Памятники истории и культуры города Иванова.

ПО ЛИТЕРАТУРНЫМ МЕСТАМ ГОРОДА ИВАНОВА.

Городу Иванову, где весной 1905 года революционным творчеством пролетариата был создан первый в России Иваново-Вознесенский общегородской Совет рабочих депутатов, известности не занимать.

Славное революционное прошлое навсегда вписано в историю города. Немало ярких глав ее повествует и о ратных, трудовых подвигах наследников славы «красных ткачей».

Менее известны те страницы биографии города, что связаны с именами видных представителей отечественной культуры.

Сегодня приглашаем читателей совершить прогулку по улицам и площадям областного центра, которые хранят память об известных поэтах и прозаиках. (Рассказы об ученых, изобретателях, художниках, музыкантах, деятелях театра — в последующих выпусках этой серии).

Отправимся по этим адресам. Прежде всего, заглянем на улицу Крутицкую. Здесь под номером 33 в окружении высоких лип — остатков старинного парка — стоит примечательный особняк, отодвинутый от красной линии вглубь усадьбы. Это двухэтажное здание — памятник гражданской архитектуры начала XIX века. Оно было построено крепостными архитекторами как контора вотчины графа Д. Н. Шереметева.

В первой половине минувшего столетия ее управляющим был Алексей Рязанцев — выходец из дворовых людей. В его семье, жившей при конторе, родился один из первых писателей села Иванова Василий Алексеевич Рязанцев (1829–1866).

Бывшая вотчинная контора, ул. Крутицкая, 33.

Его отец, став с годами человеком состоятельным, смог послать сына учиться в столичную гимназию. Полного курса в ней юный Василий Рязанцев, однако, не закончил. Разбогатевший отец купил для него небольшую фабрику, мечтая видеть сына преуспевающим предпринимателем. Коммерсанта же из Рязанцева не вышло. Не питая к такого рода деятельности никакого интереса, он вскоре разорился.

Поворот в его судьбе произошел после знакомства с прибывшим в село Иваново для учительствования Василием Арсентьевичем Дементьевым. Это был довольно известный в свое время педагог и литератор.

В большом промышленно развитом селе, каким уже тогда было Иваново, В. А. Дементьев организовал литературный кружок. К нему потянулась одаренная молодежь, пробующая силы в изящной словесности.

В этот кружок пришел и Василий Рязанцев. Ему было тридцать лет, когда он взялся за перо, выказавшее несомненную талантливость новобранца беллетристики. В 1861 году в 12 номере журнала «Сын отечества» появился первый рассказ В. Рязанцева «Хороший человек». А через пять лет в журнале «Развлечение» увидела свет повесть «Добрый человек». Прообразом основного действующего лица — стяжателя Щетина явился ивановский фабрикант Шодчин.

В том же журнале и в том же, 1866 году, но уже после смерти писателя, был напечатан его рассказ «Божьи люди», а в 1867-м — рассказ «Знахарь». В своих произведениях Василий Рязанцев с теплотой и сочувствием рисовал образы земляков, рабочих текстильных фабрик.

Сегодня имя Василия Рязанцева незаслуженно забыто, а его произведения давно не переиздавались.

Проследовав за несколькими изгибами Крутицкой улицы, чему она и обязана своим названием (в конце XVIII века звалась даже Большой Круглихой), выйдем к зданию, до недавнего времени занимаемому библиотеками: городской имени Горького и областной детской.

Здесь помещалось Ивановское книжное издательство. В разные годы в нем работали поэт Александр Благов, прозаики Макарий Бритов, Михаил Кочнев и Дмитрий Прокофьев.

Александр Николаевич Благов (1883–1961) родился в селе Сорохта (ныне Комсомольского района Ивановской области) в семье безземельного крестьянина. Будущий поэт закончил курс церковноприходской школы и Писцовского двухклассного училища. В Писцове же, еще будучи подростком, начал работать на ткацкой фабрике. Когда ему было немногим более 20 лет, перебрался в Иваново-Вознесенск, где продолжил труд текстильщика. Участвовал во всеобщей политической стачке иваново-вознесенских рабочих 1905 года.

Первые стихи Благова о тяжелой доле рабочих были напечатаны в журналах «Жизнь для всех», «Маяк» «Объединение» в 1909 году. С того времени и началась литературная деятельность ткача Благова, которой он занимался, оставаясь в рядах революционного движения. Участие в сборе средств для газеты «Правда» в 1912 году Благова уволили с фабрики после подавления всеобщей забастовки иваново-вознесенских пролетариев в 1915 году рабочему поэту пришлось покинуть город на Талке. Вернулся он сюда лишь в 1924-м. С тех пор по 1953 год жил в областном центре в доме № 5 по улице Урицкого, работал на фабрике, сотрудничал в газете «Рабочий край» и областном книжном издательстве.

За годы литературной деятельности Благов выпустил более 15 поэтических книг. К числу самых известных из них относятся сборники «Песни рабочего» (1919), «Рабочий город» (1928)', «Страна ткача» (1936), «Ивановский ситец» (1950). Их названия точно определяют основную тематику произведений А. Н. Благова. Наиболее полно творчество поэта представлено в книге «Избранное» (1953).

Его именем в областном центре названа улица. На ней под номером 40 стоит типовая пятиэтажка. В небольшой двухкомнатной квартирке на втором этаже этой постройки А. Н. Благов и поселился незадолго до своей кончины в 1961 году. На доме установлена мемориальная доска, увековечивающая память об одном из первых пролетарских поэтов текстильного края Александре Николаевиче Благове.

Успешной деятельности Ивановского книжного издательства немало способствовал, будучи его директором, Макарий Ефимович Бритов (1897–1960). Родился он в селе Воробьеве ныне Калининской области. Когда ему исполнилось 5 лет, умер отец, долгие годы работавший слесарем на заводах Петербурга. Бедность заставила будущего литератора в восьмилетнем возрасте пастушествовать.

В 1910 году мальчику удалось закончить начальную сельскую школу. Через два года пятнадцатилетний подросток отправился на заработки в Петербург. Там под влиянием передовых заводчан и чтения книг стал принимать участие в рабочем движении: распространял газету «Правда», прокламации.

Через пять лет из-за столкновения с мастером был уволен с завода. С 1916 года — на солдатской службе, попал в школу фельдшерских учеников. С фронтов первой мировой войны вернулся в родное село весной 1918 года. Вскоре вступил добровольцем в Кашинский отряд. Красной гвардии. С 1919-го член партии. «Во время службы в Красной Армии, — отмечал М. Бритов в автобиографии, — принимал участие в борьбе против контрреволюции: в подавлении кулацких мятежей, арестах буржуазии и антисоветского офицерства. Проводил агитационную работу в городе и по волостям уезда».

В 1919 году Кашинский уком РКП (б) отозвал его из армии и назначил заведующим уездным агентством «Центропечати». Спустя пять лет переведен в Тверь (ныне Калинин), где стал заместителем заведующего губернским отделением Госиздата, а позже и заведующим.

С той поры и занимался книгоиздательской деятельностью в Твери, Воронеже, Самаре.

С 1936 года до конца сороковых годов за вычетом четырех лет, проведенных на фронтах Великой Отечественной войны, Макарий Бритов, член Союза писателей СССР с 1934 года, заведовал Ивановским областным книжным издательством.

Первая книга Макария Бритова — сборник стихов военных лет «По фронтовым дорогам» вышла в Иванове в 1948 году. Через 12 лет увидела свет его повесть «Изба на задворках».

Девять лет, начиная с 1942 года, с Ивановским книжным издательством связана жизнь Михаила Харлампиевича Кочнева (1914–1974). Член Союза писателей СССР с 1943 года он восемь лет возглавлял Ивановскую писательскую организацию.

М. X. Кочнев родился в селе Шегодском Владимирской губернии. Окончил сельскую школу второй ступени и поступил на филологический факультет Московского института истории, философии и литературы им. Н. Г. Чернышевского (ныне филологический факультет МГУ). Выпускник 1939 года знаменитого в ту пору МИФЛИ, Михаил Кочнев некоторое время учился в аспирантуре, занимался фольклором. Находясь на студенческой скамье, много писал. Его стихотворения и песни печатались на страницах журналов «Новый мир», «Молодая гвардия», «Работница», в газете «Рабочий край».

В 1942 году М. X. Кочнева, незадолго до этого принятого в партию, направили в Иваново на работу в местное издательство в качестве редактора. За годы войны он выпустил несколько книжек стихов и стихотворных подписей к плакатам и политическим карикатурам.

Особенно известен Михаил Кочнев как автор сказов. Первый из них — «Серебряный волос» был напечатан в газете «Труд» в 1944 году. А спустя два года в Ивановском издательстве вышел в свет первый сборник сказов М. Кочнева «Серебряная пряжа». Они повествуют о прошлом ивановских текстильщиков, об искусном труде тонкопрях и мастериц ткачества. Вслед за первым сборником сказов в местном и московских издательствах увидели свет и другие: «Расписной узор», «Сорок веретен», «Березовый хозяин», «Дело человеком славится», «Живой родник», «Цвет зари» (о событиях 1905 года). В своеобычной форме они воссоздают страницы далекой истории России и современности, отражают повседневную жизнь ивановских текстильщиков.

Перу М. X. Кочнева принадлежат также романы «Твердыни», «Потрясение», «Оленьи пруды».

В 1932 году в Ивановское издательство редактором художественной литературы был назначен Дмитрий Георгиевич Прокофьев (1905–1984), член Союза писателей СССР с 1934 года.

Он родился в Туле в большой семье рабочего, некоторое время спустя переехавшей в текстильный городок под Москвой — Богородск. Там вскоре умерла мать будущего беллетриста. Заботы о семерых детях полностью легли на плечи отца. Старший брат и сестры, подрастая и минуя учебу в школе, вынуждены были рано начинать работу на фабрике.

Младшему в семье Прокофьевых — Дмитрию удалось весной 1917 года закончить начальную школу. Осенью того же года, уже после победы Великого Октября, для двенадцатилетнего подростка началась самостоятельная трудовая жизнь.

Весной 1919-го отец предпринял отчаянную попытку улучшить горестную судьбу семьи и, взяв младшего сына, устремился на Восток в «хлебный край». Горемычное то путешествие закончилось в селе Дурникино Саратовской губернии, откуда паломники через некоторое время перебрались в город Балашов, где Прокофьев-младший вскоре вступил в комсомол. Участвовал в ЧОНе, приобщался к общественным обязанностям. Тогда же и начал писать.

С путевкой комсомола он в 1926 году приехал в Москву, стал рабфаковцем. Тот год оказался для Прокофьева вдвойне радостным. В ногинской газете «Борьба» был напечатан первый его рассказ «Лесная месть». Рабфаковца приняли на литературное отделение Московского университета, затем в редакционно-издатель-ский институт. Учась в нем, Прокофьев продолжал писать и печататься.

В 1932 году, после досрочного окончания редакци-онно-издательского института, — писал в автобиографии Д. Г. Прокофьев, — я был направлен работать в Иваново. Основные обязанности в издательстве совмещал с писанием рассказов, участием в литературно-общественной жизни областного центра. В разные годы являлся ответственным секретарем Ивановской писательской организации, уполномоченным Литфонда СССР по Ивановской области. В 1941 году вступил в члены партии, в начале следующего в составе ополченской дивизии ивановцев ушел на фронт.

Первая книжка Дмитрия Прокофьева — повесть «Алексей Шкаров», посвященная приобщению к революционной борьбе рабочего-текстильщика, вышла в свет в 1933 году. А всего им издано около 20 книг художественных и документальных повестей, рассказов и очерков: «Высота», «Весна», «Переправа», «Рассказы о Фрунзе», «Утро большого дня» и другие.

Под прямым углом к Крутицкой, напротив здания, в котором размещалось книжное издательство, начинается улица Пушкина. По ней мы и продолжим путешествие по литературным местам города.

