анориэля, народ знал эльфийку и опасался, что одним поломанным фонтаном и одной жертвой досадной случайности дело не ограничится. Мирабэль расстроенно вздохнула. Даже пожаловаться на судьбу и грубость алорца некому! Между прочим, она тоже промокла насквозь, но не стала же обвинять в этом посла!

Вода залила уже все пространство вокруг фонтана и продолжала бить ключом, так что вскоре вниз по улице заструился ручей. К сожалению, он тек в противоположную от городского магистрата сторону, а потому чиновники могли его заметить еще очень не скоро. Надежды на то, что кто-нибудь из недавних зевак сообщит им о поломке, у девушки не было. С огорчением она поняла, что это придется сделать ей. «Ну уж на кружку травяного чая в таком случае я имею полное право!» — решила эльфийка.

На противоположной стороне улицы она рассмотрела вывеску, гласившую: «Пьяный орк в гостях у Гарри». Скорее всего, кабачок обслуживал преимущественно орков, но ей сейчас было все равно. Раз нигде не значится, что эльфов там не обслуживают, значит, можно считать, что хозяин обязан подать ей чай. Несмотря на солнце, Мирабэль уже начала замерзать. Как-никак до лета осталось еще два месяца. Настроение у девушки резко испортилось. Она устала, промокла, ее оскорбил грубиян посол, солнце нисколько не грело, да еще к тому же придется идти в магистрат! Частенько что-то приходится туда наведываться. По именам уже всех знает!

Она решительно толкнула крепкую деревянную дверь и перешагнула порог. Сзади раздался грохот. Мирабэль в раздумьях почесала кончик носа. Странно, но дверь почему-то свалилась с петель, а выглядела такой надежной… «С чего это она?» — удивилась девушка и осмотрелась по сторонам. В темном помещении без единого окна, освещаемом только тремя канделябрами со свечами, сидела большая компания из пяти краснокожих орков и пара человек бандитского вида. Хозяин — высокий мужчина крепкого телосложения со шрамом через всю левую щеку топтался за стойкой и протирал бокал из зеленого стекла. Увидев эльфийку, он сравнялся цветом лица с этой посудой, орки и люди, наоборот, заулыбались и начали беззастенчиво ее рассматривать.

— Эльфов не обслуживаем! — громко сказал хозяин.

— Так нигде ж на фасаде это не написано! — возмутилась Мирабэль. — Так что давайте мне травяной чай. Без него я отсюда не уйду!

— Гарри, — подал голос один из людей, — что ж ты выдумываешь какие-то новые правила? К нам такая девочка явилась! Обслужи хорошенькую эльфиечку. Я бы не против посмотреть на нее без этого балахона. — Он обнажил зубы в плотоядной улыбке.

Мирабэль решила не обращать внимания на его слова и, высокомерно вздернув подбородок, продолжила буравить хозяина взглядом. Весь ее вид свидетельствовал, что без чая она не уйдет.

— Всем молчать! — рыкнул Гарри. — Это леди Мирабэль, незачем ее сердить! — Он трясущимися руками высыпал в глиняную кружку немного высушенных трав из мешочка на стойке и залил кипятком, зачерпнув его ковшом из котла в потухшем камине.

«Неужели моего отца так уважают, что боятся меня оскорбить? — удивилась девушка, почувствовав в то же время огромную гордость. — Хорошую славу заработал себе папенька».

Ей и в голову не пришло, что боятся вовсе не ее отца, что дело тут не в уважении. Просто жители города были наслышаны про несчастные случаи, преследующие тех, кто не сумел вовремя избегнуть общения с леди Мирабэль. Для нее мелкие неприятности были нормой, для них — аномалией, от которой лучше держаться подальше.

Мирабэль подошла к стойке, и Гарри тут же подал ей чай.

— Может, выпьете по дороге? — с надеждой спросил он. — Кружку можете оставить себе.

Эльфийка помотала головой. Ей не хотелось расплескать на себя кипяток во время ходьбы.

В это время человек, который уговаривал хозяина обслужить ее, поднялся со своего места. Не отрывая от девушки оценивающего взгляда, утыкающегося в плотный мокрый балахон, он шагнул вперед.

— Стой! — поймал его за подол потрепанного камзола один из орков. — Лучше не надо, поверь. Ты не местный и еще не все знаешь. Леди Мирабэль и эльфа Викэля лучше ни при каких обстоятельствах не трогать, даже не приближаться к ним. Это главное правило для выживания в этом городе.

— Про эльфа меня предупреждали, что он опасен, а вот про эту дамочку речи не было, — ухмыльнулся человек. — Что она мне может сделать?

Мирабэль начала беспокоиться и с тоской посмотрела на входную дверь, прислоненную к косяку. До нее было далековато. Человек выглядел отъявленным бандитом, и его интерес к ней не радовал. Зайдя сюда выпить чая, она как-то не подумала, что это может быть опасным. Правда, заведение не было предназначено для приема знатных особ. Но и наткнуться на бандитов днем она не рассчитывала.

В растерянности Мирабэль замерла на месте, не зная, что ей делать и как себя вести. Ее испуганный вид позабавил человека. Он с уверенной улыбкой победителя шагнул к девушке. В тот же момент стол за его спиной внезапно без всякой причины развалился, потеряв две ближайшие ножки. Стоящий на нем канделябр с зажженными свечами описал в воздухе дугу и врезался человеку в тыл пониже поясницы. Одежда на этом месте тут же вспыхнула, заставив бандита завопить и заметаться в поисках воды. Он попытался сбить пламя рукавами, и это ему вполне бы удалось, если бы орк не решил сделать ему одолжение — выплеснуть эль на горящие штаны. Огонь вспыхнул с новой силой.

— Воды! — завопил бандит, кружась на одном месте вокруг своей оси и расстегивая пряжку ремня, чтобы избавиться от брюк.

И тут Мирабэль вспомнила про чай в своих руках. Он-то, в отличие от эля, не содержит ни капли спирта! У нее осталась еще почти полная кружка. Она размахнулась и выплеснула чай на горящего бандита. Только вот немного не рассчитала с моментом, так как он крутился юлой, и чай попал человеку в лицо. В этот же миг расстегнутые брюки упали на пол. Так бандит и застыл посреди кабака — без штанов, моргая глазами и отплевываясь от травы, попавшей в рот. Кожа на его лице сравнялась цве- том с кожей орков, так как чай был горячеват. Ожог пониже поясницы был не очень страшный, но, скорее всего, весьма болезненный. Мирабэль решила, что нормально сесть этот человек сможет не раньше чем через неделю.

От вида такого несчастного голого мужчины и мысли, что причиной его неприятностей является она, Мирабэль стало очень неудобно. Щеки залила краска смущения. Казалось, покраснели даже кончики заостренных ушей.

— П-п-простите, — заикаясь, тихо произнесла Мирабэль и попятилась к выходу.

Остановить ее не пытался никто. Орки громко ржали, беззастенчиво рассматривая бедолагу. Товарищ обожженного с опаской посмотрел девушке вслед, но остался на месте.

— Я же предупреждал, — вздохнул Гарри.

Но его лицо выражало облегчение от того, что ходячая неприятность удаляется из его заведения. Он подсчитал убытки: поломанная дверь, развалившийся стол, черное выгоревшее пятно на струганых досках пола… О! И тряпка для протирания стойки. Гарри швырнул ее человеку, чтоб тот немного прикрыл свою наготу. Бандит пришел в себя и поймал мятый, не очень чистый кусок ткани, а затем развернул. Это оказалась старая детская юбочка с кружавчиками. Но делать было нечего, из одежды на нем осталась только распахнутая меховая жилетка. Впору пожалеть, что он не носит рубашки, как все добропорядочные граждане. Бандит попытался прикрыть бедра, но ткани не хватало. Он представил, как пойдет по улице с красной от ожога голой задницей, и заскрежетал зубами. На уважение в бандитском мире этого города после такого рассчитывать не придется. Все равно теперь все узнают, что с ним случилось. Вряд ли орки будут молчать. Поморщившись, человек встряхнул юбку и надел ее через голову, как положено. Растянувшаяся резинка и собственная худоба вполне позволили ему это сделать. Длины подола еле хватило, чтобы прикрыть все необходимое. Бандит вышел за дверь с намерением больше никогда не возвращаться в этот город, ветер лихо взметнул вверх кружево юбки. «О Всевышний, — мысленно простонал человек, хватаясь руками за подол и прижимая его к ногам, чтобы он опять не взлетел, — и как женщины в этом ходят?!».

Гарри схватил за шиворот оставшегося в его заведении второго человека и сунул ему под нос счет. Так как вместе с бумагой он показал еще и свой огромных размеров кулак, то заминки с оплатой не возникло. Человек суетливо вытащил из карманов все, что там было, и тоже поспешил убраться.

Хозяин кабачка зашел за стойку и достал чистый лист бумаги и огрызок карандаша, которым обычно выписывал счет. «Обслуживаем всех, кроме эльфов», — быстро вывел он крупными четкими буквами, потом постоял, почесал затылок, подумал и перечеркнул последнее слово. Он склонился над листом и исправил запись, а затем вышел и намертво приклеил новое объявление под вывеской. Гарри отошел и полюбовался делом рук своих. «Обслуживаем всех, кроме леди Мирабэль», — гласила надпись. Терять прибыль от эльфов из-за одной дамочки ему не хотелось.

В магистрате Мирабэль встретили как родную. В том смысле, что не потребовали представиться и не заставили долго объяснять, зачем она сюда пришла.

— Что? — с мученическим видом выдохнул секретарь, забыв даже поздороваться. Он записывал все дела граждан и устраивал им встречи, если это необходимо, с магистрами и министрами.

— Фонтан с русалками, — так же коротко ответила девушка, не уточняя, что с ним случилось.

Они оба прекрасно друг друга поняли. Секретарь — эльфийский парнишка лет шестидесяти — работал здесь уже не один год, помогая отцу — министру внутренних дел. Только Мирабэль близко не подпускали ни к одной работе. С ее папенькой чуть инфаркт не случился, когда она попросилась врачевательницей в кавалерию. А его адъютант — Генри Вейлен, услышав ее просьбу, сильно испугался и начал пихать командира локтем в бок, забыв о субординации, но не желая высказываться вслух. Мирабэль объяснили, что они ее слишком любят, чтобы позволить начать работать в столь юном(!) возрасте. Но ее терзали смутные сомнения… Какой-то у обоих был неискренний вид. Тем более что она хорошо знает травы и вполне могла бы пригодиться хотя бы в качестве помощника лекаря, раз уж магия ей пока не доступна.

С чувством выполненного гражданского долга Мирабэль вышла из магистрата и поторопилась домой, мечтая о горячей ванне и сухой одежде.

Секретарь тем временем успел три раза тяжело вздохнуть, отправляясь на доклад к министру архитектуры. Надо, чтобы тот срочно связался с гномами и попросил их отремонтировать фонтан, если он еще не развалился окончательно после визита дочери главнокомандующего войск Морении. «Опять расходы! — мысленно возмутился парнишка. — Опять все восстанавливать за счет державы! И ведь никто не докажет, что фонтан внезапно поломался не сам по себе, что если бы не визит к нему леди-несчастья, то он простоял бы еще несколько тысяч лет в целости и сохранности!».

ГЛАВА 4.

Эльен и Викэль вот уже двадцать минут сидели в приемной перед кабинетом правителя Морении и раздраженно косились друг на друга. Ожидание утомило непоседливых эльфов, и они не желали вежливо и благородно уступать конкуренту возможность первым проскользнуть внутрь и узнать, зачем его вызвали. Оба догадывались, что пригласили их не для вручения подарков, так как до того почти сутки просидели под домашним арестом. Навестивший их магистр Тираэль с подозрительной многообещающей улыбкой сообщил каждому, чтобы готовился к наказанию, и подробно объяснил за что.

Эльен морщился от боли в голове, на которой красовалась под светлыми волосами огромная шишка, полученная при не слишком нежном знакомстве с полом таверны. Он мысленно костерил судьбу и посредника правителя, который додумался выбрать для переговоров с гномами столь неудачное место. Похоже, на этот раз он выговором не отделается. Надо же было попасться с поличным! Обычно его не могли поймать за руку, когда он веселился в городе, шутки с Тираэлем не в счет. Но всегда и магистр, и стража знали, кто виноват в безобразиях, происходящих в городе, — или он, или его извечный конкурент Викэль.

Светловолосый эльф с раздражением посмотрел на Черного. Он прекрасно знал, как их обоих прозвали. Эльен недолюбливал Викэля, считая, что настоящий аристократ не должен быть таким грубым задирой, опускающимся до кулачных боев с городским отребьем. Бандитов вполне можно проучить с помощью магии. Его раздражали простые манеры черноволосого эльфа. Интересно, он-то тут за что?

Викэль исподтишка рассматривал аккуратного, разодетого в шелка и бриллианты «ангелочка» и морщился. Этот сноб наверняка даже не знает, с какой стороны берутся за меч! Странно, откуда у него синяк на челюсти? И он-то что успел натворить такого серьезного? Не за мелкие же шутки над магистром Тираэлем его сюда притащили под конвоем? У Черного разыгралось любопытство, несмотря на беспокойство о собственной судьбе. Но все равно пропускать «ангелочка» вперед он не собирался. Что толку? Подслушать же ничего нельзя! Припасть ухом к дверям кабинета не даст стража, а магия тех, кто не входит в Совет, во дворце не действует.

Наконец дверь кабинета правителя приоткрылась и из-за нее высунулось лицо секретаря — человека по имени Ирвин. Ему было слегка за сорок. В светло-русых волосах на висках проглядывала седина. Секретарь был худ как палка и отличался высоким ростом. На носу у него красовались миниатюрные щегольские очки с прямоугольными стеклами. У Ирвина отнюдь не было близорукости или дальнозоркости — он получал за свои труды достаточно, чтобы выправить зрение с помощью магии, — просто так он выглядел солиднее. Секретарь очень гордился своей должностью и старался изо всех сил угодить правителю. Правда, ею иногда выводила из себя манера шефа раскладывать бумаги в каком-то странном порядке. Как будто специально, чтобы позлить его!

— Милорды, — обратился Ирвин к эльфам, — прошу пройти в кабинет. Правитель вас ожидает.

— Что, вместе? — юром удивились Черный и Белый. Оба не хотели, чтобы конкурент слышал о наказании.

Эльен затормозил черед дверью и вежливым аристократическим жестом пригласил Черного войти первым. Таким образом он надеялся вторым попасть под гневную речь правителя и вторым подвергнуться унижению перед конкурентом. Но Викэль это быстро смекнул. Он схватил Белого за воротник и запихнул его впереди себя в кабинет. Эльен даже не успел возмутиться. Ссориться же на глазах правителя было чревато еще худшими последствиями. Викэль встал чуть в стороне за спиной Эльена в ожидании, что сейчас будет полностью удовлетворено его любопытство относительно провинности вежливого «ангелочка», но не тут-то было.

— Сядьте! — приказал правитель и жестом указал обоим эльфам на кресла перед столом.

Они были до того мягкие и воздушные, что любой самый тренированный воин не смог бы из них быстро подняться. Сам правитель сидел на крепком стуле, обитом кожей. Это была не только дань безопасности, но и мера повышения работоспособности. Чем быстрее правитель закончит дела, тем быстрее сможет встать с не слишком удобного стула. К тому же на нем сложно было задремать над очередным нудным документом.

В кабинете помимо стола правителя и двух мягких кресел для гостей стояла также пара стеллажей с книгами, шкаф с документами, металлический сейф и небольшой столик для секретаря сбоку от входа. Обстановка не отличалась излишней роскошью и богатством и призвана была настроить присутствующих здесь на деловой лад.

Помимо правителя и его секретаря, сидящих за своими столами, в кабинете находились магистр Тираэль и лорд Этэль. Наставник непоседливых эльфов стоят за плечом Берта и крутил в руках свиток с указом. У него было абсолютно бесстрастное лицо, по которому ничего невозможно было в данный момент прочесть. Лицо лорда Этэля, наоборот, выражало целую гамму чувств: недоумение, любопытство, нетерпение. Он не понимал, какое отношение два молодых эльфа могут иметь к его делам. Главнокомандующий войск Морении отказался сесть, а потому сейчас стоял слева от стола правителя возле большого окна, чуть прикрытого коричневой портьерой.

— Вы оба на этот раз нанесли вред державе, — обратился правитель к Викэлю и Эльену. — Я не могу оставить ваши шалости без внимания и наказания. Думаю, магистр Тираэль уже подробно сообщил, в чем вы виновны, а сейчас он зачитает приговор. Обжалованию мое решение не подлежит! — Берт постарался, чтобы его голос звучал холодно и сухо, без следа эмоций.

— Мы, Бертрам Второй, правитель земель Морении, господин четырех заливов и трех морей, омывающих державу, властелин острова Девон, приказываем, — начал читать Тираэль, — воздвигнуть вокруг эльфийских магов Эльена и Викэля Сферу Отчуждения сроком на двести лет.

Лица обоих эльфов вытянулись. Оба не мыслили, как можно теперь обходиться без магии. Это тоже самое, что заставить их не дышать! Викэль побледнел, и на его лице стали отчетливо выделяться горящие от переживания глаза. Он не хотел остаться без своего дара, даже если тот не слишком хорошо ему подчинялся. Эльен, наоборот, покраснел. Кровь от волнения и пережитого ужаса прилила кего щекам. Он любил пользоваться магией, изучать новые заклинания, выдумывать что-то свое…

— Наказание для одного из провинившихся, — продолжал читать магистр, — может быть отменено, если не позднее чем через три месяца он станет мужем леди Мирабэль л'Этэль. По нашему убеждению, этот брак не оста-п иг наказуемому времени для праздного, нецелесообразного использования магии и заставит остепениться. На время ухаживания обоим магам дозволяю оставить их дар.

«Еще бы! — мысленно застонал Викэль. — Без магии мы даже приблизиться не сможем к леди Мирабэль, чтобы не попасть в кучу неприятностей!».

— Через три месяца, если маги Эльен и Викэль не добьются согласия на брак, магических сил будут лишены оба. Приговор окончателен и обжалованию не подлежит.

«Кошмар! — подумал Эльен, стискивая подлокотники кресла. — Даже не знаю, что лучше — временно лишиться магических сил или оказаться на всю жизнь женатым на ходячем несчастье!».

Главнокомандующий Этэль сделал шаг поближе к столу правителя и с тревогой поинтересовался:

— Значит, моя дочь имеет право отказать обоим кандидатам?

— Имеет, — неохотно подтвердил Берт. — Только не настраивайте ее против брака! Оба жениха достаточно знатны, из богатых семей и в перспективе станут хорошими магами с приличным доходом… если остепенятся.

— Да я не против, — пожал плечами Этэль. — Если кто-то из этих шутников понравится девочке, я возражать не стану. Просто пока у нее сложилось не слишком хорошее мнение о противоположном поле. Все боятся с ней общаться и постоянно грубят, стоит им попасть в пару-тройку неприятностей. Даже просто хороший друг был бы очень кстати для Мирабэль. Она одинока и не понимает, почему ее все сторонятся. Для нее постоянные неприятности — это норма.

— А как же вы с ней общаетесь? — с интересом спросил Тираэль.

— Привык, — коротко сказал командующий. — Ну и пытаюсь быть начеку, когда Мирабэль рядом. Зато в ее присутствии хорошо проверять солдат на профпригодность, — улыбнулся Этэль. — Если они попадают во все неприятности подряд, то лучше им ничего серьезного не поручать, а если через раз — то тут есть шанс, что из этого воина выйдет толк.

— А если солдат не попадется ни разу? — с любопытством спросил Эльен, решив, что и ему можно принять участие в беседе.

— Такого еще не было, — хмыкнул главнокомандующий.

Плечи Белого расстроенно опустились. Он надеялся, что если поставить хорошую магическую защиту и быть внимательным, то с ним не произойдет ничего такого, над чем потом мог бы смеяться весь Морьедаг.

Викэль не подал вида, но ему последняя новость тоже не слишком понравилась. Уж он-то знал, каково это, когда события выходят из-под контроля и вокруг что-то происходит вопреки воле и желаниям. Его гордость протестовала против того, чтобы добровольно подставить себя под раздачу неприятностей наподобие тех, автором которых был он сам.

— Отсчет времени начинается с сегодняшнего дня, — громко уточнил правитель для эльфов. — Так что не советую терять время на пустую болтовню. Решайтесь. И, кстати, я вас не задерживаю, мне еще надо кое-что обсудить с лордом Этэлем и магистром.

Покидая кабинет, Эльен и Викэль увидели, что правитель тихо о чем-то переговаривается с командующим, а Тираэль, уединившись возле широкого подоконника, увлеченно черкает в своей записной книжке. Едва они отошли от двери, как Черный поинтересовался:

— Тебя какое наказание больше устраивает — временное или пожизненное?

— Что? — не понял Эльен.

— Я спрашиваю, ты выбираешь Сферу на двести лет или брак?

— А это уж не твое дело! — заявил в ответ Белый.

— Как это не мое?! — ухмыльнулся Викэль. — Надо же мне знать заранее, караулить ли тебя этой ночью в темном переулке с камнем потяжелее, или можно поспать. Мне без магии оставаться нельзя. То-то все бандиты обрадуются!

— Псих, — прокомментировал Эльен и отодвинулся подальше от темноволосого эльфа. — Не надо было задирать всех подряд!

— А то не найдется никого, кто захочет отомстить тебе! — еще раз ухмыльнулся Викэль. — Как у тебя с владением мечом?

Эльен задумался и вынужден был признать, что и у него найдутся враги, желающие раскрасить его синяками или проткнуть кинжалом. Не всем нравились его способы развлечения. Далеко не всем. Он так разорится на телохранителях. Белый не был уверен, что хоть раз сумеет взмахнуть мечом, не порезав себя любимого. У него лишних конечностей и ушей нет! А защищать себя как-то надо. Он тяжело вздохнул, признавая, что выбора у него нет — придется начать ухаживать за ходячим несчастьем.

Не дождавшись ответа, Викэль похлопал Эльена по плечу и сказал:

— Ну ничего. Может, твои враги сами убегут, побоявшись, что уронишь им меч на ноги и покалечишь. — Он ехидно хихикнул и, насвистывая, быстро пошел к выходу из дворца. Надо было разработать план, как быстро завоевать невесту и жениться. Викэль надеялся, что после свадьбы он сможет избегать встреч с женой. Главное — выжить во время ухаживаний.

— Невоспитанный хам! — крикнул ему вдогонку Эльен и тоже задумался. Надо непременно опередить конкурента! Эльен тоже не хотел растягивать период ухаживания и рисковать своей шеей, находясь рядом с невестой. Выходя из дворца, он уже знал, что предпримет.

ГЛАВА 5.

Эльен шел в сторону городской окраины. Вечерело. Погода абсолютно соответствовала настроению эльфа — небо хмурилось, тучи грозили пролиться дождем. Ветер все крепчал и яростно трепал края теплого плаща, накинутого на плечи Эльена. Стало намного прохладнее, чем днем. Полы плаща постоянно расходились, а тонкая ткань щегольского камзола совсем не грела, но Белый этого не замечал. Он полностью погрузился в горестные раздумья. Эльф не возражал против идеи брака, пусть даже с леди Мирабэль, но был категорически против ухаживаний! Разница заключалась в том, что женитьба вовсе не предполагает каждодневного общения с супругой, а вот во время обольщения невесты без встреч не обойтись. Не может же он надеяться завоевать девушку, просто присылая каждый день цветы и свое изображение! Ей же наверняка захочется и поговорить. Вот тут-то Викэль его и обскачет!

Эльен дошел до небольшого деревянного дома, прилепившегося к городской стене. Домик был неказист и производил грустное впечатление. Всем своим видом он говорил: «Прошу прощения, красть здесь нечего! Будьте аккуратны, на особо непонятливых может свалиться крыша!» И этому верили! Бандиты скользили по нему равнодушным взглядом и не рвались искать там богатств. Этот одноэтажный дом давно бы снесли, если бы власти знали о его существовании. Но у министра архитектуры не было привычки гулять по окраинам столицы, а потому такие строения возле городской стены не были редкостью.

Эльен поднялся на невысокое крыльцо по трем покосившимся ступенькам и решительно постучался, вымещая на двери свое плохое настроение.

Бамс! — свалилась с крыши черепица от такой вопиющей грубости.

— Ой! — сказал Эльен и свалился на крыльцо, сраженный таким аргументом в пользу вежливости и деликатности. Аргумент оказался чересчур увесистым и набил уже вторую шишку на голове у эльфа. — Яго, выходи! — громко завопил Белый, едва тридя в себя, но не успев подняться. Рисковать стучаться во второй раз он не хотел.

— Нет, уж лучше ты! Я не хочу наступить в ту лужу, в которой ты сидишь, — раздался голос из дома.

— Пока не сижу, но скоро сяду, если ты мне не поможешь! — заявил эльф, все еще не пришедший полностью в себя.

— Зачем помогать? — хмыкнул Яго, появляясь в проеме открытой двери. — Ты уже и сам все устроил. Поплавать решил? Так, боюсь, здесь для тебя малость мелковато. Вон, под окном лужа глубже.

Эльен вскочил на ноги и принялся выжимать плащ и отряхивать бриджи. Он и не почувствовал, когда пошел дождь. В его состоянии можно было по горло войти в море и не заметить этого!

— Наследишь мне сейчас по всему полу, — поморщился Яго. — Может, ты сначала обсохнешь, а потом пойдешь ко мне?

— Ты что?! Этак мне придется стоять на крыльце до завтрашнего дня и ждать, пока выглянет солнце и высушит меня! С помощью магии я не знаю, как это сделать. Пока надобности такой не было.

— Вот и прекрасно, — зевнул Яго. — Зайдешь завтра, а я пока посплю. Всю прошлую ночь работал, и днем тоже. — И он попытался закрыть дверь.

— Э-э-э! — завопил Эльен, резво протискиваясь в узкую щель между косяком и хозяином дома в комнату. — Завтра будет поздно! Враги не дремлют!

— Они просто спят! — с завистью вздохнул Яго.

— Сейчас всего десять часов вечера! — возмутился Эльен. — И я не думаю, что Викэль лег спать!

— А ты не думай! Ты сбегай проверь! А я пока по-сплю-у-у, — в очередной раз зевнул Яго.

— Инкубам в такое время вообще спать не положено!

— А это где-нибудь в законах написано?

— Нет, естественно.

— В таком случае, когда хочу, тогда и сплю! Ты мне еще на дверь расписание повесь, когда, по-твоему, и что инкубу нужно делать.

— И повешу, — пробурчал эльф.

— Только учти, — хмыкнул Яго, — я тогда тоже составлю тебе расписание, указывающее, что и в какой час положено делать нормальным эльфам. Например, вставать в шесть утра, а не в полдень.

— А кто здесь встает в полдень? — возмутился Белый с улыбкой. — Я обычно вылезаю из постели на целых полчаса раньше!

— Какой героизм! — усмехнулся Яго и, поняв, что от эльфа ему сегодня не отделаться, опустился на кровать и приготовился слушать.

В домике была всего одна маленькая комната, и мебель не радовала разнообразием. Помимо кровати здесь стоял только небольшой столик с табуреткой и огромный сундук для вещей в углу комнаты. Над столом была приколочена полка со скудной кухонной утварью. Пол стены напротив дверей занимал очаг, в котором сейчас тлели угли, заливая комнату красноватым тусклым светом.

Эльен осмотрелся, подошел к сундуку, провел рукой по выступающей поверхности крышки, заклепкам и резным орнаментам, с печальным вздохом вернулся к табуретке и аккуратно пристроился на ней, гордо выпрямив спину. Прислоняться к стене он побоялся. А вдруг она обвалится?

— Завел бы ты себе кресло, — проворчал Белый. — Гостям же и сесть некуда!

— А на сундук?!

— Да там же никто больше пятнадцати минут не высидит! — возмутился Эльен. — Пол, наверное, и то ровнее и удобнее!

— Надеюсь, что нет, — сказал Яго. — А то придется его утыкать гвоздями, чтобы некоторые гости долго не засиживались… — Он выразительно посмотрел на эльфа. Табуретка удостоилась изучающего взгляда и мысленного пожелания немедленно развалиться на мелкие части.

— Может, попробовать гелепортировать сюда кресло из дома? — с сомнением спросил Белый. — Я, конечно, этим еще ни разу не занимался. Перемещать крупные неодушевленные предметы мне не доводилось.

— Даже и не думай! — запретил Яго. — Куда ты его здесь поставишь? Нет, если тебе, конечно, непременно хочется сесть на что-то мягкое, то можешь тащить свое кресло. Но ставить его будешь у крыльца!

— Там же дождь! — возмутился Эльен.

— А ты выбирай — мокнуть или наконец выкладывать, зачем явился!

— Яго, мне очень надо, чтобы ты снял амулет, который я тебе сделал, и навестил одну эльфийку.

— Зачем? — удивился инкуб. — Она же без памяти в меня влюбится! И что я с ней буду делать?

— Ты не понял. Она должна влюбиться не в тебя, а в меня, — объяснил Белый.

Лицо Яго все равно выражало недоумение:

— Как это? Пойду-то к ней я!

— Ты! Только я наложу на тебя иллюзию. Эльфийка будет считать, что видит меня! Я срочно должен жениться на ней, иначе по приказу правителя за одну невинную шутку меня лишат магии. Надо не дать Викэлю опередить меня!

— Эльен, — обратился Яго к эльфу, — а может, ты сначала сам попробуешь поухаживать за девушкой? Мне бы не хотелось пользоваться силой своей сущности. Это подло!

— Это нормально для инкубов, — опроверг Белый. — И в кого ты такой совестливый?

— Если бы не моя совесть, меня бы уже давно вычислили и выселили из Морении обратно к сородичам.

— Яго! Только один раз. Договорись со своей совестью! — жалобно попросил Эльен. — Меня же убьют без защиты магии.

— Я только не понял, с каких это пор женитьба приравнивается к наказанию? — удивился инкуб. — Эта леди что, такая страшная? — поинтересовался он, имея в виду внешность.

— Просто ужасная, — простонал Белый, подумав о куче несчастных случаев, ожидающих того, кто с ней пообщается.

Яго встал, подошел к Эльену и утешительно похлопал его по плечу.

— Ты вполне можешь вступить в брак и жить отдельно от своей жены, — ободрил он приятеля. — Не переживай.

— Значит, ты согласен мне помочь? — с надеждой спросил Эльен.

— Придется. Я же не хочу, чтобы на моей совести повисло твое убийство. Из-за вечных глупых шуточек врагов у тебя хватает.

— Спасибо, Яго! Ты настоящий друг! — объявил Белый. — Сейчас я посмотрю, что можно сделать с твоей внешностью. Сядь.

— А может, лучше лечь? — поинтересовался Яго.

— Можно даже поспать, — великодушно разрешил Эльен.

Инкуб не заставил себя упрашивать и тут же растянулся на кровати. Сейчас он готов был пообещать приятелю соблазнить для него гарем эльфиек и всех орчанок этого города, лишь бы ему действительно дали выспаться.

— А как зовут твою невесту? — невнятно, засыпая, спросил Яго.

Эльф замер, застигнутый врасплох этим вопросом. Он боялся услышать отказ, если честно назовет имя. Инкуб наверняка слышал о леди-несчастье, так как живет в этом городе уже почти полгода.

— Не помню, — соврал Белый. — Но ее адрес у меня точно есть. Ни о чем сейчас не беспокойся — спи!

Яго не заставил себя упрашивать. Эльен застыл над ним, творя заклинание иллюзии. Первыми подверглись изменению волосы. Короткая русая шевелюра быстро превратилась в длинные белые локоны. Даже на ощупь они должны казаться настоящими, чтобы никто не заподозрил подвоха. Квадратный подбородок пришлось скруглить, чуть изменить скулы и линию рта, немного уменьшить лоб. Лицо Яго из самого обычного становилось ангельски красивым. Сила инкубов заключалась не в красоте, а в нечеловеческом обаянии и особой врожденной магии. Фигуру тоже пришлось подправить — убрать десяток сантиметров роста и сделать чуть менее мускулистой. В отличие от эльфа, инкуб не чурался занятий с мечом. Плечи у него были шире, поэтому с помощью иллюзии пришлось подправить и их. Эльен полюбовался на получившийся образ и закрепил его, произнеся несколько слов на древнеэльфийском. Теперь перед ним лежала его точная копия. Ощущение было такое, как будто смотришься в зеркало. Белый расслабился и отошел от кровати. Он нуждался в отдыхе, так как потратил на иллюзию слишком много сил и целых четыре часа своего времени. Зато теперь разглядеть настоящий вид Яго сможет только довольно сильный магистр. Тираэль, например…

Сил на создание портала, способного доставить его домой на другой конец города, у Эльена не оставалось. Телепортация — самый энергоемкий вид магии. Эльену для ее использования необходимо дня три вообще ничего серьезного не делать с помощью заклинаний.

Лечь спать в доме инкуба было негде. Поэтому Белый с тяжелым вздохом пошел к дверям. Придется ему пешком прогуляться по ночному городу. Он вышел на крыльцо и заговорил дверь от незваных гостей, потратив еще толику сил. Сторонний наблюдатель, увидев это, покрутил бы пальцем у виска. Что толку защищать дверь, если есть окно в ветхой деревянной раме и хлипкие стены, которые не спасут от действительно настойчивого гостя, возжелавшего непременно посетить обитель инкуба? Но Белый слишком устал и был расстроен произошедшими сегодня событиями, чтобы сохранять ясность мысли. Он полностью погрузился в себя и строил планы на завтра. Эльен решал, во сколько завтра лучше прийти к Яго и как организовать ему встречу с леди Мирабэль. К счастью, он вспомнил, что дочь командующего каждое утро ходит на смотр войска, проводимый лордом Этэлем на плацу. Наверное, хочет поддержать отца или, что правдоподобнее, просто не знает, чем бы еще занять время. В городе ходили слухи, что офицеры называют эти визиты «уроками выживания» для солдат. И действительно, с приходом леди Мирабэль на плац люди начинали спотыкаться, ронять оружие, падать с лошадей, совершать глупые промахи при фехтовании, у них отваливались пуговицы, рвалась форма… Надо признать, что экипировка портилась только у самых нерях, а вот упасть, поломать любимый клинок или немыслимым образом уронить оружие на ногу своему товарищу мог каждый. От этого не был застрахован ни один, даже самый вышколенный солдат.

Обдумывая детали плана по соблазнению нежеланной невесты, Эльен медленно брел по темным улицам города, освещаемым только огнями прикрепленных к стенам домов факелов. Говорили, что в столице Алории ночью гораздо светлее. Там применяют особые магические светильники, установленные через каждые пятьдесят метров. Но в Морении не знали секрета их изготовления, а для устройства столь же яркого освещения без применения технологии пришлось бы выгнать на улицы Морьедага всех имеющихся магов и заставить их полностью истощить запасы магических сил. Ни один правитель, пребывающий в здравом уме, на это бы не пошел — так подорвать обороноспособность собственного государства! Именно поэтому в Морении по ночам было темно, и Эльен плохо различал окружающие предметы. Вопреки слухам и мнению некоторых людей, эльфы не способны были видеть в темноте. Таким даром не обладал никто из них.

Викэль этой ночью тоже не спал. Он не мог позволить Белому опередить себя, просто не имел права, если ему дорога собственная жизнь. Всех его навыков владения мечом и умения драться врукопашную не хватит, чтобы справиться с толпой, которая захочет поквитаться, когда он не сможет больше пользоваться магией в сложных ситуациях.

Ровно в половине двенадцатого Черный ловко перемахнул через забор, окружающий особняк магистра Тираэля. Магическая охрана на Викэля не среагировала. Для него, как для ученика, был открыт свободный доступ. Тираэлю лень было ходить убирать сигнализацию и ловушки каждый раз, когда Черный приходит на очередное занятие. Впрочем, у Эльена тоже была такая привилегия — входить в отсутствие хозяина дома с полной безопасностью для жизни и здоровья. Магистр же не уточнял, давая разрешение на свободный проход, что ночью доступ отменяется. Зря. Мог бы и предусмотреть, зная учеников. Но Тираэль, наверное, понадеялся, что Белый чересчур хорошо воспитан, чтобы позволить себе ночью забираться в чужой дом. А Викэль обычно не слишком рвался к знаниям, не интересовался библиотекой со свитками заклинаний, да и вором не был. Зачем ему чужое имущество, если его семья не беднее? Магистру явно не пришло в голову, что когда-нибудь Черный добровольно будет рваться в библиотеку к магическим книгам. Но такой момент все-таки наступил.

Эльф, скрываясь в тени деревьев и ежась под мелкими каплями утихающего дождя, приблизился к дому и отсчитал на втором этаже третье от угла окно. Викэль на глаз измерил расстояние до него и тяжело вздохнул. И зачем Тираэлю такие высокие потолки в доме? Но отступать было поздно. Черный воткнул носок ботинка с тонкой мягкой подошвой в щель между облицовочными плитами цоколя и, подпрыгнув на одной ноге, рукой зацепился за подоконник первого этажа. «Понастроили! — с досадой подумал Викэль. — Зачем было так высоко поднимать пол первого этажа, если, как я знаю, подвала под домом нет?! Ради шикарной мраморной лестницы со статуями при входе?!» Черный, используя малейшие неровности в стене, с трудом забрался на подоконник первого этажа и встал на нем в полный рост. Его взгляд с тоской скользнул наверх. До вожделенного окна было еще далековато. Как было бы сейчас хорошо к нему левитировать! Так нет же. Он вынужден ползти по стене, так как магия может сработать неточно. Викэль же совсем не хотел попасть на крышу или подробнее изучить строение облаков. И конечно, он отнюдь не мечтал висеть в воздухе, изображая звезду, в трех метрах от окон магистра, ожидая, пока не исчерпает все свои силы и не грохнется в обморок. Тем более Черный еще не полностью восстановился после своей нечаянной проделки на городской площади.

Викэль мысленно поблагодарил неизвестного архитектора за массивные рельефные сандрики, окружающие окна, и с трудом поднялся по ним выше. Как он был рад видеть карниз! Перебраться с него на подоконник нужного окна было делом тридцати секунд. Черный сел на подоконник спиной к стеклам и достал из кармана алмаз. Он позволил себе небольшую передышку перед проникновением в комнату. «Ангелочек» здесь бы явно не поднялся», — самодовольно подумал Викэль. Он чуть развернулся и провел камнем по периметру стекла, ограниченного деревянным переплетом. Раздался тихий скрежет, а затем не очень тихий грохот, когда стекло упало в комнату и разлетелось на мелкие осколки. Черный вжал голову в плечи. Этого момента он не предусмотрел. Надо было чем-то удержать стекло. Но Викэль не был профессиональным взломщиком, поэтому не стал себя корить за промах. Он мысленно досчитал до ста, выжидая, не появится ли Тираэль. Но, к счастью, магистр не пришел проверить источник подозрительного шума. Наверное, не услышал, так как находится в другом конце дома на первом этаже, суля по свету в окнах. «Я потом собственноручно вставлю магистру другое стекло, — пообещал себе Викэль, чтобы успокоить некстати проснувшуюся совесть. — Или даже завтра, прямо с утра, пришлю к Тираэлю гномов, и они быстро все исправят. Главное, чтобы магистр сегодня не помешал моей затее».

Стекло хрустнуло под ногами, когда он спрыгнул на пол комнаты. Викэль задернул на окнах портьеры и создал небольшой яркий шар света. Жестом руки Черный заставил зависнуть его над головой. Создание светильника — это было единственное магическое действо, получавшееся у эльфа с первого раза и без всяких сбоев. К тому же Викэль вполне был способен поддерживать свет довольно долго — всю ночь, если потребуется. Но он надеялся справиться гораздо быстрее.

План Черного по обольщению невесты заключался в том, чтобы стать в ее глазах героем, вызвать восхищение своей самоотверженностью. Викэль должен спасти леди Мирабэль от опасного существа, показать свою заботу, к которой она не привыкла, так как от нее все шарахаются. Но в городе эльф не мог никого нанять для своей инсценировки. Ни один авантюрист не согласится добровольно напасть на леди-несчастье, да и драться с ним, с Викэлем, даже понарошку желающих не найдется.

Черноволосый эльф быстро просматривал пыльные книги и свитки. «Вызов фей… вызов нимф… призыв сатиров, — бормотал он тихо, читая заголовки. — Да что за невезение! Какая-то ненормальная библиотека у Тираэля! Он что — предлагает пугать Мирабэль миниатюрной, не больше ладони, и совершенно неопасной лесной феей?! Неизвестно еще, кто кого больше испугается!» Викэль уже совсем, было, отчаялся что-то найти, когда заметил в углу одной из полок мятый свиток пожелтевшей бумаги. Он развернул лист и посмотрел заголовки. Верхнее заклинание позволяло довольно сильному магу вызвать и подчинить себе дракона. Черный прикинул в уме и решил, что до звания сильного мага он пока недотягивает. А с вышедшим из-под контроля драконом при всех своих талантах он вряд ли справится. Тут нужен будет как минимум десяток магистров и все войско Морении. И лишением магии на несколько сотен лет Викэль после такого не отделается!

Внизу свитка корявым почерком было написано коротенькое заклинание, позволяющее вызвать ифрита. Кто это такой, эльф знал смутно. «О! Это, наверное, кто-то вроде джинна! — радостно решил Черный. — Он запросто по моему желанию превратится в монстра пострашнее и инсценирует драку со мной!».

Викэль порылся в карманах, но мела там не нашел. Наверное, выпал во время подъема по стене. Его взгляд наткнулся на чернильницу на письменном столе. У Тираэля всегда были отличные водостойкие чернила. Черный взял в руки перо, посмотрел на тонкий кончик и решил, что для рисования пентаграммы оно не годится. «А, ладно, пальцем начерчу! — нашел вариант Викэль. — Через пару дней отмоется. Подумаешь! А пол Тираэль и без меня каким-нибудь заклинанием очистит. Зато тут, вблизи магистра, безопаснее колдовать — вдруг опять что-то пойдет не так».

Эльф решительно взялся за дело — обмакнул указательный палец левой руки в чернила и начал выводить линии шестиконечной звезды в круге и символы на старом языке его народа. Пентаграмма получилась не слишком большая — пару шагов в диаметре. Она инородным пятном чернела на белом мраморе пола.

Заклинание на староэльфийском Черный с трудом начал читать по бумажке. С каждым словом линии пентаграммы сияли мрачным светом все ярче. Голос Викэля, гадающего, а правильно ли он поступает, непроизвольно становился все тише. Так что эльф прекрасно расслышал, как за его спиной распахнулась дверь и голос Тираэля удивленно спросил:

— Что здесь происходит?

Отвлечься и ответить Черный, естественно, не мог, да и /том уже и не было необходимости. Линии пентаграммы последний раз ярко вспыхнули и окончательно потухни, позволяя рассмотреть возникшую в комнате из ниоткуда фигуру. Вызванный ифрит упирался макушкой в потолок. И это при шестиметровых потолках! Он был краснокож, и набедренная повязка — его единственная одежда — этого не скрывала. На лбу ифрита торчал короткий рог, делая и без того не слишком привлекательное лицо еще ужаснее. Кожа бугрилась мускулами. Ноги до колен скрывались в дымке, имеющей форму перевернутого конуса. Сразу становилось понятным, что передвигается ифрит явно не так, как все люди. Скорее, плывет по воздуху, а не идет. Это было все, что успели заметить магистр и его непутевый ученик до того, как раздался громоподобный рык:

— Нарушители в моей магической библиотеке! Предъявите кольцо или убирайтесь!

— Что?! — задохнулся от возмущения Тираэль. — В твоей библиотеке?! Это мой дом! И моя библиотека!

— Кольцо есть? — прогромыхал ифрит.

— Не-э-эт, — растерянно протянул магистр, размышляя, что бы предпринять.

В следующий момент неведомая сила подтащила его и Викэля к выходу из комнаты и вышвырнула в коридор. Дверь за их спинами с грохотом захлопнулась.

Черный, который едва не припечатался лицом к стене коридора, возмущенно завопил:

— Я тебя вызвал! Ты должен мне подчиняться!

— Только владеющий кольцом зайдет сюда! — снизошел ифрит до того, чтобы объяснить тупому смертному долгожителю с удлиненными ушами, что ему нет дела до его претензий.

— Магистр, у вас кольцо есть? — поинтересовался расстроенный Викэль у ошеломленного Тираэля.

— Нет.

— А на пальцах у вас что сверкает? Должно же хоть одно подойти этому неправильному джинну!

— К-какому джинну? — не понял Тираэль.

— Да тому, что в комнате. Он даже не подумал поинтересоваться моими желаниями! Сразу сам начал с претений! Эх, обломать бы ему рог, да кажется, что он и физически, и магически посильнее меня будет. Надо ему все-таки сунуть под нос какое-нибудь ненужное колечко попроще. Пусть подавится!

По мере того как Викэль говорил, лицо магистра все больше вытягивалось.

— Олух! — простонал Тираэль. — Тебе еще в первый год обучения должны были объяснить разницу между джинном и ифритом.

— Может, учитель и пытался… — пожал плечами Викэль. — Только я тогда не мог контролировать силу, и он предпочитал вместо устных объяснений оставлять мне записки.

— Так ты, наоборот, должен был уяснить все лучше!

— Это в том случае, если бы я мог эти записи прочесть! А то эта ученая крыса, королевский архивариус, писал все на староэльфийском! — возмущенно сказал Викэль. — А я и сейчас половины символов не знаю!

— Напомни мне, чтобы я больше не принимал учеников архивариуса, — тяжело вздохнул Тираэль. — И как я теперь попаду в библиотеку? От ифрита не откупишься даже самым дорогим платиновым кольцом с бриллиантами. Только с помощью перстня, к которому его привязывали древние маги при создании, можно управлять его действиями. Атак, чтобы ты знал, ифриты не выполняют желания, как джинны, они охраняют вверенное им имущество. И хорошо охраняют! Я не помню ни одного случая кражи.

— Магистр, вы не расстраивайтесь, — попытался успокоить его Черный. — Я обязательно найду вам кольцо ифрита… когда-нибудь, только сначала женюсь.

— Ты сначала выживи во время сватовства! — ехидно алметил магистр.

Лицо Викэля стало таким же мрачным, как у учителя. Неудачный магический эксперимент не так сильно огорчил его, как напоминание о невесте. Черный медленно начал отступать к выходу, унося в рукаве свиток с заклинаниями.

— Ну, мне пора, — сказал он. — Я там случайно окно в библиотеке разбил. Но вы не расстраивайтесь. Как только удастся убрать ифрита, я стекло собственноручно вставлю.

— Только через мой труп! — заявил Тираэль. — С инструментами я тебя и близко к дому не подпущу!

— Да что вы так волнуетесь? Я понимаю, если бы собирался вставлять стекло с помощью магии, а так… — Недоговорив, Викэль скрылся за дверью.

Тираэль издал тяжелый вздох. Он повернулся к двери библиотеки и пригрозил ей кулаком.

— Артефакты не сломай, зверюга! — предупредил магистр ифрита тихим голосом.

— Это те, что в сейфе под плитами пола? — с интересом прогромыхал ифрит.

— Ты еще погромче спроси! — зашипел в ответ Тираэль. — Заткнись и охраняй молча! Должна же от тебя быть какая-то польза, пока ты здесь.

Магистр резко развернулся и ушел в спальню. Но заснуть ему сегодня было не суждено. Обиженный ифрит начал петь, едва Тираэль лег в постель. Магистр натянул на голову подушку и пожаловался вслух:

— И за что мне такое? Два ненормальных ученика!

И демоны у них выходят ненормальные! Певцами себя воображают!

От голоса ифрита в доме жалобно звенели все стекла. Подушка мало помогала приглушить звук.

— У-у-у! — взвыл Тираэль и, наспех одевшись, отправился в ближайшую гостиницу проситься переночевать. Даже Полог Тишины не спасал от усиленного магией голоса ифрита.

Викэль тем временем заново обдумал ситуацию и решил не связываться больше с магией. Он завернул в таверну возле морского порта, чтобы нанять какого-нибудь заезжего бандита. Эльф решительно вошел в темный, не слишком чистый зал и обвел глазами присутствующих. На него в ответ пристально посмотрела не одна пара настороженных и оценивающих глаз. Но Черный не обратил внимания на взгляды. Он выделил из толпы массивного зеленокожего тролля, одиноко сидящего за столиком в углу. От людей тролли отличались только цветом очень прочной кожи, более грубыми чертами лица и высоким ростом за два метра. Проткнуть их мечом или ранить стрелой было затруднительно.

Приглянувшийся Викэлю тролль был абсолютно лыс, как и большинство его собратьев, носил в правом ухе массивную серьгу в виде кольца. На нем были надеты простые холщовые брюки свободного покроя и распахнутая жилетка из той же ткани, подчеркивающая внушительную мускулатуру. Черный подошел к столику тролля и опустил на его поверхность впечатляющих размеров мешочек с деньгами. Послышался характерный звон, на который обернулись абсолютно все, сидящие в зале, но эльф опять не обратил на это внимания.

— Это задаток, — сказал Викэль.

Тролль заинтересованно посмотрел на него, потом протянул руку и взвесил мешочек с деньгами.

— Серебро? — поинтересовался он.

— Золото, — ответил Черный.

В зале послышался удивленный свист. Глаза всех присутствующих жадно заблестели. Эльф подвергся самому тщательному изучению. Посетители оценивали его комплекцию, движения, меч, висящий в наспинных ножнах, прикидывали, сколько стоит его одежда и можно ли надеяться на выкуп.

— Что надо сделать? — спросил тролль, подкидывая мешочек на широкой ладони. — Кого-то убить?

— Ни в коем случае! — быстро возразил Черный. — Надо просто напугать одну эльфийку и позволить мне ее спасти. Ну, инсценируешь драку со мной. Можно немного помахать мечами для эффектности картины. Только моя невеста ни в коем случае не должна пострадать!

— О себе бы побеспокоился, — ухмыльнулся тролль. — Ты же на голову ниже меня и вдвое уже!

В ответ Викэль широко и искренне улыбнулся:

— Пусть это тебя не волнует. Мне не нужны поблажки. Золотом я плачу тебе за увечья. Случайные, конечно.

— Каков нахал! — послышался голос за спиной эльфа.

— Боюсь, что я тебе за увечья не выплачу ни медяка, — сказал тролль. — За язык тебя никто не тянул — от поблажек ты сам отказался.

— Жду тебя завтра у гарнизонных казарм, — назначил встречу Викэль и, развернувшись, быстрым шагом вышел за дверь. Его походка намекала, что он очень торопится и у него еще куча дел в разных концах города.

Компания из шести вооруженных до зубов оборванцев тут же торопливо направилась к выходу за ним. Остальным пришлось завистливо вздыхать и корить себя за то, что не выскользнули за дверь раньше, как положено, чтобы устроить засаду. Так нет же, им захотелось дослушать занимательную беседу богатенького эльфа с троллем!

Бандиты выскочили за дверь и, разделившись по трое, направились в противоположные концы улицы, так как не заметили, куда делся эльф. Скорее всего, свернул за ближайший угол. Первая тройка на всех парусах завернула за здание. Двое из них тут же осели на землю от удара мечом плашмя по голове. Третий бандит оставался в сознании не дольше. Он получил удар левой рукой по шее под ухом и рухнул как подкошенный. Викэль ухмыльнулся. Его уловка удалась. Бандиты думали, что он очень торопится и ни на что не обращает внимания, а он устроил им засаду. Черный затащил тела за угол и, подняв меч над головой, принялся ждать вторую партию. Настроение у него было приподнятое, с губ не сходила улыбка.

Минуты через две послышался топот ног, и Викэль наконец получил возможность успокоить еще одного горе-грабителя. Остальные двое успели резко затормозить и схватиться за ножи. Мечей у них не было, да и не обучены они были махать тяжелыми железками. В эльфа полетел гонкий длинный метательный нож с простой деревянной ручкой. Черный даже не сделал попытки отойти с траектории его полета. Он спокойно стоял и улыбался. Его рука быстро метнулась и перехватила рукоять, когда острие оказалось в нескольких сантиметрах от груди. Викэль несколько раз ловко крутанул нож вокруг ладони и поймал его двумя пальцами за самый кончик. Бандиты расширившимися глазами наблюдали за этим представлением. Никто из них не смог бы повторить подобный фокус. Они дружно развернулись и попытались убежать, но не тут-то было. Черный резко метнул нож. Лезвие несколько раз перевернулось в воздухе, ловя блики луны, и рукоятка с силой ударила одного из убегающих людей по затылку. Этого вполне хватило, чтобы он грузно осел на землю. Догонять последнего из бандитов Викэль не стал.

«О! А министр здравоохранения говорил, что с телепортами, каретами и лошадьми народ совсем обленился и разучился не только бегать, но и ходить, — подумал Черный. — А тут такие чемпионы по бегу попадаются…» — Викэль развернулся и, для порядка отпихнув ногой одно из бессознательных тел с дороги, пошел домой. Тишину улицы прорезало его веселое насвистывание, услышав которое припозднившиеся пешеходы спешили свернуть куда-нибудь подальше. Городские бандиты спешили уйти с дороги, потому что уже хорошо знали, кто так нагло, громко и ужасающе немелодично имеет обыкновение свистеть. А честные люди берегли свой слух и здоровье. Никто из них и подумать не мог, что подобные звуки издает эльф. Они, скорее, ожидали увидеть злобного громадного тролля или еще какого ужасного монстра.

ГЛАВА 6.

Вдоль забора по лужам, оставленным недавним дождем, крались двое. Одна тень была на полторы головы выше другой.

— Не топай ты так! — прошептал женский голос. — Мальчик мой, и не разбей шар со снотворным заклинанием, он стоит целое состояние!

— Я знаю! — раздраженно ответил мужской голос. — Еще бы мне не знать, если именно я за него платил! И не называйте меня мальчиком! Я всего на десять лет младше вас, тетя!

— Алория возместит тебе затраты, не волнуйся.

— Боюсь, что вернуть долг мне решат только посмертно, — огрызнулся в ответ мужчина. — Так им легче будет забрать деньги обратно.

— Не ворчи. Если мы выкрадем у Тираэля артефакт, нам заплатят целое состояние.

— Не нам, а вам, тетя, — уточнил мужчина.

— Какая разница, мы же одна семья, мальчик мой.

— Разница в том, что денег я так и не увижу!

— Ну, почему же… Я тебе дам на них полюбоваться. Только без рук! А сейчас заткнись, мы подходим к калитке.

— А зачем мы к ней поперлись, если можно было перелезть через забор?

— Мальчик мой, я еще в вечернем платье через забор не лазила!

— А зачем вы его вообще надевали?! Мы же не на бал шли!

— Красивой женщине легче доказывать свою невиновность. К тому же Тираэль — такая лапочка. Я не могу показаться ему на глаза в рубище.

— Тетя! — простонал мужчина. — Вы бы определились, зачем идете — соблазнять магистра или грабить!

— Я, конечно, иду грабить. Но соблазнить тоже можно попытаться, если он нас заметит, — ответила женщина.

— А кого в случае поимки соблазнять мне? — Злясь на свою уступчивость, на родню и на свое государство, посол Алории в Морении замолчал и, крадучись, преодолел оставшиеся сто метров до калитки. Сзади, тихо цокая высокими каблуками замшевых туфелек, шла тетя — красивая блондинка. Глядя на ее шикарное бордовое вечернее платье и высокую прическу, Анориэль чувствовал сильнейшее раздражение и желание самолично сдать родственницу Тираэлю и понаблюдать, как она выпутается.

Чугунная кованая калитка из тонких ажурных прутьев наконец показалась впереди. Посол замедлил ход и пропустил тетушку вперед. Эльфийка поводила руками перед калиткой, и ее лицо недоуменно вытянулось.

— Странно, — прошептала она. — Калитка не закрыта, и защитные заклинания не работают, хотя я их чувствую. Не мог же самый опытный магистр Морении забыть ее запереть! Не верится в его беспечность…

Шпионка и не подозревала, что она угадала, и Тираэль действительно забыл закрыть калитку, удирая от назойливых вокальных упражнений ифрита. За свое добро он не переживал — все наиболее ценные для него вещи находились в библиотеке, где он давал ученикам уроки магии. Там хранились древние свитки с заклинаниями, артефакты и несколько наиболее ценных золотых вещей с драгоценными камнями. Правда, не все из его богатств лежало на виду. Но раз уж Тираэль и сам не мог попасть в библиотеку, то считал, что и воры не проникнут. Вряд ли они ходят на дело с набором колец ифритов.

Эльфийка толкнула чугунную решетку, открывая проход.

— Тетя, может, не надо, — поежился Анориэль. — У меня какое-то нехорошее предчувствие.

— У тебя, мальчик мой, не предчувствие, а самая обычная трусость! — отрезала алорская шпионка. — И в кого ты такой родился?

Эльфийка метнулась в тень от ближайшего дерева и перебежками направилась к черному ходу, ведущему на кухню. Насколько она успела узнать, прислуги у магистра не было. Он сам любил готовить, а убрать в комнатах можно было с помощью магии. Шпионка подергала ручку двери и убедилась, что она тщательно заперта и защищена от проникновения воров множеством защитных заклинаний, убрать которые можно будет только часа за четыре кропотливого труда. Эльфийка сдавленно ругнулась.

— Надо же! А я надеялась, что Тираэль защитит дверь чем попроще, — расстроенно прошептала она. — К парадной двери, наверное, лучше совсем не приближаться.

Шпионка была, конечно, неправа, так как Тираэль любезно забыл закрыть от воров парадную дверь. Но ей этого никто не сообщил. Эльфийка и помыслить не могла, что магистр лег спать, не защитив дом. Не знала она и того, что Тираэля здесь на данный момент нет. Она не считала нужным следить за домом, так как, по сообщенным ей сведениям, магистр всегда ночевал в своей комнате и всегда один. Его описывали как закоренелого холостяка, не желающего допускать женщин в свою жизнь. Конечно, легкие интрижки у Тираэля иногда случались… Но последняя была лет пять назад. Психика магистра не выдерживала одновременного общения и с каверзными учениками, и с лицемерно наивными и беззащитными женщинами, стремящимися любой ценой получить от него брачную клятву. Он был довольно богатым, влиятельным и знатным женихом и никак не хотел смириться с уготованной ему участью наживки.

Эльфийка отошла от дверей черного входа и задумчиво осмотрела фасад, вспоминая заученную планировку. По ее прикидкам, нужное окно находилось на противоположной стороне.

— Пошли, попробуем залезть через окно, — скомандовала она племяннику.

— Высоковато, — опасливо сказал Анориэль. — Сдался вам этот артефакт!

— Молчать! — осадила эльфийка родственничка и подтолкнула в нужном направлении. — В нем силы немерено!

Окно обнаружилось быстро и ввергло шпионку в состояние еще большего недоумения. Стекла в нем не было. Абсолютно.

— Что за новая мода? — выразила эльфийка свое недоумение, начиная злиться на ненормальные причуды Тираэля. — Калитка нараспашку, двери хорошо защищены, а в окна лез, кто хочет?!

— Может, моренийский магистр надеется, что воры сорвутся со стены? — робко подал голос Анориэль. — Окно-то высоко.

— Ха! Не мели глупостей, мальчик мой, — презрительно посмотрела тетка на посла. — Здесь и падать-то нет причин. Дай шар со снотворным заклинанием, я левитирую себя к подоконнику.

Анориэль охотно отдал шар. Лучше он потеряет деньги, заплаченные за него, чем пойдет в дом, возможно, полный ловушек, где его могут схватить и разоблачить или убить, не разбираясь.

Шпионка начертила пальцем в воздухе нужный символ, прошептала несколько слов и легко воспарила над землей. Полет к окну библиотеки был недолгим. Она встала на подоконник высокого окна и настороженно заглянула в комнату, просунув голову в проем между деревянными рамами.

— Кольцо! — неожиданно рявкнул у нее над ухом громоподобный голос.

Эльфийка испуганно выронила шар и откинулась назад, тут же почувствовав, что падает с подоконника вверх тормашками. У самой земли заклинание замедлило ее полет и позволило мягко, но болезненно для гордости приземлиться на траву газона.

— А говорили, падать нет причин, — раздался из-за ближайшего куста испуганный голос Анориэля. — Вы шар в комнате разбили?

Порозовевшая от стыда из-за того, что племянник стал свидетелем ее падения, шпионка зло посмотрела на ни в чем не повинный куст.

— Разбила, — прошипела она, как разъяренная гадюка.

— А вот и нет! — раздался сверху громкий издевательский голос- Я его поймал возле пола и конфисковал в свою пользу. Могу отдать взамен на кольцо.

— Ты — Тираэль? — поинтересовалась шпионка растерянно.

— Нет. Его нет дома. А я тут остался за охранника.

— Держи. — Эльфийка сорвала с пальца самое дорогое кольцо и закинула его в окно, надеясь таким образом подкупить охранника и наладить с ним отношения.

— А еще нет? — довольным голосом поинтересовались сверху из комнаты.

В окно полетело второе кольцо, с сожалением снятое с пальца. Оставалось еще шесть.

— Давай шар, — приказала она. Это заклинание стоило гораздо дороже, так как действовало абсолютно на всех живых существ, даже сильнейших магистров. Подобных шаров, созданных древними магами, осталось очень мало. — Или если тебе так приглянулся этот шар, оставь его себе и отдай взамен статуэтку непонятной птицы, отлитую из меди. Она должна быть где-то там, — попробовала схитрить шпионка.

— Надо бы доплатить… — раздался задумчивый голос из окна.

— Жадный, гад, — ругнулась под нос эльфийка и с жалостью забросила в темный неостекленный проем еще шесть колец. — Хватит?

— А еще нет? — поинтересовался голос.

— Нету! — зло завопила эльфийка, не опасаясь, что ее услышат. Все равно охранник Тираэля разговаривал чересчур громко.

— Жалко, — притворно вздохнули сверху. — Ну, спасибо и на этом. Кстати, я не жадный, а хозяйственный. Если что-то предлагают — надо брать. На то я и ифрит.

— Предлагают?! — задохнулась шпионка.

— Ифрит?! — завопил Анориэль, еще ниже приседая за куст.

— Ага, — довольно громыхнул голос сверху. — Спасибо за подарки и за развлечение, но вам пора. Или помочь?

— Да я тебя!.. — Эльфийка сделала шаг вперед к окну.

— Я знаю, что вы влюбились в меня с первого взгляда, но, увы, мадам, я уже обручен со своей работой, — издевательски произнес ифрит, с помощью магии вынося за ограду обоих незадачливых грабителей. — Надеюсь, я правильно понял вашу последнюю фразу, — громко хохотнул он, огромной черной тенью высовываясь из окна, чтобы напоследок напутать незваных гостей.

Растерянная и подавленная шпионка осталась стоять на тротуаре вместе с вжавшим голову в плечи племянником.

— У Тираэля паранойя, что ли?! — возмущенно спросила эльфийка, хлопая ресницами. — Кто же оставляет ифрита охранять кучу жалких бесполезных артефактов?! Все самое ценное должно храниться в королевской сокровищнице!

— О! Тетя, вы сами сказали, что у Тираэля хранится одно барахло. Так зачем вам этот артефакт? Поехали домой, — с надеждой предложил Анориэль.

— Нет, я его достану!

— Артефакт?

— Нет! Тираэля! Он поплатится за мое унижение! Гад! Он меня оскорбил!

— Оскорбил вас ифрит, — уточнил посол. — Ему и надо мстить.

— Я что, похожа на сумасшедшую? — мрачно поинтересовалась алорская шпионка. — Связываться с ифритом — себе дороже. Пусть с ним Тираэль сам разбирается. Хотя… — задумалась она. — Племянничек, дай-ка мне твой телепортационный медальон.

— Зачем? — опасливо поинтересовался Анориэль. — Это запас на тот случай, если срочно придется уносить ноги! Мощный, но одноразовый!.. Куда вы собрались?

— Я — никуда. Мне просто необходим содержащийся в медальоне запас магии.

Посол отступил на шаг назад.

— Он чересчур мощный. Мне за напрасную порчу медальона дома в министерстве голову оторвут, — пожаловался Анориэль.

— Это будет еще не скоро. А вот если ты не отдашь медальон, то отрывать тебе голову начну я, и немедленно! — угрожающе сузила глаза аторская шпионка, создавая над ладонью ярко-алый мерцающий шар, утыканный острыми шипами.

«Не убьет, так покалечит, — спрогнозировал свою незавидную участь Анориэль. — С разозленной тетушкой лучше не связываться». Он торопливо расстегнул серебряную цепочку на шее и протянул ее вместе с медальоном своей родственнице.

Женщина убрала магическое оружие, развеяв его в воздухе, и с довольной усмешкой подхватила цепочку. Она отошла на противоположный конец улицы и нырнула в небольшой темный тупик между домами. Там, присев на корточки, принялась чертить пальцем на поверхности земли сложный узор, оставляющий в воздухе багровый след из бесплотных нитей. В центр получившегося орнамента шпионка положила отнятый у племянника медальон и нараспев произнесла несколько фраз на староэльфийском, упомянув имя Тираэля. Это заклинание она когда-то подсмотрела в дневнике своего учителя магических наук. С довольным видом эльфийка подняла опустошенный одноразовый телепорт и вышла из тупичка. Она мечтательно подняла глаза на звездное небо.

Испуганный крик Анориэля прервал это созерцание. Шпионка посмотрела в ту сторону, откуда кричал племянник. Перед ним высились четыре бесформенных бесплотных тени, ощетинившиеся вполне материальными мечами и ножами. На одну тень приходилось пять-шесть экземпляров оружия. Так как рук у них не было, то рукояти придерживались выдвинутыми из общей массы наростами. Они свободно меняли свое положение на поверхности теней, двигались, легко удлиняясь и укорачиваясь. Сразу становилось понятно, что даже очень хороший мечник вряд ли сумеет справиться с невиданным существом, а уж с четырьмя — и подавно! Анориэль медленно отступал от них со страхом в глазах.

— Кольцо! Отдай! — потребовала одна из теней замогильным голосом, от которого душа уходила в пятки.

— Что за черт?! — удивилась шпионка и решительным шагом двинулась к бесформенным призракам. — Кхм, — кашлянула она, чтобы привлечь внимание существ. — Я же приказала отобрать кольцо ифрита у Тираэля, а не у моего бестолкового племянничка!

Но призрачные существа не обратили на нее никакого внимания.

— Кольцо! — опять потребовала одна из теней у Анориэля.

Посол беспомощно посмотрел на тетку, с озадаченным видом рассматривающую напавших на него существ, и понял, что помощи может не дождаться. Он стянул с мизинца массивную и очень дорогую печатку с мелкими бриллиантиками и кинул ее в призрака. Вещица погрузилась в тень и исчезла из вида.

— Кольцо! — еще раз потребовала бесплотная, но хорошо вооруженная тень.

Трясущимися руками посол начал стаскивать с указательного пальца левой руки тоненький серебряный ободок, подаренный ему родителями еще до совершеннолетия. Кольцо сниматься не хотело, и Анориэль почувствовал, что взмок, несмотря на ночную прохладу. По миллиметру сдвигая тесный ободок к кончику пальца, посол жалобно попросил:

— Тетя, сделайте же что-нибудь.

— Уже делаю, — отозвалась шпионка.

— Вы же просто стоите! — возмутился Анориэль.

— Я не просто стою, я думаю, что пошло не так! — высокомерно сказала эльфийка.

Посол наконец стянул с пальца кольцо и швырнул его в одну из теней. Серебро последний раз сверкнуло в свете луны и скрылось в клубящейся темной субстанции. Тут же все четыре призрака отвернулись от Анориэля в сторону шпионки. Посол думал, что и ее сейчас попытаются обобрать, но ошибся. Из одной тени выдвинулось в сторону эльфийки щупальце в виде небольшой плоской полочки. На его поверхности сверкали оба кольца. Анориэль так понял, что это подарок для тетушки. Шпионка, естественно, отказываться не стала. Она взяла предложенные ей драгоценности и сжала в кулаке. Тени тут же растворились в воздухе, не оставив следа.

Анориэль с несчастным видом посмотрел на тетку. Он сегодня чересчур много потерял — дорогущий шар с заклинанием, телепортационный медальон, а теперь еще и кольца поменяли своего владельца…

— Тетя Вэль, может, вы отдадите кольца? — неуверенно поинтересовался посол. — Зачем они вам?

Шпионка поморщилась, но кольца протянула. Анориэль мгновенно выхватил их из тетушкиной ладони и любовно прижал к груди. Тут же вокруг него снова возникла стена из четырех теней-призраков.

— Кольцо! — потребовал все тот же холодный безразличный голос. Анориэль застонал.

— Ну почему не пуговица?! — задал он риторический вопрос, так как знал, что отвечать ему никто не будет. Он услышал, как за спинами призраков громко хохотнула тетя. В следующий момент она свободно прошла между призраками и протянула ладонь. Посол с обреченным видом отдал ей кольца. Тени тут же опять исчезли.

— Пусть пока побудут у меня, — сказала Вэль, заталкивая серебряный ободок в свой кошель и пристраивая печатку на указательный палец.

По тетиному виду Анориэль понял, что свое кольцо с бриллиантами он не получит. Остается только смириться с материальными потерями. Повезло, что тени сначала «вежливо просят», а не кидаются сразу убивать, чтобы снять кольца с трупа. Хорошо хоть жив остался.

— Тетя, а как долго будет действовать ваше колдовство? — поинтересовался Анориэль на всякий случай.

— Я так прикинула, что пару месяцев, — ответила шпионка. — Это в том случае, если тени в ближайшее время так и не отберут кольцо ифрита у Тираэля. Тогда они сразу исчезнут. Не понимаю, что пошло не так? Призраки же получили четкий приказ отобрать одно-единственное кольцо, находящееся у моренийского магистра! Атак они мне теперь стащат все кольца в городе! Хотя я от этого не расстроюсь, — улыбнулась Вэль. — Надо бы приготовить для них шкатулку побольше. — Шпионка заспешила домой, оставив несчастного племянника стоять на тротуаре напротив дома магистра.

Она не подозревала, что ее заклинание пошло наперекосяк, так как кольца ифрита у Тираэля не было. Но разве Вэль могла подумать, что магистр и сам бы рад избавиться от навязанного ему назойливого охранника, но это не в его силах? Разве она могла предположить, что появление ифрита в библиотеке — случайность, вызванная неграмотностью ученика Тираэля?

Уставший Эльен брел по темным улочкам домой, сетуя на то, что Яго живет на окраине, так далеко от его дома. У него над головой тускло сиял небольшой магический огонек, рассеивая тьму там, куда не доставал свет факелов, или там, где они успели прогореть и совсем потухли. Вокруг Белого на высоте плеч сверкал белый обруч, сотворенный магией. Это означало, что он защищен щитом, и бандитам бесполезно пытаться на него напасть. Ни стрелы, ни ножи, ни дубинки, ни просто физическая сила не помогут им проникнуть внутрь обруча и достать богато одетого, сверкающего драгоценными украшениями эльфа. Сами бандиты тоже прекрасно видели, что их усилия в данном случае будут напрасны, и беспрепятственно пропускали Эльена по самым мрачным трущобам, если ему внезапно захотелось срезать путь. Так что мрачный рокочущий голос, потребовавший отдать кольцо, немного удивил Белого, но остановиться или испугаться не заставил. Эльен все так же продолжил брести по улице, не отрывая глаз от тротуара, чтобы не наступить в лужу, оставшуюся после дождя. Но ни через метр, ни через пять голос все не унимался.

