Принцип Абрамовича. Талант делать деньги.

Владислав Дорофеев, Татьяна Костылева. Принцип Абрамовича. Талант делать деньги.

Предисловие.

Почему Абрамович и почему сейчас. Потому что Роман Аркадьевич Абрамович, один из самых богатых наших соотечественников, показывает редкий по силе пример выживания в любых политических и экономических обстоятельствах.

Начав с Ельцина, он вот уже с третьим президентом подряд поддерживает правильные отношения. Некоторые из его коллег по бизнесу сошли с дистанции, или вот сейчас во время кризиса уходят в небытие, а он продолжает удивлять новыми поступками и проектами. Владелец «Челси», губернатор, а теперь председатель Думы Чукотки, инициатор самой крупной в истории новой России сделки по продажи «Сибнефти» «Газпрому» за $13 млрд, основатель галереи современного искусства «Гараж», которая претендует стать со временем крупнейшей частной коллекцией в мире. Но это только внешние поступки, результаты которых ощутимы и понятны любому человеку. А еще есть ежедневная бизнес–охота за новыми деньгами. Приобретения или продажи, направления и проекты, за которые берется его компания Millhouse Capital, это бесконечный источник идей для бизнеса.

В данной книге, особенно в условиях нестабильности, когда никто не может с уверенностью сказать, будет ли он завтра обеспечен работой и зарплатой, хочется показать пример человека, свернувшего на своем пути горы, и начавшего путь к обладанию крупнейшим состоянием в мире, именно в такие, кризисные времена 90–х годов. Восемь глав нашей книги рассказывают об основных направлениях жизни и деятельности этого человека – детство и школа, начало трудовой и творческой деятельности, знакомство с Березовским, создание «Сибнефти» и других крупнейших компаний, спасение Чукотки, покупка «Челси», взаимоотношения с властью и подчиненными, семья и дети. Названия глав говорят сами за себя.

Текст перемежается короткими выводами, собственно, принципами, опираясь на которые в описываемой ситуации можно было бы получить результат, которого добился наш герой. За десять лет бизнеса – $18 млрд. Но каждому ли под силу цена такого успеха?

Честно отметим одно важное обстоятельство: авторы не знакомы с Романом Абрамовичем. Он не дает интервью в России – только за рубежом, да и там их количество можно пересчитать по пальцам одной руки. Личная беседа с ним практически невозможна. (Обидное, кстати, пренебрежение интересами отечественной журналистики.) Поэтому книга «Принцип Абрамовича» – результат прочтения и анализа нескольких тысяч статей и других материалов, опубликованных за последние десять лет в русскоязычной прессе и в Интернете, то есть на основе открытых источников. В связи с этим нельзя ручаться за абсолютную правдивость и полноту всех приведенных фактов и толкований. Например, осталась непроясненной история начала 1990–х годов с обвинением Абрамовича в хищении 55 цистерн дизельного топлива c Ухтинского НПЗ. По некоторым данным, после того как ущерб НПЗ был возмещен, дело было прекращено за отсутствием состава преступления. Или взять странную череду смертей во время приватизации «Сибнефти». Среди погибших – два высокопоставленных омских чиновника, имевших отношение к приватизации, директор Омского НПЗ, одного из главных будущих предприятий «Сибнефти», и даже его шофер, который был свидетелем смерти начальника.

Зато можно ручаться за абсолютную непредвзятость авторского подхода и оценки. Такая отстраненность способствует объективности: нет личных впечатлений и эмоций, которые мешают анализу. У авторов не было никакой специальной цели обелить или очернить героя. В этом смысле книга получилась сбалансированной. Мы надеемся на это.

Книга написана на стыке жанров: по форме – это публицистический рассказ о человеке, но в содержании есть отдельные кейсы, примеры из бизнеса, из которого, собственно, и состоит жизнь нашего героя. В этом смысле книжка получилась деловая, почти учебник: строй жизнь по Абрамовичу, изучай его принципы, реакции, решения в предполагаемых обстоятельствах, делай выводы, учись.

А что? Ведь и Роман Аркадьевич себя сделал сам. К тому же у вас уже есть небольшое преимущество – вот эта книга.

И еще. Эту книгу мы сделали не ради Роман Аркадьевича Абрамовича.

Эту книгу мы сделали для простых людей, к коим относим и себя. Потому что и у простых людей есть право знать.

И если наше повествование зацепит и зажжет желанием работать, творить, экспериментировать, думать, хоть одного человека, будем считать это своей победой. Ведь Абрамович на самом деле – неисчерпаемый источник бизнес–вдохновения и энергетики.

Таким образом: читаем, вспоминаем, берем самое лучшее, отсеиваем ненужное. И все вместе думаем, как жить дальше.

Биография.

Роман Аркадьевич Абрамович родился 24 октября 1966 года в Саратове. Отец, Аркадий Нахимович Абрамович, работал в Сыктывкаре снабженцем в одном из стройуправлений, мать, Ирина Васильевна, была дипломированным музыкантом. Осиротел в младенческом возрасте.

Сведения о гибели его родителей противоречивы: сам Абрамович рассказывал, что мать умерла от лейкоза, когда ему было около года, а отцу на стройке перебило ноги упавшей стрелой подъемного крана. После смерти родителей недолго жил с бабушкой, Татьяной Семеновной, в Сыктывкаре, а затем в том же 1969 году переехал в Ухту (Коми АССР) к брату отца, Лейбу Нахимовичу Абрамовичу, работавшему начальником управления рабочего снабжения лесозаготовительного предприятия «Печорлес». В 1973 году пошел в первый класс ухтинской школы № 2. В 1974 году переехал к своему второму дяде, Абраму Нахимовичу Абрамовичу, в Москву, где в 1983 году окончил школу № 232 с театральным уклоном. После школы пробовал поступить в один из московских вузов, но не прошел по конкурсу. Переехав к родственникам в Коми, поступил в Ухтинский индустриальный институт, который бросил после нескольких месяцев учебы. С 1984 года служил в автовзводе в артиллерийском полку в Киржаче Владимирской области. После армии с января 1987 года работал в строительно–монтажном управлении № 122 треста Мос–спецмонтаж начальником сварочного агрегата. Одновременно поступил на вечернее отделение Московского автодорожного института, где полгода учился по специальности «Автомобили. Автомобильное хозяйство».

В декабре 1987 года женился на Ольге Юрьевне Лысовой, у которой уже была дочь от первого брака. По данным СМИ, Роман Абрамович устроился на работу в кооператив «Уют», выпускавший детские игрушки, которые в скором времени наводнили страну.

В 1991 году женился на стюардессе Ирине Вячеславовне Маландиной. В этом браке у них родилось пятеро детей – Анна, Аркадий, Соня, Арина и Илья. В том же году стал директором московского малого предприятия «АВК», занимавшегося перепродажей нефтепродуктов.

19 июня 1992 года арестован (неподтвержденные данные) в Москве по обвинению в хищении 55 цистерн дизельного топлива c Ухтинского НПЗ на сумму 3,8 млн руб. 1 декабря 1992 года, после того как ущерб НПЗ был возмещен, дело прекращено за отсутствием состава преступления. В 1993 году занялся продажей нефти из города Ноябрьска. В том же году познакомился с Борисом Березовским на яхте Петра Авена, где они оказались по приглашению руководителей «Альфа–Банка». Вместе с Березовским создал офшорную фирму Runicom Ltd., зарегистрированную в Гибралтаре, и возглавил московский филиал швейцарской фирмы Runicom S.A.

C 1994 года был брокером на первой Российской товарно–сырьевой бирже и торговал нефтепродуктами.

В мае 1995 года Абрамович и Березовский создали ЗАО «П.К.-Траст», а Абрамович впоследствии учредил еще несколько фирм: ЗАО «Меконг», ЗАО «Центурион–М», ООО «Агроферт», ЗАО «Мультитранс», ЗАО «Ойлимпекс», ЗАО «Сибреал», ЗАО «Форнефть», ЗАО «Сервет», ЗАО «Бранко», ООО «Вектор–А». В течение следующих двух лет подконтрольные Абрамовичу фирмы ООО «Финансовая нефтяная компания», ЗАО «Рифайн ойл» и ЗАО «Фирма „Синкс“» оказывались победителями инвестиционных конкурсов по приватизации акций нефтяной компании «Сибнефть».

В июне 1996 года вошел в состав совета директоров основного добывающего подразделения «Сибнефти» АО «Ноябрьскнефтегаз» и возглавил московское представительство «Сибнефти».

С сентября 1996 года – член совета директоров «Сибнефти».

26 ноября 1998 года бывший руководитель Службы безопасности президента Александр Коржаков заявил на пресс–конференции, что Абрамович является казначеем ближайшего окружения президента Ельцина и, в частности, оплачивает счета дочери президента Ельцина Татьяны Дьяченко. 13 июля 1999 года рекламное агентство Умара Джабраилова ATOR разместило два рекламных щита в Москве на Кутузовском проспекте с фотографией Абрамовича и текстом «Рома думает о семье. Семья думает о Роме. Поздравляем! P.S. Рома выбрал классное место». Этот момент вполне можно считать началом публичной известности Романа Абрамовича. Плакаты были сняты по просьбе компании «Сибнефть».

В декабре 1999 года победил на выборах в Госдуму по Чукотскому одномандатному избирательному округу № 223, набрав 59,78% голосов (ближайший соперник Владимир Етылин набрал 20,01%). Входил в состав думского комитета по проблемам Севера и Дальнего Востока.

В 2000 году окончил Московскую государственную юридическую академию.

Весной того же года вместе с Олегом Дерипаской создал компанию «Русский алюминий», в которой бизнесмены объединили принадлежащие им алюминиевые активы.

24 декабря 2000 года победил на губернаторских выборах на Чукотке, набрав 90,61% голосов, в связи с чем в январе 2001 года сложил с себя депутатские полномочия. В том же месяце выступил посредником при продаже Борисом Березовским акций телеканала «ОРТ» государству. В марте 2001 года передал из собственных средств $18 млн на улучшение условий жизни жителей Чукотки.

29 мая того же года вызван на допрос в Генпрокуратуру России в рамках следственных действий по уголовному делу против руководителей «Сибнефти». Дело было возбуждено по запросу депутатов Госдумы на основании акта Счетной палаты о приватизации «Сибнефти», в соответствии с которым компания была продана примерно в 25 раз ниже ее реальной стоимости. В августе дело было закрыто за отсутствием состава преступления.

В июне журнал Forbes впервые включил Абрамовича в список самых богатых людей планеты с состоянием в $1,4 млрд. 24 октября стало официально известно о зарегистрированной в Лондоне инвестиционной компании Millhouse Capital, которая получила в управление все активы, принадлежавшие Абрамовичу.

1 июля 2003 года купил контрольный пакет находившегося на грани банкротства английского футбольного клуба «Челси» и обосновался в Великобритании, оставаясь при этом налогоплательщиком Чукотского автономного округа.

В 2003 году «Сибнефть» попыталась слиться с нефтяной компанией ЮКОС в единый холдинг ЮКСИ, однако сделка сорвалась после ареста Ходорковского и выдвижения налоговых претензий к ЮКОСу. В январе 2004 года Счетная палата начала проверку бюджета Чукотского АО и одновременно компании «Сибнефть» на предмет уплаты налогов. В марте Министерство по налогам и сборам России предъявило «Сибнефти» налоговые претензии за 2000–2001 годы в размере около $1 млрд. В мае 2004 года Счетная палата объявила Чукотский АО банкротом.

В октябре Millhouse Capital продала последние акции «Русского алюминия» компании Олега Дерипаски «Базовый элемент».

В январе 2005 года Европейский банк реконструкции и развития обвинил Абрамовича в присвоении кредита на сумму $17 млн. До суда дело так и не дошло.

В марте 2005 года Forbes назвал Абрамовича самым богатым человеком России, оценив его состояние в $13,3 млрд.

В сентябре 2005 года Millhouse продала контрольный пакет «Сибнефти» «Газпрому» за $13,1 млрд. В октябре 2005 года переизбран губернатором Чукотского АО.

20 января 2006 года награжден орденом Почета «за большой вклад в социально–экономическое развитие автономного округа».

В октябре 2006 года жена Абрамовича Ирина подала на развод. Причиной, по мнению СМИ, стали слишком близкие отношения ее мужа с Дарьей Жуковой, дочерью бизнесмена Александра Жукова. 14 марта 2007 года стороны достигли соглашения о разделе имущества. Ирине, по разным данным, досталось от $300 млн до значительно более крупных сумм.

20 декабря 2006 года впервые обратился к президенту, тогда Владимиру Путину, с просьбой о прекращении полномочий губернатора, но после личной встречи с ним передумал. 3 июля 2008 года новый президент России Дмитрий Медведев принял отставку Абрамовича с поста губернатора Чукотского автономного округа.

12 октября 2008 года избран депутатом на довыборах Чукотской окружной думы (набрал 96,99% голосов), а 22 октября утвержден председателем регионального парламента.

Эволюция состояния Абрамовича по рейтингу Forbes: 2001 год – $1,4 млрд, 2005 год – $13,3 млрд (первая строчка в российском списке Forbes, 2006 год – $18,2 млрд (первая строчка), 2007 год – $19,2 млрд, 2008 год – $20,5 млрд (вторая строчка после Олега Дерипаски).

ГЛАВА 1. ЗОВ ДУШИ.

«КОГДА–НИБУДЬ Я КУПЛЮ ВЕСЬ МИР», – ПРОИЗНЕС 22–ЛЕТНИЙ РОМАН АРКАДЬЕВИЧ АБРАМОВИЧ, СИДЯ В МАЛЕНЬКОЙ, СКРОМНО ОБСТАВЛЕННОЙ КУХНЕ СВОЕЙ ОДНОКОМНАТНОЙ КВАРТИРЫ НА ЦВЕТНОМ БУЛЬВАРЕ В МОСКВЕ. НИКТО ТОГДА НЕ ПОДОЗРЕВАЛ, ЧТО СЛОВА ЭТИ СТАНУТ ПОЧТИ ПРОРОЧЕСКИМИ. НА ТОТ МОМЕНТ ОНИ МОГЛИ ВЫЗВАТЬ ЛЕГКИЙ СМЕХ, НО НЕ ИСКЛЮЧЕНО, ЧТО ВПОСЛЕДСТВИИ ПРИСУТСТВУЮЩИЕ НЕ РАЗ ВСПОМИНАЛИ ТУ ФРАЗУ И ЗАДАВАЛИСЬ РИТОРИЧЕСКИМ ВОПРОСОМ: «И ЧТО ЖЕ ЭТО ЗА ЧЕЛОВЕК ТАКОЙ?».

Вообще же в детстве Абрамович хлебнул сполна. Сначала, не дожив одного дня до первого дня рождения сына, умерла мать Романа, затем погиб и отец. Воспитывался мальчик сначала у дяди Лейба в Ухте, затем у дяди Абрама в Москве. В подобной ситуации немудрено, что Абрамович вырос закрытым человеком и с детства научился приспосабливаться к любым обстоятельствам и любому окружению, то есть мыслить непрямолинейно. Нужно отметить, что в семьях, где он жил, Романа любили, но это были неродные семьи.

«Роман сильно переживал смерть родителей, – вспоминает Ольга Абрамович, первая жена нашего героя, – но крайне редко рассказывал о них. Сиротство заставило его рано повзрослеть и сделало таким, какой он есть. Судьба отняла у него родителей, и он хотел построить что–то такое, чего никто и никогда не сможет у него забрать». Окружающие Романа в то время вспоминают о нем как о человеке тихом и немногословном. Но, несмотря на внешнюю скромность, внутри у него кипели нешуточные страсти и амбиции, его натура стремилась на самый верх. Он часто повторял, что обязательно будет богатым, как бы давая себе установку.

Он всегда, каждую минуту мечтал о богатстве и был уверен, что добьется этого. А в те моменты, когда одноклассники начинали над ним подтрунивать, отвечал, что они еще услышат о Роме Абрамовиче, после чего всегда следовал взрыв хохота. Однажды, по рассказам одноклассников, они все вместе пошли в кино, где показывали какой–то фильм о богатых и их роскошной жизни. После сеанса Роман долго молчал, а потом произнес: «Вот так надо жить».

ЕСЛИ НЕТ МЕЧТЫ, ТО НЕЧЕМУ БУДЕТ И СБЫВАТЬСЯ.

В московской школе № 232, расположенной на Трубной улице, об Абрамовиче теперь говорят с большой теплотой. Еще бы, с подачи Романа Аркадьевича там появились новый спортзал, компьютерный класс и кухня, сделан хороший ремонт. Один только факт, что в этой школе учился Абрамович, как магнитом привлекает в школу потенциальных учеников, а точнее, их родителей, и с некоторых пор это учебное заведение получило неофициальный статус элитного. Ухтинская же школа, где Роман пусть и непродолжительное время, но все же учился, не получила от него ни копейки, хотя сотрудники и обращались к нему за помощью. Однако благотворительность его никогда не была случайной, немотивированной и всегда несла в себе какой–то посыл. Видимо, в отношении ухтинской школы ему нечего было вспомнить.

В школе, по воспоминаниям очевидцев, Роман не проявлял недюжинных способностей к наукам, как лидер не проявлялся, а был тихим и скромным мальчиком с фирменной улыбочкой. Однако же и в обиду себя не давал: несмотря на то что приехал он в Москву из глухой провинции, а в той московской школе учились дети из хороших семей, Романа не обижали, а почти сразу приняли. Вскоре выявился и первый его талант – умение организовывать ответственные мероприятия. Если за дело брался Роман, явка была, как правило, стопроцентной, никто другой в классе на это способен не был.

Его бывшая одноклассница Наталья Штурм вспоминает пример нетривиальной сообразительности Романа. Дело было в Подмосковье, куда они всем классом во главе с классным руководителем отправились на экскурсию, и где во время поездки к ним привязалась деревенская шпана, требуя вывернуть карманы. Неожиданно Роман отвел хулиганов в сторону и что–то им сказал, после чего они разбежались. Все одноклассники, разумеется, кинулись к нему с расспросами, что же он им сказал, и Роман ответил, что, мол, предупредил их, что в классе учатся дети высокопоставленных работников юстиции. Фраза попала точно в цель.

Хотя семья дяди Абрама, в которой он воспитывался, была вполне обеспеченной, Роман не мог не поддаться зову души. Абрамович (как, впрочем, и многие другие будущие олигархи) подрабатывал фарцовщиком, за что можно было тогда получить пять лет в местах не столь отдаленных. Например, в старших классах он не брезговал покупать сигареты по одной цене и перепродавать их значительно дороже (также парфюм, шоколад, джинсы).

После школы Абрамович ушел в армию, где в то время царила страшная дедовщина. Однако Роман и тут сумел сделать невозможное: он установил хорошие отношения со всеми, и с «дедами», и с офицерами, после чего получил отличную должность – отмечать путевки на въезде и выезде машин. А еще, по рассказам некоторых сослуживцев, за те два года он успел организовать футбольную команду и клуб художественной самодеятельности. Демобилизовался Абрамович в самый пик перестройки. Какое–то время он продолжил фарцевать, что приносило небольшой доход, даже закупался товарами в Москве и летал продавать их в далекую Ухту, где жила первая семья, приютившая его после смерти родителей.

Почти сразу после армии Абрамович женился. Кстати, решительность Абрамовича проявлялась и в его взаимоотношениях с женщинами, будущими женами. Он сразу был уверен, что ему нужна именно эта женщина, и не колебался в своем выборе. С Ольгой они стали жить уже через неделю после знакомства. Со своей второй женой, стюардессой Ириной, они поженились через считаные месяцы после первой встречи.

НАДО НЕ ТОЛЬКО ЗНАТЬ, ЧЕГО ВЫ ХОТИТЕ, НО И ДОБИВАТЬСЯ СОВМЕЩЕНИЯ ЖЕЛАНИЙ И ЦЕЛЕЙ, А УЖ ЗАТЕМ НЕ КОЛЕБАТЬСЯ В РЕШЕНИЯХ И ДЕЙСТВИЯХ.

Свидетелями упомянутой вначале сцены на кухне, когда 22–летний Роман Абрамович столь провидчески обозначил свою судьбу, были Владимир Тюрин и первая жена Абрамовича Ольга. Тюрин в то время был средней руки предпринимателем – владел в Кисловодске бизнесом по производству резиновых детских игрушек. С Романом его свел случай, и скромный молодой человек с горящим взором сразу его зацепил. Вскоре Абрамович уже работал на Тюрина, реа–лизовывал в Москве товар, произведенный в Кисловодске, получая за это 20% от выручки. Роман свое дело знал: сначала игрушки появились на лотках в гостиницах, затем на станциях метро, потом в магазинах. Цех не успевал производить, даже склада не требовалось, вся продукция мгновенно реализовывалась.

В начале 1989 года Тюрин купил в Москве кооператив «Уют» и назначил Абрамовича его председателем. Роман вел себя как хозяин и, по совести, имел на это моральное право – в основном лишь его усилиями произведенными в «Уюте» товарами было завалено пол–России. Именно в тот период начал сколачиваться костяк будущей команды Абрамовича, первые ее члены – Евгений Швидлер, Валерий Ойф, Андрей Блох.

Вот интересная подробность. Тюрин был человеком старой закалки и считал, что для карьеры обязательно нужно получить образование. Абрамович лишь отвечал, что ему этого не нужно, он и так видит все на десять лет вперед, а образование дает лишь специальность и больше ничего. Были у него и еще некоторые характерные особенности будущего олигарха. Например, многие отмечают, что Роман был очень обидчив, из–за обиды мог не разговаривать с человеком по нескольку дней. Был чрезвычайно чистоплотен, любил ходить с небольшой бородкой, считая, что без бороды выглядит несолидно, и его не воспринимают всерьез. Когда появились деньги, Роман всегда покупал дорогой парфюм. Часть своей зарплаты он регулярно относил в синагогу.

Уже тогда Абрамович продемонстрировал железную хватку, готов был работать от рассвета до заката, лишь бы найти новое место реализации товара, даже если для этого надо было проехать сотни километров в день. Придя домой за полночь, на следующее утро Роман вставал спозаранку и отправлялся работать. Это крайне раздражало его жену Ольгу, которая хотела видеть мужа дома.

Страна тогда находилась в состоянии дикого капитализма, когда все торговали всем чем могли, никаких налогов, неразбериха с таможенными пошлинами, одним словом, полная чехарда и хаос – рай для таких людей, как Абрамович. И он, как мы увидим дальше, своего шанса не упустил. За несколько «игрушечных» и «кооперативных» лет Абрамовичу удалось сколотить некоторый капитал. Действительно, когда вся страна получала 100–200 рублей в месяц, доход Абрамовича составлял 3000–4000 рублей. Он прилежно копил деньги, чтобы дальше пустить их в оборот, на дальнейшее развитие.

По словам бывшего работодателя Тюрина, он видел, что Роману становилось тесно в том бизнесе. Вскоре игрушки были забыты ради более выгодного дела – перепродажи нефтепродуктов. Не исключено, что отрасль была выбрана по совету товарищей, ведь Швидлер, Блох и Ойф были выпускниками Института нефти и газа. «Игрушки никогда не были целью. Это было одно из доступных средств выйти к цели. А цель была – создать бизнес, который сможет развиваться», – рассказывал Абрамович годы спустя.

ОТКЛАДЫВАЙТЕ СРЕДСТВА ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО РАЗВИТИЯ.

В начале 90–х годов Роман Аркадьевич уже был учредителем и соучредителем ряда фирм, по уставу занимающихся «производством товаров народного потребления и посреднической деятельностью». Вот лишь некоторые из них: Runicom Ltd., ЗАО «П.К.-Траст», ЗАО «Меконг», ЗАО «Центурион–М», ООО «Агроферт», ЗАО «Мультитранс», ЗАО «Ойлимпекс», ЗАО «Сибреал», ЗАО «Форнефть», ЗАО «Сервет», ЗАО «Бранко», ООО «Вектор–А», ООО «Финансовая нефтяная компания», ЗАО «Рифайн ойл» и ЗАО «Фирма „Синкс“» – и это лишь неполный список фирм, созданных Абрамовичем для его бизнес–схем. Основной схемой получения прибыли для Романа уже тогда была покупка нефти у российских производителей по местным ценам, ее переработка и продажа за границу по ценам гораздо более высоким. При этом самым главным было получить экспортную лицензию. Экспортировалась как чистая нефть, так и нефтепродукты, доходность составляла не менее 100%.

Начал он с Ухтинского нефтеперерабатывающего завода, где у его дяди Лейба были некоторые связи, затем постепенно новые нужные знакомства появились и у Романа. Покупал на НПЗ нефтепродукты по одной цене, перепродавал за границу дороже, благо первоначальный капитал уже имелся. В серьезные нефтяные круги Абрамовичу помог проникнуть его приятель Андрей Городилов, отец которого, Виктор Городилов, был руководителем «Ноябрьскнефтегаза», в то время одного из крупнейших нефтегазодобывающих предприятий страны. (Кстати, Андрей Городилов потом органично впишется в «команду Абрамовича», и впоследствии главной его задачей станет благородная миссия по возрождению Чукотки.).

Может быть, поначалу Абрамович довольствовался перепродажей нефтепродуктов с Омского НПЗ, где перерабатывалась нефть «Ноябрьскнефтегаза». Напомним, что и «Ноябрьскнефтегаз», и Омский НПЗ – второй на тот момент по мощности в мире! – были тогда частью государственной «Роснефти».

Вполне возможно, что уже тогда, при виде всего этого великолепия, в голове Романа начинал зарождаться некоторый план. Действительно, столь амбициозному человеку трудно было свыкнуться с тем, что большая часть нефти с «Ноябрьскнефтегаза» (три четверти) отдавалась на экспорт не ему, а некой фирме «Балкар–Трейдинг», корни которой уходили в Кремль.

Да, Абрамович был в то время уже успешным предпринимателем, но все же одним из многих, кто занимался подобной деятельностью. А он хотел большего. Неизбежно пришло понимание того, что для серьезного успеха нужен некий серьезный прорыв, а он вряд ли случится без влиятельной поддержки, или, как принято говорить, без «крыши», желательно со связями на самых высоких уровнях.

Мало того, с решительными действиями надо было поторопиться, так как в стране назревали реформы нефтяной отрасли, и планировалось наделить нефтяные предприятия правом самим продавать нефть за рубеж. До этого такое право имели лишь спецэкспортеры с лицензией, вроде контор Абрамовича. Роман Аркадьевич мог остаться не у дел. Более того, согласно инсайдерской информации, которую открыл Абрамовичу Андрей Городилов, «Ноябрьскнефтегаз» и Омский НПЗ планировалось вывести из состава «Роснефти» для передачи по символической цене той же «Балкар–Трейдинг». Созрел план, согласно которому Абрамовичу предстояло завербовать начальство вышеупомянутых нефтяных предприятий и заручиться поддержкой Кремля.

ПОПРОБУЙТЕ ВЫСТРОИТЬ ЦЕПОЧКИ: КАК, ГДЕ И ЧЕРЕЗ КОГО ВЫ МОЖЕТЕ ПОЗНАКОМИТЬСЯ С НУЖНЫМИ ЛЮДЬМИ. И ТЕРПЕЛИВО ДОБИВАЙТЕСЬ СВОЕГО, НЕ РАССЧИТЫВАЯ НА БЫСТРЫЙ РЕЗУЛЬТАТ.

ГЛАВА 2. ТРУДОВЫЕ БУДНИ.

ПЕРВЫЕ СЕРЬЕЗНЫЕ УСПЕХИ АБРАМОВИЧА В БОЛЬШОМ БИЗНЕСЕ СВЯЗАНЫ С НЕФТЯНОЙ КОМПАНИЕЙ «СИБНЕФТЬ». НА ОСНОВЕ ИСТОРИИ ПРИОБРЕТЕНИЯ, ВЛАДЕНИЯ И ПОСЛЕДУЮЩЕЙ ПРОДАЖИ ЭТОЙ КОМПАНИИ ВПОРУ ИЗУЧАТЬ ИСТОРИЮ РОССИИ С 1995 ПО 2005 ГОД. ПРИВАТИЗАЦИЯ 90–Х ГОДОВ, ПРЕЗИДЕНТСТВО РЕФОРМАТОРА ЕЛЬЦИНА, НАДУВАЮЩИЙСЯ МИРОВОЙ НЕФТЯНОЙ «ПУЗЫРЬ», НЕПРЕКРАЩАЮЩИЕСЯ ПРОВЕРКИ КОМПАНИЙ СО СТОРОНЫ КОНТРОЛИРУЮЩИХ ОРГАНОВ, ОБРАЗЦОВО–ПОКАЗАТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС НАД ЮКОСОМ И, НАКОНЕЦ, УМОПОМРАЧИТЕЛЬНАЯ ПО ТЕМ ВРЕМЕНАМ СДЕЛКА В $13 МЛРД, КОТОРЫЕ ОТДАЛ «ГАЗПРОМ» ЗА «СИБНЕФТЬ», А ТАКЖЕ МНОГИЕ ДРУГИЕ МЕНЕЕ ЯВНЫЕ СОБЫТИЯ, УДИВИТЕЛЬНЫМ ОБРАЗОМ СВЯЗАНЫ С РОМАНОМ АБРАМОВИЧЕМ.

«СИБНЕФТЬ».

В 1995 году произошло своего рода историческое знакомство Абрамовича и Березовского. Молодой Роман Аркадьевич буквально зацепил уже видавшего виды и влиятельного в то время Бориса Абрамовича и впоследствии посвятил старшего товарища в планы, которые строил в отношении создания крупной нефтяной компании с предполагаемым названием «Сибнефть».

Дело в том, что специальная правительственная комиссия признала нецелесообразным создавать «Сибнефть», однако Березовский в то время имел немалое политическое влияние и пообещал Абрамовичу в обмен на средства помочь в принятии необходимых законодательных мер.

Березовский получил средства, которые тогда были ему нужны для финансирования ОРТ (ныне – «Первый канал»), и «Сибнефть», единственная, была учреждена в обход правительственной комиссии, указом президента.

Вот как об этом вспоминал Березовский: «К тому времени я искал источники финансирования ОРТ. Мы получили ОРТ на условии, что государство перестает платить деньги. И государство свое обещание выполнило… А канал работал на тот момент в убыток на 220 миллионов долларов в год и даже больше.

В общем, я пришел к премьеру Виктору Степановичу Черномырдину и рассказал ему эту идею (создания «Сибнефти». – Прим. авт.). Виктор Степанович категорически выступил против, сказал, что я ничего не понимаю. Тогда я пошел к Коржакову (Александр Коржаков, начальник охраны президента Ельцина. – Прим. авт.) и объяснил ему, что ОРТ – это, конечно, хорошо, но только с деньгами–то… Мы же говорили, что будем искать источники финансирования, вот источник финансирования появится, если мы создадим такую компанию. Коржаков очень оперативно переговорил с Борисом Николаевичем. И буквально на следующий день после приказа Черномырдина о создании компании «Роснефть» вышел указ президента о создании компании «Сибнефть». На следующий день!».

Это произошло осенью 1995 года, на которую пришлось начало знаменитых залоговых аукционов, когда с целью пополнения государственной казны планировалось получить деньги, отдав для приватизации часть государственных предприятий. «Залоговыми» они были потому, что предполагалось, что государство по истечении определенного времени выкупит назад эти предприятия (залог). Но назад ничего выкуплено не было.

Итак, в октябре 1995 года государственные пакеты акций нефтедобывающего предприятия «Ноябрьскнефтегаз», Омского нефтеперерабатывающего завода, разведочного предприятия «Ноябрьск–нефтегазгеофизика» и сбытового предприятия «Омскнефтепродукт» было предписано передать только что созданной «Сибнефти». В структуре новой компании находились предприятия, охватывающие полный цикл нефтепроизвод–ства, от геологоразведки и добычи до переработки и сбыта. Следует отметить, что добыча и НПЗ принадлежали до этого «Роснефти». Как мы видим, план структуры «Сибнефти», а также многие другие стратегические моменты этого проекта принадлежали Абрамовичу, который к тому времени уже был опытным нефтяником, знакомым с данным бизнесом. Однако в его распоряжении тогда не было еще административного ресурса, не было возможности проталкивать свои решения на уровне властей, и для этого ему требовался Березовский, который мог реализовать идею о «Сибнефти» и реализовал ее. В конце 1995 года первый пакет акций «Сибнефти» оказался на залоговом аукционе. К лету 1997 года Абрамович с Березовским, пройдя последовательно три инвестиционных конкурса, получили контроль над «Сибнефтью». Как вспоминает Березовский, каждый раз денег на приобретение едва хватало. Гарантом сделок выступал банк «СБС–Агро», контролируемый Березовским, который лично участвовал в процедуре оформления заявки на право управления акциями.

Залоговые аукционы, правильнее – конкурсы, по продаже государством акций госкомпаний не были аукционами в полном понимании этого слова, когда присутствует много участников, и выигрывает тот, кто предложил больше. Это относилось не только к «Сибнефти», но и к другим компаниям, которые прошли через залоговые аукционы. Людям с влиянием Березовского в середине 90–х годов было под силу устанавливать свои правила игры и получать в фактическую собственность огромные предприятия за смешные цены.

В результате трех конкурсов партнеры получили три пакета акций – 19%, 15% и 51% акций «Сибнефти», в сумме – 89%. Продажа всех пакетов происходила по аналогичному сценарию, допускались лишь те компании, которые так или иначе были связаны либо с Березовским, либо с Абрамовичем. Претендентов отстраняли, иногда по формальному поводу, иногда просто запугивали. Для этих людей и в тот момент цель оправдывала практически любые средства: это была крупнейшая сырьевая компания в стране, запасы нефти которой оценивались в 1,5 млрд тонн.

Впоследствии Счетная палата подсчитала, что реально государство могло выручить за проданные акции «Сибнефти» в 30 раз больше, не менее $3 млрд. СП выступила также с заявлением о том, что налицо имелись явные мошеннические действия, причем как со стороны покупателей, так и со стороны продавцов, членов конкурсных комиссий. Подобные нарушения предусматривали наказание в виде тюремного заключения до десяти лет. Некоторые из обиженных, несправедливо отстраненных от конкурсов компаний, начинали судебные тяжбы, требовали, чтобы результаты были признаны незаконными, и даже выигрывали суды, но сразу после этого во многих массмедиа (активами которых владел Березовский) начинались черные пиар–кампании против недовольных, и все возвращалось на круги своя, судебные иски забирались назад. Так произошло, например, с «Инкомбанком», претендовавшим на акции «Сибнефти». Потом еще много раз в различных инстанциях всплывут сомнительные факты той приватизации, и неоднократно будут возбуждены уголовные дела, однако они так и будут рассыпаться, как рассыпались до этого, ведь в них замешаны люди, все еще занимающие высокие государственные посты. Не исключено, что виновные в нечестной приватизации так и не будут никогда привлечены к ответственности. Ведь никому уже не нужна эта новая дележка, главное, чтобы хозяева вели себя приемлемо и налоги платили. Тем паче, что в 2003 году президент Путин объявил, что пересмотра приватизации, включая залоговую, не будет.

ГОТОВНОСТЬ РИСКОВАТЬ И ИДТИ ДО КОНЦА В РЕАЛИЗАЦИИ ПОСТАВЛЕННЫХ ЦЕЛЕЙ – ОДНО ИЗ САМЫХ НУЖНЫХ БИЗНЕСМЕНУ КАЧЕСТВ.

Итак, дело сделано, компания «Сибнефть» в нужных руках, хозяева принялись за дело. Одной из самых важных задач, которую предстояло решить, было построение схемы распределения доходов, куда, кроме владельцев акций, должны были войти и члены ельцинской «семьи». Вообще же Абрамович славился построением всякого рода схем, оставаясь при этом в стороне.

В то время он придерживался принципа постоянного пребывания в тени и даже отказался возглавить хоть какое–нибудь подразделение «Сибнефти», хотя на всех ключевых постах сидели его люди. Например, президентом «Сибнефти» был назначен Евгений Швидлер, кстати, гражданин США. Рядовым сотрудникам «Сибнефти» было даже запрещено что–либо рассказывать об основном владельце компании. Все тогда посчитали, что она полностью досталась Березовскому, на деле же Абрамовичу принадлежала минимум такая же доля, как и Березовскому, а по некоторым данным – даже большая, но в то время о существовании такой личности, как Абрамович, почти никто не знал. Его имя всплыло лишь в 1998 году, когда бывший глава охраны президента Ельцина объявил, что Абрамович занял место Березовского на «должности» главного распорядителя денег президентской семьи. Тогда же стало известно и то, что Абрамович – один из владельцев «Сибнефти». Журналисты просто диву давались, что этому человеку так долго удавалось скрываться от посторонних глаз.

ДЕНЬГИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛЮБЯТ ТИШИНУ.

За короткое время головная компания «Сибнефть» выстроила управление всеми доставшимися ей разрозненными компаниями и к 1998 году подошла полностью подготовленной. С этого времени начался ее бурный расцвет. Были и неудачи, как, например, неудачная попытка основать компанию ЮКСИ (слияние ЮКОСа и «Сибнефти»). Спустя пять лет ее снова повторят, но вновь безуспешно. Что касается второго основного акционера «Сибнефти», Бориса Березовского, то он не принимал большого участия в работе «Сибнефти», у него была масса других дел. От Абрамовича он лишь требовал своевременных выплат, целиком на него полагаясь в руководстве компанией. Однако здесь Березовский допустил ошибку, так как в планы Абрамовича не входило длительное содержание своего партнера. По мере того как отношения Абрамовича с ельцинской семьей крепчали, Березовский все дальше отодвигался от дел. Более того, будучи государственным чиновником, он в какой–то момент передал Абрамовичу свои акции в управление и больше никогда их не видел.

Таким образом, фактически и юридически Абрамович к 1999 году стал единственным крупным владельцем «Сибнефти», но до 2001 года еще платил Березовскому дивиденды. В 2001 году Березовский продал свою виртуальную долю Абрамовичу за $1,3 млрд, при этом они договорились, что это был последний, окончательный платеж Березовскому за его услуги по претворению замысла Абрамовича в жизнь.

На тот момент $1,3 млрд стоила половина «Сибнефти», рассчитанная по рыночной стоимости. В 2005 году, когда было объявлено о продаже «Сибнефти» «Газпрому» за $13 млрд, Березовский подал иск в Лондонский суд, в котором требовал с Абрамовича доплаты за проданные тому акции, утверждая, что они были выманены у него шантажом, но об этом позже.