Пройдя несколько сот шагов по левой стороне этой тихой зеленой улицы, остановимся возле трехэтажного краснокирпичного особняка старинной постройки В нем после победы Великого Октября размещается ' областной комитет КПСС. На здании установлена мемориальная доска. Ее текст гласит, что здесь, наряду с пламенными революционерами М. В. Фрунзе О. А. Варенцовой, работал Д. А. Фурманов (1891 — 1926).

С ноября 1918-го по январь 1919 года (до отправки на фронт с отрядом иваново-вознесенских рабочих)  Фурманов, работавший секретарем губкома РКП(б), деятельно участвовал в революционной перестройке всей жизни Иваново-Вознесенска и «красной губернии".

В Иванове сохранился ряд других памятных мест связанных с именем этого выдающегося советского писателя, автора широко известного романа «Чапаев» Поскольку имя Д. А. Фурманова, страницы его жизни и творчества хорошо известны читателям и его не требуется представлять, ограничимся здесь лишь кратким перечнем этих памятных мест.

В Иваново-Вознесенске,   куда   семья   Фурмановых переехала из Середы (ныне город Фурманов), будущий романист получил начальное образование, закончил городское шестиклассное училище. О том напоминает мемориальная доска, установленная на здании современной средней школы № 23 (просп. Ленина, 41/7). Затем поступил в Иваново-Вознесенскую торговую школу. Ныне ее здание занимает 26-я школа (ул. Советская, 43).

После продолжения образования сначала в Кине-шемском реальном училище, а затем в Московском университете, после участия в первой мировой войне Д. А. Фурманов в 1916 году возвратился в Иваново-Вознесенск. Преподавал на рабочих курсах, занимался большой культурно-просветительской деятельностью.

В августе 1917 года его кооптировали в состав Иваново-Вознесенского Совета рабочих и солдатских депутатов, который уже в то время осуществлял по сути всю полноту власти в городе.

Фурманов работал в культурно-просветительной комиссии Совета, участвовал в решении чрезвычайно обострившегося тогда продовольственного вопроса. 17 сентября 1917 года Д. А. Фурманов был избран товарищем (заместителем) председателя Совета, располагавшегося в здании, ныне занимаемом Октябрьским райисполкомом (просп. Ленина, 84).

Будущий писатель деятельно занимался и созданием губернского комиссариата просвещения, активно сотрудничал в газете «Рабочий край».

В 1991 году широкая общественность страны будет отмечать 100-летие со дня рождения Д. А. Фурманова. Готовятся к этому и в нашем текстильном крае, в городе первого Совета. Ведется работа по созданию памятника писателю-комиссару. Этот памятник пополнит число примечательных мест, связанных с именем Д. А. Фурманова.

Некоторое время, в конце 1919 года, в здании губ-ком а партии размещалась газета «Рабочий край». Ее редактировал с сентября того же года до января 1921-го Александр Константинович Воронский (1884–1943). Это был видный революционер, партийный публицист, критик и писатель. Возглавляя редакцию «Рабочего края», А. К. Воронский одновременно являлся членом губкома и губисполкома, а с января по сентябрь 1919-го (после отъезда М. В. Фрунзе на фронт) был председателем губкома.

А. К. Воронский родился в селе Хорошавке Тамбовской губернии в семье священника. Учился вначале в Тамбовском духовном училище, затем в духовной семинарии. Незадолго до окончания курса был исключен из нее за «бунт».

Еще будучи семинаристом в 1904 году вступил в партию большевиков, а с 1905 года стал профессиональным революционером. В 1912 году участвовал в Пражской партийной конференции. В 1917 году в Одессе вместе с другими занимался подготовкой к размежеванию с меньшевиками. По мандату В. И. Ленина подписывал мирный договор с Румынией. Был делегатом III съезда Советов в Петрограде. В 1918 году принимал участие в подавлении эсеровского мятежа в Саратове.

За годы революционной деятельности А. К. Воронский проявил себя и как страстный партийный публицист.

Его яркий талант широко развернулся и в пору редакторства в газете «Рабочий край». За это время на ее страницах А. К. Воронский опубликовал около 350 статей публицистического и литературно-художественного характера. В Иваново-Вознесенске вышли в свет его первые брошюры «В. И. Ульянов (Н. Ленин)» (К пятидесятилетию со дня рождения), «Товарищ Фрунзе (Арсений)» (В связи с разгромом Врангеля).

За время работы А. К- Воронского на посту редактора «Рабочий край» стал одной из лучших губернских газет в России. В эти годы при редакции наиболее успешно действовал кружок пролетарских поэтов, которым интересовался В. И. Ленин.

21 января 1921 года он писал библиотекарю Кремля: «Прошу достать (комплект) «Рабочий край» в Ив.Вознесенске. (Кружок настоящих пролетарских поэтов).

Хвалит Горький - Жижин ,Артамонов, Семеновский.

Речь о них у нас пойдет впереди.

В 1921 году А. К. Воронского перевели в Москву, в Главполитпросвет. Работая в столице, публицист вместе с Н. К. Крупской организовал первый советский «толстый» литературно-художественный журнал «Красная новь» и до 1927 года был его главным редактором. Основал книгоиздательство «Круг». Все эти обязанности успешно совмещал с редактированием журнала «Прожектор», работой в Госиздате, подготовкой и публикацией собственных статей и книг. В 1937 году попал в чудовищный водоворот необоснованных репрессий. Через двадцать лет, посмертно, был реабилитирован.

Перу А. К- Воронского принадлежат книги «Искусство как познание жизни и современность», 1924, «Ленин и человечество», 1924, «Литературные портреты» в двух томах 1928–1929, книга «Рассказы и повести», 1933, роман «Бурса», 1934.

С начала двадцатых годов до конца тридцатых редакция газеты «Рабочий край» находилась в соседнем со зданием обкома партии двухэтажном особняке (ул. Пушкина, 11). Здесь же помещалась и редакция областной молодежной газеты. В ту пору, с марта 1925 года, она называлась «Юный текстильщик».

Одним из первых редакторов молодежной газеты был Серафим Иванович Огурцов (1904–1934), получивший известность как поэт.

В краткой автобиографии он писал: «Родился в г. Суздале Владимирской губернии. Когда исполнилось 3 года, умер отец. После смерти отца жил в тяжелой обстановке».

Закончив начальную школу, Огурцов учился в четырехклассном училище в Иваново-Вознесенске. Занятия в нем совмещал с работой в булочной, затем в пакетной мастерской. Тогда же начал писать стихи. В 1919 году вступил в комсомол. Помимо редакторства, работал заведующим отделом печати, членом коллегии политпросвета губкома РКСМ.

Стихи С. Огурцова печатались не только в местных газетах, но и в столичных журналах, в сборниках, издававшихся в Иванове и Москве. Сочинял комсомольский поэт и небольшие пьесы. Их ставили на сцене Клуба подростков. Он помещался в здании, ныне занимаемом Домом работников просвещения (площадь Пушкина).

На тех же подмостках и в других аудиториях Серафим Огурцов часто читал свои стихи. Они были неравноценными, но отличались свежестью чувств, мажорностью восприятия жизни, юмором. «В городе у него было двести тысяч близких задушевных друзей, — писал об Огурцове Ефим Вихрев. — Каждому он хотел сделать что-нибудь хорошее. Его знали все…».

В 1922 году С. Огурцов переехал в Москву, был секретарем журнала «Юный коммунист», поступил в литературный институт, сблизился с поэтами А. Безымен-ским, А. Жаровым, вошел в первую «четверку» организаторов московского литературного объединения «Молодая гвардия». Но тяжелая болезнь вынудила его вернуться в Иваново, где он, мужественно сражаясь с недугом, и умер в неполные тридцать лет.

При жизни поэта в Иванове увидели свет несколько сборников его стихов: «Крылья зорь», «Ленинский призыв», «Обнова», «Весна в корпусах», «Карусель». Наиболее полно поэтическое наследие Огурцова представлено в книге «Крылатая душа», выпущенной в 1959 году.

В числе сотрудников редакции газеты «Рабочий край» в первой половине двадцатых годов до переезда в 1925 году в Москву был Ефим Федорович Вихрев (1901–1935).

Родился он в Шуе. Жизнь прожил недолгую, но и за столь короткое время успел сделать немало. С октябрьских дней 1917 года отдался революционной деятельности. Был одним из организаторов и вожаков шуйской уездной комсомолии. Работал в местной большевистской газете. В составе специального отряда иваново-вознесенских пролетариев добровольцем отправился на борьбу с Деникиным, воевал на Дону и Кубани. В 1919 году вступил в партию.

Находясь в Краснодаре после подавления белогвардейцев, Вихрев занимался газетной работой, вместе с друзьями создал там областную газету «Красное знамя». Был в ней на первых порах секретарем, а позже и заместителем редактора. Там же познакомился с Дмитрием Фурмановым, встреча с которым оказала большое влияние на начинающего литератора. Будучи в Краснодаре, Вихрев не ограничивался одной лишь журналистикой, одновременно учился на рабфаке. В Иваново-Вознесенске тоже совмещал газетную работу с продолжением образования — учился в Иваново-Вознесенском политехническом институте.

Переехав в Москву, Ефим Вихрев работал ответственным секретарем журнала «Город и деревня», затем — издательства «Недра». Некоторое время заведовал музеем-усадьбой Л. Н. Толстого в Ясной Поляне и много писал.

В литературу вошел очерками о Палехе, его живописцах, книгой «Палех» (1930), получившей высокую оценку А. М. Горького. По его совету Ефим Вихрев написал и вторую книгу о Палехе «Палешане» (1934), куда вошли обработанные писателем рассказы самих художников. Он был первым, кто ярко, талантливо рассказал широкому кругу читателей о рождении нового замечательного искусства, ныне известного во всем мире. ••'.¦.*/

Примечательна и такая подробность. В дорогом сердцу писателя Палехе он и похоронен. В центре «села-академии», возле Крестовоздвиженского храма — филиала музея палехского искусства, созданного при деятельном участии литератора, возвышается холмик скромной могилы Ефима Вихрева. Таково было решение художников-палешан, для которых он был и остается верным соратником и помощником в творчестве.

В год десятилетнего юбилея Великого Октября в редакцию газеты «Рабочий край» на штатную работу был приглашен Михаил Дмитриевич Шошин (1902–1975), ставший впоследствии известным ивановским прозаиком. Делегат I Всесоюзного съезда советских писателей, он около десяти лет руководил ивановской областной писательской организацией.

Ему выпало тяжелое детство и отрочество. «Почти все крестьяне нашей деревни (Яснево Кинешемского уезда — В. Б.) работали на фабрике, полевые работы выполняли в свободную половину дня, — отмечал писатель в автобиографии, — на таком же положении была и наша семья…

Учиться меня собрали девяти лет. Первый год и первую половину второго… учился в церковноприходской школе села Хренова (четыре километра от Яснева). В середине второй зимы стал учиться в своей деревне, где была открыта земская начальная школа. Попечительствовал над ней известный тогда земский деятель… инженер-технолог Иван Матвеевич Грибков. По окончании мной сельской школы он дал мне направление в высшее начальное училище в селе Новая Гольчиха… за что я ему всю жизнь благодарен».

Потом была работа в Кинешемском укоме и Вичугском райкоме (он был в подчинении уездного комитета комсомола). Тогда же стал рабселькором. Учился писать заметки и корреспонденции.

Начало газетной работы Шошина в городе Иванове проходило под благотворным влиянием литераторов Н. И. Колоколова (1897–1933) и Е. Ф. Вихрева. Последний, уже переехавший в Москву, часто наведывался в Иваново-Вознесенск, не пропускал случая заглянуть в редакцию, много печатался в «Рабочем крае». Благодаря им, начинающий беллетрист познакомился' и со своим главным литературным учителем — Алексеем Максимовичем Горьким. Великий пролетарский писатель доброжелательно отозвался о перзых рассказах и очерках Шошина, адресовал ему несколько своих писем. Об этой школе Шошин потом вспоминал в очерках: «Как меня учил Горький», «Как он меня учил», «Так учил нас Горький».

