Образ из Океана.

Изгой жил в общежитии. Поэтому никто не знал, что Изгоя зовут Изгой. Все называли его другими именами. Соседи справа называли его Неудачник, а соседи слева – Счастливчик. И то и другое было правдой, ведь Изгой и вправду был Неудачником для соседей справа и Счастливчиком для соседей слева…

Внизу жили шумные студенты, мечтавшие побыстрее закончить обучение и покинуть общежитие. Они еще не знали, что от смены общежитий ничего не изменится.

Сверху как раз жили такие бывшие студенты, которые после обучения переехали из своего общежития в это. Они считали, что чего-то добились в жизни просто благодаря тому, что переехали. А еще выше жили какие-то Начальники. Изгой не знал о них ничего, кроме того, что они – Начальники…

В общежитии было много людей… Таких разных и таких одинаковых одновременно.

Изгой занимал маленькую комнатку на втором этаже общежития. По утрам он ходил на работу. Днем обедал, а вечером возвращался в свою комнатку. В ней, кроме Изгоя, жил телевизор, который каждый вечер о чем-то говорил, но Изгой не слушал, потому что в телевизоре были те же соседи справа, соседи слева, студенты и начальники…

Изгой мечтал об Океане. Он всегда хотел увидеть Океан. Конечно, в городе было много рек и озер, а однажды, в детстве, Изгой даже ездил отдыхать на море, но… Изгой хотел увидеть Океан, услышать его шум, почувствовать вкус соленых брызг на губах… Но до Океана было так далеко! А на работе платили так мало, что все деньги уходили на еду и оплату маленькой комнатки в общежитии.

Изгой почти смирился с тем, что его мечта увидеть Океан так и останется мечтою…

Но однажды он пришел с работы в свою маленькую комнатку, лег на кровать, посмотрел на белый потолок и вдруг понял, что его жизнь – пуста. И тогда он включил телевизор, чтобы заглушить это жуткое чувство. Но когда он включил телевизор и увидел соседей справа, соседей слева, студентов и начальников, то вдруг с ужасом понял, что его жизнь, жизнь Изгоя – не просто пуста. Его жизнь – это жизнь человечка из телевизора. А он, Изгой, словно не знает этого и кривляется, играет, как звезда экрана, не понимая, что телевизор, в котором его показывают, даже не включен в розетку…

И когда Изгой понял это, то вышел из общежития и пошел к Океану. Пешком, оставив все, оставив пустую комнату, которая была пустой, даже когда в ней жил Изгой, оставил телевизор с его несуществующими образами, оставил соседей справа и соседей слева, оставил шумных студентов и гордых начальников…

Он отправился к Океану…

По пути ему встречалось множество общежитий. Таких разных и одинаковых одновременно… Иногда Изгой голодал, а иногда его кормили. Кто из жалости, а кто из уважения. Ведь многие из жителей общежитий хоть раз в жизни, но хотели идти к Океану, но мало кто решился сделать даже шаг, оставшись в своих маленьких комнатах с привычными соседями и привычным телевизором с его привычными образами. Эти люди понимали Изгоя и, как могли, помогали ему. Быть может, они надеялись, что Изгой дойдет и вспомнит о них перед лицом Океана…

Иногда Изгой замерзал в пути, а иногда его сжигала невыносимая жара, иногда он пробирался сквозь болота, рискуя на каждом шагу, а иногда брел по ровной асфальтовой дорожке, словно специально проложенной для него…

Вот и море, на котором Изгой отдыхал в детстве. Изгой искупался и улыбнулся. Сейчас даже море казалось мелким. Настолько, что Изгой пошел по нему вброд.

И когда Изгой вышел на другой берег моря, то вдруг отчетливо понял, что цель близка. Он почувствовал соленый запах, ощутил дыхание Океана. Такое огромное и легкое одновременно…

А потом Изгой вышел на берег Океана…

У Океана не было ни начала, ни конца… Огромные волны ходили вдалеке, но они казались лишь незначительной рябью. Шум прибоя оглушил Изгоя, и он сел на берегу, привыкая к мысли, что его мечта сбылась, что он увидел Океан…

Изгой долго сидел на берегу. Иногда брызги прибоя попадали в лицо… Брызги собирались в капли и падали, словно слезы, не задерживаясь на гладкой коже…

Он сидел долго. А может – один миг. Ведь на берегу Океана нет времени. Время есть только в общежитиях. Там оно необходимо, чтобы жители вовремя ходили на работу, вовремя принимали обед и вовремя ложились спать…

Изгой сидел долго, а может – всего лишь миг, но вдруг раздался голос:

– Зачем ты пришел?

