Записки невесты программиста.

* * *

Жизнь идет. С моим благоверным я по-прежнему встречаюсь, и мне уже кажется, что знаю его всю жизнь. Папулька после того случая с хорьком немного успокоился и уже не выискивает мне альтернативных женихов, но все же время от времени приводит в дом – как он говорит – «деловых партнеров» и заставляет меня с ними ужинать. А и ладно. Мне даже льстит, что папулька так переживает. Нет, к Сергею он вполне неплохо относится и уважает его профессиональные знания. Но папулька считает, что у меня должен быть выбор. Смешные они, родители. Как будто я без него не могу выбрать, если уж очень понадобится.

Сергей же время от времени заводит разговор на тему, что пора бы нам пожениться, но делает он это уж как-то очень по-мужски. Как бы между прочим и как бы в шутку. А я в шутку замуж выходить не собираюсь, поэтому жду, когда он сподобится предложить руку и сердце так, как полагается без этих своих подхихикиваний и хождений вокруг да около.

Есть, конечно, проблемы в общении, но я думаю, что это связано не конкретно с ним, а с огромной разницей в устройстве мозгов мужчины и женщины. Вот ну никак в некоторые моменты они не могут понять друг друга. Это надо осознать и с этим надо смириться, чтобы не стать законченной феминисткой и мужененавистницей. Я так думаю, что не надо мужиков не любить за то, что временами они кажутся чудовищно тупыми и недалекими. Надо их просто пожалеть. Ведь они не виноваты в том, что родились мужиками. Почему я обо всем этом сейчас вспомнила? Да после одной истории, которая приключилась вчера.

Сижу я дома, готовлю курсовую. Раздается звонок. Снимаю трубку… Ба-а-а-а-а-а! Сергей объявился после недельной пропажи. Ну, послушаем, что скажет…

– Здорово, Ирка, – раздается в трубке радостной голос Сергея. – Как жисть девичья? Как память соответствующая?

– Ого, – говорю я. – Ты чего это сегодня такой игривый после недельного отсутствия? Нашел себе, что ли, девушку-программистку в своем Интернете? Ростом в метр и с квадратной головой?

– Ир, – пугается он. – Ты где такие пошлые шутки вычитываешь? Или тебе какой-нибудь гад в институте рассказал? Так я зайду к тебе в институт. Объясню ему – что можно девушкам рассказывать, а что нельзя.

– Эти гадости я вычитала в твоем любимом Интернете, – объясняю я. – Папульке уже неделю назад это безобразие домой поставили. Как он сказал мамульке, «чтобы биржевые котировки ночью смотреть». Бедная мамулька. Я как-то ночью долго не спала, проходила мимо папулькиного кабинета и сама увидела, какие котировки его интересуют. Как выяснилось, кроме блондинок у него ничего не котируется. Вот дурной вкус у родителя оказался! Я прям расстроилась.

– Мда-а-а-а, – неопределенно протянул Сергей. – Блондинки – это да. Фигня полная. А вот мулатки… – начал было он и осекся.

– Чего мулатки, – елейным голосом спросила я. – Так у вас, Сергей Владимирович, мулатки нынче котируются по ночам? И как проходят котировки? С должным эффектом?

– Да что ты несешь такое?!? – пугается Сергей. – Какие мулатки? Какие котировки? Я всю неделю пахал, как трактор «Беларусь» на частном огороде. Написал 3 программы, 10 отладил и привел в чувство рухнувшую здоровенную базу данных. Спал три часа в сутки, да и то – сплошные строчки программ и рухнувшие индексы снились.

Я попробовала себе представить рухнувшие с пятого этажа индексы, но не смогла.

– Ладно, – говорю, – верю! Верю, что ты – боец невидимого фронта и мулатками интересуешься только в профессиональном смысле. Верю, что ты уже все пальцы себе стер о клавиатуру, занимаясь непосильным физическим трудом… Кстати, как там ваша ненаглядная фирма поживает? Как Игорь Борисович? Все так же носит свои дурацкие шейные платки?

– Ой, – говорит он. – А ты откуда моего начальника знаешь?