С 1934 года М. Д. Шошин член Союза писателей СССР. Его перу принадлежат два романа «За рекой Выремшей» и «Село Думино», около полутора десятков повестей и множество рассказов и очерков, которые издавались в Москве, Иванове, Ярославле. Последняя книга Михаила Шошина «Фабрика за овином» вышла в издательстве «Советский писатель» в 1977 году. В нее вошли автобиографическая повесть и рассказы. В 1962 году в Ивановском книжном издательстве были выпущены «Избранные произведения» писателя.

В течение длительного времени, вплоть до смерти, он жил в доме № 7 по улице Пушкина.

«С этим славным рабочим городом (Ивановом — В. Б.) судьба связала меня на многие годы, — писал в автобиографии советский прозаик и поэт Виктор Васильевич Полторацкий (1907–1982) (подлинная фамилия Погостин). — Здесь я работал в редакции комсомольской газеты «Ленинец» и в газете «Рабочий край», стал членом… областного отделения Союза советских писателей. В Ивановском издательстве вышло несколько сборников моих стихов и очерков. В Иванове я стал членом Коммунистической партии».

Родился будущий поэт в семье машиниста-железнодорожника (со Владимирщины) в далеком Ашхабаде. Отца туда забросила армейская служба, а после солдатчины некоторое время держала работа на Среднеазиатской железной дороге. Ашхабад в первые послереволюционные годы назывался Полторацком в честь большевика, погибшего за Советскую власть в Туркестане. Это фамилия стала потом псевдонимом поэта.

Свои детские и отроческие годы он провел в городе Гусь-Хрустальном Владимирской области. Там четырнадцатилетним подростком стал работать в паровозном депо: учеником слесаря, слесарем, помощником машиниста. В 1927 году активный комсомолец, машинист паровичка на Гусевских торфоразработках впервые увидел напечатанным свое стихотворение «Торфяник» во владимирской областной газете «Призыв». И все-таки свои первые шаги в литературе, как отмечал сам Полторацкий, он сделал в Иванове.

Живя и работая здесь, Виктор Полторацкий не только много писал и печатался как поэт и журналист, но и продолжал свое образование — заочно учился в Ярославском педагогическом институте. Далеко за полночь светились окна в его квартире, которую он занимал в старинном особняке, что возвышается на перекрестке улиц Багаева и Большой Воробьевской (ныне в нем размещается Фрунзенский райисполком).

Именно во время работы в Иванове Полторацкого заметила газета «Известия», ввела в число своих сотрудников. Ее военным спецкором прошел Полторацкий дорогами Великой Отечественной. В послевоенные годы в качестве главного редактора работал в различных центральных периодических изданиях, в том числе и в дорогих ему «Известиях». Много ездил по белу свету, издал немало книг стихов, рассказов и очерков. За одну из них — «В дороге и дома» был удостоен Государственной премии СССР.

Несколько лет жизни в тридцатые годы отдал работе в редакции газеты «Рабочий край» и известный советский писатель Аркадий Николаевич Васильев (1907–1972). Он автор историко-революционной трилогии «Есть такая партия!», романа-дилогии о чекистах «В час дня, Ваше превосходительство…» и «Холодный март», романа-фельетона «Понедельник — день тяжелый», повестей «Товарищ Арсений», «Смело, товарищи, в ногу» и других.

А. Н. Васильев родился в городе Шуе в бедной семье. По призыву комсомола служил на флоте. После демобилизации несколько лет работал в Шуе на текстильной фабрике, был активным рабкором.

«Как-то написал длинную, страниц на десять, статью о том, что рабочим красильного цеха не выдают вовремя спецодежду. Назвал свое творение «фельетоном» и отнес в «Шуйский пролетарий», — вспоминал писатель в автобиографии. — Через три дня узнал, что мой материал идет в очередном номере. Газету печатали ночью, в первом этаже типографии. Я долго упрашивал печатника выкинуть мне один экземпляр. Получив, наконец, газету, тут же у окна, стал искать свой «фельетон» и в отделе «Нам пишут» увидел заметку… в Девять строк».

В 1929 году начал профессиональную журналистскую работу. Сначала в «Шуйском пролетарии», затем в «Рабочем крае», позже — в газете «Правда», журнале «Крокодил».

Первый сборник юмористических рассказов «Бархатная дорожка» Аркадия Васильева вышел в 1948 году в издательстве «Правда». За ним последовал ряд других.

«В детстве я часто слышал от родителей рассказы о том, как бастовали шуйские и ивановские рабочие, — писал А. Н. Васильев в той же автобиографии. — Еще в «Рабочем крае» я начал собирать материалы о М. В. Фрунзе. Живы были многие его товарищи и друзья— старые ивановские большевики. Их воспоминания и легли в основу книги рассказов о Фрунзе «Товарищ Арсений»… А затем я задумал написать повесть о первом в мире Совете рабочих депутатов, созданном иваново-вознесенскими рабочими в 1905 году во время знаменитой летней стачки.

Повесть разрослась в трилогию «Есть такая партия!», над которой я в общей сложности работал около десяти лет».

По роману-фельетону «Понедельник — день тяжелый» и по повести «Товарищ Арсений» на киностудии имени Горького были сняты кинофильмы с такими же названиями.

Роман-фельетон «Понедельник — день тяжелый» был издан также в Болгарии, Венгрии, Польше и Чехословакии.

А. Н. Васильев занимался и общественной работой— являлся парторгом Московского городского комитета КПСС в столичной писательской организации, входил в состав правления Союза писателей РСФСР.

А теперь пересечем проспект Фридриха Энгельса и продолжим нашу прогулку. Миновав всего лишь один квартал, выйдем к старинному двухэтажному особняку, который стоит на перекрестке улиц Пушкина и Ноздрина.

Здесь в 1900 году родилась Наталья Ильинична Черняк, которой суждено было стать видной французской писательницей Натали Саррот. Она широко из-вестна во многих странах как одна из основателей школы так называемого «нового романа». Некоторые из них переведены на русский язык. В числе этих произведений особый интерес вызывает автобиографическая повесть «Детство», которая была опубликована в декабрьском выпуске журнала «Иностранная литература» за 1986 год.

В этой книге Натали Саррот указывает, что родилась в Иваново-Вознесенске. Ее отец в городе текстильщиков владел небольшим заведением по производству красителей. Оказавшись во Франции, «он и там не оставил своих занятий, — отмечает писательница. — В Ванве… мой отец пытается воссоздать сильно уменьшенный вариант своей ивановской «фабрики красильных материалов.».

За домом, во дворе с утрамбованной землей, окруженном маленькими сарайчиками, я ощущаю, так же как и там, во дворе, простиравшемся за огромными деревянными строениями в Иванове, тошнотворный запах кислоты и точно так же переступаю через ручейки желтой-красной-синей жидкости…».

Семья доктора химии Женевского университета Ильи Евсеевича Черняка оказалась за границей задолго до победы Великого Октября.

Вот как об этом рассказывает Натали Саррот в письме автору данного путеводителя.

«В 1902 году мои родители развелись, и мать увезла меня в Париж, но я приезжала к отцу в Иваново на месяц-два каждый год до 1907 года.

Когда произошло «Дело Фонарного переулка», и мой дядя убежал в Швецию, мой отец уехал в Париж, чтобы поднять общественное мнение на защиту своего брата, и потом уже не мог вернуться на родину и остался в Париже».

Дядя Натали Саррот был революционером. Участвовал в начале века в смелой и дерзкой акции — ограблении с политическими целями одного из петербургских банков, что находился в Фонарном переулке. Отсюда и название «дела>.

Полиция подоспела к разгару операции. Не всем ее участникам удалось уйти от рук царских охранников. Черняку же посчастливилось. Он избежал тогда ареста и сумел уехать в нейтральную Швецию. Царское правительство требовало от нее выдать революционера как уголовного преступника. Полемика об этом вылилась на страницы европейских газет. Тому и содействовал отец будущей романистки, уехав из Иваново-Вознесенска в Париж.

В той газетной дискуссии сказали свое слово и европейские писатели. Большой резонанс, в частности, вызвало опубликованное в прессе заявление группы литераторов, которых поднял Анатоль Франс.

Не сразу, но царской охранке вероломным путем все же удалось выманить революционера из Швеции и погубить. По пути из нейтрального государства во французский порт Гавр дядя Наташи Черняк погиб при загадочных обстоятельствах. Близкие же его родственники остались во Франции навсегда.

…Наталья Черняк первоначально, видимо, и не намеревалась стать писательницей. Она, получив высшее филологическое и юридическое образование, по примеру другого своего дяди занималась адвокатской практикой в Париже. К писательству ее потянуло в возрасте тридцати с лишним лет. Первой книгой явился сборник миниатюр «Тропизмы». Ко второй ее книге «Портрет неизвестного» предисловие написал Жан Поль Сартр.

Ныне Натали Саррот автор многих книг. Живет в Париже. У нас, помимо ее повести «Детство», выпущен также роман «Вы слышите их?» Он входит в том, содержащий по одному из произведений четырех наиболее видных представителей литературной школы «нового романа». Книга выпущена в свет издательством «Художественная литература» в 1983 году. А в 1963-м журнал «Иностранная литература» в первом номере познакомил советских читателей с фрагментом романа французской писательницы «Планетарий».

От дома, в котором родилась и провела первые годы Натали Саррот, направимся по улице Ноздрина к приземистому краснокирпичному зданию бывшей мещанской управы. Здесь 28 мая 1905 года состоялось первое заседание первого в России Иваново-Вознесенского общегородского Совета рабочих депутатов. Этот особняк также относится к числу литературных памятников областного центра.

Председатель первого Совета Авенир Евстигнеевич Ноздрин (1862–1938) был не только активным участником революционных событий, но и их поэтом, одним из зачинателей пролетарской поэзии в текстильном крае.

«Большим освободительным годом» назвал он в своих поздних дневниковых записях 1905 год. Для председателя первого Совета он явился еще и своеобразным «звездным часом» его литературного творчества. Весной и летом того года он особенно много и плодотворно работал как поэт. Живо откликаясь в стихах на события мощного политического выступления рабочих, он создал тем самым его своеобразную поэтическую летопись. Многие из этих стихотворений быстро становились достоянием участников стачки, бастующие их заучивали наизусть, пересказывали другим.

Пробовать же свои силы в литературе А. Е. Ноздрин начал еще в конце 80-х годов прошлого века. Первым опубликованным его произведением было стихотворение «Ночью». Оно увидело свет на страницах ярославской газеты «Северный рабочий» в конце девяностых годов.

Бывая в Москве и Петербурге, рабочий поэт познакомился с писателями. Особенно близко сблизился с В. Я. Брюсовым. Переписывался с ним, навещал его в московской квартире. Известный поэт одобрительно отзывался о стихах иваново-вознесенского текстильщика, расценивая их как «очень оригинальную поэзию», хотел включить стихи Ноздрина в один из сборников или выпустить отдельной книжкой.

А. Е. Ноздрин всегда очень дорожил общением с В. Я- Брюсовым. Воспоминания о встречах и беседах с ним сохранил на всю жизнь. В дневниковой записи, сделанной 14 сентября 1925 года, Ноздрин, к примеру, отмечал: «Переписываю стихи для М. П. Сокольникова. Это будет второй случай, когда я свои стихи буду посылать в Москву. Когда-то я носил их В. Я. Брюсову, согласившемуся их и издать, а потом мы оба решили, что мне издаваться еще рано, и это «рано» так и осталось «раном», одним моим неисполненным делом, за которое, к великому моему счастью, отвечать, кажется, не придется. Так и напишу об этом Сокольникову. Стихи мои… нужны И. Кубикову для третьего издания его революционно-литературной хрестоматии, он там меня хочет представить еще шире…».