Получается, что для Абрамовича Березовский был лишь средством достижения определенной цели: как только он заполучил то, что хотел, то есть компанию и влиятельную поддержку, бывший «учитель» был отодвинут в сторону. Березовский ошибся в определении роли, которую играл в жизни Абрамовича. Возможно, отнесись он к своему протеже чуть лучше, не дождался бы полного вытеснения из бизнеса. Известно ведь, что люди, работающие с Абрамовичем, преданные команде и общему делу, могут на него рассчитывать и быть относительно спокойными за свою жизнь и благосостояние. Говоря проще, по выражению коллег Абрамовича, «кидаловом» он не занимался.

Бывшие сотрудники «Сибнефти» вспоминают, что работа с Абрамовичем в тот период жизни – была не столько работой, сколько игрой в одной с ним команде (см. главу 6). Например, на собраниях персоналу не только позволялось, но и приветствовалось обсуждение новых машин или планов на отпуск. Это служило хорошим стимулом для поднятия энтузиазма сотрудников и дальнейшего развития плодотворной деятельности. А еще Абрамович разрешал пользоваться своим личным спортзалом всем желающим.

ЦЕНИТЬ И БЕРЕЧЬ НАДО КОЛЛЕГ, С КОТОРЫМИ ВАМ ПО ПУТИ. С ТЕМИ ЖЕ, ЧЬИ ЦЕЛИ ИЗМЕНИЛИСЬ, НАДО РАССТАТЬСЯ, НЕ ЗАБЫВ ВОЗНАГРАДИТЬ ИХ ПО ЗАСЛУГАМ, ЕСЛИ ТАКОВЫЕ БЫЛИ.

«Сибнефть» постоянно стремилась к расширению. Стиль работы этой компании можно было назвать скорее агрессивным. Например, перед приватизацией «Оренбургской нефтяной акционерной компании» (ОНАКО) в 2000 году «Сибнефть» перекупила 40% «Оренбургнефти» (основной нефтедобывающий актив ОНАКО), и победитель аукциона – компания ТНК была вынуждена два года делить дивиденды с «Сибнефтью».

Одним из ярких эпизодов деятельности «Сибнефти» можно считать и работу с каналами сбыта. «Абрамович и компания» скупали доли в нефтеперерабатывающих предприятиях, приобретая тем самым возможность влиять на решения и заставляя закупать сырье именно у «Сибнефти». Например, в 2001 году «Абрамович и компания» приобрели 37% акций Московского НПЗ с целью организации ритмичных поставок сырья на МНПЗ. Однако «Сибнефть» не могла напрямую влиять на решение владельцев МНПЗ, то есть на московское правительство, которому принадлежал контрольный пакет предприятия. Чтобы добиться своего, «Сибнефть» нашла себе союзника в лице другого акционера – «Татнефти», и вместе они уже были реальной силой. В результате многочисленных тяжб и собраний акционеров «Сибнефть» выиграла, и треть поступающей на Московский НПЗ нефти была «от Абрамовича». Кстати, тяжбы по этому вопросу длились еще очень долго, поскольку у московского мэра Юрия Лужкова был свой взгляд на ведение дел.

ЧТОБЫ ПРИОБРЕСТИ РЕАЛЬНОЕ ВЛИЯНИЕ, ИНОГДА НЕОБХОДИМО ОБЪЕДИНИТЬСЯ С СОЮЗНИКОМ, ИМЕЮЩИМ МЕНЬШИЙ ВЕС.

«Сибнефть» год от года стремительно развивалась, наращивая добычу: в 2001 году рост составлял 20%, в 2002–м – 27%, в 2003–м – 19%. Темпы хоть и были впечатляющими, однако постепенно снижались, так, в 2004 году рост добычи составил всего 8%, росли и удельные затраты в добыче, от $1,7 за баррель в 2001–2002 гг. до $2,4 в 2004–м. Нужны были кардинальные шаги для улучшения положения дел компании. К тому времени правительство приняло решение о продаже 75% крупной нефтяной компании «Славнефть», и Абрамович начал работу над присвоением этого лакомого куска. Да, для пополнения разведанных нефтяных запасов, и тем самым для увеличения капитализации эта компания была нужна «Сибнефти» почти как воздух. Следует отметить, что «Сибнефть» вела и свою геологоразведку, но скорее неудачно, одни только пустые чукотские скважины (см. главу 3) чего стоят… Работа по присвоению «Славнефти» шла в нескольких направлениях. В первую очередь копали изнутри: в руководство ее был внедрен свой человек – выходец из «Сибнефти» Юрий Суханов, назначению которого поспособствовали на государственном уровне влиятельные друзья Абрамовича. Таким образом, Абрамович стал контролировать нужные решения внутри компании. Затем вместе с командой он начал скупать дочерние предприятия «Славнефти» – это была страховка на случай проигрыша на аукционе. Основное направление подготовительной работы к поглощению «Славнефти» состояло в том, чтобы обеспечить присутствие среди покупателей лишь нужных компаний. Излюбленный прием приватизаторов 90–х годов.

За восемь лет в России так и не были выстроены цивилизованные, прозрачные методы распределения государственных богатств и дележ по–прежнему происходил между «своими». Очевидно, другие варианты у нас пока невозможны. Вначале на роль покупателей «Славнефти» было много претендентов из числа и российских, и иностранных компаний, большая часть которых снимала свои кандидатуры, как только становилось известным, что Абрамович будет их соперником по аукциону.

ЕСЛИ ХОТЯ БЫ ЧАСТЬ СОПЕРНИКОВ УБЕЖДЕНА В ВАШЕЙ ЗАВЕДОМОЙ НЕПОБЕДИМОСТИ, ЭТО УЖЕ НЕСОМНЕННЫЙ УСПЕХ.

Некоторых просто отстраняли по формальным признакам, типа «по законодательству иностранцы не имеют права принимать участие в аукционе», хотя изначально их заявки принимали. Но все же были смельчаки, готовые бороться за компанию до конца. В их числе были и китайцы, планировавшие потратить на «Славнефть» $4 млрд, но в последний момент и они сошли с дистанции. Впоследствии всплыла нехорошая история о том, что их серьезно запугали.

Итог: 75% акций «Славнефти» достались «Сибнефти» в паритете с ТНК за $1,86 млрд. Напомним, что за ТНК стоял Михаил Фридман, с которым Абрамович договорился не задирать цену и купить «Славнефть» на паях, чтобы затем спокойно пилить доходы. Почему Абрамович решил вдруг поделиться с ТНК, остается загадкой. Причина этому, безусловно, есть, но еще не пришло время ее открыть. Впрочем, возможно разгадка совсем на поверхности: Абрамович давно был знаком с совладельцем ТНК Михаилом Фридманом, и у них к тому времени уже был в багаже позитивный опыт совместной деятельности в рамках нефтяной компании ОНАКО. Вследствие этой покупки «Сибнефть» стала четвертой по величине нефтяной компанией в России по добыче и третьей – по капитализации, государство же недополучило денег и в очередной раз испортило свой имидж за рубежом недемократическими методами ведения бизнеса.

Конечно, почти $2 млрд вырученных в ходе этого аукциона все же лучше смехотворных $100 млн, доставшихся в свое время государству за «Сибнефть», но это далеко не та сумма, которую можно было получить.

«Аукцион – это отражение рыночной экономики», – сказал в связи с этим конкурсом председатель Счетной палаты Сергей Степашин. Точнее ситуацию с аукционами описал тогда президент «Сибнефти» Швидлер, высказав мнение, что в ходе приватизации просто происходит конкурс между административными ресурсами разных компаний, и это пока единственный вариант конкуренции, возможный в России.

В БОРЬБЕ С КОНКУРЕНТАМИ ЗАХОДИТЕ С РАЗНЫХ СТОРОН, ИЩИТЕ РЕШЕНИЯ, ПРИ КОТОРЫХ НЕ ПРОИГРАЕТЕ В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ.

Борьба владельцев «Сибнефти» за место под солнцем велась не только в сфере расширения бизнеса, но и в области налогообложения, и, как следствие, происходили непрекращающиеся разборки со стороны проверяющих органов. Одна из самых масштабных и самых резонансных случилась в 2001 году. Были и «маски–шоу», и полное изъятие документов, все в лучших традициях времени. Всплыло дело трехлетней давности: оказалось, что Федеральная служба налоговой полиции по Омской области еще в апреле 1998 года, проведя проверку ОАО «Сибнефть», обнаружила многочисленные нарушения Налогового и Уголовного кодексов. В финансовом отчете по результатам проверки указывалось и о занижении НДС, и о некоторых фактах незаконной реализации горюче–смазочных материалов, в результате чего от налогообложения было скрыто более $21 млн. Были и обвинения в подделке грузовых деклараций, вследствие чего мимо казны прошли еще около $100 млн. Все это было зафиксировано еще в 1998 году, затем благополучно спрятано в сейфах и только в 2001 году приобщено к уголовному делу по уклонению от налогообложения ОАО «Сибнефть». Руководству грозили обвинения и в уклонении от уплаты налогов, и в хищении в особо крупных размерах, совершенном группой лиц по предварительному сговору, и в отмывании денег, полученных преступным путем. Все уже представляли Абрамовича за решеткой, но не тут–то было. Все как с гуся вода… Обвинения рассыпались на глазах, перебрасывались из одного места в другое и затем обратно, а потом «концы» вообще терялись. Впоследствии лишь сообщалось, что Абрамович отдал в казну такую–то сумму, и все. Не посадили!

Подобных эпизодов, связанных с проверками и обвинениями, было и впоследствии множество, но все они заканчивались одинаково. Объяснения этого загадочного факта лежат и в несовершенстве нашего законодательства, и в связях Абрамовича, и во многих других, труднодоступных для понимания простого человека обстоятельствах жизни нашего героя.

ПОСТОЯННО, КАЖДУЮ МИНУТУ, НАДО ДУМАТЬ О ТОМ, КАК РАЗВИТЬ И РАСШИРИТЬ СВОЙ БИЗНЕС, И БЫТЬ ГОТОВЫМ К БОРЬБЕ.

Чтобы хотя бы приблизительно понять, как решались тогда подобные дела, стоит вникнуть в несколько эпизодов внутренней деятельности «Сибнефти». Эпизоды эти касаются схем оптимизации налогов, применяемых в компании. Все эти факты выявляла при своих проверках Счетная палата, и все они в итоге были признаны законными. Первая схема – использование труда инвалидов. В первом квартале 2001 года ООО «Оливестра», фирма, оказывавшая трейдерские услуги «Сибнефти», имела в своем штате шесть инвалидов, всего в фирме было зарегистрировано семь человек. В период начисления налогов это предприятие применяло положенную в данном случае льготу по налогу на прибыль. Спустя непродолжительное время, в том же 2001 году, из шести инвалидов, работавших в «Оливестре», четверо были приняты в ООО «Вестер», которое также в период начисления налогов применило льготу по налогу на прибыль, и так далее. В итоге бюджет РФ только в первой половине 2001 года недополучил несколько миллиардов рублей.

Значительную часть налогов удалось «оптимизировать» из–за несовершенства законодательства в области экспорта: в то время пошлина не взималась, если нефть направлялась в страны Таможенного союза. А уж то, что далее из тех стран она направлялась на реэкспорт, проследить было сложнее, как и просчитать убытки.

Третья, наиболее известная схема – региональные льготы. «Сибнефть» работала с компаниями, зарегистрированными в российских офшорах – Калмыкии и Чукотке, что также позволяло экономить. Например, «Сибнефть» продавала чукотским компаниям сырье по 1300 рублей за тонну, а затем покупала у них его обратно по 2200–3800 рублей за тонну. При этом чукотские фирмы имели льготу по налогу на прибыль, и деньги оседали везде, но только не в госказне. После многочисленных долгих проверок, сопровождавшихся массовым интересом со стороны СМИ, Счетная палата все же каждый раз объявляла, что все выявленные факты и случаи снижения затрат находятся в законодательном поле. Не зря же многие специалисты называли налогообложение нефтяных компаний договорным процессом. Министерство по налогам и сборам предъявляло свои претензии, менеджеры компаний их признавали, но доказывали, что все в рамках закона. Затем начинались переговоры, сколько компания должна донести в бюджет, и путем споров назначалась некоторая сумма, которая более–менее устраивала обе стороны. Поэтому в публикациях о претензиях к «Сибнефти» постоянно фигурировали столь разные цифры – то миллиард, то полмиллиарда недостачи, потом 100 млн, а в итоге сходились на 300 млн. МНС было просто не под силу просчитать, сколько в реальности недоплачено в бюджет, и их действия каждый раз были скорее психологической атакой. Получалось так, что Счетная палата и Генпрокуратура называли практически одни и те же вещи разными словами. Если по отношению к «Сибнефти» вышеописанные схемы, по мнению Счетной палаты, были оптимизацией налогов в рамках закона, то по отношению к ЮКОСу, по мнению Генпрокуратуры, это было уклонением от уплаты налогов, то есть уголовным делом.

Таковы особенности ведения бизнеса по–русски.

ОДНИ И ТЕ ЖЕ ДЕЙСТВИЯ ПРИ УМЕЛО ВЫСТРОЕННОМ ПОДХОДЕ К ДЕЛУ МОГУТ БЫТЬ ИНТЕРПРЕТИРОВАНЫ ПО–РАЗНОМУ.

В октябре 2001 года, то есть после широкомасштабных разборок с проверяющими органами, управление активами «Сибнефти» было передано холдингу Millhouse Capital, зарегистрированному в Великобритании и контролируемому людьми Абрамовича. Но на самом деле полный список владельцев этого холдинга – тайна за семью печатями. В управление Millhouse Capital были переданы и акции «Сибнефти», и все ее непрофильные активы, а также множество других акций, которыми владел Абрамович, в том числе РУСАЛ и «Руспромавто», о которых речь пойдет ниже.

Уже после выкупа доли Березовского советом акционеров было принято решение о выплате дивидендов акционерам на сумму чуть более $1 млрд, а из всех акционеров, как помним, Абрамович владел наиболее солидной долей, превышающей 90% акций. Эти $1,09 млрд составляли 99% годовой прибыли компании.

На тот момент таких высоких дивидендов не платила еще ни одна российская нефтяная компания. В середине 2003 года «Сибнефть» направила на дивиденды еще более $1 млрд. Впоследствии стало ясно, почему Абрамович так безжалостно вытягивал из компании все деньги, не задумываясь о разведке и инвестиционных планах.

После объявления размеров дивидендов котировки акций «Сибнефти» в системе РТС выросли на 20%.

И после приобретения «Славнефти» «Сибнефть» росла в цене, капитализация увеличивалась, а то, что она высушивалась выплатами дивидендов, отходило на второй план.

Похоже, что уже тогда Абрамович решил конвертировать материальные активы в финансовые, то есть избавиться от компании.

ЧТОБЫ ВЫТЯНУТЬ ИЗ КОМПАНИИ СВОБОДНЫЕ СРЕДСТВА, НУЖНО НАЙТИ ОПТИМАЛЬНЫЙ МОМЕНТ, ЧТОБЫ ЭТО НЕ ПОВРЕДИЛО ЕЕ РЫНОЧНОЙ СТОИМОСТИ.

В апреле 2003 года была предпринята вторая попытка продажи «Сибнефти» путем ее слияния с нефтяной компанией ЮКОС. Это была бы крупнейшая сделка в новейшей экономической истории России, крупная даже по мировым масштабам. Если бы, конечно, она состоялась.

По соглашению, за 20% акций «Сибнефти» Абрамович получил $3 млрд, а остальные взаимообразно были обменены на 25% акций объединенной компании, которая, получив название «ЮКОС–Сибнефть», становилась шестой в мире по нефтедобыче. Капитализация новой компании составила бы порядка $40 млрд.

Немудрено, что после обнародования этих планов основного владельца ЮКОСа Михаила Ходорковского начали приглашать к себе на аудиенцию крупнейшие министры и чиновники США, пытаясь наладить с ним отношения. При этом Ходорковский никогда не скрывал своего «антипутинского» настроя, что, видимо, его и сгубило.

После ареста Михаила Ходорковского в Новосибирске в ноябре 2003 года и его отправки в камеру «Матросской тишины» ситуация по созданию компании «ЮКОС–Сибнефть» развивалась по следующему сценарию.

Несмотря на то, что работа по слиянию была уже в полном разгаре, и, по словам Швидлера, сделка была уже на том этапе, когда ее невозможно отменить, в конце 2003 года представители «Сибнефти» заявили о приостановлении слияния. В ответ акционеры ЮКОСа потребовали от Абрамовича назад полученные им $3 млрд и как минимум $1 млрд в качестве компенсации за «беспроцентный заем» (за пользование $3 млрд) и за то, что акции ЮКОСа упали в цене, иначе они отказывались вернуть назад акции «Сибнефти». Роман Аркадьевич отдавать деньги назад не спешил, и, что примечательно, государство ни в чьем лице не поспособствовало их возвращению, хотя, попав на счета ЮКОСА, деньги пошли бы в казну в счет уплаты налоговых претензий к ЮКОСу. Это косвенно, конечно, но все же свидетельствует в пользу версии, что Абрамович в этой игре, которая затевалась для потопления Ходорковского и его империи, был как минимум проходной пешкой.

Развод длился долго и мучительно, ни одна из сторон не сдавалась без боя. Но все довольно просто разрешилось в судах Чукотки и Москвы, которые признали недействительной дополнительную эмиссию акций ЮКОСа, проведенную в рамках слияния с «Сибнефтью». Это означало, что 72% акций «Сибнефти» уходят назад к Абрамовичу, а еще 20%, за которые заплачены деньги в $3 млрд, остаются у ЮКОСа. Представители ЮКОСа на обозначенных процессах не присутствовали.

В результате у Романа Аркадьевича остался в собственности и контрольный пакет «Сибнефти», и деньги, полученные в результате сделки. Данное решение судов не сразу всплыло, некоторое время его удавалось держать в секрете. Впрочем, те, кому положено было это знать, знали. Не случайно приставы не взяли акции «Сибнефти» в качестве компенсации за налоговые недоимки ЮКОСа, скорее всего, они знали, что эти акции ЮКОСу уже не принадлежат.

Спустя несколько дней после того как всплыл факт о признании допэмиссии незаконной, на «Сибнефть» нагрянули налоговики. Передовицы прессы пестрели заголовками, что Абрамович – следующий, кто пойдет в тюрьму после Ходорковского. Не исключено, что эта операция задумывалась как отвлекающий маневр, чтобы было поменьше разговоров в прессе о сомнительном возвращении Абрамовичу его акций.

Итак, оставалось решить судьбу оставшихся у ЮКОСа 20% акций «Сибнефти» и, разумеется, $3 млрд, находящихся у Абрамовича. Этот вопрос долго еще висел в воздухе, лишь спустя несколько лет, в 2007 году, конкурсный управляющий ЮКОСа и Millhouse Capital в рамках судебного дела подпишут мировое соглашение об отсутствии взаимных претензий.

«ЮКОСу никто ничего не должен, а что и кому должен ЮКОС, определило государство», – так будет заявлено после суда. То есть 20% акций «Сибнефти» так и не вернулись назад к Абрамовичу. Да и нужны ли они ему были, ведь и без них в 2005 году «Сибнефть» продали «Газпрому» по солидной цене? И $3 млрд остались у Романа Аркадьевича. Так кто же снова в большем выигрыше? Очевидно, что для Ходорковского и Абрамовича тогда существовали как будто совершенно разные законы. Всем ясно, что, какую крупную компанию ни возьми, будут там и налоговые оптимизации, и приватизация, проведенная не по правилам, и многое другое.

Процесс против ЮКОСа был показательным. Все крупные бизнесмены уяснили, что не стоит лезть куда не следует, надо лишь заниматься своим делом, политические дела отставить и быть социально ответственными, когда государство об этом просит.

ВЫБОР СТОРОНЫ КОНФЛИКТА В ЭКОНОМИЧЕСКИХ СПОРАХ ОПРЕДЕЛЯЕТ НЕ ТОЛЬКО СУДЬБУ КОМПАНИИ, НО И ЛИЧНУЮ.

Кстати, во время разборок между ЮКОСом и «Сибнефтью» у спекулянтов была возможность прилично заработать на скачках стоимости акций этих компаний. Например, после объявления о слиянии компания Ходорковского за сутки прибавила в стоимости $450 млн (капитализация выросла с $28,65 до $29,09 млрд), а детище Абрамовича – на 610 млн (с $11,38 до $11,99 млрд). С началом же скандала и ЮКОС, и «Сибнефть» за месяц потеряли около 30% своей капитализации.

После заявления «Интерфакса» о том, что материалы о хозяйственной деятельности «Сибнефти» и ряда других коммерческих структур, к которым имеет отношение Роман Абрамович, собраны в Генеральной прокуратуре, и, возможно, она вскоре начнет уголовное расследование, акции «Сибнефти» рухнули еще на 11%. Затем, когда стало ясно, что никакого уголовного расследования не будет, акции снова отыграли свое. В этой ситуации можно было заработать на понижении.

Не исключено, что в числе прилично заработавших на этом все те, кто владел истинной информацией о положении дел, которую можно было получить только в тех структурах и у тех людей, которые стояли за решениями со стороны власти и бизнеса. Несмотря на внешнее разделение ролей, мир крупных бизнесменов и мир высшего чиновничества тесно связаны и переплетены. Многие из них, безусловно, приятельствуют между собой, вместе проводят досуг и пр. Например, бывший премьер Михаил Фрадков – давний знакомый Петра Авена и Михаила Фридмана, владельцев структур «Альфы». Олег Дерипаска породнился с властью, женившись на дочери Юмашева. Да, политическое влияние олигархов ослабло по сравнению с 90–ми, однако от всего остального, собственно, от жизни во всем ее многообразии их не отстранили. Да это и невозможно, слишком крепко все, и власть, и чиновники, и крупные бизнесмены, повязаны между собой. Так что крупный бизнес у нас все еще в фаворе, не считая Ходорковского и его ближайших партнеров.

Потому как перетекание информации – это живой и естественный процесс, способствующий такому же постоянному перетоку денег.

ЛИЧНЫЕ СВЯЗИ ВО ВЛАСТИ – НЕОБХОДИМОЕ УСЛОВИЕ ДЛЯ СТАНОВЛЕНИЯ И, ГЛАВНОЕ, РАЗВИТИЯ КРУПНОГО БИЗНЕСА.

Последние годы работы в «Сибнефти» Абрамович на деле уже мало чем руководил. Да, какие–то стратегические решения были за ним, однако помимо «Сибнефти» у него были уже и многие другие крупные проекты, такие, например, как РУСАЛ и «Руспромавто» (см. ниже). А еще и «Челси» надо было уделять внимание, и Чукотке. Конечно, в руководстве «Сибнефти» были свои выдающиеся управленцы, но все же следует признать, что им не удалось вывести компанию на первые позиции, как этого обычно требует Абрамович. До того же ЛУКОЙЛа было далеко… И не исключено, что окончательное решение Абрамовича о продаже своего первого крупного проекта было продиктовано тем, что «Сибнефть» исчерпала лимит развития. Кроме того, компания прочно ассоциировалась с темной историей ЮКОСа.

Возможно, владельцу надоело, что в придачу к дивидендам, стабильно получаемым от «Сибнефти», он приобретал бесконечные интриги, проверки, разборки итогов приватизации, пусть и инициированные скорее для того, чтобы бросить пыль в глаза. Но все же все эти шутки могли плохо закончиться. Поэтому деньги вместо «Сибнефти» казались на тот момент явно предпочтительнее. Было принято окончательное решение о продаже «Сибнефти», несмотря на почти родственные чувства, которые Абрамович испытывал по отношению к первому своему по–настоящему крупному проекту. На этот раз покупателем выступил не кто иной, как «Газпром», и произошло это в 2005 году. Сначала газовики выкупили 3,016% акций «Сибнефти» у «Газпромбанка», затем 72,663% у управляющей компании Millhouse Capital. Акции «Сибнефти» в то время торговались примерно по $3,65–4, таким образом, капитализация компании составляла $17,3 млрд, а значит, цена 72,6% акций – $12,57 млрд, сумма сделки же составила $13,091 млрд. Цена, за которую Абрамович и Березовский купили компанию, и та, что дал за нее «Газпром», отличалась в 130 раз. Да, за время существования «Сибнефти» и цены на нефть значительно выросли, и компания произвела целый ряд значимых покупок, но контраст все–таки невероятный.

В проекте «Сибнефть» Роман Аркадьевич проявил себя как жесткий агрессивный бизнесмен, идущий через головы в интересах своей компании. Однако существуют ли другие способы построения крупной мегакомпании? Скорее нет, чем да. Сколько реально получил за компанию сам Абрамович, доподлинно неизвестно. Во–первых, не ясен весь список владельцев Millhouse Capital, которая в последние годы распоряжалась акциями всех активов Абрамовича. Во–вторых, неизвестны все откаты и отчисления, которыми покрывали «Сибнефть». Одно время ходили разговоры, что Роману Аркадьевичу достались не более 20–25% от $13 млрд, хотя и это очень и очень много. Сделка по покупке «Сибнефти» стала крупнейшей в России, на втором месте с большим отрывом шло приобретение компании «Юганскнефтегаз» за $9,35 млрд.

ПРИНЯТОЕ РЕШЕНИЕ О ПРОДАЖЕ КОМПАНИИ НАДО НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО РЕАЛИЗО–ВЫВАТЬ И НЕ ПОДДАВАТЬСЯ ЭМОЦИЯМ.

Итак, что досталось «Газпрому»? Компания, добывающая около 13 млн тонн нефти в год и экспортирующая около половины из них. Разведанные нефтяные запасы, а также нефтеперерабатывающие заводы, акции многих предприятий, сотни АЗС, – все это было на балансе «Сибнефти». Но помимо этого были и проблемные активы, такие, как «Славнефть», где приходилось делить прибыль на паритетных началах с ТНК–ВР; МНПЗ, где не прекращались постоянные споры за доли в компании; «Сибнефть–Югра», за которую боролся Шалва Чигиринский.

Для чего же «Газпрому» все это богатство? Дело в том, что у этой компании есть серьезные амбиции. «„Газпром“ превратится в глобальную энергетическую компанию мирового уровня», – заявил после покупки председатель правления компании Алексей Миллер.

Торговать нефтью, безусловно, выгодно, но насколько будет успешна такая огромная корпорация, не совсем ясно: известно, что у «Газпрома» огромнейшие долги, а его менеджеры малоэффективны. Но другого выбора, кому продавать «Сибнефть», у Абрамовича, похоже, не было. Иностранцы дали бы за нее и больше $13 млрд, да, говорят, в Кремле не позволили Роману Аркадьевичу продать компанию иностранцам. Здесь стоит заметить, что покупка «Сибнефти» была осуществлена за счет консолидированного кредита. Но даже теперь, когда компания продана, Абрамович все еще незримо связан с ней. Дело в том, что против «Сибнефти» (ныне – «Газпромнефти») поданы несколько судебных исков от Шалвы Чигиринского и от Бориса Березовского. Первый оспаривал законность размытия его доли в «Сибнефть–Югре» с 50 до 1%. Второй претендует на денежную компенсацию, считая, что в свое время ему недоплатили за его долю в «Сибнефти».

Прецедент в том, что и Чигиринский, и Березовский подали в суд в Англии, а не в России. «Мы пошли в Лондон потому, что российская судебная система слишком формализована и не позволяет добиться справедливости», – заявлял Чигиринский. Действительно, российские следователи дважды отказывали ему в возбуждении уголовного дела против Абрамовича, но и в Лондоне в октябре 2008 года Чигиринскому отказали в удовлетворении иска. Судья счел, что истец обратился не по адресу, мол, у Абрамовича в Англии нет серьезного бизнеса, а покупка футбольного клуба «Челси» – это хобби. Обвинения же Березовского состоят в том, что Абрамович путем рэкета и шантажа в свое время вынудил его по дешевке продать российские активы, в том числе и половину «Сибнефти» всего за $1,3 млрд. «Это была не продажа, а рэкет, проведенный Путиным, Абрамовичем и бывшим главой президентской администрации Волошиным. Абрамович сказал, что, если мы не продадим, они все равно заберут у нас все», – заявил Березовский в одном из своих интервью.

Ответа Абрамовича на это заявление ждали долго, и летом 2008 года через своих адвокатов он заявил, что не вынуждал и не провоцировал их (Березовского и Бадри Патаркацишвили) расстаться с «Сибнефтью», а сам был вынужден платить им за политическое покровительство при ведении бизнеса.

ЧЕМ МАСШТАБНЕЕ СОБМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ И ЧЕМ БОЛЕЕ ДОЛГОСРОЧНЫ КОНТАКТЫ Б РАМКАХ ПРОЕКТА, ТЕМ ВЫШЕ ВЕРОЯТНОСТЬ ПОСЛЕДУЮЩИХ ПРЕТЕНЗИЙ И РАЗБОРОК, А ТАКЖЕ ОБНАРУЖЕНИЯ ЗАБЫТОГО СКЕЛЕТА Б ШКАФУ.

РУСАЯ.

В 2000 году Абрамовичу достался проблемный, но, как оказалось впоследствии, перспективный актив. Дело происходило следующим образом. Его старший партнер Березовский ввязался в так называемые алюминиевые войны. Конкуренты, владельцы алюминиевых заводов, вели борьбу за влияние и за передел рынка не на жизнь, а на смерть в прямом смысле этого слова, потрясали громкие убийства в этой сфере и «алюминиевые» разборки. В 1999 году один из участников – Олег Дерипаска – значительно продвинулся в деле завоевания алюминиевого рынка, и остальных участников ждала нелегкая жизнь, так как Дерипаска заручился поддержкой Кремля. Заводы НкАЗ и КрАЗ, по его плану, решено было просто–напросто обанкротить, и не самыми законными методами: РАО «ЕЭС», например, грозило признать тарифы, по которым упомянутые заводы получали электроэнергию, недействительными, причем задним числом.

Братья Черные, основные конкуренты Дерипаски, собственноручно разрушали свой бизнес, не могли договориться об общей стратегии даже между собой, и в итоге один из братьев – Михаил – перешел на сторону Дерипаски, а второй – Лев – пошел просить помощи и защиты у Березовского. Тот, со свойственной ему прозорливостью, смекнул, что есть шанс относительно безболезненно залезть в алюминиевый рынок (раньше он туда соваться не решался, уж больно много участников) и поиметь что–нибудь от этого лакомого куска. Согласившись помочь, Березовский пообещал покровительство на высоком уровне, но будничную работу, как обычно, скинул на своего младшего партнера – Абрамовича.

Уже в феврале 2000 года стало известно, что Роман Абрамович завладел Братским (БрАЗ) и Красноярским (КрАЗ) алюминиевыми заводами. Из серьезных конкурентов оставался лишь один – Олег Дерипаска со своим алюминиевым имуществом, но с ним Абрамович предпочел договориться, и они объединили свои активы, создав компанию РУСАЛ. Поделили поровну: половина РУСАЛа – за Дерипаской, половина – за Абрамовичем (конечно, не целиком, а в долях с Борисом Березовским и Бадри Патаркацишвили).

Теоретически, если представить, что объединения Дерипаски и Абрамовича не произошло бы, то два монстра еще долго воевали бы между собой, а вдобавок ко всему у Абрамовича не было специфических знаний в алюминиевой отрасли, а неспециалисту, как говорят, там делать нечего. Кратко подытожим, что же произошло. Ориентировочно за $500 млн Абрамович выкупил собственность Льва Черного, когда тот попросил защиты от Дерипаски. Затем, отодвинув Льва в сторону (акции уже записаны на Романа Аркадьевича), объединил активы с Дерипаской. А так как за Абрамовичем был больший актив, он от Дерипаски еще и денег получил, по некоторым данным, порядка тех же $500 млн, что когда–то отдал Льву Черному.

Так, правильно рассчитав стратегические ходы, Абрамович почти даром получил значительные алюминиевые активы.

ЕСЛИ В КАКОМ–ТО БИЗНЕСЕ КОНКУРЕНЦИЯ СЛИШКОМ ЖЕСТОКАЯ, У ЧЕЛОВЕКА СО СТОРОНЫ ЕСТЬ ВСЕ ШАНСЫ НЕПЛОХО ЗАРАБОТАТЬ НА ВНУТРЕННИХ КОНФЛИКТАХ.

В состав новой компании «Русский алюминий» вошли Новокузнецкий, Саянский, Красноярский, Братский алюминиевые заводы, Ачинский глиноземный комбинат и ряд других активов. При этом для установления совместного управления на КрАЗе особых проблем не возникло, а вот руководство и миноритарные акционеры БрАЗа еще долго сопротивлялись и не допускали новое руководство до управления заводом, и компаньонам пришлось изрядно потрудиться, чтобы ввести свое управление на предприятии.

Несомненно, в той «войне» были и проигравшие – это и некоторые миноритарные владельцы акций, которые не желали работать с новым руководством, и люди более крупного калибра – те же братья Черные, оказавшиеся просто выкинутыми из бизнеса.

Однако, если все прежние боссы так и не смогли договориться между собой и превратить алюминиевый бизнес в цивилизованный, то не лучше ли им было, и правда, отойти в сторону? Ведь ни о каком глобальном развитии и конкуренции на мировом уровне не могло быть и речи, когда владельцы предприятий заняты вопросами, не связанными с перспективой.

В начале октября 2003 года Роман Абрамович расстался с 25% акций РУСАЛа из принадлежавших ему 50%, продав ту четверть Олегу Дерипаске. За эту долю РУСАЛа Millhouse Capital выручил почти $2 млрд, но в распоряжении этой инвестиционной компании по–прежнему оставалось еще 25% акций РУСАЛа.

На время продажи 25%-й доли РУСАЛа компания уже занимала второе место в мире по производству первичного алюминия, и на нее приходилось 75% его производства в России. В первом полугодии 2003 года предприятия РУСАЛа произвели 1,3 млн тонн алюминия, а выручка компании за шесть месяцев составила $2,1 млрд.

В октябре 2004 года оставшиеся 25% «Русского алюминия» перешли «Базовому элементу» Олега Дерипаски. Сумма сделки – $1,5 млрд. Многие тогда одобрили этот шаг Абрамовича: теперь алюминиевый бизнес целиком принадлежал человеку, который любил свое дело и отдавал ему себя целиком. Стоит упомянуть, что вслед за этим Дерипаска объединился с меньшим конкурентом, СУАЛом, и тем самым вывел компанию РУСАЛ на первое место в мире по добыче.

Так стоило ли до бесконечности продолжать те кровавые алюминиевые войны, когда могли бы договориться и вместе вывести компанию на мировой уровень? Но амбиции слишком мешали. А что до средств в той войне, использовавшихся Абрамовичем и Дерипаской… На войне все средства хороши, и победителей не судят, тем более если они смогли воспользоваться своей победой с максимальной выгодой, в том числе для своей страны. Занятный факт: говоря о продаже части российской компании, принадлежащей российскому гражданину, логично предположить, что все расчеты проходят на территории России. На деле же все акции того же РУСАЛа были зарегистрированы на офшорные фирмы на Британских Виргинских островах, а получатель денег, Millhouse Capital, – в Великобритании. Таким образом, ни о каком вывозе капитала за рубеж в данном случае не может быть и речи, этого капитала у нас и не было.

ПОБЕДИТЕЛЕЙ НЕ СУДЯТ.

Многие из участников алюминиевых войн считают, что с ними поступили «не по понятиям», и по сей день ведут борьбу, заваливая суды исками. Первая «сюжетная линия» – претензии к Дерипаске от Михаила Черного, считающего, что с ним не расплатились за 20% РУСАЛа, но всякий раз суд отвергал заявления.

Осложняются эти дела еще и тем, что братья Черные обвиняются в России в целой серии преступлений и давно уже живут в Израиле. Шансов на победу, особенно в российском суде, у них мало, даже если их претензии имеют под собой основания. Не унимается и опальный олигарх Березовский. Он утверждает, что «на паях со своим партнером Бадри Патаркацишвили до сих пор владеет 25% акций РУСАЛа». Правда, сам же признает, что это право было оговорено на словах, то есть на бумаге не зафиксировано.

Есть ли шансы на победу в суде при таких раскладах? Надо полагать, они невелики. Тогда зачем он этим занимается? Чтобы заявить о себе? Лишний раз обратить внимание мировой общественности на то, как делаются дела в ненавидимой им путинской России?

Однако напомним, что помимо политического «кры–шевания» того или иного бизнеса и получения таким образом своей доли Березовский практически ничем не занимался: главные ходы в их совместном бизнесе с Абрамовичем были за Абрамовичем. Напомним, что к этому моменту Абрамович уже через своих адвокатов признал, что словесные договоренности о четверти РУСАЛа имели место, но, поскольку за «помощь в покупке алюминиевых активов и обеспечение защиты» он уже заплатил деньгами, никакой доли у Березовского и его компаньона Бадри Патаркацишвили в РУСАЛе и в «Сибнефти» нет.

ЗА ПОКРОВИТЕЛЬСТВО НАДО ПЛАТИТЬ, НО ЛИШЬ ДО ТОЙ ПОРЫ, ПОКА НЕ ОКРЕПНЕШЬ НАСТОЛЬКО, ЧТО СМОЖЕШЬ САМ СЕБЯ ЗАЩИТИТЬ.

«РУСПРОМАВТО».

Почти с самого начала существования «Русского алюминия» с 2000 года Олег Дерипаска и Роман Абрамович стали скупать акции автозаводов. Расчет был на то, чтобы поставлять компаниям автопрома продукцию и сырье со своих алюминиевых предприятий.

Когда автопредприятий набралось достаточное количество, они были переданы в холдинг «Руспромавто».

На тот момент в холдинге было пять подразделений – «Нижегородские автомобили» (ГАЗ, «Волжские моторы», Заволжский завод гусеничных тягачей, Саранский завод автосамосвалов, Арзамасский машиностроительный завод), «Автобусы» (Павловский, Ликинский, Голицынский автобусные заводы и Ка–нашский автоагрегатный завод), «Двигатели» (ЯМЗ, ЯЗТА, Тутаевский моторный), «Большегрузные автомобили» (автозавод «Урал») и «Строительно–дорожные машины» (ЧСДМ, «Брянский арсенал», «Тверской экскаватор»).