— Кольцо! Отдай! — настойчиво требовал кто-то то за спиной, то по бокам.

В раздражении Эльен остановился и поднял голову, вопрошая:

— И кто здесь такой тупой? Ой! — непроизвольно сказал Белый, разглядев четырех бесформенных призрачных грабителей и страстно пожалев, что обруч его щита не слишком широк.

Одна из теней, уверившись, что требования не помогают, замахнулась на него тремя мечами и двумя ножами. Щит остановил оружие, не позволив ранить создателя, но уютнее от этого Эльену не стало. В следующее мгновение вокруг него засверкали мечи и ножи всех четырех призраков. Натыкаясь на щит, они тормозили на расстоянии двух-трех ладоней от лица, груди и спины эльфа. Белый непроизвольно сжался и мелкими шажками начал двигаться вперед, очень надеясь, что призрачным существам такое развлечение вскоре надоест.

— И чего пристали?! — возмущенно спросил Эльен, прикидывая, на сколько часов еще хватит сил для поддержания щита. У Белого было хорошее знание магии, но, к сожалению, маловато сил. — Это случайно не Викэль мне удружил? — вслух подумал Эльен. — Хотя нет. Ему мозгов на такое не хватит. Он колдует по принципу: «Сила есть — ума не надо». Может, вы пойдете и навестите его? — с надеждой спросил Белый у бесформенных теней, бесстрастно замахивающихся на него оружием. — У Викэля на пальце тоже есть прекрасная печатка с семейным гербом… и меч!

Но призраки не слушали его. Они не оставляли попыток продырявить Эльена ножом или раскроить пополам мечом. Белый упрямо терпел, не желая расставаться со своим имуществом. Как утихомирить этих странных грабителей, он не знал. Такой процессией они дошли до дома Эльена и зашли внутрь.

— Это частная собственность, — устало сделал эльф Последнюю попытку отделаться от нежелательной компании. — Сюда нельзя!

Но и защитная система дома не остановила призраков, так как была рассчитана на живых существ, имеющих материальное тело.

Эльен прошел в гостиную и устало растянулся на кушетке. Последнее, что он видел, закрывая глаза — это ровный строй призраков, выстроившихся вдоль этого ложа и пытающихся нарезать его, как колбасу, ломтиками.

— Завтра утром разберусь, что с вами делать, — прошептал Белый, проваливаясь в сон.

Когда через десять минут подрубленная под ним кушетка рухнула, Эльен даже не открыл глаз. Он свернулся клубочком на полу на ворсистом ковре и снова уснул. Если бы призрачные существа могли чувствовать, они бы наверняка сошли с ума от бешенства от такого пренебрежения. Но, к счастью, ни чувств, ни мыслей у них не было. Всю ночь они старательно трудились, махая мечами и ножами над мирно спящим, уставшим эльфом, а наутро растворились с первыми лучами солнца, так и не побеспокоив ни Викэля, ни Тираэля.

ГЛАВА 7.

Мирабэль неспешно шла на плац, чтобы поприсутствовать на утреннем смотре войск. Это был ежедневный ритуал, от которого она не хотела отказываться, как бы часто папенька с намеком ни интересовался, а не лень ли ей вставать в такую рань. У эльфийки просто не было никаких других развлечений. Хотя… Большинство народа сочло бы, что все те неприятности, которые с ней постоянно случаются, и так служат достаточным развлечением.

Внезапно из-за угла здания напоперед ей вышел очень красивый блондин с длинными волосами. Он пристально посмотрел на Мирабэль своими черными как ночь глазами и лучезарно улыбнулся.

Это был Яго. Эльен хорошо поработал над его внешностью, но так как инкуб во время наложения иллюзии спал, то он упустил из вида цвет глаз. Вместо ярко-голубых они так и остались непроницаемо черными. Белый обнаружил это пять минут назад, когда его будущая невеста уже показалась на горизонте и предпринимать что-либо было поздно.

Мирабэль от неожиданности остановилась и зачарованно посмотрела налицо ангельски красивого эльфа. Ей редко улыбались незнакомые люди, а знакомые — и подавно.

— Привет, меня зовут Эльен, — начал играть свою роль Яго, помня, что друг наблюдает за ним из-за угла. Он старательно улыбался, хотя знал, что это не обязательно. Магия инкубов подействует и так, ведь амулет, ликвидирующий ее действие, Белый нетерпеливо отобрал у него еще пять минут назад.

К удивлению Яго, эльфийка смотрела на него без должного обожания во взгляде — просто с интересом и небольшим недоумением. Инкуб даже начал сомневаться, а не потерял ли он сноровку. Хоть проси девушку подождать и беги по городу проверяй!

— Вы что-то хотели? — поинтересовалась Мирабэль участливо.

От неожиданности вопроса Яго чуть честно не ляпнул: «Да вот соблазнить тебя хотел».

Обычно ему вполне достаточно было просто показаться без амулета на глаза девушке. Он мог улыбаться, морщиться, корчить смешные или зверские рожи — это не имело значения. Магия инкубов всегда действовала безотказно.

Эльен за углом тоже занервничал. Все шло как-то наперекосяк. Его невеста уже давно должна была с обожанием смотреть на Яго и не вспоминать ни про какие вопросы.

— Что за невезение! — в сердцах тихо пробормотал Белый и тут же вспомнил, с кем имеет дело. Ему уже не везет! Вчера донимали призраки, а сегодня, похоже, магия инкубов не произвела должного впечатления на Мирабэль.

— А как вас зовут, прекрасная незнакомка? — поинтересовался Яго, продолжая играть навязанную ему роль и рассматривая эльфийку. Он не понимал, почему Эльен назвал свою невесту ужасной. Девушка не показалась ему уродливой, скорее, таковой можно было назвать ее одежду. Неужели у Белого вкус настолько отличается от его вкуса?

Мирабэль тем временем огляделась по сторонам, чтобы понять, к кому обращается блондин с поразительными черными глазами, так не сочетающимися с его обликом. Но вокруг никого не было. Эльфийка недоуменно моргнула и тут же с тоской вспомнила, что сегодня даже не расчесалась. Только пригладила волосы пятерней и заплела в неопрятную косу. Но теперь уже ничего не поделаешь. Она задрала подбородок повыше и ответила:

— Мира…

Последний слог ее имени потонул в жутком реве тролля, выскочившего из-за соседнего угла, противоположного тому, откуда вывернул блондин. Это Викэль решил, что пора вмешаться, и велел троллю нападать. Он не знал, кто этот незнакомец с внешностью Белого, но не мог позволить ему дальше разговаривать со своей невестой. Викэль четко видел настоящего Эльена прямо напротив себя через улицу. Их разделяла только шестиметровая полоса дороги. Он с вызовом посмотрел на конкурента, встретив досадливый ответный взгляд. Черный решил, что в драке вполне справится и с троллем, и с черноглазым незнакомцем, и с Эльеном, если тому придет в голову вмешаться.

Однако плану Викэля тоже не суждено было сбыться. Разогнавшийся тролль вдруг резко остановился в двух шагах от Яго и Мирабэль, как будто наткнулся на невидимую стенку. Он лучезарно улыбнулся, глядя на инкуба. Эта улыбка очень не сочеталась с его грозной внешностью.

— Как тебя зовут, прекрасный незнакомец? — кокетливым голосом спросил тролль у онемевшего Яго.

— Ты че? — растерянно пробормотал инкуб, отступая.

— Тычо? — уточнил тролль, играя мускулами под распахнутой жилеткой.

Эльен тихо свистнул и недоуменно посмотрел на Викэля. Черный в ответ пожал плечами, всем своим видом показывая, что сам не понимает, в чем дело. Растерянные, они вышли из-за углов навстречу друг другу. Оба их плана, похоже, только что провалились.

— Как насчет совместного ужина, красавчик? — продолжил словесную атаку тролль.

Яго с ужасом отрицательно замотал головой.

— Я уже ужинаю с ней! — завопил инкуб, хватаясь за руку Мирабэль, как утопающий за спасительное бревно. Вот только бревна так не хихикали, как это делала эльфийка. Глядя на испуганного блондина и зеленокожего верзилу с глупым выражением лица, она не могла сдержаться. Тем более что тролль обращался к вцепившемуся в нее мужчине точно так же, как тот недавно обращался к ней.

— Твой тролль — голубой, что ли? — не очень громко поинтересовался настоящий Эльен у Викэля. Оба стояли рядышком посреди дороги и не знали, что дальше предпринять.

— Не знаю, — растерянно произнес Викэль. — Вроде не похож…

— Похож, похож, — кисло сказал Эльен. — Он вешается на моего инкуба.

— Ты привлек к этому делу инкуба? Так нечестно! — возмутился Викэль. — Это же безотказный вариант!

— Да? Только вот он почему-то не сработал, и твой тролль здесь ни при чем, — хмуро ответил Белый, наблюдая, как уши Яго становятся пунцовыми от комплиментов, которых он предпочел бы избежать.

— Не сработал твой план по вполне понятной причине, — отозвался Черный. — Что все пойдет наперекосяк, можно было ожидать. Вон она, причина, хохочет над инкубом.

— Как я понимаю, твой план тоже не сработал? — поинтересовался Эльен. — Ты хотел напугать нашу невесту и героически спасти ее от тролля?

— Угу. Только учти — это не «наша» невеста, а моя!

— Да? Я что-то не слышал, чтобы леди Мирабэль давала тебе свое согласие.

— А я не видел, чтобы ты с ней хотя бы знакомился, — отпарировал Викэль.

— Тебя она тоже не знает, — отозвался Эльен.

Черный и Белый дружно переглянулись и одновременно решили действовать. Эльен кинулся к Яго, жестом снимая с него иллюзию, и накинул ему на шею цепочку с амулетом, нейтрализующим магию инкубов. Викэль в свою очередь громко приказал троллю отстать от бедного парня и, взяв за руку повыше локтя, потянул в сторону. Однако их меры оказались напрасными и имели неожиданный результат. Тролль оставил Яго, ставшего снова самим собой, в покое и переключил свое внимание на Эльена.

— О! Эти небесно-голубые глаза! — завывал он хриплым голосом. Тролля не смутило даже то, что минуту назад он воспевал черные глаза. — И чудные волосы! — На попытки Викэля оттащить его от быстро краснеющего эльфа он не среагировал. Соотношение масс было явно не в пользу Черного.

Теперь уже настала пора Эльена растерянно хлопать глазами, не зная, что предпринять. Позорно сбежать на глазах веселящейся невесты он не мог. Викэль тоже понимал, что все уже смахивает на фарс, но урезонить тролля не выходило. Не помогла даже тихая угроза лишить его оплаты. Влюбленному троллю было все равно. Но не бить же его теперь!

Мирабэль наконец взяла себя в руки и перестала хихикать. Она не понимала, почему тролль внезапно воспылал любовью к блондину, оказавшемуся невзрачным брюнетом, и откуда взялся второй блондин. Но к необычным ситуациям ей было не привыкать. Она выступила вперед, закрыв собой обоих парней от тролля, и громко обратилась к нему:

— Извините, но сегодня все эти трое ужинают со мной. А блондин будет ждать вас завтра в восемь вечера на главной площади. Он тоже жаждет снова увидеться с вами и услышать ваш чудесный голос. Он просто влюбился в ваше лицо и восхищен столь сильной и мужественной фигурой. — Делая все эти комплименты троллю, Мирабэль еле сдерживалась, чтобы не разразиться хохотом. Особо смешно было наблюдать, как лицо беловолосого эльфа все больше вытягивается от удивления и ужаса. Он же не думал ни о чем подобном!

Но, как ни странно, речь Мирабэль помогла. Тролль счастливо просиял.

— Я буду ждать тебя, красавчик. — Он послал Эльену воздушный поцелуй. — Спать не буду, пока снова не увижу тебя. — Он повернулся и, кокетливо покачивая бедрами, двинулся прочь. Яго и Викэль с облегчением вздохнули.

— Я не хочу с ним встречаться! — тем временем трагическим шепотом, чтобы не расслышал удаляющийся тролль, сообщил Эльен. — У меня вполне традиционная ориентация! По мне, так пусть он на этой площади хоть в статую превратится. Не пойду!

— И не надо, — улыбнулась Мирабэль. — Главное, что он мирно удалился. Если вы сами не придете на площадь, он вас больше не найдет.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Белый за избавление от тролля. — Меня зовут Эльен.

— Да? — удивилась эльфийка. — А как же тогда зовут его? — И она ткнула пальцем в инкуба.

— Это мой друг Яго.

— Я и сам могу представиться, — проворчал инкуб.

— А меня зовут Викэль, — поспешил назвать себя Черный, не желая уступать инициативу конкурентам. — Леди, вы сами видите, как опасно нынче ходить по улицам, могу я вас проводить? — спросил он. — За вами — хоть на край света.

Непривычная к комплиментам Мирабэль смутилась и с благодарностью посмотрела на Викэля.

— Я тоже вас провожу, — тут же вмешался Эльен. — Помощь мага вам лишней не будет.

— Это ты, что ли, маг? — хмыкнул Черный. — Недоучился еще.

— Ну уж, по крайней мере, не ты! — едко ответил Белый. — Ты хоть один трактат по магии прочитал? Я так подозреваю, что только название от него, и то с трудом, по слогам!

— Зато ты без своей хваленой магии вряд ли справишься даже с одним хромым на обе ноги безруким бандитом!

Мирабэль растерянно переводила взгляд с одного эльфа на другого. Она не понимала, из-за чего они ругаются друг с другом.

— Я опаздываю! — громко сообщила эльфийка. — Яго, вы меня не проводите?

— Да, конечно, — ответил галантный инкуб, заработав пару дружных возмущенных взглядов. — Я к вашим услугам, Мира.

Эльфийка не стала возражать из-за того, что новый знакомый сократил ее имя. Она не подозревала, что полное Яго не расслышал, а иначе давно бы поспешил попрощаться. Добровольно лезть в кучу неприятностей не хотел никто. Яго не был исключением.

Таким образом, на плацу Мирабэль появилась в сопровождении небольшой свиты, заставив нескольких недисциплинированных солдат выронить оружие, а остальных — сильно удивиться. Лорд Этэль улыбнулся дочери и пошел проводить смотр, грозно нахмурив брови. От него не укрылись смешные попытки особо эмоциональных особ незаметно подобрать с земли свое оружие. Солдаты выстроились небольшими квадратами, впереди которых стояли командиры. Здесь были группы мечников, копейщиков, лучников, арбалетчиков, кавалеристов, латников в тяжелых доспехах на крепких лошадях, а также магов и лекарей. Неровный квадрат врачевателей Мирабэль, как всегда, смерила завистливым взглядом. Они были кому-то нужны, приносили пользу.

Викэль и Эльен не завидовали ни лекарям, ни магам, ни другим солдатам. Они во все глаза с ужасом смотрели на громадное количество колюще-режущих предметов, мысленно моля судьбу не допустить, чтобы тесное общение с Мирабэль аукнулось им сейчас. Оба в это время уже поняли, что мысль проводить эльфийку на плац была глупой. Так и до свадьбы можно не дожить!

И лишь Яго был абсолютно невозмутим. Он ведь так и не понял, какой опасности подвергается. Стоящую рядом с ним эльфийку до сих пор никто не назвал по имени. Его не смутило даже то, что главнокомандующий войск Морении лорд Этэль тепло улыбнулся девушке. Мало ли — она не уродина, а у лорда, может, настроение хорошее.

Мирабэль со спутниками встали у высокого забора, окружающего плац. Он служил для защиты мирного населения от неловкого обращения солдат с оружием (тех же лучников) и заодно сокращал количество любопытных. На плац пускали только по пропуску или по приглашению кого-то из офицеров. Мирабэль здесь знали все, поэтому у нее проблем на входе не возникало. Препятствовать ей провести сюда знакомых никто не решился. Зато другие любопытные, не поленившиеся в семь утра прийти на окраину города на плац, остались ни с чем. Некоторым пришло в голову попытаться проделать дырку в деревянном заборе с помощью ножа или кинжала, но эта затея не сработала. Маги позаботились о том, чтобы подобное хулиганство совершить было невозможно. Кинжалы ломались, ножи тупились, а забор продолжал стоять монолитной стеной из хорошо подогнанных бревен.

Солдаты старательно маршировали по плацу, демонстрировали навыки обращения с оружием под зорким надзором своих командиров и лорда Этэля. Мирабэль со спутниками наблюдали за этим. Черный и Белый даже успели немного расслабиться, хотя на всякий случай стояли от девушки подальше, чем ничего не подозревающий Яго. В общем, все шло своим чередом.

Внезапно Мирабэль услышала над головой странный свист. Она подняла лицо к небу и увидела громадный булыжник, падающий, как показалось, прямо на нее. Эльфийка не была воином, а потому от страха просто зажмурилась, чуть присела и крепко вцепилась в локоть стоящего совсем близко Яго. Если бы инкуб и хотел что-то сделать, то не смог бы, так как эльфийка якорем висела на нем. К тому же он увлекся, наблюдая за кавалеристами, и на странный свист внимания не обратил. Откуда ж ему знать, что этот звук нетипичен для плаца? Если отовсюду слышен лязг стали, ржание лошадей, треньканье тетивы, то почему бы не быть свисту? Викэль и Эльен, похоже, отнеслись к звуку так же. Зря.

Камень ударил в забор в нескольких метрах за спиной Мирабэль. Естественно, от этого ограда не была защищена магией. Несколько бревен, на которые пришелся удар, разлетелись в щепки, а другие, закрепленные по бокам от этого места, рухнули на землю. К несчастью, место их приземления точнехонько совпало с тем, где стояли Черный и Белый — по бокам от эльфийки. Щиты, созданные магией, защитили Викэля и Эльена от удара бревнами, но не смогли удержать на ногах. Оба упали на траву, сверху на них приземлились толстые круглые брусья, когда-то бывшие стволами деревьев. И только испуганная Мирабэль и ошеломленный Яго остались невредимо стоять посреди всего этого безобразия. Несколько отлетевших щепок не причинили им особого вреда — пара синяков под одеждой никогда не были смертельными.

— Кто спустил катапульту?! — грозно закричал адъютант лорда Этэля. — Руки поотрываю! Вы чуть не убили бедную девочку!

— Или она нас! — раздался голос откуда-то из толпы, стоящей ближе всех к пролому в заборе.

— Мои спутники! — охнула Мирабэль, наконец начавшая приходить в себя, и попыталась сама сдвинуть бревно, упавшее поперек Эльена. Яго занялся освобождением Викэля.

— Помогите вытащить эльфов из-под завала, — приказал лорд Этэль группе солдат.

— А туда больше ничего не рухнет? — спросил опасливо голос из заднего ряда.

— Да нет, — сказал Генри Вейлен, адъютант лорда Этэля. — Забор вроде больше рушиться не будет. А снаряд не падает дважды в одно и то же место. Вряд ли катапульта еще раз так сработает.

— Не скажите… — протянул тот же голос.

— Молчать! — приказал Этэль. — За работу! Генри, проследи. А я пока схожу разберусь с людьми, приставленными к катапульте. Этак они и дворец могут разнести!

— Он далеко, да к тому же особа, притянувшая снаряд, сейчас здесь, так что ничего ему не грозит, — тихо проворчал кто-то.

Найти эту личность не представлялось возможным, так как сдавать своих, с мнением которых к тому же они согласны, солдаты не стали бы. Поэтому Вейлен предпочел сделать вид, что ничего не расслышал.

Солдаты споро оттащили бревна, освободив Черного и Белого. Эльфы благодаря щитам выглядели невредимыми. Они дружно кинули опасливые взгляды на Мирабэль и удивленные на Яго. Инкуб не пострадал, несмотря на то что стоял ближе всех к леди-несчастью.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась эльфийка, подходя к Викэлю и Эльену.

— Нормально, — ответил Белый, старательно улыбаясь, но делая шаг назад.

— Хорошо, — произнес Викэль, с трудом растягивая рот в улыбке и еле удерживаясь от того, чтобы не спрятаться за аристократическую спину конкурента. Он бы лучше встретился в темном переулке с еще одной бандой грабителей или убийц, чем стоять сейчас здесь и ждать очередного несчастного случая, отреагировать на который может не успеть.

— А я ранен! — пискнул кто-то из толпы солдат, сообщая это отнюдь не для ушей дочери командующего, а для непосредственного начальства. Уж очень хотелось полентяйничать в лазарете, пока остальные чинят забор в непосредственной близости от леди-несчастья.

— Где? — с загоревшимися глазами, радуясь, что сможет продемонстрировать навыки врачевания, поинтересовалась Мирабэль. — Где раненый? У меня есть с собой все необходимые травы.

— Само пройдет! — тут же завопил солдат. — Это просто царапина! Я о гвоздь зацепился! — Он резво спрятался за спины товарищей.

Наблюдая эту сценку, Генри Вейлен хохотнул, прикрыв рот рукой. Он подошел к Мирабэль и сказал:

— Не беспокойся о солдате, девочка. Его лечение — не твоя обязанность. Наши лекари тоже должны за что-то жалованье получать.

Мирабэль расстроенно вздохнула. У нее опять не получилось продемонстрировать всем, что и она не лишена талантов. А ей так хотелось стать кому-то нужной. Она жалостливо посмотрела на Яго и робко поинтересовалась:

— А вы не шутили насчет ужина? Это было приглашение или вы просто пытались отделаться от тролля?

Инкуб, естественно, просто пытался отвадить от себя тролля, но честно признаваться сейчас в этом посчитал невежливым. Он не мог еще больше расстроить бедную девушку, которая, как он думал, только чудом не пострадала от случайного выстрела катапульты. Поэтому Яго произнес:

— Я действительно приглашаю вас на ужин. Возле главной площади есть прекрасное местечко с нормальной едой. Я за вами зайду, Мира. В семь подойдет?

— Можно обращаться ко мне на «ты», — радостно улыбнулась эльфийка. — Буду ждать.

Эльен и Викэль тем временем готовы были придушить этого наглого инкуба. Он уводит у них из-под носа невесту!

— Могу я к вам присоединиться, чтобы отпраздновать свое спасение из-под забора? — поинтересовался Черный, нагло напрашиваясь третьим.

— И я! Мне тоже есть что отметить, — быстро вставил Белый.

Мирабэль радостно улыбнулась. Впервые ее не пытались избегать!

— Конечно, я буду рада видеть вас всех, — ответила она. — Яго, вы же не возражаете против того, чтобы поужинать с друзьями?

— «Ты», — исправил инкуб. — Естественно, я не возражаю. — Яго посмотрел на эльфов и подумал: «Еще бы мне возражать! На мне же тогда попытаются поставить пару-тройку магических опытов по превращению в какое-нибудь насекомое… или захотят проверить заточку меча».

— Жду вас всех в семь вечера. Мой дом третий от главной площади по улице Цитадельной, — сказала Мирабэль и поспешила к выходу. Надо же было еще перерыть весь гардероб и найти что-нибудь приличное из одежды для ужина! То, что до него еще почти десять часов, эльфийку не смущало. Абсолютно целых вещей в ее шкафах из-за постоянных несчастных случаев просто не было, так что придется еще платье зашивать или нести специалисту по бытовой магии. В общем, найдется чем заняться. Как бы времени еще хватило!

Едва девушка скрылась за забором, Викэль ехидно хмыкнул, обращаясь к Эльену:

— Слышал, а мы с тобой, оказывается, друзья! Наша невеста собралась поужинать в дружеской компании!

— Да ладно, — отмахнулся Белый. — Я стерплю такое оскорбление. Пусть она считает, что ты, как и Яго, мой друг. Лишь бы себя тоже не причислила всего-навсего к моим друзьям!

— Многовато нас для романтического свидания, — задумчиво произнес Черный и со значением посмотрел на инкуба, а затем перевел взгляд на основного конкурента.

— Учти! — тут же отозвался Эльен. — У меня крепкий магический щит! Запаришься пробивать. С магией ты не в ладах, а оружием это сделать тем более невозможно. Я вообще удивлен, что у тебя хватило знаний во время падения забора поставить такой же щит, как у меня.

— А я его и не ставил, — честно признался Викэль. — Он сам каким-то образом появился.

Эльен удивленно похлопал ресницами. Вот у него почему-то заклинания сами собой без усилий не срабатывают! Он не представлял, каким образом маг может создать что-то без необходимых знаний. А у Викэля все выходит инстинктивно. Одно расстройство.

— Ладно, — подытожил Черный. — Главное, что сегодня живы остались и не стали посмешищем всего города из-за какой-то нелепости.

— День еще не закончен, — «с оптимизмом» отозвался Эльен. — Так что не загадывай.

— Да что вы так расстроились из-за случайного выстрела катапульты? — с удивлением посмотрел на них Яго. — Эльен, ты же не суеверный. А тут одно маленькое происшествие — и ты уже решил, что весь день пойдет наперекосяк! Викэль в открытую хмыкнул.

— Вечером сам убедишься, что беда никогда не приходит одна, — сказал он инкубу и вышел с плаца через пролом в заборе, который еще не успели заделать.

Яго только недоуменно пожал плечами, глядя ему вслед.

ГЛАВА 8.

Викэль, Яго и Эльен встретились у дома Мирабэль ровно в семь часов вечера. Черный и Белый были нарядно одеты и тщательно причесаны. Инкубу даже неудобно стало за свой повседневный камзол темно-коричневого цвета и взъерошенную шевелюру. Викэль остался верен себе и пришел в черном, за спиной у него привычно висел в ножнах меч. С ним он не захотел расстаться, даже отправляясь на свидание. Эльен предпочел ярко-голубой камзол, подчеркивающий цвет его глаз. Оружия у него не было, зато в руках красовался огромный букет экзотических цветов, заставивший Викэля досадливо поморщиться. Черноволосый эльф сам до такого не додумался и сейчас ругал себя. Утешение было одно: Яго тоже пришел с пустыми руками.

Викэль решительно дернул за шнурок небольшого, но неожиданно громкого колокольчика, висящего на ограде. Буквально тут же Мирабэль открыла дверь. Конечно, стоило бы немного выждать, но эльфийка не утерпела. Она вот уже десять минут топталась возле выхода, волнуясь, что из троих ее новых приятелей ни один не явится.

— О! А я как раз проходила мимо дверей, — сделала Мирабэль попытку скрыть свое нетерпение.

Эльен скептически выгнул бровь, Викэль постарался удержать каменное выражение лица, а Яго тактично отвернулся и хмыкнул, замаскировав звук под кашель.

— Это тебе. — Белый протянул букет эльфийке. — Желтые цветы как раз под цвет твоего… гм… платья. — Заминка в словах вышла из-за того, что эльф не знал, как лучше назвать наряд Мирабэль неопределенного фасона. Это походило на широкий мешок, подпоясанный шнурком, к которому по какой-то нелепой прихоти пришили короткие, до локтя, рукавчики. В понимании эльфийки это был шикарный наряд, хотя бы из-за цвета. Остальные ее вещи были почти такие же по фасону, но мрачных, практичных оттенков.

— Спасибо! — Мирабель расплылась в счастливой улыбке. — Это так мило с твоей стороны.

Она прижала букет к груди и вдохнула аромат цветов. Нежные лепестки действительно сливались с ее платьем и чудесно пахли. Девушке никогда раньше не дарили цветов. Она была на седьмом небе и не сводила с Эльена благодарного взгляда. Белый даже немного смутился от такого внимания. А тут еще конкурент подлил масла в огонь, прошептав ему на ухо:

— Мило. Не боишься, что теперь всю неделю тебе на голову будут сыпаться цветочные горшки?

Эльен почувствовал себя еще хуже и передернул плечами. От дождя из цветочных горшков ему, конечно, ничего не сделается, но ведь упасть может и что-то другое — дракон, например…

— Ставь цветы в воду и пойдем, — сказал Эльен Мирабэль немного резче, чем хотел.

Но эльфийка ничуть не обиделась. Ее взгляд не стал холоднее, а глаза все так же нежно смотрели на нового друга. Мирабэль не хотелось расставаться с первым в ее жизни букетом, но здравый смысл победил, и она побрела в дом искать вазу. Первые четыре, попавшиеся ей на глаза, были безжалостно забракованы, как недостаточно красивые для такого прелестного букета. Лишь пятая ваза, старинная, эльфийской работы, удовлетворяла требованиям Мирабэль.

Эльфы и инкуб все это время терпеливо ждали на улице. Минут пятнадцать.

— Она что там решила собственноручно вылепить вазу для этих цветов? — наконец не выдержал и поинтересовался Яго.

— Молись, чтоб она ее еще собственноручно расписать узорами не захотела, — хмыкнул Викэль. — А еще лучше — наслаждайся спокойной жизнью, пока можешь. Сегодня вечером это тебе вряд ли удастся.

Появление Мирабэль прервало этот разговор. Эльфийка вышла из калитки и посмотрела на Эльена, заставив его занервничать.

— Яго, предложи даме руку, — толкнул Белый инкуба. — Приглашение на ужин исходило-то от тебя.

Яго недоуменно посмотрел на друга. Он не понимал, почему Эльен сам не хочет подхватить девушку под локоток. Ведь он так рвался очаровать невесту, а теперь, когда эльфийка благосклонно к нему настроена, валяет дурака! Откуда ж инкубу было знать, что Белый решил сегодня больше не рисковать. Он боялся заработать заряд несчастий на всю оставшуюся жизнь. Слова Викэля достигли цели.

— Пойдем, Мира, — сказал инкуб, предлагая девушке согнутую в локте руку.

Вся компания прямым ходом отправилась в небольшую приличную таверну, куда пускали только аристократов и важных сановников.

Вечер проходил хорошо. Удивительно хорошо. Так что часам к одиннадцати Викэль и Эльен сидели как на иголках и ждали крупной неприятности. Их не успокоило даже то, что на Белого два раза опрокидывали бокалы с вином. Официанты умудрялись запнуться в аккурат напротив него. Оба раза Эльен успевал поставить щит, и вино без всякого вреда для его одежды стекало вниз на гранитные плитки пола. Яго немного удивлялся такой странной закономерности и искренне посмеялся, когда на Белого чуть не опрокинули третий бокал.

Викэль и Эльен, не сговариваясь, весь вечер называли эльфийку сокращенным именем, как и инкуб. Белый не хотел остаться без дружеской поддержки. Ему спокойнее было иногда переключать внимание девушки на Яго. Ви-кэлю тоже боязно было единолично становиться объектом внимания Мирабэль, а подталкивать ее к Эльену он не хотел. К тому же Черный надеялся присутствовать рядом с Яго в тот момент, когда он все-таки узнает, что весь вечер провел в обществе леди-несчастья. Эта шутка была как раз в его духе.

Они уже заканчивали уничтожать вторую порцию десерта, когда с улицы раздался разъяренный рык Тираэля:

— Викэль!

— Что? — недоуменно поднял голову Черный. Он впервые слышал, чтобы всегда сдержанный магистр так кричал, да и не чувствовал сейчас за собой никакой вины.

— Немедленно убери от меня свою пакость! — тем временем продолжал кричать Тираэль. — Что ты еще умудрился вызвать?! Такого даже в моей библиотеке не было!

— Пакость? Я? — искренне удивился Викэль и наконец увидел на пороге зала учителя. Вокруг него ярко сияло кольцо, указывающее, что щит работает в полную силу. Со всех сторон магистра атаковали бесформенные призрачные существа, неистово пытающиеся достать его многочисленными мечами и ножами. Сталь так и мелькала в воздухе.

— Кольцо! — монотонно замогильными голосами требовали призраки.

Все посетители таверны повскакивали со своих мест и устремились в сторону кухни, сбив с ног двоих официантов. Они надеялись, что там есть запасной выход. Если уж один из сильнейших магистров не может усмирить странных призраков, то тут стоит побеспокоиться о своей жизни.

Эльен тоже немедленно вскочил на ноги и активировал свой щит. На уровне его плеч ровным светом засияло белое кольцо. Он попытался растянуть щит, чтобы захватить еще и Яго, и Мирабэль, но вынужден был отказаться от этой идеи. Белый прикинул, что уже через семь минут у него тогда совсем не останется сил и его все-таки достанут призрачные «просители колец». На всякий случай он встал перед эльфийкой, чтобы дать возможность ей и Яго сбежать. Но инкуб и Мирабэль пока не тронулись с места. Очевидно, не осознали серьезности ситуации.

— Магистр, я тут ни при чем! — открестился Викэль. — Ифрита вызвал, признаю. А к этим, — он кивнул на призраков, — я не имею никакого отношения! У меня и заклинания такого нет!

— Эльен?! — повернулся Тираэль в сторону второго ученика. — Твои шуточки?!

— Какие уж тут шуточки! — ответил Белый, на всякий случай подталкивая Яго и эльфийку в сторону кухни. — Меня самого вчера эти четверо чуть на ленточки не порезали! Если бы не щит… Но вы не расстраивайтесь. Судя по моему опыту, они исчезнут с рассветом.

— Когда?! — возмущенно переспросил Тираэль. — Они разнесли в щепки всю мою комнату в таверне! Меня попросили там больше не появляться!

— Кольцо! — еще раз потребовали призрачные существа.

— Да нет у меня никакого кольца! — возмущенно взвыл магистр. — И чего вам всем кольцо подавай?! Я что — склад? Совсем нечисть охамела!

— Вот и я вчера так сказал, — поддакнул Викэль, отступая в сторону кухни. — А вы бы все-таки попробовали снять с пальца хоть одно колечко и кинуть им.

— Перебьются! — заявил Тираэль.

— И, магистр, может, вы пока где-нибудь подальше от нас до рассвета погуляете? — предложил Эльен. — В мои планы на сегодня не входит опять просадить все силы, поддерживая щит. Я еще не успел полностью восстановиться.

Будто сглазил. Призраки как почувствовали присутствие эльфа, до которого этой ночью так и не смогли добраться. Двое из них растаяли в воздухе и материализовались уже возле Эльена. Они молча принялись махать мечами вокруг него.

— Э-э-э! — воскликнул Белый. — А где предложение добровольно отдать кольцо? Что за произвол?

— Ну, мы, пожалуй, пойдем, — сказал Викэль, выталкивая за дверь эльфийку и инкуба. — Что-то мне не хочется со своим одним мечом лезть под целый десяток.

— Куда?! Ты же хвастал, что ты лучший мечник в городе! — возмутился Эльен.

— Ага. Но в том-то и дело, что я — один лучший мечник, а не десять! К тому же мне что-то кажется, что стали эти тени не боятся.

— Извини, Эльен, — крикнул Яго из-за плеча Черного, но и я тебе не помощник! У меня и меча нет, да и надежды на него никакой! Викэль прав. Мы проводим Миру домой.

— А с Эльеном ничего не случится? — обеспокоенно поинтересовалась эльфийка. — Его не убьют?

— Да чего ему сделается? — сварливо ответил Викэль. — Подумаешь, немного не выспится сегодня. Потерпит одну ночь.

— Это уже вторая! — притворно возмутился Белый.

— Сочувствую! — крикнул Викэль уже из глубины кухни.

Эльен тяжело вздохнул и посмотрел на призраков.

— Совести у вас нет, — печально произнес он. — Сорвали свидание и совсем не обратили внимания на Викэля! Размахались тут, как мельницы. Это не вы должны меня грабить, а я должен требовать с вас компенсацию за уничтоженную кушетку и порезанный на клочки ковер!

— Эльен, вряд ли они тебя понимают, — устало сказал Тираэль. — Объясни лучше мне, откуда они взялись.

— Не видел я, — ответил Белый, вжимая голову в плечи. Все-таки не слишком приятно, когда вокруг тебя гудит воздух от резких замахов мечей.

— И я не видел, — вздохнул Тираэль. — Сегодня единственный раз, когда я был бы рад, окажись эти бесформенные тени вашей с Черным шуткой.

— Накладная по размаху сил шуточка, — пробормотал Эльен. Я мог и скончаться от перенапряжения. Здесь нужны были силы Викэля и знания, которых у него нет.

— Ну, я предположил, что заклинание ему мог подкинуть ты.

— Я? — удивился Эльен. — А у меня оно откуда? Магистр пожал плечами и побрел к выходу. Платить за разгром таверны и посеченные в щепки столы ему не хотелось. А останься он тут дольше, до этого обязательно дойдет дело. Эльен побрел следом за ним. Оба вышли на главную площадь и сели рядышком на низенький заборчик, появившийся благодаря Викэлю и окружающий теперь памятник основателю города.

— Ну-с, — произнес Тираэль, — раз уж у нас свободна вся ночь, начнем урок магии.

И магистр действительно начал объяснять Белому принципы работы нескольких новых заклинаний. Ему не помешали даже призраки, изредка заглушающие его голос громким звоном от попаданий мечами по металлу испорченного алорского телепорта…

На следующее утро невыспавшийся Тираэль бродил по личной половине дворца правителя Морении и громко звал:

— Берт! Берт, ты где?! Разговор есть. Твоя стража у ворот тебя выдала! Берт, я сейчас не в настроении играть в прятки!

— Тс! Ты что орешь?! — раздался откуда-то из-за колонны галереи раздраженный голос правителя. — Тебя же услышат!

— А я и хотел, чтобы меня услышали! Ты, например! У меня ЧП и я не выспался! Где Диего?

— Сейчас, скорее всего, появится. Только не кричи больше! У жены гости, и ей доложили, что я уехал с визитом к тебе! Думаешь, мне охота тратить время на торжественное чаепитие, на котором и пожрать нормально нельзя? А я еще не завтракал!

— Так в подполье ты и без обеда останешься!

— Нет, — усмехнулся Берт. — Я Ирвина послал на кухню.

— Да? У кого-то секретарь бумажки перекладывает, а у тебя за едой бегает. Он хоть что-то успевает делать по своей основной специальности?

— Нет бы побеспокоиться о голодном друге, а ты за секретаря волнуешься! — притворно возмутился правитель. — Пошли. У меня возле кабинета потайная комнатка организована. Тесновато там, конечно, будет — всего десять на десять шагов — но ничего. По дороге их догнал немного запыхавшийся Диего:

— Тираэль, надеюсь, твое ЧП заключается не в том, что ты не выспался?! Ты оторвал меня от завтрака!

— Я и сам не ел! Так что мы квиты.

Берт тяжело вздохнул. Порции предполагаемой еды все мельчали.

В потайной комнате правителя, попасть в которую можно было через замаскированную дверь в коридоре, стоял небольшой стол и два стула. Другой мебели здесь больше не было. Темноту рассеивали два простеньких канделябра со свечами, стоящие в углах комнаты на полу.

Тираэль поспешил занять один из стульев. На второй быстро опустился Диего, оставив правителя растерянно стоять у входа.

— Нет, ну вы и нахалы! — возмутился Берт. — Вам сидеть в моем присутствии по субординации вообще не положено!

— Так тебя же здесь и нет! — усмехнулся Тираэль. — Забыл? Ты сейчас находишься с визитом у меня!

— Забудешь тут… — скривился правитель и присел на край стола.

Буквально тут же дверь комнаты отворилась, и на пороге показался щуплый секретарь, нагруженный подносом с едой. Он растерянно осмотрел собравшуюся компанию.

— А я на троих не рассчитывал, — робко сказал он.

— Закрой дверь и ставь поднос, — приказал Берт. — Нас же обнаружат!

Ирвин аккуратно опустил в центр стола поднос, тут же приковавший к себе голодные взгляды.

— Не густо, — сказал правитель, изучив несколько ломтиков хлеба, кусок ветчины, немного сыра, кувшин компота, два небольших кекса, стакан и внушительный набор ложек, вилок и ножей. — Можно было и больше принести, — поднял он взгляд на Ирвина.

— Так кто ж мне больше даст? — развел руками секретарь. — Я сказал, чтобы они собрали мне завтрак посыт-нее. Но повариха решила, что такой щуплый человек, как я, больше не съест. Разубедить ее мне не удалось. Она, видите ли, не собирается разбазаривать государственное добро!

— Очень правильная позиция, — тихо начал Берт, — но не тогда же, когда я голодный! — перешел он на крик.

— Тише! — вкрадчиво сказал Тираэль. — А то сейчас вообще пойдешь один голый чай хлебать и нас за собой потащишь!

— Не нас, а тебя! — ухмыльнулся Диего. — Меня гостям обычно не показывают. Ори, Берт, я не против. Мне же больше еды достанется.

— Нет уж, — перешел на шепот правитель. — Я не желаю видеть ни алорского посла, ни его родственницу, которая вообще непонятно зачем сюда приехала! Пусть жена с ними любезничает, ей это доставляет удовольствие.

— Там, я слышал, еще и наместник острова Девон пожаловал, — уточнил Тираэль.

— С ним я потом поговорю, — отмахнулся Берт. — Ирвин, можешь идти в город и позавтракать там. Жду тебя через три часа.

Секретарь поклонился и тихо исчез за дверью. Тут же три руки резко метнулись к подносу, чуть не опрокинув кувшин. Правитель расстроенно вздохнул. Естественно, Диего успел самый первый дотянуться до ветчины. Тираэль помог себе магией пододвинуть поближе к руке кусок сыра. Берту остался хлеб.

— Можешь взять себе кексы, — «великодушно» разрешил Диего, откусывая ветчину.

Берт скривился, налил себе компота и принялся жевать хлеб. Набор столовых приборов так и остался сиротливо лежать на подносе. Все трое обошлись без ножей и вилок.

— Твой секретарь мог бы вместо этого металлолома захватить еще еды! — презрительно махнул Диего на столовые приборы. — И кто придумал, что весь этот хлам должен обязательно занимать полподноса?

— По-моему, мои подданные, чтобы экономить на еде для своего правителя и больше оставлять себе, — с полным ртом высказался Берт. — Сегодня они еще мало вилок наложили, так ведь думали же, что поднос предназначен Ирвину!

— А что здесь вообще можно есть вилкой? — удивился Диего, не привыкший к изящной сервировке. — Я и одну-то не знаю, куда пристроить, а их здесь три!

— Счастливый, — вздохнули Берт и Тираэль в унисон.

— А тут одна вилка для ветчины, другая — для раскраивания куска сыра (кому-то на кухне лень было нарезать его ломтиками) и последняя, наверное, для кексов, — засомневался Берт. — Чтобы руки в сиропе и глазури не испачкать. Хорошо еще, что для хлеба ничего не положили!

— Хорошо было бы, если бы вместо металлолома они положили простую салфетку, — выразил свое мнение шпион. — Места бы меньше заняло.

— Между прочим, этот, как ты называешь, «металлолом» из чистого серебра, — заметил Берт.

— Но иногда на официальных приемах так хочется обменять это серебро на салфетку и целую поджаренную тушку дичи, — мечтательно признался Тираэль.

— Ты лучше давай рассказывай, что у тебя за ЧП, — сказал Диего. — Ты же меня не просто так хотел видеть.

— И меня чуть жене не сдал, — поддакнул правитель.

— Берт, — осторожно начал Тираэль, — помнишь, ты мне предлагал доспехи?

— Ну помню, — ответил правитель, обмениваясь со шпионом недоуменными взглядами.

— Одолжи поносить, — попросил магистр. — Вторую такую ночь я могу не пережить. Мне сегодня последние три часа перед рассветом пришлось растягивать щит и на вторую особу, а это очень тяжело. Магические резервы полностью истощены и, боюсь, к ночи не восстановятся.

— Не понял, — нахмурился Берт. — Неужели у Викэля и Эльена еще хватает времени и сил, чтобы устраивать тебе каверзы? У них своих неприятностей должно хватать.

— А у нас теперь, похоже, одна большая общая неприятность, — пожаловался магистр, еще больше запутав правителя.

— Ты что, тоже решил свататься к леди Мирабэль? — удивился Диего. — Неземная любовь заставила тебя полностью потерять инстинкт самосохранения? — усмехнулся он.

— Да при чем здесь Мирабэль! Любовь — это чепуха! — возмутился Тираэль. — У меня хотят отобрать какое-то кольцо!

— Обручальное? — быстро поинтересовался Диего, заработав взбешенный взгляд магистра.

— Уж точно не его! Вряд ли эти четыре бесполые личности набиваются таким образом ко мне в невесты!

— Так, а теперь по порядку и с начала, — попросил Тираэля правитель. — Я совсем ничего не понял, и Диего, думаю, тоже. Что за люди?

— Не люди, а какие-то бестелесные магические сущности. Похожи на призраков, но не они, — уточнил магистр и начал рассказывать, как проснулся в таверне от резкого предчувствия опасности и еле успел активировать щит, когда меч был уже на расстоянии ладони от кончика его носа. Не забыл также упомянуть о том, что Эльен первым столкнулся с этой напастью. И поведал в красках, как они с Белым неприкаянно коротали ночь на ограждении памятника.

— Еще одну ночь ни мне, ни Эльену не выдержать. Нас покромсают на кусочки, — трагически заключил он. — Нам бы теперь хорошие доспехи, чтобы никаким оружием их было не пробить. Пусть уж лупят сверху. Синяки потом легче вылечить, не позволять же грабителям себя убить!

— А с чего ты решил, что они и этой ночью нападут на тебя? — поинтересовался Диего. — По-моему, твои призраки пристают к любому, кто первый попадется им под руку, а Эльену в этот раз просто не повезло. Ты сам навел их на него. Если бы ты не подумал, что это его шалость или Викэля, то не пошел бы их искать и не привел бы к ним эти четыре сущности.

— Значит, мы имеем не личную проблему Тираэля, а дело государственной важности, — сделал вывод Берт. — Напасть-то могут на любого жителя Морении. Эх, сейчас слухи поползут один страшнее другого…

— Слухи меня как-то не очень волнуют, — сказал шпион, а вот перспектива проснуться ночью от свиста двадцати мечей… У меня-то магического щита нет, и у Берта — тоже!

— Может, попросишь Совет магистров подежурить во дворце, чтобы обеспечить в случае нужды защиту для его обитателей? — предложил Тираэль. — Больше они ничего не успеют сделать, да и не смогут. Против этих бесформенных теней ни одно заклинание не срабатывает.

— Держи карман шире! — усмехнулся Берт. — Магистры будут свою шкуру спасать. Причем каждый по отдельности. Они перессорятся, но так и не организуют совместной обороны. Каждый будет пытаться сэкономить свой магический резерв и скинуть работу на коллег. Сам бы должен знать. Ты же теперь на сутки только для показа балаганных фокусов годишься.

— Не только, — чуть обиделся магистр. — Еще на пару часов сил для поддержания щита мне хватит. Правда, если опять не придется никого спасать. Это Черному хватило бы сил, наверное, на трое суток, даже если бы пришлось охранять заодно пару-тройку человек.

— Только вот одна маленькая проблемка, — заметил правитель, — знаний на сознательное создание щита ему явно не хватит. Так что защитник из него никакой. Только лишняя головная боль. Лучше уж латы!

— Так-с, — произнес Диего, — кажется, нам всем придется примерить латы…

— А они тяжелые-э-э, — пожаловался Берт, растягивая слова.

— Я попробую порыться в старинных пергаментных свитках и сообщу в Совет — пусть тоже поищут информацию о нашей проблеме, — сообщил Тираэль. — Это все, что сейчас в моих силах.

— Диего, ты тоже поищи, — приказал Берт, — попытайся вычислить мага, который создал этих призраков. Или, может, их вызвал простой человек с помощью какого-нибудь артефакта. Пусть твои люди прислушаются, что говорят в городе.

— А я издам приказ бросить солдат Этэля на вечернее и ночное патрулирование города и охрану населения. Придется, наверное, создавать отряды человек по тридцать. Как думаете, справятся?

— Ты бы с Этэлем посоветовался, — сказал Диего. — Он способности своих солдат лучше знает.

— А по-моему, мало, — выразил свое мнение Тираэль. — Людям же придется махать мечом все ночь, обороняясь. Они устанут, в отличие от магических сущностей.

— Ладно, пусть Этэль решает, — заключил Берт. — Заодно оповестит горожан об опасности. А сейчас поднимайтесь — пойдем в оружейную искать доспехи. Чувствую, скоро спрос на них возрастет…

— Пошли, Тираэль, — подтолкнул магистра Диего, — а то вскоре челядь Берта все латы растащит, не оставив ничего ни нам, ни любимому правителю.

— Пустяки, — усмехнулся Тираэль, — зато у Берта появится замечательная возможность переплавить все ненавистные столовые приборы и пустить их на латы для себя. Хоть поесть по-человечески можно будет, а не только с голодными глазами вспоминать, какой вилкой чего хватать.

— Теперь я буду знать, кто у вас во дворце страдает склерозом! — шутливо заметил шпион. — Оказывается, кто худее, тот и отличается забывчивостью!

— Но-но, — подхватил Берт, — по-твоему, выходит, что моя жена ни черта не помнит! Нет, конечно, иногда хотелось бы, чтобы это было так, но наделе — не выходит!

— Ясное дело, что сегодняшнее одинокое чаепитие тебе еще припомнят, — усмехнулся Тираэль.

ГЛАВА 9.

Викэль сидел в гостиной и допивал вечерний чай, обдумывая дальнейшую стратегию завоевания невесты. Неожиданно со стороны входной двери раздался грохот. Было такое ощущение, что на крыльцо кто-то вывалил с десяток пустых ведер. Вспомнив вчерашние мрачные бесформенные фигуры, вооруженные до зубов, Викель поостерегся тут же выскакивать проверять. Он нашел взглядом рукоять своего меча, пристроенного в углу на противоположной стороне дивана, и, немного успокоившись, решил подождать. «Вряд ли это призраки, солнце еще не спряталось, — рассудил он, — но кто его знает… Подожду».

Через минуту до слуха Викэля донесся звук размеренных ударов чем-то металлическим по крыльцу. «Это стучатся или нападают, разрушая дом?» — Черный поставил чашку на стол, поднялся с дивана и взялся за меч. Если к нему пришли гости, решившие проигнорировать колокольчик, то и увидев меч в руках хозяина, они вряд ли обидятся. А если это враги, то встретить их с оружием в руках будет разумнее.

Викэль вышел в прихожую и, подняв засов, легонько толкнул дверь. Сам же сделал два шага назад. Дверь врезалась во что-то, отозвавшееся громким звоном.

— Аккуратнее можно? — раздался возмущенный голос, показавшийся Черному знакомым.

Но опознать гостя Викэль пока не смог. На его крыльце, странно согнувшись, сидела фигура, сплошь упакованная в громоздкие доспехи — в полный комплект. Эльф рассмотрел цельный литой панцирь из неизвестного ему сплава, массивный округлый шлем, руки и ноги, закованные в подогнанные металлические пластины на шарнирных креплениях. На лицо гостя опускалась кольчужная сетка. Правда, при таком снаряжении удивляло полное отсутствие меча или другого какого оружия. Фигура со знакомым голосом сидела и равномерно долбила по крыльцу вторым шлемом со странным гребнем на макушке и затылке. Рядом валялась еще груда какого-то железа не слишком товарного вида. Металлические детали были покрыты царапинами, вмятинами и грязью.

— Доставка доспехов на дом, — кислым голосом произнес гость. — Как будто мне делать больше нечего, чем таскать эту тяжесть. Нашли кого послать!

— Зачем мне доспехи? — удивленно поинтересовался Викэль, опираясь на кончик меча, как на трость.

— Тираэль велел нацепить на тебя эти железяки. Я один страдать не собираюсь!

— Эльен, ты? — наконец узнал Черный гостя.

— Нет, правитель собственной персоной! — возмутился Белый. — Подбирай этот металлолом и надевай на себя.

— Это точно, что металлолом! — сказал Викэль. — Без вмятин и царапин тут, похоже, была единственная деталь — шлем. И то до того, как ты додумался лупить им по крыльцу! Что, ослеп совсем, колокольчика не видишь?

— Я-то, может, вижу, только подняться к нему не могу. Сил нет, — простонал Эльен. — Я — маг, а не подставка для доспехов. Сам попробуй напялить на себя полный комплект, а потом еще что-то пронести хоть сто метров! Тираэль меня уморить решил!

— Тебя — ладно, — отмахнулся Викэль. — А меня за что? Зачем мне этот панцирь?

— Приказ правителя. Все население защищается чем может. Даже сам Тираэль прикрылся доспехами от тех четырех вымогателей, что пристали к нам вчера. Теперь с дивана во дворце не встает. Ему там комнату выделили.

Черный бросил оценивающий взгляд на доспехи, прикинул их вес и решил возразить:

— Я лучше кольцо сниму. А если на меня нападут, то магический щит безопаснее этого металлолома.

— Ага, — хмыкнул Эльен. — Ты научился по своей воле ставить щит?

— Нет. Но должен же он каким-то образом появиться, если мне будет угрожать опасность.

— Уверен? — ехидно поинтересовался Белый. — Ты, между прочим, вчерашний вечер с леди-несчастьем провел…

— А может, доспехи — не такая уж плохая затея, — тут же изменил мнение Викэль и подхватил с крыльца запчасти, соединенные кожаными ремешками. Он с трудом внес доспехи в гостиную и с облегчением кинул на пол. Эльен увязался за ним. — Не помню, чтобы я тебя приглашал, — посмотрел Викэль на своего конкурента.

— Я сам себя пригласил. Не зря же я чуть не надорвался по дороге к тебе. Теперь пока не увижу тебя в этой пыточной камере — не уйду! — заявил Эльен.

— А Тираэль уверен, что доспехи спасут от мечей призраков? — поинтересовался Черный, все еще надеясь избежать таскания на себе нескольких десятков килограммов железа.

— Отсутствие синяков и переломов не обещает, но проткнуть доспехи призракам не удастся. Вещица из оружейной самого правителя. Заговоренная, древняя.

— В то, что древняя, — верю, — тут же сказал Черный. — Но сомневаюсь в том, что надежная. Ктому же к утру глухота от ударов по шлему гарантирована.

— А ты голову не подставляй! И вообще, обратишься к магу-лекарю или к травнику. К Мирабэль, например, — хихикнул Белый.

— И с чего это такая забота о моей персоне? Неужели Тираэль со всеми своими проблемами и усталостью забыть про меня не мог?

— А он и забыл, — хмыкнул Эльен. — Я напомнил. И даже лично помог выбрать доспехи для тебя.

— Ты? Выбрать? — язвительно произнес Викэль. — Ты в оружии и латах разбираешься еще хуже, чем я в магии!

— Зато прекрасно разбираюсь в весе! — заявил Белый.

— В весе? — не понял Черный.

— Конечно! А ты думаешь, как я выбирал тебе доспехи? Чем они тяжелее, тем лучше! Мне, — ухмыльнулся Эльен. — Я их триста метров протащил, а тебе их теперь каждый вечер на себе носить!

— Вот зараза ушастая! — возмутился Викэль. — Это мелочно! Не буду я их надевать!

— Приказ правителя. Личный, — уточнил Белый, предвкушая удовольствие от заморенного вида конкурента. Он сам уже еле дышал под весом металла, хотя выбрал для себя самые легкие латы.

— Я же вечером никуда не собирался выходить, — сделал Викэль последнюю попытку избежать возможности быть погребенным под тяжестью исцарапанного, помятого металла.

— Приказ, — отчеканил Белый.

— А кто узнает, если я их не надену?

— Хотя бы я! — ухмыльнулся Эльен. — Не хочу страдать в одиночестве. У меня уже все мышцы ноют. Домой не дойду. Кажется, ночевать мне придется здесь.

— Что?! Только через мой труп! — заявил Викэль.

— Щас организуем, — отозвался Белый. — Давай застегивай на себе панцирь. Ручаюсь, к концу процедуры одевания ты сам признаешь себя трупом.

Викэль тяжело вздохнул и с обещанием мести в глазах посмотрел на настойчивого конкурента. Выбора у него не было. Если Эльен доложит, что он отказался выполнять приказ, то его досрочно лишат магии или куда-нибудь сошлют. Черный поднял панцирь, предназначенный для защиты груди и спины, и водрузил себе на плечи.

— Завязочки по бокам не забудь затянуть, — потешаясь над конкурентом, заметил Эльен.

Викэль скривился и с трудом одной рукой затянул нужные кожаные ремни, укрыв их специальными сдвигающимися пластинами от повреждения при случайном попадании мечом. Все же Черный очень надеялся, что изображать пугало для упражнений с оружием для призраков ему ни сегодня, ни в будущем не придется. Он поднял следующий элемент доспехов — вогнутую пластину, которая должна была крепиться на ногу, и со страдальческим видом застегнул ее на себе. На плечи уже давила тяжесть, но ходить было можно, пока он не сделал этого. Теперь же он понял, что ему явно придется осваивать технику передвижения ползком. Нет, даже простого перекатывания по полу на боку!

Под внимательным взглядом Эльена Викэль укрепил пластины на руках и надел тяжелые металлические перчатки. Как в них держать меч, Черный не представлял.

— Шлем не забудь, — опять подал голос Белый. Викэль тоскливо посмотрел на тяжелую полусферу с нелепым гребнем. Вряд ли кожаная подкладка делает его намного уютнее для головы. А пластина для защиты носа оказалась погнута так, что скорее сломает его, а не защитит от удара. Черный неохотно нацепил на голову шлем и тяжело рухнул на диван. Пружины жалобно скрипнули, протестуя.

— Ну, как ощущения? — с интересом спросил Белый, уже давным-давно облюбовавший одно из кресел.

— Умираю, — простонал Викэль. — Как предки это на себе таскали?

— Неважно. Главное, ты сам признался, что уже почти труп. Все, я ночую у тебя. Домой не дойду.

Викэль, не желая оставаться в обществе конкурента, нетал и пошел к лестнице, намереваясь подняться в спальню. При каждом его шаге раздавались грохот и лязганье металлических частей. Доспехи нестерпимо давили на плечи, пригибали голову к земле, якорями висели на руках и ногах. Эльен точно выбрал ему самые тяжелые и неудобные латы. Викэлю еще не приходилось до этого примерять ничего подобного. В бою он предпочитал скорость и легкость.

Черный с трудом поднял ногу и поставил на первую ступеньку из мраморных плит, укрытых ковровой дорожкой. Он вцепился рукой, закованной в неудобную перчатку, в перила и попытался оторвать от пола вторую ногу. При этом он нагнул голову вниз, и его стало заносить. Не удержав равновесия, Черный со страшным грохотом растянулся на ступеньках.

— Ничего себе костюмчик для сна, — пробормотал он, когда прекратился звон в ушах.

— Спать придется днем, — подал голос Эльен. — А сейчас главное — пережить эту ночь.

— Тут и вмешательства четырех призраков не понадобится, — печально произнес Викэль, — я сам себе шею сверну в этом металлоломе. — Он с трудом поднялся на ноги, кое-как ковыляя, добрался обратно до дивана, рухнул на него и неподвижно замер.

— Ладно, — произнес он, — на сегодняшнюю ночь, считай, у нас перемирие, можешь ночевать здесь.

— А я и не собирался никуда уходить, — сказал Эльен, закрыл глаза и моментально провалился в сон. Он слишком устал, чтобы обращать внимание на неудобную позу в кресле, а вес доспехов в полулежачем положении был терпимым. Не зря же он выбрал себе что полегче.

Викэль в эту ночь тоже хорошо выспался. Он промучился два часа, после чего тихо и аккуратно снял с себя весь металл, поминутно оглядываясь на Эльена. Но Белый спал, а потому Викэль выложил на диване доспехи так, как будто в них кто-то есть, и спокойно устроился на ковре за спинкой дивана. Скатерть со стола послужила прекрасным одеялом. Черный решил, что ничем не рискует. Свою печатку он оставил под доспехами, а больше у его требовать нечего. На рассвете Викэль проснулся и поспешно опять облачился в металл. «И как этот мазохист проспал так всю ночь? — удивился он, глядя на Белого. — Ладно, надеюсь, он скоро проснется, убедится, что я на месте в этом нелепом облачении, и мы наконец распрощаемся».

Но надеялся Черный зря. Эльен не проснулся ни в шесть утра, ни в семь, ни в восемь… У Викэля лопнуло терпение, и он встал на ноги, когда механические часы из Алории показали десять минут девятого. Черный подошел к Эльену и постучал по его шлему.

— Уже полдень? — сонным голосом поинтересовались из-под кольчужной сетки.

— Девять утра, — ответил Викэль, прибавив время.

— Рано, — пробормотал Белый и тут же опять уснул. До Черного донеслось его мерное сопение.

«Да-а, — подумал Викэль, — мог бы и не мучиться эти три часа в доспехах. Но кто ж знал, что Эльен не подскочит пораньше и не примется проверять, не один ли он страдал?! Хотя какие тут страдания? Сам Эльен прекрасно проспал всю ночь. Мне бы так. Надеюсь, он не собирается меня здесь и завтра караулить?» — Черный скинул доспехи, не заботясь о соблюдении тишины, и побрел завтракать. Кухарка должна была прийти еще два часа назад. Наверное, удивляется сейчас, почему он до сих пор не потребовал еду.

«Интересно, — подумал Викэль, — а если я сейчас навещу Мирабэль, это не приманит ко мне на следующую ночь призраков?».

Все маги эту ночь пережили спокойно. Бесформенные тени, вызванные алорской шпионкой, не тронули ни Викэля, ни Эльена, ни Тираэля. Не пострадали ни правитель, всю ночь промучившийся в крепких доспехах, ни Диего. Выспаться удалось и лорду Этэлю, которому в жизни уже доводилось примерять тяжелые латы на себя. Спокойно спала Мирабэль. Ей не предложили ни доспехов, ни охраны. Зная дочь, командующий был уверен, что она ни в коем случае не пострадает. Ну, может, заработает пару синяков, порвет одежду, как всегда, но за ее жизнь он не беспокоился. Тут впору было бы за призраков волноваться, вздумай они напасть на Мирабэль.

Зато солдаты, всю ночь патрулировавшие городские улицы, совсем выдохлись. Но им пришлось лучше, чем тем, кто стоял на страже возле алорского посольства. Четыре вооруженные неуязвимые тени просто рвались туда. Они почуяли, что Анориэль разжился новым кольцом. Страже пришлось туго. Отряд из тридцати человек несколько часов отбивал атаку бестелесных противников. К утру в живых осталось только десятеро, из них семеро были сильно изранены. Их срочно доставили в лазарет и послали за магами-лекарями.

Генри Вейлен отправился к лорду Этэлю еще до смотра на плацу, чтобы доложить обо всем случившемся. Командующий уже проснулся, успел позавтракать и ждал его.

— Милорд, — обратился к нему адъютант, — у нас семеро раненых и двадцать убитых. Призраки рвались в здание посольства. Люди старались, как могли, но в их силах было только держать оборону, чтобы не допустить дипломатического скандала.

Лорд Этэль помрачнел. Ему не понравились столь большие потери в мирное время.

— Увеличить число людей в патрулях и караулах до пятидесяти, — приказал он. — Лекари уже на месте в лазарете?

— Да, но их очень мало — всего двое осталось.

— А где остальные? — недоуменно поинтересовался командующий. — Их же целых полсотни было! Где они?! Тоже ранены?

— Не знаю. Они просто исчезли. Их нет ни дома, ни в казармах, ни у друзей. Я послал людей опросить всех их знакомых. Такое ощущение, что они внезапно испарились среди ночи из своих кроватей. Никаких следов борьбы. Все вещи на месте.

— Но кто и как мог похитить за одну ночь полсотни человек?! Это невозможно сделать незаметно!

— Оказывается, возможно. Ни жены, ни дети лекарей ничего не заметили, — вздохнул адъютант. — Нам оставили только двоих. Из них один человек немного владеет магией и может с ее помощью облегчить боль и лечить небольшие ссадины и ранки, а второй, являющийся, кстати, троллем, знает травы. К сожалению, не все. И, к еще большему сожалению, частенько путает, что и для чего применять. Он у нас всего несколько дней работает. Как бы от такого лечения нашим раненым не стало хуже.

— Я хорошо знаю травы! — раздался от дверей кабинета взволнованный голос Мирабэль.

Она влетела в комнату в помятом, надетом задом наперед балахоне, со спутанными после сна длинными рыжими прядями волос. Эльфийка была босиком, а потому ни отец, ни его адъютант раньше не услышали ее шагов и не смогли помешать подслушать разговор.

— Я помогу раненым! — умоляюще посмотрела Мирабэль на отца. — Позволь мне.

Генри Вейлен испуганно сглотнул и незаметно для девушки покачал головой, прося лорда Этэля отказать дочери. Он не представлял ее в лазарете. Да у них же крыша обвалится или казармы сгорят! Да мало ли что может случиться! Раненые же скорее попытаются уползти, чем подпустят к себе леди-несчастье!

Лорд Этэль откашлялся и с загнанным выражением лица попытался отговорить дочь:

— Девочка моя, зачем тебе это надо? Поспи еще. Отдохни. Мы вполне можем пригласить городских лекарей. Гебе нет нужды работать.

— Но я хочу! — воскликнула Мирабэль. Моя мать была дриадой, и лекарственные травы я знаю лучше всех в городе! Как хотите, но я иду в лазарет! — решительно заявила она и побежала наверх за своей сумкой.

Генри Вейлен и лорд Этэль в панике переглянулись.

— Казармы этого не переживут, — прошептал адъютант.

— Этого не переживет вся наша армия! — схватился за голову командующий. — И короткие визиты Миры на плац творят немало бед…

— У нас не останется ни одного солдата. Все разбегутся, уволятся, дезертируют, — перечислил Вейлен.

— Надо как-то замаскировать Мирабэль, — предложил лорд Этэль. — Тогда люди не сразу догадаются, кто она такая.

— А как вы объясните дочери, зачем ей надевать парик? Куда денете балахон? Да ее в лицо весь город знает!

— Бегом, — приказал Этэль, — тащи сюда Тираэля. — Он сейчас во дворце в двух кварталах отсюда. Пусть он наложит на Мирабэль иллюзию, изменит как-нибудь внешность.

Генри Вейлен тут же сорвался с места и понесся к выходу из дома. Он и сам понимал, что если леди-несчастье увидят в казармах за работой, то это будет полной катастрофой для армии. Можно сразу сдаваться в плен соседним державам.

— И повежливее с магистром! — догнал адъютанта приказ командующего.

Тираэль еле успел. Ему всю дорогу пришлось почти бежать за Генри Вейленом. Настроение у магистра было отвратительным. Мало того что он всю ночь промучился в неудобных тяжелых доспехах на диване во дворце и чувствовал себя разбитым, так еще с утра пораньше ему сообщают о неприятностях!

С Мирабэль магистр столкнулся уже на крыльце дома командующего. К счастью, девушка потратила минут семь на укладывание в сумку трав, которые могут пригодиться при лечении солдат. Тираэль быстро поздоровался и попросил эльфийку срочно рассказать ему о свойствах первой же пришедшей ему на ум травы. Это был единственный способ немного задержать ее, чтобы наложить иллюзию. Пока Мирабэль быстро отвечала, магистр колдовал. Волосы эльфийки стали черными как вороново крыло, но не блестели, а, скорее, напоминали паклю. Нос удлинился, скулы проступили четче, под глазами пролегли глубокие тени. Лицо Миры стало выглядеть изможденным и не слишком красивым.

Видя все изменения, лорд Этэль хотел сделать магистру замечание, но не решился произнести ни слова вслух. В конце концов, это всего лишь временная иллюзия. Да и у дочери так возникнет меньше проблем — не будет грубых предложений солдат, которые заставят ее краснеть и злиться.

— Все, мне надо бежать, — наконец заявила Мирабэль. — Там люди от ран страдают.

— Генри тебя проводит, — сказал Этэль и выразительно посмотрел на адъютанта, который тут же позеленел. Командующий знал, что его помощник боится столько времени провести рядом с его дочерью, но не мог пустить все на самотек.

— И не говори, что ты дочь лорда Этэля, — добавил напутствие Тираэль. — Представься по имени, как-нибудь сократи его.

— Зачем? — наивно спросила Мирабэль.

— Солдатам будет неудобно, что за ними ухаживает дочь командира, — сымпровизировал магистр. — Они будут волноваться, а это им вредно.

— Ладно, — ответила Мирабэль и быстро зашагала по направлению к казармам. Генри плелся сзади с несчастным выражением лица, строя догадки, чего ему теперь в ближайшее время стоит ожидать.

— Спасибо, — тем временем поблагодарил командующий Тираэля. — Вы меня очень выручили.

— Зато вы меня, кажется, погубили, — вздохнул магистр. — Теперь стоит ждать неприятностей. Вряд ли общение с вашей дочерью сойдет мне с рук просто так.

Магистр развернулся и сделал шаг, чтобы уйти. Но каким-то немыслимым образом он запнулся на ровном месте и полетел на землю. Тираэль приземлился на колени и одну руку. При этом он порвал и запачкал брюки, но его лицо осветилось счастьем. Когда магистр поднялся, он просто сиял. Порча одежды его ничуть не расстроила. Зато теперь над ним не висел дамоклов меч! Тираэль облегченно вздохнул и отправился домой, чтобы переодеться. Не идти же ему в таком виде во дворец!

ГЛАВА 10.

Викэль тихо и незаметно крался к выходу из собственного дома, чтобы случайно не разбудить Эльена. Он понял, что ему предоставляется прекрасный шанс единолично завладеть вниманием невесты. Это, конечно, чревато неприятностями, но что поделать… Своим букетом Белый его обставил по очкам. Надо срочно как-то выправить положение.

Осторожно ступая, Черный подошел к дивану, подобрал свой меч и последовал в сторону прихожей.

— Ты куда это собрался? — догнал его неожиданный вопрос, заданный хрипловатым со сна голосом Белого.

— Прогуляться, — тут же ответил Викэль, с самым невинным выражением лица повернувшись к конкуренту. — Что-то все мышцы затекли в этих доспехах. Пройдусь немного. От тебя отдохну.

Эльен с трудом поднялся с кресла. Он не был дураком, а потому ехидно поинтересовался:

— И по чистой случайности отдыхать ты собрался перед домом нашей невесты. Да, Вик?

— Меня зовут Викэль, — почти по слогам сказал Черный. — Я не позволял тебе сокращать мое имя и, кажется, уже говорил, что Мирабэль не «наша» невеста, а моя!

— Да? Что-то я не слышал, чтобы она с этим соглашалась. Подожди меня, я с тобой.

— А завтрак? — нахмурился Викэль. Он был готов даже накормить вредного конкурента, но только не брать с собой. Встречу трех особ никак не назовешь любовным свиданием.

— А то ты ждать будешь, пока я поем! — возразил Эльен. Он быстро начал скидывать с себя латы, которые с грохотом падали на пол.

— Аккуратнее! — завопил Черный. — Пол проломишь! И не забудь их забрать!

— Вечером, — отмахнулся Эльен. — Не потащу же я их с собой.

— Не наглей! Больше ты у меня ночевать не будешь, — предупредил Черный.

Переругиваясь, эльфы направились к дому лорда Этэ-ля, где им сообщили, что Мирабэль ушла на работу в лазарет. Поверить в это было сложно. Эльен несколько раз переспрашивал у слуги. Он не понимал, как командующий на это согласился. Слуга пересказал им то, что слышал о внезапном исчезновении магов-лекарей, состоящих на службе у лорда Этэля. Что скрывать, если об этом вскоре будет гудеть весь город? Родственники не смогут держать язык за зубами. Да и друзья, и соседи забеспокоятся. Слуга рассказал им все о причине, по которой Мирабэль допустили в лазарет, но совсем забыл упомянуть об изменении ее внешности. Вернее, он и не знал об этом, так как ничего не видел.