«Неисполненное» дело А. Е. Ноздрин все-таки осуществил. Впервые это произошло через два года после появления выше приведенной записи в дневнике. В 1927 году в Москве вышел сборник стихов Авенира Ноздрина «Старый парус».

При жизни поэта увидела свет и вторая его книга: в 1935 году в Иванове были изданы «Избранные стихотворения». Печатались его стихотворения также в различных сборниках, альманахах и других изданиях.

В областном центре сохранилось несколько памятных мест, связанных с именем одного из зачинателей пролетарской поэзии в текстильном крае. О здании бывшей мещанской управы уже говорилось. Улица, берущая свое начало у этого особняка, в год столетия со дня рождения поэта получила его имя. Па берегу легендарной Талки в аллее борцов революции установлен гранитный бюст председателя первого Совета.

Накануне первой русской революции 1905 года А. Е. Ноздрин работал на бывшей фабрике Зубкова. Ее корпуса сейчас входят в состав прядильно-ткацкой фабрики имени Ф. Э. Дзержинского, так что и «Дзер-жинку» можно, в известной мере, отнести к числу литературных мест областного центра.

На улице Смирнова сохранился двухэтажный особняк под номером 15. В нем в первые годы Советской власти размещались редакция газеты «Рабочий край» и типография, где работал Ноздрин.

От здания, где в 1905 году заседал первый Совет, пройдем до музея первого Совета.

Здесь до 70-х годов находилось небольшое двухэтажное здание старинной кирпичной кладки. На его фронтоне виднелись следы от былой рельефной надписи «Городское приходское училище».

Построено оно было в 1815 году как учебное заведение. Здесь в течение четырех лет приобщался к грамоте сын местного крестьянина-предпринимателя Филипп Диомидович Нефедов (1838–1902), довольно известный в свое время русский писатель.

Связь его с этим учебным заведением после успешного окончания в нем обучения не прервалась. Спустя годы, Филипп Нефедов сам стал здесь учить детвору. А еще позже, в год отмены крепостного права, организовал тут и первую в селе Иванове воскресную школу для рабочих. В ней будущий писатель преподавал историю, естествознание и другие дисциплины.

К идее создания этой школы молодой человек пришел под влиянием общения с уже названным В. А. Дементьевым. В организованный им литературный кружок вместе с В. А. Рязанцевым входил и Ф. Д. Нефедов, к тому времени уже опубликовавший свой первый очерк «Галичская ярмарка».

Деятельность кружка не ограничивалась обсуждением одних лишь литературных вопросов. Его организатор призывал своих молодых друзей всячески содействовать распространению культуры и образования в среде трудового народа. Сам в свободное время давал бесплатные уроки детям местной бедноты.

Все это и подтолкнуло молодого учителя Нефедова устроить школу для рабочих. Она, разумеется, сразу же оказалась бельмом в глазу у власть имущих, вызвала у них неприязнь и раздражение: «…на каком основании преподаватели вменили себе в обязанность знакомить слушателей с важными этапами исторической жизни русского народа, замечательными историческими личностями, явлениями природы и пр. — отчитывали шуйского уездного смотрителя училищ губернские чиновники. — Под благовидным предлогом распространения в народе грамотности, люди злоумышленные покушались развивать вредные учения, возмутительные идеи, превратные понятия о собственности и безверие…».

После этого над «самоуправным» устроителем школы смотритель учинил неусыпный надзор, как того требовал угрожающий циркуляр начальства. Но и этого ему показалось мало и в 1862 году «за вредное направление» благого дела оно распорядилось закрыть школу для рабочих. Их молодой просветитель покинул родное село, направился в Москву.

Там он вознамерился поступить в университет. Но власть придержащие в селе Иванове не пожелали допустить «крамольного» учителя в среду студентов, которых числили завзятыми вольнодумцами. «Сельское общество» отказало Нефедову в выдаче «увольнительного акта». А только при наличии этого документа человек, принадлежавший к крестьянскому сословию, мог претендовать на право поступления в высшее учебное заведение. Будущий писатель был вынужден ограничиться званием вольнослушателя историко-филологического факультета.

К тому времени относится и активное сотрудничество Нефедова в газетах и журналах «Развлечение», «Будильник», «Санкт-Петербургские ведомости» и других. В них Ф. Д. Нефедов выступал как фельетонист, автор очерков и рассказов.

Материалом для них служили наблюдения, накопленные во время многочисленных поездок по делам отца — «капиталистого крестьянина», как тогда называли сельских предпринимателей. Нефедов-старший очень хотел, чтобы сын занялся торговыми делами. Для этого и посылал его на устраиваемые в разных местах ярмарки, в близкие и отдаленные города и села. Впечатления от поездок, встреч с разными людьми подтолкнули невольного негоцианта к записям об увиденном и услышанном, вызвали стремление поведать об этом другим.

Приехав в Москву, Ф. Д. Нефедов сблизился с писателями-народниками Успенским, Слепцовым, Левитовым. Их идейно-художественные взгляды развивал и в собственном творчестве. В очерках и рассказах «Наши фабрики и заводы», «Девичник», «Святки в селе Данилове» Нефедов нарисовал безрадостную картину произвола и жестокости властей и толстосумов, тяжкой доли ивановских рабочих, задыхавшихся от непосильного труда.

В хронике публицистической деятельности Нефедова следует отметить такие подробности. В 1865–1866 годах он редактировал прогрессивный журнал «Книжник». С 1879 года, до ареста по делу революционера- народника А. И. Желябова, занимался редактированием одной из лучших в то время московских газет «Русский курьер». Через непродолжительное время литератор ввиду отсутствия улик был освобожден из-под стражи, но мысль о возвращении к редакторской деятельности пришлось оставить.

Известен Нефедов и как крупный фольклорист-этнограф, автор повестей и рассказов о жизни русской интеллигенции, крестьянства. В этих произведениях он как народник не мог в чем-то не идеализировать патриархальный уклад крестьянской жизни. Это, однако, не помешало А. М. Горькому отметить его в ряду наиболее талантливых писателей-народников.

О том, что имя Нефедова было известно и зарубежным ценителям русской словестности, свидетельствует письмо библиотекаря Британского музея Г. Вильсона, адресованное писателю в 1881 году. «Позвольте поблагодарить Вас за любезность, которую Вы мне оказали, приславши… Ваши очерки и рассказы, — писал англичанин автору книги «На миру» — Судя по рассказу «Леший обошел», который я успел прочесть, книга Ваша обещает мне много удовольствия и, может быть, окажется возможность что-нибудь из нее перевести, дабы познакомить английскую публику с Вашими произведениями».

При жизни писателя вышли его книги «На миру», собрание сочинений в четырех томах, «Святочные рассказы». В советское время в Иванове были изданы трехтомник повестей и рассказов и «Избранные произведения» Ф. Д. Нефедова.

Справа от музея возвышается краснокирпичное здание школы № 26 — ценный мемор_иальный объект. У входа в нее установлена мемориальная доска. Из ее текста явствует, что здесь, в бывшей торговой школе, в 1905–1908 годах учился юный Дмитрий Фурманов. В разные годы тут занимались и другие литераторы.

От 26-й школы отправимся дальше по Советской улице, минуем Дом печати и через несколько сот шагов выйдем к месту, где ее пересекает улица Бубнова. Здесь наше внимание непременно привлечет двухэтажный особняк старинной кирпичной кладки (Советская, 54), отличающийся довольно выразительным декором.

Этот дом принадлежал откупившемуся от помещика нижегородскому крестьянину Иосафу (Асафу) Григорьевичу Суслову. В селе Иванове он владел набивным и каландренным заведением.

Если же мы обогнем особняк и выйдем на улицу 10 Августа, то обнаружим отдаленное отображение только что увиденного дома. Правда, почти в два раза меньше и совершенно лишенного всяких украшений.

В этой усадьбе жила семья брата Суслова — Про-кофия Григорьевича. Его дочь Аполлинария Прокофьевна Суслова (1839–1917) являлась довольно известным в свое время литератором. Была гражданской женой великого русского писателя Ф. М. Достоевского. Особый интерес из ее произведений для нас представляет книга воспоминаний «Годы близости с Достоевским. Дневник, повесть, письма», изданная в Москве в 1923 году.

Г. Суслов оказался под стать брату. Предприимчивый и оборотистый, он тоже вскоре откупился на волю и даже стал в своей округе управляющим одним из многих имений графа Шереметева.

В Иваново П. Суслов перебрался, приняв предложение брата стать пайщиком в его расширившемся деле.

На задворках богатых хоромов главы фабрики П. Г. Суслов и построил свой дом: попроще, по достатку, но такой, в каком можно было разместить большую семью. В ней, кроме сыновей, росли и две дочери. Всем им предприниматель постарался дать хорошее образование и воспитание. Дочери Аполлинария и Надежда учились в Петербурге.

Сострадая русским крестьянам, среди которых они выросли, девушки быстро увлеклись передовыми идеями века — идеями «шестидесятников». Под их влиянием стали активно участвовать в молодежных кружках. За связь с революционными организациями, участие в I Интернационале Н. П. Суслова была взята «под негласный бдительный надзор полиции».

Полные молодого энтузиазма, Сусловы искренне полагали, что чем больше они преуспеют в избранных занятиях, тем скорее смогут помочь другим. Отсюда у каждой возник свой образ человека, на помощь которому они должны устремиться всего скорее.

Слушая в Петербургском университете публичные лекции знаменитых профессоров, посещая популярные чтения-концерты с участием Чернышевского, Некрасова, Достоевского, композиторов А. Рубинштейна, Ве-нявского, Аполлинария Суслова выделила из всех автора «Униженных и оскорбленных», недавно вернувшегося с каторги и военной службы. Он предстал юной «шестидесятнице» героем и мучеником, жертвой идеи, выразителем великой надежды.

Ее молодой страстной жажде поклонения и безраздельной отдаче себя великому и героическому Достоевский ответил всем своим образом гениального исстрадавшегося художника. И он пошел навстречу этому горячему чувству. Аполлинария Суслова стала предметом самой сильной его страсти.

Даровитой творческой натуре Аполлинарии Достоевский открыл литературное поприще. В своем журнале «Время» напечатал ее первый рассказ «Покуда».

В романе Достоевского «Игрок» в образе его героини Полины современники без труда узнали А. П. Суслову. Этот образ, выписанный особенно выпукло, производит сильное впечатление, — горда, независима, умна, «тигрица и мучительница», бесконечно влюбленная в жизнь.

Для ивановского читателя история жизни А. П. Сусловой интересна и следующим фактом. После разлуки с Достоевским Аполлинария Прокофьевна вернулась в Иваново. Жаждущая активной общественной деятельности, она, сдав предварительно в университете экзамен на звание учительницы, организовала в 1868 году в селе Иванове первую школу для девушек.

Ее попытку создать «Школу-пансионат для приходящих девушек» власть имущие сразу приняли в штыки. Слыханное ли это дело «обучать девок не молитвам дл рукоделию, наукам — вещам и вовсе некасаемым для оудущеи семейной жизни».

Получив такое донесение, министр народного просвещения Д. Толстой вкупе с шефом жандармов Шуваловым незамедлительно потребовали объяснения от попечителя Московского учебного округа. Тот вскоре от-Р„портовал. «Суслова — человек неблагонадежный. ина носит синие очки, волосы у ней подстрижены. Кро-тии имеются СЛУХИ> что в своих суждениях она слишком свободна, и никогда не ходит в церковь» сянпГК°И ХаРактеРистики оказалось достаточно, дабы ную mvKH пРиказали немедленно закрыть новоявленную школу как «опасный очаг нигилизма».

На том можно бы и закончить. Но это было бы несправедливо по отношению к Надежде Прокофьевне Сусловой (1843–1918), талантливой беллетристке, печатавшейся на страницах журналов «Современник», «Вестник Европы» и других.

Она также была знакома с Достоевским, переписывалась с ним. Впервые он познакомился с ней — вольнослушательницей Петербургского университета. Относился к ней с глубоким уважением.

