Диагноз: любовь.

* * *

Как-то вечером, выйдя из офиса, я не увидел Полины. С одной стороны, кольнуло беспокойство: не случилось ли с ней чего-то? А с другой стороны, я испытал некоторое облегчение и порадовался, что Полина нашла себе более достойное занятие. Как впоследствии выяснилось, рано радовался.

Полина ждала меня на лавочке около моего дома. Когда я попытался войти в подъезд, девушка преградила мне дорогу. Она кричала, умоляла меня поговорить, выслушать ее. Она хватала меня за руки, потом упала на землю и вцепилась в мои брюки. Я опустился рядом с ней на колени и попросил успокоиться. Предложил отвести ее домой. Но Полина не слышала.

Эта сцена привлекла внимание проходящих мимо молодых людей, которые, видимо, неверно поняли ситуацию и оттащили Полину от меня. Я смог наконец зайти в свой подъезд. Однако чувство беспокойства за девушку не оставляло меня, время от времени я выглядывал в окно и неизменно видел ее согбенную фигурку на лавочке у подъезда.

И тогда, единственный раз в своей жизни, я позвонил в «неотложную помощь» и как мог объяснил им ситуацию. После долгих расспросов специалисты пообещали прислать сантранспорт.

Через двадцать минут Полину забрали. Позже я узнал, что девушку положили в острое отделение психиатрической больницы.

Через неделю мне позвонила мать Полины и долго просила прощения. Говорила, что даже не представляла себе масштабов беды, случившейся с ее дочерью. Там, в больнице, ей диагностировали шизофрению и поставили на учет в диспансер по месту жительства. Полинина мать очень сокрушалась из-за своей невнимательности: проглядела болезнь дочери, хотя звоночки раздавались уже давно. Как мог я поддержал женщину, взяв с нее обещание четко следовать назначенному специалистами лечению.

В тот год я прошел курс повышения квалификации по медицинской психологии, чтобы впредь не допускать таких ошибок.

Спустя полтора года после этой истории я столкнулся с Полиной на улице. Девушка выглядела неважно, но ее лицо было спокойным и умиротворенным. Я поздоровался и спросил, как у нее дела, — и оказалось, что жизнь девушки изменилась к лучшему. В больнице она познакомилась с парнем, работавшим там же медбратом. Через несколько месяцев после выписки девушки они поженились. Юношу не испугало то, что у Полины был диагноз, он уже достаточно поработал в психиатрии, чтобы знать, чего стоит бояться, а чего нет. Полина рассказала, что регулярно посещает диспансер и принимает назначенные препараты. Наконец-то начала учиться: после долгих раздумий выбрала медицинский колледж. Говорила, что в скором времени хочет завести ребенка, а лучше двух.

В девушке уже не было прежней яркости и страсти, Полина словно стала бледной копией себя прежней. Но зато она была здорова и счастлива и не мучала окружающих, а радовалась жизни с ними.

Я не сомневаюсь, что все у нее сложилось хорошо.