– Да уж, доводилось встречаться, – неопределенно говорю я, стараясь его позлить.

– Это где? – и в самом деле злится он.

– Где надо, там и довелось, – говорю я, изобразив на лице лучезарную улыбку.

На том конце провода молчат и слышится тяжелое звериное дыхание.

– Ладно, – говорю, – проехали. Да не злись ты. Просто мой папулька с ним знаком и как-то к нам в дом приводил этого хорька.

– А откуда ты знаешь, что его на работе «Хорьком» зовут? – сразу успокаивается Сергей.

– Нетрудно догадаться, – язвительно отвечаю я. – Достаточно на него разок взглянуть.

– А-а-а-а! – врубился Сергей. – Теперь понятно.

– Ну слава Богу!

– Слушай, – говорит мой благоверный. – Я чего звоню-то…

– Не знаю. Лично я это уже час пытаюсь выяснить, – отвечаю я.

– Да просто хотел зайти к тебе минут через двадцать, – не слушая меня, говорит он. – Мне такой анекдот рассказали – супер! Но его по телефону не так интересно рассказывать.

– Ага, – понимаю я. – Так ты мне позвонил сказать, что хочешь ко мне зайти?

– Ну да.

– И это заняло у тебя порядка часа?

– Так это ты все балаболишь и не даешь мне ни слова сказать, – говорит этот негодяй с неподдельным возмущением.

– Что-о-о-о-о-о? – возмутилась я.

– Что слышала! – не сдается Сергей. – Все балаболишь и балаболишь – бал-бал-бал, бал-бал-бал, – передразнил он. – Я и слова вставить не могу.

– Так, – говорю я, максимально стараясь оставаться спокойной. – Я жду тебя дома. Только рекомендую надеть бронежилет и взять с собой пару упаковок пластыря.

– Да ладно тебе, Ир, – веселится он. – Я же пошутил, – с этими словами он бросает трубку.

Нет, вы видали? Ничего себе шуточки! Все-таки, мужиков надо давить. Или воспитывать. А кто этим займется, как ни мы?

Через полчаса раздается звонок в дверь. Явилось мое чудо природы. Притащил в подарок какую-то дурацкую книжку то ли по бухгалтерии «1С», то ли еще по чему-то… На обложке было написано «С++». Наверное, какая-та новая версия. Сделав этот роскошный подарок, благоверный упал на диван и стал булькать от смеха.

– Чего забулькал? – недовольно спросила я.

– Анекдот уж больно смешной, – пробормотал Сергей и снова забулькал.

– Ну давай, рассказывай, – совсем разозлилась я. – Булькает тут, как месторождение метана в болоте…

– Ну, слушай, – бархатным голосом начал Сергей. – Мужика спрашивают: «Какова вероятность того, что выйдя на улицу вы встретите динозавра?» «Ну, – отвечает тот, – одна миллиардная». Задают тот же вопрос женщине. Та отвечает: «Вероятность составляет пятьдесят процентов». «Почему?», – спрашивают ее. «Потому что или встречу, или не встречу!», – отвечает та, – и Сергей захохотал уже во весь голос, опрокинулся на спину и начал сучить ножками.

Я стою и недоуменно смотрю на парня. Что это с ним? Смеется, как полоумный непонятно над чем.

– Чего смеешься-то, чудик, – не выдерживаю я. – Чего смешного? Что мужик неправильно ответил?

Сергей посмотрел на меня мутным взором, а потом захохотал так, что чуть не свалился с дивана. Не-е-е-ет, с парнем явно что-то не то. Надо, думаю, ему палец показать для проверки. Показываю палец.

– Пятьдесят процентов! – взвизгивает он, уже просто изнемогая. – Или встречу, или не встречу!

– Ну и что такого-то? – уже совсем раздражаюсь я. – Чего ты ржешь, как лошадь Тараса Бульбы?

– Так смешно же, – пытается объяснить Сергей. – Как это может быть, что вероятность встречи динозавра – 50 процентов? Их же в природе почти не существует.