В одном из писем, адресованных Надежде Прокофьевне, Достоевский писал: «Я в каждую тяжелую минуту к вам приезжал отдохнуть душой. Вы видели меня в самые искренние мои мгновения…».

Главным делом своей жизни Надежда Суслова избрала медицину. «Я пожелала научиться этому делу возможно больше и возможно лучше, — писала она позже в воспоминаниях. — И мысль, что такое занятие в своем полном размере обыкновенно не представляется женщинам, не могла уже остановить меня».

И это, когда в царской России для женщин были закрыты двери всех университетов. Лишь в Медико-хирургической академии профессора И. М. Сеченов и С. П. Боткин позволили посещать их лекции трем женщинам, в том числе и Н. П. Сусловой.

Она вскоре попробовала свои силы и в самостоятельных исследованиях. Выполнила первую научную работу. Та оказалась настолько серьезной, что ее отметил тогдашний «Медицинский вестник».

Но тут — новое испытание. Самодержавие, напуганное распространением освободительных идей 60-х годов, увидело для себя угрозу и в допуске трех женщин к занятиям медицинской наукой. И двери им в аудитории Медико-хирургической академии были вновь закрыты.

Суслова, однако, не сдалась. Она решила отправиться за границу, чтобы там получить образование. Деньги на это, к счастью, подоспели в виде гонорара за повести, опубликованные ею в журнале «Современник». Их было, конечно, маловато, но на первое время хватило бы. Отец к тому времени сам был одолеваем многочисленными кредиторами, но и он благословил дочь на все ее начинания.

Так ученица Сеченова оказалась в Швейцарии, в городе Цюрихе. А начинания и там оказались не из легких. И хотя в Европе к женщинам, пожелавшим изучать медицину, тоже относились весьма неприязненно, Н. П. Суслова с трудом, в виде исключения, была принята на медицинский факультет.

Духовных сил, необходимых для напряженной работы и противостояния недоброжелательности цюрихских обывателей, ей прибавляла переписка с знаменитой Жорж Санд, а особенно с А. И. Герценом и Ф. М. Достоевским, который внимательно следил за ее нелегкой жизнью.

В письме своей племяннице 31 января 1867 года он сообщал: «прежний друг мой Надежда Суслова выдержала в Цюрихском университете экзамен на доктора медицины и блистательно защитила диссертацию. Это еще очень молодая девушка — редкая личность, благородная, честная, высокая!».

По свидетельству современников, Н. П. Сусловой под аплодисменты профессоров и студентов присвоили сверх того и звание «вирюдоктиссима». В переводе с латинского это слово обозначает — «дева ученейшая».

Но царское правительство распорядилось отказать ей в возвращении на родину. Европейская общественность, хотя и сама тогда не испытывала недостатка в собственных «мудрых» монархах, волеизъявления российского, однако, не поняла и не приняла. Первыми поднялись газеты. На их страницах появились статьи и корреспонденции в защиту первой в России и Европе женщины-врача. В хор голосов европейских газет включились и отечественные.

Под давлением общественного мнения правительству все-таки пришлось снять запрет на возвращение Н. П. Сусловой на родину.

Но тут ее ждали новые мытарства. Сусловой запретили заниматься избранным делом. По российским законам женщина не могла получить звание доктора медицины — в университеты-то их не допускали. Лица же, удостоенные его в зарубежных учебных заведениях, должны были на родине держать специальные экзамены. Эти-то Суслову уж не могли испугать. Она смело предстала перед Медицинской комиссией и та дала мужественной женщине право на лечебную практику в России.

Следующим пунктом нашей экскурсии является Двухэтажный особняк дореволюционной постройки, который находится на улице Смирнова, 15. Всего проще к нему от «дома сестер Сусловых» можно выйти по ули-Це Бубнова до пересечения с нужной нам улицей.

От этого перекрестка по правой стороне магистрали направимся к ее истоку, в сторону площади Революции. Не пройдя и трех кварталов, приблизимся к нужному нам зданию.

Сюда в 1918 году из здания губисполкома на Ивановской улице (ныне ул. Батурина, 5) переместилась редакция «Рабочего края». И именно в этих стенах начал собираться «кружок настоящих пролетарских поэтов». Именно тут им, неизменно поощряемым А. К- Воронским, особенно плодотворно работалось.

Все три поэта, названные в ленинской записке, были штатными сотрудниками газеты. Помимо стихов, на ее страницах печатались их статьи и корреспонденции, репортажи и заметки.

Вот краткие биографические сведения о поэтах.

Иван Ипатьевич Жижин (1892–1933) родился в бедной крестьянской семье в селе Чечкино-Богородское Шуйского уезда. Детские годы провел в Шуе, где его мать работала кухаркой-прачкой в доме одного из фабрикантов.

На скопленные ею деньги летом 1913 года Жижин смог поехать в Петроград учиться. Работая там учеником фармацевта, занимаясь канцелярской службой, он в двадцатитрехлетнем возрасте окончил средние общеобразовательные курсы. К тому времени относятся и его пробы в литературе. Первые его стихи увидели свет в «Новом журнале для всех», «Дамском мире», других изданиях.

Вернувшись в начале 1917 года в Шую, Жижин продолжал много писать. Посылал стихи и в газету «Рабочий край». Большинство из них было напечатано. А через непродолжительное время Жижин переехал в Иваново-Вознесенск и стал заниматься газетной работой.

Со стихами Жижина Семеновский познакомил Горького, который назвал их талантливыми. Незадолго до переезда Жижина в Москву, в 1922 году, в Иваново-Вознесенске вышла книга его стихов «Мое». В столице поэт работал в Телеграфном агентстве и Партиздате.

Михаил Дмитриевич Артамонов (1888–1958) родился в Плесе в семье крестьянина деревни Пески ныне Кинешемского района. После окончания сельской школы в возрасте 9 лет будущий поэт начал трудовой путь: был мальчиком при конторе ткацкой фабрики, подсобником, «два года работал в садоводстве, после чего в 13-летнем возрасте отдан в…сельскохозяйственную школу, которую окончил 17 лет», — писал он впоследствии в письме Д. Н. Семеновскому.

Потом в качестве хроникера сотрудничал в провинциальных газетах, одновременно писал стихи. Впервые Артамонов увидел их напечатанными в 1908 году. Спустя пять лет, по окончании солдатской службы, приехал в Иваново-Вознесенск. Здесь издал два небольших поэтических сборника «Когда звонят колокола» и «Улица фабричная». Тогда же попытался наладить издание еженедельного литературно-художественного журнала «Дым». Продолжалось оно, однако, недолго. По приказу городских властей на 14-м номере журнал прекратил свое существование, а его издатель покинул город на Талке.

«По приезде в Петербург в 1914 году, — читаем дальше в том же письме, — сотрудничал в газете «Правда», пока с первой мобилизацией не был отправлен на фронт, где и пробыл до начала 1918 года ротным фельдшером (фельдшерскую школу окончил на действительной военной службе)».

Артамонов и на фронте продолжал много писать. Его стихи тогда по-прежнему печатались в газете «Правда», а также в журналах «Работница», «Вопросы страхования», «Металлист» и других. О стихах Михаила Артамонова одобрительно отзывался А. М. Горький, называя его одаренным поэтом. В «Сборнике пролетарских писателей», выпущенном в 1917 году под редакцией М. Горького, А. Сереброва и А. Чапыгина, были напечатаны три стихотворения Артамонова. Он переписывался с Горьким, получил от него несколько писем.

«С апреля 1918 года, — отмечал дальше в названном письме Артамонов, — состоял сотрудником газеты «Рабочий край» и одновременно заведовал губернским отделением «РОСТа». То время, пожалуй, было особенно плодотворным для поэта. За период с 1918 по 1921 год им лишь в одном «Рабочем крае» было опубликовано свыше ПО стихотворений и 20 рассказов и очерков. Помимо этого, пролетарский поэт широко печатался в различных литературных альманахах. В 1919 году издательством Петроградского Совета был выпущен сборник стихов Михаила Артамонова «Земля родная».

«В 1922 году переехал в Москву и сотрудничал во многих газетах и журналах, — сообщал он далее Семеновскому, — издал сборники стихов… «Деревенская ули-Ца», 1924. «Маков цвет». Москва. 1928. «Весна»… 1928 и несколько сборников очерков и производственных брошюр».

В Иванове сохранился дом, в котором Артамонов жил в 1918–1921 годах. Эта одноэтажная постройка стоит под номером 29 на улице Зеленой.

Дмитрий Николаевич Семеновский (1894–1960) увидел свет в селе Меховицы на Владимирщине, в семье священника. На вопросы анкеты в 1921 году поэт писал: «3-х лет перевезен в с. Юрьевское (ныне Калачев-ского сельсовета Ивановского района — В. Б.), где рос до поступления в Шуйское духовное училище. Потом учился во Владимирской духовной семинарии, откуда исключен из 4-го класса за участие в беспорядках. Потом жил в Москве, в Юрьевском, в Иваново-Вознесен-ске». В городе первого Совета, добавим от себя, с 1916 по 1960 год.

Пробовать силы в литературе начал, еще учась во Владимире. Оттуда в 1912 году в большевистские газеты «Правда» и «Невская звезда» послал стихи, которые были опубликованы. Со следующего, 1913-го, состоял в переписке с А. М. Горьким, которая продолжалась вплоть до 1935 года.

В уже называвшейся анкете Семеновский отмечал, что до революции печатался в журналах «Просвещение», «Путь», «Современный мир», «Современник», «Летописец», газете «Старый владимирец», а после Октябрьской революции «занимался газетной работой, писал стихи, маленькие рассказы, заметки». Печатался в журнале «Красная новь», иваново-вознесенских коллективных сборниках и газете «Рабочий край». Работе в ее редакции поэт отдал около 17 лет (с 1918 по 1934 год).

О творчестве Д. Н. Семеновского высоко отзывались не только А. М. Горький, но и А. А. Блок, В. В. Маяковский, другие писатели. За годы литературной деятельности у Д. Н. Семеновского вышло немало сборников стихов, книг рассказов и очерков. Первыми были стихотворные сборники «Благовещение» и «Под голубым покровом» — (1922). В 1927-м вышла книга стихов «Мир — хорош» с предисловием А. Блока, в 1930 — «Земля в цветах» с предисловием М. Горького. О своем общении с великим пролетарским писателем Семеновский рассказал в книге «Письма и встречи» (1938).

Многие произведения Семеновского переведены па иностранные языки. Переводом стихов украинских, чешских, немецких поэтов занимался и сам Д. Н. Семеновский. Его перу принадлежит и поэтический пересказ с древнерусского языка «Слова о полку Игореве», который получил широкое признание.

В поэтическое объединение, действовавшее при редакции, входила и Анна Александровна Баркова (1901–1976). В анкете, заполненной 15 июня 1921 года, она отмечала: «…до Октябрьской революции училась, после Октябрьской революции — служу в качестве хроникера в редакции «Рабочего края»». А позднее, вспоминая время сотрудничества в газете, редактируемой А. К- Воронским, поэтесса писала: «Три с лишним года моей работы в «Рабочем крае» совпали с так называемым «литературным уклоном» газеты. Мы благодарны газете за этот уклон. Благодаря ему в самое трудное для печати время мы могли многое сказать и художественная продукция наша не осталась под спудом, а она увидела   свет и нашла своего читателя».

Будущая поэтесса родилась и выросла в Иваново-Вознесенске. Мать ее была текстильщицей, отец — щвейцаром в женской гимназии (ее здание не сохранилось). При ней Барковы и жили. В ее классах рано пристрастившаяся к чтению дочь швейцара и получила среднее образование.

Писать стихи Анна Баркова начала, когда ей было 12 лет, а с 18 стала печататься, сначала в «Рабочем крае», затем и в местных сборниках и альманахах. О чем были стихи молодой поэтессы? О судьбе женщины до революции и после победы Великого Октября. Стихи Анны Барковой отличали яркая образность, высокая эмоциональность, необычность формы.