Таким образом, эльфы вместе отправились в казармы. По дороге Викэль нарвал на какой-то клумбе ромашек под насмешливым взглядом Эльена. Он неловко зажал их в кулаке и опустил головками вниз. Букет чуть ли не землю подметал при каждом его машинальном движении при ходьбе. Ромашки были неказистые, кривые, с маленькими невзрачными листиками, но других цветов в обозримом пространстве не наблюдалось. Теперь, когда Белый шел с ним, Викэль не мог себе позволить завернуть в цветочные ряды в нескольких кварталах от дома. Эльен вряд ли согласился бы пойти с ним, скорее поспешил бы к Мирабэль сам, в гордом одиночестве.

На воротах в казармы Викэля и Эльена остановила пара хмурых солдат.

— Пропускной жетон есть? — поинтересовался один из них. — Посторонним шататься по плацу и перед казармами запрещено.

Эльфы переглянулись. Пропуска у них, конечно, не было.

— Мы… — начал Викэль, сомневаясь, правильно ли собирается поступить. — Мы новые маги-лекари, посланные из города в лазарет, чтобы помочь вашим раненым. Нам сказали бежать быстрее сюда. Про пропуск Генри Вейлен ничего не сказал.

— Так вас пригласил адъютант командующего? — немного расслабились караульные у ворот. — Он недавно уже привел сюда какую-то девицу и говорил, что, может, еще из городских лекарей кого-то придется позвать.

— Ну так нам можно войти? — решительно рвался внутрь Викэль.

— Валяйте, — сказал один из солдат и посторонился от калитки. — Да, а зачем вам букет?

— Э-э-э… — замялся Черный.

— Это важный лекарственный элемент, пояснил за него Эльен, изо всех сил пытаясь сохранить серьезное выражение лица. — Вот, специально задержались, чтобы набрать побольше этих самых ромашек.

— Да? — удивился солдат. — Неужели и от ран помогают? А я думал, только от простуды.

— Это смотря как применять, — сделав умное лицо, ответил Белый. Его рот предательски так и растягивался в улыбке.

Викэль не выдержал таких долгих объяснений и, открыв калитку, запихнул Белого на территорию казарм.

— Опаздываем! — громко сказал он для солдат.

— Лазарет через двести метров справа, если идти по дорожке! — крикнул им вдогонку караульный.

Именно туда эльфы и направились. Только Эльен чувствовал себя не очень удобно, так как ему пришлось солгать. Его очень мучила совесть. Это Черному все было нипочем. Он не позволял себе зря переживать по пустякам.

— Надо же, — неуверенно улыбнулся Белый, — маги-лекари! Ты же ни одного заклинания из этой области не знаешь, а из трав клевер от папоротника не отличишь!

— Как будто ты знаешь лечебные заклинания! — осадил его Викэль. — А травы надо не только отличать по названиям, но еще и уметь ими пользоваться.

— Я хоть царапину могу мгновенно залечить, — похвастался Эльен. — Я же не виноват, что Тираэль пока не объяснял лечебную магию. Он в ней и не специалист. Да и у меня призвания такого нет.

— У меня тоже специализация другая, — сказал Викэль. — Я больше привык наносить раны, а не лечить их.

— Кто бы сомневался, — проворчал Эльен. Препираясь, эльфы быстро дошли до аккуратного двухэтажного белоснежного здания. Это и был лазарет для раненых солдат. Вдруг Эльен неожиданно выхватил из рук Викэля букет и зарылся в него лицом. Черный недоуменно на него посмотрел и попытался отобрать цветы назад.

— Отдай! — попросил он. — Ты чего? Сам бы нарвал ромашек, их там целая клумба была!

Но Эльен намертво вцепился в букет, прижимая его к своему лицу.

— Не трогай! — простонал Белый. — Ты не понимаешь, что творишь.

— Что здесь происходит? — раздался сбоку от эльфов громкий вопрос с характерной для троллей хрипотцой.

— Мы новые маги-лекари из города, — снова соврал Викэль, — направляемся в лазарет. — И он дернул букет на себя, отрывая его от лица подлого конкурента.

— Ой ты моя лапочка, — неожиданно проворковал тролль, глядя на Эльена. — Ты про меня не забыл! Какие чудесные цветы.

И тут Викэль узнал в этом зеленокожем верзиле того самого тролля, которого нанимал для того, чтобы напугать Мирабэль. Он медленно попятился, выпуская из рук букет.

Эльен тем временем с ужасом смотрел на здоровенного тролля с умильным выражением лица. Одет он, правда, был сегодня не так устрашающе, как недавно, — в аккуратную рубашку со шнуровкой, светлые брюки и белый халат, не до конца застегнутый на пуговицы. Весь его вид свидетельствовал, что он только недавно вышел из лазарета.

— Мы ищем Миру, — выдавил из себя Белый. Лицо тролля помрачнело, глаза потухли.

— Она там хозяйничает, — ткнул пальцем в двери лазарета зеленокожий великан.

Эльену стало его жалко. Тролль же не виноват, что так не вовремя столкнулся с Яго, когда на том не было защитного амулета.

— Но это все равно вам, — сказал Белый, протягивая ромашки троллю. Пока тролль рассматривал цветы, сам эльф быстро понесся к лазарету.

— Для лекарственных целей, — раздался его голос из-за дверей. Эльен сообразил, что тролль может как-то не так понять его жест, а потому поспешил испортить впечатление.

Ухмыляющийся Викэль медленно вошел в здание вслед за конкурентом. «Стоило пожертвовать цветами, чтобы еще раз увидеть испуганное выражение лица «ангелочка», — подумал он. — Забавно получилось. Надеюсь, он теперь надолго выбит из колеи и не будет мешать мне общаться с Мирой. Только бы не вышло мне это боком в скором времени».

Эльфы попали в приемный покой, где наткнулись на маленького худого человечка лет сорока. Вид у него был заморенный. Вместо того чтобы дежурить, он сладко спал, свесив голову на грудь. На человеке тоже был белый халат, как и на тролле. Перед ним лежал стетоскоп, журнал для записей и несколько пузырьков с непонятными жидкостями.

— Похоже, это маг, — тихо прошептал Эльен, крадучись двигаясь мимо него. — Но запас магических сил у него полностью исчерпан.

— А что тогда шепчешь? — нормальным голосом поинтересовался Викэль. — Его же сейчас и целый хор не поднимет. Даже я чувствую, что от этого мага веет бездонной пустотой. Мороз по коже дерет от такого ощущения. Напоминает то, как я валяюсь в полубессознательном состоянии каждый раз, когда магия немного выходит из-под контроля.

— Ничего себе «немного», — тихо пробормотал Эльен, чтобы спутник не услышал. — Случайно поднять тяжеленный алорский телепорт — это считается капельку потерять контроль!

Викэль и Эльен пошли по коридору с дверями, надеясь обнаружить Мирабэль. Они осторожно заглядывали во все комнаты и кабинеты. Везде было пусто и тихо. Ни больных, ни лекарей. Наконец за последней дверью обнаружились раненые солдаты. Смотреть на них было тяжело. Призраки постарались на славу. Из дальнего угла палаты из-за ширмы доносились тихие всхлипывания.

— Мира, — еле слышно позвал Эльен, боясь потревожить раненых.

Всхлипывания затихли, и через несколько секунд к эльфам вышла незнакомая девушка с заплаканным лицом и красным кончиком носа. Она комкала в руках кусок бинта, заменяющий носовой платочек. Платье очень напоминало балахон Мирабэль — такое же бесформенное, но необычного изумрудно-зеленого цвета. Черные волосы скрывались под белой косынкой и были заплетены в неряшливую косу, спускающуюся по спине до талии. Язык не поворачивался назвать сейчас эту девушку хотя бы просто симпатичной. Эльфийскую кровь в ней заподозрить было сложно — не видно ни особой красоты, ни ушей, скрытых косынкой.

— А где Мира? — растерянно спросил Викэль. Девушка недоуменно посмотрела на Черного и перевела взгляд на Эльена.

— Мы ищем Мирабэль, — сказал Белый, не оправдав ее надежд. Он тоже не смог понять, что перед ним иллюзорный образ, созданный Тираэлем.

— Вы что? — дрожащим голоском поинтересовалась Мирабэль. — Это же я. Вроде с позавчерашнего вечера сильно измениться не должна была.

Викэль хмыкнул, а Эльен попытался применить магию, чтобы понять, кто перед ним. Оба эльфа узнали голос дочери командующего, но теперь не знали, как себя вести. Они не поняли: то ли их пытаются обмануть, то ли это действительно Мира. Викэль с подозрением покосился на Эльена, что-то шепчущего себе под нос.

— Я заберу его на минуточку, — обратился он к девушке и, схватив упирающегося конкурента за локоть, вытолкал за дверь палаты. Там Черный размахнулся и отвесил Эльену хороший подзатыльник.

— Что это еще за фокусы?! — возмутился он. — Нанял какую-то специалистку по имитации голосов, чтобы она выдала себя за Мирабэль? Хочешь, чтобы я потратил время, ухаживая за ней?!

Белый в долгу не остался. Он сжал руку в кулак и в отместку стукнул конкурента в живот. Пресс у Викэля оказался крепким, и Эльен отшиб руку.

— Никого я не нанимал! — воскликнул он, махая в воздухе травмированной кистью. — Это явно твоя афера!

— Да что ты себе позволяешь! — возмутился Викэль, хватая Белого за воротник и тряся, как грушу.

— Отстань, я здесь ни при чем! — выдавил из себя Эльен, пытаясь высвободиться из железной хватки конкурента. Ворот сильно сдавливал шею. Поняв, что просто вывернуться невозможно, он решился на крайнюю меру — легонько стукнуть Черного кулаком в челюсть. Но Белый немного не рассчитал траекторию и попал не в подбородок, как намеревался, а в глаз. Викэль зарычал как зверь. Он не ожидал такого от аристократичного «ангелочка». Глаз пульсировал от боли. «Будет синяк, — подумал Черный тоскливо. — С таким только невесте и показываться». Он размахнулся и, держа Эльена, ударил его кулаком в ответ.

Белый видел, как конкурент замахивается, и попытался поставить щит, но не успел. Сосредоточиться в такой ситуации для применения заклинания было затруднительно. Самостоятельно же щит у него срабатывал только в случае смертельной угрозы. Глаз взорвался болью. Обозримое пространство для Белого резко уменьшилось вдвое. Эльен схватился за ушибленное место, почувствовав, что Викэль выпустил наконец его воротник. Хоть дышать стало легче.

Оба противника стояли друг против друга, прикрывая ладонью левый глаз и тяжело дыша от выброса адреналина.

— Я никого не нанимал, — выдохнул Черный.

— Я тоже, — отозвался Эльен. — Но от девушки в палате веет магией. Не моей — Тираэля.

— Сразу не мог сказать?! — возмутился Викэль.

— А кто меня трясти начал, не давая ничего объяснить? — огрызнулся в ответ Белый.

— Ой, какие мы нежные, — ехидно сказал Черный. — Нам небольшая тряска мешает говорить.

— Давай я повторю твои действия и послушаю, как в таком случае будешь говорить ты!

— Стоп, — сказал Викэль. — Сейчас опять подеремся. Ты меня всю ночь раздражал.

— Каким это образом?! Я же всю ночь мирно спал и рта не открывал!

— Да, но ты спал на моем кресле! У меня в доме! В моем присутствии, пока я мучился в этих железяках, которые ты же и притащил.

Эльен хихикнул.

— Так мы не выспались и дико завидуем, — протянул он. — А ты, оказывается, просто неженка. Доспехи ему спать мешают!

— И тем горжусь! — возмутился Викэль. — Это ты, похоже, можешь уснуть даже посреди поля битвы!

Черный и не представлял, как он близок к истине. Ведь в первую ночь, когда Эльену не грозило полное истощение сил, он спокойно уснул, пока призрачные магические сущности пытались его достать хоть одним из мечей.

— Так, возвращаемся в палату, — приказал Черный. — Попытаешься определить, действительно ли там Мирабэль. Надо понять, чему доверять больше — слуху или глазам.

Вскоре перед дочерью главнокомандующего войск Морении предстали два смущенных эльфа с фиолетовыми синяками под отекшими глазами. Мирабэль охнула и всплеснула руками. Она не поняла, что с ними обоими могло случиться за те пять минут, пока они отсутствовали.

Ее реакция еще больше смутила эльфов. Эльен слегка порозовел, а Викэль опустил глаза в пол и аккуратно пихнул конкурента в бок, призывая к действиям.

— Мира, — начал Эльен, — а ты сегодня случайно с Тираэлем не сталкивалась?

— Я его видела утром несколько часов назад, — ответила эльфийка, изучающе рассматривая синяки обоих магов.

— А что он хотел? — снова поинтересовался Белый.

— Просил рассказать о свойствах кое-каких трав. Правда, я так и не поняла, зачем ему это нужно, — сказала Мирабэль. — Но в последнее время вокруг творится столько странного, что я уже устала удивляться. Вы лучше скажите, откуда у вас взялись синяки? С кем вы успели подраться? Надеюсь, не с Гартом?

— А это кто? — не понял Викэль.

— Тролль, подрабатывающий здесь травником. Он еще недавно настойчиво приглашал Эльена на свидание.

— Не, мы его не трогали, — за двоих ответил Черный. — Я так просто неудачно врезался в косяк.

— Ага, — поддержал Эльен. — А я запнулся и упал на… — Он беспомощно посмотрел на Викэля, не зная, что назвать.

— На мой ботинок? — неуверенно с вопросительной интонацией сказал Черный, глядя на конкурента.

Мирабэль слегка улыбнулась. Уж она знала, что подобные синяки не получить ни от столкновения с косяком, ни от падения на чью-то обувь. Оба явно лгали. «Ладно, — подумала она, — не буду выяснять правду. Не хочу с ними ссориться. Сделаю вид, что поверила их объяснениям. Надеюсь, Гарт все-таки не пострадал».

Эльфийка скомкала кусочек бинта, послуживший ей носовым платком, и затолкала его поглубже в рукав, затем принялась искать в сумке, стоящей на столе, травы от синяков. Не оставлять же обоих эльфов без лекарской помощи. Этак они еще три дня будут смотреть одним глазом. Мира достала нужный порошок из перетертых трав, выложила его на два чистых кусочка бинта и слегка смочила жидкостью из большой бутылки со стола.

— Вот, — протянула она эльфам по примочке, — приложите это к глазам. Хоть отек пройдет. Но для выведения синяка нужен маг-лекарь, а не я.

Эльен и Викэль с неуверенным видом взяли по кусочку бинта, покрытому порошком. Будь у них выбор, они бы предпочли обратиться за помощью к кому-нибудь другому. Свое лечение леди-несчастью они не доверили бы. Но под требовательным взглядом эльфийки оба осторожно прижали примочки к глазам.

«Вот влип, — подумал Эльен. — Так же и без глаза остаться можно». — Он тяжело вздохнул и прислушался к ощущениям. Веко и кожу вокруг глаза кололо маленькими иголочками, что не внушало особого оптимизма.

— Пойдемте из этой палаты, — сказала Мира, подхватывая со стола свою сумку.

Вслед за девушкой оба эльфа направились по коридору в небольшой уютный кабинетах. Из всей обстановки там стояли только два стола, один стул и кушетка.

— Это мне выделили комнату, пока не найдут пропавших магов-лекарей, — вздохнула Мирабэль. — Вряд ли я здесь надолго обоснуюсь. Ничего у меня не получается.

При этих словах оба эльфа как ошпаренные сдернули с глаз примочки и начали ощупывать свои лица. Странно, но глаза начали видеть лучше.

— Мне не хватает пера, — пожаловалась Мирабэль. — Я не смогу без него привести в чувство этих семерых солдат. Все-таки мечи у призраков были какие-то особые, заговоренные.

Чуть успокоившись, Викэль вернул бинт на глаз и поинтересовался:

— А что за перо? Может, я смогу достать?

Он надеялся, что таким образом сможет завоевать благосклонность и симпатию девушки.

Мирабэль с надеждой посмотрела на черноволосого эльфа.

— Перо серебрянки. Это такая не очень большая хищная птичка. Она водится в нашей стране почти в каждом лесу.

— Знаю, сталкивался, — поморщился Викэль. — А почему ты не попросила отца снарядить отряд для поимки птички? Тут и дел всего на полсуток.

— Так серебрянки ведут ночной образ жизни. Отец пока думает, стоит ли рисковать жизнью и здоровьем отряда из двадцати — тридцати человек, чтобы спасти семерых. Ведь в лесу водятся не только птички, но и куча другой нечисти. Там нужен маг. Но Тираэль все никак не восстановит свой резерв сил, а другие члены Совета заперлись в домах и не хотят никуда ехать, пока призраки на свободе. А солдаты между тем умирают, — всхлипнула Мирабэль. — Они могут не дожить до того времени, пока Тираэль придет в норму и сможет поехать. К тому же он занят охраной правителя.

— Я поеду, — решился Викэль. — У меня магический резерв не тронут. Как-нибудь на одну ночь сил на поддержание щита мне хватит, даже если призраки нападут.

— Спасибо, — растроганно сказала эльфийка и, поднявшись на носочки, благодарно поцеловала Викэля в щеку.

Видя такое безобразие, Эльен не захотел остаться в стороне.

— Я тоже поеду, — сказал он.

— У тебя же магические силы не восстановлены, — с довольной улыбкой напомнил Викэль.

— А я доспехи надену. Ничего мне в них призраки не сделают. Тем более вероятность наткнуться на них в лесу все-таки меньше, чем в городе.

Мирабэль улыбнулась и, обхватив руку Эльена своими ладошками, с чувством его поблагодарила. На словах.

— А где мой… — начал Белый, но предложение так и не закончил. Викэль с силой дернул его за ворот рубашки назад и, обхватив за плечи, потащил к дверям.

— Нам пора собираться в дорогу, — громко перебил Черный. — Извини, Мира, опаздываем. — И он вытолкал конкурента за дверь, следом вышел сам.

— Ты что себе позволяешь?! — возмутился Эльен. — Так нечестно! Где твои манеры? До ночи еще уйма времени!

— И все оно уйдет на то, чтобы собраться в дорогу и добраться до леса.

ГЛАВА 11.

— Тетя Вэль, уезжай из посольства, — простонал Анориэль. — Еще одной такой ночи в осаде я не переживу. Мне не удалось даже глаз сомкнуть! Звон мечей не могли заглушить даже плотно закрытые ставни окон. Солдаты гак громко и страшно кричали.

— Мой отъезд ничего не изменит. Просто не надо было покупать себе новое кольцо, мальчик мой, — ответила алорская шпионка. — Отдай его мне на хранение и можешь спать спокойно. Мои тени тебя не побеспокоят.

— Какой уж тогда сон! Я же этого кольца потом не увижу! — возмутился Анориэль.

— Увидишь. Хотя бы на мне.

— Лучше я просто сниму кольцо с пальца. Как вы думаете, поможет?

— Вроде должно, — неуверенно сказала Вэль. — Но заклинание работает как-то неправильно, так что точно не знаю.

Тетя с племянником сидели в просторном кабинете посольства и вяло перебрасывались репликами. Шпионка не признавалась, но ей выспаться тоже не удалось. Грохот и звон стоял страшный. В отличие от племянника она ничуть не переживала за моренийских солдат. Но ее волновало, что она не может точно спрогнозировать дальнейшее действие своего заклинания. Вэль-то рассчитывала получить кольцо ифрита в первую же ночь. Правительство Алории требовало от нее скорее выполнить работу и достать им статуэтку неизвестной птички, которая должна храниться у магистра Тираэля. Там она пылилась без дела, а между тем это сильнейший артефакт. Маг, дававший ей пояснения о статуэтке, говорил, что запас ее магических сил огромен. Его может хватить на десять тысяч лет для освещения всей державы! Шпионка все утро ломала голову, как быстрее выкрасть магическую вещицу.

— Тетя, — вклинился в размышления Вэль голос племянника, — а правительство не пробовало просто купить у Тираэля статуэтку?

— Не говори глупостей, мальчик мой, — раздраженно отмахнулась шпионка, — у нас в стране нет таких денег. Магистр явно заломит за нее астрономическую цену. Легче и дешевле украсть.

— Ну, что дешевле, я согласен, — произнес Анориэль. — Вот только не думаю, что легче. Выкрасть артефакт у ифрита не способен никто! Это просто невозможно. Все наши маги и армия не смогут справиться с таким охранником. Не зря же и наш правитель держит в сокровищнице ифрита.

— Надо как-то заставить Тираэля достать статуэтку, — задумчиво произнесла Вэль. — Надо создать опасную для страны ситуацию, когда Тираэлю понадобится огромный запас сил для защиты. Может, устроить грандиозный шторм?

— Тетя, лучше не надо. Это ж мне до Алории потом по суше добираться придется! Я не люблю лошадей. К тому же где вы возьмете столько сил для создания шторма?

— Вот черт! — выругалась шпионка. — Твой телепорт-то я уже использовала. А я так на него рассчитывала. Надо придумать что-то другое, не столь расходное, что не требует ничего сверх моих личных сил.

Шпионка поднялась с кресла, где она до этого сидела, и подошла к книжным полкам. Она принялась выдергивать то один, то другой переплет из ровных рядов. Ее раздражение нарастало по мере того, как она читала названия.

— Что за дребедень ты тут собрал! — зло пожаловалась Вэль. — Вот «Основы дипломатии», «Аналитическое описание законов моренийской державы», «Великие маги Морении». Тьфу!

— Тетя, а что вы рассчитывали найти в моей библиотеке? — принялся оправдываться Анориэль. — Магические трактаты мне ни к чему. К тому же кто мне их доверит? Появись у меня нечто подобное, его тут же конфискуют в пользу державы!

Шпионка смерила родственничка презрительным взглядом. У нее почему-то никто и ничего не пытался конфисковать. Просто она не афиширует своих приобретений.

Под тяжелым взглядом тети Анориэль сжался. Он боялся, что фантазия родственницы опять выдаст какую-нибудь грандиозную идею, расхлебывать последствия которой придется ему.

— А вы не хотите попробовать выведать у учеников Тираэля, где их учитель может прятать кольцо? — предложил посол. — Подкупите их или очаруйте, вы это можете… иногда. Может, они сами принесут вам или кольцо ифрита, или статуэтку.

— Именно это я и хотела только что сказать, — улыбнулась Вэль. Она подошла к зеркалу, висящему на стене возле книжных полок, и, глядя в него, попыталась состроить глуповато-восхищенную гримаску.

— Не верю, — вздохнул Анориэль, — не ваш типаж.

— Скорее, это ученики — не моя клиентура. Мелкие сошки. Я бы предпочла самого магистра.

— Да? Только вот он, похоже, не обращает на вас никакого внимания. Его не заинтересовало даже то, что вы — алорский маг. Тираэль хоть бы для приличия попытался выведать что-то о совмещении магии с технологией, так нет. Он и общаться с вами не захотел. Может, не стоило так агрессивно в первую же вашу встречу напрашиваться к нему в особняк, чтобы скоротать вечерок?

— Тебя не спросила, как мне выполнять свою работу! — возмутилась Вэль. — Обычно это срабатывает. Я же не уродина! — И шпионка оглядела свою безупречную фигуру в зеркале.

— Вы вели себя как маньячка. Я бы тоже сбежал! Тираэль же не знал, что вас больше интересуют его артефакты, а не спальня! — заметил Анориэль.

— Я не удивлена, что ты предпочел бы поступить, как трус! Снимай кольцо. Сегодня вечером я вряд ли приду в посольство ночевать, — сообщила Вэль. — Буду общаться с одним из учеников Тираэля. Думаю, с блондином.

— И почему я не удивлен? — вздохнул посол. — Но я бы вам не советовал связываться с черноволосым эльфом тоже — у него дурная слава и куча подружек. С блондином наладить контакт будет проще.

— Я смотрю, ты наводил справки, — удивилась шпионка. Она шагнула к дверям кабинета, послала племяннику воздушный поцелуй и выскользнула в коридор. Теперь, когда решение было найдено, Вэль не собиралась терять время. Дома ждет приличное вознаграждение, если она достанет артефакт. Все-таки технологии — это хорошо, но без запаса магических сил, вложенного в каждое изделие, ничего работать не будет. А маги очень неохотно опустошали свои резервы для нужд государства. Да и сама Вэль приветствовала здоровый эгоизм. С какой стати она должна ослаблять себя, выкачивая энергию для зарядки тех же уличных светильников?

Шпионка вышла из здания посольства, прошла мимо усиленного отряда охраны, и днем дежурившего здесь на всякий случай, и замерла на улице в нерешительности. «Это что же получается: что я соглашусь с племянником и пойду охмурять блондина? — подумала она. — Признаю, что черноволосый мне не по зубам? Э-э… нет. Не собираюсь расписываться в своей слабости. Я очень удивлю тебя, племянничек. Не пойду к блондину, хотя он симпатичнее».

И Вэль, решительно сорвавшись с места, подошла к одному из стражников и цепко взялась за его плечо. Солдат перевел на нее вопросительный взгляд, глядя в лицо сверху вниз. Тренируясь, шпионка легонько провела кончиком языка по нижней губке и медовым голосом с придыханием поинтересовалась:

— Любезный, а вы не подскажете, где живет ученик магистра Тираэля? Черноволосый такой.

— Это Викэль, что ли? — улыбнулся стражник, не отрывая зачарованного взгляда от губ алорки.

— Да-а, — протянула Вэль так, что было непонятно, с чем она соглашается. Шпионка как бы невзначай одернула платье, добившись того, что ее и без того глубокое декольте скользнуло еще ниже.

Солдат судорожно сглотнул и осторожно скосил глаза в глубокий вырез платья Вэль.

Шпионка еле сдержала торжествующую улыбку. Репетиция проходила вполне удовлетворительно. Солдат был полностью деморализован, да и его коллеги по караулу поглядывали на красавицу весьма благосклонно. Для шпионки сейчас ничего не стоило уговорить их даже оставить пост, несмотря на угрозу сурового наказания, если начальство об этом узнает.

Солдат подробно объяснил Вэль дорогу к дому Викэля. Он даже описал цвет стен и форму дверной ручки! Он готов был вспомнить любые подробности, лишь бы алорка его слушала, не сходя с места, и не лишала зрелища, которое открывалось с высоты его роста в глубоком декольте. Солдат был простым человеком, и раньше ему не выпадало так близко рассмотреть чистокровную эльфийку. Подобные девушки презрительно воротили от него нос. С их внешностью они могли рассчитывать на кого-то более состоятельного. Жизнь на жалованье простого солдата не для них.

Удовлетворенная произведенным эффектом, Вэль коротко поблагодарила солдата и в приподнятом настроении пошла искать дом черноволосого эльфа с дурной репутацией. Здание она нашла без проблем. Даже дверная ручка соответствовала описанию! Чешуйки изящного дракончика впились ей в руку, когда она несколько раз дернула за ручку. Но дверь оказалась закрытой. Шпионка вспомнила, что, идя в гости, необходимо стучаться или звонить, а потому наконец догадалась несколько раз дернуть за шнурок колокольчика. Раздался противный треск и вой, напоминающий рев дракона, которому наступили на хвост. Во всяком случае, шпионке показалось, что звук должен быть примерно такой же. Если, конечно, найдется кто-то столь большой, чтобы оттоптать дракону хвост. Вэль поморщилась и позвонила еще пару раз. Бесполезно. Похоже, хозяина дома она не застала.

Шпионка воровато оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что за ней никто не наблюдает. Сдаваться просто так она не собиралась. Вэль быстро прошептала слова заклинания и укрылась Пологом Невидимости. Теперь, когда ее не мог заметить ни один случайный прохожий, она начала водить руками вдоль двери, изучая защиту и замки. К ее большому недоумению, дверь никак не была зачарована магией! Алорка даже засомневалась, стоит ли лезть в дом. Это ж внутри должна быть устроена грандиозная магическая ловушка, если туда может залезть любой взломщик. Но любопытство оказалось сильнее ее. Вэль начала-таки подбирать отмычку к замку.

Магическую защиту шпионка так и не обнаружила. Она же не знала, что Викэль так и не смог освоить ни одного необходимого заклинания, а интуитивно у него ничего не выходило с дверью. Да и не сильно эльф опасался за сохранность своего жилища. Любой городской бандит знал, что Викэль его найдет и так накостыляет… Безопаснее дворец ограбить, чем его дом!

Вэль прошлась по гостиной. Здесь не ощущалось присутствия магии, как будто жилье принадлежало простому человеку. Ничего не излучало магический фон. «Какие-то странные маги в Морении», — подумала шпионка. Она внимательно рассмотрела чудесный кожаный гарнитур из диванчика и двух кресел, стоящих посреди комнаты друг против друга. Удивление вызвали детали доспехов, разбросанные на них и по полу. Как-то они не вписывались в интерьер, по мнению Вэль. Алорка не знала, что многие высокопоставленные особы города предпочли ночевать закованными в металл. Правитель побоялся предлагать подобную защиту иностранным дипломатам, предпочтя выставить вокруг посольств усиленные караулы.

Остальная обстановка гостиной не вызвала у шпионки никаких сильных чувств. Все было очень просто и сурово, без лишних деталей и украшений. Бюро имело строгие линии и было мрачного, почти черного цвета. Вдоль одной из стен стояли две тахты, обтянутые грубой тканью. Рядом с ними пристроился бар, полный разнообразных, но дешевых напитков. «Удобно, — хмыкнула про себя Вэль, — немного переборщил с выпивкой и тут же прилег на тахту, чтобы на второй этаж не подниматься. Но лучше не поскупился бы на что-то более удобное».

Вэль обошла гостиную, но ничего интересного больше не обнаружила. Помимо этой комнаты на первом этаже она осмотрела пару кладовых и просторную кухню, пустовавшую на данный момент. Алорка вернулась в гостиную и по находящейся там лестнице поднялась на второй этаж маленького домика. Сначала ей попалась пустая спальня со скудным набором мебели, но собственной ванной комнатой. Вэль почти и не осматривалась здесь, так как вряд ли гостевая спальня много расскажет о хозяине дома. Зато последней комнате она уделила гораздо больше внимания. Вэль взялась за ручку и тихонько потянула дверь на себя. Без толку. Шпионка дернула сильнее, но опять без особого результата. Она изучила щель между дверью и косяком и обнаружила язычок замка. На этот раз отмычку было подобрать сложнее. Алорка уже, было, совсем отчаялась попасть в комнату, когда раздался долгожданный щелчок, и дверь открылась.

Вэль шагнула внутрь и охнула: везде, где только можно, было оружие. Оно висело на стенах, свисало на цепях с потолка, аккуратными рядами лежало на полу вдоль стен. Здесь были мечи, шпаги, арбалеты, луки, копья, кинжалы и метательные ножи и многое другое, чему шпионка не знала названия. Среди всего этого холодного блеска стали небольшая скромная кровать просто терялась. «Вот псих! — подумала алорка. — Как он здесь спит? Кошмары на всю ночь обеспечены!» Вэль подробно с интересом рассмотрела все оружие. Она не умела с ним обращаться, но вот примерную цену могла сказать точно. Сумма выходила впечатляющая. Оружие имелось как скромное, предназначенное для боя, так и парадное, украшенное драгоценными камнями на эфесах и рукоятках.

Осторожно огибая все колюще-режущие предметы, шпионка добралась до гардероба и распахнула дверцу. «Удивительно, — подумала она, — если судить по обстановке дома, здесь должны были висеть несколько рваных неопрятных тряпок, а не добротные камзолы. Хотя на мой вкус, мрачновата расцветочка. Сплошной черный цвет!».

Вэль проверила карманы, чтобы лучше узнать о пристрастиях эльфа. Но ее ждало полное разочарование — нигде не завалялось ни бумажки. Изредка попадались мелкие монетки, как и у любого другого человека, — и все. Шпионка досадливо захлопнула шкаф. «Вывод, — мысленно подытожила она результаты обыска, — этот Викэль — ненормальный, интересующийся только оружием. Общие интересы у нас отсутствуют. О чем я с ним буду разговаривать?! Хоть бы книжный шкаф обнаружился…».

Алорка подошла к кровати и села, непроизвольно поморщившись, — матрас оказался жестковат и мало походил на пуховую перину, к которой она привыкла. Вэль обвела спальню изучающим взглядом, пытаясь найти хоть один тайник. Но все выглядело просто, незатейливо и цельно. Ни одной картины, под которой мог бы прятаться сейф, ни половичка, прикрывающего люк в потайную нишу. Где-то же этот эльф должен хранить личные бумаги, письма, деньги и драгоценности? Шпионка поднялась и решительно начала сдвигать оружие и осматривать поверхности стен и пола под ними. Работа оказалась тяжелой. Некоторые двуручные мечи она не смогла переместить ни на миллиметр. Уже через десять минут Вэль окончательно выдохлась, но так и не смогла ничего найти. Она со злостью осмотрела завалы оружия, до которых еще не добралась. Мысль о дальнейшем поиске сейфа ее не вдохновляла.

Шпионка рухнула на кровать, решив сделать передышку. Она заложила руки за голову и принялась рассматривать потолок. Ничего интересного там не было. Белая ровная поверхность в местах стыков со стенами была украшена лепными узорами, имитирующими свитки бумаге печатями. Странная прихоть мастера, конечно. Но, досконально изучив обстановку дома, Вэль уже ничему не удивлялась. Если в спальне устроен оружейный склад на полу и стенах, то почему бы потолку не имитировать библиотеку?

Полежав пять минут вместо намеченных двух, шпионка неохотно поднялась. Надо было заканчивать обыск, делать окончательный вывод о личности хозяина дома и строить план по сближению с ним. Вот только сводить близкое знакомство с черноволосым эльфом ей окончательно расхотелось. Все говорило о том, что наивностью Викэль не отличается и помогать ей обворовывать учителя не будет. Оплата за помощь ему явно не нужна — он вполне обеспечен. А чтобы попытаться его очаровать, ей явно придется встать в очередь и лезть из кожи вон, пытаясь выделиться, если сведения солдата верны. Вэль с силой стукнула кулаком по подушке, выплескивая свое раздражение. Раздался глухой звук удара и подозрительный шелест и хруст. Алорка лихорадочно откинула подушку в центр кровати и во все глаза уставилась на желтоватый свиток бумаги, обнаружившийся в изголовье. Он был немного помят и сплющен, но от него исходила явная магическая аура. Губы алорки расплылись в улыбке. Хоть что-то стоящее сегодня нашла!

Она осторожно взяла свиток и расправила его. На плотном пергаментном листе небрежным почерком были записаны два заклинания: одно для вызова ифрита, другое — для подчинения дракона.

Это был тот самый свиток, который Викэль унес из библиотеки магистра Тираэля. Эльф так и не вернул его учителю, опасаясь наказания. Он решил пока спрятать его дома, а когда удастся спровадить ифрита, осторожно подкинуть обратно. Но теперь планам Черного не суждено было сбыться.

Ликуя, Вэль дочитала оба заклинания до конца, но, естественно, применять их пока не стала. Она сразу решила для себя, что ифрит ей ни к чему, а вот дракон для запугивания населения Морении не помешает. Тут уж магистр просто обязан будет достать артефакт из тайника!

Шпионка скатала пергамент в свиток, вернув ему первоначальную форму, и затолкала в потайной карман в подоле своего платья. Теперь обнаружить его при поверхностном осмотре было невозможно, а лапать себя она пока никому не позволит. Что-то ей подсказывало, что сегодня она будет ужасной недотрогой, даже если сам магистр Тираэль наконец соблаговолит обратить на нее внимание.

Вэль уложила подушку обратно в изголовье и аккуратно расправила покрывало, чтобы ничто не выдало ее присутствия здесь. Если повезет, Викэль еще не скоро кинется искать пропажу.

С порога шпионка еще раз внимательно осмотрела комнату, проверяя, а не оставила ли каких следов своего пребывания. Но, по ее мнению, все было нормально. Она вышла и заперла спальню на ключ, как и было до ее прихода, спустилась на первый этаж и покинула дом черноволосого эльфа под Пологом Невидимости с заветным свитком в потайном кармане.

ГЛАВА 12.

В быстро наступающих сумерках по лесу ехали двое. Их лошади неспешно ступали, выбирая дорогу между густыми зарослями кустарника. Тропа была еле видна и успела основательно зарасти. Здесь явно уже давно никто не ездил. Иссиня-черный конь шел легко, радуясь прогулке. Застоялся он в городской конюшне. Его черноволосый всадник ладно сидел в седле, твердой рукой держа поводья. Воли не давал, но и не понукал без особой нужды. К боку седла была приторочена легкая походная сумка со всем необходимым для короткой поездки.

Белый конь еле переставлял ноги под тяжестью своей ноши. Одним глазом он недовольно косился на всадника. Прогулка не доставляла ему никакого удовольствия. А кому понравится, если ему на хребет взвалят кучу тяжеленного металла, гремящего при каждом шаге?

Всадник так и норовил сползти то на один, то на другой бок и изредка издавал жалобный стон, ругая то кривые немощеные дороги, то коня, который немилосердно его тряс. А разве ж тот был в этом виноват?

Тяжелые доспехи полностью скрывали фигуру Эльена, сковывая его движения и пригибая к земле. Кольчужная сетка, накинутая на его лицо, резко сокращала обзор. Под шлемом с эльфа градом лил пот, несмотря на ветреную погоду. Эльен и без того не слишком любил верховые прогулки, а сегодняшняя была для него так просто пыткой. Он опасался, что в любой момент может свалиться под копыта лошади. Плечи и голова ныли от непомерного веса. Полные седельные сумки били по ногам, закованным в металл, мешая нормально сидеть. Конечно, зря он так рано надел доспехи и мучился всю дорогу, но что ему было делать? Вьючной лошади у него не имелось, а потому доспехи можно было везти только на себе. Ехидно ухмыляющийся Викэль сказал, что у них нет времени искать ему второго коня, предназначенного для поклажи. Только к чему тогда у них был двухчасовой привал для обеда, когда Черный самым бессовестным образом дрых на травке, отмахиваясь от всяких попыток его разбудить? «Вот гад! — мысленно ругал Эльен Викэля. — Не думай, что это тебе просто так сойдет с рук. Память у меня хорошая, особенно если она подкреплена синяками и ноющими мышцами. Отыграюсь еще».

— Вик, а Вик, — позвал Эльен, — может, отдохнем? Я уже не вижу, куда мы едем. Темно, да и есть охота.

— Меня зовут Викэль! — поправил черноволосый эльф. — А привал будет через пятьсот метров — там есть удобная полянка, если я не запамятовал.

— Угу, — сказал Белый, доставая из седельной сумки кусок колбасы и с трудом запихивая его под тяжелую кольчужную сетку, прикрывающую лицо.

— Кончай жрать! — возмутился Черный. — Ты с обеда уже несколько килограмм еды умял, не сходя с лошади. А это, между прочим, приманка для серебрянки!

— Да? — с сомнением спросил Эльен. — Ты думаешь, она будет есть колбасу? Нет бы зерна какого прихватить!

— Ты за птичку не переживай! Она будет есть все, что плохо лежит и не охраняется с обнаженным мечом, — заметил Викэль. — Не трожь колбасу!

— Так я облегчаю птичке задачу. Сейчас мою сумку она и от земли не оторвет. Лошадь ее еле везет, да и мне она мешает.

— Твой конь еле везет не сумку, а тебя! Оставил бы ты этот металлолом дома. Как ты будешь догонять серебрянку? Она тебя за сто метров услышит!

— Не собираюсь я за ней бегать! — возразил Эльен. — Я лучше изображу памятник возле своей сумки. Желательно мемориал спящему воину, — простонал Белый. — Больше я ни в стоячем, ни в сидячем положении не выдержу в этих доспехах.

— Тогда уж тебе придется изображать памятник павшему воину! Про существование спящих ни разу не слышал. А будешь плохо играть роль, я тебе помогу — тресну, чтоб уж точно не двигался и не спугнул серебрянку. Я рассчитываю завтра уже вернуться в город.

— Можешь не беспокоиться, — усмехнулся Эльен, — пока я в этих доспехах, могу и вовсе не двигаться. Смотри, как бы тебя не пришлось стукнуть, чтобы ты не выдал засаду. Если что — обращайся. С удовольствием помогу.

— Не сомневаюсь, — сказал Викэль.

Кони обоих всадников уже не видели, куда ступают, когда впереди наконец открылась небольшая полянка, покрытая густой порослью трав. Сквозь широкий просвет в кронах деревьев стало видно звездное небо и узкую полоску бледного месяца. Викэль спешился, быстро привязал лошадь к стволу небольшого деревца на краю поляны и снял седельную сумку.

— Привал, — объявил он Эльену.

— Сам вижу! — огрызнулся в ответ Белый.

— А чего тогда с лошади не слезаешь?

— А мне и здесь нравится. На серебрянку отсюда падать удобно. Буду изображать конную статую.

— Только ты забыл спросить у коня, хочет ли он играть подобную роль, — ехидно заметил Черный. — Спускайся давай! Ты неудачно упадешь, а мне потом по желанию Миры ищи для твоего лечения еще какой-нибудь компонент. Особо редкую травку или шерсть кого-нибудь с острыми зубами… Бр-р.

Эльен неохотно перекинул ногу и с грохотом свалился на землю. В кустах послышался шум удирающей мелкой живности, ведущей ночную жизнь. Викэль поморщился, а белый конь кинул на своего наездника укоризненный взгляд. Но Эльен не обратил внимания на недовольство спутников. Он пытался подняться на ноги. Конь терпеливо ждал, не делая попытки убежать. Он что, дурак, убегать перед кормежкой?

Эльен привязал коня к деревцу и, волоча по земле седельные сумки, побрел в центр поляны. Там решено было устроить лагерь. Покормив и расседлав коней, эльфы быстро перекусили сами. На ужин у них было по куску хлеба, колбаса и луковица, которую Эльен так и не дожевал. Он только с удивлением наблюдал, как со своей порцией расправляется Викэль. Черный даже не морщился, откусывая лук!

Поужинав, Викэль достал из сумки две тонких, но прочных сетки и сунул их под нос конкуренту.

— Зачаруй их, — приказал он. — А то птичка легко перережет нити и улетит. У нее по краям крыльев должны быть лезвия вместо перьев.

— Сил нет, — простонал Эльен. — И физических, и магических.

— А бегать за удирающей серебрянкой силы потом найдутся?!

С тяжелым вздохом Эльен выполнил необходимые действия, чувствуя, как тают с трудом накопленные запасы магии. Слабость, вызванную истощением магических резервов, эльф не любил и всячески пытался не доводить до такого, но в эти суматошные дни восстановиться полностью никак не выходило. Белый расстелил одеяло, извлеченное из сумки, на траву и растянулся на нем. Одну из сетей он зажал в перчатке, а вторую протянул Викэлю. Хоть в засаде ему не придется мучиться в неудобной позе. Пусть Черный страдает один, пока он здесь удобно лежит. Наконец ноющие мускулы хоть немного расслабятся и отдохнут от веса доспехов. Снять латы Эльен так и не решился. Не только из-за четырех призраков, но и из-за других ночных обитателей леса, на которых «птицеловы» пока, к счастью, не наткнулись.

Викэль проследил за приготовлениями соперника, чуть расстегнул его сумку, чтобы привлечь к ней внимание серебрянки, и скрылся за густым кустарником. Двигался он почти бесшумно, хотя и плохо видел в темноте, куда ставит ноги.

Потянулось время ожидания. Птички что-то не торопились слетаться на еду. У Черного затекли ноги, и вскоре он понял, что если не разомнется, то догнать сможет разве что Эльена, а не серебрянку. Викэль поднялся на ноги и, отойдя от поляны на десяток шагов, чтобы не отпугнуть объект охоты шумом, принялся ходить и приседать. Ноги были как ватные от долгого сидения в неудобной позе. Серебристый блеск перьев на поляне он так и не заметил.

Эльен проснулся от того, что кто-то настойчиво долбил ему по шлему.

— Тук, тук. — Что-то тихонько врезалось ему в шлем в районе лба, вызывая звон в ушах.

— Что тебе?! — раздраженно спросил он, думая, что это Викэль пришел его проверить и теперь развлекается.

— А еще колбаски нет? — тихо, почти шепотом поинтересовался у него наглый голосок. — Я ж не кролик, чтобы вашу морковку есть. А лук вы зачем взяли? — почти плачущим голосом пожаловались ему. — Гадость! Я ж не вегетарианка!

С высказыванием про лук Эльен был совершенно согласен. Гадость страшная. Он тоже предпочитал колбасу. Белый медленно спросонья сообразил, что голос ему не знаком, и открыл глаза.

Над ним, часто махая крылышками, парила птичка с серебристым оперением, ярко сверкающим в свете звезд. Продолговатое тельце размером в две ладони заканчивалось роскошным хвостом длиной в локоть. Книзу хвост расширялся веером. На конце каждого пера в нем алела красная точечка. Хвост слегка касался доспехов на груди Эльена. Голову птички с выразительными смышлеными глазами венчал хохолок из ярко-красных перьев. Клюв был длиной около пальца. Скорее всего, именно им птичка и долбила по шлему эльфа, чему Белый должен был быть рад, так как перья на концах крыльев отливали сталью. Похоже, именно с их помощью серебрянки вспарывали сумки, когда хотели добраться до еды беспечных путников. Во всяком случае, проверять заточку перьев пальцем Эльен бы не стал.

Серебрянка выжидающе смотрела на эльфа.

«Она что, действительно надеется, что я достану ей еще колбасы?!» — с возмущением подумал Эльен, прикидывая, как из неудобного лежачего положения ловчее закинуть сеть. Но ему решительно не нравилась позиция птички. То, что она парила прямо над его лицом, нервировало, несмотря на кольчужную сетку. Эльен резко поднял руку и с силой оттолкнул от себя серебрянку в сторону. Послышался легкий звон, когда доспехи соприкоснулись с перьями на концах крыльев. Птичка сместилась в сторону, а Белый быстро вскочил на ноги.

— Караул! — завопила серебрянка. — Хамы даму бьют! Помогите! Убивают, грабют, насилуют!

Эльену оставалось только недоуменно хлопать глазами. Ладно, с выражениями про избиение и убийство еще можно согласиться, но кто здесь собрался насиловать птичку?! Опять ему приписывают какую-то странную ориентацию. Эльен рассердился и попытался накинуть на пернатую горлопанку сеть, но промахнулся. Птичка оказалась на удивление верткой.

На громкий ор на поляну выскочил Викэль. Разминку ему пришлось прервать.

— Кого грабят?! — на бегу спрашивал в пространство Черный.

— Нас, дубина! — отозвался Эльен. — Уже ограбили, вернее, объели! Завтрак отменяется.

— Как?! — возмутилась птичка. — Я же вам весь лук оставила! Вот и ешьте его, если не привезли больше ничего съедобного!

За фигурой Эльена Викэль наконец рассмотрел серебрянку, «великодушно» оставившую им немного еды. Только, по его мнению, можно было даже не рассчитывать найти к луку хоть одну корочку хлеба. Черный кинулся вперед, размахивая сетью.

Птичка, дразнясь, летала от эльфов по всей поляне на высоте их роста и даже не думала удирать. Она ловко увертывалась от сетей и при этом называла обоих неуклюжими увальнями. Ей явно хотелось размяться после еды. Серебрянка кружилась в воздухе, ненадолго присаживалась то на шлем, то на закованное в доспехи плечо Эльена, который забавно ругался, когда его накрывала сеть Викэля.

Эльен выдохся очень быстро. Ему было не угнаться за птичкой. Он очень старался схватить ее хотя бы за хвост, но не успевал. Несмотря на прохладную ночь, с него градом лил пот. Белый понял тщетность своих усилий и сел на выпотрошенную сумку. Минуту он понаблюдал за метаниями Викэля и решил, что с него хватит. Не обращая ни на кого внимания, он поправил на траве свое одеяло, пересел на него и сосредоточился, подбирая подходящее заклинание. Эльен решил оглушить серебрянку с помощью магии. Он произнес необходимые слова и вытянул руку в сторону птички. Перед тем как потерять сознание от перерасхода сил и вытянуться на одеяле, эльф успел заметить, что вредное пернатое создание мешком валится на землю. То, как следом на траву упал Викэль, он уже не видел. Заклинание задело и его конкурента. Лагерь остался без охраны в полном опасностей лесу.

Пробуждение было тяжелым для Эльена. Он чувствовал себя так, как будто его вчера с особым рвением избила банда орков. Болело буквально все. Он попробовал приподняться и со стоном упал обратно. Голова взорвалась невыносимой вспышкой боли. Как назло, он сейчас совсем не способен был колдовать. Вылечить головную боль с помощью магии он не мог, как бы этого ни хотелось. Эльен полежал минутку, вспоминая вчерашние события. Во всяком случае, он надеялся, что не пролежал на поляне больше нескольких часов. Сейчас было раннее хмурое утро, эльф немного замерз и понимал, что не время отдыхать, а то конкурент без него удерет с добычей.

С третьей попытки Эльен сел и снял шлем. Голове сразу стало легче, а вот нервам — не очень. Сердце у Белого странно екнуло, когда он увидел, что металл покрывают глубокие борозды, очень похожие на следы от чьих-то острых коготков. Эльен осмотрел доспехи и понял, что подобным украшением обзавелся не только шлем. Борозды были везде, где доставал взгляд. Эльф сглотнул. «Неужели это Викэль так набезобразничал?!» — с надеждой подумал он. Эльену очень хотелось, чтобы это оказалось все-таки глупой шуткой конкурента. Он осмотрел поляну и застонал вслух. Довольно далеко от него рядышком лежали серебрянка и Викэль. Оба не подавали признаков жизни. Но испугало Эльена не это, а многочисленные следы, оставленные неизвестными существами. Как будто кто-то всю ночь ходил вокруг Черного в надежде добраться до добычи. Трава была слишком сильно примята.

Эльен понял, что своим заклинанием оглушил не только серебрянку, но и Викэля. Ну и достанется же ему теперь! А если Черный увидит следы, то ему тем более не поздоровится! Эльен так понял, что конкурента и птичку от поедания спас только инстинктивно созданный Викэлем щит.

Белый на четвереньках дополз до бессознательных тел, завернул птичку в обе сетки и принялся лихорадочно дергать траву, стремясь быстрее уничтожить все улики. Земля вокруг Викэля стремительно лысела. Эльен работал обеими руками, морщась от головной боли.

Викэль очнулся и медленно приоткрыл глаза. Судя по освещению, было раннее утро. Чувствовал он себя не слишком хорошо. Голова гудела, во всем теле ощущалась какая-то слабость. Рядом с собой Черный услышал тихую возню и повернулся на бок, чтобы посмотреть, что там. Его удивленному взору предстала странная картина — боком к нему на коленях стоял Эльен и быстро дергал ни в чем не повинную траву. Неслыханное занятие для холеного эльфа! «Галлюцинация», — подумал Викэль и на секундочку прикрыл глаза. Он легонько ущипнул себя и снова посмотрел в сторону шума. Эльен никуда не исчез, растущая горка травы — тоже.

— Э-э, Эльен, — окликнул он конкурента, — тебе что, солнышко голову напекло?

От неожиданности Белый чуть вздрогнул и поздравил себя — следы он почти полностью уничтожил.

— Ослеп, что ли? — раздраженно буркнул Эльен. — Какое солнышко? Тут же сплошные тучи над головой. — Он выдернул очередной пучок, но уже без прежнего энтузиазма.

— И града не было? — подозрительно поинтересовался Викэль, гадая, что стукнуло в голову конкуренту и с чего он решил заняться прополкой поляны.

— Не было! — заявил Эльен, но полной уверенности в его голосе не слышалось. Кто его знает, что тут ночью творилось?

— А чего ты тогда траву щиплешь? — продолжил допрос Черный.

— Да вот скучно стало… — сказал Эльен и, видя недоверие конкурента, добавил: — К тому же птичке питание нужно. Вот я ей травки и набрал…

— Чего?! — раздался звонкий возмущенный голос очнувшейся серебрянки. — Сам эту зелень ешь! Ты бы мне еще червячков накопал! Спасите! Хочу нормальной еды! Хлеба хочу! Поймали уже, так зачем измываться?!

— А ты с лучком, — посоветовал Эльен, решив, что незачем зря добру пропадать. И лук пригодится, и травка.

Птичка закатила глаза и изобразила глубокий обморок.

— А чего это у тебя все доспехи в царапинах? — продолжил Викэль задавать каверзные вопросы.

— Так птичка вчера оставила своими крыльями, пока мы ее ловили, — с самым честным выражением лица соврал Эльен.

— Что?! — опять возмутилась серебрянка, перестав изображать обморок. — Да мне для появления таких борозд полночи надо было пилить! Мне своих перьев жалко!

Викэль еще раз окинул Эльена подозрительным взглядом. Но Белый сделал невинное лицо и отвернулся. Викэль понял, что честных объяснений не дождется, хотя и подозревал, что конкурент приложил его чем-то магическим. Он поднялся на ноги и сделал несколько наклонов. У него в животе раздалось громкое требовательное урчание. Страшно хотелось есть — хоть сам траву жуй! Странно, но он чувствовал себя так, как будто всю ночь колдовал. Или это последствия вчерашнего заклинания Эльена? «Вот зараза! — мысленно обругал он Белого. — Я что, похож на птичку? Меня-то зачем надо было оглушать?! Припомню я ему это!».

Черный сообразил, что лагерь ночью охранял конкурент без меча и с истощенными магическими резервами, и поздравил себя с тем, что их никто не обнаружил. Он даже не знал, что страшнее — нечисть или Эльен с его мечом. Урон и от одних, и от другого, как подозревал Черный, был бы одинаковым. Викэль на всякий случай проверил меч в заплечных ножнах и успокоенно выдохнул. Но в следующий момент тишину утра нарушил его громкий крик:

— Эльен! Скотина! Где наши лошади?!

Вот про них Белый совсем забыл. На земле под деревцем валялись только пара погрызенных седел, явно признанных несъедобными.

— Извини, — сконфузившись, пробормотал Белый. — Мне ночью не до них было.

— Ты представляешь, сколько времени и сил уйдет на пешую прогулку до города? — продолжил наступать Викэль. — Мне повезет, если я к полуночи дойду! А ты в своем металлоломе раньше чем через два дня доползти не рассчитывай!

— Пожалуй, доспехи лучше снять, — решил Эльен и принялся за дело. — Вик, а Вик, а у тебя с собой запасного ножичка нет, наподобие того, что висит у тебя за спиной?

— Викэль! — раздраженно поправил его черноволосый эльф. — А запасного меча у меня нет! Да я тебе и не доверил бы его. Вряд ли ты знаешь, как его держать.

Викэль осмотрел безоружного Эльена в ярком камзо-льчике и без доспехов и задумался. Он не хотел всю дорогу охранять конкурента и трястись над ним, как мать над дитем. Если с Белым что-то случится, Мирабэль ему не простит.

— Пожалуй, я могу дать тебе арбалет, — наконец решил Викэль. — У меня должен быть складной в сумке. Запас стрел к нему тоже имеется. Во всяком случае, так я буду уверен, что ты не поранишь случайно меня. Все эльфы с детства великолепно стреляют.

— Вик, боюсь, что я исключение, — смущенно признался Эльен. — Я попадаю в цель только в том случае, если без всякого лука или арбалета втыкаю стрелу в мишень, стоя рядом с ней.

Черный застонал. Такого ему и в кошмаре не могло привидеться — эльф, не умеющий стрелять!

— Ну хоть как-то ты умеешь защищаться? — спросил он с надеждой.

— Конечно, — ответил Эльен.

Викэль поднял на него глаза и воспрял духом. Но, как оказалось, рано.

— Я прекрасно колдую. Могу составить свое заклинание или использовать одно из двухсот пяти, выученных у Тираэля. Только, извини, я сейчас на нуле.

— Сумки потащишь! — решил Викэль. — Хоть какая-то польза в пути от тебя будет.

— А птичку куда? — поинтересовался Эльен.

— Сейчас выдерем у нее перо и отпустим на все четыре стороны. Боюсь, что жаркое из нее не полезет мне в горло. Я не ем разумных существ.

Эльен поднял с земли серебрянку, опутанную сетями, и принялся крутить ее в руках, осматривая. Птичка благоразумно молчала. Ей не хотелось попасть на вертел из-за необдуманно сказанных слов.

— Вик, а какое перо выдирать? — поинтересовался Эльен, упорно продолжающий называть спутника сокращенным именем. — С хвоста, из хохолка или, может, с крыла? А то тут еще и металлические есть.

Птичка поочередно поджимала то хвост, то крылья, не желая, чтобы ее общипывали. Только ее мнением никто не интересовался.

Викэль растерянно взлохматил свои темные волосы, изучающе осмотрел серебрянку, но к решению так и не пришел. Ведь Мирабэль могло понадобиться и какое-то другое конкретное перо — с лапки, с затылка или спинки. Обидно будет принести не то.

— Не знаю, — признался Черный. — Я как-то забыл поинтересоваться. Это же ты у нас специалист по магии, вот и скажи, какое перо нужно.

— Так я маг, а не лекарь! Откуда мне знать? У птички спроси!

— Кхм… — откашлялся Викэль. — Пернатенькая, а какие перья у тебя обычно выдирают для лекарств?

— Обычно?!! Жалко, сетка мешает, а то бы я сейчас тебе покрутила крылом у виска, — ехидно заметила серебрянка. — Я тебе что, склад перьев?! Я ими не торгую и в аренду не сдаю! Обычно меня пытались убить, а не поймать и общипать! Первый раз такие ненормальные эльфы попались. Подумаешь, покушала птичка немножко…

— Батон колбасы и полбуханки хлеба — это немножко? — уточнил Эльен, у которого заурчало в животе. — И куда в тебя влезло?

— Вот и я говорю, — подхватил Викэль, — Эльен, а куда в тебя вчера влезло два батона колбасы?

— Не будем считаться, — тут же отозвался Белый.

— Ладно, — хмыкнул Черный, — толкай птичку целиком в свою сумку, и пошли. Пусть Мирабэль потом сама выдирает нужное перо.

— Как целиком? Куда? — завопила серебрянка. — Возьмите уж лучше три пера!

— Нет уж, — сказал Белый.

— Пять? — с надеждой предложила птичка.

— Целиком! — отрезал Викэль. — Эльен, давай свою сумку.

Блондин без препирательств выполнил требуемое. Он открыл сумку и попытался засунуть туда серебрянку, но свободного места было маловато для нее. Видя такое дело, Викэль заинтересовался и сунул нос в вещи Эльена.

— Зачем тебе книги? — удивился он. — А куда ты собирался надевать запасной бордовый камзольчик? Думаешь, ночная нечисть бы это оценила? Ого! — не сдержался Черный. — Да у тебя и подходящие по цвету туфли к этому костюмчику припасены! Кто ж так собирает вещи? Лучше бы еды больше взял!

— Вот и брал бы сам! — возмутился Белый. — А то сиди теперь на диете до города.

— Но я поручил собрать еду тебе! — возразил Викэль. — Я как-то надеялся, что твоя сумка раздувается от провианта, а не от ненужного барахла! Эх-х, — Эльф расстегнул свою сумку и достал неприкосновенный запас — кусок сыра и несколько ломтей хлеба, разделив это на две части, одну из которых протянул Эльену. Не зря он все-таки подстраховался! Теперь, когда ничего съестного внутри не осталось, он плотнее закутал серебрянку в сети, уложил ее к себе в сумку и застегнул ремешки.

— А моя доля?! — глухо раздался голос возмущенной птички. — Я еще тоже не завтракала!

— Зато ты вчера хорошо поужинала, — парировал Викэль. — Поголодаешь, мне легче будет тебя нести.

— Сам говорил, что блондин вчера тоже хорошо поел, но его-то кормишь!

— Клюв завяжу, если будешь возникать, — пригрозил Эльен, уплетая предложенный завтрак и запивая его водой из фляги, снятой с пояса.

Наскоро перекусив, эльфы взвалили на плечи свои сумки и пошли в сторону города. Путь предстоял неблизкий, поэтому шагали очень быстро. Эльен не возражал против заданного Викэлем темпа ходьбы, так как до ночи очень хотел очутиться под защитой городских стен и новых доспехов. Он надеялся, что оружейную еще не полностью опустошили и хоть что-то там можно будет найти. В любом случае за хорошие деньги можно купить любые латы… или стянуть доспехи у Викэля. А что? Они ему все равно не нравятся.

ГЛАВА 13.

Время перевалило за полдень, когда Вэль добралась к подножиям гор, возвышающихся на расстоянии шести часов езды на лошади от города. Встать сегодня пришлось рано, чтобы успеть засветло вернуться в Морьедаг, и это не улучшило настроение алорки. С артефактом Тираэля возникло слишком много проблем. Ради него ей пришлось столько времени трястись на лошади, а это дорогого стоило! Вэль любила комфорт, но без поездки сегодня обойтись было нельзя. Вызывать дракона посреди городской площади равносильно самоубийству. Алорское правительство ей не простит, если она попадется за таким занятием. Хотя сомнительно, чтобы Бертрам позволил просто выслать ее на родину. Он славится изощренной фантазией при выборе наказании для преступников. Просто заточить в темницу или казнить ему, видите ли, скучно. А вот наложить какие-то магические запреты, предоставить свободу и послать выполнять заковыристое поручение — это у него в порядке вещей. Он это называет попыткой перевоспитания. И не посмотрит, что она — подданная абсолютно другой державы!

Вэль спешилась, стреножила коня и пошла через лес, выбирая подходящую для ее цели поляну. Ей не нравились высокие деревья, попадающиеся по дороге. Не хватало еще, чтоб дракон при посадке сбил одно такое. Увертывайся потом!

Через полчаса блужданий шпионка набрела на большую круглую поляну и решила, что это как раз то, что нужно. Она сняла жакет и принялась раскручивать свиток пергамента с заклинанием вызова дракона, который был обмотан вокруг предплечья. Именно так Вэль спрятала сворованные записи, когда собиралась сегодня в путь. Все-таки сумки на выезде могли проверить стражники — у нее же нет дипломатической неприкосновенности, как у племянника! А потайных карманов в костюме для верховой езды предусмотрено не было.

Держа перед глазами свиток, шпионка начала медленно, почти по слогам, читать заклинание. Некоторые символы староэльфийского она уже успела подзабыть и сейчас с трудом вспоминала. Чей-то неряшливый почерк ей тоже не нравился. Вэль нервничала. Руки немного подрагивали. Алорка знала о драконах довольно много, но видеть их вживую ей еще не приходилось. Она очень надеялась, что не преувеличила свои возможности и действительно является сильным магом. В противном случае заклинание не сработает и дракон ей не будет подчиняться. Шпионка знала, что эти огромные вредные существа живут где-то на островах очень далеко от Алории и Морении. Там-то они не могут причинить никому вреда. Даже их сил не хватает, чтобы перелететь океан до земель, где обитают люди. Во все времена появление дракона обязательно связывали с каверзой какого-нибудь мага. Чьи-то имена становились известны, а кто-то так и остался таинственным вредителем. Вэль надеялась, что попадет во вторую категорию.

Алорка закончила читать и в ожидании подняла глаза к небу. Она выискивала быстро приближающуюся и растущую точку. Вот только заклинание не желало действовать так, как она рассчитывала. Перед глазами Вэль поляну просто заволокло туманом, на шпионку повеяло холодом. Она зябко поежилась и обхватила себя руками за плечи. Внезапно в дымке начали зажигаться цветные огоньки. Их вспыхивало все больше и больше. Они начали кружиться, завораживая, притягивая. Вэль потрясла головой, прикрыла глаза и осталась на месте. Сейчас она даже не могла точно сказать, от чего дрожит — от холода или от страха. А может, от волнения? Хотелось бы верить. Шпионка не желала причислять себя к трусам.

Через минуту леденящий холод внезапно исчез, а туман начал рассеиваться. Вскоре сквозь него уже можно было разглядеть силуэт громадного дракона. Видимость становилась все лучше и лучше. Наконец Вэль рассмотрела, что вызванное ею существо было серебристо-серого цвета. Дракон лежал на поляне, трогательно свернувшись клубочком. Небольшие гребни вдоль хребта бахромой торчали по кругу, хвост, оканчивающийся стрелоподоб-ным выростом, был обмотан вокруг тела. Шпионка предположила, что голова находится где-то в середине этого клубка. Вопрос состоял в том, как до нее добраться. Вэль подождала минут десять, надеясь, что дракон проснется и признает в ней свою повелительницу. Но серебристая рептилия не торопилась клясться ей в вечной преданности. Шпионка начала злиться. Шесть часов мучений на спине лошади не могли оказаться напрасными. Она подобрала с земли камушек размером с два своих кулака и с натугой кинула в дракона. «Недолет», — вынуждена была констатировать она, когда ее снаряд упал, не долетев до цели. Вэль нашла камень поменьше и, сделав пару шагов вперед, отправила его в полет, нацелив на кончик хвоста. На этот раз алорка попала, но реакции от дракона не последовало. Он по-прежнему мирно спал. «Нет, — подумала Вэль, — так я его не подниму. У него, наверное, чешуя непробиваемая и не слишком чувствительная. Он этот камень и не заметил. Надо бы взять побольше».

Шпионка осмотрелась, и вскоре ее взгляд натолкнулся на приличный валун размером с две головы. Она усмехнулась и пошла подбирать снаряд. Камешек оказался тяжелым и чересчур гладким. Вэль никак не могла его ухватить. Он постоянно выскальзывал из рук и падал обратно на землю. А запас ее магии на сегодня был почти исчерпан. Шпионка увлеклась борьбой с неподатливой каменюкой так, что даже не заметила, как у этой сценки появился зритель.

Дракон наконец вытащил голову из клубка своего тела и теперь, чуть приоткрыв один глаз, с интересом наблюдал, как какая-то эльфийка пытается поднять валун. О существовании людей он прекрасно знал. Дракон понимал, что очутился на другом конце земли, очень далеко от родного острова. У них из поколения в поколения передавались сведения о внезапных единичных случаях исчезновения сородичей. И старейшины с помощью магического ока даже смогли определить, куда они переносятся. К сожалению, помочь драконам, попавшим в мир людей, они никак не могли. Рано или поздно их убивали. Такая участь не сильно радовала.

Вэль все-таки подняла валун, но выпрямиться вместе с ним не смогла. Так, полусогнувшись, она сделала несколько шагов к громадной туше дракона. Внезапно шпионка заметила блеск небесно-голубого глаза и замерла. Оказывается, дракон очнулся и теперь наблюдал за ней! Выражение морды у рептилии показалось алорке донельзя ехидным. «Не мог раньше начать подавать признаки жизни!» — подумала Вэль рассерженно и уронила каменюку на землю, едва не придавив собственную ногу, а затем решительно двинулась к дракону. Глаз тут же захлопнулся, морда рептилии приобрела отсутствующее выражение.

Шпионка поразмыслила и решила не приближаться ни к хвосту, ни к громадным крыльям, покрытым мелкими чешуйками. Мало ли, может, ей дракон нервный попался — одно нечаянное судорожное движение с его стороны запросто ее убьет. Выходило, что лучше идти к морде. Так рептилия точно заметит свою хозяйку. Хотя пасть с немного выступающими верхними клыками и дымок, поднимающийся из ноздрей, тоже не располагали к рассматриванию с близкого расстояния. Но трусость Вэль не любила в любых проявлениях. Она была чересчур самоуверенна, а сейчас к тому же и разозлена. Алорка приблизилась к лежащей на земле морде и недрогнувшей рукой, не задумываясь, постучала кулаком по массивному веку, прикрывающему глаз.

— Открывай! — заорала она. — Я видела, что ты проснулся! Ты обязан мне подчиняться по условиям заклинания!

Действительно обязан — это дракон знал точно. Но ему совсем не хотелось подчиняться и закончить жизнь так же, как его сородичи, попавшие в эти земли.

— Кто там? — поинтересовался он тихо сонным голосом, пытаясь выгадать время и придумать какой-нибудь выход. Возмущаться, что в глаз барабанят, как в дверь лавочки, смысла не было.

Вэль тихо закипала. Какой-то ей ненормальный заторможенный дракон попался!

— Твоя повелительница! — холодно отчеканила она и еще раз замахнулась в сторону глаза.

Дракон в смятенье чувств приоткрыл глаз и чуть не получил в него кулаком. Он зажмурился от греха подальше. Эльфийка ему попалась какая-то ненормальная. Кто ж так с драконами обращается?! Он сам лично видел через магическое око, как около шестисот лет назад маг трусливо шарахался от вызванного им дракона и приказания выкрикивал с приличного расстояния, чтоб его не зашибли. Хотя сородич не мог ничего сделать человеку — заклинание подчинения не позволяло. «Ой, влип! — мысленно простонал дракон. — И почему я? Мне же еще и тысячи не исполнилось! А старейшины скажут, что сам виноват!».

— Приходите лет через пятьсот, у меня послеобеденный сон, — попытался дракон отделаться от повелительницы.

— Что?! — чуть не задохнулась от гнева Вэль. — Да за пятьсот лет ты еще раз четыреста проголодаешься! А ну вставай!

«И не четыреста, а все восемьсот, — с тоской подумал дракон. Глаза он все-таки открыл. — Больным, что ли, сказаться?».

Вэль зло смотрела прямо в небесно-голубой глаз, в котором отражался, как в зеркале, ее силуэт.

— Ну тогда у меня столетний период обогрева! — вновь попытался отмазаться дракон. — Нечего было меня морозить! Там, где вы меня тащили сквозь пространство, было холодновато. Простыл я!

Вэль несколько раз растерянно хлопнула ресницами, глядя на тушу дракона. Она не знала, бывают ли у них болезни. Все-таки действительно мог заболеть, ведь драконы — теплолюбивые создания. У них на островах и зимы-то нет, а тут его протащило по морозу.

Дракон, закрепляя успех, несколько раз демонстративно посопел, молясь, чтоб это сошло за признак человеческой простуды. Он еле сдержал пламя, заклокотавшее в горле и стремящееся вырваться наружу. Как все-таки хорошо, что он за проказы много раз дежурил возле магического ока!

Шпионка опасливо отодвинулась от морды. Не хватало еще, чтоб этот монстр на нее чихнул!

— Даю тебе неделю на выздоровление! — злясь, объявила Вэль дракону. — Я лично прослежу, чтобы быстрее поставить тебя на ноги. Сейчас поеду в город и посоветуюсь с магами-травниками, чем тебя лечить. Жди меня завтра здесь с лекарствами!

— Что, прямо здесь? — тоскливо поинтересовался дракон. — Может, я лучше пещерку поищу? Меня же здесь просквозит! — прохрипел он, входя в роль.

— Ищи, но чтоб в полдень был здесь! Иначе я эти горы с землей сровняю! — пригрозила алорка, надеясь, что рептилия поверит.

Оба остались довольны своими небольшими обманами.

Вэль побрела в ту сторону, где оставила лошадь, надеясь, что она за это время никуда не делась. Придется ей лечить этого ненормального дракона, умудрившегося простыть! «Неужели другим магам тоже приходилось избавлять рептилий от насморка?!» — недоумевала шпионка. Раньше ей казалось, что все должно произойти более драматично: она величественно читает заклинание, повинуясь ему, с небес спускается громадный страшный зверь, сверкая яростью в непокорных глазах. Он вынужден беспрекословно ее слушаться. Такой могучий, он жалок перед нею и послушно летит наводить ужас на Морьедаг… «Стоп! — сказала Вэль своему воображению. — Размечталась! Придется обходиться тем, что есть. Это ж надо было, чтоб мне достался такой задохлик! И взгляд у него какой-то тоскливо-обреченный, а не грозный! И беспрекословно меня слушаться он не торопится!» — Увлекшись мыслями, Вэль и не заметила, как в раздражении оторвала кружевной манжет своей рубашки. Она недоуменно покрутила его в руках, зашипела сквозь стиснутые зубы, вызвав острую зависть у проползающей невдалеке гадюки, и откинула кружева в сторону.