– Увидеть Тебя… – ответил Изгой.

– Почему же ты сидишь на берегу? – спросил Океан.

– Я смотрю на Тебя… – ответил Изгой.

– Хорошо, – сказал Океан и замолчал.

Изгой сидел долго, а может всего лишь миг, ведь на берегу Океана нет времени, а только приливы и отливы. И шум прибоя.

– Океан! – вдруг сказал Изгой.

– Да? – откликнулся Океан.

– Я очень одинок… – сказал Изгой. – Я словно изображение в выключенном телевизоре, который стоит в пустой комнате пустого дома…

– Это не правда, – сказал Океан. – Ты не изображение, ты – живой…

– Но почему я так одинок! – закричал Изгой, заглушая шум прибоя. – Помоги мне, Океан!

– Конечно, чего ты хочешь?

– Я не могу больше жить в общежитиях и выслушивать сочувствие справа и зависть слева, слушать наивные мечты студентов и терпеть глупую спесь начальников… Я хочу отдельный дом, огромный и каменный, и чтобы в нем было все необходимое для жизни…

– Отдельный дом? – спросил Океан. – Хорошо… Весь этот мир на берегу – лишь мой образ. Я намыл песок и камень, создав материки, я даю воду облакам, которые орошают землю и дают жизнь растениям… Все живое на суше вышло из меня. Я могу создать все, что ты хочешь. У тебя уже есть отдельный дом…

– Спасибо, Океан! – сказал Изгой и пошел назад.

Путь обратно был гораздо проще, чем путь к Океану. Вскоре Изгой стоял рядом со своим общежитием. И вдруг совсем неподалеку он увидел огромный дворец! Он был больше, чем несколько общежитий вместе взятых!

В изумлении подошел Изгой к воротам дворца и прочитал на двери свое имя. Он вошел и стал жить в собственном огромном доме. Здесь было все необходимое для жизни. Каждый день Изгой обходил несколько комнат, а тех, где он еще не бывал, казалось, становилось только больше.

Каждый день он бродил по своему необъятному дворцу. Но однажды он вдруг понял, что комнаты, несмотря на все свое разнообразие, – одинаковы. И бродя по своим разным, но одновременно одинаковым комнатам, Изгой вдруг с ужасом осознал, что они пусты точно так же, как и его жалкая комнатка в общежитии!

Да, теперь в каждой комнате вместо маленького телевизора – огромный плазменный экран, но Изгой вдруг с ужасом осознал, что ничего не изменилось, и он по-прежнему изображение на выключенном телевизоре в пустых комнатах пустого дома. И лишь диагональ экрана стала больше…

И тогда Изгой выскочил из своего персонального дворца и побежал на берег Океана. Он бежал не переводя дыхания, и даже моря теперь казались лужами, едва замочившими ноги…

– Зачем ты пришел? – спросил Океан, когда Изгой вновь сидел на берегу и вдыхал соленый воздух. И капли прибоя все также стекали по щекам, не удерживаясь на гладкой коже.

– Я по-прежнему одинок, – сказал Изгой. – Я словно изображение на огромных выключенных экранах, которые висят в пустых комнатах пустого дворца…

– Это не правда, – сказал Океан. – Ты не изображение, ты – живой…

– Помоги мне, Океан! – взмолился Изгой.

– Конечно, чего ты хочешь?

– Мне одиноко. Я хочу друга, который никогда не предаст, который поймет меня, который всегда выслушает и поможет…

– Хорошо… – сказал Океан.

И вдруг из прибоя вышел юноша.

– Привет, – сказал он и улыбнулся. – Меня зовут Друг. Я создан Океаном для тебя…

Изгой смотрел на Друга, и внутри стала подниматься радость.

– Пойдем со мной! – воскликнул Изгой.

– Куда? – удивился Друг.

– Как куда?! – Изгой уже спешил в путь. – В мой дом! Мы будем вместе ходить по комнатам дворца, и мне уже не будет так одиноко!

– Хорошо… – пожал плечами юноша. – Ведь я твой друг… Пойдем!

И они вернулись на материк, во дворец Изгоя.

Они долго бродили по бесконечным, но теперь таким одинаковым комнатам дворца. Пока однажды Изгой вдруг с ужасом не осознал, что ничего не изменилось, и теперь вместо одного изображения на погашенном экране стало бродить два…

И тогда Изгой выпрыгнул из окна своего дворца и полетел к Океану!…

– Зачем ты пришел? – спросил Океан.