Всего холдинг объединял около 20 предприятий, производящих легковые, грузовые автомобили, автозапчасти, а также автобусы и строительно–дорожную технику.

Структуры Дерипаски и Абрамовича («Базовый элемент» и Millhouse Capital соответственно) получили по 37,5% акций «Руспромавто». Конечно, это был не самый прибыльный актив, хотя «Руспромавто» даже удавалось выходить в неплохую прибыль. Но все же это был второй по величине автомобильный холдинг в России, крупнее – только АвтоВАЗ. А то, что «Руспромавто» централизованно управлялся, позволяло ему быстрее реагировать на тенденции рынка, например вовремя сократить производство автобусов, но увеличить производство «газелей».

В 2003 году доля Абрамовича в 37,5% в «Руспромавто» была продана Дерипаске («Базовому элементу»). Подробности этой сделки так и не были обнародованы, но эксперты тогда говорили, что этот актив был отдан вместе с РУСАЛом, то есть $2 млрд – это была общая цена и 25% акций алюминиевого гиганта и 37,5% – автомобильного.

БЫВШИЙ КОНКУРЕНТ МОЖЕТ СТАТЬ НАДЕЖНЫМ КОМПАНЬОНОМ В СОВМЕСТНОМ БИЗНЕСЕ, ГЛАВНОЕ – ДОГОВОРИТЬСЯ О ВЗАИМНЫХ ИНТЕРЕСАХ.

«ЕВРАЗ ГРУПП».

Отечественная черная металлургия, не в пример алюминиевой, до сих пор раздроблена и разрознена. Шесть компаний выпускают около 90% отечественной стали, или около 60 млн тонн в год. Это Магнитогорский меткомбинат, «Северсталь», «Евраз Групп», Новолипецкий меткомбинат, «Мечел» и «Уральская сталь».

После того как Millhouse Capital Абрамовича купила в 2006 году более 40% «Евраза», сразу же пошли разговоры о том, что он призван объединить предприятия российской черной металлургии в один актив, способный конкурировать на мировых рынках. Представители Millhouse Capital так поясняли новое приобретение: «Стратегия компании – покупать то, что будет расти в цене. До этого были куплены предприятия, они достигли какой–то стоимости, были проданы, деньги ушли в другие проекты, например в металлургию. Речь идет о том, чтобы консолидировать что–то, поднять акционерную стоимость».

Грубо говоря, они не скрывали своих амбициозных планов по расширению, в том числе и в черной металлургии. А Евгений Швидлер заявил еще громче, практически назвав по именам тех, с кем из российских предприятий они планируют объединиться. Участники рынка говорят, что все это повергло владельцев сталелитейных заводов, занимающих видные места в списке Forbes, в настоящий шок. Поскольку в деловой среде не принято объявлять в открытую о подобных планах, многие расценили это даже как выраженную угрозу со стороны Кремля: дескать, хватит ссориться, давайте наконец объединяться и что–то делать сообща. Например, объем производства «Евраз Групп» не превышал к 2006 году 16 млн тонн в год, а каждый из международных гигантов Mittal Steel и Arcelor выплавляет около 50 млн тонн стали в год. Если Россия хочет серьезно конкурировать на мировых рынках стали, ей нужен и сильный игрок. Впрочем, не исключено, что цель заявления Швидлера была в том, чтобы все морально подготовились к тому, что их будет поглощать «великий и беспощадный» Абрамович, и что это неизбежно. А пропагандистская кампания была направлена лишь на моральное разложение неприятеля. Кстати говоря, незадолго до появления Абрамовича в сталелитейной области наши «стальные» бизнесмены серьезно дискредитировали себя на мировой сцене.

Помните крупнейший провал сделки «Северстали» с Arcelor, когда уже на всех самых высоких уровнях было объявлено об их слиянии, строились совместные планы, были обговорены все условия и получено публичное одобрение со стороны Путина? Но в последний момент акционеры Arcelor передумали и почти сразу же объявили о слиянии с Mittal Steel. Таким образом, наша «Северсталь» лишь использовалась для того, чтобы Arcelor мог подороже себя продать. Почему владельцы «Северстали» не почувствовали подвоха? Успех так опьянил их, что они не видели ничего дальше своего носа? Как же шел переговорный процесс, что топ–менеджеры «Северстали» допустили такой провал? Вопросов было много.

ЕСЛИ КОНКУРЕНТОВ ЗАРАНЕЕ ПОДГОТОВИТЬ К НЕИЗБЕЖНОМУ, ДОГОВОРИТЬСЯ С НИМИ БУДЕТ ПРОЩЕ.

Пока прошло недостаточно времени, чтобы судить, удастся ли Абрамовичу создать мировой гигант в производстве стали, но уже сейчас известны некоторые факты, позволяющие судить об успехах новых акционеров «Евраза».

Начали с иностранцев. В январе 2007 года власти США разрешили акционерам «Евраза» купить свою американскую компанию Oregon Steel. Можно даже сказать, что «оказали высокое доверие». А между тем это даже не просто конкурент, а предприятие, отвечающее за поставки брони Пентагону. Кроме того, Oregon Steel – лидер в США по производству рельсов и труб.

Разумеется, сырье на заводы этой американской компании в перспективе должна была поставлять российская «Евраз». Это помогло увеличить ее мощность по выплавке стали на 2–3 млн тонн в год и выйти на первое место в России по объему производства стали.

Покупка солидного американского игрока повысила капитализацию «Евраза», что тоже входит в концепцию развития любого предприятия. Ранее все наши сталелитейщики лишь поставляли полуфабрикаты на чужие заводы, Абрамович же начал укреплять «Евраз» как вертикально интегрированную компанию, отныне способную выпускать продукцию с более высокой добавленной стоимостью. Да еще и на одном из самых емких в мире рынков – американском.

Вообще же эта сделка была крупнейшим приобретением, которое когда–либо делали наши компании в США. Менеджеры «Евраза» быстро приступили к делу и почти сразу объявили, что у акционеров орегонской компании есть время продать бумаги до конца недели.

Затем была доля в 73% в уставном капитале крупнейшего американского производителя феррованадия – компании Strategic Minerals Corporation, купленная за $110 млн.

Уже в мае 2007 года было объявлено, что «Евраз Групп» выплатила акционерам 44% чистой прибыли за 2006 год, а это около $614 млн, из них Millhouse Capital получила $255 млн.

ЛЮБОЕ СОБЫТИЕ, ВЕДУЩЕЕ К РОСТУ ОБЪЕМА ВАШЕГО ПРОИЗВОДСТВА, УВЕЛИЧИВАЕТ И КАПИТАЛИЗАЦИЮ КОМПАНИИ.

Весной 2008 года было объявлено о еще более крупной покупке: «Евраз Групп» приобрела канадского игрока – компанию IPSCO Inc. с капитализацией около $7 млрд. Ее продукция – стальные трубы для нефте–и газопроводов, примерно тот же ассортимент, что и у приобретенной «Евразом» Oregon Steel. Бывшие мировые конкуренты стали по воле Абрамовича союзниками, и общая их доля на рынке труб значительно выросла. В результате нового поглощения Абрамович стал крупнейшим акционером пятой по величине в мире металлургической компании, выручка которой в первом полугодии 2008 года выросла более чем на 80%.

В 2008 году были также приобретены активы в Китае, на Украине и в Австралии. Все это стало возможным лишь с приходом Абрамовича и его команды. Предыдущие владельцы «Евраза», которые и по сей день владеют большим пакетом акций, до прихода Романа действовали малоактивно. Занятный факт: Абрамович как бизнесмен достиг того уровня, когда он или его партнеры (действительные или даже потенциальные) могут зарабатывать на ничем не подтвержденных слухах относительно его дальнейших приобретений. Например, в мае 2007 года акции французского производителя труб Vallourec резко выросли после распространившихся слухов о том, что Роман Абрамович интересуется долей в компании. Слухи так и остались слухами, а кто–то смог прилично заработать на повышении. Случайно ли все это?

РАСПРОСТРАНЕНИЕ ВЫГОДНЫХ КОМПАНИИ СЛУХОВ ТАКЖЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОДНИМ ИЗ УВЛЕКАТЕЛЬНЫХ НАПРАВЛЕНИЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

MILLHOUSE CAPITAL.

Еще в «Сибнефти» Евгений Швидлер понял, что можно зарабатывать не только продавая товар, но и покупая и перепродавая компании целиком. Собственно, это одна из функций инвестиционной компании Millhouse Capital, основанной Абрамовичем и его командой в 2001 году. Сколько реально у нее владельцев, неизвестно, но принято считать, что она принадлежит Абрамовичу. Появившись на свет в Лондоне, Millhouse Capital получила в управление все активы Абрамовича, куда входили тогда акции и «Русского алюминия», и «Сибнефти», и «Аэрофлота», а также Красноярской ГЭС, АО «Омский бекон» и многих других. Затем, как мы помним, акции каких–то компаний, продавались, какие–то новые покупались и так далее. Например, 19 марта 2003 года 26% акций ОАО «Аэрофлот – Российские авиалинии» были проданы Национальному резервному банку. А до этого, летом 2001 года, Роман Аркадьевич продал акции ОРТ государственному «Сбербанку». Почти одновременно с передачей государству акций ОРТ и «Аэрофлота» проходил аукцион по продаже «Славнефти», половина которой досталась «Сибнефти» Абрамовича. Многие небезосновательно полагают, что это было своего рода «подарком» Абрамовичу от государства за возвращение таких стратегически важных объектов собственности, как ОРТ и «Аэрофлот».

Инвестиционная компания Романа Абрамовича Millhouse Capital вкладывает деньги в те или иные проекты (зачастую, по меркам Абрамовича, мелкие), руководствуясь несколькими принципами. Предпочтение отдается, как правило, быстрому вложению в перспективные бизнесы и стремительному, но выгодному избавлению от них. Умение подгадать момент выхода из бизнеса на волне спроса наиболее ценно в компании. Зачем Абрамовичу вся эта по его масштабам «ме–лочовка» – вопрос непростой. Возможно, потому, что это тоже неплохой заработок, ведь пять раз по 200 млн – уже миллиард. Кроме того, входя в бизнес и занимаясь им, есть шанс натолкнуться на ту самую золотую жилу, с помощью которой можно завоевать рынки.

Одним словом, покупка, подготовка, перепродажа бизнеса – это рутинные трудовые будни Абрамовича.

МАЛО УМЕТЬ ЧТО–ТО ПРИОБРЕСТИ, НАДО ЕЩЕ ЗНАТЬ, КАК ЭТО ДАЛЬШЕ РАЗВИТЬ ИЛИ ПРОДАТЬ.

Отслеживая, что приобретает Millhouse Capital, можно бесконечно черпать идеи для бизнеса: очевидно, что направление, в которое входит Абрамович, в ближайшее время будет только расти. И наоборот, когда команда Абрамовича продает тот или иной бизнес, это означает, что перспектив там маловато. Разумеется, слепо следовать лишь за Millhouse Capital было бы глупо, ведь и у них не всегда все складывается идеально, однако присмотреться стоит.

В 2007 году Millhouse Capital объявила о покупке за $400 млн 40% британской золотодобывающей компании Highland Gold Mining (HGM), которая разрабатывала месторождения в северных российских областях, в том числе и на родной для Абрамовича Чукотке.

Незадолго до этого Millhouse Capital купила чукотское месторождение Двойное, не скрывая при этом, что намерена продолжить скупку золоторудных активов и построить на их основе крупную компанию.

Это фирменный стиль Романа Аркадьевича. Вообще же HGM рассчитывала поучаствовать в конкурсе на крупнейшее золоторудное российское месторождение – Сухой Лог, и поэтому с удовольствием взяла в свои ряды человека с такими связями и успехами в России, как у Абрамовича.

А ведь претендентов на ту золотую в прямом смысле слова долю в Highland было предостаточно, но Абрамович, как это часто бывало и раньше, вне конкуренции, и если уж он на что–то нацеливался, то почти наверняка получал.

Причем некоторые близко знакомые с условиями той сделки, рассказывают, что, как только Абрамович заявил о том, что желает поучаствовать в конкурсе на права 40%-й доли Highland, все остальные претенденты сами сняли свои кандидатуры. Но, возможно, все дело в том, что HGM была основана при участии бывшего члена совета директоров «Сибнефти» Ивана Кулакова.

Дальнейшие планы Millhouse Capital в отношении золотодобычи таковы: развить чукотские месторождения, доведя добычу до 30 тонн в год, а затем присмотреться и к соседним областям, в которых имеются золотые прииски.

Нюх менеджеров Millhouse Capital поражает. С того момента, как их охватила «золотая лихорадка», унция этого металла выросла в цене почти на 30% и пока не собирается останавливаться в своем росте.

НЕ СЛЕДУЕТ УПУСКАТЬ НИ ОДНОЙ ВОЗМОЖНОСТИ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ЗАРАБОТКА.

Не прошел Абрамович и мимо рынка продуктов питания. В свое время менеджеры «Сибнефти» и Millhouse Capital (как правило, одни и те же люди) занялись построением крупного холдинга, специализирующегося на производстве и продаже продуктов питания.

Название этой группе компаний дали очень масштабное – «Планета», и объединили под этим знаменем более 40 предприятий, разбросанных по всей России. Это была действительно масштабная работа. Менеджеры рассекали просторы нашей необъятной родины, осматривали предприятия, фермы, хозяйства и магазины, что–то покупали. Холдинг «Планета» имел широко разветвленную структуру: мясной бизнес «Продо», молочный бизнес «Юнимилк», розничный бизнес «Национальный торговый альянс».

Когда приняли решение о его продаже, покупателя на весь актив целиком не нашлось, продавали по частям.

Молочный бизнес «Юнимилк» купили сами же участники его создания, и если ранее он принадлежал им лишь частично, то теперь они стали владеть им целиком. Сейчас «Юнимилк» – второй в России производитель молочных продуктов с оборотом в сотни миллионов долларов.

Мясное подразделение «Продо» с оборотом около $400 млн, куда входили и такие гиганты, как «Омский бекон», «Клинский мясокомбинат», производитель пельменей «Дарья» и «Три поросенка», в свою очередь, также пришлось раздробить на более мелкие, частично продать, частично придержать до лучших времен.

«Национальный торговый альянс» объединял под своим названием 80 магазинов нескольких розничных брендов, в основном региональных – «Гастроном–Эконом», «Пятачок», «Караван» и пр. Розничное подразделение «Планеты» также никого не заинтересовало целиком, но на часть ее все же нашлись покупатели.

Проект «Планета» показывает, что команда Абрамовича сделала попытку превратить разрозненных производителей в цивилизованную и структурированную компанию, и определенные успехи на этом пути у нее, несомненно, были. Однако этот сегмент – продуктовый бизнес – испытывает чересчур высокую конкуренцию со стороны западных производителей (дешевое заграничное мясо и сухое молоко, например), а также слишком социально значим (нет возможности держать высокую маржу, завышать цены), чтобы его можно было расценивать как высокодоходный. Бизнес по производству продуктов питания сильно связан с импортом, и, в зависимости от курса валют, может быть как убыточным, так и высокодоходным.

Со временем этот актив Абрамовича еще может показать себя, особенно если импортные продукты сильно вырастут в цене, что очень вероятно на фоне повышения курса доллара и евро. В пользу того, что Абрамович серьезно смотрит в сторону российских сельхозпроизводителей, говорит и тот факт, что совсем недавно компания Millhouse Capital приобрела ЗАО «Матвеевское», одно из крупнейших сельхозпредприятий Московской области. Однако не исключено, что это было сделано в расчете на переход земель под строительство.

Оставшиеся после распродажи активы «Планеты» все еще управляются Millhouse Capital. Вообще же в управлении компании Абрамовича находятся земли и недвижимость на $1 млрд. Что из них для личных нужд, а что – для дальнейшей перепродажи, неизвестно.

ИНОГДА ПРОДАТЬ ЧТО–ЛИБО ПО ЧАСТЯМ ВЫГОДНЕЕ, НЕЖЕЛИ ЦЕЛИКОМ.

Не могли Абрамович и его команда обойти стороной и бизнес, так или иначе связанный с сильными мира сего, то есть предоставляющий товары и услуги для богатых и очень богатых людей. Сюда можно отнести и элитные винодельни, производящие эксклюзивные вина (кстати, в активах Абрамовича имеются и журналы, повествующие об алкоголе), и отели на лучших курортах мира, и медицинский центр для избранных. Например, Роман Абрамович является владельцем самой знаменитой на Французской Ривьере гостиницы – Hotel du Cap Eden–Roc, купленной им за $1 млрд. Как говорят специалисты, Hotel du Cap Eden–Roc – это репутация, сложившийся имидж и успешный бизнес. Такое его приобретение можно сравнить с покупкой бриллианта: у очень дорогого камня важны не только его физические параметры, но и его история, легенда.

Легенда этого отеля связана прежде всего с его постояльцами, в числе которых Джонни Депп, Мадонна, Лайза Миннелли, Роберт Де Ниро, Акира Куросава, Джейн Фонда и многие другие мировые звезды. А в 2007 году на участке в 3,5 га в районе Рублевского шоссе открылся элитный медицинский центр, рассчитанный на 400 пациентов, с «палатами» в 67,5 кв. м, оснащенными плазменными телевизорами, выходом в Интернет и всем, что необходимо занятому деловому человеку. Цена проекта – $150 млн.

ЕСЛИ ЕСТЬ СПРОС, БИЗНЕС ДЛЯ ИЗБРАННЫХ ОБЫЧНО ОДИН ИЗ САМЫХ ПРИБЫЛЬНЫХ! БОГАТЫЕ ЛЮДИ ГОТОВЫ ПЛАТИТЬ ЗА УНИКАЛЬНЫЕ ТОВАРЫ И УСЛУГИ.

Следы Абрамовича заметны и в сфере производства медикаментов. Например, в 2003 году Millhouse Capital за $55 млн купила активы ICN Pharmaceuticals, причем почти сразу же продала офисное здание компании за $19 млн.

Войдя в 2006 году в долю российского фармпроизво–дителя «Фармстандарт», имеющего в своих активах пять заводов, и проведя подготовку по выводу акций компании на российские и лондонские биржи, Абрамович заработал около $150 млн. А несколько сотен миллионов долларов, которые получил основной владелец акций «Фармстандарта», пойдут на развитие компании. Это отрадно, ведь нам давно пора развивать отечественное производство лекарственных препаратов.

Структуры Романа Абрамовича также замечены в такой высокодоходной во время строительного бума области, как производство цемента. 44,6% ОАО «Евроцемент» принадлежат Millhouse Capital. Холдинг «Евроцемент Групп», куда входит и вышеупомянутое ОАО «Евроцемент», объединяет 13 заводов по производству цемента в России, два – на Украине и один – в Узбекистане. Они выпускают почти половину произведенного в России цемента. Так что здесь Абрамовичу при желании есть где разгуляться. Поговаривают, что он хочет довести свой пакет акций в этой компании до контрольного.

Осенью 2007 года была произведена еще одна любопытная сделка из этой же сферы. Подконтрольная Millhouse Capital компания «Виста про» выиграла аукцион на право добычи цементного мергеля на Рогаликском месторождении в Ростовской области. Цена вопроса – 10 млн рублей. По оценкам специалистов, построив завод по производству цемента мощностью 1 млн тонн в год, можно эксплуатировать это месторождение 20 лет. Одна проблема – вокруг завода нет инфраструктуры, однако в построении оной после успешного губернаторства на Чукотке у Абрамовича опыта хватает. Особенность этого месторождения, несомненно, в его близости к югу России, к месту проведения Олимпиады в 2014 году. Поэтому пресса на это приобретение Абрамовича отреагировала однозначно «Роман Абрамович к Олимпиаде готов».

НАМЕЧАЕТСЯ БОЛЬШАЯ СТРОЙКА, ПОКУПАЙТЕ АКЦИИ ЦЕМЕНТНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ.

Нет на свете бизнесмена, который не мечтал бы стать монополистом в своей области, так сказал кто–то из известных экономистов. Вот и Абрамович, то ли по своей воле, то ли по указанию власти (пока нам не суждено это знать), всегда демонстрировал усилия по превращению своих многочисленных проектов в компании, способные конкурировать на мировом уровне.

Чаще это было болезненно для предыдущих хозяев предприятий, но, когда дела касаются высоких политических и экономических уровней, не стоит все оценивать однозначно. Да, были пострадавшие, но ведь были и есть те, кто очевидно выиграл. Подводя итог, в деле слияний и поглощений миссию Абрамовича можно все же назвать скорее созидательной. Он объединял то, что разваливалось из–за бесконечных войн за доли рынка, и продолжает это дело. Конкуренция, конечно, двигатель процесса, но зачастую она его и разрушает. Именно в подобных случаях, которые множатся, и необходим такой, как Абрамович, «санитар леса». Объединяя разрозненные активы, он, возможно, не без высшей поддержки и одобрения создает нечто крупное и конкурентоспособное.

Надо отдавать себе отчет в том, что Роман Абрамович уже вошел в историю российского бизнеса. Его можно сколь угодно много и часто осуждать за некоторые поступки, однако надо признать, что есть такие, как он, а есть такие, кто может только смотреть и осуждать. И кто из этих типажей более полезен для общества, еще вопрос… Кроме того, не стоит забывать, что, став тем, кем он стал, Абрамович – вольно или невольно – постоянно преследуем мыслью, что однажды что–нибудь изменится (власть либо ее настроение) и он может стать образцовой жертвой, на которую спишут все беды родины. А подобная ежедневная ноша, согласитесь, не всякому по плечу, поэтому пусть каждый остается на своем месте и занимается тем, что ему по силам.

МАСТЕРСТВО СПЕЦИАЛИСТА ПО СЛИЯНИЯМ И ПОГЛОЩЕНИЯМ (M&A) СОСТОИТ НЕ ТОЛЬКО В УМЕНИИ КУПИТЬ ЧТО–ЛИВО НУЖНОЕ И НЕ ТОЛЬКО В ТОМ, ЧТОВЫ СДЕЛАТЬ ЭТО ВОВРЕМЯ, НО ПРЕЖДЕ ВСЕГО В ТОМ, ЧТОВЫ ЭТО СДЕЛАТЬ.

ГЛАВА 3. НАЧАЛЬНИК ЧУКОТКИ.

В КОНЦЕ 2000 ГОДА НАЧАЛАСЬ, НАВЕРНОЕ, САМАЯ СТРАННАЯ, ЗАПУТАННАЯ И ПОЛНАЯ ПРОТИВОРЕЧИЙ ИСТОРИЯ ГУВЕРНАТОР–СТВА В СОВРЕМЕННОЙ ИСТОРИИ – СВОЮ КАНДИДАТУРУ НА ПОСТ ГУВЕРНАТОРА ЧУКОТСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА ВЫДВИНУЛ РОМАН АРКАДЬЕВИЧ АВРАМОВИЧ. ПРИЧИН, ПО КОТОРЫМ ОН РЕШИЛ ВДРУГ ПОПРОВОВАТЬ СЕВЯ В РОЛИ ГУВЕРНАТОРА, МОГЛО ВЫТЬ НЕСКОЛЬКО.

Это и неприкосновенность, которую дает данная должность, и желание продемонстрировать социальную ответственность, и овретение административного ресурса для продвижения своего визнеса, и желание уйти от налогов на офшорной чукотской земле. Кроме того, на гувер–наторство мог выть и указ свыше. Сам же Аврамович утверждал, что просто чукчей стало жалко… Ясно одно, что людям на далекой холодной Чукотке от этого гувернаторства жить стало значительно лучше.

Еще будучи депутатом от автономного округа, Абрамович учредил на Чукотке благотворительный фонд. Однако большая часть денег шла не по назначению, улучшалось лишь финансовое положение руководства, а в целом жизнь на Чукотке не менялась. Некоторые этот момент называют определяющим, якобы именно тогда у Абрамовича зародилась идея вложиться в депрессивный регион, улучшить жизнь его граждан, создать инфраструктуру и оформить предпосылки для западных инвестиций. Согласно исследованиям, на Чукотке масса различных полезных ископаемых.

Выборы Абрамович выиграл, набрав разгромные 90% голосов, после чего начались активные действия по превращению первобытной Чукотки в современный край. Поначалу это вызывало у Романа Аркадьевича, по его же собственным словам, «настоящий драйв». После выборов поговаривали, что прошли они со множеством нарушений, результаты были подтасованы, а агитация за кандидата Абрамовича свелась к простому подкупу: жителям в обмен на голоса покупали нужные им в хозяйстве вещи – утюги, холодильники, иногда просто продукты. Каждый сам говорил, что хочет, а представители Абрамовича все записывали и «исполняли желания». Не исключено, что так оно все и было.

ЛЮДЯМ НЕ СЛЕДУЕТ ЗНАТЬ, ЧТО ИХ ИСПОЛЬЗУЮТ В ТЕХ ИЛИ ИНЫХ ЦЕЛЯХ. УЖ ЛУЧШЕ ПУСТЬ ДУМАЮТ, ЧТО ВЫ СТАРАЕТЕСЬ РАДИ НИХ.

Во времена СССР у Чукотки было свое стратегическое назначение – она стояла на ядерном дежурстве. Но холодная война закончилась, территория перестала быть стратегически ценной, и регион оказался брошенным практически на произвол судьбы, применения людям не нашлось. Кто–то из жителей смог вернуться на Большую землю, кто–то не смог, а кто–то и не захотел, так как привык к этому краю. По мотивам того, что творилось на Чукотке к моменту начала губернаторства Абрамовича, впору было снимать настоящую драму. Люди не могли там жить, население за последние 10 лет сократилось втрое, до 50 тысяч, а было бы еще меньше, только не у всех нашлись деньги на билет. Зарплаты в регионе не выплачивались годами, и люди продавали свои квартиры за 22 тыс. рублей – ровно столько тогда стоили два авиабилета до Москвы. Лишь бы уехать. В какой–то момент, когда количество людей, способных оплатить перелет до Москвы, сократилось до нуля, авиасообщение между Чукоткой и материком было фактически прервано.

Жители выжили только благодаря оленям, лишь ими и питались.

Первое время знакомства с краем Роман Абрамович пребывал в настоящем шоке. Он не представлял себе, что кто–то может так жить и что вообще жизненный уровень людей может настолько низко опуститься. Повсюду царили серость, грязь и повальное пьянство. В городах и селах стояли полуразрушенные дома, централизованная канализация и водоснабжение отсутствовали. Добавьте к этому жуткие морозы, сильные ветра и полную безнадегу в мутных от алкоголя глазах жителей. Это были просто–напросто брошенные на произвол судьбы люди. Ярко описывает ситуацию в тогдашней Чукотке фраза, которую бросил однажды Александр Мамут, председатель наблюдательного совета МДМ–банка. Он говорит, что если бы вдруг ему довелось остаться на Чукотке, добыча обратного билета стала бы единственным смыслом его жизни. Даже если в то время у Абрамовича и были корыстные цели, с которыми он пришел губернаторствовать, то они явно отошли на какое–то время на второй план, и он целиком ушел в работу над тем, как сделать жизнь этих несчастных хоть немного лучше.

Так уж выходит: за что бы Абрамович ни брался, не важно по какой причине, дело надо сделать максимально эффективно и быть последовательным. Раз уж взялся за Чукотку как губернатор, то следовало сделать там все возможное.

Когда еще в бытность депутатом от Чукотского АО Абрамович решил сделать хоть что–то для чукчей и зафрахтовал самолет, чтобы вывезти детей на юг, мало кто приехал в аэропорт: администрация области организовала платный проезд до аэродрома, а денег почти ни у кого не было. Другой бы опустил руки, но Абрамович говорил, что Чукотка для него – белый лист, к которому хочется приложить руки и почувствовать результат.

ЧТОБЫ ЛЮДИ ЗАДУМАЛИСЬ О СВОЕМ РАЗВИТИИ, ИХ СНАЧАЛА НАДО НАКОРМИТЬ И ОБОГРЕТЬ.

До прихода Абрамовича в этот край главной заботой прежнего руководства было нагрести как можно больше в свой карман, для жителей не делалось ровным счетом ничего. Бюджет округа разворовывался, кредиты, предоставленные государством, растворялись, северный завоз продуктов был монополизирован.

Спектр проблем рисовался очень широким, от катастрофической задолженности по зарплате до отсутствия в домах бесперебойной подачи света и тепла (и это в условиях 30–градусных морозов!), от развалившегося жилищного фонда до транспортной проблемы.

Из–за отсутствия денег у жителей не было даже возможности купить угля, чтоб протопить печи, а ведь только ими и можно было согреться, поэтому жгли все, что можно было сжечь. Но это все были бытовые трудности, для которых требовались лишь деньги. Помимо быта, существовали еще и проблемы морального плана. В первую очередь перед руководством региона стояла задача покончить с повальным пьянством, не победив которое не было смысла вообще двигаться дальше. Например, когда с приходом Абрамовича на Чукотке выплатили задолженность по зарплате (а она составляла от полугода до четырех лет), на следующий день на работу вышли единицы, а 12 жителей умерли от перепоя, и в их числе целая семья – мать, отец и 9–летняя девочка, которая пила вместе с родителями. Сколько ни пытались члены администрации, в том числе и Абрамович, разговаривать с жителями, пропагандировать и объяснять, переломить сознание людей было непросто. Губернатора это приводило в уныние.

Была еще одна проблема, менее серьезная, но также важная – упорное непонимание жителями того факта, что надо платить по счетам. Что–то необходимо было с этим делать, ведь без движения денег жизнь снова бы замерла.

Корни данной проблемы ясны: долгое время у жителей Чукотки полностью отсутствовали деньги, да и свет с теплом в их дома поступал крайне нерегулярно, так что платить было нечем и не за что. Но жизнь в крае менялась, а понимание все не приходило.

Вскоре было найдено замечательное решение, позволившее решить и проблему увлечения самогоном, и проблему неплатежей, – на Чукотке ввели в обращение банковские карточки. Кстати, заказ на осуществление проекта получил дружественный губернатору МДМ–банк.

Действовало это так: наличные деньги с карточек можно было снять только в Анадыре, а доехать туда жителям многих сел и деревень Чукотки – целая проблема. Таким образом население отрезали от возможности постоянно иметь при себе наличные, а без них сложно было купить самогон в деревнях, в магазинах же продавалась только дорогая водка, на которую не всякий раскошеливался. Попутно были решены и проблемы неплатежей – за услуги ЖКХ плата списывалась со счетов плательщиков автоматически, а также проблема с трудностью завоза наличных денег в удаленные села и деревни.

Вскоре после введения банковские карты уже принимали на Чукотке везде, даже в самых мелких сельпо. Кстати говоря, чукча, расплачивающийся где–то на краю Земли банковской пластиковой карточкой с надписью Lucky Man, первое время вызывал у гостей округа настоящий шок.

НЕСТАНДАРТНЫЕ РЕШЕНИЯ ИНОГДА ЭФФЕКТИВНЕЕ ТРАДИЦИОННЫХ.

Жилищный фонд Чукотки и столицы Анадыря до 2001 года в основном представлял собой серые обшарпанные и полуразвалившиеся строения на сваях. С приходом Абрамовича вся Чукотка превратилась в одну большую стройку.

В Анадыре заново отстроили дом культуры и здание администрации, появились стадион с катком, современный кинотеатр в виде стеклянного айсберга и развлекательный центр «Баклан». Столица Чукотского АО обзавелась доселе невиданными для нее благами цивилизации, такими как парикмахерская, прачечная, фитнес–клуб, были обновлены гостиницы, а также налажен Интернет и мобильная связь. Оказалось, правда, что эти блага чукчам не очень–то и нужны, но без вышеперечисленной инфраструктуры округ не мог бы развиваться дальше.

Школы, детсады и больницы Анадыря были или отстроены заново, или капитально отремонтированы. Оборудование для окружной анадырской больницы закупалось самое современное, на крупнейшей выставке медтехники в Дюссельдорфе, а в школах установлены интерактивные доски и проведен широкополосный доступ в Интернет. После глобальной «перестройки» у Анадыря появился собственный неповторимый стиль – все здания раскрасили яркими – красными, синими, желтыми – красками, и они стали напоминать сказочные теремки посреди этого бесконечного безмолвного пейзажа.

Повсюду повесили красочные плакаты с изображениями местной флоры и фауны, а также краткие забавные ликбезы по изучению чукотского языка. Все было сделано так, чтобы вызывать у находящихся там людей радостную улыбку. В качестве строителей на Чукотку приглашались профессионалы, имеющие опыт работы «на вечной мерзлоте», в основном турки и канадцы. Кстати говоря, как только жизнь в крае начала налаживаться, кривая рождаемости резко поползла вверх, и, что удивительно, многие детки, как говорят, имели несвойственную чукчам темную кожу, по цвету скорее напоминающую цвет кожи турков. Вот тут–то и пригодились отремонтированные губернатором детские площадки.

В мелких поселениях Чукотки, где в основном преобладают одноэтажные строения, также шел строительный бум. Старые хибары сносились, а на их месте возникали домики-«термосы» на одну семью, сооруженные по американской технологии. Сборка одного такого домика с отделкой и кухонной мебелью занимала неделю. У прораба все было строго по часам: заливка фундамента – четыре часа, установка стен – два часа, на полы и стропила отводилось по часу, на отделку – четыре дня. Для жителей Чукотки новое жилище предоставлялось бесплатно. Разумеется, есть на Чукотке и истинно коренные жители, не желающие жить нигде, кроме яранги, но их никто и не трогал. Сам же Абрамович, приезжая на Чукотку, жил в двухэтажном домике, стоящем на высоком берегу Анадырского лимана, над городским портом. Дом этот был собран за два месяца канадскими рабочими. Рядом расположились еще шесть канадских вагончиков для команды губернатора. Наверняка в первые годы губернаторства, когда Абрамович еще «горел» своим проектом «Чукотка», особое удовольствие ему доставляло после рабочего дня зайти в ресторан «Анадырь». Особое, потому что до него, до его прихода в эти края, невозможно было вот так запросто пойти поужинать в уютном ресторане, где тепло и неплохо кормят. Просто не было в городе такого ресторана и тепла не было. Как рассказывали работники заведения, и Абрамович, и его команда всегда ели все, что им подавали, из обычного меню, специально ничего не просили.

ВЫХОДИТЬ «В НАРОД» ПРОСТО НЕОБХОДИМО, ХОТЯ ВЫ ИЗРЕДКА. ЭТО ПОЗВОЛЯЕТ ЛИЧНО, А НЕ ЧЕРЕЗ ПОДЧИНЕННЫХ УЗНАТЬ ВСЕ НУЖДЫ, ПРОБЛЕМЫ И ДОСТИЖЕНИЯ СВОИХ ПОДОПЕЧНЫХ.

На Чукотке была и особая система торговли продуктами. Ранее владельцы магазинчиков не раз были замечены в «картельном сговоре», в необоснованном завышении цен.

Администрация боролась и с этим явлением: в Анадыре построили огромный супермаркет с широким ассортиментом товаров и, назначая там адекватные цены (хотя и раза в два выше, чем на материке, но такова особенность северных краев – слишком дорогая доставка), заставляли остальных «участников рынка» за ними подтягиваться. Кстати говоря, этот проект оказался убыточным, но выполняет свою социальную функцию.

Шла и административная реформа. Абрамович ввел в округе новую систему управления расходами, внедрив модель, которая действует в «Сибнефти». Состоит она в том, что каждая социальная функция администрации (ЖКХ, строительство, здравоохранение, образование и пр.) выделена в отдельную структуру, которая распределяет деньги по более мелким, районным филиалам и контролирует исполнение бюджетов. По мнению предыдущего полпреда президента по Дальневосточному федеральному округу Константина Пуликовского, Абрамович создал «лучшую систему управления регионом в России». В духе федеральной власти Абрамович в первые годы губернаторства регулярно обращался с посланием к депутатам Думы Чукотского АО. Главная тема первого его обращения – перечисление и описание проектов, над которыми придется работать администрации края в ближайшее время. Среди них были и строительство линии электропередачи по дну Анадырского залива к аэропорту и близлежащим поселкам, возведение ветроэлектростанций в 14 поселках, реконструкция более половины чукотских котельных, замена 70% дизель–генераторов в селах, оборудование всех населенных пунктов современными системами связи и многое другое. Нормальное развитие региона немыслимо без эффективно действующей транспортной системы.

Работа шла и в этом направлении: в кратчайшие сроки были отремонтированы дороги, реконструирован аэропорт, причем уже в 2001 году авиация дальнего сообщения перевезла пассажиров на 50% больше прошлогоднего, а именно 28 243 человека. Пассажиропоток увеличился значительно еще и благодаря тому, что из собственного благотворительного фонда губернатор оплатил половину стоимости авиабилета для 12 тыс. жителей Чукотки, а также отправил на юг, к морю 8 тыс. чукотских детей. Если говорить о грузообороте, то лишь в первый год губернаторства он увеличился в разы, в основном за счет перевозок строительных материалов, труб, автомобильной техники и прочего. Одним словом, жизнь закипела – дома, дороги, предприятия строились, чукчи вовремя получали зарплаты, пенсии и пособия и даже ездили на отдых и в гости! Что касается внутреннего сообщения, то на Чукотке почти нет дорог, их очень сложно проложить по вечной мерзлоте. В качестве транспортного средства для перемещения из одного населенного пункта в другой используются в основном вездеходы или вертолеты. До начала 2000–х годов люди, если им требовалось куда–то улететь, могли по месяцу жить в аэропорту в ожидании транспорта – весь парк перевозчика «Чукотавиа» состоял из четырех стареньких АН–24.

Иногда длительное ожидание было связано и с погодными условиями, но основная часть задержек была из–за элементарного отсутствия рабочих транспортных средств. При Абрамовиче парк «Чукотавиа» обновился, помимо вертолетов, появились и самолеты. Но на одних лишь бесконечных дотациях транспортную систему содержать никто не будет, и чтобы она снова не пришла в упадок, нужно, чтоб регион в целом полноценно развивался, шли инвестиции в промышленность, строились дома, жители Чукотки ездили на отдых, а в регион приезжали туристы. Губернатор Абрамович сделал все возможное, чтобы так оно и было.