Шпионка без особой радости опять влезла на спину лошади. Сытый вид кобылы раздражал ничего не евшую с утра алорку несказанно. Пегая лошадка, взятая ею напрокат в городской конюшне, тоже была не шибко довольна тем, что ее отрывают от сочной травы и гонят обратно, чересчур резко дергая поводья. Но что поделаешь? Так что обе, повинуясь желанию поскорее расстаться, с максимальной скоростью понеслись в город.

Дракон тоже не сидел на поляне. Костеря всех человеческих и эльфийских магов вместе взятых, поминутно оглядываясь, он осторожно пополз к скалам, с трудом протискиваясь между деревьями. Подняться в воздух он не рискнул, чтобы его не заметили. Ему здесь, под горой, только войска с копьями не хватало для полного счастья! У него, конечно, чешуя крепкая, но не казенная же! Еще поцарапают…

Тяжело вздыхая так, что на камнях оставались пятна копоти, он полез вверх. Острые когти оставляли небольшие царапины в тех местах, где он опирался лапами. Дракон был очень расстроен. Но не тем, что не может нормально взлететь, а той ситуацией, в которой оказался. Вот как ему теперь выкручиваться? Кругом одни враги. И ведь эта эльфийская грубиянка даже не спросила, как его зовут! «Интересно, а как это она собирается ко мне обращаться? — думал дракон с горечью. — Эй, ты, к ноге?! Или нет. С ее-то гонором! Поди сюда, раб? Зверушка, ко мне? Эх… И чего заклинание прихватило именно меня? Лежал же, никого не трогал! Вернее, отбывал очередную провинность возле магического ока. И зачем старейшинам следить за миром людей?».

Дракон в очередной раз тяжко вздохнул от одолевающих его печальных дум и сосредоточился на поиске пещеры или расщелины. Только, как назло, ничего подходящего долго не попадалось. Пришлось все-таки ненадолго взлететь, чтобы осмотреться.

Наконец дракон обнаружил огромный тоннель с ровным прямоугольным входом и гладкими вертикальными стенками. Будь на его месте кто-то другой из сородичей, то не понял бы, что это творение гномов. Но Ладиус слишком много времени провел, глядя в магическое око. Он просунул голову в тоннель и осмотрел его. «Будет гномам сюрприз! Надеюсь, уживемся, если они все еще здесь, — ехидно сощурив морду, подумал он и, развернувшись, залез внутрь. Хвост скрылся в казалось бы бесконечной глубине, а голова осталась на пороге тоннеля. — А нечего вход открытым оставлять! Вешали бы дверь с замками! — продолжал мысленно выговаривать гномам дракон. — Здесь нигде не написано, что это частные владения. Было ваше — стало мое! Вряд ли эта стервозная эльфийка озаботится поиском жилья для меня. Похитила, заморозила, наехала с требованиями о подчинении… Брр. Я даже старейшин никогда не слушал!».

Ладиус не догадывался, что именно это обстоятельство — его постоянное неподчинение и шалости — и позволило ему сейчас избежать немедленного исполнения желаний эльфийки. Даже сильнейшей магии не под силу заставить беспрекословно подчиняться того, кто сроду этого не делал. Взрослые гордые драконы преклонялись перед традициями, обязательствами, старейшинами, и это позволяло их подловить. Ладиус же пока подчинялся только своим прихотям, как избалованный подросток, которым он, по сути, и являлся. В этом отношении Вэль очень не повезло.

ГЛАВА 14.

— Есть хочу! Есть хочу! Есть хочу! — раздавалось монотонное требование из сумки. Подобным образом серебрянка вот уже два часа досаждала эльфам. Для разнообразия требование поесть иногда перемежалось с требованием немедленно ее освободить.

Оба эльфа кидали на сумку взгляды, полные ненависти и желания придушить пернатую зануду. После проведенной в лесу ночи они чувствовали себя не очень хорошо, устали и сами бы не отказались от хлеба с ветчиной. Но еды не было ни крошки, а по дороге не встречалось ни одного жилого дома, где ее можно было бы приобрести.

Наконец Викэлю надоело слушать нытье птички, и он начал насвистывать себе под нос, чтобы его заглушить. Эффект последовал незамедлительно — серебрянка замолкла. Наверное, зарыла голову глубже, чтобы ничего не слышать. Зато через некоторое время начал подвывать Эльен.

— Вик, замолкни! — попросил он с несчастным выражением лица. — Пусть бы уж лучше птичка бухтела. Ты свистишь так, как иные храпят! Первый раз вижу эльфа, не имеющего музыкального слуха и голоса.

— От эльфа, не умеющего стрелять, слышу! — не остался в долгу Черный. — Тебе опасно давать в руки лук — застрелишь.

— Ну что ты… Ты своим свистом гораздо быстрее сведешь с ума.

— То-то я вижу, ты какой-то ненормальный стал… Мы идем уже десять часов без остановок, а ты ни разу не пожаловался! — притворно удивился Вик. — Вон, и солнце скоро сядет.

— Если мы не успеем до темноты в город, я не то что жаловаться начну, я тебе целую истерику устрою! — отозвался Эльен, вспомнив борозды от когтей на своих доспехах. Непробиваемых, как уверял Тираэль! — Мой запас по-прежнему почти на нуле, а без него гулять за городской стеной в темноте опасно. Даже тебе без магии с одним только мечом придется очень постараться, чтобы выжить. Вон мне сегодня над горами даже дракон померещился! Представляешь?!

— Ну это вряд ли. Их уже полтысячи лет здесь никто не видел, — отмахнулся Викэль, а сам тем не менее начал беспокоиться. «Моя магия, конечно, выкидывает фокусы, но не такие же! — мысленно успокаивал он себя. — Не мог я, читая заклинание для вызова ифрита, переместить в Морению еще и дракона! Я же только две строчки успел разобрать! А вдруг?.. Нет. Не может быть. Эльену наверняка привиделось».

Сам блондин и не подозревал, какие моральные терзания вызвал у спутника своими словами. Он просто шел вперед, борясь с голодом, усталостью и болью в мышцах. Эльен сейчас завидовал серебрянке, которая могла расслабленно лежать в сумке и ничего не делать.

Ворота города показались на горизонте, когда уже почти стемнело. Темным пятном они выделялись на фоне высокой белой стены с зубцами. По бокам от ворот высились две небольшие в диаметре, но высокие круглые караульные башни. Как правило, в мирное время одна из них пустовала — солдаты предпочитали сгрудиться в одном помещении. Их командование это знало, но смотрело сквозь пальцы. В конце-то концов, расстояние между башнями всего шесть метров. Именно такой была ширина массивных двухстворчатых ворот из дубовых досок, обитых металлом и заговоренных магами. Хотя лорд Этэль неоднократно поднимал вопрос о том, чтобы сузить вход в город. Он убедительно доказывал, что и карета, и телега прекрасно въедут в половину этого расстояния, а может, и меньше. Но у правителя никак не доходили руки до ворот, а члены Совета магов ссылались на занятость, ворчали, что и старые пока стоят, и что-то делать без прямого приказа Бертрама отказывались.

Желанный вход в Морьедаг был очень близок, когда невдалеке от эльфов сгустились тени, обрисовав четыре контура. Эльен заметил их первым и тут же в голос застонал от отчаяния. Он быстро спрятался за спину Викэля и развернул его в сторону призраков.

— Руби их! — скомандовал Белый.

— Ага! Они меня скорее настрогают! У них оружия больше, и им мой меч не страшен. Бежим!

— Куда?! Нам ворота теперь не откроют. В городе призраки натворят больше бед. Защищайся!

Тем временем призрачные существа подлетели поближе к эльфам и замогильными голосами потребовали:

— Кольцо! Отдай!

— Вик, а может…

— Нет. У меня фамильная старинная печатка. Не отдам! — заупрямился Черный и встал в позицию с обнаженным мечом, извлеченным из заплечных ножен.

Тени не стали повторять требование, а тут же попытались атаковать. К Викэлю устремилось около пятнадцати клинков разной длины и размера. Эльф отскочил в сторону, парировав мечом пару наиболее опасных выпадов. Рукава и низ камзола у него украсились несколькими не предусмотренными портным прорехами. Но Викэлю одежды было не жаль. Он порадовался, что несколько скользящих ударов плотная заговоренная ткань все-таки сдержала. Черный быстрым движением выхватил из-за пояса длинный кинжал в подмогу мечу. Но даже и с таким вооружением шансов у него оставалось немного.

— Эльен! — завопил Викэль, поняв, что всю ночь крутиться не сможет. — Как, ты говоришь, ставится щит?! Что-то он у меня пока не торопится появляться сам! Наверное, ждет, зараза, пока меня ранят и ограбят! — Черный еще пару раз еле ушел в сторону с дороги лезвий, для чего пришлось немыслимым образом изогнуться и попрыгать. Дыр на одежде значительно прибавилось. Эльф уже начал подозревать, что скоро прорехи появятся не только на камзоле и рубашке. Сейчас он бы согласился надеть на себя даже тот металлолом, по недоразумению названный доспехами, который ему недавно притащил Эльен. Но, к счастью для него, очередной выпад призраки повторили в ополовиненном составе. Двое из них переметнулись в сторону от Викэля, чтобы атаковать Белого. Задержать их Черный никак не мог.

Эльен с ужасом следил за тем, как к нему приближаются магические сущности с угрожающе выставленным оружием. На создание щита сил у него не было. Меч, разумеется, тоже отсутствовал. Белый развернулся и принялся удирать кругами по полям вдоль дороги, подпрыгивая, приседая, наклоняясь, чтобы избежать контакта с многочисленными мечами и ножами противников.

— Викэль! Ставь щит на двоих! — завопил Эльен. — Я так долго бегать не смогу!

— Я тоже! — отозвался Черный, перенимая тактику конкурента. — Говори, что делать! — Даже ему не под силу было сражаться с существами, у которых нет рук. Тут нельзя было по малейшему напряжению мышц определить, когда и куда последует удар. Да и отражать одним мечом десяток тоже невозможно.

Задыхаясь от резких движений и усталости, Белый быстро начал тараторить заклинание и давать указания. Объяснял упрощенно, без деталей. Викэль тут же повторял все за ним слово в слово, чертя на бегу в воздухе символы. Эльен договорил и с облегчением замолчал. В боку у него немилосердно кололо, дыхание сбивалось. Но молча удирать оказалось не легче. Тишина тяготила. Эльф начал тихо бормотать, комментируя свои действия:

— Прыжок в сторону, десять шагов вперед, наклон, подпрыгнуть. Прыжок, шаги, наклон… Эй! — возмутился он. — Вы че делаете?! Я сейчас прыгать должен был по заведенному ритму, а вы мне чуть голову не оттяпали, так как целились не по ногам!

— Эльен, не сходи с ума! — крикнул ему Викэль. — Вряд ли они будут соблюдать правила, чтобы тебя не задеть. Беги сюда. У меня щит получилось поставить. Сейчас буду учиться растягивать его на тебя.

— Ну уж нет! — отозвался Эльен. — Ты, пожалуйста, тренируйся на бегу рядом со мной.

— Но ты же объяснял, как накидывать щит на стоящий объект, — растерянно взлохматил волосы Викэль.

Вокруг него ярко сияло белое кольцо, означавшее, что работает защита. Но призрачные вооруженные фигуры этого не понимали, а потому их мечи продолжали рассекать воздух в непосредственной близости от эльфа.

Черный все-таки пристроился рядом с Эльеном и принялся экспериментировать. Он никак не мог расширить щит, так как не успевал проследить, в какую сторону его направлять.

— Налево! — скомандовал Викэль. — Но Эльен свернул вправо, чуть не сбив его с ног. — Сто метров прямо! — опять попросил Черный.

— Да иди ты!.. — разозлился Эльен, наклоняясь и отпрыгивая назад. — Куда могу, туда бегу!

Викэль тоже начал закипать. Призраки ему надоели. Он устал, хотел есть. Но вместо отдыха вынужден носиться за конкурентом, подстраиваясь под его движения. Особенно его начало раздражать, что магический трюк с расширением щита, о котором Белый отзывался как о пустячном деле, никак у него не выходит. Черному не нравилось чувствовать себя тупее конкурента. Он внезапно схватил Эльена за плечо и подставил ему подножку. Естественно, что блондин не ожидал от него такого сейчас, а потому свалился на землю, растянувшись во весь рост. Викэль упал на него сверху, закрывая собой, и принялся быстро растягивать щит. Вот теперь цель защиты не бегала от него в разные стороны. Черный почувствовал, что ему удалось задуманное. Уходящий поток магии стал сильнее, а овал вокруг плеч — шире и ярче, вытянувшись в сторону конкурента. Викэль с облегчением вздохнул и в изнеможении обмяк. «Надо же! — с ликованием подумал он. — А на занятиях у Тираэля мне никогда не удавалось даже для себя щит создать!» — Но спокойно отдохнуть и порадоваться ему не дали.

— Слезь, лошадь обожравшаяся! — простонал придавленный Эльен.

— Тогда уж конь! Только не обожравшийся, а умирающий с голоду. Ветчины с зеленью охота и эля, — со вздохом протянул Викэль.

— Даже и не думай сейчас о еде!

— Это почему?

— Ты от обильного слюноотделения становишься в два раза тяжелей! — хохотнул Эльен, спихивая с себя Черного на землю.

— Твердо же! — пожаловался Викэль. — Мог бы и поработать матрасом в благодарность за спасение твоей шкуры.

— Ага, как будто ты бы свою сберег, отмахиваясь одним мечом, — отозвался Эльен, глядя в звездное небо. — Нет, изобразить матрас хоть на пять минут я конечно бы мог, но, боюсь, солдаты на сторожевой башне могут о нас плохо подумать. Доказывай потом, что все было не так.

— А ты думаешь, они в такой темноте все рассмотрели?

— Не сомневайся. Вражеских лазутчиков они не рассмотрели бы даже под самой стеной, так как вряд ли без повода отрываются от игры в кости. А вот нас в компрометирующей ситуации не заметить они просто не могли!

— Встаем? — предложил Викэль. — А то земля остывает.

Оба эльфа, держась рядышком, поднялись на ноги. Их плечи соприкасались, так как щит не позволял отойти дальше. Они побрели искать свои сумки, сброшенные на землю перед нападением призраков. На свистящие вокруг лезвия мечей и ножи оба демонстративно не обращали внимания.

Первой им на глаза попалась сумка Эльена. Белый радостно ее подобрал, успев затащить ее в круг до того, как по ней пройдутся мечи магических существ.

— Ура! Целы мои книжечки! — порадовался он.

— Забыл упомянуть костюмчик и башмаки, — кисло напомнил Черный. — А где моя сумка? Там же серебрянка, надеюсь, она жива.

Эльен заволновался и тоже принялся усиленно крутить головой по сторонам, пытаясь за мельтешащими сгустками теней рассмотреть сумку.

— Вон она! — наконец заметил Викэль. — И совершенно цела!

— Только подбирать мы ее сейчас не будем, — сказал Белый, оттаскивая конкурента в противоположную сторону. — Птичке без нас будет лучше. А то еще и на нее запас магии расходовать придется.

Викэль остановился. Он действительно чувствовал, что силы быстро его покидают. Нет, до утра он, конечно, продержится. Но ему упорно казалось, что, ночуя в лесу, он где-то растерял треть резерва. Пожалуй, птичка действительно будет лишней. Ей-то в сумке все равно ничего не грозит — колец на ней нет.

— А мое одеяло? — засомневался Черный. — Не буду же я всю ночь стоять. Мне и сесть не на что. А в город до утра нас не пустят.

— Ладно уж, — скривился Эльен. — Я тебе выделю уголок своего.

В итоге эльфы плечом к плечу легли спать в нескольких сотнях метров от городских ворот. Оба недовольно ворчали. Хотя больше для порядка, чем от одолевавших чувств. Они слишком вымотались, чтобы затевать ссору друг с другом и выяснять отношения.

Утро приветствовало эльфов ярким солнцем, показавшимся на горизонте. Оба проснулись почти одновременно и тут же сделали попытку вскочить на ноги, поняв, где и в каком положении находятся. Только вот разбежаться по разные стороны одеяла им не удалось.

— Можешь убирать щит, — сказал Эльен. — Призраки уже исчезли вместе со своим арсеналом.

— А как? — недоуменно поинтересовался Викэль.

— А как ты его обычно убираешь?

— Он чаще всего исчезает сам, когда мне не грозит больше смертельная опасность.

— А если нет?

— Тогда просто иду домой и жду, когда у меня иссякнут силы, — кисло ответил Черный.

Эльен мученически поднял глаза к небу, призывая его в свидетели того, какой тупой у него конкурент, и принялся объяснять. Коротко и четко, чтобы было понятно любому. Вот только у Викэля все равно не получалось убрать щит, сколько он ни старался. Упрямый обруч все так же ярко продолжал сиять, не обращая внимания на его усилия.

— Ну что ж, будем ждать, пока у меня закончится запас сил, — философски сказал Викэль. — Только к тому времени желательно добраться до дома. Эльен округлил на него глаза:

— Я не могу! Мне в кусты надо! Срочно!

— Так иди.

— С тобой?! Теперь уж нас точно хорошо видно с караульной башни. Меня потом месяц будут спрашивать, чем я с тобой занимался в кустах со спущенными штанами и понравилось ли мне!

Викэль беспокойно посмотрел в сторону ворот и попросил:

— Тогда лучше терпи! Караульные раздуют из этого такую историю… Побежали быстрее в город. Может, Тираэль поможет убрать щит.

— Я до этого момента не доживу!

— Я тоже.

— Ты-то с чего? — поинтересовался Эльен, запихивая одеяло в свою сумку. Он даже, как обычно, не стал его аккуратно сворачивать.

— А по той же причине. Что-то мне тоже захотелось посетить ближайший куст, — признался Викэль, ожидающий злорадной ухмылки со стороны конкурента. — На ужин же была одна вода.

Но Эльену было не до насмешек. Он потянул Черного к сумке с серебрянкой, надеясь, что с птичкой ничего не случилось. Не зря же они весь день мучились!

— Тук-тук, — постучал он по сумке. — Ты там жива?

— Нет. Я труп! — сказали оттуда глухим плаксивым голосом. — Уже сутки не кормите, роняете на землю, пинаете…

— Скажи спасибо, что на лапу кольцо не надели! — прервал ее жалобы Викэль. — Поверь, нам было еще хуже. Ато и ты бы вместо того, чтобы спокойно дрыхнуть в сумке, улепетывала со всех ног от призраков.

— У меня крылья для этого есть! Ваши призраки что, летать умеют?

— Не думаю.

— Вот! Так что все мои моральные терзания были зря! У меня уже оба крыла затекли! — с трагическим надрывом произнесла серебрянка.

— Вик, заткни ей клюв, — попросил Эльен. — Мы уже к воротам подходим, и на нас все оглядываются.

— Если затыкать будете едой, то я согласна! — отозвалась серебрянка.

— Даже и не надейся, — произнес Черный.

— Вик, а там еще лучок где-то завалялся! — вспомнил Эльен. — Целых три штуки.

— Молчу! — в панике сообщила птичка. — Не надо мне эту гадость совать.

Сумка затихла, и эльфы без проблем подошли по широкому тракту к городским воротам. Теперь люди, желающие попасть в столицу, не бросали на них любопытные взгляды. Как всегда, открыта была только одна створка ворот. Для нужд города этого вполне хватало, и охранять вход было легче. Никто не должен был пробраться незамеченным. Народу было не то чтобы очень много, но вполне достаточно для образования небольшой очереди. Стражники стояли, перегораживая собой почти всю дорогу, взимали въездную пошлину и впускали гостей Морьедага небольшими группками. Все телеги и кареты досматривались. Какие-то — поверхностно, иные — очень тщательно, в зависимости от того впечатления, которое хозяева этих транспортных средств производили на стражей. В общей сложности ворота охраняли шестеро простых солдат и их командир — подтянутый человек лет сорока, с длинным мечом на поясе. Едва только они заметили Эльена и Викэля, как тут же начали весело ухмыляться и переглядываться. Можно было заранее сказать, что караульные этой ночью и утром явно прерывали свою игру в кости, чтобы полюбоваться на более интересное зрелище. И не жалко им было специально тратить для этого эликсир, позволяющий видеть в темноте, как при свете солнца?

— Привет, Викэль! — тут же начал говорить начальник стражи, едва эльфы поравнялись с воротами. — Ты, говорят, вчера так трогательно обнимался с этим блондинчиком. Грудью защищал его от врагов. Тебе что, блондиночки уже надоели? — ехидно хохотнул он.

— Ну что ты, Берн, мне больше приглянулся не Эльен, а те милые призрачные создания с оружием в руках, которых мы встретили ночью недалеко от ворот. Но боюсь, если бы они первыми добрались до блондинчика, то я уже не смог бы рассчитывать на их симпатию. На этого «ангелочка» западают даже тролли!

Эльен покраснел и ткнул Викэля локтем в бок. Эта шуточная перебранка его основательно смутила. Но Черного такой жест не остановил.

— Берн, а может, ты или кто из ребят ревнуют? — приподняв бровь, с ухмылкой поинтересовался Викэль. — Может, вы сами хотели поваляться на блондинчике?

— Что ты, — подхватил эстафету начальник стражи, с интересом наблюдая, как Эльен все больше краснеет, — боюсь, ребята, дежурившие ночью, влюбились не в него, а в то симпатичное одеяльце, которое вы расстелили на обочине дороги. У них, знаешь ли, в башне такого нет, а камни жестковаты.

— Этот поеденный молью кусок тряпки? — делано удивился Черный, вызвав возмущенный взгляд Белого. — А прекрасные мечи милых фантомчиков им не приглянулись случайно?

— Да вот беда, не рассмотрели их. Далековато. Думали, что ты их поближе принесешь, а уж тогда можно будет сказать точно. А ты с пустыми руками явился, — с притворной грустью вздохнул Берн.

— Почему ж с пустыми? Мечи я, конечно, предъявить не могу, а вот прекрасные дырки от них — запросто! — Викэль расправил свой рукав для демонстрации. — Не сомневайтесь, заточка качественная, — убеждал он, как заправский купец. — Специально камзолом пожертвовал, чтобы вам доказать!

— Да? — ухмыльнулся начальник стражи, а его подчиненные в открытую заржали. — А моим людям отсюда почему-то казалось, что ты был очень против, когда дырявили твой камзол.

— Вам показалось. Иначе бы я сразу поставил щит. А мне случайно не показалось, что вы хотите этой же ночью получить замечательные мечи, дырки от которых я предъявил?

— Тебе тоже показалось, — ответил Берн.

Начальник стражи и Викэль открыто друг другу улыбнулись, пожали руки, и стражники, приняв это за команду, освободили дорогу. Эльен с гордо поднятой головой шагнул в образовавшийся проход первым, стремясь быстрее отсюда уйти. Черный вынужден был последовать за ним, увлекаемый обручем щита. Хотя он и сам уже не хотел медлить. Нужда заставляла быстрее идти домой.

— Викэль! — уже серьезным голосом окликнул эльфа Берн. — Будь осторожнее! У нас прошлой ночью еще десяток ребят полегло. Отличные были мечники. Не суйся один к призракам!

— А кто к ним суется? — проворчал рядом с Черным Эльен. — Они сами к кому хотят, к тому и являются. А ко мне так уже третью ночь! Как ни к кому, честное слово! Где же справедливость?

— А по логике вещей правильно! — заявил Викэль. — У меня кольцо одно, и дрался я с ними первый и единственный раз. А у тебя их… шесть. Жди гостей и дальше.

— Обрадовал! Какая им разница? Сомневаюсь, что эти тупые механизмы для убийства умеют считать.

— А им нет такой нужды. Между нами говоря, по-моему, они тебя просто помнят! Вместо долгих словесных уговоров сразу хватаются за мечи.

— Вот и я так думаю, — вздохнул Эльен.

Обсуждая ночные события, эльфы быстро двигались по городу. Их сопровождали любопытные взгляды граждан, недоумевающих, зачем кому-то понадобилось тратить силы на создание щита посреди белого дня, будучи в полной безопасности. Эльфы немного притормозили на одном из перекрестков. Дорога в одну сторону вела к дому Викэля, в другую — к Тираэлю. Выбор был недолгий. Оба решили, что могут не застать магистра дома, а это будет полная катастрофа. Не сговариваясь, они рысцой двинулись к обиталищу Черного.

К счастью для них, Тираэль вскоре обнаружился сам. Он беспокойно вышагивал туда-сюда по улице перед крыльцом дома, принадлежащего Викэлю.

— Наконец-то! — проворчал магистр. — Где вы шляетесь?! Мне еще вчера вечером сообщили, что вы подходите к городу.

— И вы тут стояли всю ночь? — удивился Черный, ковыряясь ключом в замочной скважине.

— Ага, как же. Я что, ненормальный? Ночью я спал. А теперь пришел полюбопытствовать, почему вы вчера и позавчера не явились на занятия по магии? — сурово сказал эльф, скосив глаза на их сумки.

Эльен заметил его взгляд и понял, что вряд ли учитель переживал за них, вряд ли расстроился из-за двух пропущенных уроков. Скорее, пришел выяснить, а не придется ли в ближайшее время еще и ему выбраться в лес, чтобы поохотиться на серебрянок по распоряжению правителя.

— Так бы и сказали, что вам интересно на перья посмотреть, — разоблачил магистра Белый. — Только у нас бартер — вы снимаете с нас щит Викэля, а мы показываем вам перья.

— Как купцы, честное слово, — пробормотал Тираэль недовольно, но все же сосредоточил свои усилия на уничтожении щита нерадивого ученика. Хорошо еще, что тот был сделан крепко, но не слишком мастерски. С щитом Эльена у магистра ничего не вышло бы, как ни старайся. Так что свою часть сделки Тираэль честно выполнил.

Едва щит испарился, как эльфы, пихаясь, наперегонки рванули на второй этаж.

— Эй, а перья?! — воскликнул обиженный магистр, которого даже не поблагодарили.

— В сумке Викэля посмотрите, — отозвался уже откуда-то сверху голос Эльена. У Черного перед гостем было значительное преимущество — он точно знал, куда бежать.

Где чья сумка, Тираэль определил сразу. Естественно, что у Викэля она была черного цвета. Это Эльен предпочитал более светлые тона. Получив разрешение, магистр без смущения залез в сумку ученика. Он аккуратно выложил оттуда странный объемистый тюк из сетки, туго скатанное тонкое одеяло, несколько луковиц, детали складного арбалета, завернутые в холстину, пару ножей, дротики, гребешок и мыло. Вещей было негусто, но перьев среди них Тираэль не нашел. Он тщательно пошарил рукой по дну сумки, но без толку.

— А где же перья? — вслух недоуменно спросил магистр.

— И этот оскорбляет! — раздался откуда-то из вещей сварливый голос — Я вам не подушка с перьями, зарубите себе на носу!

— Галлюцинация? — почесав кончик носа, сам у себя задумчиво спросил магистр. Разговаривать здесь было некому.

— Сам ты галлюцинация! — отозвался голос- Серебрянка я. Голодная серебрянка, — уточнила птичка и с надеждой попросила: — Поесть-то хоть дайте. Меня уже сутки голодом морят.

Тираэль сообразил, откуда исходит голос, и, взяв в руки тюк, начал крутить его, рассматривая и изучая.

— Хорошо кто-то сетку зачаровал от повреждения. Качественно. Эльен, наверное, — похвалил магистр.

— Ты меня кормить думаешь?! — возмутился голос изнутри тюка. — Хватит меня без дела крутить. Твое счастье, что я голодная и меня от этого не стошнило! Есть хочу! Немедленно!

— Подожди. Здесь лук рядом валяется. Наверное, ребята его специально для тебя приготовили. Сейчас определю, где клюв, и засуну в сетку.

— Не надо! — завопила птичка.

— Ты же есть хотела? — удивился магистр.

— Есть, вот именно, а не отплевываться от этой дряни! Что ж вы так и норовите меня им накормить! Изверги!

— Я смотрю, вы уже познакомились с нашей милой птичкой? — усмехаясь, сказал Эльен, спускающийся по лестнице со второго этажа. Вслед за ним с умиротворенным выражением лица шел Викэль.

— Да. А что они обычно едят?

— Что стянут у разинь, не позаботившихся об охране своих вещей, то и едят, — ответил Черный. — Это нам особо привередливый экземпляр попался.

— Привередливый?! Было бы из чего выбирать! Или лук, или голодная смерть.

— Я же и говорю, что дают — не жрет, — невозмутимо продолжил объяснять Викэль. — От лука отказывается. А колбасу с ветчиной мы и сами уже сутки не видели.

— А неплохо было бы и рассмотреть, — с намеком сказал Эльен. — Вик, у тебя кладовая с продуктами имеется?

— Не называй меня так! — опять возмутился Черный. — Мы соперники, а не друзья! И с какой стати я должен показывать тебе, где моя кладовая?

— Можешь не показывать. Сам найду, — отозвался Эльен и пошел в глубь дома.

— Куда?! — завопил Викэль. — Я тоже есть хочу! Магистр, проследите за птичкой, я скоро вернусь.

Пока эльфы совместными усилиями обыскивали кухню и прилегающую к ней кладовую в поисках еды повкуснее, Тираэль крутил в руках серебрянку, забавляясь ворчанием птички. Раньше ему приходилось видеть только отдельные перья. Магистру не терпелось развернуть сетку, но он понимал, что без подготовки, без надежной клетки этого делать не стоит. Тираэль был рад, что не ему пришлось делать вылазку в лес без восстановленного магического резерва. Он даже и не ожидал, что наказание эльфов окажется таким полезным. Его ученики сами вызвались помочь леди Мирабэль, а в конечном итоге оказали услугу войску Морении. И главное, Эльен теперь не находил ни сил, ни времени выдумывать новые измывательства для него! В руках магистра ничего больше не взрывалось, он не садился на кнопки, ему не выливалось на голову ведро воды. Только Викэль все еще представлял угрозу. Кто ж знает, что он по неведению сотворит? Ифрит так и прижился в библиотеке. Тираэль все еще не сумел в нее попасть даже ненадолго. Уговоры и подкуп были бесполезны.

Ждать магистру пришлось минут тридцать, пока ученики насыщались. Вернулись они с куском колбасы, тремя яблоками и клеткой в руках. Оба выглядели довольными.

— Вот, — поставил Эльен клетку на диван, — новый домик для птички. — Не в сетке же ее к Мире тащить. Повезло, что у Викэля помимо еды в кладовой еще всякий хлам валяется.

— Ты так не считал, пока бегал по кладовой в поисках колбасы, — усмехнулся Черный. — По-моему, кто-то говорил, что все, находящееся там, надо было давно выбросить.

— Погорячился, — признал Белый. — А то ты сам не ругал тот хлам последними словами, пока искал, куда твоя кухарка заныкала ветчину.

— А что я должен был сделать, если одна ушастая блондинистая зараза увела у меня из-под носа единственный кусок?!

— А нечего было зевать! И на свои уши бы посмотрел! Тираэлю надоело слушать перепалку учеников. Как он подозревал, их «обмен любезностями» мог продлиться еще очень долго.

— Тихо! — попросил магистр. — Мы серебрянку разворачивать будем? Она, между прочим, есть хочет.

— Хочу! — подтвердила птичка. — Есть хочу, пить хочу и еще кой-куда.

Эльфы обменялись понимающими взглядами. О потребностях птички они как-то заранее не подумали. Викэль открыл дверцу клетки, а Эльен втолкнул через нее завернутую в сетку серебрянку. Проделать это удалось не без труда. И только закрыв надежно дверцу, они с помощью просунутого между прутьями решетки ножа попытались птичку освободить.

— Эльен, снимай наговор, — приказал Тираэль, тоже не желающий оставаться в стороне. — Сетку можно будет тогда разрезать. Это проще, чем разматывать.

К совету магистра прислушались, а потому дело пошло веселей. И вскоре уже на дне клетки среди обрывков сетки сидела взъерошенная и недовольная серебрянка. Летать ей там было негде — места маловато. По прикидкам эльфов, птичка могла сделать три шага в одном направлении и два — в другом. Тесновато, конечно. Но они же не собирались держать ее там вечно. Вот выдернет Мира нужное перо, и серебрянку можно отнести за городскую стену и выпустить. А пока птичке предоставили несколько минут уединения, накормили и под ее возмущенным взглядом обвязали клетку розовой ленточкой с шикарным бантом.

ГЛАВА 15.

Мирабэль буквально падала с ног от усталости. На ее попечении было уже двадцать два пациента в тяжелом состоянии, а она не могла для них ничего сделать. Травы поддерживали им жизнь, но не могли вернуть здоровье и сознание. Отчаянно не хватало пера серебрянки. Тролль-травник целыми днями бегал по ее поручениям, разыскивая нужные растения. Маг-лекарь старался помочь, но не с его слабыми силами было бороться с ранами, нанесенными призрачными существами. Обессиленный, он обычно спал в приемной. Иногда к Мире забегали лорд Этэль или Генри Вейлен, чтобы справиться о состоянии солдат. Отец лично контролировал это дело и докладывал правителю. Но без пера даже лучшие маги-лекари ничего бы не сделали.

Мирабэль периодически то радовалась, что наконец может быть кому-то полезной, то впадала в отчаяние от бессилия. Она с надеждой ждала известий от своих новых друзей — Эльена и Викэля. Но в то же время эльфийка очень переживала, что они пострадают. Ей не хотелось оказаться виновной в их гибели. Мира ждала обоих эльфов весь вчерашний день, но вестей от них не было. Этим утром она чувствовала то надежду, то отчаяние. Эльфийка не завтракала, не умывалась, не истратила ни минуты времени на себя. Она ждала.

— Мира, — тихо окликнул ее маг-лекарь, когда она склонилась над очередным пациентом, меняя повязки на ранах, — к тебе пришли.

— Кто? — спросила эльфийка, поднимая лицо, на котором выделялись сверкающие затаенной надеждой глаза.

— Женщина. Некая Вэль. Она тетка алорского посла и разыскивает для консультации хорошего лекаря.

Глаза Мирабэль потухли. Она тяжело вздохнула и выпрямилась, повернувшись к дверям:

— Почему бы ей не обратиться к любому городскому лекарю?

— Эти маги очень много дерут даже за то, что ты просто откроешь их дверь. Алорка говорит, что не собирается платить этим шарлатанам. Она хочет поговорить именно с лекарем морийского войска. Говорит, что слышала о них только самое хорошее.

— Нил, но в обязанности лекарей войска не входят консультации гражданским лицам, даже если они родственники послов.

— Я знаю. Но эта фурия не слушает ни меня, ни караульных. Поговори с ней, Мира. Проблемы с начальством из-за дипломатии нам ни к чему.

— Ладно, — согласилась дочь командующего и пошла разбираться с посетительницей.

Вэль в ярко-красном шикарном платье Мира заметила издалека. Алорка, гордо выпрямившись во весь свой небольшой рост, стояла перед напряженными солдатами, охраняющими ворота. По ее разозленному виду можно было догадаться, что она уже делала попытку прорваться сквозь охранный заслон, но ей это не удалось. Как бы очаровательна ни была посетительница, а без пропуска караульные не давали ей пройти. Да сама Вэль и не старалась их обворожить, так как оба вредных солдата были орками.

При появлении Миры возле ворот один из караульных уронил себе на ногу копье. Он не понял, как это получилось, и его лицо выразило недоумение. Второй орк, крепко держась за меч, лишь потер бок, в который недавно врезался острый локоток разозленной алорки.

— Здравствуй, — поздоровалась Вэль с улыбкой, превратившейся в оскал, когда рукав ее платья неожиданно разошелся по шву, оголив предплечье. Алорка и не подозревала, что такое может случиться. Орки же ее почти не трогали! Но шпионке очень надо было посоветоваться с лекарем войска. Ей надоело, что городские маги и травники крутят пальцем у виска, едва узнают, для кого требуется лечение. Конечно, Вэль не говорила им, что пациент — дракон, она называла его просто рептилией. Но как еще можно отнестись к посетительнице, выкладывающей бешеные деньги, чтобы вылечить подобную зверушку?

Для кота или комнатной собачки городские лекари готовы были дать совет, хоть сто, если клиентка платит, но не для рептилии.

Вэль и Мира медленно пошли вдоль внешней стороны забора казарм, чтобы спокойно поговорить. Внутрь, естественно, дочь командующего даму без пропуска завести не могла, да и не хотела.

— Мне нужны травы от простуды для моей зверушки, — без всяких вступлений начала говорить алорка.

— Кот? — с улыбкой поинтересовалась Мира, подставляя лицо теплому весеннему солнцу. Ей была понятна тревога за домашнего любимца. Она и сама хотела бы завести питомца, но отец не давал. Краем уха эльфийка слышала его слова о том, что бедная зверушка у них долго не проживет. Он, дескать, не садист. Мира не понимала, почему отец так сказал, но спорить было бесполезно.

— Нет… э-э… ящерица. Большая, — ответила Вэль, надеявшаяся, что организм дракона похож. О том, где и как придется оптом скупать травы, она старалась пока не думать.

— А что с ней? — недоуменно спросила Мира. — Линька?

— Простуда! — не сумев скрыть раздражения, ответила алорка.

Дочь главнокомандующего войск Морении с удивлением посмотрела на свою странную клиентку. О простуде у ящериц она никогда не слышала.

— Не может быть! — воскликнула Мира.

— Может, — кисло произнесла алорка. — У него насморк.

Мира несколько раз растерянно моргнула. Ей очень захотелось рассмеяться во все горло, но она боялась оскорбить этим посетительницу. Мнительная клиентка ошибалась, у нее явно разыгралось воображение. Мира знала только одну причину, по которой ящерица могла плохо выглядеть, — линька. Она назвала несколько трав для корма бедной рептилии, чтобы та быстрее обрела новую кожу, и со спокойной совестью уверила, что это поможет. В любом случае вреда не будет точно.

Мира вежливо попрощалась, пожелала ящерице и ее хозяйке здоровья и всего наилучшего и пошла в лазарет, а Вэль, почему-то ощущая себя полной дурой, направилась на рынок. Алорка и не подозревала, к чему приведет этот ее один небольшой визит к травнице, иначе обошла бы казармы десятой дорогой. Мирабэль едва приступила к работе, как опять ее позвали. Нил с заспанным видом и взъерошенной шевелюрой тихо заглянул в дверь и, зевая, сообщил:

— К тебе пришли.

На этот раз эльфийка даже не поинтересовалась кто. Она отложила бинты в сторону и пошла в приемную выяснять лично. Прийти мог отец или его адъютант Генри. Едва войдя в комнату, Мира радостно взвизгнула и кинулась к пропадавшим где-то в лесах с позавчерашнего дня Эльену и Викэлю. Эльфы стояли рядом, а потому она обхватила их обоих за шеи и в порыве попыталась одновременно прижать к себе. При этом висок Эльена врезался в подбородок Викэля, который был выше. Оба кавалера поморщились, но вырываться не стали. Мира ничего не заметила, в отличие от Тираэля, который пришел вместе с учениками. Магистр расплылся в улыбке. Как давно ему самому хотелось стукнуть их головами за все то, что ему пришлось вынести! Так нет же, он терпел. По статусу не положено. Да и оба ученика потом отомстят. Эльен, во всяком случае, точно. Лучше не рисковать, а то фантазии Белому не занимать.

— А у нас тебе подарок, — сказал Викэль.

— Серебрянка! — уточнил Эльен.

Эльфы с двух сторон держали за спиной клетку, которую поспешили предъявить девушке.

— Ой, птичка! — воскликнула Мира с улыбкой. — Какая хорошенькая!

Серебрянка потупила глазки и попыталась расправить свой чудесный длинный хвост, чтобы покрасоваться, как истинная дама. Ей было приятно слышать ласковые слова в свой адрес.

— Ей же, бедняжке, наверняка там тесно! — между тем ворковала Мира, присаживаясь возле клетки. — А смотрите, какой у нее прелестный красный хохолок!

От такого развития событий у эльфов медленно отваливалась челюсть. Они ожидали, что девушка просто деловито выдернет пару перьев и забудет про птичку в порыве трудового энтузиазма. Но к этой вредной пернатой бестии обращались так ласково, как ни разу не обратились к ним.

— Выдирай нужное перо, и мы ее выпустим за городскую стену, — поспешил сказать Викэль.

— Да. А то мы не знали, какое именно перо тебе нужно, — объяснил Эльен. — С хвоста?

— Любое подойдет, — отмахнулась Мира, не заметив, как при ее словах вытянулись лица эльфов. Им же пришлось целый день тащить вредную вопящую птицу на себе. Милым, молчаливым характером она не отличалась.

— Девочка, бери пинцет и выдирай перо, — посмеиваясь, сказал Тираэль, которого заботило здоровье солдат, так как правитель спрашивать будет с него.

— Сейчас. Надо же ее, бедняжку, сначала покормить. Она наверняка голодная, — сказала Мира.

Серебрянка тут же встрепенулась и самым жалостливым тоном, на который была способна, простонала:

— Умираю с голода.

Мира охнула, подхватила клетку и потащила ее в кабинет, где у нее была припасена еда. Эльфы не успели ничего возразить.

— Мы же только что до отвала накормили птичку, — растерянно сказал Эльен, глядя в след девушке.

— Да. Она сама сказала, что не в состоянии проглотить больше ни кусочка, — согласно кивнул Викэль.

— Эх, знал бы, как все получится, так еще в лесу начисто общипал бы эту заразу, — печально вздохнул Белый.

— Чур, пинка для ускорения полета с городской стены даю ей я! — заявил Викэль.

— Пожалуйста. Я ей от себя что-нибудь магическое добавлю.

Между учениками Тираэля установилось на данный момент завидное взаимопонимание. Им не нравилось, как Мирабэль восторженно рассматривала птичку, забыв о них. Вот о том, а поели ли они, девушка не спросила! Один только Тираэль был доволен развитием событий.

Он с удовольствием смотрел на растерянные, обиженные лица учеников.

— Пошли хоть посмотрим, как Мира будет выдирать перо, — предложил Черный конкуренту.

— А если повезет, и сами примем участие в этом процессе, — не отказался Белый.

Оба шагнули в кабинет и замерли от изумления.

Сияющая Мирабэль сидела за своим столом. Перед ней абсолютно свободная стояла птичка и аккуратно клевала с ладони кусочки яблока. Хвост серебрянки устилал чуть ли не половину столешницы. Крылья были прижаты к бокам и сверкали на кончиках стальной бахромой. Хохолок на голове подпрыгивал в такт движениям птички. Мира изредка нежно проводила ладошкой по гладкому оперению на спинке серебрянки. И крылатая особа ничуть не возражала! Хотя на темной поверхности стола уже можно было заметить три длинных серебристых пера, придавленные за кончики тяжелым справочником по растениям Морении.

— Ой! — одновременно сказали эльфы, войдя в кабинет. — Мира, она же опасна! У нее лезвия на крыльях!

— Она в этом не виновата! Птичка ничуть не сопротивлялась и с радостью пожертвовала перьями для лечения наших солдат.

— Ну, подушка лицемерная, — пробормотал себе под нос Викэль, меряя серебрянку многообещающим взглядом.

— А можно ее оставить? — умоляюще посмотрела на эльфов Мирабэль. — Я назову ее Лия. Ты не возражаешь? — обратилась девушка к птичке и нежно потрепала по шейке.

— Нет! — одновременно завопили Эльен и Викэль.

— Она дикая хищница и быстро скончается в неволе, — сказал Эльен. — Ее надо выпустить.

— А я… — начала серебрянка, но вынуждена была замолкнуть, когда Викэль ловко заткнул ей клюв большим куском яблока Черный тут же запихнул в клетку, не обратив внимания на заработанный при этом порез на ладони. Эльен тем временем тоже проявил инициативу и поставил вокруг клетки Полог Тишины. Теперь птичка могла сколько угодно орать с нулевым результатом.

Белый, вынужденный потратить на это все с трудом накопленные за сутки силы, зябко передернул плечами от навалившегося ощущения бездонной пустоты где-то внутри себя. Утешением могло послужить только одобрение Викэля, выраженное поднятым вверх большим пальцем.

Мира не заметила ни колдовства, ни молчаливого обмена мнениями. У нее на глазах заблестели слезы, которые она еле сдержала.

— А может, птичка хоть до завтра останется? — спросила она с надеждой.

— Нет, у нее дом, птенчики, — попытался успокоить девушку Эльен и уговорить расстаться с опасной пернатой бестией, по непонятной причине притворяющейся ангелочком.

При упоминании о птенчиках серебрянка попыталась возмущенно сказать, что она слишком молода, но даже сама не услышала свой голос. Оба эльфийских вредителя постарались на славу, чтобы лишить ее сытной жизни. Птичка принялась метаться по клетке, мотать головой, махать крыльями, выражая свое недовольство и отрицая сказанное.

— Чего это она? — с удивлением спросила Мира. — Птичка пытается что-то мне сказать?

— Нет. Это она так разволновалась при упоминании о доме. В лес обратно хочет, — сказал Викэль, украдкой грозя клетке кулаком.

— Ага, — подхватил Эльен. — Если бы хотела что-то сообщить, то сказала бы вслух. Сама же слышала, что разговаривать она умеет. Ты же ничего не хочешь нам сообщить? — поинтересовался Белый у серебрянки, прекрасно зная, что ничем не рискует, так как сам ставил Полог.

Птичка беззвучно что-то завопила. Викэль, от греха подальше, убрал клетку себе за спину. Эльен стал рядом с ним и подпихнул конкурента к выходу.

— Нам пора, — сказал он. — Не волнуйся, Мира, птичка легко найдет обратную дорогу в лес. А ты пока займись лечением раненых.

Пятясь, эльфы быстро вышли из кабинета и закрыли за собой дверь. Там они облегченно перевели дыхание, синхронно сказали: «Пернатая зараза!» — и потащили по коридору клетку с мечущейся в ней серебрянкой. Тираэль так и ждал их в приемной, с удобством устроившись на диване. Изможденный маг-лекарь тихо посапывал недалеко от него, уронив голову на рабочий стол.

— Вы перья выдрали? — спросил магистр, едва завидев учеников. Правитель же попросил его лично все проконт-ролировать.

— Да, — отозвался Эльен.

— А что это с птичкой? От нее веет какой-то магией, — с любопытством поинтересовался Тираэль.

— Это она вопила, не желая лишаться оперения, и Эльен вынужден был заставить ее замолчать, — выдумал Викэль правдоподобное объяснение.

— Ага, — подтвердил Белый. — Только вы Миру сейчас не отвлекайте своими вопросами. Она будет солдат лечить. Идите домой, отдохните…

— Я бы и рад, — поморщился магистр, — только ифрит не дает. Я уже практически переселился во дворец. Нет, правителю, конечно, удобно. Но мне как-то не хочется и дальше лично решать по его просьбе все вопросы, связанные с магией. Я теперь работаю один за весь Совет магистров!

— Можете пожить у меня, — предложил Викэль, чувствуя свою вину за мучения Тираэля.

— Ни за что, — наотрез отказался магистр. — У меня нервов не хватит, чтобы терпеть твои непроизвольные магические фокусы. Вот надоем я тебе через два дня, появится у тебя подсознательное желание избавиться от меня, и что я буду делать? Ходить, не снимая щита? Так его надолго не хватит. Я едва успел восстановить силы.

— Магистр, вы себе льстите, — подколол Черный учителя. — Вы уверены, что спокойно проживете целых два дня?

Тираэль поморщился и мысленно согласился, что срок может сократиться и до двух часов.

— А я совсем на нуле, — вздохнул Эльен, выражая свою печаль. — Магистр, мне нужны другие доспехи, срочно. Свои прежние мне пришлось оставить в лесу, да они и малость из строя вышли…

— В оружейной правителя больше ничего не осталось. Родственники, домочадцы и друзья уже все растащили, — сообщил Тираэль.

— Можешь забрать мои, — предложил Викэль, подталкивая Белого к выходу. — Я все равно не хочу носить этот металлолом.

— С чего это ты такой добренький стал? — подозрительно спросил Эльен, который уже приготовился с боем, если что, выцарапывать у него латы.

— Разве? Вот примеришь те доспехи на себя и навсегда уверишься, что я бессердечный злодей.

Ученики Тираэля вышли из лазарета и потащили клетку к городской стене, держа за ручки с обеих сторон. Вообще-то с переносом временного жилища серебрянки справился бы даже один эльф, но никто из них не хотел отступать. Оба желали лично убедиться, что вредная птица, к которой Мира проявила огромное внимание и участие, выставлена из города. Этак, воркуя с серебрянкой, девушка совсем перестанет обращать внимание на них. Белый и Черный не возражали бы так рьяно, например, против милого молчаливого котенка, а вот ехидная, болтливая птица выводила их из себя. Слишком много мучений они перенесли из-за нее.

К стене шли молча, не слишком торопясь, но и не медля. Прохожие часто оглядывались на клетку со странной мечущейся птичкой. Не многие горожане лично видели подобные создания, ведь ночевать в лесу без многочисленной охраны из опытных хорошо вооруженных воинов или мага мог только самоубийца. Пожалуй, серебрянок видели в основном солдаты Морении и телохранители купцов. А птичка действительно выглядела красиво и необычно. Ее серебристое оперение ярко переливалось в лучах солнца, привлекая внимание. Эльфы сто раз за дорогу успели пожалеть, что не накинули что-то сверху на клетку.

Обычно на стену города не пускали никого, кроме, собственно говоря, солдат, призванных ее охранять. Но для Викэля сделали исключение, пока начальство не видит. У Черного вообще было чрезвычайно много знакомых среди военных. С большинством из них его сблизила любовь к оружию и участие во всех потасовках, происходящих в столице. Эльена с некоторыми колебаниями пропустили вместе с ним. О Белом, как о втором ученике магистра Тираэля, слышали, но воочию видеть его солдатам не доводилось.

На шестиметровую высоту пришлось подниматься по узкой приставной лестнице из тонких деревянных жердей. Черный лез первым, одной рукой цепляясь за лестницу, а второй — удерживая клетку. Птичка в это время вела себя на удивление тихо и смирно сидела, сжавшись в комок, и настороженными глазами следила за движениями несущего ее эльфа. Упасть вниз серебрянке совсем не хотелось, ведь крыльями в клетке не помашешь. Так что Викэль легко поднялся на узкий полутораметровый помост, идущий вдоль стены. Черный с трудом представлял, как во время осады мечник может разминуться здесь с лучником, обстреливающим нападавших. Но, впрочем, это была не его забота. Для того чтобы думать о фортификационных сооружениях, есть городские власти во главе с правителем.

Эльен немного замешкался внизу, не решаясь доверить свою жизнь шаткой лестнице. Да и каменный помост, удерживаемый выступающими через каждые десять- двенадцать шагов контрфорсами, не производил на него впечатления очень надежного. К тому же перил наверху не было. Даже веревочки никакой не натянули. Нет, Белый, конечно, не боялся высоты, но рисковать зря ему не хотелось. У него возникло ощущение, что громадные монолитные каменные плиты чересчур тяжелы, чтобы удерживаться на такой высоте. Белый сглотнул и нерешительно поставил ногу на первую ступеньку. «Главное, сюда с Мирабэль не ходить, — нервно подумал он. — Тогда уж здесь точно полстены может обвалиться, если леди-несчастье решит возле нее прогуляться!».

— Эльен, ты где там пропал? — нетерпеливо спросил Викэль сверху. — Что ты там рассматриваешь?

— То, к чему с Мирой лучше не приближаться, — отозвался Белый, начав карабкаться по лестнице. — Бревна забора, окружающего плац, полегче этого помоста будут. Тут и щит может не помочь.

Викэль отсутствием воображения не страдал, а потому сделал себе мысленно заметку на будущее, гласящую, что подходить к стене в обществе дочери командующего строго воспрещается. Он, несмотря на соперничество, подал Эльену руку и помог ступить на помост. Клетку при этом поставил у своих ног. Птичка опять начала беспокойно метаться и что-то беззвучно вопить.

— Вытряхивай серебрянку, — сказал Белый, едва ступив на помост. Долго здесь задерживаться он не собирался. Ему хотелось вымыться после дороги, переодеться, отдохнуть на мягком диване.

Викэль испытывал сходные желания, а потому не заставил себя упрашивать. Он поднял клетку на зубец стены и распахнул задвижку дверцы. В тот же момент Полог Тишины перестал действовать, и ему в уши ворвался громкий крик:

— Бандюги! Свободу серебрянкам! Свободу! Черный приподнял клетку и потряс ее в воздухе над землей так, чтобы дверка была внизу. Но птичка растопырила крылья, вцепилась лапами в прутья решетки и вылетать из клетки не стала. Даже и попытки не сделала.

— Не по-ле-чу! — в такт тряске выкрикнула серебрянка. — Пос-тавь клет-ку на мес-то!

— Дура! Ты же сама просила свободу, так я тебе ее и предлагаю! — возмущенно выкрикнул Викэль, продолжая трясти клетку. Он не думал, что при выпускании птички могут возникнуть проблемы, как при поимке.

— Сам дурак! — не осталась в долгу серебрянка. — Я имела в виду свободу выбора! Тащи меня обратно к Мире.

— Ты же дикая птица, а не домашняя, — попытался образумить ее Эльен, впрочем не слишком успешно. — Ты затоскуешь в неволе, перестанешь есть и умрешь.

— Это с какой такой стати я буду отказываться от еды? — удивилась серебрянка. — Я в лесу быстрее скончаюсь от голода. Думаете, там много разинь с сумками, набитыми продуктами, шатается?

— А ты же охотиться на мелкую дичь должна, — сказал Эльен. — Ягодами питаться.

— Где ты там дичь видел?! Если ты ночью в лесу не понял, то могу объяснить, что мелкой дичью считаюсь я! А одними ягодами сам питайся.

Викэль, видя, к чему идет дело, тоже поспешил присоединиться к уговорам:

— Птичка, ты же не хочешь, чтоб из тебя периодически дергали перья в лечебных целях? Неужели тебе своего хвоста не жалко?

— Жалко. Так Мира все равно с бока перья выдирала. Не такая уж большая цена за нормальное питание. Тащи меня обратно!

Викэль на всякий случай еще несколько раз тряхнул клетку. Как и можно было ожидать, — без толку. Совесть не позволяла ему просто скинуть клетку с серебрянкой вниз, так как это будет безжалостным и подлым убийством живого существа. Черный оглянулся на Эльена, но, судя по выражению лица, тот тоже не знал, что в данном случае можно предпринять.

Таким образом, недовольные эльфы вынуждены были аккуратно спустить клетку с птичкой вниз с городской стены и отнести ее обратно Мире. Дочь командующего была в восторге. Ей сказали, что серебрянка передумала и решила остаться. На всякий случай Викэль пригрозил болтливой птичке свернуть шею, если она не будет молчать об истинных обстоятельствах своего возвращения. Лия пообещала не распространяться, потребовав в качестве взятки полбатона колбасы. Пришлось эльфам сделать набег на бакалейную лавку, ругая тот день, когда они решили ехать за этой «подушкой с перьями».

— Надеюсь, долго эта язва возле Миры не продержится, сама попросится на волю, — высказался Эльен Викэ-лю по дороге из лазарета. — Ни одна сытная кормежка не компенсирует ей вечных несчастий, которые не преминут посыпаться на ее голову.

— Ага. Только пока что неприятности сыплются исключительно на нас, и эта птичка — одна из них! — мрачно отозвался Черный.

ГЛАВА 16.

Вэль двигалась по широкой улице в сторону ворот, ведя за уздечку лошадь, к бокам которой были приторочены мешки с травами и немного еды. На этот раз шпионка решила позаботиться и о своем питании, собираясь в горы к дракону. А то опять будет с завистью смотреть на жующую лошадь. Как и прошлый раз, алорка была одета в алый костюм для верховой езды, но с другой блузкой. Волосы Вэль собрала в высокий тугой хвост на затылке. На каждом из ее длинных изящных пальцев сияло по кольцу. Выглядела шпионка замечательно и вполне сознавала это. Она подошла к воротам, где была остановлена стражниками, не пожелавшими отойти с дороги и дать ей выехать из города. От группы солдат отделился один мужчина, вооруженный мечом, и, подойдя к ней, представился:

— Начальник караула десятник Берн. Могу я поинтересоваться, что леди собирается вывезти из города?

— Но я же родственница алорского посла! — возмутилась Вэль. Не то чтобы она везла что-то запрещенное, но ей не хотелось подвергать вещи досмотру. — Я гражданка другой державы!

— Но вы не сам посол, — ответил Верн. — Так что мне хотелось бы увидеть содержимое ваших седельных сумок и мешков. — Он дал сигнал, по которому пара солдат подошли к лошади и принялись изучать ее поклажу.

— Тут трава, — сообщил начальнику один из подчиненных. — Много.

— И тут! — отозвался второй солдат. — Сплошные сушеные листочки. А! И пару бутербродов нашел с бутылкой вина. — Он вытащил пробку, понюхал содержимое, поболтал под взглядом возмущенных глаз алорки и добавил: — Похоже, разбавленное. Не слишком хороший сорт. Не моренийское.

— Оно к вывозу не запрещено! — задыхаясь от злости, прошипела Вэль. Ее очень оскорбляли действия солдат, и ей особо не нравилось невозмутимое лицо их начальника. От такого не знаешь что ожидать.

— А позвольте поинтересоваться, зачем вам столько сушеных листочков? — вкрадчиво спросил Верн. — Лошадь их вряд ли будет есть. Только не говорите, что вы в них собираетесь зарыться вместо одеяла.

Алорка начала лихорадочно выдумывать подходящий ответ. Она никак не ожидала, что ее сегодня подвергнут обыску на выезде из ворот. Знала бы, так заплатила бы какому-нибудь оборванному горожанину за вынос травы. Все-таки иллюзия тут неуместна, так как на каждом караульном висит по амулету, рассеивающему этот вид магии.

Наконец Вэль придумала приемлемый вариант:

— Это для омовения в озере.

— Весной? Леди, вы хоть знаете, какая сейчас температура воды?

— А для кожи полезно.

— А чем вас ванна не устроила? — снова продолжил допытываться Верн. Обыск он устроил только потому, что ему не понравились кольца на пальцах родственницы алорского посла. Очень хотелось ей хоть как-то досадить. Ведь его товарищи гибли за то, чтобы не дать четырем магическим существам с оружием ворваться в посольство. А эта дамочка даже и не подумала расстаться с кольцами! Верн не знал, что эльфийка могла без всякого риска для себя нацепить и большее количество украшений.

— По алорскому рецепту для достижения наилучшего эффекта необходимо именно озеро! — выдумала Вэль пояснение. — И вообще, не ваше дело допытываться, как я хочу поступить со своим имуществом! Главное, ничего опасного и запрещенного у меня с собой нет!

— Ладно, парни, — обратился Верн к подчиненным, — пропустите даму.

Шпионка выехала из города верхом на лошади, ругая моренийских солдат. Мысленно, естественно. Ей же еще возвращаться через эти самые ворота придется. Вэль очень надеялась, что к тому времени караульные сменятся. Она рассчитывала приехать обратно в сумерках.

Всю дорогу алорка прикидывала, как лучше всего накормить дракона травами. Закинуть оба мешка в пасть? Высыпать на поверхность озера и заставить выпить с водой? Отвар же ей готовить не в чем.

Вэль так задумалась, что падение лошади стало для нее полной неожиданностью. Она просто внезапно почувствовала, как седло медленно, но неуклонно стало приближаться к земле. В последний момент алорка успела вытащить ноги из стремян и тем самым не позволить лошади придавить ее. Но без ушибов все равно не обошлось.

Алорка как раз лежала на спине, рассматривая голубое небо с пробегающими по нему небольшими одинокими облачками, когда прямо над ней нависли четыре грязные бородатые рожи.

— О, смотрите, какая птичка к нам прилетела! — осклабилась одна из них. — И какие камушки сияют на ее крылышках! Славная у нас сегодня будет добыча.

— А может, и выкуп за эту пташечку хороший дадут! — радостно пробасила вторая рожа.

Вэль мгновенно поняла, что ей не повезло наткнуться на разбойников. Они убили из арбалета лошадь под ней, а теперь хотят ограбить. И это притом, что ехала она не по оживленному торговому тракту! До гор осталось всего ничего, но добираться туда теперь придется на своих двоих! Шпионка мгновенно вспылила — она еще и после обыска не до конца успокоилась — и запустила в разбойников убийственным заклинанием, призванным спалить их на месте. Но Вэль не учла своего неудобного положения, а потому все оборванные бандиты успели отпрянуть. Только двое из них лишились своих длинных густых бород.

— Это моренийская ведьма! — завопили неудавшиеся грабители. — Бежим! — Они прекрасно понимали, что справиться с магом им не дано. Если сразу не успели его оглушить, то лучше не связываться. В данном случае момент они уже упустили.

— Не моренийская, а алорская! — уточнила Вэль, еще больше выходя из себя.

Она попыталась кинуть вслед разбойникам еще одно смертельное заклинание и опять промазала. Слишком уж резво удирали оборванные грабители. Сейчас шпионке нужно было бы успокоиться, но промах распалил ее окончательно. Алорка ринулась вслед за грабителями, горя желанием отомстить. Результатом стали два испепеленных куста, обугленный ствол дерева и чьи-то прожженные штаны. Все-таки бегала Вэль не слишком хорошо, а в особенности по траве. Она была типичной горожанкой и лучше себя чувствовала в роскошных особняках и дворцах, чем среди просторов полей и в лесу.

Бандиты почти безнаказанно скрылись, а Вэль наконец в полной мере осознала, что средства передвижения она лишилась и до темноты вряд ли успеет обратно в Морьедаг.

«И почему мне сегодня так не везет?» — мысленно простонала шпионка, бредя к телу несчастной лошади, чтобы забрать свои вещи. Она с недовольным лицом повесила за спину сумки, ухватила за горловины мешки и поволокла их, не отрывая от земли, в сторону гор. С каждым шагом на головы дракона, разбойников, стражников, охраняющих ворота, и даже несчастного, ни в чем не повинного Анориэля призывались бесчисленные проклятия. И если от таких слов небо не упало на них, то уж икоту они точно должны были заработать. Вэль старательно вспоминала их самих, их родителей и даже родственников до третьего колена. Ей не столько было тяжело волочь мешки, сколько обидно, что она попала в такую ситуацию.

Примерно через час-полтора пешей ходьбы Вэль наконец добралась до поляны, на которой должен был ее ждать дракон. Только вот его там не было! Зато вся поверхность земли оказалась покрыта странными бороздами в треть локтя глубиной. Шпионка нахмурилась, у нее создалось такое впечатление, что дракона, упирающегося когтями, кто-то туда-сюда таскал по поляне. Она забеспокоилась: вдруг ее зверушку обнаружили маги? Алорка бросила мешки и сумку под ближайший куст и начала изучать борозды, пытаясь восстановить картину происшествия. Вэль буквально прошлась по каждому углублению. Она даже достала из кармана записную книжку и грифель, чтобы нарисовать чертеж и лучше во всем разобраться. Через полчаса в руках у шпионки оказалась записка: «Буду в три». Подписи не было. Очевидно, дракону просто не хватило для нее места. Вэль чуть не взорвалась от злости. Даже этот наглый ящер сегодня вышел у нее из-под контроля! Что за ужасный день?!

Алорка яростно разорвала записку на множество мелких клочков и даже с трудом разломала толстый черный грифель с заостренным кончиком, втоптав обломки в землю. Она же приказала дракону ждать ее сегодня здесь! Эта ящерка-переросток должна была смирно сидеть на поляне с самого утра! А вместо этого дракон нагло нацарапал записку, не посчитавшись с ее приказом! Бурля гневом, Вэль сначала пробовала метаться по поляне, но, пару раз упав в борозды, так как не слишком внимательно смотрела под ноги, вынуждена была присесть на свои мешки с травами. Ничего не поделаешь — придется ждать. Не лезть же ей в горы в поисках пещеры, куда мог поместиться такой огромный ящер.

Дракон был не очень пунктуален. Ладиус спустился с горы только в десять минут четвертого и тут же постарался сделать раскаявшуюся морду, надеясь, что его мимика вполне выразительна. Лицедейский опыт у него был очень хороший, как-никак тренировался он каждый раз, когда таким же образом опаздывал к старейшинам. Только вот, как и дома, подобный номер не прошел. Разъяренная эльфийка встретила его фаерболом в нос. Нет, конечно, для дракона это совсем не опасно, ведь огонь — его родная стихия, но обидно. Очень некстати Ладиусу вспомнилось, что вот уже два дня он не ел, хотя обычно драконы могли обходиться без пищи и по паре месяцев, насыщаясь энергией солнца. Но подобную фурию съешь, а потом будешь страдать от каких-нибудь приступов бешенства… К тому же заклинание подчинения не даст даже приблизиться к так называемой «повелительнице». Зато вот попугать ее можно! Ладиус, движимый мальчишеским озорством и обидой, развернул морду к эльфийке, высунул длинный, сравнительно тонкий язык с раздвоенным кончиком и почти по-человечески облизнулся.

Алорка сделала несколько мелких шажочков назад, хотя дракон рассчитывал на визг и перекошенное от страха лицо. Видимо, уж очень сильно разозлилась на него, раз гнев пересилил панику.

— А я тебе поесть принесла! — громко сообщила эльфийка.

— Мясо? — заинтересовался Ладиус.

— Лучше! Лекарственные травы! Мигом излечат тебя от простуды.

Дракону от такого сообщения захотелось сплюнуть, но, так как вокруг были не только горы, он побоялся спалить все деревья в округе и привлечь к себе внимание. Ну не хотелось ему, чтоб на него устроили охоту все маги и воины государства, в котором он оказался!

А алорка тем временем уже развязала горловины мешков и аккуратными кучками высыпала сушеные листочки перед мордой дракона. По мнению Ладиуса, выглядели они не очень аппетитно. Примерно так же, как сено для человека. Но «повелительнице» на это, очевидно, было начхать. Дракон тоскливо посмотрел на кучи лекарственных трав. Он прикидывал, что лучше: признаться, что уже здоров, или все-таки рискнуть и съесть сушеную гадость. Только не заработает ли он при этом несварение желудка? Не слишком легкий выбор.

— Ешь! — поторопила его эльфийка. — Может, не очень вкусно, но полезно.

— Не буду, — отказался дракон, сомневаясь в сказанном. Ему не хотелось напрасно мучиться и жевать травы ради одного-двух дней отсрочки. — Я уже вполне здоров.

Но Алорка не отступилась. Очевидно, хоть таким способом решила отомстить дракону за все свои сегодняшние мучения. Она поняла, что дракон очень даже разборчив в пище и есть сушеные листья ему не хочется.

— Ешь! — настойчиво повторила эльфийка и, улыбнувшись, добавила: — Это приказ!

Помимо желания, морда Ладиуса сама рванулась к кучке лекарственных трав. Казалось, кто-то временно захватил контроль над его огромным мощным телом. Дракон с удивлением понял, что быстро поглощает все, принесенное повелительницей. В пасти чувствовался вязкий горький вкус. Он бы с удовольствием выплюнул подобную гадость на голову алорке, но мышцы не слушались. Недожеванные листья быстро перемещались в желудок.

Вэль звонко рассмеялась, глядя на мучения дракона. Она радовалась, как ребенок, из-за того, что ее власть действует. Она действительно может управлять драконом! Хоть здесь череда сегодняшних несчастий отступила. Главное, не забыть сказать, что ее слова — приказ.

— Сейчас полетишь в Морьедаг и разрушишь там пару зданий! — приказала алорская шпионка. — Запугай там всех как следует! Город вон виднеется на горизонте, так что не спутаешь. Полетишь обратно, так смотри, чтобы не засекли, в какую сторону. Сделай крюк, а потом уж возвращайся. Вперед!

— А поспать после обеда?! — сделал Ладиус жалкую попытку отсрочить неизбежное.

— Обойдешься! Я приказала!

На этот раз дракон не стал ждать, пока кто-то чуждый ему захватит власть над его телом. Ощущение было жуткое, и испытать такое еще раз не хотелось. Ладиус все же взлетел, мучимый противоречивыми чувствами. Он не желал послушно исполнять то, что ему приказали, но выхода не видел. Размеренно махая крыльями, покрытыми мелкими, но прочными чешуйками, дракон неуклонно приближался к городу. Его заметили только тогда, когда он почти закончил облетать Морьедаг по кругу, выбирая объекты для разрушения. Люди на стене забегали, засуетились, замахали руками. Среди них поднялась натуральная паника. Ладиус понял, что стоит поторопиться, пока никто не успел оповестить магов. С ними он связываться не хотел, так как шансов выйти победителем было слишком мало. Взрослый тысячелетний дракон не стал бы беспокоиться из-за предстоящего противостояния с магами, но Ладиус еще не был в себе уверен.

Он быстро наметил себе два объекта и проказливо улыбнулся, хотя люди могли принять это за угрожающую гримасу. В следующий момент дракон дважды прицельно дыхнул огнем и довольный собой полетел прочь. Вслед ему свистнула одинокая стрела, выпущенная перенервничавшим стражником с крепостной стены без приказа начальника. «Мазила», — мысленно ухмыльнулся Ладиус и величественно полетел в сторону гор.

Полчаса спустя обеспокоенный лорд Этэль лично докладывал правителю:

— На нас только что напал дракон! В городе паника! Караульные сообщили в Совет магистров, только те не успели вмешаться.

— Жертвы? — коротко спросил Бертрам, еле сдерживаясь, чтобы не застонать. Что за чертовщина творится в последнее время в его государстве?

— Нету, — ответил командующий. — Никто не пострадал.

Правитель удивился, но не подал вида. Вместо этого он уточнил:

— А какие разрушения?

Лорд Этэль немного замялся, прежде чем ответить. Как-то неудобно ему было такое докладывать. Вроде произошла серьезная неприятность, но он чувствовал, что его доклад прозвучит глупо.

— Ну? — поторопил правитель командующего. — Что у нас разрушено? Много зданий пострадало?

— Два.

— И что это? — снова не выдержал Бертрам, так как лорд Этэль все еще не торопился давать прямой ответ.

— Некие деревянные сооружения на городской окраине… Общественные туалеты, в общем, — наконец решился сказать командующий. — Женский и мужской.

Правитель в немом изумлении уставился на лорда Этэля. Теперь он понял, почему тот так мялся. У бедняги, казалось, покраснели и кончики ушей.

— Этот дракон что, сумасшедший?! — воскликнул Бертрам. — За всю историю я еще не помню, чтобы драконы прицельно уничтожали туалеты! Ратуши — да! Дворцы — да! Дома, крепостные стены — были. Но такое?!

Есть какие-нибудь предположения, почему он так поступил? Там в это время случайно Совет магистров в полном составе не заседал?

Лорд Этэль не выдержал и усмехнулся. Он еле сдержался, чтобы еще более откровенно не выразить свои чувства.