Поэтические опыты Барковой привлекли внимание А. В. Луначарского, когда он весной 1919 года приезжал в Иваново-Вознесенск.

Ободренная вниманием наркома просвещения, Баркова стала посылать ему свои новые стихотворения, получила в ответ несколько писем. В них была требовательная забота и вера в многообещающий поэтический талант дочери иваново-вознесенской текстильщицы. А. В. Луначарский помогал Барковой в подготовке и выпуске в свет первой и, к сожалению, последней книги ее стихов «Женщина», написал к ней предисловие. Этот сборник заметила пресса. На него откликнулось несколько критиков.

Благодаря Луначарскому Баркова переехала в Москву. Вначале работала в его секретариате, затем стала слушательницей Литературного института. Ее стихи печатались в журналах «Красная новь», «Работница», газете «Известия». Ряд произведений был включен в различные хрестоматии и антологии советской поэзии первых лет революции.

О творчестве Барковой с одобрением отзывались А. Блок, В. Брюсов, А. Воронский. Луначарский в одном из писем, адресованных недавней сотруднице «Рабочего края», выразился даже так: «Я вполне допускаю мысль, что вы сделаетесь лучшей поэтессой за все прежнее время русской литературы». Но пришел страшный 1934-й и судьба поэтессы на ее крутом взлете была безжалостно изломана. С декабря 1934 по май 1956 года (за малым вычетом) Анна Баркова находилась в лагерях и ссылках. И только благодаря вмешательству А. Т. Твардовского, как отмечают исследователи, дело Барковой, безвинно осужденной, было наконец-то пересмотрено.

Сейчас происходит как бы второе открытие поэтессы. Это позволили сделать публикации ее стихов А. Агеевым и Л. Тагановым в газете «Рабочий край» и журнале «Огонек», в приложении к нему. Несколько стихов Анны Барковой вошли в сборник стихов русг ских советских поэтов «Реквием», 1989.

В одно время с Анной Барковой в редакции «Рабочего края» работал и Николай Павлович Смирнов (1898—1978), советский писатель, критик.

В автобиографии он писал: «Родился... в г. Плесе... в средне-купеческой семье.

После приходского и, частично, городского училища в Плесе, учился в Кинешемском реальном училище, которое закончил только в 1919 году, когда оно уже было советской школой 11 ступени. Огромное влияние имел на меня в годы учебы в реальном училище Дмитрий Фурманов, учившийся на несколько классов старше и руководивший моим «внешкольным» образованием (выбор книг для чтения, беседы о литературе и т. п.)».

У Николая Смирнова довольно рано обнаружилось стремление к литературному творчеству. Местные газеты стали его печатать, когда он еще был питомцем реального училища. А завершив в нем учебу, целиком отдался журналистской работе. Был штатным сотрудником «Кинешемского вестника», затем газеты «Рабочий и крестьянин» — предшественницы современной «Приволжской правды». Осенью 1920 года молодого многообещающего журналиста приняли в партию и назначили редактором «Рабочего и крестьянина».

Не прошло и двух лет, как Николай Смирнов уже в Иваново-Вознесенске. Работает членом редколлегии областной газеты. В том же, 1922-м, талантливого журналиста переводят в Москву, на работу в «Известия», где он трудился до 1926 года, а затем вплоть до 1934-го был литературным секретарем журнала «Новый мир». В эти годы он много писал и печатался в качестве прозаика и критика. Члена Союза писателей с 1934 года Н. П. Смирнова специалисты знают еще и как серьезного исследователя творчества И. А. Бунина.

В 1929 году вышла в свет первая книга писателя «Изумруд Севера». Она вобрала в себя рассказы и очерки, созданные беллетристом на материале любимого им Поволжья. Потом к читателю пришли книги «Теплый стан», «Человек и жена», «Своим следом» и другие. «Лучшим из всего написанного мной считаю повесть «Золотой Плес», — отмечал в автобиографии Н. П. Смирнов. — Формально это повесть о пребывании Левитана в Плесе, а шире — попытка осмысления процесса художественного творчества…».

Писатель не избежал участи многих своих современников. В декабре 1934 года его арестовали. После тюрьмы на Лубянке, пересылки в Мариинске были лагеря на Кемчуге и Воркуте… Освободили прозаика летом 1939 года.

С августа 1941 по август 1945 находился на фронте. В послевоенные годы был «тесно связан с альманахом «Охотничьи просторы» — как член редколлегии». Реабилитация пришла к Н. П. Смирнову лишь в 1959-м. Тогда же восстановили его и в Союзе писателей.

С улицы Смирнова мимо сквера на площади Революции снова выйдем на улицу 10 Августа и остановимся возле дома под номером 41. Тут в тридцатых годах размещались редакции областных газет: молодежной «Ленинец», и пионерской «Всегда готов». В 1934 году к их вывескам прибавилась еще одна — Ивановское отделение Союза писателей СССР. Его первым председателем был делегат Первого съезда писателей Александр Павлович Алешин (1895–1943).

Сын крестьянина из села Святое (ныне Некрасово) Костромской губернии окончил курс высшего начального училища в Костроме. После этого началась трудовая жизнь Александра Алешина. Ее прервала первая мировая война. В 1915 году Алешина «как грамотного» мобилизовали в школу прапорщиков. В сражениях на Румынском фронте был тяжело ранен, около двух лет провел в госпитале.

Затем красноармеец Алешин организовывал продотряды Костромского губпродкома. А в начале 1920 года вступившего к тому времени в партию Александра Алешина перевели на работу в редакцию газеты «Красный мир». Занятия журналистикой во вчерашнем солдате пробудили литературный дар. Алешин начал пробовать свои силы в беллетристике, его первые рассказы и повести были напечатаны в журналах «Красная новь», «Красная нива», «Октябрь», «Звено» (Иваново).

С 1929 года А. П. Алешин в Иванове. Возглавлял Иваново-Вознесенскую ассоциацию пролетарских писателей, а с 1934-го — областное отделение Союза писателей СССР. Занимал этот пост до 1937 года. Затем — во время Великой Отечественной войны — участвовал в строительстве оборонительных сооружений под Ногинском Московской области, в 1943 году тяжело заболел и умер.

Зданием, где вначале располагалось Ивановское отделение Союза писателей, перечень литературных мест на улице 10 Августа не исчерпывается. Если пойти по ней дальше, туда, где от нее начинается проспект Фридриха Энгельса, то мы не сможем не обратить внимания на приметный двухэтажный особняк, построенный до революции. Прежде это была гостиница, известная в городе под названием «Дуняшкины номера».

Сейчас на этом здании установлена мемориальная доска. На ней высечены слова: «Здесь жил с 1924 по 1960 год, один из первых поэтов текстильного края Дмитрий Николаевич Семеновский. 1894–1960».

В этом доме, который в то время местные литераторы называли «семеновским», некоторое время жил и Серафим Огурцов.

В трехстах с небольшим метрах позади «семеновского» дома, на Советской улице (23) возвышается внушительных размеров трехэтажное здание крас-нокирпичной кладки. Здесь, в бывшем Ивановском военно-политическом училище, постигали науку побеждать силой оружия и пламенного слова Михаил Кузьмич Луконин (1918–1976) и Сергей Сергеевич Наровчатов ^(1919—1981). О том напоминают строки мемориальной доски, установленной на здании.

Представлять читателям этих широко известных советских поэтов, наверное, нет нужды. Их имена, что называется, на слуху у всех тех, кто интересуется литературой.

А теперь возвратимся назад к «семеновскому» дому и от него по площади Революции поднимемся к началу проспекта Ленина и улицы Красной Армии. Второе здание, возвышающееся на ее правой стороне, также имеет отношение к теме нашей экскурсии. Ныне этот двухэтажный особняк, построенный в стиле модерн, занимает магазин «Сувениры». А начиная с 1922 года здесь размещалось одно из крупнейших в РСФСР (после Московского и Ленинградского) книжное издательство. Называлось оно «Основа». Его вклад в развитие духовной культуры текстильного края трудно переоценить.

Одной из первоочередных целей издательства согласно его Уставу было: «распространение печати главным образом учебников всех видов по обслуживанию школ губернии».

Помимо учебных пособий, одними из первых издании «Основы» явились избранные сочинения Островского и сборник его памяти, посвященные 100-летию со дня рождения русского драматурга С «Основой» сотрудничали А. С. Бубнов А К Во-ронскии, Д. А. Фурманов, литературоведы член-корреспондент АН СССР Н. К. Пиксанов, профессор И. Н. Кубиков, видный советский историк, академик Р. Ю. Виппер, профессора и преподаватели Иваново-Вознесенского политехнического института. Широко издавались произведения как начинающих местных поэтов и прозаиков, так и их предшественников: Ф. Д. Нефедова,' А. А. Потехина, А.А. Рязанцева.

К сожалению, издательство «Основа» просуществовало недолго, осенью 1929 года решением облисполкома оно было ликвидировано.

Дальше нашу прогулку по литературным местам продолжим по проспекту Ленина. Пройдя немного по его правой стороне, остановимся возле старинного двухэтажного особняка (16), низ которого издавна занимает булочная. На втором этаже здания с конца войны до 1969 года размещалась редакция газеты «Рабочий край».

В числе ее сотрудников в пятидесятые-семидесятые годы были Виталий Григорьевич Мелентьев (1916–1984) и Владимир Федорович Конюшев (1925–1982), ставшие известными писателями.

Первый родился в Петрограде в семье инженера, которая вскоре переехала в Таганрог. Будущий писатель рано лишился отца. С больной матерью жил в большой казацкой семье. После семилетки начал сам зарабатывать на хлеб. Познал профессии слесаря и золотоискателя, матроса и грузчика, репортера в газете и на радио. Много ездил по стране. Писать начал с детства. Первое его стихотворение было опубликовано в 1935 году ростовской молодежной газетой.

Учился в вечернем авиатехникуме, позже, когда его закрыли, — в Таганрогском институте механизации сельского хозяйства. С 1937 года — в армии — курсант, младший командир, замполитрук, организатор дивизионной газеты. Написанные В. Мелентьевым в те годы стихи и очерки составили два довоенных сборника «От Збруча до Сана» и «Стихи на страже».

В годы Великой Отечественной — корреспондент военных газет от армейской до фронтовой. Затем продолжал офицерскую службу на Дальнем Востоке участвовал в боях в Маньчжурии и Корее, редактировал военные газеты и работал над рассказами Они печатались в военных газетах и журналах, различных альманахах.

Первой повестью В.Мелентьева, увидевшей свет в 1952 году в Иркутске, была повесть о золотоискателях «Леший хребет». В последующих — преобладала тема воины Демобилизовавшись, гвардии подполковник В.  Мелентьев в 1953 году приехал в Иваново Тогда-то и началась его непродолжительная работа в «Рабочем крае» в качестве заведующего отделом культуры.

В последнее время жил и работал в Москве. Написал пятнадцать книг, выпущенных в свет местными и московскими издательствами. Хорошо известная ивановскому читателю повесть «Фронтовичка», к примеру, выдержала четыре издания. За два года до своей кончины В. Г. Мелентьев издал в «Современнике» роман «Варшавка», переизданный в 1984 году.

В. Ф. Конюшез родился в семье профессионального военного, которая нередко переезжала с места на место, «…успел…пожить в доброй дюжине городов, — отмечал впоследствии писатель в автобиографии, — от западной границы до Урала, повидать Черное море и Волгу, лазал по горам Армении, ко это уже с сорок первого года… Затем — курсант Тбилисского училища. Фронт. Прибалтика.

Стал коммунистом, служил…в Душанбе, три года — под Берлином, потом… в Ивановской области. После демобилизации — газетная работа».

Офицер В. Конюшев стал собственным корреспондентом газеты «Рабочий край», прожив все остальные свои годы в городе Шуе.