– Помоги мне… – прошептал Изгой.

– Конечно, чего ты хочешь?

– Свою половинку…

– А разве ты не целый? – удивился Океан.

– Наверное, ведь я чувствую одиночество… Дай мне Супругу, которая будет дополнять меня, которая станет моей частью и одновременно противоположностью…

– Хорошо, – сказал Океан, и на берег вышла удивительная девушка.

– Кто ты? – спросил Изгой, не в силах отвести глаз.

– Я – твоя… – улыбнулась девушка. – А ты – мой…

Изгой взял ее за руку.

– Пойдем…

– Куда? – удивилась девушка.

– В мой дом, там на материке… Мы больше не будем ходить по комнатам и смотреть на пустые экраны и несуществующие образы. Мы просто останемся в первой попавшейся комнате и будем вдвоем. Мы будем целым!

– Хорошо, – сказала девушка. – Ведь я – твоя…

И они вернулись во дворец. Они выбрали комнату и остались в ней. Они смотрели друг на друга, они были счастливы, но однажды девушка заплакала.

– Почему ты плачешь? – спросил Изгой. – Ведь мы полны!

– Да, но вокруг – пусто. Ты не замечаешь? Я чувствую себя живой рыбкой в аквариуме, который окружен выключенными телевизорами. Я знаю, что в каждом из них играют актеры, хоть и не вижу их. Но мне страшно жить в таком окружении!… И еще я очень боюсь, что рано или поздно наш аквариум тоже превратится в выключенный телевизор…

– Я понимаю тебя… – Изгой вдруг с ужасом осознал услышанное. Он обнял девушку и поцеловал ее мокрые от слез щеки…

И вдруг почувствовал вкус Океана… В слезах любимой была та же соль.

– И живое в пустоте – лишь аквариум среди выключенных телевизоров… – сказал он. – Нам нужны другие целые, нам нужны другие живые…

Он прижал к себе любимую, чтобы стать одним. Выпил ее слезы, смешанные со своими, и оказался на берегу Океана.

– Зачем ты пришел? – спросил Океан.

– Помоги мне… – сказал Изгой.

– Конечно, чего ты хочешь?

– Я хочу, чтобы вокруг были такие же, как я! Чтобы в комнатах моего дворца жили такие же, как я!…

– Хорошо, – сказал Океан и на берег из прибоя стали выходить Изгои. Сотни и тысячи.

– Пойдем! – сказал им Изгой, улыбнувшись. И они улыбнулись в ответ. Они не спрашивали «куда», потому что знали, и уже готовились занять каждый свою комнату во дворце на берегу… И толпа настоящих, живых картинок двинулась от Океана…

– Постойте! – вдруг окликнул он их.

– Да… – остановились Изгои, а потом вернулись на берег.

– Неужели ты не понимаешь, что скоро снова придешь сюда? – спросил Океан.

– Понимаю, – грустно ответили Изгои, а потом все, кроме одного, исчезли в волнах. Остался один, и теперь Изгой не знал, который он: тот, что пришел к Океану или один из тех, что вышел из него.

– Что же мне делать?! Помоги!… – выкрикнул Изгой.

– А чего ты хочешь? – спросил Океан. – Какой еще образ создать для тебя, чтобы ты наконец понял?…

– Я делаю что-то не так? – спросил Изгой.

– Как можно делать что-то «не так»? – удивился Океан. – Просто ты делаешь одно и то же, не обращая внимания на результат…

– Что? – Изгой подошел совсем близко к Океану. Так, что брызги прибоя не успевали стекать по лицу, сменяясь все новыми и новыми каплями.

– Ты почему-то каждый раз уходишь обратно на материк… Уходишь от меня…

– Я должен войти в Тебя? – Изгой вдруг увидел мир за спиной, как один большой образ. Образ из Океана.

– Нет не должен… – откликнулся Океан.

– Я могу войти в Тебя?…

– Да, сейчас ты стоишь на берегу. Ты можешь войти в меня, а можешь вернуться назад. И я готов дать тебе любой образ, чтобы ты мог жить так, как хочешь… Там, на песке. Выбирай…

– Я выбрал… – сказал Изгой и шагнул к Океану, но замер перед самой кромкой.

– Что же ты опять остановился?…

Изгой посмотрел на бескрайние воды.

– Но ведь я умру… – сказал он.