— Нет, Совет магистров заседал, как всегда, у себя в Ассамблее, — ответил командующий. — Министры тоже никуда не отлучались, — поспешил добавить он.

— Жаль, — едко сказал правитель. — Мне бы не помешало сменить некоторых магов в Совете на более расторопных. Ведь наверняка с час искали обувь, чтобы только не идти сражаться с драконом. А может, они еще и ванну перед выходом решили принять, чтобы он не учуял их по запаху? А что? Прекрасный повод потянуть время. Знаю я их.

Лорд Этэль не первый раз слышал подобные высказывания, а потому остался спокоен. Ему успели доложить, что маги действительно не ринулись спасать столицу, а создали вокруг себя щиты и поспешили в библиотеку, чтобы «поискать нужное заклинание». Учитывая, что библиотека находилась глубоко в подвале и имела мощные каменные стены и своды, у командующего возникали большие сомнения относительно намерений магов. Но докладывать об этом он не стал. Зачем? Если правитель и сам знает, какие жадины заседают в Совете. Не трусы, действительно жадины, так как они просто не хотят расходовать свой магический резерв. Даже слабенький колдун с годами, не применяя свою силу, может накопить хороший запас для мощного заклинания. Лорд Этэль подозревал, что некоторые личности из Совета уже запросто могут снести полгорода. Это Тираэль вечно за всех отдувается. Никто и не спорил, когда его выдвинули на пост Главы Совета. Так им еще удобнее стало перекладывать на него свои обязанности.

— Что прикажете предпринять? — поинтересовался командующий. — Моим людям и призрачных грабителей хватало. Выдвигать сейчас войско против дракона нельзя. Можно, конечно, послать за подкреплением в другие наши города, но это займет некоторое время.

— Сам понимаю, — отозвался Бертрам, откидываясь на спинку неудобного стула за своим рабочим столом. — Надо как-то найти логово дракона и выслать к нему магов. В городе от них все равно никакого толку нет.

— Они будут не в восторге, — тихо пробормотал Этэль, но правитель его услышал.

— Будем надеяться, что их кислые рожи послужат дополнительным средством устрашения для рептилии, — усмехнулся Бертрам. — Ирвин, — позвал он секретаря, сидящего за соседним столом и что-то старательно переписывающего, — разыщи мне Тираэля. Я хочу с ним посоветоваться. И неплохо было бы увидеть Диего. Поиск мага, вызвавшего дракона, это по его части. Неужели кто-то из Совета решил так рискнуть?

ГЛАВА 17.

Ни Викэль, ни Эльен дракона не видели. Оба в тот момент отдыхали дома после похода в лес. Черный просто валялся на кровати и изучал потолок. Белый лежал у себя в гостиной на мягком диване и горестно вздыхал каждый раз, когда его взгляд опускался на доспехи, которые он принес от Викэля и кинул на пол. Сил, чтобы сложить их аккуратно, не было — ни магических, ни физических. Теперь он корил себя за то, что выбрал конкуренту самые тяжелые. Правильно говорят: «Не рой яму другому…».

Крики: «Дракон! Спасайся кто может! Где носит этих магов?!» — прозвучали для Черного как гром среди ясного неба. Он вскочил на ноги и ринулся к окну, но ничего из него не увидел. Ни зарева пожаров, ни дыма, ни самой рептилии нигде не наблюдалось. «Может, это шутка? — с волнением подумал Викэль. — Кто-то устроил соседям розыгрыш?!» Но на душе было неспокойно. Он некстати вспомнил, что Эльену недавно тоже померещился дракон над горами. Черный на всякий случай решил проверить свиток с заклинаниями, который он унес из библиотеки Тираэля. Он откинул с кровати жесткую подушку, внимательно осмотрел щель между матрасом и деревянным изголовьем, даже пол проверил! Но пергамента так и не обнаружил. От волнения сердце забилось в два раза быстрее. Магистр же его в статую превратит на пятьсот лет, если окажется, что он позволил кому-то похитить столь опасные заклинания. Викэль забрался на кровать, встал на ней в полный рост и принялся лихорадочно отрывать с потолка свитки со своими бумагами. Может, он приклеил пергамент туда, как всегда, обсыпал белым порошком и забыл? Он прошелся с высоким крепким стулом вдоль всего периметра комнаты, собирая бумаги и сбрасывая их на пол в одну кучку. В воздух поднялось белое облачко пыли. Викэль не стал ждать, пока оно рассеется, а тут же прямо шагнул в него, не заботясь о том, что пачкает свой черный домашний костюм. Он внимательно просматривал каждую бумажку и отбрасывал ее в сторону. С каждым документом его надежда таяла, пока от нее совсем ничего не осталось. Черный понял, что свиток Тираэля у него все-таки похитили. Но кто? Магистр наверх не поднимался. Белый? Но он тогда слишком торопился найти туалет, чтобы попутно еще что-то утянуть. Однако сомнения у Викэля все-таки оставались. Он же не всю ночь бодрствовал, когда Эльен принес ему доспехи и остался спать на диване. Может, сообщая в походе за серебрянкой о том, что ему привиделся дракон, Эльен пытался сбить Вика с толку?

Черный небрежно похлопал по своей одежде, отряхивая пыль, торопливо закрыл дверь спальни на замок и отправился к конкуренту. Если тот хоть как-то причастен к появлению дракона, то он это непременно узнает. Заодно по дороге послушает, что говорят в городе. Только бы не попасть под атаку дракона. Викэль не был уверен, что его щит выдержит подобное испытание. Но выжидать он не хотел, так как понимал, что нет никакой разницы, где его настигнет пламя — дома или на улице. «Главное — в эти минуты не приближаться к леди-несчастью, — с усмешкой подумал Черный. — Вот уж когда дракон точно не промахнется! Мирабэль-то вряд ли пострадает, а вот ее окружение…».

Погруженный в тревожные раздумья, Викэль и сам не заметил, как быстро добрался до небольшого коттеджа Эльена. Как и у него, сада или парка вокруг здесь не было. Дверь с небольшим крылечком сразу выходила на небольшую тихую улочку, утопающую в зелени. Черный громко и решительно забарабанил кулаками в дверь, полностью игнорируя колокольчик. Он сейчас не в том настроении, чтобы деликатно дергать за язычок и терпеливо ждать.

Эльен с всклокоченной после сна шевелюрой открыл дверь только через минуту на пятьдесят пятом ударе. Черный специально вел счет. Ему необычно было видеть конкурента в столь растрепанном, небрежном виде.

— Ты шум слышал? — спросил Викэль, отодвигая Белого с порога и проскальзывая мимо него в дом.

— Твой стук только глухой не услышит! — недовольно ответил Эльен. — Я только уснул, а тут ты со своими манерами! На двери же колокольчик есть.

— Я имею в виду крики, — уточнил Черный.

— А ты еще и кричал? — похлопал ресницами Белый. — И кто тебя только воспитывал?

— Нормально меня воспитывали! По крайней мере, не такой неженкой, как ты! Я хоть знаю, с какой стороны за меч взяться! А кричал не я, а народ на улицах! Над городом видели дракона! Говорят, он даже что-то спалил. Версии самые разнообразные.

— Что?! — воскликнул Эльен. — Не может быть! Ты шутишь?! Тут бы уже город в руинах лежал! Не могли маги вызвать дракона, чтобы он просто покрасовался в небе!

— Ты же сам его видел в горах.

— Мне показалось. Какой сумасшедший согласится расстаться с прорвой энергии, чтобы обрести сомнительного союзника в виде дракона? Это же вольнолюбивые существа, и пытаться подчинить их своей воле очень опасно!

— А ты бы смог вызвать и контролировать дракона? — прямо спросил Викэль.

Но Эльен не заподозрил о подоплеке такого вопроса. У него и мысли не возникло, что его могут подозревать.

— Наверное, до столкновения с призраками мог бы, — с сомнением ответил Белый. — Хотя у меня очень маленький запас сил, и точно я не знаю. Для контроля мастерства бы мне хватило. А вызов, скорее, под силу тебе, а не мне.

Черный хлопнул себя по лбу. Он совсем не учел, что конкурент ходит последнее время совсем без сил. Зато сообразил, что призрачные существа уже при первой же встрече прикончили бы Белого, если бы он в ближайшее время вызывал дракона. Значит, Эльен точно отпадает как возможный злоумышленник. Викэль одновременно почувствовал и облегчение, и разочарование. Тираэля, как возможного преступника, он отмел сразу. Магистр уже давно имел возможность воспользоваться свитком с опасными заклинаниями. Он мог вызвать не только дракона, но и кучу других опасных существ. Но зачем ему это? Ведь первый, кому поручат разбираться с магическими напастями, будет он сам. Еще понятно было бы, если бы он хотел выслужиться и занять место Главы Совета, но Тираэль и так занимал эту должность.

Викэль в расстройстве прошел в гостиную и сел на мягкий диван, просевший под его весом. Он не привык к такой мебели. Остальная обстановка в комнате тоже отличалась ненужной роскошью и мягкой обивкой. Кресла казались просто воздушными, на стульях почти не было видно древесины, из которой их сделали. На полу мягкий ковер с длинным ворсом нежно-голубого цвета, на окнах — многослойные присборенные портьеры. Весь потолок покрывала узорная лепнина, стены обиты шелком с переливами от белого до голубого и от голубого до насыщенно-синего.

Эльен сел в кресло и вопросительно уставился на Черного. Он не понял, зачем тот к нему завернул. Не посоветоваться же о том, кто мог вызвать дракона? Белый начал опасаться, что Викэль, как идиот, пообещал Мире избавиться от опасной рептилии. Если что, он — пас. Пусть конкурент сам отдувается. Эльен реально оценивал свои силы в схватке с драконом. Он знал, что не сможет победить громадное огнедышащее существо с крепкой, почти непробиваемой чешуей. А учитывая, что драконы практически неуязвимы для любой магии, это вообще становилось для него абсолютно неосуществимой задачей.

— Эльен, — начал наконец говорить Черный, — у нас большая проблема.

— Не у нас, а у тебя, — на всякий случай уточнил Белый, не желая, чтобы его втягивали в сомнительные мероприятия. Ему и вялотекущего ухаживания за леди-несчастьем хватает. После знакомства с ней он вот уже почти неделю сидит совсем без сил. И чем это, спрашивается, отличается от Сферы Отчуждения?

— У нас! — с нажимом поправил Викэль.

— Это еще почему?

— У меня дома хранился свиток из библиотеки Тираэля с заклинанием, позволяющим вызвать дракона. Ну так вот, он исчез! Последним доступ к нему имели я, естественно, и ты. У меня не могло хватить мастерства для такого заклинания. Я и половины символов на староэльфийском не знаю! А у тебя могло не хватить сил. Так что мы в равных условиях…

Эльен ошарашенно смотрел на конкурента. Такого заявления он не ожидал.

— Но я не знал о свитке! — воскликнул Белый. — И вообще, что он у тебя делал?!

— Э-э-э… хранился, пока у Тираэля гостит ифрит. Именно с помощью пропавшего свитка я этого охранничка случайно и вызвал. Но про дракона даже и не думал! Мне в этом заклинании символы неизвестны, да к тому же я не псих!

— Да? Ты, значит, ни при чем, а я, по-твоему, настолько сумасшедший, чтобы вызвать дракона? Спасибо за лестное мнение!

— Не за что! — язвительно отозвался Черный. — В общем, я тебя предупредил, что проблемы не только у меня. Думаешь, Тираэль поверит, что я смог воспользоваться заклинанием?

— Да уж понимаю, что под подозрением окажемся мы оба! Тираэль, может, и не станет нас обвинять, так как хорошо знает, а вот остальной Совет… Лишением возможности пользоваться магией мы тут не отделаемся!

— Они могут решить, что мы действовали сообща, мстя за недавний указ правителя о нашем наказании. И кто поверит в обратное, если за птичкой мы недавно ездили вместе?

Эльен вскочил с кресла и в волнении начал ходить по комнате.

— Это же была необходимость! — воскликнул он. — Никто из нас не мог отказать Мире и уступить конкуренту возможность проявить себя.

— Ты этого Совету не докажешь! — сказал Викэль, радуясь, что так ловко разделил ответственность за случившееся. Хоть не он один окажется крайним. Не у него одного будет болеть голова. В принципе он сказал Эльену чистую правду. Заподозрят действительно их обоих. Окажется, что и свиток он умыкнул не случайно, а из злого умысла, и с Белым они друзья — просто не разлей вода.

Эльен опустился на диван рядом с Викэлем и обхватил голову руками. Последнее время все у него шло наперекосяк. Вон, дошел даже до того, что без возражений соглашается со словами конкурента. Обвинить действительно могут их.

— Надо бы как-то избавиться от дракона, — задумчиво сказал Викэль, что-то мысленно прикидывая.

— Как?! — воскликнул Эльен. — Ты хоть знаешь, что здесь нужна или целая армия солдат, или десяток хороших магов? А у нас один воин и один маг. И не спорь! Из тебя пока такой же маг, как из меня лучник: оружие есть, но чтобы им воспользоваться, нет навыков. Да и маловат у тебя запас сил для дракона! Хватит только на то, чтобы выдрать пару мелких чешуек.

— О! — воскликнул Черный. — Так больше и не надо! Ты меня учишь какому-нибудь убойному заклинанию. С его помощью я лишаю дракона чешуйки на груди и, скорее всего, отрубаюсь. А ты в это время стреляешь в оголившееся место болтом с отравленным наконечником! Я научу тебя правильно целиться и обращаться с арбалетом. Только надо выяснить, что является ядом для дракона.

— Можно спросить у Миры, — предложил Эльен.

— Значит, ты согласен с этим планом?

— А у меня есть выбор? К Мире пойдем завтра с утра, а сейчас ты у меня будешь учить новые символы староэльфийского.

— А может, я их знаю, — с надеждой произнес Викэль.

— Ой, сомневаюсь.

— Я тоже, — вздохнув, согласился Черный. — Только ты учти, что тогда завтра на рассвете я провожу для тебя занятие по стрельбе. Теперь настала очередь Эльена печально вздыхать.

— А нельзя чуть позже? — попросил он. — В полдень хотя бы.

— Что? Это называется «чуть позже»? Лично у меня в это время разгар дня!

Выработав план, эльфы приступили к его выполнению. Им и в голову не пришло честно рассказать все Тираэлю и попросить его разобраться. Должен же учитель знать, что ученики не способны на такую огромную глупость, как вызов дракона. Хотя… Магистр может решить, что они опять из шалости, а не по злобе набедокурили.

Вечер пролетел незаметно. На этот раз Викэль ночевал на диване в гостиной Эльена, заявив, что не намерен ходить туда-сюда. Белый махнул рукой и спорить не стал.

Ночь для обоих прошла не очень хорошо. Черный крутился на непривычно мягком диване без сна, пока наконец не перебрался на пол. Эльен мучился в тяжелых доспехах в своей комнате, не решаясь ночевать без них. Все-таки в любой момент могли появиться призрачные грабители. Заснул он только под утро и вскоре был безжалостно разбужен новоприобретенным учителем по стрельбе. Викэль, старательно вызубривший накануне вечером все необходимые символы староэльфийского, не мог допустить, чтобы Эльену его мучения прошли даром. Так что волей-неволей Белому пришлось вставать, умываться и без завтрака идти вслед за Черным в какой-то грязный тупичок на окраине города.

Викэль не чувствовал себя отдохнувшим. В животе у него урчало от голода.

— Из-за тебя, — пожаловался он Эльену, — мне сегодня даже позавтракать не удалось. Безобразие! Хороший воин без питания — это просто…

— Труп, — мрачно подсказал невыспавшийся Белый. — И почему, собственно, из-за меня?

— Да? А кто приучил кухарку не приходить раньше двенадцати, так как хозяин все равно спит? И все бы ничего, сами бы наелись, но зачем она повесила на дверь кладовой столько замков?! Только не говори, что от мышей!

— Вик, ну не знаю я! Отцепись! — произнес Эльен миролюбиво, зевая. — Такое ощущение, что затем, чтобы я не съел собственные запасы и не растолстел.

Они дошли до нужного тупичка, окруженного глухими стенами с одним-единственным окном высоко наверху. Черный снял с плеча сумку и вынул из нее маленькую мишень, которую укрепил на стене с помощью пары длинных гвоздей. Вряд ли хозяева будут ругаться из-за двух лишних дырок, если их здесь и так предостаточно. Викэль вытащил также детали арбалета и быстро его собрал. Следом из его сумки была извлечена связка тяжелых коротких болтов. За всем этим Викэль специально сходил домой перед тем, как будить Эльена. Жалко, что поесть не догадался.

— Начнем тренировку, — сказал Черный, предвкушая удовольствие от мучений конкурента. — Здесь ты вроде не должен нив кого из людей попасть, да и ломать в этом закутке нечего.

— Что сломать, всегда найдется, — авторитетно заявил Эльен, беря из рук Викэля арбалет и один болт к нему. — Хотя бы стену.

Викэль пристально посмотрел на Белого и, пробормотав: «От греха подальше», — создал вокруг себя щит. Кто его знает, как Эльен стреляет. Мало ли какими зигзагами летают у него болты. Черный успел вовремя. Едва вокруг его плеч засиял обруч щита, как об него тупым концом ударился болт, который у Эльена почему-то полетел не вперед, а назад.

Викэль в изумлении посмотрел на конкурента.

— Мишень впереди! — уточнил он.

— Вижу, — отозвался Эльен.

— Так какого… стреляешь назад?!

— Болт почему-то отлетел, — виновато пожал плечами Белый, а потом усмехнулся и добавил: — А может, подсознательно ты мне больше нравишься в качестве мишени.

— Но-но! Ты мне еще предложи к стене встать!

— А что? Зато у меня сразу появится стимул лучше целиться!

— А если я скажу, что завтрака не будет, пока ты хоть раз не попадешь? — поинтересовался Викэль.

— Да пожалуйста! Это у тебя в животе урчит так, что странно, как народ в округе может спать.

Эльен снова приладил болт в арбалет и попытался прицелиться. Викэль в это время давал ему советы, как лучше держать оружие и куда смотреть. Стоять он пытался ровно за спиной Белого. Это помогло ему самому больше ни разу не пересечься с болтами. Зато стену мог теперь спасти только капитальный ремонт! Вокруг мишени уже через полчаса зияли глубокие выбоины. Сама мишень издевательски сияла ровной глянцевой поверхностью. Но самый меткий выстрел случился у Эльена, когда он непроизвольно дернул рукой по неизвестной Черному причине и точно попал в единственное окно во всем тупичке. Естественно, стекло со звоном осыпалось вниз осколками, и на этом урок стрельбы закончился, так как оставшееся время эльфы провели, успокаивая разъяренных жильцов дома и возмещая ущерб.

По дороге к Мире эльфы купили по букетику. Эльен предавался грусти, ведь он так ни разу и не поразил мишень. Викэль не унывал, он улыбался и говорил:

— Зато я теперь знаю, к кому обращаться, когда мне надо будет вставлять стекло в библиотеке Тираэля.

— А не слишком ли у тебя глобальные планы? — ехидно интересовался у него Эльен. — Убить дракона, изгнать ифрита, вставить стекло… У тебя там, в списке, еще призраки случайно не числятся? Вот от них я бы с удовольствием избавился.

— Женитьбу забыл, — напоминал Черный.

— Не забыл, а исключил! Никакой свадьбы с Мирой у тебя не будет!

Препираясь, они быстро двигались по оживленным улицам столицы. По старой памяти на подходе к территории казарм Викэль сорвал одну ромашку и воткнул в карман камзола. Ворота они прошли без проблем. Тираэль еще прошлый раз оформил им у самого лорда Этэля пропуск. Общий на двоих. Эльфы подозревали, что магистр был бы очень рад, если бы они за него подрались. Ну не верили они, что Тираэль действовал без всякой задней мысли!

— Ой, не везет, — тихо взвыл Эльен, едва ступив на территорию казарм, и шмыгнул за спину Викэлю. — Опять этот тролль!

— Выходи, — ухмыляясь, попросил Черный. — Не упускай свой шанс!

— Если ты меня сейчас не спрячешь, я лучше не упущу шанс во время следующего урока стрельбы! Угадай, куда полетит болт?

— Вымогатель. Куда я тебя спрячу?

— Ну у тебя, например, плащ длинный накинут на камзол, почти до пола достает.

— Ага. Ты хочешь, чтобы тролль и стража теперь считали голубым не только тебя?! Как это будет выглядеть со стороны? Незаметно ты там не поместишься!

Но Эльену было не до голоса разума. Едва зеленокожий верзила Гарт приблизился к Черному, чтобы поздороваться, он присел и нырнул под плащ. Викэль ничего не успел предпринять.

— О! Привет! — радостно пробасил Гарт. — А где блондинчик, который всегда приходит с тобой? Я так мечтал снова его увидеть! Я ему даже оду сочинил! Не хочешь послушать и передать ему?

— Нет, — замотал головой Черный, прижимая к груди букет для Мирабэль. — У меня память плохая. Следующий раз лично прочтешь. — Викэль был почти в панике.

Но тролль его не послушал. Он встал перед эльфом в эффектную позу, подняв глаза к небу, и начал декламировать. Басом.

О, этот лик, о, этот стан! Влюбился в них я сразу! И не посмеет ни один баран Сказать, что ты страшней чумной заразы. Глаза твои — озера нимф. Хотел бы вечно любоваться в них. Но не одни они в тебе прекрасны, Иначе бы давно забрал себе, не мучаясь напрасно.

При этих словах Викэль поспешил отодвинуться от мечтательного членовредителя, чуть не раскрыв зазевавшегося Эльена.

Уста твои как раковин створки, В них вгрызться хочется, как в хлеба корки, А волосы — мечта любой красотки! И пусть удавятся все эти тетки, Мечтая получить их на парик, Напрасно воздух будет сотрясать их крик, Ведь я тебя теперь на произвол не брошу, Ты только полюби меня немного, мой хороший.

Еще на середине декламации Викэль начал мелкими шажочками двигаться в сторону лазарета, не зная, как ему среагировать: испугаться или рассмеяться. Естественно, что бугрящийся плащ не оставил хозяина. Со стороны можно было наблюдать, как вслед за Черным семенит с натугой еще одна пара обуви под бесформенной топорщащейся тканью. Букет Эльена понурым хвостом волочился сзади по земле. Из-под плаща то и дело раздавались непроизвольные чертыхания. Чтобы их заглушить, Викэлю пришлось пару раз громко похвалить талант тролля, мысленно обещая себе отомстить за это Эльену.

— А что это у тебя сзади плащ так странно топорщится? — поинтересовался Гарт, закончив декламировать и заметив непорядок.

— Э-э… результат неудачного магического эксперимента, — ответил Черный, разворачиваясь строго лицом к троллю, чтобы он не мог пристальнее присмотреться к его тылу. — Из-за него и иду посоветоваться с Мирой.

Тролль не знал, что подумать, но связываться не захотел — торопился за новой порцией трав за городскую стену. Он и так задержался, чтобы поразить друга своего любимого эльфа.

Викэль с облегчением попрощался с Гартом и вошел в лазарет, где на него налетел недовольный Эльен, получивший наконец возможность выпрямиться.

— Вик! Ты что себе позволяешь?! Ты зачем сошел с места?! Я чуть не скончался от напряжения, пока шел за тобой на корточках! Аристократы так не двигаются! А ступеньки? Ты пробовал когда-нибудь так по ним подниматься?! Мог бы попрощаться с троллем перед крыльцом! Это же была натуральная пытка! Садист!

— Ты прав. Это была настоящая пытка для моих ушей! А может, тебе понравилась ода? Так вылез бы и лично похвалил Гарта. Он бы, глядишь, еще что-нибудь экспромтом сочинил! А то бы и до исполнения описанного дошло! До «вгрызания в корки»! Чего это ты так кривишься?

— Ой, мои бедные ножки! — застонал Эльен, разминаясь.

— Ой, мои бедные уши! — в унисон ему повторил Викэль.

— О! — подлетел к ним маг-целитель Нил. — Подождите! Сейчас я вас осмотрю и вылечу! Надеюсь, сил мне хватит.

— Мы здоровы! — хором ответили эльфы, отступая.

— Не смущайтесь! Я же сам слышал, как вы жаловались. Вас надо лечить!

— Нет, это вас надо лечить, — запротестовал Викэль.

— Это на что вы намекаете? — подозрительно поинтересовался Нил.

— Всего лишь на ваш синяк на челюсти, шишку на лбу и разодранные ладони, — уточнил Эльен, вмешиваясь.

— А, ясно, — кисло сказал маг-лекарь. — У нас здесь последнее время творятся странные вещи. Я уже пять раз за последние два дня запнулся о порог и упал, идя от Миры. Бедный Гарт три раза забыл пригнуться и врезался в низкий косяк двери. Ну не рассчитаны у нас проемы на рост троллей! Здание гномы строили для людей. А еще у нас почему-то обвалился балкон, где Мира незадолго до этого дышала воздухом, случился небольшой пожар в кладовой, и стрелами было разбито два окна! Удивительно! Раньше лучники так ужасно не промахивались. Это как же надо целиться? Мишени в другой стороне!

Викэль ухмыльнулся и произнес:

— А вы Эльена спросите, как для этого надо стрелять. Он у нас большой специалист по стрельбе по странной траектории. Если на войне кто-то из противников захочет обезопасить себя, пусть раздразнит нашего белокурого ангелочка и ехидно попросит его пристрелить. Гарантирую: он тогда точно не пострадает! Кто угодно, только не он!

— Не может быть! Ваш спутник — чистокровный эльф! — удивился Нил.

— Нет, он чистокровный мазила!

— Вик, хватит уже. Нечего сообщать об этом каждому встречному, — попросил Эльен. — Пошли к Мире.

— Но вы точно здоровы? — уточнил Нил.

— Да, не волнуйся, — успокоил его Белый.

— Какое счастье! А то я едва успел немного восстановить силы. Проходите. Мира в кабинете, так как наши пациенты уже идут на поправку.

Эльфы не заставили себя упрашивать. Эльен старательно перешагивал все пороги, не желая упасть, как маг-лекарь. Викэль же чуть пригибал голову, хотя до косяков еще оставалось немного пространства. Имея дело с леди-несчастьем, ни в чем нельзя быть уверенным.

Белый без стука распахнул дверь кабинета, громко сообщая:

— А это мы. Привет!

Мира подняла голову от книги, которую просматривала, сидя за столом, и улыбнулась. Она была очень рада видеть своих друзей.

— Это тебе! — Эльен положил перед ней свой букетик. Следом зашел Викэль и, поздоровавшись, вручил ей цветы от себя.

— А мне? — раздался под потолком возмущенный голос. — Где мой подарок?

Перед эльфами свесился серебристый длинный хвост, волосы чуть шевельнулись от взмахов крыльев птички. Вот серебрянку оба хотели видеть еще меньше, чем леди-несчастье.

Но Викэль не растерялся. Он вытащил из кармана ромашку и протянул ее вверх птичке, хотя знал, что Лия не обрадуется.

— Что это? — возмущенно спросила серебрянка. — Я, по-вашему, что, травоядная? Опять вы со своей травой! Где моя колбаса?! Нормальные гости без еды для дамы не приходят!

— Да? А я думал, что без букета, — сказал Эльен. Птичка открыла клюв для ехидного ответа, но Черный быстренько сунул в него стебелек ромашки, не дав ей высказаться.

— Можешь съесть, — предложил Викэль. — Полезно.

Глядя на взъерошенную серебрянку, оба эльфа заулыбались. Мира тоже не смогла сдержать улыбки. Она уже успела понять, что Лия очень любит поесть, а в особенности колбасу. Хотя от овощей с фруктами тоже не отказывается.

— Хамы! Хувиганы! — жуя цветочек, воскликнула серебрянка. Она все-таки решила попробовать его на вкус. — Тьфу, гадость. Мира, они меня отравили! Умираю! Мне срочно нужно противоядие — банка меда.

— Нету. У меня здесь только бутерброд с сыром и яблоко, — ответила девушка.

— О! Тоже неплохо помогает! Давай!

— Мира, твоя птичка здорова, — сказал Эльен. — А в качестве противоядия она согласится даже на колбасу. Хотя какая от нее может быть польза?

— А, ладно, — отмахнулась эльфийка, скармливая своей любимице бутерброд. — Пусть ест. Может, зато не будет так резво летать, сбивая у меня дома свечи и вазы.

— Я бы на твоем месте не рассчитывал на это, — предупредил Викэль. — И как твой отец ее терпит?

— Сначала он как-то настороженно отнесся к моей Лие, держался от нее на расстоянии. Но потом успокоился. Я слышала что-то вроде: «Они друг друга стоят. За эту пернатую можно не волноваться». — Только не поняла, на что отец намекал. Неужели у меня такой же вредный характер, как у Лии?

— Я не вредная! — возмутилась серебрянка. — Я недокормленная! В этом лесу я пропустила чересчур много трапез.

— Да? А кто сегодня утром угрожал порезать мое любимое платье, если я немедленно не встану и не покормлю тебя? — поинтересовалась Мира.

— Ну и что? Эту тряпку, которую ты называешь платьем, уже давно стоило выкинуть! Я, можно сказать, собиралась сделать тебе одолжение! Я же не могу тебе на плечо сесть, не опасаясь порвать ткань.

— А не сжимать когти ты не пробовала? — подал голос Эльен.

— Ага, или самостоятельно крылышками махать? — подхватил Викэль.

— Это вам уж точно в голову не приходило вместо цветных веников подарить Мире что-то более полезное. Платье, например! — не осталась в долгу птичка.

— Лия! — охнула эльфийка. — Это же недопустимо! Хватит препираться с моими друзьями!

Услышав, как их назвали, эльфы не обрадовались. В друзья к Мире они не набивались. Им же жениться на ней надо! Но что делать, если вместо пары у них всегда выходит трио? Викэль и Эльен сели на кушетку подальше друг от друга, хоть так выразив недовольство.

— Мира, убери из кабинета птичку на пять минут, — попросил Эльен. — У нас к тебе серьезный разговор.

— Никуда не уберусь! — воскликнула серебрянка, взлетая и устраиваясь в углу под потолком, где ее не могли достать. — Мне тоже интересно!

— Мира, она же проболтается кому-нибудь о том, что сейчас услышит, — пожаловался Белый.

— Я буду молчать, — пообещала птичка.

— Неужели? — делано удивился Викэль.

— Да! Только с вас батон колбасы. Нет, три!

— Два! — предложил Эльен.

— Согласна!

Викэль возмущенно посмотрел на Белого.

— Ты что творишь?! Ты зачем торговался?! — выплеснул свои чувства Черный, вскакивая с кушетки.

— Извини, рефлекс, — сконфуженно произнес Белый.

— А еще аристократ! Тебе и знать не положено, как надо торговаться!

— От невоспитанного аристократа слышу! Тебе, например, и половину тех ругательств, которые я от тебя слышал, не полагается знать!

— На себя посмотри! А то тебе не все эти слова известны?!

— Не все! — возмущенно начал отрицать Эльен.

— Да ну?

— Две фразы из твоих высказываний в лесу даже я не слышал!

— А как же я? — перебил эльфов жалостливый голос птички.

— Что ты? — хором спросили Черный и Белый, не понимая, чего ей надо. Зачем она вмешивается?

— Вы же без меня ссоритесь! Я тоже хочу! — пожаловалась птичка. — Только слушать — скучно!

Эльфы изумленно посмотрели на ненормальную птицу, а Мира расхохоталась. Викэль и Эльен досадливо переглянулись. Они так хорошо начали… Оба были рады поругаться между собой, так как последнее время чувствовали, что их отношения стали какими-то нетипичными для конкурентов и врагов. Прямо-таки! Путешествуют эльфы вместе, обсуждают проблемы вместе, да еще и ночуют друг у друга!

— Шею сверну, — пригрозил Викэль птичке за то, что она не вовремя вмешалась.

— Я же обещала молчать и никому ничего не говорить! — оскорбилась серебрянка, не поняв точно, почему Черный сердится. — Тащите колбасу и можете быть спокойны.

— Лучше бы ты вообще рот никогда не раскрывала!

— Я так не могу! Это против природы!

— Вик, может, перейдем к делу? — напомнил Эльен, начав опасаться, что они сегодня так ничего и не узнают. Он тоже поднялся и встал рядом с конкурентом.

— Ладно, — отвлекся Черный от птички. — Мира, мы пришли к тебе за советом. Нам нужен яд для одного… одной… — замялся Викэль, — для одной большой ящерицы. Она очень опасна, и мы хотим ее застрелить из арбалета.

Мирабэль сильно удивилась. Опять ее спрашивают про травы для ящерицы! Правда, родственнице алорского посла они нужны были для лечения, а здесь — для убийства. Мира даже и не знала, как поступить. Она не хотела помогать губить живое существо и была очень удивлена, что яд у нее просят друзья.

Пока дочь командующего размышляла, прикрыв глаза, Эльен пихнул Черного в бок, привлекая его внимание, и покрутил пальцем у виска.

— Ящерица? — прошептал он на ухо Викэлю. — Ты что — псих?

— Отстань. Не могу же я ей про нашу маленькую проблемку рассказать, — так же тихо ответил Черный.

— Маленькую?! Да эта проблемка в сто раз крупнее ящерицы и летает! А если яд не подействует? Вдруг доза будет мала?

— Вот этого я как-то не учел, — признал Викэль и легонько тронул Миру за плечо, привлекая внимание. — Извини, сказал он, — Эльен тут хочет уточнить насчет породы и размеров ящерицы.

— Я? — удивился Белый.

— Но не я же. Сам рассказывай, что считаешь нужным. Тебе же стрелять.

— А вам ящерку не жалко? — всхлипнула Мира. — Что она вам плохого сделала? Даже самую большую легче поймать в клетку, чем застрелить. Зачем вам это вообще нужно?

— Не надо клетки! — завопила серебрянка, испугавшись, что у хозяйки может появиться нахлебник. Мира же явно готова приютить и ящерицу, даже если та будет метр в длину и с десятисантиметровыми зубами.

— Не вопи! — попытался успокоить птичку Эльен. — Мы не сумасшедшие, чтобы попытаться затолкать дракона в клетку. Мы его хотим всего-навсего застрелить. Для этого нам и нужен яд.

— Всего-навсего?! — округлила глаза Мира. — И вы считаете после такого заявления, что вы в своем уме?!

Серебрянка в знак солидарности с мнением хозяйки спикировала на стол и постучала клювом по дубовой поверхности, на всякий случай уточнив вслух:

— Дубины!

— Мира, — просительно посмотрел на девушку Эльен, — нам очень надо избавиться от дракона. Так получилось, что в его вызове могут обвинить нас, хотя мы абсолютно ни при чем. Просто заклинание хранилось у Вика дома, и его кто-то оттуда украл. Совет магов нам этого не простит.

— Я бы хотела вам помочь, честно, — вздохнула дочь командующего, — но на драконов не действуют яды. Ни один, ни в каких дозах.

— Легче найти вора и заставить его воевать с драконом, — дала совет серебрянка, чувствуя себя очень важной особой, так как жизнь эльфов теперь зависит от ее молчания. Голодной она впредь явно не останется.

— Вор, знаешь ли, не оставил нигде своей подписи с именем, — огрызнулся в ответ Викэль. — Легче найти дракона.

— Вик, только что мы будем с ним делать? — спросил Эльен. — Номер с отравленным болтом не пройдет. Я теперь даже и не знаю, как его можно убить. Не мечом же!

— А вы просто подойдите к нему и скажите, что вы вдвоем пришли его убивать, — подала голос птичка. — Он сам умрет — от смеха! Обычно на драконов армии снаряжали, а вы сами против него хотели пойти. Герои! — с иронией сказала серебрянка.

— Лия, ну зачем ты так? — устыдила ее Мира. — Они же переживают. Только обязательно ли убивать дракона? Может, с ним можно как-то договориться? Пообещать кормить его.

— За всю историю нашего государства никто и никогда не пытался говорить с драконом. Это, знаешь ли, затруднительно, когда он нападает на город или армию с воздуха, — сказал Эльен. — К тому же решения принимает не он, а тот маг, что его вызвал. Дракон, по условию заклинания, не может ослушаться. Магу дается власть над действиями этого существа.

— Можно найти какой-нибудь артефакт подчинения, как-то перехватить контроль над драконом, — начала рассуждать Мира.

— Кто нам даст такой артефакт? — возразили эльфы. — Может, что-то подобное и есть в соседних державах, но не у нас же лично!

— Но ведь существует гипноз, — не успокоилась Мира. — Да и я слышала, что с инкубами и суккубами никто не в силах спорить. Они в состоянии очаровать любого, подчинить своим желаниям. Так что выход должен быть.

— Яго! — одновременно выдохнули эльфы.

— А он-то тут при чем? — удивилась Мира.

— Он — инкуб! — объяснил Эльен. Глаза его сверкали оптимизмом. Он наконец увидел реальный шанс решить проблему с драконом.

— Как?! — воскликнула Мира. — Но я же ничего не почувствовала! Он даже не слишком красив для инкуба. Да и запрещено им появляться в наших городах. Это слишком опасно.

Эльен поморщился. Он понял, что проговорился о том, о чем лучше было молчать. Мирабэльже может догадаться, зачем он накидывал на Яго иллюзию своей внешности. Оставалось надеяться, что девушка слишком простодушна, чтобы такое предположить.

— Мира, пожалуйста, не рассказывай никому про Яго, — попросил Белый. — Ни одна душа не подозреваете его природе. Он постоянно носит амулет, блокирующий его природные способности.

— Еще два батона колбасы! — тут же среагировала серебрянка, стребовав оплату за молчание.

— Вымогательница! — обозвал ее Викэль. — Нахалка!

— Зато, заметь, сытая нахалка! — откликнулась птичка.

Мира клятвенно заверила обоих эльфов, что не выдаст инкуба. Яго ей понравился, и она не хотела ему зла. Он ничем не отличался от обычного жителя Морьедага. Успокоенные, эльфы попрощались с ней и решили немедленно нанести визит Яго, чтобы уговорить его помочь.

— Давай сначала разберемся с драконом, а уж потом будем свататься к Мире? — предложил Эльен. — В порядке очереди по одному попросим ее о свидании. Думаю, это будет честно.

— Согласен, — ответил Викэль. — Если мы вовремя не избавимся от ящера, нам не дадут возможности жениться. Нас просто сразу лишат магических сил без всяких условий. И с установлением очередности ты хорошо придумал. А то и дальше будем везде таскаться втроем. Так ни у одного из нас не будет шансов! Я даже согласен, если выиграю, охранять тебя в течение всего срока наказания. Не слишком велика цена за нормальную жизнь.

— Что-то ты сегодня поразительно великодушен, — заметил Эльен. — С чего бы это?

— Я собираюсь выиграть!

— Я тоже! И даже согласен дать ответное обещание охранять тебя, когда ты проиграешь.

Оба эльфа чувствовали себя при этом разговоре немного неловко, но умело это скрывали. Никто из них не знал, зачем связывает себя обязательствами минимум на двести лет. Просто каждый чувствовал, что должен так поступить. Они бы очень обиделись и обозлились, если бы в тот момент кто-то объяснил им, что дать обещание вынудила их зарождающаяся дружба…

ГЛАВА 18.

Эльен вел Викэля к Яго кратчайшей дорогой по тесным маленьким улочкам столицы. Он уже в который раз сетовал на то, что инкуб поселился на самой окраине, очень далеко от центра. Туда было бы проще добираться. А так казармы находились в одной части города, а дом Яго — совершенно в противоположной. Хорошо еще, что на этот раз не было дождя, как тогда, когда он приходил просить инкуба очаровать Мирабэль. Хотя солнце все равно грело не особенно. В этот год весна выдалась чересчур холодная и принесла с собой на редкость много проблем.

По дороге Белый вспомнил, как познакомился с Яго. Он тогда поздним вечером брел домой после очередной шалости в таверне, вокруг плеч сиял привычный обруч щита. Вот тогда-то ему наперерез и выскочила из темного переулка странная фигура, замотанная в плащ, с маской на лице и густой сетью в руках. Незнакомец опознал в нем мага, но все равно не побоялся напасть. Правда, убивать он не хотел — только опутать сетью, задержать и поговорить. Эльен в один миг мог бы уничтожить сеть, но не сделал этого. Ему тогда стало любопытно, что же незнакомец собирается делать дальше. Так что он решил повеселиться и изобразить беспомощную жертву. Эльен позволил взвалить себя на плечо и оттащить в подвал полуразрушенного дома в темном переулке. Он был явно тяжеловат для незнакомца и злорадствовал про себя, слыша, как тот тяжело дышит. Эльен представлял, каково будет удивление бандита, когда сеть испарится.

Незнакомец с трудом спустился по лестнице в подвал на подгибающихся ногах, заставив эльфа понервничать, скинул Эльена на резной сундук, отдышался и поинтересовался насмешливым голосом:

— Ну и как долго ты еще собираешься изображать задохлика и ездить на мне? Мог бы и своими ножками вниз спуститься.

Эльен мгновенно испарил сеть и, выпрямившись, попытался поудобнее устроиться на сундуке. Резные орнаменты никак не позволяли это сделать, но выбирать не приходилось. Стулья в темной сырой комнате отсутствовали.

— Так чего ты меня тащил, как лопух, если знал, что сеть — не проблема для меня! — возмутился Эльен, расстроившись, что шутка не удалась. Бандита напугать не получилось.

— Так любопытно стало, до каких пор ты намерен был притворяться. И вообще, ты чего позволил себя нести, как куль?

— А мне тоже стало любопытно! — заявил Эльен, улыбаясь. Незнакомец ему чем-то понравился. — Только тебя не учили, что на магов нападать небезопасно?

— Нет, меня учили, что инкуб всегда прав!

— Это ты, что ли, инкуб? — заинтересовался Белый. — А чего тогда меня схватил, а не какую-нибудь дамочку? Небось легче бы нашел с ней общий язык.

— Ага. И нести бы явно было легче, — согласился инкуб. — Только я не виноват, что в вашем городе маги женского пола, похоже, по ночам вообще не появляются на улицах! Или просто не так явно демонстрируют свои способности и ходят без щитов, — признался он. — Один ты такой нервный попался…

— Не нервный, а осторожный! — оспорил Эльен. — Знал бы ты, сколько у меня врагов!

— Явно меньше, чем у меня. Я являюсь врагом для всего города, а ты — максимум для трети!

— Так чего ты сюда приперся?! Специально мне на судьбу пожаловаться? — ворчливо спросил Белый.

— А ты, я смотрю, страдаешь манией величия, — поддел Эльена инкуб. — Я просто хочу без проблем немного пожить в городе, и мне не нужна здесь толпа влюбленных дамочек.

— Так при чем здесь я? Ты мне предлагаешь бегать вокруг твоего местообитания кругами и заворачивать женщин, чтобы они тебя не увидели?

— Хорошая идея, но, боюсь, трудоемкая. Не думай, что мне тебя жалко. Ничуть. Я за свои нервы переживаю. Но если ты сделаешь амулет, блокирующий мою природную силу, то это будет гораздо проще и эффективнее. Я заплачу.

Эльен демонстративно осмотрел сырое помещение без всяких следов богатств и добротную, но не роскошную одежду инкуба.

— Натурой? — иронично поинтересовался Белый.

— А ты заинтересовался? — также несерьезно спросил инкуб, картинно распахивая плащ и демонстрируя фигуру.

— Ага. Будет на чем боевые заклинания отрабатывать. Жалко только, что недолго. Всего на одно-два хватит, — притворно вздохнул Эльен.

— Так что бери лучше золотом! Надеюсь, двадцати монет хватит? А за молчание? — притворно возмутился Белый.

— Так ты мне за извоз тоже не платил! — ответил инкуб, снимая с лица маску.

Оба открыто улыбались друг другу, чувствуя взаимную симпатию. Белый представился первым:

— Эльен, — просто сказал он.

— Яго, — так же коротко ответил инкуб, делая два шага к магу. Они крепко пожали друг другу руки.

— Фух, — шумно выдохнул Яго, опускаясь на сундук, и потеснив Эльена. — Я рад, что наткнулся на тебя. Не хотелось портить жизнь какой-нибудь женщине, показываясь ей на глаза. Ведь влюбится же, а оно мне надо? Вот пришлось даже рискнуть напасть на тебя. Глупо, конечно, но я устал прятаться по подвалам и бродить ночью.

— А чего ты просто не подошел и не объяснил, что тебе надо? Мог бы сказать, что амулет нужен для друга. Выдумал бы печальную историю.

— Я пытался! Только маги у вас какие-то нервные! Предыдущий просто растворился в воздухе, едва я раскрыл рот! Очевидно, телепортировался, — пожаловался Яго.

— Как же! Стал бы маг из-за тебя так тратиться! — ухмыльнулся Белый. — Скорее, он накинул Полог Невидимости на пару минут и смылся. Телепортация не всем под силу. Легче было тебя испепелить, растереть ножкой по тротуару и сделать вид, типа «я здесь ни при чем, пятно и до меня тут было».

— Да-а, — протянул Яго, — добрые у вас здесь маги, отзывчивые. Такие душевные, что я начинаю радоваться несостоявшемуся знакомству с ними.

— Вот! — сказал Эльен. — Так что цени нашу встречу. Я мог бы сразу избавиться и от сетки, и от тебя. Кстати, зачем ты ее все-таки взял?

— Думал, что пока маг расправляется с сеткой, у меня будет время хоть пару слов сказать, — честно признался инкуб. — Главное, надо было еще успеть монеты показать. Тогда бы точно не удрал. Я же совсем не ожидал, что ты решишь, как куль, начать заваливаться на меня!

Эльен был вынужден оборвать воспоминания и вернуться к действительности, так как обнаружил, что они с Викэлем почти пришли. Он уже заметил знакомый покосившийся дом с ветхой крышей и высоким крыльцом. «Предоставлю-ка я Черному возможность постучать в дверь, — решил Эльен, вспомнив свой предыдущий визит, когда ему на голову упала черепица. — Хотя, пожалуй, от его стука и дверь может обвалиться».

Белый остановился у крыльца и жестом воспитанного аристократа, мысленно хихикая, пригласил Викэля подняться по ступенькам первым. Черный ничего не заподозрил, так как счел его манеры естественными. Он быстро взлетел наверх и решительно постучал в дверной косяк, посчитав саму дверь немного хлипковатой для этой цели.

Бах! Бах! Бах! — раздалась вокруг него целая серия ударов. Викэль так и замер от неожиданности с поднятой рукой. Он осмотрел кучу осколков черепицы под ногами и опасливо покосился на край крыши над собой. Черный сошел на пару ступенек вниз и обернулся к Эльену.

— Что это было? — требовательно спросил он.

— Звонок, — с невинным видом ответил Эльен, веселясь. — Просто Яго не любит гостей, особенно незваных. И вообще, у него дом по частям разваливается. Не понимаю, почему он здесь живет, ведь деньги на покупку чего-то приличного у него есть!

— А мне тут нравится, — прозвучал из-за открывающейся двери голос, и инкуб показался на пороге. — Зачем явились в таком составе? Эльен, мне и тебя девать было некуда. Придется вам постоять.

— И ладно, — покладисто согласился Белый, изрядно удивив и насторожив Яго. Обычно он любил разместиться с максимальным комфортом для себя.

Инкуб неохотно отодвинулся с прохода и позволил эльфам войти в единственную комнату дома. Яго не понимал, что обоим магам понадобилось от него, но заранее напрягся. Он прошел к аккуратно застеленной кровати и сел, скрестив руки на груди. Викэль тоже не растерялся и приземлился на резной сундук, который Эльен некогда признал непригодным для этой цели. Сам Белый тоскливо огляделся, помялся, переступая с ноги на ногу, и нерешительно присел на колченогий табурет, который, казалось, еще больше покосился со времени его последнего визита. Он напряженно выпрямил спину и приготовился к тому, что в любой момент ненадежная мебель может окончательно развалиться под ним. Но пересаживаться на сундук Эльен не хотел. Во-первых, это придется сидеть почти в обнимку с Викэлем, а во-вторых, выдержит он там недолго. Белый очень удивлялся, что Черный не ерзает и, казалось бы, совсем не испытывает неудобств от того, что острые орнаменты врезаются в тело. Эльен чуть наклонился вперед, и табурет жалобно скрипнул под ним. Ему показалось, что и Яго, и Викэль с жадным любопытством ждут, когда же он свалится. Понятно, что Черный хочет отмщения за происшествие на крыльце, но Яго-то за что? Подумаешь, привел еще одного мага.

— Может, ты наконец начнешь рассказывать? — не выдержал Викэль. — Пересядь на сундук и успокойся.

Изменить место Эльен отказался. Он поведал Яго про свиток с заклинанием и про его пропажу, про дракона и про то, что их ожидает, если ничего не предпринять.

— Ты должен очаровать дракона и заставить его улететь, — заключил Белый. — Тебе же просто надо попасть ему на глаза без амулета.

— Просто?! — открыл рот от изумления Яго. — Парни, вы что?! Дракон не будет вглядываться, что это за точечка мельтешит на земле под ним! Он меня просто спалит — и дело с концом! К тому же я не уверен, что способности инкубов действуют на драконов. Мира же не влюбилась в меня с первого взгляда.

— Зато тролль — да! — начал спорить Эльен. — Яго, ну хочешь, мы с Виком отлевитируем тебя поближе к морде дракона?

— Чтобы ему кушать было удобнее? — иронично поинтересовался инкуб. — Может, вы мне предложите перед этим еще и в специях искупаться?

— Ни в коем случае! Вдруг он их не выносит?! — усмехнулся Викэль.

— Яго, — продолжил уговаривать Белый, одарив Черного грозным взглядом, — дракон обязательно тебя заметит. Ты просто оденься поярче. Хочешь, мы на тебя иллюзию внешности министра обороны наложим?

— Только не говори, что, по-твоему, он менее съедобен, чем я!

— Зато он намного толще! Дракону будет легче заметить его.

— И соблазнительнее съесть! И вообще, с чего вы решили, что маг вызвал особь женского пола? — поинтересовался Яго.

— Предположили, — признался Белый. — А вдруг нам повезет?

— А вдруг не повезет мне?! — не сдавался инкуб. — От меня же только кучка пепла останется!

— Яго, бегать тебе никто не запрещает, — вмешался Викэль. — Можешь один раз показаться дракону на глаза и спрятаться в каком-нибудь подвале. Тебе все равно, как и всему населению Морьедага, грозит опасность. Я тебя проведу на городскую стену — оттуда ты будешь более заметен.

— Я соглашусь, если вы пойдете со мной и в случае опасности прикроете щитами, — без энтузиазма согласился наконец инкуб.

Он действительно понимал, что в городе в безопасности отсидеться не удастся. Обязательно привлекут в какое-нибудь народное ополчение. Да и дракону в следующий раз может приглянуться не дворец, а именно его домик. А если еще учесть, что работает Яго сейчас охранником в доме одного мага, являющегося членом Совета, то становится совсем не весело. Никто же не гарантирует, что этот маг не является следующей целью. А так есть надежда, что его прикроют эти двое.

Викэль с Эльеном молча переглянулись. Обоим ох как не хотелось попадаться на глаза дракону, но делать нечего. Хорошо хоть так Яго согласился помочь.

— Собирайся, — попросил Черный инкуба. — Поживешь пока в одной из караульных башен на городской стене. Я договорюсь об этом с Верном, например. Думаю, он возражать не будет, если ему в общих чертах по секрету изложить план.

— Учтите, — сказал Яго, — завтра в полдень мне надо на работу. Я не могу просто пропустить свою смену. Мне ни к чему, чтобы маг решил лично обратить на меня внимание.

— Подежуришь пока до завтра, а там посмотрим, — согласился Эльен.

Яго вытащил из-под кровати походную сумку со свернутым одеялом, захватил со стола меч в ножнах и заявил о своей готовности.

— Ты бы лучше еды какой взял, — посоветовал Викэль. — А одеяло тебе там как раз ни к чему. За небом придется внимательно следить.

— Для этого у меня будете вы, — заявил Яго. — А я собираюсь поспать, пока не понадоблюсь. Мне пришлось всю прошлую ночь маршировать вдоль забора особняка мага и изображать воплощение бдительности! Я рассчитывал хоть сейчас выспаться.

— Зачем магу вообще понадобилась вооруженная охрана? — удивился Эльен. — Он же и сам способен защитить свои владения от чужого проникновения. Капля магии — и никаких проблем и лишних денежных затрат.

— А то ты не знаешь, что в Совете сидят одни жмоты! — усмехнулся Викэль. — Они лучше с деньгами расстанутся, а не с частицей своего запаса сил. Прямо не маги, а какие-то хранилища!

Эльфы и инкуб вышли из дома и направились к одной из караульных башен. Им предстояло попытаться воплотить свой план в жизнь.

— Караул! Дракон! — раздался крик в непосредственной близости от спящего инкуба.

Яго почувствовал, как его в четыре руки поднимают с одеяла, придавая вертикальное положение. Он открыл глаза уже стоя. Эльен поддерживал его за пояс, а Викэль толкал ему в руки меч. Оба действовали слаженно, как будто не один раз уже были партнерами в опасных делах. Яго сжал рукоять меча, тряхнул головой, отгоняя остатки сна, и побежал к выходу из караульной башни. Эльфы пристроились чуть позади, чтобы не перекрывать дракону обзор на инкуба. Яго добежал до зубца стены и осмотрел небо. В сумерках он еле заметил небольшое темное пятнышко на горизонте.

— Это — дракон? — ткнул инкуб пальцем в нужном направлении и широко зевнул. Он не понимал, к чему такая спешка, если опасности пока никакой нет. Только мерзнуть зря на сильном ветру без камзола.

— Похоже, что он, — ответил один из стражников башни, поднявший тревогу. — На таком расстоянии плохо видно.

Все караульные, инкуб и Эльен с Викэлем выстроились вдоль стены на узком помосте и напряженно всматривались в небо. Точка медленно разрасталась, приближаясь.

— Что-то странно дракон летит, — подал голос Черный. — Такое ощущение, что и вовсе крыльями не машет. Мне казалось, что он должен летать несколько быстрее.

И Викэль был прав. Дракон действительно передвигался быстрее. Он давно бы уже достиг города, если бы был этим пятном на горизонте…

Пока Эльен снимал с Яго медальон, прошла пара минут. Инкуб не очень охотно расстался с этим магическим украшением, боясь разоблачения в присутствии стражи. К счастью, женщины на стену не допускались, а потому он не сильно рисковал. Яго еще раз всмотрелся в темное пятно в небе и Начал ругаться. Эльен и Викэль окинули его недоуменными взглядами, тоже присмотрелись к летящему противнику и начали хохотать. Стражники, которые были сплошь людьми или орками и не обладали острым зрением, сильно удивились. Они явно стали сомневаться в психическом здоровье субъектов, которых начальник навязал им на время сегодняшнего дежурства, ничего толком не объяснив. Может, это какое-то проклятие дракона действует?

Эльфы время от времени переглядывались и начинали хохотать с новой силой, сгибаясь пополам. Они вот уже пару минут никак не могли успокоиться. Стражники отступили от них и с волнением ждали, что же случится дальше. Они не знали, кого им теперь больше опасаться — эльфийских магов или приближающегося дракона. Поэтому дальнейшее стало для них полной неожиданностью.

— Кар! — прокричал хриплый голос в небе, и этот крик тут же подхватили десятки других голосов. Отовсюду раздался шелест крыльев, с неба начало что-то падать под ноги и на одежду. Стая ворон в прямом смысле изрядно запятнала мундиры и кольчуги стражников. И что самое обидное, те никак не могли отомстить, так как не готовились отражать подобную атаку… Эльен, Викэль и Яго, укрывшись магическими щитами, наблюдали за происходящей бомбардировкой. Им было весело видеть, как караульные угрожающе потрясают мечами вслед птицам. Тратить на них стрелы было глупо, и все это прекрасно понимали.

— О! Дракончики пролетели! — хмыкнул Яго, когда шелест стих. — Похоже, нашим доблестным стражникам нанесли сокрушительное поражение! Один — ноль в пользу ворон!

— Нет, — поправил Викэль, — здесь, наверное, счет сто — ноль. Попадание было не одно.

Караульные окинули троих чужаков неприязненными взглядами и молча пошли в башню чистить кольчуги и переодеваться. Утром им может влететь от командира за неподобающий внешний вид, и никто не будет слушать оправданий.

— Вик, Яго, — подал голос Эльен, — нас же собственноручно дракону скормят! Зачем вы злите солдат? Хотя… весело было! — признался Белый, который обожал всяческие шуточки, но предпочитал устраивать их анонимно.

Яго поостерегся идти в башню спать дальше. Караульные могли не полениться и весь мусор, счищенный с помоста, вытряхнуть на него. И он сомневался, что Эльен вмешается и воспрепятствует им. Инкуб сел на край помоста, свесив ноги вниз, достал из-за голенища невысокого сапога нож и попытался его наточить. В темноте он немного порезался и попросил Эльена создать ему какое-нибудь освещение. Белый, экономя и без того маленькие резервы сил, переадресовал его просьбу Черному. Викэль не стал отпираться и засветил небольшой магический огонек над головой Яго. Он решил, что так будет даже лучше — дракон быстрее обратит внимание на инкуба, если появится, конечно.

Чтобы свет не слепил глаза и не мешал осматривать темный небосвод, эльфы отошли подальше и стали возле зубца. Яго в одиночестве остался сидеть на помосте и точить свой нож.

Стояла ночь. Откуда-то с северо-востока дул довольно сильный и холодный ветер. Лес под драконом громко шумел, пригибаясь к земле. Погода сильно испортилась по сравнению с дневным временем. Наверное, и дождь не за горами. Скоро на землю прольются потоки холодной воды, неся свежесть и обновление. Только Ладиус не радовался предстоящему дождю — купаться он не любил. К тому же существовала опасность попасть под разряд молнии. Не смертельно, но жутко неприятно. Обычно в такую погоду драконы предпочитали отсидеться в сухой просторной пещере, но на этот раз Ладиусу пришлось покинуть уютный тоннель гномов, чтобы реализовать свой план. Он надеялся, что сможет узнать, как ему попасть домой. Лишь бы удалось.

Неожиданно для себя Ладиус зацепил хвостом за верхушку дерева. Он услышал громкий треск и опасливо пригнул голову, ударившись подбородком о крону другого дерева. Вот не везет! Не привык он летать так низко и в темноте! Как и следовало ожидать, поломанные деревья с грохотом повалились на землю. «И это называется прокрался! — подосадовал дракон. — Вряд ли именно сегодня все люди внезапно оглохли! Но где это видано, чтобы драконы буквально ползли чуть выше крон деревьев, а не гордо парили в небе?! Ужас, на что приходится идти из-за этой крикливой повелительницы. Хорошо еще, что она отправилась обратно в город, а не напросилась ночевать в мою пещерку!».

Ладиус миновал лес и приземлился на равнине недалеко от города. Он неохотно сложил крылья и медленно побрел в сторону Морьедага, пыхтя от натуги. Дракон не помнил, чтобы раньше ему приходилось так долго ходить пешком. Он понял, что если бы старейшины каждый раз наказывали его подобным образом, запрещая пользоваться крыльями, то он бы давно стал паинькой. Это же прямо пытка какая-то! Переставлять лапы приходилось медленно, чтобы не производить шума. Под конец Ладиус совсем выбился из сил, но все-таки прокрался к стене незамеченным. Люди, охраняющие город, явно не ждали его на земле. Он добирался сюда посреди ночи без приказа от повелительницы с единственной целью — выкрасть мага и допросить. Может, есть какая-то возможность вернуть его домой! Ладиус подумал, что вряд ли взрослый дракон стал бы красться по земле, скорее, предпринял бы быстрый налет с воздуха. Но ему подобный вариант не подходил. Он боялся прямого противоборства с группой магов. Не достиг он еще такого возраста, когда сила и гордость пьянят и заставляют забыть об осторожности.

Ладиус подобрался к стене почти вплотную и, вытянув шею, заглянул в город. Он не знал, как будет действовать дальше, но надеялся, что ему повезет. И оказался прав в своих ожиданиях. Буквально в трех метрах от себя он увидел мага. Человек сидел спиной к нему и увлеченно водил ножом по какому-то бруску в ярком свете магического огонька. Из-за звука, возникающего при этих действиях, и непогоды он, похоже, не услышал приближения дракона. Не зря Ладиус крался!

Дракон резко подпрыгнул, аккуратно схватил мага лапой и с триумфом взмыл в небо. Вслед ему неслись крики стражников. Из-за стены даже вылетел одинокий огненный шар, врезался в чешую и бессильно погас, не причинив никакого вреда. Ладиус подумал, что на стене, похоже, его ждали несколько магов и ему очень повезло застать их врасплох.

Зажатый в лапе человек тоже пытался сопротивляться. Он извивался и махал в воздухе ножом. Его меч так и остался лежать на помосте.

Бедный Яго не знал, что и подумать, паря в воздухе. Неужели его похититель — дама? Неужели дракониха влюбилась, раз так бережно держит его? Или он — еда, которую не хочется мять раньше времени? Инкуб точно не знал, но подозревал, что неведение будет недолгим.

Полет закончился быстро. На этот раз дракон не сдерживал себя, не пытался лететь очень низко. Ладиус снизился, разглядев темные громады гор под собой, и безошибочно нашел вход в облюбованный для жизни гномий тоннель. Сложив крылья, он влетел в полое пространство горы, неловко приземлившись на одну лапу. Дракон разжал вторую лапу и начал с любопытством рассматривать свою добычу. Он с нетерпением ждал разговора с магом и надеялся, что тот его не разочарует.

ГЛАВА 19.

— Пс-с, — тихо сказал правитель из-за колонны, пытаясь привлечь внимание караульных возле дверей парадного зала.

Стражники повернули в его сторону бесстрастные лица, ожидая вопроса. К выходкам Бертрама они уже привыкли: не первый раз их окликали подобным образом.

— Там народу много? — шепотом поинтересовался правитель. — Проскочить в столовую можно?

Один из караульных помотал головой, отрицая такую возможность. В ответ на вопросительно приподнятую бровь он пояснил:

— В зале сейчас ваша жена и с десяток министров — не проскочите. Там надо быть невидимкой, чтобы пройти. Бертрам печально вздохнул.

— Обложили, — пожаловался он. — Со всех сторон обложили. Оба пути в столовую перекрыли. В зале министры поймают и заставят выслушивать какие-нибудь глупости, а коридор облюбовала делегация гномов… И ни те, ни другие не поймут, что их правитель голоден! Не могу я решать вопросы на голодный желудок. Где носит этого Ирвина?

— Ваша жена его перехватила и приставила к гномам, — ответил караульный.

— А поднос?

— По-моему, конфисковала в свою пользу, — неуверенно сказал стражник, глядя на приятеля. — Ты не видел?

— Точно забрала, — подтвердил второй. — Министры еще полчаса облизывались, глядя на него, пока поднос совсем не опустел. Похоже, ваша жена тоже проголодалась.

Бертрам в очередной раз тяжело вздохнул. Аннета успела его обскакать и оставить голодным. Вот не хотят министры никак понять, что правитель тоже человек и в два часа дня у него по распорядку обед!

— Измором решили взять! — вслух тихо произнес правитель. Он мысленно прикинул, как ему быстрее разобраться с делами и куда лучше свернуть — к гномам или к министрам. Выходило, что при любом раскладе выслушать придется и тех, и других.

«Я не голоден, я не голоден, — мысленно попытался внушить себе Берт. — У меня не урчит в животе. Я не хочу есть…».

Однако желудок на провокации не поддался и издал голодную трель.

— Вот, незадача! — вздохнул правитель. — Опозорюсь же перед гномами! Оправдывайся потом, что собственные подданные не дают нормально поесть! — Он потуже затянул широкий ремень на бриджах, ничуть не смущаясь караульных, застегнул камзол на все пуговицы, пригладил волосы и приказал: — Объявляйте меня!

Один из стражников распахнул створки дверей, ведущих в парадный зал, и шагнул вперед. Взгляды всех присутствующих тут же обратились к нему, так как люди прекрасно знали, что это означает. Министры вытянулись в струнку, пожирая глазами фигуру правителя за плечом караульного.

Бертрам дождался, когда стражник перечислит все его титулы и отступит в сторону, и только тогда шагнул в зал с гордо поднятой головой. За его спиной сомкнулись створки двери, отрезав путь назад. Правитель окинул взглядом зал, отметив количество министров и жену, сидящую на возвышении в кресле с высокой спинкой. «Все палачи в сборе, — тихо пробормотал он себе под нос- Вот я сегодня влип!

С фальшивой улыбкой Бертрам пересек зал и устроился на твердом неудобном кресле рядом с женой. Пустой поднос обнаружился в щели между тронами.

— Здравствуй, милая, — поприветствовал он супругу, которую действительно рад был видеть. Аннету, дочь правителя одной из дальних держав, он любил, хотя в свое время женился по расчету. К счастью, брак оказался удачным. Правда, было бы лучше, если бы жена менее ответственно относилась к своим обязанностям и не пыталась постоянно подталкивать супруга к исполнению долга перед народом. И как она терпит компанию министров, их жен, послов и чиновников? Ведь ни поесть нормально не дают, ни отдохнуть. Хотя… Может, это у нее диета такая?

Аннета в ответ улыбнулась и, не смущаясь министров, быстро чмокнула его в щеку, для чего ей пришлось перегнуться через ручку кресла.

— Я пойду? — спросила она. — Думаю, теперь, когда ты здесь, министры больше не нуждаются в моей компании. Я там алорского посла с родственницей пригласила к половине третьего на обед. Не задерживайся. Я извинюсь за твое опоздание.

Аннета встала с кресла, спустилась с помоста на три ступеньки вниз и плавной походкой направилась к дверям, ведущим в обширную столовую. Мягкая ткань нарядного платья красиво обрисовывала ее стройную фигуру при каждом шаге. Длинные белокурые волосы фатой развевались за спиной.

«Ничего, — мысленно подбодрил себя Бертрам, — скоро буду таким же стройным. Только вот не уверен, что смогу тогда поднять меч… Главное в этом случае — правильно его ронять — на ногу министру обороны. Или лучше министру финансов? Сколько кандидатов! Дилемма получается. Лучше всем по очереди, — решил правитель. — Может, тогда они побоятся так часто ко мне соваться!».

Берт обвел министров изучающим взглядом, нашел глазами дворцового распорядителя и приказал:

— Позовите Ирвина. У меня к нему срочное дело. Следом можете запускать делегацию гномов.

— А… — попытался что-то сказать министр обороны.

— Вас выслушаю позже! — объявил правитель. Реальные, практические меры для обороны Морении и Морьедага он уже успел обсудить с Этэлем, а пускаться в теоретические споры с министром ему не хотелось. Вряд ли тот предложит что-то толковое. Обычно Бертрам решал все вопросы, связанные с войском и обороной, с командующим, а министру подсовывали готовые указы на подпись, согласование и исполнение. Более решительный человек на должности министра ему был ни к чему, он предпочитал лично контролировать численность солдат, их настроения и задачи. Хотя лорду Этэлю он вполне доверял, так как тот служил еще при отце и деде Бертрама.

Распорядитель открыл дверь и объявил о приходе делегации гномов. Пока последние церемонно раскланивались и степенно шли через зал к возвышению с креслами, Ирвин бегом метнулся к правителю и склонился для получения указаний.

— Прикажете записывать? — поинтересовался он.

— Не надо, — прошептал Берт. — Сбегай лучше на кухню и возьми там бутерброд. Не надо подносов. Просто заверни его в салфетку и тащи сюда. Можешь в карман спрятать!

— Но как же я… Не при гномах и министрах же!

— Вызовешь меня из зала на минутку по срочному делу. Папку какую-нибудь в руки возьми, чтоб было правдоподобно. Только бегом!

Ирвин понятливо кивнул и побежал добывать еду для своего правителя.

Кухарка уже устала удивляться, как в столь худого секретаря влезает столько продуктов. Она же не знала, что Ирвину обычно не доставалось ни крошки, да и Бертраму тоже не всегда перепадали полные подносы. Их по дороге успевали перехватить то Аннета, то Тираэль, а то и Диего, которые тоже не желали ходить голодными. С дворцовым распорядком и этикетом можно было не опасаться потолстеть. Трапезы обычно проходили в компании гостей, министров, чиновников, которые так и норовили за столом решить все интересующие их проблемы, пока правителю невозможно от них убежать, отговорившись занятостью. Они могли себе позволить лишь дегустировать еду для вида, выложить свои вопросы вслух и спокойно пойти домой, чтобы пообедать или поужинать.

Три бородатых низкорослых гнома в простых камзолах без всяких украшений с чувством собственного достоинства приблизились к трону, на котором страдал от голода Бертрам. Лицо правителя выражало нетерпение. Вот только ждал он не новостей от гномов, а свой бутерброд.

Впрочем, гномы не интересовались мимикой правителя и не пытались ее расшифровать. В их глазах отражалось волнение и озабоченность. Они даже не обратили внимания на великолепие зала, отделанного мрамором и позолотой, не оценили скульптур вдоль стен, не бросили взгляд на огромные витражи с растительными орнаментами, вставленные в проемы, низ которых находился вровень с макушками самых высоких людей. Гораздо лучше гномы рассмотрели только мягкую ковровую дорожку, по которой шли, и самого правителя.

Низкорослые бородатые фигуры замерли в пяти шагах от ступенек, ведущих к двум тронам, только один из которых сейчас был занят. Они быстро переглянулись между собой, решая, кто будет говорить, затем двое сделали по шагу назад, предоставляя такую возможность рыжебородому соплеменнику. Тот вовсе не обрадовался такой чести, но отступать не стал. Гном, звавшийся Торином, огладил свою рыжую жесткую бороду, посмотрел на правителя и начал говорить:

— Мы пришли из поселка, что находится недалеко отсюда в горах к востоку от столицы. У нас там рудники.

Бертрам кивнул в знак того, что внимательно слушает и поселок знает. Ему вообще понравилось, что гномы обошлись без долгих цветистых вступлений и красочных восхвалений, которыми считали своим долгом попотчевать его большинство иных делегатов. Чем меньше слов, тем больше шансов попасть на обед.

— Как ваши подданные, мы просим защитить нас от свалившейся на нас беды. Нам бы отряд магов побольше, да и войско бы не помешало.

— Зачем? — не понял Бертрам.

— Дык, — начал нервно теребить бороду Торин, — дракон у нас завелся. Громадная зверюга нам выход из тоннеля перегородила. Сами не справимся. Наши-то к нему с одними кирками и лопатами соваться боятся. Да и с мечами против него не выступишь… Маг у нас в поселке только один, из местных. Он дракону на один зуб. Токмо наш маг к появлению ящера не имеет никакого отношения. Мы за него можем поручиться.

Товарищи Торина согласно закивали.

— Я ни в чем не обвиняю вашего мага, — заверил гномов Бертрам, радуясь, что логово нашлось без долгих и изнурительных поисков. Теперь можно и отряд выслать для битвы с ящером.