СХЕМА УПРАВЛЕНИЯ ДОЛЖНА БЫТЬ КАК МОЖНО БОЛЕЕ ПРОСТОЙ И ПРОЗРАЧНОЙ. Люди ВСЕГДА ДОЛЖНЫ ЧЕТКО ПРЕДСТАВЛЯТЬ ЦЕЛИ, А РУКОВОДИТЕЛЬ ОБЯЗАН ВРЕМЯ ОТ ВРЕМЕНИ ИХ ЧЕТКО ОБОЗНАЧАТЬ.

К началу 2000–х годов на полуострове сложилась малоэффективная схема северного завоза с Большой земли. Во–первых, она была, как указывалось выше, монополизирована, сильно завышалась стоимость продукции в магазинах. Во–вторых, продукты привозились в основном из России, а это не всегда было оправданно в свете логистических издержек. Да и вообще продукты часто просто не привозились в срок, а прежняя администрация края была занята своими важными делами и не всегда контролировала процесс. Часть прежней схемы завоза продуктов власти региона оставили, но добавили к ней много нового, в том числе и импортные поставки. Картошка, куриное мясо, яйца, алкоголь закупались в Сиэтле, так выходило ближе и дешевле. Американцы даже научились делать специально для чукчей соленые огурцы по русским рецептам. Из одних только США в 2001 году на Чукотку было завезено около 30 тыс. тонн продовольствия на $10 млн. Быт постепенно налаживался, теперь у чукчей было все для комфортного проживания: хорошие продукты, тепло и свет в домах, возможность ездить на отдых и в гости и даже развлекаться. Осталось одно – пробудить в жителях желание зарабатывать и этими благами пользоваться.

ЧТОБЫ У ЛЮДЕЙ ПРОБУДИЛОСЬ ЖЕЛАНИЕ РАБОТАТЬ И ЗАРАБАТЫВАТЬ, ОНИ ДОЛЖНЫ ЯСНО ПРЕДСТАВЛЯТЬ СЕБЕ, НА ЧТО СМОГУТ ПОТРАТИТЬ ЗАРАБОТАННЫЕ ДЕНЬГИ.

Но быт бытом, а Абрамович пришел на Чукотку не только и не столько как меценат, а как бизнесмен, и мысли о том, как превратить этот край в успешный, самоокупаемый и приносящий прибыль бизнес–проект, вполне естественно возникали в его голове.

Абрамович привел туда Millhouse Capital. В ее планы входило инвестировать в округ средства, которые пойдут на развитие золотодобычи в принадлежащих компании двух месторождениях. Будут развиваться и принадлежащие той же Millhouse Capital полиметаллические месторождения. Заодно это позволит сформировать некоторые постоянные финансовые поступления в бюджет Чукотки. Перед командой была поставлена задача привлечь в регион инвесторов. Первые успехи в этом направлении были датированы декабрем 2002 года, когда канадская золотодобывающая корпорация Bema Gold приобрела 75%-ную долю в региональном месторождении «Купол», запасы которого оценивались в $300 млн. В бюджет округа поступили $35 млн. Планировалось освоить еще несколько золотых месторождений. Однако вскоре оказалось, что в то время добыча золота на Чукотке являлась занятием крайне нерентабельным, чукотский суровый климат требовал дорогих технологий при добыче, а отсутствие дорог – больших затрат на грузоперевозки. При тогдашних ценах на золото проект начал тормозиться, однако к 2004 году оно начало расти в цене и перспектива золотодобычи на Чукотке вновь забрезжила.

Попытки найти на Чукотке нефть привели к потере времени и денег, на одном лишь мысе Молчаливый было пробурено семь скважин, и все понапрасну. С газом Чукотке повезло немногим больше, месторождение Западное–Озерное хоть оказалось и небольшим по запасам газа, но могло обеспечить хотя бы нужды местных жителей. До этого котельные работали на привозном, а потому очень дорогом угле и газе в баллонах.

Еще более успешным стало направление по развитию на Чукотке туризма. После того как бытовая часть жизни была более–менее отлажена, желающих посетить это дикий уголок земли в первую же попытку набралось аж на четыре круизных корабля. В основном это были граждане Японии, Америки и Австрии. Действительно успех, и это несмотря на стоимость тура, составлявшую $15–20 тыс. за десять дней, столь высокую из–за транспортной труднодоступности края, так как передвигаться туристам по территории Чукотки приходилось на вертолетах.

Разумеется, главная достопримечательность региона – это его нетронутая природа, уникальная флора и фауна, пейзажи Чукотки действительно поражают воображение. А еще там находятся крупнейшие в мире лежбища моржей и «всемирная столовая» серых китов. Все это, а также простой быт коренных чукчей очень интересуют иностранных туристов.

Помимо этого, гостей, как правило, развлекали народным творчеством и шикарной рыбалкой: рыбы на Чукотке просто невиданно, особи в несколько килограммов ловятся на обычную удочку или спиннинг, что приводит иностранных туристов в дикий восторг. Но чтобы чукотский экотуризм стал массовым, следовало преодолеть сложности транспортного характера и проблему с получением разрешения на въезд в пограничный округ, что обычно занимало не менее двух месяцев.

Еще одна относительно удачная отрасль, которую удалось неплохо развить, – переработка биоресурсов. В Чукотском регионе были построены рыбозаводы, большое внимание уделено восстановлению оленеводства, обработке шкур оленей, птицеводству и разведению крупного рогатого скота. Построен и пищевой комбинат, где пекли хлеб и восстанавливали молоко из порошка. Хотя как серьезный бизнес пищевая сфера администрацией не рассматривалась, все это, по словам чиновников, было сделано для того, чтобы население было при деле.

КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК ТРУДОСПОСОБНОГО ВОЗРАСТА ДОЛЖЕН БЫТЬ ОБЕСПЕЧЕН РАБОТОЙ.

На Чукотке Абрамович собрал превосходную команду менеджеров. В нее входили как некоторые бывшие топы из «Сибнефти», так и просто хорошие знакомые губернатора или его партнеры. В их числе, например, был прежний старший вице–президент «Гута–банка», а затем директор Чукотского финдепартамента Станислав Цыганков, считающий, что Чукотка – потрясающее место для самореализации, а также Андрей Городилов (см. главу 2), бывший вице–президент «Сибнефти», служивший на Чукотке в качестве первого заместителя губернатора, то есть фактически руководивший округом. Почти у всех членов команды в Москве остались семьи, дети, и раз в месяц они на неделю уезжали с Чукотки к родным, то есть работали в тяжелейшем, учитывая разницу в девять часовых поясов, режиме – три недели на Чукотке, одна в Москве. Своим желанием работать везде, где это потребуется Абрамовичу, они в очередной раз доказали ему свою преданность, раз решились ради него на столь каторжный труд. Однажды на вопрос, что же дала ему Чукотка, Абрамович ответил: «Уверенность в команде». И это уже дорогого стоит.

В общей сложности он привез на Чукотку около 80 «своих» людей, до этого преуспевающих специалистов в различных передовых областях. Кстати говоря, то, что Роман Аркадьевич привлек на Чукотку такие кадры, говорит о том, что он, похоже, действительно рассматривал этот край как возможность для своего бизнеса, а не как благотворительный проект.

Сам Абрамович в первое время своего губернаторства тоже находился на Чукотке три недели в месяц, затем все реже. В статью Устава Чукотского автономного округа ради него даже были внесены изменения, в соответствии с которыми отсутствие губернатора на рабочем месте не является основанием для его досрочной отставки.

ПРЕДАННЫЕ ТЕБЕ ЛЮДИ – ОДНА ИЗ ГЛАВНЫХ ЦЕННОСТЕЙ В ЖИЗНИ. СО СЛАЖЕННОЙ, УСТОЙЧИВОЙ КОМАНДОЙ МОЖНО ДОСТИЧЬ ЛЮБЫХ ЦЕЛЕЙ.

Финансирование Чукотского региона – отдельная песня: денег, выделяемых государством, не хватило бы ровным счетом ни на что. Эта проблема была решена с разных сторон. Первое, что сделал Абрамович, – прописался в Анадыре и просто заплатил там свой подоходный налог, составлявший, по некоторым данным, восьмизначную цифру, то есть десятки миллионов долларов. То же самое сделали некоторые члены новой администрации Чукотки. «Искусственное привлечение налогоплательщиков» – так были названы эти действия. Поступления в бюджет от налогов увеличились в 5,5 раза, налоговики даже премии получили. В результате в округе появились деньги, пошли платежи бюджетникам, были погашены многие другие долги прошлых лет, система понемногу начала реанимироваться.

Второе – благотворительный фонд «Полюс надежды», организованный еще в бытность Абрамовича депутатом, куда поступали его собственные средства, пожертвования от чукотской администрации, а также от других меценатов. Фонд имел свои узкие задачи, такие, как вывоз детей летом на море, финансирование детдомов и прочие благотворительные миссии.

Ну и третье, главное, что сделал Абрамович для пополнения бюджета Чукотки и что служило предметом долгих споров и обсуждений, а также многочисленных обвинений со стороны федеральных чиновников, – на Чукотке под крылом губернатора были зарегистрированы филиалы акционерного общества «Сибнефть», которые не вели в регионе никакой хозяйственной деятельности. Сделано это было вот с какой целью.

Дело в том, что до 2003 года Чукотка была внутренним офшором, и, регистрируя там юридическое лицо, компания могла экономить на налогах. Итак, зарегистрированные на Чукотке компании, аффинированные с «Сибнефтью», до 2003 года получали значительную скидку по налогу на прибыль. Схема выглядела следующим образом: офшорные чукотские компании покупали у дочерних компаний «Сибнефти» нефть по низкой цене, а затем перепродавали сырье им обратно, по существенно более высоким ценам, таким образом, основной налог на прибыль приходился именно на чукотские компании, а у них была значительная льгота. По закону 50% сэкономленных компаниями средств должны были идти на поддержку региона, по словам же Абрамовича, они вкладывали в Чукотку все 100% сэкономленных средств и даже больше. Указывается, что за период с 2001 по 2003 год «Сибнефть» сэкономила на Чукотке $1 млрд налогов, и, по утверждению людей Абрамовича, все они ушли на развитие региона, вкупе еще с $300 млн, полученными от подоходных налогов и из личных средств губернатора. Кстати говоря, изначально планировалось потратить гораздо меньше.

Используя схему налоговой оптимизации, на тот момент вполне распространенную (в частности, практикуемую и ЮКОСом), Абрамович навлек на себя гнев многих финансовых высших чинов, считающих, что все надо было платить в бюджет и уже через него проводить свои социальные программы. Правда, как надолго бы затянулась по времени и сократилась в деньгах программа развития региона, они не сообщали.

Таким образом, Абрамович своими методами налоговой оптимизации поступил как хороший губернатор, но как непатриотичный налогоплательщик. То, что все было сделано в рамках существующего тогда законодательства, в расчет чиновниками не принималось, а утверждалось, что он сам должен был проявить сознательность и понимать, что не следовало таким образом уклоняться от уплаты налогов в федеральный бюджет.

В БИЗНЕСЕ ВЫБОР ВСЕГДА ДОЛЖЕН БЫТЬ В ПОЛЬЗУ КОНКРЕТНОГО РЕАЛЬНОГО ПРОЕКТА, А НЕ АБСТРАКТНЫХ ИДЕЙ И ПОНЯТИЙ.

Подозревая, что на Чукотке не все так чисто, в 2003 году Сергей Степашин, глава Счетной палаты, начал там широкомасштабную проверку. Проверяли все долго, тщательно и с усердием, и через некоторое время были оглашены результаты проверки. Они оказались настолько нелепы, что Степашин даже не явился на их оглашение, не говоря уж о самом Абрамовиче, проигнорировавшем данное действо. Итак, в схеме «оптимизации налогов», созданной на Чукотке, ничего незаконного не нашли. Все списали на несовершенство налогового законодательства. Учитывая, что это заявление прозвучало примерно в то же время, когда за подобные деяния осудили топ–менеджеров ЮКОСа, выглядело все весьма странно.

Однако «настоящие» нарушения Счетная палата все же обнаружила, а именно нашла нецелевое расходование бюджетных средств в особо крупных размерах, и Абрамовичу «светило» по этой статье лет пять.

Нецелевое расходование было замечено в перерасходе средств из Дорожного фонда, которые были связаны с необходимостью оплатить работы за 2002 год. То есть деньги, как и положено, пошли на строительство дорог, но на бумаге получалось, что за 2003 год был перерасход. А «главным» достижением кропотливой работы Счетной палаты на Чукотке было выявление перерасхода средств, направленных на дополнительные надбавки и доплаты учителям и врачам, – 132 млн рублей.

Тем, что Степашин признал нецелевым использованием надбавки соцработникам, он просто вызвал раздражение и смех. Подобная проверка лишь усилила веру в то, что чиновники работают крайне неэффективно, а чаще попросту мешают полноценно развиваться и спокойно жить. Вполне возможно, что на Чукотке и можно было накопать компромат на Абрамовича, но у нас в стране было и есть крайне много других проблемных регионов, где хищения очевидны. Поэтому совершенно непонятно, зачем было трогать Чукотку, на которой только начала налаживаться нормальная жизнь. Видимо, дело не в последнюю очередь было связано и с личным отношением Степашина к Роману Аркадьевичу, хотя он не мог не знать о серьезной поддержке Абрамовича в Кремле. Поэтому к чему был весь этот цирк, неясно, а деньги налогоплательщиков в очередной раз были потрачены впустую.

Было и еще кое–что. По результатам проверки Чукотский АО был объявлен банкротом, долги его превышали собственные доходы в 2,4 раза. Но долги ведь достались в наследство Абрамовичу от прежних руководителей, и в 2001 году финансовое положение на Чукотке было гораздо хуже по сравнению с 2003 годом, но об этом как–то умолчали.

«Он хороший парень, но ему не стоит продолжать занимать пост губернатора Чукотки. Не надо ставить эксперименты над регионом и людьми», – именно так прокомментировал результаты проверки Сергей Степашин.

Многие тогда высказывали предположение, что эти проклятия в адрес Абрамовича сыпались со стороны Степашина потому, что в свое время, когда он был премьером, ему не дали сформировать свой кабинет министров, так как все должны были пройти собеседование у Абрамовича. Корень зла скорее в этом, а не в заботе Степашина о народе. Вскоре, возможно, что и с подачи Степашина, дотирование округа было урезано. Как обычно, инициатива оказалась наказуема, и лучше было ничего не делать и оставить Чукотку в том виде, в котором она находилась, чем пытаться что–то там налаживать. Неудивительно, что жители Чукотки после проверок Счетной палаты стали цепляться за своего губернатора еще сильнее, никто из них не хотел вновь остаться без денег, света и тепла.

СТЕПАШИН ПОСЛЕДОВАТЕЛЕН: ВСЕ, ЗА ЧТО ОН БЕРЕТСЯ, ОН УНИЧТОЖАЕТ, РАЗРУШАЕТ И ДОВОДИТ ДО СОСТОЯНИЯ ХАОСА. ТАК БЫЛО И ПРИ ВВОДЕ ВОЙСК В ЧЕЧНЮ; И В ЗАХВАЧЕННОМ ТЕРРОРИСТАМИ БУДЕННОВСКЕ; ТАК БЫЛО В 1999 ГОДУ, КОГДА ПО ПРИЧИНЕ ЕГО ТРУСОСТИ РОССИЯ ЕДВА НЕ ЛИШИЛАСЬ В ОДНОЧАСЬЕ ДАГЕСТАНА И КАВКАЗА. И ЕЩЕ НЕИЗВЕСТНО, В КАКОЙ БЫ МЫ СЕЙЧАС ЖИЛИ СТРАНЕ, ЕСЛИ БЫ ЕГО НЕ ОТОДВИНУЛИ ОТ ВЛАСТИ. НО С АБРАМОВИЧЕМ У НЕГО ПОЛУЧИЛСЯ ОБЛОМ. ЭТО ДОСТИЖЕНИЕ РОМАНА.

К концу первого срока губернаторства у Абрамовича в связи с Чукоткой возникла крайне противоречивая ситуация. Как бизнесмен, он разочаровался в своем проекте, признавая, что ему не удалось решить до конца ни одной поставленной задачи, а расписанные изначально сроки оказались непродуманными и нереализуемыми, и вообще все оказалось сложнее. Никто из команды Абрамовича не хотел тогда продолжать проект «Чукотка». Вот что говорил по этому поводу член его команды, работающей на Чукотке: «Все уже устали от этого проекта, да и сам он устал.

Не получилось сломать потребительскую психологию чукчей, никому не нужен этот северный завоз, ехать на Чукотку и тем более работать там никто не хочет, какие бы зарплаты ни были, нефти там не нашли, в общем, смысла тратить силы больше нет». Конечно, Роман Аркадьевич говорил в кругу близких, что уж очень планка была задана высокая, никто до него не делал столько для этого края. Также Абрамович признал, что претворению в жизнь всех планов относительно Чукотки помешали неучтенные заранее факторы – пьянство, невежество, воровство и пофигизм местных жителей. За первый губернаторский срок в Чукотку было вложено более миллиарда долларов, множество сил и времени, а отдачи по меркам Абрамовича было недостаточно. С другой стороны, он понимал, что нужен этой земле, и хоть не все задуманное осуществилось, на тот момент не было ни одного человека, который лучше бы знал все нужды края и пути их решения. С третьей стороны, была еще и федеральная власть, преимущественно в лице президента Путина, которая не хотела оставлять Чукотку без Абрамовича: при его губернаторстве регион невиданно преобразился, уровень заявлен высокий, а как его поддерживать, не предложено. Ибо Абрамович не успел воспитать на Чукотке преемника, а члены его команды уехали бы сразу после сложения им своих полномочий. Для них это всего лишь работа, и всех их ждут семьи. Логичным завершением всей этой истории было продление губернаторских полномочий Абрамовича, хотя он сам был категорически против и не раз это повторял: «Прежде всего, это слишком дорого, даже для меня. Во–вторых, эта работа мне уже не так интересна, как раньше. И у меня еще есть семья и дети, о которых мне нужно заботиться». Однако желание Абрамовича устраниться от проекта не встретило тогда поддержки в Кремле, и Абрамовичу еще предстояло многое сделать, чтобы его освободили от этого благотворительного проекта. «Раз уж начал, надо до какого–то момента доделать, – объяснял Роман Аркадьевич, почему остался на Чукотке. – Сейчас уже не так тяжело, вначале было трудно, ничего не клеилось, за что ни возьмешься, ничего не клеилось. За что ни возьмешься, все разрушено».

НАДО УМЕТЬ СМИРЯТЬСЯ С ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМИ, ВИДЯ КОНЕЧНУЮ ЦЕЛЬ.

Одним словом, чукотские депутаты проголосовали за выдвинутую Кремлем кандидатуру на пост губернатора единогласно, после чего телеграммы с поздравлениями Абрамовичу прислали президент Владимир Путин и председатель Счетной палаты Сергей Степашин.

На следующий день российские газеты вышли с заголовками вроде: «Он поступил с Чукоткой как порядочный человек». Абрамович со своим губернаторством попал в своеобразную ловушку: его там уже ничего не держало, но пришлось работать и дальше. «Абрамович с Чукоткой всерьез и надолго» – так утверждалось на его агитационных плакатах во время выборов в депутаты ГД в 2000 году. Знал бы он, насколько пророческими окажутся эти заявления…

В том же 2005 году на сайте chukotken.ru был проведен опрос, где задавался всего один вопрос: «Кто для вас Абрамович?» Вторым по популярности после ответа «губернатор» (29,3%) стал ответ «бог» (19,6%). Не случайно в краеведческом музее Анадыря хранится моржовый клык с изображением Абрамовича в окружении чукчей. До него такой чести удостаивался только Ленин, который изображен в такой же мизансцене на другом клыке.

Вообще же феномен Абрамовича и раньше менял многие представления, взгляды и тенденции в разных областях. С его приходом и работой в качестве губернатора в России изменились и взгляды на то, как надо руководить регионами.

Возможно, даже стало казаться, что лучший губернатор – это богатый успешный бизнесмен, ведь он уже смог достичь высот в бизнесе, а значит – грамотный управленец. Скорее всего, не будет воровать, а может, даже и часть собственных средств вложит в регион.

Собственно, кроме Абрамовича, можно привести всего несколько примеров, когда выборы на второй губернаторский срок не вызывали сложностей, обычно губернаторам крайне трудно переизбраться. За богатых претендентов стали голосовать даже те, кто не прочь разоблачить «грабителей России». Однако дальнейшая судьба Чукотки и ее выживание при отсутствии денег Абрамовича, возможно, сменит обозначенную тенденцию.

Главный денежный ручеек в бюджет Чукотки все более истощался: сначала в 2003 году отменили налоговые льготы, которые тратились на социальные объекты, затем была прекращена деятельность «Сибнефти», проданной «Газпрому», и налоговых поступлений от этой компании в регион больше не стало.

Поговаривают, что Абрамович пошел на второй губернаторский срок только при условии, что увеличится господдержка региона, ведь он и так вкладывал в развитие региона немалые собственные средства, но полностью финансировать его был не готов. Государство действительно стало выделять на Чукотку денег больше обычного, однако их все равно было недостаточно для поддержания заявленного, хотя и достаточно скромного уровня жизни. Условия в крае таковы, что для поддержания элементарного жизнеобеспечения требуется много денег.

О дальнейшем интенсивном развитии региона с таким финансированием вообще говорить не приходилось. Абрамович все больше тяготился своим губернаторством, несколько раз подавал прошения о досрочном снятии с себя полномочий, но ему всякий раз отказывали.

УХОДИТЬ НУЖНО НЕ ТОГДА, КОГДА ХОЧЕШЬ, А КОГДА МОЖЕШЬ.

Наверное, в свете всего изложенного было логичным то, что предложил Абрамович далее. Он предложил ускорить программу переселения жителей на материк. Предлагалось оставить лишь коренных жителей Чукотки, не мыслящих своей жизни без этого края, где прожили жизнь несколько поколений их предков, а также тех, кто действительно хотел остаться на Чукотке, обслуживать туристов или работать на пищевых предприятиях.

Так выглядели планы превращения Чукотки в Национальный парк. Тысяч на тридцать жителей хватило бы федеральных поступлений и доходов от туризма, большее количество людей Чукотке пока не требовалось.

Предложение Абрамовича по интенсивному переселению жителей Чукотки вызвало бурю негодования в федеральном центре, даже на самом верху, на губернатора посыпались обвинения в том, что он просто хочет избавиться от своих подопечных, причем грубейшим способом.

Ему предложили поискать другие пути развития региона. Возможно, сработал еще один момент: Аляска, считающаяся своего рода родственницей Чукотки, представляет собой процветающий край, и было бы крайне желательно показать, что мы тоже можем так, как Америка, превратить вечную мерзлоту в комфортное место. Однако между нами есть разница: на Аляске найдена большая нефть, причем доходы от ее продажи на 90% остаются в штате, а на Чукотке пока нет ни нефти, ни административного ресурса в виде нужных законов и участия государства.

Переселение народа на материк, конечно, продолжилось, но переселяли в основном лишь инвалидов и стариков, которым в суровом климате жить крайне тяжело. Всю организацию переезда брало на себя правительство Чукотки: за счет бюджета покупались квартиры в Воронеже, Курске, Омске и Калининграде, оплачивался билет и контейнер, а на материке переселенным назначались дополнительные выплаты для обустройства на новом месте.

Удивительный факт, но многие из тех, кто переехал, начинали высказывать свои многочисленные претензии властям Чукотки – то им квартира новая не нравилась, то скучно на новом месте. Быстро же люди привыкли к хорошему, уже забыли, как они жили еще совсем недавно! Абрамович и это терпел, продолжая выполнять свою миссию в регионе.

БЕССМЫСЛЕННО ЖДАТЬ БЛАГОДАРНОСТИ ОТ ЛЮДЕЙ.

За семь лет губернаторства Абрамовича в Чукотку было вложено около $2,5 млрд. Несомненно, какая–то часть инфраструктуры была заложена, и ожидается, что она начнет приносить дивиденды в 2009 году, но этого будет недостаточно.

К концу своего срока Абрамович выдвинул новый сценарий дальнейшего развития Чукотки: по расчетам администрации, вложив в Чукотку 106 млрд рублей (на тот момент около $5 млрд), можно сотворить в регионе экономическое чудо.

Случится оно за счет освоения и разработки месторождений золота, серебра, угля, нефти и газа. Однако без большого предварительного вложения средств в инфраструктуру Чукотки трудно обеспечить «предпродажную подготовку» месторождений. Ведь для того чтобы заинтересовать бизнесменов и заставить их принести свои деньги на Чукотку, для того чтобы они боролись за право проводить там геологоразведку и искать новые месторождения, государством должны быть предоставлены хорошие условия работы. В первую очередь это нормальные дороги, авиасообщение, энергетика, связь, жилая инфраструктура.

Абрамович работал все годы своего губернаторства именно в этом направлении, и начало было положено. Но нужно было расширять и углублять задел, и однажды он понял, что без серьезной господдержки не обойтись.

Тогдашнему российскому премьер–министру Михаилу Фрадкову в целом этот план понравился, однако он намекнул, что денег на него правительство не даст и для построения нужной инфраструктуры надо искать частных инвесторов. «Настраивайте коллектив, Роман Аркадьевич», – заявил премьер–министр на встрече, на что губернатор лишь промолчал, ему нечего было сказать.

К июлю 2008 года для Абрамовича сложилась благоприятная ситуация. Президент сменился, а с новым его связывало не столь многое, как с прежним. Кроме того, сборная России по футболу, которую спонсировал Абрамович, вышла в полуфинал чемпионата Европы, что было для России невообразимым прорывом.

Воспользовавшись моментом, когда все находились в состоянии эйфории от футбольных побед, Роман Аркадьевич подал очередное прошение освободить его от занимаемой должности, и президент Дмитрий Медведев его подписал. Так вновь проявилась удивительная способность Абрамовича использовать обстоятельства в свою пользу.

Впоследствии Роман Аркадьевич говорил, что недоволен своей работой на Чукотке, так как сделать можно было гораздо больше, а также считал провалом то, что ему не удалось убедить чукчей верить в себя. Они верили лишь в Абрамовича. Однако высшее руководство страны, напротив, результатами работы губернатора Абрамовича было довольно, он даже удостаивался многочисленных похвал относительно своей работы, проделанной на Чукотке.

Еще бы, цифры были впечатляющими: за семь лет губернаторства валовой региональный продукт увеличился в три с половиной раза, средняя зарплата в регионе достигла 36 355 рублей, а пенсия – 7577 рублей, то есть совокупные доходы населения выросли в четыре раза. За время губернаторства Абрамовича количество безработных в округе снизилось вдвое.

Доходы чукотского бюджета выросли в 7,3 раза, достигнув 12,2 млрд рублей, при этом рост преступлений сократился более чем на треть, количество сдаваемого жилья выросло в восемь раз. Интересно, что проводившаяся в 2007 году налоговая амнистия вывела Чукотку на второе место в России по легализованным доходам с суммой в 4,35 млрд рублей (больше только в Москве, но с немалым отрывом – 16,3 млрд легализованных рублей). Разумеется, во многом это произошло стараниями Абрамовича и его команды, но ведь налоги с этих доходов остались в чукотском бюджете.

В 2001 году Роман Абрамович даже ввел пятилетний мораторий на забой оленей, вследствие чего к 2007 году их поголовье выросло на 64% – с 99 тыс. до 162 тыс.

Есть, конечно, еще один результат, неочевидный, – это несколько десятков тысяч преданных ему людей, поверивших в него. Как сказал один из жителей, «подсевших на Абрамовича».

Вот как о причинах этой преданности говорит депутат Думы Чукотского автономного округа Галина Степанова: «Сейчас он уже, конечно, другой человек, он и говорит по–другому, и, наверное, воспринимает все происходящее на Чукотке не так остро, как в первые годы. Он часто проводит у нас праздники, фестивали. Вся Чукотка болеет за „Челси“, а для самых талантливых детей из спортивных секций Роман Аркадьевич организует рейсы в Англию: они проводят там неделю, общаются с игроками „Челси“. Он бывает у нас так часто, как того требует необходимость: какие–то вопросы он ведь может решить и из Москвы. Приезжает всегда вовремя, он очень пунктуальный. Часто пешком ходит по улицам, заходит в магазины, в квартиры местных жителей. Его все приглашают, угощают, и он никогда не отказывается. Он может на улице подойти к простому жителю, спросить: „Как настроение, какие проблемы?“ Очень любит общаться с детьми. И охраны я тут вокруг него никогда не видела. Не знаю, как он ходит там у вас, в Москве, – у нас он ходит просто с представителем руководства города. Вообще такого ажиотажа, который проявляют к Роману Аркадьевичу, скажем так, центральные районы страны, у нас на Чукотке нет. Он идет себе по улице, все с ним здороваются, улыбаются, спрашивают: „Роман Аркадьевич, что у нас новенького?“ Он отвечает и всегда улыбается в ответ, он вообще часто улыбается, и улыбка ему к лицу».

Что правда, то правда, стоит лишь посмотреть на обложку этой книги.

ВЫХОДИТЬ ИЗ ПРОЕКТА НАДО КРАСИВО, РАСПЛАЧИВАЯСЬ ПО ВСЕМ СЧЕТАМ.

После принятия новым президентом России Дмитрием Медведевым досрочной отставки Абрамовича Дума и многие жители Чукотки впали в некоторый анабиоз. Они не понимали, как будут жить без Романа Аркадьевича.

Многие, говорят, плакали, в некоторых поселках началась паника, и люди стали скупать в местных магазинах продукты питания, ведь регулярное снабжение полуострова продуктами – заслуга Абрамовича. На форумах Чукотки можно было встретить подобные записи: «Главное, чтобы Чукотка не вернулась обратно туда, где была восемь лет назад», «Большего, наверное, чем Роман и его команда, для нас никогда и никто не делал. Надо помнить, развивать, приумножать», «Очень и очень жаль, что Роман Аркадьевич ушел. Никто не знает, что будет дальше, но огромнейшее спасибо. Он навсегда вошел в историю ЧАО».

Спустя непродолжительное время жители и депутаты Чукотской Думы написали Абрамовичу петицию, в которой просили его вернуться в регион хотя бы в статусе председателя Думы. «Мы понимаем, что Вы не имеете возможности постоянно присутствовать в округе, однако должность председателя Думы этого и не требует», – указывалось в прошении. Абрамович подумал и вернулся. В конце концов, ответственный за округ уже назначен, а если жителям Чукотки станет легче оттого, что Абрамович будет там председателем Думы, то он не против. Согласившись на эту должность, Абрамович, как всегда, остался в выигрыше. Во–первых, его перестали считать человеком, бросившим чукчей на произвол судьбы. Во–вторых, имея официальную должность в России, он как бы находится в стране и не считается эмигрантом.

Жители Чукотки предложили назвать в честь бывшего губернатора Абрамовича улицу или даже город. Всех бы губернаторов так провожали. Ведь после Романа Аркадьевича на Чукотке остались и хорошие новые дома, и инфраструктура, и дороги, и современные школы с больницами, и даже какие–то соображения, как можно самим зарабатывать деньги и жить дальше. Значительная часть российских регионов не имеет и этой необходимой малости.

НЕ ИЩИ СЛАВЫ, ОНА САМА ТЕБЯ НАЙДЕТ.

Новый губернатор Чукотки Роман Копин, назначенный после принятия досрочной отставки Романа Абрамовича в июле 2008 года, ранее руководил отдельным районом Чукотки, как говорится, прошел хорошую обкатку на местах. Однако работать ему придется в совершенно иных условиях, связанных со значительным урезанием финансовых средств, а также с обязанностью исполнять разработанные амбициозные планы развития региона, для исполнения которых требуется найти инвесторов, желающих вложить в край немыслимые средства. Хотя Абрамович пообещал и впредь финансировать Чукотку, вряд ли это будут прежние суммы. Новому главе региона явно придется несладко. И уже приходится. Просьба нового губернатора о выделении 140 млрд рублей на развитие региона вызвала негодование министра экономического развития Эльвиры Набиуллиной, высказавшей пожелание обратиться к частному бизнесу с предложением оплатить большую часть инфраструктурных проектов ЧАО.

Вообще же новое руководство настроено оптимистично, может быть, даже излишне. И не только потому, что Чукотка – непредсказуемый край и еще покажет свой характер, а просто самонадеянность чиновников может сыграть с ними злую шутку.

Но прежде всего потому, что жители Чукотки, познавшие при Абрамовиче хорошую жизнь, кажется, не научились серьезно трудиться. Они, как и раньше, ловят рыбу, охотятся на китов и пасут оленей. Но даже строить дома, не говоря уже о более серьезных вещах, приходилось приглашать иностранцев, так как жители Чукотки не умеют работать так, как иностранные специалисты. И не нужны им золото, нефть и газ – они хотят просто жить в тепле, сытости и комфорте и считают, что о том, как всем этим можно их обеспечить, пусть думает губернатор. Что представляют собой коренные жители Чукотки, иллюстрирует следующий эпизод: однажды одного чукчу взяли работать на бензоколонку, он два дня поработал, а на третий ушел смотреть на залив.

ЧТОБЫ ОКАЗАТЬСЯ В РЯДАХ СИЛЬНЫХ МИРА СЕГО, ВАС НЕ ДОЛЖНЫ ПУГАТЬ НИ ОГРОМНЫЙ ОБЪЕМ РАБОТЫ, НИ ТО, ЧТО РЕЗУЛЬТАТ ЗАЧАСТУЮ НЕПРЕДСКАЗУЕМ.

ГЛАВА 4. КОНФОРМИСТ.

ВОТ УЖЕ ТРИ ПРЕЗИДЕНТА СМЕНИЛИ ДРУГ ДРУГА, А РОМАН АБРАМОВИЧ ВСЕ ТАК ЖЕ ПРИ СВОИХ КАПИТАЛАХ И БЕЗ ВИДИМЫХ ПРОБЛЕМ С ЗАКОНОМ. САМО СОБОЙ, НЕЛЬЗЯ СПИСЫВАТЬ СО СЧЕТОВ ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ НАШЕЙ ВЛАСТИ, ОДНАКО НЕ ВСЕ КРУПНЫЕ БИЗНЕСМЕНЫ ВЫДЕРЖАЛИ ДАЖЕ ЧАСТЬ ЭТОГО НЕСКОНЧАЕМОГО МАРАФОНА.

Одной из основных причин восхождения Абрамовича принято считать его «правильное» отношение с властями предержащими. Вначале это был Ельцин и его окружение, при котором приближенные олигархи могли позволить себе все или почти все, имея возможность даже выбирать удобных себе министров и чиновников.

В ту пору главным для Абрамовича было войти в окружение президента и утвердиться. Потом был Путин и его команда. Кремлевские правила несколько изменились по сравнению с эпохой больного Ельцина, но и Абрамович вовремя согласился с переменами, за что был высоко оценен. В период Медведева все пока без изменений, правила игры остались прежними, при этом Абрамовича уже связывает с Россией все меньше проектов и дел. Даже глобальные смены настроения во власти ему теперь не столь страшны, как это было еще несколько лет назад, ведь запасной аэродром уже подготовлен. Мало того, по некоторым признакам можно полагать, что Абрамович желает скинуть с себя груз «олигарха, наименее равноудаленного от власти», и начать относительно свободную жизнь.

ТОЛЕРАНТНОСТЬ И УГОДЛИВОСТЬ – ЭТО СОВЕРШЕННО РАЗНЫЕ ВЕЩИ.

Вертикальный взлет Абрамовича по карьерной лестнице начался со знакомства его с Березовским в 1995 году. Последний в то время был близок к ельцинскому окружению, в котором особая роль отводилась младшей дочери президента Татьяне Дьяченко и главе президентской администрации Валентину Юмашеву (в свое время написал «Записки президента» Бориса Ельцина, и это сблизило их настолько, что он стал Борису Николаевичу почти сыном). На тот момент им приписывались почти безграничные возможности в политике. Березовский же наряду с другими олигархами имел тогда некоторое влияние на окружение президента. В конце концов, ведь именно олигархи и привели Ельцина на второй срок президентства, за что требовали поощрений и часто их получали. Вообще же справедливости ради стоит вспомнить, что Борис Ельцин был принципиальным человеком в отношении денег. Даже когда многие его влиятельные министры, уже не стесняясь, выставляли напоказ свои незаконно нажитые дикой приватизацией сокровища, Борис Николаевич все еще продолжал жить на честно заработанное и считать каждую сотню долларов.

По причине вечной занятости и неумения запомнить и осуществить все задуманные дела в один прекрасный день Березовский допустил большую ошибку: познакомил Дьяченко и Юмашева со своим младшим партнером Абрамовичем, которому в то время безоговорочно доверял и на которого спихивал все «рутинные» дела.

Одним из таких дел стало обеспечение безопасности Юмашева, когда ему начали звонить и угрожать, и он не на шутку испугался за свою жизнь. Собственно, для Абрамовича не было невыполнимых задач, и он тут же принялся за дело, нашел Юмашеву бронированную машину, приставил солидную охрану. Юмашев по достоинству оценил тогда старания молодого Романа, и то был первый жирный плюс, поставленный им Абрамовичу. Абрамович тогда уже получил в свое распоряжение «Сибнефть», и в его руках были солидные денежные поступления, позволявшие обеспечивать своих новых покровителей всем необходимым в повседневной жизни, в том числе и недвижимостью. Бесспорно, эти люди нужны были Абрамовичу для его дальнейшей деятельности, направленной на пополнение своего благосостояния, нужны были их связи и влияние.

Удивительно, что при любом раскладе он был мастером устанавливать, наряду с партнерскими, и простые человеческие отношения. В итоге Абрамович, Юмашев и Дьяченко реально подружились, ездили друг к другу в гости, на дачу, на шашлыки.

Произошло это плавно, постепенно, шаг за шагом. Дружба оказалась судьбоносной.

МНОГОЕ В ЖИЗНИ УПРОЩАЕТСЯ, ЕСЛИ ИМЕТЬ С НУЖНЫМИ ЛЮДЬМИ ПРОСТЫЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ.

Уже к 1998 году Абрамович настолько уверенно почувствовал себя во властной тусовке, что решил постепенно избавляться от влияния старшего партнера Березовского.