– Может быть, – шепнул Океан. – Ну и что?…

Изгой жил в общежитии. Поэтому никто не знал, что Изгоя зовут Изгой. Все называли его другими именами. Соседи справа называли его Неудачник, а соседи слева – Счастливчик. И то и другое было правдой, ведь Изгой и вправду был Неудачником для соседей справа и Счастливчиком для соседей слева…

Внизу жили шумные студенты, мечтавшие побыстрее закончить обучение и покинуть общежитие. Они еще не знали, что от смены общежитий ничего не изменится.

Сверху как раз жили такие бывшие студенты, которые после обучения переехали из своего общежития в это. Они считали, что чего-то добились в жизни просто благодаря тому, что переехали. А еще выше жили какие-то Начальники. Изгой не знал о них ничего, кроме того, что они – Начальники…

В общежитии было много людей… Таких разных и таких одинаковых одновременно.

Изгой занимал маленькую комнатку на втором этаже общежития. По утрам он ходил на работу. Днем обедал, а вечером возвращался в свою комнатку. В ней, кроме Изгоя, жил телевизор, который каждый вечер о чем-то говорил, но Изгой не слушал, потому что в телевизоре были те же соседи справа, соседи слева, студенты и начальники…

Изгой мечтал об Океане. Он всегда хотел увидеть Океан. Конечно, в городе было много рек и озер, а однажды, в детстве, Изгой даже ездил отдыхать на море, но… Изгой хотел увидеть Океан, услышать его шум, почувствовать вкус соленых брызг на губах… Но до Океана было так далеко! А на работе платили так мало, что все деньги уходили на еду и оплату маленькой комнатки в общежитии.

Изгой почти смирился с тем, что его мечта увидеть Океан так и останется мечтою…

Но однажды он пришел с работы в свою маленькую комнатку, лег на кровать, посмотрел на белый потолок и вдруг понял, что его жизнь – пуста. И тогда он включил телевизор, чтобы заглушить это жуткое чувство. Но когда он включил телевизор и увидел соседей справа, соседей слева, студентов и начальников, то вдруг с ужасом понял, что его жизнь, жизнь Изгоя – не просто пуста. Его жизнь – это жизнь человечка из телевизора. А он, Изгой, словно не знает этого и кривляется, играет, как звезда экрана, не понимая, что телевизор, в котором его показывают, даже не включен в розетку…

И когда Изгой понял это, то вышел из общежития и пошел к Океану. Пешком, оставив все, оставив пустую комнату, которая была пустой, даже когда в ней жил Изгой, оставил телевизор с его несуществующими образами, оставил соседей справа и соседей слева, оставил шумных студентов и гордых начальников…

Он отправился к Океану…

По пути ему встречалось множество общежитий. Таких разных и одинаковых одновременно… Иногда Изгой голодал, а иногда его кормили. Кто из жалости, а кто из уважения. Ведь многие из жителей общежитий хоть раз в жизни, но хотели идти к Океану, но мало кто решился сделать даже шаг, оставшись в своих маленьких комнатах с привычными соседями и привычным телевизором с его привычными образами. Эти люди понимали Изгоя и, как могли, помогали ему. Быть может, они надеялись, что Изгой дойдет и вспомнит о них перед лицом Океана…

Иногда Изгой замерзал в пути, а иногда его сжигала невыносимая жара, иногда он пробирался сквозь болота, рискуя на каждом шагу, а иногда брел по ровной асфальтовой дорожке, словно специально проложенной для него…

Вот и море, на котором Изгой отдыхал в детстве. Изгой искупался и улыбнулся. Сейчас даже море казалось мелким. Настолько, что Изгой пошел по нему вброд.

И когда Изгой вышел на другой берег моря, то вдруг отчетливо понял, что цель близка. Он почувствовал соленый запах, ощутил дыхание Океана. Такое огромное и легкое одновременно…

А потом Изгой вышел на берег Океана…

У Океана не было ни начала, ни конца… Огромные волны ходили вдалеке, но они казались лишь незначительной рябью. Шум прибоя оглушил Изгоя, и он сел на берегу, привыкая к мысли, что его мечта сбылась, что он увидел Океан…

Изгой долго сидел на берегу. Иногда брызги прибоя попадали в лицо… Брызги собирались в капли и падали, словно слезы, не задерживаясь на гладкой коже…

Он сидел долго. А может – один миг. Ведь на берегу Океана нет времени. Время есть только в общежитиях. Там оно необходимо, чтобы жители вовремя ходили на работу, вовремя принимали обед и вовремя ложились спать…

Изгой сидел долго, а может – всего лишь миг, но вдруг раздался голос:

– Зачем ты пришел?