Тем временем министр обороны начал хмуриться, размышляя, что теперь нужно предпринять. Даже ему было понятно, что войско в городе сокращать нельзя. А как при этом воевать с драконом? Он тоже знал повадки членов Совета магистров и не мог доверить им одним идти в атаку. Этак они решат сначала выйти дракону в тыл, обойдя страну по границе (минимум месяц), затем встать лагерем для изучения редкого существа и его способа мышления (еще недели две), потом объявить конкурс на самый экономный способ нападения… В общем, будут тянуть время, как могут, и надеяться, что им пришлют войска в помощь. А если послать магов, не входящих в Совет, то они одни могут и не справиться — запас сил и знания подведут. Хотя опыта колдовства по мелочи у них, несомненно, больше. Но в Совет входят самые сильные, образованные. Да к тому же у них огромные нерастраченные резервы. Надо только сначала заставить их отказаться от соперничества и стяжательства и поработать на благо народа. Но вот как? Даже прямой приказ правителя эти мудрецы найдут, как вывернуть в свою пользу.

Министр финансов не знал, то ли ему огорчаться новостям, то ли радоваться. Что нашли логово — хорошо, но вот затраты на снаряжение отряда магов, на какие-нибудь зелья и артефакты — плохо. Но с другой стороны, может, удастся в итоге заключить выгодный контракт с общиной гномов? Министр кусал губы, пытаясь в уме просчитать выгоды и убытки, и очень жалел, что этикет не позволяет ему сесть на ступеньки, достать лист бумаги и чернильницу и прикинуть все письменно. Он так увлекся, что не заметил, как его коллега, отвечающий за внешнюю политику, плечом оттеснил его на задний план. Теперь аудиенцию он мог получить позже, чем рассчитывал, если правитель будет их принимать в порядке живой очереди.

Бертрам не успел пообещать гномам помощь, как его отвлекли. Одна из дверей в дальнем конце зала неслышно отворилась, и громкий голос Ирвина позвал:

— Сир, у меня тут к вам срочное дело, не терпящее отлагательств. Это займет буквально минуту! — Ирвин демонстративно помахал в воздухе ярко-желтой картонной папкой.

Бертрам при появлении секретаря просиял. Он плохо соображал на голодный желудок, и даже такая громадная ужасающая проблема, как дракон, не могла его заставить забыть про еду. Ведь непосредственно сейчас дворец никто не атаковал, над Морьедагом ящер тоже не наблюдался, а значит, лишние две минуты для принятия решения ничего не изменят. Было бы неплохо еще обсудить новость с Тираэлем, Диего и Этэлем, прежде чем обнадеживать гномов и давать указания людям. Бертрам двинулся к секретарю, надеясь, что в коридоре сможет поговорить хотя бы с Диего.

За спиной правителя раздался обезличенный ропот недовольных министров. Они были не очень рады, что Бертрама отвлекли по какому-то таинственному делу, о котором они не знают. У каждого были проблемы по своему ведомству и ворох бумаг, требующих подписей.

Берт выскользнул за дверь и плотно прикрыл створки, подперев их спиной на всякий случай. Он окинул взглядом Ирвина, караульных по бокам и вслух сказал, ни к кому не обращаясь:

— Мне немедленно нужен Диего.

Заодно он жестом подозвал лакеев, слоняющихся по коридору, и приказал:

— Немедленно найдите лорда Этэля и магистра Тираэля и попросите их явиться в парадный зал на совещание. — Караульных он попросил отойти в другой конец коридора. И только раздав указания, правитель повернулся к секретарю. — Ну? — нетерпеливо спросил он.

Ирвин протянул ему желтую папку и чернильницу, вытащенную из нагрудного кармана.

Берт недоуменно посмотрел на своего секретаря, его лицо огорченно вытянулось. Неужели действительно нашлось срочное дело?

Ирвин чуть склонился к правителю и тихо сказал ему несколько слов. Вскоре удивленным караульным открылось интересное и странное зрелище. Правитель с горящими от нетерпения глазами развязал тесемки на папке, достал оттуда что-то белое и плоское (записную книжку??!) и начал жадно поедать, запивая чернилами. Затем он вытер подбородок тыльной стороной ладони, кивнул секретарю и скрылся за дверями парадного зала. Ирвин с пустой папкой и чернильницей прошел мимо караульных.

Как только он удалился, стражники быстро переглянулись с округлившимися глазами.

— Что это было? — неуверенно спросил один, презрев тот факт, что на посту ему не полагается разговаривать.

— Плохие новости? — предположил второй. — А может, что-то настолько секретное, что бумаги после прочтения полагается съесть?

— Но чернила-то зачем?!! Тоже какой-то секретный состав? Второй караульный пожал плечами, предположив:

— Может, правитель просто вошел во вкус или бумаги оказались суховаты.

— Брр, — передернулся второй. — На что приходится идти высокопоставленным особам. Предпочитаю закусить хлебушком с вином.

— А поднос правителя с едой перехватила жена, — задумчиво сказал первый караульный. — Мы случайно не акт отчаяния видели? Надо же — бумагу съел!

— Главное, чтобы не подписанный приказ о выдаче нам жалованья, — заключил второй.

Тем временем повеселевший и взбодрившийся правитель шел по залу к своему креслу. Он не подозревал, какие слухи только что породил. К вечеру весь дворец будет тихо шептаться, что правитель получил такие ужасные известия, что в гневе съел бумагу, на которой они были записаны. Эта история постепенно обросла еще более удивительными подробностями — как правитель до поедания документов долго их комкал, топтался по ним ногами, прыгал, как бился в стену головой и цветисто ругался на языке орков, которого, к слову сказать, не знал. В общем, небольшой невинный инцидент дал волю фантазии всем подданным Берта. Причем люди охотно верили этим слухам. Почему-то обычно так случается, что чем невероятнее сплетня, тем больше ей доверия. А узнай кто правду и попытайся ее довести до сведения самых разговорчивых — засмеют. Скажут: где это видано, чтобы правитель тайком поедал бутерброд и запивал вином из чернильницы? Захотел бы есть — выгнал бы всех из зала взашей и пошел бы в столовую! И ведь не докажешь, что сие деяние невозможно для лица, облеченного властью, если он не хочет прослыть самодуром и тираном.

Бертрам устроился поудобнее в своем кресле, насколько это позволяла сделать твердая спинка и угловатые подлокотники.

— Я посоветуюсь с людьми и обязательно постараюсь избавить вас от дракона, — обтекаемо пообещал он гномам. — Все-таки это угроза для всей Морении! Но сначала надо разработать хороший план атаки.

Гномы отвесили еще по одному поклону и, развернувшись, пошли к дверям. При Бертраме было не принято пятиться. Еще его дед упразднил такой обычай удаления от правителя.

Министры тут же, как по команде, сделали шаг вперед к трону. Бертрам на мгновение даже залюбовался такой слаженностью действий. «Солдаты бы так маршировали, — подумал Берт. — А то моя армия министров наступает на меня четче, чем войско на учениях! Хоть должностями всех меняй!».

— В зале остается министр обороны, а остальные придут с вопросами завтра, — приказал правитель, точно зная, что некоторые не успокоятся и «случайно» прихватят свои бумаги на ужин. Хотя их вообще-то никто не приглашал, просто издавна повелось, что все высокие сановники и маги могут свободно присоединиться к трапезе. И какой из его предков был мазохистом? Вечно худеющая прабабка — королева? Теперь неудобно как-то запирать все двери перед министрами. Вернее, Бертрам пытался, но жена пожалела «голодных бедняжек». Ха! Если бы они рвались поесть, а не допросить его за ужином!

Министры недовольной гурьбой повалили к выходу, но при этом не очень торопились, надеясь, что правитель передумает. Однако их ожидания были тщетны. Последний выходящий — министр финансов — столкнулся в дверях с командующим и магистром Тираэлем. У обоих был очень озабоченный вид.

— Проходите, — пригласил Берт. — Мне надо с вами посоветоваться. И где Диего наконец?!!

Тираэль уныло осмотрел огромный зал и предложил:

— А может, мы лучше в кабинет пройдем? Неуютно как-то разговаривать в этой пустыне. Здесь даже сесть некуда. Тебе-то хорошо…

— Да? — усмехнулся Берт. — А ты попробуй здесь посидеть, сразу изменишь мнение. Мастера, делавшие трон, очень хорошо позаботились, чтобы я в нем не уснул!

Правитель поднялся, а магистр, ради интереса, попробовал устроиться на его месте, не обращая внимания на шокированного министра обороны.

— Действительно неудобно, — через минуту признал Тираэль, покрутившись в кресле. — Хоть бы обили чем.

— Этэль, а ты не хочешь попробовать? — повернулся Берт к главнокомандующему войск, улыбаясь.

Эльф покачал головой. Дисциплина и четкие понятия о субординации не позволяли ему таких вольностей. А министр обороны, может, и хотел присесть в кресло правителя, но ему никто не предложил. Вместо этого все четверо направились в кабинет. По дороге Берт порадовался, что успел хоть немного перекусить. За то, что он пропускает обед с послом, он не переживал.

Берт остановился у дверей кабинета, нашел в кармане небольшой странно изогнутый ключик и открыл замок. На одних только караульных он не рассчитывал — всегда лучше подстраховаться.

— Где вас так долго носит? — раздался из-за приоткрывающейся двери ленивый голос.

Входящим лицам открылась картина в виде сидящего за столом правителя Диего с закинутыми на столешницу ногами. Шпион и не подумал менять позу или вставать при виде Берта, лишь приветственно кивнул и махнул левой свободной рукой. В правой он ловко крутил в воздухе кинжал, вращая его на ладони и вокруг кисти.

— О, пропажа нашлась! — порадовался правитель, проходя и садясь в одно из гостевых кресел.

Тираэль тут же занял второе, не дожидаясь разрешения.

— Ты как сюда попал? — с любопытством поинтересовался Берт. — Я же ключ от кабинета не терял.

— А ты вспомни, что я сам по твоей просьбе устанавливал замок, — отмахнулся Диего.

— А магическая защита… — начал правитель.

— Которую при мне создавал Тираэль? — подхватил шпион. — Тоже мне проблема. Я решил, что нечего мне светиться в твоем парадном зале, все равно вы должны были прийти сюда.

— Садитесь, — предложил Берт Этэлю и министру обороны, — там у Ирвина два стула должны стоять.

Покате, кому не досталось кресел, ходили за стульями, Диего ехидненько поинтересовался у правителя:

— Что, решил министра обороны сменить?

— Нет, с чего ты взял? — растерялся Берт.

— Так у него, того и гляди, инфаркт будет от наших вольностей! И не жалко его? Ато, если передумаешь, намекни-я могу помочь ему отбросить копыта, выкинув еще какой-нибудь фокус. Да и Тираэль, думаю, не оплошает.

— Нет, — сказал Берт, — пусть пока живет.

Этэль и министр обороны вскоре вернулись со стульями, которые установили слева и справа за спиной правителя. Они сели, и совещание началось. Берт рассказал о том, что обнаружилось логово дракона в горах у гномов, и поинтересовался, какие есть новости и предложения по этому поводу. Его интересовало, составлен ли уже список подозреваемых магов и может ли кто предложить стоящий план атаки.

— Берт, можешь не беспокоиться, — сказал Тираэль. — Скоро у нас не будет ни дракона, ни гор.

— Тираэль, это хорошо, что ты можешь один уничтожить дракона, — обрадованно сказал правитель. — Но горы-то тебе чем помешали?! Нельзя же уничтожать рудники, это приведет к финансовому кризису!

— Нет, лично мне горы не мешают, — уточнил магистр. — Они мне даже нравятся. Я не имею ничего против рудников и гномов. Может, горы все же и не пострадают, но лучше заранее проститься с ними и смириться с их потерей. Туда направилась леди Мирабэль в сопровождении Черного и Белого!

— Это катастрофа! — простонал Берт. — По-моему, дракону вполне хватило бы только твоих ученичков. Как я об этом сразу не подумал?

— Я так понимаю, войско уже не нужно? — поинтересовался Этэль. — Только Совет магистров можно отправить туда же. Пока они доберутся, как раз все решится.

— Тираэль, что их понесло в горы?! Эта троица, объединившись, может нанести вред похлеще дракона! Войску там, наверное, теперь действительно нечего делать, — пожаловался правитель.

— Берт, ты не волнуйся заранее, — попытался успокоить его магистр, — может, эту троицу дракон сожрет, не дождавшись от них неприятностей.

— Подавится! — мрачно сказал правитель. — Этэль, а ты что, совсем не беспокоишься о дочке?

— А зачем? — пожал плечами командующий. — Думаю, ей ничего не угрожает. А вот горы действительно жалко…

— Господа, — вмешался министр обороны, — а вы не слишком ли рано празднуете победу? Ведь призраки все еще целы и продолжают калечить наших людей, хотя неоднократно нападали на Белого и на Черного.

Магистр поморщился.

— Да что вы все зовете их призраками? — возмутился он. — Это же в корне неверно!

Берт успокаивающе положил руку ему на плечо.

— Так проще и короче, — сказал правитель. — Не устраивать же населению лекцию на тему, как правильно называть эту напасть! Народ не поймет. Да и я пока не понимаю, что они собой представляют и откуда взялись. А так, господин министр, призракам пока просто везло, что они не напали на Мирабэль. К тому же я и не собирался отменять поход магистров Совета против дракона. Они будут запасным вариантом. И я не передумаю — не дождутся! Пусть хоть прогуляются, потратят немного сил на установку щитов в лесах, а то скоро совсем разучатся колдовать и забудут заклинания!

— А меня-то за что? — простонал Тираэль. — Я едва восстановил силы.

— А за компанию! — разухмылялся Диего, продолжая увлеченно крутить кинжал.

— Ты скоро дождешься, что я и тебя в горы отправлю! — заметил Бертрам.

— Зачем это?!

— А, например, для допроса дракона! Если уж ты сам не в состоянии вычислить мага, который его вызвал. Откуда взялись призраки, ты, между прочим, тоже еще не доложил!

— О! — обрадовался магистр. — А давайте напялим на нашего Диего латы и отправим побеседовать с призраками? А то чего все мне от обоих напастей достается?

— Ой, — отмахнулся шпион, — вряд ли ты во главе своих охламонов успеешь дойти до гор при живом драконе. У тебя же обязательно несколько человек подвернет ногу, парочка умудрится заблудиться среди трех елей… Лишь бы время потянуть! А вот гномам я бы посоветовал на некоторое время покинуть рудники. Берт, намекни послам, пока они не уехали. Пусть свяжутся со своим магом.

— Хорошо, я им передам. Только не уходи от темы, Диего. У тебя уже есть подозреваемые в вызове дракона?

— Пока только один, — сказал шпион, кривя губы в ухмылке.

— Кто?! — раздался хор заинтересованных голосов. Всем присутствующим хотелось знать, кого «благодарить» за громадную угрозу городу.

— Он, — ткнул Диего пальцем в Тираэля.

— Что? Я?! — возмущенно произнес магистр. — Да как тебе это в голову пришло?! Как будто мне и так неприятностей не хватало и я однажды не решил: «А не вызвать ли мне дракона? Скучно. И силы, вон, лишние есть. Аж половина резерва!» — Голос Тираэля сочился сарказмом.

— Диего, — обратился Бертрам к шпиону, — а действительно, с чего ты решил обвинять Тираэля?

— Да не обвинял я его! Просто свиток с заклинанием хранился у него. И знаний у нашего магистра вполне достаточно, чтобы вызвать и контролировать дракона. Я сейчас установил слежку за всеми членами Совета магистров — они тоже вполне на это способны. Пытаюсь выяснить, как и когда они могли навестить Тираэля и изучить его бумаги. Только вот выходит, что все они предпочитают держаться подальше от нашего магистра, чтобы им за компанию не поручили какого-нибудь дела. Прямо беда какая-то: всплывают факты только трех-шестимесячной давности!

— А месяц назад свиток все еще был у меня и его никто не трогал, — уточнил Тираэль.

— С чего ты взял, что его не читали? — заинтересовался Диего.

Тираэль почему-то малость смутился, опустил глаза на поверхность стола и принялся ногтем ковырять обивку кресла.

— Ну? — потребовал ответа Берт.

— Ни одно заклинание не могло так же качественно восстановить на свитке слой пыли, — признался Тираэль. — И нечего хмыкать! — покосился он на Диего. — Думаете, у меня есть время на уборку?! Не успеваю я вернуться домой с намерением отдохнуть… э-э-э… убраться, — исправился магистр, — как обязательно что-то случается! А магией снимать пыль с хрупких старинных свитков в библиотеке нельзя. Заклинание, зараза, воспринимает их как рухлядь, от которой надо избавиться!

Услышав праведное негодование Тираэля, Диего захохотал, его тут же поддержали Бертрам и Этэль. Даже министр обороны позволил себе издать смешок, прикрывшись ладошкой.

Магистр окинул их кислым взглядом и продолжил делиться информацией:

— Последний раз свиток брал в руки Викэль, когда хотел вызвать джинна, но получил на мою голову ифрита. С тех пор свиток наверняка валяется где-то на столе в библиотеке, и вряд ли кто-то смог его оттуда взять. Сами знаете, что ифрит не позволил бы это сделать. Если бы не он, я бы давно воспользовался кой-какими артефактами и избавил город от полупрозрачных грабителей! Спасу от них нет! У меня уже из-за них каждая мышца болит! — пожаловался Тираэль.

— Не они виноваты, что твоя тушка хлипковата для доспехов, — опять поддел магистра Диего.

— Да? А ты сам пробовал их носить?!!

— Нет, я не столь значительная персона, чтобы призраки обращали на меня внимание. У меня и кольца-то ни одного нет. Я же не аристократ, чтобы не расставаться с фамильной печаткой, и не франт, который жить не может без всяких цацек.

— Тебе везет, — протянул Берт. — А у меня, признаться честно, тоже уже плечи ноют. И ноги. Этэль вон говорил, что я привыкну к весу старинных доспехов, только не уточнял, через сколько лет! А современные легкие кольчуги от призраков не спасут. Они рассчитаны, чтобы остановить выпад вражеского меча, а не лежать в них под градом ударов. Этак от одних только синяков уже через полминуты взвоешь! И ведь перстень свой я снять не могу — традиции, демон их возьми! К тому же уже через час весь город будет гудеть, что правитель струсил и променял гордость предков на свое здоровье!

Министр обороны осторожно убрал с коленей за спину руку, на которой с недавних пор не осталось ни одного кольца. Рисковать он не любил. Глазами он нечаянно натолкнулся на понимающий взгляд шпиона и даже малость порозовел. Министр отчаянно не хотел, чтобы правитель узнал о его трусости. Но вопреки его опасениям, Диего не сказал ни одной ехидной реплики и ничем не выдал, что заметил отсутствие фамильного перстня и официального кольца-печатки, которым полагалось запечатывать все рабочие письма.

Бертрам еще немного помучил Диего вопросами, на которые у того пока не было ответов, обсудил с лордом Этэлем посты и городские патрули, дал Тираэлю поручение собирать магов и выступать к горам, поручил министру проследить за приготовлениями Совета и наконец закончил совещание. Мысленно он прикидывал, где можно найти секретаря, чтобы отправить его за новой порцией еды. Обед правитель опять пропустил, так что ни у кого не должно вызвать недоумение то, что он голоден. Берт очень надеялся, что посол с родственницей у них не задержались.

ГЛАВА 20.

Мирабэль обогнала Эльена и Викэля уже на четыре корпуса лошади. Она решила, что обязана спасти Яго от дракона, раз уж идея с обольщением принадлежит ей. Но кто ж знал, что ящер утащит инкуба с собой?

Черный и Белый уже отчаялись отговорить ее от поездки в горы, где Эльен недавно заметил дракона. Плана у них до сих пор не было, а ехать просто так, с пустыми руками, они не хотели, но были вынуждены. Леди-несчастье почему-то уверилась в том, что вполне хватит простого разговора для спасения Яго. Эльфы ее веры не разделяли, но и отпустить одну не могли. Во-первых, получится не по-мужски, во-вторых, о сватовстве тогда наверняка можно будет и не мечтать, а в-третьих, они очень надеялись, что по дороге что-то случится и до гор они не доберутся. Но, как назло, ни разбойников, ни поваленных непогодой деревьев, ни внезапно образовавшихся ущелий им не встретилось.

— Вик, — тихо позвал Эльен, — если сейчас ее лошадь не споткнется, то нам конец! Горы вон недалеко уже.

— Сам знаю! Это какое-то безобразие! Когда не надо, вокруг Миры обязательно происходит куча несчастных случаев, а тут за весь путь — ни одного! А я-то уже настроился.

— Ага. Я тоже готов был немного пострадать, хотя лучше бы уж ты пострадал за нас двоих.

Викэль ухмыльнулся и сказал:

— Знаешь, ангелочек, у меня было такое же желание. Я вполне готов был уступить тебе честь сломать ногу или руку.

— Ну ты и кровожадная зверюга! — возмутился Эльен, но без души. — Я же всего лишь надеялся, что пострадают лошади! Может, самим что устроить?

— Заметит, — отмахнулся Черный. — Нет, конечно, можешь попробовать, если хочешь. Но у меня нет желания поругаться с Мирой из-за «бедной, несчастной» лошадки. К тому же с нее станется отправиться дальше пешком.

— Вик, но нас точно прихлопнет дракон. Я даже свой резерв не до конца восстановил, а тем арбалетом, что ты мне дал, рептилию можно только подразнить.

— Угу. И желательно с помощью иллюзии, убравшись на другой конец материка, — согласился Черный с коллегой по несчастью.

— И мы еще так и не знаем, кому Мира отдает предпочтение, — тоскливо произнес Белый.

В этот момент к ним подлетела Лия, сверкая на солнце серебристым оперением, и деловито скомандовала:

— Двигаемся, двигаемся, не отстаем! Надеюсь, вы не решили бросить мою хозяйку саму на растерзание дракону? — грозно поинтересовалась она. — Неужели не хотите стать героями, победившими грозное чудовище?

— Хотим, — кисло произнес Викэль, явно кривя душой. — Только, скорее всего, это дракон станет героем, уничтожившим магов.

— Птичка, только не говори, что ты тоже собралась сражаться с ящером, пытаясь выцарапать ему глаза, если он покусится на Миру, — произнес Эльен.

Серебрянка заметно смутилась и, опустив хохолок набок, призналась:

— Я вообще-то хотела вас за каким-нибудь камушком подождать. Вон и место подходящее нашла. — Лия махнула крылом в сторону отдельно стоящего холма на некотором удалении от виднеющихся гор.

— А не великоват ли камушек для такой маленькой птички? — ехидно поинтересовался Викэль, оценив высоту холма.

— В самый раз.

— Зачем ты вообще с нами увязалась? — поинтересовался Эльен. — Дракона ты видеть не хочешь, зарабатывать славу героини — не будешь. Тебе же сейчас днем полагается спать. Серебрянки ведут ночной образ жизни.

— Вовсе нет! Просто ночью удобнее таскать еду у зазевавшихся путников. А так я тоже люблю погреться на солнышке. Ну ладно, мне пора лететь к камушку. А вы берегите Миру! Кто ж меня иначе кормить будет? К вам переселюсь, — пригрозила птичка напоследок и, ускорив взмахи крыльев, стала отдаляться.

Эльфы проводили ее тоскливыми взглядами. Хотели бы они тоже к ней присоединиться «за камушком», но нельзя.

В молчании Эльен и Викэль проскакали за Мирабэль еще минут двадцать. Черный сосредоточенно ощупывал себя, проверяя, на месте ли оружие: многочисленные ножи, кинжалы, дротики, лук и конечно же меч. Белый беззвучно шевелил губами, вспоминая заклинания; его руки были крепко сжаты на поводьях, чтобы невзначай не сделать какой-нибудь пасс.

— Горы, — голосом приговоренного к смерти сказал Викэль, пытаясь привлечь внимание погрузившегося в себя Эльена.

Белый тут же осмысленно посмотрел на коллегу и перевел взгляд на крутые высокие массивы гор, кое-где покрытых низкорослыми кустарниками с мощными корнями и небольшими деревьями. Зрелище было очень красивое и величественное. Некоторые вершины даже терялись в низко висящих облаках.

— Какие громадные, — благоговейно прошептал Эльен. — Я так близко ни разу к ним не подбирался.

— Нашел время восхищаться! — возмутился Черный.

— И ничего ты, оказывается, не понимаешь, — укорил его Эльен. — Мы же можем попросту не найти дракона!!!

— О! — обрадовался Викэль. — Это было бы замечательно. Надеюсь, хоть тут Мире не повезет!

— Или нам, — вздохнул Эльен.

— Да ну тебя! Не каркай!

— Нам уже накануне хорошо покаркали, всей стаей! — отозвался Белый.

Черный пригрозил ему кулаком и начал спешиваться. Белый последовал его примеру. Оба поспешили к Мире, чтобы помочь ей спуститься, но девушка уже спрыгнула сама и даже не оступилась, чему несказанно удивилась. Она ожидала как минимум наступить на собственный подол или подвернуть ногу на камне, как всегда. Викэль и Эльен ожидали того же, но напрасно.

— Мира, куда теперь? — поинтересовался Викэль, решив не проявлять инициативу по поиску логова дракона.

Эльфийка немного растерянно обвела взглядом горы. Она думала, что дракона будет сложно не заметить. Мирабэль ткнула пальцем наугад в тоненькую, очень крутую тропу, исчезающую наверху за изломом склона. Альтернативы, собственно говоря, здесь и не было.

Черный философски пожал плечами и с показной готовностью ринулся к началу тропинки. Эльен еле успел поймать его за рукав.

— Вик, — прошипел он тихо на ухо коллеге, — нам надо жениться на Мире, а не угробить ее на крутом склоне! Она же споткнется и свернет себе шею, с ее-то везением!

Черный растерянно взлохматил волосы пятерней. Он понимал, что Белый прав.

— А что же нам делать? — тихо поинтересовался он в ответ.

— Следить! Иди лучше замыкающим. У тебя реакция быстрее.

Но Викэль решил подстраховаться. Он снял с луки седла моток тонкой, но прочной веревки и обмотал ее сначала вокруг своего пояса, потом, получив разрешение, вокруг талии Мирабэль и кинул конец Эльену.

— Привязывайся! — приказал он.

Белый не стал спорить и выполнил распоряжение, после чего начал медленно подниматься по склону горы. Тропа была каменистая и довольно скользкая в некоторых местах. Приходилось постоянно помогать себе руками, хватаясь за ветви растущих в доступной близости кустов, крупные валуны, а иногда — просто надеяться на везение. Но в том, что им может везти, Эльен крупно сомневался и каждый раз с замиранием ждал, что сейчас кто-то заскользит по склону вниз. Уже через пятнадцать минут такого передвижения он абсолютно выдохся. Мирабэль успела десяток раз поскользнуться, повиснув на веревке, обмотанной вокруг его пояса, что тоже отразилось на состоянии Белого. Ноги начали подкашиваться, спина заныла.

— Вик, — позвал Эльен, — давай поменяемся местами.

Без энтузиазма Черный обогнал девушку и пристроился в авангарде цепочки. Он на примере коллеги по несчастью уже понял, что его теперь ожидает в качестве ведущего. Белый пропустил Миру и Викэля вперед и стал замыкающим. Идти в арьергарде оказалось намного легче, но тоже не доставляло удовольствия. Тропа, казалось, предназначалась только для горных козлов. К тому же она постоянно виляла, шла волнами, по полуспирали. На очередном витке до Эльена донесся приглушенный голос недовольного Викэля:

— Да что, эту тропу змеи прокладывали, что ли?! Или пьяный тролль?

— Явно существо, страдающее косоглазием, — тихо согласился с ним Эльен.

Минут через двадцать-тридцать Викэль тоже устал и остановился на относительно ровной площадке передохнуть. С высоты открывался очень красивый вид на лес, вдалеке были видны крепостные стены столицы и шпили ратуши и дворца. Мирабэль и Эльен поспешили к нему присоединиться. Девушка раскраснелась и тяжело дышала. Ее черные волосы, с которых Тираэль так и не снял иллюзию, растрепались, коса наполовину расплелась. Белый выглядел аккуратнее, но тоже растерял половину своего аристократического лоска. Однако с Викэлем его лучше было не сравнивать. Черный сейчас напоминал взъерошенного воробья или петуха. Хороша армия героев!

Едва Мира и Эльен ступили на площадку, облюбованную для отдыха, как Викэль громко запел:

Предупреждаю всех врагов, Что я — опасный зверь. Мое оружье — дар богов, Коль свяжешься со мной — проверь! В бою я просто ураган — Меня опасней в мире нет. Готовь себе заранее курган — Не разменять тебе другой десяток лет!

— Ты что?! — возмущенно зашипел на него Эльен. — Заткнись, идиот! Привлечешь к нам внимание дракона. Нашел время! — Он попытался ладонью зажать рот Черному, и ему это удалось после непродолжительной возни. На несколько секунд наступила тишина. Но Белый вскоре сам убрал руку и быстро предложил: — Продолжай, ты великолепно поешь. Нуже, быстрей! — Он пихнул конкурента плечом.

Викэль послушно затянул дальше ужасным для эльфа и певца голосом:

…И если встретимся однажды, Сойдемся мы клинок к клинку, Поэтому — подумай дважды, Готов ли к погребальному венку.

Но было уже поздно. Пока Эльен затыкал рот Черному, Мирабэль расслышала приглушенные расстоянием крики: «Да не маг я! Сколько можно уже повторять?! Не маг!!! И что за тупые драконы пошли?!».

— Яго еще жив! — обрадованно воскликнула Мира.

— И что за тупые маги пошли, — в унисон далекому голосу протянул Черный, с укором глядя на Эльена.

— Откуда же я знал, что ты из тактических соображений, а не просто потому, что псих?! — попытался оправдаться Белый.

— Сам такой! — не смолчал Викэль. — Вот теперь иди вперед. Твоя очередь, кстати.

— Ребята, быстрее, там Яго! — подергала Мира за оба конца веревки, отходящей от талии, пытаясь привлечь внимание эльфов. — Надо его спасать, пока дракон окончательно не вышел из себя и не съел Яго. Только зачем ему маг?

Ответа у ее спутников не было, а потому они предпочли промолчать. Тем более каждый из них понял, что на месте инкуба мог оказаться он — на стене-то они стояли в десятке метров от опасного места. Просто внимание дракона к Яго привлек магический огонек, созданный Викэлем.

Эльен очень неохотно двинулся вперед на голос. Мира шла почти вплотную к нему, постоянно подталкивая и поторапливая. Казалось, у нее открылось второе дыхание. Викэль отстал от них на максимально возможное расстояние, хотя понимал, что в случае опасности это ему не поможет. Он не был трусом, но, реально оценивая свои возможности, понимал, что против дракона ему не выстоять.

Возмущенный голос Яго становился все громче и четче, пока компания из магов и леди-несчастья поднималась чуть выше по склону. Вскоре они вышли к громадному ровному прямоугольному ходу внутрь горы.

— Да это же тоннель гномов! — ахнул Эльен. — Неужели дракон съел их всех?!

— Вряд ли, — быстро сказал Викэль, видя, что нижняя губка Миры подозрительно задрожала, предвещая скорые слезы от жалости к бедным коротышкам. — Дракон не смог бы протиснуться во все тоннели.

Но полной уверенности у Черного не было, так как для себя гномы строили с размахом, чтобы чувствовать себя свободно и не ощущать давления горы, бродя под низко нависающим потолком. Они же не крысы, чтобы облюбовать для жизни узкие норы.

— И зачем этим гномам нужна была такая огромная дыра, выходящая на крутой склон? — проворчал Эльен. — Они как будто специально для дракона ее долбили!

— Может, в качестве воздушной шахты или для вывоза руды? — предположил Викэль. — Упакуешь товар получше, толкнешь по склону — и можно ждать его прибытия внизу. И вообще, гномам этот склон что нам ровная улица.

— А все же думаю, что бригадир их строителей был изрядно навеселе, когда определял направление прохода. Напутал небось, а потом ах, а вышли и не туда… Ошибочка, — внес свою версию Эльен, который не видел никакой пользы от подобного размещения тоннеля.

Порассуждать дальше, оттягивая время, Мирабэль им не дала. Она решительно шагнула под прямой свод горы. Белый и Черный двинулись за ней и немного обогнали, задвинув за свои спины. Они считали, что имеют больше шансов выжить, если дракон дыхнет огнем. Лорд Этэль в данном случае сказал бы, что они крупно ошибаются, но его здесь не было.

— Не мой огонек это был. Я инкуб, а не маг! — совсем уже близко раздавался настойчиво убеждающий голос. — Ну чего ты пристал?! Выпусти меня отсюда, убери свой хвост с дороги!

— А я его нашел, — прошептал Викэль, который вырвался в темноте тоннеля немного вперед и даже не заметил этого. Все-таки благодаря высокому росту шаг у него был шире, чем у его спутников.

— Яго?! — удивленно спросила Мира, так как голос инкуба ей слышался немного дальше.

— Нет, хвост! — уточнил Викэль. — Я в него лбом врезался.

— И дракон не почувствовал?!! — приглушенно ахнул Эльен.

— Думаю, нет. Мы же для него как муравьи, — ответил Черный.

После его слов в темноте послышалась подозрительная возня и чертыхания Эльена.

— Ты что там делаешь? — попытался выяснить Эльен.

— Не видишь, что ли, — недовольно отмахнулся от него Белый.

— Естественно, не вижу, здесь же темнота сплошная. Сюда уже ни одного лучика света не достает.

— Вот и я не могу рассмотреть, — согласился Эльен. — Зараза! Да как же она отколупывается?! Я уже сам два раза кинжалом порезался!

— Эльен, что ты делаешь? — встревоженно спросила Мирабэль.

— Пытаюсь вьщрать на память чешую, — пыхтя, ответил Белый.

— Прекрати! — возмутился Черный. — Уж этого дракон не сможет не почувствовать! Ты же нас сдашь с потрохами!

— Ну и что? Вы же хотели с ним поговорить. А так, если не привлечь внимание дракона, вы еще долго будете стоять и пинать его хвост! Уйти нам Мира не позволит. Хочешь, сразу располагайся здесь лагерем, подождешь, пока на тебя случайно наступят, когда будут торопиться к выходу!

— Подвинься-ка, — попросил Викэль, доставая свой кинжал. — Где тут чешуя, которую ты начал выдирать? Из нее получится отличный щит! — И Викэль с азартом взялся за дело.

— Чур, половина — мне! — заявил Белый.

— Где ты видел щит в половину круга?! — возмутился Викэль.

— А где ты видел, чтобы напарники не делили добычу? Мирабэль тихо стояла в стороне, чтобы им не мешать. Она начала думать, что идти разговаривать с драконом — не слишком хорошая идея. Раньше она просто не представляла себе истинные размеры ящера. Ей стало не по себе от мысли, что кончик хвоста дракона и тот выше нее!

У Черного и Белого долго не получалось как следует поддеть чешуйку. Все осложнялось еще и тем, что работали они в полной темноте, пока Викэль наконец не догадался создать огонек. Свет больно резанул по глазам, ослепив на несколько мгновений. Всем троим пришлось изрядно поморгать, пока они снова не обрели зрение. После этого Эльен и Викэль с новыми силами накинулись на хвост.

— Огонек! — раздалось у них над головой.

Тихий мелодичный голос, полный восхищения и удивления, заставил эльфов ойкнуть и лучше осмотреться вокруг. Создавая свет, Викэль как-то не подумал, что между хвостом и потолком тоннеля может остаться значительное пространство. Вот оттуда на них сейчас и смотрели огромные глаза с вертикальными зрачками. Обнадеживало только то, что сразу их не съели, ведь ящеру зачем-то нужен был маг.

— Привет, — сглотнув, поздоровался Викэль. — А мы здесь мимо проходили… Пытались… — Черный замялся, не зная, что бы еще сказать. Тихонько, по сантиметру, легкими движениями пальцев он загнал кинжал в рукав по своей старой привычке, надеясь, что его действия со стороны не заметны.

— Ты че городишь?! — громко прошипел ему Эльен, пряча руки с кинжалом за спину. — Случайно на гору не лезут!

— Ребята, объясните дракончику, зачем мы здесь, — немного дрожащим голосом попросила Мира. До обморока ей было еще далеко, но она боялась, что голос окончательно ее подведет.

Но ни Викэль, ни Эльен ничего сказать не успели. Дракон взял инициативу на себя.

— Вы маги? — с надеждой требовательно спросил Ладиус, прикидывая, а не опасны ли ему трое сразу.

Черный сообразил быстрее.

— Он — маг, — ткнул Викэль в сторону Белого. — Мы его просто сопровождаем. Для моральной поддержки.

Эльен только рот открыл от такого коварства. Он не ожидал, что Черный так его подставит. Но, с другой стороны, знаний о магии коллеге действительно не хватает. Пока Белый рассуждал, что лучше сказать в ответ на это заявление, дракон повернул к нему морду и начал рассматривать чуть ли не с обожанием.

— Проходите, — пригласил Ладиус, аккуратно отодвигая с прохода свой хвост.

Эльфы дружно сделали шаг вперед, затем Эльен с силой толкнул Викэля вперед в качестве разведчика. Он уже успел хорошо изучить повадки конкурента и знал, что, не сделай он этого сам, толкнули бы вперед его. Черный с разгона пролетел несколько шагов, не сумев вовремя затормозить. Впрочем, ничего страшного не случилось. Просто вместо тоннеля он оказался в огромном зале круглой формы. Потолок терялся где-то в темноте на высоте, в несколько раз превышающей человеческий рост. Викэль так и не понял, зачем гномам такое помещение. «Не иначе как специально для приема пролетающих мимо драконов», — ехидненько подумал Черный.

Вслед за ним в зал вступил Эльен, а затем и Мирабэль. Оба с любопытством осмотрелись в скудном свете магического огонька, вплывшего в пещеру вслед за Викэлем. Дракон лежал на боку справа от входа, не делая попыток их съесть или покалечить. В центре зала на большом плоском камне сидел Яго и щурился, не слишком плотно прикрывая глаза от света ладонью. Рядом с ним стояло несколько блюд с недоеденной пищей: половина зажаренной на вертеле птицы, запеченная картошка и мешанина из мелко нарезанных овощей. Едой незадачливого пленника явно пришлось снабжать гномам по требованию дракона. Больше ей неоткуда было взяться.

— Яго! — воскликнула Мира и тут же бросилась к инкубу, повалив его на камень.

Дезориентированный от появления освещения после дня, проведенного в темноте, пленник не успел среагировать на порыв девушки. Одно из блюд с грохотом упало на пол.

Викэль и Эльен с завистью смотрели на эту сцену, желая очутиться сейчас на месте Яго. У обоих закралось сомнение: а действительно ли на Мирабэль не действуют чары инкуба? Была бы она так рада видеть их?

Ладиус издал деликатный клекот, у людей заменяющий покашливание. Ему не терпелось получить ответы на свои вопросы. Маги быстро передвинулись к камню, похлопали Яго по плечам, выражая свою радость от встречи с ним, и уселись рядом, «невзначай» втиснувшись между ним и Мирой. Эльен даже разрешил Викэлю занять место рядом с девушкой, лишь бы устранить Яго.

Белый поднял голову и посмотрел в глаза дракона, выражая готовность слушать.

— Ты точно маг? — еще раз переспросил Ладиус. Он не хотел переживать повторное разочарование и крушение своих надежд.

— Да, — терпеливо подтвердил Эльен. — Стопроцентный.

Викэль незаметно пихнул его локтем, напоминая, что до полноценного мага никто из них еще недоучился, но Белый это проигнорировал. Еще съедят, если сочтут бесполезным.

— Ура! — по-мальчишески воскликнул дракон и начал излагать, как он здесь очутился. Ладиус пожаловался на тиранку-повелительницу, подробно ее описал и в заключение добавил: — Завтра в полдень по ее приказу я должен разрушить левое крыло дворца. А мне так не хочется! Я еще не вполне дорос до того возраста, когда у драконов вырабатывается полный иммунитет к магии. Меня же собьют! — пожаловался он. — А я домой хочу. Нельзя ли меня как-то вернуть обратно на острова?

Эльен задумался. Он ни разу не слышал, чтобы драконов возвращали туда, откуда вызвали. Все случаи в истории твердили, что драконов без всяких разговоров просто убивали, хотя иногда жертвы при этом были значительные. Как-то даже пришлось восстанавливать половину Морьедага, спаленного огнем и разрушенного отраженными заклинаниями. Дракон с надеждой ждал ответа, не спуская глаз с мага.

— Я не знаю, — наконец честно признался Эльен, втягивая голову в плечи. Он не хотел расстраивать и злить дракона, но выбора у него не было. — Надо бы поговорить с магистром Тираэлем. Если кто и может помочь, то только он.

— А где его можно похитить? — тут же поинтересовался Ладиус- Он на стене дежурит?

— Нет, — ответил Викэль и с ухмылкой добавил: — Он как раз сейчас временно ночует в левом крыле дворца, которое тебе приказали спалить. Если тебе завтра удастся пробить крышу, можешь попытаться лапой выловить внутри нашего магистра.

— А если я приземлюсь как раз на его комнату?! — возразил Ладиус. — С мокрым местом не поговоришь!

— О, — возвел Эльен глаза к своду пещеры, — оказывается, садизм — это заразно! Если вам дать волю, то вы сейчас составите план поимки Тираэля, требующий сровнять с землей всю столицу!

— Вы поаккуратнее, — встревоженно вмешался Яго. — Я собираюсь прожить в Морьедаге еще не один десяток лет.

Но Викэль отмахнулся от всех просьб и совместно с Ладиусом начал строить планы, в процессе которых перспектива разрушения грозила то магистрату, то особнякам, прилегающим к Главной площади, то просто нескольким кварталам жилых домов, планировка которых не нравилась Черному. Они ему, видите ли, мешали напрямую добираться домой с района пристаней. Хорошо еще, что дракон против них ничего не имел. Викэль и Ладиус сошлись во мнении, что в город надо лететь задолго до полудня, желательно прямо сейчас, но вот место посадки определить никак не могли. Черный даже дошел до того, что предложил использовать Эльена в качестве заложника, чтобы потребовать обменять его на Тираэля.

— А почему не тебя?! — возмутился Белый.

— Ты же у нас маг, — усмехнулся в ответ Викэль. — У тебя знаний больше, может, правитель сочтет тебя ценным гражданином, надеясь в будущем извлечь хоть какую-то пользу.

— Может, и сочтет, только Тираэлем рисковать все равно не будет, — возразил Эльен, которому не хотелось висеть в воздухе в когтистой лапе дракона. — Давай лучше просто назначим магистру встречу где-нибудь за городом и там поговорим.

— Ага, — хмыкнул Викэль, — размечтался. Магистр заявит, что не намерен бегать в такую даль по первой же просьбе учеников, и твой план с треском провалится!

— А почему бы не назначить встречу возле полигона? — предложила Мира, внимательно прислушивающаяся к их спору. — Это в черте города, так что Тираэль, возможно, не откажет.

— Отлично! — хором согласились Эльен и Викэль.

— А может, лучше на площади? — тоскливо поинтересовался Ладиус. — Там солдат меньше.

— И места тоже, — ворчливо заметил Яго. — Ты просто двигайся быстрее, пока солдаты не пришли в себя от твоей наглой посадки на их территории и не организовали тебе отпор. Тебе и надо-то просто успеть ухватить Тираэля.

Подумав, Ладиус согласился, и Эльен принялся писать учителю письмо с просьбой о встрече на небольшом листке бумаги, выдранном из блокнота, где он записывал примечания к особо сложным заклинаниям. «Есть новости о драконе, — вывел он с помощью угольного карандаша. — Срочно приходите к восьми утра на полигон». Поставив свое имя и имя Викэля, Белый свернул листок бумаги в четыре раза. Лучше было бы вообще скатать его в небольшой плотный шарик, чтобы магическое перемещение адресату забрало меньше сил, но Эльен побоялся, что Тираэль может на это обидеться. Держа письмо в руках, он печально вздохнул. Опять тратить с трудом восстановленные резервы не хотелось.

— Не тяни! — нетерпеливо попросил Черный.

Яго, Мирабэль и дракон тоже выжидательно смотрели на него, а потому Эльену пришлось начертить в воздухе нужный символ, оставшийся тонкими бесплотными нитями сиять над землей. Постепенно сверкающие линии начали двигаться, самопроизвольно переплетаться, пока не слились в сплошную вращающуюся воронку. Именно в нее Белый кинул письмо, громко и четко произнес имя Тираэля и устало опустился обратно на камень. Но посидеть ему не дали — надо было срочно скакать обратно в город. «Опять ночью возвращаться домой будем, — подумал Белый. — И опять почти без магии и доспехов!».

ГЛАВА 21.

Тираэль как раз принимал ванну, когда над головой раздался негромкий хлопок, и что-то белое мягко спланировало на воду. «Нашли время!» — укорил он неизвестных пока отправителей и попытался аккуратно выловить быстро намокшее письмо. Бумага легко рвалась в его руках и не желала разворачиваться. Поэтому ее кусочки пришлось в нужном порядке выложить на бортике ванны, чтобы разобрать текст. Тираэль прочел письмо и задумался: идти или ответить отказом? Что-то вроде: «Вам надо, вы и идите лишние километры до дворца. Я вас здесь подожду». Скорее всего, ученики решили сообщить ему, где находится логово дракона, что он уже и так знает. Но второй вариант реакции на письмо требовал как минимум вылезти из воды, еще не успевшей остыть, найти чернильницу… «Лучше завтра схожу, — решил магистр. — Как раз с утра под этим предлогом наверняка можно будет избежать какого-нибудь поручения Берта».

В отдалении колокол пробил десять раз, возвестив всем вечернее время. Магистр щелчком пальцев дематериализовал промокшее письмо, закрыл глаза и снова расслабился.

Утром предлог, чтобы сбежать из дворца, Тираэлю очень пригодился. Нет, правитель его не трогал, ничего не поручал, не спрашивал, только пожелал доброго утра за общей трапезой. Зато все двадцать магистров, составляющих Совет, дружно прибежали советоваться и жаловаться, узнав о предстоящей им миссии.

— Я руку сломал, неудачно упав с лошади, — стонал магистр Ваэльт, демонстрируя свою облаченную в гипс конечность. — Я колдовать не смогу! — Он предпочел «забыть», что маги-лекари могут срастить кость всего за пару минут, была бы оплата. Дорого, конечно, но качественно и быстро. Просто перелом был для него сейчас хорошим предлогом остаться дома.

— Наше дело принимать решения, вырабатывать стратегию использования заклинаний, а не сражаться самим! — возмущался магистр Гернэль, хвостом ходя за Тираэлем по залам дворца.

Наглее всех оказался магистр Арвинг, разбудивший Тираэля еще в половине шестого утра и с тех пор словно приклеившийся к нему.

— Вышел бы сам с учениками против дракона, показал бы личный пример, — льстиво и нудно уговаривал он. — Тебе же этот ящер на один зуб.

«Пример, как лучше подставляться под пламя дракона? — иронично думал Тираэль. — Может, мне для них на грудь еще табличку повесить: «Легковерный идиот с манией величия?» Ну чтоб они уже не сомневались, что мне можно любую лапшу на уши вешать. За кого меня принимают?!».

Умнее всех оказалась группа из шести магистров, которая единогласно заявляла, что ездить верхом они не умеют, а на телепортацию тратить силы сейчас глупо. Может, они пешочком пойдут и потом всех догонят? Когда-нибудь.

«Ага, после дождичка в четверг, когда посреди весны внезапно опадут все листья с деревьев, — хмыкал про себя Тираэль. — Долго же мы вас будем ждать! Идти можно и не по прямой!».

Магистр Дювиль просто явился во дворец в сопровождении четырех крепких лакеев, нагруженных всевозможным, а главное, очень тяжелым оружием и поинтересовался, брать ли ему с собой щит. Оставить что-либо дома отказался наотрез. «А вдруг понадобится? — делая круглые глаза, заявлял он. — Куда же я без своего двуручного меча / копья / булавы / пращи с запасом камней?..» Он старательно возражал. Само собой, что тяжелые доспехи к этому комплекту тоже прилагались. Тираэль даже и не знал, как ему возразить, но понимал, что бедные лошади под таким весом еле-еле смогут переставлять ноги, если совсем не скончаются от перенапряжения. В семь утра Тираэль уже буквально кипел от гнева и готов был вместо уничтожения дракона устроить военный поход народного ополчения против магистров Совета. Желающих набить им морду наверняка будет немало. Как бы еще не передрались между собой за право первым добраться до снобов, которые ничего не хотят делать, хотя им по должности положено. Уж о том, чтобы магистры не смогли защищаться с помощью заклинаний, Тираэль сам готов был позаботиться.

Магистр буквально вылетел из дворца и даже накинул на себя Полог Невидимости, чтобы никто за ним не последовал. Коллеги его уже просто уморили. И ведь знают же, что обычно против дракона высылали войско и около десяти — тридцати опытных магов, лучших в своем деле. И возвращалась обычно только половина и тех, и других. Но все равно так и норовят выставить на бой его с кучкой неопытных юнцов и без поддержки солдат. Неужели надеются отсидеться в подвалах? Или каждый думает, что отправятся в поход все, кроме него?

Полог Невидимости Тираэль снял только в квартале от плаца, чтобы уж наверняка никто из коллег его не увидел и не перехватил со своими отговорками. Хорошо еще, что среди них он имел самый большой опыт применения заклинаний, а потому Полог отводил и их взгляды. А вот от самого Тираэля никто из Совета так спрятаться не смог бы.

На плац его пропустили без всякой заминки, даже пропуск не спросили. Магистра все солдаты прекрасно знали в лицо. Тираэль вышел на середину огромной ровной площадки и осмотрелся. И где именно ему полагается стоять? Он посмотрел на часы. Было без одной минуты восемь. «Неужели ученички опоздают? — с неудовольствием подумал он. — За оставшееся время они не дойдут сюда даже от ворот!» Тираэль раздраженно притопнул ногой и подхватил полы плаща, разлетевшиеся от неожиданного сильного порыва ветра, которого, казалось, до этого вообще не было. Или он в раздражении не замечал? Уж слишком сильно его допекли сегодня. Тираэль поднял голову вверх, чтобы посмотреть на небо и убедиться в отсутствии грозовых туч.

Когтистая лапа, покрытая мелкими чешуйками и тянущаяся к нему, стала для магистра полной неожиданностью. Он не успевал применить даже щит. Два противопоставленных пальца драконьей лапы из четырех деликатно обхватили его обручем, не позволяя взмахнуть руками и сделать необходимый пасс. Тираэль успел только удивиться, что ящер не раздавил его, а очень аккуратно схватил, и почувствовать, что земля уплыла из-под ног. В лицо, оставшееся открытым, ударил сильный порыв ветра, волосы разметались, упав на глаза, залетев в непредусмотрительно приоткрытый рот. «Подстригусь!» — некстати подумал Тираэль, хотя прическа сейчас его должна была волновать в последнюю очередь. Глупо было думать о волосах, когда не знаешь, останешься ли жив.

Полет оказался недолгим. Буквально через пару минут его бережно поставили на ноги и, обдав напоследок сильной струей воздуха, выпустили. От неожиданности Тираэль еле устоял. Он поднял руки, отводя длинные локоны — гордость любого эльфа — с лица. И тут же чуть снова не свалился, когда на нем внезапно повисло два тела, вопящих что-то вроде: «Доброе утро! А вот и вы наконец!» — с одной стороны и: «Мы вам сейчас все объясним, не нервничайте!» — с другой.

Голоса были подозрительно знакомы. В том, что знает их обладателей, магистр убедился, едва пригладив волосы. Недалеко от Викэля и Эльена он заметил также Мирабэль и еще одного незнакомого ему молодого человека и понял, что его сегодняшние неприятности только начинаются. Утренние визиты членов Совета магов по сравнению с ними покажутся просто счастливым временем. Было у него такое предчувствие…

Ладиус тем временем приземлился на полянке в двух десятках метров от эльфов и ждал, пока они закончат церемонию приветствия. Город виднелся совсем недалеко. Караульные на башнях, постаравшись, наверняка смогут рассмотреть все, что здесь происходит. А вот войско и маги вряд ли быстро и незаметно подберутся. Полянка была выбрана Викэлем как самое удобное место встречи с Тираэлем. Все равно идти в город в темноте эльфы опасались. А то опять призрачные вымогатели могут напасть в обидной близости от ворот, а сил Черного надолго не хватит для защиты четверых.

— Что все это значит? — выпрямившись, холодно поинтересовался Тираэль у учеников. — Неужели это вы — повелители дракона?!

— Нет, — ответил за обоих Эльен. — Мы просто нашли с ним общий язык. Нам не хочется, чтобы он с нами воевал и разрушал город, а ему хочется, в свою очередь, просто вернуться домой. Вот мы и подумали, что вы сможете ему помочь.

— А его повелительница — алорка, — сообщил магистру Викэль. — Мы так поняли, что это родственница посла Анориэля. Она хочет, чтобы дракон сегодня в полдень разрушил левое крыло дворца.

— Я же там сейчас живу! — мгновенно среагировал Тираэль. — Одного дома я уже лишился из-за ифрита, он мне никакого покоя не дает, так теперь еще и без второго крова останусь!

— Домой хочу! — жалостливо попросил Ладиус- Меня же здесь убьют, а я ничего плохого не сделал. Пока. Вон, даже гномов вежливо попросил потерпеть, извинялся перед ними, предлагал помочь, чем могу, а они мне в нос молотом попытались в ответ попасть! Три раза, — добавил дракон. — Натуральные бандюги!

Честно говоря, Тираэль очень хорошо понимал гномов. Не каждый поверит в добрые намерения такого громадного монстра. А вдруг это он таким образом заговаривает зубы, чтобы выманить и съесть? Конечно, теперь, когда Викэль и Эльен служат живым доказательством, можно и поверить в честность дракона. Зато возникает проблема иная: что делать? Тираэль отнюдь не считал себя всесильным. Он ни разу не был на островах драконов, только видел их очертания на карте, нанесенные какими-то энтузиастами-путешественниками прошлого, а потому не мог настроить на них телепорт. Нет, попытаться, конечно, можно. Только где взять прорву энергии для перемещения громадного ящера? До сих пор ему приходилось перемещать с помощью телепорта максимум двоих — себя и еще одно лицо. Но, безусловно, надо постараться как-то помочь дракону. Война с ним обойдется гораздо дороже. Тираэль задумчиво потеребил шнуровку плаща и вспомнил про свою коллекцию артефактов. Как ему их не хватало! Но ифрита бесполезно уговаривать отдать из библиотеки хоть что-то. Можно несколько дней жалобно выть под дверью, посыпать голову пеплом и клятвенно заверять, что вернет предмет обратно или сейчас же выплатит всю его стоимость, — это не поможет. Разве что развлечет ифрита и заслужит его благодарность за хороший спектакль.

— Кхм, — кашлянул Тираэль, привлекая внимание дракона. — А ты не можешь аккуратненько спалить одного ифрита, не разрушив при этом весь дом? Мне надо забрать у него одну вещь для телепорта. — Это было бы хорошее решение всех проблем для магистра.

— Нет, — разочаровал его Ладиус. — Ифриты живут параллельно в двух измерениях, и мой огонь никак не может им повредить. Ну выгонит на несколько секунд из нашего мира в их. Так за это время украсть у него ничего нельзя — не успеть. К тому же и вор должен быть несжигаемым. У вас на примете кандидатуры есть?

Тираэль вздохнул. С налета проблема решаться отказывалась. Он смерил Викэля задумчивым взглядом. У него все же были сомнения, что магия Черного, непроизвольно вспыхнув от переизбытка эмоций, защитит его. Остается только попросить его быстрее найти кольцо. Самого Тираэля из столицы сейчас никто не выпустит.

— До полудня я не смогу отправить дракона обратно на острова, — наконец вынес свое окончательное решение магистр. — Надо срочно ловить тетушку посла. Вэль, кажется. Пусть она отменит свой приказ, а потом уже будем думать, что делать с драконом.

— Его зовут Ладиус, — подала голос Мирабэль.

— Битва с драконом отменяется, объявляется война с Апорией, — хмыкнул Викэль, за что тут же чуть не получил подзатыльник от наставника. Все-таки реакция у него оказалась намного лучше, чем у Тираэля.

— Не путай! — поправил магистр. — Нам война ни к чему, мы ловим всего одного человека. Хорошо, что у этой Вэль нет дипломатической неприкосновенности, а то нам еще разбитый телепорт до конца не простили. Я так и не смог изучить его устройство! Мне срочно надо вернуться обратно в город. Ладиус, подвезешь?

— Я смотрю, магистр вошел во вкус, — хмыкнул Викэль, глядя вслед отлетающему дракону, в лапе которого опять был деликатно зажат Тираэль.

— Нам бы тоже надо поторопиться, — сказал Яго. — Меня там, наверное, уже уволили. Я же свою смену пропустил!

Викэлю и Эльену опять с неудовольствием пришлось наблюдать, как инкуб и Мира вплотную друг к другу усаживаются на одной лошади. Девушка была легче всех, а потому логично, что освобожденный пленник поехал с ней. Хотя оба мага предлагали Яго одну из своих лошадей на выбор.

На дорогу до города у них ушел не один час. Можно было бы добраться намного быстрей, но опять проснулся Мирин магнетизм. Происшествия так и сыпались на голову четверке, наверстывая время, потерянное вчера по дороге в горы. Лошади спотыкались, лопались подпруги, Викэля укусил в руку огромный шмель, Эльена понесла лошадь, которой этот шмель тоже не понравился. В общем, получилась двойная доза неприятностей. Что самое противное, лошадь выбрала направление, противоположное городу.

— Вот скотина! — ругался потом Белый всю оставшуюся дорогу. На дракона ей, значит, плевать! Она едва голову в его сторону повернула! А небольшой букашки с крылышками испугалась так, что только копыта сверкали!

— Небольшой?! — возмущался Викэль. — Да шмель был размером с пол моей ладони! Вон как рука распухла! Даже Мирины травки не помогают. К тому же копыта я как-то не заметил. А вот твой зад, подпрыгивающий в седле, точно сверкал. И где ты такие ярко-вишневые бриджи откопал?

— Где откопал, там уже нет!

— Сожгли все как оскорбление общественного вкуса?

— Нет, раскупили как образец элегантности!

— А ты уверен, что не для огородных пугал? — не сдавался Викэль.

— Не всем же только в черное одеваться! Это ты похож на клиента гробовщика.

— Я щас устрою, что ты гробовщику понравишься больше! По температуре тела, так точно.

— Ха! — отозвался Эльен. — Хочешь помахать своей железкой вокруг моего щита? На пару часов сил мне сейчас хватит.

— Язва! — окрестил Белого Викэль. — Совсем без магического резерва ты мне нравился больше. Такой тихий, спокойный, послушный, настоящая лапочка.

— Извини. Но ты мне тоже больше нравишься, находясь от меня на противоположном конце города.

Подобным образом эльфы переругиг шись до самых городских ворот. Обоим доставляла удовольствие эта словесная дуэль. Яго и Мирабэль не вмешивались. Инкуб не хотел ссориться ни с кем из магов, принимая чью-то сторону. Он наслаждался светом солнца, воздухом, ветром после суток, проведенных в пещере. А девушка просто спала, откинув голову ему на грудь. Ночная скачка ее очень утомила, лишив последних сил.

Яго в данное время чувствовал себя очень счастливым, и на то было много причин. Кто-то мог бы предположить, что это из-за счастливого освобождения из лап дракона. Эльен и Викэль единогласно назвали бы причиной его состояния тот факт, что он единственный из них опять никак не пострадал от общества леди-несчастья. Они так и не сказали ему полное имя девушки. Забыли в суматохе. И только сам Яго знал истинную причину своего счастья. Она мирно спала, доверчиво прижавшись к нему. Инкуб не понимал, когда успел так привязаться к девушке, но ему очень нравился ее простой непосредственный нрав и доброжелательность. Временами Яго очень жалел, что на нее не действуют чары инкубов, но эти моменты быстро проходили. Яго потому и сбежал от соплеменников, что хотел жить в мире реальных, честных и свободных чувств, а не мериться постоянно дарованной ему природной силой с другими, подчиняя или подчиняясь. Он не подозревал, что именно его дар и его проклятие — сила инкубов — позволяют ему находиться в обществе леди-несчастье без вреда для здоровья.

Буквально перед городскими воротами их догнала серебрянка, лихорадочно махающая крыльями в воздухе.

— Эй! — завопила она. — Вы меня забыли! Надо же было предупредить, когда вы собирались ехать обратно в город! А что с драконом? Труп?

— Летающий, — буркнул Эльен, отрываясь от пикировки с Викэлем.

— Что, зомби?! — ужаснулась птичка, опасливо осматривая небо.

— Живой он, — «успокоил» серебрянку Яго. — Вот только час назад над городом летал.

— Надеюсь, со зрением у него не очень, — пробормотала птичка. — Лучше бы он оказался вегетарианцем и предпочитал травку. Wfc- Должен тебя огорчить, к травке дракон относится примерно так же, как ты, — позлорадствовал Викэль. — Даже не рассчитывай откупиться от него пучком морковки. Ну разве только в качестве приправы к твоей тушке.

— Изверг! — вскинув хохолок, заявила птичка и, отлетев от магов, пристроилась сбоку над головой Яго.

Инкуб возражать не стал. Все-таки Мира привязалась к серебрянке.

Ворота встретили вернувшихся путешественников наглухо запертыми створками, хотя в это время они обычно были раскрыты для всех желающих попасть в столицу. Маги и инкуб остановили лошадей в нескольких шагах от караульных башен и дружно уставились наверх, ожидая, когда их заметят. Но стражники даже и не думали выглядывать из амбразур и смотреть вниз со стены.

— Что творится? — удивленно поинтересовался Эльен у спутников. — Нас сегодня впускать собираются?

— Должны, — не слишком уверенно ответил Викэль. — Если ловят алорку, то не положено только выпускать из города. Но с нами Мира…

— Эй, на башне! — крикнул Эльен.

— Кого там принесло? — свесился вниз через проем один из караульных.

— Нас! — ответил Белый нелогично и добавил, исправляясь: — Маги Эльен и Викэль, леди Мирабэль л'Этэль и наемник личной гвардии магистра Дювиля Яго! Открывай ворота, свои!

— Не положено! — ухмыльнулся сверху караульный.

— То есть как?! — возмутился Викэль. — У вас приказ никого не впускать?!

— Нет. Впускать можно, выпускать — нельзя, — ответил стражник, лениво зевая и прикрывая рот ладонью.

— Так в чем дело? — опять напустился на него Черный. — Впускай!

— Так ворота открывать не положено. Приказ! — в очередной раз ухмыльнулся сверху караульный. Это был один человек из тех, что дежурил с ними на стене в ночь похищения Яго. Он решил, что настал для него удобный момент расквитаться за ворон, хотя не маги же их насильно протащили над стеной. Но приказ не открывать ворота у него действительно был. Министр обороны не очень точно выразил на бумаге свои мысли, в связи с чем возникла нелепая ситуация. — Хотите, я вам канатик спущу? — поинтересовался караульный, решив все же подстраховаться от разборок с начальством.

— Издеваешься? — вздохнул снизу Эльен. — И как мы по нему лошадей будем затаскивать?! Между прочим, с нами еще дама!

— А это не мои проблемы, — пожал плечами караульный. — Мое дело — предложить.

Эльен хотел продолжить безнадежный спор, но ему помешал Яго. Инкуб подъехал поближе и тронул его за плечо.

— Это действительно та самая Мирабэль? — сдавленным шепотом поинтересовался он, указывая на спящую девушку.

Белый кивнул, подтверждая, и настороженно посмотрел на друга, ожидая его реакции. Но Яго не порадовал его бурными эмоциями.

— Не может быть, — потрясенно прошептал инкуб. — Я же за всю дорогу ни разу даже не споткнулся. А должен был, если верить молве.

— Зато мы получили двойную порцию! — заявил Викэль. — Не страшно теперь сидеть с Мирой на одной лошади?

— Нет, — честно ответил Яго, не покривив душой. Он ничуть не волновался за себя. Можно и стерпеть мелкие неприятности, лишь бы девушка не чувствовала себя опять одинокой и никому не нужной. — Может, разобьем лагерь тут и дадим Мире выспаться? — предложил инкуб. — Вечером наверняка уже можно будет въехать в город.

— Не уверен, — отозвался Викэль — С них станется и неделю ловить алорскую колдунью. Эльен, а ты не можешь проделать в стене небольшой временный проход?

— Сам проделай, — отмахнулся от него Белый. — Я силы тратить не буду. Не мне тягаться с защитной магией Совета.

— У меня проход получится только постоянный. Я все же спец по разрушениям. Потом придется заплатить гномам кучу денег, чтобы они заделали дыру. Это, конечно, в том случае, если меня сразу не задержат за порчу державного имущества.

Серебрянке было проще, она уже давно перемахнула стену, решив подождать хозяйку в городе.

Яго тем временем подъехал к воротам поближе, чтобы не вмешиваться в разборки магов. Лучше он пока в сторонке постоит, а то они с Мирой окажутся самыми крайними и виноватыми в сложившейся ситуации. За спиной он услышал странные скрипы и треск. Яго повернул голову и с удивлением увидел, что огромная створка ворот медленно заваливается в его сторону, образуя проход. Лошадь без понуканий сделала скачок, избавив тем самым своих седоков от опасности быть придавленными. С громким грохотом створка ворот упала на дорогу, от нее отлетело несколько щепок, несмотря на магический наговор.

Все восемь караульных тут же свесились с башни, чтобы посмотреть на произошедшее безобразие. Они удивленно таращили глаза на магов и не знали, что предпринять. В то, что Эльен и Викэль вдвоем могли обрушить ворота, заговоренные всем составом Совета магов, никто не верил. Но других идей у них не было, пока они не заметили девушку, сонно трущую глаза. Мирабэль просто не могла не проснуться от шума падения ворот и от резкого скачка лошади.

— Вот не везет, — тоскливо произнес один из караульных, узнав в девушке дочь командующего. До этого он не слишком вслушивался в имена прибывших. — И что здесь леди-несчастье потеряла? Женились бы вы на ней быстрее, пока не вышел срок, установленный правителем, и увезли бы подальше от столицы. А то пока вы будете спорить, кому она достанется, весь город развалите!

Караульный говорил не подумав, повторяя слухи, гуляющие по городу. Приказ правителя не остался тайной, хотя и точной его формулировки никто не знал. Эльен и Викэль сами же успели проговориться о наказании своим знакомым, а те, в свою очередь, тоже не стали молчать.

— Так вы что, притворяетесь моими друзьями и ухаживаете за мной по приказу правителя?! — с тревогой требовательно спросила Мира у своих спутников, но смотрела тем временем на Яго, с которым делила лошадь. Она всем корпусом развернулась к нему, вызвав неудовольствие лошади от странного поведения седока. Инкуб мог соврать, но не хотел.

— Не волнуйся, — мягко попросил он. — Это не совсем так. Понимаешь, правитель, конечно, издал указ, но…

Договорить Яго не успел, не стоило ему вдаваться в столь многословные объяснения. Мира с силой толкнула его в грудь, и инкуб, не удержавшись, полетел с лошади на землю. Из глаз девушки потекли слезы разочарования. Она-то думала, что наконец обрела истинных друзей! После стольких лет одиночества ей было приятно почувствовать себя нужной и интересной кому-то. Мира резко потянула поводья лошади, заставив ее развернуться, и стремглав поскакала в город, не разбирая дороги. Сердце Мирабэль готово было разорваться. Лошадь бешеным галопом неслась по улице, дома и испуганные люди слились для Миры в сплошной поток. Она ничего не замечала вокруг, не знала, куда едет и зачем. Ей просто хотелось как можно дальше убежать от предателей, притворившихся по приказу ее друзьями.

Окриков Викэля и Эльена она не услышала. Оба эльфа попытались ее догнать, но бесполезно. Там, где сквозь толпу успел проскочить один человек, не обязательно успеет кто-то еще. Сначала отстал Белый, а затем и Черный, потеряв девушку из вида за очередным поворотом улицы.

— Викэль, стой! — окликнул Эльен. — Ей надо успокоиться! По-моему, сейчас с ней бесполезно разговаривать, она не станет слушать объяснений! Мира даже Яго не дослушала, хотя он-то не упоминается в приказе правителя, и запросто мог себе что-то сломать без всякой вины, когда падал. К тому же что ты ей скажешь? Правду? Черный притормозил и перестал лихорадочно оглядываться, пытаясь определить, куда дальше поскакала Мирабэль.

— Я не самоубийца, — ответил он Эльену. — Правду выкладывать нельзя! Хотя и врать… Ведь узнает же. Страшно подумать, что тогда может случиться.

— Дадим Мире пару часов на то, чтобы прийти в себя, — предложил Эльен. — Надо вернуться за Яго.

— А может, он как раз и согласится ей все объяснить и попросить понять нас? Мне кажется, Яго действительно испытывает к Мире дружеские чувства.

— Он даже не боится. Хотя, надо признать, все оказалось не так страшно, как я опасался, — признал Эльен. — Мира отнюдь не монстр, как можно подумать, услышав все городские сплетни.

— Да, — согласился Викэль. — Честно говоря, в переделки я попадал и без ее вмешательства. Причем по собственной воле и с гораздо более серьезными последствиями.

— Ничего, мы ей все объясним, — пообещал Эльен.

ГЛАВА 22.

Лошадь привезла Мирабэль прямиком в порт. До этого момента эльфийка даже не помышляла о том, чтобы уехать куда-нибудь, но теперь, немного придя в себя, задумалась. Пред ней тихо плескалось море, волны накатывали на дощатые пирсы и разбивались на тысячи мелких брызг. На воде покачивалось несколько кораблей, в основном торговых. Всюду кипела жизнь: что-то проносили мимо, грузили, спорили и ругались. Народу в порту было много, в основном простые моряки и грузчики.

Мира спешилась и задумчиво изучила корабли. Судя по всему, в море вскоре должен был выйти только один из них — торговый корабль из Алории. В столице девушка больше не хотела никого видеть, здесь никто, кроме отца, не испытывал к ней теплых чувств. Может, в других землях ее жизнь сложится лучше? Мира проверила кошель на поясе и решила, что на первое время денег ей должно хватить. Она не задумывалась, что конкретно будет делать. Для нее главное сейчас было уехать как можно дальше, чтобы никогда не видеть лиц предателей, которых она считала своими друзьями.

На корабль по трапу поднимали коробки, ящики и тюки, тщательно перевязанные крепкими бечевками. Грузчики и матросы суетились и, очевидно, страшно торопились. Перед трапом груз по списку принимал краснокожий орк в холщовых потрепанных брюках и жилетке. Рубашки на нем не было, хотя погода стояла не самая жаркая. Мира поняла, что даже за большие деньги мимо орка она не пройдет. Ведь документов, разрешающих выезд из державы, у нее не было. Вряд ли капитан и команда алорского судна захотят конфликтовать из-за нее с море-нийской таможней. Им это невыгодно.

Мира проследила, откуда грузчики носят коробки и ящики, и, улучив момент, юркнула на склад. Люди, занятые работой, ее не заметили. Девушка выбрала себе одну коробку средних размеров и волоком затащила ее за тюки. Первое время не заметят. Туда же она прихватила валяющиеся на полу ножницы и моток бечевки. Мира распаковала коробку, вынула из нее охапку каких-то перьев и запихнула в угол склада за бочки, понадеявшись, что там их не найдут. Она отрезала два куска бечевки от мотка, подсунула их под коробку, расположив накрест и начала устраиваться на остатках перьев. Ножницами проделала в центре крышки небольшое отверстие и пропустила в него все четыре конца канатиков. Закрыв коробку, Мира потянула за бечевки, до предела натягивая их. Если повезет, то грузчики подумают, что узел остался под днищем. Главное, чтобы не перевернули коробку. С запозданием девушка сообразила проделать для себя ножницами в стенках пару маленьких отверстий для поступления воздуха. Она надеялась, что ножниц и бечевки не хватятся, ей они были полезнее. Гнездышко у Миры получилось даже уютное. Перья были мягкими, и сидеть на них оказалось удобно. Но все же лучше бы коробку загрузили быстрее, ведь в согнутом положении, без движения у нее скоро затекут все конечности.