– Ну и что, – не даю сбить себя я. – Тетка же правильно ответила: или встречу, или не встречу. Значит вероятность составляет 50 процентов. Так что чего ты тут ухохатываешься – мне не очень понятно, поэтому хочется тебя или подушкой треснуть, или просто разорвать на десять маленьких программистов. Кстати, когда ты ржешь, у тебя лицо становится очень глупое. Точнее, – поправилась я, – еще глупее, чем когда ты не ржешь.

– Блин, ну ты никак не поймешь, – стонет Сергей и снова начинает смеяться, – что вероятность встречи – это одно, а вероятность увидеть – это совсем другое!

– Ты, по-моему, сам уже запутался, – замечаю я. – Да прекрати ты смеяться! – начинаю орать на всю квартиру, потому что он, если честно, уже замучил.

Сергей сразу успокаивается.

– Вот смотри, – говорит он серьезно. – У меня одна монетка.

– Ну…

– Я ее кидаю.

– Кидай, только не в окно.

– Какова вероятность того, что выпадет решка?

– Пятьдесят процентов.

– Правильно! Почему?

– Потому что или выпадет, или не выпадет.

– Хмм… – задумывается он. – Ну, ладно. А теперь предположим, что я бросаю две монетки.

– Одного достоинства? – уточняю я.

– Это не суть важно.

– Важно.

– Ну, хорошо. Две монетки одного достоинства. Так вот, какова вероятность того, что они ОБЕ… Подчеркиваю – ОБЕ выпадут решкой.

– Пятьдесят процентов, – отвечаю я твердо.

– Потому что или выпадут, или не выпадут? – уточняет он, как последний идиот.

– Ну конечно!

– Блин, – орет он. – Так вы же от теории вероятности ничего не оставляете! По-вашему, по-женски, любое событие имеет пятидесятипроцентную вероятность, потому что или произойдет, или не произойдет.

– Ну да, – отвечаю я. – Так и получается, если вопрос задавать соответствующим образом.

– О, боже, – Сергей хватается за голову и начинает раскачиваться на диване. – Зачем, спрашивается, я в институте тервер год учил? Такая красивая наука… Метод Монте-Карло, – процитировал он.

– Во-во, – говорю. – Я так и думала.

– Что ты так и думала?

– Что вся ваша мужская теория вероятности сводится к картам, выпивке и бабам.

– Почему ты так решила? – потрясенно спрашивает он.

– Да ты сам только что сказал, что всю эту теорию вероятности придумали в Монте-Карло, где никакая теория в жизни не работала.

Сергей потрясенно замолчал.

– Знаешь что, милый, – снисходительно говорю ему я. – Хочешь я тебе объясню, в чем соль твоего любимого анекдота?

– Давай, – говорит он тихо.

– Смешно в нем то, что мужик ответил неправильно. Вот это – действительно смешно.

– Как это?

– А очень просто.

– Динозавры сейчас существуют?

– Нет.

– Значит какая вероятность того, что его можно встретить на улице?

– Ну… Ничтожная.

– Неправда.

– Как это?

– Да очень просто. Вероятность того, что я встречу на улице динозавра, плезиозавра, Билла Клинтона или тебя – составляет ровно пятьдесят процентов. Потому что или встречу, или не встречу. Понял теперь, умник?

– Ир, – говорит он тихо. – Можно я пойду домой? Мне еще программу отлаживать.

– Идите, Сергей Владимирович, – высокомерно говорю я. – Идите и осознайте глубину своего морального падения. А когда осознаете, то позвоните и принесите извинения за свой идиотский смех. Договорились?

– Договорились, Ирина Борисовна, – тихо говорит он. – Ну, я пошел.

– Прощай, моя любовь, – говорю я и делаю пируэт. – Не грусти, что у тебя мозги плохо ворочаются. У вас, мужиков, с этим делом – вообще не в порядке. Так что не ты один. Но вы в наших руках, поэтому все будет в порядке.

Сергей осторожно клюет меня в щеку, выходит, захлопывает дверь, и после этого я на площадке опять слышу жуткий взрыв его идиотского смеха, который эхом отражается от всех стен подъезда. Нет, все-таки иногда он выглядит полным придурком. Ненавижу мужчин! Надо феминисткой становиться!