Его первый роман о войне «Двенадцать палочек на зеленой траве» увидел свет в журнале «Новый мир» в 1966 году. Потом появились романы «Срок убытия», «Ударная армия», выпущенные местными и московскими издательствами. В 1973 году Политиздат выпустил повесть В. Конюшева о В. И. Ленине и Н. К- Крупской «Такое голубое небо».

По сценарию романиста снят художественный кинофильм о молодых современных текстильщицах «Подарок судьбы».

В редакции «Рабочего края», находившейся на проспекте Ленина, в разные годы бывали многие широко известные советские писатели.

Журналисты-ветераны помнят встречи и беседы с А. С. Новиковым-Прибоем, Л. Н. Сейфуллиной, А. С. Серафимовичем, И. Г. Эренбургом и другими.

Сейчас здесь находится Ивановская областная писательская организация. Ныне она насчитывает 18 поэтов прозаиков, литературоведов. Это Грачев Николай Григорьевич, Догадаев Владимир Павлович, Жуков Владимир Семенович, Залипаев Вячеслав Петрович, Ильичев Анатолий Михайлович, Кочнов Василий Федорович, Куприяновский Павел Вячеславович, Мазурин Владимир Иванович, Малышев Александр Васильевич, Мартьянов Игорь Вячеславович, Марфин Владимир ' Семенович, Сердюк Виталий Ефимович, Силков Николай Иванович, Смирнов Владимир Михайлович, Суреев Петр Алексеевич, Таганов Леонид Николаевич, Хромов Александр Михайлович и Щасная Лариса Ивановна.

От здания, где прежде размещалась редакция «Рабочего края», а ныне Ивановская областная писательская организация и отделение Верхне-Волжского книжного издательства, направимся дальше по проспекту Ленина. У почтамта свернем направо, спустимся к площади Пушкина, перейдем по Театральному мосту через Уводь и поднимемся к скверу, что примыкает к Музею ивановского ситца.

Этот сквер порой называют садом поэтов. И в том нет большого преувеличения. Здесь установлены памятники двум поэтам, погибшим в огне Великой Отечественной войны. Бюсты увековечили образы Алексея Алексеевича Лебедева (1912–1941) и Николая Петровича Майорова (1919–1942).

Первый родился в городе Суздале, детство и отрочество провел в Костроме, а юношеские годы — в Иванове. Здесь он учился в строительном техникуме (ныне инженерно-строительный институт, ул. 8 Марта, 20).

Писать стихи Алексей Лебедев начал рано, активно участвовал в работе литературного объединения при газете «Ленинец». В 1938 году произошло сразу три памятных события в жизни Лебедева. Три его стихотворения впервые увидели свет в Ивановском литературном журнале «Звено». Начинающий поэт закончил техникум и был призван в Военно-Морской флот. Верная служба ему и поэзии стали с той поры главным содержанием всей дальнейшей непродолжительной жизни певца моря.

Лучший радист Балтийского флота, едва успев демобилизоваться со срочной службы, поступил в Высшее военно-морское училище им. М. В. Фрунзе. Увлеченно изучая мореходное искусство, курсант-штурман много занимался литературой. Его талант рос и креп. Стихи Лебедева охотно печатали не только в многотиражке училища, но и в газете «Красный Балтийский флот», журнале «Краснофлотец». В 1939 году в Ленинграде вышла первая книга стихов А. Лебедева «Крондштадт». Поэта приняли в члены Союза писателей.

В следующем году Лебедев блестяще закончил училище и увидел напечатанным свой второй сборник стихов «Лирика моря». А в ноябре 1941 года подводная лодка, на которой нес боевую службу штурман Алексей Лебедев, погибла от вражеских мин.

Память, об отважном моряке и певце моря в областном центре увековечена и в названии улицы, на которой сохранился дом, в котором жил поэт.

Николаю Майорову, именем которого в Иванове также названа улица, выпало жить еще меньше, чем его собрату-маринисту.

Он родился в Симбирской губернии (ныне Ульяновской области). Учиться в начальной школе стал в селе Павликове Владимирской области, заканчивал обучение в Иваново-Возиесенске, куда семья переехала в 1929 году. Затем была учеба в школе, которая носит имя Д. А. Фурманова (ул. Советская, 43).

В 1937 году восемнадцатилетним юношей Николай Майоров уехал в столицу, поступил на исторический факультет Московского университета. А с 1939 года стал одновременно заниматься и в Литературном институте имени Горького.

Когда началась война, поэт вместе со многими другими сверстниками добровольцем ушел на фронт. В ноябре 1942-го близ деревни Баранцево Смоленской области политрук Майоров пал смертью храбрых.

Таковы вкратце биографические данные о Н. П. Майорове. А содержание его жизни, ее высокий духовный потенциал — в стихах поэта, которые он начал писать еще на школьной скамье. Первая книга Николая Майорова «Мы», подготовленная к печати его друзьями, вышла в Москве в 1962 году. Наиболее полно его стихи представлены в томике «Мы были высоки, русоволосы…», что выпущен в Ярославле в 1969 году.

Стихи Николая Майорова, по словам Павла Антокольского, не постареют точно так же, как не постареет их автор. Молодым, устремленным в будущее, смотрит он и с бюста в саду поэтов.

А теперь, обогнув сквер слева, выйдем на улицу 8 Марта. Здесь, где она пересекается с улицей Калинина, возвышается высокое здание инженерно-строительного института. Прежде, в двадцатые-тридцатые годы, тут размещался строительный техникум, в котором, кстати, учился будущий поэт-маринист Алексей Лебедев. О том напоминает мемориальная доска, установленная на торцевом фасаде примечательного здания.

Миновав его боковой протяженный фасад, мы окажемся возле корпусов ткацкой фабрики имени 8 Марта. До недавнего времени на месте ее современных унылых построек стояли довольно выразительные по архитектуре краснокирпичные производства бывшей фабрики А. Гандурина. Здесь в 1901 году конторщиком работал Иван Андрианович Волков (1880–1968) один из первых бытописателей «ситцевого царства».

Он родился в семье иваново-вознесенского рабочего. С детских лет познал, что такое подневольный труд на фабриканта. В подростке, жадно тянувшемся к знаниям, упорно занимавшемся самообразованием, скоро проявился литературный талант.

В бытность свою конторщиком Иван Волков выпускал нелегальный рукописный журнал «Кружок». К сотрудничеству в нем привлекал прогрессивно настроенных сослуживцев и передовых рабочих.

Первые очерки И. Волкова увидели свет в 1903 году на страницах «Владимирской газеты». То были сатирические зарисовки, разоблачавшие иваново-возне-сенских предпринимателей. С 1905 года Иван Волков — профессиональный журналист. Активно сотрудничая в различных провинциальных газетах и журналах, он много работал и как прозаик, пробовал силы в драматургии. Революционные события 1905 года в Ивано-во-Вознесенске воспроизвел в пьесе «Бунтари».

Перу И. А. Волкова принадлежат книги «Ситцевое царство», «В старом Иванове», «Двадцать лет по газетному морю», повесть «Дуняшкина жизнь», а также ряд сочинений краеведческого характера: «Уклад ивановской жизни сорок лет назад», «Осколки прошлого» и другие. Некоторые из них и поныне представляют немалый интерес не только для историков.

В повествованиях И. А. Волкова зримо, выпукло показаны состояние ситцепечатного дела в Иваново-Вознесенске, картины тягостной жизни текстильщиков, нравы их угнетателей — фабрикантов и заводчиков.

От корпусов фабрики имени 8 Марта недалеко и до дома, в котором жил поэт Николай Васильевич Часов (1908–1967).

Для этого нам надо пересечь проспект Фридриха Энгельса у кинотеатра «Современник» и выйти на улицу Рыбинскую. На ней и стоит дом поэта под номером 78/30.

Родился Николай Часов в семье иваново-вознесенских рабочих. Отец был кузнецом, а мать — ткачихой. После окончания начальной школы и ремесленного училища будущий поэт начал трудиться слесарем в паровозном депо. «С того же времени, — как отмечал он в автобиографии, — я стал приобщаться к художественному творчеству.

Любовь к поэзии появилась у меня в детстве, когда душу мою взволновали стихи Пушкина, Некрасова, Кольцова из школьных хрестоматий».

Первые стихи Часова напечатали газеты «Рабочий край» и «Комсомольская правда» в 1927 году. «Немалую поэтическую выучку, — отмечал Часов в автобиографии, — я проходил в литературной группе «Атака», которая была в двадцатых годах при редакции газеты «Рабочий край». Вся моя литературная работа обуславливалась моим местом в жизни… я писал стихи о своих товарищах по работе, о красоте труда, о своих гражданских чувствах. Это и стало основной темой стихов. В 1935 году принят в члены Союза писателей СССР».

Первый сборник стихов Николая Часова «Семафор открыт» был издан в Иванове еще в 1933 году. Затем, как и многие другие, он был безвинно репрессирован. Восемь лет провел в лагерях. До того некоторое время находился в местной тюрьме. В ней он, 25-летний, оказался вместе с одним из своих литературных наставников — семидесятишестилетним Авениром Евстигнеевичем Ноздриным. Другим наставником для начинающего поэта в те суровые годы явился Павел Петрович Бажов. С ним Часов познакомился, будучи на Урале.

Но и после освобождения из лагерей поэт оставался пораженным в правах. Как вспоминает его сын, «отец продолжал много писать, но его не печатали». И лишь после полной его реабилитации запрет был снят. В 1959 году в Ивановском издательстве вышла вторая книжка «Всегда с тобой».

Не расставаясь с привычным делом фабричного слесаря, Николай Часов продолжал много писать. В 1962 году была выпущена его поэма «Парнишка с Талки», а спустя два года — четвертая книжка «Признание». Следующий сборник «Полдень» увидел свет уже после кончины поэта.

С Рыбинской возвратимся к кинотеатру «Современник», а от него по улице Громобоя доберемся до фабрики имени рабочего Федора Зиновьева.

…Среди шедевров мирового киноискусства особое место принадлежит фильму «Броненосец «Потемкин», созданному Сергеем Эйзенштейном. Менее известно имя его соавтора — создателя сценария киноленты. «Написала его голубоглазая, молодая Агаджанова — Шутко, старый член партии», — свидетельствует Виктор Шкловский в книге «Эйзенштейн».

…Нина Фердинандовна Агаджанова (1889–1974) родилась в семье богатого купца. Рано примкнула к революционному движению, восемнадцатилетней девушкой вступила в партию большевиков. Пять раз отбывала тюремное заключение, дважды ссылку. Совершила несколько смелых побегов.

Была активным участником Февральской революции исторических октябрьских событий 1917 года в Петрограде. Она отважно сражалась на фронтах гражданской войны, бесстрашно действовала в белогвардейском тылу. С 1921 года — на дипломатической работе Позже начала профессионально заниматься литературой, киноискусством. Помимо «Броненосца «Потемкина» по ее сценариям были созданы фильмы «Матрос Иван Галай», «26 комиссаров», «Красная Пресня» и другие.

В биографии видной революционерки есть и страницы, связанные с городом первого Совета.

В 1911 году она совершила побег из Орловской тюрьмы и нелегально вернулась в Москву. Комитет РСДРП направил ее в пролетарский Иваново-Возне-сенск —¦ помочь восстановлению партийной организации, сильно пострадавшей в годы реакции. Е. А. Дунаев, работавший тогда в Москве, напутствовал молодую подпольщицу: «Прикрытие тебе… нашли хорошее. Поедешь с надежным паспортом на имя Марии Микуле-вич».

Так в первых числах сентября 1911 года в доме богатого иваново-вознесенского фотографа-художника М. И. Мищенко появилась новая горничная —¦ слушательница Московских педагогических курсов.

Нина Агаджанова с раннего утра до позднего вечера убирала комнаты, стирала белье, делала покупки в лавках, встречала и провожала многочисленных гостей студии. Старалась быть исполнительной, а это не могло не понравиться хозяевам.