Ждать пришлось довольно долго, а может, Мире просто так показалось. Она уже даже стала немного сожалеть о своей идее. Если бы грузчики промедлили еще немного, девушка, скорее всего, предпочла бы вылезти и попытаться пробраться на борт с помощью денег или вернулась бы домой. Но вот Мира услышала приглушенные стенками коробки голоса:

— О, Серг, смотри-ка, мы коробку с перьями забыли погрузить к остальным. И кто ее поставил за тюки?

— Неважно, Рик. Хватайся и пошли. Главное, что перья полегче будут, чем те громадные мотки тканей. Чуть не надорвался в последнюю ходку.

Мирабэль почувствовала, что коробка оторвалась от пола и, покачиваясь, куда-то поплыла.

— Серг, а ты уверен, что мы сделали хороший выбор? — пыхтя, поинтересовался один из голосов. — Если тут упакованы перья, то такое ощущение, что они вместе с птицами! Кажись, тюк полегче был.

— Фух, — выдохнул Рик. — Килограмм семьдесят явно весит! Из бронзы эти перья, что ли?!

Мирабэль в коробке обиженно поджала губы. И здесь ее оскорбляют! Ей очень захотелось возмутиться и сказать, что она и до пятидесяти килограмм немного недотягивает. Но это был бы полный провал идеи с отъездом. Зато это оскорбление немного приглушило боль от предательства и отвлекло эльфийку. Она вообразила, как устроится в Алории на работу лекарем, у нее появится куча друзей и благодарных пациентов, как заведет себе небольшой домик…

Коробку ощутимо тряхнуло. Мира и не подозревала, что ее только что чуть не утопили, так как оба грузчика поскользнулись на трапе. Она, естественно, не видела, что коробку отнесли в трюм. Только почувствовала, что ее пристанище наконец поставили на пол.

Оба грузчика шумно перевели дыхание. Один из них досадливо пнул ногой бок коробки, заставив девушку прикусить губу, чтобы не возмутиться вслух. Она же им не мешок с картошкой! И не безропотный тюк тканей!

Наконец оба грузчика передохнули и удалились, оставив ее в покое. Но выбираться Мира не торопилась, решив выждать еще немного, пока не закончится погрузка. Не следует попадаться матросам на глаза раньше времени. Нет, лучше им вообще не попадаться. Мира надеялась, что среди груза найдется что-нибудь съедобное.

Для девушки опять потекли долгие минуты ожидания. Еще несколько раз она слышала шум шагов грузчиков, их тяжелое сопение и негромкую ругань. Потом над головой кто-то принялся считать количество коробок, ящиков и тюков. Один очень вежливый голос начал убеждать кого-то, что с грузом все в порядке, и просил разрешения на отплытие. Второй голос недовольно признал, что все действительно сходится. Мирабэль так поняла, что капитан получил разрешение таможенников на отплытие, и мысленно поздравила себя с началом путешествия.

А между тем не одна Мирабэль обрадовалась, что корабль наконец может покинуть порт. У девушки оказалась соседка, о которой капитан, правда, знал. Вэль была вынуждена срочно покинуть Морению и воспользовалась для этого услугами торгового корабля своей державы. Ей соорудили убежище в коробке, наполовину заполненной, как и у Мирабэль, перьями. Алорская шпионка досадовала на себя за провал миссии, но радовалась, что хоть ноги успела унести из-под самой облавы. Хорошо, Анориэль отвлек стражников, пока она выбиралась из здания посольства через потайную дверь. Моренийскими строителями она предусмотрена не была. Это уже кто-то из послов решил на всякий случай внести усовершенствование в планировку здания. «И пусть теперь мерзкий непослушный дракон разнесет им по камушку всю столицу!» — мысленно желала Вэль. Моренийцам теперь долго будет не до внешней политики, пока они не разберутся с этим ящером. Шпионка злорадствовала, что оставила местные власти с носом и с огромными неприятностями, хотя артефакт она так и не получила. Демоны побери этого Тираэля!

Только радовалась Вэль рано. Если бы она знала, кто ей достался в соседки, то явно задумалась бы, а не сдаться ли ей властям добровольно, и чем скорее, тем лучше.

Мирабэль и Вэль начали выбираться из коробок практически одновременно. Но моренийке это удалось быстрее, так как шпионку упаковывали тщательнее.

— А ты еще кто? — раздался за спиной у Мирабэль женский голос, заставив испуганно вздрогнуть. Девушка как раз занималась тем, что читала надписи на ящиках, пытаясь найти съестное. Она решила, что лучше все же ответить:

— Мира. Мне срочно надо было убраться из Морении.

— Надо же? И мне, — удивилась шпионка. — И чего этот прохвост, капитан, не предупредил меня, что я здесь буду не одна? Мы обе очень рисковали попасться таможенникам. Если бы они решили проверить содержимое груза…

— Где-то я тебя уже встречала, — заметила Мира. — Твой голос мне знаком. Но тут слишком темно для того, чтобы я могла разглядеть тебя и вспомнить.

— Хм, — задумалась шпионка, — я тоже определенно тебя знаю.

— А ты кто?

— Зови меня… Вельта, — соврала алорка, не рискнув представиться настоящим именем. Мало ли какие счеты к ней могут быть у этой девушки. Хотя законопослушные граждане, способные выдать ее Морении, тайком в коробках родину не покидают.

Мирабэль задумалась, что будет, если нежданная попутчица выдаст ее капитану. Она решила, что деньги все же помогут ей разобраться. Если капитан взялся вывезти одну девушку, то почему бы стал возражать против второй?

— Странно, — произнесла между тем Вэль. Это была, скорее, мысль вслух, чем утверждение для ушей спутницы.

— Что именно? — поинтересовалась Мира.

— Качки что-то не заметно. Мы уже должны были отплыть. Я хочу как можно быстрее попасть домой!

— Я тоже ничего не ощущаю, — заметила Мира. — Хотелось бы быстрее добраться до Алории! Там сейчас, наверное, тепло, светит солнце. А здесь темно, холодно и сыро. Я вон даже стою в какой-то луже. Мне почему-то казалось, что на кораблях вода должна быть только за бортом.

— Где лужа? — напряженно спросила алорка.

— Тут, двигайся ко мне, — сказала Мира. Она сама сделала шаг в сторону, чтобы ее спутница могла удостовериться в присутствии предательской влаги. — Ой, и тут лужа! — удивилась дочь командующего. — Неужели из ящиков что-то вытекло?

Алорка взволнованно прошлась вдоль узких проходов между закрепленными ящиками, навалами тюков и рядами коробок. Под ногами хлюпала вода. Тщательно все осмотрев, Вэль с ужасом поняла, что она сочится из-под одной из переборок.

— Мы же тонем! — воскликнула алорка. — В днище явно где-то есть течь! И почему мне так не везет?!

На последний вопрос шпионки мог бы ответить любой житель Морьедага. Но, естественно, они его просто не услышали.

— Ой! — испуганно воскликнула Мира. — Надеюсь, до берега еще не очень далеко? Я плохо плаваю.

Алорка тем временем начала выбираться на палубу. Вода уже доходила до щиколоток и, похоже, продолжала прибывать. Испуганная Мира устремилась вслед за своей новой знакомой. Она не была готова к тому, что придется в холодной воде добираться до берега.

— Неужели мы сели на мель при выходе из порта?! — горестно предположила вслух шпионка. — Да что же тут творится? Ничего у меня не получается нормально сделать в этой Морении! Даже убраться отсюда спокойно не могу!

Обе девушки выбежали на палубу, где тут же натолкнулись на капитана. Он один остался на корабле и сейчас стоял, схватившись руками за голову, и наблюдал, как борта все ниже опускаются к жадным волнам. Но самое удивительное, что корабль даже не успел отчалить! Матросы суетились на пирсе, готовясь спасать груз.

— Тридцать лет плаваю, но такое со мной происходит в первый раз! — взвыл орк-капитан. — Меня же коллеги засмеют! Утонуть в порту! Откуда в днище взялась пробоина?! Говорили же мне, что нельзя пускать баб на борт! А тут пришлось взять эту… — он посмотрел на алорку, — или эту. — Орк перевел взгляд на Миру. — Он зажмурился и потряс головой. Перед ним оказались две дамочки в костюмах для верховой езды, цвет их волос он точно разобрать не смог. У обеих головы были плотно облеплены мелкими пушистыми перышками разных цветов.

Мира и Вэль переглянулись и одновременно хихикнули, оценив внешний вид друг друга.

— Вон с моего корабля, курицы недоощипанные! — завопил капитан. — Брысь!

— С твоего корыта, ты хотел сказать, — язвительно отозвалась Вэль, гордо шагнув к трапу.

— Извините, — привычно пробормотала Мира, отступая к трапу вслед за женщиной. Опознать ее при свете солнца она пока так и не смогла — перья сбивали с толку.

Под прицелом злых взглядов моряков, озабоченных свалившимся несчастьем, алорская шпионка и Мирабэль спустились на берег и поспешили отойти подальше. Вэль хмурилась, не зная, что ей теперь делать. Прятаться в подвалах трущоб? Так это опасно. Ее ненормальный дракон может решить спалить и их мимоходом, направляясь к дворцу.

Мирабэль тоже пребывала в растерянности. Желание уехать из родного города схлынуло, она наконец поняла, что глупо было так импульсивно действовать и незаконно пробираться на корабль. Из задумчивости ее вывел восторженный голосок над головой:

— Ой, сколько перышек! Я тоже себе такие хочу! Особенно вон те, желтенькие… и красненькие… и… А откуда такое богатство?!

— Лия?! — удивилась Мира. — Ты что здесь делаешь?

— Тебя ищу! Ты меня покормить забыла! А Эльен с Викэлем намеков не понимают! — пожаловалась птичка. — Я как потеряла тебя в толпе, так к ним прицепилась.

— Ты бы им как-то яснее напомнила о еде, — сказала Мирабэль.

— Да? А тридцать раз повторить, что хочу жрать — это не ясно?!! Я полчаса летала над Эльеном, требуя колбасы, пока не поняла, что этот хам меня попросту не слышит! Опять его магические фокусы!

— Даже о тебе эти предатели позаботиться не могли! — пожаловалась девушка.

— Они вокруг Яго бегают, он руку сломал, — наябедничала Лия.

— Ой! — воскликнула Мира, испуганно прижав ладошку к груди. — Надеюсь, ему не очень больно? Я не хотела! Просто сильно на него рассердилась.

— А он к приказу правителя не имеет никакого отношения, — сообщила серебрянка. — Яго просто друг Эльена. Я сама слышала, как эти вредные маги, морящие меня голодом, говорили, что приказ касался только их двоих.

— Бедняжка! — воскликнула Мира, имея в виду инкуба. — Я должна срочно найти его и вылечить! Я знаю отличные травки, помогающие костям быстрее срастись. Вельта, а ты сейчас куда? — окликнула она свою новую знакомую.

— Похоже, в тюрьму, — севшим голосом произнесла шпионка, напряженно рассматривая отряд людей в военной форме, перекрывших все доступы в город.

Маленькие группки солдат настороженно двигались к двум эльфийкам, казалось, со всех сторон. Среди мундиров выделялись фигурки в малиновом и черном камзолах — маги Эльен и Викэль. Рядом с ними медленно шел лорд Этэль.

Вэль подумала, что ее обложили со всех сторон. Надо же — выследили! Телепортироваться сейчас она не могла — слишком много в последние дни было потрачено сил. Кидаться в море — глупо. Выловят и все равно с позором, мокрую, доставят под стражу. Остается сдаться и уповать, что наказание будет не слишком жестоким. Может, Анориэль походатайствует за нее. Вэль как-то не подумала, что слишком много чести для преступника, если его ловит лично командующий войск державы, а не простые отряды стражи.

Шпионка вскинула подбородок, сделала шаг вперед к лорду Этэлю и гордо произнесла:

— Я сдаюсь. Без сопротивления (какое может быть сопротивление, если сил не осталось, а перед ней стоит небольшая армия и маги?!), прошу это учесть.

Лорд Этэль оторвал взгляд от своей явно расстроенной дочери и с изумлением посмотрел на стоящую перед ним женщину, облепленную мелкими перышками. Он ее абсолютно не узнал. «Кто это?» — удивленно подумал лорд Этэль, но все же подал сигнал людям, чтобы взяли незнакомку в кольцо. Ее личность можно уточнить чуть позже.

«Вот хам! — возмутилась про себя алорская шпионка. — Хоть бы попытался скрыть свое изумление, увидев меня в столь плачевном виде! Какие эти моренийцы грубияны!».

Мира растерянно посмотрела на отца и на Велыу. Она не понимала, что происходит, и попыталась вспомнить, где видела женщину раньше.

— Прошу учесть, что я гражданка Алории, — между тем заявила шпионка. — Я требую присутствия посла!

Лицо лорда Этэля осветилось озарением, он понял, кого только что сумел задержать. Поняли это и солдаты, мгновенно насторожившиеся и сузившие кольцо оцепления. Викэль с интересом принялся рассматривать пойманную алорку, доставившую им лишние проблемы. Эльен подобрался и прикидывал, на что ему хватит сил, если женщина захочет сделать попытку скрыться с помощью магии. Выходило, что лучше надеяться на физическую силу, нежели на заклинания. Вот если бы Черный еще подсуетился… Эльен чуть пихнул коллегу локтем, но эффекта от этого не вышло. Викэль, естественно, не понял, что от него хотят.

— Я же говорил, что эта наглая голодная птица приведет нас прямиком к Мире! — радостно заявил Черный. — И вот, пожалуйста! Даже поисковое заклинание составлять не понадобилось! Лия просто пару часиков полетала над городом!

— Просто?! — возмутилась серебрянка. — Да у меня чуть крылья от усталости не отвалились! Изверги! Экс-эксплуататоры! — не сразу выговорила он слово.

— Так вы что, такой компанией искали не меня?! — оскорбилась Вэль, до которой начало доходить, что Мире уделяют слишком много внимания.

— Вас магистр Тираэль ищет и несколько отрядов солдат, предоставленных в его распоряжение, — нашел возможным объяснить лорд Этэль. — Он методично прочесывает город вместе с несколькими коллегами, не входящими в состав Совета. Правитель поручил вашу поимку ему. Сейчас мы сдадим вас Тираэлю с рук на руки.

— О! А я в таком виде! — ужаснулась алорка и попыталась вытрясти перья из волос. — Не везет мне сегодня.

Среди солдат раздались сдержанные смешки, да и сам лорд Этэль улыбнулся.

— Мы даже знаем почему! — раздался из толпы солдат чей-то смелый голос- Все бы преступники решались покинуть страну в обществе леди Мирабэль!

Вэль удивленно осмотрела свою коллегу по неудавшемуся побегу из Морении. Особенно ее смутили темные волосы, проглядывающие из разноцветной массы перьев.

— Это не может быть леди-несчастье! — громко и неделикатно во всеуслышание заявила она. — Мне говорили, что Мирабэль — рыжая!

— Была, — подтвердил лорд Этэль, — пока Тираэль не наложил на нее иллюзию. Извини, моя девочка, — обратился он к Мире, — это была вынужденная мера. Мне сегодня даже пришлось специально оглашать солдатам описание дочери. Хотя многие уже видели ее в лазарете.

— С некоторыми чуть сердечный приступ не приключился, — осторожно хохотнул Викэль.

— Снимайте уж иллюзию, — попросил чей-то голос из толпы. — А то у нас условный рефлекс по спасению лучше срабатывал на рыжие волосы.

— Тираэль скоро снимет, — пообещал лорд Этэль, прекрасно понимая солдат. Все-таки, узрев единственные в своем роде рыжие волосы Миры, у них больше шансов вовремя избежать очередной неприятности, чем шарахаясь от каждой черноволосой эльфийки.

— А как я сейчас выгляжу? — растерянно спросила Мира у отца, теребя свой локон. Она не заметила никаких изменений в своей внешности, так как иллюзию видели только окружающие, но не она.

Командующий замялся, помянув Тираэля недобрым словом. Вот как он сейчас объяснит дочери, что магистр ее хорошенечко изуродовал? Викэль с Эльеном тоже не спешили ему на помощь. Даже солдаты молчали, ожидая, что скажет командор.

— Тираэль тебе потом опишет, — нашел выход лорд Этэль и мстительно улыбнулся, представив, сколько раз после этого магистру придется запнуться на ровном месте. Если его, конечно, после такого рассказа не будет ждать что похуже…

Мира согласно кивнула. Внешность ее сейчас волновала меньше, чем здоровье бедного Яго, который по ее вине сломал руку. Да и дракона надо освободить. Алорка должна успеть отменить указ до полудня.

— Не обижайся на Эльена и Викэля, — попросил лорд Этэль. — Они ни в чем не виноваты. Оба старались с тобой подружиться. Да, по приказанию, но ведь они отнеслись к тебе лучше, чем все остальное население столицы. Они искренне о тебе беспокоились.

Мира ничего не стала отвечать на эту тираду. Она еще думала, что ей теперь делать и как вести себя с обоими магами. Но первый гнев на них уже прошел, и девушка была в состоянии оценить поведение Эльена и Викэля непредвзято. В их любовь она, конечно, не верила, но вот в некоторое дружелюбие по отношению к ней… возможно.

— Давайте скорее отведем алорскую магичку на плац к дракону, — сменил тему Эльен, боясь, что дело может сложиться не в их с Викэлем пользу. Вот останутся оба без защиты магии…

Лорд Этэль согласно кивнул и дал сигнал солдатам разворачиваться и двигаться как можно быстрее на плац. Решение личных вопросов подождет.

ГЛАВА 23.

— Вик, катастрофа! — вопил кто-то за дверью.

Черный даже догадывался кто. Только Эльен имел наглость так его звать. Он неохотно поднял голову с диванчика в гостиной, где недавно уснул. Спальню он использовал в основном в качестве склада. Сейчас, по его прикидкам, время приближалось к полуночи. Викэль ругнулся. Вечно этот Эльен полуночничает сам и ему мешает лечь пораньше, хотя знает, что Викэль встает с рассветом. Это уже превращается в дурную привычку.

— Открывай, катастрофа! — не сдавался голос за дверью.

Викэль медленно и неохотно сел. Ну почему бы его соседям не выскочить и не отлупить Белого за крики в столь позднее время? Так не хочется идти открывать. Но нет, соседи почему-то терпят. Скорее всего, как и Эльен, считают, что это будет недостойно аристократов — идти выяснять отношения. Или не хотят связываться с магом, известным всем своими шуточками? А может, боятся, что на защиту гостя выйдет он сам? Эх, надо было плакат написать над дверью: «За избиение гостей, которых принесло ко мне после девяти вечера, вам ничего не будет!» Или можно еще короче и крупнее: «Бей их, вражин! Спать мешают!» Нет. А вдруг это окажется Тираэль? Лучше так: «Отлупите блондина, если увидите под дверью». Но только Викэль сомневался, что его добропорядочные высокомерные соседи примут это за руководство к действию.

— Вик, проснись немедленно! — надрывался Эльен, голося, казалось, на полквартала. — Сейчас магией разнесу дверь в щепки!

Вот это уже было серьезно. Дверь Викэлю было жалко. Это же потом новую устанавливать, замки подбирать, да и кривотолки пойдут. У него потом все знакомые будут интересоваться, что так срочно понадобилось блондину у него ночью, раз он решил выбить дверь. Хорошо еще, если предположат, что они просто не поделили любовницу. Но он боялся, что фантазия у его знакомых гораздо более богатая. Замаешься отшучиваться.

Викэль поднялся и, шлепая босыми ногами по холодному полу, резво поспешил к дверям. А вдруг у Эльена действительно уже лопнуло терпение? Он быстро создал над головой небольшой магический огонек и в его свете отпер замки. Дверь тут же распахнулась, и на пороге показался взволнованный Эльен. Он запросто отпихнул Викэля с дороги и просочился в прихожую, а затем и в гостиную. Закрывать за ним дверь он предоставил Черному, вызвав на его лице недовольную гримасу.

Викэль тоже прошел в гостиную и обнаружил, что Белый уже по-хозяйски расположился в кресле и даже успел стянуть с журнального столика рюмку с недопитым бренди. Бутылка тоже перекочевала поближе к наглому гостю. Эльен одним глотком осушил рюмку и налил себе еще, Черный и слова не успел сказать. Да и связываться с Элье-ном бесполезно. Викэль молча достал себе из шкафчика вторую рюмку, отобрал у Белого бутылку, налил из нее немного и сел на диван, сохранивший еще отпечаток его тела. Пить пока не стал, решил подождать, пока не узнает новости, вызвавшие столь бурную реакцию у Эльена. А между тем тот отмерил себе новую порцию бренди и только тогда поднял взгляд.

— Чего там опять случилось? — зевая, поинтересовался Викэль.

— Катастрофа!

— Я это уже слышал. А поточнее нельзя?

— У правителя появилась новая идея по полезному применению свойств Миры! И она совсем не сочетается с нашей целью!

— Какая идея? — насторожился Викэль.

— Правитель хочет на пару месяцев отправить Миру в Алорию в качестве посла! Решил таким образом втихаря отомстить за проблемы с драконом и с призрачными сущностями. Вэль призналась, что они тоже ее рук дело. Тираэль допросил алорку с помощью магии и выяснил, что она шпионка и ей нужно было выкрасть у него один полезный артефакт. Ссориться в открытую и объявлять войну Бертрам не хочет, а вот прислать к ним в отместку ходячую катастрофу… Правитель не собирается объявлять, что поймал их шпионку, он даже посла Анориэля попробует убедить, что его тетка попросту куда-то исчезла, уехала.

— А что с ней будет?

— Да какая разница?! Посидит в тюрьме, или Бертрам придумает еще что-нибудь поинтереснее. Главное, как мы будем ухаживать за Мирой? Время-то идет! — эмоционально воскликнул Эльен.

— Придется тоже ехать в Алорию, — вынес решение Викэль.

— Думаешь, нас выпустят? — поинтересовался Эльен.

— Думаю, еще и вещи помогут собрать, — ухмыльнулся Викэль. — Сам подумай. Мира и сама по себе катастрофа, а если с нами, да при соперничестве…

— Тройная катастрофа! — догадался Белый, хохотнув. — Я смотрю, правитель действительно все хорошо продумал. Надо бы его не разочаровать.

— Не знаю, как ты, а я не против того, чтобы устроить алорцам веселенькую жизнь, — мечтательно закатил глаза Черный. — Там нас и заподозрят-то не сразу. Это здесь нас каждая собака знает.

— Точно! Повеселимся напоследок!

— Да, с утра надо будет готовиться в дорогу, а сейчас лучше поспать.

— За предстоящее веселье! — объявил Эльен, поднимая рюмку.

Черный поддержал тост, сделав добрый глоток. Белый залпом осушил рюмку, чего Викэль от него не ожидал.

— Спокойной ночи, партнер, — подмигнув, объявил Эльен, поудобнее устраиваясь на кресле. Ему уже не впервой было в нем спать.

— Спокойной ночи, партнер, — пожелал Викэль, благодушно улыбнувшись. Он не стал возражать против самоуправства Эльена. Даже странно, но ему совсем не хотелось вытолкнуть его за дверь. Да и союзник и соотечественник в чужой державе не помешает. Чего им ссориться? Мирабэль к ним от этого лучше относиться не станет, а Тираэль на таком расстоянии их выпады друг против друга не оценит.

Утро для эльфов началось со стука в дверь. Рассвет только-только успел наступить, и ночная тьма еще не полностью отступила. Невыспавшийся Викэль недовольно приподнял голову с дивана и пожаловался вслух:

— Там же колокольчик есть, почему же все предпочитают тарабанить в дверь кулаками? Написать, что ли, объявление, что на стук открывать отказываюсь?

— Вот дятлы! — сонно отозвался Эльен, презрев тот факт, что и сам еще ни разу не воспользовался колокольчиком Черного. — Открой, а? Я спать хочу! Что за манера ломиться посреди ночи?!

— Утро уже. Раннее. А я, между прочим, вчера, когда ты стучал, тоже спать хотел. Нормальные эльфы по ночам в гости не ходят, — заметил Викэль.

— Так то вечер был! — вяло возмутился Эльен.

— А теперь утро! — ухмыльнулся Черный, повеселев, так как не ему одному не удалось нормально выспаться. Он пошел открывать дверь очередному незваному, но очень настойчивому гостю.

На пороге показался магистр Тираэль. И какое счастье: он тоже не выглядел бодрым и абсолютно выспавшимся! Под глазами учителя залегли тени, волосы торчали в разные стороны, как будто магистр, встав, забыл расчесаться. В руках он держал несколько свитков бумаг с восковыми печатями. Здороваться магистр не стал. Наверное, не счел правильным назвать «добрым» утро, когда ему пришлось встать ни свет ни заря и поработать простым курьером у правителя. Как будто тому лакеев мало! Все-таки жить во дворце Тираэлю абсолютно не нравилось, хотелось скорее перебраться обратно в свой уютный домик, где запросто можно сделать вид, что его нет. Во дворце же любой стражник доложит Берту, где магистр прячется.

Тираэль молча прошел в дом мимо Викэля. От него веяло бездонной пустотой, так что любой маг мог понять, что Тираэль опять истратил весь свой запас сил. Допрос шпионки нелегко ему дался.

— Я принес тебе бумаги, разрешающие отъезд в Апорию, — сухо начал объяснять он. — Ты отплываешь туда сегодня в полдень вместе с Мирабэль, Эльеном и Яго. По морю вы доберетесь до их столицы быстрее, чем на лошадях.

— А Яго-то зачем? — удивился Черный.

— Мирабэль не захотела оставлять его здесь. Она решила лично проследить за его выздоровлением, так как считает себя виноватой в том, что он сломал руку.

— Но ведь маг-лекарь уже все срастил!

— Но боль-то пока осталась. Рука будет у него болеть еще пару дней. Мирабэль собиралась поить его своими травками.

— Потерпит! Не маленький! — возмутился Викэль.

— Объясняйся с Мирабэль сам, — устало отмахнулся Тираэль. — Мне легче бумагу выписать на него. Ты бы знал, сколько неприятностей со мной случилось после последнего разговора с Мирой!

— Представляю, — усмехнулся Викэль, заработав раздраженный взгляд магистра. — Но спорить что-то тоже не хочу. Она еще не вполне простила нас с Эльеном, узнав о приказе правителя. Я получить парочку переломов не жажду.

Тираэль развернулся к выходу, но потом передумал и обратился к Черному:

— Вот тебе еще бумаги Эльена. Передашь ему. Смотри, без пакостей!

— Так сами передайте.

— Я до его дома сегодня уже не дойду, — пожаловался Тираэль.

— И не надо. Главное, чтобы до моей гостиной дошли. Пару-то шагов, я надеюсь, вы сделать в состоянии.

— У тебя там что, тайный портал в подвал дома Эльена? — подозрительно поинтересовался магистр.

— Нет, хуже, — усмехнулся Викэль. — У меня там сам Эльен собственной персоной. Дрыхнет, — уточнил Черный.

— Да не сплю я уже! — раздался из гостиной горестный вопль Белого. — Разве можно спать в таком шуме!

— Не напрягал бы уши, чтобы послушать, о чем здесь идет речь, заснул бы! — подколол его Черный.

Тираэль вошел в гостиную и действительно увидел своего второго ученика, которого и не думал здесь застать. Он же считал Эльена и Викэля непримиримыми соперниками и врагами. Брови магистра удивленно поползли вверх. Ни разгрома в комнате, ни синяков на лицах учеников он так и не заметил. Зато его внимание привлекла початая бутылка бренди и две не совсем чистые рюмки с янтарными капельками на дне. Похоже, ученички вчера решили снять стресс после ссоры с Мирабэль. «Бывает», — подумал Тираэль и на этом успокоился. Для него тоже не в новинку было делить выпивку с врагом. А если вспомнить банкет в кругу остальных членов Совета магистров…

Тираэль отдал бумаги Эльену и снова обратился к Викэлю:

— Я, кстати, выяснил, что кольцо, помогающее управлять твоим ифритом, хранится где-то в Алории. Перед отплытием я передам тебе компас, показывающий, в какую сторону двигаться к кольцу. Будь добр, найди его, пока находишься в Алории. Я домой хочу! — вырвался у Тираэля крик души.

Не то чтобы ифрит совсем не пускал его в дом, но попасть в библиотеку или переночевать там маг не мог. Ифрит методично мучил его своими вокальными упражнениями.

Корабль отчалил ровно в полдень вместе с пассажирами на борту. Это было очень старое судно, и на него даже не погрузили никакого товара, чтобы окупить рейс. В правительстве решили, что нечего рисковать государственным имуществом, раз шансы доплыть до места в целости оцениваются очень низко. Ведь корабль везет не кого-нибудь, а саму леди-несчастье! Капитан и вся его команда, состоящая из людей, орков и гномов, имели бледный вид, когда корабль выходил в море. Мира даже забеспокоилась, а не подхватили ли они какой-нибудь инфекции.

— Все здоровы! — выкрикнул капитан, в панике отступая подальше от девушки. — Это просто блики от моря! Мира повернулась за подтверждением к Эльену и Викэлю и заметила, что и у них не слишком здоровый цвет лица.

— Ой! — воскликнула девушка. — А что это вы такие зеленые?!

— Это так кажется среди моря! — тут же дружно возразили эльфы, отступая.

Не хватало еще, чтобы Мира принялась их лечить. Она ведь наверняка будет считать, что у них морская болезнь, а это совсем не так. Вон и Тираэль их не слишком обнадежил — вместо фразы «до свидания» просто помахал им вслед кружевным платочком. Не слишком хорошее начало путешествия. Оба мага помнили, что один корабль с Мирой на борту уже пошел ко дну прямо у пирса.

— А почему у Яго нормальный цвет лица? — поинтересовалась девушка у эльфов, ткнув пальцем в инкуба, который сидел на палубе на деревянном ящике недалеко от нее. Вид у него был безмятежный.

— Потому что идиот, — тихо пробормотал себе под нос Викэль. На суше общаться с Мирой ему было как-то спокойнее.

— На него солнечный свет немного по-другому падает, — громко пояснил девушке Эльен. — А мы точно в порядке. Пока.

Раз никому не понадобилась ее помощь, Мира начала хлопотать вокруг Яго, интересуясь, удобно ли ему, а не мерзнет ли у него недавно поломанная рука. Оба ученика Тираэля немного покрутились на палубе рядом, а потом Эльен тихо предложил Викэлю:

— Вик, а Вик, давай поищем лодку. Где здесь она может быть?

— Зачем?

Белый немного помялся, а затем отделался коротким ответом:

— Интересно.

— Пойди лучше чайками за бортом поинтересуйся, на море посмотри, — отмахнулся Черный, который пытался привлечь внимание Миры к своей особе.

Ему не нравилось, что девушка чересчур много общается с инкубом. Он предложил рассказать эльфийке и Яго все, что знает о драконах, о их жизни и появлении в Мо-ренийской державе. Его истории увлекли даже немногочисленную команду. Свободные от работы матросы сбились в кучку недалеко от Викэля, слушая. Эльен не мог допустить, чтобы о нем забыли, и постарался дополнить сведения коллеги, постоянно вмешиваясь со своими комментариями. Таку них пролетела большая часть дня и вечер. После коротких перерывов для еды Викэль с Элье-ном продолжали делиться сведениями, строили догадки, как можно отправить домой Ладиуса, обосновавшегося пока на плацу. Его присутствие в городе нервировало народ. Тем более что и от призраков отделаться все еще не удавалось.

По своим отдельным крохотным каютам Мира, Яго и маги разошлись довольно рано, когда солнце едва скрылось за горизонтом.

Ночью разразился шторм. Эльен проснулся от того, что едва не скатился с узкой деревянной койки, ножки которой были намертво прикручены к полу. Он первый раз плыл морем, а потому ему показалось, что корабль вот-вот потонет в волнах. Взволнованный, Эльен сел. Он прекрасно помнил, что в качестве пассажира на борту находится леди-несчастье, а потому, как ни старался, успокоиться не мог. Спать в таких обстоятельствах даже для него было невозможно. Белый посидел на кровати несколько минут, показавшихся ему вечностью, но качка не утихала. Корабль кренился то на один, то на другой бок. Эльен торопливо оделся и решил сделать то, до чего у него не дошли руки днем — поискать лодку на всякий случай. Он встал и, балансируя на качающемся полу, сделал шаг к дверям, потом оглянулся, схватил с кровати одеяло, зажал его под мышкой и вышел из крохотной каюты. Лучше уж он в лодке поспит. На всякий случай. На палубе было прохладно, дул довольно сильный ветер, мелкие брызги волн, разбивающихся о деревянные борта, висели в воздухе. Ночь была темная и пасмурная. Эльен осторожно вдоль борта, хватаясь за все что можно, двинулся по палубе к тому месту, где, по его прикидкам, должны были находиться лодки. Он внимательно вглядывался в ночной сумрак, чтобы не пропустить долгожданные контуры спасительного судна. Создавать себе освещение он не стал.

Через несколько минут поисков Эльен наконец обнаружил искомое. Вот только лодка была всего одна, и это ему очень не понравилось. Он понял, что экономные чиновники, скорее всего, приказали снять все лишнее, ведь рейс был очень рискованный. Белый выругался сквозь стиснутые зубы, поежился от холода и стал осторожно приближаться к лодке, закрепленной возле борта на палубе. По странной траектории в виде зигзагов он подобрался к довольно вместительной лодке и с облегчением в нее свалился. Он ожидал встретить довольно жесткие доски, но приземление оказалось на удивление мягким, как на матрас. Странно, но Эльену показалось, что матрас был даже с подогревом…

Через секунду он убедился, что ему не померещилось. Матрас был не только теплый, но и умел разговаривать, вернее, ругаться, что и продемонстрировал с максимальным старанием на орочьем языке. Из всей речи Эльен понял только предлоги, хотя тоже знал этот язык. Но, очевидно, учителя у них с «матрасом» были разные.

— Какого… ты тут падаешь?! — наконец выдохшись, понятно для Белого спросил Викэль, пытаясь спихнуть с себя тело коллеги.

— А какого ты тут лежишь?! — не оставшись в долгу, возмущенно спросил Эльен и чуть откатился в сторону. — У тебя же собственная каюта есть!

Викэль немного смутился, но в темноте Белый этого, естественно, не заметил.

— Мне не спалось, я решил выйти на палубу подышать свежим воздухом, вспомнил, что ты днем предлагал поискать лодку, и вот… — попытался оправдаться Черный, не желая честно признаваться, что малость разнервничался из-за сочетания качки и леди-несчастья на борту.

— Ага, и в брызгах искупаться заодно, — ехидно заметил Эльен, не поверив словам Викэля.

— А ты что здесь делаешь? — в свою очередь спросил Черный, не желая и дальше оправдываться.

— Тоже решил подышать свежим воздухом, — ответил Белый, расправляя одеяло и устраиваясь поудобнее. Лучше уж он днем высушит его на палубе под лучами солнца, чем будет рисковать утонуть в сухом одеяле в собственной каюте.

— Эльен, я первый здесь устроился! — возмутился Черный. — Убирайся отсюда! Что о нас подумают, если обнаружат нас здесь утром вместе?!

— Сам убирайся! А мне и здесь хорошо. Спокойнее.

— Эльен, это моя лодка!

— Была, — зевнул Белый и повернулся на бок, спиной к Викэлю. — Разбуди меня, если мы начнем тонуть.

Буквально через секунду до слуха Черного донеслось мерное сопение уснувшего конкурента. Он нагло переложил заботы на чужие плечи и, не дав возразить, отключился.

Викэль для порядка пару минут побухтел, ругая конкурента и жалуясь на судьбу. Но он честно себе признавался, что понимает Эльена. Он тоже предпочитал не отходить сейчас далеко от лодки. И как команда в этот шторм спит? Викэль знал, что на палубе остался только рулевой.

Вряд ли Черный уснул, если бы знал, как действительно обстоят дела. ВСЯ команда не спала! Их не волновал маленький шторм, нет, отнюдь. В другое время они бы только усмехнулись и получше закрепили гамаки. Но, наслышанные о леди-несчастье, сегодня они все страдали бессонницей и очень нервничали. Каждый из них ругал себя за то, что соблазнился повышенной оплатой и согласился отправиться в этот рейс.

ГЛАВА 24.

Утром команда корабля обнаружила двух эльфийских магов, дружно сопящих в лодке, но никто им ничего не сказал. По задумчивым, завистливым лицам матросов Викэль с Эльеном поняли, что на следующую ночь претендентов на лодку в качестве кровати может стать намного больше. Маги даже немного занервничали.

— Займи мне место на следующую ночь, — тихо попросил Черный Эльена и, встав, отправился в каюту приводить себя в порядок. В отличие от команды корабля, он чувствовал себя бодрым и энергичным.

Эльен, несмотря на раннюю для него побудку, тоже чувствовал себя неплохо. Тем более что сегодня море успокоилось, а небо поражало своей голубизной и ясностью. День обещал быть солнечным.

Через полчаса Эльен и Викэль присоединились к капитану корабля — пожилому орку — за завтраком. После ночных волнений еда, хоть и скудная, и травяной чай были как нельзя кстати. Капитан жевал без удовольствия и выглядел усталым.

— Криг, а где Мирабэль? — наконец поинтересовался Викэль у капитана, заметив отсутствие девушки за столом.

— Отпаивает Яго травами. У него началась морская болезнь, — ответил капитан.

— Он что, издевается?! — возмущенно завопил Эльен.

— Кто? — не понял капитан ход мыслей одного из своих пассажиров. — Она, Мирабэль?

— Нет, Яго! — хором уточнили эльфы.

— Вот зараза! То он руку ломает, то болеет, привлекая к своей персоне внимание Миры, — возмутился Викэль. — Эль, он крадет нашу невесту! Яго у меня скоро нарвется!

— Лучше не надо, Вик! — забеспокоился Белый. — Ты его побьешь, а Мира от него тогда совсем не отойдет! Держи себя в руках!

— Мне нужен букет, — констатировал Викэль.

— Нам нужно по букету, — уточнил Эльен, сделав акцент на первом слове.

— А ты можешь наколдовать цветы? — требовательно посмотрел Черный на блондина.

— Боюсь, нет, — огорченно признал Эльен. — Я же не думал, что мне это когда-нибудь понадобится!

— Растяпа! Неуч!

— От неуча слышу! — возмутился Эльен.

Капитан в растерянности следил за ссорой магов. Хотя, честно сказать, ругались они без души, не забывая о завтраке. Это походило, скорее, на ритуал или особый способ общения.

— Криг, где здесь можно достать цветы? — вспомнил Викэль про капитана.

— Только на острове Девон, мы там будем где-то к вечеру. Предполагается, что мы заночуем в порту и возьмем на борт почту, — ответил капитан.

— Ты думаешь, поможет? — спросил Эльен у Черного, имея в виду букет.

— Хотелось бы. Но… не знаю! Мирабэль предпочитает считать нас в лучшем случае своими друзьями.

— Криг, мы же сможем сойти на остров? — поинтересовался Эльен.

— Вполне, — ответил капитан. — Отчаливать от Девона будем на рассвете. Главное, обратно не опоздайте.

Эльен и Викэль быстро дожевали в молчании свой завтрак и дружно отправились на палубу сушить одеяла. Погода как раз стояла подходящая, хотя солнце еще не успело прогреть остывшие за ночь доски палубы.

До вечера маги мирно беседовали, строя планы мщения алорцам и приглядывая за лодкой, к которой было приковано повышенное внимание нервничающих матросов. Напряжение немного спало лишь тогда, когда впередсмотрящий прокричал с верхушки мачты, что на горизонте показался остров. Это был Девон — владения Морении, которыми управлял назначенный отцом Бертрама много лет назад наместник. Лорду Тарди недавно исполнилось семьдесят два года. Он, как и правящая династия Морении, принадлежал к человеческому роду. Викэль смутно помнил, что его знакомили с наместником как-то во дворце. Эльен же ни разу не встречался с лордом Тарди, знал о нем только понаслышке.

Корабль вошел в порт сразу после ужина. Капитан без возражений согласился отпустить Эльена и Викэля на берег. А когда выяснилось, что вместе с ними сойти желают еще и Яго с Мирабэль, его радости не было предела. Криг перед ними только что ковровую дорожку не расстелил и платочком вслед не помахал. Лица команды тоже светились от счастья, когда Мирабэль под руку с Яго сошла с трапа.

Эльен и Викэль, не сговариваясь, четко оттеснили Яго от Мирабэль, пристроившись слева и справа. Бледно-зеленый инкуб после пережитой морской болезни вынужден был довольствоваться местом за спиной девушки. Он был очень рад снова ощутить под ногами твердую землю вместо качающейся палубы. Такой процессией компания из четырех особ двинулась в город, чтобы разыскать какую-нибудь гостиницу для себя.

— Лиорн! — внезапно воскликнула Мира и кинулась вперед, повиснув на шее у статного красивого светловолосого эльфа. Тот был несколько ошарашен подобным приветствием. А когда рассмотрел девушку, его лицо заметно побледнело.

Но Эльен и Викэль не обратили внимания на чувства незнакомого эльфа, только отметили его великолепную внешность и элегантный камзол темно-синего цвета.

— Еще один конкурент?! — хором возмутились они. Яго промолчал, но он тоже не обрадовался, что Мира встретила на острове знакомого.

— Откуда ты здесь взялся? — тем временем радостно и непосредственно начала расспрашивать девушка светловолосого эльфа. — Тебя же все ищут! Что ты здесь делаешь? Как у тебя дела? Тебя похитили?

Лиорн недоуменно смотрел на нее, не торопясь отвечать на град вопросов. Его глаза потихоньку осматривали окрестности. Мира этого не подозревала, но эльф сейчас с удовольствием скрылся бы в ближайшем переулке.

— Лиорн, — девушка потрясла за плечи знакомого, — где все?

— Тут, — наконец ответил эльф, — на острове.

— Кто все? — вмешался Эльен, мысленно представив себе вереницу конкурентов. И откуда они только взялись на его голову?!

— Маги-лекари и травники, — пояснила девушка с сияющей улыбкой. — Но как вы здесь очутились? — Она снова потрясла Лиорна, не решившегося оказать ей сопротивление.

— Телепортами с помощью какого-то артефакта, принадлежащего лорду Тарди. Два дня потом силы восстанавливали. Правда, травникам пришлось еще хуже, чем нам, магам.

— Вас похитил наместник?! — хором удивились Эльен и Викэль.

— Почему похитил? — в свою очередь удивился Лиорн. — Мы сами пошли по приказу заместителя министра обороны. Хотя указ написан был рукой жены правителя, а не самим Бертрамом. Лорд Тарди попросил помощи для борьбы с эпидемией на острове, вот нас сюда и направили. Правитель был чем-то занят и не смог лично встретиться с наместником, так что его жена все устроила. И я прекрасно понимаю, что Бертраму было не до встреч, раз у нас там, оказывается, призраки шатались, а теперь, говорят, еще и дракон. Город хоть пока цел?

— Цел, — улыбнулась Мира.

— Минуточку, — не дал отвлечься от темы Викэль. — Но жена правителя обычно не вмешивается в государственные дела, так почему на этот раз решила?

— А я откуда знаю? — раздраженно отозвался Лиорн, пытаясь осторожно высвободиться из хватки Мирабэль и отойти от нее подальше. — Мне предъявили указ! А кто его писал — без разницы, если там стоит подпись министра обороны или его заместителя и государственная печать. Я не могу ослушаться.

— Знали бы зам с Аннетой, какая каша из-за них заварится, — усмехнулся Эльен. — Надо бы хоть Тираэлю сообщить о том, что мы узнали.

— Вот и напиши ему письмо, — сказал Викэль.

— Какая каша? — заинтересовался Лиорн, которому наконец удалось спрятаться от леди-несчастья за спинами ее спутников.

Эльфы наперебой начали рассказывать, не замечая, как по мере их слов лицо мага-лекаря все больше и больше вытягивается. Он не думал, что его сочтут похищенным.

— Вы когда домой собираетесь? — поинтересовался Викэль у Лиорна, закончив вводить его в курс событий.

— Наверно, через неделю. Раньше никак не получится. К материку в ближайшее время с острова ничего не плывет. Собственными силами телепортироваться смогут единицы. Лучше уж подождать, пока артефакт лорда Тарди не восстановится после нашей переброски сюда.

— А почему вы с собой ничего из вещей не взяли? — вспомнил одно из доказательств Викэль.

— Так наместник попросил не брать, сказал, что обеспечит нас всем необходимым. С вещами артефакт не смог бы нас всех переместить — выдохся бы раньше, — ответил Лиорн. — Травники еле упросили лорда позволить им захватить собственные мешочки с лекарствами. А как там городские лекари справляются? У нас из-за дракона и призраков, наверное, уйма раненых.

— Наверно, — безразлично пожал плечами Эльен. — Солдатами Мира занималась.

— Кто? — не понял Лиорн.

— Мирабэль, — четко произнес Викэль, желая насладиться шоком мага-лекаря.

И Лиорн его действительно не разочаровал. Он стал похож на мраморную статую с выпученными глазами и приоткрытым ртом. Цвет лица получился еще более нездоровым, чем у Яго, который только начал приходить в себя, оказавшись на суше.

— Рот закрой — оса залетит, — хмыкнул Викэль.

— Здесь их нет, — растерянно сообщил маг-лекарь, пытаясь переварить новость. — А казармы хоть целы?

— Дракон их не тронул, — поспешила Мира успокоить Лиорна, не поняв, что он опасается вовсе не последствий нападения дракона.

Эльен с Викэлем в открытую захохотали, и даже Яго слабо улыбнулся. Мирабэль не поняла их веселья и не разделила его.

— Ребята, вы что? — недоуменно поинтересовалась девушка.

— Радуемся, что казармы целы, — смущенно оправдался Эльен, со значением глядя на лекаря, чтобы тот их не сдал.

Викэль расспросил Лиорна, где им лучше остановиться на эту ночь, и они распрощались. До отплытия корабля надо было хорошо отдохнуть. Яго — от качки, а Эльену и Викэлю — от перенапряжения нервов. Мирабэль же просто было интересно посмотреть хоть на небольшой кусочек острова, являющегося частью Морении. Она, пожалуй, была единственной, кому плавание на корабле доставило удовольствие.

Этим же вечером с помощью магии Эльен отправил Тираэлю записку из своей комнаты в таверне. Номер пришлось делить на двоих с Викэлем, так как свободных комнат было всего три. Одну выделили Мирабэль, как единственной даме. Вторая каморка досталась персонально Яго, так как, по словам девушки, он, бедняжка, больше всех нуждался в тишине и отдыхе. Викэлю и Эльену пришлось стиснуть зубы, смерить инкуба недовольными взглядами и смириться. Хорошо хоть, кроватей было две. Пусть узкие, но собственные, а не ложе для молодоженов или супругов. Война между мастерством Эльена и силой Викэля так и не состоялась. Хозяин таверны и не подозревал, как ему несказанно повезло, что меблировка комнаты не оказалась несколько другой. Если ему в эту ночь и снились кошмары, то явно не по вине двух столичных магов, учеников Тираэля.

А вот капитану Кригу повезло меньше. Как и договаривались, перед рассветом все пассажиры вернулись на борт. В итоге матросы с большой неохотой отчаливали от спасительных берегов острова в открытое море. Множество тоскливых глаз напряженно следили, как земля все дальше и дальше уходит в туман, превращаясь в маленькую точку на горизонте, а потом и вовсе исчезает.

Следующая неделя плавания прошла без крупных происшествий, но это ничуть не позволило матросам и капитану расслабиться. Вся команда ходила напряженная и злая, вздрагивая от каждого неожиданного скрипа. Викэль и Эльен упорно продолжали занимать на ночь лодку и по-братски ее делить, не обращая внимания на погоду и состояние моря. Штиль или небольшой шторм — им было все равно. Зато они могли прекрасно выспаться.

Яго так и не привык к качке, продолжая страдать от морской болезни. Но он не жалел, что согласился отправиться в плавание, так как это позволило каждый день подолгу видеть Мирабэль и общаться с ней. Викэль и Эльен немного злились на инкуба, но относились к нему все еще по-дружески. Оба подозревали, что, если бы Яго не поехал с ними в Алорию, корабль давным-давно бы потонул. Каким-то немыслимым образом неприятности, притягиваемые Мирабэль, он нейтрализовывал. И Черный, и Белый не решились бы, как инкуб, пробыть в обществе девушки так долго. Им вполне хватало и мелких проблем — постоянно цепляющейся за все и рвущейся одежды, падений на скользкой палубе или даже простых комков соли в еде хотя кок утверждал, что хорошо размешивает каждое блюдо.

За неделю двое из команды успели сломать по ноге, один — получил вывих руки, а многие из оставшихся — по подбитому глазу, споря за право подвесить свой гамак поближе к выходу из общего помещения, чтобы в случае крушения сподручнее было удирать к единственной лодке. Но никто из матросов так и не решился бросить вызов магам-пассажирам, чему очень способствовали короткие разминки Викэля на рассвете на палубе корабля с мечом и без него. От скуки Черный даже попытался научить Эльена держать в руках меч, но тот воспринял занятия без энтузиазма. Он и на ровной земле не мог правильно взяться за эфес, а на качающейся палубе тем более не желал экспериментировать. Так можно и себе по ноге попасть.

Викэль в очередной раз проследил, как Эльен двумя руками цепляется за рукоятку легкого короткого меча из его арсенала и смотрит на него, как на врага, не решаясь замахнуться. Зачем при этом Белый так низко присел, согнув ноги в коленях, он вообще не понимал.

— Эльен, расслабься, — попросил он.

— Не могу, я же меч уроню!

— Не сгибай так ноги и расправь плечи. Опусти их! Я тебе уже полчаса объясняю, как просто надо держать меч! Я даже не начал показывать, как наносить удары! Прими позу поудобнее!

— Вик, мне удобнее всего, когда меч просто лежит рядом со мной в ножнах. Надеюсь, эта поза подойдет?

— Не отлынивай! Ты меня вчера заставил выучить целых три символа староэльфийского. У меня даже голова разболелась!

— А у меня уже ноги болят, и руки, и… Может, сочтем, что мы квиты?

— Ну уж нет! — усмехнулся Викэль. — Ты еще свое не отмучился. Тебе еще полтора часа заниматься!

— Вик, но ведь мы же не собираемся драться с драконом! — простонал Эльен.

— Зато собираемся навести шороху в Алории! Они нас надолго запомнят! — злорадно усмехнулся Черный.

— Вик, в Морьедаге я совершенно нормально развлекался только при помощи магии, не умея драться! Может, я по старинке действовать буду? Устроим гонку, кто лучше сумеет досадить алорской страже.

— В таком случае боюсь, что победа останется за Мирабэль, — сказал Черный.

— Наверное, — вздохнул Эльен, соглашаясь. — Ладно, будем действовать вместе. Но, может, на сегодня хватит упражнений с мечом? Давай я лучше арбалет возьму? Он весит меньше.

— Нет!!! — с нотками паники в голосе воскликнул Викэль.

— Да пусть паренек постреляет, — вмешался капитан Криг, наблюдающий за занятиями. — Так будет лучше и безопаснее и для него, и для команды.

Викэль громко хохотнул, вспомнив, как тренировал Эльена в городском закоулке и чем это закончилось.

— И вы согласны рискнуть и разрешить Эльену взять в руки арбалет? — приподняв бровь, поинтересовался он у Крига.

— Он же эльф, — пожал плечами капитан. — Вреда не будет.

— Ну, если вы не считаете за вред изрешеченный до лохмотьев парус и подстреленных матросов… — ухмыляясь, заметил Черный. — Предупреждаю сразу, вешайте тогда мишень на то, что вам наиболее дорого. Гарантирую, что не пострадает только этот предмет!

— Вик, сколько можно измываться? — обиделся Эльен. — Ты еще по всей Алории развесь объявления, что я не умею стрелять!

— А кто вчера весь вечер ржал над моими попытками нарисовать руну?! То она у меня, видите ли, на запутавшегося в лапах паука похожа, то вообще на что-то неприличное! Кто говорил, что еще две попытки и как раз хватит на новый, хотя и ненадежный парус из бумаги?!

— Чистой бумаги у нас теперь действительно не осталось, — откашлялся капитан. — А с той, что вы разрисовали, матросы даже по нужде опасаются ходить. Вдруг руна сработает? Викэль и Эльен захохотали.

— Криг, — чуть не плача от смеха, обратился Белый к капитану. — А вы знаете, что за руну Викэль вчера пытался написать?!

Вся команда, находившаяся на палубе, с любопытством придвинулась поближе.

— На староэльфийском она означает поток или несдержанность, — хватаясь за живот, простонал Эльен. — Я так думаю, что, если бы руна сработала, ваших матросов точно бы уже не волновало, что и где написано! Им бы могло просто не хватить даже такой бумаги!

Матросы смерили развеселившихся магов злыми взглядами. Им было отнюдь не смешно. Тем более теперь, когда лишней бумаги на корабле нет, а пользоваться чем-то надо…

— Э-э, — замялся капитан, — Эльен, а вы не могли бы создать нам немного бумаги? И впредь не черкать руны на корабельном имуществе!

— Не могу, — чуть успокоившись, ответил Белый. — Я еще не знаю, как создавать материальные предметы. А Викэль и подавно! — сразу поспешил он разочаровать Крига.

Где-то за спиной маги услышали слабый жалостливый вздох и тихую ругань, но, обернувшись, не смогли определить источник.

— Эльен, встань ровнее и держи меч! — снова попросил Викэль. — По договоренности за три вчерашние руны староэльфийского, которые я вызубрил, тебе сегодня еще помучиться придется. Час как минимум!

Белый вслух застонал, смерив меч неприязненным взглядом. Он не понимал, как кому-то может доставлять удовольствие махание тяжелой острой железкой. Какое счастье, что плыть им осталось всего полдня! А то они с Черным от скуки просто изведут друг друга!

ГЛАВА 25.

Примерно в десять часов утра моренийский корабль с пассажирами на борту вошел в порт столицы Алорской державы — огромный город Риону. Матросы во главе с капитаном просто не верили своему счастью. Впрочем, недоверие оказалось заразной болезнью наподобие чумы. Толстый таможенник, поднявшийся на борт и увидевший вокруг себя сияющие лица и счастливую улыбку Крига, тоже долго не мог поверить, что моренийцы не припрятали на корабле уйму контрабанды, которую рассчитывают выгодно для себя продать. Ему просто в голову не приходила другая причина для столь всепоглощающей радости матросов. Ну не верил он, что корабль пригнали в Алорию только для доставки пассажиров.

Даже тщательный обыск с простукиванием деревянных переборок и срыванием нескольких подозрительных досок палубы не испортил настроения капитана. Он радужно улыбался, зля таможенника. Бедняга работал шесть часов, гоняя помощников по всему кораблю. Еще никогда он так не старался, но ничего подозрительного не обнаружил.

Мире никто не воспрепятствовал сойти на берег. А кто же осмелится задержать посла чужой державы, если не объявлена война с ней? Собственные же власти потом со свету сживут. Бледно-зеленого Яго, шествовавшего под ручку с девушкой, тоже никто не посмел тронуть. А вот Викэль и Эльен вместе со своим багажом подверглись тщательной и всесторонней проверке. Но если стражникам и не понравились малиновый и голубой камзол Белого и куча холодного оружия в просто-таки неподъемной сумке Черного, то им пришлось промолчать. Ввоз кричаще-безвкусной одежды и оружия не был запрещен. Это же не опасные артефакты, на которые надо было иметь специальное разрешение, не наркотическая пыльца, не яды, не вино, способное перебить спрос на местное пойло. Так что у таможенной службы сегодня был не очень счастливый день.

Яго нанял повозку, чтобы все их вещи перевезли к зданию посольства. Мире надо было предъявить документы, освободить от обязанностей предыдущего посла да и разместиться в одной из комнат посольства. Отдельное жилье власти Алории не предоставляли. Все было сосредоточено в одном здании.

Викэль и Эльен решили, что поселятся где-то неподалеку. Они не хотели и дальше испытывать судьбу, живя с леди-несчастьем под одной крышей. Инстинкт самосохранения выигрывал в споре с необходимостью. А Яго решил, что будет неприлично селиться вместе с Мирой. Ее репутация от этого может сильно пострадать. Он напросился пойти с Черным и Белым и вместе снять коттедж. Маги, естественно, не возражали. Им же лучше, если инкуб не будет целыми днями шататься рядом с Мирабэль.

До посольства они добрались почти без происшествий. Ну и что, если у повозки три раза отлетало колесо? Маги считали большой удачей, что пострадала неодушевленная вещь, а не они. Хотя на возницу жалко было смотреть. Он не мог понять, что происходит. Возница старательно каждый раз закреплял колесо вновь и продолжал путь. Но к зданию посольства он подъехал уже чуть не плача. Эльену, мучимому совестью, пришлось долго уговаривать его взять деньги, от которых тот отказывался из-за столь медленной и неудачной поездки.

С предьщущим послом, получившим отпуск на два месяца, проблем не возникло. Он оперативно собрал вещи и с радостью решил съездить отдохнуть в Морению или куда угодно еще, лишь бы подальше от Мирабэль. Отдать девушке бумаги с предписаниями правителя он не решился и тщательно запер все в сейф. Из письма Бертрама, переданного ему эльфийкой, выходило, что она здесь не для налаживания дипломатических отношений, а, скорее, для обычной жизни. Очевидно, правителю чем-то сильно насолила Алория…

Пока Мира осталась разбирать вещи и обживать выбранную комнату, Эльен, Викэль и Яго поспешили найти неподалеку жилье для себя. Им повезло почти сразу же наткнуться на объявление о сдаче в аренду небольшого одноэтажного домика из четырех, хотя и очень маленьких, комнат. В каждую из них едва помещалось по кровати и по тумбочке. Ванная была одна на весь дом. Но особого выбора у эльфов и инкуба не было — в этом районе больше ничего не сдавалось.

— Вик, а ты уверен, что поместишься в этой комнатке в горизонтальном положении? — поддел Черного Эльен со смешком. — Может, тебе лучше на крылечке постелить? Там и то места больше.

Но у Викэля не было настроения шутить. Он печально осматривал свое временное обиталище.

— И для кого это строили? — вздохнул он. — Больше похоже на конуру для собаки, чем на жилье. Всего примерно два на два с половиной метра! И это при высоте потолка чуть больше моего роста! Мне здесь и руку над головой поднять нельзя.

— Явно не для себя строили, — проворчал Яго, во всем сейчас согласный с Черным. — Наверное, специально для нас, морийцев, возводили. Сами знаете, как они нас любят.

— Ничего, — пообещал Эльен многообещающе, — скоро они нас полюбят еще больше. Им и этой конуры для нас станет жалко. Вик, ты чем собираешься заниматься остаток дня?

— Поброжу по городу, прикину, куда показывает компас, данный мне Тираэлем для поиска кольца ифрита. Все равно сидеть в этих четырех стенах я не намерен.

— Я с тобой! — напросился Эльен. — Мне тоже пока нечем заняться. Хоть осмотрюсь для начала.

— И я! — вызвался Яго. — Мира пока собиралась отдохнуть остаток дня, почитать какую-то книгу, рассказывающую об Алории.

— Ой, — махнул Викэль. — После вечной болтовни серебрянки над ухом она тебя и не заметит, пока будет читать. Можешь хоть колесом в посольстве ходить.

— Да, — согласился Эльен. — Хорошо, что Мира оставила Лию на попечение папеньки. А то птичка могла бы нам здесь помешать.

— Серебрянка, хитрая бестия, и сама не горела желанием отправляться в плавание на одном корабле с Мирой, — заметил Викэль. — Знает, зараза, что это опасно.

— У нее хотя бы крылья есть, — заметил Белый. — Ей на корабле ничего не грозило.

— Посреди открытого моря они птичке все равно не помогли бы, — сказал Викэль. — Ладно, берите мечи и пойдем.

— Вик, я лучше кинжалом обойдусь, — простонал Эльен. — Мечом я быстрее сам порежусь. Тем более что резерв сил для заклинаний у меня сейчас есть. Даже на теле-портацию хватит! Если хочешь, я еще несколько дротиков из твоих запасов возьму, они не тяжелые.

— А ты их кидать умеешь? — подозрительно поинтересовался Викэль.

— А что там уметь? Как-нибудь попаду!

— Весь вопрос, в кого ты попадешь, — поддел Черный.

— Скорее всего, во всех, кроме себя, — уточнил Яго. — Викэль, пусть он лучше без дротиков прогуляется. Для нашего здоровья безопаснее. Тем более что мы собираемся просто прогуляться, а не штурмовать дворец здешнего правителя! — Но сам инкуб оружием не пренебрег, прицепив к поясу ножны с полуторным мечом. Мало ли какая опасность поджидает в переулках незнакомого города.

Викэль не забыл ни меч, ни кинжал, ни дротики. Он вообще не привык ходить безоружным. В руку эльф взял небольшой компас — насаженный на ось круглый деревянный диск с красной стрелкой по диаметру, соединенный с прямоугольной подставкой. Делая его, Тираэль явно торопился и руководствовался принципом: лишь бы работало, а внешний вид неважен. Поверхность диска даже не была как следует отшлифована. Стрелку же явно выводили от руки, поэтому она была слегка кривовата.

Моренийцы вышли из снятого ими домика и остановились осмотреться, чтобы запомнить местность. По краям тротуаров шел ряд столбов со стеклянными шарами наверху. Они так поняли, что это и есть алорские магические светильники, которые зажгутся, когда сядет солнце. Викэль и Эльен неодобрительно поморщились. По их мнению, это было просто расточительством, никому не нужной роскошью. Тратить столько сил на освещение, когда можно воспользоваться обычными факелами, глупо. И как алорские маги еще не взбунтовались? Ведь наверняка же вечно сидят абсолютно пустые.

— Викэль, нам куда? — поинтересовался Яго.

— На северо-запад, куда-то перпендикулярно этой улице.

— Ты его сначала найди, перпендикуляр этот, — проворчал Эльен. — Я смотрел дома карту, так в Рионе улицы не пересекаются под прямым углом. В центре города стоит дворец, а от него лучами отходят улицы, рассеченные десятью кольцами на кварталы. Сам уже мог заметить, что здесь не такая планировка, как у нас.

— Как будто ты замечал что-то, кроме вечно отваливающегося колеса! — возмутился Викэль. — Сворачиваем куда-нибудь. Главное, кругами не ходить полдня.

Следующий час моренийцы блуждали по городу в направлении, указанном капризной стрелкой, рассматривали здания и… отговаривали злого Викэля тайком снести парочку «сараев», чтобы сократить себе путь.

— Вик, не сходи с ума, — попросил Эльен. — За нами же наверняка установлена слежка. Алорцы не могли позволить нам свободно разгуливать по улицам, раз мы приехали с послом.

— Где слежка? Я никого не заметил, — сказал Черный.

— Мне тоже никого не видно. Но ведь это могут быть маги под Пологом Невидимости, — заметил Белый.

— Маги? Ха! — выразил свое мнение Яго. — Мы же в Алории! Где они найдут лишних магов, силы которых еще не выкачаны на государственные нужды? Нас же здесь сегодня не ждали.

— Да, наверное, насчет магов я погорячился, — признал Эльен. — Но ведь мы не знаем, какие в Алории есть приспособления для слежки! Нам пока и устройство их телепортов неизвестно по вине некоторых. — Он покосился на Викэля.

— Нашел что вспомнить, — поморщился Черный. — У тебя же сейчас вполне хватает сил для создания собственного телепорта, вот и довольствуйся этим и не переживай. Откуда ты знаешь, может, алорская конструкция жрет непомерное количество сил? К тому же на себе его не поносишь. Убираться отсюда лучше без всякой магии.

— И без скандалов! — добавил Яго, хорошо изучивший за последнее время характеры обоих соотечественников.

— Не бойся, мы тихо, — отмахнулся Викэль. — Главным скандалом будет Мира, когда она начнет знакомиться с правителем и министрами. Вряд ли мы ее переплюнем.

Яго мысленно вынужден был согласиться. Как бы хорошо он ни относился к девушке, но вполне сознавал, что вокруг нее постоянно случается уйма несчастных случаев и скоро алорцы это тоже поймут.

— Стойте! — попросил Викэль. — Стрелка больше не двигается. Похоже, мы пришли. Компас указывает на тот огромный двухэтажный особняк, крыша которого видна за четырехметровым забором.

— За каким именно? — ехидно поинтересовался Эльен. — Здесь, кажется, ниже четырех метров заборы вообще не строят. В некоторых домах потолки и то ниже! Зачем этим алорцам такие ограды?! Бродишь по улицам, как по расщелинам, одно только небо и можно рассмотреть! Параноики! От всех заборов еще и сильно магией несет.

— Здесь явно живут какие-то именитые аристократы и министры, — заметил Яго. — По моим наблюдениям, раньше дома были беднее. В районе посольства вообще никаких заборов нет!

— Алорцы нам явно выделили здание на окраине, — согласился Викэль. — А здесь вон и шпили дворца видны. До него, скорее всего, не более пяти минут хода отсюда.

— Лучше туда не соваться, — посоветовал Яго. — Вряд ли нам там обрадуются.

— Делайте вид, что мы заблудились, — попросил Викэль. — Наблюдающие за нами могут заинтересоваться, чего это мы тут встали. Эльен, попробуй пока изучить магию на заборе. Тебе для этого что-то нужно?

— Ага, — проворчал Белый. — Желательно бы полный список рун, который здесь применялся.

— Размечтался! Может, тебе еще и в действии охранные заклинания забора продемонстрировать?! Лично я к нему даже пальцем прикасаться не собираюсь! — заявил Викэль.

Следующие пять минут Черный старательно поправлял одежду и проверял, как выходит из ножен меч. Яго посреди улицы перешнуровывал ботинки. А Эльен немигающим взглядом смотрел на забор интересующего их дома. На заблудившихся случайных прохожих они походили мало. Им еще повезло, что улица была абсолютно пустынна. Их действительно не ждали, а потому не успели приставить наблюдателей. А простые жители Рионы предпочитали без нужды не забредать в богатые кварталы. Мнительная стража могла запросто запереть их в тюрьму, как воров, приглядывающихся к добыче. Ведь в Алории существовала норма арестов в месяц. Глупо, конечно. Точное количество преступлений никто не в силах предугадать. Вот стражники и предпочитали лучше перевыполнить норму и получить премию, чем оправдываться потом, что никто не нарушал закон.

— Эльен, ты скоро? — позвал Викэль.

— Года через два, — мрачно ответил Белый. — Раньше я не разберусь.

— Хочешь сказать, что мы не сможем проникнуть в этот особняк?

— Без шума — нет, — ответил Эльен. — Кто-то сильно постарался.

— Надеюсь, вы не собираетесь вламываться в особняк сейчас, посреди бела дня? — опасливо поинтересовался Яго.

Викэль и Эльен переглянулись. Тянуть, конечно, не хотелось. К тому же осмотреться как следует они не успели. И до возвращения домой у них еще есть время — почти два месяца.

— Лучше лезть за кольцом в последний день нашего пребывания в Алории, — признал Викэль. — Мало ли как все сложится. Эльен, ты только силы напрасно не трать. Помни, что тебе предстоит разобраться с забором.

— Только не надо меня ограничивать! — забеспокоился Белый. — Я еще собирался хорошо развлечься в Рионе с помощью магии. Сам махай своей железкой!

— Давайте вы будете спорить где-нибудь в другом месте? — предложил Яго. — А то мы тут уже уйму времени подозрительно стоим.

— Может, в посольстве? — неуверенно предложил Викэль. — Мне не хочется пока отправляться обратно в конуру, где мы имели несчастье поселиться.

— Там вы будете мешать Мире разбирать вещи, — запротестовал Яго. — Сходите лучше куда-нибудь в другое место. В таверну там, или… театр. Я слышал, что здесь, в Рионе, сегодня будет какое-то выступление, на которое собирется половина министров. Значит, наверное, будет что-то интересное.

— Кто-то будет петь? — заинтересовался Эльен.

— Нет, обычное театрализованное представление по вымышленному сюжету, — уточнил Яго. — Но играют какие-то знаменитости, так что за вход не многие могут позволить себе заплатить.

Викэль и Эльен дружно поморщились. Нет, на такое времяпровождение они были не согласны.

— Лучше мы пойдем к Мире, — решил Эльен.

— Да, — подхватил Черный. — А вечером можно и по городу побродить, в таверну сходить, устроить стражникам какую-нибудь каверзу…

Маги дружно развернулись и решительно пошли обратно вдоль по улице. Но их решительности хватило только до второго поворота, когда они с растерянностью поняли, что не помнят, куда дальше идти. Они резко остановились, крутя головами по сторонам. Яго, недовольно плетущийся за ними, чуть не налетел на спину Черного.

— Что встали? — поинтересовался инкуб у спутников.

— Думаем, — отозвался Эльен. — Яго, ты не помнишь, куда дальше надо сворачивать? А то у них у всех домов здесь одинаковые серые высоченные заборы без особых примет. Может, кто деревья запомнил?

— Угу, — отозвался Викэль. — Я запомнил, только какой в этом толк? Я прекрасно помню, что мы шли мимо сплошных осин и елей. А они, вон, во всех четырех направлениях вдоль тротуаров! Как жители тут ориентируются?

— Устроили лабиринт, — соглашаясь с возмущением магов, проворчал Яго. — Алорцы наверняка повороты отсчитывают, визуально нужный дом найти почти невозможно!

— И даже дорогу спросить не у кого. Пусто! — пожаловался Эльен.

— Сворачиваем наугад и ищем местного жителя, — скомандовал Викэль. И сам же показал пример, направившись по левому ответвлению улицы.

Блуждать моренийцам пришлось долго. Даже расспросив одного из прохожих, они еще долго не могли выбраться к посольству. То ли им неправильно назвали количество кварталов до поворотов, то ли они как-то не так считали… Все трое склонялись к первому варианту. В итоге они устроили допрос с пристрастием еще четверым встреченным жителям и очень разозлились. Мнения граждан про то, в какой стороне находится посольство Морении, разделились. Все показывали диаметрально противоположные направления, причем с полной уверенностью. Вскоре Эльен и Яго начали склоняться к мысли, что первоначальная идея Черного, заключающаяся в том, чтобы снести несколько «сарайчиков» по одной прямой, не так уж плоха.

К знакомому району они выбрались совершенно случайно и отнюдь не по подсказкам местных жителей. Викэль узнал здание, возле которого они сворачивали, направляясь от порта к посольству.

— Ура! — завопил Белый, которому надоело блуждать. — Мы и сами дорогу нашли, без этих козлов, алорцев!

— Эль, тише! — попросил Викэль.

Но было уже поздно затыкать Эльену рот. Ими заинтересовались четверо скучающих на перекрестке стражников. С радостными улыбками, как будто только что нашли клад, они двинулись к магам и инкубу.

— Кто такие? Почему вопим? — поинтересовался старший из них. Его подчиненные тем временем попытались организовать окружение, хотя их для этой цели было маловато.