Не исключено, что к тому времени Дьяченко и Юмашеву приходила в голову мысль, зачем им нужен вечно суетящийся, скандальный Березовский, когда есть организованный, все всегда успевающий Абрамович? К тому же он лишен тщеславия, чем выгодно отличается от Березовского. Со всеми интересующими Дьяченко и Юмашева делами Роман Аркадьевич справлялся прекрасно, и при этом он был гораздо более надежен, а Березовский – сварлив и многое о себе мнил, имел привычку одновременно гнаться за десятью зайцами (см. главу 2). А еще Абрамович отлично разбирался в финансах, знал, куда правильно вложить деньги, чтобы они работали. Березовский так не мог, у него был талант иного рода.

К тому моменту Абрамовичу удалось построить финансовую схему, при которой все экспортные потоки «Сибнефти» замыкались на одной компании – Runicom, что позволяло экономить на налогах и вообще обеспечить стабильные большие денежные поступления.

Конечно, все это было бы невозможно без дружбы Абрамовича с фактическими правителями, но и свои секреты у него имелись. Он знал подход к людям, надо было просто уметь предугадывать их желания. «Рома – блестящий психолог и обладает фантастическим умением просчитать, что именно в данный момент времени требуется руководящему лицу, – рассказывал один его хороший знакомый. – Если начальник проснется в три часа ночи от сильной жажды, то в три часа две минуты Абрамович будет стоять у двери со стаканом воды!» А еще Абрамович становился все ближе к Кремлю. Все персоны, так или иначе влияющие на деятельность «Сибнефти» – министр путей сообщения, министр топлива и энергетики, министр природных ресурсов и прочие и прочие, – становились «своими» людьми. По одной из версий, к 1999 году Абрамович даже негласно занимался подбором будущих министров и высоких чинов, настолько все верили в его аналитические способности.

Вообще же талант Абрамовича выстраивать простые дружеские отношения даже, казалось бы, в самых сложных случаях сыграл значимую роль в его карьере. Абрамович умел и умеет самые сложные и невообразимо запутанные дела решить просто и ко всеобщему довольству. Где надо, он умеет хорошо поделиться, где надо – промолчать. По некоторым данным, Абрамович до сих пор продолжает встречаться с Юмашевым и его женой Татьяной Дьяченко, которые, кстати, перебрались в Лондон. И никто ни к кому не имеет никаких претензий, несмотря на бурное общее прошлое.

Еще одна особенность Романа Аркадьевича, которая, несомненно, помогала ему и о которой будет сказано еще немало слов, заключается в том, что он никогда не пытался лезть в политику, в смысле «поруководить страной». Политика интересовала его лишь как средство достижения благосостояния, и не больше.

Впрочем, попав тогда, в конце 90–х, в известное окружение, в водоворот политических интриг, Абрамович не мог пройти совсем уж мимо и занимался политическими вопросами постольку, поскольку этого требовали дела и просьбы его товарищей, полагающихся на мнение Романа.

УЧИТЕСЬ ПРЕДУГАДЫВАТЬ, ЧТО НА ДАННЫЙ МОМЕНТ НУЖНО ТОМУ ИЛИ ИНОМУ ЧЕЛОВЕКУ, И ВАМ ВОЗДАСТСЯ.

Отношения олигархов и власти в новой России развивались примерно по следующему сценарию. В период первоначального накопления капитала, то есть в начале 1990–х годов, в эпоху «дележки», будущие олигархи вели себя скромно и тихо, ходили вокруг высшего чиновничества буквально на цыпочках. Впоследствии, разбогатев, некоторые пошли вразнос.

Согласно одной из легенд, медиамагнат Владимир Гусинский в 1999 году заявлял в то время еще премьеру Путину: «Ты никто, но я могу тебя сделать всем!».

А Березовский громогласно утверждал, что управлять страной должен состоящий из бизнесменов «совет корпорации России», а также позволял себе открыто говорить, что будет править вместе с Путиным. Как оказалось впоследствии, недолго им оставалось находиться в России с такими взглядами. Если бы у Абрамовича тогда тоже «поехала крыша» от успеха и денег и он начал бы себя вести дерзко, как некоторые его коллеги, при новой власти он бы не удержался на плаву. Но никакие богатства никогда не лишали Абрамовича трезвости мысли, он всегда четко осознавал свое место и знал, что ему позволено, а что нет. Не исключено также, что он предвидел, как с переменой власти несколько поменяются и правила.

Роману суждено было стать олигархом «наименее равноудаленным» от власти, и это даровало большие возможности и позволило многого достичь. Получилось так, что «Сибнефть» стала только началом большого пути, в конце которого были десятки миллиардов долларов. Воистину скромность красит человека.

Роман Аркадьевич вообще предпочитал, чтобы о нем никто не знал и разговоров было поменьше. Его имя всплыло в прессе в первый раз только в 1998 году, когда обиженный экс–глава службы охраны президента Коржаков заявил прессе, что Абрамович, а не Березовский является казначеем «семьи». Тогда для публикации не нашлось ни единой фотографии Романа Аркадьевича, и журналисты еще долго удивлялись, как ему удавалось так долго скрываться от их глаз. Правда, с тех пор камеры следовали за ним неотступно, освещая каждый шаг. Кстати, начав участвовать во многих компаниях и скупать доли в них, Абрамович всегда обходил стороной рынок СМИ. Как показало время, это было грамотное решение. Сознательно ли он так поступал или нет, но многие его коллеги, имеющие влияние на телевидение или на общероссийскую прессу, оказались изгнанными: в их руках были сильные инструменты формирования общественного мнения, и они не смогли выдержать искушения использовать эти инструменты в своих интересах. Однако позже, уже после изгнания Березовского из России, Абрамович все–таки окажется втянутым и в медийный бизнес, но не в качестве его владельца, а в качестве откупщика. Речь идет о вытягивании из Березовского его 49% акций ОРТ. Но об этом ниже.

СКРОМНОСТЬ КРАСИТ ЧЕЛОВЕКА. НАДО ОСОЗНАВАТЬ СВОЕ МЕСТО, ЗНАТЬ, ЧТО В ВАШЕМ ПОЛОЖЕНИИ ПОЗВОЛЕНО, А ЧТО НЕТ.

С Путиным Абрамович был знаком еще до того, как тот стал президентом, и в свое время здорово его поддержал в качестве ельцинского преемника, поэтому и выстроить отношения с новым президентом не представлялось делом архисложным. Еще во время пребывания в премьерском кресле Путин был завсегдатаем дачи шефа «Сибнефти», где в постоянных гостях числились, разумеется, и Юмашев с Дьяченко.

Мало того, по некоторым сведениям, Абрамович и Березовский активно способствовали приходу к власти президента Путина, ведь в то время за Березовским было такое мощное средство воздействия, как первая кнопка федерального телеканала (ОРТ, сегодня – «Первый канал»). Это средство, как мы помним, широко использовалось и для второго президентского срока Ельцина. Кроме того, известно, что Абрамович организовал и финансировал партию «Единство», которая одержала на выборах в Думу убедительную победу. Однако если Березовский был уверен в своей непоколебимости и всемогуществе, то Абрамович вел себя с Владимиром Владимировичем предельно корректно и подчеркнуто делал лишь то, что требовалось. Затем, когда Путин объявил о «равноудалении олигархов и власти», Абрамович стал держаться поодаль, и это не стало для него проблемой. На высокие посты он никогда и не претендовал, установить в России какой–либо строй в его планы не входило, ему хотелось лишь оставаться при своих деньгах. Поэтому Абрамович никогда, ни разу за время правления Путина ничего не высказывал против действующей власти. В своих немногочисленных интервью западной прессе на вопросы об отсутствии демократии в России Абрамович отвечал, что не считает, что при Путине страна стала менее свободной.

Он также поддержал и решение президента относительно отмены прямых выборов губернаторов, за что Владимир Владимирович подвергался жестким нападкам в иностранной прессе. «Это менее демократично, но так легче принимать решения и заниматься делом, – отмечал Абрамович. – Вы не тратите время на пустые разговоры». Это лишь несколько примеров, на самом деле согласие Абрамович выражал полное и во всем. Не исключено, что в некоторых случаях ему приходилось и кривить душой, но наверняка по большей части он был искренен.

И уж кому как не Абрамовичу было рассчитывать на лояльность со стороны верхушки власти: не в свои дела не лез, где просили – помогал. Действительно, вначале все было абсолютно спокойно, как в старые добрые ельцинские времена.

Однако через некоторое время в офисе «Сибнефти» начались налоговые проверки. Обнаруживались, вполне стандартно, недостачи налогов и нарушения в работе с экспортными потоками, и хотя все это в итоге ничем не заканчивалось, удавалось договориться или замять все разногласия, но все же то были игры с огнем.

Даже самый лояльный власти олигарх не мог не задумываться, что вдруг однажды что–нибудь в системе не сработает и делу дадут полный ход. Над Абрамовичем тогда постоянно висел дамоклов меч, не дающий расслабиться, и не исключено, что именно это стало использоваться для влияния на него. Власть в России явно стала диктовать свои условия. В свое время Абрамовичу даже пришлось побывать в роли «государева откупщика», когда его начали использовать в нужных государству делах. В частности, это касается ОРТ и, возможно, ЮКОСа, хотя в роли Абрамовича в судьбе последней компании много неясного.

Впрочем, на определенном уровне, конечно, не до выбора: или соглашайся на то, что велят, или становись опальным или даже уголовно преследуемым олигархом. Но не для того Абрамович строил свою империю, чтобы вот так все разрушить, и, следовательно, нужно было делать то, что подразумевал принцип пресловутой «лояльности власти».

ЕСЛИ ВЫБРАНА СТРАТЕГИЯ ПОДДЕРЖКИ ОПРЕДЕЛЕННОГО КУРСА, НАДО ЕЕ ПРИДЕРЖИВАТЬСЯ ПРИ ЛЮБЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ.

В смутные 90–е годы 49% акций ОРТ достались Березовскому. Однако не могло же новое правительство оставить этот стратегически важный объект в сомнительных руках…

Абрамовичу было поручено вернуть акции ОРТ в руки государства. Роман Аркадьевич свою миссию исполнил, пошел на контакт с уже беглым к тому времени Березовским и выкупил акции за $150 млн. Впоследствии Березовский говорил, что на него надавили, сказав, что иначе и так все отнимут, а еще взамен акций пообещали выпустить из тюрьмы его товарища Николая Глушкова, однако обещание не сдержали.

Все вернулось на круги своя. Раньше Березовский сам действовал подобными методами, теперь же, оказавшись в шкуре своих бывших жертв, начал громогласно возмущаться и грозить судебными исками. Вдобавок его возмутило, и не могло не возмутить, что посредником в этой сделке был Роман Абрамович, которому он тогда еще верил, но тот, как оказалось, уже действовал против своего старшего партнера. Был ли у Абрамовича выбор и пришлось ли ему этими своими действиями совершать неприемлемые для себя поступки либо же он давно хотел поквитаться со своим «учителем», можно лишь догадываться. Оказавшись в руках Абрамовича, некоторое время спустя эти акции ОРТ перешли к «Сбербанку», то есть фактически к государству. Говорят, что буквально на следующий день после передачи акций Абрамович был на аудиенции у Путина и вышел из кабинета расслабленным и довольным.

Считается ли это совпадением или нет, но вскоре после передачи акций ОРТ Абрамович получил доступ к экспортным потокам государственной «Славнефти». Нефть, добываемая этой компанией, отныне шла на экспорт исключительно через Runicom Абрамовича. Через некоторое время состоялся и аукцион по продаже 75% акций «Славнефти», которую, как мы помним, Абрамович получил на паях с ТНК практически по бросовой цене. Однажды на прямой вопрос журналистов менеджерам компании «Славнефть», за что Абрамовичу достался такой выгодный контракт, был получен ответ: «Каждая компания, в том числе и государственная, должна пользоваться услугами нефтетрейдера. А Runicom – это рыночная компания с хорошими результатами, и почему бы „Славнефти“ с ней не работать?!» Никто и не затруднял себя какими–то там объяснениями с общественностью… Разумеется, по деньгам это была несопоставимая сделка, Абрамович выиграл в разы больше, чем потратил на выкуп ОРТ. В год прибыль от экспорта «Славнефти» оценивалась в $700 млн, а по мере роста цен на нефть становилась все больше, но ценность такого стратегического объекта, как всероссийское телевидение, не измеряется лишь в деньгах. И кто же еще, кроме Романа Аркадьевича, смог бы так быстро и почти безболезненно вытянуть этот актив из Березовского? Вот и подарок за это Абрамович получил достойный.

ЗА ЛОЯЛЬНОСТЬ ВЛАСТЯМ НАЗНАЧАЙ ДОСТОЙНУЮ ЦЕНУ.

Совсем иначе по масштабам и шуму выглядел следующий проект Кремля по изыманию объекта в государственные руки. Это, конечно, дело ЮКОСа.

Был ли Абрамович с самого начала привлечен к делу по отбору этой компании у ее владельца либо был задействован позже, когда все уже началось, история умалчивает. Сомнительно, что Роман Аркадьевич с самого начала слияния с ЮКОСом вынашивал планы по посадке Ходорковского за решетку и потоплению его империи. Ведь обвинения, предъявленные владельцу ЮКОСа, крайне близки тем, что можно было предъявить и Абрамовичу. Вряд ли Роман Аркадьевич стал бы ходить по лезвию ножа.

Ситуация скорее похожа на то, что Абрамович оказался вовлеченным в эту историю, но не был ее инициатором. «Это тревожит не только меня, – говорил Абрамович, когда неприятности у ЮКОСа только начались. – Это тревожит рынок, когда компания теряет 11% капитализации за один день. Еще более тревожно, что я ничего не могу с этим поделать. Я не принадлежу к кремлевскому истеблишменту, хотя никто в это не верит».

Итак, после ареста Ходорковского и еще нескольких топ–менеджеров компании по обвинению в уклонении от уплаты налогов произошло то, чего менеджеры ЮКОСа никак не ожидали. Абрамович и его команда собрали оставшихся после «зачистки» акционеров ЮКОСа и предложили им передать управление объединенной компанией «ЮКОС–Сибнефть» (см. главу 2) в руки менеджеров «Сибнефти». Разумеется, предложение преподносилось так, что менеджеры «Сибнефти» хотят помочь ЮКОСу в сложной ситуации.

Удивительно, но предложение это прозвучало буквально на следующий день после встречи Абрамовича с президентом страны. В ЮКОСе были уверены, что оно имело прямую политическую подоплеку. Ходорковский через своего адвоката передал категорический отказ и таким образом дал государству повод для уничтожения компании. Если бы Ходорковский принял предложение Абрамовича, крупнейшая нефтяная компания была бы в руках «своего» человека, а если бы отказался, что он и сделал, то государство само бы развалило компанию, начав процедуру банкротства. План был беспроигрышный в любом случае. Как для государства, так и для Абрамовича, он тоже не проиграл в итоге. Но об этом ниже.

Есть основания предположить, что Абрамович – не исключено, что с подачи Путина, – дал Ходорковскому шанс поправить судьбу, но Карфаген все же был повержен.

Почему Абрамович был согласен управлять компанией, на которой висели огромные налоговые недостачи, ясно: в случае, если бы к руководству «ЮКОС–Сибнефти» приступил он, с этими претензиями как–нибудь бы разобрались. По–видимому, он был в этом уверен. Любопытно, что незадолго до этого Михаил Ходорковский говорил об Абрамовиче: «Я его редко вижу, он по большей части находится в Англии. Но у нас одинаковые представления о бизнесе».

ЕСЛИ УЖ НЕПРИЯТНОСТИ НАЧАЛИСЬ, НАДО ПОДУМАТЬ, КАК МОЖНО ИХ ИСПОЛЬЗОВАТЬ С МАКСИМАЛЬНОЙ ВЫГОДОЙ ДЛЯ СЕБЯ.

Почему было решено потопить Ходорковского? На то имелось несколько видимых причин, но не исключено, что были и невидимые. Объединившись с «Сибнефтью», Ходорковский создал бы одну из крупнейших нефтяных компаний мира и первую по величине в России, а затем перепродал бы ее иностранцам. При этом сам он не скрывал, что имеет виды и на президентское кресло. Обладая огромными деньгами и возможностями, он представлял бы реальную угрозу, что не могло понравиться Кремлю, у которого боязнь утратить власть слишком велика (читай – у нас не приветствуется конкуренция, как в политической сфере, так и в экономической).

В своем интервью, данном уже из мест заключения, Ходорковский скажет, что в окружении президента Путина есть группа влиятельных лиц, которая мешает развитию демократии в стране и хочет видеть общество якобы лучше устроенным. По его словам, если правоохранительные органы приобретут уверенность в том, что им все позволено, то страна будет развиваться по образцу латиноамериканских государств. Если же гражданское общество покажет, что умеет защищать себя, то возврат к тоталитаризму станет невозможным. «В президентской администрации и среди высшей бюрократии нашей страны есть люди, которые не хотят, чтобы в России были такие большие и независимые компании. Но ведь только так может вырасти гражданское общество, которым нельзя управлять как армейской колонной», – сказал г–н Ходорковский в том же интервью.

Да, у него были свои взгляды, но и у Абрамовича были свои, и в тот момент, поддерживая действующих правителей, последний оказался сильнее. А Ходорковский оказался против тех людей, которые считали, что незачем стране крепнущая оппозиция, хотя это, конечно, действительно философский вопрос, нужна ли она нам. Стоит взглянуть хотя бы на братскую Украину, чтобы представить, что у нас может случиться, будь в стране две крупные политические силы.

Что произошло после отказа Ходорковского отдать свою компанию в управление Абрамовичу, уже описано выше (см. главу 2). В конце 2003 года «Сибнефть» объявила о том, что расторгает сделку по слиянию. В мировой деловой практике «кидание» партнера как только у того начинаются неприятности, мягко говоря, не приветствуется. Так что позиция Абрамовича в той истории, конечно, явно незавидная, он подмочил свою деловую репутацию (разумеется, позиция Ходорковского еще менее завидная, но не о нем речь). Но был ли у него выбор? Кто–то, возможно, и пошел бы на конфронтацию, но Роман Аркадьевич по складу другой: меньше конфликтов, больше дел. А в тот же день, когда о расторжении сделки по слиянию «Сибнефти» и ЮКОСа было объявлено широкой общественности, замминистра МВД заявил: «У нас нет данных, что свои капиталы Абрамович нажил нечестным путем». Таким образом Романа Аркадьевича громогласно поощрили за то, что тот правильно себя повел. Кстати, покупка Абрамовичем «Челси» и его погружение в мир футбола в середине 2003 года здорово отвлекли внимание широкой общественности от всей этой мутной истории. Похоже, что приобретение «Челси», помимо целей, о которых будет идти речь ниже, было направлено на то, чтобы отвлечь, перебить факт участия, пусть и неочевидного, в судьбе ЮКОСа и Ходорковского.

КОНФОРМИЗМ – КАЧЕСТВО, КОНЕЧНО, СИЛЬНОЕ, НО СТЫДНОЕ, А ПОТОМУ ТРЕБУЮЩЕЕ ПРИКРЫТИЯ.

ЮКОС остался своего рода прецедентом, после которого историй подобного масштаба больше не было. Более того, последовало публичное заявление о том, что итоги приватизации пересматриваться не будут. Многие представители крупного бизнеса вздохнули тогда с облегчением.

«Разгромить десяток российских олигархов, отобрать у них весь бизнес – дело нехитрое, – рассуждал в тот момент один федеральный чиновник. – Народу точно понравится: если верить опросам, 77% россиян одобряют действия властей против ЮКОСа.

Одобряют, потому что не хотят думать. А думать пора, потому что разгром олигархов ударит по шкурным интересам миллионов россиян, которые лишатся прилично оплачиваемой работы». Да, тот, 2003 год был по–настоящему сложным в смысле взаимоотношений крупных бизнесменов и власти. Но в итоге все же удалось прийти к некоторому согласию. На знаменитом собрании представителей крупного бизнеса и власти 11 июля 2003 года президент Путин заявил, что общество, разбитое на мелкие группировки по интересам, не способно сплотиться для решения глобальных задач, а также фактически предложил разложить ответственность за происходящее в стране на ее политическую и экономическую верхушку. Ну и предостерег крупных бизнесменов от вмешательства в политику. Что же до Абрамовича, то он даже не был приглашен на знаменитый съезд, его лояльность власти была делом само собой разумеющимся. Он давно уже играл по требуемым правилам. Абрамович стал для Кремля своим человеком в крупном бизнесе, на которого в любой момент можно было рассчитывать, и от этого стал практически «неприкасаемым», по крайней мере в обозримом времени. Эта его особенность по возможности находить со всеми мирные и компромиссные решения сделала Абрамовича человеком незаменимым, он всегда держался «при дворе», чтобы в любой момент быть призванным на службу. Подобными людьми просто так не разбрасываются.

Стоит отметить также и тот факт, что Абрамович был бескомпромиссен по отношению только к тем партнерам, которые на тот момент были в оппозиции к действующей власти.

Обратите внимание, что речь идет только об оппозиционерах, а не о тех, кто был в немилости или ссоре с отдельными представителями власти. То есть он не был киллером и палачом, а был скорее «санитаром леса». С тем же Дерипаской они разошлись мирно и по обоюдному согласию. Это всего лишь очередная деталь, показывающая, что он никогда не шел против властных настроений, только лишь в ногу. Причем нельзя даже назвать его оголтелым лизоблюдом, нет, скорее всего, Абрамович настолько умен, что умеет делиться и смиряться.

ЕСТЬ ЭТИЧЕСКАЯ ГРАНЬ, КОТОРУЮ НЕЛЬЗЯ ПЕРЕХОДИТЬ, ЧТОБЫ НЕ ПРОСЛЫТЬ ДУШЕГУБОМ.

Объясним, почему Абрамович все равно в итоге не проиграл бы в той истории с ЮКОСом, несмотря даже на то, что ему не отдали компанию в управление. Это очередная иллюстрация, позволяющая судить, как тесно рука об руку шли тогда Абрамович и Кремль. Итак, за налоговой проверкой в «Сибнефти» образца 2004 года, о которой трубили все телеканалы, когда все уже мысленно поспешили упрятать Абрамовича за решетку, на самом деле было упущено одно обстоятельство: «Сибнефть» выиграла иск к Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (ФКЦБ) о признании недействительной дополнительной эмиссии акций ЮКОСа.

Благодаря этому решению суда контрольный пакет акций «Сибнефти» вернулся к Абрамовичу, а $3 млрд, полученные им от ЮКОСа за сделку, никто возвращать не торопился (о чем мы уже писали в главе 2).

Таким образом, налоговая проверка служила скорее отвлекающим маневром (осознанно или нет), чтобы поменьше говорили о возвращении «Сибнефти» к своему владельцу в целости и сохранности, да еще и с приличным бонусом. Вряд ли, конечно, те деньги достались Абрамовичу, скорее всего их пришлось отдать нужным людям.

Но, конечно, Абрамович не мог не думать о том, что, неровен час, и он может оказаться на месте Ходорковского. Его напрягала и постоянная вовлеченность в кремлевские интриги, да и врагов от этого становилось все больше (а на безопасности Абрамович просто помешан). К тому же от крупного бизнеса все чаще требовали отказаться от формально законных схем ухода от налогообложения. Абрамович начал тяготиться своим бизнесом в России. После истории с ЮКОСом он ускорил распродажу своего российского бизнеса, что также косвенно подтверждает последнее предположение. Разумеется, сам Роман не моргнув глазом утверждал и утверждает, что остается гражданином своей страны и строить свои дела будет исключительно на родине, заявляя при этом, что не собирается вести бизнес вне России, ведь здесь он провел большую часть жизни, и ему нравится в Москве. Относительно же президента Путина и его борьбы с неправедными олигархами он тогда говорил, что его устраивает внутренняя политика Владимира Владимировича, и отрицал наличие проблем с властями словами: «Я законопослушный гражданин». На вопрос о ЮКОСе и Ходорковском Абрамович в интервью ответил: «Теоретически со мной это тоже может произойти. Но я стараюсь этого избегать. Чтобы такие дела готовились против всех – это невозможно. Одного или другого могут время от времени „привлекать к ответственности“. Но не всех же сразу». Среди своих коллег и в прессе он тогда прослыл аккуратным инвестором, хорошо чувствующим, когда нужно уйти.

УМЕНИЕ ВОВРЕМЯ УЙТИ – ВЕЛИКИЙ ДАР.

Не стоит забывать, что, хотя мы и говорим об отстраненности Абрамовича от власти, он все же остается председателем Чукотской Думы (см. главу 3) и был депутатом Госдумы и губернатором Чукотки. Однако и то и другое происходило не совсем по его инициативе. Вначале его уговорил Березовский, приводя аргументы, что официальный государственный статус нужен, чтобы «заходить в Кремль с главного входа, а не с черного». Да и с точки зрения безопасности так было лучше, ведь уголовно преследовать госчиновника не каждый решится.

Кстати, один депутат, сидевший рядом с Абрамовичем в Госдуме, рассказывал: «Депутат–миллиардер был самым незаметным в нижней палате. Не выступал практически ни разу. Ни с кем не спорил. Скромно присутствовал, слушал, запоминал, анализировал, бесшумно покидал зал заседаний… » Вслед за депутатством было губернаторство, однако к реальной власти, то есть к политике как таковой, как призванию и назначению, это имеет мало отношения, ведь Абрамович не претендовал потом на какие–либо важные посты. А второй срок губернаторства – это вообще фактически благотворительный акт, случившийся под давлением президента страны.

Кстати, недавно, в конце 2008 года, далекий Чукотский край посетил новый президент Дмитрий Медведев. В поездке его сопровождал Роман Абрамович, несмотря на то что уже снял с себя губернаторские полномочия. На вопрос журналистов, в каком качестве он это делает, Роман Аркадьевич отвечал: «В качестве себя». Дмитрий Медведев много улыбался, поговаривая: «Роман Аркадьевич, вас опять все тут хвалят!», из чего можно сделать вывод, что преемственность Медведева состоит не только в продолжении курса России, намеченного Путиным, но и в поддержании аналогичных путинским отношений с дружественными Кремлю олигархами.

«Президент! Не обижай Абрамовича!» – донеслось однажды из толпы, сопровождающей Медведева в ходе его визита. Но в этом можно почти не сомневаться, все у Абрамовича будет хорошо, как говорится, лишь бы не было войны. Говорят, что последовать примеру Абрамовича и стать губернатором Камчатского края вознамерился Виктор Вексельберг. Однако превратить в тенденцию «казус Абрамовича», когда во главе региона становится крупный бизнесмен, правительство пока так и не решилось.

ЕСЛИ ТЕБЯ КОПИРУЮТ, ТВОЕМУ ПРИМЕРУ ХОТЯТ СЛЕДОВАТЬ – ЭТО ЛИ НЕ ПРИЗНАК БОЛЬШОГО УСПЕХА В ЖИЗНИ?

Одной из задач, к решению которых Путин призвал олигархов, была социальная ответственность крупного бизнеса. Собственно, Абрамович и до этого занимался социальными проектами (не считая, конечно, Чукотки), но после 2003 года усилил это направление. Вряд ли некоторые эпизоды той деятельности были чисто инициативой Романа, часть из них уж точно была сделана «под давлением» свыше. Однако благотворительность – это универсальный способ «задобрить» и власть, и народ одновременно, а заодно улучшить общественное мнение о своей персоне, да и для собственного самоутверждения этот способ неплох. Конечно, даже самые выдающиеся представители российского бизнеса еще не достигли в благотворительности уровня западных бизнесменов, однако у нас еще слишком коротка история больших состояний.

Надо отметить, что Абрамович верен себе и в роли филантропа, стремясь в этой деятельности к совершенству.

Например, он мог отнестись к выбору тренера для российской футбольной сборной спустя рукава, для галочки. Но Роман подошел к этому делу серьезно и со всей ответственностью. Он лично вел переговоры с Хиддинком о работе со сборной России. Фактически из кармана Романа Аркадьевича выплачивается зарплата главному тренеру сборной России Гусу Хиддинку.

Вот как об этом в своей книге «Моя жизнь» пишет Гус: «Мне позвонил Роман Абрамович. Вопрос был поставлен прямо: вы могли бы вдохнуть в российский футбол новую жизнь? Мы договорились встретиться в гостинице „Шератон–Схипхол“ в номере отеля. Для него это было просто – он прилетел на частном самолете из Лондона и мог назначить встречу в районе аэропорта „Схипхол“. Абрамович, хозяин „Челси“, начал разговор первым. Раньше я встречал его всего один раз – у него в клубе… Спокойный человек. Никакого стремления похвастаться чем–либо. Ничего вроде „посмотрите, насколько важно все то, что я собой представляю, что я имею и что я могу“. Даже совсем наоборот. Очень, очень спокойный человек. Естественно, это настораживает. Потому что в голове вертится мысль о том, что никто еще не был богаче него. И такому человеку вешаешь ярлык – он не может быть хорошим. Он должен быть подлым. Но ничего такого не видно, никаких драгоценностей или дорогих часов. Нет, обычные джинсы и обычные часы, даже скромнее, чем обычные. Разговор в аэропорту „Схипхол“ длится совсем недолго, минут сорок пять. Это был скорее обмен мыслями, и в определенный момент я сказал, что хотел. Это была очень приятная встреча. Роман сказал: „Вы это уже пару раз делали, и нам было бы очень приятно, если бы вы сделали это для нас еще раз“. При этом мне гарантировали, что все дела я могу взять на себя. Я больше слушал, чем говорил сам. Не могу сказать, что мне запомнилось в тот момент. Какое решение принял? Я прощупывал почву. В тот момент я не думал, что соглашусь на предложение из России. Новые дела быстро поглотили меня, было много работы. Но Абрамович продолжал настаивать. Он ценил то, что я собирался за это взяться. Вскоре мы снова встретились с ним и обо всем договорились. Выпили по чашечке кофе. Когда к нам подсел директор ресторана, он даже не знал, кто этот человек в джинсах». Хотя, конечно, «Челси» мы к благотворительности не относим, хотя бы потому, что этот проект все же имеет мало отношения к родине. Хоть он и вызвал у наших соотечественников настоящее чувство гордости за то, что у них теперь есть «своя» команда в Англии, которую теперь еще и возглавляет, по сути, «наш тренер» Гус Хиддинк, в феврале 2009 года возглавивший «Челси» после увольнения предыдущего тренера (см. главу 5).

Фактически благодаря Абрамовичу национальная сборная смогла показать действительно классный футбол, став бронзовым призером на чемпионате Европы 2008 года. Это был короткий момент единения нации, десятки миллионов испытали невероятный прилив патриотизма и гордости за страну. В заслугу Абрамовичу надо поставить создание Фонда «Национальная академия футбола», который занимается строительством футбольных полей по всей стране. В одном только Санкт–Петербурге их строится пять штук. Всего же по России к 2007 году было построено около 270 больших и малых футбольных полей с искусственным покрытием. По словам руководителя Фонда «Национальная академия футбола» Сергея Капкова, в российский футбол Роман Абрамович вложил уже в общей сложности $294 млн, которые пошли на строительство футбольных полей, стипендии тренерам детского футбола, еще $19 млн ушло на содержание тренерского штаба сборной России. Причем это не инвестиции, и Абрамович не ожидает возврата денег и получения прибыли.

Помимо всего прочего, НАФ спонсирует Кубок Первого канала, турнир юношеских команд и Кубок чемпионов Содружества. Также стоит вспомнить и финансирование «Сибнефтью» хоккейного клуба «Авангард» и футбольного ЦСКА. Не менее известна и его инициатива по финансированию проекта элитной бизнес–школы «Сколково» в Подмосковье.

Приобщился Абрамович и к искусству. На его деньги в 2008 году в Москве открылась галерея современного искусства «Гараж», которая разместилась в здании Бахметьевского автобусного гаража. Это здание в стиле конструктивизма построено в 19261927 годах по проекту великих зодчих Константина Мельникова и Владимира Шухова, а теперь сдано на 49 лет в аренду Еврейской общине в Москве. До этого в России еще не было своего авторитетного музея, специализирующегося на современном искусстве, и предполагается, что «Гараж» (Center for Contemporary Culture Moscow, CCC–Moscow Garage) займет эту нишу.

Если Абрамович и сам активно подключится к развитию этого проекта, то шансы, что «Гаражу» удастся достичь авторитетности зарубежных аналогов, вроде лондонского Tate Modern, весьма велики. Ведь в этом деле, как и во многих других, большие финансовые возможности играют немалую роль. Они позволяют нанимать лучших специалистов, приглашать самых именитых художников, а также вложиться во внутреннее убранство галереи. Как утверждают сведущие в данной области специалисты, такого света, как в «Гараже», нет даже в Третьяковской галерее. На открытии центра, которое прошло летом 2008 года, пела знаменитая Эмми Уайнхаус, а в числе гостей были замечены Валентин Юмашев и Татьяна Дьяченко, директор «Эрмитажа» Михаил Пиотровский, а также Михаил Швыдкой.

На аукционах Christie's и Sotheby's в Нью–Йорке Абрамович купил для «Гаража», и для Даши Жуковой в частности, несколько произведений искусства. Это «Триптих» Ф. Бэкона, «Спящая инспекторша пособий» Л. Фрейда (внука Зигмунда Фрейда), а также скульптура «Венецианка» А. Джиакометти. Кстати говоря, никогда еще картины здравствующих художников не ценились столь высоко. Люсьен Фрейд получил за «Спящую инспекторшу пособий» $36,6 млн, и это стало мировым рекордом и очередным рекордом для Абрамовича. Общая сумма приобретенных произведений искусства составила $150 млн, и они стали первыми выставочными экспонатами в центре СССМ.

В ЛЮБОМ, АБСОЛЮТНО ЛЮБОМ ДЕЛЕ НАДО СТРЕМИТЬСЯ К СОВЕРШЕНСТВУ, ТЕМ БОЛЕЕ НА СЛУЖБЕ НАРОДУ.

К 2004 году вклад империи Абрамовича в ВВП России составлял примерно 3–4%. То есть Абрамович и государство нужны друг другу. Об этом ярко свидетельствуют события последних лет. В 2005 году он продал «Сибнефть» за баснословную сумму в $13 млрд.

На вопросы журналистов Абрамович отвечал, что нет ничего плохого в том, что государство является владельцем нефтегазовой компании: «Это всегда вопрос управления. Государство может нанять любого управляющего, включая меня». В итоге не без участия Абрамовича государству отошла уже треть нефтяных запасов страны («Сибнефть» – государственному «Газпрому», а добывающее предприятие ЮКОСа – «Роснефти»). Затем не без участия Романа Аркадьевича прекратились разброд и шатание в алюминиевой отрасли и в автомобильной промышленности. Теперь считается, что Абрамовича собираются более плотно привлечь к обеспечению порядка в черной металлургии, так как Кремль планирует строительство мощной труботранспортной инфраструктуры, чтобы поставлять свои ресурсы на внешние рынки. Результаты внешнеэкономической деятельности Абрамовича вызывают восхищение у Владимира Путина. Вообще активная деятельность наших за рубежом давно стала одним из главных направлений, на котором настаивал Путин. Действительно, приобретение активов за рубежом гарантирует и сбыт, и добавленную стоимость, а также улучшает восприятие России как страны для инвестиций. При таких глобальных внешнеэкономических задачах упускать талант пионера и собирателя Абрамовича расточительно. Вот и работают в связке друг с другом власть и Абрамович, расставаться еще не время. Абрамович для Путина – свой человек в бизнесе. А почему бы и нет? Впрочем, несмотря на четкое следование выдвинутым властью правилам, Абрамович понимает, что сегодня у власти на уме одно, завтра другое, она может вообще кардинально смениться, и тогда прежним ее фаворитам будет несладко. Поэтому ему даже в условиях политической поддержки нужна дополнительная страховка от политических рисков.

Обосновываться за границей Абрамович начал еще в период смены власти в стране на пороге тысячелетий. В 2001 году зарегистрировал в Англии свою инвестиционную компанию Millhouse Capital, а также обзавелся недвижимостью. Все было сделано заранее, чтобы в нужный момент, когда потребуется на какое–то время устраниться, все уже было готово.

НЕ КЛАДИТЕ ВСЕ ЯЙЦА В ОДНУ КОРЗИНУ.

Абрамович лоялен власти, а ей нужен свой человек в крупном бизнесе, на которого можно положиться и доверить кое–какие дела. Да, Абрамовичу многое достается от государства на блюдечке с голубой каемочкой, но мы еще не знаем цены, которую он заплатил за это свое положение.

Взять хотя бы Millhouse Capital: никто не знает всех ее владельцев, и есть мнение, что в их списках можно обнаружить и представителей действующей власти. Конечно, редкий крупный чиновник в России станет безвозмездно что–нибудь делать в пользу того или иного олигарха, а деятельность Абрамовича сильно повязана с госаппаратом. Рассмотрев несколько примеров взаимодействия Абрамовича с властью, стоит заметить, что на деле все, конечно, может оказаться гораздо сложнее и запутаннее, нежели это представляется со стороны. А может быть, все дело в его уникальном таланте ладить с людьми.

Ведь все знающие его люди говорят, что взаимодействовать с ним очень удобно и в чисто человеческом плане. Он человек быстрый и решительный, одновременно бесконфликтный, готов к дружескому общению и с чиновником, и с простым человеком, а также внимательный слушатель. Конечно, мысль о том, что надо уметь дружить и делиться, не оригинальна, однако Абрамович смог превратить эти простые истины в неисчерпаемый ресурс для развития и обогащения.

КОРЕНЬ БОГАТСТВА В ПРОСТЫХ ИСТИНАХ.

ГЛАВА 5. _{«ЧЕЛСИ».}

СЕНТЯБРЬ 2003 ГОДА, СТАДИОН «СТЭМФОРД БРИДЖ», ИГРА «ЧЕЛСИ» – «ТОТТЕНХЭМ». ПЕРЕД НАЧАЛОМ МАТЧА ЗВУЧИТ «КАЛИНКА» – ЗНАК УВАЖЕНИЯ НОВОМУ ХОЗЯИНУ. ПЕРВЫЙ ГОЛ ПРИНАДЛЕЖИТ «ТОТТЕНХЭМУ», ПОСЛЕ ЧЕГО ПО ТРИБУНАМ ЕГО БОЛЕЛЬЩИКОВ ПРОНОСИТСЯ: «И ГДЕ ЖЕ ТВОИ ЧЕРТОВЫ ДЕНЬГИ?» ДЕНЬГИ НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО ПРИНИМАЮТСЯ ОТРАБАТЫВАТЬ СВОЕ, ПОБЕДА ЗА «ЧЕЛСИ». СТАДИОН ДОЛГО СКАНДИРУЕТ, НАПЕВАЯ «РОМАН АБРАМОВИЧ» НА АНГЛИЙСКИЙ МАНЕР, И ВСЕ ВЗГЛЯДЫ УСТРЕМЛЕНЫ В ОДНУ ЛОЖУ, ГДЕ СИДИТ ГЕРОЙ ДНЯ, СКРОМНО УЛЫБАЯСЬ. ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, ЭТО БЫЛ НАСТОЯЩИЙ ТРИУМФ АБРАМОВИЧА, ОДИН ИЗ ПЕРВЫХ НА ФУТБОЛЬНОМ ПОПРИЩЕ, НО ДАЛЕКО НЕ ПОСЛЕДНИЙ.