– Увидеть Тебя… – ответил Изгой.

– Почему же ты сидишь на берегу? – спросил Океан.

– Я смотрю на Тебя… – ответил Изгой.

– Хорошо, – сказал Океан и замолчал.

Изгой сидел долго, а может всего лишь миг, ведь на берегу Океана нет времени, а только приливы и отливы. И шум прибоя.

– Океан! – вдруг сказал Изгой.

– Да? – откликнулся Океан.

– Я очень одинок… – сказал Изгой. – Я словно изображение в выключенном телевизоре, который стоит в пустой комнате пустого дома…

– Это не правда, – сказал Океан. – Ты не изображение, ты – живой…

– Но почему я так одинок! – закричал Изгой, заглушая шум прибоя. – Помоги мне, Океан!

– Конечно, чего ты хочешь?

– Я не могу больше жить в общежитиях и выслушивать сочувствие справа и зависть слева, слушать наивные мечты студентов и терпеть глупую спесь начальников… Я хочу отдельный дом, огромный и каменный, и чтобы в нем было все необходимое для жизни…

– Отдельный дом? – спросил Океан. – Хорошо… Весь этот мир на берегу – лишь мой образ. Я намыл песок и камень, создав материки, я даю воду облакам, которые орошают землю и дают жизнь растениям… Все живое на суше вышло из меня. Я могу создать все, что ты хочешь. У тебя уже есть отдельный дом…

– Спасибо, Океан! – сказал Изгой и пошел назад.

Путь обратно был гораздо проще, чем путь к Океану. Вскоре Изгой стоял рядом со своим общежитием. И вдруг совсем неподалеку он увидел огромный дворец! Он был больше, чем несколько общежитий вместе взятых!

В изумлении подошел Изгой к воротам дворца и прочитал на двери свое имя. Он вошел и стал жить в собственном огромном доме. Здесь было все необходимое для жизни. Каждый день Изгой обходил несколько комнат, а тех, где он еще не бывал, казалось, становилось только больше.

Каждый день он бродил по своему необъятному дворцу. Но однажды он вдруг понял, что комнаты, несмотря на все свое разнообразие, – одинаковы. И бродя по своим разным, но одновременно одинаковым комнатам, Изгой вдруг с ужасом осознал, что они пусты точно так же, как и его жалкая комнатка в общежитии!

Да, теперь в каждой комнате вместо маленького телевизора – огромный плазменный экран, но Изгой вдруг с ужасом осознал, что ничего не изменилось, и он по-прежнему изображение на выключенном телевизоре в пустых комнатах пустого дома. И лишь диагональ экрана стала больше…

И тогда Изгой выскочил из своего персонального дворца и побежал на берег Океана. Он бежал не переводя дыхания, и даже моря теперь казались лужами, едва замочившими ноги…

– Зачем ты пришел? – спросил Океан, когда Изгой вновь сидел на берегу и вдыхал соленый воздух. И капли прибоя все также стекали по щекам, не удерживаясь на гладкой коже.

– Я по-прежнему одинок, – сказал Изгой. – Я словно изображение на огромных выключенных экранах, которые висят в пустых комнатах пустого дворца…

– Это не правда, – сказал Океан. – Ты не изображение, ты – живой…

– Помоги мне, Океан! – взмолился Изгой.

– Конечно, чего ты хочешь?

– Мне одиноко. Я хочу друга, который никогда не предаст, который поймет меня, который всегда выслушает и поможет…

– Хорошо… – сказал Океан.

И вдруг из прибоя вышел юноша.

– Привет, – сказал он и улыбнулся. – Меня зовут Друг. Я создан Океаном для тебя…

Изгой смотрел на Друга, и внутри стала подниматься радость.

– Пойдем со мной! – воскликнул Изгой.

– Куда? – удивился Друг.

– Как куда?! – Изгой уже спешил в путь. – В мой дом! Мы будем вместе ходить по комнатам дворца, и мне уже не будет так одиноко!

– Хорошо… – пожал плечами юноша. – Ведь я твой друг… Пойдем!

И они вернулись на материк, во дворец Изгоя.

Они долго бродили по бесконечным, но теперь таким одинаковым комнатам дворца. Пока однажды Изгой вдруг с ужасом не осознал, что ничего не изменилось, и теперь вместо одного изображения на погашенном экране стало бродить два…

И тогда Изгой выпрыгнул из окна своего дворца и полетел к Океану!…

– Зачем ты пришел? – спросил Океан.