Эльен внимательно посмотрел на медальон, болтающийся на шее стражника. От него исходила слабая магическая аура. Он про такие устройства уже слышал.

— Сопровождающие моренийского посла, — за всех ответил Эльен, многозначительно глядя при этом на Яго. Можно было подумать, что инкуб и есть этот самый посол, к которому они с Викэлем приставлены. — Только сегодня прибыли и ходили осматривать город. А карту или проводника ваши власти не позаботились нам вручить. Нехорошо, негостеприимно, — пожурил он.

Стражник опустил взгляд на свою грудь, где у него висел медальон, сигнализирующий, если ему врут. Камень, оправленный в бронзу, остался тусклым, значит, белокурый эльф говорил правду. Подобный техномагический детектор был у многих стражников. Просто все частенько предпочитали делать вид, что не замечают его сигналов. Самые честные и справедливые не могли выполнить норму арестов, а потому долго не задерживались на государственной службе. Но на этот раз начальник караульного отряда не мог закрыть глаза на сигнал медальона. Его отнюдь не наградят, если он уволочет в тюрьму моренийского посла. В политику правителя лучше не встревать. Раз ему захотелось наладить отношения с Моренией, значит, лучше стоять в сторонке и согласно кивать головой, а не ссориться с послом. Хотя невзрачный он какой-то, посол этот. Больше на роль шпиона подходит. Но делать нечего. Придется отпускать с миром. Стражник тяжело вздохнул и дал сигнал своим подчиненным отойти.

К счастью для моренийцев, медальон не реагировал на недомолвки и мимику. Яго действительно приняли за посла и даже не додумались спросить документы.

— Фух, пронесло, — выдохнул Эльен. — Обидчивые здесь все какие-то, — пожаловался он.

— Да, — согласился Викэль. — В Морении на твои слова стража внимания бы не обратила. Если, конечно, не конкретно их иметь в виду. Там хоть высказаться нормально можно. А здесь придется следить за языком.

— Или выражать мысли письменно, — улыбнулся Эльен, явно что-то задумав.

Моренийцы продолжили путь к посольству и даже дошли без всяких приключений.

— А ведь если бы с нами была Мира, нас бы всех арестовали, — задумчиво сказал Викэль, открывая дверь в здание.

— Позволь поправить, — сказал Эльен. — Арестовали бы меня и тебя. У нас нет дипломатической неприкосновенности.

— А Яго?

— Он в их представлении тоже оказался бы послом, если не Морении, так еще какой-то державы.

Инкуб промолчал, понимая, что все шишки действительно сыплются на магов.

Миру они застали за книгой об Алории. Девушка не успела ее изучить на корабле, так как считала своим долгом помогать страдающему Яго. Комнаты в посольстве не поражали своими размерами, как и в новом жилище магов и инкуба. Они были немного больше, конечно, но ходить, не натыкаясь на мебель, там было негде.

— Они что, конкурс, что ли, объявляли на самое тесное здание для посольства?! — не сдержавшись, возмутился Эльен. — Им не стыдно было селить сюда представителей чужой державы?!

— Вряд ли, — сказала Мира, отвлекаясь от книги, — так живет большинство населения Алории. В тесных комнатушках, где еле можно разместить кровать. Здесь написано, что у пяти процентов населения особняки занимают семьдесят процентов территории державы, а остальные жители страны ютятся на оставшемся месте. Отсюда и теснота. У меня по здешним меркам просто шикарные апартаменты.

Эльен с сомнением осмотрел стены комнаты. Единственное, что ему здесь нравилось, — это большое окно и, пожалуй, высокий потолок.

— Могли бы отнести посла к тем пяти процентам, которым положен целый квартал под особняк и парк, — пожаловался Викэль. — Жадины!

— Мира, а мы тебя не отвлекаем? — поинтересовался Яго.

— Нет, я все равно не знаю, чем мне здесь заниматься два месяца. Мне перед отплытием не передали никаких конкретных указаний. В письме правителя было сказано, что я должна просто пожить здесь и активно поучаствовать в общественной жизни, постараться встретиться со здешними сановниками. И приписал, что, если я растеряюсь, могу попросить совета у магов Эльена и Викэля. Бертрам, похоже, посчитал, что вы лучше знаете, что должен делать посол.

Черный и Белый переглянулись. Оба поняли, что правитель для мести Алории очень понадеялся на их фантазию и умение строить пакости. Иначе бы он их и близко к дипломатической миссии не подпустил.

— Знаем! — радостно кивнул Эльен.

— Да! — подтвердил Викэль.

— Вик, в каком там театре сегодня большое скопление министров ожидается? — наморщился Белый.

— У Яго спроси.

— В здании на главной площади. Его еще почему-то Драконьим павильоном называют. Хотя театр больше похож на дворец, — не стал скрывать информацию инкуб.

— Дворец может быть только один — у правителя, — сказала Мира. — Остальное по негласному правилу называют проще: дом, павильон… сарайчик. Многие аристократы Рионы отстроили себе шикарные особняки, похожие на дворцы, но, чтобы не злить правителя, называют их: «Сарай лорда Д…» или «Хижина министра Н…».

— Правда?! — не поверили маги и инкуб.

— Да, — подтвердила девушка. — Правителю Вальнору нравится, когда подданные лебезят перед ним подобным образом. В книге написано, что всех наглецов он уже давно казнил.

— А кто автор? — заинтересовался Эльен. — Неужели алорец? Или все же кто-то из наших?

— Не знаю, — растерялась Мира. — На обложке только имя указано — Диего.

— А где ты эту книгу вообще взяла? — включился в допрос Викэль.

— Тираэль дал на досуге почитать. Сказал, что подобный экземпляр они стараются предоставить всем отправляющимся по делу в Алорию, чтобы они не попали в неприятности.

— Вик, а нам книжечки не дали, — многозначительно сказал Эльен.

— Я бы ее все равно читать не стал, — пожал плечами Викэль.

— Наверняка книгу составляли по донесениям шпионов, — заметил Яго. — Или по рассказам послов. Хотя первый вариант вероятнее. Слишком недипломатично все написано.

— Но познакомиться с Вальнором, даже если он тиран и самодур, Мире необходимо, — с нажимом произнес Эльен. — Это первоочередная задача каждого посла!

— А мне казалось, что на первом месте… — начал возражать Викэль, но Эльен наступил ему на ногу и многозначительно посмотрел в глаза. Черный понял, что лучше помолчать. А то действительно еще убедит Миру, что нечего ей лезть к правителю. И Вальнор не получит свою долю неприятностей! Чего это он, в самом деле? Эльен слегка пихнул Черного, намекая договаривать.

— …Конечно же знакомство с правителем и министрами на первом месте, — закончил Викэль свою фразу.

— Мира, ты просто обязана сегодня пойти в Драконий павильон, — убедительно сказал Эльен. — Как раз начнешь знакомиться, если не с самим Вальнором, так с его приспешниками.

— Я не против, — улыбнулась девушка. — Будет любопытно посмотреть на театр. Я прочитала, что это очень старое, но крепкое и великолепное здание. Оно единственное в Рионе без всякого вреда для себя пережило два налета драконов! Один — тысячу лет назад, а второй — полторы. И наверняка простоит еще столько же. Умели раньше хорошо накладывать заклинания против обветшания.

Эльен и Викэль улыбнулись друг другу с заговорщицким видом. Вряд ли все заклинания прошлого защитят министров от несчастий и нейтрализуют для них последствия общения с Мирабэль. Ведь единственный, на кого не действует присутствие девушки, — это Яго.

Вспомнив про инкуба, Эльен поспешил его нейтрализовать, сообщив:

— Мира, но ни я, ни Яго, ни Вик сегодня не сможем составить тебе компанию. У нас на вечер намечено одно дело…

Инкуб подумал, что эльфы решились на кражу кольца, и промолчал, не став спорить и отпираться от участия.

Утром, когда эльфы и инкуб навестили Миру, на ее лице читалась смесь обиды и разочарования. Девушка сидела в кресле и рассматривала иллюстрацию величественного строения в своей книге.

— Что случилось? — с тревогой поинтересовался Яго, который был зол на Эльена и Викэля. Накануне вечером маги не дали ему составить бедной девушке компанию. Больше того, они сами куда-то удрали, а его заперли в комнате!

— Он разрушился, — печально вздохнула Мирабэль.

— Кто? — не понял Яго.

Эльен и Викэль тоже с любопытством ждали ответа, но они, судя по виду, догадывались, что случилось.

— Театр, — еще раз вздохнула девушка. — Представление так и не состоялось. Я едва успела познакомиться с министром иностранных дел, министром обороны и лордом Дернебом — одним из советников правителя. А потом послышался громкий треск, стены начали на глазах рушиться. Это было ужасно! Мы едва успели выбежать до того, как обвалился потолок! Наверное, заклинания по укреплению театра все же исчерпали себя.

— Да, — подтвердили хором Эльен и Викэль, расплываясь в улыбках, — скорее всего, исчерпали.

— Какое несчастье для Алории! Ай, ай, ай! — повздыхал Эльен. — Это сколько же теперь правительству придется выкинуть на строительство нового здания.

— Мы тоже вчера хорошо повеселились, — произнес Викэль. — То есть я хотел сказать, мы с Элем сегодня тоже очень расстроились из-за несчастий, постигших город.

— Расстроились, — подтвердил Белый. — Слышала? Кто-то этой ночью переместил статую Вальнора с площади перед дворцом на хозяйственный двор. Тяжелая, надо сказать, штука. Наверное. Без опыта и не справиться. — Он подмигнул Викэлю. — И как этот некто не заплутал по дороге от дворца?

— А еще кто-то написал на заборах знати несмываемой краской названия вроде: «Дворец министра Л…» или «Палаты лорда В…», — хохотнул Черный. — И как этот кое-кто только успел выяснить имена?

— Не все же, — пожал плечами Эльен.

— Правитель сгоряча чуть не отправил зарвавшихся подданных в тюрьму, как только ему сообщили о названиях, — усмехнулся Викэль. — У тех, наверное, до сих пор поджилки трясутся.

— Стоило ли так рисковать? — поинтересовался Яго у эльфов. — Вас же могли поймать!

— А мы тут при чем? — делано удивились маги.

— Я спал, — сказал Черный. — Вон, Эльен может подтвердить, что я всю ночь не выходил из своей комнаты.

— Да, — согласился Белый, — он не выходил… и не входил. Вик, ты же можешь подтвердить то же самое про меня?

— Конечно.

Мирабэль поверила их заверениям, но Яго не был столь наивен. Оба мага выглядели как дорвавшиеся до сметаны сытые коты. Впрочем, инкуб был не против, чтобы они немного сбили спесь с Алории своими выходками. Уж лучше они будут вредить чужой стране, чем доставлять лишнюю головную боль дома. Их все равно не переделаешь.

— Мира, заканчивай хандрить! — бодро предложил Эльен. — Тебе надо развеяться, сходить куда-нибудь. Вик, что там у нас еще… не так стоит?

— Дворец?

— А что-то попроще? — скривился Белый.

Викэль серьезно задумался. Он за ночь не успел изучить город до такой степени, чтобы точно решить, куда еще можно направить леди-несчастье для достижения максимального успеха. Но его раздумья прервал голос Яго.

— Мира, а ты уже завтракала? — поинтересовался инкуб.

— Нет, — призналась девушка. — Еще не успела.

И вся компания отправилась в ближайшую таверну. Маги за ночь тоже проголодались, но, как рассвело, поесть не успели. Освобожденный ими из заточения инкуб тут же потащил их проверять, как там девушка. Они просто вынуждены были еще с вечера запереть Яго, чтобы он не решил присоединиться в театре к Мирабэль и не нейтрализовал ее влияние на алорцев.

Маги заказали себе жаркое и кувшин эля, Яго довольствовался парой яиц и бутербродами с сыром и ветчиной, которые он запивал травяным чаем, а девушка ограничилась воздушной булочкой и стаканом молока.

Зал таверны оказался довольно тесным и неуютным. Миру, как единственную среди них даму, усадили спиной к стене. Остальные же постоянно чувствовали позади себя шевеление других посетителей — между стульями были слишком маленькие проходы, там боком едва мог протиснуться человек с подносом. Наверное, поэтому все разносчики были столь худы и миниатюрны. Алорцы уже привыкли к тесноте, а вот моренийцам было неуютно.

Двое проворных разносчиков то и дело запинались возле их стола. Наученные горьким опытом, Эльен и Викэль лихо успевали поставить щиты и спасти свои камзолы. Как ни в чем не бывало они продолжали завтрак все в том же радужном настроении.

Хозяин таверны отругал своих работников, не понимая, что на них сегодня нашло. Они уже перевернули несколько подносов с едой, так и норовя испачкать иностранцев! Он попытался лично извиниться перед Элье-ном и Викэлем, но был вынужден замолчать, когда ему на лоб упал кусок обвалившейся с потолка штукатурки.

Маги успокаивающе похлопали его по плечу, похвалили еду и заверили, что все в порядке.

— Не волнуйся, старина, — сказал Викэль хозяину. — Для твоего заведения сегодня просто несчастливый день. Даже, я бы сказал, утро. Скоро все наладится, — с уверенностью пообещал он.

И ведь не соврал! Мирабэль ведь уже покинула его заведение, чтобы пойти на запланированную встречу с министром иностранных дел, с которым познакомилась в театре.

— Он прекрасный человек, — уверяла соотечественников Мира. — Очень добрый и обходительный. Он сразу выразил надежду, что мы подружимся, и пригласил в гости. Он постоянно мне улыбался. — И девушка упорхнула по улице, сверяясь с начерченной для нее министром схемой.

Эльфы и инкуб остались в одиночестве. Их-то никто не приглашал.

— Конечно, министр был очень добр, — проворчал Эльен. — Наверняка понял, что Мирабэль очень наивна и не подкована в делах дипломатии. Решил использовать ее для вытягивания информации или какой-нибудь своей интриги. Хваткий, видимо, тип.

— Ее же надо спасать! — встревожился Яго и собрался бежать вслед за девушкой. Но Викэль его не пустил.

— Успокойся, — попросил Черный. — Спасать надо не Миру, а министра, который так неосмотрительно с ней связался. Ничего важного он от Миры не узнает. Она не посвящена в государственную политику Морении и ее секреты. Зато сам министр теперь наверняка огребет неприятностей по самую крышу.

— Яго, сделай лучше одолжение, — попросил Эльен, — найди нам карту Рионы.

— Опять что-то задумали? — подозрительно поинтересовался инкуб.

Эльен ответил ему взглядом ангела. Викэль очень заинтересовался манжетой собственной рубашки, избегая смотреть в глаза.

— Да я в принципе не против, — успокоил их Яго. — Развлекайтесь. Главное, Миру под удар не поставьте.

— Ты так за нее волнуешься, как будто влюбился! — хохотнул Эльен, поддевая инкуба. Но, к его удивлению, друг не стал протестовать. Он лишь улыбнулся в ответ.

— Влюбился? — недоверчиво спросил Викэль.

— Так получилось, извините, — смущенно признал Яго. — Эльен, я понимаю, что не имел права, ведь ты считаешь ее своей невестой. Но это чувство сильнее меня! Мира так искренна и не испорчена вниманием. Ты просто не понимаешь, как это здорово! Познакомился бы ты с женщинами моего народа. Бр-р. Любая из них, та что посильнее, могла запросто получить меня на вечер в свое распоряжение. Я мог очнуться только утром и услышать благодарность за ночь. Так мог поступить и я с теми женщинами, нет, суккубками, — поправился он, — что слабее меня. Но я не хотел! Это мерзко — постоянно мериться со всеми силой. Искренние чувства у нас — большая редкость. Даже простая дружба! Каждый сам по себе. Окружающие — конкуренты и враги.

— Не волнуйся! — обнял Эльен Яго. — У меня к тебе нет претензий. Я уже не тешу себя иллюзиями. Жениться на Мире мне не удастся. Да и не хочется, честно говоря. Я ее не люблю как женщину и немного опасаюсь. Периодически общаться с ней я вполне способен, а вот жить под одной крышей… Уволь! На корабле я это осознал абсолютно четко.

— Мы оба это осознали, — подал голос Викэль. — Я тоже мало представляю Миру в роли своей жены. Самовнушение не помогает. Я вообще не хочу пока жениться! — с паникой в голосе признался Черный. — Просто сдаваться без борьбы, пусть даже с самим собой, со своим характером и желаниями, для меня неприемлемо. К тому же уступить победу одной блондинистой заразе…

— Одному чернявому задире, ты хотел сказать, — усмехнулся Эльен.

— В общем, сам понимаешь — конкуренция! — воскликнул Викэль.

— Понимаю, — улыбнулся Яго, немного расслабившись. Все-таки приятно осознать, что четвертовать тебя не собираются. Особенно друзья. — А как же быть с приказом правителя? Ведь вас лишат магии!

— Тут ничего не поделаешь, — вздохнул Викэль. — Лишат.

— Зато обоих! — воскликнул Эльен, усмехаясь. Вышло у него не очень весело, но и на смертельно убитого горем он не походил. — И хоть развлечемся напоследок!

— И не поссоримся, — подхватил Викэль. — Оба без защиты магии будем сидеть. Я таки научу этого ангелочка держать меч!

— Ловлю тебя на слове, — тут же быстро произнес Белый. — Ты учишь меня только держать меч, а не размахивать им!

— Так я чего один должен буду отдуваться, защищая нас от бандитов?! — делано возмутился Викэль.

— Ну хочешь, я все-таки начну носить арбалет?

— Нет! В твоих руках это поистине смертельное оружие, причем не только для бандитов!

— В общем, Яго, ты не волнуйся, — ободрил друга Эльен, — мы как-нибудь справимся. Обязательно. Хотя и не обещаю, что жизнь без магии в ближайшие двести лет покажется мне раем. Действуй! А то так и останешься для Миры, как и мы, всего лишь другом.

— На свадьбу не забудь позвать! — хлопнул Викэль по плечу Яго. — А сейчас хватит сантиментов, марш за карой!

Инкуб благодарно улыбнулся обоим магам и сорвался с места. Все равно надо себя чем-то занять, пока девушка не вернулась от министра иностранных дел.

Яго очень волновался. Ведь впервые ему не придется сдерживаться и скрывать от Миры свои чувства!

Оставшись одни, маги медленно побрели вдоль по улице без всякой цели.

— Я знаю, что поступил правильно, но чувствую себя каким-то благородным дураком, — вздохнул Эльен.

— Я тоже, — буркнул Викэль. — Но давай об этом не будем. Конечно, дома в Морении нас ожидает наказание, но сейчас-то мы вольны, как птицы. Не будем тратить время на стенания, нас ждут развлечения!

— У тебя есть план? — заинтересовался Белый.

— Как будто у тебя самого идей нет!

— Есть. Но требуется твоя помощь.

— Всегда пожалуйста, — сказал Викэль. — Что надо сделать, чтобы досадить этим алорским аристократишкам?

И Эльен ему объяснил. Фантазии ему, как и Черному, было не занимать. Не повезло Рионе, очень не повезло. Хотя о каком везении может идти речь, если сама леди-несчастье почтила город своим присутствием?!

Следующие два месяца стали самыми несчастливыми в истории Рионы. То и дело что-то рушилось, ломалось, приходило в негодность. Городские власти рвали на себе волосы и с большой неохотой отрывали от сердца деньги на восстановление. То, что обычно шло в их карман, теперь уплывало на народные нужды. В министерстве то и дело были слышны стоны.

— А может, ну ее, беседку эту? — уговаривал министр финансов. — Без нее в парке открывается замечательный вид на деревья.

— Нет, — мотал головой министр архитектуры. — Так не пойдет. Стоя любоваться, конечно, тоже можно, но сидя удобнее.

— Так давайте простую скамью поставим! Она дешевле! — умолял министр финансов. — Скажем, сорок процентов сэкономленного — вам!

— А Вальнору тогда сколько, чтобы он закрыл глаза на то, что его любимого места отдыха теперь нет?!

— О! — ужасался министр финансов, со скорбным видом выкладывая стопки золотых монет из сейфа на стол. Ведь пожадничаешь — и лишишься головы.

Подобную картину в министерстве теперь можно было наблюдать частенько. Менялись суммы и объекты, на восстановление которых они были нужны, но участники оставались все те же. Лишь изредка они втягивали в свои разборки министра обороны, но тот каждый раз просто пожимал плечами и говорил, что не в силах помочь. Он выяснил, что источник бед — леди Мирабэль, посол Морении, но не мог ничего сделать. Вальнор из своих политических соображений не желал ссориться с соседней державой и не разрешал трогать девушку. Ему нужны были моренийские маги, их сила. К тому же он не верил, что неприятности исходят от обычной эльфийки, не обладающей даром магии. Но встречаться с ней лично на всякий случай отказался.

Помимо этого в городе участились драки. Они стихийно возникали в разных концах города в тавернах и просто на улицах. Вальнор не обратил бы внимания на доклады о них, если бы каждый раз самым избитым в итоге не оказывался какой-нибудь лорд или министр. И ведь наказать при этом некого! Все свидетельствует, что они сами спровоцировали драку.

К тому же кто-то явно невзлюбил высокие серые заборы в богатых кварталах города. На них периодически возникали надписи, иногда не совсем цензурного содержания. Иногда забор оказывался равномерно выкрашен в один цвет. Но министры и лорды не возражали бы против благородной зелени или небесной синевы, а получали — ярко-малиновый, канареечный, кричаще-красный или оранжевый. Теперь заблудиться в центре города смог бы только полный дальтоник.

Стража сбилась с ног, устраивая ловушки и засады. Проблема была в том, что богатые кварталы занимали две трети города. И пока они усиленно охраняли западную часть, безобразия происходили на востоке. Преступники успевали ускользнуть буквально из-под носа стражи, словно становясь невидимками. Особо бдительные стражники приходили в себя утром на тротуаре с огромными шишками на голове. От обилия ночных дежурств охранники порядка абсолютно вымотались, и теперь днем простые жители Рионы редко видели их на улицах. По крайней мере, бодрствующими. А вот в горизонтальном положении, дрыхнущими на собственном плаще в маленьком пустынном переулке, — пожалуйста. Причем прикорнувшие стражи нередко, просыпаясь, обнаруживали пропажу своих кошельков, медальонов Правды, поясов и сапог. Местные жители с лихвой им платили за прошлые обиды. Теперь у стражей не было бы недостатка в настоящих преступниках, совершивших воровство. Но вот беда, ловить их не было ни сил, ни желания.

Вальнор, замученный жалобами подданных, даже объявил награду тому, кто выдаст любителей красить чужое имущество. Скрепя сердце он повелел развесить на улицах соответствующий указ. Денег было жалко. «Объявляю награду в двадцать золотых тому, кто сдаст нам вандалов, портящих заборы моих подданных», — значилось там. Внизу стояла размашистая подпись правителя.

Но на следующее утро после развешивания указ оказался дополнен неизвестной рукой. «А я объявляю конкурс на самый красивый забор! — гласила приписка. — Граждане, помогите лордам с оформлением, а то они, бедные, не знают, с какой стороны взяться за кисть!».

И ведь помогли же! Следующей же ночью раскрашенных заборов стало в два раза больше. Народ с энтузиазмом принялся задело. Причем отличились не только простые жители, но и пара стражников, вообразивших себя художниками и посчитавших, что их все равно не вычислят. Благодаря им забор особняка министра обороны украсился цветами и огромными бабочками, которые уместнее бы смотрелись на детском игрушечном домике. Увидев свой забор, министр чуть не завыл от нанесенного ему оскорбления и позора. Зато оба «художника» все утро «невзначай» ходили мимо своего произведения и любовались. Соседи министра обороны втайне радовались, что отделались всего лишь яркими однотонными расцветками и злорадно ждали, кому еще не повезет.

И без того не слишком дружные лорды Рионы за два месяца успели разругаться в пух и прах. Вальнор нервничал и не понимал, что происходит в его державе. Неужели это влияние посла? Держать народ в нищете и строгом повиновении становилось все сложнее. Люди потеряли страх перед стражей и уже не столь поспешно и подобострастно уступали лордам дорогу.

Эльфов, сопровождающих посла, никто даже и не заподозрил. Пара дней слежки за ними ничего не дала. Выходило, что эльфы всю ночь спят сном праведников у себя в домике. Ведь наблюдала за ними обычная стража, а не маги, которых в распоряжении министра обороны просто не было. А Вальнор и не подумал предложить кого-то из своего особого отряда, так как непосредственной опасности для него или для державы не было, а подданные как-нибудь стерпят пакости неизвестных ночных бандитов. Если они им мешают, пусть сами скидываются и нанимают мага. В Морении, например…

ГЛАВА 26.

Викэль и Эльен остались весьма довольны своим двухмесячным пребыванием в Алории. Здесь некому было их приструнить. Выследить их мог разве что маг. Но те, кто не был истощен, отдавая силу на государственные нужды, не занимались ловлей мелких пакостников. Вальнор уже давно нашел им занятия в соседних державах, держал для собственной охраны. Маги же, приписанные к городской страже, годились разве для создания светлячков. На большее сил им уже недоставало. Зарядка телепортов, ламп и других устройств не давала им совершенствоваться в заклинаниях. Многие из них мечами владели лучше, чем собственной магией. Зато у правителя был яркий свет и возможность свободного перемещения по стране. И некому было его приструнить, опротестовав указы. Преданный ему отряд магов быстро устранял недовольных. Хотя теперь этих недовольных развелось столько, что Вальнор боялся остаться и вовсе без подданных. Викэль и Эльен постарались на славу.

Но время их пребывания в Алории подходило к концу День, когда им предстояло отправиться в обратный путь должен был рано или поздно наступить. И перед отплытием маги собирались выкрасть кольцо ифрита, как и до говаривались.

Викэль и Эльен сидели в тесной комнатушке снимав мого ими домика и пытались составить план ночного мероприятия. Оба устроились на кровати Черного, так ка стульев у них в хозяйстве не водилось.

— Вик, я смогу проделать дыру в заборе, — сказал Эльен, — но лучше бы ты занялся этим сам. Одно ограниченное заклинание дематериализации и…

— И три квартала недосчитаются своих заборов, — перебил Черный. — Если ты еще не понял, то сообщаю, что ограничений моя магия не терпит!

— Вернее, это ты забываешь их устанавливать. Надо всего лишь добавить соответствующую руну при составлении заклинания.

— Это такая спираль на ножках? — неуверенно спросил Черный, заставив Эльена возмущенно открыть рот.

— Нет! Я же тебе ее уже пять раз показывал!

— Ну и что? Я тебе тоже показывал, как наносить удары мечом, причем уже гораздо больше раз. И ты их усвоил?

— Нашел с чем сравнивать, — пробурчал Эльен. — Ладно, дыру в заборе сделаю я. Мне так спокойнее будет. Через нее мы проникнем на территорию дома и…

— И дальше будем действовать по обстоятельствам, — перебил Черный. — Все равно мы внутренней планировки и ловушек не знаем.

— Яго с собой берем?

— Зачем? Ты бы еще Миру предложил взять! Чем меньше нас будет, тем лучше, — заявил Викэль. — Яго же не участвовал ни в одной нашей ночной вылазке, и он спрятаться под Полог Невидимости не сможет, он же не маг. А я тратить на него силы не хочу.

— Я — тем более, — сказал Эльен. — Выйдем из дома, думаю, часа в два? В шесть утра нам надо быть уже на корабле.

— А успеем?

— Должны. Не во дворец же лезем!

Оставшееся до назначенного часа время Эльен и Викэль проспали, чтобы ночью чувствовать себя бодрыми. Вещи в сумки они собрали загодя и занесли в посольство. Мира обещала захватить их на корабль вместе со своим багажом. Себе маги оставили только оружие: меч, пару кинжалов и арбалет. Естественно, что Эльену предназначался только кинжал.

Викэль проснулся где-то без четверти два и растолкал Белого, стараясь не шуметь и не разбудить еще и Яго. Все-таки слышимость в их домике была очень хорошая.

Эльен, зевая, поднялся с кровати. Он, как и Викэль, предпочел спать одетым, чтобы не терять времени. Маг прицепил к поясу кинжал и задумался над банкой с небесно-голубой краской.

— Оставь! Не успеем, — шепотом сказал Викэль.

— На всякий случай возьму, — отозвался Эльен, опуская банку в мешок, который прикрепил к поясу. Туда же он добавил моток веревки. Кисточек к краске не прилагалось, так как маги всегда действовали не руками, а с помощью заклинаний.

Крадучись, Эльен и Викэль вышли из дома. Ночь стояла, как назло, лунная и светлая. Фонари ярко сияли вдоль всей улицы. Видно было, как днем. Хотя нет. В пасмурную погоду в дневное время все же было темнее, чем сейчас. Маги уже в который раз недобрым словом помянули фонари и правителя, который распорядился их расставить. И, спрашивается, для кого такая иллюминация, если все нормальные граждане сейчас мирно спят по домам? Для одиноких стражей, чтобы они, бедняжки, не заблудились и не побоялись соваться в темный переулок? Так в Алории самые страшные бандиты сейчас спят по своим особнякам…

— Сворачивай направо, — тихо распорядился Эльен.

— Я помню, — прошептал Викэль. — Мы же тот забор всего два дня назад в желтый цвет красили. Интересно, как хозяин особняка на это отреагировал?

— Будем связывать — спросишь.

— А ты не узнал, кому принадлежит кольцо ифрита? — удивился Викэль. — Я думал, ты в первую же ночь выведал.

— А я думал, что это сделал ты, так что справки не наводил, — растерянно признался Эльен. — Надеюсь, там не сотня человек живет? Это сколько ж сил понадобится, чтобы всех обездвижить!

— Не нервничай заранее, — одернул его Черный.

— Да? А что мы будем делать, если наткнемся на мага с потенциалом того же Тираэля?

— Удирать, — отозвался Викэль. — Тебе же сил для телепорта хватит?

— Если не брать тебя, то да.

Викэль коротко ругнулся и заранее просчитал траекторию, по которой будет в случае неудачи удирать от владельца кольца ифрита. Сильно он не расстроился. Все равно особняк занимал громадную площадь в целый квартал, имел около восьми выходов (по два в каждую сторону света), за которыми уследить просто невозможно. Вряд ли они даже вчетвером смогли бы посчитать точное количество хозяев, их гостей и слуг в доме. К тому же они не хотели мельтешить возле особняка и заранее привлекать к себе внимание. Нечего недооценивать алорскую стражу. Хотя слежки за собой Черный и Белый последнее время не замечали. Переоценили они бдительность алор-ских властей. А может, власти просто увлеклись тщательным надзором за Мирабэль и не учли, что опасность представляет не только она, но и ее спутники. Один раз маги собственными глазами видели, как стража предупреждала всех лордов в округе, что в их сторону направляется посол и через пару минут будет здесь!

Вальнор, как Бертрам и рассчитывал, предпочел делать вид, что ничего особенного не происходит. Доказательств злонамеренности по отношению к Алории у него же никаких нет. То, что именно моренийский посол виноват в несчастных случаях, подтвердить никак нельзя.

До своей цели маги дошли без опасных происшествий. Несколько раз пришлось обходить патрули под Пологом Невидимости, чтобы стражники их не заметили. Маскироваться всю дорогу Черный и Белый не хотели, так как силы могли понадобиться на совсем другое дело. К счастью для них, яркий свет ламп не оставлял стражникам ни единого шанса спрятаться и остаться незамеченными. Нигде не было густой тени, способной скрыть человеческую фигуру. Маги искренне потешались, видя, как стража безуспешно пытается вжаться в стволы деревьев или спрятаться за колонны и выступы заборов. Получалось у них неважно.

— Они бы еще плакат повесили: «Дорогие бандиты, проходите, не смущайтесь, нас здесь нет!» — съязвил шепотом Викэль, начиная гадать: а не является ли глупость главной державной чертой или она только на стражников распространяется?

— Заткнись, услышат же! — попросил Эльен. Хотя через несколько шагов и он не выдержал: — Неужели они где-нибудь видели птичек такого размера?

— Ты о чем?

— Да о том стражнике, что устроился на ветке дерева. Он там, кстати, спит. У них что, худее никого не нашлось?! И как только ветка не обваливается?

— Может, они посчитали, что за колонну его пузо уж точно не поместится, — отозвался Викэль, резво шагая по улице. Эльена он не видел, но чувствовал, где тот находится, по едва слышному шуршанию одежды.

Эльен еще раз бросил укоризненный взгляд на толстого стражника, оседлавшего ветку. Для этого ему пришлось оглянуться. Радуясь, что Викэль его сейчас не видит, Белый тихо щелкнул пальцами, мысленно представив одну из рун. Под его злорадным взглядом раздался треск, и ветка вместе со стражником полетела вниз. А нечего было так бездарно прятаться! Непрофессионализм, чтоб алорцы знали, наказуем! Улыбаясь, Эльен поспешил дальше.

— Твоих рук дело? — подозрительно поинтересовался Викэль у Белого. Он слышал какой-то тихий щелчок.

— О чем ты? — постарался как можно натуральнее изобразить недоумение Эльен. — Не я же толкал в этого толстяка еду и спал вместо него на тренировках!

— Зато, кажется, это ты устроил ему полет для утряски лишних бутербродов, — возразил Черный. — Это же тебе стража все время мешает.

— А чего они днем ко мне постоянно цепляются? То я им разговаривал громко, то, видите ли, на их чудесную погоду пожаловался, когда вымок до нитки под ливнем! Сказать, что в таверне тесновато — нельзя, тут же арестовать пытаются. Посмотреть в их сторону — и то преступление! Ты же сам уже два раза бегал за Мирой, чтобы она освободила меня из-под ареста. Хорошо, что из-за бюрократии и кучи бумажек экскурсия в тюрьму для меня так и не состоялась!

— Да, — признал Викэль, — нравишься ты им. Если бы ты не был иностранцем, то уже давно переселился бы в темницу.

— Я предпочитаю особняк вроде нашей цели. Там уютнее. Наверное… если карту не потеряешь.

— Эльен, предупреждаю сразу: пользоваться в доме дверями я не намерен! Лучше продырявить несколько стен, чем потом три дня после ограбления искать выход!

— Согласен. Вон, уже и наш забор желтый виден. Сейчас потренируюсь на его примере создавать проемы нужного размера. Полметра в ширину и полтора в высоту хватит?

— Не жадничай! Можно сделать дыру на полметра выше, — выразил пожелание Викэль, — чтобы не пригибаться. В конце-то концов, какая разница, отверстие какого размера заметят стражники, если будут проходить мимо! Они из-за нескольких десятков сантиметров что, менее рьяно будут нас ловить?!

— Сомневаюсь. Хотя… Если все стражники будут такой же комплекции, что тот, который сидел на дереве, то они могут за нами просто не пролезть. А пока дойдут до калитки, откроют…

— Эльен! Не рассуждай, делай проход!

Белый подошел почти вплотную к забору, недавно выкрашенному ими в ярко-желтый цвет, и сосредоточенно представил контур нужного размера на его поверхности. Обеими руками Эльен принялся чертить в воздухе руны.

Кусок каменной кладки, покрытой штукатуркой, мгновенно почернел и превратился в пепел, испарившийся в воздухе и так и не долетевший до земли. В получившееся отверстие Белый отправил еще одно заклинание, призванное временно обезвредить ловушки, если они есть.

— Бегом! У нас две минуты, чтобы попасть в дом, — скомандовал он и сам показал пример, бросившись в неровный прямоугольный проем.

Викэль последовал за коллегой, стукнувшись вскользь затылком о забор. С высотой блондин что-то не рассчитал.

— Я же просил! — возмущенно рыкнул Черный вслед Эльену. — Тренируй глазомер! — На бегу он ощупал шишку и стряхнул с волос каменную крошку.

Но Белый не обратил на его слова никакого внимания. Он уже добрался до дома и увлеченно рассматривал дверь. Явно не парадная, но вполне солидная. Эльен выявил несколько охранных заклинаний, но как их снять, не знал. А время шло.

— Чего стал? — подпихнул его Викэль.

— Я защиту с двери снять не смогу.

— И не надо. Дырявь рядом стеночку. Так ловушки сработают?

Не отвечая, чтобы не терять времени, Эльен сделал рядом с дверью свой проход. Неизвестный маг явно рассчитывал, что к нему полезут обычные воры, не знакомые с заклинаниями. Хотя в Алории действительно магов, промышляющих воровством, наверняка нет. Их слишком мало, чтобы они не смогли найти себе другое не менее прибыльное, но значительно более безопасное занятие.

Эльфы проникли в дом и остановились перевести дыхание и осмотреться. Оба создали себе по магическому огоньку. Они попали в огромный холл с лестницей на второй этаж. Внизу в одну из сторон шел коридор с рядом дверей.

— Куда дальше? — поинтересовался Эльен. Черный вынул из кармана компас и покрутил его в руках, наблюдая за направлением красной стрелки. Следуя ее указаниям, он поднялся наверх и пошел по лабиринту коридоров. За ним тихо ступал Эльен. Блондин достал банку с краской и на всякий случай на каждом углу рисовал маленькую стрелку, без всякой магии пользуясь кинжалом вместо кисточки. Его действия вместо одобрения вызвали недовольство Викэля. Конечно, они теперь точно не заблудятся, но оружие-то портить зачем?!

Компас привел их в женский будуар, отделанный алыми тканями разных текстур: от плотного жаккарда на креслах до штор из легкого гипюра. Яркий цвет в таком изобилии неприятно резал глаза. Как здесь можно долго находиться, маги не понимали. Они поспешили с поисками кольца, обходя комнату по периметру и наблюдая за стрелкой компаса.

— Странно, что мы никого здесь не встретили, — тихо прошептал Эльен. — Куда делись все слуги? Их здесь должна быть уйма, чтобы держать дом в порядке.

— Что-то по слою пыли непохоже, — ответил Викэль. — На полу даже цепочка наших следов остается. Зря ты портил кинжал, макая его в краску. Мы обратную дорогу и без всяких меток сможем найти.

— Я не заметил, — смущенно признался Эльен. — Я не слишком внимательно смотрел под ноги.

— А если бы в полу была ловушка?! Скажем, замаскированная яма с кольями на дне?!

— Так на этот случай впереди шел ты! — ухмыльнулся Эльен. — Смотри, твой компас, кажется, показывает на сундук. Ломай замок!

— Я смотрю, ты вошел во вкус. Лишь бы что-то сломать. А между тем замка здесь нет, — сказал Викэль, легко поднимая крышку за массивное бронзовое кольцо.

Внутри сундук оказался битком набит золотыми монетами и украшениями. Перед магами открылось целое состояние.

Викэль восхищенно присвистнул и поднял одно из золотых колец, валяющихся на поверхности. Он провел им в воздухе вокруг компаса, но стрелка не шевельнулась, продолжая упрямо указывать на россыпь монет. Эльен двумя пальцами выудил еще один драгоценный ободок и повторил действия коллеги. Компас опять не среагировал.

— Не оно! — огорчился Эльен. — Интересно, и много еще в сундуке колец?

Викэль прикинул размеры сундука и его вместимость и загрустил. Объем работы не радовал. Этак времени до отплытия корабля им может не хватить. Он раньше и в страшном сне не мог представить, что будет огорчаться, видя перед собой такое богатство.

— Зачем кому-то столько денег и украшений?! — возмутился Черный. — Эльен, помогай искать и проверять кольца. Быстрей!

Утащить с собой весь сундук эльфам не позволяла совесть. Они любили проказничать, но ворами никогда не были. За кольцо ифрита они хотели оставить деньги, чтобы все было по-честному. Конечно, тоже нехорошо, но ведь хозяевам кольцо ни к чему, а Тираэлю оно позарез необходимо.

Маги принялись проверять над компасом каждое кольцо, откопанное в сундуке с монетами. Каждый из них вел счет. Поначалу горка перстеньков перед ними бодро росла, но на тридцать шестой штуке Эльену все надоело. К пятьдесят девятому кольцу утомился уже и Викэль. Оба безрадостно смотрели на россыпь монет.

— Шестьдесят второе, — печально вздохнул Эльен, отложив ненужное кольцо. — Викэль, вроде Миры с нами нет, так чего же нам так не везет с поисками?

— Это смотря на чей взгляд, — тоже вздохнул Черный. — Кто-то бы посчитал, что ему, наоборот, повезло наткнуться на такое богатство.

— Выходит, что сюда лучше было идти с Мирой. Может, тогда нас бы здесь ждало всего одно кольцо. Чего ты там так долго копаешься? Давай быстрее, твоя очередь устраивать проверку.

— Было бы чему. По-моему, здесь больше колец нет, — растерянно сказал Викэль. — Остались одни монеты и парочка диадем в левом нижнем углу.

— Не может быть! — не поверил Эльен и сам полез проверять. Минут пять слышалось звяканье монет, когда маг просеивал их сквозь пальцы. Затем он встал, подошел к круглому столику возле одного из кресел и сдернул с него красную скатерку. Ткань он расстелил возле сундука и начал горстями перекладывать на нее монеты.

Викэль, внимательно наблюдавший за коллегой, тоже принял участие в опустошении сундука. Маги ныряли в него по очереди, стараясь не мешать друг другу.

Куча на скатерти все росла и росла, переливаясь в свете двух магических огоньков. Наконец на дне сундука совсем ничего не осталось. Эльен тщательно ощупал дно, но потайного отделения не нашел. Викэль еще раз перебрал богатство, выложенное на скатерти, но тоже без толку.

— Ничего не понимаю, — сказал Черный. — Где кольцо? Компас же продолжает указывать на сундук, а там пусто!

— Сам вижу, — отозвался Белый. — Хотя еще одно непроверенное кольцо у нас все же есть…

— Где?!

Эльен молча опустил крышку и продемонстрировал ручку на ее поверхности. Она была выполнена в виде простого и незатейливого бронзового кольца, без всяких украшений. В его отверстие пролез бы не только палец, но и рука любого из эльфов. Кольцо было очень массивное и солидное, но… дешевое. Ни один нормальный вор на него бы не позарился.

— Не может быть! — воскликнул Викэль. — Ты думаешь, что в прошлом маг, который создал ифрита, носил с собой такую болванку?! Да ну нет! Тираэль явно говорил про кольцо, которое можно надеть на палец! Что-то изящное и легкое!

— Обычно это так, — согласился Белый. — Но наш маг, похоже, оказался ужасным оригиналом. Или очень боялся, что артефакт у него стащат. Проверь колечко.

С сомнением Викэль отодвинул сундук от стены и прошелся вокруг него с компасом. Упрямая стрелка показывала, что Эльен, возможно, прав. Не желая сдаваться, Черный вытащил кинжал и открутил с крышки сундука кольцо вместе с пластинкой, к которой оно крепилось. Он отнес свою добычу на круглый столик, стараниями Эльена лишенный скатерти, и еще раз все проверил.

— Это оно, — упавшим голосом признал Викэль. — Можно складывать деньги обратно в сундук. — Он поднял кольцо и продел его в пояс, чтобы не потерять.

Эльен тем временем сдвинул сундук на место и ссыпал в него обратно все монеты. Следом аккуратно уложил драгоценные кольца и прикрыл крышку. Скатерть он свернул и положил сверху, прикрыв то место, к которому раньше на двух болтах крепилась ручка.

Осмотревшись, чтобы ничего не забыть, эльфы двинулись искать обратную дорогу. Впереди шел Эльен, приглядывающийся к своим меткам на поворотах.

— Быстрее! — торопил его Викэль. — У нас меньше часа, чтобы добраться до порта. Мы слишком долго провозились с поисками. Они вышли к проделанному ими проему в стене дома и остановились. Эльену опять пришлось прибегнуть к магии, чтобы обезопасить путь до забора через парк. Эльфы пробежались по территории и вышли на улицу. Оба тут же накинули на себя по Пологу Невидимости. Оказалось, что перед дырой в заборе их уже ждали. Хотя, судя по всему, очень давно и не слишком рьяно. Двое стражей, расстелив на тротуаре плащи, спали, привалившись к забору. Остальные члены их караульного отряда, наверное, следили за выходами. Внутрь в отсутствие хозяев они сунуться не решились.

Тихо ступая, Черный и Белый начали отходить. В другое время Викэль обязательно разбудил бы бедолаг и хорошенько погонял по улицам, чтобы знали службу и не расслаблялись, но на этот раз торопился. Надо было срочно бежать в порт. Но неожиданно для него Эльен снял Полог и вернулся к стражникам. Он легонько потряс одного из них за плечо под удивленно-возмущенным взглядом Черного.

— Эй, проснись, — попросил Эльен. — А скажи-ка мне, дорогой, кому принадлежит этот особняк, возле которого мы находимся?

Стражник несколько раз сонно моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Леди Вэль, родственнице нашего посла в Морении, — ответил он прежде, чем осмыслил происходящее.

Получив ответ, Эльен тут же опять скрылся под Пологом. А стражник растерянно потряс головой, отгоняя сон, и толкнул более пожилого напарника.

— Я видел мага! — сообщил он.

— Тебе приснилось, — проворчал спящий коллега.

— Нет, точно видел! Даже разговаривал с ним! Только маг растворился перед самым моим носом прежде, чем я успел его схватить.

— В таком случае лучше убеди себя, что ты видел сон! К чему нам лишние проблемы? Захотел размяться, напрасно бегая по городу? Все равно мага такой силы мы поймать не сможем, только зря начальство обозлим.

— Это точно, — согласился стражник и, устроившись поудобнее, опять попытался уснуть.

Эльен и Викэль молча выслушали разговор алорцев, стоя на месте, чтобы не выдать себя звуком шагов. Они выждали пять минут, пока дыхание стражников не выровняется. Затем Белый быстро достал банку с синей краской и с помощью магии вывел на тротуаре: «Вынужден срочно ехать в Гельнос (соседний с Рионой город Алории). Не скучайте без меня. Буду через три дня. Ваш Краситель».

— Пошли, — тихо шепнул Белый в пространство, предлагая Викэлю убираться отсюда. Он сам показал пример, отбежав квартал в сторону порта. Там можно было уже и Полог Невидимости снять.

— Ты зачем это написал? — поинтересовался раздраженный Викэль. — Мы из-за тебя только время зря потеряли! И нет бы что-то полезное, а то глупость какую-то!

— Может быть. Зато представь, как они нас будут ждать через три дня! Усилят все патрули! Ну, не мог я удержаться от прощальной пакости! К тому же это немного отведет от нас подозрения, когда с нашим отъездом в городе прекратятся безобразия.

Викэль признал его правоту, и оставшуюся дорогу эльфы провели молча. Они почти бежали, боясь опоздать, благо что с ориентированием у них теперь проблем не возникало. Не зря же их стараниями заборы в городе стали цветными!

В порт маги добрались за десять минут до отплытия. На корабле ждали только их, иначе капитан Криг уже приказал бы убрать трап. Толстый таможенник, их давний знакомый, тоже был недоволен опозданием пассажиров. Ему же специально пришлось их ждать для досмотра! Бедняга надеялся помотать задержавшимся эльфам нервы, проверяя багаж, но его ждало разочарование. Ни у Эльена, ни у Викэля с собой не было ни одной, даже самой маленькой, сумки. Таможенник смерил магов злым взглядом, смачно сплюнул на камни пристани и, развернувшись, молча пошел в контору. Настроение у него опять было испорчено на целый день этими моренийцами.

На борту Викэля и Эльена встретили Яго и Мирабэль. Они уже начали беспокоиться, что магов схватили при попытке украсть кольцо.

— Где оно? — с любопытством поинтересовался инкуб.

— Угадайте! — усмехнулся Викэль.

— Но ни у тебя, ни у Эльена на пальцах не появилось ни одного нового кольца, — наморщила лоб Мира.

— Оно несколько больше, чем мы предполагали, — сказал Черный. — Попытайтесь отгадать еще раз.

— Вот этот бублик у тебя на поясе? — недоверчиво ткнул Яго в единственный бросающийся в глаза на маге круглый предмет. — Только это какой же палец должен быть для подобного колечка?!

— Мы его от сундука открутили, где оно служило ручкой, — подал голос Эльен. — Но это точно то, что нужно. Компас Тираэля показывает именно на него. Пусть магистр сам разбирается, как носят это кольцо. Самое интересное, что нашли мы его не где-нибудь, а в доме тетки алорского посла Анориэля! Вэль искала кольцо в Морье-даге, а оно пылилось у нее в комнате!

— Надо обладать очень богатой фантазией, чтобы понять, что оно собой представляет, — проворчал Викэль.

— Отойдите от трапа! — крикнул Криг. — Сейчас будем отчаливать! Вы на берегу точно ничего не забыли?

— Нет, — ответил за всех Эльен. — Главное, что Яго поднялся на борт. Авось доплывем!

— Но ты все равно не забудь занять мне на ночь место в лодке, — попросил Викэль.

И опять матросы во главе с капитаном тоскливыми глазами провожали берег. Пусть и не очень дружелюбный, но такой надежный и безопасный…

ГЛАВА 27.

Из-за отсутствия попутного ветра корабль опоздал в Морьедаг на два дня. Эльен и Викэль сильно нервничали. Мало того что их ждало наказание за давние шалости, так еще неизвестно, как Совет магистров отреагирует на то, что они не явились вовремя.

— Нам же срок наказания продлят года на два! — переживал Эльен, пытаясь всю дорогу создать хоть какое-то подобие ветра, но стихия его упорно не слушалась. На безнадежные попытки ускорить плавание он опять истратил почти весь свой запас сил.

— Не суетись ты! — ворчал на него Черный. — Уже опоздали. А двести или двести два года сидеть без магии — разница небольшая!

Яго и Мирабэль не лезли к ним с утешениями, сознавая, что им не понять величины горя эльфов. Лучшее, что они могли сделать, — это не напоминать друзьям о наказании во время пути. Дело у девушки и инкуба шло к свадьбе. Яго еще в Алории сделал предложение, которое пока не было ни принято, ни отклонено. Мира обещала подумать и дать ответ в родном городе. Она хотела, чтобы инкуб повторил свое предложение официально при лорде Этэле. Только Яго опасался, что командующий Морении заинтересуется его происхождением. На что получал вполне разумный ответ, что когда-нибудь поставить родственников в известность придется. Лучше все объяснить сразу. Лорд Этэль не станет вредить будущему мужу дочери. К тому же Яго действительно никому не причинил зла в Морьедаге. Викэдь и Эльен обещали присутствовать при разговоре и хотя бы морально поддержать инкуба, если у них у самих найдутся для этого силы.

На берегу в порту их никто не встречал. Черный и Белый внимательно всматривались в толпу, но не заметили даже магистра Тираэля. Наверное, у него или нашлись дела поважней, или лопнуло терпение. Решил, что ученики и сами дорогу найдут, личный гид по городу им ни к чему. Тираэль не провидец, так что вряд ли он знал, когда именно придет корабль, если в график не вписался. Стоило еще учесть присутствие леди-несчастья на борту.

— Куда пойдем? — спросил Викэль у Эльена. — К магистру?

— Нет, надо сразу идти в Ассамблею магов. Там должны привести наказание в исполнение. Совет наверняка нас уже ждет, если не счел, что мы сбежали.

— Да, — согласился Черный. — Вряд ли они будут в хорошем настроении из-за нашей задержки.

Маги попрощались с Яго и Мирой и двинулись к Ассамблее. Когда они уходили, вид у инкуба тоже был не очень веселый. Предстоящая встреча с лордом Этэлем выбивала его из колеи, а он еще и после качки на корабле не пришел в себя.

По дороге Эльен и Викэль с умилением рассматривали улочки родного города, застроенные разнообразными домами. И никаких четырехметровых одинаковых заборов! Никакой ужасающей тесноты в кварталах простых жителей.

Непроизвольно маги шли медленно, пытаясь оттянуть неизбежное. Но все когда-нибудь кончается. Так, закончилось и расстояние, отделяющее их от здания Ассамблеи. Со скорбным видом Викэль поднялся на три ступеньки крыльца и деревянной колотушкой пару раз скромно стукнул по металлическому диску гонга. Раздался глухой, не очень громкий звук. В другое время Черный счел бы, что его не услышат, и с удовольствием поколотил бы еще, но не сейчас. Он решил сделать несвойственную ему вещь — подождать. Нечего выводить магистров Совета из себя.

Эльен тоже не стал вырывать у него из рук колотушку. Он просто стоял за спиной Викэля и ждал. Сейчас должен был осуществиться самый худший из кошмаров его жизни — он останется без магии. За эти три месяца ожидания Эльен неожиданно для себя приобрел друга в лице бывшего врага и конкурента, но так и не смирился с мыслью о наказании. Конечно, благодаря Викэлю он теперь не уронит себе на ногу меч, но и в полной мере защитить себя не сможет. А насолить он успел многим… Особенно его шутки досаждали таким же, как и он, ученикам магов. Эльену всегда было интересно таким образом посоревноваться с ними — попадутся или нет. Маги в наказание за шалости не читали древние свитки магистра Тираэля, а потому регулярно попадались и злились. И вот теперь Белому нечем будет им ответить…

Дверь входа в Ассамблею приоткрылась на ладонь, и оттуда на эльфов раздраженно посмотрел магистр Дю-виль.

— Чего надо? — неприветливо спросил он, не посчитав нужным поздороваться и хоть как-то соблюсти законы гостеприимства.

— Для начала — хотя бы войти, — вежливо ответил Эльен, немного шокированный таким приветствием.

— Может, вас еще и в Совет принять? — проворчал Дювиль. — Проваливайте! — Он с треском захлопнул массивную дверь перед носами Черного и Белого.

Эльфы переглянулись, затем немного разозлившийся Викэль с силой настойчиво забарабанил по гонгу. У обоих аж в ушах зазвенело. Наверное, еще никто так невежливо не ломился в Ассамблею, как они сейчас. Но толка от этого не было. Никто из магистров больше не пожелал открыть дверь и хотя бы обругать их.

— Да что это такое?! — возмутился Викэль. — Мы же не милостыню у них пришли просить, а принять наказание! Чувствую себя каким-то ненормальным мазохистом, ломясь к ним в дверь! В конце-то концов, кому это больше нужно?!

— Может, это… — замялся Эльен.

— Что?!

— Как в Алории, проделать рядом с дверью проход?

— Ты думай, куда ты вломиться хочешь! Тебе все еще врагов мало?

— Так ты же отпал, — пожал плечами Эльен. — Минус один получился. Так что вакансия свободна.

— У меня тоже образовалась свободная вакансия, но я лучше кого-то другого найду, — на удивление разумно решил Викэль.

— Пойдем к Тираэлю, — предложил Белый. — Тебе все равно надо отдать ему кольцо ифрита. Может, Совет ждет его распоряжения и личного участия в процессе наложения Сфер Отчуждения? Надеются таким образом хоть немного сэкономить силы.

— Во дворец? — уточнил направление движения Викэль.

— Нет, давай сначала его дом проверим.

Во владения к магистру Тираэлю эльфы вошли без приглашения и предупреждения, даже не постучав. Им не хотелось, чтобы перед ними опять захлопнули дверь. Все равно вход в особняк для них был свободным, защитная магия на них не реагировала. Эльен и Викэль проверили гостиную, столовую на первом этаже и поднялись наверх. Самого Тираэля они обнаружили в спальне. Магистр спал посреди бела дня, раскинувшись на кровати. Он специально сбежал из дворца под предлогом ожидания учеников, чтобы отдохнуть. Государственные дела и два месяца бесполезных попыток избавиться от призраков его порядком утомили. Конечно, магия Вэль уже выдыхалась: призраки стали появляться не каждую ночь, а гораздо реже, но до полного их исчезновения было еще далеко. Слишком сильные эмоции подпитали заклинание, чтобы оно быстро рассеялось.

— Кхм-кхм, — кашлянул Эльен, чтобы ненавязчиво разбудить Тираэля.

— Кхм! — громко и весомо выдал Викэль, не желая и дальше испытывать свое терпение.

— Это заразно? — приоткрыв один глаз, сонно поинтересовался магистр.

— Что именно? — недоуменно спросил Эльен.

— Ваш кашель, — зевая, уточнил Тираэль.

— Мы здоровы! — хором ответили эльфы.

— Жалко, — сказал магистр. — Вот бы недельку полежать, поболеть… Отдохнуть!

— Не удастся, — огорчил его Эльен. — Весь Совет не поскупится нанять для вас хороших магов-лекарей. Или сами в полном составе прибегут лечить. Это им будет менее накладно, чем брать на себя ваши обязанности.

— А я для вас и сиделку хорошую знаю, — лукаво сказал Викэль. — Думаю, Мира не откажется!

— Ты на ней женился? — заинтересовался Тираэль.

— Нет. — Черный помотал головой.

— Значит, ты? — повернулся магистр ко второму своему ученику.

— А я что, крайний? Или дурак? Мне тоже пожизненное наказание ни к чему. Мы с Виком решили, что лучше отмучаемся двести лет, зато холостыми! Вон поедем пока соседние страны посмотрим.

— Вдвоем? — подозрительно поинтересовался магистр, заподозрив неладное.

— Конечно, — подтвердил Черный!

Тираэль вслух тихонько застонал. Только этого ему не хватало! Теперь ученики не будут враждовать между собой, а сосредоточат все силы на нем! Может, лучше начать привыкать к доспехам?!

— А на Мире женится наш друг Яго, — сообщил Эльен. — Они любят друг друга. Ктомуже на Яго не сыплются несчастья, в отличие от нас.

— Собирайте свой Совет, — сказал Викэль. — Пусть накладывает Сферу. Нечего тянуть. Мы и так уже три месяца ждем!

— И два дня, — уточнил Эльен.

Тираэль с несчастным видом посмотрел на них и признался:

— Бертрам снял с вас наказание за избавление города от разрушения драконом и… э-э… дипломатические заслуги перед родиной. Мы наслышаны, что в Алории были весьма смутные времена. По последним донесениям, там три дня назад началось восстание. Вальнор и верхушка аристократии скрылись в соседней державе — Тармии. Народ обвинил их, что они арестовали какого-то там Красильщика, который так и не вернулся, и попытался штурмом взять тюрьму. Заодно взбунтовались и маги, которых начали обвинять во взломе какого-то особняка и таскать на допросы. В общем, я так думаю, что в Алории скоро будет новое правительство, и, надеюсь, с ним у нас установятся более дружеские отношения. Перестарались вы малость.

Эльен и Викэль в пюке переглянулись. Они не думали, что их выходки приведут к таким серьезным последствиям.

— Значит, мы и дальше сможем пользоваться магией? — недоверчиво уточнил Эльен.

— Угу, — грустно кивнул магистр. — Очередной урок завтра с двух часов дня. — Его мучили смутные предчувствия, что теперь ему придется вдвойне туго.

Эльфы радостно завопили и кинулись обнимать Тираэля, повалив на кровать и едва не задушив.

— Какое счастье! — воскликнул Эльен. — Я и не ожидал такого после общения с Мирой! Вик, ты заметил? Нам все меньше не везет в ее присутствии! Как будто наше к ней отношение влияет на несчастные случаи!

— Эль, нам вообще повезло, что она влюбилась в Яго! Я еще не настроен на женитьбу. Да и ее присутствие в Алории для нас лишним не было. Нас, как ее друзей, боялись тронуть!

— Надо бы и ей с Яго помочь! — забеспокоился Эльен. — Пошли к ним, что ли? Чем быстрее сообщим лорду Этэлю, тем меньше Яго будет мучиться. Жутковато, знаешь ли, три месяца ждать!

— Можешь не верить, но знаю! — Викэль вскочил с кровати Тираэля и шагнул к выходу, но затем остановился. — А! Чуть не забыл! — воскликнул он и сунул магистру громадное бронзовое кольцо.

Тираэль еле удержал «подарок». Штука была увесистая и некрасивая. Зачем ему эта гайка, магистр не понял.

— Что это? — поинтересовался он, вперив в Черного недовольный взгляд.

— Кольцо ифрита, — сообщил Викэль от дверей. — Мы его в особняке Вэль откопали, то есть открутили.

— Это что, ваша очередная шуточка?! — взорвался Тираэль. — Сколько можно?! Я тебя зачем в Алорию посылал?! Для того, чтобы ты там какие-то гайки откручивал?!

— Это действительно кольцо ифрита, — вступился Эльен. — Ваш компас указывает прямо на него. Вик, продемонстрируй.

После эксперимента, проведенного Черным, магистр немного успокоился и вынужден был признать, что привезли ему то, что нужно. Ученики не шутили и не издевались. Этот маг, создавший ифрита, похоже, был дальним предком Эльена или Викэля, или обоих сразу! Тираэль положил кольцо на столик возле кровати и поднялся.

— Я схожу к Этэлю с вами, — заявил он.

— Зачем? — заволновался Эльен. — Вы лучше отдохните пока, поспите, с ифритом разберитесь. Вам же еще дракона вскоре предстоит перемещать домой на острова.

— Да вот мне интересно стало, что же вы ему такое сообщить собираетесь? Я предпочитаю сразу быть в курсе ваших действий. На всякий случай. Не хочу из-за минутной лени заработать себе очередную головную боль.

— Мы же колдовать не собираемся, — попробовал переубедить магистра Викэль. — Это будет просто разговор! Личный!

— Я думаю, Этэль будет не против, если я поприсутствую, — с уверенностью сказал магистр. — Можете и не спорить!

Черный и Белый уныло побрели к дому командующего под конвоем учителя. Оба, перемигнувшись, решили отложить серьезный разговор с ним на потом. Абсолютно незачем ставить магистра в известность об истинной сущности Яго.

Дверь им открыл лично лорд Этэль. Из-за его спины выглядывали Мира и Яго.

— Здравствуйте, — начал Эльен, — мы пришли… Закончить фразу ему не дали. Лорд Этэль с радушием на лице за руку втащил его в дом, незаметно для остальных гостей врезав под дых так, что маг не смог больше выдавить ни слова. Пока он хватал воздух ртом, командующий сжал его в своих объятиях, похлопал по спине тяжелой рукой и угрожающим шепотом предупредил:

— Молчи про Яго!

А вслух громко и для всех Этэль воскликнул:

— Как я рад видеть друзей моей девочки! Проходите, не смущайтесь! Мирабэль мне много рассказала о вас хорошего, так что вам можно и ПОМОЛЧАТЬ! — последнее слово он произнес с нажимом, глядя в глаза Викэлю.

Ошарашенные эльфы прошли в гостиную дома командующего. Тираэль двигался последним, недоумевая, что нашло на Этэля. Обычно он более сдержан в чувствах и не кидается так обниматься с гостями, как с Эльеном. Неужели на него так подействовала новость о свадьбе дочери?

Белый несколько раз глубоко вдохнул и, чтобы не страдать одному, поинтересовался у Черного:

— Вик, а ты ничего не хочешь сообщить лорду Этэлю?

— Нет, — коротко ответил маг, без труда разгадавший пантомиму. Он все же был большим специалистом по дракам. — Ты, похоже, и так уже сообщил больше, чем надо для столь радушной встречи! — Викэль тихо хохотнул.

— Прошу прощения за небольшую резкость моих манер, — сказал Этэль, уловивший иронию его слов. — Я немного волнуюсь за будущее моей дочери и Яго.

Тираэль переводил взгляд с одного собеседника на другого, но ничего понять не мог. У него было такое ощущение, что во всех их словах скрывается какой-то иной смысл, тайный подтекст. И, что самое странное, лорд Этэль и Черный с Белым, похоже, друг друга прекрасно понимают! Только он один недоуменно хлопает глазами.

— Викэль, Эльен, а что же такого личного вы хотели сообщить нашему командующему? — попытался докопаться до правды магистр.

— Как это что? — делано удивился Белый. — Естественно, то, что не можем жениться на его дочери! — Он с самым честным видом посмотрел на Тираэля.

— Они очень щепетильно отнеслись к вопросу со свадьбой, — пришел на помощь к друзьям Яго, который не дождался их и сам честно выложил все будущему тестю.

— Да, — подтвердила Мира. — Оба так переживали… Эльен на всякий случай плотнее запахнул камзол на груди, где у него висел медальон Правды, «позаимствованный» у алорской стражи. Хотя Мира же не уточняла, по какому именно поводу они переживали. Быстро же она усвоила их с Викэлем манеру выкручиваться. Правильно говорят: с кем поведешься, от того и наберешься.

Тираэль не решился поставить под сомнение слова четырех человек. Вслух, по крайней мере. Он вынужден был сделать вид, что поверил. Даже лорд Этэль не спорил, хотя, похоже, знал больше него!

— Когда свадьба? — поинтересовался магистр, гадая, а не розыгрыш ли это все.

— Через месяц, — ответила Мира, с нежной улыбкой глядя на Яго. — Эльен и Викэль уже приглашены. А вы не согласитесь присутствовать? А то у меня на торжестве птиц получится больше, чем людей.

— Каких птиц? — не понял Тираэль.

— Лия, ты где? — позвала Мира. — Веди всех сюда!

Вдали раздался нарастающий шорох крыльев, и в гостиную торопливо влетела небольшая стайка серебрянок. Тираэль насчитал десять особей. Птичку Мирабэль он узнал только по красному хохолку и пятнам на хвосте. Остальные серебрянки имели другие цвета вкраплений в оперении. Зато лезвия по краям крыльев были у всех.

— Вот, — улыбнулась Мира, — это птенчики моей Лии. Викэль, Эльен, помните, вы про них говорили? Лия не хочет, чтобы они жили и голодали в лесу. Я ищу, куда бы их разместить. Их появление стало настоящим сюрпризом для меня. Вы не возьмете одного? — обратилась она ко всем.

По мнению Викэля и Эльена, на птенчиков серебрянки были похожи мало. Скорее, на взрослых птиц с нахальным голодным взглядом, не желающих самостоятельно добывать себе пропитание. И это их Мира предлагает взять в качестве домашних питомцев?!

Эльен начал подбирать вежливую фразу для отказа, но его взгляд встретился с умоляющими глазами Миры. Он обреченно вздохнул и кивнул, соглашаясь. Отказать подруге, не раз выручавшей его из-под ареста в Рионе, он не мог. Белый изучил стайку серебрянок и ткнул пальцем в самую, как ему показалось, скромную птичку. Девушка просияла, а Эльен еще раз печально вздохнул.

За ним сдался и Викэль, не сумев отказаться. Он тоже выбрал одну особь с черным хохолком под цвет его одежды. Указанная серебрянка оказалась норовом под стать магу и тут же по-хозяйски устроилась у него на плече. Викэль недовольно отпихнул ее чуть дальше от лица и с интересом вперил взгляд в магистра. Ему было интересно, как тот собирается выкручиваться.

Тираэль в растерянности посмотрел на одного своего ученика, на второго и понял, что его приперли к стенке. Придется брать! Он не ожидал, что Черный и Белый так легко выполнят просьбу девушки. Это на них совсем не походило!

Ответа магистра Мирабэль не дождалась. Она жестом подозвала к себе двух серебрянок с желтыми хохолками и с улыбкой подтолкнула к нему:

— Вот, они близнецы. Их нельзя разлучать.

— Колбаски хочу! — завопила одна из птичек.

И Тираэль почувствовал желание трусливо и позорно сбежать отсюда. Эти лесные птицы и его сожрут, если своим аппетитом они похожи на Лию. И зачем он увязался за учениками к леди-несчастью?! Почему ему дома не сиделось?! Тираэль на ватных ногах подошел к дивану и буквально рухнул на него. Обе серебрянки с желтыми хохолками тут же конвоем устроились по бокам над его головой, зависнув в воздухе. Как будто сторожили, чтоб не сбежал…

Этэль сел рядом с магистром и сочувствующе похлопал его по плечу. Но урезонивать дочь не стал — ему в доме тоже ни к чему стая опасных и голодных птиц. Как говорится: своя рубашка ближе к телу.

— Тираэль, — сказал командующий, — я жду тебя на свадьбе дочери. Смотри, не забудь.

— Вот мы и еще одного гостя нашли, — улыбнулся Яго своей будущей жене. — А ты волновалась…

— Я так счастлива! — заявила сияющая Мира, и, отражая ее чувства, у нее над головой внезапно загорелся яркий шар света.

Магистр все-таки не выдержал и, обхватив голову руками, стеная, сполз с дивана на пол. Сейчас не было на свете никого несчастнее него.

Викэль и Эльен в предвкушении улыбнулись.

ЭПИЛОГ.

В потайной комнате Бертрама над подносом со скудной едой сидели трое и обсуждали последние события.

— Жаль, — сказал правитель. Я все-таки надеялся, что на Мирабэль женится или Эльен, или Викэль. Этого беднягу, Яго, я совсем не знаю. Не заслужил он подобной участи. Как же он добровольно решился на подобное?! — Берт недоуменно пожал плечами и откусил большой кусок кекса, запачкав при этом пальцы и подбородок в сахарной пудре.

— Любовь, — вздохнул Диего. — Хотя я теперь даже рад, что наша затея не сработала. Черный и Белый и сами по себе были опасны, а вместе с леди-несчастьем — и подавно! Порох с огнивом в одной упаковке! Мои агенты и те не смогли бы лучше сработать в Алории. Теперь я знаю, кого надо отправлять с дипломатической миссией в державы, с которыми мы с трудом находим общий язык. — Диего поправил дужку темных очков, высовывающихся из нагрудного кармана, набрал из блюдца маленькую ложечку икры и аккуратно съел, закусив ломтем хлеба.

— Да, наконец-то у нас все устроилось, — расслабленно сказал Берт. — Дракон вернулся на остров, призраки почти перестали нас тревожить, все лекари опять на месте, даже Тираэль переехал обратно домой! Ифрит ему теперь не досаждает. У нас теперь мир и покой.

— Хотя странно, — заметил Диего, — Черный и Белый провели три месяца в обществе Мирабэль, а ведь не скажешь, что им в чем-то не повезло. И Риона за шестьдесят дней пострадала больше, чем наш Морьедаг за такой же период. Тираэль, а ты как считаешь: Викэль и Эльен хоть одну крупную неприятность заработали?

— Ее заработал я! — страдальчески скривился Тираэль и залпом осушил бокал вина. Он налил себе еще из графина и пояснил: — Я так надеялся избавиться от призраков, дракона и ифрита, стравить учеников в борьбе за невесту и пожить хоть немного спокойно! Ну почему именно сейчас у Мирабэль обнаружился дар к магии?! Как я ее буду учить?!! В стальных латах? Берт, она не переступит порог моего дома! Мне его жалко. Все занятия я буду проводить во дворце! И точка! Совместных усилий трио мой особняк не переживет.

— Берт, и ты позволишь?! — недоверчиво поинтересовался Диего.

— Не хотелось бы. Хотя… мне планировка этого дворца никогда не нравилась. Вот сровняет его Мирабэль с землей, и я построю новый. В нем из каждой комнаты будет проложен потайной ход в столовую! — мечтательно сказал правитель. — О! Это будет просто счастье!!! И от леди-несчастья может быть польза.

— Так, по-вашему, выходит, что мне одному не везет! — возмутился Тираэль. — Он достал из заднего кармана брюк небольшую записную книжечку и открыл ее на одной из страниц. Заголовок вверху гласил: «Счет к ученикам после присвоения им звания магистров». Вдоль странички шли две колонки с именами Викэля и Эльена, заполненные жирными плюсами с цифрами и мелкими комментариями к ним. Тираэль отчеркнул третью колонку, подписал ее «Мирабэль» и тут же поставил «+3».

Заинтересованные Бертрам и Диего поняли, что расчет Тираэль будет производить отнюдь не в деньгах…