«Челси» – английский футбольный клуб с давними традициями и, главное, влиятельными фанатами. К ним относятся, например, Тони Блэр, Джон Мейджор, а также многочисленные представители старой аристократии.

Вообще же «Челси» – название не только клуба, а еще и фешенебельного квартала, и болельщики этого клуба в большинстве своем также из разряда элитных – богатые жители Западного Лондона. Не зря же команду «Челси» часто называют просто «аристократы».

Англичане крайне консервативны в отношении футбола, и всю жизнь болеют за одну–единственную «соседскую» команду. Лондонские риелторы в анкетах своих клиентов часто задают вопрос «За какой клуб вы болеете?», ибо болельщик того же «Челси» наверняка глубоко оскорбится, если предложить ему недвижимость рядом со стадионом клуба–конкурента. В 2003 году «аристократы» находились на грани банкротства, поэтому Абрамович был для них словно Санта–Клаус на Рождество (именно так впоследствии называли нового хозяина «Челси» в английской прессе).

Цена вопроса – £140 млн и обязательство погасить долги компании в размере ?90 млн. Помимо собственно клуба и стадиона Stamford Bridge на 35 тыс. зрителей, Абрамовичу достались два отеля, несколько ресторанов, фитнес–клуб, развлекательный центр, туристическое бюро и многое другое, даже радиостанция.

Отдельного упоминания заслуживает сама история того, как клуб «Челси» был приобретен. В Англии, в отличие от многих других стран, футбольные клубы в большинстве своем являются открытыми акционерными обществами, то есть их акции можно купить на фондовом рынке. Именно прозрачность схемы, по свидетельству Абрамовича, стала неоспоримым преимуществом для покупки именно «Челси», а не другого клуба.

Вначале был выкуплен контрольный пакет акций в 50,09% у Кена Бейтса – председателя совета директоров «Челси», за $97 млн. Покупка была совершена компанией «Челси Лимитед», специально созданной для этой сделки.

Вслед за этим Citigroup от имени «Челси Лимитед» разослала письма остальным 12 тысячам (!) мино–ритариев с предложением выкупить их акции по цене в 35 пенсов каждая, и буквально в считаные недели была достигнута договоренность о приобретении акций еще у нескольких крупных акционеров компании, после чего Абрамович владел уже 93,75% долей.

По английским законам человек, обладающий такой долей, имеет право вывести акции из обращения на бирже, что и было сделано в августе 2003 года. Всем оставшимся держателям акций было разослано письмо, в котором сообщалось, что выплаты дивидендов по акциям не планируются и вообще компании вскоре потребуются финансовые вливания от акционеров, и если кто–то откажется их делать, то будет проведена допэмиссия. А это означает, что доли мелких акционеров совсем размоются. Итак, план сработал, все договоренности достигнуты, и г–н Абрамович стал единственным владельцем «Челси», выкупив 84 908 506 акций этого клуба. В благодарность бывшие акционеры получили сертификаты, подписанные футболистами клуба. Помощь в освоении футбольного мира Роману Аркадьевичу оказывал известный агент Пинхас Захави. Он же помогал в достижении договоренностей о выкупе акций клуба и вводил Абрамовича в высший футбольный свет, организовывая обеды и ужины со многими известными людьми.

ЗАДУМАВ ПРЕДПРИЯТИЕ, ЗАРУЧИТЕСЬ ПОДДЕРЖКОЙ ХОТЯ БЫ ОДНОГО УВАЖАЕМОГО В ДАННОМ БИЗНЕСЕ ЧЕЛОВЕКА.

После такого приобретения г–н Абрамович в одночасье стал фигурой публичной, заняв первые полосы английских газет, хотя до этого предпочитал оставаться в тени, стремясь как можно реже попадать в поле зрения прессы. Шок – так можно охарактеризовать первую реакцию общественности на эту сделку.

«Кто этот мистер, зачем ему „Челси“, справится ли он и что намерен делать?» – волновало англичан, при этом деловые круги восприняли эту новость спокойно. У наших соотечественников спектр эмоций был еще шире: от гордости за «наших» до крайнего негодования, от черной зависти до призывов «делиться» на родине, а почти все наши высокопоставленные чиновники посчитали своим долгом выразить мнение по поводу данного события, разумеется, в основном негативное.

Давний противник Абрамовича, его злой ангел, бывший премьер, председатель Счетной палаты Сергей Степашин после покупки «Челси» сказал: «Деньги, полученные от деятельности нефтяных компаний, должны идти не на покупку футбольных команд, а на бурение новых скважин». Спикер Госдумы Геннадий Селезнев заметил: «На фоне того, что в России 39 млн человек живут за чертой бедности, подобные покупки делать аморально».

Были, конечно, и нейтральные высказывания. «Я бы, конечно, предпочел, чтобы он вложил деньги в России в какой–нибудь клуб или даже лучше в развитие массового вида спорта, – заявлял руководитель аппарата Комиссии по делам молодежи и спорту Совета Федерации Александр Щегорцов. – Но это его деньги, которыми он волен распоряжаться так, как ему хочется».

Это был настоящий резонанс в обществе, равнодушных осталось мало. Зачем все это человеку, предпочитающему закулисье и часто повторяющему, что деньги любят тишину?

В интервью BBC Роман Абрамович объяснял непонимание своих соотечественников тем, что многие из них еще не привыкли, что каждый волен распоряжаться своими деньгами по своему усмотрению.

После этой покупки число фанатов «Челси» в России увеличилось в разы, более того, многие стали считать эту команду родной, российской. Это подтверждает, что отношение большой части граждан к олигархам у нас в стране если не положительное, то уж точно нейтральное. А обвинять во всех грехах, то есть в неправильном переделе собственности, граждане скорее склонны чиновников и политиков. Впоследствии многие политики, возможно, не без иронии, стали поговаривать, что это же хорошо, что Абрамович купил «Челси», тем самым устроив России такой пиар, какого не смогли сделать даже Горбачев, Ельцин и Путин вместе взятые.

НУЖНА ПОПУЛЯРНОСТЬ – КУПИ ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ (ИЛИ ЛЮБУЮ ДРУГУЮ ИГРУШКУ, КОТОРАЯ ЯБЛЯЕТСЯ ПРЕДМЕТОМ СТРАСТИ СИЛЬНЫХ МИРА СЕГО).

Приступив к делу, новый хозяин «Челси» устроил своего рода переворот в футбольном мире и настоящий переполох на трансфертном рынке. Главным его принципом отныне стало правило – «купить все самое лучшее, не важно, по какой цене». На покупку новых игроков тратились десятки и десятки миллионов фунтов и долларов. Причем Абрамович явно закрывал глаза на то, что цена за игроков удваивалась, как только становилось известно, кто покупатель. У Романа была цель – создать суперкоманду, и его ничто не останавливало. «Рука моя не дрожит, подписывая чек», – говорил он в своем интервью BBC.

Кстати говоря, именно эти трансферты помогли некоторым клубам Английской премьер–лиги избежать банкротства, ведь, кроме Абрамовича, никто не заплатил бы за их футболистов такие огромные суммы.

Впоследствии будет подсчитано, что Роман Абрамович ежеминутно вкладывал в принадлежавший ему лондонский футбольный клуб «Челси» ?240. Или более $500 тыс. в день.

К коллективу клуба присоединился и лучший на рынке исполнительный директор – Питер Кеньон, ранее работавший в «Манчестер Юнайтед» (в компании UMBRO) и причастный к становлению этого громкого бренда.

«От таких предложений не отказываются», – говорил впоследствии Питер. Цена привлечения специалиста подобного уровня – почти двукратное увеличение оплаты труда, а также предоставление больших финансовых возможностей, которыми Кеньон мог располагать для продвижения клуба. Прельстило его и то, что отныне согласовывать свои решения потребуется лишь с одним человеком – хозяином клуба, а не с многочисленными акционерами, как в «Манчестер Юнайтед». От такого предложения действительно сложно отказаться, Кеньон даже позабыл о том, что всю жизнь болел за «Манчестер Юнайтед».

Питеру Кеньону в свое время удалось показать, что на футболе можно неплохо заработать. Благодаря менеджерскому таланту этого человека «Манчестер Юнайтед» стал самым узнаваемым, популярным и финансово стабильным футбольным брендом мира. То есть финансовая стабильность была у «МЮ» не только в те времена, когда команда становилась чемпионом.

Вербовка Питера послужила серьезным сигналом для английского общества, и многие тогда уверовали, что Абрамович настроен серьезно, и его покупка «аристократов» – не сиюминутная прихоть миллиардера.

Одним словом, клуб «Челси», имеющий столь щедрого владельца, звездных игроков и талантливого менеджера Кеньона, выглядел крайне амбициозно.

Молодой тренер Жозе Моуринью также отлично вписался в состав «Челси». Многие тогда отметили, что Абрамович и Моуринью в чем–то очень схожи, в первую очередь своей целеустремленностью и амбициями. Вот, например, письмо, которое новый тренер команды разослал игрокам: «Каждая тренировка, каждая игра, каждая минута вашей жизни вне футбольного поля должны быть подчинены одной цели – стать первыми, стать чемпионами. Мотивация + Амбиции + Командный дух = Успех».

НЕВОЗМОЖНО ОДНОМУ ВЫТЬ СПЕЦИАЛИСТОМ ВО ВСЕХ ОВЛАСТЯХ. ГЛАВНАЯ ЗАДАЧА РУКОВОДИТЕЛЯ – НАВРАТЬ КОМАНДУ, ЗАЖЕЧЬ ЛЮДЕЙ, МОТИВИРОВАТЬ ИХ, И ВМЕСТЕ ДВИГАТЬСЯ К НАМЕЧЕННОЙ ЦЕЛИ.

Результаты действий Романа Абрамовича и новой команды не заставили себя долго ждать: в первом же сезоне с новым хозяином, сезоне 2003–2004 года, «Челси» впервые за 50 лет (!) занял призовое, второе место в английской премьер–лиге, пропустив вперед себя лишь «Арсенал». Конкуренты стали тревожно поглядывать на нового сильного соперника. Следующий сезон 2004–2005 года принес Челси уже первое место в чемпионате Англии. После первых же побед Абрамович стал очень уважаемой фигурой в Лондоне, особенно для болельщиков «Челси». С его мнением считались, ему верили, его имя скандировали на стадионе, в его честь играли «Калинку» перед матчем.

При этом страшно боялись разочароваться в том случае, если команда начнет показывать плохую игру. Ну что же это, если не настоящий звездный час? Трудно придумать иной способ, позволивший столь же стремительно получить известность и уважение, причем на новом месте. Действительно, начни какой–нибудь крупный иностранный бизнесмен серьезно вкладывать в российский футбол, он мигом завоевал бы народную любовь, так и Роман Аркадьевич попал в точку с почти обанкротившимся «Челси». На какое–то время персона Абрамовича затмила по популярности и количеству публикаций даже членов королевской семьи. Доказательством феноменальной по масштабам славы служит тот факт, что Абрамович был признан в 2003 году персоной года в Лондоне. Вот что значит дать людям хлеба и зрелищ! В числе его приятелей появились лорды, члены парламента и даже президент Исландии. Отличный вышел проект, и для души, и для пользы.

ЕСЛИ ЕСТЬ ЦЕЛЬ – В КОРОТКИЕ СРОКИ ВОЙТИ В ВЫСШЕЕ ОБЩЕСТВО, НАДО ЕГО КАК СЛЕДУЕТ ШОКИРОВАТЬ ИЛИ РАЗВЛЕЧЬ, А ЛУЧШЕ И ТО, И ДРУГОЕ.

Возможно, Роман Аркадьевич не ставил своей задачей получить пропуск в высший свет английского общества, но, учитывая его прежде равнодушное отношение к футболу, эта версия не кажется далекой от истины. А если вдобавок принять во внимание, что происходило в это время с некоторыми его российскими коллегами–олигархами, например Ходорковским, то неудивительно, что у этого человека возникла защитная реакция и желание как–то себя обезопасить, иметь влиятельную поддержку.

По крайней мере на какое–то время он был в относительной безопасности. Действительно, после первых же завоеванных трофеев Абрамович стал настолько популярен и уважаем в Лондоне, что, начни государственные органы в России на него гонения, поднялась бы невероятная шумиха и Абрамовича наверняка взяли бы в Англии «под свое крыло». Да, и еще неизвестно, как эта вселенская шумиха с преследованием бизнесменов сказалась бы на международном имидже России. Наверняка вновь укрепилось бы мнение, что Россия – это непредсказуемая страна, особенно в отношении бизнеса, и надо держаться от нее подальше.

ЕСЛИ В ОДНОМ МЕСТЕ ВОЗНИК РЕАЛЬНЫЙ РИСК УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ, А ВЛИЯТЕЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ НЕТ, СТОИТ ХОРОШЕНЬКО ПОДУМАТЬ, КАК И В КАКОМ ДРУГОМ МЕСТЕ ЕЕ МОЖНО ПОЛУЧИТЬ.

Однако одобрение высшего общества – это, конечно, хорошо, а взятые на себя обязательства остаются, да и для удовлетворения собственных амбиций нельзя останавливаться на достигнутом. Ведь ближайшая цель Романа Аркадьевича – победа в Лиге чемпионов, а не английская премьер–лига. Неплохо бы и вернуть уже часть вложенных в «Челси» средств. Работа продолжалась. Об Абрамовиче долгое время говорили, что он скупает все, что движется по футбольному полю.

За неделю Роман Абрамович мог потратить на новых футболистов и £40 млн ($75 млн), и даже больше, причем за каждого из особо приглянувшихся футболистов готов был выложить по $50 млн и выше. «Наверное, Чукотка – очень богатая страна», – поговаривали тогда многие наивные болельщики. Интересная деталь: Роман Аркадьевич на первых порах старался не пропустить ни одного матча своей команды, поддерживая тем самым энтузиазм у игроков и показывая всем, что серьезно относится к делу. Более того, Абрамович заботился и о досуге своих подопечных. Известно, например, что после первой победы в чемпионате Англии в 2005 году он возил по Средиземному морю футболистов «Челси» на своей шикарной яхте, а после второй победы пообещал свозить всех на Чукотку.

TEAM BUILDING РЕАЛЬНО ПОМОГАЕТ В ДЕЛАХ.

Однако даже после оглушительного успеха Абрамович не спешил претендовать на гражданство Великобритании, продолжая настаивать на том, что он – гражданин России и на Туманном Альбионе всего лишь гость (хотя находился он там значительную часть времени).

Не исключено, что он просто не хотел переступать ту тонкую грань, после которой пополнил бы ряды «бизнесменов в бегах».

Кстати, не так уж это и просто – получить гражданство в Великобритании. Тот же Мохаммед Аль–Файед спустя 35 лет проживания в этой стране, тратя на благотворительность огромные деньги, даже будучи принят во все возможные высшие круги общества, так и не смог получить вожделенного гражданства и в конце концов перебрался в Швейцарию.

Поэтому, наверное, позиция Романа, что он–де и не претендует на гражданство, более выигрышная. Возможно также, что он отложил вопрос о гражданстве «на крайний случай», если на родине вновь возникнут непредвиденные обстоятельства.

ОТРЕЧЕНИЕ ОТ РОДИНЫ – ПОСЛЕДНЕЕ ДЕЛО. ПРЕДАТЕЛЕЙ НИКТО НЕ ЛЮБИТ.

Увы, не все гладко сложилось у хозяина «Челси» в отношениях с английским обществом, традиционно снобистским, а потому болезненно предвзятым. Кроме массы обожателей, было и множество недругов, и слухи с пересудами, а также непрекращающиеся попытки прессы «докопаться до истины» – откуда деньги, каковы отношения с российской властью и др.

Негатив сыпался на Абрамовича и со стороны владельцев футбольных клубов–конкурентов из английской премьер–лиги. Оно и понятно, ведь для них этот бизнес – вся жизнь, а не лишь небольшая ее частичка, как в случае с Абрамовичем. В распоряжении большинства английских футбольных клубов не было таких финансовых средств, и они опасались, что Абрамович сделает из «Челси» такой клуб, который перетянет на себя зрительский интерес и рекламодателей. А поскольку у большинства футбольных клубов, помимо отсутствия больших денег, были и огромные долги, неприязнь к миллиардеру, который к тому же «ничего не смыслит в футболе», только усиливалась. Даже у некоторых игроков команды «Челси» появлялись претензии относительно того, что они не имеют возможности должным образом себя проявить, и подолгу сидят на скамейке запасных. Звезд–то в команде много, и далеко не всем хватало места в основном составе команды. Некоторые из них очень тяжело это переживали и готовы были уйти в другой клуб даже за меньшие деньги, лишь бы подальше от Абрамовича, лишь бы играть, а не «полировать скамейку».

Не избежал Абрамович и таких упоминаний в английской прессе, как «мелкий жулик», «наперсточник», «швыряется деньгами, как пьяный матрос» и пр. А еще на него частенько сыпались обвинения в том, что его действия на футбольном рынке могут спровоцировать дефолт многих клубов, так как он необоснованно завышает цены на игроков, и это будет на его совести.

Ни одно подобное заявление или негативную публикацию Абрамович не опротестовывал и не пытался оправдать себя, а просто продолжал работать.

К ЛЮБЫМ ИЗДЕРЖКАМ СВОЕГО УСПЕХА – КРИТИКЕ, НАПАДКАМ И ПР. – НАДО ОТНОСИТЬСЯ ФИЛОСОФСКИ, ЧТО–ТО ПРИНИМАТЬ ВО ВНИМАНИЕ, НА ЧТО–ТО СОВСЕМ НЕ РЕАГИРОВАТЬ. НЕЛЬЗЯ ВСТУПАТЬ В ОТКРЫТЫЕ КОНФЛИКТЫ. ВРЕМЕНИ И ЗДОРОВЬЯ НА ВСЕХ НЕ ХВАТИТ.

Продолжительное время, несколько сезонов, Роман Абрамович был образцово–показательным хозяином клуба: во внутренние дела не вмешивался, денег выделял сколько требовалось, с выбором тренером новых игроков соглашался, поддерживал команду, присутствуя на всех матчах, и искренне радовался забитым голам.

Все эти сезоны «Челси» показывал отличные результаты, лидируя в английской премьер–лиге, но команде так и не удалось завоевать главный трофей – кубок Лиги чемпионов. По этой или по какой–то иной причине, но в один прекрасный день что–то переломилось в сознании Абрамовича, и период его невмешательства во внутренние дела закончился. На дворе стоял 2006 год. Может, он посчитал, что уже многое понимает, а, может быть, Роману Аркадьевичу надоело, что над его клубом потешаются: мол, денег вложено невиданно, на одних игроков только четверть миллиарда, а Лига чемпионов так и не покорена. Да и Абрамович сам мечтал в первую очередь об этом трофее.

Возможно, Абрамовичу надоело лишь давать деньги и стоять, наблюдать в сторонке, как их тратят, не особенно советуясь с ним.

Может быть просто прислушался наконец к Евгению Швидлеру, по мнению которого «покупка „Челси“ отрицательно сказалась на Романе. Футбол не лучшее место приложения капитала, и у меня сердце кровью обливается, когда я вспоминаю, сколько денег он потратил».

Мало–помалу Роман Аркадьевич стал навязывать свое мнение главному тренеру. Касалось это и того, кто из футболистов должен играть в основном составе, и того, кого стоит купить в данном сезоне. Мнения их в данном вопросе расходились, и принципиальный Моуринью стоял на своем даже под угрозой увольнения.

Особенно яростные споры вызывал между ними тот самый Андрей Шевченко, доставшийся «Челси» за $58 млн и ходивший у Абрамовича в любимчиках, но которого тренер совсем никак «не видел» в команде.

Ситуация в клубе стала накаляться, члены команды, считая Шевченко «шестеркой» (ведь он много времени проводил с Абрамовичем), с ним почти не общались, тренер с владельцем клуба также могли не разговаривать месяцами, а еще Абрамович стал все реже посещать матчи с участием «Челси». Никто не утверждает, что именно Шевченко явился причиной испорченных отношений между Абрамовичем и Моуринью, просто ему не повезло оказаться в ненужное время в ненужном месте.

ПОЯВЛЕНИЕ «ЛЮБИМЧИКОВ БОССА» ОБЫЧНО НЕ ПРИВОДИТ НИ К ЧЕМУ ХОРОШЕМУ.

Действительно, сложно нащупать ту грань, до которой менеджеры клуба могли сидеть у тебя на шее, но переступив которую можно все разрушить. Однако поиск этого баланса – одна из главных задач владельца и руководителя, и тем более странно, что этот баланс не удалось сохранить Роману Абрамовичу, славящемуся своим талантом построения отношений с партнерами и коллегами.

Многие потом говорили, что, не начни они конфликтовать, Моуринью привел бы «Челси» к победе в Лиге чемпионов, ведь не всегда удается сделать все и сразу.

А тем временем разброд в клубе продолжался. Масла в огонь подлили усиливающиеся слухи, что в скором времени Абрамович передаст управление «Челси» своему сыну Аркадию, которому на тот момент было 13 лет. Мало того, неофициально Аркадию уже было позволено отбирать игроков для «Челси», причем с его подачи в команду чуть было не перешел защитник «Реала» Роберто Карлос, но, узнав, что его выбрал не сам Абрамович, а «малолетний принц», передумал и остался в «Реале».

СОСТОЯВШИМСЯ ЛЮДЯМ МОЖЕТ БЫТЬ КРАЙНЕ НЕПРИЯТЕН ТОТ ФАКТ, ЧТО ИМИ, ПРЯМО ИЛИ КОСВЕННО,РУКОВОДЯТ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ ДЕТИ, ДАЖЕ ЕСЛИ ЭТО ДЕТИ БОССА.

Несколько именитых футболистов «Челси» покинули в то время команду. Причиной тому назывались чрезмерные амбиции владельца клуба и ее тренера, отчего в команде постоянно царила нервозная обстановка. Добавило пессимизма команде и заявление Абрамовича о сокращении своих расходов на клуб и о вводе потолка зарплат. Некоторые игроки, контракт которых подходил к концу, боясь продешевить, стали отказываться от его продления, полагая, что в другом месте будут платить больше. Денег на новых игроков Абрамович также не дал, посоветовав главному тренеру Моуринью получше присмотреться к талантам Шевченко.

Результат не заставил себя долго ждать, и в сезоне 2006–2007 года «Челси» уступила первенство в чемпионате Англии «Манчестер Юнайтед». Это усугубило недовольство Абрамовича главным тренером, и в сентябре 2007 года, в начале следующего сезона, он отправил его в отставку.

А ведь при Моуринью команда начала показывать действительно профессиональный футбол. За три года, прошедших под руководством этого тренера, из 120 матчей в английской премьер–лиге «Челси» выиграно 85 и проиграно всего 10. После его увольнения в прессе возобновились разговоры на тему о том, что хозяин не должен вмешиваться в дела футбола, в которых мало смыслит. Отставка Моуринью вызвала настоящий шок, особенно среди фанатов, которые стали возмущаться поведением хозяина клуба, а многие даже возненавидели Абрамовича, называя «самодуром с большим кошельком».

«Здесь, в Лондоне, да и во всей Англии, средства массовой информации, а вслед за ними общество очень любят создавать героя с единственной целью: чтобы потом его развенчать. Это судьба не только Ромы Абрамовича, но многих известных людей.

Это такая народная забава», – рассказывал в одном интервью Борис Березовский.

Похоже, такая оценка реально отображает то, что происходит сейчас в отношениях Абрамовича с фанатами «Челси», быстро забывшими все хорошее. Однако теперь это уже мало что решает: Абрамович знает, чего хочет, и идет к этому. Будут новые победы, вернется назад и любовь фанатов.

НЕЗДОРОВАЯ ОБСТАНОВКА В КОЛЛЕКТИВЕ МОЖЕТ ДОВОЛЬНО БЫСТРО СВЕСТИ ВСЕ СТАРАНИЯ НА НЕТ.

После отставки Моуринью многие игроки тогда тоже вступились за своего бывшего тренера, на что Абрамович пообещал отпустить всех недовольных играть за другие клубы. Назначенный после Моуринью на пост главного тренера Авраам Грант также был уволен по истечении короткого промежутка времени. Его место занял Луис Фелипе Сколари, который также проработал совсем недолго, и по прошествии семи месяцев, в феврале 2009 года, был уволен.

Причина проста – невнятная и невыразительная игра команды. Например, последние два важных матча под руководством этого тренера, с «Манчестер Юнайтед» и «Ливерпулем», завершились поражением «Челси» соответственно со счетом 0:3 и 0:2. Главным претендентом на освободившееся место почти сразу же был заявлен тренер сборной России Гус Хиддинк, который высказался в последовавшем комментарии. «Если бы ко мне обратился любой другой клуб, я бы сразу ответил „нет“. Но „Челси“ – это другой случай, потому что я в хороших отношениях с владельцем клуба Романом Абрамовичем. Я бы хотел ему помочь», – объяснял голландец.

Действительно, буквально через два дня было объявлено, что Хиддинк назначен временным наставником лондонского клуба до окончания нынешнего сезона. Сумма, на которую может рассчитывать Хиддинк за работу с «Челси» в течение нескольких месяцев, – £2,5 млн. То есть именно та сумма, которой, по слухам, недостает Российскому футбольному союзу, чтобы расплатиться с Хиддинком за продолжение работы с национальной сборной.

А вот как свое окончательное решение прокомментировал Хиддинк: «Это не вопрос денег. Это дружеская услуга. Роман Абрамович попросил меня об этом лично. Владелец „Челси“ сделал так много для российского футбола, что я захотел отплатить ему чем–то взамен».

Досрочно уволенным тренерам Абрамовичу приходится выплачивать огромные неустойки, Сумма компенсации бывшему тренеру Сколари – порядка £7,5 млн. До этого Раньери, Грант и Моуриньо в сумме получили около £40 млн в виде компенсаций – ради поставленной цели Абрамович денег не считает.

СО СВОЕЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ НАДО ОБРАЩАТЬСЯ БЕРЕЖНО (ПОСКОЛЬКУ ЗНАЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ ЕЕ СТОИМОСТИ – ЭТО ЛЮДИ), НО ВЛАСТНО.

Что же удалось, а что не удалось Абрамовичу в проекте «Челси»? Несомненно, главной заслугой его перед командой и перед английскими болельщиками является то, что у клуба появилась надежда на будущее, перспектива, так сказать. Уровень игроков, достигнутый в первый же год «правления» Романа Абрамовича, еще совсем недавно и не снился болельщикам этой команды, у которой теперь около 90 млн постоянных болельщиков в мире. Абрамовичу же достался громкий пиар (если бы он был ему не нужен, Роман не полез бы в столь публичный бизнес), хорошие связи, ну и настоящее развлечение с настоящими страстями.

Кстати говоря, схема «приобщение к высшему обществу посредством приобретения спортивных объектов» не нова, многие миллиардеры и раньше пользовались ею. Однако Роман Абрамович – очень яркий пример этого явления. При этом он продемонстрировал действительно серьезный и ответственный подход к делу, не забросив свое детище сразу же после покупки, а постепенно вел клуб к новым высотам.

Но не все задуманное пока удалось, и главное – все еще не выстроена по–настоящему сильная команда. Тот же «Манчестер Юнайтед» и при наличии меньших денег занимает первые места в премьер–лиге и в такой желанной для Романа Лиге чемпионов, тем самым лишний раз доказывая, что в футбольном деле деньги – условие необходимое, но далеко не достаточное. Кроме них нужна правильная стратегия, над построением которой Роману Абрамовичу и его команде предстоит поломать голову.

Возможно, «принцип вмешательства во внутренние дела» будет пересмотрен владельцем «Челси», во всяком случае, Шевченко уже отдан назад в «Милан». Кстати, если подумать, очень большие деньги в футбольном деле в чем–то являются даже помехой: где они, там и завышенные ожидания. Абрамович, конечно, все понимает. Понимает он и то, что надо растить своих, преданных именно «Челси», звезд, и уже начал пополнять свой клуб талантливыми, но пока не звездными игроками, а также подумывает о создании футбольной академии. Не решена также и задача самоокупаемости клуба. Только вливания в него, начиная с 2003 года, вместе с покупкой уже составили более £600 млн. При том, что его доход в год – около £212 млн, убытки в 2006 году составили £80 млн, а в 2007 году – £ 75 млн, выйти на окупаемость предполагается в 2011 году. Процент от оборота, идущий на зарплаты, – 71%, из которых половина приходится всего на четырех футболистов – Фрэнка Лэмпарда, Джона Терри, Михаэля Баллака и Дидье Дрогба. По прошествии пяти лет клубу «Челси» так и не удалось выйти на самоокупаемость, и он остается одним из самых убыточных в английской премьер–лиге. Здесь уместно предоставить слово исполнительному директору Питеру Кеньону: «Мы поставили себе довольно амбициозную цель к 30 июня 2010 года не оказаться в минусе до уплаты налога на прибыль, процентов и амортизации, а к началу финансового 2009–2010 года не нуждаться в финансовых вливаниях от владельца клуба».

Основную прибыль футбольных клубов составляют доходы от продажи игроков, маркетинг и продажа билетов. Первый способ получения дохода целиком на плечах тренера – он должен вовремя распознать будущий талант, купить его за небольшие деньги, а затем продать за большие.

Заработок на маркетинге предполагает постоянный подогрев интереса публики, и чем он выше, тем больше спонсоров, контрактов с телевидением на показ матчей, полные стадионы болельщиков, более высокие продажи сувенирной продукции.

Третий способ является следствием от результативности первых двух. Кстати, с целью привлечения новых болельщиков по всем миру «Челси» первым среди клубов английской футбольной премьер–лиги подписал соглашение с бесплатным видеосервисом YouTube. Подписано недавно соглашение о сотрудничестве с Конфедерацией футбола Азии, и уже запущена китайская версия сайта команды.

Исполнительное руководство команды с самого начала прихода Романа разрабатывает проекты избавления от финансовой зависимости. Ведь в отдаленной перспективе такая зависимость неполезна, да и Абрамовичу этот хомут на шее вряд ли будет по душе длительное время.

Впрочем, остаются некоторые неясности, поскольку г–н Абрамович с самого начала признавался, что не рассчитывает заработать денег на «Челси». «Нет, это не для делания денег. У меня есть много других, менее рискованных способов делать деньги. Я не желаю выбрасывать деньги на ветер, но это возможность развлечься, что означает успех и призы», – объяснял он в интервью BBC.

ФУТБОЛ – ФЕНОМЕН, ПОЗВОЛЯЮЩИЙ ВОЙТИ В ПОЛИТИЧЕСКИЕ КРУГИ БЕЗ НЕПОСРЕДСТВЕННОГО УЧАСТИЯ В ПОЛИТИКЕ, И ЭТО ВСЕ ЖЕ ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА, ПО КОТОРОЙ ИМ ИНТЕРЕСУЕТСЯ КРУПНЫЙ БИЗНЕС.

ГЛАВА 6. ЛЮДИ.

БОЛЬШИНСТВО ИЗ ТЕХ, КОМУ ВЫПАДАЛО РАБОТАТЬ ИЛИ ОБЩАТЬСЯ С АБРАМОВИЧЕМ, ОТМЕЧАЮТ, ЧТО САМЫМ ЯРКИМ ТАЛАНТОМ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА СЛЕДУЕТ СЧИТАТЬ ЕГО УМЕНИЕ ПРИВЛЕКАТЬ К РАБОТЕ ВЕРНЫХ ЛЮДЕЙ И ПРАВИЛЬНО ОБХОДИТЬСЯ С НИМИ. ДАЖЕ ЕГО ЗЛЕЙШИЙ НЫНЕ ВРАГ БЕРЕЗОВСКИЙ ПРИЗНАЕТ, ЧТО АБРАМОВИЧ – ПРЕКРАСНЫЙ ПСИХОЛОГ В СМЫСЛЕ ВЫСТРАИВАНИЯ ОТНОШЕНИЙ СЕБЕ НА ПОЛЬЗУ. ЗА ГОДЫ АКТИВНОЙ РАБОТЫ ОН УМУДРИЛСЯ ПОЧТИ НИ С КЕМ СЕРЬЕЗНО НЕ ПОССОРИТЬСЯ И НАРАБОТАТЬ ВЕЛИКОЛЕПНУЮ КОМАНДУ, ВМЕСТЕ С КОТОРОЙ ОНИ ПОКОРЯЮТ ВСЕ НОВЫЕ ВЕРШИНЫ. ОДНАКО У АБРАМОВИЧА МОЖНО ВЫДЕЛИТЬ НЕКОТОРУЮ ПСИХОЛОГИЧЕСКУЮ ОСОБЕННОСТЬ:

ОН НИКОГДА НЕ БУДЕТ ПОДДЕРЖИВАТЬ ЛЮДЕЙ, ОТКРЫТО КОНФЛИКТУЮЩИХ С ДЕЙСТВУЮЩЕЙ ВЛАСТЬЮ. ЭТО ПОДТВЕРЖДАЕТ ОТЧАСТИ НЕДОЛГОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО С ХОДОРКОВСКИМ И ПРЕЖДЕ ВСЕГО ИСТОРИЯ С БЕРЕЗОВСКИМ, ЧЛЕНОМ КОМАНДЫ КОТОРОГО В СВОЕ ВРЕМЯ БЫЛ И САМ АБРАМОВИЧ.

Знакомство Абрамовича с Березовским произошло в 1995 году (см. главы II, IV), их познакомил общий приятель. Роман произвел на могущественного тогда олигарха неплохое впечатление, показался ему умным и толковым парнем, хотя и не сразу. Причиной тому, по признанию самого Березовского, служит характер Абрамовича, он – тихоня, поэтому редко мог сразу произвести яркое впечатление, однако, терпения и упорства ему не занимать.

«Рома реально играет все время вдолгую, не ждет немедленного результата. И в этом смысле бизнес выстраивает стратегически. Обладает хорошей интуицией, пониманием, что конъюнктурно для рынка. Он подбирает людей, которые могут эти задачи решать. Но при этом он всегда подбирает людей так, чтобы они были ниже его и по воле, и по интеллекту», – делился в интервью Березовский. В очередной раз Абрамович оказался в нужном месте в нужное время. Он и сам, кстати, неоднократно заявлял, что удача по жизни – его неотъемлемая спутница. Дело было вот в чем. Несмотря на то, что приватизация в России к тому времени уже шла полным ходом, Березовский по большому счету не успел «урвать» ничего стоящего. Да, у него было убыточное ОРТ, был «ЛогоВАЗ», но ведь его амбиции заходили куда дальше. А тут как раз Абрамович с толковым планом по созданию перспективной нефтяной компании.

БЕЗ УДАЧНОГО СТЕЧЕНИЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ БОЛЬШОЙ УСПЕХ ВРЯД ЛИ ВОЗМОЖЕН, НО, ЧТОБЫ ДОЖДАТЬСЯ УДАЧИ, НАДО РАБОТАТЬ. СИДЯ НА ПЕЧИ, ВЫ ЕЕ ТОЧНО НЕ ДОЖДЕТЕСЬ.

Почему же Березовский просто не воспользовался идеей, забрав себе «Сибнефть» целиком, а согласился делить ее с малоизвестным Абрамовичем? Все просто – Роман смог убедить старшего партнера, что без него, без его нефтяного опыта и связей ничего не выйдет. А связи, которые решают все, у Абрамовича были налажены почти со всеми нужными для будущей «Сибнефти» людьми, вплоть до губернатора Омской области.

Роман несколько лет успешно занимался продажей нефтепродуктов и уже работал с руководством предприятий, которые предполагалось включить в состав будущей «Сибнефти», то есть уже знал нужных людей.

В том же интервью корреспонденту The New York Times Березовский делился впечатлением от встречи, на которой познакомил Абрамовича с теми «нужными людьми»: «Они все очень тяжелые люди, эти нефтяные генералы. Но как–то он смог наладить с ними отношения. Все, о чем мы с ним договаривались, Рома шаг за шагом выполнял. А я как бы должен был решать другую задачу – политическую, поскольку перераспределение такой собственности – это всегда политика. Вот, собственно, поэтому я и решил, что такой подход – равное партнерство – справедлив». Таким образом, Березовский решил, что Абрамович ему пригодится в этом деле, взял его в оборот, и работа по созданию «Сибнефти» началась (см. главы 2, 4). Абрамовичу же Березовский нужен был для определенного рывка. Роман был уже довольно успешным в своем деле, многое понимал и умел, но ему не хватало толчка, чтобы подняться на более высокую ступень, и Березовский со своими связями вполне мог это обеспечить.

ЕСЛИ ВЫ ПОНЯЛИ, ЧТО СОЗРЕЛИ ДЛЯ БОЛЬШЕГО В БИЗНЕСЕ, ИЩИТЕ ЧЕЛОВЕКА, СПОСОБНОГО ДАТЬ ВАМ ТОЛЧОК. НО ОДНОВРЕМЕННО НУЖНО ОПРЕДЕЛИТЬСЯ, ЧЕМ ВЫ САМИ МОЖЕТЕ БЫТЬ ДЛЯ НЕГО ПОЛЕЗНЫ.

С начала их совместной работы Абрамович всеми силами старался продемонстрировать себя, выполнял любые поручения старшего товарища, связанные как с рабочими вопросами, так и с просьбами, не входящими в его компетенцию. Более того, чтобы иметь возможность держаться поближе к высоким чинам, часто захаживающим к Березовскому, молодой Роман не гнушался даже служить у них на посылках, мог, например, ездить в ресторан за едой или жарить и подавать шашлыки. По рассказам, Березовский никогда не воспринимал своего младшего партнера как серьезного конкурента. Он видел в нем лишь послушного, тихого, хоть и чрезвычайно талантливого молодого человека, на которого любил сваливать множество своих дел. Кстати, будь Березовским мудрее, отнесись он тогда к молодому Роману как к равному, возможно, исход был бы иным.