– Помоги мне… – прошептал Изгой.

– Конечно, чего ты хочешь?

– Свою половинку…

– А разве ты не целый? – удивился Океан.

– Наверное, ведь я чувствую одиночество… Дай мне Супругу, которая будет дополнять меня, которая станет моей частью и одновременно противоположностью…

– Хорошо, – сказал Океан, и на берег вышла удивительная девушка.

– Кто ты? – спросил Изгой, не в силах отвести глаз.

– Я – твоя… – улыбнулась девушка. – А ты – мой…

Изгой взял ее за руку.

– Пойдем…

– Куда? – удивилась девушка.

– В мой дом, там на материке… Мы больше не будем ходить по комнатам и смотреть на пустые экраны и несуществующие образы. Мы просто останемся в первой попавшейся комнате и будем вдвоем. Мы будем целым!

– Хорошо, – сказала девушка. – Ведь я – твоя…

И они вернулись во дворец. Они выбрали комнату и остались в ней. Они смотрели друг на друга, они были счастливы, но однажды девушка заплакала.

– Почему ты плачешь? – спросил Изгой. – Ведь мы полны!

– Да, но вокруг – пусто. Ты не замечаешь? Я чувствую себя живой рыбкой в аквариуме, который окружен выключенными телевизорами. Я знаю, что в каждом из них играют актеры, хоть и не вижу их. Но мне страшно жить в таком окружении!… И еще я очень боюсь, что рано или поздно наш аквариум тоже превратится в выключенный телевизор…

– Я понимаю тебя… – Изгой вдруг с ужасом осознал услышанное. Он обнял девушку и поцеловал ее мокрые от слез щеки…

И вдруг почувствовал вкус Океана… В слезах любимой была та же соль.

– И живое в пустоте – лишь аквариум среди выключенных телевизоров… – сказал он. – Нам нужны другие целые, нам нужны другие живые…

Он прижал к себе любимую, чтобы стать одним. Выпил ее слезы, смешанные со своими, и оказался на берегу Океана.

– Зачем ты пришел? – спросил Океан.

– Помоги мне… – сказал Изгой.

– Конечно, чего ты хочешь?

– Я хочу, чтобы вокруг были такие же, как я! Чтобы в комнатах моего дворца жили такие же, как я!…

– Хорошо, – сказал Океан и на берег из прибоя стали выходить Изгои. Сотни и тысячи.

– Пойдем! – сказал им Изгой, улыбнувшись. И они улыбнулись в ответ. Они не спрашивали «куда», потому что знали, и уже готовились занять каждый свою комнату во дворце на берегу… И толпа настоящих, живых картинок двинулась от Океана…

– Постойте! – вдруг окликнул он их.

– Да… – остановились Изгои, а потом вернулись на берег.

– Неужели ты не понимаешь, что скоро снова придешь сюда? – спросил Океан.

– Понимаю, – грустно ответили Изгои, а потом все, кроме одного, исчезли в волнах. Остался один, и теперь Изгой не знал, который он: тот, что пришел к Океану или один из тех, что вышел из него.

– Что же мне делать?! Помоги!… – выкрикнул Изгой.

– А чего ты хочешь? – спросил Океан. – Какой еще образ создать для тебя, чтобы ты наконец понял?…

– Я делаю что-то не так? – спросил Изгой.

– Как можно делать что-то «не так»? – удивился Океан. – Просто ты делаешь одно и то же, не обращая внимания на результат…

– Что? – Изгой подошел совсем близко к Океану. Так, что брызги прибоя не успевали стекать по лицу, сменяясь все новыми и новыми каплями.

– Ты почему-то каждый раз уходишь обратно на материк… Уходишь от меня…

– Я должен войти в Тебя? – Изгой вдруг увидел мир за спиной, как один большой образ. Образ из Океана.

– Нет не должен… – откликнулся Океан.

– Я могу войти в Тебя?…

– Да, сейчас ты стоишь на берегу. Ты можешь войти в меня, а можешь вернуться назад. И я готов дать тебе любой образ, чтобы ты мог жить так, как хочешь… Там, на песке. Выбирай…

– Я выбрал… – сказал Изгой и шагнул к Океану, но замер перед самой кромкой.

– Что же ты опять остановился?…

Изгой посмотрел на бескрайние воды.

– Но ведь я умру… – сказал он.

– Может быть, – шепнул Океан. – Ну и что?…