Через некоторое время она попросила у них разрешения отлучиться вечером «на прогулку». Потом молоденькая горничная не раз возвращалась домой в сопровождении «кавалеров». Хозяева засудачили: «У нашей Муси завелись женишки. Как быстро, однако…».

Подпольщице это было на руку. Пусть себе болтают о ее мнимых ухажёрах. Вечерние «прогулки» были нужны делу, ради которого она и приехала в Иваново-Вознесенск. Уже в сентябре ей удалось проверить несколько явок, установить связи с местными партийцами, в первую очередь с опытным конспиратором Г. Е. Гнединым, бывшим в то время одним из руководителей иваново-вознесенских большевиков.

Примерно через месяц Агаджанова стала бывать на текстильных фабриках. Знакомые ткачихи показали ей проемы в заборах, через которые она и проникала в фабричные дворы.

Чаще всего революционерка бывала на ситцепечатной ткацкой фабрике Гарелина (ныне фабрика имени рабочего Федора Зиновьева). Партийцы собирались на свои сходки, как правило, в котельной. Она имела два входа, что позволяло в случае опасности незаметно разойтись.

На этих сходках выступала и Агаджанова. Рассказывала просто и доходчиво за что борются большевики, для чего нужна классовая организация пролетариата. Подпольщица радовалась, видя тягу рабочих к знаниям, их стремление к революционному единству.

Ее пребывание в Иваново-Вознесенске, однако, было недолгим. Полиции и жандармерии удалось-таки напасть на след революционерки, и в начале декабря 1911 года ее арестовали. После суда Агаджанову выслали в Вологодскую губернию.

Если от фабрики имени рабочего Ф. Зиновьева подняться по улице Громобоя и, свернув направо, пройти мимо стадиона «Буревестник», то мы окажемся у истока улицы Рабфаковской. А на ней под номером 2/1 до наших дней сохранился небольшой кирпичный двухэтажный особняк — отчий дом известного в прошлом веке русского писателя Николая Абрамовича Полушина (1839–1902).

Он родился близ Иванова, в бывшей Дмитриевской слободе. Его отец владел ситценабивной фабрикой. Виделся ему в сыне продолжатель прибыльного дела, будущий преуспевающий фабрикант. Но юный Полушин выбрал для себя другой путь.

Начатки знаний будущий прозаик получил дома: о том позаботился отец, нанимая для сына приходящих учителей. Любознательный подросток тем, однако, не ограничивался, много и упорно занимался самообразованием. Большое влияние на развитие мировоззрения Полушина оказал уже известный нам педагог и литератор В. А. Дементьев.

Начитанный, думающий сын мануфактуриста из Дмитриевской слободы рано проявил большой интерес к истории текстильной промышленности в селе Иванове. Исследования и наблюдения Полушина оказались настолько основательными и глубокими, что его «Очерк начала и развития ситцевой промышленности в с. Иванове и Вознесенском Посаде» напечатал журнал «Вестник промышленности». Произошло это в 1860 году, когда автору «Очерка» шел двадцать первый год.

Профессиональным литературным трудом он стал заниматься с конца 60-х годов, когда переехал в Москву. В своих очерках «Русский Манчестер», «Городок на Уводи», в повествовании «Шпульный угодник Логин» и других «бытописец ситцевого царства», как называли Полушина современники, он рассказывал о тяжелой жизни ивановских текстильщиков.

К числу повествований Н. А. Полушина, представляющих немалый интерес для историков и поныне, принадлежит его «Памятная книжка крестьянина Иванова А. Ф. Полушина». В этом историко-художественном исследовании, опубликованном в 1898 году журналом «Русский архив», описаны многие события, что происходили в селе Иванове за целый век его истории— с 1751 по 1850 год.

«Бытописец ситцевого царства» не ограничивался одной лишь журналистикой. Его перу принадлежит немало рассказов на темы народной жизни. Читающей публике их представило издательство «Посредник», созданное при участии Л. Н. Толстого.

Именно по совету великого русского писателя Н. А. Полушин как большой знаток народного быта был приглашен известным книгоиздателем И. Д. Сытиным, когда тот задумал издавать отрывные календари для массового читателя. «Полушин с радостью и даже с восторгом согласился на мое предложение, — писал позже И. Д. Сытин. — Он принялся за дело с такой горячностью и с таким воодушевлением, что на каждый отрывной листок готов был смотреть, как на скрижали завета».

На эти хорошо оформленные, доступные по содержанию и цене издания, сам Сытин смотрел как на универсальные справочные книги, домашние энциклопедии на все случаи жизни. Тому весьма способствовали и старания их редактора. На листках календаря рядом с памятными датами отечественной истории печатались советы по ведению сельского и домашнего хозяйства, сведения о различных ремеслах.

Успех эти сытинско-полушинские календари имели огромный. Их тираж достигал фантастической по тем временам цифры — 8 миллионов экземпляров. Обладателям календарей нравилось и то, что на его страницах можно было встретить колючие поговорки, а то и весьма острые пословицы. Их очень любил Полушин и не упускал случая напомнить читателю об этих жемчужинах народной мудрости. По этой причине в начале нынешнего века, как вспоминал Сытин, «случилась большая цензурная беда». В ноябре, когда календарь уже был напечатан и больше половины его было разослано на места, департамент полиции неожиданно потребовал, чтобы календарь был изъят из продажи и конфискован».

Что же так всполошило бдительных полицейских чиновников? Оказалось, что им не по нраву пришлась публикация двух пословиц, которые Полушин позаимствовал у В. И. Даля: «Сегодня свеча, завтра свеча, а там и шуба с плеча», «Повадился к вечерне, не хуже харчевни». Но всего больше крамолы усмотрели полицейские чины в коротенькой справке, перепечатанной из какого-то иностранного журнала. Вот ее текст: «Американский рабочий ест фунт говядины в день, англичанин— 3/4, французский и немецкий—1/2 фунта, русский — 2 золотника» (фунт равен 400 граммов, а золотник — 4,26 грамма — В. Б.).

Немалых усилий стоило Сытину добиться того, чтобы то предписание полиции было отменено и календарь дошел-таки до читателя. Но и эта «цензурная беда» не помешала книгоиздателю по-прежнему доверять своему редактору, относиться к нему с неизменным уважением.

Подготовкой к выпуску в свет популярных календарей Николай Абрамович Полушин продолжал успешно заниматься вплоть до самой своей кончины.

От Рабфаковской по улице Тимирязева направимся до ее пересечения с улицей Ермака, где возвышается главный корпус государственного университета имени первого в России Иваново-Вознесенского общегородского Совета рабочих депутатов. Прежде тут был педагогический институт имени Д. А. Фурманова.

С Ивановским пединститутом связано имя видного советского литературоведа члена-корреспондента АН СССР Николая Федоровича Бельчикова (1890–1979). Он отдал работе в этом вузе более пяти лет (с 1918 по 1923 год). К числу основных трудов ученого относятся исследования, посвященные творчеству Н. Г. Чернышевского, Ф. М. Достоевского и других. В конце 40-х годов Н. Ф. Бельчиков возглавил Институт русской литературы Академии наук СССР. Но как бы он ни был занят, до конца жизни продолжал живо интересоваться историей текстильного края, его замечательными людьми, развитием науки и культуры.

На литературном факультете этого института учился Владимир Яковлевич Кудрин (1908–1944), поэт, погибший в огне войны.

Он родился в селе Тезино (ныне в составе города Вичуги). Когда будущему поэту исполнилось три года, его семья переехала в Иваново-Вознесенск. Здесь Владимир Кудрин закончил семь классов в 26-й школе, той самой, где в разные годы учились Дмитрий Фурманов и Николай Майоров.

Позже юноша работал на заводе. В это время он много писал. Его стихи печатались на страницах газет «Рабочий край», «Ленинец», литературных альманахов.

В 1937 году начинающий поэт поступил на вечернее отделение литературного факультета вуза. Его сокурсником и другом был Михаил Дудин, ныне известный поэт. Перед войной они выпустили в Ивановском издательстве совместный сборник стихов для детей «Веселый двор».

Накануне войны учеба в институте была закончена. По состоянию здоровья Владимир Кудрин был освобожден от службы в армии. Но он неоднократно обращался в военкомат с просьбой отправить его на фронт. Его многочисленные заявления были удовлетворены лишь в 1942 году. Но его служба в качестве военного журналиста была непродолжительной.

Весной 1944 года сражающаяся часть, куда лейтенант Кудрин прибыл для сбора материала в ближайший номер дивизионки, была окружена фашистами. Отбиваясь с бойцами от наседавших врагов, офицер Кудрин, незадолго до этого принятый в партию, погиб смертью храбрых.

После войны друзья собрали стихи Владимира Кудрина в сборник, который был выпущен под непритязательным названием «Стихи».

В Ивановском пединституте — предшественнике университета — учился еще целый ряд литераторов. Некоторые из них стали членами Союза писателей СССР (Б. Володин (Пузис), М. Дудин, В. Жуков, В. Залипа-ев, А. Ильичев, О. Каликин, П. Куприяновский, В. Сердюк, В. Смирнов, Л. Таганов, Н. Часов), другие — авторами книг литературно-художественного и публицистического характера (Б. Антонов, И. Дружинин, Б. Иовлев, В. Кувалдин, Л. Кудрин, В. Мамушин, А. Пряников).

В главном здании университета (ул. Ермака, 37) в 1985 году был создан литературный музей «Писатели текстильного края». Его экспонаты рассказывают о поэтах и прозаиках, выросших и начавших свой творческий путь на Ивановской земле в период с первой половины XIX века до наших дней.

Здесь представлено множество редких изданий разных лет, документов, рукописей. Среди экспонатов — материалы о литературном творчестве М. В. Фрунзе, А. С. Бубнова, других профессиональных революционеров, чья деятельность была связана с Ивановским промышленным районом. Интерес у посетителей вызывают книги стихов, дневниковые записи председателя первого Совета А. Е. Ноздрина.

Материалы стендов повествуют о художественном творчестве писателя-комиссара Чапаевской дивизии Д. А. Фурманова, поэтов Д. Н. Семеновского, А. Н. Благова и других. Особый интерес вызывают экспонаты, посвященные иваново-вознесенскому кружку пролетарских поэтов, творчеством которых по совету А. М. Горького интересовался В. И. Ленин.

Этот музей заслуживает специального путеводителя.

ПАМЯТНИКИ ПИСАТЕЛЯМ, УСТАНОВЛЕННЫЕ В ИВАНОВЕ.

Гранитный бюст Алексея Лебедева, просп. Ленина.

Бронзовый бюст Николая Майорова, просп. Ленина.

Гранитный бюст Авенира Ноздрина, ул. Свободы.

МЕМОРИАЛЬНЫЕ ДОСКИ В ЧЕСТЬ ПИСАТЕЛЕЙ.

Александра Благова, ул. Благова, 40.

Алексея Лебедева, ул. 8 Марта, 20.

Дмитрия Семеновского, ул. 10 Августа, 29.

Дмитрия Фурманова, просп. Ленина, 41/7.

Дмитрия Фурманова, ул. Советская, 43.

ПАМЯТНАЯ ПЛИТА В ЧЕСТЬ ПОЭТОВ.

Михаила Луконина и Сергея Наровчатова, ул Советская, 23.

УЛИЦЫ ОБЛАСТНОГО ЦЕНТРА, НАЗВАННЫЕ ИМЕНАМИ ИВАНОВСКИХ ПОЭТОВ И ПИСАТЕЛЕЙ.

Улица Благова, (1962), Фрунзенский район.

Улица Поэта Лебедева, (1965), Фрунзенский район.

Улица Поэта Майорова, (1964), Фрунзенский район.

Улица Ноздрина, (1962), Ленинский район.

Улица Фурманова, (1927), Октябрьский район.

Улица М. Д. Шошина, (1984), Советский район.

Переулок Нефедова, (1974), Фрунзенский район.

Переулок Семеновского, (1974), Фрунзенский район.