В итоге Березовский пропустил момент, когда «пешка» превратилась в «ферзя». Постепенно молодой Роман стал теснить своего старшего партнера, что не могло не привести к разрыву (см. главу 2). Но главной причиной полного разрыва отношений прежних партнеров стало то, что Березовский начал открыто конфликтовать с руководством страны (см. главу 4). Абрамович начал думать, как бы избавиться от опеки. Эмиграция Березовского устроила бы на тот момент многих, включая Романа и его старого знакомого Валентина Юмашева, который активно этому способствовал.

ДАЖЕ К МЛАДШИМ ПАРТНЕРАМ НАДО ОТНОСИТЬСЯ УВАЖИТЕЛЬНО И ВНИМАТЕЛЬНО.

С момента эмиграции мысль о возмездии не выходила у Березовского из головы: он хотел отомстить Путину за то, что тот не отблагодарил его по заслугам за все старания, а Абрамовичу за то, что тот сделал выбор не в пользу его, Березовского, а переметнулся на сторону власти. Наверняка были и еще персоны, которых хотелось бы «зацепить». Борис Березовский давно решил затеять «процесс века», но ему никак не удавалось направить его в юридическое русло, и лишь в 2007 году, спустя почти семь лет после его эмиграции в Лондон, начались какие–то подвижки на этот счет. Несмотря на то, что процесс этот наверняка не решится в пользу истца, он все же может изрядно подпортить репутацию некоторых его участников, а этого жаждущему мести Березовскому уже достаточно. В чем суть его претензий, кратко было упомянуто в предыдущих главах, теперь поговорим об этом подробнее.

Березовский обвиняет Абрамовича в том, что тот «путем рэкета и шантажа вынудил его по дешевке продать российские активы – половину „Сибнефти“ за $1,3 млрд, половину ОРТ за $170 млн и четверть РУСАЛа за $500 млн». Действовал же «шантажист» якобы по наводке Кремля, применяя метод «если не продашь акции, они будут отобраны». Иск составлен на общую сумму $7,5 млрд. Именно такую сумму, по мнению Березовского, ему недодали. Особенность иска в том, что истец вряд ли может рассчитывать на компенсацию, ведь в то время, когда он продавал перечисленные активы, он получил за них рыночную стоимость. Да, Абрамович спустя несколько лет перепродал их гораздо дороже, но ведь и цены на металл и нефть за то время сильно выросли, соответственно, выросла и капитализация компаний. Это был период бурного роста экономики.

Кроме того, многие договоренности бывших партнеров были сделаны скорее «по понятиям», и не закреплены документально. Ведь, как мы помним, Березовский был госслужащим, и ему нельзя было заниматься предпринимательством. Но, похоже, основная цель Березовского все же не получить деньги (в случае выигрыша это будет лишь приятным дополнением), а подпортить жизнь некоторым участникам событий и приковать внимание общественности к темной стороне ненавидимой им путинской России.

За свою репутацию он уже не боится, на него и так заведено в России 11 уголовных дел. Поэтому он без особого стеснения вываливает из шкафов свои старые скелеты: скандальные залоговые аукционы по продаже «Сибнефти», взятки высшим должностным лицам, дела о крупных хищениях автомобилей, совершенных бывшими руководителями «ЛогоВАЗа», а также многое другое.

Кроме того, истец утверждает, что в обмен на выход из бизнесов ему обещали отпустить из места заключения его товарища Николая Глушкова, но не выполнили обещания. «Я считаю, что Абрамович – лучший в стране „разводчик“. Этот человек гениально играет на всех слабостях, психологических нюансах, противоречиях своих контрагентов. Но для меня он перешел ту границу, которая отделяет человека от бандита», – заявлял «обиженный». Однако Березовский не похож на человека, которого настолько легко обмануть. Логично предположить, что он лишь хочет выставить себя жертвой, чтобы затеять процесс и поднять на поверхность те дела, которые могут потрепать кому–то нервы. Занятно, как Борис Березовский вручал Абрамовичу повестку в суд. Однажды осенью 2007 года Борис совершал покупки в бутике Dolce & Gabbana в Лондоне, и его телохранители заметили Романа Абрамовича, закупающегося двумя магазинами ниже по улице. До этого Березовский уже полгода возил повестку в своем лимузине и никак не мог улучить момент, когда ее можно будет вручить, а тут такая встреча (по британскому законодательству ответчика должны вызвать в суд лично судебные органы или сторона, подавшая иск). Недолго думая, Березовский кинулся в машину за повесткой, затем, после небольшой стычки с телохранителями Абрамовича, прорвался к нему и протянул повестку. Но Роман положил руки в карманы, и бумаги упали на пол, то есть можно было бы посчитать, что Абрамович ничего не получил. Однако описанные события были сняты камерами внутреннего наблюдения магазина, и запись была предоставлена Березовским в суд в качестве доказательства, что повестка была вручена.

«Теперь процесс перейдет в юридическое русло», – заявил он журналистам. Эта сцена, напоминающая, по замечаниям британской прессы, «Крестного отца», вызвала большой интерес журналистов и, как следствие, бурную реакцию жителей Англии. В основном они возмущались: не нравилось им, что в их стране творят подобные разборки эти русские, «ехали бы они судиться к себе на родину», – приговаривали англичане.

Так что, наверное, хоть немного, хоть отчасти, но Березовский уже торжествует. Кстати, иск в суд он подал от имени Платона Еленина – это новое имя, как и новый паспорт, он приобрел, поселившись в Лондоне. И как тут лондонцам не возмутиться «понаехавшими»…

ИНОГДА НУЖНО УМЕТЬ ВОВРЕМЯ СПРЯТАТЬ РУКИ ЗА СПИНУ, ЕСЛИ НЕ ЖЕЛАЕТЕ ЗДОРОВАТЬСЯ, ИЛИ В КАРМАН, ЕСЛИ НЕ ХОТИТЕ ПОЛУЧИТЬ ПОВЕСТКУ.

Нет сомнений, что не меньше претензий к своему бывшему партнеру может иметь и Михаил Ходорковский, о котором было уже немало сказано. Он планировал создать в тандеме с Абрамовичем огромную мощную компанию международного уровня, а получил девять лет за решеткой. Абрамович же совершил успешную попытку перехватить управление «ЮКОС–Сибнефти», остановить слияние, вернуть контрольный пакет «Сибнефти» и оставить при себе $3 млрд, полученные за слияние, а также отказался платить неустойку. Одним словом, внес свою лепту в конец ЮКОСа.

Вот и сам Михаил Ходорковский полагает, что «Рома Абрамович, конечно, мягко говоря, не святой апостол Петр. Но организатором и мотором дела ЮКОСа был как раз Игорь Сечин – один из его конкурентов в борьбе за влияние на Путина. Скандал вокруг ЮКОСа затронул репутацию Романа на Западе, а это для него сейчас самое главное. Абрамович, конечно, ничего не сделал, чтобы помочь мне и моим партнерам, но, в конце концов, он друг Путина, а не мой. Мы не должны были на него рассчитывать».

Удивительное признание. Во–первых, Ходорковский подтверждает, что они с Романом одной волчьей крови, а, во–вторых, дает понять, что будь он с другой стороны, то вел бы себя так же, как Абрамович. Однако публичное прощение еще не означает забвения. Совсем не случайным выглядит проговор бывшего партнера Ходорковского по ЮКОСу Леонида Невзлина: «Атака на ЮКОС была спланирована в Кремле при непосредственном участии совладельца „Сибнефти“ и губернатора Чукотки Романа Абрамовича. На нем лежит существенная часть вины за развал и уничтожение компании, а также за преследование менеджеров и акционеров ЮКОСа. Ходорковский вел открытый и прозрачный бизнес и был уверен, что Абрамович и его окружение действуют так же. Он не предполагал, что на самом деле вел сделку не с открытой компанией „Сибнефть“, а с группой заговорщиков, которые хотят лишить его бизнеса. И в итоге угодил в ловушку. Абрамович с самого начала знал, что ждет Ходорковского и ЮКОС. Это было видно по тому, как он и его окружение вели себя после ареста Ходорковского, по тому, как они разговаривали со мной и с другими акционерами группы МЕНАТЕП. Это наглядно подтверждает то, как „Сибнефть“ грубо „разводилась“ [с ЮКОСом]… Путина убедили, что Ходорковский его обманывает. И, думаю, это был Абрамович. Абрамович смог бы объяснить Путину суть сделок, но „не захотел“. А тем временем Ходорковский пребывал в уверенности, что Кремль санкционировал эту сделку. Когда же Ходорковского посадили в тюрьму, Абрамович ничего не предпринял для его освобождения. Значит, и не собирался».

Одним словом, попытку Романа Аркадьевича перехватить управление ЮКОСом, воспользовавшись удобным моментом, некоторые назовут неэтичной. Тем не менее он поступал как бизнесмен, желающий расширить свой бизнес и «поднять то, что плохо лежало». У всех свои методы.

ЕСЛИ ПОСТРОЕНИЕ БИЗНЕС ИМПЕРИИ – ВАША ГЛАВНАЯ ЦЕЛЬ В ЖИЗНИ, НУЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ДЛЯ ЭТОГО ВСЕ БОЗМОЖНОСТИ. НО НЕ ЗАБЫВАТЬ, ЧТО РАНО ИЛИ ПОЗДНО ПРИДЕТСЯ ПЛАТИТЬ ПО СЧЕТАМ.

Не много лестных слов слышал Абрамович по поводу своей персоны и от бывшего компаньона, миллиардера Шалвы Чигиринского, но здесь ситуация неоднозначна.

«Я сделал плохой бизнес, поверил жулику, доверился человеку, который оказался вором», – не уставал повторять Шалва.

Обвинения его касаются, как уже было упомянуто выше (глава 2), их совместного предприятия «Сибнефть–Югра», образованного в 2000 году в результате слияния «Сибнефти» с «Югранефтью». Каждый из партнеров имел тогда по равной, 50%-ной доле. Однако со временем доля Чигиринского была размыта до 1%, при этом он утверждает, что допэмиссия акций была проведена незаконно. Абрамович же настаивает на том, что обо всем было договорено. Цена согласия со стороны партнера – $2 млрд. На данный момент Шалва подал уже около 50 исков, часть из них не была принята, часть выиграна стороной Абрамовича. Чигиринский даже предпринимал попытки судиться в Англии, подавал иск и там, но все то же – отказано, недостаточно оснований. То ли действительно правда на стороне Абрамовича, то ли обман имел место, но прикрыт законом, то ли наш герой такой неуловимый. Стоит лишь упомянуть, что с продажей «Сибнефти» «Газпрому» у Чигиринского все меньше шансов: эта компания свои активы просто так не раздает, а ее административный ресурс неисчерпаем. Построив такую империю, войдя в доли многих огромных проектов, покупая и продавая огромные заводы и компании, инвестируя миллиарды, невозможно избежать столкновения с интересами конкурентов и партнеров.

Но все же недругов Абрамовича среди бывших коллег можно пересчитать по пальцам. Вышеперечисленные примеры – скорее исключение. Подавляющее число партнеров Абрамовича, с которыми он выстраивал тот или иной бизнес, считают его идеальным или почти идеальным компаньоном. Некоторые заявляют даже, что Роман Аркадьевич – лучший деловой партнер, с которым им приходилось работать.

Абрамович почти ни с кем всерьез не поссорился. Говорят, что это и есть его кредо – всегда искать возможность договориться на взаимовыгодных условиях.

Чего уж греха таить, добиться подобного в России особенно трудно, такие уж в нашей стране исторически сложившиеся особенности.

ПЛОХОЙ МИР ЛУЧШЕ ДОБРОЙ ССОРЫ.

Известный металлург и газпромовец Алишер Усманов в одном своем интервью честно признавался, что ему трудно вести бизнес в России, так как здесь любой конфликт из сферы бизнеса легко перетекает в далеко не деловые разборки иной направленности. Усманов высказывал намерение работать с Абрамовичем в рамках создания ведущей горно–металлургической компании, конечно, лишь в том случае, если они смогут прийти к консенсусу. «Любая консолидация должна иметь конечным результатом сокращение расходов и увеличение прибыли для участвующих в сделке сторон по отношению к их предыдущему статусу, – рассказывал Усманов в интервью журналу „Профиль“. – Если это достигается, тогда имеет смысл объединяться». Если даже один из самых проницательных бизнесменов России дает такую оценку Абрамовичу, можно сделать вывод, что репутация его как перспективного делового партнера очень высока, несмотря на негативные примеры.

«Лучшего партнера, чем господин Абрамович, у меня не было никогда. Не потому, что его фамилия Абрамович, а потому, что у него очень комфортная для меня философия ведения партнерского бизнеса.

Мы работаем без сложной корпоративной этики и с полным доверием друг к другу, решения принимаются быстро, иногда с помощью одного телефонного звонка», – рассказывал корреспонденту «Коммерсанта» совладелец и председатель совета директоров «Инфраструктуры» Валерий Абрамсон. Их образованная на паритетных с Абрамовичем началах компания специализируется на строительстве дорог, мостов и тоннелей.

Есть еще Дерипаска, тандем которого с Абрамовичем был более чем продуктивным, а также многочисленные акционеры и владельцы тех компаний, с которыми работает Millhouse Capital. Проектов – много, недовольных – считаные единицы. Настоящий талант! Вот, например, как отзывается об этой стороне таланта Абрамовича представитель Millhouse Capital, а прежде сотрудник РR–службы «Сибнефти» (то есть человек, много лет работающий внутри империи Абрамовича) Джон Манн: «Если он включается в проект, то приводит туда лучших менеджеров и… просто позволяет им работать. Это касается и Чукотки, и бизнеса, и клуба „Челси“, и благотворительности. Этот человек умеет выслушать, но при этом всегда имеет собственное мнение. И еще у меня такое чувство, что он постоянно на пару шагов впереди остальных». Как Абрамович показал себя в руководстве футбольным клубом «Челси», тоже весьма показательно. Например, известно, что, узнав о новом владельце клуба, тренер Клаудио Раньери заявил, что «не позволит ему вмешиваться в техническую подготовку команды». Однако уже через непродолжительное время тон его голоса кардинально поменялся: «Роман – очень приятный человек и много знает о наших игроках. Теперь он осведомлен о моих планах, а я – о его идеях. Между нами установилась хорошая взаимосвязь, что особенно важно для будущего „Челси“. Он хочет побед. К этому же стремлюсь и я», – говорил Раньери в своих последующих интервью. Все же это не помогло тренеру остаться на своем посту, но это уже совсем другая история.

УМЕНИЕ ДОГОВАРИВАТЬСЯ СИЛЬНО УПРОСТИТ ВАШУ ЖИЗНЬ. УЧИТЕСЬ НАХОДИТЬ БАЛАНС МЕЖДУ ЖЕСТКОЙ УПЕРТОСТЬЮ И ЧРЕЗМЕРНОЙ МЯГКОСТЬЮ.

Однако есть в окружении Абрамовича еще горстка людей, держащихся в тени, которые составляют костяк его команды. Они вместе уже много лет, полностью доверяют друг другу, и без них не было бы Абрамовича, как и их не было бы без него. Основные действующие лица – Евгений Швидлер, Андрей Городилов, Валерий Ойф, Евгений Тененбаум, Андрей Блох, Давид Давидович, Ирина Панченко.

Все они кочуют из одного проекта Абрамовича в другой. Наладив дела в одной сфере, доверенные люди направляются поднимать другую, из нефтяного бизнеса их посылают в продуктовый, вслед за этим в инвестиционный и так далее. Почти вся эта горстка людей знакома друг с другом еще с ранней молодости, со Швидлером и Ойфом Абрамович торговал игрушками в кооперативе «Уют». С ними же, а также с Городиловым и с Блохом начинали покорять нефтяной бизнес. Затем, после основания «Сибнефти», все дружной командой перебрались в ее штат. Однако не забывали и прежних дел: например, компания Runicom была живейшим образом задействована во многих нефтяных проектах «Сибнефти» и «Славнефти». Чуть позднее к команде примкнул и Давид Давидович, специализация которого – агрессивная политика ведения дел. Одно время он даже работал «засланным казачком» в конкурентной «Роснефти», поставляя ее нефть на Омский завод по заниженным ценам. Затем Давидович и Ирина Панченко (ныне она – депутат Госдумы от Чукотского АО) были делегированы в совет директоров РУСАЛа, где отстаивали интересы Абрамовича от посягательств «железного» Дерипаски.

Знаток корпоративных финансов Тененбаум примкнул к команде после того, как, работая в лондонском офисе банка Salomon Brothers, удачно разместил евробонды «Сибнефти». Спустя несколько месяцев Швидлер переманил его в «Сибнефть». Все вместе эти специалисты путем совместных усилий (но каждый в своей четкой специализации) подняли цену акции «Сибнефти» в 50 раз, после чего некоторые из них начали постепенно перебрасываться на другие проекты. Одно из последних кадровых решений – назначение Ойфа на должность гендиректора золотодобывающей компании Highland Gold, основным владельцем которой является Millhouse Capital.

НАДО СТРЕМИТЬСЯ ОКРУЖИТЬ СЕБЯ ЛЮДЬМИ, РАЗБИРАЮЩИМИСЯ В СВОЕМ ДЕЛЕ! СБЫТ, МАРКЕТИНГ, ФИНАНСЫ, БУХГАЛТЕРИЯ, УПРАВЛЕНИЕ И Т. Д.

Главной же персоной, шагающей с Абрамовичем по карьерной лестнице рука об руку, по праву можно назвать Евгения Швидлера – неизменного компаньона, партнера и просто близкого товарища Романа Аркадьевича.

Они познакомились еще в начале 90–х, затем вместе работали в кооперативе «Уют», и с тех пор их карьерные дорожки редко расходились. Именно этот человек от имени Абрамовича часто проводил и проводит стратегически важные переговоры и делает заявления. Именно Швидлеру приписывают мысль о том, что хорошо зарабатывать можно, не только продавая товары, но и выстраивая и перепродавая целиком компании. (Чем по большому счету, и занимается уже неоднократно упомянутая Millhouse Capital.).

Швидлер принимал и принимает живейшее участие во многих крупнейших проектах Абрамовича – «Сибнефть», «Евраз», «Челси», Millhouse Capital и пр. Достаточно перечислить лишь некоторые позиции, которые занимал Швидлер, чтобы понять, насколько тесно они сотрудничали. В 1993–1995 годах Евгений Маркович служил директором швейцарской нефтетрейдерской компании Runicom, с 1998 по 2005 год занимал пост президента «Сибнефти». Сейчас Швидлер – партнер и руководитель инвестиционной компании Millhouse Capital, курирует в том числе и металлургические проекты. Швидлер не был замечен разве что на Чукотке, но там управлял процессом другой давний знакомый Абрамовича – Андрей Городилов, и хотя по должности он был первым вице–губернатором Чукотки, фактически же в отсутствие Абрамовича являлся ее первым лицом. Некоторые посчитали бы данную работу ссылкой, но Городилов в своих интервью повторял, что будет терпеть все неудобства столько, сколько потребуется, пока это будет нужно Роману Аркадьевичу. Любой управленец позавидует такой команде! Абрамович умел и умеет ценить в младших партнерах преданность команде. Он всегда щедро благодарил своих коллег за успешно проделанную работу. Многие из них имеют доли в компаниях, где работают, и, соответственно, лично заинтересованы в тех или иных проектах.

Разумеется, в процентах эти доли могут быть и небольшими, но в абсолютных цифрах получается вполне солидно. Например, Евгению Швидлеру принадлежит небольшая доля в Millhouse Capital, а также в «Фармстандарте», он уже давно и прочно обосновался в списках журнала Forbes с состоянием, перевалившим за $2 млрд. А недавно Абрамович передал Швидлеру в подарок свою роскошную яхту Le Grand Bleu в благодарность за хорошую десятилетнюю службу. Кроме участия в совместных делах, членам команды Абрамовича не возбраняется вести и личный бизнес. Например, Андрею Блоху принадлежит молочный бизнес «Юнимилк», а у Швидлера в собственности имеется французский торговый дом Chateau Thenac, производящий одноименное вино. Подытоживая, нужно отметить, что правильно подобранная энергичная команда, с четким распределением обязанностей, личной заинтересованностью в успехе и доверительным отношением друг к другу – одно из обязательных условий успеха, а у Абрамовича с этим все в полнейшем порядке. Так кому же как не ему рассчитывать на лучшее место под солнцем!

НИЧТО НЕ ЗАСТАВИТ ЛУЧШИХ РАБОТНИКОВ РАБОТАТЬ ЕЩЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ДОЛЯ В ОБЩЕМ ДЕЛЕ.

Каждый год в день своего рождения Абрамович очно и заочно принимает многочисленные поздравления от коллег, партнеров, чиновников и просто знакомых. Приведем некоторые из них для дополнения общей картины отношений Абрамовича и окружающих.

Леви Леваев, президент Федерации еврейских общин СНГ: «…Ты один из немногих людей, которых я знаю, кто не просто помогает ближнему и дальнему, но делает это с абсолютным доверием, с чистым сердцем, не в расчете на благодарность от людей, а чтобы выполнить заповедь Б–га… Живи до 120 лет, Роман, и пусть Господь даст тебе крепкого здоровья, успехов в делах, новых достижений во всех областях и на всех полях – от „полей“ чукотской тундры и до футбольных полей… ».

Альфред Кох, бывший руководитель Госкомимущества: «Дорогой (в хорошем смысле этого слова).

Рома! Думаю, что только человек с такой фамилией, как у меня, может понять, как несладко жилось (а может, и живется) в России человеку с такой фамилией, как у тебя. Но! Все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Последний раз мне эту истину напомнил Каха Бендукидзе, которому сейчас было бы у нас тоже невесело. И не только потому, что кризис. Твои стартовые условия не оставляли тебе шансов. Ты даже умудрился в армию загреметь. Но ты все выдержал и состоялся – и как бизнесмен, и как человек. Если бы меня спросили, почему так случилось, я бы ответил: потому что Рома не жадный. Это, кстати, урок всем, кто хочет добиться успеха. Однажды один мой товарищ взял интервью у другого моего товарища и назвал это интервью на идиш «Ви от зих ди штол гехартевит», что по–русски означает «Как закалялась сталь». Я думаю, это и к твоей жизни относится в полной мере. Что тебе пожелать? Удачи – глупо. Покоя – рано. Любви? Оно тебе надо? Пожелаю я тебе еще больше ума. Как говорится, кашу маслом не испортишь. Этого никогда не бывает много, это никогда не поздно и это всегда пригодится. С любовью (в хорошем смысле этого слова), Альфред Кох». Алексей Миллер, председатель правления ОАО «Газпром»: «Уважаемый Роман Аркадьевич! Есть люди, которым удача сопутствует во всем: и в бизнесе, и в политике, и в спорте. Вы наилучшим образом реализовали свои способности предпринимателя, добились расцвета сурового северного края. Остается пожелать, чтобы и будущие ваши достижения служили приумножению славы Государства Российского». Олег Митволь, экс–заместитель главы Росприрод–надзора: «Рома! Поздравляю тебя с днем твоего рождения! Желаю тебе успехов и не терять вкуса к жизни. А остальное у тебя есть: и деньги, и здоровье (хочу тебе сказать, что ты замечательно похудел, наверное, много занимаешься плаванием под парусами и футболом). Очень надеюсь, что возможные в будущем проверки нашей службой аффилированных с твоим бизнесом компаний тебя огорчать не будут.». Алексей Венедиктов, главный редактор радиостанции «Эхо Москвы»: «Роман, у тебя есть все или почти все. Могу пожелать тебе только больше спокойствия вокруг. И еще… Как ты знаешь, в первую половину жизни ты зарабатываешь, а во вторую – тратишь. Я желаю тебе не растратить быстро того, что тебе удалось заработать».

НЕ РАЗБРАСЫВАЙТЕСЬ НАДЕЖНЫМИ И ПРЕДАННЫМИ ЛЮДЬМИ, НАЙТИ ИХ ОЧЕНЬ НЕПРОСТО.

ГЛАВА 7. ХОЗЯИН ДОМА.

НА ВОПРОС, ХОТЕЛИ БЫ ВЫ СТАТЬ ПАРТНЕРОМ АБРАМОВИЧА В БИЗНЕСЕ, НЕ ВСЕ ОТВЕТЯТ ОДНОЗНАЧНО. А ВОТ ОТВЕТ НА ВОПРОС, ХОТЕЛИ БЫ ВЫ БЫТЬ ЕГО РОДСТВЕННИКОМ ИЛИ ДРУГОМ, БОЛЕЕ ПРЕДСКАЗУЕМ: КОНЕЧНО ЖЕ, «ДА». ДОМИНИК МИДЖЛИ, ОДИН ИЗ АВТОРОВ КНИГИ ОБ АБРАМОВИЧЕ «МИЛЛИАРДЕР ИЗ НИОТКУДА», ПРИЗНАЛСЯ В ИНТЕРВЬЮ, ЧТО НЕ ОТКАЗАЛСЯ БЫ БЫТЬ СЫНОМ ИЛИ БРАТОМ, ДРУГОМ ИЛИ ДЯДЕЙ АБРАМОВИЧА. ОНО И ПОНЯТНО, ВЕДЬ ЛЮДИ ИЗ БЛИЖАЙШЕГО ОКРУЖЕНИЯ РОМАНА АРКАДЬЕВИЧА ИМЕЮТ ВСЕ САМОЕ ЛУЧШЕЕ, ЧТО ЕСТЬ НА СВЕТЕ.

С первой женой Ольгой Роман познакомился в 1987 году, причем через пару месяцев после знакомства они уже жили вместе. Много лет спустя Ольга отметила в интервью, что почти не видела Романа дома, уже тогда у него была только одна мысль – разбогатеть, для чего он готов был работать дни и ночи напролет. Совместная их жизнь не заладилась, и по инициативе Романа в 1989 году они развелись. Квартира Абрамовича на Цветном бульваре, единственное имеющееся в распоряжении на тот момент жилье, осталась Ольге. Вторую жену Ирину Роман нашел в самолете, где она работала стюардессой на международных линиях «Аэрофлота». По совету бывалых коллег, которые рекомендовали ей внимательнее присматриваться к пассажирам бизнес–класса, она взяла визитную карточку Абрамовича, когда тот летел по делам за границу. Поначалу Ирину не впечатлил застенчивый юноша, но уже совсем скоро она объявила, что выходит за него замуж. Роман умел добиваться благосклонности понравившейся ему женщины, и, по словам первой жены, проявлял в личных делах то же упорство и терпение, что и в бизнесе.

Бракосочетание Романа и Ирины состоялось осенью 1991 года, и это было началом их долгой, длиной в 16 лет, совместной жизни. В 1993 году у них родился первенец – дочка Аня, потом еще четверо детей – Аркадий, Соня, Арина и Илья. Роман всегда повторял, что хочет иметь многодетную семью.

Первые годы совместной жизни супруги вместе работали над семейным бюджетом, она привозила из–за границы модные вещи, а Роман копировал их на небольшом производстве и пускал в продажу. Это действительно в стиле Абрамовича – искать любые способы достижения цели (богатства) и использовать все предоставляемые шансы, в том числе и жену. Не исключено, что развод с первой женой состоялся по причине чуждости не только судеб, но и устремлений.

НЕОБХОДИМОЕ УСЛОВИЕ ПЕРВОГО УСПЕХА – ЛЮБИМАЯ ЖЕНА, РАЗДЕЛЯЮЩАЯ УСТРЕМЛЕНИЯ НАЧИНАЮЩЕГО БИЗНЕСМЕНА.

Впоследствии Ирина наверняка не раз с теплотой в сердце вспоминала время, когда все начиналось. И не только потому, что начало семейной жизни – самое сладкое время, но еще и потому, что тогда они были свободны, ведь впоследствии несметные богатства Абрамовича отняли у них эту свободу.

Действительно, высокое положение Абрамовича обязывает со всей серьезностью отнестись к своей безопасности и безопасности близких. Охрана четы Абрамовичей до развода обходилась в год в $3 млн. Известно, что охрана одного только Романа Аркадьевича в 2008 году состояла из сорока профессиональных специалистов по безопасности, руководил которыми бывший старший офицер британского армейского спецназа Марк Скип. У жены и у детей тоже были свои телохранители, и даже в туалет Ирину всегда сопровождала дама–агент. Абрамович и его жена никогда не перемещались в одной машине, чтобы в случае покушения дети не остались круглыми сиротами. Резиденция Абрамовичей Файнинг Хилл, а также лондонская квартира, в которой они регулярно бывали, просматривались видеокамерами до сантиметра.

Интересно, что в деревне, в графстве Суссекс, где расположено поместье Файнинг Хилл, и где семейство проводило значительную часть времени, Абрамовича ни разу никто не видел, даже проезжающего мимо в машине. Объясняется это тем, что в целях безопасности в качестве средства передвижения Роман Аркадьевич предпочитает вертолет. Вертолетные площадки строятся на его яхтах, в поместьях, и даже в «Челси Виллидж».

Передвижения детей, чем они занимаются и где учатся держатся в строжайшей тайне, известно лишь, что старшие обучаются в лучших частных школах Великобритании.

В интервью, которое дала Ирина после развода, она рассказала, насколько осложняли и портили ее жизнь постоянный страх за своих детей, а также присутствие толпы телохранителей. Абрамович относился к этому весьма спокойно, но его жене с каждым годом было все тяжелее оставаться в золотой клетке.

НЕДОПУСТИМО ИГНОРИРОВАТЬ ВОПРОС О БЕЗОПАСНОСТИ БЛИЗКИХ. НО И САЖАТЬ ИХ В ЗОЛОТУЮ КЛЕТКУ ТОЖЕ НЕЛЬЗЯ.

Как у любого нормального мужчины, одна из главных жизненных целей Абрамовича – «постройка дома». Этой сфере жизни он уделяет не меньше времени и внимания, чем бизнесу. Ясно, что в нынешнем своем положении Роман Аркадьевич может позволить себе иметь не одно и даже не два жилища, но тут возникает проблема другого рода – как выбрать самое достойное из всего необъятного многообразия.

Что касается географии, то она весьма обширна, Роман владеет недвижимостью в Англии, Италии и на юге Франции, в США и в Австрии, в Москве и Санкт–Петербурге и, конечно, на Чукотке, в Анадыре. Приобретаемая Абрамовичем недвижимость, как правило, обладает своей уникальной историей, и ранее принадлежала герцогам, графам, князьям и особам королевской крови. Из этого можно сделать вывод, что один из принципов, которыми Роман руководствуется при принятии решения о покупке дома, – то, что дом должен представлять собой историческую ценность. Разумеется, развалины не в счет, жилище должно быть в приличном состоянии. Абрамович купил в Лондоне квартиру, в которой после развода проживала принцесса Диана, а во Франции ему принадлежит замок герцога Виндзорского.

Перебравшись в Лондон, значительную часть времени Роман с семьей проводили в имении Файнинг Хилл, расположенном в графстве Западный Суссекс на 450 акрах (170 гектарах), среди владельцев которого когда–то были иорданский король Хуссейн и австралийский медиамагнат Керри Паккер. Кроме дома на семь спален, в их распоряжении были поле для игры в гольф, стадион для картинга, бассейн с подогреваемой водой, вертолетная площадка, спортзал, озеро для купания и пруд для ловли рыбы. Стоит упомянуть и огромный парк, в котором можно охотиться на тетеревов и фазанов. Стоимость особняка оценивается в сумму около $40 млн. По словам очевидцев, Файнинг Хилл – прекраснейшее место, однако семейным делам Ирины и Романа это не помогло. На отдыхе семейство часто бывало на Лазурном берегу, для чего был приобретен замок Шато де ла Кро, принадлежавший некогда герцогу Виндзорскому, бывшему королю Эдуарду VI, получившему титул герцога после отречения от престола в 1936 году. Шато де ла Кро располагается на юге Франции, между Ниццей и Каннами, и это был самый любимый дом Ирины Абрамович. Она сама его выбирала и после развода сумела оставить для себя и детей.

НЕДВИЖИМОСТЬ С БОГАТОЙ ИСТОРИЕЙ НЕ ПОТЕРЯЕТ В ЦЕНЕ, А БУДЕТ СО ВРЕМЕНЕМ ЛИШЬ ДОРОЖАТЬ, ДА И ПРОДАТЬ ЕЕ В СЛУЧАЕ НЕОБХОДИМОСТИ ГОРАЗДО ЛЕГЧЕ.

Желание Абрамовича тратить средства на покупку недвижимости весьма понятно. Ведь это настоящий семейный актив, который не прогорит, как могут прогореть акции, и не девальвируется, как валюта, а останется в твоей собственности навсегда и впоследствии перейдет по наследству детям, благо у Абрамовича их пять, и не исключено, что это не предел. Действительно, вложение денег в недвижимость, помимо всего прочего может приносить и немалые дивиденды. Например, несколько квартир в престижных районах Лондона Абрамович продал по двойной цене, потому что за несколько лет, прошедших с момента покупки, цены выросли вдвое.

ДАЖЕ МЕЧТЫ МОГУТ ПРИНОСИТЬ ДЕНЬГИ.

В 2008 году, после того, как большая часть недвижимости отошла бывшей жене Ирине и детям, Абрамович занялся постройкой дома своей мечты, лично контролируя ремонтные работы и все, что с ними связано. Речь идет об одном из роскошнейших дворцов в мире, расположенном в престижном лондонском районе Найтсбридж. По мнению риелторов, стоимость дома по окончании реставрации составит не менее $300 млн. Это рекорд – никогда еще жилая недвижимость в Великобритании не оценивалась столь высоко! Дом будет состоять из восьми уровней, из них три – подземные. В доме предполагается восемь спален, кинотеатр, облицованный мрамором бассейн, баня и многое другое. «По желанию владельца возводится особняк, какого нет ни у кого на свете и в котором нет ничего обыкновенного, – рассказал представитель риелторской компании, имеющей отношение к данному проекту. – Мистер Абрамович хочет, чтобы суперроскошный интерьер в первоклассном викторианском стиле соответствовал внешнему виду здания. Все в лепнине, очень дорогом ковровом покрытии с толстым ворсом, на окнах тяжелые занавеси. Никакого минимализма!» Внешне это пятиэтажное здание ничем не выделяется из соседствующих с ним особняков викторианской эпохи, однако представляет собой большую историческую ценность, так как было построено знаменитым архитектором Томасом Кьюбиттом, проектировавшим также восточное крыло фасада Букингемского дворца.

Путь Абрамовича к единоличному владению этим дворцом растянулся почти на десять лет, история началась в 1998 году.

В то время два примыкающих таунхауса были разделены на девять отдельных квартир, одну из которых и приобрел Абрамович. Вслед за первой квартирой постепенно, одна за другой, выкупались и оставшиеся, в итоге все здание обошлось ему в $30–40 млн, что значительно дешевле, чем оно могло бы стоить, приобретай он его в 2008 году целиком. Выкупив землю в районе таунхаусов за $1,8 млн, Абрамович стал владельцем настоящего дворца в престижнейшем районе Лондона, общая площадь которого составляет 30 тыс. квадратных метров.

БОГАТСТВО – ЭТО НЕ ТОЛЬКО ТАЛАНТ ЗАРАБАТЫВАТЬ, НО И ТАЛАНТ ЭКОНОМИТЬ.

Солидные покупки русских, в частности и Абрамовича, вызвали негодование со стороны английской прессы, которой не нравится, что «русские своим бешеным спросом задрали цены на недвижимость». Режиссер Дэвид Кроненберг даже положил данный факт в основу своего нового идиотского фильма «Порок на экспорт», в котором русские олигархи теснят коренных лондонцев от центра города. По его словам, за последние 20 лет Лондон очень сильно изменился, и в первую очередь из–за денег, посыпавшихся на него из карманов богатых иностранцев, в том числе и русских олигархов. Действительно, стоимость квадратного метра хорошего, качественного жилья в фешенебельных районах Лондона в 2007 году достигла впечатляющих ?40 тыс. ($80 тыс.), а количество сделок, превышающих по стоимости ?20 млн, лишь за полгода увеличилось в три раза.

Удивительна все же эта способность англичан все передергивать и извращать в угоду собственному мнению!

Русские деньги всего лишь подняли цены на элитную недвижимость, которая доступна очень немногим жителям Лондона – как сейчас, так и раньше. Тем более, очень вероятно, что мы больше не услышим об огромных суммах, которые тратят наши соотечественники за рубежом: после начала финансового кризиса на смену эры гламура, глянца и нарочитого богатства уже приходит другая эпоха – скромности и бережного отношения к деньгам.

ЗАВИСТНИКОВ ВЕЗДЕ МНОГО, ОСОБЕННО В ПРЕУСПЕВАЮЩИХ ОБЩЕСТВАХ.

Не менее известен Абрамович и как гостеприимный хозяин, готовый расшибиться в лепешку, лишь бы удивить приглашенных гостей, друзей и партнеров по бизнесу чем–нибудь эдаким. Последняя его задумка – строительство гостевой концертной площадки на 500 человек в окрестностях стадиона «Стэмфорд Бридж», на которую предполагается приглашать лучших мировых исполнителей, чтобы они пели для гостей. Помимо этого, приглашенным Романа Аркадьевича на матчи «Челси», как и обычно, будут предоставляться лучшие места в гостинице в «Челси Виллидж» и лучшие ложи на стадионе «Стэмфорд Бридж». К слову, именно во время визита Дерипаски в Лондон на матч «Челси» они окончательно договорились о покупке 25% акций РУСАЛа, принадлежавших Роману Аркадьевичу. А еще Абрамович любит приглашать друзей и партнеров на борт своих роскошных яхт, попутешествовать по океану или закатить по какому–либо поводу шикарную вечеринку.

БУДЬТЕ ГОСТЕПРИИМНЫ, УСТРАИВАЙТЕ ДЛЯ ДРУЗЕЙ И ПАРТНЕРОВ ПРАЗДНИКИ, НЕ ЗАБЫВАЙТЕ О ТОМ, ЧТО ЗНАЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ СЕРЬЕЗНЫХ ДОГОВОРЕННОСТЕЙ СОВЕРШАЕТСЯ В НЕФОРМАЛЬНОЙ ОБСТАНОВКЕ.

Истинная страсть Абрамовича – яхты, ведь они дарят чувство свободы. На яхте можно побыть в уединении и расслабиться, сполна насладиться окружающими красотами или закатить пир с фейерверками, не думая о папарацци (его яхты имеют световую защиту от них). Флотилия Абрамовича часто была замечена возле Монако, Канн, у берегов Южной Америки и в Карибском море. К 2008 году в его владении находилась самая большая в мире частная флотилия, в составе которой насчитывались минимум три яхты: Pelorus длиной 114 метров, Ecstasea длиной 86 метров и 48–метровая Sussuro. Четвертое судно, 112–метровое Le Grand Bleu, принадлежавшее ранее принцу Кентскому, Абрамович в 2007 году подарил одному из своих давних партнеров – Евгению Швидлеру, за преданную многолетнюю службу.

Каждая яхта имеет свою специфику, для отдыха и развлечений используется Pelorus, для круизов – Ecstasea, более маневренная и способная развить скорость до 40 узлов. Иногда яхты сдаются напрокат. Команды, работающие на яхтах флотилии Абрамовича, состоят, как правило, из опытных британских мореплавателей – бывших офицеров королевских ВМС и ветеранов SAS, британского спецназа. Ожидается, что вскоре флотилия Абрамовича пополнится флагманом – яхтой Eclipse («Затмение»), длина которой составит 160 метров (1,5 футбольных поля), а стоимость – более $300 млн. В данный момент заказ на эту яхту находится в работе, но уже близок к завершению. На ее борту имеются две вертолетные площадки, 11 кают VIР–класса, каюта владельца, огромный аквариум, SPA, бассейн и даже небольшая подводная лодка. Кроме того, там введены беспрецедентные меры безопасности, начиная с подводных датчиков движения и заканчивая системой обнаружения ракет.

Также в собрание «ценного движимого имущества» Романа Абрамовича входит коллекция престижных автомобилей 30–х годов XX века («Роллс–ройс», «Ягуар», «Бентли»), оцениваемая в $70 млн. Но более востребованные Романом средства передвижения – личные вертолеты и самолет «Бо–инг–737».

ЧТО КАСАЕТСЯ ДВИЖИМОГО ИМУЩЕСТВА, ЛУЧШЕЕ ВЛОЖЕНИЕ – НЕЧТО ЭКСКЛЮЗИВНОЕ ИЛИ СДЕЛАННОЕ НА ЗАКАЗ.

Самый большой личный флот, самый дорогой дом, собственная флотилия воздушных судов – налицо все нарастающее стремление Абрамовича к роскоши. Не исключено, что нарочито роскошная жизнь его в последние годы – не что иное, как попытка взять от жизни все, боязнь упустить нечто важное, уж больно часто мысль о несвободе стала над ним тяготеть. Однажды на вопрос, что бы он посоветовал молодым российским бизнесменам, немного подумав, Роман Аркадьевич совершенно неожиданно для всех ответил: «Помните, что всегда можете угодить в тюрьму». Даже в демократичной Европе имел место случай, который показал, что и там растет недовольство людьми, выставляющими напоказ свои огромные богатства. На итальянском Тосканском побережье в одном популярном ресторане Абрамовичу отказали в резерве столика, сказав, что нет свободных мест. Этот случай тут же был растиражирован СМИ, причем симпатии всех и вся, разумеется, были явно на стороне владельца ресторана, отказавшего Абрамовичу.

НАЧИНАЯ ЖИТЬ НА ШИРОКУЮ НОГУ, НЕ ЗАБЫВАЙТЕ О ТОМ, ЧТО ДЛЯ ОБЩЕСТВЕННОСТИ ВЫ СРАЗУ ЖЕ СТАНОВИТЕСЬ ЧУЖАКОМ, ОБЪЕКТОМ КРИТИКИ, ОСУЖДЕНИЯ, ЗАВИСТИ, ДАЖЕ НЕНАВИСТИ И ВСЕГДА – ПРИСТАЛЬНОГО ВНИМАНИЯ.

Развод Абрамовича с женой Ириной стал сенсацией 2007 года, британские таблоиды исписали по этому поводу тонны бумаги. Еще бы, примерный семьянин, прошедший с одной женщиной все ступени карьерной лестницы и имевший от нее пятерых детей, вдруг разводится… Это никак не укладывалось в головах многих, кто считал его образцовым семьянином.

За все время публичной жизни Абрамович никогда не был замечен ни в ночных клубах, ни в ресторанах с другими женщинами, ему приписывали исключительную порядочность в семейных делах, и вдруг образ до основания разрушен. Всему виной послужила новая подруга Абрамовича – 23–летняя Дарья Жукова. Романтические фото ее и Романа появились в британской прессе, после чего жена Ирина подала на развод. Люди из окружения Абрамовича утверждали, что он был против расторжения брака, предлагая жене существование на две семьи, но ее гордость не позволила на это согласиться.

Ожидалось, что это будет самый дорогостоящий в мире развод, ведь по британским законам Ирина имела право на половину состояния мужа, то есть на тот момент, по сведениям Forbes, могла претендовать не меньше чем на ?5,5 млрд ($11 млрд). Ирина даже консультировалась по этому вопросу с опытными адвокатами, разводившими многих именитых особ Великобритании, и они подтвердили ее право, ведь на Туманном Альбионе закон целиком на стороне обманутых жен.

Однако, к разочарованию многих, развод быстро и бесшумно состоялся в России, и даже не в Москве, а на Чукотке, в Анадыре, где Абрамович прописан. Официального заявления, какая часть состояния отошла Ирине, не последовало, общественности было лишь сказано, что «корпоративные интересы г–на Абрамовича не затронуты бракоразводным процессом».

Впоследствии в своем интервью Ирина заявила о сумме отступных в $300 млн, включающих деньги и недвижимость, что очень скромно по меркам Абрамовича, изначально фигурировала сумма в 35 раз больше. «Самое главное, чтобы мои дети ни в чем не нуждались, – говорила она. – Роман обещал заботиться о них и пока держит свое слово». Почему для бракоразводного процесса была выбрана именно Чукотка, нетрудно догадаться – во избежание излишней шумихи и потерь. Британские юристы, если бы развод проходил в Англии, начали бы досконально докапываться до всего, что связано с капиталами Абрамовича: какая часть была нажита совместно, какое имущество на кого и где зарегистрировано, и прочее и прочее. А уж журналисты получили бы материала на год вперед. Но все пошло по иному, неожиданному сценарию. По российскому законодательству формально у Абрамовича нет почти ничего, так как на его имя мало что зарегистрировано.

Недвижимость, яхты и акции предприятий по большей части записаны на пятерых его детей – Анну, Аркадия, Соню, Арину и Илью, то есть даже не совсем на них, а на несколько трастов на Кипре. По соглашениям (трастам), до совершеннолетия детей имуществом распоряжаются управляющие, но владеют им и получают от него доход именно отпрыски Абрамовича (бенефициары).

Отсудить имущество, зарегистрированное таким образом, непросто даже в Великобритании, хотя там готовы были усиленно копать, но Ирина по натуре своей не скандалистка, и ей весь этот цирк был не нужен. Вдобавок ко всему существовала опасность, что выворачивание наизнанку всех дел Романа могло бы задеть интересы многих больших российских чиновников. Давно ведь ходят упорные слухи, что Абрамович – не единственный хозяин своего состояния: от той же «Сибнефти», продав ее за $13 млрд, он получил лишь 20% (см. главы 2, 4).

ЕСЛИ ДЕЛО ЗАПАХЛО РАЗВОДОМ, РАЗВОДИТЕСЬ ТАМ, ГДЕ ЛЕГЧЕ СПРОГНОЗИРОВАТЬ РЕЗУЛЬТАТ. КСТАТИ, В РОССИЙСКОЙ ПРАКТИКЕ БИЗНЕС ВСЕГДА ОСТАЕТСЯ ЗА ВЛАДЕЛЬЦЕМ, БЫВШАЯ СУПРУГА (СУПРУГ) ЛИШЬ ПОЛУЧАЕТ АЛИМЕНТЫ, ВЕЛИЧИНА КОТОРЫХ ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ БЫВШИМ СУПРУГОМ (СУПРУГОЙ).

Новая женщина Абрамовича – Дарья Жукова – обозначила совершенно новый этап в его жизни, и дело не только в том, что у Романа молодая подруга, но и в том образе жизни, в который она его вовлекла.

Этой девушке неизвестно, что значит находиться на низкой социальной ступени, она – представительница «золотой молодежи», ее отец – крупный нефтяной бизнесмен. Значительную часть жизни Дарья провела за границей, образование врача–гомеопата получила в Лондоне, да и вообще слывет очень образованной и разносторонней дамой. Кроме учебы, Дарья с нежных лет уже увлекалась модой и даже открыла бутик одежды под собственным брендом – Kova&T, расположенный в Париже. Кстати, надеть джинсы «от Жуковой» не брезгуют даже звезды. А еще Дарья страстная поклонница современного искусства, и осенью 2008 года получила от Абрамовича беспрецедентный подарок – галерею современного искусства «Гараж» в Москве, которую предполагается превратить в национальный музей современного искусства.

Первой выставкой в «Гараже» была экспозиция Ильи Кабакова, самого известного современного русского художника, финансировавшаяся в основном из фонда Дарьи Жуковой, то есть художники едут как бы не к Абрамовичу, а к высоко ценящей искусство леди. Хотя, конечно, все дело в финансовых возможностях настоящей, а не декоративной, приглашающей стороны.

Абрамович присутствовал на открытии этой выставки, и его появление на публике вызвало больший интерес, нежели экспонаты. Но лучшего пиара для «Гаража», чем появление там Романа Абрамовича, не придумать.

Кроме собственно финансирования и участия в этом проекте, Роман Аркадьевич начал вести активную культурную жизнь: посещать выставки, аукционы, тем самым активно приобщаясь к новой для себя области жизни.

Вообще в действиях Абрамовича в сфере культуры, пусть и не самостоятельных, а через свою подругу, переплелись его желания и угодить даме сердца, и внести вклад в культурную жизнь, и открыть новую для себя область. Не все же одни дома с яхтами строить – бизнес, особенно крупный, все–таки должен быть «социально ответственен». В качестве приложения Абрамовичу достанется одобрение властей предержащих, а главное, общества, то есть простых посетителей музея.

НАДО УМЕТЬ СОВМЕЩАТЬ ПОЛЕЗНОЕ С ПРИЯТНЫМ.

ГЛАВА 8. АНТИКРИЗИСНЫЙ УПРАВЛЯЮЩИЙ.

НИКТО НЕ СТАНЕТ СПОРИТЬ С ТЕМ, ЧТО КРИЗИС, ДОКАТИВШИЙСЯ К ОСЕНИ 2008 ГОДА И ДО РОССИИ, БЕСПРЕЦЕДЕНТЕН. В СЧИТАНЫЕ МЕСЯЦЫ ОН ПОРАЗИЛ СНАЧАЛА ФИНАНСОВЫЙ И БАНКОВСКИЙ СЕКТОРЫ, А ЗАТЕМ И ВСЕХ, КТО ЗАВИСЕЛ ОТ КРЕДИТОВ, – СТРОИТЕЛЬНЫЙ, АВТОМОБИЛЬНЫЙ, РОЗНИЧНЫЙ БИЗНЕСЫ. ПОТОМ ПОСТРАДАЛИ И ПОСТАВЩИКИ СЫРЬЯ – НЕФТИ, МЕТАЛЛОВ, БЕТОНА И ТАК ДАЛЕЕ, ПОСКОЛЬКУ ОКАЗАЛИСЬ НИКОМУ НЕ НУЖНЫМИ. И ЧЕМ ДАЛЬШЕ, ТЕМ ХУЖЕ. ДОХОДЫ КОМПАНИЙ РЕЗКО, ПОЧТИ В ОДНОЧАСЬЕ, УПАЛИ, А ПРЕЖНИЕ КРЕДИТЫ ОСТАЛИСЬ, ПРИЧЕМ У РОССИЙСКИХ ФИРМ ОНИ В ОСНОВНОМ В ДОЛЛАРАХ, ТАК КАК БРАЛИСЬ ЗА РУБЕЖОМ. В ЭТИХ УСЛОВИЯХ ОСОБЕННО ИНТЕРЕСЕН АНТИКРИЗИСНЫЙ ОПЫТ ТАКИХ ВЫДАЮЩИХ УПРАВЛЕНЦЕВ, КАК РОМАН АРКАДЬЕВИЧ.

Увы, для начала ничего выдающегося. Компания «Евраз», в которой Millhouse Capital контролирует 40% акций (их цена составила в 2006 году $3 млрд, к середине 2008 года подскочила до $15 млрд, а на начало 2009 года оценивалась не более чем в $1 млрд), подала заявку в ВЭБ на предоставление кредита, и ей была выделена сумма $1,8 млрд.

Получив от ВЭБа $1,8 млрд, акционеры группы «Евраз» смогли лишь погасить свою краткосрочную задолженность перед зарубежными банками, а также уплатить налоги. А между тем общий долг «Евраза» на конец 2008 года составлял около $10 млрд, и рассчитается ли компания по нему в срок – большой вопрос. Только за один квартал производство стали на «Евразе» рухнуло на треть – на 33,5%, и падение продолжается.

Впрочем, вариантов немного, надо выпутываться, выживать. От предприятий «Евраза» зависят восемь моногородов, и в случае продолжения закрытия заводов этого концерна без кормильцев могут остаться сотни тысяч человек.

Процесс сокращения издержек на предприятиях «Евраза» не отличался особой оригинальностью. В конце декабря 2008 года на предприятиях группы был введен неполный рабочий день, урезаны зарплаты, на некоторых заводах почти в два раза, и на 15% сокращен персонал управляющей компании. Больше всего не повезло заводам, находящимся на территории Украины. Российским предприятиям «Евраза» до последнего старались сохранить наиболее комфортные условия работы, возможные в сложившейся ситуации.

После новогодних праздников ситуация покатилась по наклонной, заводы и обогатительные фабрики «Евраза» стали останавливаться целиком. Рабочие поначалу пребывали в шоке, они не были готовы к столь резким изменениям в своей жизни. После того как оцепенение спало, многие из них начали готовиться к акциям протеста, готовы и на рельсы лечь, и на Москву пойти, чтобы быть услышанными. Руководства регионов стали в спешном порядке искать вместе с акционерами «Евраза» решение, но пока ничего не придумали, кроме того, что угрозами серьезных административных расправ хотят заставить акционеров «Евраза» продолжать работать. Однако это весьма сомнительный выход из ситуации. Никаких гениальных решений в борьбе с кризисом, по крайней мере на примере «Евраза», Абрамович не продемонстрировал, но, похоже, в сложившемся положении, да еще в предельно короткие сроки, их и не могло быть. Наверное, любой бизнесмен на его месте поступил бы подобным образом, хотя от Абрамовича скорее можно было ожидать нестандартных решений, тем более что ему принадлежит солидный кусок «Евраза».

УВОЛЬНЕНИЕ ЛЮДЕЙ – КРАЙНЯЯ МЕРА.

К чести Абрамовича стоит отметить, что его хотя бы особо не видно и не слышно на этих бесконечных переговорах бизнеса и власти, на которых бизнесмены клянчат очередной кредит либо предлагают объединять компании и списывать их долги за предоставление государству доли в этих организациях.

Абрамович и другие акционеры проявили себя в сложной финансовой ситуации вполне достойно, согласившись на выплату дивидендов не деньгами, а акциями компании, произведенными по допэмиссии, и не стали выжимать из «Евраза» последние средства.

Удивительно, но такая реакция владельцев на кризис не столь очевидна, как могло бы показаться. Ведь были и такие компании, которые даже на фоне кризиса назначали акционерам солидные бонусы и дивиденды, например ТНК–ВР.

СПАСЕНИЕ КОМПАНИИ ИЛИ ВЫПЛАТА ДИВИДЕНДОВ ВЛАДЕЛЬЦАМ – ВСЕГДА ЛИЧНЫЙ ВЫБОР, ХАРАКТЕРИЗУЮЩИЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНУЮ И ГРАЖДАНСКУЮ ПОЗИЦИЮ.

Да, Абрамович выглядит несколько достойнее своих коллег, не толкаясь у государственной копилки, но ведь и крупных активов у него уже давно не осталось, почти все было обналичено в 2003–2005 годах.

Осторожное предположение: может быть, он предвидел заранее все происходящее и успел, хоть и заблаговременно, «соскочить», и теперь, когда все вокруг в долгах, Абрамович при деньгах? Ведь в самом лучшем положении находятся сейчас те, у кого скопилось достаточное количество «живых денег». В числе самых крупных держателей средств эксперты выделяют генерального директора и совладельца ОАО «Сургутнефтегаз» Владимира Богданова, которого до этого постоянно обвиняли в прижимистости, и… Романа Абрамовича. Если это предположение верное, в ближайшее время мы увидим, как по дешевке скупаются десятки крупных зарубежных и российских компаний. А если учесть, что Абрамович – своего рода представитель Кремля в бизнесе, то картина вырисовывается еще более масштабная.

Впрочем, время покажет. Не исключено, что в ближайшее время мы станем свидетелями того, как Абрамович действительно исполняет свою, высказанную более двух десятков лет назад, мечту и «покупает мир». И не только в переносном смысле.

Но пока это всего лишь предположение, потому что антикризисной реструктуризации подвергаются и другие, скажем так, неиндустриальные сферы деятельности Абрамовича.

С начала сезона в «Челси» введен режим жесткой экономии, уволены 15 селекционеров клуба, даже отменено бесплатное питание для игроков в местной столовой. Также «Челси» не планирует приобретать футболистов весь зимний трансферный период, отложена реконструкция стадиона. Появился слух, что Абрамович ищет покупателя для «Челси», но, похоже, это оказалось чистой «разводкой» со стороны недоброжелателей. Millhouse Capital даже подала в суд на газету, первой начавшую распространять эту информацию. Однако напомним, что факт развода Абрамовича с женой тоже категорически опровергался до последнего. Даже упомянутое приглашение тренера российской футбольной сборной Гуса Хиддинка возглавить «Челси» также вполне можно отнести к антикризисным мерам. Очевидно, что Абрамович, приглашая в команду многим обязанного ему человека, экономит в данном случае не только на гонораре, но и на отступных в случае досрочного расставания. Были сокращены зарплаты и премии командам, работающим на яхтах Абрамовича. Моряки, само собой, остались недовольны: «Да если бы он продал одного из футболистов, то получил бы достаточно денег не только для наших рождественских и новогодних премий», – сетовал один из старших управляющих яхты.

Временно приостановлено развитие цементного бизнеса в России, а принадлежащие Millhouse Capital цементные месторождения планируется частично вернуть назад прежним владельцам, частично заморозить (видимо, до начала масштабной стройки в Сочи).

К числу «личных» антикризисных мер, предпринятых Абрамовичем, можно отнести отмену свадьбы с невестой Дарьей Жуковой и экономию на новогоднем банкете, который состоялся не на шикарном американском курорте, как планировалось изначально, а в московском ресторане, принадлежащем его приятелю Аркадию Новикову. И даже подарок, сделанный женихом, – 40 гектаров лунной поверхности на видимой стороне Луны (элитный участок) – можно считать антикризисным, в силу возмутительной дешевизны, около $2000 США.

СОКРАЩЕНИЕ ЛИЧНЫХ ТРАТ ТАКЖЕ ВХОДИТ В ПАКЕТ АНТИКРИЗИСНЫХ МЕР.

На первый взгляд не все просто и у золотодобывающего бизнеса Абрамовича, а ему, напомним, принадлежит 40% Highland Gold – компании, которая управляет золоторудными месторождениями Многовершинное, Майское, Тасеевское и Новоширокинское, а также ведет разведку на четырех новых месторождениях. В декабре 2008 года Highland Gold заявила о консервации на неопределенный срок двух новых проектов в Читинской области и на Чукотке, но уже освоенные месторождения будут работать в усиленном режиме.

Однако решение о консервации было принято с тем, чтобы направить освободившиеся средства на скупку новых перспективных проектов. В первую очередь Highland Gold интересует золотоносный рудник Сухой Лог в Иркутской области, запасы которого оцениваются в 60 тонн золота. Вокруг этого месторождения уже ходят и такие гиганты, как «Северсталь», «Базовый элемент», «Полюс Золото». Многие эксперты утверждают, что в случае аукционной продажи больше всех шансов получить месторождение Сухой Лог у Абрамовича, в связи с более устойчивым финансовым положением. Золотодобывающий бизнес становится более привлекательным именно во время кризиса, потому что золото – это вечная ценность, значение которой уже несколько тысячелетий не оспаривается.

ВО ВРЕМЯ КРИЗИСА НАДО СОСРЕДОТОЧИТЬСЯ НА ВЕЧНЫХ ЦЕННОСТЯХ.

Как выясняется, помимо золотодобывающей, Абрамович сейчас начинает разрабатывать и другие перспективные во все времена отрасли, к каковым относится и развитие транспортной инфраструктуры. Инфраструктурный бизнес Абрамовича, ранее представленный лишь ЗАО «Инфраструктура», в последнее время разрастается ударными темпами. Летом 2008 года, то есть когда на Западе кризис был уже в полном разгаре, «Инфраструктура» приобрела 61% акций генподрядной организации ЗАО «Управление „Метростроя“, а в декабре холдинг пополнился двумя техническими структурами – „Организатор“ и ПСО „Система–галс“. „Управление „Метростроя“ – подрядчик многих уже известных транспортных строек: Строгинско–Митинской линии метрополитена, Сущевского тоннеля и тоннеля Мурино в Петербурге, компания владеет уникальной тоннелепроходческой машиной диаметром 6 метров и специализированной техникой. „Организатор“ и ПСО «Система–галс“ принимали участие в важнейших московских стройках, например таких, как Лефортовский тоннель и проектирование Центральной кольцевой автодороги (ЦКАД). Это знаковые приобретения, свидетельствующие о больших планах. Намерения правительства по оживлению экономики, в том числе и путем развития транспортной инфраструктуры, весьма серьезны, а значит, в эту отрасль будут вкачивать деньги. Связи Абрамовича во властных структурах помогут получить подряд на госзаказ.

Согласно транспортной стратегии России, до 2030 года правительство потратит на развитие транспортной отрасли 170 трлн рублей, а чтобы оценить масштабы средств, которые можно освоить, стоит лишь отметить, что только на реконструкцию МКАД город в свое время потратил $3,5 млрд, а на строительство Третьего транспортного кольца – $6 млрд. Похоже, что ЗАО «Инфраструктура», на базе которой создается холдинг транспортного строительства, станет в ближайшее время чуть ли не крупнейшим проектом в «империи Романа». «Мы хотим создать компанию, которая будет заниматься самыми сложными инженерными проектами – от проектирования и управления до строительства», – рассказывал в интервью «Ведомостям» партнер Абрамовича по ЗАО «Инфраструктура» Валерий Абрамсон. В марте прошлого года «Инфраструктура» заказала у немецкой Herrenknecht самый большой в мире горнопроходческий щит для прокладки тоннелей диаметром 19 метров, стоимостью около €100 млн. Получив в арсенал такую суперсовременную технику, «Инфраструктура» собирается участвовать во всех крупных инфраструктурных проектах, например, в строительстве тоннельных участков четвертого транспортного кольца, северного и южного дублеров Кутузовского проспекта, Орловского тоннеля в Петербурге, трассы Москва – Санкт–Петербург, в сложных проектах в Сочи, строительстве ЦКАД. Однако им предстоит побороться с серьезными соперниками, ведь освоить государственные средства приготовились также и другие инфраструктурные компании – «Трансстрой» Олега Дерипаски и «Н–Транс» Алексея Мордашова. Побороться или договориться о взаимных интересах в рамках совместной деятельности? Время, а главное, обстоятельства продиктуют линию поведения.

В УСЛОВИЯХ КРИЗИСА УПОР СТОИТ СДЕЛАТЬ НА ПРОЕКТЫ, КОТОРЫЕ МОГУТ ПРИНЕСТИ СТАБИЛЬНУЮ ПРИБЫЛЬ ПРИ МЕНЬШИХ ЗАТРАТАХ, ПРИЧЕМ В ОТНОСИТЕЛЬНО КОРОТКИЕ СРОКИ.

Усиливается акцент и на продовольственном бизнесе. К мясным активам агрохолдинга «Продо» добавятся новые птицеводческие проекты под Новосибирском и Нижним Новгородом, оцениваемые в 5,5 млрд рублей. Планируется увеличить откорм бройлеров и расширить производство мяса индейки и курятины. Правительства Новосибирской и Нижегородской областей с радостью поддержали инициативу Millhouse Capital (читай – Романа Аркадьевича), пообещав налоговые льготы на имущество и субсидии на кредит. Расчет Абрамовича верен – в связи с ростом курсов валют зарубежное мясо станет слишком дорогим для среднестатистических россиян, а мясной импорт сейчас занимает весьма солидную долю. Пришло время вложиться в развитие российской продовольственной базы.

ГЛАВНОЕ – ПОЙМАТЬ НУЖНЫЙ МОМЕНТ. ДЛЯ РАЗВИТИЯ ПРОИЗВОДСТВА ПРОДУКТОВ ПИТАНИЯ – ЭТО ВРЕМЯ, КОГДА ИМПОРТ СЕРЬЕЗНО ДОРОЖАЕТ.

Дальше совсем весело. В начале 2009 года агрохолдинг «Продо» заключил контракт с компанией «ЗОРГ» на строительство биогазовых станций, где биогаз планируют получать… из навоза. Каждая станция рассчитана на суточную переработку 80 тонн куриного помета в биогаз, а тот, в свою очередь, будет использоваться в генераторе для получения тепловой и электрической энергии. 28 биогазовых станций, которые планируется построить до 2010 года, создадут несколько тысяч рабочих мест, обеспечат заказами местные строительные организации. Тут тебе и экономия, и экология, и социальная ответственность бизнеса. Весь мир сейчас занят поисками альтернативного источника энергии, и, кто знает, возможно, инновационное направление, которое планирует развить Абрамович, станет крайне перспективным в будущем.

ИННОВАЦИИ – ВОТ ЕЩЕ ОДИН ПУТЬ РАЗВИТИЯ БИЗНЕСА ВО ВРЕМЯ КРИЗИСА. НАВОЗ ВЕДЬ НИКОГДА НЕ КОНЧИТСЯ, В ОТЛИЧИЕ ОТ НЕФТИ.

Создается впечатление, что Абрамович совершенно не обескуражен кризисной ситуацией, продолжая вполне эффективно трудиться в новых условиях.

Не случайно ведь он когда–то сказал своему первому шефу, что видит все на десять лет вперед. Да, пока его состояние тает, но ключевое слово здесь «пока», потому что кризис – это поиск новых возможностей. А уж талант Абрамовича приспосабливаться к абсолютно любым жизненным реалиям давно известен и по достоинству оценен людьми и временем.

Об этом свидетельствует и реальная кризисная история, которая произошла на пространствах Европы в конце 2008 года.

400 жителей Латвии подписались под следующим письмом, опубликованным в Интернете на личном сайте автора письма, латышского гражданина: «Уважаемый Роман Аркадьевич Абрамович! Как Вы, наверное, уже знаете, моя родная страна Латвия обанкротилась и в текущий момент ведет переговоры с МВФ о продаже нашего государства за €7,5 млрд. Учитывая весь предыдущий опыт работы нашего правительства, могу с уверенностью утверждать, что деньги будут потрачены (в карман чиновников) на очередные утопии (типа Замка Света и самого дорогого моста в мире), а уровень жизни населения упадет ниже плинтуса. Прошу Вас рассмотреть возможность покупки Латвии: работящее и покладистое население, экологически чистая площадь и много места для парковки Вашей яхты».

Ответа не последовало. Как и по случаю появившегося в Рунете слуха о том, что Абрамович вполне мог бы заменить в рамках борьбы с кризисом Юрия Лужкова на посту мэра Москвы. Кому–то эти истории покажутся бредом, кому–то – предсказанием, а кому–то – намеком.

КРИЗИС – ЭТО РОМАНТИЧЕСКОЕ ВРЕМЯ НЕВООБРАЗИМЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ.

Абрамович, кажется, и сам это понимает. В декабре 2008 года он устроил в здании футбольного клуба «Челси» новогоднюю елку для русских детей, проживающих в Лондоне. Развлекали юных лондонцев артисты английских и московских театров. Дети и взрослые веселились от души, только снега не хватало.

Послесловие.

Долго не мог понять: что привлекает меня в этом человеке?

Вроде бы в Абрамовиче, как одном из самых богатых людей планеты и тем паче России, присутствуют все качества, вызывающие во мне отторжение богатства, порой почти ненависть, хотя я и осознаю, что это грех. Поскольку богатство – это дар, талант, данный человеку от Бога. Но подавляющее большинство богатых людей, которых я встречал, относятся к этому дару как к чему–то само собой разумеющемуся. Они приписывают богатство исключительно результатам работы своего ума и действию силы воли, а потому воспринимают его как личное достояние, направленное только на ублажение себя и своих близких. Поэтому мне не нравятся богатые люди. Конечно, это глупо, но ничего не могу с собой поделать. Возможно, это зависть или негативный четвертьвековой журналистский опыт, но большинство богачей, с которыми мне довелось познакомиться, не вызывают приязни. Конечно, они умны, сильны, внешне симпатичны, многие из них харизматичны, но чаще – злы, агрессивны и мстительны, совсем не благородны и алчны.

Разумеется, я читал в книгах о хороших богачах, знаю примеры строительства храмов на их деньги и слышал об их бескорыстной помощи нуждающимся. Но или потому, что мне так и не удалось познакомиться ни с одним из отмеченных столь благородным поведением богачей, или потому, что в основании значительных состояний всегда можно обнаружить кровь и трупы (при этом совсем не обязательно кого–то убивать, порой достаточно довести конкурента или неугодного партнера до инсульта, самоубийства или психического срыва), у меня выработался инстинкт отторжения богатого человека.

Но на Абрамовиче этот классовый инстинкт буксует.

Я не сразу понял, отчего.

Похоже, что Роман Абрамович – это современный Робин Гуд. И я, кажется, догадываюсь, почему. Абрамович боролся, противодействовал только таким, как он сам, то есть был «санитаром леса», действуя при этом в интересах государства, своей страны, нашей страны. Например, при его непосредственном участии государство вернуло под свой контроль более трети нефтяных запасов и «Первый канал» телевидения (ОРТ), структурировало алюминиевую и автомобильную промышленность, теперь наводит порядок в черной металлургии и золоторудной отрасли.

Роман Аркадьевич Абрамович, конечно, многих обделил, но его благотворительность, меценатство и благородство, – а как иначе можно охарактеризовать его усилия по возрождению отечественного футбола, постоянные жертвования в синагогу, а главное, попытку спасения Чукотки? – вызывают симпатию у простого человека. В результате его побед над сильными мира сего простым людям всегда что–нибудь обламывалось. Будь то жители гибнущей Чукотки, губернатором которой стал Абрамович, или десятки миллионов российских болельщиков, которые чуть не сошли с ума от счастья по случаю третьего места на Евро–2008 российской футбольной сборной под руководством Гуса Хиддинка, приглашенного Абрамовичем. Впрочем, есть, конечно, у нашего героя одно незаурядное качество. Возможно, оно называется способностью к провокации.

А как еще можно назвать предложение Абрамовича к Ходорковскому об объединении «Сибнефти» с ЮКОСом, сделанное предположительно в марте 2003 года? Риски были ясны с самого начала, причем по нарастающей, поскольку уже состоялось февральское патетическое выступление Ходорковского в присутствии президента о коррупции в высших органах российской власти. Возможно, Ходорковский уже предупредил своих коллег о возможном столкновении ЮКОСа с государственной машиной. Тем не менее Ходорковский согласился на рискованную сделку, которая, по его же высказанному вслух предчувствию, могла кончиться для него плохо. И кончилась плохо.

Впрочем, вряд ли Абрамович записной провокатор, действовавший по заказу Кремля, которому достаточно было своих Каримовых (следователь прокуратуры, посадивший 2 июля 2003 года Платона Лебедева, соратника Ходорковского). Просто он чувствует выгоду, как волк наживу. Дальнейшее было делом техники. Абрамович не провокатор, а бизнесмен, безжалостный и честный перед собой. Не зря же он сказал когда–то своему первому шефу, что видит на десять лет вперед. Будто сквозь магический кристалл, он увидел судьбу Ходорковского и ЮКОСа и учуял вкус денег, сам, может быть, тогда и не осознавая до конца, как именно их получит. Таким образом, может быть, и сам того не желая, Абрамович ускорил кончину ЮКОСа. Не случайно же Ходорковский спустя годы сказал, что Абрамович отметился в его деле лишь бездействием: мог, а ничего не сделал, или боялся. Но, скорее всего, он не хотел упустить выгоду, которая была возможна лишь в случае разорения ЮКОСа. Вряд ли Абрамович участвовал в организации наезда на ЮКОС и Ходорковского, просто он понял, что может нажиться на расправе с Ходорковским. У Романа Аркадьевича талант обрабатывать людей, использовать их в своих интересах, причем так нежно и аккуратно, что человек, даже осознавая невыгодность и опасность своих действий, предпринимает их азартно и напористо, невзирая на последствия. Но при этом складывается впечатление, что наш герой совершенно лишен тщеславия. Как это возможно – обладать уникальным даром вскрытия и распознания любой человеческой души, а также невероятным по силе талантом делать деньги (то есть власть этого человека немыслимо глубока и основательна) и при этом быть совершенно равнодушным к популярности, публичности, славе? Разумеется, за этим стоит редкий по своим качествам ум. Один его ответ на вопрос о взаимосвязи счастья и богатства многого стоит; а сказал он буквально следующее: мол, счастье определяется не деньгами, которые всего лишь дают немного свободы. Кажется, это действительно уникальный человек. В мировой истории можно вспомнить только одного равного ему еврея, который умел договариваться с противоборствующими сторонами таким образом, что, переходя из лагеря в лагерь, умудрился избежать упреков в предательстве, – это Иосиф Флавий. Кстати, первый светский писатель, документально засвидетельствовавший существование Иисуса из Назарета.

Чем больше мы работали над книгой об Абрамовиче, тем навязчивее меня преследовала мысль о том, что его нет, что он – миф, выдуманный человек, типаж, который характеризует эпоху, дополняя и объясняя и нас с вами, возможно, не столь сильных, удачливых, умных, харизматичных и способных к предвидению, но, как и он, составляющих смысл и назначение нашего периода в истории России. «Едва появившись на свет, Роман знал, как делать деньги, – рассказывала впоследствии первая жена Абрамовича Ольга. – Уверена, он стал бы миллиардером в любой стране. Тот факт, что он сделал это в коммунистической России, наглядно демонстрирует его ум и способности». Так и есть: за 10 лет – $18 млрд. Такое было возможно только в России, только в определенное время и в определенном месте. И Абрамовичу удавалось там оказываться. Исполнилось все, о чем он так мечтал в детстве, и теперь Роман Аркадьевич говорит: «Я не кинозвезда. Я не стремлюсь к известности. Я хочу жить спокойно».

Только вот это его желание – жить спокойно – вряд ли когда–нибудь будет исполнено. И это несмотря на то, что к середине 2000–х годов Абрамович скинул с себя балласт в виде почти всего своего российского бизнеса и получил при этом немалую сумму. Справедливости ради отметим, что примерно в одно и то же время он избавился не только от «Сибнефти», но и от РУСАЛа, «Руспромавто» и других бизнесов помельче. Похоже, что у Абрамовича оформилось желание побыстрее обрубить все концы и жить себе спокойно.

«Яхты, путешествия, футбол – вот чем он будет заниматься», – рассказывал в тот период один из приятелей Абрамовича. «Он разместит эти деньги на финансовом рынке и будет на этом зарабатывать, а никаких крупных покупок совершать не собирается», – говорил другой.

Эти высказывания были бредом, как и декларируемое самим Абрамовичем желание покоя. И не только потому, что однажды на вопрос, что бы он посоветовал молодым российским бизнесменам, немного подумав, Роман Аркадьевич совершенно неожиданно для всех сказал: «Помните, что вы всегда можете угодить в тюрьму». Не исключено, что его нарочито роскошный стиль в последние годы не что иное, как попытка взять от жизни все, боязнь упустить нечто важное, уж больно часто мысль о несвободе стала над ним довлеть. Но, прежде всего, потому, что покой для подобной натуры с ядерной, всепроникающей энергетикой – это чушь, иллюзия, ничто. Покой для таких, как он, – это деградация, солидное брюшко, простата, слюна, текущая из открытого во сне рта, а главное, сползание со всеми своими уникальными талантами и изначальной благодатью, окончательно и бесповоротно, на сторону зла. Талант, отпущенный Абрамовичу, огромен, надчеловечен, то есть не принадлежит его носителю. Если такой дар тратить только на себя и удовольствия своих близких, трагичный конец неизбежен. И даже если реципиентом является целое государство – и этого недостаточно, чтобы оправдаться перед Всевышним. Когда человек с таким талантом перестает жертвовать собой ради людей и не делится своим даром с другими, он сам становится жертвой. И, судя по всему, Роман Аркадьевич это хорошо понимает. А как же его желание покоя? Ну, у кого не бывает маленьких слабостей.

Владислав Дорофеев.

Об авторах.

КОСТЫЛЕВА Татьяна Петровна – журналист ИД «Коммерсантъ», по специальности математик, в 2003 году окончила механико–математический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. Что не помешало ей сделать быструю карьеру в журналистике, и за три года пройти путь от рядового сотрудника до главного редактора специализированного журнала в ИД Mediasign. Замужем, имеет дочь.

ДОРОФЕЕВ Владислав Юрьевич – руководитель спецпроектов ИД «Коммерсантъ», за четверть века напряженной журналистской деятельности поработал в газетах и журналах, на телевидении и на радио, в информационных агентствах, пройдя путь от репортера и спецкора и до главного редактора и генерального директора. Окончил Тульский политехнический институт (инженер) и МГУ им. М. В. Ломоносова (факультет журналистики). Занимается литературной деятельностью. Изданы: роман «Томление (Sehnsucht), или Смерть в Висбадене» и поэтические сборники – «Поколение судьбы», «Вечерник», «Й. Л. Рунеберг. Избранное» (пер. со шведского). Женат, шестеро детей.